# Пантеон забытых чувств

Иван Сергеевич Хархардин

"Они приходят на остров израненными. Тот, чьи крылья стали сталью во тьме, дает им имена. Здесь поселяются Хаос и Нежность, Стеснительность и Апатия, Детство, которое хочет домой, и Кот, который видит сны. Это история о том, как наши чувства становятся богами. Мифология души в 14 главах".

Часть 1. Глот


Опалённые крылья старшего брата

Дали чётко понять: его цель - к разрушению.

Так и среднего крылья, как у Икара, растеклись

Рядом с солнцем, куда он стремился.


Только младший, изгой, не воспринял браваду

И с бумажными крыльями в тьму устремился.

Холод, ниже нуля, сделал твёрже бумагу -

Стали крылья из стали, приварены к телу.


Всё равно не сдавался, в пустоту летел смело.

Зарождение новых миров из песчинки -

В каждом мире есть боги, озорная начинка.

Дрейфовать в невесомости - скучное дело,

Он писал на себе, чтобы было что делать.


И в конечном итоге растворилось сознание,

Закрывались глаза и мгновенно слипались.

Через две бесконечности резко очнулся:

Крылья в море размокли, как понять, где проснулся?


Стал исписанный странник, тело всё в шрамах слов,

И на острове дали ему имя - Глот.

Глот - сказитель историй из другого пространства,

Хорошо, что писать на себе догадался.


Скоро весь пантеон соберётся в хибаре

Изо всех уголков бесконечных фантазий.


---


Часть 2. Крёль


Безумный трикстер, весёлый хитрец,

Звенел колокольчиком хаоса.

Последние пару столетий хотел

Взбодрить задремавшего Аргуса.


Как битые пиксели, маска была,

И лиц - бесконечное множество.

Во вневременье долгое время он жил,

Пока не придумал пророчество:


Что должен посеять безудержный смех,

Достать всех и вся на дороге своей.

И долго бродил по созвездьям, кружил,

Искал раздраженье, что не заслужил.


А из-за того, что давно очень жил,

Он старше был нескольких вечностей.

Полез в пустоту - и там получил

Своё право быть ей отвергнутым.


Но шут не вернулся в родные края,

Очнулся на солнечном острове.

'Отныне твоё имя - Крёль', - Глот сказал.

'Ты - бог озорства, проще - бешеный шут'.

А скоро другие уже подойдут.


---


Часть 3. Трефи


Среди всех блудниц - нулевой пациент:

В ней нежность и похоть не противоречат.

Однако давно ей пришлось бродить в тьме,

Ведь больше одну часть теперь люди ценят.


Теперь её дети несут только блуд -

Он спешен и быстр, во время нарезок,

И в массы его томно люди несут,

Забыв глубину аутентичного чувства.


Ей всё надоело - ушла в пустоту,

Неся груз нападок, отбросив всю нежность.

Когда глаза тьма перестала колоть,

Закрыв свои очи, готова остаться...


Как чувствует взгляды толпы на себе,

Открывши глаза - видит Крёль, развалился:

'Сударыня, я бы гамак предложил,

А может быть, в хижине уединиться?'


'Крёль, хватит!' - Глот спешно к ним подошёл.

'Ну, здравствуй. Теперь ты здесь будешь богиней.

Зовут тебя Трефи - первичная страсть.

Теперь отдыхай, Крёль, не доставай даму!'


---


Часть 4. Лёша (Детство)


Глот молча стоял, ждал, кто следующий будет.

Вдруг сзади окликнул его мальчуган:

- Дядь, ты не подскажешь, как выйти отсюда?

Я в прятки играл и, кажись, заплутал.


Глот, не обернувшись, сказал: - Крёль, свободен.

Как взгляд вдруг на Крёля на пляже упал -

Он, как обезьяна, на ветке качался

И, чавкая громко, ел жадно банан.


Глот неторопливо назад повернулся:

- Откуда ты, мальчик? - спокойно спросил.

