# Пятая колонна в Египте. Гл.4

Борух Евлампиевич Диггер

Жил Иаков счастливо в завоёванной Авраамом земле Ханаанской. И были у Иакова сыновья, числом двенадцать. Но более всех других он любил младшенького, шустренького.

Звали младшего сына Иосифом. Характер у него живой. Глаз острый и наблюдательный. Фантазёр, каких мало. Артист.

Постоянно представлял родне некие картины в действиях. Разыгрывал старших братьев. Подсматривал, подглядывал. Создавал словесные портреты всех родичей. Запоминал их слова и поступки. А потом разыгрывал спектакли на потеху отцу и матери.

Многие из племени не любили Иосифа за это. Потому что смеялся он над ними зло и не лицеприятно. Зато отец души в нём не чаял. И когда Иосиф пропадал надолго, отец скучал, а по возвращению тут же спрашивал у сына о делах в округе.

Спокойно ли всё? Не ропщет ли народ? Что говорят люди? Что обсуждают и как относятся к нему, к Иакову?

Иосиф отвечал, так как есть. Как слышал. А если связь с какими-то злонамеренными речами отсутствовала, то он эти связи сам и устанавливал, размышляя логически, балансируя между правдой и вымыслом.

Отец всё больше благоволил к сыну. Благодаря Иосифу он был в курсе всех малых и больших событий, и опираясь на своевременно поданную Иосифом информацию, мог по необходимости принимать превентивные меры для укрепления своей власти.

Племя Иакова не было большим и могучим. Многие годы он провёл в пустую, то отслуживая жён и наложниц у Лавана, то бегал от старшего брата Исава, которого разорил благодаря совместному обману с матерью.

Бог немного покарал Иакова, но всё же дал ему удел в Ханаане и малое количество людей для работы и обслуживания. Пастухов и рабынь для прочей надобности.

Однако бедность пёрла из всех щелей. Грамоте в племени никто не знал. Да и сам Иаков был весьма малограмотен и то, что он успел всё же передать старшим сыновьям не досталось младшенькому.

Радовало только, что Иосиф оказался самородком и познавал быстро то, что другим давалось нелегко. Учение он схватывал на лету. А склад ума его был с математическим и аналитическим уклоном, причём, явное он по молодости ещё путал с виртуальным, в сны свои верил безгранично, строя на них свои предположения и расчёты.

Отец сшил для него цветную одежду из лоскутов, а братья стали называть его за это, Арлекином.

Смотрите, - говорили они, Иосиф опять потащился вслед за Месопотамским караваном. Когда-нибудь ему за его воровство достанется.-

Собравшись в кружок и обсуждая насущные проблемы, первым делом внимательно оглядывали окрестности. Не спрятался ли где за кустом купины вездесущий Иосиф, потому что не досмотри они и, завтра же, отец будет знать все их помыслы.

Благодаря Иосифу Иаков знал даже к какой рабыне какой его сын похаживает и строго следил, чтобы рожавшие женщины не приписывали его сыновьям отцовства. Верный способ, это продать мать с ребёнком в рабство. Мать с ребёнком всегда ценится дороже. Потому что уже известно, что она не яловка.

А в роду Авраама, как назло, большинство законных перед Богом жён оказывались не плодными.

Сильно ненавидели братья Иосифа. Они хоть и умели до ста считать, но младшенький, отираясь среди месопотамских купцов, уже считал до тысячи и мог даже писать своё имя вавилонской клинописью.

Как-то братья собрались и погнали стада на новые пастбища. Сказав Иакову, что в нынешних местах уже сочных трав нет и нужно двигаться севернее.

Отец отпустил. Шло время, а от братьев ни слуху не духу.

И сказал Израиль Иосифу, иди, поищи их в Сихеме. Уже второй окот скоро. Нужно знать мне, насколько потянет моё поголовье, с прибылью животной. А прибыль должна быть , ибо в Сихеме трава сочная и пастбища не тронутые с весны стояли.

Блуждал Иосиф по долам и взгорьям, пока добрые люди не подсказали, что видел некие стада, которые кочевали в Дотан.

Путь не близкий, однако если Иосиф брался за дело, то на пол пути не останавливался.

Нагнал он братьев. Но и те заметили его.

Дело в том, что Иаков, который по наущению Сатаны себя именовал теперь не иначе, как только Израиль, вёл мелочный учёт. Сыновьям нужны были деньги на расходы, он держал их в железной узде, лишнего не давал. Следил строго. За каждую копейку должны были отчитываться.

Увидев цветные, хотя и пыльные одежды приближающегося Иосифа, они запаниковали. Часть окота уже продали и на новый окот у них были свои планы. А этот стукач обязательно донесёт о их делишках отцу, а тот, в истерике будет биться головой о каменные стены, как бился и прежде, когда кто-либо покушался на его имущество. В гневе Иаков страшен. Убить может. Не зря сам Сатана не сумел его одолеть.

