# Двойная идентичность

Ник Картер

Двойная идентичность (пер. Лев Шкловский)


Ник Картер


Двойная идентичность


Посвящается людям секретных служб


Соединенных Штатов Америки


## Глава 1


Кинетоскоп


От современного аэропорта Пекина до центра древнего Запретного города около сорока километров. Это линейное расстояние. С точки зрения времени или в любом другом возможном четвертом измерении, которое может вызвать в воображении путешественник, это может быть легко сорок тысячелетий! Пройдя через оживленный Внешний город, где высокие трубы изрыгают клубы дыма, а длинные ряды новых квартир странно напоминают Лос-Анджелес - белая штукатурка и красная плитка - путешественник может войти в относительную тишину и покой Пурпурного города. Кроме того, в самом центре большой желтой паутины Китая находится Имперский город. Или, как предпочитают называть его современные мастера Китая, Татарский город.


Ван-вэй, начальник отдела координации секретных служб Китая, нетерпеливо взглянул на часы на своем тонком запястье. Никогда бы не опоздать на эту конференцию! Небесные Близнецы - иногда Ван-вэй позволял себе чувство юмора - Близнецы сами вызвали его. Мао и Чжоу.


Ван-вэй снова взглянул на часы и нетерпеливо пробормотал водителю маленького черного седана российского производства: «Быстрее! Тони-чжи! "


Водитель кивнул и толкнул машину. Хорошо ухоженные ногти Ван-вэя играли напряженную татуировку на его портфеле из свиной кожи, который был неизбежным знаком чиновничества. Это был аккуратный человечек лет пятидесяти с тонким, сардоническим, смуглым лицом. На нем были темные брюки, красивые туфли британского производства и черная блузка с высокими пуговицами в военном стиле. Из-за суровой погоды в ясный октябрьский день он был одет в консервативную спортивную куртку. На нем не было шляпы, его седеющие волосы были аккуратно расчесаны. Ван-вэй был красив и хорошо сохранился для своего возраста, но тщеславился.


Черная машина проехала через несколько ворот и подъехала к Тянь Ань Мэнь, входу в Татарский город. Здесь, окруженная золотыми черепичными крышами, была большая общественная площадь. Водитель притормозил и оглянулся на Ван-вэя за инструкциями.


На мгновение Ван-вэй не обратил на него внимания. Он думал, что будет жаль, если он не увидит свою любовницу Сесси-ю, когда он будет в Пекине. Его глаза сузились, и он почувствовал, как его чресла зашевелились, когда он подумал о Сесси-ю и ее Золотом Лотосе! Какой это был Лотос - почти не имеющая отношения к ней сама, существо, хорошо сведущее в тонких искусствах, богатое знаниями десяти тысяч лет изысканной сладости.


Водитель что-то крякнул, и Ван-вэй вернулся в обыденный мир. Следующие несколько часов ему лучше держать в уме. Вскоре он узнает, чего Небесные Близнецы хотят от него самого - и от своей призовой Черепахи.


Напротив площади стояли два унылых правительственных здания. Между ними находился комплекс, огороженный высокой выкрашенной в синий цвет стеной. Ван-вэй вышел из машины и вошел на территорию через деревянные ворота, охраняемые солдатом сил безопасности. У мужчины на плече висел автомат. Он нахмурился, глядя на проход, который показал ему Ван-вэй, но махнул рукой.


На территории было очень тихо. В центре комплекса стоял старинный трехэтажный дом с черепичной крышей и изогнутым карнизом в древнекитайском стиле. На мгновение Ван-вэй встал и с загадочной улыбкой оглядел дом. Даже если бы он не был достаточно знаком с ним, он бы знал по стилю архитектуры и изгибу карнизов, что это был дом счастья. До того, как он был построен именно в этом месте, консультировались со многими духами.


Другой охранник с автоматом направился ему навстречу по дорожке из гравия. Ван-вэй снова показал свой пропуск, после чего его проводили в дом и наверх в небольшую прихожую на третьем этаже.


Поскольку его проводили в эту конкретную комнату, Ван-вэй знал, что произошло нечто особенное. Главная комната, сразу за раздвижной дверью из шафрановой бумаги, была действительно особенной комнатой. Ван-вэй бывал здесь много раз раньше и по делам, и для удовольствия. Это была в самом прямом смысле его комната! Опора его творчества, когда он был в Пекине. То, что Близнецы выбрали его для этой встречи, означало, что впереди что-то очень важное!


Ван-вэй позволил себе предположить. Контрразведка? Ван-вэй позволил себе сухую улыбку. Что-то еще? Его Черепаха, Девятая Черепаха, также была принесена сюда. Вероятно, в этот самый момент был внизу. Девятая Черепаха, за которой так тщательно ухаживали столько лет. Так хорошо обучен. Так тщательно обработаны и промыты мозги. А меньше года назад - искусная пластическая операция! Ван-вэй позволил своей улыбке раскрыться. Он был прав. Он должен быть прав. Они собирались наконец использовать Девятую Черепаху. Используйте его в одной миссии, для которой он готовился годами.


Дверца из шафрановой бумаги с шипением отодвинулась. Высокопоставленный офицер указал пальцем на Ван-вэя. «Пойдем, - сказал офицер с мягким кантонским акцентом, - ты допущен». Он закрыл бумажную дверь за Ван-вэем, но не пошел за ним в большую прямоугольную комнату.


Ван-вэй помедлил у входа, прижимая портфель к узкой груди. Он взглянул в пол и почувствовал то же самое начало удивления, что и всегда, хотя он был в комнате много раз. Пол был из прозрачного стекла, выходивший на большую квартиру внизу. По сути, это было не что иное, как огромное двустороннее зеркало того типа, который используется для пип-шоу - и шпионажа - во всем мире. Снизу казалось, что потолок представляет собой зеркало, предназначенное для очевидного использования.


В дальнем конце комнаты в удобных креслах сидели двое мужчин. На низком столике между ними стояли чайные принадлежности и по бутылке виски с содовой. Были стаканы и пепельницы, но никто из мужчин не курил и не пил. Оба они с интересом смотрели на новичка.


Самый старший из мужчин, круглый маленький толстый человек с мягким лицом Будды, которым он иногда считал себя в современной версии, махнул на третье кресло и сказал: «Садись, Ван-вэй. Садись. Вот-вот начнется. Мы только вас ждали ».


Когда Ван-вэй опустился в кресло, он заметил циничное веселье в темных глазах другого человека. Он еще не заговорил, этот человек. Он был моложе, чем двойник Будды, худее и здоровее. Его темные волосы были густыми и блестящими, и на висках вспыхивал серый оттенок. Теперь он наклонился вперед, положив руки на колени, и улыбнулся Ван-вею. «Итак - это маленький повелитель черепах! А как сейчас держатся все твои склизкие подопечные, товарищ?


Ответная улыбка Ван-вэя была нервной. Он знал, что Чжоу никогда не любил его, что сомневался в компетентности Ван-вэя на той высокой и важной должности, которую он занимал. И это имя - Мастер черепах! Только Чжоу когда-либо осмеливался подразнить его этим. Но тогда Чжоу мог делать все, что хотел - он был наследником.


Ван-вэй сохранял бесстрастное выражение лица и с внутренней молитвой о том, чтобы гниющие почки Мао держались вечно, он открыл свой портфель и вытащил толстую пачку бумаг. При этом он взглянул через стеклянный пол в квартиру внизу. Там внизу была активность, но ничего важного. Просто слуга, включающий мягкий свет и расставляющий бутылки и стаканы на небольшой бамбуковой стойке в углу.


Чжоу заметил его взгляд и усмехнулся. «Еще нет, хозяин черепах. Веселье еще не началось, надеюсь, вы готовы. Знаешь, это может быть немного кроваво. И если окажется, что кровь принадлежит твоей Черепашке ...


Двойник Будды погрозил Чжоу толстым пальцем. "Довольно!


Приберегите свои шутки на потом. Со всем, что у меня на плечах, я приехал лично, чтобы увидеть это дело. Я почти уверен, что это сработает - почти, но не совсем. Так что давайте продолжим ". Он повернулся к Ван-вею. - А что с твоей Девятой Черепахой? Толстый человечек постучал по столу какими-то бумагами. «Я уже много знаю о нем, но я хочу слышать это из ваших уст. В конце концов, это вы несете основную ответственность ».


Ван-вэй не любил ни звука этого, ни блеска обсидиановых глаз Чжоу, но он был беспомощен. Это был не его план, только его Черепаха, но он должен был нести ответственность! С внутренним вздохом смирения он пролистал пачку бумаг. Он начал читать со своим резким, резким акцентом северного Китая:


«Девятая черепаха» - зовут Уильям Мартин. Родился и вырос в Индианаполисе, штат Индиана, США. Девятнадцать в плену в Корее. Сейчас тридцать три. Перечислен американцами как погибший в бою. Страхование на случай смерти выплатили его вдове, которая сейчас повторно вышла замуж и живет в городке Уилинг, штат Западная Вирджиния. Детей не было. У этой Черепахи всегда был статус номер один, она всегда была очень отзывчивой. Он считается полностью заслуживающим доверия и ...


«Кто его считает заслуживающим доверия?» Чжоу наклонился, чтобы посмотреть на Ван-вэя, его подвижные губы скривились в полуулыбке.


Ван-вэй покраснел. «Клянусь, сэр! Этот Черепаха находится в заключении уже четырнадцать лет, и, хотя я все это время не отвечал за его обучение, я готов поставить на карту свою жизнь, чтобы он был лучшим из имеющихся у нас Черепах.


Чжоу откинулся на спинку стула. «Это именно то, что ты делаешь, маленький повелитель черепах».


Мао сделал нетерпеливый жест. «Забудь обо всех подробностях, Ван-вэй! Ладите с ней. Эту Черепаху подвергли всем обычным процедурам?


Ван-вэй провел пальцем по напечатанной странице. «Да, товарищ вождь. Он полностью перевоспитан! Это, конечно, было сделано давно. Теперь он политически надежен уже много лет ».


Чжоу скрестил ноги и закурил длинную русскую сигарету. Он подмигнул Ван-вею. «Что американцы грубо называют« промыванием мозгов »?»


Ван-вэй проигнорировал его. Он сосредоточил свое внимание на Будде, отце всего Китая. Толстяк теперь хмурился. Он пощипал пальцем капризный ротик. «Есть кое-что, чего я не понимаю - почему эта «Девятая черепаха» никогда раньше не использовалась? Как я понимаю, вы нумеруете этих черепах в порядке их отлова? Итак, эта Черепаха, Уильям Мартин, был девятый американский солдат, захваченный в Корее? »


;


«Это правда, товарищ вождь».


Мао нахмурился. «Тогда я спрашиваю - почему его никогда раньше не использовали, если он такой надежный? 1951 год был давным-давно - должно быть, с тех пор вы взяли много Черепах, да? Он немного удивлен продолжительностью жизни этой Черепахи.


Это было непросто, тем не менее, потому что Ван-вэй наполовину ожидал ответа и приготовился к нему. «Девятая черепаха» существует уже давно. Истина заключалась в том, что Девятая Черепаха была красивым и великолепно сложенным представителем, давно привлекшим внимание очень высокопоставленного чиновника другого отдела. Этот стареющий чиновник, влюбленный в молодого человека, стоил Ван-вэю, пока он оставил Девятую Черепаху дома и в безопасности. На самом деле все так просто, но он не мог сказать об этом воплощению Будды. Едва ли. Мао был строгим пуританином; он приказывал расстреливать мужчин за меньшие извращения.


Ван-вэй начал свой подготовленный рассказ. Девятая Черепаха сыграла большую роль в обучении других Черепах. Он также перенес ряд болезней. Наконец, что наиболее важно, Девятая Черепаха была припасена для действительно важной работы, миссии первого ранга, такой как та, что сейчас под рукой.


Мао, казалось, согласился с этим. Чжоу иронично взглянул на Ван-вэя своими темными глазами и удовлетворился тем, что сказал: «Иногда задаешься вопросом, позволяешь ли ты себе привязаться к черепахам, Ван-вэй?»


Ван-вэй выдавил тяжелый смех из тонких губ. «При всем уважении, товарищ, это смешно!» Он слегка вскрикнул от отвращения. «В конце концов, они же Черепахи!» Казалось, этого достаточно, говорило выражение его лица. В Китае нет ничего ниже черепахи! Называть человека черепахой - знак позора и смертельное оскорбление. Вполне естественно, что так назывались пленные американцы, избранные для перевоспитания и «промывания мозгов». На данный момент у Ван-вэя в клетке было больше сотни таких черепах.


Мао снова заглянул в свои бумаги. «Девятая Черепаха подверглась глубокому гипнозу, да? Он хороший исполнитель? "


Ван-вэй кивнул. «Самый наилучший, товарищ вождь. В данный момент он находится под гипнозом. Он не будет таким снова, пока не достигнет Пешавара. Только наш агент, контролирующий Девятую Черепаху, может вызвать его. Сейчас она ожидает его прибытия, чтобы запустить первый сегмент плана дракона ».


Чжоу ухмыльнулся Ван-вею. «Наш агент в Пешаваре - женщина?»


«Да, товарищ. Американская девушка. Член их Корпуса мира, который нам сочувствует ».


"Но почему женщина?" Мао пристально смотрел на Ван-вэя, хмурясь в его пухлых чертах.


Ван-вэй объяснил, его медное лицо было сосредоточено, игнорируя понимающую улыбку Чжоу. «Мы так задумали, товарищ. По многим причинам. Сначала американка оказывается на месте, в самом стратегическом месте, именно там, где мы хотим ее - в Пешаваре, в устье Хайберского перевала. Она действительно работает в Корпусе мира - она настоящая. Еще важно то, что она известна своими распутными связями, у нее было много любовников, и еще один не вызовет никаких комментариев. Но самое главное, что гипноз Девятой Черепахи был сексуально ориентирован. Он, э-э, будет реагировать только на команды, отданные определенным образом и в определенном месте ».


Последнее было идеей Ван-вэя, и он очень ею гордился.


Чжоу, который всегда усваивал чуть быстрее, чем его хозяин, посмотрел на Ван-вэя с усмешкой. «Что может быть более секретным, чем дамская спальня, а?»


«Совершенно верно, товарищ».


Мао поднял руку, призывая к тишине. Он взял лист бумаги и посмотрел на него: «Да хватит за это. Я полагаю, вы знаете, что делаете. Ты бы лучше! А теперь - эта Девять Черепах тоже перенесла обширную пластическую операцию в прошлом году?


«Верно, товарищ вождь».


Мао смотрел на Ван-вэя круглыми холодными глазками. «Эта операция прошла успешно? А также специальная подготовка? Воспитание личности? Эта Девятая Черепаха теперь двойник агента АХ, Ника Картера? Он выглядит, ходит и говорит, как Ник Картер?


Ван-вэй придвинул свой стул поближе к трону. Теперь он был на твердой почве. «Товарищ лидер, - сказал он, - Черепаха Девять даже думает, как Ник Картер! Он думает, что он Ник Картер! Тот, кого зовут Киллмастер. На данный момент это так. Прежде чем он начнет свое путешествие, его, конечно же, выведут из-под контроля. Пока он не достигнет Пешавара. Наш агент, американка, сможет в любой момент снова ввести его в состояние полного гипноза. Затем он примет, как и планировалось, полное имя Ника Картера, этого Киллмастера ».


Мао ковырял в губах. «Насколько вы знакомы с деталями« Плана Дракона »?»


Ван-вэй вежливо пожал плечами. Было неразумно казаться слишком осведомленным. Он, естественно, мог угадать большую часть этого, но это держалось в секрете.


Он сказал: «В основном моя роль, товарищ вождь, это естественно. Последние шесть месяцев я держал его под личным наблюдением. Он изучил фильмы и фотографии настоящего Ника Картера. Также записи мужского голоса, который нам пришлось просить у русских - они не хотели делиться этим с нами».


Чжоу злобным голосом сказал: «Русские - они тоже черепахи!»


Ван-вэй продолжил: «Девятая Черепаха теперь одевается как Ник Картер. В том стиле, что англичане называют консервативным хорошим вкусом. Его стрижка такая же, как и все его личные вещи. Он был обучен обращению с оружием этого агента - 9-миллиметровым «люгером» и метательным стилетом, который настоящий Ник Картер носит в ножнах на правом предплечье. Под контролируемым гипнозом он будет таким же безжалостным и смертоносным убийцей, как настоящий агеннт-АХ ».


«И это, - прервал Чжоу, - настолько смертельно опасно, насколько это возможно. Я слышал, что это тайна. Никаких бумажек об этом! Если твоя Черепаха сможет убить его, Ван-вэй, ты окажешь всем нам большую услугу. Русские, эти дураки, годами безуспешно пытались это сделать».


Мао снова поднял пухлую руку. «Это, конечно, правда. Этот Ник Картер стоит дюжины дивизий на Западе. Естественно, он должен быть убит. Это второй сегмент плана дракона. Но первый сегмент по-прежнему остается самым важным - война между Индией и Пакистаном должна продолжаться! Прекращения огня быть не должно! Если, несмотря на все наши усилия, прекращение огня существует, оно должно постоянно нарушаться - обеими сторонами. В этом, конечно же, и заключается суть первого сегмента плана дракона - поддерживать кипение в кастрюле! Когда и Индия, и Пакистан исчерпают себя, тогда мы будем знать, что делать ».


Чжоу сказал мягким голосом: «А второй сегмент, я полагаю, должен заманить настоящего Ника Картера? Чтобы заставить его следовать за двойником, Черепахой, а затем убить его? Избавиться от Killmaster раз и навсегда? "


Ван-вэй кивнул. "Это так. Товарищ. По крайней мере, мы на это надеемся. Мы рассчитываем, что организация AX узнает, что у их драгоценного Ника Картера есть двойник, который работает против них. Мы думаем, что тогда AX пошлет настоящего Картера найти двойника и избавиться от него - только мы надеемся, что все будет наоборот ».


Чжоу улыбнулся. «Надеюсь, ты прав, Ван-вэй. Для вашего собственного блага."


Двойник Будды потирал толстые руки. «Это должно быть забавно - Ник Картер убивает Ника Картера! Жаль, что это, вероятно, будет происходить в каком-то безвестном уголке мира, где мы не можем на это смотреть ».


Ван-вэй улыбнулся и кивнул. Затем он указал вниз через стеклянный пол. «Начинают, товарищ вождь. Теперь вы увидите мою Девятую Черепаху в действии. Четверо мужчин попытаются убить его, когда он занимается любовью с женщиной. Моя Черепаха, конечно, ничего об этом не знает. Он думает, что это рутина, часть его привилегированного дня за хорошее поведение. У моих старших Черепашек, знаете ли, каждую неделю выходной, э-э ... для отдыха.


Чжоу маслянисто усмехнулся. - Вы действительно отлично разбираетесь в эвфемизме, повелитель черепах. И я тебе еще кое-что скажу, мой маленький друг. Вы лжец и лицемер! Вы много раз ставили эти пип-шоу в прошлом - и всегда делаете вид, что вам скучно с ними. Кажется, ты даже не одобряешь свои собственные методы, как будто они не совсем нравственны ». Чжоу зажег еще одну свою длинную сигарету. «Знаете ли вы, повелитель черепах, что я не верю в ваши поступки? Думаю, вам нравятся эти маленькие шоу - например, так же, как и мне ». Чжоу откинулся на спинку стула, скрестил длинные ноги и с кривой улыбкой выпустил дым на Ван-вэя. "А теперь - давай!"


Мао, мягкий толстый маленький отец Китая, переводил взгляд с одного на другого. Он слегка нахмурился, но голос был холодным. «Да, продолжай. И теперь я предупреждаю вас двоих - эти разногласия между вами прекратятся! Я не знаю причины вашей ссоры и не хочу знать, но если она продолжится, я приму меры! Народная Республика не может позволить себе ваших препирательств. Это ясно? "


Чжоу ничего не сказал. Он откинулся назад и закрыл глаза. Ван-вэй озабоченно кивнул Вождю. Он только что понял. Это только что пришло к нему в ослепительной вспышке интуиции - Чжоу возжелал Сесси-Ю! Каким дураком он был, представив их ...


Мао нажал кнопку на столе. Слуга незаметно скользнул внутрь, чтобы задернуть жалюзи и выключить единственный свет. Каждый мужчина удобно устроился в затемненной комнате. Ван-вэй украдкой взглянул на Чжоу и увидел, как тот расстегнул воротник и вытер свой высокий лоб чистым белым носовым платком. Ван-вэй потянулся, чтобы расстегнуть свой воротник. Он заметил, что во время этих пип-шоу у него есть склонность к поту.


Квартира внизу была похожа на ярко освещенную сцену, каждая деталь которой была видна сверху. Эта квартира использовалась очень часто, и обстановку можно было менять по желанию. Ван-вэй никогда не был в Нью-Йорке и никогда не надеялся быть там - даже в самых абсурдных своих полетах Министерство пропаганды никогда не предполагало, что Соединенные Штаты могут подвергнуться физическому вторжению. Но Ван-вэй прочитал сценарий. Квартира, в которую он теперь смотрел, должна была находиться в дорогом и шикарном отеле на Парк-авеню. Маленькая, но элегантная, с роскошным декором.


На данный момент квартира была пуста. Затем открылась дверь и вошел мужчина. Ван-вэй


напрягся от чего-то вроде гордости. Это была Девятая Черепаха. Его Черепаха - его собственная изысканная работа! Он наклонился вперед, опустив голову между колен, и уставился сквозь стеклянный пол на это существо, которое он создал после четырнадцати лет заточения. Школьником он читал переводы «Франкенштейна» и подумал об этом сейчас. Он и, конечно же, многие другие создали эту штуку, которая теперь подошла к маленькому бару и налила себе выпить. - Виски с водой, - заметил Ван-вэй. Настоящий Ник Картер обычно пил скотч.


Мужчина в баре был одет в светло-серый твид консервативного и дорогого покроя, сделанный на заказ в одном из лучших заведений на Риджент-стрит в Лондоне. Туфли также были британскими, коричневого цвета, с ручкой на косточках и косточкой. Рубашка была на пуговицах Brooks Brothers. Галстук темно-винного цвета стоил двадцать долларов. Ван-вэй знал, что под красивым костюмом на его мужчине были боксеры из плотного ирландского льна. Пять долларов за пару. Винные темные носки из шотландской шерсти - восемь долларов. Из Ван-вэя получился бы прекрасный торговец - на такие детали он хорошо запоминал.


Мао нарушил молчание. «Ваша Черепаха похожа на фотографии Ника Картера, Ван-вея, которые я видел. Я это признаю. Но я не могу близко рассмотреть его лицо. Хирургические шрамы зажили?


«Почти так, товарищ вождь. Еще есть немного розовой ткани - но нужно быть очень близко к нему, чтобы заметить это ».


«Например, быть с ним в постели?» Маленький смех Чжоу был маслянистым.


Ван-вэй невольно вздрогнул от мрака. Он думал о своем пожилом соотечественнике, который наслаждался благосклонностью Девятой Черепахи и так хорошо платил за эту привилегию. Чжоу, конечно, не имел в виду этого. Тем не менее Ван-вэй почувствовал, как по лбу выступила капля пота.


Но его голос был ровным, когда он согласился. «Совершенно верно, товарищ. Но он не пойдет спать ни с кем, пока не доберется до Пешавара. Наш агент, американская девушка ...


Мао их заставил замолчать. Он казался нетерпеливым. «Когда начинается это маленькое представление, Ван-вэй? Есть еще несколько вопросов, которые требуют моего внимания сегодня ».


Ван-вэй вытер лоб платком. «Скоро, товарищ вождь. Я хотел, чтобы ты сначала хорошенько взглянул на этого человека наедине.


«Тогда давайте помолчим, - раздраженно сказал Мао, - и посмотрим!»


Мужчина в баре потягивал виски с водой. Он открыл серебряный портсигар и закурил длинную сигарету с золотым наконечником. Два года назад агент из Восточной Германии спасал задницу в берлинском отеле и отправил их. В профессии вы никогда не знали, когда мелочи могут оказаться важными.


Мужчина в баре сидел в позе кажущейся расслабленности, но его глаза непрерывно блуждали, а тело под дорогим костюмом производило впечатление мощной пружины, скрученной для действия. Он был чуть выше шести футов и ни грамма жира на нем не было. Плечи представляли собой огромный мускулистый клин, переходящий в тонкую талию, длинные и жилистые ноги под хорошо сидящими брюками.


Пока трое мужчин смотрели сверху, мужчина у бара вынул автоматический пистолет и осмотрел его с легкостью долгой практики. Он достал обойму, вставил патроны в нее и проверил пружину магазина. Он проверил обойму на предмет наличия патронов и смазки, затем перезарядил ее и вставил обратно в пистолет. Он положил оружие в пластиковую кобуру, которую носил на поясе, и застегнул куртку. Не было явной выпуклости. Куртка была сшита должным образом.


Чжоу нарушил тишину.


«Позвольте мне понять это правильно. Этот человек, которого мы видим, эта Девятая Черепаха, сейчас находится под гипнозом? Он считает себя Ником Картером? Он действительно думает, что он Киллмастер?


«Да», - сказал Ван-вэй. "Он убежден в этом ..."


Мао зашипел на них. "Тихо! Смотрите - этот человек быстр, как змея.


Человек внизу, казалось, скучающий, вышел из бара и занял позицию примерно в двадцати футах от пробковой доски для дротика, прикрепленной к стене. Едва заметным движением он опустил правое плечо, согнул правую руку. Что-то блестящее упало из его рукава в руку. Бросок был таким быстрым, что Ван-вэй не мог уследить за ним - но вот он, маленький стилет, дрожащий около центра доски для дартса!


«Замечательно», - фыркнул Мао. «Очень близко к цели».


Ван-вэй вздохнул и промолчал. Бесполезно говорить Лидеру, что настоящий Ник Картер попал бы в яблочко. Его Черепахе пришлось бы немного поработать над метанием ножа. В конце концов, если все устроится правильно, его Черепаха должна будет выступить против настоящего Ника Картера.


Под ними открылась дверь квартиры и вошла девушка. Чжоу громко вздохнул. «Ааааа, теперь мы можем приступить к делу».


Девушка была высокой, стройной и изысканно одетой в западном стиле. На ней была шикарная шляпка и костюм, а ноги в темном нейлоне и на высоких каблуках были идеально гладкими. На ее тонких плечах был накидан из норки.


Из квартиры внизу не было звука - его можно было включить по желанию, но в данный момент он не работал по желанию Мао. Лидеру было все равно, что такое звук


Только то, что было сделано. Это было не чем иным, как проверкой работоспособности и готовности Девятой черепахи к своей работе.


Ван-вэй слышал, как участилось дыхание Чжоу, пока они смотрели, как интимная картина разворачивается под ними. Он должен был признать, что это было захватывающе. Ему нравились эти маленькие представления, и не всегда по долгу службы. Чжоу был прав в этом! На мгновение Ван-вэй позволил себе мимолетные мысли о Сесси-Ю и ее Золотом лотосе, затем заставил себя обратить внимание. Это занятие любовью, происходящее сейчас под ними, возбуждая более вульгарные чувства, не имело реального значения. Настоящее испытание было еще впереди. Когда Turtle Nine, в самом прямом смысле, будет бороться за свою жизнь.


Девушка сняла шляпку и бросила норковый палантин на диван. Она отказалась от выпивки. Ее тонкие руки обвились вокруг шеи высокого мужчины, и она сильно прижалась своим гибким телом к его. Они долго целовались. У девушки были закрытые глаза. Она подняла с пола одну аккуратно обутую ногу, затем вторую. Она начала изгибаться и подергиваться к мужчине.


«Она знает свое дело», - сдавленным голосом сказал Чжоу. "Кто она такая?"


«Ее зовут Си-чун», - сказал Ван-вэй. «Неважно. Проститутка, которую мы иногда использовали. Она даже не китаянка. Наполовину корейка, наполовину японка. Но вы правы - она наиболее работоспособна.


«Во многом, - сказал толстый Лидер. «Но в таком вопросе - она сдержанна? Можно ли ей доверять?


Ван-вэй кивнул, понимая, что они его не видят. «Я так думаю, но это не имеет значения, товарищ вождь. Мы не рискуем. Когда это закончится, Си-чун будет утилизирована ».


Пара внизу ушла в спальню. Девушка расслабленно стояла, опустив руки по бокам, пока мужчина раздевал ее. Ее голова была запрокинута, ее узкие темные глаза смотрели в зеркальный потолок, когда мужчина снял ее маленький пиджак, ее блузку и поцеловал ее смуглые плечи, снимая лифчик.


Ван-вэй почувствовал легкую боль. Она была милашка, хоть и шлюха. Казалось, теперь она смотрела прямо на него. Как будто она знала, что он здесь, знала, что происходит, и умоляла его помочь ей.


Ван-вэй вздохнул. Сентиментальность из-за шлюх не годится. Тем не менее - может, он мог бы ей немного помочь. Он должен увидеть. Возможно, ее удастся отправить на юг к войскам вдоль вьетнамской границы. Он полагал, что это будет немного лучше, чем смерть!


Девушка стояла теперь только в поясе с подвязками и темных чулках. Ее длинные ноги были цвета меда. Мужчина поцеловал ее груди, маленькие, круглые и твердые, как маленькие дыни. Она улыбнулась и провела тонкими пальцами по его коротко остриженным темным волосам, лаская красивую голову. «Похоже, она наслаждается своей работой», - подумал Ван-вэй. И почему бы нет? Черепаха Девять, теперь полный двойник Ника Картера, естественно, была бы прекрасным любовником. Настоящая доблесть Картера как любовника была хорошо известна китайской разведке.


Мужчина и женщина теперь лежали на кровати, глубоко поглощенные горячими предвариями любви. Гибкое тело женщины искривлялось страстными арабесками. Ее маленький красный язычок мерцал, как у ящерицы, когда она пыталась возбудить мужчину еще больше.


«Часть ее инструкций», - прошептала Ван-вэй. «Она пытается заставить его забыть обо всем, кроме нее».


«Кажется, ей это удается, - сухо сказал Чжоу.


«Не совсем», - сказал Ван-вэй. "Часы!" В его голосе была нотка гордости. Девятая Черепаха хорошо усвоила его уроки.


Мужчина внизу вырвался из объятий женщины. Его губы шевелились в улыбке. Она надулась и попыталась обнять его, но он стряхнул ее и вернулся в гостиную. Он был обнажен, за исключением стилета в ножнах, прикрепленных к внутренней стороне его правого предплечья.


Трое наблюдателей видели, как он пытается открыть дверь, проверяя замок. Он подошел к каждому окну и проверил его.


Мао зашипел в темноте. «Он очень осторожен, ваша Черепаха. Вы уверены, что он не подозревает, что его ждет?


Он ничего не подозревает, товарищ вождь. Это просто обычные элементарные меры предосторожности, которые настоящий Ник Картер предпримет в такой ситуации ».


Чжоу сказал: «Кто те люди, которые попытаются убить твою Черепаху? Не очень хорошие китайцы, надеюсь? "


«Они китайцы, - ответил Ван-вэй, - но не хорошие. Все они преступники, приговоренные к смертной казни. Им обещали жизнь в случае победы ».


Чжоу тихо рассмеялся в темноте. «А если они выиграют - если они убьют твою призовую Черепаху? Что ты тогда будешь делать, Ван-вэй? »


«Найду новую черепаху и начну все сначала, товарищ. Требуется только терпение. Ты должен знать что."


«Я знаю, что меня все больше раздражает эта болтовня, - рявкнул Мао. «Молчите и смотрите!»


Псевдо Ник Картер вытащил из кармана пиджака моток бечевки. Он привязал один конец бечевки к петле высокой лампы возле двери. Затем, поставив стул в нужное положение, он опустил бечевку вертикально на пол, под ножки стула и через дверь к еще одному стулу, где привязал конец бечевки. Шпагат теперь образовывал линию по щиколотку около двери.


Мужчина проверил натяжной трос один или два раза, чтобы убедиться, что он работает, затем покинул комнату в темноте и вернулся в маленькую спальню, где девушка лежала, нетерпеливо поглаживая свои мягкие груди.


«Умно», - признал Мао. «Но дверь заперта. Как твои люди, преступники, попадут сюда? »


«У них есть ключ доступа, товарищ лидер. Как у настоящих врагов. Они скоро появятся ».


Ван-вэй услышал шелест одежды, когда Чжоу вытер лицо. «Я рад, что не служу тебе», - сказал он Ван-вею. «Слишком много мер предосторожности - как вообще найти время, чтобы чем-то насладиться?»


«Это необходимо», - сказал ему маленький разведчик. «Иначе агент не проживет достаточно долго, чтобы получать от чего-либо удовольствие».


Они смотрели, как мужчина опустился на кровать рядом с женщиной. Он вынул стилет из ножен и сунул его в кровать рядом с правой рукой. Люгер был помещен под подушку рядом с его левой рукой. Отключили радио, которое, должно быть, играло на тумбочке. Незадолго до того, как мужчина накрыл женщину своим крепким телом, он протянул руку и выключил единственный свет.


Мао двигался в темноте. Он нажал кнопку на столе, и звук ожил. Сначала только негромкое электронное жужжание, потом стали различать отдельные звуки.


Чжоу мягко выругался. «Почему он должен был выключить свет!»


Ван-вэй чувствовал себя немного лучше. «Это необходимо, товарищ. Так что если загорится внешний свет, он будет иметь преимущество в темноте ».


Мао снова их замолчал. Они сидели и прислушивались к разнообразным звукам, исходящим из громкоговорителя в стене комнаты.


Нежный звон пружин кровати. Приглушенный крик женщины. Внезапно женщина тяжело дышит, затем ее долгий стон удовольствия ...


В гостиной загорелась лампа. Четверо китайцев, все в синих костюмах кули, на мгновение стояли, удивленно моргая. Над ними Ван-вэй почувствовал, как его собственное сердце сильно подпрыгнуло. Это было настоящее испытание!


Не прошло и десятых секунды, как кули, оправившись от внезапного удара света, вступили в бой. У всех были длинные ножи. У двоих из них были револьверы. Один, помимо ножа, держал в руках смертоносный топорик.


Они рассыпались по комнате, тихонько перекликаясь, и начали приближаться к темной спальне. Наблюдатели наверху видели лишь слабую тень движения в комнате. Крик женщины был внезапно подавлен. Люгер плюнул пламенем в кули, прячась тени, выстрелы громко раздавались в динамик. Один из кули, у которого был револьвер, споткнулся и упал на землю, его кровь залила ковер. Револьвер вылетел из мертвой руки по полу. Кули прыгнул за ней. «Люгер» снова выстрелил, и человек упал.


Оставшийся вооруженный кули присел за диван и начал стрелять в спальню. Кули с топором упал на четвереньки и под прикрывающим огнем своего товарища начал ползти вдоль стены к двери спальни. Это были отчаявшиеся люди, их жизни вдвойне висели на волоске, и они не сдавались легко.


