# Вводить в заблуждение

Питер Аспе

ПИТЕР АСПЕ


Вводить в заблуждение


1


Фредерик Бомбе посмотрел на себя в зеркало, самодовольно улыбаясь. На нем были боксерские шорты в цветочек, а на ногах тапочки. Его лысая голова мягко поблескивала в рассеянном утреннем свете, проникавшем сквозь занавеску. На полке над раковиной стояла дюжина флаконов с духами, туалетной водой и лосьоном после бритья в компании с батареей баночек с увлажняющими кремами и лосьонами, которые подтягивали его кожу. Он делал все это ради девочек. Ухмылка на его лице стала шире. Какой мужчина средних лет не мечтал провести большую часть года в обществе избранной группы красивых молодых женщин? Фредерику Бомбе не приходилось мечтать об этом. У него были девушки. Однако его деятельность принесла еще одно преимущество, которое не следует недооценивать: конкурсы красоты, которые он организовывал, приносили много денег. Выбирай или проиграешь, компания, которую он основал пять лет назад, была финансово надежной, и за это время он накопил неплохую копилку. В сексуальной сфере он также ни в чем не испытывал недостатка. Когда он отправлялся в турне с финалистами, всегда находилось несколько человек, которые шли ему навстречу. Он оглянулся через плечо на Гретель в большой кровати с балдахином, которая проскользнула перед ним прошлой ночью. Ее звали Кира. Нетерпеливая штучка. Ему следовало принять дополнительную таблетку, чтобы не отставать от ее темпа. Обычно у нее не было шансов стать мисс Фландерс. До этого ее интеллектуальные способности были слишком ограничены. Жюри убило бы ее. К счастью, он смог кое-что изменить в этом. Некоторые девушки слишком хорошо это знали, и когда они старались изо всех сил, он тоже сдерживал свое слово. Кира отлично поработала прошлой ночью. Бомбе был доволен. Для него день не предвещал перемен. Скоро он позвонит своей жене ничего не подозревающим голосом и скажет, что любит ее. Он делал это каждое утро, когда не спал дома. Глупая сука, к счастью, ничего не заподозрила. Вот почему это была глупая сука. Ладно. Фредерик Бомбе родился в шлеме. Он, все еще улыбаясь, попрощался с зеркалом, спустил боксерские шорты, снял тапочки и принял душ. Шум воды разбудил Киру. Она натянула одеяло до подбородка и растерянно посмотрела на украшенный лепниной потолок. Затем она снова поняла, что произошло. Сначала они выпили шампанского. Он хочет вызвать у нее желание, она хочет ослабить свое отвращение к нему. В конце концов, она знала, что ее ждет, когда приняла его приглашение поужинать вместе. И она знала, что ей придется сделать, чтобы превзойти девушку, которая была до нее. Поэтому она сделала все, о чем он просил, даже то, о чем он не просил. Ни одно усилие не было для нее слишком тяжелым, ни одно унижение не было слишком глубоким. Кира Конингс должна была стать следующей мисс Фландерс и стала бы ею.


- Мужчины, - вздохнула Саския, входя в комнату 204.


"Что мы сделали не так, девочка?’


Ван-Ин свернул газету, сложил ее вчетверо и протер глаза. Он не мог скрыть того факта, что устал. В последнее время Ханнелоре плохо спала, и ее тошнило чаще, чем во время ее первой беременности. Гинеколог сказал, что ей не о чем беспокоиться, но с таким же успехом он мог бы объяснить, что на Северном полюсе нет льда. Ханнелоре была обеспокоена. Истории, которые она слышала от своих подруг о самопроизвольных абортах и генетических дефектах у младенцев пожилых женщин, чуть не свели ее с ума от волнения.


"Только что зарегистрировался парень, представившийся Фредериком Бомбе.’


- О бомбе?’


Саския кивнула. Хотя она редко, если вообще когда-либо читала светские новости, она знала это имя и знала, чем он зарабатывал на жизнь. Она просто не могла смириться с тем фактом, что ‘преступник’ отказался предъявить свое удостоверение личности до того, как поговорил с ‘комиссаром’.


- Мне не нравятся такие мужчины.’


- Я тоже, - улыбнулся Версавел.


Он встал, взглянул на Ван-Ина, который беззастенчиво зевал, и подмигнул Саскии, которая с благодарностью посмотрела на него.


"Хочешь, я вымою для тебя этого поросенка?’


"Да, сделай Это.’


Они вместе спустились вниз. Версавел придержал для нее дверь. Проходя мимо, она уловила запах дорогого лосьона после бритья. Саския хорошо ладила с Ван Ином, но если бы ей позволили выбирать своего босса, она бы выбрала Версавела. Он всегда был безупречно одет, его туфли блестели как новые, и она редко видела его нервничающим. Каждая женщина таяла на его глазах. Жаль только, что он не таял перед женщинами.


"Вот твой маленький поросенок", - сказала она, когда они оказались в коридоре первого этажа, где Бомбе резвился с маленькими пасами.


Преступник был одет в светло-бежевый сшитый на заказ костюм, а на указательном пальце его правой руки виднелся огрызок перстня с печаткой. У него были широкие плечи, большой живот и короткие, как у ГНОМА, ноги. Его голый мрамор сиял, как полированный. Угрюмое выражение его лица говорило само за себя, но Версавел мог с этим справиться.


"Я помощник комиссара In", - представился он с широкой улыбкой. "Мне жаль, что вам пришлось так долго ждать. Что мы можем для вас сделать?’


Люди, которые несколько раз появлялись на телевидении со своими бакке, вскоре начинали думать, что они им знакомы. Само по себе это было неплохо, пока они не начинали чувствовать себя привилегированными и соответствовать привлекательности звезд. То, как Версавел приветствовал Бомбе, было прекрасным применением выражения: вынуть фитиль из пороховой бочки. Вот почему она восхищалась им. То, чего он не достиг, ему удалось. Бомбе оставил в покое надменный тон, которым он так ненадолго поразил ее.


"Прошлой ночью произошел серьезный инцидент", - сказал он с беспокойством. ‘Одна из наших девочек стала жертвой жестокого нападения’.


"Вы позвонили в полицию?’


"Конечно, я позвонила в полицию.’


"Но вы не удовлетворены?’


‘ Нет. Вот почему я сам сюда пришел.


Бомбе сделал ударение на слове "сам". Версавел выглядел мрачным, но он не волновался. У них на этаже регулярно появлялись люди, которые приходили жаловаться на действия полиции. Не было смысла им противоречить, лучше бы вы позволили таким людям разгуляться.


- Расскажите мне об этом, мистер Бомбе.’


‘Я думаю, ваши коллеги неправильно оценили ситуацию. Кира, возможно, и не пострадала, не имело большого значения, была ли она ранена. Или хуже. Вы понимаете, что в моем положении я не должен рисковать. Выборы мисс Фландрии не за горами. Спонсорам не нравится такая реклама. Если вы понимаете, что я имею в виду.’


Версавел покачал головой. Действительно, он мало что понимал в этом. Поэтому он повернулся к Саскии, которая продолжала стоять у него за спиной.


"Одна из девушек, участвовавших в конкурсе красоты, позвонила нам вчера вечером, потому что почувствовала угрозу", - сказала она.


"Почувствовал угрозу", - повторил Версавел. ‘Я думал, это было жестокое нападение’.


Бомбе не дал Саскии времени отреагировать. Он достал из внутреннего кармана конверт и начал размахивать им.


- Вот и все, господин заместитель комиссара. Прочтите заключение врача.’


Саския пожала плечами. Коллеги приложили копию медицинского заключения к фотокарточке. Врач обнаружил на плече мисс Киры Конингс гематому диаметром около четырех сантиметров. Большой синяк. Следовательно, они не обратили особого внимания на ее рассказ. Чаще всего случалось, что молодая девушка, гулявшая вечером в одиночестве по парку Астрид, привлекала к себе парня с менее благими намерениями. Нападавший, которого она уже не помнила, схватил ее за плечо, но ей удалось высвободиться и стряхнуть его с себя. Коллеги обратили внимание на ее заявление и подумали, что с чулком покончено. Но это было без мистера Бомбе. Преступник понес особенно тяжелые потери в результате инцидента. Сегодня утром он уже угрожал позвонить своему другу-политику по телефону, но до сих пор ничего не сказал.


"Я думаю, мистер Бомбе прав", - сказала она. "Нам было бы лучше немедленно проинформировать об этом деле судью, ведущего следствие’.


Версавел заметил, что Саския с трудом сдерживалась, чтобы не расхохотаться. Он сделал озабоченное лицо, чтобы соблюсти приличия, и повернулся к опозоренному скряге.


"Я не знал, что это так серьезно", - сказал он, нахмурив брови. "Мы немедленно сделаем все необходимое’.


Скряга улыбнулся. Значит, он слышал.


Когда зазвонил телефон, Ван-Ин не смог удержаться и сам снял трубку. Не было никого, кто мог бы сделать это за него.


‘Здравствуйте. С фамилией’.


Это прозвучало не совсем дружелюбно. В конце концов, он терпеть не мог, когда ему звонили напрямую. Однако его тон изменился, когда он узнал, кто у него на линии.


"Доброе утро, господин прокурор. Что я могу для вас сделать?’


Бикман звонил ему нечасто. Не в этот час. Он устало взглянул на часы над дверью. Было всего без четверти десять. Прокурор не был жаворонком. Он предпочитал продолжать работать допоздна, когда большинство судей уже были дома. Некоторые сомневались, что он остался работать один, другие знали наверняка, но все благоразумно держали рот на замке. Ни для кого не было секретом, что Бикман не питал отвращения к молодым Листьям и что ему нравилось быть в окружении молодых стажеров, молодых женщин-стажерок.


"Я позвоню тебе в связи с Ханнелоре. С ней все в порядке, не так ли?’


"Ее сегодня снова немного подташнивает", - сказал Ван-ин, задумчиво почесывая кончик носа.


Бикман и Ханнелоре хорошо ладили, и вполне возможно, что он беспокоился о ней, но раньше никогда не случалось, чтобы он удосужился позвонить ему лично и справиться о ее состоянии.


- Тебе нужно расслабиться, Питер. В конце концов, ей уже не двадцать пять.’


К счастью, подумал я. Бикман однажды пытался ухаживать за ней, когда она была намного моложе, на новогоднем приеме в young bar. Она категорически отвергла его. С тех пор они были просто друзьями.


"Я скажу, что ты это сказал, Джозеф", - рассмеялся Ван.


Если Бикман называл его по имени, он делал то же самое. Таков был уговор.


"На твоем месте я бы отвез ее на выходные в спа-салон. Женщины это ценят. Ты это знаешь.’


Ван-ин не представлял себя разгуливающим весь уик-энд в одном банном полотенце. У него было неподходящее для этого тело. От массажа его бросало в дрожь, а в сауне становилось душно. Что, черт возьми, вдохновило Бикмана? Что он интересовался состоянием Ханнелоре до тех пор, но не могло быть, чтобы он звонил только для этого?


"В следующем месяце мы уезжаем в отпуск, и она с большим нетерпением ждет этого.’


"Следующий месяц есть следующий месяц. Я думаю, тебе нужно что-то сделать сейчас.’


"Я не зарабатываю столько, сколько ты", - сказал он. Болтовня о состоянии Ханнелоре постепенно начала застревать у него в горле, но он не решался закончить разговор.


’ Кстати, - внезапно сказал Бикман после того, как Ван-Ин подробно объяснил, что ему не нужно беспокоиться о Ханнелоре. - Ты знаешь того парня, который организует конкурсы красоты?


Так вот оно что.


'Frederik Bombé?’


- Значит, ты его знаешь.’


‘ Нет. Все, что я знаю, это то, что он хочет поговорить со мной. Он только что приехал.


"Ичто?"


"Версавел пытается спасти меня от огня.’


На мгновение воцарилась тишина. Это была особенно красноречивая тишина. Бикман ясно дал понять, что предпочел бы видеть это по-другому.


"Конечно, я и сам могу поговорить с этим парнем", - сказал ван Ин.


Он почти мог слышать улыбку Бикмана, когда тот сказал: "Я был бы вам очень признателен, дорогой друг.


- Поздоровайся с Ханнелоре и хорошенько позаботься о ней.’


Это звучало искренне. Ван-Ин повесил трубку и потер подбородок рукой. Бикман не просил его напрямую об одолжении. Напротив, он сделал все, чтобы замаскировать свою просьбу, и это встревожило его. Фредерик Бомбе был не из тех людей, с которыми прокуратор обычно общается, если у них нет общих интересов.


"У нас проблема", - сказал Версавел, который только что вошел.


- У Бомбе влиятельные друзья.’


"Как ты можешь догадываться.’


Версавел удивленно посмотрел на своего друга. Он верил в интуицию и был первым, кто признал, что ван-Ин обладает этим особым даром, но это было уже слишком.


- Только что звонил Бикман.’


- Теперь я понимаю. И?’


- Отправь Бомбе наверх.’


Погода была хорошая. Светило солнце, небо было плотным и темно-синим. Резкий свет заставил Вана зажмуриться. Версавел небрежным жестом надел солнцезащитные очки Porsche, которые он получил в подарок от Luk. Хорошая погода благотворно влияет на настроение людей. Женщины одеваются сексуально, а мужчины меньше жалуются на свою работу. Даже Ван ин улыбнулся, когда коллега, которого он не смог озвучить, любезно сказал "Доброе утро". Они прошли по песку мимо большого фонтана, где туристы искали прохлады в тонком водяном тумане, который заметно струился вниз. В такой момент Брюгге немного напоминал Севилью.


"На самом деле мы можем быть благодарны Бомбэ", - сказал Версавел. "В противном случае нам пришлось бы оставаться внутри весь день.’


Ван кивнул. Террасы на другой стороне пляжа были уже переполнены, несмотря на ранний час. Большинство людей пили пиво или кофе. Ему очень хотелось укрыться Пуховым Одеялом, но сейчас у них не было на это времени. Финалистки, которые боролись за титул Мисс Фландрия 2009, остановились в уютном отеле на берегу реки Ланге и пообещали Кире Конингс приехать до полудня. После этого у нее больше не было времени, потому что ей нужно было репетировать хореографию для финала вместе с другими девушками. Саския была права, она не так сильно пострадала.


- К счастью, здесь пока не слишком оживленно.’


Они свернули на Нордзандстраат, где было намного тише, чем на Зейдзандстраат, параллельной торговой улице, где всегда царило оживление.


- А как насчет подготовки к вечеринке?’


"Пока все идет отлично.’


- Ты уже купил кольца? - спросил я.’


"Нет", - сказал Версавел.


"На твоем месте я бы не ждал слишком долго. Или ты забыл, через что мы прошли?’


В то время Ван-Ин слишком поздно выбрал себе кольца, так что их браку исполнилось почти сто лет.


"Не волнуйся.’


Они свернули на Куиперсстраат и прошли мимо городской библиотеки к задней части театра, где повернули направо.


"Интересно, что вдохновляет этих молодых девушек на то, чтобы горстка мачо оценивала их как скот, которые слишком стары и слишком уродливы, чтобы ухаживать за другой женщиной ".


"Ты говоришь о себе?’


- Я уже украсил красивую женщину, Гвидо.’


"Ты уверен, что украсил ее?’


Они рассмеялись. Он сделал паузу, чтобы прикурить сигарету. Он тщательно изучил заявление, сделанное Кирой перед их отъездом, и задал себе два вопроса: что девушка, которая не знала Брюгге, делала в половине второго в парке Астрид и почему она позвонила в полицию только в половине пятого?


"Не слишком ли Люк нервничает?’


"Это довольно просто.’


"А ты?’


"Почему я должна нервничать? Мы с Луком любим друг друга. В следующем году выйдет моя первая книга, а ферма, на которой мы будем жить, почти полностью отремонтирована. Чего еще может пожелать человек?’


"Дети?’


Версавел резко обернулся. Его глаза мягко заблестели.


- Разве я тебе еще не сказал?


"Ты ведь не беременна, правда?" - усмехнулся ин.


"Нет, но это не имеет большого значения.’


У Люка была хорошая подруга, актриса, с которой он часто работал, которая пока не хотела связывать себя обязательствами с мужчиной, во всяком случае, с мужчиной, который хотел проникнуть в нее только тогда, когда был пьян. Она хотела снова побыть одна. Когда Лук спросил ее, не хочет ли она выносить их ребенка, она сразу же ответила "да". Конечно, было сомнительно, имела ли она это в виду сейчас, потому что, когда она давала это обещание, в ней было довольно много алкоголя.


"В таком случае, мы оба скоро станем отцами", - рассмеялся Ван.


"Пожалуйста, пока никому не говорите. В lange мы пока не уверены, сделает ли она то же самое.’


"Сделай", - повторил Ван-Ин. "Ты хочешь сказать, что одному из вас придется сделать это и с ней тоже?’


"Глупо.’


Отель располагался в старинном здании. Богато обставленный холл дышал покоем и роскошью. Секретарша, тощая бродяжка в металлических очках и с острым подбородком, поприветствовала их небрежным кивком.


- Чем я могу быть вам полезен, джентльмены?


Версавел был одет в форму, и они позвонили заранее. Де Снаак прекрасно знал, зачем они пришли, но Ван-Ин оставался вежливым.


"У нас назначена встреча с Кирой Конингс. Ты скажешь ей, что мы здесь?’


Администратор не пытался показать, что у него мало общего с полицией Брюгге. На прошлой неделе ночной патруль арестовал его за пьянство в общественном месте и посадил на ночь в тюрьму. Ни один волос не дрогнул, и этот инцидент не стоил ему работы. Ублюдок.


Он кивнул, схватил телефон и набрал номер комнаты Киры. Девушка едва выждала две минуты. Ее лицо было бледным, а глаза опухли от слез. На самом деле она не была хорошенькой, но у нее была хорошая фигура и мускулистые, спортивные икры. От Luk Версавел знал, что немного макияжа может творить чудеса и что девушки, которые приходят на телевидение, должны быть особенно фотогеничными. У Киры тоже было что-то невинное, и это тоже было преимуществом. Немало мужчин постарше, особенно те, кто входил в жюри конкурсов красоты, любили женщин-детей.


- Доброе утро, миссис Кинг.’


Она застенчиво улыбнулась, когда Ван пожал ее руку. Ее рука была ледяной и костлявой. Она была слишком худой, на грани анорексии, но ее полная грудь многое компенсировала. Гормоны или силиконы. Это не имело значения. У нее была красивая грудь.


"Я комиссар In, а это Гвидо Версавель, мой помощник. Мы хотели бы еще раз поговорить с вами об инциденте в парке Астрид. ’


Он повернулся к секретарше, которая притворилась, что занята компьютером.


"Мы можем где-нибудь здесь спокойно поговорить?" - спросил он.


Вы могли бы. Администратор провела их в небольшой салон с позолоченной мебелью и хрустальной люстрой, которая была слишком большой для небольшого пространства. Здесь также стояло несколько уютных кресел, а в большой витрине можно было полюбоваться небольшой коллекцией средневековых кувшинов, которые рабочие раскопали во время ремонтных работ в отеле несколько лет назад.


"Не хотите ли кофе?" - спросила секретарша.


Кира сделала оборонительный жест. Ван-Ин только что выпил кофе, ему хотелось только сигареты.


"Я хочу чашечку", - сказал Версавел.


Они сели у окна. Кира скрестила ноги и положила руки на колени. О чем бы она сейчас думала? спросил он себя. Жертвы насилия только через некоторое время осознали, что с ними произошло или что могло бы с ними случиться, если бы грабитель добился своего. Последнее часто приводило к большему разочарованию, чем первое.


"Тебе все еще больно?" - в самом начале.


Кира удивленно посмотрела на него. Насколько она помнила, она нигде не упоминала, что ей больно. Обеспокоенные мужчины обычно вызывали у нее подозрения. Мужчин, которых она знала, интересовало только одно.


"У меня все еще немного болит плечо", - сказала она.


Ван улыбнулся. В наши дни девушки были жесткими, но они оставались девушками. Даже Ханнелоре, которая в любом случае могла выдержать побои, ценила, что он каждое утро спрашивал, как она себя чувствует. И она никогда не отказывалась, когда он предлагал помассировать ей ступни. За эти годы он понял, что большинству женщин для счастья многого не нужно. Кира не была исключением.


"Все будет в порядке", - сказал он. "Ты надолго останешься в Брюгге?’


Она не ожидала такого вопроса. Версавел тоже. Они оба нахмурились.


- До окончания выборов. Почему ты спрашиваешь?’


"Потому что я планирую следить за этим. Никогда не знаешь, не попытается ли твой обидчик снова приблизиться к тебе. Есть сумасшедшие, которые никогда не сдаются. ’


- Ты же не думаешь, что...


- Нам лучше быть осторожными, миссис Конингс.’


Она сняла руки с колен, положила их на край кресла и слегка наклонилась вперед.


"Меня зовут Кира", - сказала она хриплым голосом. "Мадам" звучит так старомодно.’


Лед был сломан. Она расслабленно откинулась назад и вытянула ноги, отчего ее блузка задралась, обнажив полоску загорелого живота. Ван-Ин прочитал в журнале, что финалисты пробыли в Иордании две недели, где команда специалистов подготовила их к знаменательному дню в Брюгге. Они научились ходить как манекены, позировать перед камерой, танцевать, давать интервью и выступать публично. В промежутке они также посетили Петру и прослушали курс археологии. Конкурс красоты, на котором девушка должна была выставлять напоказ свои ягодицы и грудь и глупо улыбаться перед камерой, определенно закончился. Сегодня потенциальная мисс должна была овладеть несколькими иностранными языками, поступить в высшее учебное заведение и заняться каким-нибудь экстремальным видом спорта.


- Брюгге - безопасный город, но есть места, которых тебе лучше избегать ночью, Кира. Например, парк Астрид. Что ты там делала так поздно? Я думал, что девушки, участвующие в конкурсе красоты, должны рано ложиться спать.’


Она покраснела. Ее большие темно-синие глаза сияли, как лазурь, так что вы почти не замечали, что они опухли.


- Римляне тоже привыкли думать, что девственницы-весталки живут как монахини, - хихикнула она.


Так что девушки, участвовавшие в конкурсах красоты, действительно уже не были такими глупыми. В старые времена нужно было иметь классическое образование, чтобы знать, кем или чем были девственницы-весталки. Он не стал углубляться в это. Кто знает, может, она просто часто смотрела исторические сериалы по телевизору или смотрела такие фильмы, как Калигула.


"Итак, ты вышел?’


- Вы угадали правильно, капитан.’


Ее заявление имело смысл. Сам Ван-Ин никогда не верил, что все те девушки, которые участвовали в конкурсе красоты, были просто запихнуты в смирительную рубашку.


- Значит, вы приехали из Л'Эстамине?


L'estaminet был единственным пабом в округе, который оставался открытым допоздна и также был известен не бруггерам. Было очевидно, что она провела там вечер. Однако ее ответ прозвучал неубедительно. Она сказала: Я так и сделаю. И опустила глаза.


- Коричневое кафе, - пояснил Ван. - С деревянными столами и стульями, потрепанными зеркалами на стенах и большим бильярдным столом посередине.


"Ты прав", - сказала она.


Версавел повернул голову в другую сторону. Он не хуже ван-Ина знал, что в Л'Эстамине нет бильярда. Кира солгала. Почему? Ей нечего было скрывать. Или так и есть? Если бы она не была в L'estaminet, где бы она была? Ван Ин думал о том же, что и он, но до поры до времени делал вид, что верит ей.


"Когда ты уходил, ты шел через парк. Тебе не показалось, что это было немного рискованно?’


"Не понимаю, почему я считаю это рискованным", - беспечно ответила она. "Парк довольно хорошо освещен, и вы только что сказали, что Брюгге - безопасный город’.


"Возможно, Кира была не одна", - предположил Версавел. "Ты редко видишь красивых девушек одних.’


- Вы ошибаетесь, капитан. На этот раз все по-прежнему, - добавила она с монкеллачье.


"У тебя действительно есть парень?’


"Больше нет.’


Нико, ее парень, с которым она воспитывалась два года, не мог допустить, чтобы она участвовала в выборах мисс Фландрии. По его словам, там разгуливают только спекулянты. Он был прав, но жаловаться было слишком поздно. Нико устроил ей взбучку и искал утешения у ее лучшей подруги. Она все еще не смирилась с расставанием.


"Могу я также узнать, почему вы не позвонили в полицию более чем через два часа после того, как все стало известно?’


"Я был сбит с толку. На самом деле ничего не произошло. Парень схватил меня, и мне удалось вырваться. Кто знает, может, он просто хотел меня ограбить?’


Ван ин не хотел загонять ее в доспехи, но постепенно стало ясно, что некоторые вещи были неправильными. Парни, которые нападали на симпатичную девушку ночью, обычно не охотились за деньгами.


- Почему ты сразу не вернулся в отель?


"Сначала я выкурил несколько сигарет, а потом зашел в кафе.’


"В каком кафе?’


‘Я не помню’.


Не было смысла оказывать на нее еще большее давление. Если она поддастся сейчас, все их усилия будут напрасны.


"Мы просто хотим помочь тебе, Кира. Ты веришь в это, не так ли?’


Она не лгала о своем времени. Люди, на которых напали, часто больше не знают, что они натворили в последующие часы. Если бы Кира не солгала о Л'Эстамине, он, вероятно, оставил бы ее в покое.


- Может, выйдем вместе покурить? ’ предложил он отеческим тоном.


Она подняла свои большие глаза и вопросительно посмотрела на него, гадая, есть ли на свете мужчины, которым она действительно могла бы доверять. В комиссаре было что-то непринужденное, что привлекало ее, и он излучал определенное спокойствие. За его ассистентку ей вообще не нужно было бояться. Он и пальцем к ней не прикоснется.


"Почему бы и нет.’


Снаружи было приятно. Они сели на причальной стенке, где светило солнце и они могли спокойно поговорить.


Ван-Ин предложил ей одну из своих сигарет. Она улыбнулась, когда он не сразу нашел зажигалку. К счастью, у нее была с собой зажигалка. Сначала она угостила его, а затем прикурила сама.