Рассуждать и совещаться было некогда. Первой мыслью было : прикончить Иосифа, но Рувим, один из братьев, сказал:

не будем обогрять кровью брата нашего чужую землю. Вот есть яма для дохлого скота. Яма глубокая и широкая. В пять человеческих ростов. Где ж ему вылезти? Посидит, поумнеет, а там поглядим, что нам с ним делать? Как нам с ним поступить?

И спихнули Иосифа в яму.

Сидел Иосиф в яме три дня и три ночи. Питался дохлым мясом и думал об одном: как в живых остаться.

Тут и нашли его купцы месопотамские, караван которых шёл из Галаада, и вёз поклажу на верблюдах. И стираксу, и бальзам, и ладан, а шёл караван прямиком в Египет, ко дворцу Великого фараона.

Вавилоняне месопотамские уже достаточно знали Иосифа, встречались раньше общались с ним любили слушать его сказки, позволяли даже играть со своими женщинами.

Знали, что это сын Иакова, пастуха из мелкой провинции, что кочует где-то рядом.

Вытащили купцы Иосифа.

Не задумываясь Иосиф упросил караванщиков взять его с собой. Купцы заартачились. Не могут они предстать перед очами фараона с еврейским байстрюком в обозе.

- А вы скажите, что я раб. Что вы мня купили за двадцать серебрянников.

За тридцать, - уточнил главный погонщик.

Иосиф задумался, но уверенно повторил:

Нет, за двадцать. Ибо за тридцать будет продан другой еврей, который не чета мне, и стоить он должен дороже. А я и двадцати не стою.

И продали Иосифа царедворцу Потифару, что был начальником охраны при фараоне Аменофисе 3 Восемнадцатой династии. Носившем согласно обычаям Египта множество имён, от рождения до смерти, присваемые за дела его жизни в течение всей жизни.

Аменофес - удачливый фараон. Его походы почти всгда заканчивались победами и современники гордились, что живут в эпоху процветающего Египта.

Раб Иосиф был многим из тысяч рабов приобретённых то ли в войнах, то ли на рынках рабочей силы, то ли за долги.

Иосифа причислили к последнему рангу. То есть к приобретённым за долги.

Это была наиболее презираемая каста рабов, которые обычно в рабство продавали сами себя, то ли из-за желания жить красиво не работая, то ли погашая взятые на себя ранее финансовые обязательства.

Поэтому судьба Иосифа была изначально как бы прописана.

Однако умытый и одетый благородно как и подобает быть дворовому человеку высокорожденного сановника, всего за несколько месяцев Иосиф сумел расположить к себе всю челядь начальника телохранителей.

А потому как женщины-рабыни были не воздержаны на язык, скоро он уже знал всех находящихся в доме по именам и так же знал кто чем занимается.

Необыкновенная осведомлённость Иосифа прибавила ему в статусе. Стали поговаривать, что он людей видит насквозь, а когда ему женщины начали доверять свои тайны, он находил правильные решения и тем оказывал не маловажные услуги окружающим людям.

Скоро число браков в имении удволось, а потом и утроилось.

Нужно сказать, что Иосиф был приятен не только в обхождении, но и лицом писаный красавец. Свой природный дар он с пользой использовал. Бесплодные женщины доверялись ему и, совокуплялись с Иосифом, потому что от него,( такой пошёл слух), забеременеь можно было с одного разу.

Женщины Египта были строгих правил. Они не могли крутить романы. За ними неотступно следовали евнухи - соглядатаи и потому очень важно было забеременеть именно с первого раза, с одной единственной встречи.

"И обратила взоры на Иосифа жена господина его и сказала; спи со мною!"

Бытие. гл. 39. Ст.7.

Нетера, старшая супруга Потифара, по статусу своему не могла тискаться по углам, подворотням и чуланам. Не имея детей она знала, что Потифар простит ей любую измену, лишь бы она понесла.

А красавец Иосиф, обладавший несомненными талантами в разгадывании снов и телесных соитиях, чем не кандидат на её благосклонность.

Да, он продл себя в рабство, но продал за двадцать серебреников, а это не малая сумма.

Иосиф поломался для вида, а когда Нетера предложила ему двадцать пять серебряников за услугу, Иосиф не удержался и возлёг на ложе.

Там они и провели несколько дней питаясь только маслинами и соками друг друга.

Когда же Потифар поинтересовался как идут дела, Нетера не на шутку влюбившаяся в Иосифа, пренебрегла даже ответом.

Тогда Потифар стал наблюдать за свиданием жены своей с рабом, через тайное отверстие и понял, что Иосиф применяет запрещённые в Египте извраащенческие приёмы, пробуждающие у женщин невероятную похоть.

Обладая, как правнук Авраама, спиралевидным пенисом Иосиф внедрялся в чрево женщины, закручиваясь как винт на гайку, а потом повторял те же действия и в другие природные отверстия женщины.

Египтяне - язычники. Египетские боги не позволяли мужчинам развращать женщин до такой степени. Ибо женщина, познавшая разврат становилась гетерой и путь ей был только в проститутки.

