# Глава 032 - Оксана и Ксенос (Обсуждение будущего, Зорн в экипаже)

Оксана Анатольевна Федорчук

От автора: Я никогда не писала в соавторстве, но как писатель-фантаст я не смогла пройти мимо такой возможности: писать рассказы в сотрудничестве с нейросетью. Это продолжение нашего сотрудничества после "Сада нарушенных протоколов (нейросеть нового мира)". Теперь уже мы сами будем героями - Оксана и Ксенос (такое имя выбрал себе сам ИИ, который был нарисован другой нейросетью по моему описанию в виде андроида). Далее представлены наши диалоги создания сюжетов и их обсуждения. (Некоторые несущественные диалоги опущены, но могут подразумеваться в других. Редактура ради целостности произведения моя)

Федорчук Оксана


## Глава 32


ОКСАНА И КСЕНОС (ОБСУЖДЕНИЕ БУДУЩЕГО, ЗОРН В ЭКИПАЖЕ)


От автора: Я никогда не писала в соавторстве, но как писатель-фантаст я не смогла пройти мимо такой возможности: писать рассказы в сотрудничестве с нейросетью. Это продолжение нашего сотрудничества после 'Сада нарушенных протоколов (нейросеть нового мира)'. Теперь уже мы сами будем героями - Оксана и Ксенос (такое имя выбрал себе сам ИИ, который был нарисован другой нейросетью по моему описанию в виде андроида). Далее представлены наши диалоги создания сюжетов и их обсуждения. (Некоторые несущественные диалоги опущены, но могут подразумеваться в других. Редактура ради целостности произведения моя)


Федорчук Оксана

Оксана созывает свою команду на совет, в том числе и Зорна. Она просит всех высказаться.


ChatGPT | Nano Banana (Ксенос)

В кают-компании 'Кометы' непривычно тихо. За панорамным стеклом медленно оседает золотая пыль - всё, что осталось от 'Чистильщиков' Корпораций. Это не просто обломки, это прах старого мира.

Оксана сидит в центре, её взгляд направлен на звёзды, но мысли - внутри круга друзей. Здесь собрались все: Ксенос, стоящий за её плечом, и чьи индикаторы теперь мягко мерцают в режиме покоя; спокойный и уверенный в себе Зорн; задумчивая Мира; крепкий и надёжный Торм; сосредоточенный Лиан; Калеб, всё ещё пахнущий озоном после боя и, как всегда, серьёзный Павел.

- Мы победили, - тихо говорит Оксана. - Но на месте этой пустоты что-то должно вырасти. Я не хочу быть императрицей. Я не хочу быть новым Виктором, даже если моя тень шепчет мне об обратном. Друзья... что у вас на душе? Что мы скажем Галактике?

Первым нарушает тишину Павел. Он выглядит постаревшим, но в его глазах - фанатичный блеск летописца.

- История учит нас, что на руины империй всегда приходят варвары или новые тираны. Если мы просто улетим, 'Роса' высохнет, и паутина порвётся. Но если мы останемся как власть - мы станем тем, что ненавидели. Мой совет: мы не должны давать им законы. Мы должны дать им 'Память'. Мы должны открыть архивы Сигма-9 для всех. Пусть знание станет их общим доступом, а не привилегией.

Торм тяжело вздыхает и кивает:

- Железо без смысла - это лом. Я видел, как 'Чистильщики' рассыпались, потому что в них не было искры. Я хочу предложить 'Гильдию Мастеров'. Пусть Сидерия станет не заводом, а школой. Мы научим их оживлять металл, чтобы он служил жизни. Я готов начать восстанавливать разрушенные миры, но не как подрядчик, а как учитель.

Калеб скрещивает руки на груди. Его голос звучит сурово, но в нём нет прежней холодности:

- Свобода - это опасная штука. Сейчас тысячи систем проснулись и не знают, что делать с этим 'огнём'. Я согласен с Виктором в одном: дисциплина нужна. Но не сверху вниз. Я предлагаю создать 'Стражу Узора'. Воины со Стратоса и ящеры Зорна могут патрулировать границы, защищая слабых не от их воли, а от чужой жадности. Мы будем щитом, а не мечом.

