# Нападение на Англию

Ник Картер

Нападение на Англию (пер. Лев Шкловский)


Ник Картер


Нападение на Англию


Посвящается служащим секретной службы Соединенных Штатов Америки


Пролог.


Это был один из тех дней для Генри Уэллси, 55-летнего министра финансов Великобритании. Это началось за завтраком, когда его жена снова заговорила о празднике.


«У вас должен быть настоящий праздник, у вас его не было больше года. Выходные в Bayberry Hall просто не в счет…»


Он знал, что Бэйберри-холл, поместье его матери в Йоркшире, в любом случае не имеет большого значения для Милисента.


«Вам нужно где-нибудь теплое и расслабляющее. Возможно, Испания или Италия. Или Югославия… они говорят, что побережье Далмации чудесно».


«Они, наверное, сказали бы, что я дезертировал», - сухо сказал Уэллси, потягивая какао.


«Не будь абсурдным», - огрызнулась его жена. «Теперь не пытайся меня оттолкнуть, Генри. Тебе нужно позаботиться о праздниках. Предупреждаю, если ты этого не сделаешь, я сам поговорю с премьер-министром!»


«Она бы тоже», - мрачно подумал Уэллси, сидя на заднем сиденье своего Rolls 30 минут спустя, и после полудня. был не в праздничном настроении. Это тоже не улучшилось. В то утро в резиденции премьер-министра было специальное заседание кабинета министров, и Уэллси собирался опоздать. Серый «Ягуар» и грузовик, смертельно спорившие о преимущественном праве, остановили движение по Лондону. Должен был пройти еще час, прежде чем полиция очистит место происшествия.


Уэллси не пропустил все заседания кабинета министров; это затянулось до обеда. Канцлер покинул дом номер 10 по Даунинг-стрит, чувствуя разочарование, как он часто делал в последнее время. Казалось, что международные вопросы всегда преобладают над внутренними. Импульсивно, он остановился у Кука, чтобы купить туристические брошюры. Может быть, Милисент был прав; возможно пришло время для отпуска.


Вернувшись в офис, он только что устроился за своим столом, когда вошла его секретарша с почтой.


«Не могли бы вы принести мне чаю, мисс Таннер? Я знаю, что еще рано, но…»


"Конечно, сэр." Мисс Таннер, не слишком юная, не слишком красивая, но умная, улыбнулась.


Уэлси взял верхнее письмо и открывалку для писем - ему нравилось открывать почту самому, - но он снова положил их и вынул брошюры, которые собрал у Кука. Он откинулся на спинку стула, изучая их. Испания ... Коста-Брава ... Очень мило, как он понял, и не многолюдно в это время года, сказал человек у Кука. Италия… Рим… Венеция… якобы погружение в море. Он покачал головой. «Путешествие по греческим островам». Это была мысль. Он был в Афинах, но никогда на островах. Миконос… Лелос… Родос… Прекрасный…


Последнее, что Генри Уэллси увидел в этом мире, было улыбающееся лицо красивой молодой гречанки, держащей охапку красных красных роз. Мощная 7-миллиметровая винтовочная пуля, вошедшая в затылок у основания черепа, сделала довольно аккуратное входное отверстие, учитывая, что сначала она должна была пройти через закрытое окно, но она пробила кость и ткань, а когда вышла, , Лицо Уэллси расплылось.


Он резко упал вперед, его кровь смешалась с красными розами Родоса.


Мисс Таннер вошла с чаем, нашла его и не могла перестать кричать ...


Первая глава.


Ночь в доках Луксора была липкой, жаркой и безвоздушной. С одной стороны вырисовывались здания пристани, тяжело сидящие на корточках в темноте. С другой стороны, Нил беззвучно скользил по течению к Каиру и морю. За рекой тянулась пустыня, более светлая полоса между маслянистой черной водой и усыпанным звездами небом.


Ожидая на этой пустынной черной набережной, я прикоснулся к Вильгельмине, 9-мм люгеру, который ношу в специальной наплечной кобуре, чтобы успокоить себя. Ощущение мурашек на затылке предупредило меня, что она мне может понадобиться сегодня вечером.


Я был там по приказу Хоука, чтобы связаться с мелким контрабандистом и игроком по имени Оги Фергус. Фергус отправил телеграмму из Луксора премьер-министру Англии о том, что у него есть информация для продажи, которая может пролить свет на жестокое убийство министра финансов Великобритании Генри Уэллси. Поскольку в данный момент у британцев не было агента в этом районе, Хоук вызвался на мои услуги.


Фергус сказал мне по телефону, что встретит меня в доках в полночь. Я взглянул на часы; прошло уже пятнадцать минут. Одного этого было достаточно, чтобы меня насторожить, и я уже думал о том, чтобы уйти, когда услышал звук в темноте.


Я быстро взглянул на маленькую дверь, ведущую на склад позади меня. Она открылась, и теперь вышел мужчина. Он был среднего роста и начал лысеть. На нем был серый костюм, который выглядел так, будто в нем проспали неделю. Но что в нем я сразу заметил, так это его глаза. Они были широко раскрыты, налиты кровью и украдкой метались влево и вправо, ничего не упуская. Я видел эти глаза раньше на сотнях мужчин. Это были глаза кого-то напуганного до смерти, кого-то на шаг впереди смерти.


"Картер?" - прошептал он, боясь, что ночь его услышит.


Я кивнул.


Он распахнул дверь и пригласил меня внутрь. Когда я вошел, он дернул за веревку, и комнату залил свет от голой лампочки, которая


свисала с потолка. Это была небольшая комната, и единственной мебелью в ней были потрескавшийся, испачканный умывальник в углу и грязный матрас на полу. Вокруг валялись скомканные газеты и пустые коричневые пакеты. Пьянящий аромат чеснока и лука витал в воздухе.


Оги Фергус вытащил из кармана пиджака пинтную бутылку спиртного и дрожащими руками сумел открыть ее и напиться долго и крепко. Когда он закончил, он немного успокоился.


«Информация, Фергус», - нетерпеливо сказал я. "Что это такое?"


«Не так быстро», - возразил он. «Не раньше, чем я получу 5000 фунтов и частный рейс в Хартум. Когда я доберусь туда благополучно, вы получите свою чертову информацию».


Я думал об этом, но ненадолго. Пять тысяч фунтов - чертовски низкая цена за то, что он предлагал. Я мог бы получить из Лондона телеграмму в британское консульство в Луксоре, чтобы они дали мне деньги. И нанять частный самолет будет не так уж сложно. Я согласился с его условиями, но предупредил, что с ним будет, если он попробует что-нибудь смешное.


«Это на подъеме, приятель», - скулил он.


«Хорошо», - сказал я. «Деньги будут у меня завтра днем. Тогда я отвезу тебя».


Фергус пожал; его голова. «Завтра вечером, на этот раз». Элл, весь чертов город кишит ублюдками за мной. Средь бела дня меня заметят ».


"Кто преследует тебя, Фергус, и почему?"


«Не твое дело», - парировал он. «Это не имеет ничего общего с убийством в Лондоне. Это личное. Просто будь здесь завтра вечером с деньгами и выходом отсюда».


«Если ты так хочешь…» Я пожал плечами и повернулся, чтобы уйти.


«Картер, - крикнул Фергус, когда я подошел к двери, - еще кое-что. Если со мной что-нибудь случится, иди в бар Гранд Отеля в Танжере. Кто-нибудь свяжется с тобой там и сообщит информацию».


"Как я узнаю его?"


«Не волнуйся, - сказал он, - мой человек узнает тебя. Просто отдайте деньги, и вы получите то, что хотите ».


Я кивнул и ушел.


Мне пришлось ждать до утра, пока откроется телеграф. Когда это произошло, я телеграфировал в Лондон за деньгами. Через три часа я получил ответ. Консульству было приказано выделить мне 5 000 фунтов стерлингов. Собрав деньги, я забронировал чартерный самолет в аэропорту. До встречи с Фергусом оставалось еще восемь часов. Я вернулся в свою комнату, принял душ, заказал джин с тоником. Потом я заснул.


В восемь вечера меня разбудил будильник. Я оделся, собрал портфель с деньгами и на такси дошел до убежища Фергуса.


На этот раз дверь открыл незнакомец. Это был невысокий, довольно худой араб в белом тропическом костюме и красной феске.


Он ничего не сказал мне, только усмехнулся и указал левой рукой на открытую дверь; его правая рука, как я заметил, застряла в кармане пиджака.


Вышел еще один мужчина, крупный, тяжелый араб, одетый в традиционную пустынную одежду - кафию, мантию и сандалии.


Он сказал. - "Мистер Картер?" "Мистер Ник Картер?"


Я не использовал прикрытие с Оги; в этом не было никакого смысла. «Верно, - сказал я.


«Вы пришли познакомиться с Оги Фергусом».


Он не спрашивал, он говорил. Я прищурился, пытаясь лучше разглядеть в темноте. «Снова хорошо», - сказал я, глядя на худощавого мужчину, засунувшего руку в карман. "Где он?"


Толстяк улыбнулся. «Он здесь, мистер Картер. Вы увидите его. А пока давайте представимся. Я Омар бен Аюб». Он внимательно наблюдал за мной, очевидно ожидая какой-то реакции. «А это мой товарищ Гасым».


«Если Фергус здесь, - сказал я, игнорируя представления, - то где он?»


Аюб, в свою очередь, проигнорировал мой вопрос. «Вы бы помогли Оги Фергусу обмануть его коллег, не так ли, мистер Картер? Вы бы помогли ему покинуть Луксор, не выплачивая его долги».


«Я не знаю, о чем ты, черт возьми, говоришь», - огрызнулся я. «Но я хочу увидеть Оги, и я хочу увидеть его сейчас».


Улыбка Аюба исчезла. «Хорошо, мистер Картер», - мрачно сказал он. «Вы увидите его».


Он щелкнул пальцами, и в черном дверном проеме появились еще два араба, здоровенные мужчины в западных костюмах. Они что-то тащили, обмякшее тело мужчины. Они вытащили его на расстояние нескольких футов от меня и бесцеремонно бросили на причал.


«Оги Фергус», - сказал Аюб с удовлетворением в своем ровном голосе.


Я посмотрел на труп у своих ног, мое лицо было невыразительным, а живот сжался. Ладно, это был Фергус. Его убили ножом или другим острым предметом, и это происходило медленно. Тело было сильно изуродовано.


«Оги узнал, что происходит с теми, кто не имеет отношения к Омару бен Аюбу. А теперь, мистер Картер, вы узнаете». Аюб кивнул двум здоровенным людям, которые бросили Фергуса к моим ногам, и внезапно у них в руках оказались длинные ножи, которые носят бедуины пустыни. Я подумал о Хьюго, о тонком, как карандаш, стилете, привязанном к моему правому предплечью. Но в данный момент Хьюго не мог мне помочь. Помимо двух мускулистых мальчиков, тощий приятель Аюба, Гасим, указал на меня этой шишкой в кармане пиджака.


Двое мужчин с ножами вошли внутрь. Один из них был немного тяжелее другого и двигался медленнее, но он вошел первым. Я подумал, что они не собирались убить меня первым ударом. Они хотели, чтобы я умирал медленно, как Оги.


Вошел Номер Один, замахивая ножом мне в живот. Я сделала шаг назад, и нож вонзился в мою куртку. У меня не было времени идти за Вильгельминой. Здоровяк ударил меня, снова опираясь на него всем своим весом. Я отступил в сторону и коротко ударил его по шее, когда он проходил мимо.


Он хмыкнул и сердито повернулся ко мне. Второй человек с ножом завис всего в нескольких футах от него. Теперь, внезапно прибавив скорости, он въехал слева от меня. Он низко замахнулся ножом, к моей грудной клетке. Я повернулся к нему и поймал руку с ножом, повернул запястье вниз и внутрь, в то же время опустившись на одно колено и перекинув мужчину через плечо. Он полетел, сильно ударившись о причал к ногам своего приятеля, едва не сбив его с ног.


Первый бык увернулся, а затем бросился в атаку, выставив нож прямо перед собой. Я слышал, как Аюб крикнул: «Убери его! Убери его!» на арабском, и тогда бык навалился на меня, целя ножом мне в живот. Я сильно ударил ребром ладони по вытянутой руке с ножом, когда я отвернулся от удара и услышал хруст кости. Бык закричал, и нож с грохотом ударился о причал. Когда мужчина пролетел мимо меня, я порезал его толстую шею и почувствовал, как позвонки хрустнули от удара. Он рухнул лицом вниз на скамью подсудимых.


Аюб теперь кричал. - «Убейте его! Убейте его!» Краем глаза я увидел, что Гасым вытащил пистолет из куртки и нацелил его на меня.


Пуля прошла мимо моей головы на несколько дюймов и чуть не попала во второго человека с ножом, когда он вошел. Я схватил его руку с ножом, повернулся, и мы вместе упали.


Мы упали рядом с трупом Оги Фергуса. Мы перекатывались по телу, борясь за нож, Гасым неловко танцевал вокруг нас, пытаясь выстрелить, но боялся стрелять, потому что мог попасть не в того человека.


Аюб закричал на него. - «Стреляй! Стреляй!»


Я должен был сделать что-то быстро. Араб был теперь на мне сверху. Я сжал колено, воткнул ему в пах. Он заорал и упал в сторону. Я ударил его кулаком по лицу, когда он упал. Гасым перестал танцевать и тщательно целился мне в голову.


Я согнул правое предплечье так, как я тренировался сотни раз, и Хьюго скользнул мне в руку. Человек с ножом вставал, и я швырнул в него Хьюго. Стилет перевернулся и вонзился арабу в горло. Когда Хьюго оставил мою руку, я быстро бросился; Выстрел Гасима расколол дерево там, где была моя голова.


Я откатился второй раз, когда Гасым снова выстрелил. Я подошел к люгеру в куртке.


Мой первый выстрел прошел мимо головы Гасима на несколько дюймов, но второй врезался ему в грудь, отбросив его в стену склада позади него. Его пистолет полетел.


Я повернулся и увидел, что Аюб решил сбежать. Я не хотел стрелять; Я хотел узнать, что он знает об Оги Фергусе, поэтому я помчался за ним, нырнул за ним сломя голову.


Мы спустились, вместе попали в док. К несчастью, мы приземлились возле железного прута, который какой-то рабочий оставил на пристани. Аюб отчаянно схватился за него, замахнулся на меня. Он хотел сокрушить мне череп, но удар отразился на моей шее и плече. Однако этого было достаточно, чтобы вырубить Вильгельмину из моих рук и посылать ракеты боли в мою руку.


Аюб снова встал на ноги, все еще держа железный прут. Вильгельмина приземлилась где-то на краю пристани. Я споткнулся, заметил «Люгер» и наклонился, чтобы поднять его.


Но Аюб, двигаясь на удивление быстро для толстого человека, бросился на меня к перекладине. Он собирался положить этому конец раз и навсегда - я видел это по его глазам. Я не мог вовремя поднять Вильгельмину, Аюб двигался слишком быстро. Когда он повернул штангу, я отступил в сторону и позволила ему пройти мимо меня. В следующую минуту он был в воздухе над черной водой, а затем плюхнулся в Нил.


Его несло течение, и он дико метался. Очевидно, он не умел плавать. Его голова ушла под воду, но он снова поднялся, задыхаясь. Голова кафиехеда снова ушла под воду. На этот раз всплыло лишь несколько пузырей, потом река снова стала спокойной.


Я вернулся на причал, чтобы вернуть Хьюго. Оба мускулистых мальчика были мертвы, а Гасим - нет.


Я слышал его стон. Я сунул Хьюго обратно в ножны и, свободно прижимая Вильгельмину к себе, осторожно подошел к тому месту, где лежал Гасим у стены склада.


Когда я увидел, в каком состоянии находится этот человек, я сунул «люгер» в кобуру и присел рядом с ним. Он смотрел на меня остекленевшими глазами.


Я спросил. - "Чем был Оги Фергус для вас и Аюба?" «Если ты не хочешь, чтобы я оставил тебя умирать, тебе лучше поговорить». Он уже был мертв, но не знал об этом.


Он застонал, качая головой из стороны в сторону от боли. «Фергус», - выдохнул он, - «контрабандой вывез… древние сокровища… из страны для нас. Его подслушали… он сказал… намеревался уехать, не заплатив Аюб… последнюю партию груза. Кто-то… американец должен был доставить его… Хартум… частный самолет. Аюб подумал, что ты. … тот человек."


Он закашлялся и был готов сдаться. Я подпер его голову. «А как насчет информации, которую Фергус имел для британского правительства?» Я спросил. "Был ли Аюб в этом замешан?"


Остекленевшие глаза Гасима искали мои. "Британское правительство?"


Теперь я не видел смысла в скромности. «Да, телеграмма, которую Оджи послал премьер-министру. Информация, которую он имел об убийстве Генри Уэллси. Был ли Аюб извлечен из этого выгода?»


«Я ничего не знаю… об этом», - выдохнул Гасим. «И… Аюб».


Внезапно он застыл в моих руках, потом обмяк. Он был мертв.


Я опустил его голову и на мгновение преклонил колени в темноте. Случайно я оказался замешан в одной из темных сделок Оги Фергуса - по иронии судьбы чуть не убил себя - и я все еще ничего не знал об убийстве. Конечно, возможно, что Аюб что-то знал, не сказав Гасиму. Но сейчас это не имело значения, так или иначе. И Оги, и Аюб не поддавались дальнейшему объяснению или попустительству.


* * *


На следующий день я вылетел рейсом United Arab Airlines в Каир и сел на следующий самолет до Танжера. Я прибыл в Танжер и сначала снял номер в Гранд Отеле в Медине, о котором упоминал Фергус. Я пообедал в соседнем ресторане, попробовал пиво Mechoui и Stork Pils, а затем вернулся в бар отеля.


Я потягивал «Перно», стоя у барного стула спиной к бармену с темными усами, когда вошла девушка. Она была молода, одета в черный футляр и сандалии на высоком каблуке. Длинные прямые темные волосы ниспадали ей на плечи. Она была прекрасна так, как могут быть прекрасны только молодые арабские девушки: темная, землистая красота с оттенком таинственности. Она шла так, что мужчине хотелось дотянуться до нее и прикоснуться к ней, чувственная походка с волнистыми бедрами, движением грудей, эротическим, но не вульгарным проявлением ее тела. Я наблюдал, как она прошла мимо меня, избегая моих глаз, оставляя в воздухе слабый запах мускусных духов. Она села на табурет примерно на полпути к стойке и заказала шерри. После того, как бармен обслужил ее, он подошел ко мне.


«Каждый день она входит вот так, - сказал он, заметив мой восхищенный взгляд. «Она заказывает одну рюмку - только одну - и уходит».


«Она прекрасна», - сказал я. "Вы знаете ее имя?"


«Это Хадия, что по-арабски означает« дар », - сказал он, улыбаясь сквозь усы. «Она танцует в отеле« Мирамар ». Могу я вас познакомить?»


Я взял свой Pernod. «Спасибо, - сказал я, - но я сделаю это в одиночку».


Девушка повернулась, чтобы посмотреть на меня, когда я сел рядом с ней. Ее глаза, большие и черные, вблизи казались еще красивее, но сейчас они были отстраненными и настороженными. "Могу я купить вам выпить?" Я спросил.


"Почему?" - холодно сказала она.


«Потому что вы напоминаете мне о пяти памятных днях, которые я провел в Ливане, - сказал я, - и потому что мне нравится быть рядом с вами».


Она посмотрела мне в глаза и долго изучала мое лицо. «Хорошо», - внезапно сказала она. «Вы напоминаете мне три прекрасных дня в Гибралтаре».


Мы тогда вместе посмеялись, и ее смех был музыкальным. Мы обменялись именами и немного поговорили о Танжере, а затем появился бармен.


"Звонок для вас".


Я внутренне застонал. Я знал, что это Хоук. Его самолет, должно быть, прибыл рано. Я попросил Хадию подождать меня и извинился. Я ответил на звонок в холле, чтобы уединиться.


"Ник?" Голос был живым, деловым, с легким намеком на новоанглийский акцент.


«Да, сэр. Надеюсь, у вас был хороший полет».


«Девочки были хорошенькими, но еда была ужасной», - скривился Хоук. Я представил его худое, нетерпеливое лицо с густыми седеющими волосами, когда он вспотел в телефонной будке аэропорта Танжера. «У меня всего несколько часов между рейсами, Ник, так что поцелуй девушку на прощание, кем бы она ни была, и встретимся со мной в ресторане« Дженина »на ранний ужин ровно через… полтора часа».


Я согласился, и телефон щелкнул мне в ухе. Я постоял на мгновение, гадая, что Хоук приготовил для меня сейчас и будет ли это продолжением бизнеса в Луксоре. Затем я вернулся к девушке. «Я должен уйти», - сказал я. "Бизнес."


«Ой», - сказала она, мило надуясь.


«Но я думаю, что пойду сегодня вечером на концерт в Мирамаре», - сказал я. «Если это вообще возможно».


«Я бы хотела этого, мистер Картер». Она улыбнулась мне.


Я отступил. «Я назвал тебе свое имя, а не фамилию».


«Оги Фергус сказал мне, что ты будешь здесь», - сказала она.


«Как, черт возьми…»


Ее лицо стало серьезным. «Оги позвонил мне вчера днем из Луксора. Он описал вас, а затем сказал, что если с ним что-нибудь случится, я должна передать вам фотографию, которую он хранит в своем чемодане в нашей комнате».


Каким-то образом мысль об этой красивой вещи, принадлежащей Ожи Фергюсу, застала меня врасплох, и я, должно быть, зарегистрировал ее. Я открыл рот, чтобы что-то сказать, но она меня оборвала.


"Что-то пошло не так, значит?" спросила она.


Я сообщил ей подробности. Она восприняла все это пассивно, а затем сказала: «Должно быть, это произошло, когда он разговаривал по телефону».


"Что должно было случиться?" Я спросил.


«Когда его убили. Он говорил:« Скажи Картелю… когда линия оборвалась ».


"Это все, что он смог сказать?"


Она покачала головой вверх и вниз.


"Ничего более?"


"Ничего."


«У меня здесь деньги», - я похлопал по кейсу атташе. «Дай мне фотографию».


«Это в моей комнате», - сказала она. «Встретимся сегодня вечером, после спектакля. Тогда я отдам его тебе».


«Теперь я знаю, что пойду на шоу», - сказал я.


«Сделай это», - улыбнулась она, затем соскользнула со стула и вышла.


* * *


Я пошел в ресторан «Дженина» в Касбе. Большинство моих встреч с Хоуком проходили в его офисах в здании Amalgamated Press and Wire Services на DuPont Circle в Вашингтоне. Мы редко совещались за пределами Вашингтона или Нью-Йорка, еще реже за пределами США. Ястреб не любил гастроли по всему миру и отправлялся за границу только по самым срочным вопросам. Он, очевидно, классифицировал свой визит в Йоханнесбург и нашу встречу в Танжере как срочную.


Хоук прибыл вскоре после меня, и мы заняли внешний столик. Он выглядел почти англичанином в твидовом пиджаке и серых брюках. Его лицо было морщинистым и выглядело усталым, а худощавое тело - даже стройнее, чем обычно.


«Неудача в Луксоре, Ник. Чертовски неудача. Но, может быть, ты что-нибудь получишь от девушки». Он вытащил из куртки длинную коричневую сигару, сунул ее в рот и проглотил, не закуривая. «Вы, наверное, еще не видели этого в газетах, но в Лондоне произошло еще одно убийство». Он вынул сигару изо рта и посмотрел на мою реакцию.


Я спросил. - "Другой правительственный чиновник?"


«Можно так сказать. На этот раз это Перси Думбартон, министр обороны Великобритании».


Я присвистнул и посмотрел на узкую, вымощенную булыжником улицу, сквозь медленное движение арабов в робах и телеги с осликами к разрушающимся старым зданиям напротив. Я начал комментировать, но тут вернулся официант, чтобы принять наш заказ. Я заказал марокканский кус-кус с курицей, и Хоук решил попробовать стейк. Затем официант снова ушел.


«Думбартон, - продолжал Хоук, не дожидаясь моего ответа, - был одним из самых способных лидеров Англии. Убийца оставил еще одну записку, и теперь ясно, что угроза в первой записке не была праздной».


«Вы не рассказали мне об этом», - напомнил я ему. Хоук снова полез в карман и протянул мне два листка бумаги. «Вот. Я напечатал то, что было сказано в двух заметках. Первая - первая».