- Я Лёша, не знаю, как тут очутился,

Но мама учила: не знаешь - спроси.

Сандалики, шорты и в клетку рубашка,

За поясом меч, на верёвке - лошадка.


Глот, голоса дрожь как комок проглотил:

- А как занесло тебя к нам-то, бедняга?

Как сзади тихонько уж Крёль подходил:

- Я Лёша, из 3 'Б', играл в прятки,

Я в лес убежал, чтоб никто не нашёл.

Потом заблудился и шёл в тьму куда-то,

И вот наконец-то вот к вам я пришёл.


- Ты бог... Хватит, - Глоту промолвила Трефи. -

Не надо пытаться его удержать.

Мы все понимаем, что он - наше детство.

Ты хочешь навечно его заковать?


Глот взгляд лишь потупил - все поняли всё.

- Пойдём за мной, Лёша, - сказал бодро Крёль. -

Тебе домой надо, там мама и папа.

Спасибо тебе, что ты к нам заскочил.


- Спасибо вам, дядя, родители правы,

Не зря я у взрослых дорогу спросил.


Крёль медленно шёл, провожая парнишку.

Глот молча стоял, Трефи ручкой махала.

Ох, детство... У всех была эта пора,

Его забывать нам уж точно не надо.

Но надо прощаться - мы взрослые, дядь.


Крёль скоро вернулся, жуя вновь банан:

- Чего приуныли? Прекрасная встреча!

Глот тихо с ухмылкой промолвил: - Баран.

И Трефи лишь звонко в ответ рассмеялась.


---


Часть 5. Шатоф


Да будь смелей, давай, давай,

Толпа беснуется в кураже.

Не будь же тряпкой, не трухай,

Стоит, стесняется, бедняжка.


- Тогда в сторонку отойди,

Таким, как ты, средь нас не место.

Мы, как один, лихие львы,

Не то что рохля - кыш на место!


И отдалился ото всех,

За робкость часто упрекали,

Стеснительность брала вновь верх,

За бортом жизни оставляя.


И в мраке он решил, что всё,

Схватил тесак, направил в сердце,

Со слезами просидел всю ночь,

Корясь, что здесь таким не место.


Уснул к утру, а после сна, открыв глаза,

Увидел остров с белым пляжем,

И у хибары паренёк

Бежит за девушкою... с крабом?


- Я - Глот, сказитель этих мест,

Ты - новый бог.

- Кто? Я? А кто же?

Вы перепутали меня,

Какой я бог - простой прохожий!


Вдруг Трефи сзади подошла,

Повисла, словно плащ, сзади:

- Тебя зовут Шатоф, ты бог

Стеснительности и объятий.


Шатоф вдруг покраснел как рак,

Бубнить под нос стал про ошибку.

А Крёль, увидев, к ним бежал,

Махая крабом как уликой.


- Шатоф, ну что ж, да будет так, -

Глот записал его в тетрадке. -

Тебе здесь каждый будет рад,

Не бойся, будешь ты в порядке.


---


Часть 6. Апатий


Грусть от последнего глотка, печаль последней сигареты.

Или как выбрался куда, поговорить - вот правда не с кем.

Звонки, соцсети, смс - везде все заняты делами,

И ты, конечно, подождёшь, перенесёшь в свободный квартал.


Безвкусно-серой станет жизнь, и бытие со вкусом тлена.

Маршрут протоптанный до дыр, других дорог как будто нету.

Энтузиазма может горсть в груди пылающей когда-то.

Как будто в этой жизни гость, не управляющий хозяин.


Амбиции сотрёт пивко, порывы слопал сериальчик.

Прокрастинация во всём - 'счастливый' в массе 'счастья' мальчик.

Болото рутины утянет на дно, на дне - разложение в порнопространстве.

Так угасают люди на дне, средненькой жизни в серенькой массе.