"Сначала я сообщила Фредерику", - сказала она после первого похода. "Он посоветовал мне позвонить в полицию.’


'Bombé?’


Она кивнула.


"Он не хочет, чтобы мы делали что-то, чего он не знает. Это даже буквально прописано в нашем контракте.’


Теперь Кира начала рассказывать в стократном размере. Этот фильм каким-то образом вселил в нее уверенность. Он немного напоминал ей ее отца. Он также мог слушать ее часами.


"Я не знал, что тебе нужно вкладывать деньги самому", - сказал Ван Ин после того, как она объяснила ему, как работает Фредерик Бомбе.


Она рассмеялась. Большинство людей не знали, как организуются конкурсы красоты и, конечно, не знали, сколько на них тратится денег. Сначала кандидатов просили внести небольшой взнос, но эта сумма постепенно увеличивалась по мере приближения к финалу.


"Все дело в деньгах", - сказала она. "А Фредерик - жесткий бизнесмен. Он очень жестко ведет переговоры со спонсорами и устанавливает железную дисциплину для своих сотрудников. Тот, кто преградит ему путь шириной в соломинку, может встать. В этот момент он неумолим.’


"Но он справедлив.’


Она снова рассмеялась.


"Это то, что они говорят.’


Ван закурил новую сигарету и предложил ей тоже. Девушка очаровала его. У нее была заразительная улыбка и вид, который ему было трудно определить, кроме как сочетание юношеского высокомерия и наивной невинности. Если бы он был на двадцать лет моложе, он бы наверняка поддался ее чарам или, конечно, позволил бы ей увлечь себя, но, к счастью, он был не на двадцать лет моложе. Он считал сочетание юношеского высокомерия и наивной невинности опасным коктейлем. Кира Конингс была девушкой, которая могла обвести вокруг пальца любого мужчину. Она знала об этом, и все же он сочувствовал ей.


"Ты все еще боишься?’


Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Ван-Ин попытался оценить ее взгляд. Он почувствовал запах страха.


"С тобой не в первый раз случается что-то подобное?’


Она покачала своей красивой головой. Ее взгляд затуманился. Перед глазами появилась дымка, которая засветилась, как экран телевизора. Она увидела все это снова.


"Однажды меня изнасиловал мой дядя", - сказала она.


- Сколько тебе тогда было лет?


‘ Тринадцать.


Ван-Ин придвинулся к ней поближе и обнял за плечи. Он почувствовал, как задрожали ее стройные плечи.


‘ Это было в воскресенье. Моих родителей не было дома. Зашел дядя Джон. Ему захотелось пить, и он спросил, можно ли ему выпить стакан воды. Я только что вышла из ванны. Я быстро надела платье, хлопчатобумажное нимендаллетье, в котором вы не будете стоять на свету. Он посмотрел на меня. Я не чувствовала никакого вреда. Даже когда он запустил пальцы в мои мокрые волосы. Было довольно уютно, пока он не положил руку мне на бедро. Я окаменела. Голос застрял у меня в горле. Он положил другую руку мне на плечо и толкнул меня обратно на пол.’


Ее красивое личико исказилось от боли, которую, как ей казалось, она подавляла годами, но она быстро оправилась.


"Девушек лишают девственности", - легкомысленно ответила она, когда Ван Ин спросил, страдает ли она до сих пор от травмы, полученной в то время.


- Ты когда-нибудь рассказывала своим родителям?


‘ Нет. Дядя Ян - младший брат моего отца. Мой отец боготворил его.


"Ну что ж".


Опыт показал, что дяди чаще издевались над своими племянницами и что подобные вещи обычно прикрывались покровом любви. История Киры его не удивила, ему просто показалось странным, что никто не придавал этому большого значения. Изнасилование тринадцатилетней девочки не было чем-то необычным. Взрослым мужчинам приходилось оставлять тринадцатилетних девочек в покое и идти к шлюхам, если они не могли контролировать свои аппетиты.


"Вы заявили, что не помните, как выглядел ваш обидчик, но я в это не верю. Только не после того, что вы мне рассказали.’


Она подняла глаза и с благодарностью посмотрела на него.


"Вы правы, комиссар", - сказала она. "Это был китаец. По моим оценкам, ему было лет тридцать.’


- Китаец, - повторил Ван. - Ты уверен в этом?’


"Совершенно уверена", - решительно сказала она.


OceanofPDF.com


2


- Сколько китайцев на самом деле живет в Брюгге?


После разговора с Кирой Ван-Ин предложил перекусить на террасе кафе Vlissinghe. Там было довольно оживленно. Большинство посетителей были туристами, но было и несколько жителей Брюгге, которые с нетерпением слушали, потому что таковы уж жители Брюгге.


"Я позволю Саскии разобраться с этим прямо сейчас", - сказал Версавел, пытаясь указательным пальцем дать понять Ван-ину, что ему нужно говорить немного тише, но, конечно, Ван-Ину было все равно.


‘Насколько я помню, я никогда не испытывал ничего подобного. Китайцы играют в азартные игры и провозят контрабанду, но они не насилуют западных девушек’.


"Никто не говорит, что он хотел ее изнасиловать.’


- Они тоже никого не грабят, Гвидо. Ты и это знаешь.’


"Они убивают.’


Три головы повернулись в сторону их столика. Пенсионер с лохматыми усами и водянистыми глазами прошептал своей партнерше, пожилой даме с аккуратной голубой прической и безвкусным браслетом, что газеты были правы. Китайцы были на грани завоевания цивилизованного мира не только дешевыми контрафактными продуктами, они также готовились свергнуть демократию. "Вот почему я все еще сражался с немцами", - услышал Версавел его слова.


"Зачем китайцу убивать участницу конкурса "Мисс Фландрия"?’


"Я не знаю.’


Ван-Ин отхлебнул "Дювель" и закурил сигарету. Адвокат Бикман попросил его тщательно разобраться в деле, и это само по себе было немного подозрительно. Какие связи связывали Бикмана с Бомбе? Прокурору, возможно, и нравилось украшать молодых женщин, но Ван-ин не мог представить, что имеет дело с будущими массами.


"Возможно, мы заходим слишком далеко", - сказал он.


Гритье, владелица кафе Vlissinghe, подарила им две тарелки спагетти болоньезе.


"Китай действительно очень далеко", - засмеялась она. "Еще один Дювельтье, Питер?’


Она знала своих папенхаймеров. Светило солнце, и дело, которым они занимались, не казалось срочным. Был хороший шанс, что Ван останется на террасе до конца дня. Она знала, почему платит налоги.


- Почему нет? Что ты принимаешь, Гвидо? Перье из воды?’


Это была мягкая шутка. Версавел пожал плечами. Это были просто мягкие шутки его друга. Кроме того, у него были другие мысли на уме. Ровно через десять дней они с Луком должны были пожениться, а нужно было еще столько всего устроить. Цветы еще не были заказаны, и не было уверенности, что они смогут отправиться в свадебное путешествие. Съемки фильма, для которого Лук делал грим, были отложены, и это спутало все их планы. "Буквально в последнюю минуту", - подумал он. Ван-Ин вывел его из задумчивости.


"Вы не знаете, тратятся ли деньги на конкурсы красоты?’


- Ты можешь ставить на что угодно, Питер.’


"Может быть, нам стоит посмотреть в этом направлении. Китайцы пристрастились к ставкам.’


‘Может быть.


- Звучит не очень убедительно.’


"Ты мог бы сказать Кире, что в L'estaminet нет бильярда’.


"Я мог бы это сделать", - признался он.


- Интересно, почему она лжет?’


- Я тоже, Гвидо. Я тоже.’


"Ты думаешь, она пытается кого-то защитить?’


"Я думал об этом.’


'Bombé?’


"Я так не думаю. Если бы Бомбе имел к этому какое-то отношение, он бы не настаивал на углубленном расследовании.’


"Но ты ему не доверяешь.’


‘ Нет. Кстати, ходит много слухов о его отношениях с девушками.


- Завистливый конкурент? Я думал, мы ищем китайца.’


"Кто сказал, что Кира говорит правду?’


‘ Я еще не смотрел на это с такой точки зрения. Где остановился этот парень?


- В герцогском дворце отеля "Кемпински’.


- У них пять звездочек, - присвистнул Версавел.


"А ты как думаешь?" - спросил я в самом начале.


Версавел пожал плечами. Ему не хотелось сидеть на террасе весь день.


"Нам больше ничего не остается делать.’


"Продолжай.’


Ван-ин допил свое Пуховое одеяло и подозвал Гретель, которая болтала чуть поодаль.


Бизнесменам нравится тратить деньги на дорогие отели. С одной стороны, потому что бизнесмены - избалованные парни, но также и потому, что у них большая надбавка на расходы, которая затем не облагается налогом. Некоторые люди находят это декадентским, другие утверждают, что большинство роскошных отелей могли бы закрыть свои двери, если бы такие расходы больше не облагались налогом. Вероятно, они правы.


Когда Ван вошел в холл отеля "Кемпински", у стойки регистрации перед ним стояли два джентльмена. На обоих были сшитые на заказ костюмы, а чемоданы, которые они несли, были из первоклассной телячьей кожи. Один говорил по-французски, другой по-английски. Они говорили о плохих квартальных результатах своей компании и неблагоприятных прогнозах прибыли - проблеме, которую они, вероятно, решили бы сегодня вечером за бутылкой шабли. Если это не помогло, они все равно могли искать утешения у готовой выслушать девушки по вызову. Жизнь могла быть тяжелой даже для людей, которым приходилось принимать решения на самом высоком уровне. К счастью, у лохов, которым приходилось действительно усердно работать, чтобы поддерживать в рабочем состоянии падающую экономику, не было времени раздражаться по этому поводу.


"Что я могу для вас сделать?’


Администратор, девушка лет двадцати пяти с короткими светлыми волосами и легким североголландским акцентом, посмотрела на них с натренированной улыбкой. Ван-Ин представился и спросил, могут ли они поговорить с менеджером. Девушка кивнула, сняла трубку домашнего телефона, набрала номер и сделала то, о чем ее попросил Ван. Она получила немедленный ответ. Натренированная улыбка, которая на мгновение исчезла во время короткого разговора, снова появилась на ее неброском лице.


- Сейчас придет мистер Версик. Вы можете пока присесть в гостиной, - сказала она, указывая вытянутой рукой на открытую дверь справа от нее.


Гостиная была, как могло быть иначе, шикарно обставлена и с особым вкусом оформлена. В углу у окна пожилая пара изучала туристическую брошюру.


"Они действительно сделали из этого нечто прекрасное", - сказал Версавел.


Отель Kempinski Dukes ' Palace располагался, как следует из названия, в бывшем дворце герцогов Бургундских, построенном в четырнадцатом веке. Здание также некоторое время функционировало как монастырь, но в конце концов было продано в 1980-х годах богатому торговцу рыбой из Остенде. Мужчина некоторое время жил там со своей гораздо более молодой вьетнамской подругой, которая бросила его через несколько лет. К тому времени здание пришло в такую ветхость, что никто не знал, что с ним делать, пока престижной сети отелей не удалось приобрести его и восстановить в былом великолепии.


‘Вы бывали здесь раньше?" - в самом начале.


"Однажды я присутствовал здесь на концерте. Благотворительный спектакль для "Врачей без границ", если не ошибаюсь. Могу вас заверить, что тогда он не выглядел таким красивым. Ремонт, должно быть, обошелся в целое состояние. ’


- Что ж, - вздохнул он. ‘ По крайней мере, это не выглядит дешево.


Стандартный номер вскоре стоил четыреста евро, что на самом деле было не так уж дорого для отеля с таким очарованием. В Париже вы заплатили как минимум вдвое больше за аналогичный номер.


- Интересно, есть ли у них здесь номер для новобрачных?’


Версавел мечтательно смотрел вперед. Люк любил роскошь, и они понятия не имели, где проведут свою первую брачную ночь.


- Обычные смертные здесь не ночуют.’


- Лук не обычный смертный.’


"Почему любовь делает человека слепым?" - резко спросил я.


- Это мой бумажник, Питер.’


Версавел всю свою жизнь жил экономно, пока не встретил Люка. С тех пор он извлекал из жизни максимум пользы, и никто в нем не мог ошибиться в этом. Жизнь была слишком коротка, чтобы позволить пустякам вроде ‘сколько стоит наш номер для новобрачных’ пропасть даром.


- Я думаю, мистер Версик скоро приедет.’


Бизнес-лидеры и менеджеры обычно носят серые или темно-синие костюмы. Альберт Версик был исключением из этого правила. На нем был бежевый костюм с полосатым галстуком. На вид ему было около сорока пяти лет, и по его животу было очевидно, что управляющий отелем "Кемпински" чаще питался в ресторане, чем дома. У него были короткие седеющие волосы и морщинки вокруг глаз, но его голос был теплым и сердечным. Так же, как и улыбка, с которой он приветствовал их.


"Могу я предложить вам что-нибудь выпить?" - спросил он после того, как они пожали друг другу руки.


"Пожалуйста", - сказал Ван-ин, которому было любопытно посмотреть, как выглядит остальная часть отеля.


Они прошли через холл к бару, который располагался в недавно построенной части отеля, откуда открывался прекрасный вид на ухоженный сад, украшенный несколькими дорогими современными скульптурами.


"Я знаю кое-что настолько деликатное", - сказал Ван, когда подали кофе. "Но вы доставили бы мне огромное удовольствие, если бы согласились сотрудничать в расследовании.’


Он только что спросил Версика, может ли он допросить сотрудников, дежуривших прошлой ночью. В случае убийства он мог бы потребовать чего-то подобного, но, учитывая обстоятельства – Кира оставила всего лишь синяк во время своего приключения – он уже мог быть рад, если менеджер отеля захочет ответить на вопросы. Он получил именно тот ответ, которого ожидал.


"Вы должны понимать, что я не должен нарушать конфиденциальность моих клиентов", - осторожно сказал Версик. "Но это не мешает мне попытаться выяснить все для вас самостоятельно.’


"Я могу вникнуть в это.’


‘ Прекрасно. Что ты хочешь знать?


"Как долго мистер Бомбе живет здесь?’


- Три дня.’


Версик удивленно поднял глаза. Он ожидал другого вопроса.


"Он платит за свою комнату?’


Сам Бомбе регулярно раструбил в интервью о том, какие компании спонсируют его инициативу. По этой причине руководство отеля Kempinski решило предоставить ему бесплатный номер на время проведения конкурса "Мисс Фландрия" 2009. Они не ответили на вопрос, хотят ли они сделать то же самое для двадцати финалистов. Итак, Версик сказал, каким образом вилка оказалась в ножке.


"Принимал ли мистер Бомбе посетительницу в своей комнате в последние несколько дней или ночей?’


Версик ожидал этого. Он не знал ответа, но вполне возможно, что он был положительным. Большинство мужчин, которые останавливались только в роскошных отелях, нуждались в женском обществе. Проституция все еще может быть запрещена законом, но в обязанности персонала отеля не входило следить за соблюдением закона.


"Я не знаю.’


‘ Вот почему я спросил, могу ли я побеседовать с персоналом.


Ван-Ин сделал глоток изысканного кофе и взял фисташку из серебряной вазочки. Он внимательно изучил ее, прежде чем положить в рот.


- Тебе просто нужно сказать "да" или "нет", - деликатно добавил он. ‘ С остальным я разберусь сам.


- Я полагаюсь на ваше благоразумие, комиссар.’


"Это само собой разумеется. Хороший фильм никогда не раскрывает свои источники.’


"Тогда я посмотрю, что я могу для вас сделать", - сказал Версик.


Он не мог позволить себе уйти с пустыми руками. Отель был открыт всего год. Они были заинтересованы в том, чтобы их отношения с полицией не были омрачены совершенно иным фактом.


"Я свяжусь с тобой позже", - сказал Ван.


- Я дам тебе номер своего мобильного телефона.’


Версик достал из внутреннего кармана билет и протянул его Ван-Ину, который, в свою очередь, передал его Версавелу.


"Вообще-то, я мог бы позвонить тебе сам", - сказал он.


"Нет проблем.’


‘Это согласовано’.


"По крайней мере, это хороший отель", - сказал Ван, когда они прощались друг с другом пять минут спустя. "Я полагаю, у вас также есть номер для новобрачных?’


"У нас есть не только апартаменты для новобрачных, но и часовня. Хочешь, я тебе покажу?’


"Может быть, позже", - улыбнулся Ван-ин, кивнув Версавелу.


Когда они снова оказались на улице, Ван взял Версавела за руку.


"Знаешь что?" - сказал он. "Я дарю тебе номер для новобрачных в подарок. Потом ты должна сказать мне, стоит ли оно того, чтобы отпраздновать годовщину нашей свадьбы’.


Не часто случалось, чтобы в сентябре стояла такая жара, что приходилось включать кондиционер. На улице было двадцать два градуса, и все же Йохан Косинс чувствовал, что жара опаляет его. В горле у него пересохло, на лбу выступил пот. На прошлой неделе он прошел медицинское обследование, которое проводил каждый год, но врач сказал, что у него все в порядке. Его сердце и легкие функционировали более чем нормально, анализы крови не показали никаких отклонений от нормы, и у него не было расстройства желудка. Так было и в его возрасте, ему едва исполнилось сорок, но человек никогда не знал, какой стресс может выдержать его тело. Йохан Косинс работал более ста часов в неделю, плохо спал и нездорово питался. Он привык находиться под сильным давлением, управлять крупным портом было непросто, увеличить оборот крупного порта на двадцать процентов было безумием. И все же он принял вызов. Если бы он выиграл контракт, переговоры о котором велись более двух лет, контейнерные перевозки в Зебрюгге удвоились бы и увеличивались на один миллион единиц в год. Он попытался просчитать все возможные неудачи и предвидеть все, что могло пойти не так. И теперь, когда цель была в пределах досягаемости, г-н Улун Чжан хотел отложить подписание контракта на неделю. По личным причинам, черт возьми. Только китаец смог приостановить многомиллионный контракт по личным причинам. Мысль о том, что весь проект находится на грани провала, выбросила адреналин из его надпочечников во все тончайшие волокна тела. Он сел за свой стол, вытер пот со лба и нажал кнопку внутренней связи. Голос секретарши звучал четко и цивилизованно.


- Чем я могу быть вам полезен, мистер Коузинс?


- Позвоните министру.’


Она не спросила, какому министру позвонить. Если Косинс сказал министру, она знала, какой номер выбрать.


"С тобой все будет в порядке", - сказала она.


Косинс редко курил, если вообще когда-либо курил, но когда давление угрожало раздавить его, он иногда выкуривал по десять сигарет подряд. Он выдвинул верхний ящик своего стола, взял красивую деревянную шкатулку, которую его двенадцатилетний сын подарил ему на день Отца, открыл крышку и выбрал сигарету из ассортимента, который время от времени пополняла его секретарша. Она лучше, чем кто-либо другой, знала, когда он был в беде. После двух затяжек зажужжал интерком.


"Министр в настоящее время недоступен, но его секретарь заверил меня, что он перезвонит вам как можно скорее.’


Косинс выругался на "плоском Брюгге", выдавил сигарету и тут же закурил новую. Он глубоко затянулся и медленно выпустил дым через нос. 'Festina lente.Его учитель латыни привил ему старую иезуитскую мудрость. Ты блестящий ученик, Йохан, но тебе не следует руководствоваться поспешными решениями. Он никогда не забывал слов своего учителя. Праздничная весна, спеши медленно. У него была быстрая карьера. Его семья казалась идеальной, и он пользовался авторитетом в высших кругах. Даже король обращался к нему по имени, хотя у него были некоторые проблемы с "н". Что бы ты сделал на моем месте, папа, подумал он. Его отец неожиданно умер пять лет назад. Его сердце было разбито. В семье были распространены сердечные заболевания. От них умерли его дедушка и старший дядя. Он выдавил сигарету, встал перед окном и глубоко вздохнул. Казалось, он дышал чистым кислородом. У него закружилась голова. Сколько времени прошло с тех пор, как он курил в последний раз? Шесть месяцев? И он, как обычно, пропустил завтрак. Разумно ли было звонить министру? Многие проблемы решаются сами собой. Праздник весны, и когда нужда наибольшая, спасение близко. Он тоже не избежал вечных штампов. Чем жизнь отличается от клише, впечатления обо всем, что было, и о том, что еще предстоит? Он снова сел за свой стол и нажал кнопку внутренней связи.


"Тебе больше не нужно прилагать усилий. Я сам позвоню министру.’


Йохан Косинс убрал коробку из-под сигарет обратно в ящик. Китайцы очень обидчивы, и не нужно было делать много плохого, чтобы их обидеть. Ему лучше дать мистеру Улун Чжану еще немного времени и надеяться, что проблема разрешится сама собой.


На Саскии было шелковое платье, которое плавно облегало ее фигуру, и модные туфли от Replay. Ван Ин действительно хотел сделать ей комплимент, но в наше время с этим лучше быть поосторожнее. Были женщины, которые подавали жалобы на нежелательную сексуальную близость и за меньшую плату. Не то чтобы Саския сделала что-то подобное. Она любила комплименты, но он - нет. Он только спросил ее, как продвигается расследование дела китайца. Она улыбнулась, взяла папку со своего стола и непринужденно встала рядом с ним.


"Сорок шесть китайцев в возрасте от двадцати пяти до тридцати пяти лет живут в Брюгге и его окрестностях", - сказала она.


- Что вы подразумеваете под Брюгге и его окрестностями?


Она перечислила ряд периферийных муниципалитетов. Большинство китайцев работали в китайских ресторанах, но было также несколько студентов и два гида, которые сопровождали туристов и говорили по-голландски.


- Что ты об этом думаешь, Гвидо?


Версавел пожал плечами. Это было нелепо. Жертва не пострадала. Ни один разумный человек не должен ожидать, что они посвятят такому расследованию столько времени и сил, сколько они потратили бы на расследование убийства. Даже адвокат.


"Со всеми китайцами, но не с этим", - лаконично ответил он.


- Мы должны что-то предпринять, Гвидо. Ты же знаешь Бикмана.’


Адвокат Бикман был не из тех, кто довольствуется личным делом, составленным в расплывчатых выражениях или задокументированным слишком скудно. И он лично вмешался в это дело. Ван-Ин говорил об этом с Ханнелоре, и она пожала плечами, как Версавел. Она знала репутацию Бикмана. "Спящим собакам лучше не будить вас", - сказала она.


"Я могу выбрать несколько имен’, - предложила Саския.


Ван-Ин поднял брови. И Версавел тоже выглядел удивленным. Они оба не очень хорошо поняли, что она имела в виду.


"Тогда я просто объясню", - вздохнула Саския, увидев, что они с удивлением наблюдают за ней. "Вы допрашиваете нескольких случайных китайцев, я все печатаю, а затем мы передаем все дело в прокуратуру. Чем больше бумаги, тем лучше.’


- А потом?


"Тогда мы просто подождем и посмотрим", - твердо сказала она. "Если прокурор не распорядится о дополнительных следственных действиях, дело закрыто, и вы снова сможете наслаждаться прекрасной погодой’.


"Как долго вы здесь работаете?" - спросил я с некоторым восхищением.


- Пять месяцев и восемнадцать дней.’


"Признайте, что она многому научилась за это время", - сказал Ван ин, кивнув Версавелу. "Некоторым коллегам требуется десять лет, чтобы понять, как успокоить этих парней в прокуратуре.’


"Это что, комплимент?’


"Думаю, да", - сказал Ван. "И пока я не забыл, на тебе красивое платье.’


Двадцать финалистов были хорошо представлены. В два ряда по десять человек. Фредерик Бомбе относился к своим войскам с серьезностью бывшего генерала. Мясная бригада, подумал он с ноткой монкеллачье. Они втягивали животы и задерживали дыхание, когда он проходил мимо, и едва осмеливались взглянуть на него. Фредерик был Богом.


"Я очень доволен этой партией", - сказал он громким голосом. "У вас у всех есть качества, чтобы стать новой мисс Фландерс. Время, когда люди смотрели на вас свысока, определенно прошло.’


У четырех девушек было высшее образование, пятнадцать все еще учились в каком-то колледже. Только Кира была аутсайдером. Она бросила это занятие после средней школы и пыталась соответствовать этому как модель. Ей удалось получить задание от известного производителя нижнего белья, но пробиться на международный уровень ей не удалось. Буквально. Чтобы стать моделью, нужно было быть ростом не менее метра семидесяти пяти, и хотя она была едва ли на два сантиметра меньше, она повсюду цеплялась за кости. Всем, кто был ростом меньше метра семидесяти пяти, разрешалось забыть о карьере профессиональной модели. Конкурс "Мисс Фландрия" был единственным способом оказаться в центре внимания, и она ухватилась за эту возможность обеими руками.


"Именно по этой причине мы, – Бомбе нравилось использовать термин pluralis majestatis, – хотим подчеркнуть ваши интеллектуальные способности в той же степени, что и физическую красоту, которой вы все от природы наделены’.


Ни одну из девушек не возмущал его архаичный язык. Напротив, он уже затащил в свою постель многих девушек таким образом.


"Присяжным это хорошо известно. Они поднесут огонь к вашим голеням. И, конечно, я не имею в виду это буквально ", - добавил он с самодовольной улыбкой. "Все это вопрос подготовки. Читайте газеты и следите за текущими событиями по телевидению. Никогда не пытайтесь занимать жесткую позицию, если вы не можете их мотивировать. Не увлекайтесь своими чувствами, не льстите, будьте собой, но никогда не становитесь чересчур самоуверенными. Журнал юмора. Избегайте наигранных эмоций и никогда не будьте высокомерными. Улыбка говорит больше, чем десять трудных слов.’


Он произнес свою проповедь как прирожденный проповедник. Даже Моисей позавидовал ему. Советы Бомбе звучали более достоверно, чем Десять заповедей. По крайней мере, так он считал сам.


"Конечно, также крайне важно, чтобы вы двигались красиво. Неуклюжесть - худший смертный грех, который вы можете совершить.’


Девочки улыбнулись. Они делали это все время. Так предписал Бог. И Бог увидел, что это хорошо. Он завершил свою речь бутадой собственного сочинения: ‘настоящая мисс - это Бомбическая мисс’.


