# Вы обвиняетесь в убийстве времени

София Александровна Деточка

Объявление висело на старом, залатанном рекламой, столбе. Гласило оно следующее: ╚Потерялась надежда. Нашедшего просьба вернуть за приличное вознаграждение. ВЕРНИТЕ МНЕ НАДЕЖДУ! ПОЖАЛУЙСТА!╩ Оно было написано истерическим почерком, явно передавая настроение автора.

I


Объявление висело на старом, залатанном рекламой, столбе. Гласило оно следующее: "Потерялась надежда. Нашедшего просьба вернуть за приличное вознаграждение. ВЕРНИТЕ МНЕ НАДЕЖДУ! ПОЖАЛУЙСТА!" Оно было написано истерическим почерком, явно передавая настроение автора. Это был листок из тетрадки в клеточку. Уже давно никто не писал объявлений на подобной бумаге, да ещё так! Ольге показалось, что это объявление написано в единственном экземпляре и рассчитано на привлечение именно её внимания. Она подошла к столбу. Теперь она могла чётко видеть буквы. Видимо, писавший не был слабым человеком, просто временно выбитым из седла. Отдельные буквы были написаны с нажимом, почти до царапин, до крови этого клетчатого листика. Наверное, тетрадка сильно пострадала, она извивалась под нажимом шариковой ручки, но выскользнуть не получалось. Когда буквы наконец легли на бумагу, тетрадь думала, что сейчас расплачется, но уже не от боли, творимой ручкой - мачете. Она сопереживала этой красивой руке, которая выливала на неё гамму отчаянья.


II


- Подсудимый, встаньте! Вы обвиняетесь в убийстве Времени, согласно статье 888 Уголовно-морального Кодекса Королевства Объединённого Времени.


По залу волнами прошёл шёпот. Это было первое дело такого рода, рассматриваемое при открытых дверях. Обычно убийц Времени судили при закрытых дверях. Суд был формальностью. Приговор был один и тот же - ссылка в Серое Безвременье. Давно уже в Королевстве ничего подобного не случалось. Если кто-то и решался на нарушение Кодекса, то это была просто кража Времени. Будучи пойманными, подданные короны Хронуса отделывались административным взысканием.


- Вам есть что сказать?


III


Ольга оторвала номер телефона и поспешила в сторону дома. Не разуваясь, подошла к телефону, сняла трубку, но сразу набрать номер не решалась.

- Что я ему скажу? Ведь я не нашла эту надежду, а своими надеждами делиться не принято как-то. В конце-концов, почему-то оно попалось мне на глаза?!


Трубку сняли сразу, видимо, он не отходил от телефона.

- Алло? - голос был взволнованный.

- Здравствуйте, я прочла Ваше объявление...

- Вы нашли мою надежду? Боже, что я говорю? Девушка, извините, я не в себе. Я написал бред и поверил в него, теперь сижу, как идиот, на телефоне и жду...

- Раз ждёте - значит, надеетесь. Значит, у Вас появилась надежда.

- Но это другая. А я потерял...

- На улице такое пекло, что немудрено.

- Спасибо, конечно, но это меня не оправдывает.

- Хотите пива?

- Не уверен. Вы хотите пообщаться с идиотом?

- Куда пойдём?

- На "Минутку".

- Через полчаса?

- Договорились.


Она села в кресло. До "Минутки" было сто метров. Она подумала, что нужно одеть что-нибудь зелёное под цвет надежды. Но так жарко! Открыла шкаф, на глаза попался кусочек зелёной ткани, который она обычно цепляла на сумку хвостиком. Привязала к сумке. Выпила стакан воды - легче не стало. Накрасила губы. Обулась. Разулась. Сбросила бриджи и рубашку. Залезла под холодный душ. Смыла помаду и остальную часть макияжа. Оделась. Подошла к зеркалу. Ничего не хотелось поправлять. Взяла сумку и вышла. На лифте не поехала. Побежала по ступенькам. Сзади болтался зелёный шарфик-хвостик.


