Израилевич Лев Самуилович: другие произведения.

операция "Йонатан"

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Освобождение израильских заложников В Энтебе.

   Наибольший резонанс мирового общественного мнения без всякого сомнения вызвала операция израильских коммандос под кодовым названием "Молния". Ничего подобного современная военная история до тех пор не знала. 3 июля 1976 года отборный отряд добровольцев из элитного подразделения Генштаба АОИ освободил 105 пассажиров, заложников захваченного террористами самолёта. Произошло это за четыре тысячи километров от Израиля. В Энтеббе, международном аэропорту города Кампала, столицы Уганды. Единственным погибшим спецназовцем, к огромному горю, оказался их командир, подполковник Йонатан Нетанияху.
  
   Сын профессора истории и философии одного из университетов США, выпускник Гарварда, Йонатан Нетанияху - один из талантливейших боевых офицеров АОИ. В 28 лет он был уже подполковником, командиром элитного подразделения спецназа при Генштабе израильской армии. На иврите "Саерет Маткаль". Этот специальный отряд коммандос, нечто вроде бывшей советской "Альфы", подчинён лично начальнику Генштаба и выполняет особо секретные операции в Израиле и за его пределами.
  
   Попасть в отряд, пожалуй, не легче, чем поступить в самый престижный университет. Впрочем, офицерский состав элитного подразделения в подавляющем большинстве и так состоит из выпускников ВУЗов. В отряд отбирают молодых ребят, отслуживших несколько лет в боевых войсках. В Израиле, как известно, бои разного уровня не прекращаются не на день. Так что в таких войсках солдаты и офицеры боевым опытом обзаводятся быстро. Главное - уцелеть!
  
   Боевой опыт, здоровье, физические и моральные качества, знание иностранных языков и т. п. при отборе в элитный спецназ, естественно, играют большую роль, но не главную. Решающее значение при зачислении в эту очень престижную команду играет уровень интеллекта претендента, оцениваемый так называемым коэффициентом IQ. Оно и понятно, молодого здорового человека можно научить всему. Но корректировать врождённый интеллект пока не научились. Не знаю точную цифру, но IQ у Йони Натанияху был самый, что ни наесть подходящий. Причём не только для должности командира элитного отряда спецназа. Ему прочили блестящее будущее. И не только в армии.
  
   Отец Йонатана профессор Бен-Цион Натанияху (Маликовский) в молодости работал личным секретарём Зеева Жаботинского. В его еврейской семье, как в русской сказке, было три сына. Но без дураков. Средний сын, Биньямин Натанияху, нынешний премьер-министр Израиля. Младший Идо - известный учёный радиолог. Средний и младший братья Натанияху в разное время служили в подразделении, которым командовал Йонатан. Спецназ был для них, так сказать, семейной военной профессией.В память о погибшем герое операцию "Молния" переименовали в "Йонатан".
  
   Ну а теперь непосредственно об операции "Йонатан". Беспрецедентной в мировой истории антитеррористической борьбы. В воскресенье 27 июня 1976 года самолёт французской авиакомпании "Эр Франс" точно по расписанию вылетел из международного аэропорта им. Бен-Гуриона. Это был рейс Љ139, следовавший по маршруту Тель-Авив - Париж с промежуточной посадкой в Афинах. В афинском аэропорту в тот день сотрудники наземных служб бастовали. Безопасностью в аэропорту практически никто толком не занимался.
  
   Именно в Афинах на борт французского самолёта поднялись четыре террориста. Двое арабов из экстремистской организации Народный Фронт Освобождения Палестины и двое немцев, мужчина и женщина, из не менее экстремистской группы Бадер-Майнхоф. Как потом выяснилось, мужчину свали Вильфрид Безе. Женщиной оказалась 24-летняя Габриель Крош-Тидеманн. Любовница всемирно известного террориста Ильича Рамиреса Санчеса по кличке "Шакал" и "Карлос". Габриель тоже была опытной террористской. В декабре 1975 года она принимала участие в дерзкой акции по похищению министров стран ОПЕК, собравшихся на совещании в Вене. Главарём группы был палестинский араб Абдула Рахим Джабер. Сподвижник "Карлоса" Джабер "прославился" тем, что в 1973 году в Риме организовал нападение на самолёт компании "Пан-Америка". В результате погиб 31 человек, несколько десятков было ранено.
  
   Террористы действовали по тщательно разработанному плану. Они точно всё рассчитали. Время для посадки на рейс Љ139 тоже было выбрано не случайно. Забастовка персонала афинского аэропорта существенно облегчила им задачу. Служба безопасности официально, вроде бы, в забастовке не участвовала. Но работала спустя рукава. В накопитель воздушные пираты без особого труда прошли, минуя металлический детектор. Ручную кладь тоже смогли пронести без досмотра. В самолёте террористы разделились. Один араб прошёл в задний салон. Джабер и немцы остались в переднем.
  