Я читал: «Это доказывает, что мы серьезно относимся к делу. Чтобы предотвратить смерть других членов кабинета министров, британское правительство должно договориться о выплате нам суммы в десять миллионов фунтов в течение двух недель. Еще одна казнь будет происходить каждые две недели, пока не будет произведена оплата. и сумма будет увеличиваться на два миллиона фунтов после каждой последующей смерти.


"Британское правительство спасет важные жизни, значительные страдания и миллионы фунтов стерлингов путем немедленной капитуляции перед нашим требованием. Когда будет принято это неизбежное решение, над зданием парламента должен быть поднят белый флаг. будет доставлено авизование способа оплаты ".


Я посмотрел на Хоука. «Интересно», - сказал я. Затем я прочитал вторую записку, оригинал которой был найден на месте второго убийства:


«Вас предупредили, но вы не восприняли нас всерьез. Теперь ваш министр обороны мертв, а наш спрос вырос до двенадцати миллионов фунтов. Не слишком ли гордится правительство Великобритании, чтобы капитулировать? Будем надеяться, что нет. Мы будем следить за белым флагом."


Я медленно покачал головой. "Что британцы думают об этом?" Я спросил.


«Они не знают, что с этим делать, N3», - мрачно сказал Хоук. «Они буквально бегают по кругу. Это были особо кровавые убийства, и паника растет в высших кругах. Ходят слухи, что даже королева не в безопасности. Это самая большая вещь за многие годы. Это может буквально разрушить британское правительство, если они не понимают, в чем дело ".


Официант вернулся с едой. Хоук нетерпеливо набросился на стейк, разговаривая во время еды.


«Сначала они думали, что это может быть один из международных преступных синдикатов. Или, может быть, даже бывший заключенный, недавно освобожденный, с обидой на официальный Лондон. Теперь они думают, что это могут быть русские».


Я был настроен скептически. - "В самом деле?"


«Возможно, это не так надумано, как кажется. У русских есть серьезные разногласия с некоторыми из высших руководителей Великобритании. Думбартон был одним из них. Они могут пытаться вызвать смену правительства в Лондоне - прямым путем. Это было сделано раньше ".


Хоук допил стейк и откинулся назад. «Может быть, Россия более агрессивна, чем мы думаем», - продолжил он. «Думбартон настаивал на разработке истребителя, который сделал бы МИГ похожим на Fokker DR-1 фон Рихтофена. Он также настаивал на создании бактериального арсенала. Британская разведка указывает на язык заметок - повторяющееся использование слова« мы ». и «нас», тот факт, что это тот же вид бумаги, который использовался российским субагентом в другом деле. И, наконец, к тому факту, что Борис Новостной, который недавно появился в Лондоне, теперь таинственным образом исчез из поля зрения . "


«Он один из лучших в КГБ», - сказал я задумчиво.


Хоук кивнул.


"И поэтому вы здесь. Начальник ГП


Группа «Выборочные миссии» и премьер-министр собрались вместе и решили, что, поскольку вы уже участвуете в этом деле через Оги Фергуса, и особенно потому, что Новости и его люди никогда вас не видели, было бы неплохо, если бы я одолжил вас им для какое-то время."


«И на этом завершается еще один короткий, но великолепный праздник», - сказал я. «Я просто хотел бы получить что-нибудь от Фергуса».


«Возможно, у него ничего не было», - сказал Хоук. «Максимум, что они смогли узнать о бедняге, - это то, что он служил коммандос несколько лет назад, а затем пошел под откос. Конечно, он мог выполнять некоторую вспомогательную работу для коммунистов и что-то подслушивать. В любом случае, сейчас это не имеет значения. Британцам нужна вся помощь, которую они могут получить, чтобы взломать это. Мне очень жаль, Ник, что ты, кажется, получаешь все противные задания, но это связано с тем, что ты так хорош в своем деле. "


Я принял комплимент. - "Спасибо. Когда я полечу?"


«Завтра рано утром. Это первый рейс». Он ухмыльнулся. «Я думаю, у тебя будет время снова увидеть ее сегодня вечером».


Я усмехнулся в ответ. - «Я рассчитывал на это».


Отель Mirimar был старинным доколониальным зданием, сохранившим свой европейский колорит. Клуб располагался в задней части вестибюля. Я сел за столик и заказал скотч со льдом. Когда официант ушел с моим заказом, я осмотрел окрестности. Комната была тускло освещена, большая часть света исходила от свечей, стоявших на каждом столе. В Танжере на отдыхе клиенты в основном составляли европейцы, а некоторые модернизированные арабы в западной одежде потягивали турецкий кофе и оживленно разговаривали между собой.


Как только подали мой напиток, свет погас, и началось представление. Первым выступил французский певец, который прошел несколько номеров, оплакивая душевную боль потерянной любви. За ней следовала процессия танцовщиц живота, чей талант был более достоин Восьмой авеню в Нью-Йорке, чем на Среднем Востоке.


Наконец объявили о Хадии, и в комнате воцарилась почтительная тишина. Музыканты заиграли бит, и Хадия соскользнула на сцену с кулис.


Она была одета в стандартный костюм танцовщицы живота, но он был таким же стандартным, как и она сама. С самого начала было очевидно, что она на голову выше среднего танцора живота. Мышцы ее живота дрожали от контроля, на совершенствование которого ушли годы. Ее груди тряслись, как будто у них были собственные мысли, и даже движения ее рук выдавали изящество, которое было издавна, когда танец живота был искусством, а не убогим стриптизом, к которому его относили в последние годы.


Она кружилась босиком, ее тело реагировало на ритм музыкантов, страстно поднимаясь в ритме и соблазнительно замедляясь на спусках. Около меня я мог слышать затрудненное дыхание клиентов-мужчин, которые наклонились вперед, чтобы лучше рассмотреть ее. Несколько женщин-наблюдателей смотрели на нее с завистью, все время изучая каждое ее движение, пытаясь скопировать их на тот момент, когда они могли использовать их наедине со своими мужчинами.


Ближе к концу выступления музыка становилась все более жесткой, но Хадия не отставала от нее, пот стекал с ее лица, следил за напряженными мускулами шеи и растворялся в глубокой долине, разделяющей ее груди. Она достигла своего пика с финальным крещендо барабанов, затем упала на колени, согнувшись в талии.


На минуту в комнате воцарилась трепетная тишина, затем все как один разразились бурными аплодисментами. Несколько человек поднялись, их руки работали как поршни, включая меня. Хадия приняла аплодисменты и скромно убежала за кулисы. Хлопания в ладоши постепенно утихли, и, как по команде, клиенты раздавали коллективный ропот, каждый язык повторял каждое движение ее выступления.


Я потребовал свой чек, заплатил официанту и пробрался за кулисы. За кулисами меня остановил крепкий вышибала, который удержал меня, положив свои мясистые руки мне на грудь. Я убрал его руку и двинулся к двери, которая, как я предположил, принадлежала Хадии.


Я почувствовал тяжелую руку вышибалы на своем плече, когда постучал. Я как раз собирался аргументировать это, когда появилась Хадия.


«Все в порядке, Кассим», - сказала она, и хватка на моем теле ослабла. Я вошел в гримерку, не обращая внимания на толстого араба.


Хадия скрылась за занавеской, переоделась в уличную одежду и вышла за дверь. Когда мы вышли на улицу, она остановила такси и дала водителю адрес своей квартиры, когда я устроился рядом с ней.


Жилище Хадии находилось на верхнем этаже старого ухоженного здания в квартале серебряных дел мастеров с видом на море. Она открыла дверь, пропустила меня, затем последовала за мной и заперла ее. В окно лился свет полной луны. Я просканировал гостиную в поисках следов Фергуса. Их не было. Это была среда обитания для самок.


Хадия налила себе рюмку бренди, протянула мне одну и села в единственное кресло в комнате. Я опустился на диван и посмотрел на нее поверх ободка моего стакана.


Наконец я сказал: «Фотографию, которую Фергус сказал мне дать?»


Она полезла в складки платья и вытащила из кармана фотографию. Она передала его мне. Я изучил это. Это была старая фотография, потускневшая со временем. В нем было 20 человек, все в боевой одежде пустыни, все выстроились в формальную групповую позу в четыре ряда.


«Это старый отряд коммандос Фергуса, - сказал Хадия. «Он во втором ряду, второй слева. Снимок сделан в 1942 году в Каире».


Я перевернул его, надеясь найти там что-то написанное. На нем было только имя фотографа. Все, что Фергус хотел мне сказать, было на этой фотографии, вероятно, касающееся одного из мужчин.


«Расскажи мне о Фергусе», - сказал я.


Она отпила бренди. «Я ничего не знаю ... о его бизнесе, я имею в виду. Его несколько раз арестовывали за контрабанду золота. Однажды его допрашивала полиция о чем-то, связанном с гашишем - я думаю, он его продавал. Помимо этого, он навещал меня раз, может быть, два, в год. Иногда он приносил мне деньги. Иногда он занимал у меня деньги ».


«Чемодан, откуда фото? Что еще в нем?»


«Ничего», - сказала она. «Всего лишь несколько старых вещей».


Я встал, вошел в спальню. Открытый чемодан лежал на ее кровати. Я порылся в нем и не нашел ничего, кроме нескольких смен мужской одежды и старого, изъеденного молью свадебного платья.


«В нем была моя мать», - сказала Хадия позади меня, когда я поднял ее.


Я повернулся к ней, спрашивая ее глазами.


«Это было свадебное платье моей матери», - повторила она. «Она была женой Фергуса».


"Его что?"


«Его жена. Она вышла за него замуж, когда мне было четыре года. Фергус был моим отчимом».


Затем она впервые выразила эмоции по поводу смерти Фергуса. Слезы затопили ее глаза, и она уткнулась головой в мою грудь, схватив меня за руки. Я как мог успокоил ее, заверив, что все будет в порядке. Слезы постепенно утихли, и ей удалось сказать: «Он был добр ко мне, Ник. Он был как мой собственный отец. Может, он и был плохим человеком, но для меня он был хорошим». После смерти моей матери, когда я была 10 лет, он заботился обо мне, как я была его собственной дочерью ».


Я понимающе кивнул.


Мы все еще стояли очень близко друг к другу, и внезапно я ощутил новое, другое чувство. Грудь Хадии была прижата ко мне, и я чувствовал теплый сладкий запах ее волос. Мои руки обвились вокруг ее тела. Я крепко поцеловал ее, мой язык проник в ее рот, исследуя его, встречаясь и переплетаясь с ее языком.


Хадия потянулась к себе за спину и расстегнула пуговицы платья, которое было на ней. Он скользнул к ее ногам. Под ней были только крошечные прозрачные черные трусики от бикини, которые подчеркивали ее бронзовые изгибы. Ее обнаженные груди, которые так волновали туристов в Мирамаре не так давно, выпирали наружу, полная и свободная, их коричневые кончики торчали вверх.


Я возился на мгновение со своей одеждой, а затем обнаружил себя рядом с этим теплым, волнующим телом на кровати. Темные глаза Хадии мягко светились в полумраке комнаты. Ее руки притянули меня к себе, а ее руки скользнули по моей спине.


Я поцеловал ее, и теперь ее язык скользнул в мой рот и исследовал его, пока ее руки ласкали меня. Я положил ряд поцелуев вдоль ее плеч, спустился к этим набухшим грудям и, наконец, вниз по выступу ее живота к пупку, который удерживал небольшой искусственный драгоценный камень во время ее танца в отеле. Я задержался у пупка, ласкал его языком, и она вырвалась из тихого стона.


Ее бедра обхватили меня, и я стал искать глубину между ними. Мы соединились с ее тихим вздохом. А потом те бедра, которые творили волшебные вещи в танце, начали двигаться в ответ на мой размеренный толчок. В нас встроился поток. Дикие бедра дернулись и задрожали в примитивном ритме, тянувшись ко мне.


Она подняла ноги выше моих плеч, и я схватил ее за ягодицы обеими руками. Она стонала, двигаясь в идеальном согласии с моими толчками, все глубже и глубже, все сильнее и сильнее, пытаясь раствориться в ней. Бедра Хадии продолжали двигаться вместе со мной в течение долгого времени, но потом она выгнула спину, ее пальцы царапали мои руки, из ее горла вырвался резкий крик. Я вздрогнул, услышал, как издаю странный животный звук, и рухнул на нее. Я был весь в поту. Я съехал с Хадии. Моя голова утонула в подушке, и я заснул насыщенным сном.


* * *


Меня разбудило дергание за плечо. Я вскочил, чтобы противостоять испуганной девушке.


«Кто-то у двери», - прошипела Хадия мне на ухо.


Я потянулся к Вильгельмине, но было уже поздно. Дверь распахнулась, и внутрь ворвался мужчина. Он выстрелил в мою сторону. Я скатился с кровати и приземлился на пол. Я схватил ночник и швырнул, затем прыгнул. Я ударил его, когда он снова поднял пистолет, чтобы выстрелить. Моя ладонь взметнулась вверх и ударила в его подбородок. Его шея дернулась назад с треском, эхом отразившимся от стен комнаты.


Я потянулся к выключателю на стене, включил его и посмотрел на тело передо мной. Мужчина явно умирал. Затем я взглянул на Хадию. Малиново-красное пятно распространялось ниже ее левой груди.


Она сдержала выстрел, предназначенный для меня.


Я поднял ее голову руками. Розовые пузыри текли по ее губам, затем она задрожала и замерла.


Мужчина на полу застонал. Я пошел к нему. "Кто вас послал?" Я пожал ему руку.


«Аюб», - закашлялся он, - «мой брат…» - и умер.


Я порылся в его карманах и нашел только корешок от рейса United Arab Airlines. Если он был братом Аюба, для него было естественным выследить меня. Кровавая вендетта - это часть жизни в этой части мира. Я убил его брата, и его долгом было убить меня. Все это было чертовски глупо, и Хадия умерла из-за этого.


Вторая глава.


Мой рейс 631 BOAC прибыл в аэропорт Лондона в 11:05 солнечного утра следующего дня. Никто меня не встретил, потому что Хоук не хотел никакого приема. Я должен был нанять такси, как и любой другой посетитель, и попросить водителя отвезти меня в офис Британской туристической ассоциации на улице Сент-Джеймс, 64. Там я увидел человека по имени Брут. Брут, его настоящая личность - хорошо охраняемая тайна, - был противоположным номером Хоука в Лондоне. Он был главой отдела особых миссий руководителя специальных операций. Он давал мне конкретные инструкции относительно задания.


Я использовал пароль, чтобы получить доступ к закрытому верхнему этажу здания Travel Association, и меня встретила военный охрана из двух человек в лощеной униформе британской армии. Я назвался.


«Следуйте за нами, сэр», - невозмутимо сказал мне один из них.


Мы двигались по коридору тесным бойким строем, сапоги стражников в резком ритме стучали по полированному полу. Мы остановились перед большой обшитой панелями дверью в дальнем конце коридора.


«Вы можете войти, сэр», - сказал мне тот же молодой человек.


«Спасибо», - сказал я и открыл дверь в небольшую приемную.


Я закрыл за собой дверь и оказался перед женщиной средних лет, сидящей за столом, очевидно, секретарем Брута. Но мой взгляд быстро прошел мимо нее к поистине прекрасному зрелищу. Девушка в очень коротком кожаном платье, повернувшись ко мне спиной, склонялась над подоконником, чтобы поливать растение в ящике за окном. Из-за ее положения платье открывало каждый дюйм ее длинных молочных бедер и часть хорошо закругленной, обтянутой кружевом ягодицы. Мне понравился вкус Брута к офисной помощи.


Пожилая женщина проследила за моим взглядом. «Мистер Картер, я полагаю, - сказала она, улыбаясь.


«Да», - сказал я, неохотно переводя взгляд. Пока я говорил, девушка повернулась к нам, держа в руках небольшую лейку.


«Мы ждали вас», - сказала секретарь. «Я миссис Смайт, а это Хизер Йорк».


«С удовольствием», - сказал я миссис Смайт, но мой взгляд вернулся к девушке. Она была светловолосой, коротко остриженной. У нее были большие голубые глаза, самые яркие синие, которые я когда-либо видел. У нее было идеальное лицо: прямой нос тонкой формы над широким чувственным ртом. Микро-мини, который она носила, едва прикрывала ее, даже когда она стояла прямо. Коричневая кожа выступала на округлой груди над узкой талией. Ее икры были обтянуты коричневыми сапогами в тон платью.


«Брут немедленно увидит вас, мистер Картер, - сказала миссис Смайт. «Обшитая панелями дверь слева от вас».


"Спасибо."- Я улыбнулся блондинке, надеясь увидеть ее позже.


Брут встал из-за большого стола из красного дерева, когда я вошел. «Ну, хорошо! Мистер Ник Картер! Хорошо! Хорошо!»


Его рука проглотила мою и покачала ею. Это был крупный мужчина, такого же роста, как я, и у него было одно из тех квадратных британских армейских лиц. Его бакенбарды были серыми, а вокруг глаз были морщинки, но он выглядел как человек, который все еще может возглавить военный штурм и получать от этого удовольствие.


«Рад познакомиться, сэр», - сказал я.


«С удовольствием, мой мальчик! Совершенно верно! Ты знаешь, твоя репутация опережает тебя».


Я улыбнулся и сел на стул, который он мне предложил. Он не вернулся на свое место, а встал в углу стола, его лицо внезапно стало мрачным.


«У нас тут большой провал, Ник, - сказал он. "Мне очень жаль, что мы втягиваем вас в наши проблемы, но вас здесь мало знают, и, честно говоря, мне нужен был опытный человек, который без колебаний убил бы, если это станет необходимым. Наш единственный человек вашего калибра неразрывно связан с проблемой на Мальте ".


«Я рад помочь», - сказал я.


Я подробно рассказал ему обо всем, что произошло в Египте, а затем отдал фотографию. Некоторое время он изучал его, а затем согласился со мной, что все, что Фергус хотел нам сказать, как-то связано с одним или несколькими мужчинами на снимке.


«Потребуется время, чтобы выследить всех этих людей», - сказал он. «Между тем есть еще новости».


Брут зашагал возле стола с повязками за спиной. «Мы не знаем, коммунисты это или нет. Мы знаем, что "Новостный" здесь с какой-то зловещей целью, но он может не иметь ничего общего с убийствами. Однако мы должны проверить его, и время имеет жизненно важное значение. любые другие идеи, исследуйте их. Только не забудьте регулярно уточнять у меня ".


Он потянулся через стол, взял два листка бумаги и передал их мне. Это были


оригинальные записи, оставленные убийцей или наемными убийцами. Я их изучал.


«Вы заметите, что они написаны от руки и написаны одним и тем же человеком», - указал Брут.


«Да», - сказал я задумчиво. "Вы проанализировали письмо?"


«Нет, - сказал он, - но я могу устроить это, если хочешь».


Я кивнул. Я не был экспертом, но стиль каракулей не подсказывал мне крутого профессионального агента. Конечно, это могло быть частью дымовой завесы. «Хоук сказал, что убийства были кровавыми».


Брут вздохнул и упал в кожаное кресло за столом. «Да. Понимаешь, мы старались не оглашать более запутанные подробности в газетах. Уэлси оторвало затылок выстрелом из мощной винтовки. Он был застрелен через окно своего офиса опытным стрелком с некоторого расстояния. . Почти как профессионального охотника. "


«Или профессионального убийцы», - сказал я.


"Да." Он потер подбородок. «Убийство Перси Дамбартона было довольно неприятным. Он получил ножевое ранение, когда гулял со своей собакой. Собаке было перерезано горло. Записка была прикреплена к пальто Думбартона. Первая записка, кстати, была найдена в неоткрытой почте на столе Уэллси. . "


«Может, тебе стоит просто заплатить деньги и посмотреть, что произойдет», - предположил я.


«Мы думали об этом. Но двенадцать миллионов фунтов стерлингов - это большие деньги даже для британского правительства. Я скажу вам откровенно, тем не менее, есть значительное давление со стороны членов кабинета и министерства с целью их выплаты. Мы может закончиться этим. Но на данный момент у вас есть как минимум неделя, чтобы что-то разработать ».


«Я сделаю все возможное, сэр».


«Я знаю, что вы обычно предпочитаете работать в одиночку, - сказал Брут, - но я собираюсь назначить агента из моего подразделения SM, который будет работать с вами над этим. Вы двое будете подчиняться только мне. Есть и другие агентства, которые работают. по этому поводу, естественно, - МИ5, МИ6, Двор и другие. Они не должны делиться какой-либо информацией, которую вы разрабатываете, кроме как через меня. Это понятно? "


«Совершенно верно», - сказал я ему.


Он улыбнулся. "Хорошо." Он нажал кнопку на своем столе. «Пошлите Йорка. Мисс Смайт».


Я нахмурился. Разве это не имя блондинки, с которой меня познакомили в приемной…? Дверь позади меня открылась, и я повернулся. Прекрасное создание в кожаном миниатюрном миниатюрном кожаном костюме быстро вошло в комнату, широко улыбаясь и проходя мимо меня к столу из красного дерева. Она села на край стола, как будто сидела там много раз прежде.


«Это мистер Ник Картер, Хизер», - сказал Брут, улыбаясь ей. «Ник, мисс Хизер Йорк».


«Мы встретились снаружи», - сказала она, не сводя с меня глаз.


"О, хорошо." Он посмотрел на меня: «Хизер - агент, с которым ты будешь работать, Ник».


Я перевел взгляд с девушки на Брута и обратно на нее. «Будь я проклят», - мягко сказал я.


Рассказав Хизер о фотографии, Брут отпустил нас. Когда я подошел к двери, он сказал: «Оставайся на связи. Через день или около того у нас будет что-нибудь о мужчинах на фотографии».


* * *


Я взял такси и отправился в небольшой отель недалеко от Рассел-сквер, немного оправившись от приятного шока, обнаружив, что мне предстояло провести следующую неделю или около того с такой связкой вкусностей, как Хизер Йорк. На самом деле, у меня были смешанные чувства к ней. Женщины и шпионаж не смешиваются, по крайней мере, как я играю. И мне было трудно поверить, что такая изысканная девушка, как Хизер, может реально помочь найти убийцу. Но Брут был боссом во время этого задания по ленд-лизу, и я не собирался ставить под сомнение его мнение.


Я решил держаться довольно близко к отелю в течение следующих нескольких часов, пока Хизер готовит нас к отъезду в Корнуолл днем. Водитель такси провез меня по Пэлл-Мэлу, мимо Национальной галереи на Трафальгарской площади, где туристы кормили голубей у Колонны Нельсона на солнце.


Мы шли в парк на Рассел-сквер. Отель был всего в паре кварталов отсюда, и мне захотелось немного прогуляться.


«Я пойду отсюда», - сказал я водителю.


«Хорошо, губернатор», - сказал мужчина, замедляя движение такси.


Я заплатил ему, и он уехал. Я прошел мимо парка, наслаждаясь осенним солнцем, и наконец свернул в переулок к своей гостинице. У тротуара впереди сидел одинокий черный Остин. Подойдя к нему, я увидел внутри трёх мужчин в темных костюмах. Двое из них вышли и столкнулись со мной, преграждая мне путь.


«Извините, старина, но вы случайно не будете мистером Картером?»


Я изучал мужчину. Он был квадратным, массивным молодым парнем. Он выглядел как полицейский… или агент безопасности. Так же поступил и его приятель, особенно когда его правая рука была зажата в кармане пиджака.


Я сказал. - "Что, если это я?"


«Тогда мы бы хотели поболтать с тобой», - сказал молодой человек с натянутой ухмылкой. "Пойдемте, мы не хотим никого беспокоить, не так ли?"


Я огляделась. В парке на Рассел-сквер всегда был кто-нибудь, но переулки часто оставались безлюдными. Прямо сейчас на улице была всего пара человек, идущих в противоположном направлении. Никакой помощи.


«Садитесь, мистер Картер». Приказ пришел от третьего человека, водителя, и я почувствовал, как что-то сильно ударило меня в спину. «Сначала обыщите его», - сказал он своим приятелям, людям, высунувшись из окна.


Первый мужчина залез внутрь моей куртки и вынул Вильгельмину из кобуры. Он засунул люгер за пояс, потом похлопал меня. Он проделал неаккуратную работу, пропустив Хьюго на моем правом предплечье и Пьера, газовую бомбу с цианидом, прикрепленную к внутренней стороне левого бедра.