Крёль удивлённо смотрел на него:

- Чёт ты растёкся как клякса, парнишка.

Слышь, отвали, всё хорошо,

Лучше налейте немного пивишка.


Крёль рассмеялся, дав щелбана:

- Пиво закончилось, будешь бананы?

Глот сзади, ручкой в тетрадке писал:

- Угу, новый бог, имя - Апатий.

Видимо, лени и скуки ты бог.


- Ой, да мне пофиг, нет в этом смысла.

Крёль рассмеялся: - А как ты хотел,

Чтобы от лени мир преобразился?

Эх, брат, вот зря ты меня повстречал -

Жизни спокойной отныне не будет!


Молча Апатий, мыча, зашагал

В сторону хижины, подальше отсюда.


---


Часть 7. Дорт


Что, если б сделал по-другому? Не дал бы этому случиться.

Возможно, всё бы изменилось, могло бы всё предотвратиться.

Ответь бы я тогда иначе - последствия были б другими,

И не пришлось бы забываться в ручьях проклятой дур-воды.


- От дура! - Кружка улетела, осколками заляпав пол.

Ну почему всё так?! Удары в стену - от злости вся рука в крови.

А потом - слёзы, каждый раз, на тихой кухне в темноте,

И сожаленья тотчас сменяют, разбавляя ярость.


Гудит башка от криков злости, рука всё наливает выпить,

И хочется со всем покончить, уйти от горя в тишину...


На острове впервые тучи - хоть пасмурно, но дождя нету.

Крёль учит попугаев фразам и шлёт потом к Апатию,

А Трефи греется с Шатофом в объятиях на лежанке из листьев.

Глот тихо, твёрдо, молвит: - Ты - бог.

Бог ярости от сожалений.

Зовут тебя Дорт Исчерпавший.


- Какой я бог? Какой я павший?! - стал барабанить вдруг песок. -

Ах, если бы не пил я столько, то не попал бы я сюда!

- Спокойно, Дорт, то - день вчерашний.

Ты здесь, ты нужен, мы - друзья.


---


Часть 8. Эжват


Испив предательства до дна и даже кубок облизав,

Хоть предан был уже не раз, как сам разок уже предал.

Сместился путь, что ясен был, в сомнениях медленно тонуть.

Как понял - предан я же был, собою предан. Ну и пусть.


Чужих поступков не сужу, а вот себя готов сожрать -

Ведь я себя на суд веду, успев себе себя предать.

Шатнулась вера невзначай в свои же правила игры.

Как жить, скажите, как теперь гарантом слов своих стоять?


Что предали - то их мораль, что предал я - моя тревога.

Надеюсь, тени поглотят невзрачный облик, падший, липкий.

Мне тяжелее во сто крат смотреть на мёртвые улыбки.

Пойду, устал, здесь мне не место.

Не рад я сам себе теперь.


Закрыл глаза, и стало мерзко,

Но тут почувствовал оскал:

- Шатоф, да это ж твой приятель, - с улыбкой хрипло клянчил Крёль.

- Он - бог предательства себя же, - сказал с серьёзным видом Глот.

Зовут его Эжват отныне.


- Какое имя, ё-моё... - Крёль закатил глаза, как прежде, к Апатию засеменил.


- Привет, Эжват, а я Шатоф, позволь обнять тебя без фальши.

- Никто без фальши не готов, - сказал Эжват, сжимая пальцы.


---


Часть 9. Орос


Белый шум доест картинку, содрогнётся бытиё.

Пульс трещит, карманный Гейгер - всё отныне из неё.

Соткано из прядей кошмаров, нелинейным стал сюжет.

Как понять, что есть реальность, ведь реальность - то, что есть.


Обострились чувства, тени - кто следит из темноты,

Жадно щёлкая зубами, скрип фальшивой скрипоты.

Сенсорная перегрузка в абсолютной тишине.

Бой сознания с рассудком - победителя тут нет.


Остаются лишь сомненья, пустота съедает суть.