IV


- Едва ли Суд Присяжных сможет понять мою ситуацию, поэтому не уверен, что стоит тратить силы в ответе на вопрос ⌠Вам есть что сказать?■

- Ваше право, Подсудимый, но всё же, чисто по-человечески, могли бы попытаться объяснить Ваше ⌠Нечто■ Суду и залу.


Над залом висело любопытство. Что могло толкнуть человека, подчинённого Королевства Объединённого Времени, который родился и вырос в этом благословенном измерении и месте, пойти против законов, существовавших здесь всегда, убить Время? Как так получилось, что время здесь стало объединённым, ходили легенды. Якобы когда-то у каждого человека, жившего здесь было своё собственное время. Но его всегда было мало. Слишком мало для жизни, любви. Люди рождались и умирали, никогда не успевая успеть. А потом появились люди, которые объединили Время. Причина, по которой не удавалось сделать это долгое время - не все жители этих земель были согласны объединить время. Находились собственники, которые просто считали, что их время, даже то немногое, принадлежит только им. Возник конфликт, в результате которого отщепенцы были перебиты. Их тела были унесены в Серое Безвременье. Остальные объединили своё Время и стали жить долго. Очень долго. Это всё случилось относительно не так давно, поэтому даже среднюю продолжительность жизни нельзя было вычислить. Но уже сейчас все они жили дольше на 40 лет, чем их предки-собственники. Было непонятно родившимся позже, зачем надо было отправлять не согласившихся в Серое Безвременье, но это было данностью. На вопросы никто не давал ответов. Так - так и так. Зачем вопросы, если и так всё хорошо. Но этот человек с тяжёлой костью, густыми волосами, осунувшимся лицом, но блестящими глазами... так притягивал внимание. Он молчал уже довольно долго. Видимо, решал, стоит говорить или же оставить при себе. Вот он вскинул голову. Посмотрел прямо перед собой, обвёл неторопливым взглядом собравшихся.


- Мне приснилась надежда. Кажется, это что-то из соседнего мира. Но в моем сне она принадлежала и мне. Надежда вырваться из замкнутого круга. Из вашего замкнутого круга объединённого времени. Смысл - не умирать?! Смысл иметь ВСЕГДА в запасе время?! Посмотрите на себя! Вы перестали его ценить. Оно всегда у вас под рукой. Так когда-то случилось с огнём. Теперь со Временем. Мне теперь не нужно ВАШЕ Время. У меня есть своё. Может, это был только сон. Там, в мире, из которого пришла надежда, люди рождаются, любят, ценят красоту, ценят Время, потому что никто не знает, сколько его есть. Вот и я сейчас приблизился к тому миру. У меня появилась надежда расстаться с Королевством бессмысленности. Я не хочу вас обидеть, вам так удобно - "...каждый выбирает по себе женщину, религию, дорогу..." Я тоже сделал выбор. Едва ли это кому-то интересно, посему это все, что я могу вам сказать. И Серое Безвременье для меня лишь промежуток, хлипкий мостик к моему времени.


V


Ольга увидела его сразу. Он не садился. Собственно, кроме спиленных обрубков деревьев чуть подальше в самых загаженных почитателями пива уголках "Минутки", присесть было не на что. Он ходил между столиками, поглядывая то под ноги, то наверх, то на вход.


- Здравствуйте. Я Вам звонила.

- Девушка, я тут подумал, что вряд ли Вы получите удовольствие от общения с умалишенным, разве что Вы - мазохистка.

- Я уже пришла.

- Я заметил. Извините, что притащил Вас в этот гадюшник, просто со времен института с одной стороны какие-то ностальгические нотки пробиваются. А с другой - омерзение от того, что стало с "Минуткой".

- Нормально. Здесь свой колорит, надо просто его поймать.

- Пива?

- Светлого.


Через пять минут они оккупировали столик у решетчатого забора. Сделали по глотку и уставились сквозь прутья на улицу.


- Как в тюрьме или зоопарке. С той разницей, что там пива не подают.

- Кстати или не кстати, меня Олег зовут.

- Почти тезки. Меня - Ольга.