«Садитесь в машину, мистер Картер», - сказал он. «Мы хотим знать, какие дела у вас были с Оги Фергусом до его смерти».


"Кто такое" мы "?"


«Человек по имени "Новости"», - сказал первый.


«Так вот и все, - сказал я.


«Вот и все, Янки», - сказал мне второй мужчина, впервые заговорив.


«Тогда отведи меня к нему», - сказал я. Я не спорю с оружием, которое смотрит мне в лицо.


Второй мужчина резко рассмеялся. «Тебе бы это понравилось, правда? Но это будет не так просто. Ты просто поедешь с нами, расскажешь нам то, что мы хотим знать, а потом полетишь следующим самолетом обратно в Америку».


Я забрался на заднее сиденье, и они сели за мной, по одному с каждой стороны. Они не рисковали. Мы отъехали от обочины.


Теперь мы ехали по Оксфорд-стрит в сторону Мраморной арки. Если они останутся на этой главной улице, это все усложнит. Однако незадолго до того, как мы доехали до Гайд-парка, водитель свернул в узкий переулок, направляясь в сторону Гросвенор-сквер. Это был мой шанс, если он когда-либо будет.


Мужчина слева от меня наблюдал за движением машины, но его приятель с пистолетом не сводил с меня глаз - или пистолета. Так что мне пришлось немного его подбодрить.


"Берегись!" - внезапно сказал я. «Там на улице».


Водитель автоматически сбавил скорость, и двое мужчин на заднем сиденье смотрели вперед долю секунды. Это все, что мне нужно. Я сильно ударил агента справа от себя, и пистолет упал на пол машины. Я последовал за этим быстрым, резким ударом по горлу, от которого у него захлестнула рвота.


Другой агент хватал меня за руку. Я вырвался и яростно ударил его локтем по лицу, сломав ему нос. Он хмыкнул и рухнул в угол.


Остин бешено несся по узкой улочке, водитель одной рукой пытался рулить, а другой наставил на меня пистолет. «Прекрати. Картер! Прекрати, чертов ублюдок».


Я подтолкнул пистолет к крыше машины, вывернул запястье, и пистолет пробил боковое окно, разбив стекло. Я почувствовал острую боль в правой щеке, когда меня ударило осколок летящего стекла.


Теперь водитель полностью потерял контроль над «Остином». Он скользил с одной стороны улицы на другую, проезжал мимо зияющих пешеходов, наконец, преодолев правый бордюр и врезавшись в опорную стойку. Водитель ударился головой о лобовое стекло, и он рухнул на колесо.


Забрав Вильгельмину у человека слева от меня, я потянулся к агенту справа и пнул дверь с той стороны. Она распахнулась, и я бросился через мужчину через дверь, ударился плечом о мостовую и покатился от удара.


Я встал и огляделся на «Остин», на двух ошеломленных мужчин сзади и потерявшего сознание водителя, повалившегося на руль.


«Не отвлекайте меня, - сказал я.


Третья глава.


«Поскольку время так важно, - говорила Хизер Йорк за уютным столиком на двоих, - Брут настоял, чтобы мы уехали в Корнуолл сегодня вечером. На самом деле, мне больше нравится водить машину ночью».


На ней было короткое, очень короткое зеленое платье с подходящими туфлями и каштановый парик с прической до плеч. Я сказал ей, когда она забрала меня в отеле: «Если этот парик должен быть маскировкой, он не сработает - я бы нигде узнал эту фигуру».


Она засмеялась, качая головой. «Никакой маскировки, девушка просто любит время от времени менять свою личность».


По пути в ресторанчик на окраине Лондона, где мы остановились на обед, прежде чем отправиться на юг, к побережью, я описал свою стычку с мальчиками Новостного.


Она усмехнулась. «Брут, должно быть, любит это… ты ему звонил?»


"Я сделал это."


Ресторан был очаровательным, очень староанглийским. Официанты только что принесли наш заказ, когда к столику подошел мужчина. Он был высоким и квадратным, со светлыми волосами и грубым лицом. Вдоль левой стороны шеи, почти скрытый рубашкой, был тонкий шрам. У него были жесткие темно-карие глаза.


"Хизер - Хизер Йорк?" - сказал он, остановившись у стола. «Да! Я почти скучал по тебе с париком. Очень лестно».


Хизер ответила натянутой улыбкой. «Эльмо Юпитер! Рад снова тебя видеть».


«Я собирался попросить вас и вашего друга присоединиться к нам, - он указал на темноволосую девушку за столиком в углу, - но я вижу, что вас обслужили».


«Да», - сказала Хизер. «Это Ричард Мэтьюз… Элмо Юпитер, Ричард».


Я кивнул. - "С удовольствием."


Некоторое время он изучал меня, и его суровые глаза были определенно враждебными. «Ты американец».


"Да."


«У Хизер действительно экзотические вкусы». Он усмехнулся, снова повернувшись к ней. «На людей и легковые автомобили. Что ж, я должен вернуться к своему черному элю. Увидимся, Хизер».


«Да, конечно», - сказала она, все еще сохраняя натянутую улыбку. "Приятного вечера."


«Я всегда так люблю», - сказал Юпитер, отворачиваясь.


Когда он шел обратно к его столу.


Хизер взглянула на девушку, которая ждала его там. «Мне не нравится этот человек», - резко сказала она. «Я познакомился с ним через друга, который работает клерком в SOE. Он думает, что я работаю в сфере общественного здравоохранения. Он пригласил меня на свидание, но я извинилась. Мне не нравятся его глаза».


«Я думаю, что он завидует», - сказал я.


«Он, вероятно, возмущен тем, что я отказала ему. Я слышал, он привык получать то, что хочет. Я думаю, он делает автомобили. Он был бы удивлен, узнав о девушке, с которой он был. У нее большой послужной список по продаже наркотиков».


"Откуда ты это знаешь?" Я спросил.


«Я проработала в Ярде почти год, прежде чем SOE предложила мне мою работу».


Она сказала это небрежно, как будто это не имело значения, но я был впечатлен. Я подозревал, что милая Хизер была полна сюрпризов.


Весь вечер и ночь мы ехали по извилистым, усаженным кустарниками узким дорогам, сначала проезжая через деревни с такими названиями, как Краунхилл и Мурсуотер, а затем некоторое время вдоль побережья. Хизер возила свою устаревшую, но сделанную на заказ S.O.C.E.M.A. Грегуар.


«У него есть Ferodo типа, который я достала», - гордо сказала она мне, когда мы с ревом ехали по извилистому повороту в темноте, и фары осветили две полосы желтого в ночи. Она отказалась от парика, и ее короткие светлые волосы были растрепаны ветром. «И электромагнитная коробка передач типа Cotal MK».


Мы остановились в гостинице с завтраком после полуночи, когда Хизер наконец-то устала за рулем. Она попросила отдельные комнаты. Когда старый шотландский домовладелец предоставил нам соседние комнаты и подмигнул нам, Хизер не возражала, но и не поддержала. Поэтому я заснул в своей постели, стараясь не думать о ней так близко.


Мы очень рано прибыли в Пензанс, где, как сообщалось, пару дней назад видели Новости. Брут дал нам подробное описание его и того, что было известно о его прикрытии. Он собирался под именем Джон Райдер, и его английский должен был быть безупречным.


После некоторых осторожных запросов в местных отелях и пабах мы узнали, что человек, отвечающий описанию "Новостей", действительно был в Пензансе, в отеле Queens, с другим мужчиной. Он и его напарник выписались из отеля накануне утром, но портье слышал, как "Новости" упомянул Лэндс-Энд, оконечность Корнуолла, выступающую в море.


«Значит, это Лэндс-Энд», - сказала Хизер, когда мы уезжали из города. «Идеальное место, чтобы спрятаться и поговорить».


«Может быть», - сказал я. «Но с этого момента мы будем действовать медленно.


« Новости », вероятно, знает, что мы его ищем».


Она улыбнулась. - "Ты босс."


Дорога к Лендс-Энд была унылой, она пролегала по каменистой местности, усеянной вереском и тростником, и проходила через серые каменные деревни. Примерно в пяти милях от нашего пункта назначения мы остановили фермера, который ехал в фургоне в противоположном направлении, и спросили о посетителях этого района.


Толстой рукой потер румяные щеки. «Вчера в коттедже Хемур поселились двое джентльменов. Один из них дал мне пятерку за заливку колодца. Выглядело достаточно милыми джентльменами».


От фургона шел запах навоза. Хизер наморщила нос и улыбнулась мне.


«Это был бы не наш парень», - соврал я. «Человек, которого мы ищем, здесь со своей семьей. Все равно спасибо».


Фермер привел свою лошадь в движение, и мы медленно поехали. Когда фургон скрылся из виду, мы сделали первый поворот в указанном фермером направлении. Примерно в сотне ярдов по грунтовой дороге я жестом велел Хизер свернуть в сторону.


«Коттедж не может быть далеко», - сказал я. «Мы пройдем остаток пути».


Когда мы выходили из машины, с поля рядом с нами раздраженно крикнула птица. В остальном утро было солнечным и тихим. Мы прошли по извилистой дороге еще пару сотен ярдов, прежде чем увидели коттедж.


Я толкнул Хизер за высокую траву. «Это должно быть так», - прошептала я.


Коттедж из коричневого камня расположен на невысоком холме, поросшем дроком, желтые цветы придают некоторое облегчение этой суровой сцене. Рядом с коттеджем был припаркован небольшой синий седан «Санбим». Никаких попыток спрятать машину от дороги не было. Очевидно, "Новости" думал, что он в безопасности - от наблюдения, иначе он хотел, чтобы другие думали, что это так.


Я дотронулся до руки Хизер и указал, что мы будем кружить в сторону дома, где мы сможем подойти к нему за крышкой машины. Я двинулся по траве, Хизер последовала за мной.


Подползая к припаркованному Солнечному Лучу, мы слышали голоса. С той стороны коттеджа было открытое окно. Я потянулся к своей куртке за Вильгельминой, и Хизер вынула из сумочки небольшой автомат Sterling 380 PPL. Я жестом велел ей оставаться на месте и прикрыть меня. Я медленно подполз к краю коттеджа, остановился под окном.


Теперь голоса были очень отчетливыми. Я выпрямился до подоконника и быстро заглянул внутрь. В коттедже было трое мужчин: высокий худой мужчина со светло-каштановыми волосами и костлявым лицом - очевидно "Новости" - шагал по комнате, разговаривая с двумя другими мужчинами, которые выглядели британцами. Я снова пригнулся и прислушался.


"Когда мы вернемся,в Лондоне не будет никаких дальнейших контактов,


кроме как по заранее оговоренному сообщению, - говорил "Новости". - Прежде всего, никого из нас не следует видеть в Министерстве обороны до установленного срока. Это понятно? "


Остальные пробормотали что-то в знак согласия.


«Хорошо. В назначенный срок у Министерства будет усиленная охрана. Наше время должно быть почти идеальным. Наш объект будет открыт для нас всего на несколько секунд. Мы должны действовать быстро и эффективно».


«Не беспокойся о нас, приятель, - холодно сказал один из англичан.


«Мы устроим им отличное шоу», - согласился его товарищ.


Новости понизил голос. Я наклонился вперед, чтобы лучше слышать его, когда раздался звук в задней части коттеджа. Шепот Хизер дошел до меня почти одновременно.


"Ник! Берегись!"


Было слишком поздно. Сзади дома обошел коренастый мужчина с ведром с водой. Очевидно, он был у колодца за спиной. Увидев меня, он выругался по-русски и уронил ведро. Он соответствовал описанию резидента КГБ из южной Англии, которое я получил. Заметив Вильгельмину, он отчаянно полез в набедренный карман за пистолетом.


Я прицелился и выстрелил из люгера одним движением; выстрел громко раздался тихим утром. Русский схватился за грудь, и вытащенный им пистолет полетел в стену коттеджа. Сотрудник КГБ отшатнулся и, широко раскинув ноги, приземлился на дроке, хватаясь руками за пустой воздух.


"Беги к высокой траве!" - крикнул я Хизер. Затем, не дожидаясь подтверждения, я сломя голову бросился к задней части коттеджа, надеясь, что там есть дверь.


Я чуть не споткнулся об упавшее ведро, завернув за угол. Я увидел закрытую дверь. Я резко ударил его ногой, и он рухнул внутрь.


Когда я вошел в коттедж, в комнату позади той, где Новости и остальные разговаривали, один из англичан вошел в открытый дверной проем, держа Webley 455 Mark IV, и врезался в меня, не сбавляя шага. Его лицо отражало удивление, когда мы ударились. Он был отброшен назад о дверной косяк, и мне было достаточно времени, чтобы прицелиться Вильгельмине и проделать дыру в его животе. Он рухнул на пол с открытыми глазами, с удивленным выражением лица.


Я прошел в переднюю комнату коттеджа, но она была пуста. Потом я услышал выстрелы спереди. Новости и другой мужчина были снаружи и вели перестрелку с Хизер. Очевидно, она держала их подальше от синего седана своим маленьким пистолетом. Я направился к входной двери, собираясь подойти к ним сзади, когда второй британец ворвался обратно в коттедж.


Он выстрелил первым, но выстрел был мимо. Мой «Люгер» дважды взорвался, и оба удара были в цель. Я не останавливался, чтобы посмотреть, как он падает. Снаружи произошла быстрая перестрелка, а затем я услышал, как хлопнула дверь машины. Секунду спустя взревел двигатель. Когда я вышел из коттеджа, Машина скользнула по открытой местности, направляясь к дороге.


Я едва мог видеть макушку Новости, когда он низко пригнулся к рулю, чтобы избежать огня Хизер. Положив Вильгельмину на предплечье, я прицелился по стволу и нацелился на правое заднее колесо. Но как только я выстрелил, седан выскакивал из колеи, безумно меняя направление. Выстрел не попал в шину и вместо этого покопал грязь. Затем машина скрылась за высокой травой по дороге.


Я положил пистолет в кабуру и вздохнул. Единственный мужчина, которого мы действительно хотели поймать, сбежал. Он мог найти других агентов в считанные дни, может быть, даже часы. И если убийцей был Новости, мы, наверное, даже не остановили его.


Тогда я вспомнил о Хизер и повернулся к высокой траве. Я обнаружил, что она перезаряжает Стерлинг PPL.


«Извини, что он прошел мимо меня», - извинилась она.


«Ничего не поделаешь, - сказал я.


«Полагаю, бессмысленно пытаться преследовать его на моей машине».


У него слишком большой старт для нас, - сказал я.


"Да." Она казалась подавленной.


"Ты в порядке?"


"Да. Я в порядке. А ты?"


«Всего хорошего», - сказал я ей. «Я не могу сказать то же самое о тех двоих». Я кивнул в сторону коттеджа.


Мы обыскали двух британцев и коттедж, но ничего не нашли. Потом пошарил по карманам убитого чекиста. Ничего. «Новости» были настоящим профи - профи не любили ничего записывать.


«Они говорили о Министерстве обороны», - сказал я Хизер. «Они определенно что-то там планировали.


«Новости говорили о « нашей теме »и« целевой дате »и сказал, что они должны« действовать быстро. Новости мог бы быть нашим человеком. Нам лучше предположить, что это так, и что он планирует вскоре снова убить. часть грандиозного плана, он просто изменит время, дату и метод операции для следующей попытки ».


«Министерство обороны», - размышляла Хизер. «Когда Дамбартон уже убит, кто это оставит? Его заместитель?»


«Может быть, а может быть, генерал. Кто знает?» Я сказал. Я второй раз перебирал бумажник одного из мертвецов. Я заметил секретный отсек, который пропустил в первый раз. Внутри был листок бумаги. Вытащил "Эй! Что это?"


Хизер посмотрела через мое плечо. «Это номер телефона».


"Что это написано под ним?"


Она взяла это у меня. «Нижняя бойня».


«Нижний… Что это за чертовщина?»


Она посмотрела на меня, ее голубые глаза улыбались. «Это город, небольшая деревня в Котсуолдсе. Должно быть, это номер в деревне».


«Ну, - сказал я задумчиво, - может, кто-то из мальчиков "Новостей" допустил небольшую ошибку».


Четвертая глава.


"А вторая записка?" - спросила я, прижимая телефон к уху, а фотостатические копии записок об убийстве, которые Брут составил для меня, разложили на кровати рядом со мной. "Были ли различия?"


Я разговаривал с графоаналитиком, которому Брут дал записи об убийстве. Я внимательно слушал его ответ.


«Что ж, - сказал я, когда он закончил, - я ценю вашу помощь».


Я повесил трубку и повернулся к Хизер, которая села на другую из односпальных кроватей. Мы зарегистрировались в этом отеле в Стратфорде как муж и жена - по ее предложению.


«Это интересно, - сказал я.


"Какая?" спросила она.


Я задумчиво изучал фотостаты. Я обвел определенные буквы кружком, когда слушал эксперта по почерку.


«Взгляни на это», - сказал я Хизер. «Обратите внимание на то, как все буквы наклонены под острым углом к правой стороне бумаги. Графолог считает, что это означает, что пишущий - очень эмоциональный человек, возможно, неуравновешенная личность».


«Но наше досье на "Новости" показывает, что он крутой, систематический и эффективный агент», - возразила Хизер. «Все его записи в Гачине рассказывают одну и ту же историю». Она имела в виду украденные записи из советской шпионской школы.


«Точно. А теперь посмотри на открытые« А »и« О »в этой первой заметке. Внимательный и точный человек, такой как "Новости", закроет эти буквы вверху.


«Скрытные люди всегда закрывают свои« О », - продолжил я, - И это еще не все. Видите, как пересекается буква« Т »в Британии? Сильная, твердая линия пересечения в тексте письма указывает на силу, граничащую с упрямством и чрезмерной агрессивностью. , "Новости" не вписываются в шаблон. Затем есть поспешный стиль письма, предполагающий раздражительность и нетерпение. Вы видите, как Советы выбирают нетерпеливого человека в качестве главного шпиона? "


Хизер улыбнулась. - "Я бы предпочла, чтобы они это сделали".


Я улыбнулся в ответ. «Боюсь, это не наша удача». Я снова посмотрел на фотостаты и перестал улыбаться, сравнивая их. «И последнее, но не менее важное: есть явный наклон вниз к строкам в этих заметках. Это наиболее очевидно во второй ноте. Это показывает, что пишущий охвачен эмоциями, полон депрессий и тревог ».


Хизер с сожалением посмотрела на записи. «Такого человека очень быстро обнаружили бы в КГБ».


«И дали быструю отставку», - согласился я.


"Вот это да!" - выдохнула Хизер в одном из своих редких промахов в уличном сленге. "Это румяная игра в угадайку, да!"


«Время истекает, - добавил я, - через несколько дней будет еще одно убийство».


"Что же нам теперь делать?" Она скрестила свои длинные ноги, обнажив кружевное пятно под желтым мини-платьем, которое на ней было. Она была похожа на школьницу, которая гадала, сдала ли она экзамен. Но она вела себя не как школьница в коттедже на Лендс-Энде.


«Мы отправляемся в Нижнюю Слотер и пытаемся переместить« Новости », пока есть время. Может, весь этот телефонный номер ведет к чьей-то девушке. Но это может быть настоящая штаб-квартира« Новостей ». Я просто надеюсь, что это не тупик».


Утром мы поехали в Лоуэр-Слотер по узким дорогам, минуя черно-белые коттеджи с соломенными крышами и указатели, указывающие путешественнику на такие места, как Чиппинг-Кэмпден и Буртон-он-те-Уотер. Сам Лоуэр-Слотер представлял собой безмятежную старую затененную деревьями деревню из коричневых каменных коттеджей с ручьем, текущим через нее. Мы припарковали машину в переулке и пошли по адресу, который исследовательский отдел Брута проследил по телефонному номеру, который мы им дали. Это был небольшой дом на окраине города, и казалось, что он заброшен. Вокруг не было синего седана, и дверь была заперта.


Мы подошли к задней части здания, и я заглянул внутрь через маленькое витражное окно. Я никого не видел. Я вынул из кармана регулируемый ключ, одно из многих устройств, предоставленных мальчиками по спецэффектам и монтажу Ястреба, и повернул им замок. В мгновение ока щелкнул замок, и дверь открылась. Я вытащил Вильгельмину и осторожно вошел внутрь. Я медленно прошел через деревенскую кухню в гостиную, затем в спальню. Когда я вернулся в гостиную, Хизер проверяла дом на наличие «жучков». Их не было.


Я почти решил, что нет смысла слоняться здесь, когда я обнаружил ночной чемодан, спрятанный в маленьком шкафу. В нем были все необходимые мужские туалетные принадлежности, которыми недавно пользовались. Я еще немного огляделся и заметил в мусорной корзине смятый, но свежий окурок. Сигарета была одной из трех британских марок, предпочитаемых россиянами и другими восточноевропейцами.


«Новости нас здесь победили, - сказал я Хизер. «И он вернется».


«Да, - сказала она, - и у него уже была компания». Она показала мне два стакана


ликера, что она нашла в кухонном шкафу, недавно использовалась и оставлены немытыми.


Я улыбнулся, наклонился и провел губами по ее щеке. «Очень хорошо», - сказал я. Она посмотрела на меня, как будто хотела большего, затем быстро огляделась. Мне было трудно вспомнить, зачем я был там.


«Есть человек по имени Коваль», - сказала Хизер, не сводя глаз с очков, которые она держала. «Это российский агент, которого видели в этом районе и который любит этот сорт ликера. Станислав Коваль».


«Похоже, он новый подчиненный Новостей», - сказал я, - «Возможно, они сейчас не вербуют больше агентов».


«Коваль сможет вызвать нескольких человек, - сказала Хизер.


«Верно. Но теперь у нас есть небольшое преимущество. Мы здесь, а они этого не знают».


На Хизер была вельветовая юбка и одна из тех рубашек из джерси без бюстгальтера - я мог видеть контуры ее сосков через липкую ткань. Он ничем не отличался от того, что носили все другие девушки в новые дни женской эмансипации, но на Хизер - и в данных обстоятельствах - это отвлекало и расстраивало. Думаю, она знала, что это меня беспокоит, и ей это скорее нравилось. Я оторвал взгляд от этих сосков и пошел на кухню, чтобы снова запереть заднюю дверь. Затем я заменил портсигар и окурок, а Хизер положила грязные стаканы обратно в шкаф, где она их нашла.


«Теперь, - сказал я, - подождем». Я намеренно позволила своему взгляду скользить по блузке из джерси вниз к короткой вельветовой рубашке, доходящей до середины бедра. "Есть ли у вас какие-нибудь предложения относительно того, где?"


Она слегка улыбнулась мне. "Ванная комната?"


Я ответил ей улыбкой. «Конечно», - сказал я.


Мы вошли в спальню и закрыли дверь. Хизер подошла к одному окну и выглянула наружу. «Там очень тихо», - сказала она, повернувшись ко мне и бросив сумочку на кровать. «Мы просто можем долго ждать».


«Мы просто могли бы, и я не собираюсь тратить это впустую».


Я подошел к ней, обвел руками ее талию и начал притягивать к себе. Она выгнула спину так, что ее мягкие изгибы прижались ко мне.


«Я с нетерпением ждал этого», - сказал я, поцеловав ее шею прямо под светлыми волосами.


«Я хотела тебя с тех пор, как ты вошел в офис Брута», - прошептала она в ответ.


Она помогла мне снять куртку, Вильгельмину и рубашку. Я расстегивал защелку, которая держала ее юбку. Через мгновение он упал на пол. Она стояла там в прозрачных кружевных трусиках с гибкими изгибами и мягкостью, ее кожа была молочно-белой и гладкой, как бархат.


«Мы не можем использовать кровать», - сказал я, глядя, как она натягивает трусики на бедра. Я снял остальную одежду и положил ее рядом со мной на коврик в спальне.


Я прижал ее к полу и поцеловал. Она с энтузиазмом ответила, двигая бедрами ко мне мягкими волнообразными движениями. Я ласкал ее, целовал, и почувствовал, как ее бедра раздвинулись от моего прикосновения. Очевидно, она тоже была не в настроении терять время. Осторожно я накрыл ее тело своим.


Я вошел в нее одним плавным плавным движением. Ее руки делали волшебные вещи на моей спине, двигаясь все ниже и ниже, лаская, лаская, возбуждая меня все больше и больше. Я начал двигаться быстрее и почувствовал реакцию Хизер. Ее ноги раздвинулись шире, как будто она хотела, чтобы я проник в нее как можно глубже. Ее дыхание перешло в хриплые рыдания. Я вошел в нее глубже, и она застонала, когда мы достигли кульминации вместе, идеально.