- Ты... шальная паранойя, - в спешке молвил нервный Глот.

Бог... Задумался он крепко.

- Бог сомнения в себе! - крикнул Крёль, сжимая кресло.

- Проявление в чистом виде - даже мне не по себе.


- Имя... Орос, дам, пожалуй... - вдруг собрался резко Глот.

- Трефи молвила однажды...

- Вот и ты... - шептал Эжват.


---


Часть 10. Лурьяж и Флор


Скорей, дорогая, всё скоро начнётся,

Займём своё место в параде планет.

Вокруг оболочка камней обернётся,

Скрывая всю страсть от назойливых глаз.


Мы будем колоться при первых объятиях

И обижаться на все пустяки,

Но чувство внутри будет лишь разгораться,

Смягчатся со временем эти штыки.


Пусть все подождут со своими делами,

Оставят советы чужих неудач.

Как котики мягко обнимемся нежно

И будем как тракторы громко мурчать.


Из леса неспешно на остров пришли,

В объятиях друг друга щипая, играясь.

- О, вы наконец-то дорогу нашли! -

С улыбкою Глот поспешил, одеваясь.


- Так ты теперь - Глот? Хорошо, ну, привет.

Мы, видимо, боги того, сокровенного.

Меня зовут Лурьяж - богиня я нежности.

А я - буду Флор, доверия бог.

Прости, что мы сами себе всё придумали,

Но ты ведь не против, скажи же нам, Глот.


Глот, стоя в трусах и с улыбкой, записывал.

Крёль прыгал как мячик, завидев лишь их.

И Трефи от радости стала подпрыгивать,

Забыла, что снизу краснеет Шатоф.

Она на коленках сидела в купальнике,

Апатий, казалось, явил интерес.

Эжват не заметил - его отвлёк Орос.

А Дорт сокрушался, что снова забыли

Его в гамаке и с кокосом в руках.


- Я рад, что вы всё-таки тоже решились, -

Глот сдержанно, ярко и чётко сказал.

- Вас таааак не хвааатааалоо! -

Крёль тряс Флор неистово.


- Почти что все в сборе, - заметил вдруг Глот.

Эмоции стали кипеть оживлённо.

Остался последний - подавленный бог.


---


Часть 11. Муррлимер


- Держи банан!

Весь мир безлик, а мы лишь маски, - Апатий тихо рассуждал.

- Держи банан!

Нет смысла мне хоть что-то делать, когда все действия - обман.

- Держи банаааан!!!

- Крёль, твой банан - такая скукаа... Оставь себе столь ценный приз.

- Держи банан!

Неугомонный, мне жаль тебя - ведь ты актив.

- Держи. Банан.

Зачем он мне? Неужто есть? А что есть голод?

- Держи банан!

Да сколько можно?! Отстань уже! Иди гуляй!

- Держи кокос!

Какой кокос?! - Апатий голос повышал.

- Ну вот, кокос!

И как открыть? Мне бить о камень? Чего ты хочешь от меня?!

- Ой, да расслабься ты уже, ведь ничего не происходит. Держи-ка лучше ты банан. С бананом и тоска проходит.


С Лурьяж Глот мило говорил, из прошлого таща воспоминания.

На заднем плане Крёль с бананом убегал от вышедшего из себя Апатия.


---


Тихие всхлипы от Трефи слышны,

Орос вцепился в внимание страсти.

- Ты не была цельной, это всё миф,

И оттого тебя рвут все на части.

Это всё ложь, этот остров сомнений,

Мы - лишь пародия целых богов,

Жалость раскромсанной мета-вселенной,

Странный симптом внутри буйных голов.


- Может, полегче? - Крёль надел свою маску,

Взмахом руки зазвенел колокольчик.

- Твоя реальность станет напрасной,

Если продолжишь другим досаждать.


Вены в пульсациях, трещит реальность,

Смех искажённый стал всё заполнять.