Раздражённый Потифар поднял руку на свою жену и поклялся, что убьёт её и та, в страхе, призналась, что скотская похоть овладела ею, потому что она думала, что Иосиф Ханаанеянин, то есть финикиец, филистимлянин, высоких гиперборейских кровей, а он всего - навсего подлый еврейский пастух, рождённый от презираемого в Египте Авраама, отца всех евреев и скотов еврейских.

Что может быть хуже! Раб, выдававший себя за купца северного, лицом белее снега, с гордым профилем героя, еврей?

А ведь и шнобель у него не жидовский. И голова не яйцеобразная.

А надо же... Так обмануться!

Очутившись в темнице Иосиф бился лбом о каменный пол и взывал к Сатане, хранителю семейного очага.

Выручила его та самая Нетера, величаво демонстрирующая окружающим свою беременность. Она в разговоре с фараоном сказала, что Иосиф ценный раб. И ценен он не столько внешним видом или плотскими атрибутами, сколько стукачеством.

Иосиф прирождённый стукач. Он видит больше, чем видят обыкновенные люди, и слышит больше, чем все подслушники Египта, вместе взятые.

Такие люди нужны всем и в первую очередь, власть имущим.

По наущению Иосифа многие царедворцы были заключены в темницы, отправлены на каторжные работы или казнены.

Так Иосиф стал главным соглядатаем фараона Аменофеса Третьего.

Толковал Иосиф и сны Аменофесу. Но сны всё больше связаны с войнами. С походами, с подготовкой к сражениям.

В этих вопросах Иосиф не специалист. Он отделывался общими рассуждениями, а наблюдая за подготовкой ратников, за тем, сколько средств тратится на вооружение, больше или меньше, мог делать приблизительные выводы об успехе или не успехе предприятия.

Любопытный по природе, Иосиф подался в обучение Египетским жрецам. Он наблюдал светила. Следил вместе с другими бурсаками за движением звёзд. Склонный к математике, научился рассчитывать лунные и солнечные затмения.

Изучил влияние лунных циклов на урожайность полей. И мог уже предсказывать полноводные разливы Нила.

Все эти знания приравняли его к жрецам низшего сословия. Но это давал му право на равных рассуждать с главными академиками жречества египетского.

Не урожайные годы, как правило, становились бедствиями для народа. Однако египтяне давно научились распределять потребление так, чтобы население сносно питалось даже в чрезвычайно засушливые годы.

Раньше зерно хранили в ямах. Потом стали строить житницы - пирамиды, в которых зерно отлично сохранялось многие годы не плесневея и не теряя своей всхожести.

Пирамиды были пронизаны вентиляционными шахтами, а острые углы пирамид играли роль завихряющих пространство лопастей. Влажные ветры по необходимости отклонялись в стороны, а суховеи просушивали зерно не давая ему уплотняться.

Как жрец, Иосиф стал вхож в апартаменты фараона и мог участвовать в празднествах языческих, во время которых падали все моральные устои и верха получали возможность становиться воистину Богами разврата и вседозволенности.

Спиралевидный пенис Иосифа делается объектом поклонения элитарного общества и, естественно, женского восторга. Остальные качества были уже не важны.

Иосиф для простолюдинов оказывается неким новым Осирисом. А для женщин Египта и главным жрецом плодородия.

Достигнув высокого положения, в ранге визиря, Иосиф снисходителен. Он прощает своим братьям, совершённое против его преступление и, мало того, оказывает им протекцию.

Основываясь на том, что генетика не пустой звук, Иосиф внушает Аменофесу, что всё потомство Авраама исключительно одарённое.

И если Аменофес доверится Иосифу и его братьям, Египет станет вероятно самым могущественным в окружающей Ойкумене, государством.

Бывший пастух и семейный Арлекино устанавливает семилетний цикл развития Египта и принуждает всех жрецов искать практические доказательства справедливости его нововведения.

Братья Иосифа с жадностью накидываются на богатейшие угодья Египта. Они тащат в свои закрома всё, на чём останавливается их взгляд.

А Иосиф воспылал любовью противоестественной к брату своему Вениамину. Без Иосифа тот младший в семье. И не потерял ещё свежести лица и тела своего, и зад его был округлым как у женщин, и принимал он легко в себя огромное достоинство Иосифа.

Братья опять испытали ненависть к извращенцу Иосифу и спешно покинули дворец.

Но не перехитрили Иосифа. Подкинул н им в мешки серебришка, а Вениамину чашу серебряную.

И потащили воины фараона рабов Израиля обратно ко дворцу.

Но тут догнала их весть. Умер Иаков - Израиль. Забыв о мести Иосиф расплакался и отпросился у фараона хоронить батюшку.

Семьдесят дней бальзамиовали Великого Израиля и похоронили с почётом, как и других вождей Израиля в священном месте, в неизвестных могилах, стерев с лица земли материальное о них напоминание; кроме сказок, основанных на лжи с намёком.