# Ёперный театр

Александр Кожухов

"Театр начинается с вешалки"

Кто там сказал, что "театр начинается с вешалки"?

Театр начинается дома, со сборов в театр. Жена потрошит шкаф в поисках достойного для театра наряда, со стенаниями, что нечего надеть. Я разыскиваю пиджак и галстук, которые не надевал уже лет этак двадцать-двадцать пять. Потом жена красится, ищет подобающую случаю некую чёрную сумочку, причёсывает шубу для зимнего выгула. Это уж потом - такси, торжественный вход в храм культуры, и вешалка - гардероб, стало быть.

Продолжается театр с поиска своих мест в зрительном зале и изучения супругой программки. Как выяснилось, сидеть аж четыре акта. Главное, до антракта дотерпеть, а там уж раздолье: поход в роскошный санузел, буфет. Пока моя вторая половина, встретив знакомую, вела с ней светские разговоры, я пулей - подкрепиться и подзаправиться. Бутербродик и три рюмочки коньячка. Дорого, конечно, но что делать.

Звонок. Сидим дальше. Что-то меня разморило. Заснул маленько. Проснулся от тычка в левый бок. Жена громко шепнула, чтоб не храпел и её не позорил. Ладно, ладно. Только попытался разобраться, что там на сцене происходит; ну, на действии сосредоточиться, тут телефон зазвонил. У кого, у кого? У меня. Соседи по зрелищу зашипели, жена на дыбы. Я откуда знал, что в этом святилище Мельпомены нужно мобильник выключать. Согнулся в три погибели, пролез ужом по своему ряду и в фойе.

Оказывается, Степаныч звонил, спрашивал, чего это меня в сауне нет - все собрались уже - пиво, рыба, там. Пришлось ему объяснять про мой культурный рост, про приобщение к прекрасному, несмотря на пятницу. В зал идти расхотелось. Дай, думаю, покурю пока схожу. В этом заведении, ежу понятно, покурить спокойно не получится, - надо на улицу идти. Шарю по карманам - жетончика из гардероба нет, как нет. Вот веселуха! Короче, остаток оперы прошёл в поисках этого куска железа. Нашёл, аккурат, к концу последнего акта, и знаете где, - а у жены в её театральной сумочке. Каким образом он туда попал, ума не приложу. Я всегда всё себе в карман брюк складываю, а тут...

Я потом узнал какой мудрый человек сказал про вешалку - Станиславский. Верю. Он ещё любил повторять: "Не верю, не верю". Я вот тоже не верил, а проверил и поверил.