Орос весь съёжился: - Это всё липа!

Нет ничего настоящего здесь!


Флор подошёл. Крёль спокойно: - Дружище,

Орос, всё ложь, но доверься хоть мне.

- Ха, ещё что?

- Я единственный выход,

Или тебя разорвёт в клочья, Крёль.


- Просто доверься, поверь, этот метод

Даст себе сил вернуть жизни контроль.

- Хорошо, Флор, сделаю всё, как скажешь,

Но в этот раз - в уважение тебе.


- Сладкий трусишка! - Крёль снял маску, смеясь.

- Выбора не было, надо сдаваться

Или и дальше во всём сомневаться,

Медленно в хаос ко мне погружаясь.


---


В прохладной воде, бултыхая ногами,

На камне сидел, напевающий Крёль.

Он галькой бросался в бескрайнюю гладь,

Почувствовал вдруг: солнце мягче вдруг стало,

Приятным теплом согревая нутро.


- Лурьяяяж... - молвил Крёль, руку за спину бросив,

В которой опять появился банан.

- Ты мой арлекин! - и Лурьяж рассмеялась,

Приняв дар и чистить его начала.

- Что думаешь, Лур, мы случайные гости?

Есть шанс достучаться до блуждающих в тьме?

- Не знаю, вот честно, но пробовать надо, -

Ответила Лур, поедая банан.


- Ты мягкая пенка на утреннем кофе... -

Упал на коленки он к ней головой. -

Нам тут без тебя точно выхода нету.

Стой! Не отвечай, ну, сначала прожуй!


Смех громкий, кусочки банана повсюду.

- Ну, Лур, ну просил!

- Да я всё уберу, - сбивая куски, как в 'Чапаеве' фишки,

Она посмотрела в багровый закат.

- Мне нравится, Крёль, что мы здесь очутились.

Ведь это, по сути, наш первый контракт.


---


- Где чёртов шут?!

- Гуляет где-то, очки снимая, - молвил Глот.

- Следить за ним мне смысла нету, мы гости все...

- Не уз... Я знаю! - Апатий яростно рычал.

- Этот комок безумия в шляпе мой дом котами закидал!

- Котами? Где он взял котов?

- Я тоже вот не понимаю, чего он хочет, идиот.


На заднем плане с характернейшей улыбкой

И изумрудными зелёными глазами

Чеширский кот мурлыча плыл забвенно,

Как облако с причудливою формой.


- Ох, этот Крррёль... - мурлыкал кот, -

Достоин только восхищения,

Набедокурррил и исчез он -

Мой кумиррр в этой вселенной.


- Так, кот, давай не начинай,

А раз готов ты к диалогу,

Ты будешь бог лохматых снов,

А имя будет...

- Мурррлимер я.

- Как скажешь, так тому и быть.


- Апатий, ты какой-то распалённый,

Куда же делась скука и тоска?

- Не начинай, Крёль, мёртвого достанет...

И раз он так хотел, хочу сыграть!

- Ну, поищи, пойди, найдётся непременно,

А мне пока тут кот о снах поведает свои рассказы.


Глот натянул опять очки,

Достал тетрадь другого цвета

И на обложке написал:

'Мир снов с котом, который между'.


---


- Лур, слышишь вибрацию?! - Крёль подскочил.

- Не слышу, хотя что-то там тарахтит.

- Он всё же пришёл! Я так рад! Получилось! - Крёль прыгал как мяч, не скрывая веселье.

- Пойдём же скорей, познакомлю тебя с ним.

- Как мило теперрь величать тебя Крррёль?


Улыбка явилась из тени от пальмы,

Пушистое облако мягко повисло.

- Чешиииир!

- Не Чеширрр! Мурррлимер в этом мирре.

Меня Глот в тетррадочку так записал.


- Знакомься, Лурьяж - нежность в истинном виде.

Крёль прыгнул в кота и запутался в нём.