После этого мы медленно оделись. Когда Хизер снова надела майку, я наклонился и легонько поцеловал ее в губы.


«Нам придется сделать этот бизнес по ленд-лизу привычным, - сказал я.


«Я посмотрю, что Брут может устроить». Она улыбнулась.


Мы были одеты, когда я услышал, как останавливается машина. Хизер была на кухне. Я быстро подошла к окну спальни, натягивая куртку. Перед домом подъехал черный седан. В нем было трое мужчин. Одним из них были «Новости».


Я бросился к двери спальни, когда Новости и его друзья вышли из машины и направились к дому. "Хизер!" - резко прошептал я. "Они здесь!"


В замке скрипнул ключ. Хизер нигде не было видно. Я нырнул обратно в спальню, когда открылась входная дверь.


Пятая глава.


«Возможно, я смогу пригласить сюда кого-нибудь еще, кроме Марша», - сказал один из мужчин, когда они вошли. Я увидел плотного кудрявого персонажа, несущего сумку с продуктами. Он прошел через гостиную на кухню, и я подумал, что это Коваль. «Но вы понимаете, что это очень короткий срок».


Я затаил дыхание, когда Коваль вошел на кухню. Хизер где-то там была. Может, ей удалось проскользнуть в кладовую. Я слышал, как кудрявый мужчина ходит по кухне.


«Вы можете сказать это Кремлю, товарищ». Это были «Новости», и это было сказано с сильным сарказмом. Я видел его, когда он садился в кресло у двери. Я приоткрыл дверь, оставив лишь полдюймовой щели. Кошелька Хизер, как я заметил краем глаза, больше не было на кровати. Если бы она взяла это


с ней…? А потом я увидел его в дальнем углу у кровати, где он, должно быть, каким-то образом упал. В нем будет ее автомат Sterling.


Я разочарованно стиснул зубы. Хизер была безоружна, и нас разлучили. Это был неподходящий момент.


Высокий угловатый британец с аккуратными усиками перебрался на диван возле Новостей.


«Я знаю одного парня, что может получиться», - сказал он русскому. «Гарри-Обезьяна, как они его называют. Он подходит для драки. Он любит драться».


В голосе Новостей было слышно нетерпение. «Мы не можем использовать в этой операции обычных хулиганов, Марш. Нам нужны люди с хорошими головами, иначе миссия потерпит неудачу».


«Совершенно верно», - невозмутимо сказал британец.


Коваль высунул голову из кухни. "Стакан водки, товарищи?"


«Я попробую», - сказал Марш.


"Да, пожалуйста." Новости кивнул. Он встал, снял куртку и направился прямо в спальню.


Я бросился к шкафу. Как только я закрыл дверь, в комнату вошел Новости и бросил куртку на кровать. Он стянул галстук, и на мгновение мне показалось, что он идет с ним в кладовку. Я вытащил Вильгельмину и был готов выстрелить, если он откроет дверь. Но он отвернулся от туалета и на мгновение выскользнул из моего поля зрения, очевидно повесив галстук на какой-то крючок на стене. Он был в трех футах от 9-миллиметровой пули в груди. В другой момент он вышел из комнаты.


Я не успел выйти из туалета, как услышал шум на кухне. Коваль громко воскликнул по-русски, и тут раздался грохот. Он нашел Хизер. Через несколько секунд она закричала.


Я распахнул дверь туалета и бросился в гостиную. "Новости" слышал, как я иду, и ждал меня. Металл ударил меня по черепу, и я увидел руку Нового и приклад, который попал в меня, когда я упал, боль рикошетом отразилась в моей голове.


Я выстрелил автоматически, но пуля только расколола дерево за головой Новости. Когда я упал на пол, я чуть не потерял Люгер, но я мрачно держался, пока мои ноги хватались за покупку. Я прицелился для второго выстрела, когда большой кулак Марша ударил меня по лицу. Удар сбил меня с ног, и на этот раз я потерял «Люгер».


"Постарайтесь не убивать никого из них!" - крикнул "Новости". Еще один грохот из кухни и крик Коваля. Хизер занимала его. Но у меня были большие проблемы. Марш подошел ко мне, ожидая, когда я встану. Я подрезал его ногу, зацепив голень, и он закричал. Я схватил его за ногу, сильно дернул, и он рухнул на пол рядом со мной.


Наконец-то я встал под ноги. У меня кружилась голова, но когда Марш с трудом поднялся, я схватил его за лацканы, развернулся вместе с ним на полукруг и швырнул его в "Новости", как раз в тот момент, когда русский нацелил на меня курносый автомат. Марш опрокинул его на стол, и оба упали на пол.


Я двинулся к ним, но на этот раз «Новости» были для меня слишком быстры.


"Оставайтесь на месте!" - Русский встал на одно колено, автомат был направлен мне в грудь. У меня не было выбора; Стилет Хьюго не мог быть задействован достаточно быстро.


«Все, что скажешь», - сказал я.


В этот момент из кухни вышел Коваль, держа Хизер.


«Что ж, - сказал Новости с очевидным удовлетворением, - наши два друга из Лендс-Энда. Рад снова встретиться с вами».


«Хотел бы я сказать, что это чувство взаимно, - сказал я.


Марш с трудом поднялся на ноги.


«Иди умойся», - сказал ему Новости. «Коваль, свяжи этих двоих».


Коваль хмыкнул. Он отпустил Хизер и снова исчез на кухне, а Новости осторожно приставил к нам пистолет. Через минуту Коваль вернулся. Он связал мне руки за спиной длинной прочной веревкой. Затем он связал Хизер. К тому времени, как Марш вернулся, "Новости" усадил нас на старый расшитый цветочным узором диван посреди комнаты. Он сердито посмотрел на меня.


"Новости" поставил возле нас стул и сел. Он закурил сигарету, которую мы нашли в мусорной корзине.


«Теперь», - сказал он, выпустив дым мне в лицо. "Вы работаете на МИ5?"


Правила заключаются в том, что вы никогда не говорите противнику того, чего он еще не знает, даже если в то время это кажется незначительным. Новости знали об этом, но он должен был спросить.


«Мы из Скотланд-Ярда», - холодно сказала Хизер. "Вы перевозите наркотики, не так ли?"


"Новости" засмеялся. «О, правда, - сказал он. «Я уверен, что вы можете сделать лучше».


Лицо Хизер оставалось невыразительным. Я с облегчением увидел, что она, похоже, не сильно пострадала в битве с Ковалем. Новости обратились ко мне.


Он спросил. - "А какова ваша история?"


Я посмотрел в эти плоские глаза и снова задумался, как этот человек мог быть нашим убийцей. «Новости» умели убивать и, несомненно, имели это в виду для нас. Но он делал это хладнокровно, безжалостно и без эмоций, потому что это была работа, которую нужно было выполнить. В этом не было бы раскаяния, но и настоящего удовольствия. Он был профессионалом.


«У меня нет истории», - сказал я ему.


Новости легко улыбнулся и по-джентльменски затянулся длинной сигаретой.


Он снова направил на меня дым. «Девушка из МИ5, - сказал он спокойно. - Нет, подожди. SOE. Вспоминаю досье. И ты со своим американским акцентом. Может быть, уловка, или вы одолжены у американцев? "


"Новости" был умен. Я откинулся на диван и посмотрел на него. «Вы понимаете это».


Он пожал плечами. «Не имеет значения, в каком агентстве вы работаете», - легкомысленно сказал он.


«Пусть Марш поработает над ним», - предложил Коваль.


«Да, я дам кровоточащему парню о чем подумать», - прорычал Марш.


"Вы видите, как нетерпеливы мои друзья?" - "Новости" усмехнулся мне. «Было бы хорошо, если бы вы рассмотрели возможность сотрудничества».


"Я говорила тебе!" - сказала Хизер. «Мы полицейские под прикрытием. Почему бы вам просто не показать нам, где находится героин, и не откликнуться на обвинение? Мы порекомендуем снисходительность в Ярде».


Новости покачал головой, улыбаясь. «У вас есть талантливый коллега», - сказал он мне. «Но, боюсь, не очень реалистичный». Улыбка исчезла. Он наклонился и осторожно раздавил сигарету в пепельнице. Когда его глаза снова встретились с моими, он имел в виду дело.


«Я знаю, что вы убили одного человека в Лэндс-Энде. А как насчет двух других? Вы их тоже убили или держите для допроса?»


«Без комментариев», - сказал я.


Он кивнул Маршу; большой англичанин ударил меня по рту открытой ладонью. Моя голова так резко откинулась назад, что на мгновение я подумала, что он мог сломать мне шею. Кровь текла из уголка моего рта. Я видел, как Хизер с тревогой наблюдала.


Ну? - сказал "Новости". - Что вы подслушали на даче? Есть ли там живые наши друзья и что они тебе сказали? "


Я сел и уставился на него, чувствуя, как кровь стекает по моему подбородку. "Новости" посмотрел на Марша, и большая рука снова коснулась меня, на этот раз сжавшаяся в кулак. Удар повалил меня на диван. Некоторое время я лежал, вялый, а затем большие руки вернули меня в сидячую позу.


«Я не люблю это делать, - сказал "Новости", - но вы не оставляете мне выбора. Как долго вы были у окна коттеджа, прежде чем наш друг вас увидел?»


Облизнула опухшие губы. Я сказал. - "Какое окно?"


Глаза Новости сузились: «Так оно и будет».


Коваль подошел к Новостям. «Пусть Марш поработает с девушкой», - тихо сказал он. Он кивнул на меня. "Он любит ее - я могу сказать".


«Хорошо», - сказал Новости. «Но начните с мягкости. Мы хотим знать, что они узнали».


"Возможно, довольно мягко, а?" - сказал Коваль. Он кивнул на длинные прекрасные ноги Хизер.


Новости махнул рукой. «Как пожелаешь».


Коваль взглянул на Марша, и Марш широко улыбнулся. Он подошел к Хизер и поднял ее на ноги. Коваль держал ее, пока Марш развязал ей руки. Коваль медленно провел толстой рукой по ее груди, теперь уже улыбаясь. Хизер оторвалась и ударила его по лицу.


Коваль в ответ сильно хлопнул ее по спине. Она бы потеряла равновесие, если бы Марш не держал ее. Ее лицо было красным от удара.


Я сжал челюсть и старался не смотреть. Перед тем, как поправиться, должно было стать хуже. Но если бы они узнали, что мы знали о Минобороны, мы бы потеряли то единственное преимущество, которое у нас было.


Коваль и Марш стряхивали с Хизер одежду. Она боролась с ними изо всех сил, ворча, но в остальном молча. Через мгновение она была обнажена. Марш держал ее, а Коваль очень медленно провел по ней своими пухлыми руками. "Новостям "было скучно.


«Оставьте девушку в покое, - сказал я. «Она ничего не знает. Я тоже. Я пришел к твоему проклятому окну слишком поздно, чтобы что-то слышать».


"Новости" пристально посмотрел на меня, оценивая то, что я сказал. «Это, несомненно, означает, что вы знаете все или большую часть. А теперь избавьте девушку от дальнейших проблем, рассказав мне, кому вы передали эту информацию. Вам удалось связаться с вашим штабом?»


«Мы ничего не узнали», - сказал я. «Нам нечего сказать».


Новости изучил мое окровавленное лицо в синяках и кивнул Ковалю. Марш бросил Хизер на пол прямо передо мной; он и Коваль наблюдали за моей реакцией. Коваль поднял руки Хизер над ее головой.


"Хочешь увидеть, как твою подругу изнасилуют?" он сказал. "Как вам это нравится? Она милашка, не так ли?"


Марш усмехнулся и облизнул губы. Меня тошнило от одного взгляда на него. Я не хотел смотреть на Хизер.


Я колебался. Стоило ли с этим продолжать? На самом деле, сколько мы могли выиграть, играя тупицами? Мы защищали мало информации. С другой стороны, признав то, что мы знали, и немного обманувшись в придачу, мы могли бы по крайней мере выяснить, были ли Новости и его команда командой убийц или они вообще задумали какую-то другую игру.


«Хорошо, я скажу тебе то, что ты хочешь знать», - сказал я. «Отпусти девушку».


«Надеюсь, ты больше не будешь играть в игры», - сказал "Новости".


Марш разочарованно посмотрел на него, но Коваль посмотрел на него взглядом, который сказал, что у него будет достаточно времени для подобных вещей позже, прежде чем они убьют Хизер. Коваль выпустил руки, и она села, пытаясь прикрыть руками свою наготу.


«Отведите девушку в спальню. Дайте ей одежду», - сказал Новости. «Сделай это, Коваль. Марш, оставайся здесь».


-Коваль последовал за ней и закрыл дверь. Тогда я вспомнил сумочку Хизер и подумал, будет ли у нее шанс добраться до него - и своего маленького пистолета - прежде, чем Коваль его увидит.


«Теперь, друг мой», - сказал Новости. «Мы поговорим о бизнесе. Во-первых, какие дела у вас были с Оги Фергусом в Египте?»


«Он собирался продать мне некоторую информацию. Но его убили его арабские друзья, прежде чем он смог ее передать».


"А что это была за информация?"


«Он не сказал», - соврал я. "Но чем был для тебя Фергус?"


«Ничем», - усмехнулся Новости. «Просто человек, который время от времени выполнял для нас работу на Среднем Востоке. Наши люди там просили меня узнать о ваших отношениях с ним. Теперь о товарищах в Лендс-Энде. Они мертвы?»


«Они мертвы, - сказал я.


"И они ничего тебе не сказали?"


«Ничего. Я подслушал, как вы разговаривали через окно, прежде чем ваш русский друг заметил меня. О Министерстве обороны».


Лицо Новости потемнело. "Я вижу."


Я думал, пока говорил. Они не сняли мою куртку, и когда Коваль обыскал меня, он не нашел Хьюго. Но я не мог использовать стилет, пока мои руки были связаны за спиной.


«Насколько я понимаю, вы планируете выполнить свою миссию, когда ваш человек покинет здание». Я смотрел в лицо Новостям; он оставался невыразительным.


"В чем именно заключается наша миссия?"


Я колебался, глядя на него и Марша; Я хотел увидеть их реакцию на то, что я собирался сказать. «В том, чтобы убить третьего британского правительственного чиновника, - сказал я, - в соответствии с вашим общим планом».


Глаза "Новости" слегка сузились - единственное изменение выражения. Но Марш был другой историей. Его брови удивленно приподнялись, и он рассмеялся. Новости пристально посмотрел на него, но смех Марша многое мне сказал. По крайней мере, он думал, что миссия, для которой его наняли, была совсем другой.


«Мы не говорили об убийствах на Краю Земли», - сказал Новости. "Ты играешь со мной последнюю руку?"


«Я на самом деле не слышал этого слова, - признал я, - но мы уже давно знаем, что эта предполагаемая попытка шантажа британского правительства на самом деле представляет собой серию запланированных казней в пользу России. Это советский заговор, и вы были послал сюда, чтобы довести дело до конца ".


Я смотрел в лицо "Новостям", а он смотрел на мое. Это было похоже на игру в дро-покер, за исключением того, что на кону стояли наши жизни - моя и Хизер - и безопасность Великобритании.


«Но вы не знаете, кого мы планируем убить следующим», - задумчиво сказал Новости.


«Нет, это может быть одна из нескольких возможных целей. Мы также не знаем точной даты, но это вам не очень поможет. Игра окончена, и Россия скоро будет разоблачена». Я повысил голос, впуская немного эмоций. Наблюдая за «Новостями», я пришел к выводу, что он мне верит. Но он не собирался отрицать обвинение, не сейчас.


«Отведи его в спальню», - сказал он Маршу без дальнейших комментариев по поводу того, что я ему сказал. «Снова свяжи девушку и закрой ставни на окне. А потом приведи Коваля с собой».


Марш отвел меня в спальню, где Коваль наблюдал за Хизер. Я заметил, что русский нашел сумочку Хизер, что было разочарованием. Они заперли окно и связали Хизер руки за спиной. Когда Марш вышел из комнаты, он ударил меня большим кулаком в живот. Я хмыкнул и согнулся пополам, упав на колени. Марш засмеялся и вслед за Ковалем вышел из комнаты. Дверь за ними закрылась.


Я не мог дышать долгое, мучительное мгновение. Хизер неловко опустилась на колени рядом со мной. "С тобой все впорядке?" - с тревогой спросила она.


Теперь я мог говорить, но у меня перехватило дыхание. «Я поймаю этого ублюдка», - пробормотал я.


"Что ты сказал Новостям?" - спросила Хизер.


«Я сказал ему правду».


«Что случилось? Он убийца?»


«Новости мне ничего не сказали», - сказал я. «Он очень хороший игрок в покер, но Марш много мне рассказал, не говоря ни слова».


Ее прекрасные голубые глаза смотрели на мое лицо.


«Либо« Новости »не имеет ничего общего с заговором об убийстве», - сказал я, - «или Марш считает, что нет, что, конечно, возможно. Это не первый раз, когда наемного агента держат в неведении относительно реального характера миссии »


"Правда." Хизер кивнула.


«Но почему-то я действительно не думаю, что« Новости »имеют какое-либо отношение к заговору с убийством».


"Убьет ли он нас сейчас?" - тихо спросила она.


Врать ей не было смысла.


«Что ж, даже если мы идем по ложному следу, кажется, что он должен. Мы знаем, что он что-то замышляет, и это касается Министерства обороны».


«Я полагаю, что они сейчас там и делают, - сказала Хизер, - планируя нашу неприятную кончину».


Я подтянул запястья к веревкам, связывающим их. Узел был очень тугим, чтобы развязать его. Я посмотрел на окно с ставнями. «Они, вероятно, подождут до темноты», - сказал я.


«Они не захотят беспокоить деревню», - криво согласилась Хизер.


Я сидел, крутил веревку, связывающую мои запястья, и гадал, что, черт возьми, я могу сделать. Помимо стилета Хьюго, у меня была цианистая бомба Пьера, прикрепленная к моему бедру, а на моем ремне и пряжке была пластиковая взрывчатка и миниатюрный


духовой пистолет ature dart - все подарки от творческих людей в спецэффектах и редактировании Axe. Но Хьюго был единственным оружием, которое могло освободить наши запястья.


Я согнул правое предплечье, и стилет выскользнул из ножен. Но он не попал мне в ладонь, как обычно; его путь преграждал веревка на моих запястьях. Я повернулся к Хизер спиной.


Я спросил. - "Можете ли вы поднять мои руки до моих запястий?"


Она взглянула на меня и повернулась ко мне спиной. «Я не знаю. Но даже если я смогу, я не смогу развязать веревки».


«Я знаю. Но посмотрите на мое правое внутреннее запястье. Там вы увидите кончик ножа».


Хизер посмотрела и увидела. "Почему, Ник, у тебя самые приятные сюрпризы!"


Я усмехнулся ей и повернулся еще дальше, чтобы она дотянулась до стилета. Я чувствовал, как она работает над этим. «Потяните его ровным, медленным движением, - сказал я, - двигая его наружу и мимо веревок».


Она так и сделала, и в следующий момент стилет соскользнул с веревок и с грохотом упал на пол. Мы с тревогой посмотрели на дверь, но дискуссия в соседней комнате продолжалась без перерыва.


«Возьми нож», - сказал я. Хизер наклонилась и неловко подняла его. «Крепко возьми его за ручку и снова вернись ко мне».


Хизер выполнила приказ. «Разрежь веревку», - сказал я. «И было бы хорошо, если бы у тебя было больше разрезаной веревки, чем плоти».


Я почувствовал, как лезвие скользнуло мимо моей ладони к веревке, и затем Хизер разрезала узел. Наконец, после того, что казалось вечностью, я почувствовал, как веревка поддается. Одним последним решительным ударом Хизер прорвалась И как раз вовремя; голоса в соседней комнате внезапно стихли.


Я освободил запястья и быстро повернулся к Хизер. Взяв Хьюго, я один раз перерезал веревки, связывающие ее запястья, и перерезал их. В этот момент мы услышали звук у двери.


«Оставайся на месте», - прошептала я.


Хизер села на кровать, как будто она все еще была связана. Я встал, заложив руки за спину, когда дверь открылась. Это был Коваль.


«Хорошо», - сказал он, улыбаясь нам. «Я вижу, ты все еще здесь».


«Ты собираешься отпустить нас теперь, когда мы сказали тебе то, что знаем?» Я сказал. Он оставил дверь приоткрытой, и я мог видеть, как Новости и Марш разговаривают вместе в соседней комнате. Марш выглядел нетерпеливо выжидательным.


«Мы еще посмотрим», - мягко ответил мне Коваль. «А пока мы должны отвезти тебя в другое место, да? Где ты будешь в большей безопасности».


Он прошел мимо Хизер ко мне, я знал, куда они нас ведут. В какую-то тихую деревенскую улочку, где они воспользуются глушителем или ножом. Он взял меня за руку: «Пойдем, мы должны завязать глаза вам обоим. В другую комнату, пожалуйста».


Хизер встала с кровати. Я смотрел, как она подошла к Ковалу сзади, сцепила руки и взмахнула его шеей.


Русский крякнул и упал на меня. Я крепко держал его одной рукой, второй ударил его кулаком по лицу. Он заорал и рухнул на пол. Я порезал его за ухом, чтобы на всякий случай он упал. Стилет был у меня на поясе, но мне не пришлось его использовать.


Я сказал Хизер. - "Возьми его пистолет!"


Я подошел к двери как раз в тот момент, когда вбежал Новости с готовым автоматом. Он увидел, как Хизер склонилась над Ковалем и направила на нее пистолет. Я с силой опустил руку на его запястье. Пистолет вылетел из его рук и ударился об пол, вращаясь по его полированной поверхности.


Я схватил "Новости" за руку с пистолетом, прежде чем высокий русский смог прийти в себя, и швырнул его через комнату.


Хизер все еще пыталась найти пистолет Коваля. Я заметил у кровати автомат Новостей и нырнул за ним. Я приземлился рядом и схватился за задницу. Но прежде чем я успел поднять ружье, Новости снова вскочил и бросился на меня. Он был худощавым, жилистым мужчиной с мускулистым телом. Он сильно ударил меня, пытаясь вырвать автомат из моих рук. Мы дважды перекатились по полу к закрытому окну, «Новости» рвались к ружью.


Я ударил его кулаком по голове, и он упал на пол. Хизер пришла с пистолетом Коваля, как раз в тот момент, когда Марш ворвался в комнату. Он, должно быть, задержался с доставанием своего оружия, автомата Маузер 7,75 Парбеллум, очень похожего на Вильгельмину.


Его лицо потемнело от гнева, Марш ворвался в комнату, стреляя и ругаясь. Его выстрел был предназначен для Хизер, но прицел был плохой; пуля прошла мимо ее головы на шесть дюймов. Она открыла ответный огонь, дважды ударив Марша подряд в грудь и шею.


Краем глаза я увидел, что Новости снова поднялся на ноги и направился к двери. Все еще лежа на полу, я схватил его за ногу. Он злобно ударил меня ногой. Я попытался пригнуться, но ступня все еще прижалась к моей голове. Я потерял хватку за лодыжку, и прежде чем я успел еще раз схватить его, Новости вышел из комнаты и направился к входной двери.


Я быстро огляделся. Коваль не двигался, а Марш лежал на спине, стонал и боролся со смертью каждым неглубоким вздохом.


«Свяжите его», - сказал я Хизер, указывая на Коваля. «Я иду за Новостями».


Не было времени искать Вильгельмину. Новости направился к черному седану и передумал, когда понял, что у него ничего не получилось.


Он взял ключ и побежал к главной улице деревни. К тому времени, как я последовал за ним, он уже был на сотне ярдов или около того.


Мы пробежали несколько кварталов, а потом он исчез за углом. Когда я завернул за ним за угол, я увидел, что он заводит маленькую серую симку, владелец которой, должно быть, оставил ключи в замке зажигания. Я побежал быстрее, но «Новости» отстранились, прежде чем я успел добраться до машины.


Я огляделся и сориентировался. Хизер оставила ключи под приборной панелью S.O.C.E.M.A. Грегуар, но где, черт возьми, это было? Я подбежал к следующему углу и посмотрел направо. Да вот оно что!