   Через несколько минут после взлёта главарь банды в парике ворвался в кабину пилотов. Угрожая пистолетом, он объявил, что самолёт захвачен группой "Че Гевары" и "батальоном Газа". Габриель Тидеманн завладела микрофоном. Возбуждённым голосом террористка сообщила по радио эту траурную весть всем пассажирам. В самолёте поднялся переполох. Перепуганные стюардессы пытались как-то успокоить разволновавшихся людей. Но это им не очень удавалось.
  
   Специальная разведывательная служба Израиля обнаружила исчезновение рейса Љ139 с экранов радиолокаторов через десять минут после его вылета из Афин. В донесении разведки сообщалось, что самолёт авиакомпании "Эр Франс" с большим количеством израильтян либо потерпел крушение, либо захвачен террористами. В самолёте на момент вылета из аэропорта Бен Гуриона находилось 245 пассажиров и 12 человек экипажа. Израильтян - примерно 85 человек. В 13.30 сообщение легло на стол премьер-министра Ицхака Рабина. Через два часа была сформирована правительственная комиссия, в которую вошли пять ведущих министров и начальник Генштаба АОИ. Возглавил комиссию сам премьер.
  
   Примерно в шестнадцать часов по парижскому времени захваченный террористами самолёт "Эр Франс" совершил посадку. Но не в Париже, как предусматривалось расписанием, а в международном аэропорту ливийского города Бенгази. Ливия в те времена оказывала боевикам Арафата широкую финансовую и политическую поддержку.
  
   Среди пассажиров рейса Љ139 находилась англичанка Патриция Хейман. Она была на девятом месяце беременности. Патриция оказалась единственной, кого угонщики согласились освободить в Бенгази. На рейсовом ливийском самолёте в тот же день женщина вернулась в Лондон. Там она сразу же обратилась в Скотланд-Ярд. Сведения, полученные от Хейман, английские полицейские тут же передали своим коллегам в Израиль.
  
   Только тогда израильские спецслужбы получили первую информацию о террористах. По словам Хейман похитители самолёта были вооружены пистолетами и гранатами. У дверей они повесили взрывчатые устройства. Посадка в Бенгази, вероятно, совершена с целью дозаправки самолёта. Конечный пункт полёта пока оставался неизвестным. Но вскоре все радиостанции мира передали экстренное сообщение о том, что захваченный террористами самолёт компании Эр Франс совершил посадку в угандийском аэропорту Энтеббе.
  
   А спустя пару часов угонщики в ультимативной форме выдвинули свои требования: выпустить из тюрьм Израиля, ФРГ, Кении и Швейцарии 53 террориста. 40 из них предположительно находились в израильских тюрьмах. Ультиматум заканчивался вполне реальной угрозой. В случае не выполнения условий бандиты пообещали расстрелять всех заложников.
  
   Об Уганде и её президенте Иди Амине по прозвищу Большой Папа в Израиле кое-что было известно. В течение нескольких лет угандийский диктатор весьма успешно сотрудничал с военным ведомством Израиля. Израильские инструкторы обучали его лётчиков летать. Неплохо знали Большого Папу и иерусалимские врачи. В своё время они весьма успешно лечили его от сифилиса.
  
   Ну а в ретроспективном плане Уганда для евреев и вовсе край не совсем чужой. Ведь именно эта африканская страна в конце XIX века являлась какое-то время альтернативой Палестины. Здесь предлагалось возродить еврейское государство. Хотя предложение и было отвергнуто, Уганда в анналах еврейской истории сохранилась.
  
   Теперь чуть подробнее о Дада Уме Иди Амине, бывшем президенте Уганды, основателе одного из самых жестоких авторитарных режимов Африки. Он пришёл к власти в 1971 году в результате государственного переворота. Восемь лет правления Амина стали подлинным кошмаром для его соотечественников. Сразу же после путча Иди Амин развязал чудовищный террор. Только за несколько первых недель своего правления президент-садист уничтожил 70 высших офицеров армии и несколько тысяч гражданских лиц. Трупы не успевали предавать земле и их скармливали крокодилам.
  
   Амин непосредственно участвовал во многих акциях. Историки считают, что на его личном счету более тысячи застреленных сограждан. В том числе Сулейман Хусейн, начальник Генерального штаба угандийской армии и Янани Лувума, католический архиепископ Уганды, Руанды и Бурунди.
  
   Со своим начальником Генштаба он поступил с особой каннибальской жестокостью. Чёрный Папа приказал отрубить голову убитому генералу, которую затем хранил в холодильнике. Один из телохранителей Амина, чудом оставшийся в живых, вспоминал впоследствии, что часто с содроганием наблюдал, как президент совершал каннибальский ритуал. Доставал из холодильника голову лично умерщвленного Хусейна и на полном серьёзе вёл с ним длительные беседы.
  