- Луррьяж... как кррасиво... ррад новым знакомствам.

Как вышло, что здесь все зовут тебя Кррёль? - кот вспыхнул глазами, сверля арлекина, который его уж как шарф намотал.


- Лохматый проказник, сыграем в картишки?

А если серьёзно - тут так повелось.


Апатий бежал, спотыкался и падал,

Вставал и опять к Крёлю с криком бежал:

- Иди сюда, шут! Давай же сыграем!

Глот молча в проёме хибары стоял.


---


Апатий выбирал игру, Крёль громко, радостно кричал:

- А может, в шашки?

- Нет, не то!

- Давай тогда в 'Создай слона'!

- Создай слона? Ну что за бред...

- 'Создай слона' - игррра простая, - сказал лениво Муррлимер.

- Бросаю вызов! - крикнул Крёль.


Из леса надвигался слон, похожий, правда, на пиньяту.

- Вроде бумажный...

- Ох, ну что ж...

Кота улыбка растворилась,

И из песка, как монумент,

Песочный слон большой возник.

- Давай, Апатий, твой черёд!

- Но это бред, как же так можно...

- Фантазию давай включай,

Ведь без неё всё невозможно.


---


Лурьяж увидела Шатофа,

Из суеты к нему ушла.

Он обнимал кота и гладил,

Смотря куда-то в горизонт.

- Чего грустишь?

- Я не грущу, неловко просто - все такие.

- А ты - какой, - сказала Лур, упёршись в спину своей грудью.

- Я не такой, - сказал Шатоф, залившись ярко-красной краской.

- И, если честно, не готов смелее быть - мне правда страшно.

- Бояться - это хорошо, страх значит - ты не полоумен.

Будь хоть в объятиях герой,

Не будешь больше впредь осуждён.


Обняв за талию его,

Прижавшись, голову склонив,

Шептала на ухо ему,

Что он всем тут необходим.


---


Трефи тыкала пальцем уныло в хурму,

Выдыхая дрожащий поток после рёва.

- Может, Орос был прав, и я здесь ни к чему...

Ну, кому нужна нежность, ведь с похотью проще?

Совмещать уже стало, увы, ни к чему -

Только альфы, пороки, блудницы и пафос.


Облизав томно палец, скривилась в лице,

Взяла, вынув язык, недовольно ругнулась.

- Но ведь ты не права, - сказал тихо Шатоф.

- Извини, я пойду, не хотел беспокоить.

- Ну куда ты? Останься.

- Нуу... хорошо.

Хочешь, пообнимаемся - многим легчает.


- Как раскол обнимать? Страсть без похоти - пыль.

Может, ринуться в блуд? - Глаза Трефи сверкнули.

Шатоф засмущался:

- Не хватает простого стесненья

И уважения к близости как к ритуалу.

И за талию мягко, так робко обнял,

Шепнув: - Трефи, будь цельной, а полнота - редкость.

Все хотят, но боятся тебя потерять,

Размывая границы на плоскость желаний.


- Хочешь, чмокну, Шатоф? - Слёзы тихо текли.

- Нууу... не знаю, честное слово... а может, не...

- Надо! - Развернулась и в губы Шатофа впилась

Слёзным взглядом, смотря на растерянность друга.


- Не подумай плохого. Ты просто дурак,

Что считает стеснительность своим пороком.

Было б больше тактильных и милых людей -

Не пришлось бы когда-то мне расколоться.


---


Часть 12. Уроки Муррлимера


Орос бумажку комкал в сотый раз,

Линию вывести очень пытался.

Схема из струн раздражала глаза,

Только рисунку не поддавалась.


- Всё из лучей, вижу каждый оттенок,

Этот узор не могу разглядеть...

- Тише, ррраслабься, не в этом тут дело,

Надо спокойно - делай как я.


Муррлимер выдохнул - воздух сгустился,

Точка, куда смотрит взгляд, загорелась.

