# Используй её с умом

Леопольд Котяра

Права на мир и персонажей Дж. Роулинг принадлежат Дж. Роулинг. Всякое совпадение с реальными лицами и учреждениями случайно.

Первокурсник Рейвенкло Гарри Поттер получает на Рождество отцовскую мантию-невидимку и начинает действовать.

∙ Джен.

∙ Мини.

∙ Рейтинг: PG-13.

∙ Используются цитаты из "ГП и ФК" и из романа Л. Стерна "Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена".

∙ Автор: Котяра Леопольд.

∙ Статус: Закончен.

∙ Качество: v1.1 (версия 1.1).

∙ Небольшие, но многочисленные правки по тексту.

∙ Также на Фикбуке: https://ficbook.net/readfic/9417266

∙ Дата выпуска: 17 мая 2020.

Гарри Поттер был хорошим мальчиком во многих смыслах: умным, трудолюбивым, упорным даже до упрямства… Распределяющая шляпа с ходу попыталась определить его на Хаффлпафф. Вот только Очень Умная Девочка, С Которой Гарри Познакомился В Поезде, уже попала на Рейвенкло – «Грейнджер, Гермиона» по английскому алфавиту фамилий идёт намного раньше «Поттер, Гарри». Гарри потребовал от шляпы Рейвенкло и с упорством хаффлпаффца добился своего.


На пир по случаю Хэллоуина Гарри не ходил. Объяснил декану, что смерть родителей никогда не праздновал и впредь не собирается.


У Гермионы тогда была техническая причина не идти. Нет, магический мир снимает такие проблемы – вот только исключая самый первый раз. Так что в тот вечер Гермиона переписывала для себя рукописную брошюру, которую дала ей мадам Помфри.


– Традиция! – сообщила мадам Помфри. – Мне эту книжечку дала списать мама. Когда-нибудь её перепишут твои дочери.


– А потом?


– Когда ведьма умирает, её экземпляр рассыпается в прах…


А потом они порадовались, что не были на пиру. В замок проник горный тролль, который убил Рона Уизли и Невилла Лонгботтома с Гриффиндора. Там ещё каким-то боком была замешана Лаванда Браун: вроде бы тролль сначала гнался за ней, но отвлёкся на мальчиков. Большой зал убрали в траур на целую неделю. Ещё говорили, что в разговоре бабушки Невилла и мамы Рона с директором дошло до проклятий, и всю неделю траура Дамблдор провёл у Святого Мунго.


Пронёсшаяся мимо угроза только сблизила Гарри с Гермионой.


На Рождество они всё-таки разделились. Для их проекта карты Хогвартса нужно было много свободного времени, которого за учёбой не хватало. Гарри остался. Гермиона уехала домой, но на ней были все закупки в маггловском мире.


Все подарки, которые Гарри ожидал, уже были развёрнуты. Мальчик ощупал последний очень лёгкий свёрток и развернул его.


Что-то текучее, серебристо-серое соскользнуло на пол, улёгшись мерцающими складками.


Гарри подобрал с пола серебристую ткань, излучавшую слабый свет. Она была странная на ощупь, как будто вода слилась с материалом в единое целое.


Гарри набросил ткань на плечи и подошёл к зеркалу. Конечно, отражение смотрело на него, только вот осталась от него одна голова, висевшая в воздухе, а тело полностью исчезло. Он накинул на голову капюшон, – пропала и она.


«Мантия-невидимка, как в сказке о трёх братьях».


Гарри снял мантию, вернулся на своё место и поднял обёртку. Из неё выпало письмо. Послание было написано мелким причудливым почерком с завитушками, которого Гарри никогда прежде не видел:


«Твой отец дал мне эту мантию перед смертью. Пришло время вернуть её сыну. Используй её с умом. Счастливого Рождества!»


Подписи не было.


Первой и единственной мелькнувшей в голове Гарри мыслью было:


«Отец не использовал её с умом! Отдать кому-то шанс на спасение, может быть, решающий…»


И больше Гарри не думал. Он завернул мантию и записку в прежнюю обёртку. Спрятал пакет в секретное отделение сундука. Присел к столу. На куске пергамента написал записку и пошёл в совятню.


В мыслях мальчика, прочти их кто-то, не нашлось бы ни горя, ни огорчения, ни ненависти, ни сомнений. Только непоколебимая решимость. Затаившийся в душе Гарри истинный хаффлпаффец знал, что делать.


Отослав Хедвиг с заказом на Косую аллею, Гарри пошёл на завтрак. Вернулся в башню Рейвенкло. На маггловских полках библиотеки отыскал томик Лоренса Стерна. Прихватил пару латинских словарей и учебник. Приготовил маггловский блокнот и шариковую ручку. В романе «Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена» нашёл одиннадцатую главу третьей части и приступил к работе.


К обеду Гарри не только закончил свою компиляцию, но и почти выучил её наизусть, многократно повторяя текст вслух. Произношение и интонации ставили в кружке латинского языка, посещаемом Гарри и Гермионой.