   По разным оценкам в период правления чёрного диктатора было уничтожено от 300 до 500 тысяч граждан Уганды. Бывший министр просвещения аминовского режима в своих мемуарах называет его садистом, фашистом, убийцей и каннибалом.И вот такой, с позволения сказать "миротворец", не только принял в своей стране похищенный самолёт с террористами, но и с подъёмом взялся за посредничество между воздушными пиратами и Израилем.
  
   Для диктатора и позёра это была редкая возможность напомнить о себе мировой общественности. 28 июня Большой Папа прибыл в Энтеббе. В 10 часов вечера его огромная фигура в окружении многочисленной свиты телохранителей предстала перед заложниками в зале аэропорта.
  
   Фигляр был верен себе. Разумеется, он начал с самого важного. Скрупулёзно объяснил, как следует обращаться к его в прямом и переносном смысле высокой персоне. Оказалось, что даже бодрому хорошо отдохнувшему человеку сделать такое было совсем не просто. Не говоря уже об измученных пассажирах затянувшегося рейса. Чтобы не быть голословным, привожу это цветастое обращение. Его дословно записал в своём дневнике один из заложников.
  
   В переводе на русский это выглядит так: "Его Превосходительство Пожизненный Президент Фельдмаршал Аль-Хаджи Доктор Иди Амин Дада Повелитель всех зверей на земле и рыб в море Завоеватель Британской Империи в Африке в общем и Уганды в частности Кавалер Британского Креста Победы, Кавалер ордена "За безупречную службу", Кавалер "Военного креста", назначенный Всемогущим Богом быть вашим спасителем".
  
   Покончив с протокольными формальностями, Амин разразился пространной речью. То была смесь демагогии с казуистикой. Террористов кавалер британских орденов величал партизанами. В похищении гражданского самолёта ничего особенного не видел. Мол, один из способов борьбы за национальную независимость. Не более того. А вот правительство Израиля обозвал фашистским. В общем, Большой Папа своих симпатий по отношению к угонщикам не скрывал.
  
   В конце выступления Амин провозгласил себя покровителем пассажиров угнанного авиалайнера и заявил, что теперь только от него зависит их дальнейшая судьба. Впрочем, речь шла не обо всех пассажирах. Большой Папа имел в виду только евреев. Пираты ещё раньше произвели, выражаясь нацистским жаргоном, селекцию заложников.
  
   Они отделили евреев от остальных пассажиров, которых вскоре освободили. 47 счастливчиков в ночь на среду благополучно прибыли в Париж. В руках террористов остались только евреи и экипаж французского лайнера. Командир корабля Мишель Бако и его товарищи отказались бросить пассажиров своего самолёта и согласились разделить их судьбу.
  
   Операция по захвату самолёта и угону его в Энтеббе была разработана доктором Вади Хададом председателем НФОП. Эта радикальная организация входила в состав ООП, но доктор-террорист часто действовал самостоятельно, не считаясь с мнением Арафата. В период проведения операции Хадад находился в Сомали и оттуда руководил своими бандитами.
  
   Поначалу так называемый свободный мир демагогическую риторику Иди Амина приняли за чистую монету. Его и впрямь посчитали посредником между угонщиками и Израилем. Однако освобождённые заложники быстро развеяли подобное заблуждение. Их свидетельства явно подтверждали обратное.
  
   Большой Папа находится в сговоре с доктором Хададом и действует с ним заодно. В Израиле эта информация вызвала большую тревогу. Руководители государства всё больше склонялись к мнению, что освободить заложников возможно только путём военной акции.
  
   Особо настойчиво предлагал военный вариант решения проблемы командующий воздушно-десантными войсками бригадный генерал Дан Шамрон. Ему и поручили разработку плана такой операцию. Её успех всецело зависел от точности данных разведки и возможности опробовать элементы операции в условиях максимально приближённых к реальности. Группа военных и экспертов под руководством генерала Шамрона круглосуточно работала над планом.
  
   В четверг 1 июля террористы произвели повторную селекцию. Граждан Израиля и евреев с двойным гражданством они перевели из центрального зала аэропорта в небольшую комнату, расположенную рядом с залом. 101-го пассажира нееврейской национальности бандиты освободили. Поздно ночью они все прилетели в Париж.
  
   К этому времени здесь уже находились люди "Моссада". И среди них Амирам Левин - офицер израильской военной разведки. Именно ему удалось добыть сведения, без которых вряд ли могла состояться операция по освобождению заложников. Информация Амирама Левина явилась главным фактором, побудившим правительство принять решение о проведении военной операции.
  
   Левин встретился со многими освобожденными заложниками. Но все они были в подавленном состоянии. Никто из них ничего определённого о происходящем в Энтеббе сказать не смог. Люди плакали, причитали, часто вообще отказывались говорить. Многие всё ещё находились в шоке. Были и такие, кто говорил без умолку. Но, к сожалению, не по существу.
  
   И всё же в толпе перепуганных пассажиров, вернувшихся из Уганды, Левин смог отыскать нужного человека. Это был высокий крепко сложенный француз лет пятидесяти с военной выправкой. Он действительно оказался бывшим офицером десантником французской армии. И на счастье Левина профессионалом с отличной памятью.
  