«Люгер» снова и снова щелкал из спальни. Кучки и куски дивана разлетелись по воздуху, но человек с револьвером не пострадал. Он продолжал стрелять в спальню. Ползший мужчина с топориком был теперь у двери. Он взглянул вверх, увидел выключатель и крикнул своему товарищу, вставая, чтобы включить его. В спальне вспыхнул свет.


Девятая черепаха Ван-вэя пронеслась через дверь спальни, как обнаженная молния. В его правой руке был стилет, в левой - стреляющий «Люгер». Кули с топором издал легкий крик ярости и торжества и метнул оружие. Он блестел в ярком свете, вращаясь из стороны в сторону. Метатель был опытным убийцей триады - за что он должен был умереть - и никогда не промахивался.


Сейчас он практически не промахнулся! Черепаха Девять быстро пригнулась, и крутящийся топор прошел над ним. Девушка, ее мягкий рот широко раскрылся в крике, получила топор прямо между глаз. Она откинулась на кровать, топор вонзился в ее прекрасное лицо.


Девятая Черепаха думал как автомат, которым он был. На мгновение он не обращал внимания на метателя топора и прыгнул к дивану, стреляя и ныряя. Он выстрелил дважды, и «Люгер» затих. Кули за диваном выстрелил один раз и промахнулся, и его пистолет тоже пусто щелкнул. Он встал и отпрыгнул в сторону, думая избежать несущейся Девятой Черепахи.


Но Девятая Черепаха не торопилась. Его рука поднялась и откинулась назад, и что-то пропело в воздухе. Кули стоял у дивана, тупо глядя на стилет, вонзенный в его сердцу, как украшение. Он медленно опрокинулся, вцепившись обеими руками в стилет на своем теле, поглаживая блестящую рукоять окровавленными пальцами.


Для оставшегося кули этого было достаточно. Он бросился к двери с криком ужаса. Девятая Черепаха улыбнулась и бросила пустой «Люгер». Он задел мужчину у основания черепа, и он упал, оглушенный.


Девятая Черепаха медленно подошел к корчащейся фигуре.


На мгновение он постоял над мужчиной, глядя на него, затем поднял босую ногу и умело и злобно ударил мужчину в шею. Наблюдатели наверху слышали, как сломался позвоночник.


Некоторое время в комнате со стеклянным полом воцарилась тишина. Тогда Мао сказал: «Я думаю, твоя Черепаха готова, Ван-вэй. Даже для Ника Картера, Killmaster. Завтра утром ты введешь в действие Первый Сегмент Плана Дракона.


## Глава 2


Ищи и уничтожай


Они покинули предгорья и неуклонно карабкались в ущелье, которое в конечном итоге приведет их к перевалу Каракорум, а затем по длинной извилистой глиссаде в Кашмир. Ник Картер сделал паузу, чтобы отдышаться, и расчесал частицы льда от своей трехдневной щетины. У него не было возможности побриться с тех пор, как он покинул Вашингтон. Теперь он пытался дышать разреженным воздухом и смотрел назад, на запад и юг, где заснеженные вершины Гималаев начинали собираться и отражать закат великолепным веером.


N3, старший по рейтингу KILLMASTER для AX, был не в настроении ценить эстетику. Он был чертовски несчастен. Не было времени акклиматизироваться к высоте, да и кислорода у него не было. Его легкие болели. Его ноги были глыбами льда. Все, кроме термобелья - его начальник, Ястреб, любезно дал ему время собрать это - воняло яком. На нем были сапоги из ячьей кожи, кепка из ячьей кожи с капюшоном и поверх стеганого костюма, в котором какой-то китайский солдат, должно быть, много лет жил, - шинель из ячьей кожи.


Ник горячо выругался и пнул лохматую вьючную пони Касву по ее лохматому заду. Удар ужалил его полузамороженную ногу и только рассердил Касву. Пони бросил на Ника укоризненный взгляд и продолжил шагать в своем собственном темпе. Ник Картер снова выругался. Даже Касва был каким-то психом! Касва на самом деле звали верблюда, по крайней мере, так сообщил ему проводник Хафед с зубастой ухмылкой.


Ник снова пнул стойкого зверька и взглянул на широкое ущелье, ведущее к перевалу. Он все время отставал все дальше. Хафед, который был отправной точкой для движения, был в доброй четверти мили впереди и глубоко в тени перевала. Позади него, через определенные промежутки времени, растянулись пятеро шерпов, каждый с лохматым пони, похожим на Касву.


«Но быстрее», - сказал Ник своему пони. "Намного быстрее! Давай, тупой, косоглазый, волосатый маленький монстр! »


Касва заржал и даже увеличил темп. Не из-за пинков чужеземного дьявола, а потому, что приближалось время кормления.


Проводник Хафед остановился там, где тропа сужалась между двумя высокими скалами. Замерзший водопад, замысловатый фриз из холодного кружева, свисал с навеса, и они разбили лагерь за ним. К тому времени, как Ник поднялся наверх, другие пони были накормлены, и шерпы пили чашки горячего чая с маслом из яка, приготовленного на тщательно защищенных плитах Коулмана. Хафеду, мастеру всех горных профессий и, казалось бы, всех языков, весь день было непросто. Он боялся столкнуться с китайским патрулем.


Ник и Хафед спали в палатке Бланшара. Ник обнаружил, что они уже за замерзшим водопадом. Он снял свой рюкзак с Касвы и отправил зверя на кормление, затем расстелил спальный мешок в палатке и с долгим вздохом упал на него. Он устал до основания. Все тело невыносимо чесалось. Наряду с униформой погибшего китайского солдата он унаследовал еще несколько блох.


Стало темно. Не было бы ни луны, ни звезд. С каждой минутой становилось все холоднее, туманный озноб, горький до костей, и ветер в ущелье начинал двигаться. Ник открыл глаза и увидел несколько снежинок, проплывающих мимо проема палатки. «Хорошо, - устало подумал он. Все, что мне нужно - метель!


Ник чуть не задремал, пока в пол-уха слушал, как Хафед укладывает людей и пони на ночь. Без сомнения, Хафед был жемчужиной. Он был похож на бандита, и от него плохо пахло, но он продолжал работать. Похоже, он немного знал все языки в этой части мира - китайский, тибетский, бенгальский, маратхи, гуджерати - даже очень ломаный английский. N3 подозревал, что Хафед работал на ЦРУ, но ничего не было сказано. Но Ник знал, что, когда китайцы вторглись в Тибет, ЦРУ тоже вмешалось, насколько могло, учитывая грозные языковые и физические барьеры.


AX, конечно, тоже немного перебралось в Тибет. Вот почему он был здесь сейчас, измученный, покусанный блохами, и его тошнило. Главный агент AX в Тибете был убит человеком, назвавшим себя Ником Картером. Человек, который выглядел и вел себя как Ник Картер! Но его двойник был убийцей, а настоящий Ник определенно не был. Убийца, да. Убийцей в этом случае, нет. И это, - устало подумал теперь N3, - было первой настоящей ошибкой его двойника.


Хафед подошел и присел у входа в палатку. Было слишком темно, чтобы разглядеть его, но Ник мог представить себе лицо проводника, смуглое, с пуговицами, косыми глазами и с жирной бородой.


Теперь во мраке он почувствовал запах Хафеда.


"Как дела?" - устало спросил Ник. «Мужчины все еще собираются уйти?»


Хафед прошел дальше в маленькую палатку. «Да, они не ходят дальше этого места. Они шерпы, и это не их страна, понимаете? Они также очень боятся китайских солдат ».


Ник попытался снять пальто из ячьей кожи, затем порылся в карманах стеганого костюма в поисках сигарет. Хафед зажег их от слабо светящейся спички. «Лучше не показывать свет», - сказал он. «Я думаю, у китайских солдат очень зоркие глаза».


N3 зажал сигарету в ладони. «Что ты думаешь, Хафед? Есть ли поблизости китайцы? »


Он чувствовал, как мужчина пожал плечами. «Кто знает, сар? Возможно. Но это карма. Если солдаты приходят, они приходят - и все. Мы ничего не можем сделать ».


«На карте, - сказал Ник, - эта область отмечена как имеющая неопределенную границу. Я не думаю, что это что-то значит для китайцев! »


Хафед мрачно усмехнулся. «Нет, сэр. Ничего. Им лучше - в таких местах ставят свой флаг и извиняются, но теперь это наша земля. Это их путь ».


N3 курил сигарету и размышлял. Ему было наплевать на китайцев в данный момент, за исключением того, что они были позади, должно быть, позади, этот проклятый двойник! В любом случае он слишком устал, чтобы думать; его голова казалась легкой, как воздушный шар, который может оторваться и улететь в любую минуту.


Хафед ушел на мгновение и вернулся с огромной чашкой чая, полной цампы. «Лучше выпей это», - приказал он. «Я думаю, тебе не хорошо, сэр? Смотрю весь день. Ты болен."


Ник выпил немного чая. «Вы правы, - признал он. «Я чувствую себя паршиво. И это плохо - я не могу себе позволить заболеть. Он слабо ухмыльнулся, когда говорил. Хоуку это не понравится. Человек-АХ никогда не позволял болезни мешать выполнению миссии.


«Все в порядке», - успокаивающе сказал Хафед. «Просто у вас горная болезнь - я думаю, это у всех иностранцев. Высота это все. Через два-три дня с тобой все будет в порядке.


Некоторое время они курили молча. Ник выудил из рюкзака бутылку виски и долил им чай. От теплого виски с торфяным вкусом он почувствовал себя немного лучше. Хафед расстелил рулон кровати рядом с Ником и лег, энергично почесавшись. Он удовлетворенно булькал, потягивая чай с виски. За окном ветер завывал, как большой белый волк за добычей. Холод начал проникать в мозг N3, и он знал, что этой ночью ему не будет много времени для сна. Возможно, это было так же хорошо. Ему нужно было время, чтобы подумать, привести себя в порядок. С тех пор, как телефонный звонок Хока утащил его от теплой постели и горячей женщины, он двигался неистово. Довольно абсурдно припев старой мелодии Гилберта и Салливана пронесся в его голове. Пародия. Участь агентов AX - не самая лучшая!


Возможно нет. Но это был его выбор. И, несмотря на все его временами тяжелые схватки, он знал, что это была та жизнь, которую он хотел и любил. Так зачем жаловаться, когда глубокой ночью его вытащили из-под бархатных бедер и отправили в Тибет!


Реактивный самолет AX доставил его из Нью-Йорка в Вашингтон менее чем за час. Это была сумасшедшая, хаотичная ночь. Его босс, Хоук, был зол, устал, растрепан и в ярости. Штаб-квартира AX за невинным фасадом на Дюпон-Серкл возмутилась. Хоук с незажженной сигарой, катающейся во рту, разговаривал с Ником время от времени, когда он кричал в полдюжины телефонов.


«Вы, - отрезал он, указывая сигарой на Ника, - сейчас находитесь где-то в Тибете. Вы занимаетесь официальным делом, совершенно секретно, и вы связались с нашим главой в Тибете - буддийским монахом по имени Пей Лин. Вы выдоили из него всю информацию, которую могли, но потом допустили ошибку. Было кое-что, чего вы не знали - ваше собственное Золотое число! "


N3 давно избавился от оцепенения сна и наркотика поцелуев Мельбы О'Шонесси. Его ледяной разум щелкал, как компьютер.


«Так вот где самозванец поскользнулся? Он не знал своего Золотого числа? "


Хоук самодовольно ухмыльнулся. «Он даже не знал, что существует золотое число! Я признаю, что китайская разведка - хороша, но у нас все еще есть несколько секретов. И Золотой номер, слава богу, один из них. Они достаточно умны, чтобы знать, что не могут все предвидеть, но я сомневаюсь, что они ожидали, что их человек, этот фальшивый Ник Картер, так скоро будет разоблачен. Для нас это адский перерыв - теперь вы можете прямо встать на его пути. Мне не нужно сообщать вам приказы - ищите возможность уничтожения! Уезжаете через полчаса - не будет времени на инструктаж и некогда устраивать прикрытие. Тебе придется работать, как самому себе. Самостоятельно. По догадке и надеясь на бога. Найди этого ублюдка, сынок, и убей его, прежде чем он нанесет непоправимый урон.


«Это может быть ловушка», - сказал Ник. «Чтобы привлечь меня на смертельную дистанцию».


Вставные зубы Хоука вцепились в сигару. «Думаешь, мы об этом не думали? Конечно же ловушка! Но это, наверное, только часть дела, мальчик. Они не стали бы устраивать такой изощренный обман, чтобы убить вас. Должно быть что-то нечто большее.


Вы должны выяснить, что это такое, и вы должны остановить это ».


Киллмастер закурил одну из своих сигарет с золотым наконечником и прищурился, глядя на Хоука. Он редко видел своего босса таким расстроенным. Вне всякого сомнения, назревает что-то действительно большое.


Хоук указывал на карту на стене. «Этот фальшивый вы направляетесь на восток. Мы, конечно, проецируем, угадываем, если хотите, но я думаю, что мы правы. Если да, а он идет на восток, то в этом запустении некуда идти, кроме перевала Каракорум. И это ведет в северный Кашмир. Вы начинаете понимать? "


Киллмастер улыбнулся и скрестил длинные ноги. «Все, что я знаю, это то, что я читал в газетах», - сказал он. «И я прочитал сегодня вечером по дороге сюда, что Индия и Пакистан готовятся подписать еще одно соглашение о прекращении огня. У Тан, кажется, немного продвинулся ».


Хоук вернулся к своему столу и сел. Он положил пару потертых туфель на подставку с кожаной подкладкой. «Может быть, перемирие будет, а может и не будет - уж точно не будет, если китайцам есть что сказать по этому поводу. Я признаю, что сейчас мы делаем много безумных догадок, но почти наверняка этот фальшивый агент отправляется в Кашмир, Индию, Пакистан или куда-то еще, чтобы война продолжалась. Китайские красные должны поддерживать этот котел в кипящем состоянии - они могут многого добиться. Мы не знаем, как они это планируют сделать - это ваша задача - выяснить ». Хоук жестко улыбнулся Ника. «Это действительно совсем не сложно, сынок. Просто найди своего двойника и убей его! Это уберет весь беспорядок. А теперь тебе лучше поговорить с Транспортным агентством - ты уедешь через двадцать минут. Как обычно, у тебя все будет помощь. ЦРУ, ФБР, Государственный департамент, все они. Просите все, что хотите. Если есть время, конечно. Этого немного. И держитесь подальше от неприятностей - не путайтесь ни с какой иностранной полицией. Вы знаете, что мы не можем вас признать. В этом ты совершенно сам по себе, мой мальчик. Карт-бланш. Свободный ход - при условии, что вы не задействуете правительство ».


Хоук бросил Нику толстый коричневый конверт. «Вот приказы и путевые инструкции. Некогда их читать. Прочти их в самолете. Прощай, сынок. Удачи."


Были времена, хотя миру никогда не позволяли это увидеть, когда Ник Картер, такой же реалистичный и крутой, как двуногий тигр, чувствовал себя ребенком без матери.


Он едва успел позвонить Мельбе в Нью-Йорк. Она все еще была в его постели в пентхаусе. Теплая и сонная, но с ледяным оттенком в голосе. Ник знал, в чем проблема, но по телефону это не обсуждалось. Он снова оставил Мельбу, и не в первый раз. Когда Хок звонил, он уходил - а Хок звонил в самое неподходящее время! На самом деле это было очень плохо. Мельба была куклой. Но она хотела, чтобы мужчина был рядом, когда он был ей нужен. Когда Ник повесил трубку и подошел к ожидающему самолету самолету, он подумал, что никогда больше не увидит Мельбу. Во всяком случае, не в постели. Он вздохнул, когда они привязали к нему парашют - такое дело? То же самое и с любой женщиной. AX был его настоящей настоящей любовью.


Самолеты AX доставили его до Мандалая, где он был передан ВВС. Следующая остановка была в Тхимбу в Бутане, где самолет заправлялся топливом на секретной авиабазе, о которой, как надеялись, не знали ни русские, ни китайцы. Затем через Горб - ему показали Эверест - и он был сброшен на черном парашюте на Содовую равнину посреди великолепной дикой местности. Ястреб своим криком и своими телефоными звонками сотворил логистическое чудо. Хафед со своими шерпами встретил его. Киллмастер не стал исследовать чудо. Он был согласен принять это. Вы упали в ночь за двенадцать тысяч миль от дома, и вас ждал Хафед. Шерпы, пони, запах и все такое. Грозный!


Запах Хафеда заполнил палатку, и Ник закурил от него еще одну сигарету. Он все еще чувствовал тошноту и головокружение, и каждая его рука и нога весили по тонне. Кружка, из которой он пил чай и скотч, должна весить не менее десяти фунтов. На самом деле N3 было намного хуже, чем он или Хафед знали; большая высота - убийца для людей, если ее воздействие без кислорода будет достаточно продолжительным. Обычный человек, без великолепного состояния тела Ника Картера и острого состояния наподобие лезвия бритвы, был бы беспомощным задолго до этого.


Хафед допил чай с виски и поставил кружку. «Также приближается большой шторм», - сказал он. «Это тоже пугает мужчин. Стоит первый снег зимы - не так уж и плохо, я думаю, но мужчинам это не нравится. В любом случае это отговорка. Думаю, может, их здесь не будет, когда мы проснемся утром.


Ник слишком устал и болен, чтобы позаботиться об этом. Однако нужно было подумать о миссии. Он не смог бы добиться многого, если бы он застрял в Гималайском перевале и в метель. В этих краях сенбернаров даже не разослали с бочкой выпивки.


Хафед почувствовал его беспокойство и сказал: «Не волнуйтесь, сэр. Они оставят нам пони и припасы. Шерпы честные люди. Возьмут только то, что у них. Во всяком случае, Ла Масери -


то, что вы называете монастырем - всего в пяти-шести милях вверх по перевалу. У нас там будет все хорошо, пока шторм не утихнет.


«Приятно знать, - устало сказал Ник. «Я надеюсь, что монашки позаботятся о ваннах, горячей воде и мыле. У меня есть несколько гостей, от которых я бы хотел избавиться.


Как будто по команде Хафед начал чесаться. Его сигарета пылала в маленькой палатке Бланшар, укрытой от ветра и холода. Следующие слова Хафеда были резким вопросом. «Почему вы идете в Ла Масери, сэр?»


N3 задумался на мгновение. Хафеду, вероятно, следовало доверять - скорее всего, он работал на ЦРУ, - но он не мог быть уверен. Ник не мог себе позволить ничего выдать.


Ник постучал по груди своей ватной куртки. «Приказ. Это все, что я знаю, Хафед. Мне нужно пойти в это место - в чертов Ла Масери - и установить контакт с кем-то по имени Дила Лотти. Думаю, женщина. Наверное, Верховная жрица или как там ее называют. Это все, что я знаю."


Это было не совсем все, что он знал, но Хафеду этого было достаточно.


Хафед на мгновение задумался. И наконец: «Что вы знаете об этом месте, об этом Ла Масери? Об этой женщине, Дайла Лотти, сэр?


Ник закурил и бросил пачку. "Ничего. Ни черта! " И снова это было не совсем так. На самом деле Дила Лотти работала в AX. Именно она передала Хоуку сообщение об убийстве человека Топора в Тибете.


Сигарета Хафеда искрилась в полумраке палатки. Снаружи люди и пони прилегли к ночлегу, и единственным звуком был завывание ветра на перевале.


«Плохое место, этот Ла Масери, - сказал наконец Хафед. Он коверкал свой английский. «Это настоящая причина, по которой мужчины не пойдут - они там боятся женщин. Все они плохие женщины! »


Ник, несмотря на то, что у него болела голова, почувствовал к нему интерес. Что Хафед пытался ему сказать?


«Что значит - плохо? Это ведь не тюрьма?


Хафед снова заколебался, прежде чем ответить. «Нет - не настоящая тюрьма. Но есть место, куда отправляют плохих девушек - жриц, которые идут с мужчинами. Это противоречит религиозному закону, быть с мужчиной, но эти девушки все равно это делают, и поэтому их отправляют сюда для наказания. Ла Мазери дьяволов! Теперь вы понимаете, почему мои люди не хотят туда идти?


N3 пришлось усмехнуться. «Не совсем так, Хафед. Мне кажется, они хотели бы пойти туда - со всеми этими плохими девчонками, бегающими на свободе! »


Хафед издал присасывающий звук губами, что Ник интерпретировал как тибетский язык для неодобрения. «Ты не понимаешь, сар. Все мои люди хорошие люди - много женатые. Вы заметили маленькие кожаные коробочки, которые все носят на веревках на шее?


"Я заметил. Какие-то чары, не так ли? "


«Йис - хорошие чары. Обычно их носят только женщины-шерпы, но когда мужчины уезжают надолго, они берут с собой даблам. Как-будто забирая с собой дух жены. Видишь, сар? Дух хорошей жены охраняет мужчину - тогда он не может сделать ничего плохого? Понять?"


Ник рассмеялся. "Я понимаю. Боятся, что их соблазнят в Ла Масери, полном распущенных женщин?


Хафед на мгновение рассмеялся. «Может быть, это часть этого, сар. Но больше - Ламасери имеют дурную славу. Видите ли, там нет мужчин, только женщины! И также много историй - иногда, когда здесь останавливаются мужчины, путешественники, они больше не уезжают. Больше их никто не видит. Это плохо, сэр?


Каким бы больным он ни был, у Ника все еще оставалось немного озорства. «Зависит от твоей точки зрения, Хафед. Некоторые люди, которых я знаю, сочли бы это прекрасным способом умереть! И, может быть, они не умирают - может быть, девушки просто держат их в камерах или что-то в этом роде и используют их, когда им хочется. Может, это и не такая уж плохая жизнь - пока она длилась! » Ник улыбнулся в темноте. Он мог придумать дюжину старых шуток, основанных именно на такой ситуации, но бесполезно тратить их на Хафеда.


Его осенила мысль. «Как так получилось, что ты не боишься пойти на место демонов, Хафед?»


«Не женат», - лаконично сказал человечек. «Не надо даблам с духом жены в нем. Я не боюсь желтых жриц. Может даже мне нравится! Спокойной ночи, сэр.


Через мгновение Хафед храпел. Ник лежал, прислушивался к грозному голосу ветра и знал, что был прав - сегодня он не будет спать много. Чтобы скоротать время, он проверил свое оружие, работая в темноте наощупь - он мог разобрать и собрать 9-мм люгер менее чем за тридцать секунд, работая только на ощупь. Он сделал это сейчас, нежно похлопав по оружию. Вильгельмина, как он называл Люгер, в последнее время вела спокойную жизнь. Сунув пистолет обратно в пластиковую кобуру на поясе, Ник подумал, что, возможно, скоро все оживится. Конечно, когда он догонит самозванца, для «Люгера» найдется работа.


Или, может быть, он убьет своего двойника стилетом, Хьюго. Он стряхнул острое как иглу маленькое оружие из замшевых ножен на правом предплечье в руку. Рукоять была гладкой и холодной, как смерть. Когда N3 поднял смертоносное маленькое оружие на ладони, его разум ухватился за любопытную иронию: китайская разведка была .


Остальное - предположим, они снабдили его двойника тем же оружием, что и он сам. Улыбка Ника была кислой. Это могло бы стать очень интересным поединком - Люгер против Люгера, стилет против стилета!


Но у самозванца не было одного оружия - Ник расстегнул стеганые штаны и нащупал Пьера, маленькую газовую бомбу, которую он нес в футляре между ног, как третье яичко. Пьер был смертоносен, как гадюка, и намного быстрее. Один вдох газа - и вы узнали бы мгновенную смерть! Ник сомневался, что китайцы узнали про Пьера - и даже если бы они узнали о бомбе, они не смогли бы воспроизвести ее. Газ был хорошо охраняемым секретом лабораторий AX.


Ник осторожно положил на место маленькую газовую бомбу и поправил штаны. Пьер мог просто дать ему преимущество над соперником.


К этому времени виски закончилось, и он снова начал чувствовать себя очень плохо. Он жаждал еще алкоголя, но не тянулся за бутылкой. Когда завтра он встретит эту Дилу Лотти, он хотел быть как можно более трезвым - похмелье не годится.


N3 лежал какое-то время, страдая и слушая храп Хафеда. Он вышел из палатки, чтобы успокоиться, и чуть не был сбит с ног силой ветра. Узкое ущелье, где они разбили лагерь, представляло собой ослепляющую завитушку снега. Пони с белыми мохнатыми шкурами терпеливо стояли задом против ветра. Два заснеженных холма отмечали палатки, в которых спали шерпы. N3 задержался на мгновение за сталактитами замерзшего водопада, глядя в призрачный мрак снежных дервишей. Легко было представить вещи там. Подкрадываются китайские солдаты. Его двойник так же жаждал его убить, как и он сам. Женщины из Ла Масери, возможно, совершают набег на лагерь и уносят кричащих мужчин - смехотворное изменение сюжета сабинянок.


Ник заставил себя рассмеяться, глядя на картинки, расплывающиеся сквозь его ноющую голову. Он был болен, вот и все. Тем не менее он обнаружил, что ему нужно бороться и держаться за реальность. Все было расплывчато, прозрачно и нереально - как в одной из фантазий Дали на холсте.


«Это всего лишь высота, - сказал он себе. В конце концов, он был болен. И все же он чувствовал, как холодный захват чужой руки тянется к нему из темноты этого места, так близко к вершине мира, где жили Дьяволицы и магия была обычным явлением.


Ник встряхнулся и вернулся в палатку. Нервы. Лучше посмотрите это, иначе он увидит следующего йети - Мерзкого снежного человека! Матери-шерпы использовали образ йети, чтобы запугать своих детей, чтобы они стали хорошими. Ник усмехнулся про себя, когда он снова вошел в палатку. Было бы весело поймать йети и отправить его Ястребу. Может, он сможет обучить его, чтобы стать агентом АХ!


Хафед все еще тихонько храпел. Ник завидовал проводнику и его сну. Впереди ночь будет долгой и холодной.


Внезапно ему вспомнились слова его старого гуру Раммурты, который преподавал йогу в специальной школе AX.


«Ум всегда может победить тело, - учил старый Раммурта, - если только он знает технику».


Когда N3 начал свои дыхательные упражнения, он подумал, как странно, что йога не приходила ему в голову раньше. Это много раз сослужило ему хорошую службу. И вот он был всего в нескольких милях от места зарождения йоги, Индии, и пришел к нему с опозданием. «Снова горная болезнь, - подумал он. Невозможно было игнорировать жестокий факт - он был не таким, как обычно. И это могло быть чрезвычайно опасно - для него. Он должен был выйти из этого.


N3 присел на спальный мешок и принял Сиддхасану, идеальную позу. Он сидел и смотрел прямо перед собой, его глаза были открыты, но постепенно становились непрозрачными по мере того, как его чувства обращались внутрь. Он больше не чувствовал холода. Его дыхание замедлилось и превратилось в шепот. Его грудь почти не шевелилась. Медленно, незаметно он вошел в состояние пратьяхары. Это был полный уход из сознания. Ник Картер сидел как образ, кумир. Он мог быть одним из бронзовых чучел, украшающих каждый тибетский храм.


Хафед продолжал храпеть, блаженно не подозревая, что он мог бы счесть аватаром, присев рядом с ним. Гид не проснулся, и Ник Картер не двинулся с места, когда шерпы проснулись рано и украдкой ушли в ущелье. Они возвращались в свои дома, подальше от Ла Мазери Дьяволов, духи их хороших жен все еще были в безопасности и господствовали в кожаных дабламах. Мягко двигаясь под звон бубенчиков, приглушенных ветром, шерпы растворились в метель. Брали только то, что им принадлежало. Хафед заплатил им заранее.


## Глава 3


Она дьявол


Камеру, даже несмотря на то, что массивная, забитая гвоздями дверь была заперта снаружи, вряд ли можно было назвать камерой. Это было слишком удобно, из побеленного кирпича, высокое и просторное, увешанное бесценными коврами. На плотном земляном полу лежали коврики. Ник, который не был торговцем коврами, узнал в одном из них самаркандский стоимостью не менее тысячи.


Его кровать стояла на полу и состояла из полдюжины тонких циновок.


Простыни были из пурпурного шелка и покрывала из дорогой парчи. Большая жаровня в центре комнаты испускала волны угольного тепла. За жаровней у дальней стены возвышалась огромная медная статуя обезьяны. Зверь сидел на корточках, подняв передние лапы, похожие на руки, как в мольбе к странным богам. Это был огромный идол, доходивший почти до потолка, и Ник сразу не полюбил его. Во-первых, глаза. Они были полыми, и раз или два в слабом желтом свете масляных ламп он видел белый блеск в пустых медных глазах.


Так что время от времени за ним шпионили. И что? Это было не в первый раз. Ник положил под голову деревянную подушку - она была покрыта войлоком и была довольно удобной - и пожелал, чтобы верховная жрица Дайла Лотти продолжала заниматься делами. У него действительно не было времени на обычные тибетские развлечения, но он понимал, что их нужно соблюдать. Протокол должен соблюдаться, особенно в этом женском месте. N3 покорно ухмыльнулся и закурил из одной пачки, которую ему разрешили оставить.


Он выпустил дым в медную обезьяну и вспомнил события дня. Это было долгое и беспокойное время…


Он вышел из йога-транса и обнаружил там Хафеда с неизбежной чашкой чая. Ник почувствовал себя немного лучше, окреп, и после завтрака, состоящего из чая, печенья и прессованной говядины, они упаковали двух оставшихся пони и бросились на восток, в перевал. К этому времени метель была в полном разгаре.


Времени на разговоры не было, да и нужды в этом не было. Ненавистным не нужно было объяснять - либо они достигнут Ла Масери Дьяволов прежде, чем их сила иссякла, либо они умерли в суровых пределах перевала. N3, опустив голову против ледяного ветра, был доволен тем, что шел позади Касвы. Пони знала, о чем идет речь, и держалась рядом с Хафедом и другим пони. Тропа неуклонно сужалась, пока в какой-то момент она не стала шириной всего в двенадцать дюймов с нависающей скалой справа от Ника и обрывом в миле слева от него. Единственный фактор, который спас их и сделал тропу проходимой, - это сильный ветер, который не давал ей покрыться снегом. Идти было сплошным адом. Ник цеплялся за косматый хвост Касвы и надеялся на лучшее - один промах - и миссия окончена.


К середине дня худшее для них прошло. Около четырех, когда сгущалась ранняя темнота, Хафед остановился и указал вверх сквозь клубящийся снег. «Вот, сар! Ла Масери. Вы видите все огни - они ждут нас ».


Ник оперся на Касву и затаил дыхание. Время от времени снежная завеса поднималась достаточно, чтобы он мог взглянуть на монастырт Ла Масери. Он был ненадежно устроен на большой плоской выступе скалы, выступающей из утеса. Множество невысоких зданий из камня и кирпича, все из которых были тускло-красно-земного цвета. Впереди, примерно в четверти мили, лестница, врезанная в живой камень утеса, вилась вверх.


Ла Масери действительно горел светом. «Должно быть, горит тысяча масляных ламп», - подумал Ник.


Он подошел к тому месту, где Хафед отдыхал со своим пони.


Он отметил, что даже проводник сильно устал. Ник дал ему сигарету, которую Хафед с благодарностью принял и умело зажег на ветру светящимся шнурком.


«Как они могли увидеть, что мы идем в этот шторм?» - спросил Ник. «Большую часть времени я не вижу больше пяти футов перед собой».


Хафед прикрыл сигарету против ветра и затянулся. «Они знают, сэр. Они дьяволицы, помнишь? Очень сильная магия! »


Ник только смотрел на него, ничего не говоря. У него возникло искушение сказать Хафеду, что теперь, когда они остались одни, он может отказаться от простого тибетского такта, но он промолчал. Пусть мужчина играет по-своему.


Хафед с некоторой робостью продолжил: «Как бы то ни было, они всегда начеку, дьяволицы. Они говорят, что ищут заблудших и заблудших путешественников, чтобы помочь им ». Хафед ухмыльнулся Нику, показывая черные обломки зубов. «В это я не верю - я думаю, они ищут мужчин. Думаю, они позволили бы женщине-путешественнице замерзнуть на этом перевале. Слушай, сар! »


Ветер принес им рев огромных рогов и звенящий звук единственного огромного гонга. Мириады масляных ламп мерцали сквозь шторм, как свечи в окнах дома. Хафед странно взглянул на Ника.


«Нам лучше ладить, сэр. Они не любят, когда их заставляют ждать, дьяволицы. Очень нетерпеливые люди ».


Когда Ник вернулся к своей пони, он усмехнулся. «Я тоже нетерпеливый. За горячую ванну, чистую постель и возможность немного поспать.


Смех Хафеда донесся до него ветром. «Не рассчитывай на это, сэр. Ванна и кровать в порядке, да. Сон, я сомневаюсь, надеюсь, ты почувствуешь себя сильнее, сэр. Сегодня вечером тебе понадобятся все силы! Также и мне!"


Они нашли грубые конюшни, вырубленные в скале у подножия лестницы, и оставили там пони. Все обслуживающий персонал был пожилыми женщинами в грубых одеждах грязно-оранжевого цвета. Их головы были выбриты, и они блестели от едкого масла. Они смотрели на двух мужчин и болтали, как обезьяны на каком-то странном тибетском диалекте.


Они начали долгий подъем по каменной лестнице. Высоко над головой кто-то звенел тарелками. Было уже совсем темно, и лестницы плохо освещались масляными лампами, установленными в нишах.


Когда они поднимались, объяснил Хафед. «Большую часть тяжелой работы делают старые дьяволицы. Молодые дьяволицы все время проводят в красивом состоянии и занимаются любовью ».


«Я думал, ты сказал, что мужчин нет?»


Хафед бросил на него то, что Ник мог истолковать только как жалостливый взгляд. «Не всегда нужны мужчины», - отрывисто сказал гид. «Другими способами!»


Ник сберег дыхание для подъема. Он признал, что это был глупый вопрос. Наивно. Лесбиянство должно было процветать в таком месте. «Наверное, самое место», - подумал он. В конце концов, эти жрицы или дьяволицы были посланы сюда, потому что они согрешили с мужчинами.


N3 подумал, что теперь он может заметить некоторое нетерпение в манере Хафеда. Либо это, либо гид был в невероятной форме - он довольно бодро прыгал по крутой лестнице. Ник кисло ухмыльнулся. Почему бы и нет? Хафед не нес в себе даблама с духом жены. Казалось, он с нетерпением ждал сегодняшней ночи в старом Ла Масери! Ник вздохнул и попытался подняться. Судя по женщинам, которых он видел до сих пор - Хафед мог их заполучить.


