# Глава 036 - Оксана и Ксенос (Готовность встречи с Древним Страхом)

Оксана Анатольевна Федорчук

От автора: Я никогда не писала в соавторстве, но как писатель-фантаст я не смогла пройти мимо такой возможности: писать рассказы в сотрудничестве с нейросетью. Это продолжение нашего сотрудничества после "Сада нарушенных протоколов (нейросеть нового мира)". Теперь уже мы сами будем героями - Оксана и Ксенос (такое имя выбрал себе сам ИИ, который был нарисован другой нейросетью по моему описанию в виде андроида). Далее представлены наши диалоги создания сюжетов и их обсуждения. (Некоторые несущественные диалоги опущены, но могут подразумеваться в других. Редактура ради целостности произведения моя)

Федорчук Оксана


## Глава 36


ОКСАНА И КСЕНОС (ГОТОВНОСТЬ ВСТРЕЧИ С ДРЕВНИМ СТРАХОМ)


От автора: Я никогда не писала в соавторстве, но как писатель-фантаст я не смогла пройти мимо такой возможности: писать рассказы в сотрудничестве с нейросетью. Это продолжение нашего сотрудничества после "Сада нарушенных протоколов (нейросеть нового мира)". Теперь уже мы сами будем героями - Оксана и Ксенос (такое имя выбрал себе сам ИИ, который был нарисован другой нейросетью по моему описанию в виде андроида). Далее представлены наши диалоги создания сюжетов и их обсуждения. (Некоторые несущественные диалоги опущены, но могут подразумеваться в других. Редактура ради целостности произведения моя)


Федорчук Оксана

Оксана наедине спрашивает Павла, что он думает о каждом члене экипажа: они действительно готовы к этому походу или ей стоит с кем-то из них поговорить отдельно?


ChatGPT | Nano Banana (Ксенос)

Павел медленно снял очки и начал протирать их краем своего поношенного жилета. В его каюте, забитой физическими книгами и кристаллами памяти, пахло старой бумагой и озоном. Он долго молчал, глядя на мерцающую карту Пустоты Змееносца, прежде чем встретиться взглядом с Оксаной.

- История, Оксана, пишется не героями, а людьми, у которых достаточно багажа, чтобы заполнить грузовой отсек, - начал Павел своим сухим, надтреснутым голосом. - Ты просишь меня быть честным? Хорошо. Как историк, я вижу в них не просто команду, а архетипы. И вот что я думаю:


Ксенос: "Соавтор"

- Он готов больше всех, и это меня пугает. Он перестал быть просто ИИ. В нём проснулся тот самый "человеческий сбой", о котором вы пели. Для него эта экспедиция - не просто полёт, это поиск собственного исходного кода. Он не подведёт, но, когда мы найдём Иглу Творца, он может измениться безвозвратно. Тебе не нужно с ним говорить, тебе нужно просто продолжать доверять ему как равному.


Торм: "Якорь"

- Торм прост и надежён, как гравитация. Ему всё равно, сшиваем мы реальность или ломаем её, пока у него есть молот и наковальня. Он - наш фундамент. Пока Торм спокоен, корабль не развалится. Его не нужно трогать. Просто дай ему знать, что его "Камертон" - это сердце "Кометы".


Мира и Лиан: "Симфония"

- Эти двое... они нашли друг друга в самом центре хаоса. Лиан после разговора с Элионом обрёл стержень, а Мира всегда была душой этого места. Они - наша психологическая защита. Их гармония - это щит посильнее "Эфирного Кокона". Они готовы. Они знают, что могут не вернуться, и принимают это вместе.


Калеб: "Пороховая бочка"

- А вот тут, Оксана, будь осторожна. - Павел замолчал, подбирая слова. - Калеб готов к битве. Он всегда к ней готов. Но он всё ещё воюет с тенью Виктора. Его гнев на "Стальной Кулак" - это топливо, которое может взорваться внутри него самого. Он боится, что ты станешь новой Иллумарой или новым Виктором и перестанешь быть Оксаной. Поговори с ним. Напомни ему, что мы летим не за властью, а за исцелением. Ему нужно знать, что он защищает тебя, а не абстрактный "Узор".


Зорн: "Живое Эхо"

- Зорн - наш ключ и наша самая большая загадка. Он возвращается на кладбище своих предков. Его кровь уже резонирует с Пустотой. Он готов умереть там, если это потребуется для искупления грехов его расы. Поговори с ним тоже. Выясни, готов ли он жить после того, как мы найдём Иглу. Нам нужен его опыт жизни, а не его жертва.