Девушки долго и восторженно аплодировали. Это тоже было предписано. Бомбе благожелательно восприняла аплодисменты. После этого им, наконец, разрешили пройти в раздевалку.


"Я думала, у нас будет урок танцев", - сказала одна из девушек, легким жестом снимая лифчик и перевешиваясь через перила стула.


"Я слышал, что учитель болен", - сказал другой.


- Или Бомбе ему не заплатил.’


Этот комментарий был заглушен протяжным ‘тссс". Бомбе не в первый раз подслушивал их разговоры в соседней комнате. Были даже девушки, которые утверждали, что он время от времени поглядывал на них.


"Я думаю, мистер Бомбе отлично справляется со своей работой", - сказала Кира. "Без него мы все застряли бы на ярмарочной трассе. В любом случае, я благодарен ему за то, что он дал мне возможность позже выступить перед большой аудиторией’.


"Да, знаю", - в его голосе звучал цинизм.


- Что ты имеешь в виду, Лотта?’


Лотте было двадцать два. Она изучала современные языки и, по ее собственным словам, участвовала в конкурсе красоты просто ради развлечения. Она критиковала всех и вся.


- Что ты поцеловала бы Бомбе задницу, если бы он тебя попросил.’


Кира почувствовала, как кровь прилила к вискам. Она никогда не скрывала под стульями или диванами, что у нее есть все, чтобы стать мисс Фландрия 2009. Поэтому некоторые девушки подозревали, что она уже обслуживала его на побегушках, но это не было поводом оскорблять ее публично.


"Я скорее поцелую его в задницу, чем тебя", - прошипела она. "Все знают, что тебе это нравится. Не так ли, Синтия? Или ты забыла, что произошло в Иордании?’


"Сука’.


Хихиканье других девушек подтвердило ее правоту. Все они знали, что произошло в Иордании. Одно дело - принимать ванну вместе, другое - крутить друг другу языки.


- "Сука" лучше звучит во множественном числе, - крикнула Кира. "Травка тоже", - добавила она "мед".


Синтия атаковала, как голодный хищник. Быстро и безжалостно. Она тянула свои длинные ногти. Кира смогла увернуться от них в самый последний момент, прежде чем они нанесли непоправимый ущерб. Это была не стычка. Это было подло. Теперь две девушки стояли лицом к лицу, прикрывая лица руками. Они обе знали, что одна царапина на видном месте может стать для них смертельной. Напряжение нарастало.


"Его член все еще торчит в твоей киске, сучка", - крикнула Синтия Шор.


Она широко открыла глаза и угрожающе выпятила нижнюю губу. Кира посмотрела на своего противника презрительным взглядом.


"Грязная сука.’


Ее тут же облизали в пух и прах, но все поняли, что словесной дуэлью дело не ограничится.


- Тот самый подрывник.


- Грязная Откидная дверь.


Они кружили, как стервятники вокруг добычи. Другие девушки, большинство из них полностью одетые, образовали большой круг вокруг пары с грязным ртом. На самом деле им было все равно, кто победит в схватке. Они только надеялись, что причинят вред друг другу, потому что и у Киры, и у Синтии были неплохие шансы завоевать корону. Бой между двумя победительницами, нарисованными мертвыми, был замечательной возможностью устранить важного конкурента.


"Соскреби простыни с ее смоэля", - прозвучало это.


- Расплющи ей нос.’


- Откуси ей соски.’


Кира внимательно следила за своей соперницей. В ее резюме говорилось, что она любила танцевать диско и кататься на лыжах. Возможно, это сделало ее проворной и быстрой, но в бою нужно было оставаться хладнокровной. Гнев в ее глазах был плохим знаком. Она ахнула, и ее рот искривился от ненависти. Кира начала брать уроки карате в возрасте четырнадцати лет, через шесть месяцев после того, как дядя Ян изнасиловал ее. На самом деле она продержалась недолго, потому что учитель тоже не мог оставить ее в покое, но она все равно кое-чему у него научилась.


"Твой возлюбленный уже изменяет тебе", - прошипела она.


Это был старый трюк, но он сработал. Глаза Синтии сверкнули на подругу, которая стояла и смотрела немного растерянно. Она слишком поздно поняла, что ее подставили. Кира ударила ее кулаком в левый висок. Это был тупой удар, который, казалось, поначалу не обеспокоил ее. Она покачала головой. Кира не колебалась. Она взмахнула ногой и сильно ударила своего противника в грудь.


"Убейте ее", - закричали девушки в унисон.


Синтия шаталась на ногах и оглядывалась по сторонам, как пьяная, но было видно, что она не ошиблась. Ее голова была полна балласта, и ей было трудно дышать. Она сделала еще шаг вперед, согнувшись в коленях. Никто не пришел ей на помощь, даже ее подруга. Затем она упала на бок. Без сознания.


Последовала реакция. Одна из девушек, изучавшая сестринское дело, попыталась привести Синтию в сознание с помощью мокрого полотенца. Когда это не сработало сразу, она отчаянно закричала, чтобы кто-нибудь вызвал скорую помощь.


- Я знаю кое-что получше.’


Одна из девушек пришла с пластиковой бутылкой, которую она нашла в кладовке для метел.


"Нашатырный спирт", - сказала она. "Этим можно разбудить даже бегемота’.


Она была права. Хватило щепотки. Синтия вернулась к жизни, хромая и притопывая.


Солнце все еще светило, когда Кира вышла. Инцидент благополучно закончился шипением. Если не считать синяка на грудине, у Синтии не было видимых повреждений после драки. Она уснула, скрежеща зубами, и с этими словами чулок был снят. Даже Бомбе, который в остальном внимательно следил за девушками, очевидно, ничего не заметил, потому что, когда она проходила мимо него, он любезно кивнул. De geile bok.


- По крайней мере, ты можешь стоять на своем.’


Она повернулась и посмотрела в глаза девушке, которая позаботилась о нашатырном спирте.


- Вы Луиза. Или я ошибаюсь?’


- Нет, вы не ошиблись.’


Луиза была почти такого же роста, как она. У нее была почти такая же прическа, отличался только цвет глаз. У Киры были голубые глаза. Глаза Луизы были серо-зелеными.


"Эта Синтия - таттебель", - сказала она.


"Разве не все мы такие", - хотела сказать Кира. Вместо этого она улыбнулась. Двадцать финалисток, которые боролись за титул мисс Фландрия, выступали вместе в течение трех месяцев. Они спали в одних и тех же отелях, ели за одним столом и в свое скудное свободное время продолжали болтать без умолку. Было почти страшно, что они не узнали друг друга лучше.


"Я должна была держать себя в руках", - сказала Кира.


Бой мог дорого ей обойтись. Хотя было мало шансов, что Бомбе снимет ее с соревнований, его голос имел большое значение при вынесении окончательного вердикта. Ей следовало знать лучше.


‘ По крайней мере, теперь остальные оставят тебя в покое.


Конкуренция между девушками была убийственной. Они не гнушались никакими способами помешать друг другу. Любой, кто хотел оказаться в центре внимания, должен был выставить других в невыгодном свете. Они обе знали это. И все же Кира испытывала определенную симпатию к Луизе.


"Не хочешь пойти чего-нибудь выпить?’


Луиза взмахнула ресницами, словно раздумывая, но ответила спонтанно:


"Пожалуйста", - сказала она.


Красивая девушка обычно могла сказать, что за ней наблюдают и изучают. Две красивые девушки замедлили движение. Они шли вдоль длинной очереди в центр, но когда проходили мимо кафе в пассажирском голубятне, Кира остановилась.


"С таким же успехом мы могли бы выпить здесь", - сказала она.


Кафе В Де Рейсдуифе было коричневым кафе, куда ходили в основном мужчины. Следовательно, все головы синхронно повернулись в сторону входной двери, когда они вошли. Они сели за старомодный бар и заказали кофе. Посетители-мужчины снова подхватили нить разговора, но вместо того, чтобы говорить о долголетии и футболе, теперь они говорили о цене смертного греха.


"Ходят слухи, что к тебе приставали в парке", - сказала Луиза. "И что тебе удалось сбежать от нападавшего. Теперь мы все знаем почему", - добавила она, улыбаясь. "Парень, который мог бы изнасиловать тебя, вероятно, еще не родился.’


"Я не думаю, что он хотел меня изнасиловать.’


"Чего он хотел?’


Кира понизила голос и приблизилась к Луизе вплотную своими губами.


"Я думаю, он хотел убить меня.’


"Ты же не это имеешь в виду.’


- Я знаю. Он пытался сдавить мне горло. Я ничего не могла поделать. Только когда он посмотрел мне в глаза, его хватка ослабла, и я смогла вырваться.’


"Кто мог захотеть тебя убить?’


Кира пожала плечами.


"Понятия не имею", - сказала она.


- Вы все рассказали полиции, не так ли?


"Я только заявила, что он схватил меня и что мне удалось вырваться.’


- Какого черта ты это сделал? Он попытается снова.’


Кира отхлебнула кофе.


"Если я хочу стать мисс Фландрия 2009, я могу пропустить такого рода негативную прессу", - сказала она.


Луиза не ответила. Она забыла, что они соперницы.


OceanofPDF.com


3


Лю Синь был подростком. Он прожил в Брюгге более двух лет и хорошо говорил по-голландски. Так что для него было нормально прийти первым. Ван Ин не нуждался в переводчике, и это было принято во внимание, особенно на данном этапе расследования.


"Если я правильно понимаю, вы проведете для китайских туристов экскурсию по городу. Я не знал, что китайские туристы также приезжают в Брюгге. Ты знал об этом, Гвидо?’


Они сидели в пустой комнате площадью всего двенадцать квадратных метров, студии, как ее называли. Владелец недвижимости также пристроил к комнате чердак, который служил ванной и туалетом. Несмотря на то, что городские власти объявили войну домашним дояркам, арендовать такую студию по-прежнему было довольно легко, особенно на окраинах, где контроль был менее строгим. Лю Синь не беспокоился о своем жилье. В его стране, которая, тем не менее, переживала быстрый экономический рост, жилплощадь площадью двенадцать квадратных метров на человека по-прежнему была невероятной роскошью. Никто не хотел слышать от него жалоб. Он безропотно заплатил арендную плату, которая была особенно низкой по сравнению с ценами в центре города.


"Вы пока нечасто их видите, но я думаю, что они придут", - сказал Версавел.


Лю Синь кивком поддержал тезис Версавела. Индустрия туризма в его стране все еще находилась в зачаточном состоянии, но это скоро изменится. Средний класс, имевший достаточно средств для путешествий, неуклонно рос, и режим больше не был против идеи, чтобы китайцы отдыхали за границей. В отличие от прошлого, когда его страна была обременена коммунистической диктатурой, сегодня путешественники вернулись домой и получили полезные знания за границей.


- Но вы же не турист.’


В Китае невежливо отвечать на вопрос прямым "нет". Вот почему Лю Синь сказал: "Я студент".


- Я изучаю экономику в институте Влерика в Генте.


То, как он произнес "Влерик", заставило его улыбнуться. Значит, клише в любом случае было правдой, китайцу было трудно произносить "р".


"В этом нет ничего плохого, мистер Лю Синь.’


Институт Влерика пользовался Мировой известностью и допускал только самые яркие умы.


- Благодарю вас, комиссар.’


Он слегка склонил голову. Еще одно клише заключается в том, что китайцы особенно чувствительны к комплиментам.


"У меня есть стипендия, но, к сожалению, ее недостаточно для удовлетворения всех моих потребностей", - сказал он. "Вот почему я пытаюсь заработать пенни. Я познакомлю своих соотечественников с вашим прекрасным городом. И я могу заверить вас, что они это особенно ценят.’


Посреди комнаты стоял стол из Икеа, который Лю Синь купила перекусить в комиссионном магазине, на нем стояли кувшин с зеленым чаем и три чашки. Теперь им предстояло выпить из него. Ван-Ин улыбнулся, когда Лю Синь протянула ему чашку. Жизнь детектива может быть суровой, но, к его удивлению, напиток оказался вкуснее, чем он ожидал.


"Позавчера вечером в парке Астрид напали на девушку", - все еще с улыбкой на лице сказал он. "По ее словам, преступником был китаец.’


"Я могу успокоить вас, комиссар. Прошлой ночью я не выходил на улицу.’


Ван-Ин не очень хорошо знал, как объяснить Лю Синю, что такое алиби ничего не стоит, но китаец опередил его.


"Я был не один.’


Он вскочил, достал из заднего кармана бумажник и показал Вану фотографию девушки с Запада с длинными черными волосами и тонкими темно-красными губами.


"Моя подруга", - сказал он не без некоторой гордости. "Мы провели ночь вместе. Это был ее день рождения, тебе следует знать.’


Китайцы не только наводняют наш рынок дешевыми вещами, они также забирают наше драгоценное сырье, и когда они живут здесь в течение двух лет, они обкрадывают наших девушек, хотя сами сталкиваются с избытком женщин. Это звучало немного как лозунг ультраправой партии, но подразумевало совсем не это. Отношения между Лю Синем и черноволосой девушкой опровергли его гипотезу о том, что китайцы не влюбляются в западных девушек.


"Я предполагаю, что твоя девушка тоже подтвердит это.’


Он спросил ее имя и адрес, чтобы быть уверенным. Было мало шансов, что Лю Синь лжет, но он помнил мудрый совет Саскии. Чем больше бумаги они изготовляли, тем быстрее прокуратура их удовлетворяла.


"Вы тоже поддерживаете контакт друг с другом?’


Лю Синь изо всех сил старался не выглядеть удивленным. Если вы узнали девушку получше, для вас все равно было нормально вступать с ней в контакт. Бельгия была известна своей большой сексуальной свободой. Или у полиции было другое мнение?


"Комиссар хочет знать, поддерживаете ли вы контакты с другими соотечественниками, живущими поблизости", - сказал Версавел, который чувствовал, что Лю Синь неправильно поняла ван Ина. Он был прав. Китаец деликатно улыбнулся.


"Иногда что-то организуется. Например, с Новым годом.’


"Именно это я и имел в виду", - кивнул Ван, искоса взглянув на своего друга.


"Чтобы узнать об этом больше, вам нужно поговорить с мистером Дэном", - сказал Лю Синь. "У него ресторан в центре города.’


Версавел записал название ресторана и имя владельца. Он знал адрес. Они с Луком ходили туда обедать по крайней мере раз в месяц.


"Ты знаешь, что мы делаем", - сказал Версавел, когда они вернулись на улицу пять минут спустя. "Мы собираемся поужинать вместе сегодня вечером. Я приглашаю вас обоих. Тогда мы сможем спокойно поговорить с мистером Дэном, и не будет заметно, что мы проводим расследование. Кроме того, китайцы становятся гораздо разговорчивее, если вы сначала им что-нибудь дадите.


Он закурил сигарету. На самом деле ему не нравилась китайская кухня, но Ханнелоре нравилась. И прошло много времени с тех пор, как он ее баловал.


"Во сколько мы встречаемся?’


"Как насчет семи часов?’


"Со мной или с тобой?’


"Ты живешь ближе", - сказал Версавел.


Они сели в машину. Версавел пристегнул ремень безопасности и повернул ключ зажигания. Двигатель Старой волны ожил с глухим рычанием. Он вывел машину с узкого парковочного места, а затем откинулся на спинку сиденья. Ван открыл окно и выбросил сигарету. Пешеход, которому окурок попал прямо под ноги, сердито посмотрел вверх. При обычных обстоятельствах он бы отругал незваного гостя в "волне, полной кожи". Синяя полоса, тянувшаяся по крыше, заставила его воздержаться от этого. Несколько лет назад он был оштрафован за клевету на полицию, и это разбило ему сердце.


- И все для того, чтобы угодить Бикману, - вздохнул Ван.


"Ты же не думаешь, что он имеет к этому какое-то отношение, не так ли?’


"Тогда почему он взялся за Бомбе?’


"Ты точно не собираешься начинать все сначала.’


"Это не первый раз, когда Бикман обжигает себе задницу", - фыркнул Ван.


Прокурора иногда видели в баре, но Версавел с трудом мог представить, что Бомбе втянул его в драку из-за того, что он связался с одной из будущих месс.


"Он не давил на тебя.’


‘ Нет. Но он не оставил мне особого выбора.


Версавел пожал плечами. В равной степени возможно, что Бомбе был его старым одноклассником и что прокурор просто хотел оказать ему услугу из-за этого.


- Ты заглядываешь слишком далеко, Питер.’


- Может, ты и прав, - сказал Ван. - Мы должны найти китайца.’


Версавел недоверчиво посмотрел на своего друга. Они знали друг друга почти двадцать лет и уже переплыли вместе много вод. С возрастом Ван-Ин смягчился, но оставался непредсказуемым.


"Сначала тебе не хотелось расследовать это дело, а теперь ты определенно хочешь найти этого китайца. Я больше этого не понимаю.’


"Я думаю, что история Киры неверна.’


- Ты так думаешь или ты убежден.’


Ван-ин улыбнулся, снова открыл окно и закурил сигарету. К большому неудовольствию Версавела.


- Я знал, что могу на тебя положиться, Гвидо.’


- Мы пока не собираемся возвращаться в офис.’


"Нет", - сказал Ван.


На стойке регистрации отеля Kempinski Dukes ’ Palace было двое гостей. Они говорили по-немецки, и было слышно, что они недовольны. Однако девушка за стойкой продолжала улыбаться и делала все возможное, чтобы успокоить экзальтированных германцев. Он достаточно знал немецкий, чтобы понять ее. Речь шла о пауке в ванне. Если он правильно понял, двое служащих отеля пытались убить зверя, но им это не удалось. Теперь немцам понадобился другой номер, и они потребовали, чтобы новый номер сначала продезинфицировали.


"Mit Gaz", - пошутил Ван-ин достаточно громко, чтобы это услышали все.


Девушка посмотрела на него умоляющим взглядом. Немец не обратил на нее никакого внимания. Он обернулся и с широкой улыбкой обратился к Вану.


‘Sie haben recht.’


"Здравствуйте, комиссар Ван Ин, мы приехали как можно скорее. Специальная команда в настоящее время обыскивает вашу комнату. Я уверен, что они найдут это гребаное чудовище. ’


Секретарша вздохнула с облегчением, когда немец Ван без спросу пожал ему руку и в хвалебных выражениях поздравил с решительными действиями полиции Брюгге. Сверху была еще одна сенсация.


- Это мой помощник, полковник Версавел. Он координирует операцию. Не так ли, Гвидо?’


Теперь немец обнял за плечи свою жену, которая тем временем тоже повернулась и посмотрела изнутри взглядом, которым она давным-давно обожала фюрера. Таким образом, славный ратный подвиг был отмечен. Немец пригласил Ван-Ина, к которому обращался "Фон", выпить в баре. Версавел исчез под предлогом, что ему нужно начать координировать операцию "паутина". Он вернулся полчаса спустя с сообщением, что "паук" уничтожен. Он показал немецкой паре кусок бумажного полотенца, на котором лежала раздавленная туша паука, которого им удалось сожрать в саду.


"Ты хорошо справился с этим, Гвидо", - сказал Ван, когда немцы удалились в продезинфицированную комнату.


"Я должен присоединиться к вашему коллеге", - кивнул директор "Кемпински", который тем временем тоже присоединился. "Могу я предложить вам что-нибудь еще?’


"На самом деле мы пришли сюда, чтобы повидаться с вами", - сказал Ван.


- В связи с мистером Бомбе.’


‘ Действительно. Вы обещали позвонить нам, но, вероятно, очень заняты. Некоторые клиенты могут быть довольно требовательными.


Альберт Версик, управляющий отелем, никак не отреагировал на укол. Он почувствовал горничных, которые убирали номер мистера Бомбе, а также ночного портье. Все трое заявили, что Бомбе провел ночь с молодой женщиной – на самом деле это была другая девушка, добавил ночной портье. Версик долго сомневался, что ему делать с этой информацией. В конце концов он решил, что признает, что Бомбе приходили ночью, но ни словом не обмолвится о ее возрасте. Он также не собирался раскрывать, что у него есть личное описание девушки.


"Кто-то переспал с ним", - признался он с некоторым трепетом.


- Когда? - спросил я.


- В первую ночь, когда он остался здесь.’


"Как она выглядела?’


"Я не знаю.’


- Должно быть, кто-то ее видел.’


"Было уже поздно", - сказал Версик с застенчивым видом, зная, что он не сможет долго терпеть эту ложь.


"В холле гаснет свет?’


"Нет, но’"


"Нет, что "где"?’


Управляющий отелем участвовал в различных учебных курсах, где он научился общаться с людьми. В конце концов, в его профессии было важно знать, как успокоить своих гостей, даже если для этого ему приходилось прибегать к небольшому насилию над правдой. С Ваном все было по-другому. У комиссара был опыт общения с лжецами. То, как он решил проблему с немцами, доказывало, что он обладал обширными человеческими знаниями.


"Это была молодая женщина", - сказал он. "Ночной портье оценивает ее примерно в двадцать лет. Рост около метра семидесяти, высокие скулы и темно-русые волосы средней длины’.


- Полагаю, ночного портье сейчас нет?


Версавел достал из внутреннего кармана блокнот и шариковую ручку. Он знал, каким будет следующий вопрос. Затем менеджер отеля извинился, что не стал спрашивать, где живет Ночной портье, подошел к стойке и попросил одну из администраторш посмотреть адрес.


- Кстати, - сказал Ван-Ин, пока Версавел записывал адрес ночного портье, - китайцы тоже останавливаются здесь?


Менеджер отеля поднял на него удивленный и в то же время немного обеспокоенный взгляд. Однажды он уже вышел из своей книги. Повторная неосторожность могла дорого ему обойтись.


"Почему ты хочешь это знать?" - спросил он немного неловко.


Из дымящейся крови.


"Должен ли я запросить список гостей?’


Он сопроводил вопрос ехидной улыбкой. Из-за реакции директора отеля он был почти уверен, что по крайней мере один китаец остановился в отеле. И он был прав. Менеджер отеля снова отошел к стойке и чуть позже вернулся с листом бумаги. На нем было одно имя: Улонг Чжан.


"Мистер Улун Чжан раньше останавливался здесь", - сказал директор отеля. ‘Он уважаемый бизнесмен’.


"Ты знаешь, чем он торгует?’


"Он что-то делает с контейнерами.’


"О, - сказал ван-Ин. - Могу я также узнать, сколько лет мистеру Улун Чжану?’


Было слишком поздно заводить разговор о неприкосновенности частной жизни. Зло свершилось. Менеджер отеля вернулся к стойке, на этот раз ссутулив плечи.


Ресторан мистера Дэна назывался "Голубой лотос", и на витрине висела копия знаменитого рисунка Тинтина в китайской вазе в натуральную величину в рамке. В конце концов, мистер Дэн прожил в Брюгге более сорока лет. Он знал, как бельгийцы гордятся своим национальным героем. Некоторые даже думали, что он действительно существует.


Они сели у окна. Версавел по такому случаю надел костюм Boss. На Луке были дорогие винтажные джинсы и шелковый пиджак от неизвестного итальянского дизайнера. Ханнелоре блистала в платье цвета фуксии с довольно смелым вырезом. Это было платье свободного покроя, так что едва ли можно было сказать, что она беременна. Ван-Ин не потрудилась переодеться в другую одежду. На нем был его обычный плунжер. Мистер Дэн – мужчина, немного похожий на Мао Цзэдуна, - подошел лично принять заказ. Они выбрали большой стол с рисом. Чтобы каждый мог попробовать всего понемногу.


"Ты невероятно хорошо выглядишь", - сказал Версавел.


- Именно это я и чувствую, Гвидо.’


Этим утром Ханнелоре встала свежей. Ее даже не тошнило. В течение дня ей стало только лучше. Она чувствовала себя трусихой.


"По крайней мере, здесь тихо", - сказал Ван.


Они были единственными посетителями, хотя "Голубой лотос" вмещал по меньшей мере шестьдесят человек. Он взглянул на часы. Было четверть восьмого. Вполне возможно, что большинство клиентов пришли только около восьми часов.


"Обычно здесь тихо", - сказал Версавел.


- Тогда будем надеяться, что это вкусно.’


"Это уж точно", - уверенно кивнул Лук.


"В других ресторанах тоже не так оживленно", - сказала Ханнелоре.


Все трое напали на нее. Экономический спад, запрет на курение и многочисленные меры контроля за алкоголем оказали разрушительное влияние на оборот большинства заведений общественного питания.


"И здесь все намного дороже, чем в других китайских ресторанах", - сказал Лук.


Г-н Дэн, по-видимому, не пострадал от экономического спада. Он носил дорогую дизайнерскую одежду, а на запястье у него висел Breitling.


Как и предсказывал Лук, рисовый стол был обильным и невероятно вкусным. Даже Ван Ин, который не был любителем китайской кухни, попробовал все блюда. Не имело большого значения, все ли они получили. После трапезы два опрятно одетых официанта принесли теплые салфетки и бокал саке. На дне каждого бокала была изображена чувственная обнаженная женщина, фигура исчезала, когда вы пили саке.


- Может, мне заказать еще бокал? - спросил Лук.


"Почему бы и нет", - ответил Ван-Ин достаточно громко, чтобы его услышал сэр. "И мистеру Дэну тоже’.


Китайцы придают невероятное значение вежливым манерам. Поэтому было очевидно, что мистер Дэн придет послушать вместе с ними.


"Проходи и посиди с нами", - сказал Ван-ин, когда хозяин-китаец подошел к их столику.


Мужчина улыбнулся и сделал то, о чем его просили, в глубине души гадая, чего от него хотят. После трех стаканов ему объяснили.


"Лю Синь правильно сделал, что отправил тебя ко мне", - сказал он, когда рассказал ван Ину, в чем дело. "Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе.’


Они договорились, что г-н Дэн прольет свет на ряд коллег и доложит об этом Ван Ину. Китайцы традиционно сформировали сплоченное сообщество, в котором мало что скрывалось.