   Профессиональная память бывшего десантника до мелочей зафиксировала и сохранила массу ценнейшей информации: порядок смены охраны, месторасположения постов, виды оружия террористов, их одежду. Отставной офицер рассказал и об отношении террористов к заложникам, нарисовал план зала аэропорта, расположение дверей, окон. Приблизительно указал их размеры. Полученная информация была использована при составлении оперативного плана по захвату старого здания аэропорта в Энтеббе.
  
   После повторной селекции проблема заложников из международной превратилась в сугубо израильскую. Это событие радикальнейшим образом повлияло на правительство Израиля. И не в пример нынешнему оно решило не поддаваться шантажу террористов.
  
   Тем не менее, премьер-министр Ицхак Рабин всё ещё колебался. Он не без основания полагал, что военная операция в случае успеха явится триумфом Израиля, но в случае провала обернётся грандиозной катастрофой. А вот министр обороны Шимон Перес и начальник Генерального штаба ЦАХАЛ М. Гур поддержали предложение освободить заложников военным путём.
  
   В конце концов, в пятницу после длительного обсуждения план рейда в Энтеббе был одобрен правительством. Операции присвоили кодовое название "Молния". Было решено послать в Энтеббе отборное подразделение десантников численностью 200 человек под командованием генерала Дана Шомрона.
  
   Подразделение состояло из пяти отрядов, каждый из которых имел свою задачу. Наиболее ответственная часть наземной операции, освобождение заложников в аэропорту Энтеббе, была поручена отряду коммандос подполковника Йонатана Нетанияху.
  
   В ночь на субботу десантники провели имитацию операции "Молния". Для этой цели ведущая в Израиле строительная компания "Солель-Боне" соорудила в глубине пустыни Негев макет главного корпуса аэропорта в Энтеббе. Строители этой фирмы в короткий период медового месяца Большого папы с Израилем возвели для диктатора это сооружение.
  
   К счастью чертежи сохранились. По ним и был построен макет в натуральную величину. При его строительстве были учтены последние изменения. Сведения о них поступили из различных источников. Особо ценными оказались фотографии, полученные израильскими разведывательными самолётами и американскими космическими спутниками.
  
   В "генеральной репетиции" принял участие начальник Генштаба генерал-лейтенант М. Гур. Он хотел лично убедиться, что американские Локхиды С-130 "Геркулесы" с техникой и войсками на борту смогут преодолеть 4000 километров без внешней навигационной помощи.
  
   Генерал ночью пролетел это расстояние, сидя в кабине "Геркулеса" рядом с пилотами. Самолёт почти четыре часа в абсолютной радиотишине и полной темноте кружил над Иудейскими горами и двумя израильскими пустынями. Иудейской и Негев.
  
   В процессе маневров военным лётчикам удалось совершить посадку гигантских самолётов в абсолютной темноте на "незнакомом охраняемом" аэродроме. При этом понадобилась полоса длиной всего лишь чуть больше 200 м.
  
   Таким образом, в Энтеббе "Геркулесы", не привлекая внимания террористов и охраны, могли приземлиться на внешней кромке аэродрома. Но главное в чём убедился генерал Гур после учений, так это в том, что возможно безопасное освобождение заложников и благополучная доставка их в Израиль.
  
   На тренировочных учениях эта часть операции "Молния" (посадка, освобождение заложников, доставка их в самолёт и взлёт "Геркулесов") заняла ровно час. Причём на непосредственное освобождение заложников понадобилось всего 75 секунд.
  
   Тем временем все разведывательные данные сосредотачивались в специальной аналитической группе подразделения Дана Шомрона. Здесь они уточнялись и анализировались. Особо ценные сведения поступали сюда из Уганды, где под видом "бизнесменов" уже действовали агенты внешней разведки Израиля. Приходила информация и из других стран: Франции, Англии, Канады, Кении.
  
   В последние часы перед операцией стали известны детали системы наземного обеспечения взлётных полос аэропорта в Энтеббе. "Бизнесменам" удалось вовремя передать данные о структуре охраны аэропорта. И только вопрос, где произвести дозаправку самолётов, всё ещё оставался неясным.
  
   Дело в том, что топлива "Геркулесам" хватало на полёт лишь в одну сторону. Для возвращения в Израиль требовалась дозаправка. От воздушного варианта отказались сразу. Провести дозаправку в небе ночью в зоне авиалиний враждебных государств было чрезвычайно опасно.
  
   Наиболее подходящим местом для заправки самолётов топливом являлся аэропорт Найроби, столицы Кении. В этом африканском регионе Кения была единственным относительно дружественным по отношению к Израилю государством.
  