Я мгновенно села за руль и держала ключ в замке зажигания, а затем я увидел изумленный взгляд деревенской женщины, несущей авоську с продуктами. Я повернул обратно на главную улицу, как это делали «Новости», поднимаясь на ходу, и увидел «Симку» в нескольких сотнях ярдов впереди меня, направляющуюся из города.


К тому времени, как «Новости» добрались до открытой местности по узкой извилистой дороге, я приблизился к сотне ярдов и быстро набирал скорость. Кусты, обрамлявшие дорогу, возвышались над высотой машин, поэтому всякий раз, когда Новостный уходил за поворот, он скрывался из виду, пока мы снова не выехали на прямую.


Он безумно скользил на каждом повороте. Моя спортивная машина прекрасно проходила повороты, и вскоре я был прямо на нем. Он увидел меня, и когда я попытался обойти его, заставить его отступить, он вырвался, чтобы остановить меня. Ему удалось это сделать на нескольких поворотах, пока он не встретил медленно движущуюся телегу, запряженную лошадьми, идущую с другого направления.


Новости повернул симку вправо. Его занесло и он снова повернул налево, зацепившись за задний угол телеги, загруженной тюками сена. Фургон накренился в сторону канавы, затем качнулся назад и выбросил часть своего содержимого на дорогу передо мной. Я ехал по нему, сено рассыпалось во все стороны, и мой обзор на мгновение закрылся.


Когда я вышел из облака сена, я оказался прямо на Simca. Я попытался встать рядом, но «Новости» остановился передо мной. Я резко дернул руль вправо, и "Новости" последовал за ним, как я и думал, затем я резко дернул влево и переключился вниз. S.O.C.E.M.A-Gregoire прыгнула вперед, когда моя нога нажала на педаль акселератора и переместилась рядом с Simca, прежде чем "Новости" успел отъехать.


"Новости" резко дернул руль, Simca врезался в правую часть спорткара, в сторону водителя. Я в ответ ударил спортивной машиной по Simca, подталкивая «Новости» к обочине дороги. Он почти потерял контроль, но быстро пришел в себя и на мгновение выпрыгнул впереди меня.


Мы свернули на другой поворот, не обращая внимания на то, что могло идти с другого направления. Я снова сравнялся с ним, но прежде чем я успел сделать ход, он ударил меня своей симкой в бок.


Теперь настала моя очередь потерять контроль. Колесо вырвалось у меня из рук, и в следующее мгновение спортивная машина вылетела с дороги на большой открытый луг. Я увидел, как машина "Новости" безумно неслась к противоположной стороне и двадцатифутовому обрыву к каменистому полю, затем я мчался по воздуху, машина начала катиться, прежде чем ударилась.


Я увидел вспышку в небе, а затем коричневую землю. Раздался резкий грохот, дверь с моей стороны распахнулась, и меня выбросило. Я ударился о землю, дважды перекатился и лежал ошеломленный. Машина продолжала катиться и упала на высокий валун.


Я медленно сел, осторожно двигаясь. Было больно , но сломанных костей вроде не было. Потом я услышал взрыв через дорогу. Я с трудом поднялся на ноги. Пришлось спасать "Новости" - если его еще можно спасти.


Я споткнулся на дороге и увидел, что русский ушел. Снизу клубился черный дым. Я подошел к краю насыпи и посмотрел вниз. Симка была охвачена пламенем. Я мог видеть "Новости", без сознания или мертвого, внутри. Я опоздал; Я никак не мог добраться до него.


Я стоял и смотрел, как горит Симка, и не мог не гадать, когда настанет мой день и какой-нибудь русский или агент Чиком станет свидетелем моей смерти. Ни один агент не жил вечно; большинство даже не дожило до старости. Вот почему Хок всегда говорил, когда мы расставались: «До свидания, Ник. Удачи. Увидимся, когда увижу тебя». А может быть никогда.


Я услышал звук двигателя машины и развернулся как раз в тот момент, когда небольшая белая Lancia остановилась в нескольких ярдах позади меня. Хизер выскочила и подбежала ко мне. Озадаченный англичанин выполз из другой двери машины и остановился, широко раскрытыми глазами глядя на горящую симку.


«О боже», - сказала Хизер, глядя на пылающие обломки. Затем она повернулась и посмотрела туда, где S.O.C.E.M.A. лежать вверх ногами в поле на другой стороне дороги. Это был беспорядок.


«Извини за это», - сказал я.


«Ой, ну, - вздохнула она. «Во всяком случае, он никогда не сдвигался очень хорошо».


Я усмехнулся ей. «Это сцепление Ferodo, должно быть, нужно отрегулировать»


"Скорее тебе больно?"


«Просто мое эго. Я хотел, чтобы Новости был жив. Теперь он не может нам ничего сказать».


Она одарила меня легкой самодовольной улыбкой. "Марш говорил перед смертью, я обещала ему доктора, бедняга.


Похоже, эти парни не имели никакого отношения к убийству. Планировалось украсть чертежи управляемых ракет при передаче из Минобороны в военный штаб ».


«Будь я проклят, - сказал я. Так что насчет "Новостей" я был прав все время. Но если за заговором покушения стояли не русские, то кто?


Шестая глава.


Брут сидел за своим столом, перебирая фотографию отряда коммандос Фергуса. Перед ним лежала стопка официальных армейских отчетов, каждый из которых содержал информацию о мужчинах в отряде.


«Нам удалось выследить их всех, - сказал Брут. «Двенадцать из них мертвы, либо убиты на войне, либо умерли дома. Этот, - он указал на человека с лейтенантской эмблемой, - очень интересный. Лейтенант Джон Элмор. У него была раздроблена часть черепа. рейд коммандос. Ему в голову вставили стальную пластину. После того, как он уволился со службы, он использовал свои навыки коммандос, чтобы работать на мафию. Он стал самым успешным наемным убийцей в Англии. В основном это задания в преступном мире. Этот человек был гением в убийстве . "


Я приподняла брови. Вот, наконец, кое-что, Брут тут же разрушил мои надежды. «Он был убит много лет назад в драке со Скотланд-Ярдом в пригороде Лондона».


"Вы уверены, что это был он?"


«Конечно! Скотланд-Ярд получил наводку от одного из информаторов, что Элмор прятался на станции техобслуживания. Когда они добрались до станции, он начал стрелять. Один из солдат Ярда хорошо разглядел его через оптический прицел снайперской винтовки. . Бой длился 10 минут, затем все место загорелось. Одна из пуль, должно быть, попала в бензонасос. Когда все было закончено, они обнаружили, что тело Элмора сгорело дотла. Но нет никаких сомнений в том, что это был он. . "


«Так что убийца все еще не найден».


Брут так не думал. «Прошло двадцать четыре часа после двухнедельного крайнего срока», - говорил Брут, расхаживая взад и вперед перед своим массивным столом, натягивая тяжелую трубку из вереска, туго зажатую в зубах. "Это могло означать, что ваш человек Марш был намеренно введен в заблуждение Новостями, чтобы не выдать истинную цель миссии. В этом случае, мой мальчик, убийца умер в этой пылающей машине. Вместе с другими убитыми или находящимися под стражей заговор был сорван ".


«Но Коваль подтвердил историю Марша», - отметила Хизер.


"Но разве он не сделал бы это?" - возразил Брут. «Если бы вы были Ковалем, вы бы предпочли, чтобы вас судили за кражу документов или за убийство?»


«Хорошая мысль», - сказал я. «Но я не могу не думать, что наш убийца все еще где-то там».


"Почерк вас беспокоит, не так ли?" - сказал Брут, посасывая трубку.


«Да, сэр. И то, как были совершены убийства. Проработав какое-то время на этой работе, вы чувствуете, что вам нужен человек, независимо от того, встречались вы когда-нибудь с ним или нет. убийца просто не соответствует "Новостям" .


«Что ж, надеюсь, ты ошибаешься, Ник, - тяжело сказал Брут. «Потому что, если вы правы, все, что мы можем сделать на данном этапе, - это удвоить бдительность по отношению ко всем нашим высокопоставленным чиновникам и ждать».


«Я знаю», - мрачно сказал я.


Брут внезапно высунул свою большую челюсть и усмехнулся. «Хорошо, мой мальчик. Не смотри так свысока. Вы с Хизер продолжаете заниматься своей работой и часто уточняете у меня».


«Тогда мы в путь, - сказала Хизер. «Мы поделим работу. Я возьму министра внутренних дел и лорда-хранителя печати, а Ник может начать с министра иностранных дел. Мы дадим тебе кольцо сегодня вечером, Брут».


* * *


Я медленно шел по широкому коридору. На первый взгляд офисное здание казалось гудящим в обычном режиме повседневной работы: секретари спешили из одной комнаты в другую, за закрытыми дверями клацали машинки. Но если бы вы знали, что искать, вы бы увидели скрытое напряжение под поверхностью.


Те же секретари избегали темных коридоров и неиспользуемых комнат. Повсюду были правительственные агенты и люди Ярда в штатском. Они останавливали меня каждые пару минут и заставляли показывать I.D. Брут дал его мне. Я задавался вопросом, насколько сложно будет подделать удостоверение личности SOE или MI5. карта, наверное, не так уж и сложно для знающего оператора.


Я поднялся по лестнице на следующий этаж и направился к кабинету министра иностранных дел. Здесь в коридоре было много людей, в том числе небольшой отряд солдат в форме у широких дверей, ведущих в основные рабочие зоны.


На другом конце коридора была неохраняемая дверь поменьше, ведущая в ряд меньших кабинетов Министерства. Когда я прошел мимо, вышел мужчина. На нем была форма дворника, в руках была швабра и ведро, и он, казалось, очень торопился - чуть не сбил меня с ног.


Он бросил на меня быстрый, жесткий взгляд, а затем быстро двинулся по коридору, почти бежал. Это был высокий мужчина с темными волосами и усами. Я пытался решить, были ли усы фальшивыми, собирались взлететь за ним, когда услышал крик.


Он был слышен из офиса, который только что покинул уборщик. На моем пути стоял мужчина в темном костюме и галстуке. Я оттолкнул его и открыл дверь.


Когда я зашел в офис, оставив за мной дверь открытую настежь,


девушка, стоявшая у двери, ведущей в следующую комнату, посмотрела на меня широко раскрытыми глазами и закричала. Бумаги, которые она, должно быть, держала в руках, лежали у ее ног. Я прошел мимо нее в небольшой частный кабинет, когда по коридору позади меня послышались шаги. Во внутреннем кабинете темноволосая женщина стояла над телом министра иностранных дел, открывая и закрывая рот в шоке.


Я увидел ужас на ее лице и посмотрел на причину этого. Он был убит гарротой, которую коммандос использовали на войне. Он был почти обезглавлен, и всюду была залита кровь.


Женщина посмотрела на меня и попыталась что-то сказать, но я подвинул ее к стулу и усадил на него, затем оглядел комнату. Рядом на столе лежала записка, но я пока проигнорировал ее.


Я думал о том, чтобы найти того дворника, но отказался. Его уже давно не было. Я попытался запомнить, как он выглядел, что заставило меня подумать, что усы могут быть фальшивыми, и тогда я кое-что вспомнил. Не только усы, но и волосы, должно быть, были фальшивыми - парик - потому что я был уверен, что видел прядь светлых волос на затылке.


В офис ворвались двое мужчин.


"Вот, что здесь происходит?" - спросил один.


"Кровавый ад!" - сказал другой, заметив мертвого человека.


"И кто ты?" Первый мужчина подозрительно посмотрел на меня.


Я показал свое удостоверение личности, поскольку все больше людей вбегали в комнату. «Думаю, я взглянул на убийцу, - сказал я, - он одет как дворник. Побежал туда по коридору».


Один из мужчин поспешил из комнаты. Остальные смотрели на меня с опаской, поскольку комната наполнилась перепуганными служащими Министерства. Я подошел к столу и посмотрел на записку. Это читать:


«Лучше поздно, чем никогда. Сумма долга и выплаты выросла до четырнадцати миллионов фунтов стерлингов. Поместите его на борт частного самолета и отправьте его в Женеву. Вы получите дальнейшие инструкции относительно того, в какой банк обращаться для внесения депозита. у вас не хватает времени ".


"Вот, что у тебя там?" - сказал рядом со мной полицейский в штатском. «Я просто принять, что» Он потянулся к записке, и я позволил ему посмотреть. Мне он показался похожим на тот же почерк, но, конечно, эксперт по почерку должен это подтвердить.


Я отошел от стола, чтобы еще раз взглянуть на тело. Теперь в передней комнате были репортеры, безуспешно пытающиеся пройти там мимо военной охраны.


Обходя стол ближе к телу, я заметил обрывок бумаги на полу примерно там, где мог стоять убийца, когда он вынул записку из кармана и положил ее на стол. Я поднял его; он выглядел как оторванный от канцелярских принадлежностей, всего в углу листа. На ней карандашом был написан номер телефона. На линии отрыва осталась часть печатной эмблемы.


Изучая нацарапанные цифры, мне показалось, что они могли быть написаны той же рукой, которая писала записки об убийстве. Конечно, это был долгий путь, но он нам был нужен прямо сейчас.


Ко мне подошел плотный мужчина, и я сунул обрывок в карман.


"Ты там - ты кто?"


«SOE», - сказал я, показывая удостоверение личности. очередной раз. Он не видел, чтобы я спрятал бумагу.


"О. Хорошо. Просто держись подальше, мой мальчик".


«Я приложу все усилия». - сказал я с серьезным лицом. Я подошел к телу, чтобы в последний раз взглянуть на беспорядок, в котором находился министр.


Это было еще одно убийство без необходимости. Гаррота, в данном случае состоящая из двух металлических ручек, между которыми проходит отрезок фортепианной проволоки, была знакомым оружием военным. Злоумышленник просто намотал проволоку на голову жертвы и потянул. Проволока прорезала плоть, мышцы, сухожилия и кости, пока не отделила голову от тела. По крайней мере, это был быстрый путь. Я внезапно вспомнил, что Оги Фергус служил в коммандос. Так он и узнал убийцу? Если бы он действительно знал его. Теперь я играл в угадайку, и на это не было времени, я повернулся и быстро вышел из комнаты.


Я нашел Хизер неподалеку в офисе министра внутренних дел; она не слышала о последнем убийстве. «Я только что столкнулась с Эльмо Юпитером», - легко сказала она. «Он настоял на том, чтобы я позвонила ему. Ты ревнуешь, любимый?»


«Хотел бы я иметь на это время», - сказал я. «Министр иностранных дел только что был убит».


Ее прекрасные голубые глаза расширились от шока.


"Брут знает?" спросила она.


«Я позвонил ему по дороге сюда. Он был в очень хорошем состоянии».


"Это чертовски ужасно, не так ли?" она сказала.


«Если мы не улучшим наш средний показатель в ближайшее время, - сказал я ей, - британское правительство перестанет существовать как жизнеспособное учреждение. В министерстве царила полная паника».


"Есть ли у Брута идеи?" спросила она.


«Не совсем. Сейчас мы в значительной степени одни. Премьер-министр уже уведомлен, я слышал, и хочет немедленно доставить выкуп».


«Он, наверное, боится, что может быть следующим».


«Он логическая цель», - сказал я. Убийца оставил еще одну записку с требованием оплаты. И я нашел это на месте происшествия. "Я передал ей записку.


«Это номер телефона министерства, - озадаченно сказала она. "Как вы думаете, это написал убийца?"


«Кажется маловероятным, что сотруднику министерства понадобится записывать номер, - сказал я. «И каракули, кажется, похожи на почерк в заметках об убийстве. Что вы думаете об эмблеме?»


«Этого недостаточно, - сказала она. «Но почему-то мне кажется, что я видела это раньше. Пойдемте в мою квартиру и посмотрим поближе».


Хизер сняла небольшую квартиру в лондонском Вест-Энде. Подняться туда можно было тремя пролетами, но, оказавшись внутри, это было довольно очаровательное место. Она приготовила нам чашку английского чая, и мы сели за маленький столик у окна, потягивая его. Я снова вытащил из кармана клочок бумаги.


«Кем бы ни был этот парень, он любит играть грубо, - сказал я, переворачивая бумагу в руке. Я сообщил Хизер подробности убийства. «Грубее, чем Новости. И он, вероятно, более опасен, потому что любит убивать и потому, что он, вероятно, нерационален».


Я поднес газету к свету из окна. «Эй, что это? Такое впечатление, что здесь, под цифрами, что-то написано».


Хизер встала и посмотрела через мое плечо. "Что там написано, Ник?"


«Я не могу разобрать. Это похоже на начало с большой буквы« R », а потом…»


«О» и «Й», - взволнованно сказала Хизер.


«А потом -« А »и, может быть,« Л. Ройял. И еще кое-что ».


«Это может быть« Хо », - сказала она, -« и часть телевизора. Вы знаете, что на Рассел-сквер есть королевский отель ».


«Конечно», - сказал я. "Royal Hotel. Но это канцелярские принадлежности отеля?"


«Я так не думаю, - сказала Хизер. «Я сказал вам, что видел эту эмблему раньше, но я не ассоциирую ее с гостиницей. Но мы ее проверим».


«Если это не отельная газета, - сказал я, - у нас есть двойная подсказка. Royal Hotel и организация или идея, представленные этим символом».


«Совершенно верно», - согласилась Хизер, на ее лице отразилось волнение. «Может быть, это наш прорыв, Ник».


«Если бы газета принадлежала убийце, - напомнил я ей.


После чая мы сели в такси до отеля Royal и поговорили с помощником менеджера за стойкой. Он посмотрел на клочок бумаги и отрицал, что он принадлежит отелю. Он достал лист гостиничных канцелярских принадлежностей и показал нам для сравнения.


«Конечно, это могло принадлежать гостю», - сказал мужчина. «Или одному из многих участников съезда, которые встречаются здесь».


«Да», - тяжело сказал я. «Что ж, все равно спасибо».


Снаружи Хизер сказала: «Думаю, нам лучше познакомить Брута с современностью».


«Хорошо, - сказал я. «Может, он может предложить какие-нибудь идеи по поводу нашей эмблемы». Мы остановили такси и пошли прямо в офис Брута.


Когда мы добрались до места, после быстрого марша по длинному коридору с охранниками в униформе мы обнаружили, что Брут просматривает старые полицейские записи. Он подумал, что все еще может быть некоторая вероятность того, что убийца был осужденным преступником, озлобленным против истеблишмента. Я показал ему клочок бумаги, но он покачал головой.


«Я ничего не могу сделать с этим», - сказал он. «Я могу сделать копии и показать их всему отделу. Может быть, кто-нибудь узнает это».


«Возможно, это того стоит, сэр», - сказал я.


«Мы проверили этого парня-уборщика, которого ты видел выходящим из офиса секретаря», - сказал мне Брут. «Никто не может идентифицировать человека с таким описанием, работающего в здании».


"Это убийца", - сказал я.


«Он, наверное, наш убийца», - сказала Хизер. «Ты был достаточно близко, чтобы схватить его, Ник».


«Не напоминай мне», - угрюмо сказал я.


«Не вини себя, парень», - сказал Брут, раскуривая трубку. «Если бы не ты, у нас бы ничего не было».


«Возможно, у нас все еще ничего нет», - сказал я. «Если тебе это пригодится, я смутно помню, как видел светлые волосы в темноте, как если бы на мужчине был парик».


Брут сделал пометку на листке бумаги. «Наверное, усы тоже были фальшивыми».


«Наверное. Я знаю, что так и думал, когда увидел это».


Брут встал из-за стола и стал обойти его, посасывая трубку. Он выглядел очень усталым, как будто не спал несколько дней.


«На данный момент, - сказал он, - несмотря на улики, мы далеки от раскрытия заговора с убийством. Третья записка, найденная на месте происшествия, больше ничего не говорит нам о нашем человеке. Или мужчинах».


«Если у убийцы были сообщники, - сказала Хизер, - он, кажется, экономит на них».


«Да, очевидно, что убийства, по всей видимости, были совершены одним и тем же человеком - хотя они могли бы выглядеть так, если бы руководил один человек. Во всяком случае, премьер-министр признался мне, что он организует выплату требуемой суммы. "


"Четырнадцать миллионов фунтов?" - спросила Хизер.


"Точно. Мы обсуждали возможность каким-то образом обмануть нашего человека, загрузив самолет фальшивыми деньгами и т.п. "


Я погладил подбородок: «Интересно, сэр, действительно ли этому человеку нужны деньги».


"Что вы имеете в виду?" - спросил Брут.


«Он может думать, что хочет денег, на сознательном уровне, - медленно сказал я, - но на другом уровне - более примитивном, более темном - он может хотеть только убивать».


Брут потянул трубку и изучил мое лицо. «Да, я понимаю, что вы имеете в виду. Но как бы то ни было, мы должны предположить, что выплата требуемой суммы остановит убийства, не так ли?»


«Да, сэр, я так полагаю», - сказал я.


«Хорошо. Что ж, вы двое можете немного отдохнуть. Но держитесь за этот клочок бумаги - там что-то может быть».


Хизер встала со своего обычного места на столе Брута, а я встал со стула.


«Есть еще кое-что, сэр», - сказал я.


"Да?"


«Хоук сказал мне, что Оги Фергус служил в коммандос. Думаю, нам следует получить список людей в отряде Оги».


Брут нахмурился. «Это вполне может быть большой список».


«Я бы ограничился этим только для людей из его ближайшего окружения. В этом может быть зацепка».


«Верно, Ник, - сказал Брут. "Я займусь этим. Что-нибудь еще?"


«Всего несколько часов сна», - сказал я, улыбаясь.


«Я обещаю не беспокоить никого из вас до конца дня», - сказал он. «Хорошо поужинайте и немного отдохните».


«Спасибо», - сказал я.


Мы с Хизер поужинали в маленьком тихом ресторанчике, а затем она пригласила меня к себе на квартиру, чтобы выпить, прежде чем я вернулся в свой номер в отеле, оплачиваемый ГП. У меня был бурбон, а она - шерри. Мы сели на длинный диван, потягивая напитки.


«Хотела бы я вспомнить, где я видела эмблему на том клочке бумаги», - призналась она. «Я знаю, что видел это где-то не так давно».


«У вас будет достаточно времени для этого завтра, когда вы отдохнете», - сказал я. «Пусть все это инкубируется внутри до тех пор».


«Хорошо, доктор». Она улыбнулась. «Я полностью отдаю себя твоей заботе».


"Это предложение?"


«Бери, как хочешь».


Я поставил недопитый бокал и потянулся к ней. Она таяла в моих руках, ее мягкость давила на меня. На ней были брюки и рубашка, но без бюстгальтера. Прижавшись губами к ее губам, я провел рукой по ее правой груди. От моего прикосновения сосок затвердел. Мой язык исследовал ее рот, и она страстно ответила.


Она оторвалась от меня и встала. «Я займусь чем-нибудь более подходящим», - сказала она.


Она исчезла в спальне, и я допил свой бурбон. Тепло спиртного распространилось по мне. Я был расслаблен и готов. А потом вернулась Хизер.


На ней был почти прозрачный пеньюар до пола.


Я разделся и лег рядом с ней на диван. Я просунул руку между ее бедер и погладил ее. В ее горле заурчал тихий звук.


Я накинул пеньюар ей на голову и позволил ему упасть на пол рядом со мной. И она хотела меня. Было ясно, что она очень меня хотела. Я знал, что это будет даже лучше, чем в прошлый раз.


Мы начали неторопливо, комфортно, позволяя волнам удовольствия проходить через нас, когда наши тела соприкасались, и огонь медленно вспыхивал внутри. Это было сладко, очень сладко; неторопливая походка разожгла огонь и развела его.


Когда толчки, тяга и зондирование достигли большей интенсивности, Хизер начала дрожать. Звуки в ее горле росли, пока не заполнили комнату. Затем это было примитивное погружение, дикое по своей интенсивности, когда руки Хизер крепко обвились вокруг меня, ее горячие бедра прижимали меня к ней все глубже и глубже.


Когда все закончилось, я лег, закурил сигарету и подумал о Хизер и Хадии; Я не мог не сравнить их двоих. Их способы занятия любовью были такими же разными, как и их национальности. Хадия походила на пустыню Северной Африки, в которой она родилась: лихорадка, как бушующая песчаная буря, которая закончилась так же внезапно, как и началась. Весна у Хизер была больше похожа на английскую весну: медленно развивалась, следуя давно устоявшейся схеме, постепенно переходила в летнюю жару, а затем постепенно переходила в прохладную осень.


