# Попытка к детству 9

Владимир Евгеньевич Колышкин

ПОПЫТКА К ДЕТСТВУ


(мистическая повесть)


9.


Кафе 'Спутник' - типичное кафе-стекляшка 60-х годов. Коктейли "Луна" нам, конечно, не дали. Потому что они с коньяком. Стоили 40 копеек. Мы взяли простые молочные за 15 коп. В стальном ведерке крутят молоко, мороженое, сироп в визгливой шейкер-машине и наливают пенисто. Втыкают пластиковую соломинку. Сиди и цеди, вытянув губы трубочкой. Коктейль холодный, сладкий. Жизнь прекрасна! Болтаем всякие глупости, которые и озвучивать ни к чему. Обычный подростковый треп.


После посещения кафе "Спутник", я покинул компанию и поспешил домой. Днем немного потеплело, снег стал мягче и уже не скрипит под валенками, как это было утром, когда шел в школу.


Когда проходил мимо желтой шлако-блочной четырехэтажки, построенной в 30-е годы, у меня внезапно парализовало правую ногу. Шел-шел и вдруг стоп, не могу двинуть ногой, она стала словно чужая. В известном смысле она и в самом деле чужая. Тело-то не моё, а настоящего Коли Федотова, моего одноклассника. Два сознания в одном теле. И вот, кажется, он решил перехватить управление. И это его желание спасло нам обоим жизнь. Потому что, как только я остановился, передо мной врезалась в заснеженный тротуар, с грохотом и треском, с разбросом ледяных осколков, огромная сосуля. Или даже сталагмит. Еще шаг, и эта, сорвавшаяся с крыши ледяная бомба, пронзила бы меня насквозь - сверху донизу.


- Коля, это ты меня остановил? - сказал я вслух. Все равно рядом никого не было.

"Я, - ответил хозяин тела, - надоело сидеть в своей комнате, захотел почувствовать тело и самому пройти по улице".

- И что, не получается?

"Пока не получается".


Он отпустил мою ногу и я пошел дальше, мысленно мы продолжали общаться.

- А ты можешь видеть через мои глаза? - спросил его я.

"И видеть еще не научился. Но буду пытаться".

- А каково это быть там, внутри?


"Там?.. мой дом, мама, школа, пионерский лагерь, речка... но все это как бы не настоящее. Хотя иногда всё начинает двигаться... а потом опять замирает..."

- Это как?


" Ну, не знаю... А еще я нашел длинный коридор, как труба, и в конце там дверь, но она заперта. В коридоре есть большие выпуклые окна, а за ними чернота и звезды. Похоже на космос. И через эти окна, если посмотреть вперед, коридор-труба присоединяется к большущему такому зданию с тысячами светящихся окон. Но туда я попасть не мог. Зато нашел одну незапертую дверь. Это комната.

- И что там в этой комнате?

"Кровать, стол, стул, полка с книгами, картины на стенах. Еще на столе какая-то плоская пишущая машинка с экраном"


- Это ноутбук.

" А что это такое? - я промолчал, и он продолжил: - еще там телевизор на стене. Большой и плоский, каких не бывает на самом деле".

- Бывает. Поверь мне. В будущем именно такие телевизоры. И что показывает телевизор?

"Он ничего не показывает. Я даже не знаю, как его включать".


- Ты извини, что я занял твое тело. Ты должен понять, что я не виноват. Сила, которая меня забросила в твое тело, может, просто промахнулось. Хотели вернуть меня в мое прошлое, в тело Андрея Загорова, но попали в тебя. Ведь мы с тобой одноклассники и живем в одном доме, только в разных подъездах...

" Я понимаю, но мне от этого не легче... "

- Ладно, я хотя бы тебе развлечение устрою. Иди, сядь перед телевизором, через минуту он покажет кино.

- "Какое кино?"

- Кино называется "Бриллиантовая рука", очень смешная комедия. У вас она выйдет только через 7 лет. А ты ее посмотришь сейчас. Хоть какая-то плата за аренду твоего тела. В ячейках моей памяти очень много фильмов. Я тебе их буду показывать каждый условный вечер. Ведь там у тебя есть часы?

Он не ответил, наверное, ждет начала "сеанса". Я включил ему кино, просто вспомнив начало, а дальше всё пошло само по себе.


Ноги слушались меня хорошо, и я дошел до дома без проблем. Подходя к подъезду, где я теперь жил, вдруг подумал, а ведь я прямо сейчас могу увидеть СВОЮ маму. Она умерла в 2008 году, но теперь-то, в 1961-м, она жива. И сейчас ей всего...1961 - 1925 = 36 лет! Достаточно только зайти в первый подъезд, подняться на второй этаж и позвонить в квартиру номер 3. Но почему-то было страшно. Ладно, завтра зайду.

Примечательно, что настоящий Колька Федотов почти каждый день заходил к своему другу (то есть ко мне, Андрею Загорову) и видел мою маму. Для него она была просто тетя Мария...


И я вошел в изрисованный малолетними вандалами колькин подъезд, который теперь мой, поднялся по грязной лестнице на третий этаж, позвонил в квартиру номер 6. Дверь открыла колькина мама, которая теперь моя мама. Она была всё в том же халате. Почему она дома в рабочий день? Потому что ей идти в ночную смену дежурной сестрой в Больнице имени Грааля.


Я вошел в узкую прихожую, бросил портфель на тумбочку.

- Коля, не раздевайся, сходи в Раскин, купи хлеба - батон и буханку. Вот тебе рубль. И не задерживайся. Придешь, будем обедать.

- Хорошо, - беру деньги, авоську и иду в Раскин.


Магазин Раскина был одноэтажным частным домом. Еврей Раскин сдавал свой дом под государственный магазин. Это была типичная булочная. Большая квадратная комната. Пахнет свежим хлебом. Слева деревянный барьер. Заходишь за барьер, на наклонных полках лежат буханки белого и черного хлеба, батоны, калачи и булочки. Берешь, что надо, двигаешься к деревянному же прилавку, расплачиваешься с продавцом, получаешь "серебро" и медяки сдачи и идешь домой. По пути откусываешь от батона хрустящую корочку с белой мякотью...


В Раскин ходит вся округа. Самого Раскина никто не видел. Я его представлял худым высоким стариком. Люди говорили, что у него гроб лежит на чердаке еще с 1949 года. Шутили, конечно.

А, может, и не шутили.


Когда вернулся домой, в гостиной, на стуле перед круглым столом, сидел незнакомый мужчина. Мама сидела на диване и вся была как-то напряжена.

- Здравствуйте, - сказал я мужчине, думая, уж не ухажер завелся у мамы?

- Здравствуй, дружок, - сказал мужчина, наклоняясь слегка вперед. - Ну, давай знакомиться. Твоё имя я знаю, а меня зовут Янис Андрейс. Можешь звать меня дядя Янис. Не удивляйся, что мои имя и фамилия не русские. Я потомок латышских стрелков, что помогали товарищу Ленину делать революцию.

- Значит, вы приехали к нам сейчас, чтобы сделать революцию? - я косил под дурачка.


Дядя Янис остолбенел от моей реплики. От волнения у него даже случайно пробился прибалтийский акцент*. - О, теппер я понннимаю, что не зря про тебя рассказывают... - Янис взял себя в руки и продолжил без акцента: - Нет, я как раз занимаюсь предотвращением всяких революций. Я полковник УКГБ, и у нас к тебе есть очень много вопросов.


------------------------------------------------------

* для латышского акцента характерна манера тянуть согласные звуки.


-------------------------

Продолжение следует

-------------------------