‘Я полагаю, что ваши соотечественники с большей вероятностью доверятся вам, чем такому незнакомому полицейскому, как я. И это значительно экономит нам расходы на переводчика’.


Два официанта, которые обслуживали их некоторое время, без приглашения принесли чай с печеньем и еще три бокала сакэ. Ханнелоре и Версавел ушли после второго бокала.


- Могу я спросить вас еще кое о чем, мистер Дэн?’


Голос Ван Ина зазвучал немного неуверенно, и он почувствовал, что у него закружилась голова. Сакэ могло быть наказанием, он мог выдержать побои. Он не опьянел от четырех рюмок.


‘Конечно’.


Мистер Дэн покорно склонил голову. Разговор не продлился долго. В конце концов, в последнем стакане было сильное снотворное, отследить которое было практически невозможно. Он получил рецепт от своего отца и от отца своего отца. Ему, вероятно, было несколько столетий.


"Ты не знаешь, ты недавно..."


Ван-Ину приходилось прилагать все больше и больше усилий, чтобы сосредоточиться. Его веки налились свинцом.


"Комиссар хочет знать, прибыли ли недавно в Брюгге новые соотечественники, которые в силу обстоятельств еще нигде не зарегистрированы. Такие вещи случаются ", - добавил Версавел, подмигнув.


Мистер Дэн нахмурился и прищурил глаза. Ян Юньсян жил на конспиративной квартире в Зебрюгге. Шансы на то, что полиция найдет его там, были особенно малы, но что произойдет, если они распространят объявление о розыске? Тогда Ян Юньсяну пришлось на некоторое время остаться внутри. Ему лучше попытаться выиграть немного времени.


"Конечно, я не знаю всего, что живет в нашем сообществе", - сказал он. "Вполне возможно, что кто-то ускользнул от моего внимания, но, насколько я знаю, за последние три месяца сюда не приезжало ни одного соотечественника’.


Я услышал только какое-то жужжание. Ханнелоре, увидев, что происходит, вскочила со стула и потрясла его за плечо.


"Что-то не так?’


Он на мгновение открыл глаза и мягко покачал головой. Больше ничего. Его подбородок опустился на грудь, и он захрапел. Версавел пришел Ханнелоре на помощь. Они вместе встали.


- Не надо, - закричал Люк. - Не в твоем состоянии.’


Он заменил ее. Им потребовалось немало усилий, чтобы вытащить его через узкий дверной проем.


- Будь осторожен, Питер.’


"Может, мне вызвать "скорую"? Обеспокоенно спросила Ханнелоре.


Мистер Дэн, который тем временем тоже стоял снаружи, протянул ей свой мобильный телефон, но Версавел остановил ее.


"Я думаю, он просто пьян", - сказал он.


"Вам не нужно ничего платить", - поспешил мистер Дэн.


"Не волнуйтесь, мистер Дэн", - твердо ответил Лук. "По крайней мере, дело не в еде. Иначе нас бы стошнило’.


Потребовалось более пяти минут, чтобы добраться до машины, которая, однако, была припаркована всего в пятидесяти метрах от ресторана, и еще пять минут пришлось тянуть и толкать ее, чтобы установить на заднее сиденье, которое она полностью занимала.


"Что нам теперь делать? - Спросила Ханнелоре, когда выяснилось, что они больше не могут садиться в машину вместе со всеми.


Версавел решил проблему.


- Дай мне ключ, Ханна. А ты возьми такси. Нам будет хорошо вдвоем.’


Она не протестовала. Ей было до смерти стыдно, хотя она с трудом могла поверить, что Ван-Ин умер от четырех стаканов сакэ. Было ли это с его печенью? Пришло время его тщательно обследовать. Ребенку в ее животе нужен был отец, а ей, черт возьми, нужен был мужчина.


Был высокий прилив. Ян Юньсяну не пришлось далеко идти, прежде чем он достиг линии прилива. Было не холодно, и ветра почти не было. Песок хрустел под его подошвами. Тихо шелестят волны. Стояла черная ночь, и только вдалеке мерцали уличные фонари. Ян Юньсян обожал дип. Морской воздух глубоко проник в его легкие. Он наслаждался этим, хотя его душа истекала кровью. У него за плечами была прекрасная жизнь, более прекрасная, чем у большинства его соотечественников. Родители баловали его с рождения, а сестра с любовью заботилась о нем. Ему повезло. У большинства его сверстников не было сестры. Песок под его ногами стал твердым. Звук набегающих волн усилился. Он снял туфли и носки и босиком направился к воде, которая медленно завладевала пляжем. Он подумал о Фэй, с которой познакомился в Пекинском университете, и об улыбке, с которой его отец приветствовал ее. Даже его сестра, которая баловала его в детстве, немедленно замкнулась в своем сердце. Его мать тоже улыбнулась. Она увидела в Фэй идеальную невестку. Шесть месяцев спустя все было кончено. Он сбежал из дома своей семьи, как вор ночью. Первые несколько недель он бродил по сельской местности, затем был вынужден – в сельской местности почти не было работы – вернуться в город, где он нашел работу на фабрике игрушек. Горе иногда придает человеку неожиданную энергию. Он полностью погрузился в свою работу и смог довольно быстро прийти в себя. Но он никогда не был так счастлив, как тогда, когда все еще жил дома со своими родителями. Даже когда он снова влюбился. Ян Юньсян снял рубашку и футболку и встал перед линией затопления с обнаженной грудью, ожидая, когда поднимающаяся вода омоет его ноги. Было свежо, но не очень холодно. Он сделал шаг назад, спустил штаны и подштанники, сбросил их с ног и шагнул в бесконечную воду. Ян Юньсян медленно брел в неизвестность. Он вздрогнул, когда волны превратили область его гениталий в мясистый обрубок. Он никогда по-настоящему не любил воду. И все же он не боялся утонуть. Голова у него была легкая, разум решительный. Искусственная эйфория, в которую он себя привел, сделала его непобедимым. Огромная волна заставила его пошатнуться, в результате чего он чуть не потерял равновесие. "Минутку", - подумал он. Скоро море поглотит его. Он не верил в Бога, но теперь ему стало любопытно. Кто знает, может быть, его предки ждали его. На следующем шаге он потерял твердую почву под ногами. Он инстинктивно начал барахтаться руками и ногами, что позволило ему какое-то время удерживать голову на плаву. Он задыхался. Как долго он мог так продержаться? Что ему нужно было сделать, чтобы покончить с этим как можно скорее? По мере того, как наркотическое опьянение, которое он принимал, постепенно проходило, им овладело сильное чувство одиночества.


OceanofPDF.com


4


Ван-Ин бесшумно шагнул в волну. Он был бледен, его глаза глубоко запали, и он дрожал. У него была ужасная ночь кошмаров, настолько навязчивых, что он их запомнил. Ханнелоре утверждала, что он визжал, как свинья, которую щекочут. Его услышали даже дети. Образ мужчины с окровавленными обрубками вместо ног продолжал преследовать его, не говоря уже о том, что он жарил ребенка, подвешенного на вертеле над небольшим костром.


"Ты в порядке?’


Это был глупый вопрос, но Версавел не знал, что сказать. Даже глупый вопрос был лучше, чем молчание. Они с Луком долго обсуждали вчерашний инцидент в "Голубом Лотосе". Ван-ину понравилось только саке или в напитке было что-то еще? Они, вероятно, никогда не смогут это доказать. И если так, то остается вопрос, почему мистер Дэн так поступил. Его ни в чем не подозревали. Они задали ему всего несколько невинных вопросов. По крайней мере, это заставило меня задуматься. Они были согласны в одном: кажущийся невинным инцидент в парке начал приобретать угрожающие масштабы. Ван-Ин, казалось, угадал его мысли.


- Ротчинец, - сказал он, поднося руку к пульсирующему лбу. "Дэн отнесся ко мне серьезно.’


"Так ты думаешь, что..."


- Конечно, я так думаю, - проворчал Ван.


"Тогда, возможно, анализы крови могут быть окончательными.’


"Забудь об этом.’


Ван Ин ненавидел иглы, поэтому Версавел не настаивал. Анализ крови мог бы показать, что ван проглотил какое-то наркотическое вещество, но никто не мог доказать, что мистер Дэн подмешал его в саке. Чтобы доказать это, они должны были принести стакан. Но теперь для этого было слишком поздно.


"Ты собираешься пощупать его на зубе?’


- Кто? - спросил Ван-Ин с пустым взглядом.


- Этот гнилой китаец.’


"Мы сделаем это позже.’


Они выехали на песок и последовали за городским автобусом, который повернул налево. Версавелу едва удалось увернуться от велосипедиста, который подрезал их на перевале, не глядя. Так было каждое утро.


"Ты мог бы лучше оставаться в своей постели", - сказал Версавел.


- И тебе следовало выглядеть получше. Представь, что написали бы газеты, если бы мы сбили велосипедиста.’


- В будущем я буду более осторожен, шеф.’


Если повезет, Саския уже приготовила кофе. И Версавел в кои-то веки понадеялся, что она оделась немного сексуальнее. Это могло немного поднять настроение его другу. Он припарковал "волну" как можно ближе ко входу в полицейский участок, и флюкс выпрыгнул из машины. Ван-Ин закурил сигарету и сделал несколько шагов за ним. Никто не осмелился сделать замечание, когда он вошел в здание с сигаретой, даже старший инспектор Верхельст, известный борец с курением, который ехал с ними в лифте, мудро держал рот на замке. Когда он был пьян и впадал в истерику, никто не хотел находиться рядом с ним.


"Кофе пахнет великолепно", - сказал Версавел.


Саския улыбнулась. На ней были черные джинсы и яркая блузка. Он не удостоил ее взглядом. Он сел за свой стол и развернул газету, которую Саския приготовила для него. Финалистки конкурса "Мисс Фландрия-2009" разглаживаются в Брюгге - таков был один из заголовков на первой полосе. Ниже была фотография двадцати девушек в купальных костюмах с двухцветной лентой, по диагонали обвивающей верхнюю часть тела. Рядом с ней фотография двух порубленных фургонов иллюстрировала продавца трафика. Была и хорошая новость: принцесса снова забеременела.


"Sas’.


Саския подняла глаза и улыбнулась. Ван-Ин обращался к Сас только в том случае, если получал одобрение или если срочно хотел, чтобы она что-то сделала. Это было последнее. Он спросил ее, не может ли она как можно скорее предоставить ему фотографии всех финалисток конкурса "Мисс Фландрия".


"Я делаю все, что в моих силах", - сказала она.


Ночной портье герцогского дворца Кемпински жил на Поттенмакерсстраат, боковой улочке Эзельстраат, в типичном брюггском коттедже, который он почти полностью отремонтировал сам. Было десять минут одиннадцатого, когда ван-Ин и Версавел позвонили ему. Мужчине потребовалось некоторое время, чтобы открыть, что было нормально, потому что он работал до семи часов. Вероятно, они подняли его с постели. Это было довольно просто. Мужчина не заметил, что его побеспокоили. Он даже не был шокирован, когда Ван представился, потому что мог догадаться, зачем они пришли.


"Я знаю, что мы вас беспокоим", - сказал Ван-ин с некоторым сочувствием. "Но это срочно.’


"Это не проблема.’


Ночному портье было сорок два, и он не был женат. Это тоже было нормально. Какой здоровой женщине нужен мужчина, которому каждую ночь приходится работать? В коридоре стоял антикварный сосновый шкаф, а на полу лежал восточный ковер. Там был краакнет. Ван-Ин тщательно вытер ноги о коврик у двери, и Версавел с некоторым удивлением последовал этому примеру. "Иногда Ван-Ин может неожиданно появиться из-за угла", - подумал он. В гостиной было уютно. Мебель, как и шкаф в прихожей, была сделана из сосны. Рядом с камином, который выглядел настоящим, лежала груда поленьев, но подавляющую часть пространства занимал книжный шкаф. Версавел скользнул взглядом по гребням. Подавляющее большинство коллекции составляли книги по философии и эзотерике. Возможно, именно поэтому мужчина работал ночным портье. Заядлый читатель и мечтать не мог о лучшей работе.


"Садись.’


У ночного портье был трехместный диван и отдельное кресло, которые стояли напротив внушительного телевизора с плоским экраном.


"Мы начинаем работать с мистером Бомбе", - сказал ван, когда они уселись на диван.


‘Я уже так думал’.


Ночной портье улыбнулся. Большинство мужчин, которые останавливались в отеле одни, регулярно посещали свои номера женщинами. Мистер Бомбе не был исключением из этого правила. Большинство женщин, которых он видел за последние несколько месяцев, были красивы, но иногда одна из них превосходила посредственность. Девушка, которая недавно встречалась с Бомбе, попала в его личную десятку лучших.


"Вы узнаете эту девушку?’


- Птицы умеют летать? - ухмыльнулся ночной портье.


Ван-Ину не нравились люди, которые отвечали вопросом на вопрос. На этот раз он с трудом подавил улыбку.


‘ Именно так мне и нравится это слышать.


Он достал из внутреннего кармана фотографии кандидата Массса и протянул их ночному портье. Ночному портье потребовалось достаточно времени, чтобы просмотреть их одну за другой. На шестой фотографии его глаза начали мерцать.


"Вот и все", - сказал он без колебаний.


Это была Кира. Ван-ин одобрительно кивнул, хотя надеялся, что это был кто-то другой. В конце концов, сексуальное насилие в парке теперь предстало в совершенно ином свете.


"Мне, наверное, не нужно спрашивать тебя, уверен ли ты?’


"Нет", - сказал ночной портье. "Вы не забудете такую девушку.’


"Что ты думаешь? - Спросил Версавел, когда они снова оказались снаружи.


Привычно закурил сигарету. В отеле "Кемпински" остановился китайский бизнесмен, и Кира заявила, что на нее напал китаец в парке. Все выходцы с Востока немного похожи, но маловероятно, что бизнесмен и растлитель были одним и тем же человеком. В конце концов, Кира довольно формально назвала возраст напавшего на нее мужчины. По ее словам, ему было около тридцати. Менир Улонг Чжан был зесенвейфтигом. И он был тучным.


"Тем не менее, я думаю, что разговор с мистером Улонг Чжаном мог бы быть полезным", - сказал он.


‘ Это мог быть кто-то из его сообщников.


- Вотименно.


"Мы собираемся увидеться с ним сейчас или ты планируешь что-то еще?’


Мобильный телефон Версавела зазвонил прежде, чем Ван успел ответить на вопрос. Это был босс. Он хотел срочно поговорить с ван Ином, поэтому Версавел передал его.


"Вы должны срочно отправиться в Зебрюгге", - прозвучало горько. "Мне только что позвонили из судоходной полиции. Одежду нашли недалеко от линии затопления. Они думают, что это самоубийство, но я хочу знать, что происходит на самом деле, прежде чем об этом пронюхает пресса. Ты понял это с самого начала?’


- Вы можете рассчитывать на меня, шеф.’


"И еще кое-что, от Сюда. В будущем убедись, что с тобой можно связаться.’


"Упс’.


"Что ты хочешь сказать?’


"Я сказал " Упс", потому что только сейчас осознал, что оставил свой мобильный телефон дома.’


- Меня не интересуют твои дурацкие оправдания.’


И ты можешь дико произнести "включи кастрюлю". Он молчал. Сын главного комиссара был арестован на прошлой неделе за нарушение общественного порядка, и он оказал сопротивление, когда коллеги хотели его арестовать. Отчет появился почти во всех газетах, и главный комиссар еще не обработал его. Бедняге нужно было как-то выплеснуть свое разочарование.


"В кои-то веки ты воспользовался своим умом", - сухо сказал Версавел, когда ему вернули сотовый телефон.


Ван-Ин терпеть не мог любого, кто пытался властвовать над ним, и он никогда не упускал случая дать это понять. В результате он постоянно конфликтовал с шефом, который, в свою очередь, не оставлял никаких шансов испортить ему жизнь. Их разговоры обычно ограничивались "да" и "нет".


"Вчера я узнал, что джуниору грозит шестимесячный тюремный срок. Если эта информация верна, у господина главного комиссара однажды случится сердечный приступ", - сказал ван Ин со скупой улыбкой.


- Ты не можешь никому желать такого, Питер.’


Ван-Ин пожал плечами.


"Если мое желание сбудется, я отправлюсь в паломничество в Лурд. Но сначала мы должны съездить в Зебрюгге.’


Пронзительный вой сирены возвестил о прибытии полицейской машины.


"Он говорит серьезно", - сказал Ван. "Они даже приезжают, чтобы забрать нас.’


- Не преувеличивай, Питер.’


Версавел был прав. Полицейская машина промчалась мимо них на большой скорости.


Главный инспектор морской полиции, дородный парень с короткой стрижкой и загорелой кожей, приветствовал их рукопожатием и попросил пройти с ним в офис, где ждал человек, нашедший одежду на пляже.


- Пресса еще не в курсе, не так ли?’


"Я так не думаю", - сказал суперинтендант, не очень убежденный.


Партии наркотиков регулярно перехватывались в порту, и они также часто обнаруживали нелегалов, пытающихся тайно перебраться в Великобританию. У прессы оставалось немало взяток за такую информацию. Таким образом, он никак не мог гарантировать, что новость не просочилась наружу.


Комнаты для допросов везде выглядят одинаково. Обычно это небольшие помещения без окон, в которых стоят только стол и несколько стульев. Комната для допросов морской полиции идеально соответствовала этому описанию.


"Доброе утро.’


Ван-Ин протянул руку мужчине, который поднял глаза с некоторым облегчением, когда они вошли.


‘ Я комиссар In, а это мой помощник, Гвидо Версавел.


Мужчина кивнул и пожал протянутую руку.


"Я оставлю вас на минутку одних", - сказал главный инспектор морской полиции.


Он сделал это не из вежливости, он просто страдал клаустрофобией.


- Расскажите нам, что произошло, - попросил Ван, когда старший инспектор закрыл за собой дверь.


Мужчина уже дважды рассказал свою историю, но не возражал. Его день закончился.


"Я каждый день прогуливаюсь по пляжу перед тем, как идти на работу", - сказал он. "Знаете, я работаю в банке. Сидеть весь день дома - невесело.’


"Я понимаю это", - сказал Ван слегка раздраженно. "Но, пожалуйста, продолжайте.’


"Иногда я нахожу вещи. В большинстве случаев это бесполезный хлам, который оставляют туристы. Пара совершенно новых спортивных туфель и футболка от Bikkembergs обычно не являются его частью.’


Он нашел спортивную обувь и носки примерно в двадцати метрах от линии затопления. Туфли аккуратно лежали рядом друг с другом носками внутрь. Футболка лежала немного дальше.


- Значит, вы не нашли брюки?


"Нет", - сказал мужчина. ‘Я не нашел брюки’.


"Кто-то, возможно, забрал его", - заметил Версавел.


- Или штаны, возможно, сдуло ветром.’


"Ветра было немного", - сказал мужчина.


"Ты думаешь, это самоубийство?’


Мужчина кивнул.


"Я тоже испытал нечто подобное около десяти лет назад", - сказал он. "Сначала они снимают обувь и верхнюю одежду. Штаны следуют за ними, когда они опускают ноги в воду или остаются в них’.


- Десять, - сказал Ван.


Он задал мужчине еще несколько вопросов, связанных со временем и местом, где тот нашел одежду. Версавел записал все на листе формата а4. Он предположил, что судоходная полиция уже составила официальное фото. Затем он разыскал суперинтенданта, который сидел в просторной комнате на другой стороне здания и пил кофе.


"Мы хотели бы взглянуть на место, где была найдена одежда", - сказал Ван-ин.


"Это не проблема.’


- Свидетель находится с нами.’


"Вы так говорите", - сказал главный инспектор морской полиции.


В его голосе звучало облегчение. Его людям действительно было чем заняться, кроме расследования предполагаемого самоубийства.


- Еще один вопрос: не могли бы вы показать нам одежду?’


‘Конечно’.


Суперинтендант подошел к металлическому шкафу для хранения документов и достал три бумажных пакета, которые аккуратно положил на стол. Ван-Ин осмотрел содержимое пакетов, но ни к чему не притронулся.


- Что ты об этом думаешь, Гвидо?


"Я не знаю.’


"Мужчина или женщина?’


По спортивной обуви, которая была очень модной, им было трудно определить, мужчина ее носил или женщина. Размер обуви также не стал намного больше. Сороковой размер был тесен для мужчины, но если бы это была женщина, они, вероятно, тоже нашли бы лифчик.


"Носки выглядят как мужские", - сказал Версавел.


- Мужчина с маленькими ступнями.’


‘Я думаю, нам лучше дождаться отчета о техническом расследовании, прежде чем делать выводы".


- Ты прав, Гвидо.’


Изнутри сложенные карманы снова закрылись. Мужчина или женщина. Сейчас это не имело особого значения. Кто знает, может, никакого самоубийства и не было. И было еще слишком рано сверяться со списком пропавших без вести. Он повернулся к старшему инспектору, стоявшему рядом с ним.


"Я полагаю, вы провели обследование окрестностей?’


‘Мы все еще работаем над этим. Две бригады опрашивают жильцов квартир на набережной, окна которых выходят на место, где была найдена одежда. Но пока это ничего не дало. Спальни большинства квартир расположены в задней части, вы должны знать, и почти все жильцы на пенсии. Они рано ложатся спать.’


- Я позвоню тебе позже в тот же день.’


Суперинтендант протянул Вану его билет.


"Вы можете связаться со мной днем и ночью по этому номеру", - сказал он.


Там было довольно много машин, в результате чего поездка от Офиса морской полиции до Морской набережной заняла почти пятнадцать минут. К счастью, они нашли парковку примерно напротив того места, на которое указал им свидетель, так что им не пришлось идти слишком далеко. Море, конечно, стерло все следы, но никогда не помешает окунуться в атмосферу места происшествия.


"Там уже есть люди", - сказал ван-ин.


На одном из волнорезов стояла съемочная группа. Мужчина с пышными седыми волосами брал у кого-то интервью.


"Это Бернард", - сказал Версавел.


"Значит, они знают.’


Бернар Ванневиль работал на региональном телеканале. Его очень хорошо знали в Западной Фландрии и особенно любили. Даже Ван Ин, который не очень ладил с журналистами, хорошо ладил с ним. Они прошли по пляжу туда, где свидетель нашел одежду. В двадцати метрах от линии затопления была пара спортивных ботинок, чуть дальше - изодранная футболка.


"И они хорошо информированы", - сказал ван.


В демократической стране общественность имела право корректировать информацию, но для него это зашло слишком далеко. Он решительно подошел к съемочной группе. Бернар Ванневиль, увидев, что он приближается, жестом головы подал знак оператору, чтобы тот выключил камеру.


"Кто у нас там есть", - сказал он с широкой улыбкой. "Комиссар In’.


Мужчина, у которого они брали интервью, осторожно отступил на шаг назад. Это был пожилой мужчина с пронзительным взглядом и острым носом. На нем был старомодный костюм и прочные ботинки. Ван-ин заподозрил, что это был какой-то эксперт, потому что в наши дни уже нельзя было делать отчеты, не позволив высказаться эксперту.


"Я не знал, что вы, ребята, тоже делаете docusoaps", - сказал он.


Они пожали друг другу руки.


"Позвольте представить вам мистера Вермейра", - сказал Бернард. "Он знает все о приливах и течениях в Северном море.’


"Жаль, что у вас нет эксперта по обуви", - сухо заметил Версавел, указывая на спортивную обувь. "Бренд неправильный.’


Мистер Вермейр проворчал что-то сквозь зубы и собрался уходить. Бернард остановил его. Эксперты обычно высокого мнения о себе, и с мистером Вермейром дело обстояло точно так же. Его мрачное лицо выдавало уязвленную гордость. Более того, он не любил пукать, от этого были одни неприятности. Однако Бернард знал, как расположить к себе кого-либо. Ему удалось убедить мужчину остаться. В обмен на дополнительную бутылку джина.


"Я не могу запретить вам, ребята, снимать на пляже", - сказал Ван. "И я также не могу конфисковать записи, но, пожалуйста, будь осторожен, Бернард. Нет абсолютно никакой уверенности в том, что этот человек покончил с собой.’


"Значит, это мужчина.’


Изнутри донесся глубокий вздох.


"Исследования еще не показали этого.’


Бернард широко рассмеялся. Старой крысе понадобилось всего полслова. Таким образом, полиция также предположила, что это было самоубийство, и они были почти уверены, что это был мужчина. С этими знаниями и несколькими снимками заходящего солнца и угрожающего неба над горизонтом у него получился отличный репортаж.


‘ Хорошо. Я сыграю с тобой в карты. Но тогда ты тоже должен мне помочь.


Бернард кивнул.


‘Quid pro quo.’


‘Услуга за услугу’, бамде Ван Ин.


В конце концов, это была не его вина, что кто-то из судоходной полиции допустил утечку информации.


Он в нескольких словах рассказал им то, что они знали. Это было немного, но ему больше нечего было сообщить. Бернард посмотрел на Сипа. Он ожидал дополнительной информации. Настала его очередь выполнять достигнутое соглашение.


"Согласно Вермейру, невозможно предсказать, где или когда труп выбросит на берег", - сказал он. "Но он предполагает, что это ненадолго. Он делает ставку на завтра или послезавтра.’


- Когда есть труп.’


"Не волнуйтесь, комиссар", - сказал Бернард с мальчишеской улыбкой. "Со мной все будет в порядке. Предположение важнее реальности. ’


"Девочки все еще в душе", - сказал Фредерик Бомбе, когда Ван-ин спросил его, может ли он поговорить с Кирой.


‘ Тогда мы будем ждать.


Он закурил сигарету и встал у входной двери. Версавел был вынужден последовать его примеру. Беседа с экспертом на пляже Зебрюгге мало что дала. Все, что они могли сделать, это дождаться, пока труп вынесет на берег. Поэтому Ван решил возобновить расследование сексуального насилия в парке Астрид.


"Тем временем я снова пытаюсь связаться с мистером Улонг Чжаном", - сказал Версавел.


За последний час он уже предпринял две попытки связаться с китайским бизнесменом. Секретарша отеля "Кемпински" ничем не могла ему помочь. мистера Улонг Чжан в отеле не было, но она пообещала, что уведомит его, как только он войдет.