Что было лучше? Я не мог сказать. У каждого были свои преимущества. Но было бы неплохо, подумал я, иметь постоянную диету сначала из одного, затем из другого.


Семь


Было уже за полночь, когда я вернулся в свой гостиничный номер и лег спать. Примерно через час после того, как я задремал, я внезапно проснулся. Сначала я понятия не имел, что меня разбудило, а затем я услышал это снова: мягкий щелкающий звук. Что это было? И внутри комнаты, или снаружи?


Я лежал и слушал, мне очень хотелось снова заснуть, и я знал, что это роскошь, которую я не могу себе позволить. Многие агенты просыпались мертвыми, так сказать, потому, что были слишком уставшими или сонными, чтобы слышать странный шум посреди ночи.


Я лежал совершенно неподвижно, глядя в темноту. Меня окружила тишина, перемежаемая уличным шумом. Я что-то воображал или мечтал?


Пятнадцать минут на светящемся циферблате моих часов. Я зевнул и изо всех сил старался держать глаза открытыми. Пол часа. Конечно, я ошибался. Сон тянул меня, утаскивая в свою темную теплую яму. Мои веки закрылись, затем широко открылись.


Опять этот звук! Тот тихий щелкающий звук, и на этот раз сомнений не было. Он исходил от двери в коридор. Кто-то двигал ключом в замке.


Звук повторился. Кто бы ни был там, был доволен, что я сплю.


Я молча вылез из постели. Единственный свет в комнате исходил из окна и под дверью в


корридор. Теперь тень заслоняла узкую полоску света под дверью. Да, кто-то был снаружи и вскоре вошел.


Я натянул штаны и рубашку, надел туфли, когда стакан щелкнул в замке, и ручка начала вращаться. Я подошел к стулу, где висела моя куртка, и потянулся к наплечной кобуре под ней. Я вытащил Вильгельмину, затем вернулся к кровати и натянул простыню на подушку. Когда дверь приоткрылась, я присел за стулом.


В комнату медленно вошел широкоплечий мужчина, держа перед собой пистолет. Другой худой мужчина двигался за ним, как тень. Они беззвучно вошли в комнату и остановились лицом к кровати. Толстоплечий кивнул худощавому, и они направили винтовки на кровать, на которой я лежал. Она была скрыта в тени, и они думали, что я все еще там. У пистолетов, больших и некрасивых, на дулах были длинные глушители. Внезапно из каждого ружья прозвучало по три или четыре выстрела. Я подождал, пока они не перестанут стрелять и постельные принадлежности не будут в беспорядке, затем я протянул руку и включил свет.


"Сюрприз!" - сказал я, направляя к ним Вильгельмину.


Они повернулись ко мне лицом, на их лицах было замешательство. Я никогда раньше никого из них не видел.


«Бросьте оружие», - твердо сказал я.


Видимо, я не был очень убедителен. Толстоплечий передвинул пистолет и быстро выстрелил, упав на одно колено. Его выстрел отколол дерево от каркаса мягкого стула, который я использовал для укрытия. Я пригнулся, когда он выстрелил второй раз. На этот раз пуля врезалась в набивку стула.


Я ударился об пол за стулом, перекатился один раз и выстрелил в дальнего. Вильгельмина без глушителя громко зарычала в комнате, пуля вонзилась в стену за мускулистой головой бандита. Я быстро выстрелил снова, и второй выстрел попал мужчине в грудь, сильно ударив его о стену. Он соскользнул на пол, оставив на стене малиновый след.


Второй стрелок выстрелил еще один раз, отколол цветную бумагу от стены позади меня, и нырнул в укрытие за кроватью. Я произвел выстрел, но промахнулся на несколько дюймов и разбил ножку ночного столика.


Теперь я вернулся за стул. Я поднял упавшую пепельницу, кинул ее вправо и привлек огонь врага. В то же мгновение я отступил влево, снова схватился над головой за выключатель света, затемняя комнату. Я быстро карабкался к большому комоду, который служил хорошим укрытием от кровати.


Выживший боевик был на ногах, двигался к двери от кровати и на ходу стрелял в меня. Пули прогрызли древесину спереди комода. Я остался стоять, но когда он направился к двери, мне удалось выстрелить в него еще раз. К сожалению, я промахнулся.


Я вскочил и бросился к двери, как раз вовремя, чтобы увидеть, как боевик исчезает за углом в коридоре. Он направлялся к черной лестнице.


Я выругался себе под нос, когда я быстро вернулся в комнату. Я схватил небольшой чемоданчик и вынул запасной магазин для Вильгельмины. Я вытащил старый магазин, а потом вставил новый. Затем я выскочил в коридор, мимо небольшого скопления персонала отеля и гостей, к черной лестнице.


К тому времени, когда я спустился вниз по лестнице и вышел в переулок позади отеля, второго бандита нигде не было видно. Я побежал к выходу из переулка, посмотрел направо, затем налево - и заметил, как он свернул за угол. Я двинулся за ним.


Я догонял его, когда мы вышли в Хай-Холборн, на Юстон-сквер, и он увидел вход в метро - лондонское метро - и нырнул в него.


Я был там через мгновение. Подойдя к лестнице, я увидел его внизу, целившего в меня пистолет. Он нажал на курок, но единственным звуком был бесполезный щелчок. Очевидно, пистолет дал осечку. Он выругался и бросил его.


Я крикнул. "Погоди!"


Но он исчез у подножия лестницы. Я засунул люгер за пояс и последовал за ним.


Мы преодолели барьеры, а потом я помчался за ним по платформе станции. Пожилой мужчина, стоящий на краю платформы в ожидании поезда, уставился на нас, когда мы мчались мимо.


В конце платформы мой человек начал подниматься по лестнице на другой уровень. Он повернулся, и я хорошо его разглядел. Он был молод и крепок; на его лице были одновременно гнев и отчаяние. Он взбежал по ступенькам, я следил за ним.


Наверху лестницы он повернулся и стал ждать меня. Когда я сокращал дистанцию, он яростно пнул. Я отступил на пару шагов и почти полностью потерял равновесие. К тому времени, как я достиг вершины лестницы, боевик был уже на полпути вниз по платформе. Я побежал за ним, пытаясь догнать.


Поезд с ревом въехал на станцию, но мой человек не попытался сесть на него. Очевидно, он чувствовал, что на станции у него больше шансов. В конце платформы он кинулся на другую лестницу.


Здесь как раз отъезжал поезд. Пара средних лет вышла и села на скамью.


Они безмятежно посмотрели вверх, когда боевик, оглянувшись на меня, снова побежал по платформе. Но я догнал его сразу после скамейки. Я сделал прыжок и сбил его с ног.


Мы тяжело упали, перекатываясь к ногам пары на скамейке. Они сидели и с легким интересом наблюдали, как мужчина схватил меня за горло.


Я вырвался на свободу, ударив его по предплечью, затем нанес еще один удар ему в шею. Он упал навзничь. Я с трудом встал на одно колено и ударил его кулаком по лицу.


Он хмыкнул от удара, но не сдавался. Он ударил меня ногой, когда я бросился на него, удар сбил меня боком к краю платформы. Я чуть не упал.


Он увидел, насколько я близок к краю, и решил мне немного помочь. Он ударил меня ногой, целясь в мою сторону, как только поезд вошел на станцию. Я схватил его за ногу и держал. Он попытался вырваться, потерял равновесие и откатился от края платформы, чуть не потянув меня за собой. Его крик заглушил поезд, который пронесся над ним.


Пара, которая так спокойно смотрела на нас, теперь вскочила на ноги, женщина визжала, как застрявший заводской свисток.


Я повернулся и быстро поднялся по ступенькам. Я не хотел все это объяснять полиции. Только не сейчас.


Восьмая глава.


"Я поняла!" - сказала Хизер, когда я впустил ее в свою комнату. "Я вспомнила об этой эмблеме!"


Я вытер глаза и последовал за ней внутрь. Она остановилась и уставилась. Благодаря моим незваным посетителям это место выглядело как зона бедствия.


"Что, черт возьми, здесь произошло?"


«Вы никогда не поверите».


«Попробуй просветить меня», - сказала она.


«Хорошее предположение состоит в том, что убийца знает, что я веду дело, и решил, что не хочет, чтобы я дышал ему в шею. Он послал парочку здоровенных людей с большими пушками доставить мне билет в один конец в морг. Я должен был заставить Брута поднять полицию в три часа ночи "


«Но как убийца узнал, кто вы и для чего здесь?» - спросила она озадаченно.


Я пожал плечами. Я предположил. - "Утечка в офисе Брута?"


Она была возмущена. - "Невозможно!"


«Я надеюсь на это», - сказал я. «Во всяком случае, это означает, что мы засвечены, так что насчет этой эмблемы?»


Ее лицо снова оживилось. «Дай мне посмотреть эту бумагу».


Я протянул ей. «Да, - кивнула она, - я уверена. Это часть дизайна автомобильной эмблемы. Я просто не могу вспомнить, какой именно».


Я натянул рубашку и застегнул ее. Я тоже начал волноваться. «Давайте вернемся и снова поговорим с тем парнем в отеле Royal», - сказал я. «Это может быть быстрее, чем пытаться получить список эмблем от АА».


«Меня ждет такси».


Мы проехали сквозь рассеивающийся туман по Миллбанку, мимо массивных зданий Вестминстерского аббатства и здания парламента. Я знал, что в тот самый момент Палата общин была на экстренном заседании, обсуждая, как лучше всего выполнить решение премьер-министра выполнить требование убийцы о целое состояние в фунтах стерлингов.


В отеле «Ройал» Хизер сказала нашему человеку: «Мы думаем, что могли идентифицировать символ на бумаге, которую мы вам показали. Мне кажется, что я видел его в связи с автомобилем».


Клерк в отеле на мгновение подумал: «Возможно, ты права», - сказал он наконец.


Я спросил. - «Были ли у вас в последнее время гости, которые могли бы быть в Лондоне, представляя какую-нибудь автомобильную фирму?»


Он широко улыбнулся нам. «Не прошло и двух недель назад, как у нас здесь был съезд автопроизводителей».


"В самом деле?" - сказала Хизер.


"Вполне!" Этот человек был так же взволнован, как и мы. «Я могу дать вам список всех фирм, которые были представлены. На самом деле, я считаю, что у нас все еще есть литература, которую они передали в задней части салона в ожидании получения. Хотите взглянуть?»


«Да, мы будем. Спасибо», - сказал я.


Он отвел нас в небольшую кладовую в задней части главного этажа. В углу были сложены коробки с брошюрами и бумагами для заметок. На паре ящиков были знаки различия, но ни один из них не подошел к нашему.


Дежурный вернулся к работе, и мы остались одни. Хизер начала просматривать одну картонную коробку, я взял другую. Внезапно Хизер вскрикнула, узнавая.


"У нас есть это, Ник! Смотри!" Она держала лист бумаги такого же цвета, как у нас. Я подошел к ней и изучил ее.


«Хорошо, - сказал я. "Так так так."


Полная эмблема изображала скорпиона на поле из виноградных листьев на гербе щита. Мы посмотрели на название компании, напечатанное дугой над щитом, затем друг на друга.


«Юпитер Моторс Лимитед», - сказала Хизер, ее лицо внезапно изменилось. "Да, конечно."


«Юпитер», - сказал я. "Разве это не твой друг?"


«Элмо Юпитер мне не друг», - решительно сказала Хизер. «Но он владеет Jupiter Motors. Теперь я знаю, почему эмблема показалась мне знакомой. Я был в одном из его выставочных залов. Его завод и офисы находятся где-то на окраине Лондона».


«Интересно», - сказал я. Что-то в Эльмо Юпитере тревожило меня, но я не мог сосредоточиться. Я сунул лист бумаги для заметок вместе с оригиналом в карман и повел Хизер из кладовой и обратно в апартаменты.


Клерк отеля обрадовался, когда мы сказали ему, что разобрались с эмблемой.


"Совпадение!" сказал он.


«Да», - согласился я. «Теперь, может быть, ты сможешь сделать нам еще одно дело ».


"Можно."


«Нам нужен список сотрудников Jupiter Motors, которые присутствовали на встречах, если вы сможете это сделать»,


«Конечно! Нам был предоставлен список для каждой компании от организатора дела. Я уверен, что он у меня еще где-то есть. Простите меня на минутку»,


Вскоре он вернулся со списком и показал нам имена сотрудников Jupiter Motors. Их было трое: Дерек Форсайт, Персиваль Смайт и сам Элмо Юпитер.


Я поблагодарил клерка за всю его помощь, и мы с Хизер медленно пошли к парку на Рассел-сквер, давая возможность проникнуть в нашу новообретенную информацию.


«Юпитер - Скорпион», - сказала Хизер. «Я имею в виду астрологически. Я помню, как он мне сказал. Вот почему на эмблеме изображен скорпион».


«Я думаю. Хезер, нам нужно увидеть мистера Юпитера», - сказал я.


Юпитер Моторс находился в современном комплексе зданий на Норт-Энд-роуд. Очевидно, на это было вложено много денег. Тем не менее, это показало признаки запущенности. После короткого разговора с личным секретарем Юпитера мы вошли в его кабинет. Он все улыбался, игнорируя меня и концентрируясь на Хизер.


"Ну, Хизер!" - тепло сказал он. "Какой приятный сюрприз."


«Ты сказал мне связаться», - сказала Хизер, когда он взял ее за руку. «Ричард ужасно интересуется автомобилями и надеется, что сможет взглянуть на ваш завод».


Юпитер посмотрел на меня своими суровыми карими глазами. Я должен был признать, что он был неплохо выглядел, у него атлетическое телосложение. Но эти суровые глаза испортили в остальном красивое лицо.


Он натянуто улыбнулся мне. - «Конечно, ты можешь осмотреться». «Это даст мне возможность поговорить с Хизер».


Хизер тепло посмотрела на него. Я смотрел на его лицо. Казалось, теперь он изучает ее, словно пытаясь определить, подруга она или враг.


Он нажал кнопку внутренней связи и попросил своего секретаря позвонить мистеру Берроузу, который покажет мне, пока Юпитер и Хизер пьют чай в холле в коридоре.


Пока мы ждали мистера Берроуза, я небрежно сказал Юпитеру: «Насколько я понимаю, недавно здесь, в Лондоне, проходил съезд автопроизводителей».


"Да." Он кивнул. «Я присутствовал вместе со своим директором по продажам и его помощником. Встречи не оправдали ожиданий. Здесь, в Англии, между компаниями слишком мало сотрудничества».


«Думаю, то же самое и в Штатах», - сказал я.


«Да», - медленно сказал он. "И что вы там делаете, мистер Мэтьюз?"


«Я работаю в сфере общественного здравоохранения, как и Хизер. Ей поручили показать мне Лондон».


Хизер вытащила сигарету и намеренно возилась с зажигалкой. Она упала на пол с ковровым покрытием. Я встал, словно собирался поднять для нее вещь, но Юпитер опередил меня. Когда он закурил ее сигарету, я нажал на ножку часов, которые были на мне. Помимо точного отсчета времени, он делал отличные снимки.


Зазвонил домофон. Юпитер протянул руку и щелкнул выключателем. «Да? Хорошо, пошли его прямо внутрь». Он взглянул на меня. «Наконец-то это Берроуз».


Мистер Берроуз был любезен, но тур наскучал ему почти так же, как и мне. В отделе продаж меня познакомили с Форсайтом и Смайтом, двумя мужчинами, которые вместе с Юпитером присутствовали на конгрессе в отеле Royal. Форсайт был знатным седовласым типом; Смайт примерно на пятнадцать лет моложе его и напористый, из тех, кто проталкивает ногу в дверь, когда продает дом за домом. Почему-то я не считал никого из них нашим мужчиной, но мы бы все равно попросили Брута их проверить.


Юпитер казался немного напряженным, когда мы с Хизер наконец попрощались. Он сфокусировал на мне холодный взгляд и сказал с полной неискренностью: «Возвращайтесь в любое время, мистер Мэтьюз. Рад видеть вас».


«Спасибо», - сказал я, отвечая на холодный взгляд.


Идя к вокзалу Западный Кенсингтон, мы с Хизер оценили нашу утреннюю работу. «Берроуз намекнул, что компания испытывает финансовые проблемы из-за высоких государственных налогов», - сказал я ей.


«Интересно», - сказала она. «Думаю, у меня есть отпечатки на прикуривателе. У тебя есть фотографии?»


«Один из него и пара бумаг на его столе для его почерка». Я прикурил для нас сигареты, пока мы шли. «Я также встречался с Форсайтом и Смайтом, но я думаю, что Юпитер - наш человек. Я просто хотел бы знать, как он узнал, что я агент».


«Он знает, что я тоже агент», - сказала Хизер. «Я уверен в этом. Но мы получили то, что хотели, и это важно».


«Я просто надеюсь, что все это к чему-то приведет», - сказал я.


Она внимательно посмотрела на меня. «Я вспомнил кое-что еще, Ник, пока пил чай с Юпитером. Помнишь день, когда убили министра иностранных дел, я говорил тебе, что натолкнусь на Эльмо Юпитера, когда встретлю тебя на улице?»


Я остановился и посмотрел на нее. Я забыл, что «Да, - сказал я медленно, что-то шевелилось в моей памяти, - вы сказали, что только что видели его, прямо возле министерства иностранных дел. Что он там делал, что он сказал?»


Она покачала головой. «Не совсем. О, я проделал обычную вежливую речь:« Почему, Эльмо Юпитер, что привело тебя к этому? »


Я думаю, он сказал «друг», но я не слушала. Затем он начал настаивать на свидании, и я ушла, как только смогла ».


«Друг», - сказал я, качая головой. «Это всегда возможно, конечно, но это слишком много совпадений».


«Я определенно могла поверить, что он наш убийца», - вздрогнув, сказала Хизер. «Эти глаза! Они вызывают у меня мурашки по коже».


Я замер. «Вот и все! Дворник! Это то, о чем я думал. У него было такое же телосложение, как у Юпитера, и такие же суровые глаза. Я был прав - волосы и усы были фальшивыми. Это был Юпитер». Я уверен в этом. И это подходит! Он узнал меня, когда он натолкнулся на меня в коридоре, и правильно заключил, что я был с охранниками. Он боялся только этого, боялся, что я увижу его снова и вспомню, поэтому он послал этих головорезов убить меня ".


«Думаю, пришло время еще раз поговорить с Брутом», - сказала Хизер.


Мы нашли ее босса в его офисе. Он был в плохом настроении, так как только что вернулся из лондонского аэропорта, где наблюдал за погрузкой четырнадцати миллионов фунтов стерлингов на борт военного самолета. Деньги были упакованы в стальные коробки и охранялись агентами ЗП.


Мы проинформировали его о нашей поездке в Jupiter Motors, затем передали Бруту Хезер зажигалку и пленку с моей часовой камеры. Он срочно отправил их в научный отдел, и мы стали ждать.


Результаты не заставили себя ждать, всего полчаса. Клерк вручил Бруту сложенную папку. Читая, он нахмурился. Наконец он сказал: «Кажется, Ник, у тебя и Хизер есть отпечатки пальцев мертвеца».


Он вручил мне файл. На первой странице было полицейское досье Джона Элмора.


Я спросил. - "Нет никаких сомнений?"


Брут серьезно покачал головой. «Отпечатки пальцев идеально совпадают».


«Тогда он, должно быть, устроил драку со Скотланд-Ярдом, оставил тело и каким-то образом ускользнул, пока бушевал пожар. Ему могли сделать пластическую операцию на лице и заняться автомобильным бизнесом. Все эти годы он работал в ясное. Но почему теперь, совершенно неожиданно, он ... "


«Хорошо, узнаем, когда мы его заберем», - сказал Брут, потянувшись за телефоном.


«Вам лучше выбрать хороших людей, сэр», - сказал я ему. «Если Юпитер - наш человек, а он определенно так выглядит, то он очень умен. И чрезвычайно опасен».


«Не нужно напоминать мне, - фыркнул Брут.


Когда он закончил разговор по телефону, я предложил пойти с его людьми. «В этом нет необходимости», - отмахнулся он от моего предложения. «Вы двое сделали достаточно сегодня».


"Что насчет денег сейчас?" - спросила его Хизер.


«Я разговаривал с премьер-министром - белый флаг развевается над парламентом, и его пока не впечатлило то, что мы сделали. Он помнит « Новости ».


"Но это другое!" - умоляла Хизер.


«Вы должны помнить, - сказал Брут, - что в данный момент царит абсолютная паника. Парламент настаивает на том, чтобы что-то было сделано, чтобы остановить убийства. И отгрузку можно будет остановить в Швейцарии, если Эльмо Юпитер действительно окажется убийцей. "


Через несколько мгновений мы оставили его и прошли через здание, направились к стоянке и красивому желтому Porsche 911, который Хизер арендовала.


«Думаю, у нас есть право на хороший обед», - сказала она, когда мы подошли к машине.


Я согласился. "Я голоден."


Хизер начала садиться за руль, но я остановил ее. «Вы не единственный любитель спортивных автомобилей».


Я сел за руль. Она усмехнулась и села рядом со мной. "Тебе нравится греческая мусака?" спросила она.


«Если в ней много мяса», - сказал я, заводя двигатель.


«Тогда я приготовлю тебе вкусную еду, пока мы ждем вестей от Брута», - сказала она.


* * *


Мы лежали бок о бок на длинном диване в квартире Хизер. Я переваривал мусаку, которая была восхитительной. Хизер, безусловно, была потрясающей девушкой.


«Пенни за твои мысли», - сказала она. Она лежала у меня на груди, соблазнительно провела рукой по моей челюсти.


Я понял намек и повернулся к ней. Я уткнулся лицом в ее волосы, вдыхая аромат ее духов. Я прикусил ее ухо, и она издала низкий, глубокий стон. Она подняла ко мне лицо, и, пока я поцеловал ее, я расстегнул ряд пуговиц на ее домашнем халате. Я обвился вокруг ее спины, нашел застежку бюстгальтера и расстегнул ее. Она сняла домашний халат с плеч и выбросила бюстгальтер. Я играл с ее сосками, дразнил их зубами. Они стали твердыми, как галька.


Я медленно погладил ее плечо, затем внешний край груди. Когда я это сделал, она резко втянула воздух, затем прикусила мою губу.


Я легонько провел пальцами по ее бедрам и бедрам, поцеловал ее грудь. Это было все, что она могла вынести.


Она подвела меня к себе, сама создавая союз, выгнув в нем свою прелестную спину и толкаясь ко мне, пока я не погрузился в нее. Знакомый звук удовольствия заурчал в ее горле. Мой разум и тело были сосредоточены на изначальном желании проникнуть, исследовать и насиловать эту прекрасную женщину, которая на данный момент была частью меня. Наша страсть росла, росла… и взорвалась полным исполнением.


Девятая глава.


Телефон зазвонил через несколько минут после того, как мы закончили


Хизер поднесла трубку к уху, послушала несколько секунд, а затем ахнула. «Да, сэр, немедленно», - сказала она и повесила трубку.


Я спросил. - "Брут?"


«Да», - ее голова качалась вверх и вниз. «Юпитер исчез. Его нигде нет, ни в его офисе, ни в своем доме».


«Может быть, он просто отключился».


«Брут так не думает», - сказала она. «Он считает, что Юпитер подозревает, что мы знаем о нем».


Я задумался на секунду. Брут, вероятно, был прав. Человек с умом Юпитера заподозрит что-нибудь в нашем внезапном визите к нему. Поразмыслив над этим, он, вероятно, решил перестраховаться и где-нибудь спрятаться.


Я встал с дивана и начал одеваться. Хизер направилась в спальню. «Брут хочет увидеть нас немедленно, если не раньше, в своем офисе», - сказала она через плечо.


Мы были готовы через десять минут и спустились по лестнице из квартиры Хизер на улицу. Был конец дня, и уже садилось раннее осеннее солнце. Элегантный Porsche 911 был припаркован за углом мощеной улочки. Когда мы подошли к машине, двое мужчин вышли из подъезда и столкнулись с нами. Каждый держал в правой руке револьвер.


"Вот это да!" - мягко сказала Хизер.


«Держи его здесь», - сказал самый близкий к нам человек. Это был узкоплечий персонаж с тонким лицом, чьи бледно-голубые глаза не отрывались от моего лица. Его приятель был коренастее с ногами футболиста. «Обыщи девушку», - сказал ему худой мужчина, а затем обратился ко мне: «Стой спокойно».


