# Нераскрытая тайна

Людмила Семеновна Каценко

Нераскрытая тайна.


Узнают коней ретивых

По их выжженным таврам...


Я любовников счастливых


Узнаю по их глазам:


В них сияет пламень томный -


Наслажденья знак нескромный.


А. Пушкин


Элегантная дама стояла перед картиной Игоря Грабаря. Она зачарованным взглядом смотрела на картину. Возраст дамы определению не поддавался- о ней можно было сказать:" Немолода, но все еще хороша."


Хочу подробнее остановиться на туалете дамы. Детали ее одежды - льняной бледно- зеленого цвета костюм, неброские украшения из малахита, элегантные туфли и сумочка, тонкие чулки- имеют значение для дальнейшего повествования. Особенно - чулки.


- Лина, ты ли это?


К ней подошел мужчина примерно ее возраста, а может чуть моложе.


- Зная твою любовь к Грабарю, почему-то был почти уверен, ну или по крайней мере, надеялся, что встречу тебя здесь, на этой выставке


- Я второй раз прихожу сюда. Все не могу этим портретом налюбоваться. Мне кажется, эта работа создает вокруг себя удивительную атмосферу радости и счастья.


-А кто на этом портрете? Кто это - К. Медова, а, может, Медовая?


- Хороший вопрос.Я им задаюсь добрых два десятка лет. Пыталась найти хоть какие-то сведения, но тщетно. Поэтому дала волю фантазии.


- Все еще пишешь? Публикуешься?


- Иногда пишу. Но ты знаешь, я не тщеславна.Знакомлю с моими работами узкий круг друзей и мне этого довольно.


Недавно написала небольшую повесть о Карле Брюллове и Юлии Самойловой. Друзья хвалят. Но сам понимаешь, друзья снисходительны.

-Линочка, а как эту повесть почитать?


- Легко! Хочешь, по почте пришлю? Она небольшая и есть у меня в распечатанном виде.


-А может встретимся? Пообедаем? Я приглашаю.


- Илюша, дорогой, прошу тебя - без обид. Я люблю и ценю свое уединение и стараюсь не нарушать его ни новыми знакомствами, ни возобновлением прежних.


- Я так понимаю, со вторым мужем ты разошлась.


-Верно. И двух браков мне вполне хватило. Матримониальных планов я не строю.


- Понял. Присылай по почте, если не затруднит.


- Конечно пришлю. И буду благодарна за звонок или письмо. Мне интересно твое мнение.


-Тогда вернемся к портрету. Мне очень интересно, что ты, как говоришь, нафантазировала.


-Мы уже говорили с тобой, что этот портрет полон счастья и любви. Он был написан в 1932 году. Грабарю был 61 год. Жена к тому времени от него ушла. Мог ли мужчина , которому чуть за шестьдесят влюбиться в молодую женщину, могла ли любовь быть взаимной? На мой взгляд- вполне. И вот этот портрет. Красивая женщина, излучающая ослепительное счастье полулежит на кушетке. Поза ее раскована, улыбка лучезарна. В руке сигарета.Поговорим подробнее о том, как она одета. Синее шелковое платье, либо сшитое очень хорошим портным, либо привезенное из-за границы. Обрати внимание на волан с фестонами и шлейф. Дорогое платье, к тому же - вечернее. Прекрасные туфельки с кокетливой перепонкой... А теперь, внимание! В 32 году прошлого века не были еще изобретены ни капроновые, ни нейлоновые чулки. Самыми дорогими- были шелковые. Портрет очень реалистичен. Шелковые чулки наверняка бликовали бы. Здесь этого нет . Стройные загорелые ноги. Женщина в таком туалете и без чулок?! Не возможно! И вот моя фантазия: это тайный знак близости. Я даже рискну предположить, что он должен был напоминать только двоим, что только что, перед сеансом был акт любви. Именно поэтому картина, написанная по всем правилам соцреализма, столь эротична.

Но знаешь, что? Сегодня, восемьдесят шесть лет спустя, мы стоим перед этой картиной и проникаемся удивительной аурой счастья, любви, страсти и нежности.... Нам это даровано. А тайна, пусть остается тайной.