   Вообще-то, в международной конвенции гражданской авиации существует пункт, согласно которому администрация аэропорта не в праве отказать самолёту в дозаправке топливом. К тому же в Кении имелось немало влиятельных людей, доброжелательно относившихся к еврейской стране. И всё же, никто не брался точно предсказать реакцию кенийских властей на просьбу израильтян.
  
   Генерал Дан Шомрон, непосредственный руководитель операции "Молния", постоянно напоминал своим подчинённым, что кроме их профессионализма и личной смелости успех операции определяют ещё три особо важных фактора.
  
   Это секретность, внезапность и скорость. Два последних качества проявились в ходе операции. А вот завеса секретности опустилась сразу. И тут надо признаться, что соблюсти её в такой "семейной" стране как Израиль не так-то просто. Особенно когда семьи собираются вместе за субботним столом.
  
   Понятно, что в субботу 3 июля 1976 года все разговоры вертелись вокруг захваченного террористами самолёта. По незыблемым правилам секретных служб, перед началом подобных операций все её участники должны были находиться в карантине.
  
   Но на этот раз бойцы из отборного отряда коммандос настойчиво попросили позволить им последнюю перед началом операции ночь провести в кругу семьи. Учитывая беспрецедентность предстоящей акции, начальство, в конце концов, уступило. Так вот этим ребятам отвечать на вопросы родных вроде таких, как "где был?" и "что делал?" было необычайно трудно. Ответы типа "нигде", "ничего" понимались однозначно - в стране что-то назревает.
  
   В ходе подготовки операции у кого-то родилась идея использовать "мерседес" чёрного цвета с двойником Большого папы внутри. Всё началось с шутки при просмотре любительской ленты, снятой одним из освобождённых заложников. Большой Папа, самодур и позёр, любил всё неординарное.
  
   В частности ему очень нравилось вызывать изумление ожидающего его народа своим экстравагантным появлением, сопровождавшимся, как правило, различными феерическими эффектами. Так, собственно, происходило и на киноленте. В фильме имелись колоритные кадры прибытия Иди Амина в аэропорт Энтеббе на чёрном "Мерседесе" в сопровождении военного джипа с вооружёнными до зубов солдатами в бутафорской форме.
  
   Короче, необузданный характер диктатора израильтяне попытались использовать в собственных корыстных целях. В аэропорту Энтеббе решили разыграть сцену в духе эксцентричного президента Уганды. По её сценарию чёрный "Мерседес" с "Большим Папой" должен был выехать на взлётную полосу прямо из люка самолёта.
  
   Забегая вперёд, скажу, что исполнители сценария с успехом справились со своими ролями. Появление президентского "Мерседеса" на взлётной полосе аэродрома Энтеббе у охраны подозрения не вызвало. В результате были выиграны первые, наверное, самые драгоценные секунды. Именно они во многом и решили успех всей наземной операции.
  
   Для предстоящего "спектакля" начали подбирать реквизит. С джипом проблем не оказалось. А вот черный "Мерседес" сотрудники спецслужб искали довольно долго. Пришлось прочесать пол страны, пока, наконец, нашли подходящую машину. Да и то её пришлось основательно ремонтировать и несколько раз перекрашивать.
  
   В это же время гримёр тель-авивской телестудии резервистка ВВС работала над образом Большого Папы. Самого крупного импозантного десантника из отряда Нетанияху срочно превращали в чёрного диктатора Уганды. Потом оказалось, что кроме лже-Амина и его шофера в "мерседесе" должны будут разместиться ещё семь бойцов штурмовой группы. Их пришлось набирать, разумеется, уже из народа помельче.
  
   Среди коммандос Нетанияху было достаточно рослых, атлетически сложенных ребят, но ни один из них добровольно не пожелал сыграть роль Иди Амина. Пришлось назначить. Зато на семь остальных вакантных мест в "мерседесе" претендовали практически все. Опять пришлось вмешаться командиру. Йонатан лично произвёл жёсткий отбор. Правда, теперь уже исключительно из низкорослого контингента своих подчинённых.
  
   Сразу же после приземления похищенного самолёта в Энтеббе израильские разведывательные самолёты, сменяя друг друга, начали нести постоянную вахту в небе Уганды. Они передавали в Израиль метеорологические сводки, данные о перемещении Большого Папы, движении угандийских самолётов и много другой ценной информации. По мере её поступления план операции подвергался корректировке.
  
   Представителю израильской авиакомпании "Эль-Аль" в Найроби было дано указание договориться с властями аэропорта о заправке нескольких самолётов якобы дополнительных рейсов. Дабы сделать кенийцев сговорчивей чиновнику "Эль-Аля" разрешили воспользоваться валютой из неприкосновенного запаса.
  
   И, тем не менее, заправка самолётов в Найроби продолжала оставаться наиболее слабым звеном операции. В Уганду должны были лететь четыре "Геркулеса" и два "Боинга - 707". Транспортные "Боинги" вполне могли сойти за гражданские самолёты. О тяжёлых "Геркулесах" с военным оборудованием подобного сказать было нельзя. Эти громадины с высоко задранными хвостами наверняка были способны вызвать тяжёлые подозрения у администрации аэропорта Найроби.
  