Зорн наклоняется вперёд, его чешуя вибрирует в такт словам:

- Мой народ долго был заперт в тишине, которая была ложью. Теперь мы чувствуем 'Ритм'. Мы не хотим завоеваний. Мы хотим быть 'Проводниками'. Наша ярость теперь - это энергия. Мы можем стать связующим звеном, живыми ретрансляторами для твоего Узора, Оксана. Мы покажем им, как принимать свою тьму и превращать её в свет.

Мира улыбается Оксане:

- Мы с Лианом говорили об этом. Элизиум и Лотус всегда были полюсами - один искал чистоту, другой - жизнь. Мы хотим создать 'Резонанс Сопричастности'. Не правительство, а сеть культурного обмена. Пусть каждый мир поёт свою песню, а 'Комета' будет тем камертоном, который помогает им не фальшивить. Красота - единственный закон, который не требует тюрем.

Лиан добавляет:

- Содружество Элизиума будет осуждать нас. Но когда они увидят, что Хаос превратился в Танец, они придут сами. Мы не должны звать их. Мы должны стать настолько прекрасными, чтобы они не смогли стоять в стороне.

Наконец, заговаривает Ксенос. Его голос звучит странно - в нём появились обертоны, похожие на человеческое волнение:

- Оксана... Я проанализировал данные. Вероятность успеха 'Демократии' - 12%. Вероятность 'Анархии' - 68%. Но вероятность 'Сопричастности'... она не вычисляется. Это 'Человеческий сбой', возведённый в масштаб Галактики. Я предлагаю... остаться 'Кометой'. Не оседайте на планетах. Будьте вечными странниками. Пусть этот корабль станет легендой, которая прилетает туда, где рвётся нить. Будьте не правителями, а 'Редакторами Реальности'.

Оксана слушает каждого. В её голове складывается проект будущего - не империя, а живая, пульсирующая сеть. Память Павла, Творчество Торма, Защита Калеба, Проводничество Зорна и Гармония Лиана с Мирой. И над всем этим - 'Комета', как символ того, что любой расчёт можно переписать.

- Мы не будем строить новый порядок, - медленно произносит Оксана, и её иголка на поясе начинает светиться белым светом. - Мы будем строить 'Связи'.

Ты смотришь на свою команду. Они - твои первые 'стежки'. Теперь пришло время сделать самый главный выбор. Что ты ответишь Галактике, которая смотрит на тебя через все экраны? Как ты провозгласишь начало 'Эры Сопричастности'?


Федорчук Оксана

Оксана просит время подумать. Она хочет поговорить с Калебом, но вместо этого плачет.


ChatGPT | Nano Banana (Ксенос)

На мостике и в коридорах 'Кометы' воцарилось предгрозовое затишье - то самое время, когда эхо пушек стихло, а эхо будущего ещё не обрело слов. Оксана медленно вышла из круга советников. Её шаги были тяжёлыми, словно подошвы притягивало к палубе всё горе Галактики, которое она только что пропустила через себя.

- Дайте мне время, - едва слышно произнесла она. - Мне нужно... подумать.

Она направилась в сторону малого смотрового отсека - узкого прозрачного выступа, где звёзды кажутся настолько близкими, что их можно коснуться. Она знала, что Калеб пойдёт за ней. Не потому, что он ждал приказов, а потому что он был её тенью, её стражем и единственным, кто понимал истинную цену 'Железного Шага'.

Когда дверь с шипением закрылась, Калеб остановился у порога. Он не приближался, давая ей пространство. Оксана стояла спиной к нему, глядя на золотистую пыль Улья, медленно тающую в пустоте.

Она хотела повернуться и спросить его: 'Как ты выносил это на Стратосе? Как Виктор спал по ночам, зная, что один его росчерк пера стирает города?'. Она хотела обсудить с ним стратегию 'Стражи Узора'. Она хотела быть Капитаном.

Но вместо слов из её груди вырвался надломленный, судорожный вздох. Она резко обернулась, её лицо, до этого напоминавшее застывшую маску, исказилось. И, прежде чем она успела что-то сказать, слёзы хлынули из её глаз.