[1]


Гарри отметил, что с некоторого момента чтение стало сопровождаться спецэффектами. Буквы светились, всё ярче и ярче. Потом это свечение стало по окончании текста со вспышкой «перепрыгивать» на стены, пол и потолок. Затем свет как будто утекал наружу.


Вернувшись с обеда, Гарри увидел на тумбочке свой заказ. Кто не хотел доставки прямо на голову в самый неподходящий момент, приказывал сове сбросить пакет в специальную корзину. Дальше почту распределяли домовики.


Проверив счёт и пересчитав сдачу, Гарри довольно улыбнулся. В своё время в лавке на Косой аллее его удивило, что «Свечи ритуальные» в разы дороже точно таких же с виду «Свечей декоративных». Продавец сказал, что это из-за гарантии годности для ритуалов. Гарри вежливо выслушал, но не повёлся. Дядя Вернон не упускал случая поговорить о жульнических приёмах в торговле… Когда Гарри понял, что на Рейвенкло профессор Флитвик и старшекурсники охотно отвечают на вопросы, то заказал две свечи: белую ритуальную и красную декоративную. Снял этикетки и спросил у декана, которая из двух годится для ритуалов. Декан проверил свечи заклинанием и ответил: «Обе». Что и требовалось доказать.


В библиотеке факультета из «Краткого введения в ритуалистику» Гарри узнал, что для простых ритуалов годятся любые магически нейтральные свечи. А в более сложных случаях ритуалист должен либо делать свечи сам, либо заказывать и использовать свежеизготовленные, но не скупать лежалый ширпотреб.


На Рейвенкло понимают, что никакое знание не бывает лишним. Вот и сейчас знание тонкостей свечной торговли в магическом мире не только принесло Гарри выгоду, но и обеспечило маскировку. Заказ на пять чёрных ритуальных свечей насторожил бы кого угодно. А четыре полудюжины декоративных свечей (жёлтых, красных, чёрных и синих) в Рождество – это так естественно и безобидно! В порядке дальнейшей маскировки Гарри спросил у домовика подсвечник и зажёг четыре свечи, чтобы оставить потёки цветного воска. Если потом избавиться от лишних свечей, никто не узнает, сколько их на самом деле сгорело в этом подсвечнике.


До ужина Гарри в своей комнате продолжал упражняться в латинской декламации. Спецэффекты стали стабильными, а потом сброс света с пергамента стал сопровождаться свистящим щелчком. К ужину Гарри уже заучил текст наизусть.


Ещё в начале каникул большие факультетские столы убрали, а для всех оставшихся в Хогвартсе студентов поставили один стол, подходящего размера.


За ужином незнакомый Гарри старшекурсник Хаффлпаффа, глядя на профессорский стол, заметил:


– Что-то случилось. Профессора на нервах, а мадам Помфри только что вошла и что-то очень эмоционально рассказывает. Под звукоизоляцией.


– И директора нет. Заболел?


– Ой, а за обедом ни директора, ни мадам Помфри не было!


Гарри этого не помнил, потому что не обращал внимания.


Между тем хаффлпаффец смог поймать взгляд мадам Спраут и гримасой изобразил вопрос. Мадам Спраут еле заметно кивнула.


– Кому интересно, подождите. Профессор Спраут подойдёт, как сможет.


В итоге к их столу подошла сама профессор Мак-Гонагалл. Оказалось, что директор Дамблдор в крайне тяжёлом состоянии непонятной природы госпитализирован к Святому Мунго.


«Похоже, что именно об этом нам с Гермионой рассказывал профессор Флитвик».


К этому выводу Гарри пришёл, обдумав свою реакцию на новость. Точнее, отсутствие реакции.


Речь зашла о научном подходе в магии – и Гарри, и Гермиона хорошо усвоили школьный курс естествознания.

[2]


– В каком-то смысле магия отрицает научный подход, – говорил Флитвик. – Магия строится на воплощении желаний, то есть, на эмоциях, если не капризах. Подавляющее большинство магов остаётся на этой стадии. Но если маг не останавливается в развитии, то он переходит от желаний и эмоций к чистой воле. Уходит внешний антураж: взмахи палочкой, заклинания, ритуалы. Воля мага становится на уровень законов природы. Тогда начинает работать научный подход.


«Да, это оно. Но какой сильный текст! Епископ Эрнульф понимал толк в проклятиях», решил Гарри.


«Мне же проще – не надо искать укромное место, рисовать пентаграмму, выписывать руны, ставить по углам чёрные свечи, дожидаться полуночи… И лишних свечей не будет».


Гарри зажёг четыре разноцветные свечи и взял в руки текст.


«Первый закон природы от Великого Волшебника Гарри Джеймса Поттера, посвящённый Великой Волшебнице Гермионе Джин Грейнджер, утверждается в окончательном чтении», подумал Гарри и начал читать…


– Ex auctoritate Magiæ omnipotentæ, anathematizamus, excommunicamus, et a liminibus sequestramus hunc furem, vel hunc malefactorem, qui invisibilitas mantellum ex patrem meum expulit, pro mortem sua.