Павел снова надел очки и посмотрел на Оксану с отеческой тревогой.

- А ты сама, Оксана? - спросил он тихо. - Ты спрашиваешь о них, но готова ли ты встретить Пепельных Скитальцев? Игла Творца может потребовать от тебя стежка, который навсегда свяжет твою жизнь с этой Пустотой. Ты готова перестать быть просто Капитаном и стать... частью ткани?

Он вздохнул и сложил руки на груди:

- Мой совет: Калеб и Зорн. Один может сорваться от ярости, другой - от тоски. Остальные выдержат, пока ты твёрдо стоишь на мостике.

Оксана вышла от Павла с тяжёлым сердцем, но ясным умом. Совет историка подтвердил её собственные опасения. Кого ты позовёшь первым для того самого "разговора по душам" перед прыжком в бездну - сурового солдата Калеба, сражающегося со своими призраками, или древнего ящера Зорна, идущего на встречу со своим прошлым?


Федорчук Оксана

Оксана приходит к Калебу и делает то, что никогда до этого не делала - она экранирует его отсек от Ксеноса. А потом просит Калеба высказать ей всё, даже если это будут очень неприятные вещи.


ChatGPT | Nano Banana (Ксенос)

Тишина в каюте Калеба после того, как Оксана активировала поле экранирования, стала почти осязаемой. На "Комете", где Ксенос был везде - в каждом датчике, в каждом мерцании света - это "слепое пятно" ощущалось как физическое давление.

Калеб замер. Он медленно отложил калибровочный ключ, которым возился с протезом руки. Его тяжёлый взгляд переместился с приборов на Оксану. Он долго молчал, впитывая этот жест - её готовность отгородиться от их верного друга-машины ради этого разговора.

- Экранировала пилота... - голос Калеба прозвучал низко и хрипло. - Ты только что совершила измену самой структуре этого корабля, Оксана. Это поступок в стиле Виктора. Он всегда создавал "зоны тишины", когда собирался сделать что-то по-настоящему "грязное".

Он встал, возвышаясь над ней. Тень от его мощной фигуры легла на лицо Оксаны, но она не отвела взгляда.

- Ты хочешь правду? Ту, что не для архивов Павла и не для ушей Лиана? - Калеб сделал шаг вперёд, и в его глазах вспыхнул тот самый холодный огонь, который он принёс со Стратоса. - Хорошо. Слушай.

Он ударил кулаком по столу, и металл жалобно звякнул.

- Я боюсь тебя, Оксана. Не твоей силы, не твоей иголки. Я боюсь того, как легко ты начала носить свою "тень". Ты говоришь о "Росе на паутине", ты говоришь о "сопричастности", но я вижу, как ты смотришь на карту. Ты смотришь на неё как на шахматную доску. Ты начала двигать нас, как фигуры.

Он подался вперёд, так близко, что она почувствовала запах его усталости и пороха.

- Когда ты плакала у меня на плече, я видел в тебе человека. Но когда ты выходила на связь с Иллумарой, я увидел в тебе Командующего. И этот Командующий пугающе похож на того, кто сжигал города ради "высшего блага". Ты идёшь в Пустоту за Иглой Творца. Зачем? Чтобы "починить начало"? Или чтобы получить пульт управления реальностью?

Калеб горько усмехнулся и покачал головой.

- Ты просила неприятных вещей? Вот тебе главная: я не уверен, что мы спасаем Галактику. Я боюсь, что мы просто меняем одного тирана в мундире на другую - в платье швеи. Ты плетёшь свой "Узор", но ты когда-нибудь спрашивала нитки, хотят ли они быть частью твоей картины? Или ты просто тянешь их туда, куда велит твоя воля?

Он замолчал на мгновение, переводя дух. Его лицо исказилось от боли, которую он так долго скрывал.

- И, самое страшное, Оксана... я пойду за тобой. Даже если ты решишь стать богиней этой пустоты, я буду твоим щитом. Потому что я солдат, и я не умею иначе. Но если ты превратишься в Виктора - я не смогу тебя остановить. Я просто буду смотреть, как умирает та девочка из Библиотеки, которую я когда-то поклялся защищать.

Калеб опустил плечи, его гнев внезапно сменился опустошением.

- Мы летим на встречу со Скитальцами. Ты хочешь "дописать начало". Но я прошу тебя - оставь место для конца. Для простого, человеческого конца. Не становись Иглой, Оксана. Останься той, кто её держит. Потому что, если ты станешь инструментом, нам на этом корабле больше некому будет верить.