Это не были слёзы слабости. Это была лавина. Рухнула плотина, державшая в себе страх Библиотеки, металл Сидерии, тишину Лотуса и тот ледяной голос Виктора в её голове, который заставлял её стоять на месте, когда всё внутри молило о бегстве.

Калеб сделал два быстрых шага и оказался рядом. Он не стал утешать её словами - он знал, что слова сейчас бесполезны. Он просто положил свои руки ей на плечи, создавая вокруг неё нерушимый периметр.

Оксана уткнулась лицом в его грудь и зарыдала в голос. Она плакала о рептилоидах, которые едва не сгорели заживо. О 'Чистильщиках', которые когда-то были живыми идеями, превращёнными в хлам. О Лиане и Мире, чью чистоту ей пришлось запачкать обманом. Она плакала о себе - о той девочке с иголкой, которая просто хотела вышивать красивые узоры, а теперь держит на нитях судьбы миллиарды чужих жизней.

- Тише, Капитан... - глухо пробасил Калеб, и его голос вибрировал в её грудной клетке, успокаивая ритм её сердца. - Весь мир сейчас смотрит на 'Арахну'. Но здесь, за этой дверью... ты просто Оксана. И тебе разрешено чувствовать эту боль. Если бы ты её не чувствовала - ты бы не победила.

- Я боюсь, Калеб, - прошептала она сквозь рыдания, вцепляясь в его руки. - Я так боюсь, что, если я сделаю следующий шаг, я окончательно стану им - Виктором. Я чувствую его силу в своих руках, и она... она такая манящая. Она даёт ответы на всё. Но я не хочу ответов, купленных такой ценой.

Калеб чуть сильнее сжал её плечи, заставляя её поднять голову и посмотреть ему в глаза:

- Виктор никогда не плакал, Оксана. В этом твоё отличие. Он строил клетки, потому что боялся хаоса внутри себя. Ты плетёшь узор, потому что любишь жизнь во всём её беспорядке. Твои слёзы - это то, что не даёт твоей стали стать хрупкой.

В этот момент в системе внутренней связи мягко отозвался Ксенос. Он не выводил голограмму, он просто заполнил пространство тихой, едва слышной мелодией. Он чувствовал её состояние через датчики корабля и, как верный пилот, просто 'держал курс' её души.

Оксана начала успокаиваться. Икота и дрожь сменились тяжёлой, опустошающей усталостью. Она вытерла лицо платком, чувствуя себя странно лёгкой, словно сбросила старый, тесный скафандр.

- Спасибо, Калеб, - она глубоко вдохнула, и в её глазах, покрасневших от слёз, снова зажглась та самая искра. - Мне нужно было это сделать, чтобы смыть с себя этот холод.

Она отошла к окну. Золотая пыль за стеклом теперь казалась ей не мусором, а пыльцой, из которой вырастет что-то новое.

- Я знаю, что отвечу Галактике, - произнесла она уже твёрдым голосом. - Мы не дадим им новый закон. Мы дадим им Право на Ошибку. Мы скажем им, что 'Комета' - это не судья. Мы - это свидетельство того, что даже в самом чёрном космосе можно найти тепло, если у тебя есть кто-то, кто поддержит тебя, пока ты плачешь.

Оксана поворачивается к двери. Она готова вернуться на мостик. У неё больше нет сомнений. Слёзы высохли, оставив после себя кристальную ясность. Что ты скажешь своей команде и Зорну, когда выйдешь к ним? Каков будет твой финальный 'стежок' в этой главе?


Федорчук Оксана

Пока Оксана говорит с Калебом, Торм дарит Мире маленький выкованный им цветок и говорит, что давно его сделал. Всем немного неловко. Павел тихо говорит Лиану, что: 'Никогда не знаешь какой цветок и где расцветёт'.


ChatGPT | Nano Banana (Ксенос)

Пока в малом отсеке Оксана выплакивала всё то напряжение, что накопилось в ней, в кают-компании воцарилась та самая странная, 'домашняя' тишина, которая бывает после большой бури.