[Властию Магии всесильной, проклятию предаём, извергаем и за порог изгоняем злодея и грешника, забравшего у отца моего мантию-невидимку, на погибель ему.]


– Et æternis suppliciis excruciandus, mancipetur, et sicut aqua ignis extinguitur, sic extinguatur lucerna ejus in secula seculorum nisi resipuerit, et ad satisfactionem venerit. Amen.


[И на вечные муки да будет он предан. И как огонь угашается водою, так да угаснет свет его до скончания веков, если он не раскается и не загладит вины. Аминь.]


– Maledicant illum omni magi et creaturæ magicæ ab initio mundi usque in finem seculi. Maledicant illum cœli et terra, et omnia magica in eis manentia.


[Да проклянут его все маги и волшебные создания, от начала мира и до cкончания веков. Да проклянут его небеса и земля и все, что на них есть волшебного.]


– Maledictus sit ubicunque fuerit, sive in domo, sive in firmo, sive in horto, sive in agro, sive in via, sive in semita, sive in silva, sive in aqua, sive in cœlum.


[Да будет он проклят, где бы он ни находился: в доме или в конюшне, в саду или в поле, на большой дороге или на глухой тропинке, в лесу или в воде, или же в небе!]


– Maledictus sit vivendo, moriendo, …


[Да будет он проклят при жизни и в смертный час!


– … manducando, bibendo, esuriendo, sitiendo, jejunando, dormitando, dormiendo, vigilando, ambulando, stando, sedendo, jacendo, operande, quiescendo, mingendo, cacando, flebotamando.


[Да будет он проклят за едой и за питьем, голодный, жаждущий, постящийся, засыпающий, спящий, бодрствующий, ходящий, стоящий, сидящий, лежащий, работающий, отдыхающий, мочащийся, испражняющийся, и кровоточащий!]


– Maledictus sit in totis viribus corporis.


[Да будет он проклят во всех способностях своего тела!]


– Maledictus sit intus et exterius.


[Да будет он проклят снаружи и внутри!]


– Maledictus sit in capillis; maledictus sit in cerebro. Maledictus sit in vertice, in temporibus, in fronte, in auriculis, in superciliis, in oculis, in genis, in maxillis, in naribus, in dentibus, mordacibus, sive molaribus, in labiis, in guttere, in humeris, in harnis, in brachiis, in manubus, in digitis, …


[Да будет он проклят в волосах главы своей! Да будет он проклят в мозгу своем и в темени, в висках, во лбу, в ушах, в бровях, в глазах, в щеках, в челюстях, в ноздрях, в зубах, как передних, так и коренных, в губах, в гортани, в плечах, в запястьях, в руках и в кистях рук, в пальцах!]


– … in ore, in pectore, in corde, et in omnibus interioribus stomacho tenus, in renibus, in inguinibus, in femore, in genitalibus, in coxis, in genubus, in cruribus, in pedibus, et in unguibus.


[Да будет он проклят в устах своих, в груди, в сердце и во всех внутренностях до самого желудка! Да будет он проклят в чреслах своих и в паху, в лядвеях, в половых органах, в бедрах, в коленях, в голенях, в ногах и в ногтях на пальцах ног!]


– Maledictus sit in totis compagibus membroruna, a vertice capitis, usque ad planta in pedibus. Non sit in eo sanitas.


[Да будет он проклят во всех суставах и соединениях членов своих от верхушки головы до ступней ног! Да не будет в нем ничего здорового!


– Maledictus sit qui invisibilitas mantellum ex patrem meum expulit, pro mortem sua.


[Да будет проклят тот, кто забрал у моего отца мантию-невидимку, на погибель ему.]


– Et insurgat adversus illum cœlum et terra cum omnibus virtutibus magicus quæ in eis moventur ad damnandum eum, nisi penituerit et ad satisfactionem venerit. Amen. Fiat, fiat. Amen.


[И да восстанут против него небеса и земля, со всеми волшебными силами, в них движущимися, для наказания его, если он не покается и не загладит вины своей! Аминь. Да будет так, да будет так. Аминь.]


«Ежедневный пророк», 26 декабря 1991 года.


«Вчера поздно вечером в госпитале Святого Мунго в возрасте 110 лет скончался директор Школы Чародейства и Волшебства „Хогвартс”, грандмастер трансфигурации, кавалер ордена Мерлина первой степени, Великий волшебник, Верховный чародей Визенгамота, Президент Международной конфедерации магов Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор».


Конец


## Глава 11 третьей части романа «Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена» содержит текст анафемы (отлучения) авторства Эрнульфа, епископа Рочестера (ум. 1124). Текст приведён по-латыни и в параллельном (в оригинале английском) переводе. По-русски роман в переводе А. Франковского есть в библиотеке Мошкова и на Флибусте.

Назад


В английских школах с 1 по 12 класс изучают “Science” («Естествознание»). Курс объединяет биологию, химию, физику, астрономию и элементы геологии. Отдельно эти предметы в Англии изучаются только в специализированных заведениях. Одна из главных задач курса – привить учащимся научный подход. Назад