"Сделай это.’


Вревелиг затянулся сигаретой. Он ненавидел долгое ожидание, молодые люди беспокоятся о пагубных последствиях глобального потепления, за исключением тех случаев, когда они принимают душ, сердито подумал он. Когда девушки еще не появились после двух выкуриваний, Ван-ин направился в офис, где Бомбе временно устроил свою штаб-квартиру. Он был очень раздосадован из-за потерянного времени. Однако скряга притворился, что в воздухе нет никакой грязи.


"Может быть, я смогу тебе помочь", - предложил он.


"Почему бы и нет.’


- Тогда давайте поговорим о вас, мистер Бомбе, - злобно начал он.


Ван-Ин взял стул и беззастенчиво закурил сигарету, в сотый раз. У него пересохло в горле и болели икры. Витрины магазинов. Его предупредил врач. "Если ты не бросишь курить, то в обозримом будущем окажешься на операционном столе", - сказал он. Угроза, как обычно, улетучилась. К нему присоединился Версавел. Он взял на себя смелость не вмешиваться в разговор, что бы ни случилось.


"Я ничего не имею против мужчин, которые любят женщин", - сказал он. "И я понимаю девушек, которые позволяют притворщицам украшать себя, но я ненавижу лгунов’.


Бомбе отреагировал, как большинство глупых мужчин с большим эго. Он вскинул руки в воздух и скорчил обезображенную гримасу.


"Я могу только согласиться с вами", - сказал он. "С лжецами человек ничего не может поделать".


- Я говорю о вас, мистер Бомбе.’


Скряга окаменел. Его взгляд напоминал взгляд священника на исповеди: строгий и в то же время полный сострадания. Между тем, в его мозгу разгорались искры. Он очень хорошо понимал, что пытался донести до него флик. Заниматься любовью со взрослым человеком не было преступлением, заманивать конкурсанта ложными обещаниями в свою постель, поскольку организатор неправильного отбора шел прямо вразрез с этикетом. Подозрение может стоить ему доброго имени и кучи денег, если спонсоры откажутся по этой причине. У Бомбе был выбор между двумя стратегиями: разыгрываемая невинность или атака.


"Я должен признать, что не понимаю, что вы имеете в виду", - сказал он.


Ван-Ин не жалел медуз и жаб.


- Ее зовут Кира Конингс.’


Бомбе оставался невозмутимым. Только глаза его уверенно сияли.


"Вы не должны недооценивать мисс Конингс, комиссар", - сказал он.


Не было смысла отрицать, что он трахал Киру. Настоящие мужчины понимали что-то подобное, но с фильмом тема была явно более щекотливой. Он мельком подумал о том, чтобы связаться с Бикманом и попросить его отозвать ван-Ина из дела, но сильно сомневался, что адвокат выполнит его просьбу. Они не настолько хорошо знали друг друга. Он встал, подошел к холодильнику и достал из дверцы бутылку шампанского. Пузырьки часто творили чудеса.


"У тебя тоже есть бокал?’


Изнутри дым презрительно вырывался через его ноздри. От таких людей, как Бомбе, его тошнило, но ему лучше не бегать слишком быстро.


"Почему бы и нет", - сказал он.


Бомбе довольно ловко откупорил бутылку. Скоро он возьмет Киру под свое крыло. Эта мысль ранила его. Пока у них не было доказательств того, что он трахал ее, его репутация оставалась неприкосновенной. Пресса уже несколько раз пыталась подставить его, но безуспешно. Слухов было недостаточно, чтобы распять его.


- Значит, вы не отрицаете, что у вас есть отношения с мисс Конингс?


Шампанское вспенилось в бокалах. Версавел смотрел на поднимающиеся пузырьки, которые лопались один за другим, всплывая на поверхность. Это была прекрасная картина, которая прекрасно иллюстрировала бессмысленность жизни.


- Нет, комиссар. Я только что сказал вам не недооценивать ее.’


"Она ведь не пытается тебя шантажировать, не так ли?’


Бомбе поднял брови. Он не понял, на что хотел намекнуть Ван-Ин.


"Шантаж?’


"Я выражусь проще.’


Ван-Ин взял протянутый ему стакан, медленно сделал глоток и закурил еще одну сигарету. Это продолжалось некоторое время, так что напряжение ощутимо возросло. Это был классический трюк, чтобы сбить подозреваемого с толку. Версавел внимательно следил за Бомбе и заметил, что его глаза нервно бегают взад-вперед.


"Вы пользуетесь доверчивостью своих девушек, обещаете им золотые горы, а затем выбрасываете их, как кусок грязи. Некоторые девушки принимают это, другие, как Кира, откусывают или пытаются отрицать.’


Версавел увидел, что нападающий вздохнул с облегчением. Ван-Ин пропустил мяч.


"Вы же не собираетесь утверждать, что я нанял китаянку, чтобы преподать ей урок, а затем настоял, чтобы она вызвала полицию", - почти торжествующе улыбнулся Бомбе.


Теперь настала очередь Ин злорадствовать.


"Вы не слышали, чтобы я это говорил, но вы не отрицаете того, что я только что сказал.’


- А потом?


Бомбе был горячей головой. Его голос срывался. Ван-Ин все равно поймал его.


- Я хочу, чтобы ты сказал мне правду, Бомбе. Ничего, кроме правды.’


"А вот и девочки", - сказал Версавел.


Ван-Ин посмотрел через окно на гимнастический зал, где собрались девочки. На самом деле, он уже знал достаточно. В броне Бомбе появилась трещина. Остальное придет само собой. Было бы лучше, если бы он сначала ознакомил Киру с фактами. Ему было интересно, что бы она объяснила.


"Мы еще увидимся", - сказал он. "Скоро увидимся, мистер Бомбе’.


Ван-Ин допил свой стакан до дна и уверенно вышел. Девушки встали в два ряда и приготовились к повседневной рутине, разучивая хореографию, которой они откроют гала-концерт конкурса "Мисс Фландрия" в казино Кнокке.


- Могу я поговорить с вами, мисс Кинг?’


Девушка обернулась.


"Я Луиза", - весело представилась она. "Кира скоро приедет.’


"Тогда вы очень похожи’, - удивленно ответил Ван.


"Да", - рассмеялась Луиза. "Будем надеяться, что присяжные увидят разницу.’


Кира появилась через пять минут. Она вышла из примерочной. Ее светлые волосы были зачесаны назад, что делало сходство с Луизой менее заметным. Улыбка, с которой она приветствовала Ван Ина, была натянутой, а взгляд уклончивым. Когда Ван увидел ин Бомбе, стоящую в дверях раздевалки, он понял, что произошло. Ему не следовало первым заговаривать с Бомбе, но теперь было слишком поздно радоваться этому. Зло свершилось.


"Вам лучше оставить меня в покое, комиссар", - сказала она, спрашивая, может ли он поговорить с ней минутку.


Он не настаивал. Кира была достаточно взрослой, чтобы понимать, что для нее хорошо. Какого черта он делал? Она не была его дочерью.


OceanofPDF.com


5


Зубная паста развеяла липкий привкус у нее во рту, точно так же, как горячая вода из душа смыла запах его грязных стариков. Кира быстро надела нижнее белье и вернулась в комнату, где он спал. В отеле было тихо. Большинство гостей еще спали.


"Что ты сейчас делаешь?’


Бомбе повернулся на бок и посмотрел на нее полузакрытыми глазами.


"Ты снова уснул", - сказала она с упреком. "Может, это было нехорошо?’


"Конечно, это было хорошо.’


Он приподнял пуховое одеяло, чтобы она могла увидеть его волосатую грудь и часть мясистого обвисшего живота, и поманил ее головой.


‘Чаша’.


Это прозвучало как приказ, но после того, что она сделала прошлой ночью, хуже и быть не могло. Она снова сняла нижнее белье и легла рядом с ним. Он обнял ее и притянул к себе. Тепло ее тела ранило его. Он позволил своей руке скользнуть по ее гладким плечам до самой попки. Дома у него редко случалась спонтанная эрекция и уж точно никогда дважды подряд. "Кто бы это мог быть", - подумал он. Со мной или с моей женой? Кира охотно позволила себя ощупать.


- Ты ведь не собираешься меня подвести, правда, Фредерик?


Он повалил ее на спину и начал массировать грудь. У Киры были очень красивые девичьи груди с маленькими, почти красными сосками, у нее был плоский подтянутый живот и полоска пушистых волос на лобке.


- Обещание есть обещание, девочка. Ты будешь новой мисс Фландерс. Но тогда ты должна пообещать мне одну вещь.’


"Я больше не разговариваю с полицией.’


Бомбе игриво сжал ее левый сосок. По крайней мере, он подумал, что это было игриво. Ей пришлось прикусить зубы, чтобы не закричать от боли.


- По крайней мере, без моего разрешения.’


Он положил руку ей между бедер. Она знала, что он задумал. Даже самый эгоистичный мужчина время от времени пытается удовлетворить свою партнершу, проблема в том, что они обычно ничего от этого не получают. Поэтому она сама проявила инициативу. Она схватила его за штучку, в результате чего его рука расслабилась между ее бедер, и он начал стонать.


"Как ты этого хочешь?’


Она специально сделала так, чтобы ее голос звучал хрипло, потому что она где-то прочитала, что это возбуждает мужчин. Бомбе, очевидно, читал те же буклеты, что и она. Он ответил немедленно.


- Оседлай меня.’


‘Хорошо’.


Она откинула одеяло и сделала то, о чем он ее просил. Если этот ублюдок не сдержит своего обещания, она отправит фотографии, сделанные на свой мобильный телефон, его жене прошлой ночью. Или, еще лучше, пресса. Это была утешительная мысль. Она взглянула на часы. Боже мой, неужели уже так поздно?


"Да, лошадь.’


Работу взяли на себя мышцы тазового дна. Через две минуты пришло время, и она снова смогла спуститься. Лошадь ахнула. Она поцеловала его, быстро спрыгнула с кровати и побежала в ванную. На этот раз ей нужно было только принять душ.


Ван Ин нежно погладил ее живот, который уже был немного выпуклым, даже когда она лежала на спине. В начале беременности он беспокоился, но теперь с надеждой смотрел в будущее. Все, что оставалось, - это дождаться результатов проведенных ею анализов. Конечно, что-то всегда могло пойти не так, в конце концов, они оба уже не были самыми молодыми, но он узнал, что позитивный настрой может благоприятно повлиять на будущее. Более того, лучше не бросать вызов судьбе.


"Как мы будем его называть?’


Ханнелоре приподнялась на кровати.


- Почему ты так чертовски уверен, что это мальчик?


- Потому что семя старого медведя производит исключительно мальчиков.’


- Хвастаюсь своими правами.’


Она опустила голову обратно на подушку и уставилась в потолок. Ей бы тоже хотелось иметь мальчика, но она не могла выносить, когда он вел себя так уверенно.


- Тогда спроси доктора, если ты мне не веришь.’


"Мы договорились, что не будем этого делать.’


- А как насчет Жюльена?’


'Julien.’


- Да, Жюльен.’


Она закрыла глаза. Жюльен - красивое имя. Немного старомодное, но в нем что-то было. Жюльен Ван Ин. Это даже звучало неплохо. Однако ей не дали времени выразить свое одобрение. Телефонный звонок резко положил конец их хныканью. Ханнелоре вздрогнула, узнав голос адвоката Бикмана.


"Извини, что беспокою тебя так рано, Ханна, но это действительно не могло больше ждать. Ван поблизости?’


"Он рядом со мной.’


"Тогда ему повезло больше, чем мне", - пошутил Бикман.


"Должен ли я передать его дальше?’


"Да, пожалуйста.’


Ханнелоре встала, прошла в ванную и встала под душ. Они, наверное, забыли о завтраке. В конце концов, Бикман позвонил не просто так. Было видно, что это срочно.


Прокурор жил в величественном особняке в центре города, который в то время купил за бесценок у друга-подрядчика. Он проводил ван Ина и Ханнелоре до входной двери. В темно-красном халате. Открытие здания суда займет не меньше часа, сказал он по телефону. И я должен быть в Антверпене к десяти часам. Приезжай ко мне в гости. Мы могли бы позавтракать вместе. Стол действительно был накрыт. На столе были два вида булочек, кофейные кексы с шоколадом, сыр и пирожные из Верне.


"Неплохо для холостяка", - сказала Ханнелоре с кривой улыбкой.


Бикман был разлучен со своей женой в течение многих лет. С тех пор он жил один в большом доме. Время от времени у него случалась интрижка со стажеркой или молодым юристом, но до настоящих отношений дело больше никогда не доходило.


"Кофе или чай?’


"Я предпочитаю горячий шоколад", - засмеялся он.


"Это не проблема.’


Бикман исчез на кухне. Ханнелоре бросила на Ван-Ина укоризненный взгляд. Он пожал плечами. Что он опять натворил?


’Это довольно холодное дело", - сказал Бикман, когда все были обслужены. "Поэтому, возможно, было бы неплохо обсудить их здесь. Знаете, звонил министр’.


"Не этим утром, верно?’


"Да, из Ин. Министры встают на ноги раньше, чем большинство государственных служащих.’


"Особенно если они остались со своей любовницей", - ответил Ван ин вролийк.


"Ты не собираешься начинать все сначала", - вздохнула Ханнелоре.


Она устала от его шестилетнего менталитета, согласно которому все политики коррумпированы, а все промышленники - фашисты. В наши дни министр, просящий прощения, не был автоматически синонимом проститутки.


"Ханнелоре права.’


Бикман отхлебнул кофе и сурово посмотрел на Ханнелоре, которая не осмеливалась ответить на его взгляд, потому что боялась настроить Ван-Ина против себя. Какое-то время между ними все шло хорошо, и она не хотела упускать это время.


"Тогда давайте надеяться, что это законный вопрос", - искренне сказала она.


Ее комментарий явно расстроил Бикмана. Он нервно улыбнулся и сделал бесполезный жест руками.


"Это просьба", - осторожно сказал он. "Но вы не хуже меня знаете, что мне трудно отклонить просьбу министра.’


"Ты видишь, что я прав", - огрызнулся он. "Всегда одно и то же’.


- Тогда, пожалуйста, позвольте мне высказаться первым.’


Речь шла о мистере Улун Чжане, китайском бизнесмене, который останавливался в отеле "Кемпински" и с которым Ван Ин вчера пытался договориться о встрече.


"Господин Улонг Чжан ведет переговоры о новых контейнерных перевозках между Китаем и Зебрюгге. Поговаривают о миллионе контейнеров в год, и министру было бы особенно жаль, если бы порт Зебрюгге не заключил такой контракт только потому, что комиссар местной полиции хочет привлечь г-на Чжана к делу, в котором он вообще не замешан.’


"Кто это говорит?’


- Ш-ш-ш, из Ин. Ты обещал, что объявишь Джозефа.


От кофейного кекса. Он сохранял хладнокровие, чтобы не ударить Ханнелоре по голове. Бикман не в первый раз просил его закрыть на это глаза. Она ничего не могла с этим поделать. Вопрос был только в том, согласится ли он с пожеланиями господина министра.


"Китайцы - особенно гордые люди, и они ненавидят терять лицо. Невинного допроса достаточно, чтобы переговоры провалились. Не забывайте, что речь идет о более чем двухстах новых рабочих местах.’


- И несколько сотен миллионов евро, - ухмыльнулся Ван. - Или новые докеры тоже получают долю в прибыли?


Лицо Бикмана напряглось. От полицейского ожидали прямоты, но всему есть пределы. Совершенство было делом рук дьявола, совершенство делало общество непригодным для жизни, с совершенством вы только бились головой о стену.


- Делай это, конечно, как обычно.’


"Должен ли я вести себя нормально? Сначала вы заставляете меня выслеживать скрытного китайца, а теперь, когда расследование продвигается, я должен все бросить.’


- Все преувеличено, Питер. Бикман постарался, чтобы его голос звучал мягче. - Я полагаю, что мистер Улонг Чжан не единственный китаец, проживающий в Брюгге.


"Это правда, Джозеф", - сказала Ханнелоре, которая все это время молча слушала. ‘Но все же любопытно, что подобный инцидент происходит в тот момент, когда такой человек, как мистер Улонг Чжан, находится в Брюгге’.


- Боюсь, я не совсем улавливаю ход твоих рассуждений, Ханна.’


"Я верю’, - фыркнул. "Преступление никогда не за горами, когда на карту поставлены большие интересы’.


"Хорошо", - кивнул Бикман. "Но тогда объясни мне, какая связь существует между китайским бизнесменом, который приезжает сюда для заключения мегаконтракта, и девушкой, которая участвует в конкурсе красоты?’


Немедленного ответа на этот вопрос не последовало. Бикман тоже не ожидал ответа. Он только хотел, чтобы Ван Ин увидел, что нет смысла беспокоить мистера Улонг Чжана. Он мог бы отстранить его от дела, но он знал об этом более чем достаточно долго, чтобы понимать, что тот не смирится с этим и продолжит самостоятельно. Он должен был избегать этого в любом случае. Министр говорил очень четким языком. Ни при каких обстоятельствах г-н Улун Чжан не должен подвергаться преследованиям.


"Я узнал, что кто-то покончил с собой в Зебрюгге", - приветливо сказал он. "Разве это не для вас?’


Настоящие детективы не имеют дела с самоубийствами. Они предпочитают оставлять подобные вещи психологам и психиатрам. Реакция была предсказуемой. Он со скучающим видом пожал плечами. С другой стороны, работы было немного. Сидеть весь день в офисе было не для него. И Бикман ловко разыграл это. Он попытался позолотить пилюлю.


"Почему бы вам не провести исследование вместе?’


Ван-Ин удивленно поднял глаза. Следственные судьи не рассматривают дела о самоубийствах, если только он или она не подозревают о преступных намерениях. Ханнелоре, однако, отреагировала прежде, чем он успел что-либо сказать.


"Я в порядке", - с энтузиазмом сказала она.


Она прекрасно понимала, куда Бикман хотел пойти. Она провела день со своим мужем.


"Тогда у меня, вероятно, нет выбора", - вздохнул Ван.


"Большинство детективов с удовольствием провели бы день с красивым следственным судьей", - улыбнулся Бикман.


Он был рад, что все закончилось хорошо. Таким образом, все были довольны.


Светило солнце, когда они шли через парковку у здания суда, где была припаркована машина. Молодая юристка, которая пересекла им дорогу, даже сняла пальто.


"Что нам теперь делать?’


- Конечно, забери Гвидо.’


"Это так необходимо?’


Ван-Ин остановился, обнял ее и поцеловал в губы. От ее мягкого теплого тела у него чуть не закружилась голова. Он прижал ее к себе еще крепче, наслаждаясь драгоценным моментом. В конце концов, не часто случалось, чтобы он просто чувствовал себя счастливым. Было бы стыдно не ценить такой момент.


- Не совсем. Если хочешь знать мое мнение, Гвидо не помешал бы выходной.’


"Мне позвонить ему или тебе?’


- Твой голос звучит лучше, чем мой.’


‘Вау. Сэр становится романтичным’.


Он скользнул рукой по ее спине и игриво сжал ягодицы, ничем не привлекая взглядов прохожих. Один из них, архиконсервативный католический судья, молча прочитал молитву, прося Господа о прощении за свои греховные мысли.


"Сэр - это не романтик, сэр - это романтик’.


Он взглянул на часы. Было двадцать минут одиннадцатого.


"Ты знаешь, что мы делаем?’


"Нет", - сказала она. "Но я могу догадаться.’


С самого начала Golf припарковался прямо перед террасой кафе Zonder Naam в рыбацком порту Зебрюгге. Несмотря на относительно раннее время, было уже довольно людно, но, к счастью, они все же нашли местечко под солнцем. Ван-Ин заказал пуховое одеяло и порцию вулькена. Ханнелоре в кои-то веки притворилась, что не беременна: она взяла бокал белого вина.


- Посмотри, как мы сидим здесь, - сказала она, вытягивая ноги под столом.


Café ohne Namen было старомодным пабом, куда рыбаки и портовые рабочие заходили выпить пинту пива. Вы могли бы поесть креветок, моллюсков и лангустинов. Или крокеты из кулака и рулеты с мясным фаршем. На этаже также были туристы. Им были рады, если они приспосабливались к местным обычаям. На людей с капсюлями смотрели косо или втайне смеялись.


"По распоряжению прокуратуры", - усмехнулся Ван.


"Я не думаю, что ты планируешь сделать что-то еще.’


‘ Я не знаю наверняка.


"Я не знаю, что мы могли бы сделать", - сказала она. "Пока труп не выбросит на берег, расследовать нечего’.


"Я не это имел в виду.’


- Питер в деле. Ты обещал, что оставишь китайцев в покое.’


Она выпрямила спину. Ее глаза воинственно посмотрели на него. Двое портовых грузчиков, добравшихся до своей машины, обернулись и беззастенчиво уставились на ее грудь, которая явно выпирала под блузкой.


"Это правда, но это обещание не распространяется на мистера Коузинса.’


- Кто такой Косинс? - спросил я.


- Косинс - председатель правления портовой компании Зебрюгге, которая ведет переговоры по контракту с Улонг Чжан.


Он достал из скорлупы тушу и проткнул ее зубочисткой. Ханнелоре сделала глоток вина. Она могла бы подумать. Ван-Ин не собирался откладывать разговор с китайцем в долгий ящик. Она знала по опыту, что нет смысла пытаться переубедить его. Он был более упрям, чем миссис Милке.


- Тогда разговор с мистером Коузинсом, вероятно, не повредит, - осторожно сказала она.


"Я так не думаю.’


Ван-ин отжал еще одну порцию вулькена и тем временем заказал еще одно пуховое одеяло.


За последние десятилетия порт Зебрюгге значительно расширился. В такой же степени возросла активность. Киви, автомобили и контейнеры являются наиболее перевозимыми товарами, и транспортировка природного газа также составляет немалую часть грузопотока. Несмотря на то, что порт угрожает задохнуться между застроенными бассейнами хейст и Зебрюгге, а внутренние районы почти достигают Брюгге, похоже, этому развитию пока нет конца. Отчасти это была работа предшественников Козинса, но взрывной рост порта произошел под его руководством. Друг и враг Гриф признал это. Йохан Косинс был блестящим трудоголиком с единственной амбицией: он хотел сделать Зебрюгге самым современным и быстрым портом в мире, и это намерение могло рассчитывать на широкое признание за рубежом и за эти годы вылилось в мега-крупные контракты. Контракт с Китаем был единственной Жемчужиной, которой все еще не хватало в его короне. Именно по этой причине он отложил незначительную встречу, когда ему позвонила секретарша и сообщила, что комиссар Ван Ин желает поговорить с ним в связи с г-ном Улун Чжаном. Он немедленно заказал кофе с выпечкой и прихватил бутылку старого бренди, поскольку был полон решимости пресечь последнюю стычку в зародыше.


"Добрый день, мэм", - сказал он, когда Ван прибыл полчаса спустя в компании очаровательной молодой женщины, которая, по его словам, никак не могла работать в полиции. У нее был слишком высокий класс.


"Позвольте представить вам Ханнелоре Мартенс", - сказал ван-Ин. "Мисс Мартенс - следственный судья’.


Коузинс попытался сдержать натянутую улыбку, недоумевая, зачем понадобился судья, ведущий расследование. Он направил свой визит в зону отдыха у окна с видом на гавань. Служащий в модном синем костюме разносил кофе и выпечку. Ван-ин знал тактику, но благоразумно держал рот на замке. Он не продавался за торт и выпивку.


"Что вы хотите знать о мистере Улонг Чжане?’


Косинс упал вместе с дверью в Доме. Он ненавидел бесконечные разговоры. Прямой подход обычно давал самые быстрые результаты. Кроме того, у него было мало времени. Его график был заполнен до позднего вечера. Ван-Ин спокойно отрезал кусочек теста и отправил в рот. У него было время.


"На девушку напали в парке Астрид", - сказал он с набитым ртом. "Финалистка конкурса "Мисс Фландрия". ’


Он подробно рассказал мне, что произошло. Козинс не смог удержаться и нервно взглянул на часы. Он занервничал, и именно поэтому Ван пустился в эту историю.


"Все это очень интересно, комиссар. Но я не понимаю, какое отношение к этому имеет мистер Улонг Чжан.’


"Я тоже", - сказал Ван. "Проблема в том, что с г-ном Улун Чжаном трудно общаться. Говорят, что он возглавляет важную китайскую торговую миссию. Некоторые политики опасаются, что вмешательство полиции может положить конец работе. Вот почему мы обратились к вам.’


- Это очень мудро, комиссар. Хотя я все еще не понимаю, почему...


"На девушку напал молодой китаец. Я просто хочу знать, сколько человек состоит в китайском торговом представительстве и где я могу их найти. ’


"Вам следовало бы спросить об этом мистера Чжана", - сказал бы Косинс при обычных обстоятельствах. А теперь, извините, у меня еще несколько срочных встреч. Последнее было правдой, но он не хотел раздражать комиссара.


"Я не могу ответить на твой вопрос немедленно", - сказал он, обеспокоенно поджав губы. "Но я могу проверить это для тебя.’


Он нажал кнопку внутренней связи и проинструктировал свою секретаршу составить список пар с именами партнеров г-на Улун Чжана. Он также сказал, что это срочно.


"Моя секретарша отправит вам все по электронной почте позже. ’


- Тебе и не нужно, - сказал Ван. - Я подожду.’


Косинс выдавил улыбку. Внутри него бушевала буря негодования. Министр заверил его, что полиция оставит мистера Улун Чжана в покое. Он ни словом не обмолвился о своих сотрудниках. Но если полиция брала их на зуб, это было почти так же плохо. Для каждой проблемы есть решение, было его девизом, он лихорадочно искал его. Возможно, ему и удалось подкупить комиссара, но если бы он попытался сделать это со следственным судьей, то оказался бы на скользком льду. Выиграть время и позвонить министру казалось эффективным способом решить проблему. Недостатком было то, что тогда они сразу поняли бы, что за этим стоит он. Хуже всего было говорить правду. Он повернулся к Ханнелоре.