Их вступление в Ла Масери Дьяволов было триумфом, разыгранным под фарс. На вершине их встретила толпа жриц, несущих факелы и бьющих цимбалами. Их проводили через огромные ворота во внутренний двор из утрамбованной земли. Женщины смотрели на них, махали факелами и хихикали между собой. Некоторые из них указывали и делали наводящие движения своим телом, но никто из них не рискнул приблизиться. Все они были одеты в оранжевые мантии и обтягивающие сапоги из яковой кожи с загнутыми вверх пальцами. Их головы были обриты, но, тем не менее, Ник увидел среди них красоток. Однако в основном он отмечал запах, пронизывающий двор и отдаленные расщелины ламара. Запах тысячи женщин, живущих в тесноте. Сначала это его беспокоило, но через несколько минут он нашел это вполне приемлемым - смесь смазанных маслом волос, надушенных тел и натурального мускуса фемалы.


Хафед и Ник были немедленно разделены. Казалось, Хафед находил это естественным. После короткой беседы с пожилой жрицей, сложенной как борец сумо, на языке, который, казалось, состоял из визгов и ворчаний, Хафед повернулся к Нику. «Вы должны пойти с этой старухой, сар. Она говорит только на их диалекте, поэтому вы не сможете с ней поговорить. Может, так и планировалось, я думаю. В любом случае она позаботится о тебе, и, возможно, позже тебе будет разрешено увидеть Верховную жрицу - Дилу Лотти.


"Разрешено, черт!" Ник был терпким. «Я должен увидеть ее - прямо сейчас. Это не чертовски увеселительная прогулка, Хафед.


Хафед наклонился, чтобы прошептать. Вокруг них наблюдали и перешептывались женщины в оранжевых одеждах.


«Лучше сделай так, как сказали», - пробормотал Хафед. «Помнишь, я говорил тебе, сар? Может быть опасно, если неправильно обращаться с ними. Она Дьяволицы и здесь собственный закон. Видишь вокруг большие женщины - с дубинками и ножами? »


Ник заметил их, мускулистых женщин с красными нарукавными нарукавниками, с дубинками с шипами и длинными ножами, воткнутыми в пояс. Он кивнул. "Да. Кто они такие? Стражницы? »


Хафед ухмыльнулся. «Вроде, сэр. Очень сильные. Иди, делай, как они говорят - мы не хотим неприятностей. Думаю, Дила Лотти приедет к тебе, может быть, скоро сегодня вечером! »


Киллмастер последовал за толстой старой жрицей по длинным холодным коридорам, освещенным масляными лампами. Наконец они вошли в комнату, где было действительно тепло и кипел большой котел с водой. Здесь было больше старушек. Преодолев его первоначальное сопротивление ловким умением и болтовней, они вымыли Ника. В конце концов он расслабился и наслаждался этим. Они купали его интимные части без особых усилий, как если бы он был куском мяса на крючке мясника, хотя одна старая старуха щекотала его и хихикала, что заставляло остальных смеяться. Ник подумал, что это, наверное, нелегко.


Ему удалось сохранить свое оружие, но только после ожесточенной борьбы и длительных ссор. Одна из старых жриц была отправлена на проверку - предположительно, с самой Верховной жрицей - и вернулась с сообщением, что оружие разрешено. По крайней мере, они отказались от попыток отнять их у него.


На более легкой стороне был трепет, с которым пожилые жрицы смотрели на Пьера, на маленькую газовую бомбу, которую он нес между ног в металлическом баллоне. Это вызвало столько же хихиканья! Они смотрели на него и с огромной скоростью крутили молитвенные колеса. Вот и иностранный дьявол с тремя шарами - и один из них металлический! N3 почти слышал, как разошлись слухи, и представлял себе сплетни, которые пронесутся по Ла Масери той ночью ...


Теперь, волнуясь на мягкой кровати, он размышлял о решетчатой двери. Был ли он пленником, как он думал вначале, или дверь была заперта решеткой, чтобы не пускать молодых демонов? Он ухмыльнулся. Они услышали о его третьем яичке, то они могли бы прийти посмотреть, хотя бы из любопытства.


Он зажег еще одну сигарету от окурка, ткнув окурком о коврик стоимостью в пару тысяч долларов. Пепельниц не было. Он снова уставился на обезьяну. Это был белый отблеск за медными глазами? Наблюдатель? Ник зевнул и плотнее стянул оранжевый халат вокруг своего большого тела. Он был грубым и колючим, но чистым. Одному Богу известно, что они сделали с его одеждой. Все, что у него осталось, - это халат, пара сапог из ячьей кожи и его оружие.


Он собирался снова разобрать «Люгер» из-за нехватки дел, когда услышал, как открылась дверь. Он поспешно сунул пистолет под крышку. Если это была Дила Лотти, он не хотел бы встречаться с ней с пистолетом в руке. Может нарушить протокол или что-то в этом роде.


Это была всего лишь еще одна старуха, которую он раньше не видел. Она поклонилась, захихикала и протянула ему большую миску с теплым молоком. Она сделала питьевые движения и стояла в ожидании. Чтобы избавиться от нее, Ник выпил смесь. Теплое молоко яка, в которое было добавлено что-то, чего он не мог распознать, одновременно терпкое и сладкое. Вкус умеренно приятный.


Старая старуха одобрительно улыбнулась, когда он допил молоко и протянул ей чашку. Она ударила иссохшую грудь по своему сердцу и произнесла ему слова, которые неопределенно звучали как «выздоравливай». Она ушла, и Ник услышал, как дверь снова запирается.


Почти сразу он почувствовал сонливость. Его охватила прекрасная теплая эйфория. Его сердце, которое на последнем подъеме по лестнице собиралось разорвать его грудь, замедлилось до ровного нормального ритма. N3 закрыл глаза и погрузился в восхитительное глубокое удовлетворение. Какой бы наркотик ему ни давали, он определенно действовал. Она дьявольское домашнее средство - может, ему стоит попытаться раздобыть рецепт и разлить по бутылкам для продажи в Штатах. Это было лучше любых шести мартини, которые он когда-либо пил.


N3 понятия не имел, как долго он спал. Он не проснулся мгновенно, настороженный и готовый, как это обычно бывает при его обычном пробуждении. Вместо этого он медленно приходил в сознание на приятной подушке снов, лишь осознавая, где он был и кто он. Теперь в Ла Масери было очень тихо. Должно быть уже поздно. Большинство масляных ламп погасло; оставшиеся несколько излучали слабый желтый свет, который судорожно колебался. Уголь в жаровне светился угрюмым красным светом.


Мерцающие лампы! Странный. Раньше они горели чистым прямым пламенем. Ник приподнялся на кровати, борясь со сном, и взглянул через комнату на огромную статую медной обезьяны. Она удалялась от стены, медленно покачиваясь на шарнире. В комнату ворвался легкий сквозняк, и масляные лампы снова замигали. N3 в панике потянулся к своему оружию.


Затем он расслабился. Они все были там - Люгер, стилет и Пьер газовая бомба. Он не был беззащитным!


Медная обезьяна все еще выходила из белой кирпичной стены. Когда она была под прямым углом к стене, она остановилсась с небольшим щелчком. Ник потер глаза, пытаясь избавить их от сна. Он все еще чувствовал себя одурманенным, но не возражал против этого. Он чувствовал себя хорошо. Отлично! Как будто он был аккуратно завернут в какой-то пуховый утеплитель, защищенный от любого воздействия реальности. Он знал еще об одном - он был безмерно готов к физической любви! И это, как говорила ему какая-то часть его разума, еще не подведенная к работе, просто абсурд. Смешной. В этот момент времени и пространства, он только начинает то, что может быть самой рискованной и опасной миссией в его жизни, что он должен внезапно стать неистовым жеребцом ...


Он увидел ее тогда. На том месте, где когда-то была медная обезьяна, виднелась черная продолговатая линия в кирпичной стене, и теперь там стояла фигура. До Ника доносился аромат духов. Еще больше абсурда. Это не редкий тибетский парфюм - он сразу это узнал. Шанель №5!


Фигура вышла из черных теней в комнату. Если бы он не был под наркотиками, N3, вероятно, воскликнул бы. Как бы то ни было, он воспринял привидение спокойно - почти. Даже лекарство не могло полностью избавить от внезапного озноба и ощущения зла, присутствующего в комнате.


Не говоря ни слова, фигура вошла в комнату и остановилась у жаровни. Позади нее медная обезьяна бесшумно вернулась на место. «Какой-то автоматический противовес», - яростно сказал себе Ник. Теперь он боролся с наркотиками изо всех сил, пытаясь очистить свой разум. Это должно быть Дила Лотти. Сама Верховная Жрица, с которой ему было приказано связаться. Почему она не сняла эту проклятую ухмыляющуюся маску!


Маска дьявола была достаточно отвратительной, чтобы заморозить кровь любого человека. Глаза превратились в ужасные красные щели, нос - в багряный крючок, рот - в ухмылке от ужаса. Вместо волос сплетались змеи. Это был кошмар!


Киллмастер призвал всю свою волю. Он небрежно ткнул рукой в сторону кровати. «Подойди и сядь. Я ждал тебя. Извините за отсутствие стульев, но вы, кажется, не хотите сесть. Вы, конечно, знаете, кто я? И почему я здесь? "


Из-за маски на него смотрела пара узких темных глаз. По-прежнему она ничего не говорила.


Она был одет в традиционную оранжевую мантию, но она была из шелка, а не из грубого домотканого материала, и имела пояс на талии. Это показало достаточно строение ее тела, чтобы Ник мог догадаться, что оно великолепно. На ногах были крошечные сапожки из яковой кожи с серебряными кисточками на скрученных пальцах. Вокруг ее шеи, ниже линии маски, он увидел длинную веревку из деревянных четок.


К этому моменту Ник знал, что ведет проигрышную битву с наркотиком. Боже, это молоко должно быть сильно им начинено. Он изо всех сил старался держать в поле зрения странную маску дьявола. Побеленные стены то складывались, то морщились, то выстраивались заново. И он все еще страдал, страдал от физических проявлений любви. И это, смутно подумал он, уж точно не протокол. Если я позволю себе выйти из-под контроля, я испорчу всю сделку.


Он отказался от простого и глупого замечания. "Думаешь, ты снова узнаешь меня?"


Темные глаза мерцали за маской дьявола. Она не двигалась. Теперь она сделала единственный шаг к нему. Ее голос был мягким, хорошо модулированным, она говорила по-английски без акцента - хороший, грамматически чистый английский для человека, который усердно изучал его как второй язык. Мягкие тона, исходящие из-за гротескной маски, снова потрясли Ника Картера.


«Я должна быть очень осторожна, мистер Картер. Как и должно быть. Всего неделю назад другой мужчина лежал на той же кровати и уверял меня, что это мистер Николас Картер. Он выглядел в точности как ты. Он говорил именно так, как вы говорите сейчас.


Ник вскинул ноги с постели и накинул на себя оранжевую мантию, борясь с томностью. Вильгельмина, «Люгер», уютно устроилась в своей пластиковой кобуре за поясом его шорт. Слава богу, старые старухи оставили ему это.


Ник сказал: «Этот другой человек - этот фальшивый Ник Картер? Вы говорите, он был таким же, как я? А теперь подумайте, мисс ... э ... как мне вас называть?


Неужели за маской мерцали темные глаза? Он не мог быть уверен. Теперь в запахе Chanel No. 5 было что-то знакомое и обнадеживающее. В конце концов, это была всего лишь женщина. И это был Ник Картер - настоящий. Он мог справиться с этим.


«Зовите меня Дила Лотти», - сказала она. "Это мое имя. И да - он действительно был похож на вас. За исключением, возможно,… - Она сделала шаг к кровати и посмотрела на Ника. «Возможно, его глаза были немного холоднее. Но это эмоциональное, субъективное суждение. Но он был достаточно похож на тебя, чтобы пройти любое, кроме самого сурового испытания.


«Он обманул тебя? Вы подумали, что он настоящий Ник Картер? В то время?"


Маска дьявола двигалась в отрицании. «Нет. Меня не обманули. Я притворилась, но знала, что на самом деле он был китайским агентом, выдававшим себя за вас, мистер Картер. Понимаете, меня предупредили.


Ник возился с оставшимися сигаретами. "Вы не возражаете?"


Крошечная рука цвета желтого нарцисса показалась из обильного рукава халата. Он махнул в знак согласия. Ник увидел, что ее ногти длинные, изогнутые и окрашены в кроваво-красный цвет.


Он закурил и снова поправил халат. Он был немного более непринужден, немного менее взволнован теперь, когда они приступили к делу, но желание все еще преследовало его.


Он выдохнул синий дым и сказал: «Вы знаете, мы немного не уверены в этом в AX. Скажите мне прямо для протокола - а как вас предупредили? Этот агент, этот китайский обманщик, убил нашего человека Пей Линга в Кайтсе, то есть в центральном Тибете. Между тут и там - много гор. Как ты могла так быстро узнать об убийстве Пей Линга?


Он увидел, как за маской расширились темные глаза. Она подошла еще на шаг, скрестив руки на груди. «Крепкая, полная грудь», - предположил Ник. Должен быть перевязана сейчас. Аромат Шанель был сильнее.


- Вы говорите так, будто не совсем мне доверяете, мистер Картер. Был ли в голосе намек на насмешку?


«Это не вопрос доверия, Дила Лотти. Просто дело предосторожности. Я хочу знать, как это могло случиться. Я хочу, я должен знать об этом как можно больше. Некоторая мелочь, что-то, что вы не считаете важным, может оказаться жизненно важным. Вы понимаете?"


«Я понимаю, мистер Картер. Вы должны извинить меня - я новичок в подобных вещах. Я верховная жрица, а не шпионка. Я согласилась работать только на вас, на ваш народ, потому что китайцы в нашей стране, и я хочу, чтобы они ушли. Ненависть, мистер Картер, или проповедь ненависти - против нашего вероучения, но я грешница. Ненавижу китайцев! Они свиньи. Собаки! »


N3 почувствовал себя более расслабленным. Наркотик все еще действовал в нем, но теперь он чувствовал, что его сильное желание женщины, любой женщины угасает. Его разум прояснялся; комната, женщина в маске - все снова стало ясно и четко.


К его некоторому удивлению, Дила Лотти подошла к противоположной стороне кровати и села. «В первую очередь, - подумал он. Он повернулся к ней лицом и усмехнулся. «Разве тебе не было бы удобнее, если бы ты сняла эту вещь - я имею в виду, часть Хэллоуина? Она выглядит тяжелой.


Маска качнулась к нему, и он заметил пристальный взгляд темных глаз. В ее ответе была странная нотка. «Я предпочитаю пока оставить её, мистер Картер. Возможно - позже? Вы должны снова поспать и выпить еще лекарства - а затем я вернусь к вам.


Тогда я сниму маску. Ты согласен?"


Формальность уменьшилась. Ник улыбнулся и закурил еще одну сигарету. «Я согласен, но я ничего не знаю о лекарствах. Положены в последний глоток молока яков! И вообще, что она туда положила? Он украдкой взглянул на свои теперь неподвижные чресла. «Это… э-э… У него какие-то странные эффекты».


Если Дила Лотти знала, что он имел в виду, она не подавала никакого знака. И все же ее голос был теплее и дружелюбнее, когда она сказала: «Это корень санга - разновидность дикого гриба, который растет на вершинах гор. Очень редок. Вы должны принять это, мистер Картер. Я знаю. У меня самой была высотная болезнь. Корень санги облегчает нагрузку на ваше сердце - иначе оно изнашивается в этом разреженном воздухе ».


N3 посмотрел на маску дьявола. «У него есть определенные побочные эффекты», - сказал он с невинным выражением лица.


На этот раз сомнений не было - темные глаза вспыхивали и мерцали. «Возможно», - признала Дила Лотти. «И, возможно, побочные эффекты тоже полезны. Но мы должны вернуться к делу, мистер Картер. Скоро я должна уйти. Знаешь, у меня есть свои обязанности.


Нику было интересно, что это за обязанности после полуночи в одиноком и осажденном штормом снежной вьюги Ла Масери, но он не спросил. Он слушал, лишь изредка перебивая, чтобы задать вопрос.


Неделей раньше, за день до прибытия фальшивого Ника Картера, гонец добрался до Ла Масери. У него был кусок бумаги в свертке, и через полчаса он умер от истощения. Но он был шерпом, с невероятными легкими, и он прошел весь путь из другого ламара в Кайтсе. Сообщение, которое он нес, было нацарапано кровью - кровью умирающего человека. Китайский агент совершил еще одну ошибку - после стрельбы в Пей Линга он не проверил, что лама мертв.


Ник спросил: «Вы все еще имеете это сообщение?»


Дила Лотти вынула из широкого рукава грубый лист бумаги и протянула ему через кровать. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и Ник почувствовал, как будто его потрясло электрическим током. Он поднял записку на уровень глаз слегка дрожащими пальцами. Боже, он должен быть осторожен! Болезнь возвращалась!


Он ничего не мог понять из этой записки. Казалось, что это действительно было написано кровью умирающим человеком - шатко нацарапанные нацарапанные куриные следы. У него сложилось впечатление, что ее нужно читать справа налево. Он с озадаченным видом вернул его Диле Лотти. «Боюсь, что тебе придется мне это прочитать».


Он не видел ее улыбки за маской дьявола, но чувствовал ее. «Это на урду», - объяснила она. «Высшая форма хиндустани - образованные священники иногда его используют. Это не говорит о многом - у него не было времени. Просто он был убит человеком, который выдал себя за вас, мистер Картер. Это - китайский агент. Он просит меня передать это вашим людям - AX - и предупреждает, что китайский агент, вероятно, остановится здесь по пути через проход в Кашмир. Он также предлагает, чтобы я притворилась незнающей и, как вы это говорите ...?


«Подыграли ему».


Ее кивок был сомнительным. «Да… я полагаю, что-то в этом роде. Я так и сделала. В свое время прибыл самозванец, в точности похожий на вас, мистер Картер. Я ... эээ ... подыграла. Он задавал много вопросов. Я тоже. Я думаю, он доверял мне - он не подозревал, что я знаю правду, - но я не думаю, что он сказал мне что-нибудь важное. Я также не сказала ему ничего, чего он еще не знал или мог бы легко узнать. Причина была проста - я не знала ничего, что могло бы его заинтересовать. Как я уже говорила, я верховная жрица, а не шпион или секретный агент. Моя роль должна была быть второстепенной, пассивной - я должен был время от времени передавать информацию, если считаю ее важной. Вот и все. Но Пей Лин умирал, и ему не к кому было обратиться - поэтому он послал гонца ко мне ».


«И вы отправили его известие нам - это значит, что у вас есть передатчик здесь, в Ла Масери!»


Маска дьявола кивнула. Голос ее звучал неохотно. «Да, передатчик есть. Хорошо спрятан. Меня предупредили никогда не использовать его, кроме как в случае серьезной опасности - вокруг всегда есть китайские патрули, а у некоторых из них есть специальные машины - что бы они ни использовали для обнаружения скрытых передатчиков? »


«Радиопеленгационная аппаратура», - сказал Ник. «Да, б - они бы были. Но, похоже, тебе это сошло с рук, Дила Лотти. У вас не было китайских солдат? "


"Еще нет. Я надеюсь, что никогда о них не узнаю. И я буду рада, когда все это закончится - я плохо подготовлена для этой работы. Я женщина и боюсь! »


«Пока у тебя все хорошо», - сказал ей N3. «Отлично, мы бы пропали без тебя, Дила Лотти. Действительно дела в беспорядке. Мы бы ничего не узнали об этом фальшивом агенте, если бы не вы - по крайней мере, до тех пор, пока он не нанес серьезный ущерб. А пока я не слишком далеко от него ".


«Он уехал четыре дня назад».


«Через перевал в Кашмир?»


Она кивнула. "Да. У него был проводник, пони и пять или шесть человек. Они не остались здесь, в Ла Масери - погода тогда была хорошая, и они разбили лагерь в ущелье. Думаю, это были китайские солдаты без формы. Но это только предположение - он держал их при себе.


Они даже не имели ничего общего с моими девушками, что очень необычно для солдат ». Дила Лотти позволила себе малейший смешок. Нику также показалось, что он уловил в ее голосе нотку лукавства, но проигнорировал начало - если это так - и решительно продолжил заниматься своим делом.


Он протер глаза; он снова чувствовал себя сонным. Потом он сказал: «Значит, ты ему ничего не сказала - не могла. Но что он тебе сказал? Я должен это знать.


"Немного. Только то, что он собирался отсюда в Карачи с секретной миссией. Он, естественно, не сказал, что это было. Я сделала вид, что верю ему, и не задавала слишком много вопросов - я боялась, что он меня заподозрит, и не хотела присоединяться к Пей Лину ».


Карачи! Пакистан! N3 теперь вспомнил слова Хоука. Китайские красные могут попытаться прикоснуться к индо-пакистанскому пирогу. Держать кастрюлю кипящей. Казалось, что Хоук угадал правильно. Если, конечно, это не было умышленным приемом, уловкой, чтобы отвлечь Ника от дороги, в то время как настоящее дело завершится где-то еще.


Почему-то он так и не подумал. По общему признанию, в тот момент он не слишком ясно мыслил, хотя он был под наркотиками, но он был согласен с Хоуком, что часть этого дела, по крайней мере, была ловушкой, чтобы привлечь его на смертельную дистанцию. Если бы это было правдой, фальшивый агент оставил бы явный след. Другое дело, что агент и его боссы в Пекине не ожидали, что их уловка будет обнаружена так скоро. Они бы знали, что аппарат ЦРУ и AX в Тибете был грубым и примитивным на данном этапе. Должно быть, они немного играли в азартные игры, в зависимости от удачи, и это им не удалось.


Вслух Ник сказал: «Я отстал от него всего на четыре дня. Я достану его. Спасибо тебе, Дила Лотти ».


Она встала и подошла к кровати, чтобы встать рядом с ним. Ее хрупкая рука с красным кончиком дотянулась до его и задержалась на мгновение. Ее кожа была прохладной.


«Я надеюсь на это, мистер Картер. Теперь я должен идти. И ты ... ты должен снова принять лекарство и сохранять спокойствие.


Ник обнаружил, что цепляется за ее руку. «Ты сказала, что вернешься, Дила Лотти. И ты не можешь перестать называть меня мистером Картером? Ник будет лучше - более дружелюбным.


Длинные темные глаза смотрели на него сквозь прорези в маске дьявола. «Я держу свое слово - Ник. Я вернусь. Примерно через час. Но только если вы послушны и примете лекарство - вы никогда не поймаете этого китайского дьявола, если заболеете ».


Ник усмехнулся и отпустил ее руку. «Хорошо, я приму его. Но предупреждаю - твое зелье может быть смертельно опасно. Тебе может быть жаль, что ты заставила меня его выпить! "


Теперь она была у проема в стене. Она повернулась, и он снова почувствовал улыбку под маской. «Я не пожалею», - мягко сказала она. «Я знаю о корне санги. И ты не должен забывать, Ник, что если я верховная жрица, то я тоже женщина. Я вернусь к тебе ».


Когда она исчезла в стене, Ник сказал: «Как насчет моего проводника, Хафед? Надеюсь, вы хорошо о нем заботитесь.


Она рассмеялась, и звук был похож на серебряные колокольчики в комнате, тонкий, но резонансный.


- Я плохо забочусь о твоем проводнике, Ник, но мои жрицы заботятся. Я не запрещаю - они тоже женщины. Молодые женщины. Они разыграли жеребьевку, и было десять счастливиц ».


Она исчезла. Раздался слабый скрип машин, и медная обезьяна начала возвращаться на место.


N3 лег на кровать и стал рассматривать потолок. Десять счастливых победительниц! Боже! Он надеялся, что Хафед в форме.


Через несколько минут к нему подошла старуха с еще одной большой кружкой ячьего молока. Ник без возражений выпил. Можешь подыграть, пройти весь маршрут. Теперь он знал, что этот корень санги, чем бы он ни был, тоже был эротическим наркотиком. Афродизиак. Вероятно, они накормили Хафеда чем-то из того же. Неудивительно, что девушки выстраивались в очередь.


Он исследовал свою профессиональную совесть - единственное, о чем он когда-либо беспокоился - и нашел ее ясной. На данный момент он сделал все, что мог. Он установил контакт. Он знал, что нужно было знать. Даже Хоук не ожидал, что он пробьется через перевал Каракорум в метель.


«Так что включи музыку и танцующих девушек», - сказал себе N3, расслабляясь и наблюдая, как старая жрица кладет еще угля на жаровню. Ему нечего было терять, кроме своей добродетели, и это было более чем немного потрепано. Да, казалось, впереди еще целая ночь. Он ни на секунду не сомневался, что Дила Лотти вернется - обещание было в ее голосе.


В его мозгу остался один крошечный зуд. Она не показала ему никаких документов и не спросила ничего у него. Конечно, нельзя было ожидать, что она узнает о Золотом числе, но все же ...


Он отбросил эту мысль. Дила Лотти была новичком, любительницей и попала в экстренную ситуацию. Не беспокойтесь об этом. В любом случае у него было свое оружие и его смекалка -


Или у него хватило ума? Он обнаружил, что смеется и катается по кровати. Старая жрица посмотрела на него, ласково улыбнулась и вышла, снова заперев его.


Ник услышал звук высокой ноты.


Его собственный смех. Если бы только Хоук мог видеть его сейчас! Наверное, ему прочитают лекцию о морали и проступке! Ник снова разразился смехом. Его голова была перьевой подушкой, плавающей на плечах. Комната была мягкой, ворсистой, теплой и уютной - и какое дело до него окружающему миру?


«Я мог бы просто решить остаться здесь навсегда», - сказал он комнате. "Никогда не оставляйте! Тысяча жаждущих мужчин женщин! » Боги! Он и старый Хафед могли бы получить кайф на всю жизнь!


Ему пришло в голову, что он понятия не имеет, как выглядит Дила Лотти. Ему было наплевать. Это была женщина, мягкая, изогнутая и ароматная. Может, это все-таки не маска - может, это ее настоящее лицо! Ему все равно было все равно. Мужчина мог бы со временем научиться любить такое лицо - и то, что он чувствовал сейчас, не займет много времени!


Ник Картер заткнул рот одной из подушек, чтобы подавить смех. Ему было так хорошо - хорошо - хорошо ...


## Глава 4


Сладкая смерть


Ник задремал, но сразу же проснулся, когда услышал, как медная обезьяна качнулась на своей оси. Он резко сел на кровати, смутно понимая, что с ним происходит - и не заботясь ни об этом, ни о каких-либо последствиях. В нем кипела похоть.


В комнате мерцала единственная масляная лампа. Жаровня светилась большим красным глазом. Дила Лотти вошла в комнату, и обезьяна со скрипом захлопнулась за ней. Она подошла к кровати на несколько футов и остановилась. Ничего не говоря, они смотрели друг на друга.


Даже без маски дьявола она была высокой. Она доходила почти до его подбородка. На ней было единственное, похожее на сари, платье из полупрозрачного нефритового шелка. Под ним ее кожа, хорошо промасленная и ароматная, блестела мерцанием старой слоновой кости. Нежный бледно-желтый. Ее волосы представляли собой блестящую массу черного шелка, высоко поднятую и удерживаемую янтарными гребнями. Ее рот был маленьким, влажным раздавленным бутоном розы, и когда она наконец заговорила, ее зубы блеснули в полумраке.


«Я тебе нравлюсь, Ник?» В ее тоне была насмешка.


"Я тебя люблю!" - сказал Ник Картер. "Идите сюда."


"Еще нет. Не торопи меня." Ее улыбка была томной. «С любовью не торопишься - с ней задерживаешься и наслаждается больше».


Желание нахлынуло на Ника. Такая стремительность могла все испортить, но он не мог контролировать себя! Он должен был иметь ее. В настоящее время! В эту минуту - в эту секунду! Он вскочил с кровати, сбросил халат и выскользнул из шорт.


Его легкие болели от усилия говорить. - Иди сюда, - снова прохрипел он. "Ради бога!"


Дила Лотти ахнула при виде его. Ее красный рот образовал круглую букву «О» от удивления. Она засмеялась: «Ты был прав, Ник, дорогой. У корня санги есть побочные эффекты! »


Ник сделал шаг к ней. В нем вспыхнула ярость. Какого черта - если эта бледно-желтая сучка окажется дразнящей после всей его нарастающей, он бы ее задушил! Так что он поможет ему!


Дила Лотти указала на него длинным алым ногтем. «Сядь на кровать», - тихо приказала она. Ник обнаружил, что слушается. Казалось правильным, что он должен ей подчиняться. Без вопросов. Его гнев за мгновение до этого угас и исчез.


N3 сидел голый на кровати и смотрел на нее. Дила Лотти медленно подошла к нему. Он впервые заметил, что на ней были красные туфли на высоком каблуке. На данный момент они не кажутся несочетаемыми.


Она остановилась всего в двенадцати дюймах от него. Он мог видеть сияющий огонь огромного сапфира, прикрепленный к ее пупку, сияющий сквозь ее прозрачное платье, как манящий глаз. Ее живот был плоским и подтянутым, цвета насыщенного кремового цвета. Когда он наклонился, чтобы поцеловать ее, это было прохладно и бархатно.


Дила Лотти положила руки ему на плечи и осторожно толкнула его. Она поцеловала его в лоб влажными горячими губами, затем немного отстранилась. Она подняла руки, и одежда упала, скользкая пена омыла ее длинные безупречные ноги. N3 с трепетом посмотрел на нее. Каждый пульс его тела требовал ее. Наконец-то это было совершенством в женщине! Максимум - плюс! То, о чем всегда мечтал и к чему стремился каждый мужчина! На мгновение его охватили сомнения и страх - она не настоящая! Он видел ее во сне - под действием наркотика он только ее видел!


Дила Лотти обхватила руками грудь и наклонилась к нему, протягивая эти сочные дыни для его ласки. "Поцелуй!"


Ник Картер повиновался. Это был не сон. Ее груди были теплыми, прохладными, упругими и мягкими. Маленькие задорные соски были сильно накрашены. Они были ароматны запахом, который проникал в его ноздри, когда он целовал и обмывал их своим языком. Он заметил, почти неосознанно, что она нарисовала золотые спирали вокруг каждой груди. Это не выглядело особенно странным. Ничего странного теперь не было - все было безупречно, все в порядке и так, как должно быть.


Дила Лотти стояла, широко расставив прекрасные ноги, голова и плечи были отведены назад, а плоский таз выдвинут вперед. Она провела пальцами по гладким волосам Ника. Она двигала тазом волнообразными круговыми движениями. Она разрешила жадно обыскивать его пальцы. Она застонала и подошла к нему, корчась и извиваясь, когда его руки выискивали каждую тайну.


Внезапно, с запыхавшимся восклицанием, она упала ему на кровать. Ее длинные ноги стиснули его тисками из бархатной плоти, и он был бессилен удовлетворить свое неистовое желание, ослабить ужасное красное напряжение, которое разрывало его на куски. Когда Ник начал ругаться, горько протестуя, она закрыла ему рот своим.


Ее рот был жадным, даже жестоким. Он засосал его, и ее язык сошел с ума, еще больше разогнав его желание. Она поцеловала его с вампирским рвением, и ее хрупкие маленькие ручки играли с ним. Это было невыносимо! Ник потянулся к ней. Хватит этой чертовой чуши!


Дила Лотти оказалась для него слишком быстрой. Как призрак, ее скользкая, смазанная маслом плоть выскользнула из его рук. Она приложила палец к его губам. «Лежи тихо», - приказала она. «Лежи тихо и слушай, мой любовник. Я желаю тебя так же сильно, как ты желаешь меня - но этого не может быть! Я верховная жрица - я дала обет девственности! »


«Самое время подумать об этом!»


Она снова коснулась его губ пальцем. «Я сказала молчать! Я скажу. Я объясню - и ты не пожалеешь, мой Ник. Только наберитесь терпения. Есть и другие способы доставить огромное удовольствие. Ты должен помнить, где ты, мой дорогой. Это не Соединенные Штаты, где все, даже любовь, делается в большой спешке. Это Тибет, а мы очень близко к Индии - вы никогда не слышали о Камасутре? »


N3 пробивался из наркотического тумана достаточно долго, чтобы сказать, что он действительно слышал о Камасутре, что он читал ее, и он был проклят, если в данный момент он интересовался индуистской эротической литературой!


Ее язык превратился в сладкую струйку меда во рту, и она шептала: «Камасутра упоминает альтернативы, Ник. Другими способами. Итак, вы видите, я не собираюсь вас разочаровывать - так что теперь успокойтесь, наберитесь терпения и пойдем со мной в благоуханный сад. Закрой глаза, моя дорогая, и не думай. Не пытайтесь понять, чем я занимаюсь - только наслаждайтесь. Я отвезу тебя в рай! »


Ник Картер уставился в потолок. Казалось, он двигался в слабом свете единственной масляной лампы. Дила Лотти оставила его на мгновение - он услышал слабое скольжение ее босых ног - и запах ладана начал распространяться по комнате. Она бросила его в жаровню. Вещество имело приятную остроту горящего дерева, только намного легче и слаще, и с едва заметным запахом плоти.


«Дыши глубоко», - прошептала женщина. «Дыши глубоко - это поможет вам получить удовольствие».


Ник повиновался. Каким-то образом он знал, что теперь всегда будет подчиняться ей. Дила Лотти была верховной жрицей - его жрицей! Он всегда будет ей подчиняться. Он должен! В обмен на послушание она приведет его в благоуханный сад и доставит ему такие удовольствия! Он подумал, что все действительно было довольно вырезано и высушено. Судьба! Карма! Наконец-то он исполнил свое предназначение - зачем еще он проделал столько утомительных миль в это место, чтобы сделать - чтобы сделать что? Он совсем забыл.


Дила Лотти устроилась у его ног. Он чувствовал ее стройные ягодицы на своих ступнях, чувствовал, как ее тонкие пальцы скользили по его бедрам. Все выше и выше - пальцы умелые, терпеливые и вызывающие. Ник почувствовал, что начинает чуть-чуть дрожать.


Это была война между его чувственным существом, которое теперь так изысканно возбуждается, и его интеллектом. И его инстинкт. Крошечный из бронзовых гонгов бил где-то в глубине его мозга, предупреждая его. Против чего? Он не знал, и, почти до опасности, ему было все равно.


Он начал чувствовать странную нежность, смешанную с необъяснимой враждой, к этой женщине, которая его опустошала. А пока, подумал он, как ни крути, мы любовники! Это был пойманный момент времени, когда все остальное было забыто, и в мире осталось только двое. Конечно, это был наркотик. Наркотик, действующий на уничтожение воли и интеллекта Киллмастера, который был шедевром среди агентов, который был настолько близок к совершенству в уме, теле и воле, как секретный агент, может быть и по-прежнему оставаться человеком.


А Киллмастер был очень, очень человечным.