- Вы чем по жизни занимаетесь, кроме того, что читаете объявления психов о потере надежды?

- Трудно сказать. Сначала школа, потом казино, потом опять школа, турфирма, потом телекоммуникации, теперь что-то более-менее по душе - в одной гуманитарной организации.

- М-да, разброс интересов. У меня не настолько широкий диапазон. Я то кошу под Платонова, работаю в вымирающем отряде дворников, то опять начинаю писать что-то. Просто после филфака трудно определиться.

- Вы печатаетесь?

- Ага, на столбах с рекламой... На самом деле, иногда в интеренете вывешиваюсь в разных самиздатах. Радует, когда пишут хоть что-то типа рецензии - значит, до конца прочли.

- Так что с надеждой?


VI


Судья, несмотря на свой небольшой относительно живота, рост, пытался нависнуть над залом - должность обязывала


- Суд удаляется на совещание. Перерыв.


Подсудимый с грустью вздохнул. Он надеялся на скорое окончание процесса. Времени-то у него не много, в отличии от остальных, хотя рассчитывать на милосердие не приходилось.


VII


- Понимаете, Ольга...

- Можно "на ты".

- ОК. Я, если можно так не очень громко сказать, экспериментировал со временем. Искусственно затягивал и ускорял течение своего, заметьте, только своего, времени. Я писал сказки с собой в главной роли. Мне нравилось манипулировать временем в созданном мной мире. Последняя сказка, точнее, задумка сказки, казалась мне грандиозной. Представь себе Королевство Объединенного Времени, Корона Хронуса и прочее. Изначально замысел был добрым. Но мои славные критики одну из последних вещей обвинили в отсутствии интриги. К этому времени у меня случилась внеплановая депрессия. Начал думать о том, что зря копчу небо, всегда мучил вопрос, почему до сих пор не придумали статью за убийство времени. Ведь это преступление.

- Согласна.

- Так вот, наваял своего главного героя эдаким убийцей времени, которого судят публично и...

- И...?

- И потерял надежду закончить сказку. Он повис в зале суда. То есть в отличии от остальных, его время, вырванное из круга надуманной вечности, конечно. То есть по идее, пройдя Серое Безвременье, должен оказаться здесь, в нашем мире. Но как? Я - псих?

- Кажется, тебе хочется им быть.

- Может, и так.

- Ты не мог бы дать мне прочесть все с начала?


Он с готовностью достал искореженные тем же почерком, что и объявление на столбе, листы. Бережно отдал ей. И застыл в ожидании приговора.


VIII


"Судья, несмотря на свой небольшой относительно живота, рост, пытался нависнуть над залом - должность обязывала


- Суд удаляется на совещание. Перерыв.


Подсудимый с грустью вздохнул. Он надеялся на скорое окончание процесса. Времени-то у него не много, в отличии от остальных, хотя рассчитывать на милосердие не приходилось."


IX


Ольга еще раз пробежала глазами по последнему абзацу.


- Да... надо что-то делать.

- Взять еще пива?

- Теперь моя очередь угощать.

- Моя гордость дворника противится.


Он улыбнулся и ушел. Вернувшись, застал ее за судорожными поисками ручки в полнейшем сумбуре внутренностей сумки.


- Классика! А можно для полноты картины вывалить все на стол?

- Не богатая коллекция: связка ключей, полкилограмма мелочи под подкладкой, жетоны на киевское метро, пуговица-яблоко - зеленая - одна штука, объект школы ДЭИР, пропуск в Новосибирск - подарок Григория Горлова - из лесного ореха, перышко - со времен прошлогоднего психоза - собирала все голубиные перья, бросавшиеся мне под ноги - все казалось, знаки, маяки от Димки Зубкова, которого уже год как нет здесь, что еще... Как бы зеркальце с патронами туши и блеска для губ - подарок любимой Талы, пачка ⌠Lucky Strike■... Ага... ⌠Visine■ - антивыкупные капли для глаз - курил - не курил, спал - не спал - глаза в порядке. Ежедневник Зубкова - его Отец попросил продолжать вести - вот и веду... его же читательский билет библиотеки Вернадского... Утомила?