"Я знаю, что некоторые вещи очень деликатны, мэм", - осторожно начал он. "Но ..." Он намеренно усилил нерешительность и посмотрел ей прямо в глаза.


- Скажите мне, мистер Коузинс.’


Она сказала именно то, что он ожидал. Судьи привыкли вести переговоры. Следственный судья добился бы вынесения приговора. И кто знает, возможно, она поняла бы его точку зрения. Если бы он смог убедить ее, то, возможно, смог бы предотвратить опасность.


"Господин Улонг Чжан собирается подписать важный контракт, контракт, на который все европейские порты охотятся, как стервятники. Если мы ухватимся за него, китайцы, без всякого сомнения, перейдут к соревнованиям. Правосудие, конечно, должно уметь выполнять свою работу, но, если я правильно понимаю, мистер Чжан не является подозреваемым. Если все пойдет хорошо, мы сможем завершить переговоры в течение нескольких дней и подписать контракт уже на следующей неделе’.


Ханнелоре кивнула. Теперь было ясно, кто оказывал давление на министра.


"Я думаю, мистер Коузинс прав", - сказала она со сдержанной улыбкой. - Что вы об этом думаете, комиссар?


Ван-Ин сыграл в игру. Было две возможности: Косинс был прав, и мистер Улонг Чжан не имел никакого отношения к этому делу, или все было как раз наоборот. В последнем случае они находились в осином гнезде.


"Несколько дней отсрочки не повредят", - дружелюбно сказал он. - При условии, что мистер Косинс будет держать нас в курсе положения дел.’


"Это само собой разумеется.’


"В таком случае, я не понимаю, зачем нам немедленно преследовать партнеров мистера Чжана", - сказала Ханнелоре.


"Мне нужен список имен.’


"Нет проблем, комиссар.’


Боги благоволили к нему. Раздался стук. Это была его секретарша со списком. Косинсу пришлось сдержаться, чтобы не заключить ее в объятия. Он широко улыбнулся и посмотрел на нее благодарными глазами.


Китайское торговое представительство состояло из четырех человек. Двое мужчин и две женщины. Одному из мужчин было шестьдесят пять, другому тридцать шесть. Женщины остановились в простом гостевом доме, мужчины - в отеле Crowne Plaza на Бурге в Брюгге.


Кира оценила своего растлителя примерно в тридцать лет. Китайцы обычно выглядят моложе своих лет. Возможно, так оно и есть. И отель находится в нескольких минутах ходьбы от парка Астрид.’


"Возможно", - сказала Ханнелоре. "Мужчины, которые часто остаются за границей, чувствуют себя одинокими. И все знают, что одинокие мужчины не могут справиться со своим тестостероном.’


- Большинство мужчин этого не делают, - защищался Ван.


"Ты знаешь?’


‘ Конечно. А ты что думаешь?


"Ммм", - сказала она.


- Я никогда не выезжаю за границу одна.’


"Это звучит честнее", - поддразнила она. "Но тебе не обязательно оставаться за границей, чтобы кататься на кривых коньках.’


Ей захотелось погнаться за ним на Удочке, и это прекрасно сработало. Он начал возбуждаться.


"Ты точно не собираешься начинать с этого.’


- Саския - красивая девушка, и ты проводишь с ней почти столько же времени, сколько со мной.’


"Саския могла бы быть моей дочерью.’


Его голос срывался, а ноздри трепетали. Она была права, Саския не оставила его равнодушным. Будь он на двадцать лет моложе, он, возможно, попытался бы соблазнить ее и, вероятно, преуспел бы. Саския не скрывала своих чувств к нему. О них ходили сплетни, и он не мог отрицать, что это тешило его самолюбие, но Ханнелоре не стоило беспокоиться. Он любил только ее. Кроме того, за эти годы его уровень тестостерона довольно сильно снизился. Не говоря уже о страданиях, которые принесла туфелька.


’ Она действительно еще молода, - пробормотала Ханнелоре. - И, может быть, немного неопытна.


"Откуда ты можешь это знать?’


"Я имею в виду профессионально.’


Ван-Ин поднял брови. Если бы он сейчас встал на защиту Саскии, у нее возникли бы подозрения. И тогда. Ему нечего было скрывать. Тогда девушке было позволено быть молодой, она знала свое дело.


"Я редко ловил ее на вине", - решительно сказал он.


‘ Сейчас она сделала один. Китаянка из "Тридцать шестого" останавливается в отеле Брюгге, начиная с этого. Обычно ты следишь за чем-то подобным. Почему она этого не сделала?


Она была права. Саския составила список с именами всех китайцев примерно тридцати лет, которые жили или останавливались в Брюгге и окрестностях. Почему она не проверила отели?


"Есть только один способ выяснить", - сказал он. "Я спрошу ее.’


У него не было времени позвонить. Его мобильный зазвонил, когда он искал ее номер. Это была морская полиция. Час назад патрульный катер выловил труп молодого обнаженного китайца.


"Мы немедленно выезжаем", - сказал Ван.


Старший инспектор морской полиции ждал их на причале, куда позже пришвартуется патрульный катер. Он приветствовал Ван-Ина сухим рукопожатием, Ханнелоре получила улыбку.


"Я думаю, тайна разгадана", - сказал он.


"Будем надеяться.’


Ван-Ин закурил сигарету и мрачно посмотрел через воду на патрульный катер, который на небольшой скорости входил в гавань. На палубе стояли носилки с мешком для трупа. Суперинтендант, вероятно, был прав. Скорее всего, мертвый китаец и китаец, которого они искали, были одним и тем же человеком. Но именно поэтому тайна до сих пор не была раскрыта. Лодка приближалась мучительно медленно, потому что течение было довольно сильным, а капитан еще не привык к реактивному движению, поэтому он был особенно осторожен. Ван-Ин выбросил недокуренную сигарету, схватил мобильный телефон и позвонил Саскии. Он улыбнулся, когда выяснилось, что она не ошиблась. Китайская делегация прибыла в Брюгге только вчера. Это не сразу оправдало тридцатишестилетнего китайца, делегация пробыла несколько дней в китайском посольстве в Брюсселе, но это сделало его менее подозрительным. Все, что им нужно было сделать, это проверить, есть ли у него алиби, и это, вероятно, было формальностью. Человек, которого они искали, находился на палубе патрульного катера. Если после опознания окажется, что преступником был он, они могли бы предположить, что сексуальное насилие Киры было банальным инцидентом, и закрыть расследование.


"Что-то не так?" - спросила Ханнелоре.


‘Нет’.


"Тогда все в порядке", - улыбнулась она.


Секретарша пыталась отговорить Луизу, утверждая, что мистер Косинс особенно занят и что ей лучше перезвонить в другой раз, но когда прозвучало имя Улонг Чжан, она все равно решила соединить ее.


‘Привет’.


- Я разговариваю с мистером Коузинсом?


- В самом деле. Что я могу для вас сделать?


"У меня есть информация, которая может вас заинтересовать", - сказала Луиза. "В связи с мистером Улонг Чжаном", - добавила она. "Мы можем где-нибудь встретиться?’


Косинс сначала подумал, что это дурацкая шутка, но она быстро дала ему понять, что это подло.


"Если я обращусь к прессе, вы можете написать контракт с Улонг Чжан у себя на животе, мистер Косинс. Вы бы не стали оценивать это на весах в пятьдесят тысяч евро, не так ли?’


Она была права. Пятьдесят тысяч евро ничего не значили по сравнению с размером контракта. Вопрос был только в том, стоила ли информация, которой она располагала, так много, но что, если она была права?


‘ Хорошо. Где мы встречаемся?


"Я позвоню тебе", - сказала Луиза.


Она повесила трубку с торжествующей улыбкой. С пятьюдесятью тысячами евро она вскоре сможет довольно сильно манипулировать телеголосованием, заверил ее Бомбе, когда она попросила у него совета. Ух ты. Она подпрыгнула в воздух. Если все прошло так, как хотелось, она стала Мисс Фландрия 2009.


OceanofPDF.com


6


Современный человек сделал смерть бесплодной. Вы едва замечаете, что кто-то мертв, и больше не чувствуете этого запаха. Морг в Аризоне Синт-Джан полностью соответствовал этому описанию. Тот, кто входил в него, не мог подозревать, что он ходит среди трупов. Они аккуратно лежали в холодильных ящиках по обе стороны коридора. Злоткрычбрто стоял в дверях разделочного цеха. На нем был белый киль, а в мясистом кулаке он сжимал скальпель.


- Привет, Питер, - сказал он с усталой улыбкой.


У него были мешки под глазами, а нос стал почти фиолетовым, но это не привлекло несокрушимого поляка. Он был жив, остальные мертвы. Он знал, что однажды ему придется заплатить цену за свой бургундский образ жизни, но пока он наслаждался жизнью в полной мере. Ван-ин пожал ему руку и похлопал по спине. Версавел сочувственно покачал головой.


"Нам особо не о чем сообщать", - сказал Злоткрыхбрто.


Китаец лежал на разделочном столе с распиленной грудной клеткой, которая зияла, как широкий овраг. Его легкие были в чаше из нержавеющей стали.


"Утонул?’


‘ Действительно. В его легких есть вода, а на теле нет следов насилия.


Злоткрыхбрто улыбнулся.


- У него есть то, чего нет у меня и, вероятно, нет у тебя.’


Он взял маленький пенис в руку и большим пальцем отодвинул крайнюю плоть. Внутри ЖЕЛУДЯ было что-то вроде кратера.


- Некий принц Альберт.’


"Десять", - сказал Ван. "Я не знал, что китайцы так делают. В нем было кольцо?’


‘Нет’.


Он выпустил пенис и дочиста вытер руку о горло. Не потому, что маленький пенис показался ему грязным, это была просто рутина.


"У него все еще есть особые внешние приметы?’


"Ты знаешь китайца без татуировок?’


Ван-Ин покачал головой.


"Я тоже.’


Злоткрычбрто перевернул китайца на бок.


‘ Оригинально. Ты так не думаешь?


На правой лопатке был вытатуирован маленький дракон с огненным языком и изогнутыми когтями. Ван-Ин наклонился и внимательно рассмотрел фигурку.


- У него в когтях что-то красное.’


"Маленькое сердечко", - сказал Злоткрыхбрто.


Он протянул руку с увеличительным стеклом, потому что невооруженным глазом было трудно разглядеть, что дракон держит в когтях.


- Сердце, - повторил Ван. - Что бы это значило?’


"Что мужчина, который следует зову своего сердца, попадает в лапы Дракона", - философствовал Злоткрыхбрто. "Я думаю, этот парень был женат.’


"Если вы правы, то у него также было чувство юмора", - сухо заметил Версавел.


Легкая беседа создала уютную атмосферу, которая заставила их на мгновение забыть, где они находятся. Ван-Ин мог бы выпить здесь "Дувел" и выкурить сигарету. Зачем беспокоиться о смерти? Все равно все умерли. Жаль только, что человек больше не может быть свидетелем того, что произошло дальше. Как долго Ханнелоре будет оплакивать его? Возьмет ли она другого мужчину? Если да, то когда? Другого мужчину. Хотел ли он это увидеть? Представьте, что он видит, как они заняты в спальне или на диване. От этой мысли у него заныло в животе.


‘Доктор’.


Злоткрых нетерпеливо поднял глаза. Ван-Ин повернул голову. Больница - это озеро разрушений, подумал он, увидев молодую медсестру, стоящую в освещенном дверном проеме. Все было видно прямо сквозь ее тонкое пальто.


"В чем дело, девочка?’


Девушка – по оценкам Ин, ей было около тридцати пяти лет - улыбнулась, хотя уже сотни раз получала этот комплимент. Она знала, что Злоткрыхбрто вожделеет ее, как и любой врач-гетеросексуал в больнице, и ей было вполне комфортно получать комплименты. Ей даже было больно от того, что мужчины были возбуждены по отношению к ней. Только один человек получил выгоду: ее муж.


- Миссис Кинг здесь. Должен ли я впустить ее?


Она искоса взглянула на труп с распиленной грудной клеткой. Злоткрыхбрто понял намек. Он взял простыню, лежавшую в ногах разделочного стола, и натянул ее китайцу под подбородок.


‘ Твое желание для меня закон, дорогая.


Кира была одета в джинсы, красные туфли-лодочки на высоком каблуке и тонкий свитер свободного покроя с высоким воротом. На ней не было косметики, а ее светлые волосы были распущены. Все это было напрасными усилиями. Мужчины продолжали свистеть ей на улице. Она чувствовала на себе жгучий взгляд Злоткрыхбрто.


Он напомнил ей бомбу. Большой живот и маленькую флейту. Пушистые волосы на ее руках встали дыбом, когда она подумала об этом. Они радостно завертелись. В первый раз, когда она проделала это с толстым пакетом, она с отвращением пошла в ванную; теперь все, что ей нужно было сделать, это повернуть ручку. Более того, удовлетворение потребностей толстого кармана давало ей ощущение неограниченной власти.


"Как дела?" - вежливо спросили.


Она пожала его руку, гадая, возбужден ли он и по отношению к ней. Женатые мужчины были еще более извращенными, чем холостяки. Она испытала это на собственном опыте.


"Я в порядке, комиссар.’


Она повернулась и протянула руку к Версавелу. Ей не нужно было его бояться. Только гетеросексуальные люди внушали ей страх и смерть. Войдя, она бросила взгляд на разделочный стол. Изображение мертвого китайца еще какое-то время будет оставаться на ее сетчатке. Одного взгляда было бы достаточно. Это был тот человек, который пытался убить ее в парке. Она надеялась, что процедура не займет слишком много времени и что Ван-ин не будет беспокоить ее надоедливыми вопросами.


"Если это тот человек, который напал на вас, вам тоже не нужно ничего бояться", - сказал ван-ин.


"Это он", - твердо сказала она.


"И вы можете увидеть это с первого взгляда?’


"На твоем месте я бы посмотрел на него еще раз", - настаивал он.


"Тебе и не нужно", - уверенно сказала она. "Я уверена, что это он.’


Все это больше не имело значения. Китаец был мертв. Он больше не стал бы беспокоить Киру, но на этом дело не закончилось. Вопрос о том, почему он покончил с собой, остался без ответа. Ван-Ин с трудом мог себе представить, что действовал из угрызений совести.


"Я верю тебе", - сказал он. "Но сделай мне одолжение, посмотри на него еще раз’.


Она глубоко вздохнула и неохотно встала рядом с разделочным столом. Глаза китайца были закрыты, а рот слегка запал, но она узнала его из тысячи. Однако она немного подождала, прежде чем подтвердить то, что уже сказала дважды. Хотя бы для того, чтобы сделать это с удовольствием.


- Это он, капитан.’


Она сделала шаг в сторону и посмотрела в другую сторону. Она увидела мертвенную бледность, и ее ноздри затрепетали. Было ясно, что она хотела убраться отсюда как можно скорее.


"Продолжай", - неохотно согласился Ван.


У него был опыт общения со свидетелями, и он знал, что они обычно ненадежны и что поэтому многие судьи не воспринимают их заявления всерьез. Люди видели то, что хотели видеть, или вспоминали события иначе, чем они происходили. В этом случае возникла еще одна дополнительная проблема: для жителя Запада все китайцы были похожи. Каждый юрист использовал этот аргумент, чтобы дискредитировать ее показания. К счастью, проблемы не возникло. Китаец был мертв, ему больше не нужно было появляться в суде.


"Тогда мы, наконец, можем закрыть это дело", - сказал он со вздохом.


‘ Прекрасно. Пришло время мне, наконец, снова иметь возможность спокойно спать.


"Вы надолго остановитесь в Брюгге?’


"Субботним вечером в казино Кнокке состоится финал", - сказала она.


"Я надеюсь, что ты выиграешь", - сказал Ван. "Я серьезно.’


"Я не знал, что ты интересуешься конкурсами красоты", - иронично заметил Версавел.


"Я тоже", - согласился Злоткрыхбрто.


Реакция обоих мужчин смутила ее. Неужели она недооценила его? Она немедленно воспользовалась своим шансом.


"У меня еще осталось несколько карточек", - выдавила она. "Принести тебе две?’


"Почему бы и нет?’


Кира остановилась и посмотрела вопросительно.


"Если вы придете на финал, я ожидаю, что вы проголосуете за меня", - откровенно сказала она. "Чем больше голосов вы отдадите за мое имя, тем выше мои шансы на победу.’


- Голос?- Я был удивлен.


Она объяснила, что все финалисты должны были пройти ряд тестов и оценивались профессиональным жюри, но окончательное решение оставалось за публикой. На самом деле все было довольно просто. Победила кандидатка, получившая наибольшее количество текстовых сообщений на свое имя. Сообщение стоило один евро, из которых шестьдесят центов поступали на счет Бомбе. Кандидат, получивший небольшую огласку, мог рассчитывать по меньшей мере на пятьдесят тысяч текстовых сообщений, победитель и вторые и третьи лауреатки, так называемые Фрейлины, легко удваивались. В конце концов, шоу транслировалось в прямом эфире по телевидению, и люди сегодня ничего так не любили, как отдавать свои голоса. Большинство даже не подозревало, что каждый голос стоил один евро.


"Сколько на самом деле стоит билет?’


- Двести евро.’


"Я правильно расслышал?’


"Вместо этого ты получаешь ужин из пяти блюд и головокружительное шоу", - засмеялась она. "И шампанского столько, сколько сможешь’.


- Двести евро. А потом я должен проголосовать.’


Злоткрычбрто хлопнул Вана по плечу. Для него веселье не могло закончиться. Он положил сверху еще одну лопату.


Четыреста, - взревел он. - Или Ханнелоре нельзя?


- Четыреста евро, - расстроенно повторил Ван. - Мне придется работать целую чертову неделю.’


- Не преувеличивай, Петр. Комиссар зарабатывает чуть больше тысячи шестисот евро в месяц.’


И Злоткрыхбрто, и Версавел расхохотались, что было не очень почтительно, когда рядом находился мертвый человек. Кира с изумлением смотрела на улыбающиеся лица. Мужчины утверждали, что они не понимают женщин, верно и обратное. Эти парни имели в виду то, что сказали, или они просто пошутили насчет нее?


"Но не так сильно, как врач", - сказал он.


- Ты прав, Питер. Я возьму билеты.’


"Без вопросов", - ответил ван ин крегелиг.


Злоткрычбрто сделал непринужденный жест, а затем обнял Киру за талию. Она заставила его согласиться. Она начинала привыкать к прикосновениям мужчин. Им разрешалось прикасаться к ней, пока у них не было иллюзий. Но не за несколько сотен евро.


- Тогда я приглашаю эту леди на ужин. Что ты думаешь о сегодняшнем вечере? Ты знаешь ресторан "t Stil Ende’?


"Нет", - сказала Кира.


"Это не проблема. Где я могу заехать за тобой?’


Он скользнул рукой вниз и нежно сжал ее ягодицы. Она тоже привыкла к этому. Глаза Злоткрыхбрто начали мерцать, как бриллианты в солнечном свете. Было видно, о чем он думает. Ван-Ин странно поднял глаза. "Как, черт возьми, возможно, чтобы такая красивая девушка, как Кира, попалась на удочку такому уродливому парню, как Злоткрыхбрто", - подумал он. Ответ не заставил себя долго ждать. Кира с улыбкой убрала руку со своих ягодиц и сказала сладким голосом, что сама свяжется с ним, если ей захочется поужинать.


"Полагаю, я тебе больше не нужна?" - спросила она.


"По крайней мере, не я", - ответил Версавел.


"Отлично", - сказала она. "Тогда увидимся.’


Она попрощалась с ним рукопожатием и вышла в коридор, покачивая бедрами.


"Вы мисс Кинг?’


Она подняла глаза. На парковке перед моргом стоял мужчина в клетчатой рубашке и вельветовых брюках. Он скромно улыбнулся и протянул ей руку.


"I'm Jo De Ryck, journalist at Het Nieuwsblad. Могу я задать вам несколько вопросов?


- Задавать вопросы? - удивленно спросила она.


Бомбе не только научил их продолжать улыбаться, но и настоял на том, чтобы они никогда не увольняли никого из прессы. Его девизом была плохая статья в газете, лучше, чем никакой. Она попыталась исправить свою ошибку.


"Конечно, вы можете задать мне несколько вопросов", - сказала она с широкой улыбкой.


Она на мгновение огляделась. К счастью, поблизости не было фотографа, потому что она не смотрела.


"Я узнал, что вы одна из фавориток на выборах мисс Фландрия 2009", - сказал Де Райк.


Сам он был не прочь по-женски опрятен. Кира даже не выглядела красиво накрашенной. Когда она пожала его руку, его сердце забилось быстрее.


"Может быть, мы могли бы где-нибудь выпить", - предложил он.


Больничный кафетерий находился неподалеку. Возможно, это было не самое подходящее место для собеседования с кем-либо, но боевое дело comme à la guerre.


"Хорошо", - сказала она с энтузиазмом. "Сделай это.’


Это прозвучало немного двусмысленно. Де Райк приложил все усилия, чтобы поместить ее ответ в правильный контекст. Они вместе пошли по узкой асфальтированной дороге к большой парковке, раскинувшейся перед больницей.


- Как ты узнал, что я здесь? - спросила она, когда они поднимались на лифте на первый этаж, где располагался кафетерий.


"У меня есть свои источники", - улыбнулся Де Райк.


Он передал своему информатору сто евро в полицию, когда в прокуратуре ему ничего не хотели говорить. Это был распространенный метод получения информации.


"Кофе?’


Она кивнула и села за маленький столик, на который он указал. Несколько пациентов мужского пола, читавших газеты в кафетерии, уставились на них при входе, и он также слышал, как они перешептывались, проходя мимо. Тот факт, что они ассоциировали его с ней, вызывал у него некоторую гордость.


- Полиция смогла опознать тело? - Спросил он, протягивая ей чашку кофе.


Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Всегда остерегайся вопросов с подвохом. Пресса пытается манипулировать тобой всеми возможными способами и заставить тебя объяснять вещи, которые выставляют мою организацию в дурном свете. Она слышала, как Бомбе сказал это.


"Я думал, интервью было посвящено выборам.’


"Совершенно верно’, - заторопился Рик. ‘Я просто хочу найти другой ракурс для своей пьесы. Читатели хотят услышать историю. И если я не ошибаюсь, на вас недавно напал молодой китаец?


"Это верно", - сказала она.


- Тот самый китаец, которого вчера поймала судоходная полиция.’


"Я думаю, да", - осторожно ответила она.


Журналист поднял брови. Он показал свое недоверие. Обычно в результате интервьюируемый немного терял рассудок.


"Ты и это тоже объяснила?" - спросил он, казалось бы, небрежно.


Она была явно поражена. Если бы он нашел ее, то узнал бы, что она сказала.


"Это был он.’


Рик кивнул и приветливо улыбнулся. В стене появилась трещина, ему оставалось только снести ее.


"Вы можете рассказать мне, что произошло на самом деле?" - спросил он с ударением на "реальном".


"На меня напали.’


"Что вы подразумеваете под нападением? Он изнасиловал вас?’


- Нет, но он пытался убить меня.’


- Десятки, - сказал Рик.


В полицейском отчете, с которым ему разрешили ознакомиться, говорилось, что китаец схватил ее за плечо и что ей удалось вырваться.


"Он пытался задушить меня", - сказала она с кляпом в горле.


- Вы и это рассказали полиции?


Она покачала головой. Де Райк отложил ручку и сделал глоток кофе. Им овладела легкая эйфория. Это было впервые?


"Я позвонила мистеру Бомбе", - сказала она. "Он хотел, чтобы я подала жалобу в полицию.’


"Вы хотели оставить дело без внимания.’


"Синий-синий?’


Некоторые девушки не осмелились бы признаться, что не понимают, что он имел в виду под Сине-Голубым. Тот факт, что она это сделала, отдавал ей должное.


- Ты бы предпочел сохранить это в тайне.’


Она посмотрела на него вопросительно и в то же время с некоторым отчаянием. Возможно, собеседование было неправильным выбором, но сейчас она не могла вернуться назад. Ей пришлось спасать себя.


- Мой двоюродный брат работает в полиции, - тихо сказала она. - Я знаю, сколько времени может занять подобное расследование. И если я хочу победить на выборах, я не могу позволить себе пропустить репетицию.’


"Тебе не нужно стыдиться того, что ты амбициозен", - сказал Де Райк.


Он завоевывал ее доверие. Сейчас ему не позволялось все испортить. Поэтому он пообещал, что ей разрешат прочитать пьесу до того, как она будет опубликована. Она застенчиво улыбнулась, когда он попросил ее сообщить адрес своей электронной почты. Она написала это на листке бумаги, который он положил в свой бумажник.


- Что вы делали так поздно в парке "Астрид’?


Она колебалась. Де Рик дал ей время подумать. В полицейском отчете говорилось, что она была из L'estaminet. Тогда почему она колебалась? Он надел плохие туфли.


"Ты пришла от своего парня?’


Было хорошо известно, что финалистам не разрешалось заниматься сексом в преддверии выборов под страхом исключения, а также что г-н Бомбе строго соблюдал свои правила.


"Это останется между нами", - прошипел он.


"Неужели?’


"Действительно.’


Де Рику потребовалось некоторое усилие, чтобы произнести эти слова, потому что он не был уверен, что сможет сдержать свое обещание. Все зависело от ответа, который он получит.


"Ты пришла от своего парня.’


"Нет, когда на меня напали китайцы, я направлялся к нему. Но, пожалуйста, не пишите об этом в газете. У мистера Бомбе случился инсульт, когда он узнал, что я все еще поддерживаю связь с Нико.’


Она всегда носила своего бывшего парня в своем сердце. Они снова встречались после всех этих месяцев. Она позволила соблазнить себя, но это плохо закончилось. После занятий любовью они поссорились. По его словам, она проявила слишком мало энтузиазма; она упрекнула его в том, что он должен был принять во внимание тот факт, что она чудом избежала смерти. Когда он усомнился в ее рассказе, она убежала от него.


"Не волнуйся", - сказал Де Райк с облегчением. "Поверь мне. Это действительно останется между нами.’