Он похлопал меня и хорошо поработал - он нашел Вильгельмину и Хьюго.


"Что все это?" - спросил я, хотя и мог догадаться.


«Неважно», - сказал футболист, запихивая в карман сумочку Хизер со стерлингом. Он кивнул в сторону обочины, где черный «роллс-ройс» подъезжал к «порше». "Просто садитесь."


Похоже, у нас не было особого выбора. Хизер пошла первой, худощавый мужчина подошел к ней. Я последовал за его приятелем.


"Куда вы нас везете?" - спросила Хизер.


«Вы потом узнаете», - сказал худой мужчина. Теперь мы были у обочины. "Залезай."


«И никаких забавных дел», - добавил мужчина рядом со мной.


Водитель «роллса» не собирался выходить из машины. Я не сводил глаз с пистолета, который мой человек держал направленным на меня, но я не знал, была ли Хизер настроена на возможность движения против них. В следующую секунду я узнал.


"Ник!" - крикнула она и рубанула боком в руку худощавого мужчины. Его револьвер со звоном упал на тротуар, когда Хизер снова ударила его, на этот раз по лицу.


Тем временем я ударил футболиста по колену с громким треском. Он крикнул и согнулся пополам, хватаясь за ногу. Пока он отвлекся, я схватился за его пистолет.


Хизер теперь хорошо держалась за худощавого мужчину. Она позволила его собственной инерции вывести его из равновесия, затем, используя свое тело как рычаг, яростно швырнула его через капот «роллса». Он приземлился на спину.


Хизер двинулась за пистолетом, которое он уронил, но не нашла его. Я все еще пытался вырвать пистолет у футболиста, который сопротивлялся.


Я слышал, как Хизер кричала: «Понятно!» когда она, наконец, добралась до пистолета худого человека… слишком поздно.


«Брось, или я продю тебе дыру». Водитель «роллса» присоединился к выступлению с большим уродливым револьвером, который он держал в руке, направленным в спину Хизер.


Хизер застонала, взглянула на меня и увидела, что я не в состоянии помочь, и уронила пистолет.


«А теперь, - сказал водитель, направляя на меня пистолет, - оставайся здесь. Иди сюда, птичка».


Хизер переехала к нему. Он сильно ударил ее и чуть не сбил с ног. «Повернись и положи руки за спину», - сказал он.


Он кивнул худому мужчине, хромавшему за ружьем, которое уронила Хизер. Он подошел, достал из заднего кармана пару наручников и надел их на тонкие запястья Хизер. Она ахнула, когда он зажал их, слишком сильно. Я проклял его себе под нос.


Теперь ко мне подошел водитель. Это был крупный мужчина со слегка дряблым лицом. Он бросил на меня очень мерзкий взгляд и направил револьвер мне в голову. Я проворчал и упал, истекая кровью из порезанного лба. Затем он и футболист отдернули мне руки за спину и застегнули наручники на моих запястьях. Они подняли меня на ноги и затолкали в роллс. Худой мужчина подтолкнул Хизер ко мне.


Мы ехали больше часа, огни Лондона постепенно гасли за нами. Была черная ночь, когда мы свернули на подъезд к загородной усадьбе, и роллы остановились у главного входа в большой каменный дом. Трое головорезов вышли из машины.


«Хорошо, вы двое. Вон», - худой мужчина снова отдавал приказы.


Они вытащили нас с заднего сиденья. «Внутрь», - сказал худой мужчина, указывая на дом.


Место было очень элегантным, с внешним видом старой Англии. Мы вошли в холл с высокими потолками. Свет горел, но нас никто не встретил.


«Он сказал отвести их к вышке», - напомнил остальным водитель.


Они провели нас по коридору к узкой круговой лестнице. Пахло сыростью и плесенью. Мы медленно поднялись по изношенный каменным ступеням при свете тусклых лампочек, установленных через редкие промежутки времени.


Наверху худой человек воткнул железный ключ в ржавый замок тяжелой дубовой двери и толкнул дверь. Мы вошли в круглую каменную комнату с единственным зарешеченным окном.


Худой ухмыльнулся. - «Ну, это все. Отдыхай ».


В комнате не было мебели.


Я спросил. - "Как насчет того, чтобы снять наручники с девушки?"


Худой мужчина повернулся ко мне. - Вы говорите, снимите наручники с птицы?


«Верно, - сказал я. «Посмотри, какие у нее красные запястья, ты перекрываешь кровообращение».


Он сказал. - Ах! Обращение, не так ли?" "Это то, что вас беспокоит?"


Он вытащил меня и ударил. Я упал на одно колено, и он ударил меня в бок. Я крякнул и упал.


Он сказал. - "Вот ты где, Янки!" "Это должно улучшить ваше красное кровообращение!" Он засмеялся, и футболист тоже. Водитель выглядел скучающим.


Они вышли из комнаты. Мы услышали, как ключ повернулся в замке, а затем их шаги, которые становились все слабее и слабее, когда они спускались вниз по лестнице.


Десятая глава.


«Прости, любимая. Я просто не могу справиться с этим».


«Все в порядке, - сказал я. Хизер отошла от меня и упала на пол, прислонившись спиной к стене. Она была очень бледна и выглядела совершенно измученной.


«Мы уже несколько часов находимся в этом кровавом месте», - сердито сказала она. Она только что в шестой раз пыталась расстегнуть сложную застежку на пряжке моего ремня, но ее руки были слишком распухшими, она просто не могла достаточно хорошо ими манипулировать, а нам нужен был этот ремень и пряжка.


«Прости, детка», - сказал я.


"Как вы думаете, кто-нибудь когда-нибудь придет?" спросила она.


«Не знаю», - признал я. «Может быть, Юпитер намеревается позволить нам умереть здесь, но почему-то я сомневаюсь в этом. Я думаю, он хочет сначала узнать, сколько мы знаем».


Было светло; теплое солнце просачивалось через окно с высокой решеткой в стене, но тяжелая дубовая дверь оставалась закрытой.


Я снова посмотрел на ремень и пряжку, которыми меня снабдили «Специальные эффекты и монтаж». В нем была пластиковая взрывчатка и крошечный пистолет в разобранном виде, но если я не мог его снять, от него не было никакой пользы.


«Я хочу пить», - сказала Хизер.


Я открыл рот, чтобы ответить, когда что-то услышал на лестнице. Он стал громче. Кто-то подходил. «Послушайте, - сказал я, - у нас гости».


Мгновение спустя ключ повернулся в замке, и дверь распахнулась. Элмо Юпитер стоял в дверном проеме, высокий и внушительный. За ним стоял водитель «роллс-ройса» с автоматом.


"Хорошо!" - весело сказал Юпитер. «Мы встречаемся снова. И так скоро».


Глаза Хизер потемнели. "Чертов ублюдок!"


Юпитер прищелкнул языком. «Такой язык для леди». Он вошел в комнату. «Я надеюсь, что вы нашли номера удобными».


«Если у тебя когда-либо было какое-либо чувство к Хизер, - мрачно сказал я, - ты принесешь ей воды. И ослабь эти проклятые наручники».


Он холодно посмотрел на меня. «Как я рад, что вы тоже приняли мое приглашение», - мягко сказал он. «Вы, приложившие такие решительные усилия, чтобы разрушить мой план».


«Мне не удалось, - сказал я ему, - твои деньги уже должны быть в Швейцарии. Разве они тебе не сказали?»


«Они сказали мне, - сказал он. «Я дал вашим людям дальнейшие инструкции, но они не выполнили их». Он запустил большую руку в свои темно-русые волосы. Шрам ярко выделялся на его шее. «Может быть, SOE играет со мной в кошки-мышки - мистер Картер?»


Значит, он знал мою настоящую личность. Подпольная разведывательная сеть Юпитера, безусловно, была на высшем уровне. Я видел, что он ждал моей реакции, поэтому полностью проигнорировал ее. «Никто не играет в игры, Юпитер. Но SOE может сомневаться в ваших мотивах с тех пор, как мы исчезли. Чего вы надеетесь достичь? Делаете ли вы это ради денег или вам просто нравится убивать?»


Он засмеялся: «Они научили меня убивать, и я усовершенствовал эту практику до искусства». Внезапно улыбка исчезла, и его поразило другое настроение. «Да, мне нравится убивать, когда это удаляет пиявок из моей плоти. Я пытался сыграть в их игру, но у них были все высокие карты, которые вы видите. Теперь они должны играть по моим правилам. И они должны платить, мистер Картер, разными способами. Это ответ на ваш вопрос? "


«Ясно, - сказал я. «Еще один вопрос: откуда Фергус узнал, что ты убийца?»


Юпитер тупо посмотрел на меня. «Фергус? Кто такой Фергус?»


«Оги Фергус. Он был в вашем отряде коммандос».


Глаза Юпитера загорелись узнаванием. «Ах, да. Фергус. Теперь я его помню. Доброй ночи, боец». Затем он вспомнил, щелкнул пальцами. «Больница. Конечно. Он был ранен в том же бою, что и я. Занял кровать рядом с моей. Большую часть времени нам нечего было делать, кроме как поговорить о том, куда мы пойдем после войны. Теперь я вспомнил. Именно тогда зародился зародыш моего плана. Мы обсуждали всевозможные способы заработать миллион фунтов, и я сказал, как легко будет вымогать деньги у правительства. Просто убить нескольких министров кабинета, а затем требовать … О, я не помню цифру… для безопасности остальных. Вы говорите, что Фергус знал, что Джон Элмор - убийца? Он, должно быть, вспомнил разговор, а затем сложил два и два.


Но теперь это не имеет значения, не так ли, мистер Картер? "


«У тебя есть деньги», - сказал я. «Давайте пойдем и покажем правительству вашу добросовестность».


Юпитер снова начал улыбаться, но внезапно его лицо изменилось, и в его холодных глазах появилось отражение боли. Он поднял руку к голове.


«Металлическая пластина», - резко сказал он. «Это временами причиняет боль. И они несут за это ответственность, те люди, которые сидят в правительстве. Чем они занимались во время войны, мистер Картер? Когда мне оторвало верхнюю часть черепа, что они делали ? "


Его глаза стали более дикими, когда он продолжил. «Я скажу вам, что они делали. Они сидели в безопасности Лондона. И те же самые люди - как они платили мне за мои услуги? Облагая мой бизнес до предела. Все, что у меня есть, все деньги, которые я сделал, занялся этим бизнесом. И теперь он на грани банкротства. Это их вина, - бушевал он, - их вина. Но они заплатят, - безумно усмехнулся он. "Они дорого заплатят. И вы двое дорого заплатите за трудности, которые вы причинили мне. Вот почему я приказал вам доставить вас сюда, а не сразу убить. Когда вы вторглись на мой завод со своей нелепой историей. Тогда экскурсия была бесплатной, мистер Картер, но сейчас вы заплатите за нее. Вы и это прекрасное создание ». Он жадно посмотрел на Хизер. «У меня есть планы на тебя, моя дорогая». Он наклонился и провел рукой по ее бедру; она пыталась отодвинуться от него.


Во мне зарождался гнев, и когда Юпитер коснулся Хизер, я взорвался. Я неловко спрыгнул с пола и бросился на него, отбросив его назад. Я крикнул. - "Оставь ее в покое, ублюдок!"


Лицо Юпитера ожесточилось, в глазах блеснуло безумие. Человек на площадке подошел ближе с пистолетом.


Юпитер сказал ему. - "Нет!"


Он сократил расстояние между нами. Он был такого же роста, как я, и выглядел твердым, как гвоздь. Вдруг он ткнул кулаком мне в живот, прямо под сердце. Я зарычал от боли, когда у меня перехватило дыхание. Я упал к стене, Юпитер двигался за мной.


Я ударил его ногой в пах, но он сделал шаг в сторону, и вместо этого я поймал его за бедро. Он сильно ударил меня по правому уху. Я упал на одно колено, но сумел снова подняться на ноги. Юпитер снова напал на меня. На этот раз край его руки ударил меня по шее, парализующий удар повалил меня на пол.


Я услышал крик Хизер. - "Не надо!"


Удар попал мне в бок. Я вскрикнул, все мое тело загорелось от боли. Мои руки автоматически боролись с удерживающими их наручниками. Я так сильно, как когда-либо желал, чтобы они были свободны и сомкнулись вокруг горла Юпитера.


Он стоял надо мной, тяжело дыша. «У меня будет больше времени для тебя позже», - прорычал он.


«Это… такие вещи… не принесут вам ваших четырнадцати миллионов фунтов, - выдохнул я.


«Как мило с твоей стороны беспокоиться обо мне, старина», - едко сказал Юпитер. «Но я получу деньги и свое удовлетворение. Я уже предупредил их о дальнейшей отсрочке. Теперь я собираюсь показать им, насколько я настроен. Будет четвертое убийство с опережением графика».


Мы с Хизер уставились на него. Его глаза ярко сияли, а щеки некрасиво покраснели. Эльмо Юпитер выглядел тем, чем он был: сумасшедшим.


«На этот раз это будет действительно большая рыба», - сказал он, снова улыбаясь. «И будут другие, пойманные в ту же сеть. Что ж, я их предупреждал».


«Не делай этого», - сказал я. «Позвольте нам связаться с нашим начальством, и мы урегулируем ситуацию с деньгами. Я уверен, что это всего лишь недоразумение».


«Непонимание, да», - сказал он. «Об Эльмо Юпитере. Когда я обещаю убить, мистер Картер, я убиваю. Я никогда не говорю пустых угроз». Он сделал паузу, чтобы предложить психотическую ухмылку. «Возможно, вам будет о чем подумать, мистер Картер, узнать, что я предлагаю убить вас. Очень медленно».


Я пожал плечами с явным безразличием, которого не чувствовал. «Если ты так хочешь. Но почему бы пока не расслабиться с Хизер? Посмотри на ее руки».


Сверкающие глаза Юпитера обратились с меня на Хизер. Он кивнул человеку с пистолетом.


Наручники Хизер открылись. Она потерла запястья, чтобы улучшить кровообращение.


«Теперь наденьте на нее наручники, только не так туго», - сказал Юпитер. Он не рисковал.


Он спросил."Наручники мистера Картера закрыты туго?" Слуга проверил их и кивнул. «Хорошо», - сказал Юпитер. «Оставь их такими».


Он одарил нас прощальной улыбкой, затем он и его человек ушли.


Когда мы перестали слышать их на лестнице, я повернулся к Хизер. "Как вы думаете, кого сейчас отметил Юпитер?"


«Боюсь, премьер-министр», - сказала она. «Но, конечно же, он не может пройти мимо массивной охраны!»


«Он делал это дважды, не считая Уэллси, - сказал я. «Черт, мы должны выбраться из этого места. Очевидно, что это не указано в имениях Юпитера, иначе Брут уже был бы здесь».


«Мы ехали куда-то в сторону Оксфорда, - сказала Хизер. «Я могла это сказать по тому, как они ехали, - сказала она. «Может быть, в районе Биконсфилда. В этом районе есть несколько больших поместий».


Я подошел ближе к ней и посмотрел на ее руки. Металлические наручники больше не врезались в ее плоть, но руки распухли. «Разминай руки», - сказал я. «Потри их вместе».


«Они очень болят, Ник».


«Я знаю. Но если мы сможем снять опухоль, мы снова попробуем поработать с пряжкой моего ремня. Если ваши пальцы работают нормально, вы, возможно, сможете расстегнуть застежку».


«Хорошо», - послушно сказала она. «Я буду разминать».


Шли часы. Вскоре свет через небольшой проем в дубовой двери превысил слабый солнечный свет, проникающий через решетчатое окно. На улице было почти темно.


Припухлость постепенно спала; Руки Хизер почти вернулись в нормальное состояние.


Я спросил. - "Вы хотите снова попробовать расстегнуть пряжку?" "Или подождать?"


Хизер потерла руки за спиной. «Они чувствуют себя неплохо, Ник. Но я ничего не могу обещать».


«Я знаю», - сказал я. «Но давайте попробуем».


Она попятилась ко мне и нашла мой пояс. «Да, выше», - сказал я ей. «Теперь потяните пряжку на себя. Направо. Я вижу чертову защелку, несмотря на этот мерзкий свет. Теперь переместите указательный палец влево».


"Вот и все, не так ли?"


«Верно. Теперь его нужно сдвинуть вправо».


«Я помню. Но эта чертова штука почему-то застряла, Ник. Или я все делаю неправильно».


«Продолжайте пытаться. Попробуйте слегка нажать кнопку, прежде чем нажимать ее вправо».


Я услышал ее кряхтение, когда она неуклюже двигала руками за спиной. Внезапно, каким-то чудом, раздался легкий щелчок, и я почувствовал, как ослабляется ремень. Я посмотрел вниз, и Хизер вопросительно повернула голову.


Я сказал ей. - "Ты сделала это!"


Хизер взялась за пряжку и стянула ремень. Она повернулась ко мне, держась за пояс. "Что теперь?"


"Теперь мы снова поворачиваемся спиной к спине, и я открываю заднюю часть пряжки, надеюсь, используя ту же защелку, но на этот раз перемещая ее вниз. Мы можем использовать духовой пистолет как отмычку, если я смогу добраться до него. Проблема будет избегать маленького дротика. Если я случайно порву пластиковую обертку на наконечнике и уколю себя, игра с ним будет окончена - он отравлен ».


Я спиной к Хизер потянулся за пряжкой. Я нашел ловушку и после некоторого труда сдвинул ее в нужном направлении. Задняя часть пряжки оторвалась. Я осторожно ощупал что-то внутри, дотронулся до дротика и уклонился от него. Затем мои неуклюжие пальцы коснулись половины крошечного, состоящего из двух частей, половинки большего диаметра. Я осторожно снял с пряжки другую, более узкую часть и неловко повернулся, чтобы посмотреть на нее.


«Хорошо», - сказал я Хизер. «Брось ремень и поднеси наручники к моим рукам».


Я прикоснулся к наручникам и нащупал замок. С огромным трудом мне удалось вставить тонкую металлическую трубку, которую держал в замке.


«Это будет непросто», - сказал я. «Держись как можно тише».


Работа за спиной и вверх ногами, в скрученной неудобной позе - не самый простой способ взломать замок. Просто попытаться запомнить, в каком направлении переместить отмычку против тумблера, было непросто. Но через пятнадцать минут замок щелкнул, и наручники Хизер ослабли. Я тяжело вздохнул с облегчением, когда она отошла и вытащила руки из наручников.


«Теперь ты должна сделать это для меня», - сказал я ей.


Она двигалась позади меня.


Для нее это была более легкая работа. Ее руки были свободны, и она могла видеть, что делала. Через несколько минут она сняла с меня наручники.


Я уронил их на пол.


Работая быстро, теперь почти в полной темноте, я разорвал ремень. Он был залит взрывчаткой в пластиковом виде, вроде замазки. Также там были запал и спичка. Я скатал пластик в клубок и воткнул в него предохранитель. Затем я собрал четырехдюймовый духовой пистолет и развернул крошечный дротик.


«Что ж, - сказал я, - я думаю, мы готовы. Нам нечем взломать дверной замок, так что приходится его взорвать».


«Но от взрыва некуда деться», - отметила Хизер.


«Я знаю. Ложись к стене возле двери, напротив замка». Я подошел к двери и прижал пластик к замку; он там застрял, шнур выходил из него ко мне. «Закрой уши и голову, - сказал я Хизер, - и открой рот».


Я достал спичку «Ну вот, - сказал я. Я зажег спичку и поднес ее к шнуру. Я увидел, как он загорелся, затем нырнул на Хизер, прикрыв голову.


Взрыв был не таким громким, но в этой маленькой комнате он казался громовым. В ушах звенело, голова болела, меня ударили по спине острым куском летающего дерева. Мы с трудом поднялись на ноги, пока дым еще рассеялся. Дверь была открыта.


«Это приведет сюда всех, кто спустился вниз, - сказал я.


Так оно и было. Они бросились вверх по лестнице. Хизер стояла с одной стороны двери, а я - с другой. Их было двое. У Хизер был духовой пистолет, и она была готова его использовать. Первым человеком, появившимся в тусклом свете площадки, был худой боевик, которого мы уже встречали. Он помедлил секунду, затем вошел в комнату.


Я напал на его; Я злобно ударил по его оружию, выбив пистолет. Затем я схватил его


руку, толкая его с ног в комнату. Я уложил его посреди пола, когда он с трудом поднялся и сильно ударил себя по лицу. Кость сломалась у него в носу, и он тяжело повернулся к противоположной стене.


Второй человек, водитель «Роллса», был уже у двери и нацелил на меня пистолет. Хизер подняла духовой пистолет и пустила дротик в него. Он попал ему в шею, воткнувшись на половину своего древка. Пораженный, он забыл о том, чтобы стрелять в меня. Он вытащил дротик, посмотрел на него, и внезапно его глаза закатились, и он упал лицом в дверной проем.


Я нанес удар карате в гортань худого человека. Он издал булькающий звук и упал.


"Давай выбираться отсюда!" Я схватил Хизер за локоть.


Мы спустились по круговой лестнице. Мы не встретили никого, кто подходил к нам, и пока мы шли по первому этажу к входной двери, дом казался пустым. Мы быстро обыскали комнаты, мимо которых проходили. Ни одного человека. Никого. Но я нашел наши пистолеты и Хьюго на столе в библиотеке.


На подъездной дорожке была машина, но ключей в ней не было. Сунул под приборную панель, скрутил провода, чтобы завелась. Мы захлопнули двери и поехали.


«Нам нужно добраться до Брута», - сказал я, когда мы свернули с проезжей части на главную дорогу.


«Будем надеяться, что мы не опоздали», - сказала Хизер.


* * *


Брут расхаживал перед своим столом. Для разнообразия у него не было трубки в зубах, и это, казалось, делало его более возбужденным.


«Чего черт дьявол хочет от нас?» - громко сказал он. «Он прислал очень двусмысленные инструкции о доставке денег в Швейцарию. Нам нужно было разъяснение, но мы не смогли их получить. А потом ваше исчезновение заставило нас задуматься, чем на самом деле занимается этот парень. Офис и дом Юпитера находятся под наблюдением, но он не сказал не был ни в одном месте с тех пор, как тебя похитили ".


«Он, наверное, и сейчас не вернется в ту деревню», - сказал я. «И я думаю, что он устроит еще одно убийство, независимо от того, что мы делаем с деньгами».


Брут позвонил премьер-министру, когда мы объяснили, почему мы думаем, что он может стать следующей целью Юпитера, Брут и П.М. договорились, что наиболее вероятным поводом для покушения станет конференция министров иностранных дел в министерстве послезавтра.


-Я спросил. - Как вы думаете, сэр Лесли отменит конференцию?


Брут вздохнул. «Боюсь, что сэр Лесли не так заботится о своей жизни, как о безопасности других людей. Он продолжает говорить о важности конференции и указывать на то, насколько сейчас строгие меры безопасности. Он перезвонит мне после он совещается с другими своими советниками. Я сказал ему, конечно, отказаться от этой кровавой конференции, пока все это не прекратится ».


Я спросил. - "Скотланд-Ярд пытается найти Юпитера?"


«Они везде, - сказал Брут. «Они допросили всех на заводе Юпитера и людей, с которыми он встречался в обществе. Наши агенты, МИ5 и 6, конечно, тоже участвуют в этом. Но мистер Юпитер исчез. Мы отправили людей в дом, в который вы были доставлены. , но я уверен, что уже слишком поздно ".


«Думаю, он ударит послезавтра», - сказал я.


Брут мрачно посмотрел на меня. «Да, полагаю. Будем надеяться, что сэр Лесли решит перестраховаться». Он сел за свой стол. «Между прочим, я должен был сообщить Дэвиду Хоуку, когда вы двое исчезли. Он очень беспокоился о вас. Я должен связаться с ним сейчас, когда вы вернулись».


На столе Брута раздался звонок. «О да, - сказал он, отвечая на него. Он щелкнул выключателем и встал. «Это сэр Лесли. Я приму его в соседней комнате».


Хизер встала из-за угла стола, бросила сигарету в пепельницу и подошла ко мне.


Она как раз собиралась поцеловать меня, когда снова вошел Брут.


«Ну, вот и все», - сказал он напряженно, его большой британский армейский подбородок мрачно выпятился. «Сэр Лесли проведет чертову конференцию по расписанию». Он покачал головой. «Похоже, мы прервали нашу работу».


Одинадцатая глава.