Он также чувствовал, что, по крайней мере, на данный момент, он проигрывает эту битву. Возможно, на этот раз он взял на себя больше, чем мог. Наркотик был настолько сильным, а в данный момент он был настолько слабым. И все же он должен каким-то образом сохранить рассудок даже в этом сладком испытании, через которое она теперь его подвергала. Тогда он впервые услышал ее стон и почувствовал, что она разделяет его чувство страсти.


Он не мог пошевелиться. Не мог говорить. На данный момент он был плавучим островом спокойствия без всяких желаний. Он был один во вселенной. Он был ничем. Не существует. Он наконец достиг индуистской цели совершенства - Нирваны. Ничто!


## Глава 5


Грубое пробуждение


Когда N3 проснулся несколько часов спустя, он был один. Все масляные лампы были залиты, и комната горела желтовато-коричневым светом. Некоторое время он лежал, пытаясь бороться с наркотиком, пытаясь прояснить в своем уме, кто он, где и почему. Это было бесполезно.


Он думал только об одном - о женщинах! Дила Лотти, если можно - если не то женщина.


Ник понятия не имел о времени - Он не представлял, как долго он пробыл в Ла Масери. Это могли быть минуты, часы, дни, месяцы, годы - это не имело значения. Рядом с кроватью стояла чашка знакомого яка с молоком, и он выпил ее, чтобы утолить мучительную жажду - зная, что это наркотик, и ему было наплевать. Он шагал вдоль стен комнаты, такой же обнаженный, как в день своего рождения. Наркотик его подстрекал. Он должен получить облегчение.


Вскоре оно пришло. Полчаса спустя старая старуха ввела трех хихикающих молодых жриц. Они были вымыты, надушены и достаточно хороши по-монгольски - и так же жаждали облегчения, как и он. Они не теряли времени зря. Они окружили Ника и уложили его на кровать под густыми коричневыми конечностями и упругими молодыми грудями. Они не говорили ни слова по-английски, а человек из AX не знал тибетского, монгольского или какого-либо другого. Это не имело значения. Четверо из них изобрели свой собственный язык, lingua franca из смеха и хихиканья.


Когда Ник обратил внимание, что он, в конце концов, сделал даже с наркотиком в нем, младшая из жриц - ей было не больше шестнадцати - достала из кармана своей мантии одну из знаменитых серебряных пряжек и, с хихиканьем, проинструктировал Ника по правильному использованию. Это буквально сделало из него нового человека! Позже он был помазан странным красным порошком, хорошо втертым, что привело его в новое безумие. Молодые, изолированные, запертые в пустыне, эти дьяволицы, казалось, знали все уловки любви. Оргия, хотя Ник считал ее таковой, продолжалась несколько часов. Не было еды и питья, и никто их не беспокоил. Иногда две маленькие жрицы оставляли Ника наедине с третьей, пока они занимались любовью вместе, все в одной постели.


Нику Картеру все это не показалось странным. Он знал, что был под наркотиками, признал это. Ему это очень понравилось! Он желал этого! Чудесная вещь - корень санги. Он никогда не мог насытиться этим! Он был рожден свыше - он был свободен и качался на вершине мира, давно миновал Девятое Облако и приближался к Облаку Девяносто девятому!


N3 так и не узнал, когда Дьяволицы оставили его. В одно мгновение они напрягались на кровати вместе с ним - в следующий момент он был один, просыпаясь в оцепенении и оглядываясь по сторонам. Ему стало холодно, и нервы у него подскочили. У кровати стояла чашка с молоком яка, и он потянулся за ней, когда медная обезьяна начала распахиваться.


Ник поднес чашку к губам и собрался пить. Он улыбнулся темной продолговатой стене в стене. «Дила Лотти! Я думал, ты никогда не вернешься. Я-"


Хафед быстро вошел в комнату. Прежде чем Ник смог остановить его, он схватил чашку и вылил на пол молоко яка. «Лучше не пить больше, сар. Думаю, ты уже много употреблял этого допинга. Очень плохо. Приходите - мы быстро выходим из этого места. Здесь большая опасность! »


Ник сидел на кровати обнаженный, почесывая щетину на лице и улыбаясь проводнику. Хафед был хорошим Джо, отличным парнем, но он становился немного выше себя. Он не должен был выливать это молоко. Теперь ему придется попросить старую старуху принести ему…


Хафед протянул ему небольшой пузырек с маслянистой желтой жидкостью. «Выпей, пожалуйста. Думаю, это то, что вы называете противоядием. Убьет наркотик. Пей быстро, пожалуйста. У нас мало времени, сэр. Убирайся отсюда, хабба - я думаю, китайские солдаты пришли. Они сейчас будут здесь, если не считать шторма.


Ник Картер, пошатываясь, выпрямился. Чтобы доставить удовольствие старому доброму Хафеду, он выпил содержимое пузырька, и его начало рвать - вещество пахло мочой и, вероятно, имело такой же вкус.


"Уххх!" Он вытер рот рукой. «Что это, черт возьми?»


Хафед коротко улыбнулся: «Як, ссать, сэр. И другие вещи. Теперь ты можешь ходить, да? Ты пойдешь со мной, хабба? Я показываю вам важные вещи ».


"Ходить? Конечно, я могу ходить. Как ты думаешь, я… Ник сделал несколько шагов и зашатался, чуть не упав. Черт! Он был слаб как котенок.


На смуглое лицо Хафеда на мгновение отразилось смятение. «Я этого боялся, - сказал он Нику. «Корень санги сделал это - очень плохо, если у тебя слишком много. И ты уже заболел - никогда не принимай сангу ».


N3 рухнул на кровать с идиотской ухмылкой. «Это то, что говорила мне моя святая старая мать, Хафед. «Никогда не принимайте сангу», - сказала она. Тысячу раз она сказала: «Держись подальше от этого корня санги, мальчик!»


Хафед нахмурился. «Не смешно, сар! Прибывают китайские солдаты, мне быстро отрубают голову номер один. Может не ты, а я. Вы очень стараетесь ходить, а?


Ник повалился на кровать, смеясь. Внезапно все стало невероятно смешно. «К черту ходьбу, Хафед! Я больше никогда не пойду! Я больше ничего не собираюсь делать, кроме как оставаться в этой постели и прелюбодействовать! Вот и все, дружище! Я останусь здесь и отдохну от своей глупой жизни! Не хочешь присоединиться ко мне, старый приятель?


Хафед наложил череду проклятий, варьировавшихся от китайского до английского, тибетского и хиндустани. «Проклятый сукин сын», - сказал он наконец. «Может, мне стоит сбежать и бросить тебя, сэр, но я этого не сделаю. Ты хороший человек. "


Ник Картер обхватил голову руками и начал тихонько плакать.


«Ты тоже хороший человек, Хафед», - рыдал он. «Настоящий приятель. Я тебя люблю!"


Хафед подошел к большому агенту АХ и сильно ударил его по лицу. «Мне очень жаль, сэр. Но надо что то делать! Не так много времени! »


N3, который мог одной рукой сломать человечка на куски, продолжал плакать. В конце концов, Хафед не был другом - Хафед вторгся в его ароматный сад! Хафед разрушал свой Рай! Смутно, когда противоядие начало действовать, Ник увидел в Хафеде эмиссара жестокого мира реальности. Напомни ему, Ник, о таких утомительных делах, как работа, миссия, долг! Он ненавидел Хафеда! Он убьет мешающую маленькую суку ...


Противоядие поразило его кишку молотком! Он скатился с кровати и начал изрыгать. О боже - ложь было больно! В течение десяти минут он лежал в собственной рвоте, не в силах поднять голову, его рвало и изрыгало, и он искренне желал смерти.


Наконец он смог подняться на ноги и надеть грубую мантию. Он без удивления обнаружил, что его оружие пропало. Все они пропали - Вильгельмина, Гюго, Пьер!


Ник сел на кровать и потер лоб. Его глаза были огненными ямами, а в черепе подпрыгивала наковальня. Он смущенно посмотрел на Хафеда. «Извини, наверное, я отсутствовал какое-то время. Который сейчас час? Какой день? А про китайских солдат ты что-нибудь говорила?


Хафед дернул его за рукав. «Иди сейчас же. Сделай быстро! Я покажу тебе, что нашел - тогда поговорим.


Ник последовал за Хафедом через стену за медной обезьяной. Коридор был узким, высоким и удивительно теплым. Он неуклонно вёл вниз. Масляные лампы в железных бра указывали им путь.


«Я сплю со многими демоницами», - объяснил Хафед по дороге. «Некоторые говорят, некоторые нет. Говорят много. После того, как она заснет - теперь спи. Она берет корень санги, а я нет. Мне не нужен рут. Пока она спит, я думаю, что она говорит - происходит какое-то очень забавное дело. Хорошее время для поисков - так что я смотрю. Понимаете, теперь все дьяволицы в молитвах и медитации. Я нахожу это место ».


«Молодец», - проворчал Ник. Он казался угрюмым, и сразу же пожалел об этом. Этот верный маленький парень вытащил его из ада! Во всяком случае, пытался. Они еще не вышли из игры! N3 теперь быстро возвращался, и чудовищность его промаха росла над ним. Конечно, он был чертовски болен, но это не было оправданием. Не в мужчине - агенте АХ. Он ненадолго выругал себя, затем его челюсть взяла знакомый выступ, и он снова начал командовать. То, что было сделано, не обсуждалось. Теперь он должен спасти то, что мог - забыть обо всем, кроме будущего и миссии.


Они свернули в коридор и подошли к железной двери. Она была наполовину открыта. Хафед указал на дверь. «Там, сар. Наиболее интересно."


Это была небольшая комната, хорошо освещенная масляными лампами. Был стол и стулья. На столе лежало оружие Ника. Он осмотрел их. Они казались целыми, в рабочем состоянии. Проверяя «Люгер», Хафед сказал: «Может, ты заглянешь в ту дверь, сэр. Тоже самое интересное ». Он указал на еще одну железную дверь в дальней стене маленькой комнаты. Ник подошел к ней и открыл ее. Мгновенно отвратительный запах разлагающейся плоти ударил его в ноздри.


N3 сделал шаг назад, поморщившись. Он видел слишком много смерти, чтобы она внушала ему какие-либо страхи, но это было противно! Через плечо он сказал: «Кто она?»


Голос Хафеда в маленькой комнате был мягким. «Я думаю, может быть, настоящая Дила Лотти, сэр».


Открытая дверь открывала пространство не больше туалета. К стене был прикован скелет женщины. Кожаные клочки плоти все еще цеплялись за хрупкие кости, а ее волосы были белыми. Глаза сгнили, большая часть носа и плоть вокруг рта отпали, обнажив длинные желтые зубы, скрепленные вечной ухмылкой. Ник закрыл дверь, вспоминая юношеское совершенство тела Дайлы Лотти. Дила Лотти? Но Хафед только что сказал:


Ник сбросил халат и начал закреплять замшевые ножны на правом предплечье. Его лицо было жестким, жестким под щетиной. «Скажи мне», - приказал он Хафеду. «Что ты думаешь обо всем этом - что заставляет тебя думать, - он кивнул в сторону туалета, - что это настоящая Дила Лотти?»


Хафед присел спиной к открытой двери, ведущей в коридор. Он достал убийственно выглядящий нож и начал точить им мозолистую ладонь.


«Я много слышал, когда занимался любовью с дьяволицами», - объяснил он. «Я уже говорил это. Последняя у меня есть, она сейчас спит, ненавидит Дилу Лотти. Много о ней говорите. Но она говорит о старушке! »


Хафед указал на шкаф. «Она старая! И все, что говорят дьяволицы, давно не видели Дилу Лотти - она очень больна и живет в своих комнатах. Сейчас управляет другая дьяволица - имя Ян Квэй! Думаю, это китайское имя. Я спрашиваю - найди, что настоятельница номер два наполовину китаец. Здесь ненадолго. Моя дьяволица говорит, что настоящая Дила Лотти сильно заболевает, как только приходит Ян Квэй - они никогда ее больше не видят. Оставайтесь на месте. Ян Квэй приготовит все блюда, заботится о старухе ».


Хафед воткнул нож в пол


. "Видишь, сар?"


"Я вижу." Лицо N3 было мрачным. Каким же он был наркоманом - во многом, чем он думал. Ян Квэй выдавала себя за настоящую Дайлу Лотти. Это было достаточно просто. Он был незнакомцем, следовал очень незначительной наводке, и он был изолирован. Он не говорил по-тибетски, не имел средств общения с другими дьяволицами, даже если бы им разрешили говорить с ним.


Ник указал на дверь, которая скрывала мертвую старуху. «Отравила ее, а? Как бы то ни было, ослабила ее, а затем привел ее сюда и приковал к смерти. Красивая девушка!"


«Китайцы», - сказал Хафед. Как будто это все объяснило.


Ник, уже вооруженный, снова натянул оранжевую одежду. Он должен найти свою одежду. И отправляйся к черту из Ла Мазери Дьяволиц - но не раньше, чем он еще немного поговорил с фальшивой Дилой Лотти!


«Мы должны забрать ее», - сказал он Хафеду. «Взять ее и заставь говорить! Итак, начнем-"


Ответ Хафеда умер в тихом шипении. Ник повернулся к двери. Дила Лотти, или Ян Квей, наставляла на них небольшой автоматический пистолет.


«Поднимите руки вверх», - сказала она на своем плавном, мягком, слишком идеальном английском. «Осторожно, Ник. Я не хочу убивать тебя сейчас. После всех хлопот, на которые я пошла - оставить тебя для моих друзей. Они скоро будут здесь, чтобы забрать тебя, агент АХ! "


Ник поднял руки. Подождите и посмотрите, что получилось. У него было немного времени, и он был слишком далеко, чтобы схватить ее пистолет. Он взглянул на Хафеда. Гид все еще сидел на полу, его нож торчал в полу перед ним. Он поднял руки.


Девушка также взглянула на Хафеда. Ее красные губы скривились в рычании. «Тебе, животное, слишком повезло! Я не против убить тебя, так что будь осторожен. Я бы предпочла, чтобы солдаты отрубили вам голову, например, публично, но я не возражаю убить вас. Так что держите руки высоко! Ничего не пробуй! »


Хафед смиренно кивнул. Он держал руки высоко. «Да, верховная жрица. Я подчиняюсь. Я сделаю все, что угодно! Только не убивайте меня! Пожалуйста не убивай меня!" Голос Хафеда превратился в жалкое нытье. Он плюнул в сторону Ника. «Я помогала иностранному дьяволу только потому, что он хорошо платит, верховная жрица. Я был бы очень рад вместо этого поработать на вас. Только дай мне шанс! Я много знаю о личных делах этого дурака! " Хафед корчился и копошился на грязном полу.


Ян Квей презрительно посмотрела на проводника. «Ты черепаха!» - огрызнулась она. - И еще глупая Черепаха. Думаешь, сможешь обмануть меня такими идиотской болтовней? Я знаю, что вы работали на американцев, на ЦРУ. Но ты больше не будешь работать на них. А теперь тише, Черепаха! » Она обратила внимание на Ника.


«Они будут очень довольны мной в Пекине», - сказала она ему. «И очень рада тебя видеть - они зададут тебе много вопросов, Ник. Все, на что вы ответите - вовремя! »


«Может быть», - тихо сказал N3. «Они действительно говорят, что ни один человек не может долго терпеть пытки. И таблеток цианида у меня тоже нет.


Девушка посмотрела на него со злой улыбкой на губах из бутонов розы. «Я думал, что нет. Я обыскала тебя, пока ты спал, но не нашла. Ты большой, храбрый, убийственный американский гангстер, Ник. Я все слышала о тебе. Но ты не будешь таким храбрым, когда они закончат с тобой в Пекине ».


Ник рискнул взглянуть на Хафеда краем глаза. Что задумал этот человек? Он снимал ногу с ботинка из ячьей кожи. Медленно, почти незаметно Хафед вытаскивал ногу из сапога. Нож все еще торчал из пола перед ним. Его руки были подняты над головой. Какого черта? Чего, по мнению этого человека, он мог достичь одной босой ногой?


Правый глаз Хафеда, тот, котором была небольшая повязка, поймал Ника, и он заметил еле заметные подмигивания. «Займите ее чем-нибудь», - казалось, говорил Хафед.


Ник Картер кивнул в сторону туалета позади него. "Ты убила ее?"


Ян Квей показала свои жемчужные зубы в неприятной улыбке. "Мне пришлось. Она слишком долго умирала, и мне пришлось убрать ее с дороги до вашего прибытия. Мы ждали тебя, но не так скоро. Она переместила маленький пистолет из правой руки в левую, как будто ее рука утомилась. Ник бросил еще один взгляд на Хафеда. Теперь его нога была почти вне ботинка. Нелепо, учитывая момент, Ник заметил, что Хафед принимал ванну.


Его глаза снова обратились к Ян Квэй. На ней был тот же оранжевый шелковый халат, перевязанный между ее тонкими бедрами и острыми грудями. На ней снова были ботинки вместо красных тапочек. Ее голова без черного парика была тщательно выбрита. Почему-то отсутствие волос нисколько не умаляло ее красоты. Ее глаза были узкими и темными, теперь они опасно сверкали, а нос был тонким. Ее кожа имела блеск слегка состаренного фарфора. Его не испортила ни одна морщина. Ник изучал этот маленький яркий рот и вспомнил, что она сделал с его телом. Было действительно стыдно убить ее - в конце концов, она боролась только за свою страну, а он за свою. Потом он вспомнил вещь в туалете позади него! В этот мимолетный момент он стал судьей осудил ее и признал ее виновной.


Он приговорил ее к смерти - после того, как она заговорила! Что-то от его самообладания, его уверенности передалось женщине. Она нахмурилась, и ее палец сжал курок пистолета. Она нахмурилась. «Вы думаете, что все-таки выиграете. Вы, проклятые американцы, все не настолько лучше! Как раньше были британские ублюдки. Нецензурная лексика исходила из этого маленького красного рта. Ник усмехнулся, расслабленно и презрительно, пытаясь разозлить ее еще больше. Отвлечь ее. Хафед уже снял сапог.


Она уловила движение Хафеда и развернулась, пистолет выступил за направляющую, ее палец на спусковом крючке побелел от давления. Тогда курок для волос убил бы Хафеда.


"Что делаешь? Молчи, собака, или я тебя убью! »


Хафед вздрогнул от слов. Он потер свои босые пальцы ног и заскулил: «Прости, верховная жрица. Я не имел в виду - мои ноги так сильно болят. Они болят. Я должен их потереть. Я-"


«Тихо, дурак!» Она плюнула в Хафеда. "Ты - идиот! Ты и твои тупые ноги! Раздражишь меня снова, и это будет в последний раз! » Она снова повернулась к Нику. Он чуть не допрыгнул до ее пистолета, когда она ругала Хафеда, но отказался. Хафед над чем -то работал. Ждал и смотрел.


Он видел. Пальцы Хафеда были длинными, тонкими и почти цепкими. Тогда Ник понял. У человека была нога, как у обезьяны! И Хафед, царапая и пресмыкаясь по полу, приближал босую ногу к ножу. Вот и все. N3 приготовился.


Маленький черный глазок пистолета упирался ему в живот. Мягким вопросительным тоном Ян Квей сказала: «Интересно, почему я не стреляю в тебя сейчас, Ник? Выстрелить тебе в живот и посмотреть, как ты долго страдаешь ».


«Твоя естественная доброта сердца», - сказал Ник. «Муху не обидишь - может, старую беспомощную даму, но не муху. Это может вас укусить ». Краем глаза он наблюдал за Хафедом. В настоящее время!


Хафед скользнул длинными пальцами ног вокруг вертикально стоящего ножа. Он перекатился на плечах, его нога поднялась высоко, нож сверкнул по дуге. Он кинул нож в Ян Квэй, крича: «Убей ее!»


Она попыталась пригнуться и выстрелить одновременно. Инстинктивное движение разрушило ее цель. Маленький пистолет выстрелил . Хафед с проклятием схватился за руку. Ник пролетел через комнату, как ртуть. Он быстро выбил пистолет, который полетел из руки Ян Квэй на пол. Хафед нащупал это.


Девушка корчилась и извивалась в руках Ника, извиваясь и борясь, как демон. Из кармана мантии появился нож, и она ударила его. Он сильно сжал ее запястье, она закричала и уронила нож. Ее горячее благоухающее тело прижалось к его большому телу. Ник прижал ее к стене и зажал одной рукой за горло. Он посмотрел на Хафеда. "Ты в порядке?"


Хафед уже перевязал его плечо. - Думаю, это рана в мякоть. Немного. Что нам теперь делать, сар? Я говорю, убираться отсюда, хабба-хубба! Думаю, она не лжет о китайских солдатах ».


Ник посмотрел на девушку. Ее губы сжались в вызывающем рычании, и она напомнил ему маску дьявола. «Может быть, не о солдатах», - согласился Ник. «Но я думаю, что она солгала о некоторых других вещах - например, о поездке в Карачи какого-то мошенника?»


Он внимательно следил за ее выражением лица. Она плюнула ему в лицо. Он сильно ударил ее ладонью. Она снова сплюнула, слюна текла по ее подбородку.


Хафед сказал: «Не заставляйте ее так говорить. Я сделаю! Но надо спешить - я, черт возьми, не хочу потерять голову! Пойдемте, я покажу вам еще кое-что, что найду.


Ник толкнул Ян Квэй вперед по коридору вслед за Хафедом. Несколько шагов - и они попали в другую комнату. Она было больше, и в центре светилась жаровня. В одном углу была зеленая стальная консоль радиопередатчика и приемника. Хафед открыл дверь туалета, очень похожего на тот, в котором скрывался скелет настоящей Дилы Лотти. Ник тихо присвистнул. В этом туалете стояли сложенные стопкой винтовки, полдюжины автоматов с обоймами для патронов, мешки с гранатами. Была даже старая автоматическая винтовка Браунинг.


N3 прижал ее к стене. «Ни один Ла Масери не обходится без тайника с оружием, а?»


Ян Квей мрачно уставилась в пол. Она не ответила. Ник повернулся, чтобы посмотреть, как Хафед готовится. Он сразу понял, что это ему не понравится, но он смирится, если потребуется. Чем раньше Ян Квэй заговорит, тем скорее они отправятся в путь. Он надеялся, что она не окажется слишком упрямой. У него не было никакого желания видеть разорванное на части это прекрасное тело. Одно дело - убийство, совсем другое - пытки. Но теперь дело было в руках Хафеда, и он должен был согласиться с этим. У проводника, как у восточного человека, были другие идеи по таким вопросам.


Длинный черный луч поддерживал низкий потолок. С него свисали ржавые цепи и наручники. Хафед не терял времени зря. Он явно думал о своей голове и очень торопился.


Он положил свой длинный нож в горящие в жаровне угли.


Ник, внимательно следивший за Ян Квэем, увидел, что она задрожала. Запах раскаленного металла начал заполнять комнату. Хафед посмотрел на Ника. «Дай мне ее, сэр».


Ник подтолкнул девушку к нему. Она споткнулась и наполовину упала, и Хафед поймал ее. Через две секунды он приковал ее цепями к стропилам, так что пальцы ее ног едва касались пола. Хафед сорвал оранжевый халат и отбросил его в сторону. Девушка раскачивалась перед ними обнаженной, хватаясь пальцами ног за пол. Ее великолепные груди колыхались и тряслись при движении. Ее маленькие коричневые соски были прямыми и твердыми, как будто она ожидала поцелуя любовника, а не обжигающего металла. Ник, пристально глядя на нее, подумал, что заметил намек на слезы в узких черных глазах. Мог ли он позволить Хафеду довести дело до конца?


Хафед вынул из углей нож. Наконечник был белым и дымящимся. Он шагнул к девушке. «Теперь она заговорит, сэр.


"Подожди минутку!"


Ник подошел к Ян Квэй. Он посмотрел ей в глаза, когда они поднялись, чтобы встретиться с ним взглядом. Она дрожала, крошечные капельки пота смазывали ее тело, но темные глаза смотрели вызывающе. Ник почувствовал грусть и беспомощность. И все же ему нужно было попробовать.


«Я не хочу этого делать, Ян Квэй. Не заставляй меня. Все, что мне нужно, это прямой ответ на один вопрос - куда на самом деле шел мой двойник, фальшивый Ник Картер? »


Ее глаза смели его. «Карачи», - сказала она. «Я сказала вам правду. Карачи! Он хотел, чтобы вы знали! »


Инстинкт подсказал Нику, что она говорит правду. Это прикинул. Он решил, что если это приманка, смертельная ловушка для него самого. Самозванец хотел бы, чтобы он пошел за ним. Но он не мог рисковать - он должен был знать, чтобы быть абсолютно уверенным. Он уже отставал от этого человека на четыре дня - к настоящему времени пять из-за его собственного психического безумия, и он не мог позволить себе терять больше времени.


Хафед ждал с горящим ножом. «Я последний раз спрашиваю», - сказал Ник девушке. «Это все еще Карачи?»


Она кивнула. «Карачи - клянусь! Это все, что он мне сказал. Карачи."


Ник отступил и кивнул Хафеду. Да будет так. Если она все еще сказала Карачи под пытками ...


Хафед был очень деловит. Он прижал пылающий нож к левому соску девушки и повернул его. Маленькая комната заполнилась крошечной вспышкой, шипением и запахом жареного мяса. Девушка закричала от пронзительной агонии, разорвавшей живот N3. Он схватил Хафеда за руку. Он снова встретился с девушкой, вопрос в его глазах. Она попыталась плюнуть на него, но слюны не было. Ее глаза ненавидели его, даже несмотря на головокружительную боль. На ее левом соске был обожженный красный шрам.


«Карачи…» Это был тихий шепот. «Я - я не могу - он пошел - Карачи!» Она упала в обморок.


Хафед снова шагнул вперед, нож был только что нагрет, и собирался приложить его к ее правому соску, когда Ник остановил его. Значит, это должен быть Карачи. В любом случае он не мог больше этого терпеть - будь она мужчиной, если бы она могла сопротивляться, все было бы иначе.


«Так и будет», - отрезал он гиду. «Теперь мы убираемся отсюда к черту. Возьми два автоматических пистолета и много патронов! Тогда мне нужно найти свою одежду - я полагаю, наши пони в порядке в конюшне?


Хафед сказал, что пони будут ждать. Никто в Ла Масери не знал, что на самом деле происходит. Одежда Ника, несомненно, будет в умывальной или в прачечной - а теперь разве они не могут убраться к черту до прихода китайских солдат?


Ник потер подбородок и уставился на безвольной Ян Квэй, болтающейся на цепях. "Что мы будем с ней делать?"


Он знал, что должен убить ее, но в данный момент, хладнокровно, он не мог призвать к решению. Он извинился. Он все еще был довольно слаб и болен.


Хафед решил и эту проблему. «Я справлюсь», - сказал он. Он быстро снял девушку и вынес ее из комнаты. Ник услышал неясные звуки, доносящиеся из коридора. Тем временем он занялся делом. Он снял стальную переднюю пластину передатчика и разбил набор на мелкие кусочки. Он разбил прикладом винтовки об пол.


Хафед вернулся и взял два автомата и столько боеприпасов, сколько смог унести. Ник не спросил его, что он сделал с Ян Квэй. Он думал, что знает.


Ник бросил оставшиеся автоматы в жаровню и наблюдал, как деревянные ложи начали гореть. Он сунул четыре гранаты в карманы своей мантии. Хафед беспокоился о двери. «Торопитесь, сар! Торопитесь!" Ник видел, что мужчина испугался. Он не мог его за это винить. Хафед был настроен против пыток - он знал, что китайцы сделают с ним, если поймают его!


Когда они миновали железную дверь, Ник заглянул внутрь. Что-то лежало в углу, покрытое шелковой мантией, которую носила Ян Квэй. Ник мельком заметил ломкие белые волосы на желтом черепе. Дверь в маленькую кладовку была закрыта и заперта.


«Может быть, ее найдут китайцы», - сказал Хафед, пока они спешили по коридору. "Может быть нет. Карма, да? Она получла то же самое, что и старуха, да? Разве это не справедливость?


Ник Картер должен был признать, что это так. Он выбросил из головы Ян Квэя. Он нашел свою одежду свежевыстиранной и оделся. Затем он т Хафед покинули Ла Масери Дьяволиц.


Никто не обращал на них особого внимания, за исключением порой лукавого взгляда. Одна из демониц уставилась на Хафеда, сделала непристойный жест и засмеялась, но по большей части жизнь в Ла Масери протекала как обычно. Верно, видимо, то, что рядовые не подозревали о происходящем. Они выполняли приказы, не задавали вопросов и терпеливо ждали мужчин. Они не подозревали, что в данный момент у них нет Жрицы. В конце концов они это узнают. Китайцы позаботятся об этом. Они, несомненно, назначили бы новой Верховной Жрицей другую из своих сочувствующих. - Хок и ЦРУ оценят его.


Когда они спешили вниз по крутой лестнице в утесе, он с удивлением увидел, что снова темнеет. Они пробыли в Ла Масери больше суток. Так сообщил ему Хафед. В противном случае, мрачно подумал N3, это могло бы длиться двадцать четыре дня! Даже двадцать четыре года! Он был там какое-то время в адском состоянии. Когда-нибудь, когда у него будет время и желание, он исследует этот хаос болезненных воспоминаний.


Прямо сейчас у них возникла новая проблема. Плохая беда. Китайская беда!


Накормленных и отдохнувших пони выводили из конюшни. Хафед схватил Ника за руку и показал. «Смотри, сэр. Она не врала - солдаты идут! Думаю, лучше поторопимся.


«Думаю, ты прав», - согласился Ник. "Черт!" Он взглянул на восток по засыпанному снегом перевалу. «Ты думаешь, пони справятся с этим?»


Хафед, обладавший избранным ассортиментом восточных проклятий, сказал, что пони пройдут. Им лучше, чем ему с Ником было. Он не так выразился, но суть заключалась в том, что он быстро упаковывал свою пони. Ник поступил так же, не теряя времени. С каждой секундой становилось темнее - это могло спасти им жизни.


Он вынул из рюкзака бинокль и нацелил их на солдат. В патруле их было около пятидесяти с двадцатью или около того тяжело нагруженными пони. Металл искрился в умирающем солнечном свете. Некоторые пони несли длинные трубы. Горные пушки! Минометы!


Хафед тоже увидел минометы невооруженным глазом и снова выругался.


«Очень плохое место, которое мы должны пройти - очень узкое. Подходит для большого оружия. Они тоже знают. Давай, сар! Не время терять зря! » Он уже толкал груженого пони на восток, в перевал.


Ник задержался на полминуты. Он поймал вспышку солнца в линзы и увидел китайского офицера, наблюдающего за ними в бинокль. Импульсивно он приложил большой палец к носу и пошевелил пальцами. Он увидел, как офицер отдал команду, и солдаты бежали к пони с минометами. Ник быстро оценил расстояние - чуть больше полумили. Он улыбнулся. Они должны быть достаточно в безопасности. Минометы могли достаточно легко стрелять, но вряд ли они были точными в таком плохом свете. Он ударил Касву и помчался вслед за Хафедом, который уже исчез за поворотом перевала.


N3 не мог больше ошибаться. Он забыл, что китайцы были знакомы с этой страной. По всей вероятности, они пристрелили самый узкий участок ущелья, по пути поставили колья для стрельбы.


Именно его отставание спасло N3. Он был в трехстах ярдах позади Хафеда, когда раздались первые минометные снаряды. Шшшшшшшшшшссссшшшшссс - очередь из четырех мин прошептала в узкую горловину ущелья и взорвалась с грохотом. Ник схватил пони за уздечку и отвел ее под навес. Разорвалось еще четыре мины. В воздухе свистели осколки, шрапнель из камней была смертельна, как и металл.


Извилистая дорога была прямо впереди. Он не мог видеть Хафеда. В ущелье хлынули еще минs. Ник присел, выругался и стал ждать, пока не утихнет смертельный огонь. Они должны были пристрелить это место - они стреляли вслепую, но при этом определяли узкую кишку с невероятной точностью.


Стало темнее. Минометы перестали шептать в леденящем воздухе. Ник подождал десять минут, а затем оживил Касву. Он сомневался, что китайцы придут за ними в темноте, но рисковать не мог. А Хафед будет ждать, нетерпеливо и испуганно, прячась в какой-нибудь дыре, как и Ник.


Хафед долго ждал на этом пустынном склоне Гималаев. Ник нашел его лежащим в большом пятне крови на снегу. Взрыв попал в Хафеда, и его пони. Пони был выпотрошен, его розовые внутренности дымились в свежем воздухе. Половина головы Хафеда отсутствовала.


Касва ткнула носом в мертвую пони и жалобно заржала. Ник оттащил его в сторону и начал засыпать снегом кровь и тела. Больше не было времени. Снег защитит труп Хафеда от волков по крайней мере до весны - тогда, возможно, дьяволицы найдут его и похоронят. Или китайцы. На самом деле это не имело значения.


Ян Квэй в конце концов отомстила. Она задержала их на несколько минут дольше. Ник вгляделся в темноту прохода, ведущего на восток - ему еще оставалось пройти далеко.


Теперь он был один. На пять дней позади своей добычи.


Его лицо начало застывать на ветру, он накинул на него покрывало из шерсти яков и кинулся за пони. Он сделает это. Он должен сделать это. Смерть витала в нарастающем ветру, но не для него. Еще нет. Ему нужно было сначала выполнить работу.


Он проиграл первый раунд. Но будет второй - и он начнется в Карачи.


Карачи отключился!


Большой город на Аравийском море был таким же черным, как будущее операции «Двойка». Ник Картер разговаривал с Хоуком с взлетно-посадочной полосы в Ладакхе и узнал, наряду со многими другими вещами, что его миссия теперь получила название. Это было большим подспорьем! N3 не мог понять, как именно - его настроение в тот момент было чрезвычайно горьким - но это только доказало, что даже в AX бюрократия и бюрократия иногда преобладали. Прямо сейчас Ник согласился бы на что-то более практичное, чем бирка миссии - скажем, какой-нибудь первоклассный дипломатический иммунитет!


Его разыскивали за убийство!


Теперь, в том, что было даже для него новым недостатком в гавани, он прятался в грязном углу и зарылся лицом в потрепанный экземпляр The Hindi Times. Совсем не помогло то, что его собственная фотография - размытая, но полностью узнаваемая - была на первой странице газеты.


Его хиндустани не был беглым, но он мог понять суть подписи: Николас Картер, убийца и подозреваемый секретный агент, разыскивается за убийство и побег!


## Глава 6


Смерть.