Он был рад, что смог сдержать свое обещание. Тот факт, что Кира сшила туфельку со своим бывшим парнем, не имел значения, и уж точно не для такой газеты, как Het Nieuwsblad. Подобные слухи стали пищей для бульварной прессы.


"Благодарю вас".


Она прикусила нижнюю губу. Как ты можешь быть такой глупой, в отчаянии подумала она. Могла ли она доверять этому парню? Если верить Бомбе, журналист был таким же надежным, как презерватив с дырочками. Когда его спросили, когда будет опубликовано интервью, он ответил: завтра.


"Завтра?’


"Эта газета не является еженедельником.’


"Нет, но’"


Голос ее звучал растерянно. Если завтра в газете о ней появится хоть слово беззастенчивости, она может забыть о короне. Рик мягко положил ладонь ей на плечо.


"Я обещаю, что не буду писать о твоем парне, если я..."


"Вот оно", - подумала она. Этот ублюдок, конечно, хочет меня трахнуть. Почему бы и нет. Мужчина остается мужчиной. Однако Де Райк закончил предложение иначе, чем она ожидала.


"Если я могу задать вам еще несколько вопросов", - сказал он, не подозревая, что пропустил.


Она не возражала. У нее не было выбора, кроме как поверить ему. Просто рассчитываю на тебя, девочка, сказала она себе храбро.


"Интересно, почему неизвестный китаец захотел тебя убить. Ты раньше бывал в Китае?’


‘Нет’.


"Ты ведь не играешь в азартные игры, не так ли?’


- Я не дура, мистер Де Райк, - резко ответила она.


Журналист поднял голову. Его глаза задумчиво ощупывали ее. Странное сексуальное насилие заинтриговало его. Журналистские расследования всегда интересовали его. Жаль только, что у большинства сегодняшних газет больше нет денег, чтобы поручить журналисту такое задание. Он взглянул на часы. Было без четверти двенадцать, и если в ближайшие несколько часов не произойдет ничего сногсшибательного, то ему нечего будет делать до конца дня. Мысль провести расследование самостоятельно была заманчивой. Вопрос был в том, как он справится с такой ситуацией.


- Сегодня запланированы какие-нибудь репетиции?’


Она была потрясена.


"Который сейчас час?’


- С четырнадцати до двенадцати.’


‘ Тогда у меня есть немного времени. Репетиция начнется только в два часа.


"Ты уже что-нибудь ела?’


Ее желудок скрутило от голода. Когда она взвешивалась сегодня утром, а она взвешивалась дважды в день, она не набрала ни унции, и хотя предпочитала ничего не есть, она не могла вечно обходиться без еды. Кроме того, она экспериментально определила, что прием пищи во второй половине дня может принести меньше вреда, чем вечером. Поэтому она согласилась перекусить с Де Риком, который, кстати, вызвал у нее немалую симпатию.


"Я буду салат", - сказала она, когда он показал ей карточку.


"Я солидарен с вами".


"Зовите меня Кира", - сказала она.


Де Райк неловко улыбнулся. Прошло много времени с тех пор, как он обедал с хорошенькой девушкой.


- Хорошо, Кира.


Йохан Косинс почувствовал себя так же неловко, как Де Райк с Кирой, когда Луиза села рядом с ним на заднее сиденье и закрыла дверцу.


- Объезжай окрестности, Пол, - сказал он своему водителю.


Мужчина его уровня, который тайно подцепил молодую девушку, напрашивался на неприятности. Никто бы не поверил, что он просто хотел поговорить с ней, не говоря уже о том, что разговор с финалисткой конкурса "Мисс Фландрия" может изменить будущее порта Зебрюгге, но у него не было другого выбора. К счастью, он мог рассчитывать на благоразумие своего водителя, и тяжелый "Мерседес" был ослеплен. Девушка выжидающе смотрела на него. У нее были красивые яркие глаза и полные губы. Он не осмелился опустить взгляд ниже. Девушки сегодня уже не стыдятся демонстрировать свою грудь, и он не хотел наводить ее на дурные мысли.


- Мы не должны неправильно понимать друг друга, миссис Демистер, - осторожно начал он. - Если я и помогу вам, то только в интересах порта. ’


Луиза кивнула, глядя через плечо водителя в лобовое стекло. Важность порта Зебрюгге ее не беспокоила. Ее отец умер молодым, и мать должна была справиться с этим сама. Был только один интерес. Его важность.


"Я понимаю это", - сказала она.


‘Прекрасно’.


Йохан Косинс не делал проблемы из денег, которые он позже передаст ей, ему просто не нравился тот факт, что она не могла дать ему надежных гарантий. С другой стороны, ни при каких обстоятельствах его имя не должно быть связано с этим делом. Поэтому, возможно, было лучше, чтобы не осталось никаких материальных доказательств операции. Деньги поступали из специальной кассы и состояли из использованных купюр в сто и двести евро. Они были в конверте, который он купил в анонимном магазине канцелярских товаров и надел вместе с перчатками. Председатель mbz, возможно, занятой человек, в свободное время он иногда смотрел серию какого-нибудь полицейского сериала, где вам регулярно рассказывали о подобных вещах.


"Не волнуйтесь, мистер Косинс. Никто не задает вопросов о происхождении денег. А налоговые органы слишком заняты, чтобы отследить происхождение всех текстовых сообщений. Кроме того, г-н Бомбе очень творчески подходит к своему бухгалтерскому учету.’


За последние месяцы Луиза сама собрала тридцать тысяч евро, организуя вечеринки, барбекю и лотереи. этого самого по себе было почти достаточно, чтобы повлиять на телеголосование. Девушка, завоевавшая корону в прошлом году, едва вложила сорок тысяч евро, но Луиза не хотела рисковать.


"Тогда все в порядке", - сказал Косинс.


Он надел перчатку, принесенную специально для этой цели, достал из внутреннего кармана толстый конверт и протянул его Луизе, которая немедленно разорвала его и начала пересчитывать банкноты. Косинс выглядел скучающим. Ему не нравились люди, которые были готовы продать свои души за деньги.


- Это правда? - спросил он, когда она положила банкноты обратно в конверт.


По ее словам, в нем было на сто евро больше, чем нужно. Конечно, она могла ошибиться в счете, поэтому ничего не сказала об этом. Она кивнула.


"Где я могу тебя высадить?’


"Где, конечно, вмешалась я", - лаконично ответила она.


Водитель кивнул прежде, чем Косинс успел что-либо сказать, и развернулся на следующей кольцевой развязке.


Было все еще довольно тепло, несмотря на поздний час. Ван-ин и Ханнелоре сидели в саду. Они пили вино. Он рыжий, она белая.


"Как ты себя чувствуешь?’


"Я не могу жаловаться.’


"Когда тебе следует вернуться к исследованиям?’


‘Завтра’.


- Завтра, - повторил он. - Когда мы что-нибудь узнаем?’


"Немного недели", - сказала она. "Тест на ДНК требует времени, начиная с этого момента. Ты должен это знать.’


Они оба беспокоились о плоде в ее животе, который становился все больше и больше. К счастью, сегодня медицинская наука продвинулась настолько, что врачи могли обнаружить любые генетические дефекты у плода на очень ранней стадии. Конечно, всегда существовал риск, что с ребенком что-то не так, даже если все анализы были отрицательными, но тогда они должны были пойти на этот риск. Дети, рожденные от женщин, родивших в раннем возрасте, также были подвержены риску.


"Я надеюсь, что все пройдет хорошо.’


"Я тоже.’


Она подошла ближе к нему и положила руку ему на плечо. Третий ребенок был желанным, и она страстно желала его, но также очень боялась, что что-то пойдет не так. Он думал о том же, но они не осмеливались сказать об этом друг другу.


"Это звонок в парадную дверь?’


"Я думаю, да", - сказал Ван.


"Кто еще это мог быть?’


‘ Есть только один способ выяснить это.


Ван-ин с трудом поднялся на ноги и зашлепал через сад к открытой раздвижной двери. Когда Ханнелоре услышала раскатистый голос у входной двери, она поняла, кто это.


- Ты так поздно возвращаешься, Злот. Или мне следует сказать "рано"?


Поляк строгим жестом запретил ей вставать и целомудренно поцеловал в щеку. Тем временем Ван-ин достал из кухни бокал и дополнительную бутылку вина.


"Фламандские девушки не знают, чего они хотят", - прорычал злоткрыхбрто. "В Польше вас крепко обнимут за кусок сосиски, здесь же вы вряд ли дождетесь улыбки за ужин в двести евро’.


"Тебе не стоит недооценивать Киру", - усмехнулся ван-Ин, который тем временем разливал вино. "Ты же не думал, что она сделала это на твоих прекрасных глазах. Девушки, участвующие в таких выборах, ставят перед собой более высокие цели. Ты должен быть рад, что она тебе позвонила.’


"Смейся.’


Злоткрычбрто одним глотком осушил свой стакан. Ван-Ин немедленно наполнил его снова. Поляк редко навещал нас, но если уж он был там, палкой его не выгоняли на улицу. К счастью, в погребе еще оставалось несколько бутылок вина. А на крайний случай там еще были пуховые одеяла.


"Поесть и уйти - это называется", - усмехнулся Ван. "В чем она тебя обманула? Что у нее была другая встреча?’


"Как ты можешь догадываться.’


Злоткрыхбрто сказал, что последовал за ней из чистого разочарования на стоянку возле ресторана, где она села в шикарный "Мерседес".


"Я был так зол, что даже записал номер машины. Я хочу знать, кто этот парень. ’


Он достал из кармана листок бумаги и протянул его Вану. На нем было написаноfb 001.


- Странный номерной знак. Завтра я попрошу вас проверить номер.’


"Могу я взглянуть?’


Ханнелоре изучала листок секунд двадцать, прежде чем вернуть его с улыбкой.


"Что вы думаете о Фредерике Бомбе?’


- Черт возьми, - сказал Ван с некоторым восхищением. - Возможно, ты прав.’


OceanofPDF.com


7


Мистер Дэн из Blue Lotus управлял своим рестораном как примерный семьянин. Он был уважаемым гражданином, аккуратно платившим налоги, и он был членом местной ассоциации среднего класса. Никто не подозревал, что у него были связи с китайской мафией и время от времени он выполнял для них работу. Однако это был первый раз, когда его попросили убрать кого-то с дороги. К счастью, ему нужно было только обеспечить материально-техническую поддержку, грязную работу выполнял профессиональный убийца. Они договорились на девять часов. Если все шло хорошо, Убийца появлялся через пять минут. Его кодовое имя было Панда. Мистер Дэн никогда не встречал его раньше. Следовательно, ему был дан пароль. Он закурил сигарету и опустил стекло. В конце концов, его жене не нравилось, что он курил в машине. Прошло две минуты. Если Панда был пунктуален, то сейчас он должен был быть на улице. Мистер Дэн выпустил дым, повернул голову и выглянул в заднее окно. Нет. Он покачал головой. Пунктуальность была формой вежливости, которой он придавал большое значение. Где был тот парень? Если бы что-то пошло не так, он мог бы позвонить в любом случае. Он вздохнул, когда молодая, опрятно одетая женщина вышла на улицу, но не обратил на нее никакого внимания, хотя она бежала прямо к нему. Только когда она приблизилась на двадцать метров, он заметил, что она не европейка. Он полуприкрыл глаза, чтобы получше рассмотреть ее. Женщина была исключительно высокой для китаянки, по крайней мере метр семьдесят пять. Нет, не может быть, подумал мистер Дэн. Он ошибался. Женщина остановилась у машины, просунула голову внутрь и произнесла пароль. Мистер Дэн едва мог оторвать от нее глаз.


"Я отведу тебя в твое укрытие", - сказал он.


Она кивнула. Мистер Дэн завел двигатель и вывел машину с тесной парковки, принюхиваясь к ее запаху. Она смотрела прямо перед собой. Ее глаза были ярко накрашены.


- У тебя есть пистолет, о котором я просил?’


Мистер Дэн получил официальные инструкции, касающиеся этого оружия. Потребовались некоторые усилия, чтобы найти на черном рынке Глок 17p ro с глушителем, но ему удалось стукнуть одного из них по голове.


"У меня есть все, о чем ты просила", - сказал он со сдержанной улыбкой.


В багажнике лежала сумка с пистолетом, ноутбуком, оборудованием для подслушивания и двумя крошечными передатчиками.


Мистер Дэн не смог удержаться. Он украдкой взглянул на ее красивой формы бедра.


"Будь внимателен", - рявкнула она, когда он на волосок разминулся с переходящим дорогу велосипедистом.


Во время поездки из Брюгге в Зебрюгге они едва обменялись парой слов. Мистер Дэн все время напряженно смотрел перед собой, предаваясь самым смелым фантазиям. Он ни на мгновение не подумал, что молодая женщина с красивой формой бедер была безжалостной убийцей, которая без колебаний пристрелила бы его, как собаку, если бы он преградил ей путь хоть соломинкой.


Саския налила кофе, а другой рукой поправила свою прическу, которая все еще была наполовину мокрой от дождя.


"Тебе пора купить машину", - сказал Ван-Ин, который листал газету за своим столом.


"С моей зарплатой я не могу себе этого позволить. Кроме того, езда на велосипеде полезна для здоровья.’


"И хорошо для ее линии", - сказал Версавел.


- Я думал, тебя интересуют только мужчины.’


- Все дело в эстетике, Питер.’


Все трое рассмеялись. Расследование самоубийства китайца отошло на второй план, и пока никаких новых сообщений не поступало. День без преступлений может быть весьма приятным, особенно когда идет дождь. Ван отхлебнул кофе и закурил сигарету, хотя курить в офисах было строго запрещено. Шеф-повар уже несколько раз похлопывал его по пальцам, но он сдался. Ему было все равно, и его коллеги не возражали против того, что он курил.


"Кто-то все равно должен скучать по этому мертвому китайцу", - сказал Версавел через некоторое время.


И общественный вещатель, и коммерческий вещатель накануне передали отчет о расследовании с фотографией, но ответа не последовало.


"Я думаю, есть три возможности", - сказал Ван. "Наш неизвестный - турист, который путешествует один, он остается в стране нелегально или он является частью преступной организации.’


"Турист обычно останавливается в отеле", - сказала Саския.


- Или с семьей.’


"Тогда его семья будет скучать по нему.’


- Китайцы - странные люди, Гвидо.’


"Есть и другая возможность", - предположила Саския. ‘Возможно также, что он остановился в одной из соседних стран и приехал в Бельгию поездом’.


- Без денег и без каких-либо документов, удостоверяющих личность?’


"Тогда он остается здесь незаконно", - сказал Версавел.


"Я тоже так думаю. Не забывай, что Зебрюгге - центр контрабанды людей. Я думаю, что наш Неизвестный заканчивал свою латынь.’


"В таком случае это все равно что искать булавку в стоге сена", - сказал Версавел.


"Я тоже так думаю.’


Саския укоризненно посмотрела на него.


‘Когда я пришел работать в детективный отдел, мне сказали, что если ты вцепился в дело, то никогда не сдаешься’.


Фром Ин глубоко вздохнул.


- Это было раньше, малыш.’


"Да", - пошутил Версавел. "Когда у него еще не был кризис среднего возраста.’


Все трое снова рассмеялись. Саския вписала заголовки, пока ван-ин углублялся в газету. Сначала он читал большие статьи, теперь настала очередь разнообразных фактов, маленьких статей, которые часто было интереснее читать, чем настоящие новости.


- Взгляните на это.- Он прочитал заголовок: "Финалистка мисс Фландерс в поношении".


Статья была об отце Киры Конингс. Согласно хорошо информированному источнику, мужчина отбывал тюремный срок за мошенничество и злоупотребление доверием. Фредерик Бомбе не отрицал фактов. "Кира не несет ответственности за действия своего отца", - было выделено жирным шрифтом. "Это никак не может и не должно повлиять на исход выборов.’


"Должен ли я позвонить в редакцию и запросить дополнительную информацию?’


"Да, сделай это. Я хочу знать, кто предупредил ее.’


Версавелу потребовалось некоторое время, чтобы добраться до главного редактора газеты, и ему потребовалось немало уговоров, чтобы убедить этого человека сотрудничать со следствием. Ему даже пришлось пригрозить обыском, прежде чем он, наконец, сдался.


"Ичто?"


"Их предупредила одна из финалисток. Некая Синтия Брауэрс.’


- Отлично, - сказал Ван. - Остальное я услышу вечером.’


"Ты купил эти карточки?’


Ван-Ин пожал плечами. Четыреста евро за два входных билета были сногсшибательной суммой денег, но прошло много времени с тех пор, как они с Ханнелоре в последний раз гуляли. Кроме того, в прошлом месяце им неожиданно повезло с финансами. Налоговые органы ошиблись в расчетах. Им вернули почти тысячу двести евро.


В репетиционном зале царила лихорадочная суета. Нервы всех девушек были чрезвычайно напряжены. Некоторые начинали плакать без видимой причины, другие смеялись, как истеричные подростки, когда кто-то делал замечание по поводу их внешнего вида. Только Кира злилась. Все ее тело дрожало от гнева.


"Я хочу знать, кто сделал это со мной.’


Она уже десять раз прочитала статью в газете. Каждое слово разжигало ее гнев, пока она почти не взорвалась.


- Успокойся. Нет смысла возбуждать тебя. Сосредоточься на сегодняшнем вечере.’


На Луизе, как и на большинстве девушек, было только нижнее белье, соблазнительный кружевной комплект от Marie-Jo. Бомбе стоял в дверях и смотрел на молодую плоть взглядом знатока. Газетный репортаж вызвал некоторый переполох, но он не возражал. Так было каждый год. Девушки не гнушались ничем, что могло бы дискредитировать друг друга. Они сражались тем оружием, которое у них было. Он уже сталкивался с тем, что финалистке приходилось выходить на сцену босиком, потому что конкурсантка прятала свою обувь. Статья в газете была другого уровня. Более изысканная. Сегодня, в день выборов. Он позволил своему взгляду мимолетно скользнуть по обнаженной плоти, пока взгляд не остановился на Кире. Она сидела, сгорбившись, на скамейке, позвонки проступали сквозь гладкую кожу, а на бедрах не было ни следа жира. Ее талия была идеальной. Ей не о чем было беспокоиться. Публика любила аутсайдеров. Ее шансы завоевать корону увеличивались с каждой минутой, особенно после интервью в Het Nieuwsblad, которое появилось этим утром. При этом другая статья о ее отце канула в лету.


"Ты прав", - внезапно сказала Кира очень воинственно. ‘Я не позволю одному из этих подонков опутать меня. Сколько у нас времени?’


Луиза выглядела удивленной.


"Репетиция начнется через пятнадцать минут", - сказала она, немного расстроенная.


"И что мы будем делать дальше?’


- Ты это знаешь. Администрация отеля "Кемпински" предлагает нам пообедать.’


Кира встала, прошла в гардеробную и быстро надела джинсы и свитер. Луиза посмотрела на свою голову.


Ханнелоре по этому случаю надела длинное платье, которое сидело не слишком плотно. Ван-Ин взял напрокат черный костюм, который делал его на десять лет моложе.


- Ты сияешь, - сказала она, когда он вышел из ванной.


"Ты тоже.’


Он встал позади нее, обнял за талию и нежно поцеловал в шею. Они редко куда-нибудь ходили, но сегодня вечером ей действительно понравилось присутствовать с ним на конкурсе красоты. Когда он отпустил ее, она повернулась вокруг своей оси перед зеркалом, критически оглядывая себя. Все прошло хорошо. Нужно было быть знатоком, чтобы понять, что она беременна.


"Я вызвал такси", - сказал ван.


Она повернулась и посмотрела ему прямо в глаза.


"Ты что, с ума сошел?’


- Без ума от тебя, да.


На самом деле романтики не существует, это чувство, которое вам нужно создать самим. И оно будет длиться до тех пор, пока вы сами в это верите. Даже такой циник, как Ван-Ин, мог наслаждаться такими моментами, хотя бы потому, что знал, что они так скоротечны.


- Ты проверил номер машины? - спросила она, надевая ожерелье, которое позаимствовала у матери.


"Упс’.


Он поднес руку ко рту.


"Значит, ты забыл.’


‘ Нет. Я просто забыл тебе сказать.


"Ичто?"


- Ты был прав. Это номерной знак Бомбе.’


"Тогда мы уже знаем, кто будет мисс Фландрия 2009", - сказала Ханнелоре, распыляя духи под мышками. "Я никогда не доверяла подобным ситуациям. Мужчины, которые одобряют женщин. Бах.’


Ван-Ин попытался засунуть руку ей в декольте, но она была слишком быстра, чтобы избавиться от него.


- Ты уже получил свою порцию, - поддразнила она.


- А ты? Ты уже получил свою порцию?’


- Женщина может получить больше, чем мужчина, Питер.’


- Ты заходишь слишком далеко, девочка.’


Он крепко прижал ее к себе и начал страстно целовать. На этот раз она не остановила его. Прошли столетия с тех пор, как они делали это таким образом. В одежде.


- Прыгай на меня.’


Когда она начала тихо постанывать, ван-Ин больше не мог себя контролировать. Он снял с нее платье и бросил ее на кровать.


Большой зал казино был полон ругающихся людей. В толпе Ханнелоре узнала горстку bv, которые позволяли глазеть на себя, как павлины. Она узнала актера, снявшегося в популярной мыльной опере в компании растрепанного Мужчины, который был по меньшей мере на двадцать лет моложе его, телеведущего на пенсии в футболке от Армани, очаровательного певца и велосипедиста. Несколько политиков также прошли парадом. Вереница оживленных официантов поставляла толпе шампанское и закуски.


"Это дорогостоящая идея, но я думаю, нам будет весело", - сказала она.


"Я счастлива, когда счастлива ты.’


- Не преувеличивай, изнутри.’


"Мы уже преувеличили", - сказал он с загадочной улыбкой.


Актер "мыльных опер" повернул голову, когда Ханнелоре проходила мимо, и с восхищением посмотрел на нее. Стоявший рядом с ним растрепанный Человечек притворился, что ничего не заметил.


- Кто у нас там есть.’


Фредерик Бомбе подошел к ним с протянутыми руками. Он широко улыбнулся.


"Я не ожидал тебя здесь увидеть", - радостно сказал он.


Официант, постоянно следовавший за ним по пятам, подал им шампанское.


"Иногда видишь людей в самых неожиданных местах", - ответил ван.


"Это правда.’


Бомбе, как и актер "мыльных опер", не мог оторвать глаз от Ханнелоре.


"Я лично позабочусь о том, чтобы у вас был хороший столик", - сказал он.


Есть ли какие-нибудь плохие столики?’


"Нет, конечно, нет.’


Обидчик неловко рассмеялся. При обычных обстоятельствах он отошел бы под каким-нибудь предлогом, потому что терпеть не мог, когда над ним пытались смеяться, но он стоял неподвижно. Он хотел узнать об этом что-нибудь хорошее.


"Значит, все оказалось серьезнее, чем мы думали", - сказал он теперь с озабоченным лицом.


- Что оказалось серьезнее, чем мы думали?’


‘ Сексуальное насилие.


Изнутри скряга выглядел удивленным.


- Разве вы не читали газету?’


"Я вас не понимаю, мистер Зомби.’


"Это бомба, капитан. Бомбе с буквой "Б". Он злобно улыбнулся. Счет был 1-1. Фредерик Бомбе не позволил над собой насмехаться. - Интервью с Кирой Конингс.’


"Какое интервью? Я только что прочитал кое-что о ее отце в тюрьме.’


- Это было в другой газете. Интервью с Кирой есть в "Хет Ньюсблад".’


"Я читал только ту, другую газету", - сказал Ван.


"Кира утверждает в интервью, что китайцы пытались убить ее. Разве вы не должны были знать и это тоже?’


"У человека должно быть что-то, чтобы доставать газеты", - ответил Ван ин Биттс. "Миссис Конингс скоро станет настоящей, например, знаете ли вы, что вчера ее заметили в шикарном шатре недалеко от Carrefour?’


Скряга начал слегка потеть. Его лысая голова заблестела в свете прожекторов. Было ли это совпадением, что Ван остановился в Carrefour, или он намеренно намекал на тот факт, что Кира села в его машину на парковке супермаркета. Последнее было почти невозможно.


"Откуда мне знать?’


Его голос дрогнул, и он начал потеть все больше и больше. Ван-Ин довел счет с 1-1 до 5-1. Если Кира победит позже, как и планировалось, он гарантированно привлечет внимание всей прессы. Если позже станет известно, что его заметили с финалисткой, он может забыть о своем прибыльном бизнесе.


В газете также указано, что утопающий китаец был опознан как мужчина, который пытался ее убить. Бомбе попыталась снова продолжить разговор. К счастью, Ван Ин не стал вдаваться в подробности вышесказанного.


Реакция Бомбе говорила сама за себя. Он, очевидно, смирился с тем фактом, что кто-то видел, как Кира садилась в его машину.


"Десять", - сказал Ван-ин с наигранным удивлением. "Я тоже должен прочитать эту статью. Вы сказали, в "Ньюсблад". Там также сказано, кто проводил интервью?’


Бомбе перечитал интервью несколько раз. Он знал его почти наизусть.


- Джо Де Райк, - сказал он почти дружелюбно.


'Tiens, tiens.’


Ханнелоре почти стало жаль Бомбе. Почти, потому что такие люди, как Бомбе, не заслуживали ни жалости, ни уважения. На самом деле, она втайне надеялась, что Ван пробурит землю еще глубже. И он это сделал.


"Я также могу сказать вам, что я знаю, кто ответственен за репортаж в другой газете, мистер Бомбе. И на вашем месте я бы этим не гордился.’


Бомбе тяжело дышал, как беременная женщина между двумя схватками. Его череп был таким мокрым, что в нем можно было почти отразить себя. Ван-Ин оставил его в напряжении еще на несколько секунд, прежде чем раскрыть информацию.


- Это была Синтия Брауэрс, одна из финалисток. По-моему, неплохо.


Обидчик ничего не спросил. Он выдохся, как побитая собака.