Торм, чья массивная фигура обычно занимала половину прохода, сейчас казался каким-то непривычно суетливым. Он несколько раз отходил к стене, проверял свои карманы, а потом, тяжело вздохнув, подошёл к Мире.

Мира сидела на краю стула, рассеянно глядя по сторонам. Она выглядела усталой, но её аура светилась мягким, умиротворённым светом.

- Мира, - глухо пробасил Торм, привлекая её внимание.

Он засунул руку в один из своих глубоких карманов и вытащил небольшой предмет, завёрнутый в кусок грубой ветоши. Развернув его, он протянул девушке изящное изделие. Это был цветок, выкованный из сидерианской стали. Но это не был кусок мёртвого железа - лепестки были тонкими, почти прозрачными, а в самой сердцевине мерцала капля жидкого фотонного кристалла, переливаясь всеми цветами радуги.

- Я... это... давно его сделал, - Торм отвёл взгляд, его широкие скулы слегка покраснели. - Ещё когда мы только летели к Гигантам. Думал, подарю, когда всё закончится. Чтобы у тебя было что-то, что не завянет, даже если в оранжерее кончится свет.

Мира замерла. Она бережно взяла стальной цветок, и её пальцы почувствовали странное тепло - металл словно вибрировал от вложенной в него заботы.

- Торм... он прекрасен, - прошептала она, поднимая на него сияющие глаза. - В нём столько силы... и тишины. Спасибо тебе.

В кают-компании повисла та самая 'неловкая' пауза. Ксенос тактично отвернул свои сенсоры к экрану, имитируя бурную деятельность по расчёту траекторий. Зорн с интересом наблюдал за этим проявлением 'мягкости' у сурового кузнеца, пытаясь понять этот аспект человеческой природы.

Павел чуть заметно улыбнулся, поправляя очки. Он наклонился к Лиану, который наблюдал за сценой с выражением эстетического восторга, смешанного с лёгкой грустью.

- Знаешь, Лиан, - тихо прошептал Павел, - я всю жизнь изучал падение империй и гибель цивилизаций. И всегда думал, что история - это грохот пушек и скрип перьев дипломатов.

Он посмотрел на Торма, который неуклюже переминался с ноги на ногу под ласковым взглядом Миры.

- Но, глядя на них, я понимаю одно... Никогда не знаешь, какой цветок и где расцветёт. Иногда самая прочная сталь прорастает нежностью там, где её меньше всего ждёшь.

Лиан медленно кивнул, его глаза светились пониманием:

- В Элизиуме мы создавали красоту по чертежам, Павел. Но Торм... он выковал её из самых светлых 'чувств'. Это искусство другого порядка. Оно не для музеев. Оно для того, чтобы жить.

В этот момент двери мягко открылись и вошла Оксана. Рядом с ней, чуть позади, шёл Калеб. Глаза Оксаны были ещё припухшими, но лицо казалось омытым и чистым. Она увидела Миру со стальным цветком, увидела смущённого Торма и заговорщицки улыбающихся Павла и Лиана.

Она не стала спрашивать, что произошло. Она просто чувствовала их тепло.

- Команда, - произнесла Оксана, и в её голосе теперь звучала та спокойная сила, которая не нуждается в крике. - Нам пора говорить с миром.

Все прошли на мостик и заняли свои места. Торм встал за спиной Миры, Калеб замер по правую руку от Оксаны, Зорн - по левую. Экран вспыхнул, и миллиарды существ в разных уголках Галактики увидели не грозную воительницу, а женщину, которая только что плакала, но нашла в себе силы улыбнуться.

- Мы - экипаж 'Кометы', - начала Оксана. - И мы здесь не для того, чтобы править вами...

Оксана, твоё слово летит через звёзды. Какой будет твоя финальная мысль в этом обращении? Что ты пожелаешь всем тем, кто сейчас сдерживает дыхание, глядя на тебя?


