# Кошка Мурка

Марина Владиславовна Эппель

Кошка Мурка


Кошка Мурка жила на чердаке пятиэтажного дома. С жильем ей повезло. На чердаке было в меру сухо и тепло, к тому же он был так загажен голубиным пометом, что даже дворовые мальчишки брезговали туда лазать. Голуби Мурке не мешали, она давно к ним привыкла. На дранной фуфайке, забытой когда-то пьяным электриком, кошка время от времени рожала котят, выкармливала их, а потом они разбегались восвояси. Чердак был для нее самым безопасным местом. На улице - собаки, мальчишки, машины, Петр Филлипыч из третьей квартиры, который давно собирался ее удавить. Короче, жизнь кошачья. Правда, старушка из двадцать пятой к себе зовет, килькой в томате приманывает, но домашней кашкой Мурке становиться не хотелось: боязно как-то.


Однажды кошка Мурка, убегая от овчарки Динки из дома напротив, заскочила на крышу подвала. Крыша было прямехонько под окном первой квартиры. Кошка перевела дух и улеглась на теплую жесть. Динка лаяла, как оглашенная, но Мурка уже не боялась: знала, что несносная сучка до нее добраться не сможет. До чего же глупые эти собаки!


Мурка насторожилась. Кто-то на нее смотрел. Ну да, это Витька, он здесь живет. День был теплый, окно нараспашку, вот он услышал шум и подошел к окну.


Витьку почему-то все во дворе звали монтером. Наверное, за то, что он мог починить любой электроприбор, любое радио и даже телевизор. С раннего детства он собирал и разбирал разные приемники, чинил и ломал все, что под руку попадется. На этом дважды погорел. Первый раз, когда пытался соорудить особо хитрую хлопушку. Хлопушка разорвалась у него в руках, обожгла ему пол-лица, так он и остался на всю жизнь со шрамом.


Второй раз Витька погорел по крупному. Для местной шпаны он был просто находкой - за бутылку дешевого вина мог обезвредить любую сигнализацию. Их всех посадили после кражи в соседнем гастрономе. Витька был самым маленьким, так что загремел на два года в колонию для малолетних преступников.


Витькина мама, Нина Тимофеевна, ходила по соседям, охала, рассказывала, какой у неё Витя замечательный мальчик, и как его мерзкие хулиганы окрутили, да еще и следователь попался вредный, сам не хуже уголовника. Дворовые бабульки кивали, вздыхали, а за спиной понимающе делились: понятно - безотцовщина, а мать с баянистом гуляет. Мать, действительно, гуляла с баянистом. Она работала культмассовиком в обществе слепых вместе со своим баянистом. По габаритам Нина Тимофеевна вдвое превосходила своего дружка. Баянист смотрел на нее снизу вверх с нескрываемым восторгом. Когда Витьку посадили, Нина Тимофеевна с баянистом поженились и вскоре переехали в баянистову квартиру, а эту оставили для непутевого отпрыска. Мол, выйдет, и будет тут жить. Витькина мать регулярно носила ему в колонию передачки, подробно докладывая об их содержимом своим подружкам из тринадцатой и восьмой квартиры.


Витьку выпустили раньше за хорошее поведение. Он появился во дворе с руками, синими от наколок, и с беломориной во рту. Мать пристроила его кем-то в том же обществе слепых. Так он и жил потихоньку. Весь дом по-прежнему носил ему разную электроутварь на починку и постепенно вся его квартира превратилась в склад разных ламп, микросхем, паяльников и прочей непонятной радио - дребедени. Участковый захаживал к нему для порядка, но у участкового тоже в доме имелись электроприборы, которые время от времени требовали починки. Так что Витьку никто не трогал.


Витька - монтер стоял у окна и смотрел на кошку. Кошка смотрела на Витьку и раздумывала, что ей делать. Вдруг Витька ушел вглубь квартиры и вернулся через минуту с початой банкой сардин в руке. Он поставил сардины на крышу, прямо перед кошкой. Мурка сардины любила. Немного поразмыслив, она решила, что Витька, в общем-то, парень не злой, и стала осторожно есть, поглядывая все же одним глазом на Витьку - монтера. Поев, она улеглась на крышу и зажмурила от удовольствия глаза. Витька закурил беломорину, облокотился о подоконник и уставился куда-то вдаль.


С тех пор кошка частенько наведовалась к Витьке на крышу. Он всегда выносил ей чего - нибудь съестного. Зимой он выставлял ей еду в форточку. Наевшись, кошка, если у нее не было срочных дел и погода позволяла, ложилась на крышу и дремала, а Витька сидел у окна и курил свою неизменную папиросу.


Как-то раз Витька исчез. Старухи говорили, что он опять связался со шпаной и его посадили.


Кошка Мурка по привычке, между делами, заскакивала на крышу, но Витька так и не появлялся. Прошла зима, лето, и еще зима, и еще лето, а его все не было. Иногда в квартире ненадолго появлялась Нина Тимофеевна с баянистом.


Как-то весной, уже возвращаясь домой, кошка заглянула на крышу и увидела знакомую физиономию со шрамом и папироской на губе.


Витька тоже увидел кошку, сходил на кухню и принес большой кусок селедки. Он положил селедку перед кошкой и уселся у окна. Кошка поела селедки и задремала, пригревшись на солнышке. Витька закурил очередную беломорину и уставился куда - то вдаль, вглубь двора.