   Йонатан Нетанияху отобрал в свой отряд лучших снайперов. От их мастерства зависело многое. Первыми же выстрелами они должны были нейтрализовать террористов. Повторного шанса, скорее всего, не будет. Все отлично понимали, что всего лишь несколько секунд отделяют полный успех от страшной катастрофы.
  
   Транспортные "Геркулесы" уже стояли на самой дальней взлётной полосе одной из военных баз. Они были загружены боеприпасами и военным оборудованием. Внутри их находились знаменитый чёрный "Мерседес", два джипа с тяжёлыми пулемётами и гусеничный вездеход. 280 десантников были готовы к выполнению задания.
  
   Однако для начала операции требовалось согласие правительства, а "добро" всё не поступало. Без него самолёты вылететь не могли. Премьер-министр Ицхак Рабин продолжал колебаться. 3 июля 1976 года все министры израильского правительства нарушили святость субботы. В 14.00 они в полном составе собрались на экстренное заседание. Дебаты затягивались. Каждый из министров хотел высказаться.
  
   Тем временем обстановка в аэропорту Энтеббе становилась всё угрожающей. От разведки поступали тревожные сведения. Терпению террористов, похоже, наступал конец. В любую минуту они могли приступить к реализации своих угроз - расстрелу заложников.
  
   Ждать, пока политики договорятся, больше было нельзя. И военные приняли "соломоново" решение. Отдали приказ на взлёт двух "Боингов-707". Рассуждали генералы примерно так. Полёт до Энтеббе занимает семь часов. За это время даже говорливые еврейские министры должны всё-таки до чего-нибудь договориться. Если поступит согласие, будут выиграны драгоценные минуты, а возможно и часы. В противном случае всегда можно повернуть обратно.
  
   В разведданных, полученных уже в ходе полёте, сообщалось, что к угонщикам в Энтеббе присоединилось ещё шесть террористов. Помимо их здание аэровокзала охраняют около ста солдат угандийской армии. По-прежнему существовало опасение, что помещение, где содержат заложников, может быть заминировано.
  
   Вылетевшие раньше других два "Боинга-707", были перекрашенных в цвета гражданских самолётов компании "Эль-Аль". Внешне они походили на обычные коммерческие. На борту первого "Боинга" среди прочих пассажиров, по виду обычных бизнесменов, находились два генерала: командующий ВВС Израиля Бенни Пелед и заместитель начальника Генштаба Иекутиэль Адам. Второй "Боинг" представлял собой летающий госпиталь. Самолёты следовал вдоль международной авиалинии Тель-Авив - Найроби.
  
   Посадка в Найроби прошла успешно. Заправка самолётов горючим тоже внимания кенийцев не привлекла. Во многом благодаря Лайонелу Девису, начальнику полиции аэропорта. Он был один из очень немногих, кто смутно догадывался о сути происходящего. Похоже, представитель "Эль-Аля" в Найроби хорошо поработал с "нужными" людьми.
  
   И вот только после получения этой информации в воздух были подняты четыре "Геркулеса" с десантниками и техникой. В сопровождении эскорта истребителей они, как и "Боинги", легли на курс коммерческого маршрута Тель-Авив - Найроби. Небольшой авиаотряд находился уже над самой южной точкой Израиля, когда радисты самолётов, наконец-то, услышали долгожданное правительственное "добро". Военные оказались правы. Так было выиграно необходимое время.
  
   "Геркулесы" двигались свободным строем. На флагманском самолёте находилась штурманская команда, которая прокладывала путь к далёкой Уганде. По радару лидера ориентировались пилоты остальных самолётов. Высоко над ними несколько в стороне от "Геркулесов" летела тройка "Фантомов".
  
   Над Найроби пролетели в полной темноте уже ночью. В этой точке африканского континента кончался легальный коммерческий маршрут. С этого момента израильские самолёты больше не находились под защитой международной конвенции гражданской авиации.
  
   Впрочем, лететь уже оставалось совсем немного. Полёт подходил к концу. Когда "Геркулесы" приступили к снижению, разыгралась гроза. При вспышках молний через разрывы облаков внизу на мгновения появлялась огромная гладь воды. То было самое большое в Африке озеро Виктория. На его берегу и находится аэропорт Энтеббе.
  
   Дан Шомрон и Йонатан Нетанияху в последний раз проигрывали со своими подчинёнными детали предстоящей операции. Казалось, что учтено и предусмотрено абсолютно всё. Тем не менее, командиры и бойцы хорошо понимали, что любая случайность может радикальнейшим образом повлиять на ход событий.
  
   Каждый десантник знал своё место в операции. Знали ребята и то, что только от них зависит успех дела. Здесь в четырёх тысячах километров от дома рассчитывать им было не на кого. Бойцы могли полагаться только на самих себя, на свою сноровку, опыт и мужество.
  