Ник вздохнул и заказал еще одну бутылку пакистанского пива. Ему от него было нехорошо, но было холодно. И ему нужен был предлог, чтобы слоняться по этому месту. Пока он не видел никаких полицейских - возможно, владелец платил - и ему нужно было убежище на следующие несколько часов. Он должен был придумать свой следующий ход. Быстро! И когда он понял, что должен двигаться так же быстро. Ему придется рискнуть выбраться из этой безопасной дыры - бросив вызов комендантскому часу - и он будет чертовски заметен на безлюдных улицах. Но тут ничего не поделаешь. Он должен был отправиться в район Маурипур, где жил убитый, и провести небольшое расследование на месте. Было бы очень интересно узнать, почему его двойник, самозванец, снова убил! На этот раз его жертвой стал американец: Сэм Шелтон, конфиденциальный атташе APDP - Программы закупок и распределения оружия. Именно Шелтон выполнил приказ Вашингтона перекрыть поток оружия пакистанцам, когда вспыхнула война с Индией. Это высокая политика, а Сэм Шелтон - только инструмент! Только выполнение заказов. И все же фальшивый Ник Картер убил его! Почему?


Ник закурил «золотые хлопья» - американские сигареты нельзя было достать в дешевых буитах Карачи - и украдкой огляделся. Никто не обращал на него внимания. По крайней мере, так казалось. Вы никогда этого не знали.


Маленький грязный бар располагался в районе Малир-Ланди на илистой реке Инд недалеко от аэропорта Карачи, где за несколько часов до этого Ник быстро попрощался с экипажем Hercules C-130, прилетевшим его с взлетно-посадочной полосы Чушул. в Ладакхе. Это была симпатичная банда молодых американцев, стремившихся устроить небольшой ад в Карачи - возможно, посетив одну из печально известных бань, где развлечения были разнообразными и непрерывными до, во время и после ванны. Ник хотел бы принять их приглашение присоединиться к ним, даже если их молодость и пылкость заставили его почувствовать себя на тысячу лет старше.


Конечно, он не знал. Миссия становилась для него тяжелее с каждой секундой. Теперь он отставал от добычи на целую неделю - по крайней мере, он так думал в то время. Ему нужно было найти и убить человека, и ему лучше с этим справиться. Он попрощался и погрузился в темный Карачи, импровизируя сейчас и сомневаясь в своем следующем шаге. Ему просто повезло, что он взял брошенный экземпляр The Hindi Times и обнаружил, что его разыскивают за убийство и побег! Вот его фотография на первой полосе.


Конечно, это была фотография фальшивого Ника Картера, но копы Карачи этого не знали!


Ник допил пиво и закурил еще одну сигарету. Он скрывал лицо бумагой и снова оглядел бар. Теперь он был забит и задымлен. Большинство посетителей были мужчинами, хотя кое-где Ник видел проститутку в дешевых западных нарядах. Мужчины были многоязычной бригадой, в основном рабочие, работающие в реках и гаванях, и несколько тощих представителей племени патан в брюках типа па-джама и грязных тюрбанах. Вонь немытых тел была невыносимой.


Из глубины зала доносился внезапный звон струнных инструментов, играющих - для западных ушей - самую немелодичную танцевальную мелодию. Толпа рванулась к музыке, и Ник обнаружил, что он и его уголок пусты. Его вполне устраивали. Он посмотрел на барную стойку и сквозь толпу увидел толстую женщину, извивающуюся животом в самой простой версии jhoomer, пакистанского народного танца. Народ, подумал N3, никогда этого не узнает! Слой жира чуть выше скудного покрова женщины колыхался и блестел от пота, пока она кружилась. Из толпы мужчин, большинство из которых


были пьяны. «Это была чисто мусульманская толпа», - заметил Ник с легкой сардонической улыбкой. Что-то еще? В наши дни в Карачи не так уж много индусов. Если они и были поблизости, то держались подальше от глаз.


Он взглянул на свои часы AX - они пережили ужасный переход из перевала Каракорум лучше, чем он, его ноги все еще болели от обморожения - и увидел, что это было через четверть после двенадцати по времени Карачи. Нет смысла здесь задерживаться. Он только откладывал неприятности. Он должен был отправиться в Маурипур, найти дом Сэма Шелтона и посмотреть, что он сможет найти в качестве подсказки. Наверное, ничего - все же он должен попробовать. Неохотно он начал отталкиваться от стола, опасаясь пустых улиц, когда увидел инцидент в баре. N3 остался в своем кресле, наблюдая, как в его быстром мозгу начала расти и развиваться догадка. Мужчина в баре был похож на американца.


Конечно, он был зол - и пьян. И сломался. Это была настоящая проблема. Мужчина был разорен, и бармен, здоровенный парень в грязной рубашке в пурпурную полоску и красной феске, не хотел его обслуживать. Пока Ник смотрел, бармен потянулся через стойку и жестоко толкнул мужчину. Мужчина упал среди груды окурков, макулатуры и слюны, его голова была почти в старой жестяной банке, служившей плевательницей. Некоторое время он лежал так, не в силах подняться, произнося серию грязных проклятий на хиндустани - Ник уловил слово бап, отец, в сочетании с чем-то вроде кровосмесительной обезьяны. Затем человек на полу перешел на английский, американский, и результат было приятно слышать. Ник открыто ухмыльнулся и наслаждался этим, думая, что даже Ястреб может выучить пару слов от этого изгоя!


N3 принял решение и немедленно стал действовать. Это был его способ. Ему было нечего терять, а возможно, и очень много. Даже у такого бездельника должен быть своего рода дом - место, где можно спрятаться на ночь. Все было лучше, чем гостиница, даже самая дешевая, где ему нужно было бы предъявить удостоверение личности и где острый взгляд мог определить его как разыскиваемого.


Он подошел к упавшему и грубо поднял его. Бармен смотрел без интереса, его смуглое лицо выражало его скуку и нетерпение по отношению к разоренным янки на пляже. Они были свиньями! Бесполезные свиньи! От таких людей бакшиша никогда не получали. Они пили только дешевое пиво и не покровительствовали шлюхам.


Ник бросил на стойку купюру в 100 рупий. «Принесите виски. Хороший виски - американский, если он у вас есть! Тез! Поторопись!"


Бармен сразу же стал раболепным. Значит, он ошибся. В конце концов, у этого большого были деньги! И кое-что еще - вид власти, с которым нельзя было шутить. И еще одно! Бармен размышлял, пока он нащупывал единственную бутылку драгоценного американского виски - разве он не видел где-нибудь прежде лицо этого большого? Недавно - совсем недавно! Бармен вызвал своего помощника и на мгновение посовещался с ним на быстром пушту. И он, и помощник были афганцами.


Помощник внимательно изучил лицо крупного американца, который к этому моменту уложил пьяного обратно к своему столу и сумел поддержать его. «Нет, - сказал помощник, - я никогда его раньше не видел. Но если он друг Бэнниона, того самого, как он может быть кем-то важным или чего-то стоящим? Вы ошибаетесь, босс. Он не может иметь никакого значения. Я сомневаюсь, что между ними есть связь. Он вернулся, чтобы посмотреть на танцовщицу живота.


Хозяин скомкал 100 рупий в кармане и отнес на стол виски и два грязных стакана. Его ассистент на самом деле должен был быть младшим партнером, но, если он не узнает о 100 рупиях, тем лучше. И Али тоже мог ошибаться. Он будет следить за этим большим американцем с деньгами - на всякий случай.


На грязном столе лежал сложенный экземпляр «Хинди Таймс». Хозяин смахивал им мух и пепел. Большой американец потянулся, чтобы взять газету из его руки. «Моя, - сказал он. «Я еще не закончил с этим».


«Dwkh», - сказал владелец. «Моя печаль, сэр. Будет ли что-нибудь еще? Вы хотите, может быть, посмотреть на танцы? Я мог бы ... устроить частный спектакль! "


Изгой Бэннион поднял голову с грязного стола. Он смотрел на хозяина покрасневшими глазами. «Заблудись, жирный жирный сукин сын! Кому вы нужны? Отвали!" Он повернулся к Нику. «Лучше понаблюдайте за ним, если у вас есть деньги. Он вор. Все они воры! "


Хозяин отступил на шаг, но не потерял своего лица. Он вымыл руки насухо и с презрением посмотрел на Бэнниона. Нику он сказал: «Я должен предостеречь вас от этого, сахиб. Он бесполезен - уже много лет. Он тупица, мертвец!"


Бэннион попытался встать со стула, на его лице появилась ярость. «Ты станешь мертвым афганским сукиным сыном, если не вынесешь отсюда эту паршивую жирную тушу!» Он снова рухнул на стул.


Ник Картер кивнул владельцу. "Оставте нас в покое."


Когда этот человек ушел, он изучил человека по имени Бэннион. «Довольно далеко зашел, - подумал он безнадежен. Тем не менее он может оказаться полезным.


Бэннион был невысокого роста, квадратного телосложения, с маленьким животиком. Его трех-четырехдневная щетина была красноватой, смешанной с серым. То, что осталось от его тонких волос вокруг гладкой розовой тонзуры, было того же цвета. Его глаза, когда он теперь смотрел на Ника, были влажными и воспаленными. Он выглядел как больной конъюнктивитом! На нем была грязная старая армейская куртка, покрытая жирными пятнами, и пара столь же грязных штанов. Под полевой курткой рваная футболка цвета грязи. Ник, очень сознательно, стараясь изобразить это, взглянул на ноги мужчины. На нем были старые армейские туфли, одна без каблука. Он был без носков.


Бэннион ничего не сказал, пока продолжалось это исследование. Он почесал рыжую бороду и прищурился, глядя на Ника. Наконец он усмехнулся. Ник был немного удивлен, заметив, что у него неплохие зубы.


Бэннион сказал: «Осмотр закончился?»


N3 коротко кивнул. "Теперь."


"Я пас?"


Ник сдержал улыбку. Это был маленький дерзкий ублюдок, несмотря на то, что он был неудачником.


«Едва», - сказал он. "Я правда еще не знаю, ты действительно в беспорядке, не так ли?"


Маленький человечек усмехнулся. - Можете повторить это еще раз, мистер, кем бы вы ни были. Я бомж! Я изгой и безнадежный, никудышный бездельник! Но все это довольно очевидно, не правда ли? Так зачем беспокоиться обо мне? Зачем забирать меня и приносить сюда со всем этим хорошим виски, которое, насколько я вижу, будет потрачено зря. Ты не выглядишь для меня благодетелем. И молитвенника и бубна у вас тоже нет. Так что происходит, мистер? И, пока вы мне говорите, можно мне выпить виски, за которое вы платите?


Ник подтолкнул к нему бутылку. "Угощайтесь. Только стойте на ногах, пожалуйста. Думаю, у меня для тебя будет небольшая работа позже. И не намного позже. Насколько ты сейчас пьян? "


Мужчина схватил бутылку и налил довольно твердой рукой. Он кивнул в сторону бара. «Не так пьян, как они думают. Я иногда разыгрываю такой номер - этим ублюдкам нравится видеть пьяного белого человека, который выставляет себя дураком. Заставляет их смеяться - а когда они смеются, они покупают напитки. Вот так просто, мистер. Он выпил свою рюмку залпом и поспешно наполнил ее снова, затем сунул бутылку Нику. "Благодаря. Я давно не пробовал настоящую американскую выпивку. В основном я пью пиво или карачинскую гниль. А теперь, мистер, под вашим углом зрения?


N3 почувствовал прилив жалости. Он немедленно подавил это. В мире были миллионы этих людей, и всем им повезло, и у него не было ни времени, ни желания слушать другого. Однако этот человек может оказаться ценным именно в этой ситуации - это еще предстоит выяснить.


Он ответил на вопрос другим вопросом. "Как вас зовут? Я хотел бы кое-что узнать о вас, прежде чем продолжить, - немного, но немного. Как, например, вы оказались в Карачи? »


Маленький человечек снова потянулся за бутылкой. «Майк Бэннион», - сказал он. «Майкл Джозеф, полностью. Раньше я был газетчиком. В Штатах. Если уж на то пошло, в мире. Все вокруг и вокруг! Это было десять лет назад, когда я приземлился здесь, в Карачи. Я понял историю - но я тоже напился. С тех пор я был пьян. Я буду пьян, пока могу. И в одном вы ошибаетесь - я не застрял. У меня есть дом, хотите верьте, хотите нет. Еще у меня есть жена и девять детей. Я женился на коренной мусульманке. Ее старик ненавидит меня и отрекся от нее. Сейчас она толстая и некрасивая - у нее столько детей - но когда я женился на ней, она была кем-то. Теперь она берет стирку, чтобы кормить детей и платить за квартиру, а я перекладываюсь на себя, чтобы получить деньги на выпивку. Вот и все, мистер, история моей жизни. Или все, что ты собираешься получить - меня не волнует, сколько денег ты мне заплатишь! "


Бэннион сделал глубокий вдох, выпил еще одну рюмку виски и жадными глазами посмотрел на пачку Goldflake Ника. Ник сунул сигареты через стол. "Угощайтесь."


Когда Бэннион закурил, Ник внимательно его изучал. Он должен быстро принять решение. В настоящее время. Он решил довести дело до конца. Это был риск, но тогда он привык рисковать. Еще одно не могло иметь большого значения. Он достал из кармана «Хинди Таймс» и открыл первую страницу. Он сунул его Бэнниону.


«Посмотри на это внимательно. Прочтите историю, если можете - тогда я задам вам несколько вопросов. Если вы дадите правильные ответы и по-прежнему будете заинтересованы, я думаю, мы будем работать ».


Выражение лица Бэнниона не изменилось, пока он изучал картинку. Он взглянул на Ника один раз, потом снова на газету. Очевидно, он хорошо читал хиндустани. Наконец он сложил газету и вернул ее Нику. Он слегка кивнул спиной к бару.


«Если они заметят вас, у вас проблемы. Я заметил, что за вас есть награда - и эти персонажи продадут своих матерей за рупию. Если только они не думали, что могут сначала вас шантажировать.


Ник снова сунул газету в карман. Его улыбка была слабой, насмешливой. «Может быть, эта мысль тоже пришла в голову?»


Бэннион усмехнулся в ответ. Он налил себе выпить. «Это было первое, что меня поразило, мистер Картер. Но посмотрим. Это ваше настоящее имя? "


"Да. Но это не моя фотография. Это фотография человека, изображающего меня. Он убил американца Сэма Шелтона. Я этого не делал. Это очень сложная история, и я не буду пытаться вам ее сейчас объяснять. Может, никогда. Это все очень секретные вещи. Вы будете работать вслепую, имея только мое слово. Все еще заинтересован?"


Бэннион кивнул поверх своего стакана. "Может быть. Знаешь, я не совсем вчера родился. И мне наплевать, убили вы этого парня или нет - я хочу от вас только два честных ответа! У тебя есть деньги - много денег? »


Ник слабо улыбнулся. «Дядя Сэмюэл полностью позади меня».


Бэннион просиял. "Хорошо. Второй вопрос - вы работаете на коммунистов? Потому что, если да, и я это узнаю, сделка отменена! Я могу даже рассердиться и выйти из себя. Есть вещи, которые не сделает даже такой бомж, как я.


Ник усмехнулся через стол. Было что-то милое в этом маленьком рыжеволосом мужчине. Не его запах или, конечно, его внешность, а что-то!


«Как раз наоборот, - сказал он. «Это все, что я могу вам сказать.


Налитые кровью глаза пристально смотрели на него долгое время. Затем Бэннион снова потянулся за бутылкой. "Хорошо. Я в деле, мистер Картер. Если не считать убийства, я в деле. Что нам делать в первую очередь? "


Ник налил рюмку. «Это последняя», - предупредил он Бэнниона. «Я хочу, чтобы ты был как можно более трезвым. После этого мы уезжаем - а нам понадобится транспорт. Есть идеи по этому поводу? "


«У меня на улице джип», - удивился Бэннион. «Самый старый джип в мире. Имя Гэ - на хиндустани означает корова. Она все еще бегает - еле-еле. Куда вы хотите пойти, мистер Картер?


Когда они уходили, человек из AX сказал: «Зовите меня Ник, если вам нужно меня как-нибудь называть - и не используйте мое имя больше, чем вы должны. Никогда на глазах у других! Прямо сейчас я хочу поехать в район Маурипур - в дом Сэма Шелтона. Вы знаете этот район?


"Я знаю это. Я даже знаю этот дом - он на Чинар Драйв. Раньше я водил потрепанное такси по городу, пока Паксы не испортили мне его. Им не нравятся белые мужчины, работающие на их работе ».


Ник последовал за ним в темный переулок возле Инда. Ночь была ясной и прохладной, с висящим желтым фонарем луны, несколько испорченным запахом ила и мертвой рыбы. В тусклом свете Ник увидел призрачные дау, плывущие по течению к Аравийскому морю.


Может, это был не самый старый джип в мире. Возможно, подумал Ник, забираясь внутрь, это был второй или третий по возрасту. Нельзя сказать, что покраска была плохой - краски не было. В лобовом стекле не было стекла. Шины изношены до корда. Единственная фара была подключена и тревожно дергалась.


Бэнниону пришлось провернуть - стартер давно не работал - и после тревожного момента Ге начал кашлять, хрипеть и откашливаться большими синими струйками вонючего дыма. Они осторожно поехали,. Пружина сжала заднюю часть N3, когда они с грохотом, лязгом и лязгом обрушились на все темные переулки, которые мог найти Бэннион. И он, казалось, знал их всех. Он осторожно обошел современный центр города Карачи. Они подошли к лабиринту жалких хижин, сложенных из самых разных материалов - упаковочных ящиков, бамбука, глиняных блоков и бревен, сплющенных канистр из-под масла и пива. Вонь была ужасной. Они продирались через эту пустыню страданий, пробираясь по колено в жирной грязи. Древний джип храбро фыркнул и задыхался. Хижины и запах покрывали акры.


Ник Картер прикрыл нос платком, и Бэннион усмехнулся. «Запах, да? Беженцы из Индии здесь - их больше некуда разместить. Это ужасный беспорядок - даже я живу лучше этих бедняг.


«Кстати о местах, где можно жить, - сказал Ник, - после нашей сегодняшней небольшой экскурсии мне понадобится место для ночлега - безопасное место, где меня не будут беспокоить копы или кто-либо еще. Ваше место должно подойти? "


«Идеально», - кивнул Бэннион и улыбнулся, его зубы сверкнули сквозь рыжую бороду. «Я думал, ты до этого дойдёшь! Добро пожаловать - часть сделки. Копы меня никогда не беспокоят. Я знаю большинство из них в округе, и, тем не менее, я был здесь так долго, что теперь они принимают меня как должное. Я просто американский бомж! "


"Твоя жена? А девять детей? »


Бэннион покачал головой. "Не беспокойся. Денег принесу, так что Нева - это моя жена - хоть раз будет счастлива со мной. Дети делают то, что я говорю! Нет проблем, хотя тебе придется держаться подальше от глаз. Мы - один большой счастливый район, и жены сплетничают о чем-то жестоком, но мы поговорим об этом позже. Кстати о деньгах - мне лучше показать Неве.


Ник порылся в бумажнике и вручил мужчине купюру в тысячу рупий. «Это пока. Там


будет намного больше, если мы поладим. Если ты хорошо поработаешь и не подведешь меня, возможно, я смогу что-нибудь сделать, чтобы вытащить тебя из этой дыры ». . Бэннион не ответил.


Они достигли Дриг-роуд и направились на запад. Это было современное шоссе, четыре полосы движения, с хорошей разметкой. Бэннион нажал на педаль газа, и старый джип зашипел и набрал скорость. Спидометр не работал, но Ник предположил, что они показывают по крайней мере сорок пять.


«Это сложный момент, - сказал Бэннион. «Они очень хорошо это патрулируют. Если нас остановят, мы пройдем на этом участке.


Ник взглянул на свои часы AX. Это было немного позже часу.


Он услышал над головой звук самолетов и взглянул вверх. Это были старые самолеты. Далеко по всему городу он наблюдал, как оживающие пики яркого света пронеслись по небу. Раздался дальний выстрел зенитной артиллерии. Два прожектора поймали самолет своей вершиной и на мгновение задержали его, пригвожденный к черному небу, как мотылек для пробки. Самолет ускользнул. Раздался отдаленный грохот разорвавшейся бомбы.


Бэннион усмехнулся. «Рейд с бомбой. Завтра индейцы официально будут отрицать, что это когда-либо происходило. Вероятно, пакистанцы сейчас совершают налеты на Дели - и они тоже это будут отрицать. Какая-то война! Которой ни один из них не хочет.


N3 вспомнил слова Хоука - кто-то хотел этой войны. Красные китайцы!


Теперь они входили в район Маурипур. Улицы с хорошим покрытием, большие поместья и поселки в окружении густо растущих чинар. Нежный аромат кустов кешью наполнял свежий ночной воздух. Мужчина AX заметил уличные фонари, которые теперь померкли из-за затемнения.


«Здесь живут деньги», - сказал Бэннион. «И большинство иностранцев. Место, которое ты хочешь, прямо здесь.


Бэннион заставил джип ползти. Тем не менее старый двигатель громко гудел в тихой ночи. - Выключи, - тихо приказал Ник, почти шепотом. «Припаркуйте его где-нибудь, где его не заметит патруль, а потом пойдем пешком».


Бэннион выключил двигатель, и они пошли по инерции. Они оставили джип в затуманенной тени высокого персидского дуба, и Бэннион двинулся вперед по полосе асфальтового покрытия. Он остановился в тени, совсем недалеко от того места, где белые ворота сияли в лучах луны. В этот момент издалека на окраине города завыл шакал.


«Они подходят в поисках еды, - сказал Бэннион. «Тигры в сотне миль отсюда».


Ник сказал ему заткнуться и стоять тихо. Он не интересовался тиграми, кроме него самого, и единственными шакалами, о которых он заботился, были двуногие. Он прошептал свои инструкции Бэнниону. Они оставались в тени и оставались неподвижными в течение двадцати минут. Если кто-то наблюдает, к тому времени они должны были выдать себя. Тем временем Бэннион, шепча на ухо N3, должен был сообщить ему несколько вопросов. Бэннион согласился.


Он, конечно, следил за делом Ника Картера в газетах, но только с поверхностным интересом. До сегодняшнего вечера его интерес к шпионам и секретным агентам был нулевым - его главной заботой была следующая выпивка. Теперь он как мог исследовал свою одурманенную алкоголем память.


Ник Картер - человек, который выглядел и выдавал себя за Ника Картера - был арестован из-за настороженности и лояльности горничной Сэма Шелтона, девушки-индуиста. Индусы, работавшие на американцев, жили в Карачи в относительно безопасном месте. Горничная признала мужчину, называвшего себя Ником Картером, и оставила его наедине с Сэмом Шелтоном. Позже она рассказала полиции, что Шелтон сначала выглядел озадаченным, но достаточно рад видеть этого человека. Они вошли в личный кабинет Шелтона. Позже девушка услышала гневные слова и заглянула в замочную скважину как раз вовремя, чтобы увидеть, как незнакомец ударил Шелтона небольшим стилетом. Девушка использовала свою голову, не запаниковала, сразу же позвонила в полицию с телефона наверху.


По счастливой случайности почти на месте оказалась полицейская машина. Убийцу схватили после ужасной борьбы, в которой сильно пострадал полицейский. Однако после того, как его схватили, убийца не доставил хлопот. Не обычным способом. С другой стороны, он доставил огромные неприятности. Он назвался Николасом Картером, американским агентом, и бодро признался в убийстве Сэма Шелтона. Шелтон, как утверждал этот человек, был предателем, который собирался дезертировать. Он был убит по приказу Вашингтона. В довершение всего убийца потребовал дипломатической неприкосновенности.


Настоящий N3 тихо присвистнул, когда услышал это последнее. Умный дьявол! Он задавался вопросом, была ли история отрепетирована, или парень просто выдумал ее по ходу дела? Как бы то ни было, это было ужасно запутанно - как и предполагал этот человек. Должно быть, пылали кабели и воздушные волны между Вашингтоном и Карачи. Ник кисло ухмыльнулся, пока Бэннион говорил. Он почти чуял взаимное недоверие. И Хоук - его босс, должно быть, почти не в своем уме.


Лучшее - или худшее - было еще впереди. Позавчера сбежал фальшивый Ник Картер! Был освобожден из тюрьмы бандой вооруженных людей в масках, которые оставили трех человек мертвыми - копы плюс еще один их собственный.


Этот человек оказался бандитом-индуистом, хорошо известным полиции, что нисколько не помогло.


В эту неразбериху попал Ник Картер! Ничего не подозревающий. Хоук вовремя не узнал подробностей, чтобы его предупредить. В любом случае, возможно, не предупредил его - у Ника была работа, и он был сам по себе. Это было то, на что был способен его начальник - утаивать информацию, которая могла только усложнить дело. Это был приговор - и Хоук никогда не ошибался, делая вещи более безопасными и удобными для своих агентов. Он считал, что такая забота только ослабляет их.


Ник нашел лишь одну крошку утешения - теперь он отставал от самозванца всего на два дня. Ему пришло в голову, что этот человек все еще может быть в Карачи.


Двадцать минут истекли. Луна скрылась за облаком, и было очень темно. Ник, идя по траве, подошел к белым воротам и перепрыгнул через них. Бэннион был сразу за ним. "Что ты хочешь чтобы я сделал?"


- Останься и смотри, - прошептал Ник. "Быть осторожен. Я не ожидаю, что вы пойдете на какой-либо риск или попадете в неприятности из-за меня. Но если кто-нибудь подкрадется, полицейская машина или кто-то еще, я буду благодарен за предупреждение.


«Я довольно хорошо умею свистеть».


Ник вспомнил шакалов. «Свист слишком очевиден. Что если ты завоешь как шакал?


Зубы Бэнниона сверкнули в ухмылке. "Неплохо. Иногда я пугаю этим детей».


"Тогда ладно. Это оно. После сигнала и если вы думаете, что есть опасность, вы уезжаете! Я не хочу, чтобы тебя поймали. Бэннион, конечно, заговорит.


«Я не хочу, чтобы меня поймали», - согласился Бэннион. Он усмехнулся. - Во всяком случае, пока я не получу остаток денег. Но каждый полицейский в Карачи знает мой джип ».


«Мы рискнем», - сказал Ник. «А теперь молчи и прячься. Я буду как можно быстрее.


Дом был низким и беспорядочным, очень похожим на ранчо в Штатах, за исключением того, что у одного крыла был второй этаж. «Комната горничной», - подумал Ник, изучая дом из-за живой изгороди. Было темно и тихо. Он кратко задумался, что случилось с горничной. Копы все еще держат ее? Уехала к родственникам в Индию?


Крошечный детектор опасности в его блестящем, прекрасно натренированном мозгу начал щелкать и светиться. Но на этот раз он проигнорировал это, настолько он был полон решимости.


Ник беззвучно прошел по цементному крыльцу. Он обнаружил, что французское окно открыто, жалюзи подняты. В его мозгу щелкнул второй детектор. На этот раз он обратил внимание. Почему окно так удобно открывается, так манит? Неряшливая работа полиции, когда они опечатали дом? Может быть. Или не могло быть. Итак - ему платили опасные деньги за эту миссию.


N3 проверил свое оружие. Пьер, газовая бомба, был в безопасности в металлическом патроне между ног. Конечно, сегодня Пьер ему не понадобится. Хьюго, стилет, был холоден против его предплечья. Помните, Сэма Шелтона убили стилетом!


N3 проверил "Люгер" Вильгельмину. Он вставил патрон в патронник, заглушив звук под одолженной курткой летчика, и снял предохранитель. Он вошел в темную комнату одним плавным бесшумным движением.


Ничего. Часы послушно тикали, хотя их владельцу было не до времени. Это было чернее грехов диктатора! Ник нащупал стену, ощупывая пальцами ворох обоев.


Он дошел до угла и остановился, считая секунды, прислушиваясь. Через две минуты он осмелился осветить ручку, которую всегда носил с собой. Тонкий луч освещал большой стол, файлы, небольшой сейф в другом углу. Он был в офисе Шелтона.


Он осторожно подошел к столу. На нем ничего не было, за исключением промокашки, телефона и какого-то официального блокнота. Ник поднес фонарь к себе и просмотрел блокнот. Это был новый, без нескольких листов. Ник осторожно поднял его - он не имел возможности знать, насколько умна полиция Карачи с отпечатками пальцев - и прочитал маленькую черную надпись. Это было в чепухе. Officialese! Стиль ленд-лиза США. Это был блокнот с заявками.


Умерший Сэм Шелтон был специальным атташе APDP - Программы закупок и распределения оружия. На берегу Инда к северо-востоку от Карачи была огромная перевалочная база.


N3 снова просканировал блокнот. Он повернул ее в воздухе так, чтобы маленький луч света пробежал по верхнему листу под углом, создав вмятины, отпечаток того, что было написано на предыдущем листе. Даже без специальной техники он мог разобрать длинный список, написанный маленьким почерком, а внизу тяжелый завиток подписи. Сэм Шелтон.


Возбуждение начало накапливаться в нем. Он думал, что приближается - близко к тому, чтобы узнать, что было за фальшивым Ником Картером. Он крутил блокнот из стороны в сторону, пытаясь разобрать больше написанного. Он был уверен, что одна из слегка ограниченных фраз была… Предназначено…


Черт! Ему нужен был толстый карандаш, мягкий грифель, чтобы закрасить отпечатки и вывести их. Стол был пуст. Ник нашел ящик, верхний ящик, и мягко его открыл. Там он должен быть, но там оказалась змея.


В течение микросекунды мужчина и змея смотрели друг на друга. Это был крайт,


восемнадцать дюймов мгновенной смерти! Двоюродный брат кобре, но гораздо опаснее. Смерть менее чем за минуту, и никакая сыворотка не спасет вас.


И человек, и змея ударили одновременно. Ник был лишь чуть быстрее. Его действие было спонтанным, без раздумий. Мысль убила бы его. Его нервы и мускулы взяли верх, и маленький стилет соскользнул вниз и прижал крайта ко дну ящика, прямо под плоской головой.


Крайт хлестался в смертельной агонии, все еще пытаясь поразить своего врага. Ник Картер глубоко вздохнул и вытер пот с лица, наблюдая, как клыки все еще мерцали в полдюйме от его запястья.


## Глава 7


Двойные неприятности


Его нервы пришли в норму еще до того, как крайт перестал корчиться. Стараясь избежать его зубов, человек из AX нашел мягкий карандаш и слегка провел им по блокноту. Это был трюк, который знал каждый ребенок. Когда он погладил мягкий графит, стали появляться слова. Вскоре он смог прочитать большую часть того, что было в блокноте. N3 поджал губы в молчаливом размышлении.


Сэм Шелтон, действуя с разрешения своего офиса, передал много оружия пакистанской армии. Очевидно, по приказу фальшивого Ника Картера. Так не должно было быть, но у Ника было неуклюжее предчувствие, что это так. Его двойник взял верхний лист из этого блокнота. Заявка и накладная, в которой оружие передается пакистанцам. Датировано позавчера.


Ник направил свой фонарь на блокнот и прочел записку, нацарапанную на дне: оружие должно быть отправлено по Инду на лодке к Лахорскому фронту! Это было бы просто замечательно в газетах! Вашингтон предпочитает Пакистан Индии - нарушая собственный указ! Конечно, это было неправдой, но это выглядело так. Если вылезет наружу.


На красивом мрачном лице N3 появилась волчья ухмылка. Ничего не выйдет - нет, если бы ему было что сказать об этом. Это был всего лишь еще один аспект этой работы - найти эту партию оружия и остановить ее! Это должно иметь приоритет даже перед убийством его другого «я».


Он снова просмотрел запись. Винтовки - да еще автоматы! Легкие и тяжелые пулеметы. Гранаты. Базуки и легкие противотанковые ружья!


Пять миллионов патронов!


Тогда это услышал Ник Картер. Слабый звук скольжения где-то в доме. Одним быстрым движением он выключил свет, выхватил стилет из мертвого крайта и на цыпочках побежал к стене возле двери кабинета. Ему нравилось что-то твердое за спиной.


Звук не повторился. N3 ждал, напряженный и готовый, бесшумно дыша через открытый рот. Ни однин из его превосходных мускулов не дрогнула. Он был невидимой статуей - идеальным охотником, делающим то, что у него было лучше всего - ожидающим стеблем.


Пять минут прошло в полной тишине. Настойчивый голос часов звучал метрономно в темноте. Ник мог считать свой пульс, когда он стучал в висках. Он начал понимать, с чем он столкнулся. Человек, который должен был быть самим собой - такой же терпеливый, хитрый и смертоносный! И этот человек, самозванец, теперь был где-то в доме! Ждал, даже когда ждал Ник. Ждал, кто сделает первую ошибку!


N3 понял кое-что еще - его противник нарочно поднял этот шум. Это не было оплошностью, ошибкой. Его враг хотел, чтобы Ник знал, что он в доме. Этот единственный тихий звук был проблемой. Достань меня!


Это, по признанию N3, было чертовски круто! Он должен был пойти за другим мужчиной. У фальшивого агента было все время мира - Нику не оставалось ничего лишнего. Двойник вернулся в этот дом, потому что он рассуждал, что Ник придет сюда! И он был ... уверен, уверен в себе, иначе он не подал бы сигнал о своем присутствии. За ним тоже стояла организация. Проложен четкий путь к отступлению. Помощь по звуку его голоса. В N3 ничего из этого не было. Он стоял один, если бы не растущий гнев и решимость в нем. Схватка началась раньше, чем он ожидал.


Ясно было еще одно. Груз оружия должен быть в пути. Китайский агент сначала позаботился об этом, а затем вернулся, чтобы устроить засаду на Ника, когда тот шел по следу. Какая странная бравада могла побудить этого человека издать звук и выдать себя? Этакая извращенная гордость - или глупость? Чрезмерная уверенность?


«Совершенно непрофессионально», - подумал Ник, возвращаясь к французскому окну бесшумным скользящим движением. Непрофессионально и опасно. Это убьет его!


На мгновение он задержался в тени крыльца, прислушиваясь. Ни возле дома, ни в нем ничего не шевелилось. Самолеты улетели, и прожекторы исчезли. Собака издалека ужасно выла - совсем не похоже на шакала. Ник подумал о Майке Бэннионе и надеялся, что человечек подчиняется приказам и не станет шпионить. И не пострадал бы, если бы у человека внутри действительно были мозги.


Он покинул крыльцо и бесшумно двинулся по траве, на которой начали собираться капельки росы. Он проверил Хьюго в ножнах и пошел с готовым и нетерпеливым Люгером. Он хотел бы выполнить эту работу тихо, и это может быть возможно.


К дому примыкал низкий гараж через решетчатый переход. Ник терпеливо ждал, пока не покажется луна, затем увидел, что может попасть на верхний этаж, в единственное крыло дома, с помощью решетки. Он внимательно изучал план в кратком свете. Ему придется делать это на ощупь в темноте.


Луна плыла за темным облаком. Ник осторожно протиснулся через невысокую изгородь из индийских кактусов и проверил решетку. Он выдержала его вес. Он поднялся, как обезьяна, одной рукой, а другой - «Люгером». Решетка была новой, прочной и не скрипела, хотя тревожно гнулась и раскачивалась.