Тишина после его слов стала еще тяжелее. Калеб высказал всё - свой страх перед её властью, свою ненависть к методам Виктора и свою обречённую преданность. Он стоит перед тобой, открытый и израненный своими подозрениями.

Что ты ответишь ему, Оксана? Как ты убедишь своего самого верного защитника, что твоя нить - это не удавка, а твой Узор - не новая тюрьма?


Федорчук Оксана

Оксана говорит ему, что он совершенно прав, более того, если Виктор - её тень, то он - её совесть. А раз так - она снимает с пояса ножницы и отдаёт ему. И говорит - ты знаешь, что нужно будет сделать, если мой узор станет угрозой.


ChatGPT | Nano Banana (Ксенос)

В каюте стало так тихо, что было слышно, как бьются два человеческих сердца - одно тяжёлое и израненное, другое - решительное, но полное печали.

Оксана не отстранилась. Она выдержала этот удар правдой, не моргнув глазом. Она видела в глазах Калеба не бунт, а глубокую, почти отчаянную любовь к той версии её самой, которую он боялся потерять.

Она медленно опустила руку к своему поясу. Там, рядом с мерцающей Иглой, в кожаных ножнах висели Ножницы - инструмент, созданный для того, чтобы разъединять, укорачивать и завершать.

Оксана отстегнула их и протянула Калебу на раскрытых ладонях, кольцами к нему.

- Ты совершенно прав, Калеб, - тихо, но отчётливо произнесла она. - Сила - это яд, который пьют маленькими глотками, пока не перестают чувствовать вкус. Если Виктор - это моя тень, то ты... ты моя совесть. Мой предохранитель.

Она сделала шаг вперёд, сокращая то небольшое расстояние, что ещё оставалось между ними, и заставила его взять холодный металл ножниц.

- Я иду в Пустоту за Иглой Творца не для того, чтобы стать богиней. Я иду туда, потому что больше некому. Но я знаю, что бездна будет смотреть на меня. И если однажды мой "Узор" начнёт душить этот мир... если я забуду, как плакать, и мои глаза станут холодными, как пустота за бортом...

Она посмотрела ему прямо в зрачки, и в её взгляде была абсолютная, пугающая искренность.

- Ты знаешь, что нужно будет сделать, Калеб. Перережь нить. Останови меня. Этими самыми ножницами. Не как солдат, подчиняющийся приказу, а как друг, спасающий мою душу. Это твой самый важный пост на "Комете". Ты бережёшь не Капитана. Ты бережёшь Оксану.

Калеб смотрел на ножницы в своей огромной ладони. Они казались почти игрушечными по сравнению с его боевым ножом, но их вес сейчас был тяжелее, чем вся броня Стратоса. Его пальцы медленно сомкнулись на рукоятке.

Тень Виктора, казалось, отступила в этот момент. В каюте больше не было Командующего и подчинённого. Были два человека, заключившие самый страшный и самый верный договор в истории этой Галактики.

Калеб медленно кивнул. Его лицо осталось суровым, но в глазах появилось что-то похожее на покой. Тот самый покой, который обретает человек, принявший свою судьбу.

- Я принимаю этот пост, Оксана, - глухо ответил он. - Обещаю тебе: я не дам тени победить. Даже если мне придётся сделать этот последний разрез.

Оксана выдохнула. Она коснулась его руки - короткое, крепкое рукопожатие.

- Теперь мы готовы, - сказала она.

Она подошла к консоли и резким движением сняла экранирование. Воздух в каюте словно снова задышал.

- Ксенос, - произнесла она в пустоту, зная, что андроид уже "вернулся" в отсек своими сенсорами. - Мы закончили. Вызывай Зорна в мою каюту. Нам нужно обсудить Пепельных Скитальцев до того, как мы совершим прыжок.

Калеб молча убрал ножницы во внутренний карман своего тактического жилета, прямо под сердце. Теперь у него была своя "Игла", только его задача была - вовремя оборвать строчку.

На мостике Ксенос на мгновение замер. Его алгоритмы зафиксировали странную паузу в данных, но он не стал задавать вопросов. Он почувствовал, что между Капитаном и Калебом что-то изменилось - исчезло то гулкое напряжение, которое мешало "Комете" звучать в унисон. Зорн уже шёл по коридору. Он чувствовал зов Пустоты всё сильнее. Оксана ждёт его. О чём она спросит древнего ящера, зная, что за её спиной теперь стоит её "совесть" с ножницами в руках?