- Не больше, чем я тебя.

- Знаешь, однажды Братец Саидка с Димулей Зубковым, будучи в здравом уме и при трезвой памяти, решили проехаться пару остановок на лестнице троллейбуса. На следующей остановке их догнал ментовский "бобик", забрали в участок и долго недоумевали, вытаскивая скарб из Димкиного рюкзака: голова фарфоровой балерины, хирургический шелк, пакет с пуговицами (у каждой была история - где нашлась, при каких обстоятельствах), стоматологический молоточек, ржавый детский грузовичок, томик Достоевского "Униженные и оскорбленные", спичечный коробок... Лицо старлея засветилось: "Наркотики?!" Открыл коробок, медленно со значением, там - лист бумаги, развернул, в нем еще один, еще один, просто пустой лист, и ничего. Досада вперемежку с удивлением: "А это тебе зачем?" На что Димка с достоинством: "Мне надо."

- М-да, ручки так и нет...

- Будем ваять пивом... на снегу.


Оба рассмеялись.


- Есть идея.

- Свеженькая?

- Посуди сам. Судья не идиот после всего сказанного главным героем отправить его в Серое Безвременье, навстречу свободе - слишком хорошо. Насколько я понимаю, откровенно сочувствующих в зале нет?

- Нет.

- Отправлять туда девушку, например, меня - банально.

- Отправлять мужика, например, меня, подумают, модная геевская тема...

- Ну, как говорит мой любимый обруссевший босс: ⌠Adin ras ne pederast■.

- Господи, ты еще и любитель нестандартных высказываний...

- Короче, если ты не против, я продолжу за тебя писать, а ты собирайся...


X


Он услышал шорох в стене. "Шиза... самое время..."

Сквозь кирпичи свежевыстроенной персональной тюрьмишки невесть откуда просочился кадр, с размаху плюхнувшись на земельный пол.


- Фух! Тоже мне придумала найкратчайшую дорогу! Ведьма жестокосердная! - он погрозил кулаком в неизвестность. - Меня зовут Олег.

- Поздравляю, очень редкое имя... Особенно в этой камере. Меня тоже.


Первый от души заржал.


- Времени у нас мало, ты ж его здесь для себя убил, да? Собирайся, пойдем.

- Через стену?

- Не знаю, что ей взбредет в голову на этот раз - посмотрим.

- Кому - ей?

- Неважно пока. Познакомлю.


В камере изо всех щелей зазвучал мотивчик "Эммануэль".


- Издевается. Мерзавка. - он опять хохотнул, - Ты только ничему не удивляйся - у нее в голове бардак еще обширнее, чем в сумке - весело!


"Экран" мелькнул.


- Так... кажется, задел за живое...


Олег I осмотрелся. ⌠Эммануэль■ продолжала звучать, только они теперь ехали в тамбуре безумно-вонючего поезда ⌠Дебальцево-Хмельницкий■. Дверь туалета стояла отдельно в стороне. Причем дверь явно не родная, надпись на ней гласила: ⌠Ne pas ouvrir avant l▓arret du train■, типа "до остановки поезда не открывать"... В окошко вагонной двери было видно, как одна мамаша пыталась запихнуть бренные останки традиционно-вареной курочки а ля "в дорогу" и беспощадно-исковерканные оболочки вареных "всмятку" яиц, в переполненную эмоциями и объедками, мусорку. Мусорка сопротивлялась, демонстрируя свой устойчивый характер и негибкость мышления.


Теперь хохотал Олег II. "Эммануэль" замолчала. ⌠Summer time■ зазвучало издевкой - за окнами проплывал снег.


- Ты что-нибудь понимаешь?

- Не знаю. Или, чтобы не казалось слишком просто, или адаптирует тебя к здешней скоротечной реальности. "...тут тебе курочка есть, а тут тебе ее уже нет...", - бессмертная фраза Стаильской. Или она уже в Одессе в обществе Андрюхи, Юрки и Митьки пожинает плоды одного невинного растения: "Никаких наркотиков, кроме традиционных" - Тоже мне - "Клуб любителей Зеленого Ветра"...