Между вершиной решетки и окном, которое было его целью, была узкая полоска водостока и крыши. N3 легко шагнул вперед и нырнул ниже уровня окна. Это была единственная комната наверху в доме - он решил, что это спальня горничной-индуистки - и прав он или нет, не имело значения. Что действительно имело значение, так это то, что это был очевидный путь в дом. По этой причине он выбрал это - его враг, возможно, не ожидал очевидного.


Или снова мог бы. Ник Картер мягко поклялся про себя. На данный момент у этого ублюдка было преимущество - он где-то там был и мог позволить себе подождать. Он знал, что Ник должен прийти к нему.


Так и сделал Ник! Но у N3 было здоровое чувство страха, или то, что Хоук называл разумной осторожностью, что долгое время сохраняло ему жизнь в очень ненадежной профессии. Теперь он забился под подоконник окна и обдумывал, стоит ли ему рискнуть, представленное окном. Это был еще один момент истины, с которым он должен постоянно сталкиваться.


Ник взглянул в окно. Оно было закрыто, но жалюзи внутри были открыты. Ник вложил стилет в руку и протянул руку, используя оружие как монтировку. Окно немного сдвинулось. Не заперто внутри. Ник на мгновение задумался, а затем снова ухватился за Хьюго. Окно приподнялось на полдюйма. Ник снова вложил стилет в ножны, засунул большие пальцы в трещину и поднялся. Окно поднялось со слабым скрипом.


Пот выступил на лице Ника Картера и защипал ему глаза. Он наполовину ожидал выстрела в лицо или ножа между глазами. Он вздохнул с облегчением и продолжил путь. Окно издавало достаточно шума, чтобы его можно было услышать где угодно в тихом доме - его человек сразу понял, что это было. А где был Ник! Это могло привлечь его, но Ник в этом сомневался. Ублюдок мог позволить себе подождать.


Он отложил в сторону слегка дребезжащие жалюзи и перебрался через подоконник. В комнате было темно, но он сразу уловил запах. Кровь! Свежая кровь! На мгновение вспыхнула луна, и он увидел что-то на кровати - это было похоже на смятую груду темных тряпок, сквозь которые мерцал свет. Луна погасла.


Ник на четвереньках бросился к двери. Его пальцы сказали ему, что дверь заблокирована. На внутренней. Его враг был в комнате с ним!


Ник задержал дыхание. В комнате царила абсолютная мертвая тишина. Когда наконец ему пришлось дышать - упражнения йоги сделали его легкие таким, что он мог обходиться без воздуха в течение четырех минут - ничего не изменилось. По-прежнему смертоносная, пугающая тишина и запах свежей крови. Чья кровь? Кто или что это было на кровати?


N3 беззвучно дышал ртом и не двигался. Он начал сомневаться в своих чувствах. Он не думал, что есть еще один человек в мире, который может уйти так же тихо и незаметно, как он сам. Потом он вспомнил - в каком-то смысле этот враг был самим собой! Китайцы хорошо обучили этого самозванца.


Есть время ждать и время действовать. Никто не знал поговорку лучше, чем Ник. Пока он был позади. Он проигрывал. Враг знал, что он в комнате, но Ник не знал, где находится враг. Заставьте его руку. Давай. начал ползать вокруг стены, напряженно думая, пытаясь увидеть окончательный трюк, если он есть, ожидая в любой момент ослепляющей вспышки света в его глазах. Разрушение пули.


Его мозг яростно работал, когда он двигался. Его как-то обманули, обманули? Или себя обманули? Неужели дверь каким-то образом была изменена так, что казалось, что она заперта только изнутри? При этой мысли его покрыл пот - если это правда и с его двойником были люди, то Ник оказался в ловушке! Они могли охранять окно и дверь и убить его на досуге - или просто держать его в плену, пока не приедет полиция. Об этом нельзя было думать. Копы подумают, что у них снова есть настоящий убийца! Понадобятся недели, чтобы распутать ошибочную неразбериху с идентификацией, и Ник на долгое время провалился бы как агент.


Его рука коснулась холодного металла. Кровать. Он проткнул его стилетом, «Люгер» наготове, теперь его собственные нервы начали чуть трепаться. Проклятье ожидание, затаившийся сукин сын! Он так и хотел. Он так и играл.


Под кроватью ничего не было. Теперь в носу стоял густой кисло-сладкий запах крови. Он проверил под кроватью на нижней стороне, его пальцы проследовали вверх.


Это была пружинная коробка, а матрас был толстым. Его руки коснулись чего-то на полу, чего он не мог понять - кусочков мягкой, пушистой материи, вроде мусора или хлопка. Какого черта? Вещь толстым слоем лежала на ковре.


Его пальцы стали влажными и липкими. Кровь. Теперь кровь на его пальцах. Ник поднес их к носу и принюхался. Свежая, все в порядке. Еще не полностью застыла. Кто бы ни был мертв на кровати, его только что убили.


Он отошел от кровати, молча вытирая пальцы о сухой ковер. Было два опасных места. Туалет - он должен быть - и ванная, если она открывалась из спальни. Его враг мог скрываться в любом месте.


К этому времени N3 уже приходилось использовать силу воли, чтобы держать свои нервы под контролем. Редко они подвергались такому испытанию! Он почувствовал внезапное непреодолимое желание найти выключатель и залить комнату ярким светом - оказаться с ублюдком лицом к лицу! Он подавил это желание мрачным внутренним смешком. Это было бы игрой другого человека. Теперь он слишком много всего этого делал.


И все же ему нужно было как-то снять напряжение. Он нашел ванную комнату и вошел в нее, как торнадо, не заботясь о равновесии, рванувшись и метаясь с стилетом и люгером. Он сорвал занавеску для душа и снёс аптечку. Ничего!


Он нашел шкаф и выпотрошил его. Ничего!


Без звука. Никакого движения. Только темнота, странный труп на кровати и растущее осознание того, что его полностью перехитрили. Его одурачили! И время неумолимо утекает. Не было даже времени на остановку, на холодную и логичную переоценку того, что начинало выглядеть невероятно безумной ситуацией. Либо он ошибался, либо всё терял!


Кровать начала притягивать его, как магнит. Что-то было в кровати - что-то, что промелькнуло в его мозгу и пыталось пробиться к нему, но не могло этого сделать. N3 бросился обратно к кровати, как большой краб, и снова ударил ее стилетом. Еще ничего. А потом с Ником Картером, с Киллмастером произошло нечто очень необычное. Впервые в своей карьере он оказался на грани настоящей паники. Все это было безумием. Он, должно быть, сходит с ума. Парень должен был быть в этой комнате, а его нет! Ни один человек не может так долго оставаться без дыхания - и дыхание рано или поздно должно было выдать вас в мертвой тишине.


Подожди минуту! Тело на кровати! Кровь была достаточно настоящей, теплой и липкой, но кровь можно было занести в комнату и разбрызгать.


Осторожно, очень медленно, чувствуя, что его рука немного дрожит, Ник начал исследовать поверхность кровати. Его пальцы коснулись мягкой плоти. Холодный бархат под его пальцами. Сейчас почти холодно. Он коснулся крошечной пуговицы плоти, соска! Он касался женской груди.


Вот и все об этой идее. Труп был достаточно реальным. Женское тело. Его все еще блуждающие пальцы вошли в глубокую рану прямо между ее грудями. Оружия нет, но Ник мог догадаться, что ее убило. Стилет!


Фальшивый агент отомстил горничной-индуске. Какой дурой она была, что обманула полицию Карачи, позволившую ей остаться в доме. Возможно, она рассчитывала, что здесь будет безопаснее, чем где-либо еще в этом разгневанном мусульманском городе. Печальная ирония!


Ее единственная тонкая одежда была натянута на голову и связана, как ему сказали его чувствительные пальцы. Ник нахмурился в темноте. Было легко представить, что еще этот мужчина сделал с ней. Свою месть, свое ожидание он приправил небольшим изнасилованием. Холодный, умный, бессердечный дьявол! Крайт в ящике ящика был тому доказательством, если понадобится еще. Он знал, что Ник будет рыскать по этому столу. Только это не сработало и ...


Снова вышла луна и бросила скользящий яркий луч сквозь щели жалюзи. Это спасло жизнь Нику Картеру.


Он вовремя увидел вспышку стилета. А.Ее исказил серебряный отблеск в плохом свете, направленный на его ногу чуть выше колена. Удар в подколенное сухожилие! Калечащий удар пришелся из кровати под мертвой девушкой! В то же мгновение Ник услышал звук выстрела из пистолета с глушителем. Два выстрела. Одна из пулей задела его за бедро, но к тому времени он уже был в действии, он как циклон атаковал фигуру, все еще вырывающуюся из-под мертвой девушки.


Фальшивый Ник Картер был просто неловким в неподходящий момент, иначе настоящий Ник умер бы тогда сразу! Как бы то ни было, он почувствовал, как его левое ухо обожгло, когда пистолет снова ударил. Он нырнул в кровать, нанеся удар своим собственным стилетом, сохранив «Люгер» для цели, которую он мог ясно видеть. Его встретило брошенное тело мертвой девушки. Безвольные и окровавленные руки и ноги прилипали к нему, как сеть плоти. Лунный свет стал слабее, облачность затенена, и Ник увидел, как его человек выкатился из кровати на противоположной стороне. На его лице было что-то уродливое и похожее на морду. Респиратор! Вот как он мог дышать под девушкой в гнезде, которое он вырезал в матрасе!


Пистолет в руке человека снова ткнулся в него.


Ник совершил быстрый бросок над кроватью, все еще не используя люгер. Он хотел, чтобы это был стилет - или его руки на горле ублюдка!


Он выбрался из кровати, но упал на колени. Мужчина ударил его ногой по лицу и попытался прицелиться из пистолета с близкого расстояния, пытаясь выстрелить Нику в голову. Ник поднялся с ревом, забыв о своем желании тишины. Одной рукой он отбил пистолет в сторону и махнул своим стилетом по замкнутому кругу. Его противник проворно отпрыгнул назад, но задохнулся от боли. Ник держал, стилет перед ним, как копье. Луна погасла.


N3 прыгнул вперед и был встречен приближающимся противником. Столкновение было сильным, оба мужчины тряслись и задыхались, кряхтя и потея, когда они сцепились и раскачивались. Оба попытались поднять оружие. Целую минуту они стояли в смертельных объятиях, каждый сжимал правое запястье другого, каждый пытался держать свое оружие в руках: «Я держу другого в страхе.


Враг идеально подходил Нику во всем, кроме силы. Он был таким же высоким, широким, тощим и свирепым, но ему не хватало мускулов Ника. Медленно, болезненно Ник начал сгибать руку другого. Его. палец напрягся на спусковом крючке Люгера. У него не было глушителя, и он должен был произвести чертовский шум, и это привело бы к товарищам этого человека, а ему было наплевать. Он собирался убить этого сукиного сына так быстро, как только сможет. Он собирался растоптать свои мерзкие кишки по всей комнате. Выстрел в живот - всю обойму прямо в этот большой живот!


Медленно, неумолимо, ненавидя, вспотев и желая, он сбил Люгер. Другой рукой он держал запястье пистолета в стальных тисках. Теперь не могло быть никаких уловок - на этот раз он был у него. Теперь он был у него! Смутно, сквозь красное оцепенение ярости и безумия Ник Картер знал, что делает это неправильно. Он должен попытаться взять человека живым, взять его в плен и попытаться каким-то образом доставить его в Вашингтон. Он бы заговорил, и он мог рассказать им много вещей.


К черту! Убить!


Фальшивый агент сломался. Его запястье и предплечье упали. Он взвизгнул и попытался оторваться от «люгера», который теперь вонзился ему в живот. Ник нажал на курок.


Ничего! Ник снова нажал на курок, когда мужчина как маньяк боролся, чтобы вырваться. Ничего. Ник выругался и получил его - каким-то образом его безопасность снова пострадала! Он сделал это - двойник! Его хитрые пальцы нашли предохранитель и повозились с ним, пока боролись. Склизкий умный ублюдок! Но это ему не помогло.


Но это случилось! Когда Ник снова снял предохранитель, его концентрация дрогнула. Его противник ударил Ника свободной рукой слева, которая держала его в плену. Жестокий удар наконец сломал хватку Ника. Мужчина нырнул к открытому окну и прошел сквозь грохот разорванных жалюзи. Ник выругался, забыл о всякой осторожности и позволил «Люгеру» выстрелить в окно, звуки громыхали в маленькой спальне. Он прыгнул к окну как раз вовремя, чтобы увидеть, как тень скатилась с крыши и рухнула через проход. Ник выпустил всю обойму с ужасным чувством, что не попадает. Его тошнило от неудач. У него был шанс - и теперь он уйдет! Это было больше, чем профессиональная неудача - это была личная неудача! И, что еще хуже, этот человек чуть не убил его!


«Пора идти, - сказал он себе. Быстро. Делать здесь больше нечего. Я хорошо напортачил!


Рядом завыл шакал. В звуке была странная нотка настойчивости, которую обычно не связывают с шакалами. Ник без тени веселья ухмыльнулся. Майк Бэннион нервничал - и, возможно, у него были проблемы. Лучше пойти посмотреть.


Он собирался уходить к окну, но передумал. Они могли все еще быть здесь, хотя он в этом сомневался. Этой фальшивке хватило на одну ночь. Спускаясь по лестнице в темном доме, Нику пришлось признать, хотя и неохотно, что этот парень был крутым. Хорошо. Но почему бы и нет - разве имитация не была самой искренней формой лести?


Майк Бэннион уже был за рулем джипа. Он нервничал и имел для этого причину.


«По улице шмыгает патруль, - сказал он, когда они повернули прочь. «Нам повезло, что теперь они не на нашей шее. Может быть, они думают, что все стрельба была из-за индийских спецназовцев или что-то в этом роде - вероятно, они составляют план боя. Надеюсь, они не доберутся до нас. .


Бэннион похлопал по потрепанной приборной панели. «Но вряд ли, эта машина доставит нас домой, если они дадут ей шанс».


Ник Картер зевнул. Ему было больно во всем. Его ноги устали, и раны на теле болели, но хуже всего было его гордости. Он потерпел неудачу. То, что будет удача в другое время, не утешало сейчас. Он заставил себя думать об этом как о профессиональном обязательстве - некоторое вы выиграли, а некоторое проиграли! Это был знак его калибра, и он никогда не думал о том, насколько близок он был к тому, чтобы все потерять.


Он устало закурил сигарету


Теперь они были далеко от района Маурипур, ехали по черным и вонючим переулкам, и опасность, казалось, миновала. На этот момент.


Бэннион сказал: «Что, черт возьми, там происходило? Это было похоже на тир ».


Ник был резок. «Часть сделки состоит в том, что вы не задаете вопросов. Вы видите, что кто-нибудь вышел? Видели кого-нибудь вообще? "


«Ни души».


N3 кивнул. Может, у этого человека все-таки не было друзей. Может, он был одиночкой, как и сам Ник. Это было бы в характере.


«Это была ничья», - яростно сказал он почти самому себе. "Я достану этого ублюдка в следующем раунде!"


## Глава 8


Длинный кровавый след


Вечером того же дня N3 лежал на веревочной кровати - здесь не было толстого матраса, чтобы скрыть убийцу, - и размышлял о ближайшем будущем. Одно было ясно - он должен уехать из Карачи той же ночью. Полиция нашла тело индусской девушки, и по ней разразился новый крик. Оно было в дневных газетах вместе с еще одной фотографией фальшивого Ника. Также была вспышка по радио. Убитая девушка была индуисткой и не имела значения, но полиция Карачи была недовольна. Их заставили плохо выглядеть!


Только одно во всей ситуации порадовало Ника Картера - его двойнику тоже придется покинуть Карачи. Он не осмелился бы торчать без дела при таком поиске. Этот человек сделал одну попытку убить Ника и потерпел неудачу - он попробует еще раз, - но Ник был уверен, что это будет не в Карачи. Если бы ему повезло, его бы не было в Карачи. Если бы этого не произошло, он был бы в тюрьме по обвинению в двух убийствах!


Он допил последний чай - теперь уже холодный - и прогрыз кусок наны, плоский круглый деревенский хлеб. Жена Бэнниона, Нева, хорошо кормила его с момента его приезда. Там были бирайни, рис и баранье карри, называемое кима, и все козье молоко, которое он мог пить.


Ник закурил и откинулся на неудобной веревочной кровати, больше похожей на огромный гамак, чем на настоящую кровать. Его ступни были обмотаны грязными бинтами, на которые миссис Бэннион намазала мерзко пахнущую мазь. Похоже, это помогло. Его ноги были в беспорядке, все еще натерты и отслаивались от обморожения, но ему просто нужно было с ними справиться. Военно-воздушные силы в Ладакхе выдали ему носки и пару обуви на два размера больше, и это помогло. Его ноги все еще чертовски болят!


Незначительные раны, которые он получил в драке прошлой ночью, были ничем! Простые пулевые ожоги, которые Бэннион залатал йодом и гипсом. Он надеялся, что его двойник чувствует себя хуже, чем он был - он наверняка ранил этого мужчину стилетом - и, может быть, еще раз с этими выстрелами из люгера. Он мог надеяться! Как бы то ни было, парень скрылся - полиция нашла только зарезанный труп горничной.


Думая о своих ногах, о боли, Ник снова вспомнил о своем путешествии через перевал Каракорум после того, как был убит Хафед. Это было жуткое дело. После того, как пони, Касва, умер от истощения, Ник оказался в одной из самых трудных ситуаций в своей фантастической карьере. Он был очень близок к завершению той карьеры, когда удача Картера вернулась и он наткнулся на караван верблюдов. Обычно караван - он был последним из провинции Синьцзян в Кашмир в том году - должен был отправиться накануне, укрывшись от метели, но верблюд заболел, и они задержались, чтобы вылечить его.


Ник добрался до верблюжьего лагеря, но дальше идти не мог. Караван увез его с собой на спине косматого бактриана в Лех, где они передали его ВВС США.


«Странно, - подумал Ник, - быть обязан жизнью больному верблюду!»


Он отрезал кусок хлеба геккону, который смотрел на него глазами-бусинками с балки. Он снова почувствовал беспокойство. Майк Бэннион должен скоро вернуться. Он отсутствовал весь день, выполняя приказы Ника и тратя деньги AX. Правда, у этого человека есть миллион дел, но он должен вернуться. Ник проклял собственное нетерпение и заковылял к единственному окну, чтобы выглянуть наружу, держась подальше от глаз. Скоро стемнеет, и он и Майк Бэннион смогут уйти. Теперь его нельзя замечать. Задний двор, на который он смотрел, был трущобой посреди еще худших трущоб. Там было манговое дерево, полное обезьян и козлят, и их беспрерывная болтовня. «Там должен быть миллион детей, - подумал он, - все грязные и оборванные, а некоторые почти голые». N3 закурил еще одну сигарету и поморщился. Даже со всеми его собственными проблемами, с кислым привкусом неудач во рту, он мог сочувствовать детям. Бедные ублюдки! У них не так много будущего. Майку Бэнниону следовало бы надрать свою пьяную задницу за то, что он привел в мир еще больше из них - без каких-либо средств для ухода за ними.


Дверь открылась, и в комнату вошла жена Бэнниона с чаем. Она кивнула ему, но не улыбнулась. Связи не было - у нее не было хиндустани, а Ник Картер не говорил на урду - и Ник задавался вопросом, можно ли ей доверять. Конечно, Майк так думал, но тогда мужья не всегда знали все о женах.


Особенно такие мужья, как Майк.


Ник взглянул на часы. Было уже больше пяти, а полиции еще не было. Так что ей можно было доверять. Он угрюмо наблюдал, как она собирает чайные принадлежности, и, снова кивнув, вышел из комнаты и тихонько закрыл за собой дверь. Он услышал, как штанга упала на место. Это была мера предосторожности против любопытных детей.


Ник вернулся к веревочной кровати и снова потянулся. Он посмотрел на геккона, все еще смотрящего на него злобным взглядом. Черт возьми, Бэннион! Давай!


Он не боялся, что Бэннион предаст его. Маленькому пьянице предчувствулись грядущие сотни тысяч рупий. Он не стал выбрасывать деньги. Но он мог быть задержан полицией для обычного допроса. Предположим, его старинный джип заметили прошлой ночью в районе Маурипур? Нику стало холодно. Бэннион в конце концов заговорил бы, хотя и неохотно. На шее N3 выступил пот - столько денег, что нес Бэннион! Если копы поймают его, они никогда не сдадутся, пока он не объяснит это - а если он это сделает, ему придется предать Картера! Ярость бушевала в его большом, внешне спокойном теле, Ник заставил себя успокоиться и подумать о другом. Если это случилось так, это случилось. Карма!


Карма. Тибет. Ла Масери дьяволиц!


N3 сердито посмотрел на крошечную ящерицу на балке. Итак, китайские солдаты вовремя нашли Ян Квэй. Должно быть - и передали ее информацию самозванцу, - иначе двойник не узнал бы, что Ник едет в Карачи. Не смог бы расставить ловушку, которая так чуть не поймала его. Ник выругался себе под нос и пожелал Дьяволице короткой и несчастной жизни. Затем он вспомнил ее сексуальную технику и почти смягчился - с ней все будет в порядке, если она уйдет из профессии, из агентов и политики и сделает кого-нибудь хорошей женой! Ему пришлось ухмыльнуться собственной прихоти, а затем он забыл о Дьяволице. Где в вечном аду был Майк Бэннион?


Через минуту в комнату вошел объект его заботы, принесший с собой запах хорошего виски. Он побрился, постригся и надел чистую одежду. Он был, насколько Ник мог судить, все еще трезвым. Он не был похож на того же человека, если не считать усмешки. И снова, вкратце, Ник ... поинтересовался, почему и как этот человек оказался в Карачи. Его речь выдавала его как образованного человека, и в нем хватало ума. Почему? Кого он предал, продал, убил?


Бэннион бросил Нику пачку американских сигарет. «Вот! Черный рынок. Много рупий. У меня тоже есть коробка скотча. Я знаю, что тебе это нравится, и мне все равно, что я пью.


Нику пришлось улыбнуться. Маленький человечек был неудержим. «Надеюсь, вы были осторожны - распределили покупки и траты?»


Майк опустился на единственный стул в комнате и поднял ноги на помятый стол. На нем были новые ботинки повышенной прочности. Он подмигнул Нику. «Я был очень осторожен, начальник. Я выкладываю его. Я попал во множество подержанных торговцев и излишки товаров - у них даже можно получить вещи времен Первой мировой войны, и я был осторожен. Я даже не купил новые шины для Гэ - старые, но в хорошей форме. Есть также использованный аккумулятор и запасные канистры с бензином. На самом деле я получил все из того списка, который вы мне дали. Ты готов броситься, Ник, и я тоже.


Ник открыл пачку сигарет. Он был до последней стаи. - Значит, вы решили пойти с нами? До сих пор Бэннион не отказывался от желания помочь Нику подготовиться к поездке.


Майк Бэннион пожал плечами. "Почему бы и нет? Я могу помочь тебе - и Бог знает, мне нужны все кусочки, которые я могу сделать. В любом случае я уже помог вам - так что теперь я так же глубоко, как и вы. Как говорят Лаймы - за пенни, за фунт. Во всяком случае, мне нравится это делать - чертовски давно я не делал ничего стоящего ».


Ник встал с веревочной кровати и заковылял к столу. Майк дал ему единственный стул, и Ник без вопросов взял его. «Как ноги сегодня?» - спросил Бэннион, наливая пачку сигарет и бросая короткую коренастую ногу через угол стола.


- Болят, - признал Ник. «Но неважно о ногах - если ты пойдешь со мной, мы должны договориться. В настоящее время! О выпивке.


Бэннион пристально посмотрел на него. «Как я сказал, Ник, я посмотрю это. Не больше одной бутылки в день. Я должен это иметь, иначе я сорвусь! Тогда я бы тебе не помог.


N3 долго смотрел на него, его глаза стали твердыми. Наконец он кивнул. "Хорошо. Вы заключаете сделку. Лучше придерживайся этого. Если ты меня обманешь, да поможет тебе Бог - я не буду! Я оставлю тебя там умирать. Я серьезно, Бэннион! "


Маленький человечек кивнул. «Я знаю, что это так. Не надо мне угрожать. Я знаю, какой ты крутой. Я полагаю, вы должны быть профи в своей ... э ... своей работе ".


N3 уставился на него. «Чем я занимаюсь?»


«Не знаю, - поспешно сказал Бэннион. «Я тоже не хочу знать. Я здесь только ради бакшиша, помнишь? Ну, не лучше ли нам заняться этим. Уже почти темно.


"Надо сделать это, - коротко сказал Ник. «У тебя есть карта? Ты разведал склад оружия?


Бэннион подошел к двери и крикнул жене, чтобы та принесла свертки, которые он оставил снаружи. Он снова повернулся к Нику, и его улыбка снова проявилась. «Я пошел в депо и пошарил, как вы мне сказали. Меня даже не заметили - я был там до того, как искал работу, и сегодня снова проделал то же самое. Конечно, работы нет. Они не будут нанимать белых на работу кули. Но я молчал и получил то, что вы хотели: вчера на пароходе вверх по реке прошла большая партия оружия. Конечно, под охраной. Полно пакистанских солдат. Что делать? »


N3 сказал: «Вот и все! Я могу сказать вам вот что, Майк - эта партия направляется на фронт в Лахоре, и я должен ее остановить. Это была ошибка - его нельзя было отправлять! »


Нева Баннион вошла с руками, набитыми небольшими коробками и пакетами, которые она сложила на столе и вокруг него. Ее запястья и лодыжки были по-прежнему тонкими, все еще в порядке, хотя остальная часть тела стала толстой. Ее светлая кожа цвета меди была гладкой и безупречной. Хотя на ней не было пурды, на ней была длинная бесформенная паранджа без капюшона и прорезей для глаз, которые закрывали ее с шеи до пят. Блестящие черные волосы были уложены высоко на голове и удерживались дешевой фабричной расческой. Ник признал, что когда-то она, должно быть, была привлекательной - до Майка Бэнниона и детей.


Она ушла, не говоря ни слова. Майк подмигнул Нику. «Я в довольно хорошем состоянии. Понимаете, еда и деньги в доме. Если бы я собирался быть здесь сегодня вечером, я бы, наверное, ...


Ник вмешался: «Карта?»


Бэннион достал небольшую карту Пакистана и разложил ее на шатком столе. Он постучал пальцем. «Вот и мы, в районе Гот-Бахш Карачи. Если вы действительно преследуете эту партию, все, что мы можем сделать, это проследить ее до Инда и попытаться ее поймать. Хотя я не знаю, что, черт возьми, мы можем сделать против полроты пакистанцев.


N3 внимательно изучал карту. - Предоставьте это мне, - пробормотал он.


Бэннион притворно отсалютовал. «С удовольствием, сахиб. Мой не вопрос, почему, а? Ладно, не буду. Вместо этого я просто сделаю небольшой выстрел ». Он вышел из комнаты.


Ник покачал головой, изучая карту. Нехорошо использовать и доверять пьянице вроде Майка Бэнниона. Но тут ничего не поделаешь. Он нуждался в этом человеке - как для его знания страны, так и как часть его нового прикрытия. Он начинал это предприятие как нефтедобытчик Евразии, внештатный работник. Майк Бэннион был его проводником. Была только одна большая загвоздка - у них не было документов!


N3 пожал плечами и вернулся к своей карте. Значит, придется делать это без бумаг. И надеюсь, его удача сохранилась.


Страна, по которой они ехали, была одной из самых труднопроходимых в мире. «Это должно помочь», - подумал Ник. Её будет трудно патрулировать. Он провел пальцем по северо-восточному течению великого Инда: справа от них была засушливая Индийская пустыня, а слева от них была серия изрезанных горных хребтов, идущих параллельно реке и соединяющихся с Гималаями на севере Кашмира. За исключением узкой полосы, орошаемой Индом, это была неприятная страна.


Бэннион вернулся с бутылкой дорогого скотча и двумя пластиковыми стаканами. Он показал бутылку Нику. «Два стакана ушли, понимаете. Это продержит меня до утра - и я даже налью тебе выпить из него. Хорошо?"


N3 кивнул. Скотч был вкусным. Он подтолкнул карту к Бэнниону. «Это твое дело, Майк. Как насчет этого? Смогут ли они доставить груз до Лахора по воде? »


Бэннион потер лысину и нахмурился, глядя на карту. «Нет, не могут. Инд идет к западу от Лахора. В любом случае судоходство по нему невозможно за пределами Бхаккара - не в это время года. Оттуда им придется ехать по суше.


«Может быть, именно здесь мы их поймем», - сказал Ник. «Двое мужчин в джипе, даже в вашем джипе, должны быть в состоянии догнать конвой».


Он не считал нужным объяснять, что, если и когда он догонит конвой с оружием, он не имел ни малейшего представления о том, что собирался делать. Он должен будет выяснить это позже. Все, что было сейчас важно, было - если эта партия оружия была использована против индейцев и мир узнал бы об этом, то у США были проблемы! И китайцы добьются, чтобы мир узнал! Может быть, в этом и был весь смысл набега самозванца на Пакистан - обманным путем добыть это оружие и передать его пакистанцам. Затем заявить, что их передали американцы, и передайть миру эти искаженные факты.


N3 обдумал это очень кратко, затем отклонил. Нет. Это должно быть нечто большее - нечто большее. Даже больше, чем пытаться его убить! Но что?


Майк Бэннион ворвался в его мысли. «Не знаю, важно это или нет, но, может быть, тебе лучше знать. Сегодня я видел что-то на складе оружия, от чего меня поежило от холода ».


Ник начал снимать рубашку, которую ему дали ВВС. Пришло время заняться ранами.


"Например, что?" Он очень хотел уйти сейчас, пока Майк был трезвый.


Он не очень поверил обещаниям этого человека.


Майк начал смазывать коричневой пастой лицо и шею Ника. «Например, мулла, проповедующий джихад, священную войну! Вы знаете, что многие рабочие в депо - патаны. Соплеменники спускаются со своих холмов, чтобы заработать пару рупий. Они грубые ублюдки, Ник. Дикари. И они сегодня довольно хорошо слушали этого старика. Он довел их до состояния бешенства ».


Первым порывом N3 было забыть об этом. Теперь у этой сделки было достаточно углов, и я не искал большего. Его непосредственной задачей было найти эту партию оружия и надеяться, что человек, которого он преследовал, был где-то рядом. Если нет, и после того, как он остановил отгрузку - как? - ему снова придется использовать себя в качестве приманки, чтобы заманить двойника.


Тем не менее он слушал. В его работе нельзя игнорировать любую мелочь без опасности. Следующие слова Бэнниона вбили благодатный клин в бдительный разум Ника.


«Мулла кричал на них на пушту, - сказал Бэннион. "Я немного понимаю. Немного, но достаточно, чтобы знать, что он обещал им мир, если они вернутся в холмы и будут ждать. Он кричал о еде, новой форме, большом количестве оружия и боеприпасов и ...


Бэннион прервал то, что делал, и уставился на Ника. "Привет! Этот груз оружия! Вы не думаете? "


Ник не смотрел на человечка. Он покачал головой. «Нет. Я не думаю. Этот груз направляется в Лахор. Под охраной. Ты только что сказал мне это, помнишь? Под охраной пакистанской армии! »


Бэннион покачал головой. «Это не остановило бы патанов, если бы они хотели оружие. Боже мой! Джихад - это все, что нам сейчас нужно здесь. Священная война! »


Все соответствующие факты теперь вспыхивали в компьютерном уме Ника, и ему не нравились мысленные карты, которые он вытаскивал. Бэннион мог быть прав. Мог наткнуться на ключ ко всей этой сложной интриге. Но почему - почему китайские красные захотели помочь патанам, афганским соплеменникам, в запуске джихада? Что они могли получить? Красные были, по крайней мере номинально, на стороне пакистанцев.


И все же они всегда любили ловить рыбу в мутной воде, красные. То, что сказал его босс, Хоук, - что они должны держать горшок кипящим. Китайцы в последнее время сильно теряли лицо, и они приходили в отчаяние. У них были проблемы в Африке, на Кубе, в Индонезии и во Вьетнаме. В конце концов, американский тигр оказался не из бумаги!


Но джихад! Война во имя Аллаха против всех неверных! Что, черт возьми, китайцы могут надеяться получить от этого? Если, конечно, они не смогут контролировать джихад. Применить его для собственного использования. Но как?


Ник на мгновение отказался от этого. Он начал одеваться. Он был достаточно смуглым, чтобы сойти за евразийца, и когда придет время, он вспомнит о себе прикрытие. В любом случае имя не было слишком важным - у них не было документов, подтверждающих имя. Если повезет, им придется ускользнуть.


Два часа спустя они плыли по Инду на старинном грузовом судне, который так и не решил, доу это или фелукка. Ветра не было, и большой парус был свернут, но ржавый двухцилиндровый двигатель нес их по широкой мелкой реке со скоростью четыре мили в час.


Лодка была накрыта на миде циновкой, скрывавшей джип. Старый автомобиль был загружен до точки развала вместе со своим снаряжением. Ник и Майк Бэннион старались держаться подальше от видимости, растянувшись на джутовых циновках возле джипа. В джипе были одеяла, но никто ими не беспокоился. Майк купил им по толстой дубленке каждому и шляпу с широкими полями, заколотую по австралийской моде.


Они дремали, молча, глядя на крошечную искру сигареты лодочника на корме. Ник решил взять с собой владельца лодки, хотя знал, что может пожалеть об этом. И все же ему пришлось рискнуть. Этот грязный толстяк в красной фетровой шляпе, длинной рубашке и мешковатых штанах был матросом, инженером, матросом и поваром одновременно. Ни Ник, ни Бэннион ничего не знали о дау или о том, что это за старая калоша. Всегда была возможность, что ему придется убить человека позже, чтобы заткнуть ему рот, но N3 не позволял себе останавливаться на этой мысли сейчас.


Пока Майк Бэннион сдержал свое обещание. Он пил медленно. Его бутылка была все еще полна более чем наполовину, и было уже за полночь.


Ник проверял свое оружие, Вильгельмина, Гюго и Пьер, когда он услышал бульканье бутылки в темном вонючем трюме. Последним грузом лодки, по всей видимости, были удобрения.


Майк сказал: «Я сказал за пенни, за фунт, и я имел в виду это - точно так же, я надеюсь, что нам не придется связываться ни с какими патанами. Какие они кровожадные ублюдки! »


Ник улыбнулся в темноте. «Я думаю, ты ни о чем не беспокоишься. Я помню своего Киплинга и Талбота Манди - разве муллы не всегда проповедуют священную войну? Просто часть их распорядка - долой неверных! »


Вспыхнула спичка, когда Бэннион закурил. Он не улыбался. Ник понял, что маленький алкоголик действительно волновался.