   А в это время у заложников заканчивались шестые сутки заточения. Их содержали в старом здании аэровокзала Энтеббе в ужаснейших условиях. Людей тошнило. Многие мучались расстройством желудка. Туалеты не работали. Вода из кранов не поступала. Охраняли заложников отборные головорезы доктора террора Вади Хадада. Внутри зала находились палестинцы, ближайшие подручные Хадада, Рахим Джабер и Абед Эль Латиф. У входных дверей несли вахту немцы Вильфрид Безе и Габриель Тидеманн.
  
   После заправки в Найроби "Боинг" с командующим ВВС генералом Пеледом на борту вылетел в направление Энтеббе. Подлетев к озеру Виктория, самолёт стал кружить над ним. Сидя за экраном радара, командующий наблюдал за ходом операции. По каналам секретной связи информация тут же поступала в Израиль.
  
   Последний отрезок маршрута транспортные "Геркулесы" преодолели, ориентируясь на радиомаяк Энтеббе. К некоторой неожиданности пилотов аэропорт оказался ярко освещён. Данное обстоятельство им не очень понравилось. Куда безопаснее было садиться в темноте. Лётчики "Геркулесов" это могли делать хорошо. Две машины приземлились на новой основной полосе. Две других - на старой, расположенной рядом за небольшим земляным валом.
  
   Беспрецедентный в истории израильской авиации перелёт закончился благополучно. Его необычность заключалось в том, что весь полёт проходил вслепую, исключительно по приборам, в полном радиомолчании и без всякой навигационной помощи извне. При этом на протяжении всего маршрута ведущий "Геркулес" прокладывал путь, а три ведомых, соблюдая строгую дистанцию, двигаясь за ним.
  
   К моменту посадки флагмана внутри его огромного грузового трюма Йонатан Нетанияху с группой коммандос уже сидели в чёрном "Мерседесе". Он должен был первым выехать из самолёта. Кстати, роль лже-Амина оказалась не востребованной. По полученной в последний момент информации, настоящий Амин находился где-то рядом.
  
   Два Больших папы в одном месте даже в Африке выглядели бы явным перебором. Того и гляди, они могли столкнуться нос к носу. А такой сценарий никак не вписывался в план операции. Так что бутафорскому президенту Уганды участвовать в штурме здания аэровокзала вообще не пришлось. Подвёл чёрный грим. Товарищи по оружию вполне могли бы принять его, если не за Большого папу, то уж, по крайней мере, за здоровенного угандийского солдата. Что, разумеется, было чревато трагическими последствиями.
  
   Первый "Геркулес" остановился примерно в 200 метрах от старого корпуса аэропорта. Выбросили трап. Генерал Шамрон первым ступил на африканскую землю. За ним бойцы штурмового отряда высыпали на бетонную полосу. Из заднего люка самолёта выехали "Мерседес" и два джипа. С зажженными фарами на большой скорости они устремились к контрольно-диспетчерскому пункту.
  
   Его охраняли несколько угандийских солдат. Чёрный "Мерседес", стрелой летящий из самолёта, создавал вполне реальную картину в духе нравов Большого папы. Реакция охраны оказалась адекватной. Именно та, на которую и рассчитывали разработчики операции. Солдаты вытянулись в струнку и отдали честь. Из открытых дверей "Мерседеса" мелькнули четыре бесшумные вспышки. Четверо коммандос одновременно выстелили из "Узи" с глушителями. Охрану ликвидировали моментально.
  
   Метрах в десяти от старого здания аэропорта, где находились заложники, машины резко затормозили. Заместитель Нетанияху Илан бросился к входным дверям. Рядом с ними стоял Вильфрид Безе с "Калашниковым" на груди. Через большое окно он со скучающим видом наблюдал за происходящим в зале.
  
   Услышав шаги за спиной, Безе обернулся и на какую-то долю секунды замер от изумления. Такого поворота событий бандит никак не ожидал. Вскинул автомат, но нажать на курок не успел. Доли секунды Илану вполне хватило. Немец рухнул на землю с пальцем на курке. На его мёртвом лице так и застыла маска удивления.
  
   Переступив через него, Илан сразу же заметил немку. Она с пистолетом в правой руке и гранатой в левой стояла у выхода из холла. Через дверное стекло их взгляды на мгновение встретились. В предчувствие грядущей расплаты злые мутные, вероятно, от наркотиков глаза террористки застыли от ужаса. Она буквально оцепенела. Не смогла даже поднять руку с пистолетом. Илан разрядил в неё всю обойму. Потом офицер-коммандос вспоминал, что в ту же секунду почувствовал нечто вроде тошноты. Ему впервые в жизни пришлось стрелять в женщину.
  