В ответ зазвучал Bob Marley.


- Ага, это Костян приехал. Альбом ⌠Survival■.

- Подожди, так радоваться или нет?

- Смотря на что ты изначально рассчитывал.


- Пассажиры, станция Никитовка, стоянка 2 минуты, - проводница откинула подножку.


- "...та, мабуть, вже прийшли, - Данко шутку╨". Нам выходить, судя по всему.


Ленин, выкрашенный в синий цвет, приветственно протягивал руку не то для рукопожатия, не то для удобства голубей. Голуби, видимо, в прошлой жизни бывшие попугаями, предпочитали плечо "Капитана Флинта".


Вдруг наступила ночь. На такси денег не было. Идти пешком было как-то не радостно.


- Здесь всегда так быстро все меняется?

- Вообще-то нет. Видимо, это очередной подарок.


Они сели на ступеньку возле не облюбованной фонарями, троллейбусной остановки. Закурили. Когда начали приходить мысли о самой мягкой двуполенчатой лавочке, вдруг подкрался троллейбус с выключенными фарами, без света в салоне. Водила-кастрюльщик высунулся в переднюю дверь и заговорщически прошипел: "До шахты "Кочегарки". По полтиннику!"


- Лады.


Они заскочили в троллейбус, густо-заполненный темнотой и перегаром. В голове всплыл рассказик про "Поезд, идущий в ад", разница была только в виде транспорта. Кто-то доходил до кондиции каким-то б/у-шным портвейном. Кто-то пытался играть в карты при свете карманного фонарика. Из углов раздавались недвусмысленные звуки глубочезных поцелуев. Оба Олега высунулись в окно, навстречу горловскому ветру.


- Придумщица!


Рядом кто-то неагрессивно икнул.

- Колорит! И это все в комплекте с шикарным художественным музеем и замечательным любительским театром "Стирола".


Полушепот водителя в микрофон:


- Так, в троллейбусе не гадить. Кому надо - открою заднюю дверь. На ходу.


Хохот. Но как ни странно, один из пассажиров, покачиваясь, двинулся в сторону импровизированного туалета.


- Горловская экзотика!


Троллейбус проехал через ночь. "Кочегарка" встретила рассветом.


- До "Минутки" рукой подать.


Воздух радовал разнообразием: запах а ля "Черемуха" с химзавода "Стирол", уголь, цветущие абрикосы...


- Знаешь, этот "букет" способен понять только человек, родившийся в Донбассе.


Олег II ничего не ответил. Просто шел рядом.


Надежда вернулась сама собой и уже воплотилась в жизнь. Вот он, его персонаж. Тяжелая кость, густые, с ранней проседью, волосы, блестящие глаза. "Хорош, мерзавец! И почему я не женщина?!" Олег I зашел на "Минутку", Ольга дописывала, нещадно царапая бумагу ручкой - чернила закончились, она выбивала на бумаге буквы. Подняла невыспавшимися глаза:


- Ну и где твой Убийца времени?


Олег резко повернулся. Никого не было.


- Ничего не понимаю. Слушай, а при чем тут Горловка? Мы же в Одессе?

- Мне было хорошо здесь, в этом городе, с теми людьми. Собственно, мне и сейчас неплохо, даже очень. Просто ностальгийка прихватила. Захотелось снега и цветущих абрикос. А если честно, хотелось положить все на бумагу, пока еще свежо - всего четыре года прошло, неизвестно, когда ты появишься в моей жизни и как будет звучать твое имя. Собственно, я даже не знаю, как будут меня звать к тому времени. Может, София... А так, ты прочтешь кусок моего времени "...яркими красками, синим по белому..." - как поет Д.Толкачев ;) И поймешь - не придется утомлять тебя глубинными подробностями, если они вообще нужны. Читай "по диагонали", ежели что. Если не посчитаешь это своеобразным убийство времени и не потеряешь надежду дочитать до конца. До встречи.


По дороге на работу Ольга стала погладывать на столбы объявлений.