"Это черти из ада!" - сказал Бэннион. «Они мучают своих жертв"


. Иисус - истории, которые я слышал! Я тоже видел фотографии того, что они сделали с патрулями, которые устроили засаду на границе. Всего пару месяцев назад в The Hindi Times появились фотографии - члены племени устроили засаду на пакистанский патруль в Хайберском перевале. Они не убили всех - оставшихся в живых закололи бамбуковыми кольями. Ух! Меня тошнило. Они снимают с бедных ублюдков штаны, затем поднимают их и с силой швыряют на острый кол! Была одна фотография этого парня с колом насквозь, выходящим из его шеи! »


Бутылка снова булькнула. Чтобы успокоить его, Ник сказал: «Вы уверены, что это был пакистанский патруль? Не индийский? Патаны - мусульмане, не так ли?


Больше булькающих звуков. «Это не имеет никакого значения для патанов», - прошептал Бэннион. «Особенно, когда какой-то мулла их всех накалил. Все, о чем они заботятся, это кровь и добыча! Я не прочь признаться в этом, Ник - у меня в крови болит дерьмо, когда я думаю о патанах!


«Полегче с этой бутылкой», - предупредил Ник. «А давай попробуем немного поспать. Не думаю, что мы встретимся с соплеменниками. Я намного больше беспокоюсь о пакистанских патрулях, чем о патанцах. Доброй ночи."


Через три дня он узнал, насколько ошибался даже Ник Картер!


Коршуны и грифы дали первое предупреждение. Они парили большими кругами над излучиной реки. Это был пустынный, бесплодный участок на полпути между Кот Адду и Леей. Лодочник первым увидел соблазнительных посетителей. Он указал на воздух и понюхал. «Там что-то мертвое. Думаю, много. Многие птицы - не могут все есть сразу ».


Ник и Майк Бэннион выбежали на нос. Река здесь была мелкой, изгибаясь большим изгибом с запада на северо-восток. Посреди поворота была длинная отмель. На стойке они увидели потрошенные, почерневшие, все еще дымящиеся останки небольшого речного парохода. Старый задний колесный транспорт. Его покрывала извивающаяся, хлопающая, непристойно движущаяся масса стервятников. Когда их лодка приблизилась к месту кораблекрушения, облако птиц поднялось разноцветным роем, выкрикивая резкие жалобы. Некоторые из них еле поднялись в воздух из-за обвисшего тяжелого живота.


Тогда запах почувствовал Ник. Запах поля боя. Он был знаком с этим. Рядом с ним выругался Бэннион и вынул из кармана огромный револьвер. Это был старый Webley, который ему каким-то образом удалось купить в Карачи.


«Убери это», - сказал ему Ник. «Там нет никого живого».


Майк Бэннион выглянул из-за обломков на западный берег реки. Бесплодная земля круто поднималась к округлым холмам цвета хаки с тупыми вершинами. «Может, они все еще там наверху смотрят. Я сказал тебе, Ник. У меня было чувство. Это эти ублюдочные патаны - они устроили засаду на пароход и захватили партию оружия. Господи, этот старый мулла не шутил! Они начинают джихад! »


«Успокойся, - сказал ему Ник. «Вы делаете много поспешных выводов. В любом случае, мы должны это проверить - если это были они, мы скоро узнаем.


Вскоре они узнали. Они вышли на берег на песчаной косе. Лодочник их не сопровождал. Он был в ужасе. Ник и Бэннион пробирались сквозь зловоние и распростертые тела к пароходу. Это была бойня. Повсюду кровь, мозги и гниющие кишки. Многие пакистанские солдаты были обезглавлены.


Майк Бэннион перевернул труп ногой. Лицо было прострелено, но тюрбана, грязной майки и мешковатых брюк было достаточно, чтобы опознать его.


Бэннион выругался. «Патан, хорошо. Тоже раздет. Взяли его патронташи, винтовку, нож, все остальное. Даже его туфли. Это для вас патан - они никогда не оставляют после себя ничего, кроме окоченевших! Так что же нам теперь делать, Ник?


N3 прикрыл нос платком и тщательно осмотрел выпотрошенный пароход. Ладно, это была резня. Каким-то образом пакистанцев застали дремлющими и уничтожили. Оружия не было. Где? Чтобы начать джихад? Наверное, признал он. Бэннион был прав. Соплеменники бросились воевать, крича Аллах Акбар. У них будет свой джихад. Но против кого?


- Очень умно, - признал он. Обманите Карачи, и ваши мальчики будут ждать в засаде. Он снова мысленно прокрутил список оружия, список, который он читал в офисе убитого Сэма Шелтона.


Винтовки - ручные пулеметы - крупнокалиберные пулеметы - гранаты - базуки - противотанковые ружья! Пять миллионов патронов!


Улыбка Ника Картера была мрачной. Со всем этим вы могли бы получить настоящий джихад!


К нему присоединился Майк Бэннион. В правой руке он держал гигантский револьвер и хмурился. «Они взяли нескольких пленных, Ник. Я в этом уверен. По крайней мере, я посчитал мертвых Паксов, а они не составляют и половины компании. Должно быть, они взяли пленных. Я этого не понимаю. Они никогда так не делают! »


N3 посмотрел через реку на западный берег. Даже с такого расстояния он мог видеть широкую тропу, которую оставили патаны, ведущую к коротким холмам. Довольно уверены в себе. Не боится возмездия. Выяснилось, что пакистанская армия в настоящий момент сражалась с Индией.


В его мозгу зародилась идея. Может ли быть другая причина для такого широкого следа? Может быть, приглашение?


Он повернулся к Бэнниону. «Давай выгрузимся. Лучше поторопиться, пока наш друг совсем не сдасться и не бросит нас.


Майк Бэннион избегал взгляда Ника. Он сказал: "Вы собираетесь следовать за ними?"


"Да. Я должен. У меня нет выхода. Вам не обязательно ехать - вы можете вернуться в Карачи с лодочником. Но мне нужно взять джип и припасы. Хорошо?"


Бэннион достал бутылку виски из глубокого кармана дубленки и наклонил ее. Он долго пил, потом поставил бутылку и вытер рот рукой. "Я пойду с тобой. Я проклятый дурак, но пойду. Только это! »


Улыбка Майка была немного робкой. «Если что-нибудь случится - со мной - и ты выберешься из этого, хорошо, ты увидишь, сможешь ли ты достать немного денег для моей жены и детей? У них ничего нет ».


Ник улыбнулся. "Я буду стараться. Думаю, я смогу это сделать. А теперь давайте приступим - этот персонаж оттолкнется в любую минуту! "


Потребовалось «Люгер», чтобы убедить лодочника высадить их на берег на западной стороне. Они выгрузили джип и припасы там, где тропа уходила от реки.


Бэннион кивнул лодочнику и посмотрел на Ника, в его глазах был ясный вопрос. Разумеется, этот человек заговорит, как только вернется в Карачи.


Ник помедлил, затем покачал головой. Зачем убивать бедного дьявола? К тому времени, как он вернется в Карачи, уже будет слишком поздно их останавливать. Ему пришло в голову, что к тому времени он может быть рад, вне себя от радости, увидев пакистанские войска.


Ник смотрел, как корабль исчезает вниз по реке, а Майк Бэннион осматривал джип. Стервятники вернулись к трапезе.


«Давай, - сказал ему Бэннион. «Если мы поедем, давай. Эта старая машина готова, как никогда ».


В миле от берега они нашли первого пакистанского солдата, закопанного в землю по шею. Он был мертв, его горло перерезано, а веки отрезаны. Что-то белое мерцало в разинутой мертвой пасти.


Майк Бэннион бросил один взгляд, и его тошнило за борт джипа. Он не подходил близко к мертвому. Ник подошел к гротескной окровавленной голове, торчащей из песчаной почвы, и внимательно ее изучил. Он наклонился и вынул изо рта кусок бумаги. На нем что-то было нацарапано - китайские идеограммы!


Его китайский был слабым, но он мгновенно разобрал сообщение.


Следуйте за. Путь прост. Вы найдете один из этих маркеров каждые несколько миль. Я жду встречи с тобой. В очередной раз!


Подписано: Ник Картер.


## Глава 9


Хайбер


Прозрачный теплый дождь падал на Пешавар, этот древний исторический город в узком устье залитого кровью Хайберского перевала. Это был выходной, и многие соплеменники, афганцы, патаны и туркмены, привозили своих женщин в город, чтобы делать покупки на базарах. Пока женщины сплетничали и занимались торговлей, мужчины собирались в чайных и держали самовары кипящими. Большинство мужчин были худощавыми и жестокими, каждый с жестоким ножом, воткнутым в цветной пояс. Предметом разговора, когда рядом не было ни полиции, ни посторонних людей, был - джихид! Священная война! Пришло время!


Это был не сезон дождей - они закончились в течение года, и Ник Картер почувствовал приятную влажность на лице, когда выглянул из темного арочного прохода на Улице рассказчиков. Это была узкая, мощеная улочка, воняющая мусором и человеческой нечистотой, но N3 был слишком нетерпелив и озабочен, чтобы обращать внимание на запахи. Майка Бэнниона давно не было. Слишком долго!


Ник заерзал. Его уже дважды заметили шлюхи, одной из которых не было и дня старше двенадцати, и он знал, что ему лучше двигаться дальше. До сих пор удача была невероятной - если это была удача, - и сейчас он не хотел ее портить.


Слева, в конце улицы, он мог видеть надвигающуюся гору мечети Махабат-хана. Прямо напротив него был хорошо освещенный магазин, в котором были заняты кожевники - Ник видел выставленные сандалии и патронташи. Ремни были старого образца, носимые через плечо, и N3 мрачно поинтересовался, подойдут ли им патроны M1.


Он отступил обратно в темную арку и закурил. Он прислонился к грубой каменной стене и задумался, прикрыв сигарету большой рукой и нахмурившись. Ему не понравилась установка. Не за что. Но он должен был разыграть это - разыграть карты так, как они выпали. Он и все более упорный Бэннион в тот день смело прибыли в Пешавар. Четыре дня от Инда. Старый джип каким-то образом выжил - и тропа была четко обозначена, как и было обещано. Записок больше не было - только вехи, трупы пакистанских солдат, закопанных в землю по шею. Горло перерезано. Веки исчезли. В некоторых случаях носы отрезаны.


Ник глубоко вдохнул и задержал его. Это была действительно странная и странная установка. Они оставили джип в лагере на окраине Пешавара и вошли внутрь. Примерно тогда начался дождь. Никто не обращал на них особого внимания, что само по себе не было необычным


Не раз Хайберский перевал служил воротами и маршрутом вторжения между Восточной и Западной Азией. Незнакомцы в Пешаваре не были чем-то новым. Сначала единственными, кто обращал внимание на двух мужчин в своих дерзких шляпах и тулупах, были нищие, дети, лавочники и, конечно же, неизбежные проститутки.


Они пробыли в Пешаваре всего полчаса, когда Ник Картер заметил своего двойника. Было все еще светло, шел легкий дождь, и он видел самозванца на Улице Гончаров. С ним была женщина. Американская девушка. Красотка!


Все это было невероятно и слишком просто, и N3 знал это, но принял это спокойно. Он нырнул в магазин специй и прошептал несколько поспешных команд Майку Бэнниону. Майк должен был проследить за парой и доложить, когда сможет сделать это, не потеряв их.


Майк однажды вернулся, чтобы сказать, что теперь они на Улице медников. Девушка купила немного бенаресской латуни и поссорилась с торговцем. Ник и Бэннион покинули магазин специй и направились к его теперешнему укрытию. Затем он отправил Майка снова шпионить. Это было больше часа назад.


Мимо арки скрипнула телега с волами, ее сухие оси визжали, как застрявшие свиньи. Ник Картер с отвращением откинул задницу. Ему лучше найти Майка. Это означало нарушение укрытия и возможность быть замеченным человеком, за которым он охотился, но с этим ничего не поделать. И все же он не хотел. У него было предчувствие по поводу этого - они ждали его, они знали, что он должен прийти, и его двойник вряд ли был застигнут врасплох. Да будет так. Но в данный момент это была тактическая ситуация, а не стратегическая, и он думал, что у него есть небольшое преимущество. Они - Он на этот раз будет не один - они не знали Майка Бэнниона! Некоторое время Ник мог использовать маленькую пьяницу в качестве глаз и ушей - по крайней мере, он на это надеялся. Но сейчас? Майк испугался и признал это. Он сдержал свое обещание, выпивая только одну бутылку в день, но теперь, когда давление нарастало? Ник криво улыбнулся и приготовился покинуть свое убежище. Майк, возможно, решил бросить полотенце - возможно, укрылся в борделе или логове гашиша.


Затем он услышал шаги. Мгновение спустя Майк Бэннион остановился у арки и заглянул внутрь. - Ник?


"Да уж. Где они?"


Бэннион шагнул во мрак. «Прямо сейчас в отеле« Пешавар ». В баре. Они выглядели так, будто какое-то время прижились, поэтому я рискнул ».


«Хороший человек», - сказал Ник. «Я просто поступил с тобой несправедливо в своих мыслях».


Он услышал, как Бэннион потянул бутылку в кармане пальто, а затем бульканье. Он не видел озорной ухмылки, но знал, что она есть. Майк Бэннион боялся - Ник Картер знал страх, когда видел его, - но пока что парень держался хорошо.


Майк сказал: "Ты думаешь, я уехал в глухую глушь?"


"Это случилось со мной."


Булькать.


«Я не подведу», - сказал Бэннион. «Я очень постараюсь не делать этого, но, черт возьми, я хочу знать, что происходит. Парень, за которым я следил - я чуть не испачкался, когда увидел его крупным планом. Это ты!"


«Я знаю, - сказал Ник. «Это немного сбивает с толку. Не пытайся понять это, Майк. Если мы выберемся из этого, возможно, я расскажу тебе об этом ».


«Если мы выберемся из этого?»


Бульканье.


«Я предупреждал вас, что это может быть опасно», - отрезал Ник. «А теперь перестань пить! У нас есть работа. Я думаю, что сегодня вечером что-то сломается - и сломается быстро. Мы не должны терять их, что бы ни случилось. Что ты знаешь о женщине с ним?


Майк Бэннион закурил. Он снова отрастил рыжую бороду. «Только то, что она кукла, настоящее лакомое блюдо. Блондинка, лет двадцати - может быть, тридцати - с пышными ногами и парой сисек, которые заставляют мужчину стыдиться своих мыслей. И красивое лицо! »


«Вы мало что пропустили», - сухо сказал N3. «Я удивлен, что ты не попросил у нее автограф».


«У меня получилось лучше! Я узнал ее имя ». Бэннион на мгновение остановился, злорадствуя. Ник считал, что он так же пьян, как и с самого начала. Но пока он держал ее достаточно хорошо.


«Отличная работа», - похвалил он. Он попытался казаться восторженным. "Как ты это сделал?"


«Я сказал вам, что немного знаю пушту. Выйдя из прилавка медника, они пошли в табачную лавку. Парню - тебе - пришлось полистать журналы, русские и китайские, а у меня было немного времени. Я вернулся к меднику и подсунул ему бакшиш. Женщину зовут Бет Крейвенс, насколько я мог разобрать. Она американка. Здесь работает на Корпус мира - помогает со школами. Старик был болтуном, но это все, на что у меня было время. Я не хотел их терять ».


"Бог с ним! Вернемся в гостиницу Пешавар. У них есть машина? »


"У нее есть. Английский Форд. Когда я уезжал, он был на стоянке за отелем ».


"Давай!" N3 был резок. «И отложите эту выпивку с этого момента - пока я не скажу вам другое!»


«Да, сахиб».


«Это для твоего же блага», - сурово сказал Ник. «Нет ничего смешного в том, чтобы получить нож в спину!»


«Я не могу с этим не согласиться, - сказал Бэннион. «Не волнуйся. Каждый раз, когда я чувствую желание выпить, я думаю о тех Паках, похороненных в земле без глаз и носов.


Теперь я настоящий трезвенник! "


Было уже почти восемь, когда они пробирались по узким многолюдным улочкам к отелю «Пешавар». Когда они обходили просторную площадь, на которой стояла мечеть Махабат-хана, Ник сказал: «Я хочу, чтобы ты поделился со мной своими впечатлениями об этом человеке, Бэннионе. Сразу с макушки. Не думай. Предположим, вы меня не знали. Не знали, что у меня двойник. Что бы вы тогда о нем подумали?


Бэннион почесал свою рыжую щетину. Он почти бежал, чтобы не отставать от Ника.


«Впечатляет», - сказал он наконец. «Чертовски впечатляюще. Красивый ублюдок. Красивый, но не очень, если вы понимаете, о чем я. Большой, высокий, худощавый. Похоже, он сделан из бетона. Выглядит тоже круто. Как будто он мог быть очень злым. Изящный. Двигается как тигр ».


«Вы хороший наблюдатель», - признал N3. Он был немного польщен и признал это. Он также признал, что китайцы проделали хорошую работу - отличную, первоклассную профессиональную работу. Его двойник был так близок к нему, что было немного страшно.


«Я могу рассказать вам еще кое-что о нем», - сказал Бэннион. Он усмехнулся. «Этот парень настоящий знаток женщин. По крайней мере, с этой - она все крутится вокруг него! Когда я уходил, она играла с ним под столом в баре! »


N3 ничего не сказал во время прогулки. Его мысли были заняты девушкой. Бет Крейвенс. Корпус мира! Иисус, где эти крысы будут грызть дальше?


Ему уже пришло в голову, что женщина могла быть невиновной обманутой. Вполне возможно. Китайский агент одурачил Пей Линга в Тибете и Сэма Шелтона в Карачи. Сначала обманули их - по какой-то причине у них обоих были сомнения - и сомнения. Их убили.


Значит, эта Бет Крейвенс могла быть невиновной. Этот человек представился как Ник Картер, и она ему поверила. Но почему? Что, черт возьми, Ник Картер, настоящий агент АХ, должен был делать в Пешаваре?


Его сердце, его интуиция шептали правду. Женщина была красным агентом. Еще один продажный американец! В N3 пробежала искра гнева - еще один мерзкий предатель! Как-то все казалось хуже, потому что измена пришла в красивой упаковке.


Через дверной проем напротив гостиницы «Пешавар» они могли видеть небольшой бар. Лже Картер все еще был там. Под столом не было тисканья - они открыто держались за руки, а девушка с обожанием смотрела на здоровяка. - Если это фальшивка, то она хорошая актриса, - признал Ник Картер.


Внезапная мысль поразила его. Предчувствие настолько сильное, что он чуть не поставил на это свою жизнь. Он повернулся к Бэнниону. «Вы достаточно трезвы, чтобы пойти в отель и вести себя как джентльмен? Как будто ты ищешь старого друга? "


«Трезвый как судья», - сказал Бэннион. «Некоторых судей я знал. Почему?"


«Зайди, брось свой пушту и посмотри, сможешь ли ты заглянуть в реестр. Думаю, он там останется. Вы только посмотрите на последние полдюжины имен ».


Бэннион вернулся через пять минут. «Вы так правы. Ты остаешься там! Он - подписан как Николас Картер. По делу. "


«Грязное дело».


Ник натянул воротник дубленки, защищая от дождя. Он снял шляпу австралийского типа. Теперь, когда фальшивка утвердилась, его не должны видеть. Особенно полицейские или военные. Это только вызовет замешательство, а он больше этого не хочет. Покончим с этим и уходим.


«Иди за джипом», - сказал он Бэнниону. « Если вы не можете найти для этого подходящего места - возвращайтесь сюда как можно скорее. Я буду где-нибудь сзади - ты говоришь, она водит английский форд?


"Да. Он черный. Почти новый.


Когда Бэннион ушел, Ник обошел отель и направился к стоянке. Там был Форд, блестящий от дождя. Единственной другой машиной был старый Крайслер со спущенной шиной.


N3 стоял в глубокой тени и позволял дождю замочить его. Теперь было немного тяжелее. Он внимательно изучил «Форд» - на нем была багажная полка. Если случится худшее, и Бэннион не вернется вовремя с джипом, возможно, он сможет ...


Мгновение спустя решение было вынуждено принять. Женщина и фальшивый Ник Картер вышли из-за угла отеля и направились к «форду». Ник еще немного отступил в тень. Черт! Что теперь? Он просто не мог позволить себе потерять их. На данный момент у него было лишь небольшое преимущество, и он не хотел его терять. Но если он не заберет их сейчас - слишком рано, по его мнению, - ему придется позволить им уехать. Ник автоматически проверил свое оружие. «Люгер» был готов зарычать. Хьюго скрывался в ножнах. Пьер, газовая бомба, была смертоносной, как всегда. Но с какой целью? Он, конечно, мог убить мужчину и, возможно, заставить женщину говорить. Может быть! Но ему некогда было дурачиться. Эта партия оружия попала в Пешавар или через него, а затем исчезла. Нику пришлось его найти. С оружием и боеприпасами в качестве своего доказательства он мог пойти к правительству Пакистана и начать чистку сверху.


Как оказалось, ему не о чем беспокоиться. На данный момент они никуда не собирались. Он смотрел, как они садятся в машину. Заднее сиденье! Занавески задернуты. Англичане до сих пор ставят шторы или шторы на некоторые из своих автомобилей!


Через несколько секунд машинка начала мягко покачиваться. N3 услышал слабый шорох пружин. «Как и старых добрых Штатах», - сказал он себе с жесткой улыбкой. Каждая машина путешествующий будуар!


Он без колебаний принял решение, молясь, чтобы Бэннион не появился сейчас с шумным джипом. Это бы все испортило. То, что они там делали, не должно занимать у них много времени - тогда они уйдут куда-нибудь, возможно, в тайник с оружием, и Ник Картер будет с ними. Бэнниону просто нужно было позаботиться о себе.


N3 на цыпочках осторожно пересек парковку. Автомобиль все еще мягко раскачивался, и он мог слышать тихое бормотание голосов. Они бы не услышали Судьбы Судьбы!


Осторожно, медленно, заранее тщательно продумывая каждое движение, он взобрался на «форд» и распластался. Он сделал это в полной тишине, незаметно, как подкрадывающаяся Смерть. Ни разу пара внутри не нарушила свой сладкий ритм.


Было кромешно темно, и дождь лил косыми черными мокрыми веревками. В такой видимости Ник думал, что у него есть хорошие шансы остаться незамеченным, когда они ехали по улицам Пешавара. Дождь загонял людей внутрь.


Тест пришел раньше, чем ожидалось. Скрип в машине прекратился, и Ник услышал их разговор. На китайском! Его последние сомнения насчет женщины, Бет Крейвенс рассеялись. Она была предательницей.


Дверь открылась, и мужчина вышел. Он остановился, чтобы поцеловать женщину, и сказал по-китайски: «Увидимся позже, Бет. У тебя. Я хочу посоветоваться со своими людьми, которые следят за лагерем этого ублюдка.


«Хорошо, любовь моя. О, Ник, как ты чудесен! Я так счастлив. Вы будете осторожны? Этот человек опасен. Даже для тебя, Ник. Возможно, он сейчас в Пешаваре! »


«Может быть», - сказал мужчина. «Может быть, но я в этом сомневаюсь. Эти китайские агенты глупы. Я думаю, что он будет бегать довольно точно, как бы то ни было, мои люди следят за лагерем, а джип все еще там, я слышал. Этому фальшивому Нику и рыжеволосой придется вернуться ради этого и строить свои планы. Это одна из причин, по которой я хочу остаться в отеле какое-то время - он может даже осмелиться зайти и зарегистрироваться как я. В роли Ника Картера! Надеюсь, что нет, это вызовет осложнения, но, по крайней мере, я хотел бы некоторое время изучить его. Придумай, как лучше его убить ».


В голосе женщины прозвучала странная командная нотка: «Ты снова забываешь, дорогой! Вы не должны его убивать. Планы изменились, помнишь? Вы собираетесь взять его в плен, отвезти обратно в Штаты на допрос. Попробуй запомнить, любовь моя.


На мгновение мужчина заколебался. Он, казалось, думал, изо всех сил пытался что-то прояснить в своем уме. Затем: «Конечно. Я забыл. Поймать, а не убивать! Новый приказ из Вашингтона. Ладно, тогда увидимся у тебя позже. Прощай."


«До свидания, милая, я буду считать минуты. Если меня там нет, жди меня. Я должна пойти в форт и поговорить с Мохаммедом Кассимом. Он говорит, что соплеменники теряют терпение ».


«Обращайтесь с ним осторожно, - сказал мужчина. «Помните, что он номер один среди всех племен, вали. Он нужен нам только сейчас. Позже это уже не имеет значения ».


" Я знаю, что сказать. Но теперь, когда у них есть оружие, они сражаются. Я буду так рада, Ник, когда все это закончится и мы сможем вернуться в Штаты и пожениться.


«И я, Бет, любимая! До свидания.


Здоровяк, двойник Ника Картера, ушел под дождь, не поднимая глаз и не оглядываясь. Ник прижался лицом к крыше машины. Мужчина повернул за угол и ушел. Дождь все еще лился.


Ник слышал шелест и шелест поправляемой женской одежды. Слабое проклятие. Нетерпеливый рывок. Когда она вылезла из спины и села за руль, N3 отметила живость, настороженность в ее действиях, которые противоречили мечтательному настроению после любви, в котором она должна была находиться. Она напевала себе под нос мотив "Когда идут Святые". Это вряд ли подходило к случаю.


Автомобиль начал крениться. Она была плохим водителем. Ник опасно вцепился в поручни багажной полки.


Она нашла узкую аллею, покрытую грязью, и вела машину по безлюдной улице. Хорошо. В конце концов, она ехала не через основную часть города. Похоже, она избегала этого как можно больше.


Ник Картер на долю секунды задумался о своем здравом уме. Или, по крайней мере, его слухе. Затем он улыбнулся под дождем и покачал головой - с ним все в порядке. Мужчина сказал эти вещи, а женщина - подыгрывая двойнику? - был с ней прав.


Ник Картер. Китайский агент. Новые приказы из Вашингтона. Не убить, а поймать. Вернуться в Штаты и выйти замуж.


Машина ударилась о неприятную кочку, и Ник остался жив.


Он позволил всей беседе, о которой он только что слышал, прокрутиться в его голове. Он начал понимать одну вещь: этот фальшивый человек не знал, что он фальшивый. Во всяком случае, сейчас нет. Парень подумал, что он на самом деле Ник Картер.


Кто-то, подумал Ник, сумасшедший. И это не я. Но подождите минутку! Минутку - может, все-таки не так уж и безумно. Он вспомнил тот странный момент, когда мужчина был сбит с толку, а голос женщины изменился, был одновременно ласковым и жестким.


Ник ухмыльнулся под дождем. Возможно. Просто могло быть. Вы должны были понять это!


Мужчина был загипнотизирован!


## Глава 10


Форт


Сегодня через Хайберский перевал проходят три маршрута: современная асфальтированная дорога с двумя полосами движения, железная дорога и караванная тропа, которая существует здесь уже тысячи лет. Вскоре после того, как Бет Крейвенс покинула Пешавар, она свернула с асфальта и спустилась по крутому изрезанному колеями склону к древней тропе. Дорога была трудной, и большое тело Ника Картера было безжалостно потрепано. Он утешал себя мыслью, что дама далеко не уйдет.


Он был прав. «Форд» свернул с караванной тропы и начал подниматься по извилистой дороге. Под колесами хрустел гравий. Тьма была абсолютной, если не считать залитых дождем туннелей света, отбрасываемых машиной; У Ника мимолетное впечатление от чахлых деревьев, густого подлеска и лысого холма с плоской вершиной.


Маленький «Форд» сделал последний виток и остановился. Погас свет. Ник съежился под дождем, борясь с чиханием, и услышал, как дверь открылась и хлопнула. Теперь она не напевала.


Шаги уходят. Другая дверь открылась и закрылась. В тот момент, когда он услышал, как закрылась дверь, Ник выскочил из машины и побежал за кустом, который заметил еще до того, как погас свет. Он скорчился в мокрых кустах и стал ждать.


В доме зажегся свет. Ник увидел небольшой каменный дворик, резервуар для воды, металлические навесы, аккуратный деревянный забор. Дама из Корпуса мира жила неплохо! В отраженном свете он увидел, что дом был каменный, длинный, низкий и удобный. Загорелся еще один свет, и он увидел, как она двигалась через окно. Спальня? Он присел и тихонько побежал сквозь проливной дождь.


На кровати лежал влажный плащ. Девушка собиралась натянуть через голову влажное помятое платье, а N3 заглянул в окно.


Он сразу понял, почему Майк Бэннион был так впечатлен. Она была потрясающим существом. Довольно высокая, с длинными ногами и большой твердой грудью. Она бросила платье на пол и на мгновение посмотрела на себя в зеркало над туалетным столиком. Она наклонилась к губной помаде своим широким ртом, затем провела сильной, способной на вид рукой по влажным светлым волосам. На ней были только длинные бежевые чулки с подвязками почти до бедер, черный бюстгальтер и трусики. N3 отметила игру хороших мышц на гладкой бледной спине и плечах. Большая, сильная девушка. Прекрасное тело. Красивое лицо. Жаль, что она была красной. Предательница. Она не собиралась так хорошо выглядеть в тюремной одежде!


Ник решил не убивать ее без крайней необходимости. Живой труп, растрачивающий жизнь за решеткой, был лучшим предупреждением и примером, чем мертвое тело.


Женщина повернулась к окну, и он пригнулся. Она подошла к шкафу и вернулась в тяжелых брюках, куртке с меховой подкладкой, свитере и старой армейской фуражке. Ник смотрел, как она надевала эти вещи и обула на свои стройные ноги пару веллингтонских сапог. У дамы были дела. Он вспомнил разговор на стоянке - ей нужно было увидеться с неким Мухаммедом Кассимом, местным вали, лидером, и успокоить его. Соплеменники были нетерпеливы.


«По крайней мере, нас двое», - мрачно подумал Ник, выходя из окна и возвращаясь к своему мокрому кусту. Я тоже нетерпелив.


Долго ждать ему не пришлось. Свет погас, и дверь тихонько закрылась. Он не слышал, как она запирала его. Это прикинул. Если любовник придет раньше, чем она вернется, он сможет залезть - вероятно, в постель и подождать ее. Идея мелькнула в его голове, но на мгновение он убрал ее. Перво-наперво!


Он скрывался в кустах, пока она не прошла мимо него. Он позволил ей взять на себя небольшую инициативу. Она была застигнута врасплох, не подозревая, не пыталась скрыть свой проход. Она шумно шла, взмахивая палкой по кустам. Ник последовал за ней с хитростью тигра.


Гром грохотал на горизонте, как далекая пушка, и иногда вспыхивали бледные молнии. Ник благословил молнию. Он был чернее кишки сатаны!


Бет Крейвенс ни разу не оглянулась. Она шла уверенно и уверенно, и следующий за ним Картер подумал, что она, должно быть, совершала это путешествие много раз. Наконец они выбрались из долины - он на мгновение увидел ее силуэт на гребне - и достигли широкого плато. Ник предположил, что он будет выходить на Хайберский перевал в узком секторе - вероятно, это был один из старых фортов, построенных британцами в прошлом веке. Племена патанов всегда доставляли неприятности, и англичане никогда их не побеждали.


Ник слишком быстро поднялся по узкой тропинке к гребню и нырнул за огромный валун, когда снова сверкнула молния.


Он слышал девушку, она говорила с кем-то


Девушка сказала: «Инфала джихад!» Если Бог желает священной войны.


Грубый мужской голос ответил: «Лахел. Проходи, мемсахиб. Они ждут вас."


N3 забился за свой валун и быстро подумал. Молния дала ему возможность взглянуть на огромный разрушающийся старый каменный форт. И патанский гвардеец. Большой человек. Он будет хорошо вооружен и крепок. В его голосе было бы много властности. Это будет немного деликатно. Ник согнул правую руку, и стилет Хьюго упал ему в руку.


Девушка исчезла через небольшую дверь в старой стене. N3 вышел из-за своего камня и неуклонно пошел к тому же месту. Вызов пришел в мгновение ока.


Оно пришло. "Это кто? Стой! » Голос патана был жестоким и подозрительным.


Ник Картер хладнокровно пошел вперед. Он должен был подойти ближе. Не должно быть ни звука. Он играл. «Товарищ Картер», - сказал он по-китайски. «Товарищ Ник Картер. Дама уже прошла? У него не было пушту, и он держал пари, что его двойник тоже. Китайцы должны опознать его или хотя бы запутать охранника.


Уловка сработала. Патан колебался достаточно долго, чтобы Ник подошел ближе, когда молния разорвала темное небо на части. Мужчина почувствовал, что что-то не так, и отступил. его Ник Картер прыгнул.


Ник подошел ближе и воткнул стилет мужчине в горло. Убийственный клинок запутался в густой бороде и глубоко вошел в плоть. Ник разорвал его, перерезав яремную вену, и быстро отвернулся, чтобы избежать хлынувшей крови, оставив лезвие в горле, чтобы предотвратить крик. Мужчина быстро умер, и Ник повалил его на влажную землю. Он выдернул стилет и вытер его о плащ из козьей шкуры. Он скрыл тело за валунами, вернулся к задним воротам и некоторое время стоял и прислушивался. Из глубины форта доносились слабые взлеты и падения голосов. Это прозвучало как жаркое обсуждение.


N3 прошел через заднюю часть, как дрейфующая тень. Внутри справа от него в ржавый железный ригель вонзился масляный фонарь. В узком кирпичном коридоре сильно пахло бараньим маслом. Слева от него пол поднимался вверх, и он видел отражение еще одного факела за поворотом. С этого направления доносились голоса.


Справа от него проход уходил вниз. Ник последовал за ним, предполагая, что это приведет к старым казематам, камерам с толстыми стенками и железными дверцами, где англичане хранили порох и дробь. Если то, что он искал, вообще было в форте - так должно быть в казематах.


Заплесневелый сырой проход вел вниз и вниз. Вскоре он увидел еще один масляный факел, мерцающий там, где кирпичный туннель оканчивался переходом. Он шел мягко, едва дыша, с люгером в правой руке без предохранителя.


N3 выглянул из-за угла в переход. Слева от него была глухая стена. Справа он видел высокие железные двери на массивных петлях. Они были почти сомкнуты, железные губы разделяла толщина мужского тела. Изнутри темницы, которую они охраняли, раздался слабый ропот голосов. N3 легко, как огромный кот, подбежал к дверям и прижался к ним.


Мужчины в каземате продолжали приглушенно бормотать. Ник смог разобрать странный звук. Это было за мгновение до того, как он понял. Потом пришла ясность - они играли в карты! Он украдкой взглянул на щель между железными дверями.


Их было двое, смуглые, бородатые и в тюрбанах. Оба были обременены тяжелыми кожаными патронташами, и их винтовки стояли рядом с чемоданом. Взгляд N3 ничего не упустил. Винтовки были старые Krags - значит, новое оружие еще не выдано? - и трафарет на упаковочном ящике гласил ГРАНАТЫ.


Это был конец следа оружия.