   В это время через окна и двери в помещение ворвались остальные бойцы подразделения Нетанияху. На ходу они кричали на иврите: "Ложись! Свои! Израиль!" Люди бросились на пол. К огромному сожалению не все успели это сделать. 19-ти летний репатриант из Марокко Жан-Жак Маймони, всего пять лет проживший в Израиле, остался стоять. И тут же получил в грудь шальную пулю. Паско Коен 52-х лет, бывший узник лагеря смерти, бросился помочь юноше. И был смертельно ранен. Но уже прицельной очередью палестинца Джабера. А через мгновение бандита самого ликвидировали. Четвёртый террорист, палестинец Эль Латиф, прожил на пару секунд дольше.
  
   Перестрелка на первом этаже продолжалось менее двух минут. У командования операции имелись достоверные данные, что в аэропорту Энтеббе находятся десять боевиков доктора Хадада. Четверо из них были уже уничтожены.
  
   При прочесывании второго этажа десантники обезвредили ещё троих. Троих удалось захватить живыми. Военные врачи и санитары на носилках перенесли в один из "Геркулесов", оборудованный под госпиталь, четырёх раненных солдат и пятерых заложников. Тут же в самолёте хирурги приступили к операциям.
  
   Когда штурм здания закончился, с наблюдательной вышки вдруг неожиданно угандийские солдаты открыли огонь. Несколькими выстрелами из гранатомётов десантникам удалось подавить пулемёт. Но поздно. Командир отряда коммандос Йонатан Нетанияху был тяжело ранен.
  
   Санитары тут же вынесли его из зоны огня, но к несчастью, ранение оказалось смертельным. Одновременно со штурмом здания, сапёрный отряд занимался уничтожением эскадрильи советских "Мигов", стоявших тут же на аэродроме. Под каждый из них был заложен заряд взрывчатки, и самолёты по очереди благополучно "взлетели" в небо.
  
   Неподалёку от международного аэропорта Энтеббе, на окраине столицы Уганды Кампала, располагалась крупная база угандийской армии. Взрывы привлекли внимание военных. Для выяснения причин в аэропорт был направлен взвод солдат. Увидев приближающийся грузовик с военными, десантники из группы поддержки устроили засаду у ворот аэропорта.
  
   Первым же выстрелом из снайперской винтовки был убит угандийский офицер, сидевший в кабине. Затем последовала автоматная очередь по колёсам. Машину занесло. Она резко накренилась и стала медленно сползать в кювет. Из кузова посыпались солдаты. Оставшись без командира, они суматошно метались как перепуганное стадо.
  
   Грузовик загорелся. Вероятно, пуля попала в бензобак. Никакого сопротивления угандийские вояки израильтянам не оказали. Стрельнув пару раз из винтовок, они растворились во тьме. Кроме командира погибло еще несколько солдат. Остальные благополучно вернулись на базу. Как потом выяснилось, то был взвод новобранцев, не умевших даже толком владеть оружием.
  
   После того как с угандийской подмогой было покончено, вспомогательный отряд израильского десанта приступил к эвакуации заложников. Солдаты помогли им перейти из здания аэропорта во второй "Геркулес", который к этому времени уже успел развернуться и открыть задний люк.
  
   Вместе с израильтянами был эвакуирован и весь экипаж пилотов захваченного французского лайнера. Большой папа всё это время мирно спал. О случившемся он узнал только ранним утром.
  
   По плану операции "Геркулесы" должны были произвести заправку топливом в
  Энтеббе. Однако от этого варианта пришлось отказаться. Цистерны с горючим находились в противоположном конце аэродрома.
  
   Израильским самолётам нужно было добираться туда мимо пылающих "МИГов". Такой перегон посчитали слишком опасным. Генерал Шомрон приказал лететь в Найроби. До столицы Кении было всего 50 минут лёту, а в баках "Геркулесов" оставалось топлива ещё на 90 минут.
  
   Первый "Геркулес" с освобождёнными заложниками взлетел ровно через 53 минуты после посадки. Самолёт генерала Шомрона улетал последним. Ждали группы подрывников и безопасности. Они должны были взорвать контрольно-диспетчерский пункт, радарную установку и "подчистить" поле боя.
  
   Подобрать оброненные десантниками документы, оружие и прочие улики, позволявшие идентифицировать страну, проведшую военную акцию. Кроме того, нужно было сфотографировать мёртвых террористов и снять с них отпечатки пальцев.
  
   Шомрон ожидал бойцов, стоя у самолёта. Наконец, всё было закончено. Солдаты быстро вбежали по трапу в огромное чрево "Геркулеса". За ними поднялся генерал. Трап медленно пополз вверх. Дверь захлопнулась. Взревели моторы, и самолёт, быстро набирая скорость, пошёл на взлёт.
  
   Французский лайнер компании "Эр Франс" рейса Љ139 остался единственным неповреждённым самолётом в аэропорту Энтеббе. Брошенный всеми, он одиноко стоял в стороне от взлетающего "Геркулеса", как символ преступного равнодушия политиков к судьбе своих сограждан. Их полной разобщённости и трусливой уступчивости шантажу террористов.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"