Был день конференции министров. Утро прошло без происшествий, и в Ярде и МИ5 уже говорили, что SOE ошиблись - покушения не будет ни сегодня, ни здесь.


Я был уверен, что так и будет. Конференция министров иностранных дел была идеальной площадкой. Если некоторые из министров погибнут вместе с сэром Лесли, Британия не только потеряет главу государства, но и столкнется с серьезным международным затруднением. Юпитеру это понравится.


Я не видел Хизер еще до полуденного перерыва, когда мы встретились в кафетерии и вместе ели сэндвич. Брут дал нам полную свободу действий в этом задании по обеспечению безопасности, позволив нам перемещаться, как нам нравится, и делать то, что мы считали наиболее важным в данный момент. Хизер провела большую часть утра в конференц-зале, пока я патрулировал коридоры здания. Я возобновил эту деятельность, и она сопровождала участников конференции на обед, который подавали в другой части здания.


Если Юпитер говорил правду о ловле «другой рыбы» во время своего четвертого покушения, то открывались всевозможные возможности относительно метода, который он


может использовать. Например, пулемет, небольшая бомба, граната или отравляющий газ.


Система кондиционирования воздуха проверялась экспертами несколько раз, но я снова проверил ее во время утреннего сеанса. Команды экспертов по взрывным устройствам и взрывным устройствам прошли через конференц-зал перед утренним заседанием и во время утреннего перерыва и ничего не нашли. Охранники начали расслабляться и шутить обо всем этом.


Я не смеялся; они не знали Юпитера. Наша неспособность найти что-либо до сих пор, вероятно, означала, что мы не искали в нужном месте - и Юпитер, вероятно, будет смеяться последним.


Я подошел к большим дверям конференц-зала и был остановлен двумя сотрудниками МИ5 и полицейским.


«SOE», - сказал я, показывая им свое удостоверение личности.


Они очень внимательно проверили карту и наконец пропустили меня. Я вошел в комнату и огляделся. Все оказалось нормально. У окна был корректировщик, наблюдавший за ближайшими крышами, полицейский в мощный бинокль. Я подошел к нему и облокотился на подоконник открытого окна, когда над головой пролетел вертолет службы безопасности.


"Могу я взглянуть?" - спросил я у Бобби.


«Не возражайте, если вы это сделаете, - сказал он, передавая мне бинокль.


Я изучал ближайшие крыши. Они кишели людьми из службы безопасности, так что не было особого смысла наблюдать за ними. Я перефокусировал очки на бесконечность и осмотрел дальнейший горизонт. Я сфокусировался на широкой крыше с несколькими возвышениями надстройки и увидел там движение. Ходил темноволосый мужчина, вероятно, полицейский. Да, теперь я разглядел форму.


Я вздохнул и вернул очки. «Спасибо», - сказал я.


Я снова вышел в коридор. Министры возвращались с завтрака, блуждая по холлу. Дневное заседание, которое начиналось поздно, скоро должно было начаться.


Я покинул это место и поднялся на крышу, остановившись, чтобы показать свое удостоверение личности. несколько раз. Охрана определенно казалась жесткой, но, вспоминая, как легко Юпитер получил доступ к кабинету министра иностранных дел, меня это не успокоило.


Я встретил Хизер на крыше. У нее была рация, с помощью которой она могла связаться с временным командным пунктом ЗОЕ.


«Привет, Ник». Она улыбнулась мне. "Все ли внизу тихо?"


"Слишком тихо." Я обнял ее за плечи. «Я хотел бы понять его, Хизер. Он вызывает у меня комплекс неполноценности. Если он сегодня здесь, он…»


Я остановился и посмотрел на человека, который проходил мимо нас. Он был одет в белый сервировочный пиджак и нес тарелку сэндвичей. Он был высок, темноволос и сложен как Юпитер. Я схватил его за руку и потянулся к Вильгельмине.


Мужчина повернулся со страхом на лице, когда увидел пистолет. Волосы были настоящими, у него был крючковатый нос, и он явно был настоящим.


Он сказал."Эх, что это?"


«Ничего», - смущенно сказал я. «Извините. Продолжайте - это была ошибка».


Он что-то пробормотал и поспешил дальше. Пара агентов поблизости, которые были свидетелями этой сцены, усмехнулись.


«Я, должно быть, нервничаю», - криво сказал я Хизер. «Хотя вы должны признать, что официант был бы хорошей маскировкой, и, в конце концов, Юпитер проник в офис министра иностранных дел в качестве уборщика. Тем не менее, этот бедный парень совсем не похож на него. За исключением темных волос. и сервировочного пиджака ... "


Я остановился: куртка… форма… темные волосы… Я повернулся и посмотрел на город в сторону зданий на западе. Я быстро подошел к корректировщику, который наблюдал за другими полицейскими на соседней крыше в бинокль.


«Позвольте мне одолжить это на минутку», - сказал я, повышая голос, чтобы меня было слышно сквозь трепет другого вертолета.


«Хорошо. Но вы могли бы спросить немного лучше», - сказал он.


Я ему не ответил. Я взял бинокль и перефокусировал их на дальнее здание со всеми надстройками, которые я заметил из конференц-зала. Здесь у меня была более выгодная позиция; Я мог отчетливо видеть крышу. Теперь там не было движения. Я смотрел немного вниз на крышу и теперь заметил что-то там установленное. Когда я поправил бинокль, во рту пересохло. Я смотрел на что-то, похожее на какое-то оружие, возможно, на миномет, и оно было нацелено на меня.


Затем я снова увидел движение. Это был мужчина в форме полицейского, но на этот раз я заметил темные волосы, усы и высокое квадратное телосложение. Это был Юпитер.


Внизу снова началось заседание министров иностранных дел, и это проклятое оружие было направлено прямо в окна конференц-зала! Конечно. На этот раз Юпитер не собирался пытаться проникнуть в здание Министерства. Он собирался использовать свою прекрасную военную подготовку, чтобы нанести удар с расстояния.


Я вернул бинокль корректировщику. «Спасибо», - сказал я. Я поспешил к Хизер. «Получите опознание этого здания», - сказал я, указывая. «Вызовите Брута и скажите ему, что Юпитер находится на крыше с оружием средней дальности. Затем идите в конференц-зал и попытайтесь убедить кого-нибудь эвакуировать его. Другое дело: по радио вертолет, чтобы он оставался в стороне.


Юпитер уйдет. Я пойду за ним ".


Это была беспокойная гонка пешком до другого здания в нескольких кварталах от него. Тротуары были забиты пешеходами, и я все время натыкался на людей. Такси чуть не сбило меня, когда я переходил переулок. Наконец-то я был там. Здание оказалось гостиницей.


Я бесконечно ждал лифта и поднялся на верхний этаж. Затем я помчался к лестнице, ведущей на крышу. Я вышел не более чем в двадцати ярдах от Юпитера.


Он склонялся над своим оружием, готовясь выстрелить из него. Рядом лежали три зловещие ракеты. Реактивный миномет. С тремя снарядами Юпитер не смог не попасть в конференц-зал. Один правильно нацеленный снаряд взорвал бы помещение и убил всех в нем.


"Погоди!" - крикнула я, вынимая Вильгельмину.


Он повернулся ко мне. "Снова ты!" - прорычал он. Он вытащил из-за пояса пистолет Браунинг Парабеллум и нырнул за миномет. Я прижался к стене позади меня, когда Юпитер выстрелил. Пуля расколола цемент у моей головы, осыпая меня мелким серым порошком. Я открыл ответный огонь из люгера, и пуля с лязгом отскочила от дула миномета.


Рядом с Юпитером была еще одна служебная надстройка. Он произвел еще один выстрел в меня, промахнулся и бросился в укрытие. Я выстрелил, когда он бежал, но промахнулся, разбив крышу у его ног.


«Все кончено, Юпитер», - крикнул я. "Брось это."


Юпитер высунулся из-за своего укрытия и выстрелил. На этот раз пуля поранила мою левую руку, проделав дыру в моей куртке. Я схватил руку и выругался.


Юпитер снова оказался в укрытии. Я начал кружить вдали от его поля зрения. Осторожно двигаясь, я обогнул надстройку и увидел Юпитера, не более чем в пятнадцати футах от меня.


К сожалению, моя нога поскребла гравий по крыше, и Юпитер услышал меня. Он развернулся и автоматически выстрелил, и я нырнул назад. Я услышал, как он бежит, а когда выглянул из-за угла, увидел, что он бежит к миномету. Он добрался до него, сунул пистолет за пояс и поднял ракету. Оружие, очевидно, уже было нацелено.


Я не мог рискнуть выстрелить и не убить его. Я затолкал Вильгельмину за пояс и бросился к нему. Ракета исчезла внутри пушки, и я одновременно толкнул Юпитера и оружие. Выстрелил миномет, и ракета взмыла в небо над Лондоном, но я сбил ствол под углом.


Ракета взорвалась над городом, полностью миновала здание министерства и взорвалась в небольшом парке рядом с ним. В тот момент, когда я стал наблюдать за движением ракеты, Юпитер ударил меня кулаком по лицу и отлетел от меня. Затем он снова встал на ноги. "Черт тебя побери. Картер!" Он снова вытащил браунинг и нацелился на меня. Он выстрелил, и я покатился уклоняясь; пуля безвредно ударилась о бетонный край крыши позади меня.


Юпитер не пытался сделать второй выстрел. Вертолет подлетел и остановился, зависнув в нескольких футах над крышей. Я с благодарностью подумал, что это был полицейский вертолет, пока не увидел, что лестница спускается к Юпитеру. Он был на ней сейчас и карабкался; вертолет уже уходил.


Я выстрелил, но Юпитер уже закарабкался в вертолет, и я промахнулся.


Выглянув через крыши, я увидел, что ко мне приближается еще один вертолет. Я выстрелил и помахал им. Этот действительно принадлежал полиции. Он завис на мгновение, затем приземлился на крышу. Я побежал, ныряя под вращающиеся лопасти, ветер, который они шевелили, дергал меня.


Внутри были пилот и Хизер. Я вскочил и указал на ушедший вертолет, направляющийся на юго-запад из города. «Следуй за ним», - сказал я.


Мы поднялись с крыши и сделали крен, направляясь вслед за Юпитером. Мы летели на заходящее солнце, и его вертолет вырисовывался на фоне неба персикового цвета.


Наша скорость увеличилась, и по мере продвижения в открытую местность мы приближались к другому коптеру. Пилот сообщил по рации о том, что происходит, но я знал, что это, вероятно, все будет зависеть от нас.


Мы были в сотне ярдов от другого вертолета, и я прицелился из «Люгера», желая иметь винтовку, и сделал пару выстрелов. Я попал в вертолет, но никаких повреждений не нанес. Я ясно видел Юпитер и пилота.


Солнце почти село. Если бы ночь настала раньше, чем мы их поймаем, они легко могли бы нас потерять. Я обратился к летчику.


Я крикнул. - "Приблизься!"


Дистанция сократилась еще немного. Мы были далеко от Лондона и направлялись в сторону Андовера. Под нами прошла деревня с соломенной крышей, и мы подошли немного ближе; расстояние между нами было немногим больше пятидесяти ярдов. Я высунулся и снова выстрелил. На этот раз я попал в бензобак, но топливо не воспламенило его. Хотя оно просочилось наружу. Я ожидал, что Юпитер ответит огнем, но по какой-то причине он этого не сделал. Может, он берег патроны.


«Теперь ему придется приземлиться, сэр», - сказал мой пилот.


"Будем надеяться."


Пилот был прав. Через минуту вертолет Юпитера направился к небольшой деревне внизу. Мы пошли за ним. Они приземлились в поле на окраине села рядом с коммерческим зданием, которое оказалось гаражом для мотоциклов.


«Высаживайте нас», - сказал я своему пилоту. «Но не давай ему сделать хороших выстрелов в нас - он эксперт».


Коптер Юпитера упал, и он вылезал наружу. Мы приземлились ярдах в шестидесяти. Я перезаряжал «Люгер», мой пилот заглушил двигатель и нетерпеливо спрыгнул на землю.


Я закричал на него. - "Спрячьтесь!"


Но было слишком поздно. Юпитер выстрелил и попал ему в грудь, сбив его с ног. Когда я спустился на землю, Юпитер направлялся к полдюжине мотоциклов, стоявших у гаража. Я осмотрел рану пилота; это было плохо, но он был бы жив, если бы ему вовремя помогли. Я приказал Хизер остаться с ним, затем вскочил на ноги.


Я побежал к гаражу, где Юпитер уже был у мотоциклов. Я был так полон решимости догнать его, что забыл о его пилоте вертолета, пока пуля не просвистела мимо моего уха. Тогда я заметил этого человека, открыл ответный огонь из пистолета и попал в него. Он отшатнулся и упал; он не встал.


Я продолжал бежать. Юпитер запустил мотоцикл и поворачивал его к дороге, ведущей к этому месту.


Я остановился, положил Вильгельмину себе на предплечье и выстрелил, но Юпитер с ревом унесся прочь. Он ехал на BSA Victor Special 441 с длинным узким сиденьем и бензобаком между сиденьем и рулем. Я решил, что он развивает максимальную скорость восемьдесят миль в час.


Я быстро подошел к мужчине, который стоял, бледный и потрясенный, прямо в гараже. «Полиция», - сказал я, потому что это было проще всего. «Что у вас есть, чтобы победить этого Виктора?»


Он указал на большой старый мотоцикл, длинный и тяжелый; Это был Ariel 4G Square Four 1958 года выпуска.


«Возьмите Squariel», - сказал он. «Это старый таймер, но у него пятьдесят лошадиных сил, четыре скорости и почти сотня скорости».


«Спасибо», - сказал я, подошел к машине и залез на нее. Я завел ее. Когда двигатель взревел, я крикнул мастеру в гараже: «Я устроюсь позже. Найдите врача для моего друга в поле. Другому не нужна помощь».


Он кивнул. Я включил мотоцикл и с ревом помчался по узкой дороге за Юпитером.


На руле была пара очков, и я надел их, повернувшись по изгибу, усаженному кустарниками. Я не стал держаться левой стороны, и ехал посереди дороги. Мне нужно было поймать Юпитера, и я знал, что он разгонит свой байк до предела.


Было темно, и я включил свет. Впереди меня никого не было. Внезапно в моем зеркале заднего вида появилась пара фар. Они стремительно выросли, затем ко мне подъехал седан MG. За водительским сиденьем сидела Хизер. Она, должно быть, конфисковала машину после того, как осмотрела раненого пилота.


Я ускорился, пытаясь не отставать от нее, но ее машина была мощнее моего мотоцикла. Потом где-то вдалеке я услышал мучительный визг тормозов и тошнотворный треск. Комок застрял у меня в горле. Удар был слишком громким для мотоцикла. Должно быть, это была Хизер.


Я проезжал ее перевернутый MG по дороге сразу за поворотом. Он был наполовину согнут вокруг дерева. Колеса все еще жутко вращались. Я замедлился, решив, что никто не мог выжить в этой аварии. Хизер на своем менее маневренном транспортном средстве, должно быть, попыталась пройти поворот с той же скоростью, что и Юпитер. Только она этого не сделала.


Из-за слепой ненависти кровь забилась у меня в ушах. До сих пор Юпитер был просто еще одним противником. Теперь он был чем-то большим: убийцей Хизер.


Я проехал несколько миль, глядя на проселочную дорогу. Когда я был уверен, что Юпитер уклонился от меня, я свернул за поворот, и вот он, всего в двухстах ярдах впереди меня. Он ехал без огней.


Он повернулся и увидел, что я приближаюсь к нему. Его скорость несколько увеличилась, но я все еще приближался. Он исчез на повороте, и я потерял его на несколько минут в серии слепых поворотов. На следующий день я снова нашел его, всего в сотне ярдов впереди. Он повернулся и дважды выстрелил в меня. На такой скорости и в темноте это было смешно. Я приблизился к к нему.


Внезапно Юпитер свернул на грунтовую дорогу налево, подняв в темноте длинное облако пыли. Мне удалось вовремя остановить «Ариэль», занесло его заднюю часть, когда я с ревом мчался по дороге за Юпитером.


Через полмили мы пересекли небольшой деревянный арочный мостик. Наша инерция подняла мотоциклы в воздух на противоположной стороне моста и сильно бросила нас вниз. Юпитер чуть не потерял управление, когда ударило его, его мотоцикл сильно качнулся. «Ариэль» был тяжелее, и я держал его лучше. Через пару сотен ярдов мы пересекли тот же ручей по естественным бродом, плескаясь по мелководью и брызгали водой по обеим сторонам мотоциклов. По ту сторону мягкого песка был крутой подъем на холм. Моя Ариэль на мгновение поерзала в мягкой материи, а затем вырвалась на свободу.


На другой стороне холма Юпитер резко повернул налево и направился в открытую местность. Я последовал за ним, надеясь, что «Ариэль» не слишком тяжел для этой работы. В течение следующих нескольких миль Юпитер немного обогнал меня, дико натыкаясь на холмы, в колеи и уворачиваясь от деревьев.


Затем мы поднялись на невысокий холм, и внезапно я понял, где мы находимся. Перед нами на плоской равнине, всего в нескольких сотнях ярдов от нас, стоял жуткий круг высоких плоских камней, темных и массивных на фоне более светлого неба. Мы ехали к древнему месту археологических раскопок Стоунхендж случайно или по замыслу Юпитера.


Что бы это ни было, было ясно, что Юпитер намеревался занять здесь свое место. Он уже добрался до места, и когда я сократил расстояние до ста ярдов, он спешился и позволил своему мотоциклу упасть. Затем он быстро двинулся к древним церемониальным руинам.


Я остановил свой цикл и выключил двигатель. Я вышел и встал перед грозными развалинами с опаской. Стоунхендж был древним храмом до друидов, воздвигнутым для поклонения солнцу и луне, по своему дизайну приспособленный для измерения движения небесных тел. То, что от него осталось, на самом деле было кругом из массивных ограненных камней, установленных внутри круга из таких же камней, плюс несколько внешних. Некоторые камни были парами, третьи лежали поперек вершин, образуя примитивную арку или перемычку. Солнце и луна восходили и заходили через эти арки в определенные дни года, превращая храм в гигантские сидерические часы. Но в данный момент меня это не интересовало, потому что сейчас здесь скрывался сумасшедший, намеревавшийся убить меня.


Я медленно двинулся к кольцу гигантских камней, наблюдая за тенями. Небо было ясным, но луна еще не взошла, поэтому света было мало. Ночь была совершенно тихой.


Я подошел к изолированному камню и остановился, исследуя темноту. Потом голос Юпитера раздался откуда-то из тени впереди меня.


«Теперь, мистер Картер, вы играете на моем домашнем корте», - сказал он. «Будучи американцем, я полагаю, вы не слишком хорошо знакомы со Стоунхенджем. Вы стоите у древнего камня для казни. Разве это не уместно?» В нескольких дюймах от моей головы прозвучал выстрел.


Я пригнулся и увидел, как фигура Юпитера покинула покров массивного камня и бросилась к другому. Я дважды выстрелил и не попал. Я подошел к другому камню и остановился, чтобы послушать. Я услышал нервный тихий смех Юпитера:


«Это очаровательное место, мистер Картер. Знаете ли вы, например, что между трилитонами по эту сторону круга всего тринадцать шагов?» Тень снова двинулась, и Юпитер побежал к следующему громоздкому силуэту. Я снова выстрелил в него и снова промахнулся. Света просто не хватало.


«Это также может вас заинтересовать, - снова раздался напряженный, высокий голос Юпитера, - что угол, образованный Алтарным камнем здесь, трилитоном рядом с вами и удаленным Пятым камнем, составляет сорок пять градусов, и что вы находитесь в соответствии с Пяточным камнем ". Еще один выстрел; пуля прошла мимо моего левого плеча.


Я пригнулся и выругался. Я начинал понимать, почему Юпитер выбрал место для своей позиции. Здесь он мог не только убить меня, но и насладиться формальностями казни. Я быстро подошел к другому большому камню, вне досягаемости его огня. Он уже заставил меня защищаться.


«Я маневрирую вами, мистер Картер», - крикнул он. «Каково это быть мышкой для разнообразия, а не кошкой?»


Автомат Браунинга снова выстрелил. Я отпрянул и побежал в безопасное место. Внезапно тени начали меняться, и растущий свет осветил землю. В этот момент Юпитер крикнул из укрытия поблизости:


«Превосходно, мистер Картер! Вы именно там, где я хочу. Великие часы работают против вас за вашей спиной».


Я оглянулся и понял, что он имел в виду. Я стоял под аркой знаменитого трилитона восхода луны, который находился под прямым углом к Пяточному камню. Юпитер, верно, манипулировал мной. Позади меня поднималась полная луна, яркий свет делал меня идеальной мишенью.


Я повернулся к Юпитеру - слишком поздно. Он стоял на открытом воздухе, его браунинг нацелился мне в грудь.


"До свидания, мистер Картер!"


Он не торопился с заключительными этапами казни. Он прицелился вдоль ствола и медленно сжал спусковой крючок. Я закрыл глаза, и в ночи раздался выстрел. Но в меня не ударило. Я открыл глаза. Рядом с каменным столбом стояла Хизер, держа в руке свой Sterling PPL. Она спаслась живой, и я слышал ее выстрел.


Юпитер громко выругался, повернул «браунинг» в ее сторону и выстрелил. Но Хизер нырнула за колонну, и пуля безвредно отскочила от камня. Юпитер молниеносным движением повернул ко мне браунинг. Он нажал на курок, прежде чем я успел среагировать, но единственным звуком был громкий щелчок, когда боек попал в пустую камеру. Юпитер слишком долго играл в кошки-мышки.


Он яростно выругался и бросил пистолет на землю. Я нацелил «люгер» на него, когда он нырнул на землю. Мой выстрел попал в икру его правой ноги. Но когда я снова попытался выстрелить в Вильгельмину, я обнаружил, что у меня тоже кончились боеприпасы.


Осознав, что произошло, Юпитер поднял короткий деревянный шест, один из нескольких лежащих поблизости,вероятно, оставленных работниками археологов и захромал ко мне.


Я вложил Вильгельмину в кобуру и поднял свой собственный шест как раз в тот момент, когда Юпитер достиг меня. Он ударил шестом по моей голове. Я в последний момент отразил удар своим шестом.


"Может быть, немного рыцарского поединка?" - сказал Юпитер, тяжело дыша. В свете луны я видел безумный блеск в его глазах.


Он снова взмахнул шестом обеими руками, используя его, как это делали древние бритты, немного покачиваясь на раненой ноге. Его безумие придало ему сил. Я снова оказался в обороне. Он снова замахнулся на меня, и на этот раз нанес скользящий удар в мою голову. Я отшатнулся и упал.


Юпитер воспользовался своим преимуществом, качнувшись мне в голову. Я попытался парировать удар, но дубинка все равно попала мне в руку и грудь, выбив шест из моей руки.


Я откатился от следующего удара, и когда Юпитер снова поднял шест, я дернул мышцу правого предплечья. Хьюго скользнул мне в ладонь.


Столб снова приближался к моей голове, когда Хьюго вошел в сердце Юпитера. Он остановился, шест вытянулся перед ним, глядя на меня с внезапным недоумением и разочарованием. Он слегка приподнял шест, сделал один неуверенный шаг ко мне, затем сделал полувращение влево и рухнул.


Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Это было окончено. Я вытащил Хьюго из тела Юпитера и вытер лезвие о его брюки. Затем я вернул стилет в ножны. Я смотрел на Юпитера в свете восходящей луны.


Хизер подошла ко мне и обняла меня за талию. Она дрожала. «Расстояние было слишком большим. Я знала, что не смогу попасть в него. Я стреляла только для того, чтобы отвлечь его», - прошептала она.


Я прижал ее к себе. «Знаешь, ты спасла мне жизнь», - сказал я. «Эта последняя пуля, которую он выпустил в тебя, предназначалась для меня. Если бы не ты…»


Она вздрогнула и искала тепла моего тела.


«В любом случае, я должен признать, что ты чертовски хороший агент. Вначале у меня были сомнения, но ты что-то особенное, как агент… и как девушка».


«Вот как я лучше всех», - улыбнулась она мне. «Я имею в виду, как девочка», - сказала она, взяв меня за руку. Она взяла меня за руку и потащила к высокой траве, окружавшей Стоунхендж. Мы погрузились в покрытую росой землю, и она снова начала доказывать мне, насколько хороша она… как девочка.


Fueled by Johannes Gensfleisch zur Laden zum Gutenberg