Вспышкой звезды ослепила и стихла,

Став неизвестной галактикой вдруг.


- Пррросто тихонько игрраешься с ними,

И ты увидишь, куда всё идёт.


Орос слезился, глаза заплывали -

Раньше не видел такой красоты.

- Пусть красота не совсем уж реальна,

Но не пугающа... это открытие,

Можно узоры чудес наблюдать,

Без паранойи и без угрызения,

Что нереально - должно не пугать.


- Дальше ты сам, думаю, спрравишься.

Муррлимер видит, как Орос застыл.

Надо уметь отличать от реальности

Вызов фантазий в обычные дни.


---


Часть 13. Мадам Псай


Глот потягивал напиток, созерцая листопад.

На сегодня была осень, чему был он очень рад.

Листья рыжие кружились, опадая на песок,

Все от клёна, так красиво - только как понять не смог.


- Здравствуй, Глот, - раздался голос, пробежала рябью дрожь.

- Я смотрю, у вас всё в норме? Ты же помнишь меня, Глот?

Муррлимер нарисовался, прям буквально на бумаге,

После материализовался в жирный пуфик рядом с ней.


- Мадам Псай, какие гости! Мы не виделись давно,

Может, быть, сыгрраем в кости или, может, в домино?

- Что ты тут забыл, пушистый? - Гладить его начала,

Он довольно замурлыкал, улыбаясь, как всегда.


- Меня пррригласили в гости, все милы и так добрры,

А ещё тут твой товаррищ из пучины глубины.

- Знаю, кот, он где-то рядом, как всегда с своим бананом.

- Ну а как же быть иначе? - Крёль сидел уж на коте,

Маленький такой болванчик, декорация во сне.


- А я ждал, когда ты сможешь островок наш навестить,

Или одной надоело в чистоте всех смыслов плыть?

- Здесь ты, Крёль? Забавно всё же. Сколько у тебя имён?

Если память не подводит, прошлый раз был Кутерьмой.


- Имя лишь обозначение, ведь по сути тот же бред,

Просто здесь для развлечения, кое с кем у нас обет.

- Хорошо, я очень рада, - улыбнулась тихо Псай.

- Нет желания вернуться?

- Нет, спасибо, на банан!

- Ты совсем не изменился... Значит, ты придворный шут?

- Я бессмысленность момента, бесконечность вариаций, - и, задумавшись, добавил, - чистый ты потенциал.


- Псай, останешься?

- Не надо, я ваш остров берегу,

Не давая лишним смыслам загнивать на берегу.

Глот, того, кто тебя создал, знаю очень я давно.

Отложи свою тетрадку, лучше посмотри в окно.


Листья стали подниматься, обретая цвет цветущий,

И бесследно растворяться - была осень, теперь нет.

Снова пляж, архитектуры, пары занятых богов,

Муррлимер - пушистый плюшик, Псай потискала за щёчки.

Приходи ко мне во сне, чаепитие устроим.


Глот сжимал сильнее кружку, сердце билось на излёт.

- Крёль, она - та, кто я подумал?

- Ой, расслабься, выпей, Глот.


---


Часть 14. Посвящённые


Ручка билась об обложку,

Глот задумчивый сидел,

Как тихонько вошли трое -

Шатоф, Трефи и Апатий.


- Что грустишь? - сказали хором.

- Да, не важно... вы чего?

Пришли с делом или просто?

- С делом, в общем нам пора,

Покидаем этот остров,

Теперь есть у нас дела.


- О, прекрасно! Что, все трое?

- Да, мы поняли урок.

Не прощаемся, но надо

Возвращаться в свой исток.


- Хорошо, рад, что так скоро...

Вам всегда тут будут рады,

Теперь вы не просто гости,

А хозяева себя.

Если вдруг - я тут пока что...

Глот рукой им помахал.


Тройка скрылась в чаще леса,

Помогли найти им путь.

Это важно для прогресса - Чтоб в себе не утонуть.