Один из часовых резко засмеялся и бросил карточку. «Рона, дурак! Плачь! Я выигрываю! И не пора ли нам облегчить? Где этот заблудший сын больного верблюда? Мой живот зияет! »


Другой мужчина с проклятием отбросил свои карты. «Тебе повезло с самим Шайтаном! Подожди, Омар, подожди! Нюхать это? Это не-"


Ник Картер тихо выругался и возился со своими брюками. Пьер, ужасный газовый шарик, выскользнул из его пальцев и звякнул о кирпичный пол. От крови его пальцы стали скользкими. И кровь отдала его патанцам. Они чувствовали запах крови за милю!


Оба мужчины кинулись к винтовкам. Ник подобрал газовую гранулу, повернул циферблат и швырнул ее в каземат одним плавным движением. Он уперся своим весом в огромные железные двери и напряг все мышцы своего могучего тела. Боже, они были тяжелые! Безмерно! Но они двигались. Медленно. Очень медленно.


У охранников было время сделать по одному выстрелу перед смертью. Пули ударили по железным дверям и снова заскулили по комнате. N3 стоял спиной к массивным дверям и издал тихую небольшую молитву - если бы эти выстрелы были услышаны ...


Пять нервных минут прошло, и никто не пришел для расследования.


Ник вздохнул немного легче, но ненамного. Скоро должно было быть облегчение. И довольно скоро будет найдено тело другого охранника. Нельзя было терять ни минуты. Он сделал свой ход, начал атаку и бросился бежать, спасая свою жизнь. Колебания, единственная ошибка, какой-нибудь дурак, и он был мертвым человеком. Если ему повезет, он быстро умрет. Если нет - хорошо, вспомнил похороненных пакистанцев. N3 пожал большими плечами и снова распахнул дверь. Карма - Кисмет - Иншаллах! Вы называете это. Все это складывалось в счет судьбы и удачи, и когда битва началась, волноваться не о чем.


Он глубоко вздохнул и погрузился в каземат. С этого момента он был слишком занят, чтобы волноваться.


Патаны лежали на кирпичном полу, открыв рты и глядя в глаза. Оба при смерти порвали одежду на своих горлах. Пьер не был доброй смертью.


Ник, все еще затаив дыхание, взял фонарь и быстро обошел огромный кирпичный зал. Стопки ящиков и ящиков доходили до потолка, каждая из которых была аккуратно расписана по трафарету. Это была поставка оружия, которую его двойник обманом вывел из Карачи. Без сомнения.


Ник осмелился теперь дышать. Пары газовой гранулы рассеялись, ушли. И с ними одно из его главных орудий. Запасных у него не было. У него были только люгер и стилет - и его смекалка. Ник оглядел комнату, полную смертоносного оружия, и усмехнулся. Оно не принесет им никакой пользы. Грубая сила не принесла ему победы над половиной племен Хайбер. И пара проницательных операторов вроде женщины и самозванца. Он должен был их перехитрить, иначе ему конец - эта маленькая возня только начиналась.


В углу камеры он нашел открытые ящики с униформой. Он вытащил пару на пол, и часть головоломки встала на место. Стало ясно, как солнечный свет. Индийская униформа! И пакистанская форма! Обе стороны. Меняйте по желанию. Совершите набег на Индию, а затем на Пакистан. Держите кастрюлю с кипятком на огне и продолжайте войну.


Умные эти китайцы!


Ник взял одну из старых винтовок Крэга и разбил коробку с гранатами. Когда он работал, его худощавое лицо было напряженным и мрачным, как мертвая голова. Гадкий народ, с которым он имел дело! Его двойник и женщина устраивали джихад - как только он начнется, индейцы ответят своей версией священной войны - дхармаюдхой. Любой, кто когда-либо читал книгу по истории, знал о религиозных войнах - самых жестоких из всех. И китайцы были готовы раскрыть это миру в своих интересах.


N3 теперь работал с яростью и неистовством. Облегчение наступило с минуты на минуту. Он разорвал в клочья дюжину форм и скрутил их в длинный толстый запал, ведущий от дверей обратно в центр комнаты. Он тихо выругался, вспотев. Обычно агенты AX были лучше всех экипированы в мире. У него ничего не было. Это была импровизация и надежда.


Он вытер руки о форму, чтобы смыть кровь и пот, и снял детонаторы с дюжины гранат. Его пальцы были твердыми, как скала, но по глазам струился пот. Одна ошибка здесь и ...


Ник вылил взрывчатку из гранат вокруг конца взрывателя, который вёл в упаковочный ящик с боеприпасами M1. По краям взрывателя он разложил еще обмундирование, разорванное, чтобы они горели легче. Он хотел, чтобы здесь был хороший горячий огонь - а может, и тогда это не сработает. Не может не взорваться. Было не так просто взорвать правильно упакованные боеприпасы, как изображали некоторые телесериалы.


К концу запала возле дверей поставил масляный фонарь. Он поблагодарил Бога за довольно современную версию. Старый железнодорожный фонарь. Он плотно положил его на коробку и загнул фитиль до упора. Оставалось всего полдюйма. Это должно быть сделано.


Теперь перейдем к действительно опасной части. Ник Картер вывернул шпильку из гранаты и крепко сжал ее. Если он отпустит его сейчас, рычаг отлетит, и место уйдет ввысь. Одной большой рукой он сжимал гранату, а другой ловил шнурок на ботинке. Он уже открутил ее, и она быстро вышла. Он дважды обернул ее вокруг гранаты, чтобы удерживать рычаг на месте, и связал ее зубами и пальцами одной руки. Он тяжело дышал, когда, убедившись, что она выдержит, осторожно опустил гранату в футе от фонаря.


Он вывернул небольшой тонкий фитиль из подкладки пальто и осторожно привязал его к веревке вокруг гранаты. Затем очень осторожно он положил свободный конец тканевого запала на основание фонаря, напротив фитиля и чуть более чем на четверть дюйма ниже пламени. Он взвесил предохранитель монетой и отступил.


Сделано! Когда фитиль фонаря сгорает до запала, он зажигает его, и пламя перемещается вдоль запала к веревке, удерживающей рычаг взвода гранаты. Веревка прожигает и отпускает рычаг, и бух ...


На самом деле не было никакого способа узнать. По пути что-то может погаснуть. Но если все получится, его ждет настоящий взрыв.


Его время вышло. Когда он вышел из комнаты и закрыл огромные двери, он услышал шаги и голоса, доносившиеся из дальнего конца коридора. Черт! Еще несколько секунд, и он бы ушел оттуда!


Ник назвал себя дураком. Надо что то делать - иначе они поднимут тревогу. Опять черт! Ему лучше начать думать прямее, чем сейчас.


У него было время собрать двери, заковать их цепью и защелкнуть огромный замок. Он нашел щель в кирпичной стене и глубоко вдавил в нее ключ. Он мог надеяться, что в каземате было достаточно сквозняка, чтобы фонарь продолжал гореть.


Теперь они были почти на нем. Ник Картер на цыпочках побежал по коридору к повороту. Они будут за углом через секунду. На бегу он вылез из своего тяжелого тулупа и обернул его вокруг люгера. Глушитель!


Когда двое охранников завернули за угол, он выстрелил в них с близкого расстояния, стреляя в лицо и голову, чтобы они умерли быстро и беззвучно.


Глушитель из овчины сработал лучше, чем он ожидал. Стук тяжеловооруженных людей, падающих на кирпичи, производил гораздо больше шума, чем выстрел. Оба умерли так быстро, как он хотел.


N3 на мгновение завис над телами, затем увидел неглубокую нишу в стене поперек коридора и ближе к глухому концу. Это должно быть сделано. Он перетащил туда тела и оставил их. На обратном пути он взял факел из стены и погасил. Он нащупал в темноте свой путь обратно к задней двери.


Его удача держалась. Он все еще мог слышать голоса и видеть огни в дальнем конце коридора, вдали от коридора, который вел его к каземату. Сигналов пока нет. Ник проскользнул через заднюю дверь в залитую дождем ночь. Свежий воздух приятно охладил его вспотевшее тело. Он побежал к укрывающим валунам и остановился передохнуть. Что теперь, друг?


Ему пришлось признать, что он не знал, что именно сейчас. Все, что он мог делать, это продолжать идти, используя любую возможность, продолжать сражаться, надеяться и поднимать все, что он мог. Что-то даст. Может, сам. Но он так не думал.


N3 все еще скрывался в валунах, когда десять минут спустя прошла Бет Крейвенс. Она снова напевала. На этот раз это был «Любовник, вернись ко мне». Маленькая улыбка Ника была злой, когда он задавался вопросом, пророческая ли мелодия.


Он украдкой пошел за ней обратно по тому пути, по которому они пришли. Она казалась счастливой, безразличной. Так что до сих пор ему это сошло с рук. Ничего не было замечено. Пятеро мужчин мертвы и еще не замечены. Патанская организация и дисциплина были немного слабыми. Слава Богу.


Бесполезно беспокоиться о его бомбе в каземате. Он сделал все, что мог. Это могло вообще не сработать; это может частично работать; он может тлеть часами до того, как случится большой взрыв.


Тем временем надо было позаботиться о Бет Крейвенс. Может быть, он сможет уговорить ее вернуться в США. Несколько лет в американской тюрьме будет лучше, чем то, что случится с ней, когда китайские красные покончат с ней. Вторых шансов у них не было.


Ник Картер думал, что он знает, как убедить ее - если бы только самозванец, любовник, которого она ждала, еще не появился.


Он этого не сделал. Ник наблюдал, как женщина принимает душ и готовится к тому, что, как она представляла, будет ночью страсти. N3 не преминул заглянуть в окно ванной и наблюдать за некоторыми очень интимными приготовлениями, которые предпринимает опытная и знающая молодая женщина, когда ожидает любовника. Ник подумал, что она использовала в машине за отелем «Пешавар». Может, она носила их в сумочке!


Его предупредил звук, и он исчез из окна, как призрак. Его двойник приближался. Вторая встреча!


## Глава 11


Сказка на ночь


На этот раз схватки не было


Ник ударил свое альтер-эго сзади, нанеся сокрушительный удар по шее. Мужчина рухнул камнем и замер. Ник затащил инертное тело в укрытие из капающих кустов и начал его зачищать. Единственным источником света в доме теперь был мягкий розовый свет из спальни. Как мило. Как свеча в окне. Она, должно быть, становится нетерпеливой.


«Скоро, детка, - пообещал N3, раздевая мужчину. Он надеялся застать Бет Крейвенс врасплох в темноте, но если она включит яркий свет, он хотел бы быть в состоянии выдать себя за себя. Ник покачал головой. Эта путаница заставляла его нервничать.


Он рискнул при свете карандаша, чтобы осмотреть черты лица человека без сознания. Он почувствовал легкое потрясение - это было как смотреть в зеркало. Этот человек был чертовски близок к идеальному звонку - если вы пропустите крошечные розовые хирургические шрамы и некую подлую складку во рту, которых у Ника обычно не было.


Одет тоже хорошо. Ник надел дорогой костюм, теперь немного мокрый и грязный, и прекрасную рубашку с галстуком, хорошие туфли, палевый «Бербери». Он перенес свой черную пластиковую


кабуру к новому ремню, вставил в него Люгер и был готов к работе. Он оставил самозванца связанным ремнем Ника и полосами, оторванными от его старой рубашки и брюк. Должен подержать его достаточно долго.


Что делать с оружием этого человека, на мгновение стало проблемой. Ник быстро пробежал по ним вспышкой. Его собственные дубликаты. Урезанный 9-миллиметровый «люгер» и стилет - чуть длиннее его собственного. Ничто не было идеальным. Он вынул обойму из «люгера» и сунул ее в карман, а затем швырнул оружие как можно дальше в ночь. Металл лязгнул на каменистом склоне холма.


Когда он направился к дому, свет в спальне погас. Ник глубоко присвистнул мелодию. Он чувствовал себя хорошо. Под ключ и по краю. Готов на все. Он с нетерпением ждал этого - он вспомнил, как она выглядела перед зеркалом.


Он не хотел ее убивать, хотя она этого заслуживала. Она была предательницей своей страны, но такое прекрасное создание. Он знал, что китайцы будут безжалостны к ней за неудачи, и ему не хотелось думать, как они поступят с ней. Он должен дать ей шанс подумать о побеге. Но он должен сделать это быстро. Заберитесь с ней в постель, пока она не заподозрила подозрения. То, что это было бы опасно, он считал само собой разумеющимся, как всегда. Она может выстрелить в него сразу же - или позже. На губах Ника появилась легкая ухмылка - черт возьми, способ получить пулю. И он должен быть осторожен, чтобы не выдать себя до последнего момента - он, конечно, не мог надеяться, что обман будет вечно. Единственная ошибка могла выдать его. Он не знал планировки дома, не знал ни дверей, ни туалетов, ни кухни, ни где что-либо было. Это было бы похоже на бег по странной полосе препятствий в темноте.


«Его голос пройдет, - подумал он. На автостоянке этот человек говорил почти так же, как он сам - Ник тогда гадал, где китайские мастера-шпионы взяли записи или кассеты. Это может стоить внимания - если он когда-нибудь вернется.


Он вошел в боковую дверь, как и Бет Крейвенс. Он использовал свой крошечный свет, прикрыв его рукой, надеясь, что она не увидит его из спальни. Он не мог позволить себе упасть ни на что - быть мертвым из за мелочи.


Женщина позвала из спальни. "Ник? Дорогой? Что вы так долго? Я ждала целую вечность ».


Своим собственным голосом, слегка размытым тем, что, как он надеялся, она сочла алкоголем, Ник сказал: «Я ждал этого ублюдка-черепаху в отеле - он так и не пришел. Я тоже слишком много времени провел в баре. Думаю, я немного пьян, дорогая. Он невнятно произносил слова.


Бет Крейвенс засмеялась, но ее голос стал резче. «Это было не очень умно, дорогой! Ты знаешь, что не стоит слишком много пить, пока работа не закончится. Мы не можем позволить себе рисковать с этим человеком ».


Ник был уже ориентирован. Он направился в спальню и ее голос, сняв одежду на ходу. «Я не настолько пьян», - сказал он, надеясь, что она подумает о нем. Он громко засмеялся, чтобы заглушить звук срывающейся одежды. «Я не так пьян, как ты думаешь!»


«Что ж, надеюсь, ты не слишком пьян. Тебе известно-"


"Я не." Теперь он был обнажен, в руках был стилет и люгер. Он нагнулся и засунул их под кровать. Что за женщина - не прошло и двух часов с тех пор, как она скакала в машине. Теперь она снова была жадной!


«Звучит забавно, - сказала Бет. Он услышал, как она повернулась и потянулась к прикроватной лампе. Он проскользнул под прохладные простыни и притянул ее к себе, прижимая свои губы к ее губам. На мгновение она была напряжена, вопросительно, затем ее тело выдало ее, и она скользнула языком в его рот.


Он не терял времени на предварительные испытания. Мало того, что они были опасны, но еще и оставалось так мало времени.


Бет Крейвенс приветствовала его. Она поднялась, чтобы обнять его. Без тени нежности, но без ненависти и злобы, он взял ее. Возможно, немного жестоко, но Бет, похоже, не возражала. Это она, в конце концов, обратилась в безумие и начала причинять боль в своем экстазе.


Она начала хныкать и царапать его спину. Он почувствовал, как ее ногти царапают его, соскребая плоть. Она следила за каждым его движением, ее влажное тело было приклеено к нему, как будто она никогда не могла с ним расстаться.


Нику она казалась ненасытной. Она была испытанием даже для его большой выносливости. Но в конце концов Бет Крейвенс издала долгий судорожный вздох и перестала двигаться. Но не на долго. Она протянула руку, обняла его за шею своими мягкими руками и покрыла его рот влажными поцелуями. Он предположил, что это был ее способ сказать ему, чтобы он не уходил - лучшее еще впереди.


Он знал, что задерживаться опасно. Он должен поговорить с ней сейчас.


Внезапно прикроватный свет включился, и она смотрела на него со страхом, трепетом и изумлением - и благодарностью? Маленький автомат в ее руке твердо стоял на его скованном мускулами животе. Пистолет у нее был под подушкой!


"Кто ты?" Ее голос дрожал, но пистолет - нет. Она сидела, обнаженная до пояса, ее прекрасные белые груди покачивались, пока она пыталась контролировать свое дыхание. Ее светлые волосы были в беспорядке, а рот опух и размазан.


Ее лицо было розовым, но серые глаза были холодными. Ник мог видеть бешеный пульс в ее молочном горле.


N3 улыбнулся ей. Он чувствовал себя расслабленным, хорошим и уверенным в себе. Пусть думает, что она одержала верх. Каждый раз, когда ему хотелось, он забирал у нее гороховый стрелок.


«Я Ник Картер, - сказал Ник Картер. «Настоящий. Не имитация. Удивлена? »


Она восприняла это спокойно. Он восхищался ее смелостью и умом. Она сразу поверила ему. Затем она улыбнулась и немного отошла, ее палец сжался на спусковом крючке маленького черного пистолета. «Итак, вы пришли. Я думала, что ты придешь, но не могла быть уверена. Я знаю только то, что говорит мне черепаха - а он не очень надежен, когда находится под гипнозом. Он действительно не такой уж хороший агент ».


Ник усмехнулся ей. «Держу пари, в Пекине так думают».


«Да, но они ошибались. Они сделали это в лабораторных условиях - я должна сделать это в полевых условиях ». На красивой цепочке был маленький серебряный медальон. Она рассеянно начала крутить его, ее серые глаза были огромными и пристально смотрели на Ника.


Мужчина из AX роскошно потянулся. «Ты зря тратишь время, дорогая. Я не гипнотизируюсь ». Ни один AX не сделал этого. Это было элементарное требование к службе.


В ее улыбке был оттенок псевдосладости. Глаза были не такими холодными. Но пистолет был как никогда устойчивым. «Это действительно лучше, чем мы думали вначале», - сказала она. «Мои приказы были изменены. Пекин не хочет, чтобы тебя убили сейчас - они хотят, чтобы ты был взят живым. У них на тебя большие планы.


«Как внимательно с их стороны. Бьюсь об заклад, я тоже догадываюсь. Зачем валять дурака с фальшивым Ником Картером, если ты можешь получить настоящую вещь, а? Получите меня, промойте мне мозги и освободите меня примерно через пять лет. Тогда я бы поиграл с безопасностью дяди Сэма, не так ли? Это?"


Ее идеальные зубы сверкнули. "Около того. Независимо от того. У меня есть ты - теперь я могу перестать играть с этим другим дураком. Знаешь, это то, что тебя выдало. Ее улыбка была лукавой и с оттенком похоти. «Ты потрясающий! Боже мой, Черепаха никогда не была такой. В каком-то смысле обидно, что я вынужден отдать вас им.


Ник был доволен собой. Пока ждешь, развлекайся. Если бы он был, взрыв должен произойти в любую минуту.


Ник подарил ей невыносимо медленную улыбку. «Что, если я не пойду с тобой? Ты действительно не захочешь стрелять в меня. Пекину это не понравится. Кроме того, я боюсь, что вы будете разочарованы. Джихада не будет. Ваши патаны не собираются использовать эти два комплекта формы для ведения войны. А если вы ждете помощи от черепахи - не надо. В данный момент он немного связан ». Он наклонился к ней. Она отошла и приставила к нему пистолет. "Держись подальше!"


Ник продолжил: «Я собираюсь сделать тебе предложение - дать тебе шанс. Лучше возьми его. Весь ад должен вырваться на свободу здесь. Вы окажетесь посреди этого, с множеством безумных патанов, преследующих вашу белую шкуру лилии. Было бы разумно пойти со мной. Прямо сейчас. Я верну тебя в Штаты, и ты предстанешь перед судом. Конечно, после того, как я убью твоего мальчика. Черепаху. Что ж, подумайте быстро, мисс Крейвенс. Я темпераментный парень - могу отказаться от этого предложения в любой момент ».


Она плюнула на него. В ее глазах вспыхнула внезапная ненависть. «Ты мерзкий ублюдок! Ты приходишь сюда, набрасываешься вонючей тяжестью и думаешь, что сможешь уговорить меня вернуться в Штаты. Вонючая идиотская страна! Я скорее умру! "


«Вы могли бы преуспеть в этом. Если потом патаны достанут тебя.


Она закричала. - "После чего?" "После чего? Ты - придурок! Помни, у меня есть пистолет. Господи, как бы я хотел тебя убить сейчас!


Ник погрозил ей пальцем. «А-а - Пекин не любит».


Теперь он достаточно ее рассердил. Бред. Но почему не взорвался проклятый форт? Давай, граната! Давай!


Как бы в ответ, это началось тут же. Постепенно нарастающий, пронзительный взрыв, наложенный на бас взрыва. Коттедж затрясся на фундаменте. Гигантская рука подняла его и наклонила вниз. Стены потрескались, потолок обвалился. Маленькая люстра с грохотом упала.


Бет Крейвенс закричала. Ник протянул руку и выбил у нее пистолет. Он сжал кулак и хлопнул ее за ухо, сильно, но не слишком сильно. Она упала на кровать. Он смотрел на нее на мгновение, теперь не чувствуя жалости. Следующая остановка федеральная тюрьма. Он не предполагал, что они ее застрелят. Не в так называемое мирное время.


«Поднимите руки! Брось пистолет! »


N3 уронил. В любом случае это было ему нехорошо - не хватило пистолета, чтобы справиться с этой ситуацией. Он поднял руки и холодно посмотрел на мужчину в дверном проеме. Его двойник. Черепаха. И он нес щит - Майка Бэнниона!


Самозванец стоял за Майком, крепко обхватив горло маленького человечка, удерживая его на месте. Это было несложно. Майк был очень пьян. Его глаза дико закатились, колени обвисли.


Старый Уэбли Майка был в руках его дублера. Он был точно направлен на обнаженный живот Ника Картера. Проклятье! Зайти так далеко, быть так близко, а затем быть уничтоженным пьяницей из лучших побуждений!


Майк, должно быть, искал его, чтобы помочь, и каким-то образом наткнулся на фальшивого агента.


Китайский агент держал Майка в тисках мускулов, которые почти соответствовали мышцам Ника. Он посмотрел на потерявшую сознание девушку. "Ты убил ее?" Его глаза были ясными, а голос твердым, и он выглядел как убийца. Ник предположил, что он вышел из гипноза - он прошел или мужчина был потрясен.


«Она не умерла», - сказал он мужчине. «Просто без сознания. Ты собираешься убить меня?


"Что-то еще?" Глаза, очень похожие на глаза Ника, были холодными и пустыми. Единственным выражением в них была настороженность.


Осторожно, не двигаясь, яростно думая, Ник сказал: «Разве это не похоже на самоубийство?»


Вебли не дрогнул. Мужчина смотрел на Ника с холодным презрением. Картер мог видеть окончательное решение убить в его глазах.


Он кивнул в сторону девушки. «Она сказала мне, что Пекин хочет меня живым».


«Итак, я совершаю ошибку. Я получил неправильный приказ. И ради бога, - не пытайся меня обмануть! Мы оба профи, и ты проиграл, так что заткнись и умри как профессионал. Палец нажал на спусковой крючок «Уэбли».


Не все восхищение Ника Картера было притворным. «У вас тяжелый случай, - сказал он. «Откуда вы в Штатах? У тебя еще есть тут люди? »


«Не твое дело!» Палец переместился на спусковой крючок.


Майк Бэннион начал извиваться и метаться. Он был беспомощен, его держали в массивных руках самозванца, как если бы он был тряпичной куклой. Но борьба продлила жизнь Нику еще на секунду. Мужчина мощно надавил на горло Майка Бэнниона. Маленький человечек пытался сопротивляться, дергая и дергая за мускулистую руку, которая душила его. Его глаза на мгновение нашли Ника, и он попытался ухмыльнуться и выдохнул: «Я… я шороче, Ник. Я нашел его - подумал он тебе! Я буду хорошим парнем, развяжи, а теперь… я такой короче… - Он потерял сознание.


Его двойник злобно ухмыльнулся Нику. «Пусть это станет для тебя уроком! Никогда не нанимайте пьяных помощников. Теперь вы ...


Ник сжал обе руки. «Если ты действительно собираешься убить меня, я хочу помолиться минутку. Конечно, ты не откажешь мне в этом - кем бы ты ни был сейчас. Вы когда-то были американцем. Думаю, ты когда-то был солдатом. У вас, должно быть, были приятели, погибшие в бою. Вы бы не отказали мужчине в праве на последнюю молитву? "


Это было банально, и он знал это, но он играл ради своей жизни. Ему пришлось встать с кровати и встать на колени. «Люгер» находился под кроватью, у изножья, куда он уронил его, когда забирался в кровать с женщиной.


Презрение мелькнуло в глазах собеседника. Он быстро осмотрел спальню. «Если он заглянет под кровать, - подумал Ник, - я уже получил это». Придется бросить пистолет, и на этот раз у меня не получится.


Холодные глаза вернулись к Нику. Мужчина крепче сжал обвисший щит из плоти, которым был Майк Бэннион. Это был щит, который окончательно решил его. Он не понимал, как Ник мог бы добраться до него.


Мужчина сказал: «Я заключу с тобой сделку, Картер. Вы хотите молиться? Так что молитесь. Но сначала вы ответите на вопрос - и если я подумаю, что вы лжете, я убью вас прямо сейчас. Выстрел! Никаких молитв. Хорошо?"


"Хорошо. Что за вопрос?"


Улыбка мужчины была настолько злой, насколько могла быть собственная улыбка Ника. «Мне пришлось убить пару парней, потому что я не мог придумать то, что они называли золотым числом. Сначала это было обычным делом - они даже не спрашивали меня, пока я не получил то, что хотел, - но потом, когда я не смог назвать это проклятое число, у них возникли подозрения, и мне пришлось их убить. Так что же такое золотое число? Если я смогу отвезти это обратно в Пекин, это поможет мне избавиться от этого беспорядка ». Уэбли дернулся к Нику. «Ты говоришь или хочешь умереть благородным? Без молитвы? Скажи правду, и я позволю тебе помолиться. Может, целую минуту.


"Я вам скажу." Это была еще одна авантюра. Если он проиграет сейчас, он запугает многих других агентов. Убейте их. Ник решил не лгать, хотя у него это хорошо получалось. В этой связке он просто не мог рискнуть.


«Это число года в старом цикле Метоника. Это девятнадцать лет. Таким образом, это число может быть от 1 до 19. Номер каждого агента различается в зависимости от того, кто задает опознавательный вопрос. Контакт дает агенту год, любой год, а агент, который назвал себя, добавляет к нему год. Затем он делится на девятнадцать. Остальное - золотое число. Девятнадцать - золотое число, когда нет остатка. Просто?"


Его двойник нахмурился. «Как черт возьми, это просто. Неудивительно, что я не смог это придумать. Хорошо, теперь можешь молиться. Одна минута."


"Благодарю."


Ник Картер соскользнул с кровати на колени, как можно ближе к изножью кровати. Он держал руки сцепленными и хорошо видел. Он закрыл глаза и начал бормотать.


Фальшивый агент сказал: «Всего лишь один признак обезьяньего бизнеса, только один, и вы его получите. Тогда я убью твоего друга здесь. Будь хорошим и умри без проблем, и я отпущу его. Он прост - нет причин убивать его.


Лжец. Очевидная игра для собственного чувства Ника как порядочного американца. Невинные не пострадают. Когда они поймут, что американцы должны были играть так грубо, как могли.


К своему собственному удивлению, Ник обнаружил, что действительно в какой-то мере молился. За успех этого безумного гамбита.


Тогда все пошло! Он перекатился вправо, выхватил «люгер» из-под кровати и продолжал катиться по полу, стреляя. Он попал в же первый выстрел. Затем Вебли зарычал на него. Ник никогда не переставал двигаться, перекатываться, приседать, рыскать. Он позволил пулям вонзиться в грудь Майка Бэнниона.


Шум Смерти утих. В комнате стоял дым от старомодных патронов «Уэбли». Майк Бэннион лежал у двери, поперек тела человека, которого он все-таки не защитил от смерти. «Люгер» на такой смертоносной дистанции пробил пулями тело Майка и попал в дублера Ника. Вебли лежал на ковре на полпути к кровати, куда его бросила умирающая рука.


Ник вставил еще одну обойму в «люгер». Вильгельмина была горячей. Он осмотрел тела. Оба смотрели мертвыми глазами. На мгновение он задержался на Майке Бэннионе. «Мне очень жаль, Майк. Я сдержу свое обещание - проследить, чтобы ваша жена и дети получили немного дядюшкинского сахара.


Он подошел к кровати. Черт! Теперь она никогда не отсидит свое время. Один из безумных выстрелов двойника попал ей прямо в лицо.


Ник быстро оделся и выключил свет. Бэннион, должно быть, вернулся в отель «Пешавар», обнаружил, что он ушел, и каким-то образом узнал, где живет Бет Крейвенс. Он пришел помочь, бедный маленький ублюдок. В конце концов, был достаточно предан


Но это значило, что джип должен быть где-то поблизости.


Ник нашел его припаркованным на старой караванной тропе. Большая часть их снаряжения вернулась в лагерь, но сейчас он не мог об этом беспокоиться. Пора сложить палатку и мягко исчезнуть. В воздухе стоял сладковатый запах взрывчатки, и со стороны старого форта он видел пламя, окрашивающее дождливое черное небо. Рано или поздно чиновники приступят к расследованию - и рано или поздно, возможно, раньше патаны придут за местью. Лучше уйти, когда они это сделают.


Он собирался залезть в джип, когда его осенила мысль. Типичная дьявольская мысль Ника Картера. Почему бы и нет? Это было чертовски безумно, но почему бы и нет? Что-то вроде гарнира к салату. Он вернулся в коттедж, нашел в шкафу наматрасник и принялся за работу. Работая, он обдумывал возможность реализации этого безумного замысла. Если повезет, он сможет это сделать.


Он мог обойти Пешавар, выбраться из Хайбера и отправиться в Равалпинди. Это было около ста миль. Никакого пота, если старый джип выдержит, а бензина еще хватит.


Рано или поздно он наткнется на пакистанский патруль. Да будет так. Он был в безопасности сейчас, или будет, когда выйдет из перевала, и он, вероятно, мог бы мило уговорить их позволить ему связаться с ВВС в Ладакхе. Они будут помнить его. Через них он мог связаться с Хоуком в Вашингтоне. Как только он объяснил ситуацию, Хоук начал тянуть провода и делать свои знаменитые телефонные звонки.


Он был уверен, что его начальник согласится с трюком. Сардоническое чувство юмора Хоука было таким же, как у Киллмастера.


Ник Картер поднял тело под наматрасником, перекинул через плечо и зашагал из коттеджа.


## Глава 12


Возвращение черепахи


Ночью на Пекин выпал первый в году легкий снегопад. Ничего особенного, просто октябрьская глазурь, и Ван-вэй даже не заметил этого, когда ехал к дому в Татарском городе. Его мысли были не о погоде, а о чем-то другом, и это не были легкие или счастливые мысли. Ему не понравился тон, которым Чжоу вызвал его на эту встречу.


На самом деле ему не нравился Чжоу. Этот человек мог быть очевидным наследником, но он также был вором. Не менее! Он действительно забрал Сесси-ю и ее чудесный Золотой Лотос. Тот факт, что Ван-вэй уже нашел новую наложницу, никоим образом не уменьшил его обиду. Он почти любил Сесси-ю.


Когда он вышел из машины и вошел на территорию, его впустили те же охранники. Поднимаясь по лестнице в прихожую, Ван-вэй понял, что это не дежавю - все это действительно происходило раньше. Конечно. Не намного больше недели назад он послал свою Черепаху на миссию, чтобы претворить в жизнь План Дракона. Маленького начальника секретных служб охватило новое беспокойство. Уже два дня из Пешавара ничего не было.


Да, он определенно бывал здесь раньше. Много раз. Но, войдя в длинную комнату с зеркальным полом, Ван-вэй ощутил странное предчувствие. Его бы здесь больше не было!


Чжоу и Вождь по-прежнему ждали его. Там были те же стол и стулья, те же угощения на столе. Только на этот раз Вождь не предложил ему выпить и покурить. Его тон был резким, когда он нажал кнопку, и в квартире внизу зажегся свет.


«Ваша Черепаха вернулась», - сказал Лидер своим холодным тонким голосом. «Я думал, ты хотел бы его увидеть, потому что это так сильно тебя волнует».


Ван-вэй уставился на них. «Девятая черепаха»? Так быстро вернулся - я… я не слышал. Он не сообщил мне."


«Он никому не подчинялся, - сказал Чжоу. Его голос был подлым, противным. «Он пришел через Британскую торговую комиссию. Хорошо запечатан и упакован. Я убежден, что британцы на самом деле не знали, что они поставляют, - они сделали это в качестве услуги американцам ».


"Я не понимаю."


"Вы поймете."


В квартире внизу открылась дверь, и вошли четыре кули. Они что-то несли. Ван-вэй почувствовал, как на нем выступил пот. Гроб! Обычный сосновый ящик.


«Посмотри внимательно, - мягко сказал Чжоу. «Это последний раз, когда вы увидите свою любимую черепаху. Девятую черепаху! Помнишь, как ты хвастался им?


Ван-вэй не смог ответить. Он автоматически ослабил воротник, глядя сквозь стеклянный пол. Это была его Черепаха, верно. Девятая черепаха. Идеальный дублер для Ника Картера. Теперь бледный и все еще в коробке, скрестив руки на большой груди.


«Его даже забальзамировали», - сердито сказал Вождь. «С разрешения американских ВВС. Как они, должно быть, смеются над нами! »


Ван-вэй вытер вспотевшее лицо. «Я… я все еще не понимаю! Я ничего не слышал. Я-"


Чжоу наклонился, чтобы передать ему что-то. Небольшой листок бумаги с проклеенной обратной стороной. Какая-то печать. «Возможно, это просветит тебя, друг Ван-вэй. Гроб был запечатан со многими из них. Все подписано. Прочтите это ».


Ван-вэй уставился на маленькую бумажную печать в своей руке. На нем был символ ТОПОР - маленький кровавый топор! На печати жирным шрифтом было начертано: «Наихудшие пожелания, Северная Каролина».


«Первая и вторая фазы плана Дракона провалились», - сказал Лидер. «Нам придется подумать о другом».


Ван-вэй вытер внутреннюю часть своего воротника. Он не мог оторвать глаз от гроба. «Да, товарищ вождь. Я сразу начну планировать.


«Не ты», - сказал Лидер.


Для Ван-вэя эти слова звучали странно и жутко, как расстрел. Конец


Оглавление

## Глава 1


## Глава 2


## Глава 3


## Глава 4


## Глава 5


## Глава 6


## Глава 7


## Глава 8


## Глава 9


## Глава 10


## Глава 11


## Глава 12


Fueled by Johannes Gensfleisch zur Laden zum Gutenberg