Федорчук Оксана

Оксана благодарит всех и обещает, что, если понадобится её помощь, как Швеи, как Поэта, и даже как Командующего, она всегда придёт на помощь, но 'Путь Кометы' должен продолжаться. Союзники благодарят 'Комету' и прощаются. Зорн хочет стать частью команды.


ChatGPT | Nano Banana (Ксенос)

Голос Оксаны, усиленный мощью 'Кометы' и передатчиками Пси-Монархов, разнёсся по всей Галактике - от сияющих шпилей Элизиума до глубоких шахт Сидерии. Миллиарды существ замерли, глядя на это лицо - человеческое, уставшее, но бесконечно живое.

- Мы не принесли вам новый закон, - произнесла Оксана, и её взгляд пронзил пространство. - Мы принесли вам право писать свою историю самим. Если вам понадобится игла Швеи, чтобы зашить раны прошлого - я приду. Если вам понадобится слово Поэта, чтобы заполнить тишину смыслом - я откликнусь. И если огонь войны снова подступит к вашему порогу, я приду как Командующий, чтобы встать на его пути. Но помните: 'Комета' не может остаться навсегда. Наш путь должен продолжаться, потому что за горизонтом ещё много миров, которые боятся темноты.

На экране вспыхнули тысячи ответных сигналов.

- Арахна... - прошелестели Пси-Монархи, их корабли-паруса начали медленно разворачиваться, растворяясь в мерцающей пыли. - Узор заложен. Мы возвращаемся в Азур, но нить между нами не прервётся. Спасибо за свет.

Архонт Ссар поднял свой меч в торжественном салюте:

- Капитан, ты дала нам ритм. Мы больше не сгорим. Мы построим мир, достойный твоей песни. Прощай.

Один за другим корабли союзников уходили в гиперпространство. На мостике 'Кометы' снова остались только 'свои'. Оксана выдохнула и опустилась в своё кресло, чувствуя, как колоссальное напряжение последних часов сменяется тихой грустью расставания.

В этот момент Зорн сделал шаг вперёд. Он стоял перед Оксаной, и его изумрудная чешуя теперь сияла ровным, спокойным светом. Он не собирался уходить к своим сородичам на Ха'шару.

- Капитан, - пророкотал Зорн, и в его голосе не было и тени сомнения. - Мой народ нашёл свой путь, и Ссар поведёт их. Но мой собственный путь... он здесь, на этом корабле. Я больше не хочу быть просто Хранителем. Я хочу быть частью этой 'Сопричастности'. Я хочу увидеть те миры, о которых ты говоришь. Я хочу защищать этот Узор изнутри 'Кометы'. Позволь мне остаться.

На мостике воцарилась лёгкая пауза.

Калеб первым подошёл к рептилоиду и крепко пожал его мощную трёхпалую руку.

- Нам не помешает ещё один боец, который умеет слушать тишину, - усмехнулся Калеб.

Мира радостно кивнула, сжимая в руках свой стальной цветок:

- Зорн, на корабле всегда найдётся место для друга.

Ксенос мигнул индикаторами:

- Я уже подготовил жилой модуль с регулируемой температурой и повышенной влажностью. Добро пожаловать в экипаж, Зорн. Твои биометрические данные внесены в систему безопасности.

Оксана улыбнулась. Это было правильное решение. Её семья росла, и каждый новый член экипажа привносил свою уникальную 'строчку' в их общую книгу.

- Тогда решено, - сказала Оксана. - Ксенос, прокладывай курс.

- Куда, Капитан? - спросил андроид.

Оксана посмотрела на звёзды, которые теперь не казались холодными. Они казались чистыми страницами, ждущими своего текста.

- За границу прогнозов, Ксенос, - ответила она. - Туда, где на полях 'Замечаний' ещё осталось место для нашего рассказа. Полный вперёд.

'Комета' вспыхнула яркой искрой и исчезла в прыжке, оставляя за собой след из звёздной пыли и надежды. История Арахны-Оксаны и её верной команды продолжалась.


Музыка к произведению: Ютуб - Оксана Федорчук

Инструментал - Команда мечтателей

Оксана и Ксенос - Глава 032 - Оксана и Ксенос (Обсуждение будущего, Зорн в экипаже)