"Мне любопытно, какой столик нам теперь достанется", - сказала Ханнелоре, когда он был вне пределов слышимости.


Гримерка за сценой была полна полуголых девушек, занятых одевалками, старательных парикмахеров и визажистов. Шоу началось через полчаса, и все грозило перевалить за сотню, как это часто бывает на подобных мероприятиях. Кира стояла в углу. Она была единственной, кто был почти полностью готов. Все, что ей нужно было сделать, это накрасить ногти. Она позвонила Джо Де Рику незадолго до финальной репетиции и спросила его, может ли он выяснить, кто передал в газету репортаж о ее отце. Как и Версавелу, ему потребовались определенные усилия, чтобы распространить информацию, в конце концов, он работал в другой газете, но все равно ему это удалось. Услышав название, она заплакала от гнева. Всего пять минут, потому что ей нельзя было терять времени. В конце концов, она все еще хотела отомстить своей сопернице сегодня вечером. Если Синтия Брауэрс преуспеет в своем замысле, она никогда не забудет выборы Мисс Фландрия 2009.


"Вы не можете сказать, что он отвратительный", - улыбнулась Ханнелоре, когда служащий указал им столик в первом ряду.


Ее улыбка исчезла, когда ей сказали, что они сидят за vip столиком, где будут сидеть все bv. Все стало еще хуже, когда она увидела, что к ней направляется актер из "мыльных опер". Он галантно поклонился, а затем протянул ей руку.


"Я Карел Ванеффен", - представился он. "А это Сарье.’


Теперь Ханнелоре тоже узнала ее. Девушка вела ту или иную туристическую программу по телевидению.


"Меня зовут Ханнелоре Мартенс, а это мой муж", - она сделала ударение на моем муже, "Питере Ван Ине’.


Ванеффен нахмурился и притворился, что задумался. На самом деле он был ошеломлен. Коммерческий канал показал успешный полицейский сериал, в котором Питер Ван Ин и Ханнелоре Мартенс сыграли главные роли. Этого просто не могло быть.


- Я комиссар местной полиции, а Ханнелоре - следственный судья.


Лицо Карела Ванеффена побелело. Его рука искала опору на краю стола.


"Что-то не так?" - спросила Ханнелоре.


"Нет, все в порядке", - улыбнулся Ванеффен отбеливатель.


"Я знаю тебя другим", - сказала она. "И тебя тоже. Разве ты не ведешь какую-нибудь праздничную программу по телевидению?’


Сарти посмотрела на свою соперницу немного свысока. Что задумала эта старая сука? Чарльз принадлежал ей. Ей потребовались месяцы, чтобы заманить его в ловушку, а теперь эта сука заманила его в ловушку за несколько минут.


"Это было в прошлом году", - сказала она. "В этом году у меня новая программа. Она называется "40 плюс".’


- Тоже туристическая программа?’


"Нет", - злобно сказала Сарье. "В моей новой программе женщины старше сорока имеют возможность выглядеть моложе. И да, мы все еще ищем кандидатов’.


Она села рядом с Ваном и начала болтать с ним так, как будто они знали друг друга много лет.


"Что вы думаете о сексе, мистер Ванеффен? Ханнелоре спросила достаточно громко, чтобы Сарти ее услышала.


Она горячо надеялась, что Ван-ин понял, что она играет в игру, иначе скоро что-то изменится.


Бомбэ сам объявил состав девушек. По этому случаю он надел блестящий жакет - модель, которую обычно можно увидеть только во время карнавала. Затем заиграла музыка, а затем пришло время первой репетиции. Компетентное жюри задало каждой из девушек по вопросу. Это была раздражающая часть, но время от времени было и над чем посмеяться. Вот как одна из девушек ответила на вопрос: "Есть ли у вас решение проблемы глобального потепления?" с: было бы лучше, если бы мы все оставляли наши холодильники открытыми на час в день. Были и трагические моменты. Девушка, у которой с губ не слетело ни слова и через тридцать секунд, рыдая, исчезла за кулисами. Валлонская девушка, которая некоторое время жила во Фландрии, украла шоу крылатыми словами: "Я люблю мясные отбивные", под которыми она подразумевала натуральное обжаренное мясо.


"Что ты думаешь о сексе?" - в самом начале.


Сарти поджала губы, втянула голову в плечи и притворилась, что долго размышляла над этим вопросом. На самом деле, она искала ответ, который причинил бы боль сучке через дорогу.


"Мне нравится заниматься этим с мужчинами постарше", - сказала она, бросив язвительный взгляд на Ханнелоре. ‘По крайней мере, у них есть опыт".


"Десять", - удивленно ответила Ханнелоре. "Карел только что сказал мне, что ему нравятся женщины постарше. По его словам, молодые девушки заняты только собой. Не так ли, Карел?’


Актер сериала немедленно присоединился к ее мнению. На какое-то время он устал от высокомерной болтовни Сарье. Поэтому он сказал, что одна женщина из сорока стоит десяти из двадцати. Для Сарье мера была полной. Она бросила на Ханнелоре уничтожающий взгляд, схватила свою сумочку, висевшую на поручне кресла, и ушла, сославшись на то, что ей нужен свежий воздух.


"Мы их больше не увидим", - сказал Карел Ванеффен.


"Прекрасно", - улыбнулась Ханнелоре. "Тогда я могу сесть рядом со своим мужем’.


Синтия Брауэрс в ужасе посмотрела в зеркало. Она чувствовала, что это приближается, но реальность оказалась хуже, чем она могла себе представить. Ее глаза опухли, губы оттопырились, а кожа горела, как будто она умывалась, прочищая рот. Девушка рядом с ней вскрикнула. Кира стояла в другом конце раздевалки и хихикала.


"Что, черт возьми, здесь происходит?’


Новость о том, что с лицом Синтии что-то не так, распространилась со скоростью лесного пожара. Бомбе, который примчался немедленно, не мог поверить своим глазам.


"Я думаю, это аллергическая реакция", - сказала девушка из гримерной.


Большинство девушек знали, что у Синтии очень чувствительная кожа и она пользуется косметикой только определенного бренда. Менять баночки с косметикой или возиться с их содержимым было проще простого. Бомбе тогда разрешили быть ударной челюстью, он не был умственно отсталым. Это явно был акт мести. Но что ему оставалось делать? Синтия была на грани нервного срыва. Она сидела на стуле, уставившись перед собой, и дрожала всем телом. Утешить ее было невозможно. Для нее конкурс мисс Фландерс закончился. А через пять минут девушкам предстояло вернуться на сцену.


"Побудь с ней минутку", - сказал он девушке из гримерной. "Я собираюсь вызвать скорую’.


‘ Ты этого не делаешь.


Синтия поднялась со стула, как богиня мести. Ее полные слез глаза сверкнули в своих оранжереях, и она оскалила зубы, как хищница. Бомбе попытался остановить ее, но она грубо оттолкнула его в сторону. Адреналин сделал ее сильнее. Кира собралась с духом, когда Синтия направилась к ней. Она не боялась, наоборот.


- У тебя нет ни единого шанса, сучка. Ты это знаешь.’


Ей следовало бы знать лучше. Люди, которые вне себя от гнева, способны на все. Синтия схватила стул и швырнула его в свою сторону. Одна из лап попала ей над левым глазом. Это на мгновение вывело ее из концентрации, дав Синтии время атаковать. Она бросилась на соперницу и схватила ее за горло. Они вместе упали на землю, но Синтия не ослабила хватки. Кира барахталась, как рыба, выброшенная на сушу, при этом злобно била Синтию кулаками по почкам.


- Сделайте что-нибудь! - крикнула одна из девушек.


Бомбе постоял несколько мгновений, наблюдая. Бой оставил его равнодушным, его даже не волновало, что Кира получила полный лоу, но когда вмешалась Луиза, он, наконец, перешел к делу. Луиза вцепилась в Синтию мертвой хваткой и потянула так сильно, как только могла.


"Потяни ее за ноги!" - закричала она.


Сопротивление Киры ослабло. Бомбе схватил Синтию за лодыжки. Он весил больше ста килограммов, но она выстояла. Только когда два человека из службы безопасности пришли на помощь, им удалось разнять дерущихся женщин.


- Я убью тебя, грязная шлюха.’


Двум людям из службы безопасности было трудно удержать Синтию. Бомбе растерянно огляделась. К счастью, у прессы не было доступа в раздевалку. Одно было ясно наверняка: ему придется придумать оправдание тому факту, что два аналитика не будут участвовать в следующем раунде. Один или два. Было все еще трудно сказать, потому что Кира воинственно вскочила на ноги. На первый взгляд, она не получила никаких видимых повреждений. Ее платье выглядело немного растрепанным, а прическа растрепалась. Платье ей больше не было нужно. В следующем туре девушки дефилировали в купальниках, и опытному парикмахеру потребовалось всего несколько минут, чтобы привести ее прическу в порядок. Единственной проблемой была Синтия. Он подошел к ней и встал перед ней, широко расставив ноги.


"Послушай меня, девочка", - строго сказал он. ‘Я не знаю, что тебя вдохновляет, но ты должна понять, что так больше продолжаться не может. Ты можешь выбирать. Или ты сохраняешь спокойствие, или я прикажу тебя убрать.


Она кивнула. Ее дыхание стало спокойнее. Зло было совершено.


- Хорошо, - прошептала она. - Я буду сохранять спокойствие.’


От глотка изысканного вина, которое постоянно пополнялось. Кукольный домик был почти готов. После последней части шоу, оды карнавалу в Рио-де-Жанейро, жюри удалилось, и через пятнадцать минут голосование по телефону также подошло к концу. Родственники и друзья финалистов все еще были заняты перепиской в надежде в крайнем случае повлиять на результат.


Больше они Сарье не видели, но Ванеффен быстро подогнал под это дело рукав. Он остановился у нескольких столиков и вернулся с незнакомой блондинкой с полуоткрытой грудью и застывшим от ботокса лицом. Ее звали Джессика, и она недавно развелась со своим вторым мужем. Это было лучше, чем ничего. Возможно, Ванеффену сегодня не придется спать одному.


Наконец-то пришло время. Свет потускнел, и прожектор дрогнул, когда на сцене появился Бомбе в сопровождении девятнадцати финалистов.


"Леди и джентльмены. Могу я попросить вас...’


Речь длилась более десяти минут. Бомбе сначала спел дифирамбы самому себе, а затем поблагодарил спонсоров и всех сотрудников, которые самоотверженно трудились, чтобы этот день стал грандиозным праздником. Он удостоился вялых аплодисментов, которые длились не более пятнадцати секунд. Затем настала очередь председателя жюри, известного дизайнера нижнего белья, который одел девушек бесплатно. После речи, которая на самом деле была рекламной, он пригласил мэра Брюгге на сцену для официального объявления победительницы конкурса "Мисс Фландрия" 2009. По этому случаю Моэнс надел смокинг и подстриг усы. Он вскрыл конверт и подождал, пока стихнет обязательная барабанная дробь. Затем он прочистил горло и глубоко вздохнул. Сначала он назвал имя Второй почетной дамы, особенно хорошенькой девушки из Херцеле, которая хотела стать пивоваром.


- А теперь первая почетная леди.’


Дрожь пробежала по восемнадцати скудно одетым телам. Большинство девушек затаили дыхание. Это был момент, которого они с нетерпением ждали месяцами.


"Первая почетная дама -... Луиза Демистер.’


Луиза почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. На мгновение она потеряла сознание, и у нее потемнело в глазах. "Это невозможно", - недоверчиво подумала она. По ее щеке скатилась слеза, но не от радости, а от гнева.


’В самый неожиданный момент", - сказал Моэнс, позволив своему голосу вибрировать. "Мисс Фландерс 2009 года...’


"Кира Кингз", - пробормотали изнутри.


- Кира Кингз.


Моэнс повернулся вокруг своей оси и широким жестом пригласил новенькую мисс встать рядом с ним. Группа ярких фотографов осветила комнату. Три телекамеры зафиксировали коронацию новой мисс для потомков. Фредерик Бомбе злорадствовал, как женщина, которой только что сообщили, что она беременна. Все уже закончилось хорошо. Среди фотографов была молодая китаянка. Она, как и все остальные, сфотографировала новую мисс и записала ее имя на листке бумаги.


OceanofPDF.com


8


Телефон не стоял на месте. Кире звонили журналисты для интервью, у нее были съемочные группы с разных каналов, и она слышала себя по радио. И когда она шла по улице, люди смотрели ей вслед. Это было похоже на сон, который она себе вообразила.


- Как вам нравится яичница, мэм?


Молодой официант посмотрел на нее с некоторым восхищением.


- Сваренный всмятку, - сказала она.


Молодой человек застенчиво огляделся. Личный контакт с гостями был строго запрещен, и он не хотел, чтобы его застукали. Ему повезло. Шеф-повара нигде не было видно.


- Можно мне тоже взять автограф? - спросил он, делая вид, что накрывает на стол.


‘Конечно’.


Она схватила свою сумочку, лежавшую на пустом стуле рядом с ней, и достала фотографию, которую использовала во время своей рекламной кампании, но ручки не нашла. Пожилой мужчина, завтракавший неподалеку, встал и без спроса принес ей свою дорогую авторучку Montblanc.


К сожалению, она ничего не могла с этим поделать. Чернила не прилипли к гладкой бумаге.


"Для этого тебе нужна спиртовая ручка, девочка.’


Она узнала голос Бомбе.


"Можно мне посидеть с тобой?’


Он не стал дожидаться ее ответа. Официант и мужчина с ручкой Montblanc опустили руки, когда он схватил стул и сел рядом с ней.


"Твой медовый месяц почти закончился", - сказал Бомбе.


Он открыл свою повестку дня и просмотрел встречи, назначенные им за последние двадцать четыре часа. Он получил несколько интересных предложений, самым выгодным из которых был репортаж с обнаженной натурой для известного мужского журнала. Он остановил лодку под предлогом того, что все еще получал предложения о репортажах с обнаженной натурой. Главный редактор упомянутого ежемесячника позвонил ему полчаса назад и увеличил сумму предложения на десять тысяч евро.


"Завтра в девять часов ты должна открыть магазин в Антверпене. После этого тебя ждут в Брюсселе на показ мод и собеседование, вечером ты примешь участие в презентации эксклюзивного нижнего белья. Когда вы закончите с этим, я буду ждать вас в своем отеле. Поймите.’


Она не подняла глаз от своей тарелки. Бомбе сдержал свое слово. Она также должна была выполнить свои договоренности с ним.


"Хорошо, Фредерик.’


Его глаза злобно сверкнули. Нужно было немедленно показать женщинам, кто здесь главный. Тренируйся и трахайся. Это был единственный язык, который они понимали.


"С этого момента я снова мистер Бомбе", - прошипел он.


"Прошу прощения.’


Молодой официант подал яйцо всмятку, налил еще кофе и незаметным жестом положил рядом с ее тарелкой спиртовую пробирку. На него посмотрели с удивлением.


- Китайца уже опознали?’


Ван-Ин закурил сигарету и раскрыл газету. В отсутствие настоящих новостей половину первой полосы занимала фотография сияющей Киры Конингс.


"Нет", - сказала Саския.


"Это, должно быть, турист.’


"Я думаю, что да, Гвидо.’


Это прозвучало уныло. Ван-ин сделал глоток кофе и напряженно уставился перед собой. Они, конечно, могли бы проверить списки гостей во всех отелях и сравнить списки пассажиров авиакомпаний, совершавших рейсы из Китая в Европу, друг с другом, но у них не было необходимой рабочей силы. Он утешал себя мыслью, что даже ФБР, у которого действительно были необходимые кадры, не использовало таких средств в отношении китайца, который подозревался в нападении на девушку, а затем покончил с собой.


"Нам лучше закрыть дело", - сказал он. "И сосредоточься на чем-нибудь другом.’


"Одна из пропавших кандидаток подала жалобу. Она утверждает, что Кира обманула Конингса со своим макияжем.’


"Это ты сейчас так говоришь.’


Саския пожала плечами. Ван-Ин занимался только делами об убийствах. Даже самоубийство китайца интересовало его лишь умеренно, не говоря уже о том, что он связался с истеричной девушкой, у которой была аллергия на косметику.


"Ты разминулся с ней всего на пять минут", - сказала она. "Ее зовут Синтия Брауэрс. Хочешь прочитать фото?’


"Что еще мы должны сделать?’


Ван задумчиво почесал за ухом. Кира Конингс подает жалобу на неизвестного китайца. Неизвестный китаец совершает самоубийство. Мисс соперница Синтия Брауэрс пытается дискредитировать Киру Конингс статьей в газете. Кира Конингс становится Мисс Фландрия 2009. Синтия Брауэрс подает жалобу на Киру Конингс. Какого черта он делал? Все это ничего не значило. Даже вопрос о том, почему Бикман настоял на углубленном расследовании, больше не имел значения. Тем временем Саския выяснила, что они были родственниками друг друга. Жена Бомбе была дальней родственницей прокурора. Это была обычная дружеская услуга.


"Вы собираетесь расследовать эту жалобу?" - спросила Саския.


"Какая жалоба?’


- О Синтии Брауэрс, конечно.


Изнутри выглянул наружу. Дождь прекратился, и снова засияло солнце. Он зевнул.


"Если ты останешься здесь еще немного, то заснешь", - сказал Версавел. "Пойдем, небольшое движение пойдет нам на пользу’.


"Я думаю, Гвидо прав", - согласилась Саския.


Я зевнула во второй раз. Он был похож на бегемота. Он знал, какое мясо у него в ванне. Они не прекращали ныть, пока он не соглашался.


‘ Одно слово, и ты мертв.


Кира почувствовала что-то твердое в боку и услышала, как кто-то дышит ей в шею. Она медленно повернула голову. Два черных глаза холодно посмотрели на нее.


‘Я не шучу’.


"Чего ты хочешь?" - спросила она по-английски.


- Садись в машину, - с горечью сказала она.


Панда показал ей пистолет и пригрозил убить ее, если она сделает хотя бы одно неверное движение, поэтому она покорно села в свой экипаж и стала ждать с тревогой и напряжением. Панда быстро распахнула дверь и скользнула внутрь, как змея. Пистолет был крепко зажат в ее кулаке. Кира поняла, что это подло. Она просто не знала, почему ей угрожали смертью.


"Я не сделала ничего плохого", - посетовала она.


‘Ведимашину.


Панда пристегнула ремень безопасности. Ее губы сжались в тонкую линию, когда ее органы чувств зафиксировали все происходящее. На первый взгляд, в подземном гараже никого не было, хотя там было припарковано около пятнадцати машин. Однако она не стала рисковать. Существовала вероятность, что кто-нибудь въедет в гараж или выедет из него, поэтому она оставалась осторожной. Кира завела двигатель и поехала вверх по склону к барьеру. Она вставила свой билет в щель и ввела код, данный ей администратором. Шлагбаум поднялся. Что ей теперь оставалось делать? Ее сердце колотилось где-то в горле, и ей наложили швы на живот. Ее руки дрожали. Женщина, сидевшая рядом с ней, внушала ей страх.


"Что мне теперь делать?" - спросила она.


- Поезжай в Зебрюгге.’


‘Хорошо’.


Поездка заняла двадцать минут. Панда не сказал ни слова. Кира не осмелилась ничего сказать. На Вандамеслуис ей пришлось повернуть направо. Через несколько километров Панда приказал ей пересесть в готовую машину с толстым китайцем за рулем. Они оба сели на заднее сиденье. Ей завязали глаза. Затем они отправились на прогулку, которая длилась всего десять минут.


‘Получай’.


Кира вышла. Толстый китаец схватил ее и повел куда-то внутрь. Она услышала, как хлопнула дверь. Повязка слетела. Она оказалась в пустом помещении, так сказать, в примитивном гараже. У стены стоял металлический стул. На полу валялся клубок электрических проводов с зажимами на одном из концов.


‘ Раздеваюсь.


"Почему я должен раздеваться?’


Панда выхватила правый кулак и сильно ударила ее в живот. Вспышка боли прервала ее дыхание, из-за чего она почти не могла издать ни звука. Она схватилась за живот, давясь рвотными позывами, и согнулась пополам. От боли ее затошнило.


‘ Раздеваюсь.


Она изо всех сил пыталась подняться. Панда посмотрел на нее как на кусок грязи. Толстый китаец, немного похожий на Мао Цзэдуна, стоял рядом с ней. Его глаза утонули в похоти. Она разделась очень медленно. Чтобы выиграть время, она взяла себя в руки. Неужели она не понимала, что безнадежно заблудилась? Гараж был герметично закрыт и, вероятно, уединен. Никто не услышит ее крика. Две минуты спустя она стояла обнаженная, обхватив груди руками.


‘Быть’.


Мао указал на металлический стул. Ее хозяин почувствовал беспричинный страх. Она не могла пошевелить ногами.


"Сядь", - прозвучало снова.


Она сделала неуверенный шаг к креслу. Задержка. Мао потерял терпение. Он грубо схватил ее за руку и потащил к креслу, как куклу-членососка. Она вздрогнула, когда он привязал ее руки и ноги к стулу стальными кандалами, потому что поняла, что они с ней задумали. Он прикрепил два электрода к ее соскам и соединил шнуры со шкафчиком. Повернутая ручка была вмонтирована в верхнюю часть шкафа. Там также был шнур с вилкой. Он вставил вилку в розетку и, ничего не говоря, повернул ручку. Первый удар током чуть не взорвал ее.


"Это всего лишь вкус", - усмехнулся Панда. "Но прежде чем мы пойдем дальше, я хочу задать тебе несколько вопросов.’


Короткий удар током подтвердил серьезность ее слов.


"Где находится запись?’


Кира была еще одной тенью девушки, которая вчера триумфально стояла на сцене. Ее лицо было серым и осунувшимся, а изо рта стекала струйка крови. Все произошло так быстро, что она до сих пор не понимала, что происходит. По крайней мере, это был не сон. Сны не причиняют боли.


"Какая запись?’


Панда кивнул Мао, который с помощью Шкафа регулировал текущее напряжение. Следующий удар потряс ее, как человека, у которого случился приступ эпилепсии. Он также продержался дольше, чем первые два. Когда пытка наконец прекратилась, она заплакала.


"Я действительно не знаю", - хрипло закричала она.


Мао вылил на нее ведро воды и повернул ручку трансформатора вправо. Следующий удар был настолько сильным, что Кира откусила кусок своего языка, но они продолжали пытку, не ослабевая, пока плач внезапно не прекратился.


"Я думаю, она мертва", - сказал Мао по-китайски.


Панда сняла электроды и приложила палец к сонной артерии Киры.


"Она все еще жива.’


"Что нам теперь делать?’


"Я думаю, она сказала правду. Записи нет. Она ничего не знает.’


"Тогда она нам больше не понадобится", - сказал Мао.


"Ты прав.’


Панда достала из сумочки Glock 17p ro, навинтила глушитель на ствол и дважды выстрелила Кире в голову. Ее обнаженное тело сотрясалось при каждом выстреле. Затем ее голова упала вперед.


"Что нам делать с телом?’


- Ты имеешь в виду мертвые тела.’


Мао прижал руку к груди, словно пытаясь отвести опасность. Во время пыток она не проявляла никаких эмоций. Он прочел то же самое выражение в ее глазах. Почему, в отчаянии подумал он. Он был верным слугой, который выполнял каждое поручение без ропота. Почему он предал ее сейчас? Казалось, она угадала его мысли.


"В этом нет ничего личного", - сказала она. "Это дело просто слишком важное.’


Сначала она выстрелила ему в грудь, а затем прикончила выстрелом в шею, когда он лежал, корчась, на холодном полу гаража. Ян Юньсян ошибся, подумала она.


Моя работа - исправить эту ошибку. Она вышла, закрыла за собой ворота и села в экипаж, стоявший перед гаражом. Ключ все еще был в замке зажигания. Прежде чем завести машину, она огляделась.


Родители Синтии Брауэрс были рыночными торговцами. Они продавали дешевое нижнее белье. Эта торговля не принесла им яиц. На вилле, которую они недавно построили, было четырнадцать спален, восемь ванных комнат, бильярдная, библиотека и оранжерея, где мистер Брауэрс позволил перезимовать своей коллекции редких орхидей. Синтия была зеницей ока для них.


Версавел припарковал "Гольф" рядом с бордовым "Ягуаром" и новенькой "Вольво" с откидным верхом. Ван-ин вышел и быстро закурил сигарету, прежде чем позвонить в дверь. Две минуты спустя дверь открыла женщина средних лет с сильно распухшими ногами. Ван-Ин бросил наполовину выкуренную сигарету в клумбу с розами, которая тянулась параллельно фасаду.


"Специальное расследование в Брюгге", - сказал он. "Один из моих сотрудников связался с вами.’


Женщина посмотрела на него немного глупо.


"Мистера и миссис нет дома", - сказала она.


"Мы пришли за Синтией.’


- Здесь его нет, сэр.’


‘Черт возьми’.


Женщина продолжала тупо смотреть на него.


"Но она может вернуться домой в любой момент", - поспешно добавила она.


Потребовалось некоторое время, прежде чем они смогли убедить женщину, что их ждут, и она впустила их. В холле висели фотографии в рамках всех финалисток конкурса "Мисс Фландрия" 2009, а внизу на позолоченном столике стояла свеча "новена" с изображением святой Риты, покровительницы безнадежных случаев.


"Ты можешь подождать здесь", - сказала глупая женщина.


Она впустила их в салон, вероятно, что-то вроде будуара, где миссис Брауэрс принимала своих друзей. На барной стойке в углу комнаты стояли бутылка Elixir d'anvers и бутылка amaretto. Также был карточный столик.


"Ты не можешь позвонить ей и сказать, что мы приехали? - Спросил Ван, когда женщина собиралась оставить их одних.


Женщина ничего не сказала, но Версавелу показалось, что она слегка кивнула. Им ничего не оставалось, как ждать.


Ван-Ин сел и начал листать журнал. При обычных обстоятельствах он, вероятно, начал бы ныть о плохом вкусе людей, которые слишком быстро зарабатывают деньги, но на этот раз он остался спокоен. У него явно были другие заботы. Анализы, которые провела Ханнелоре, занимали его не меньше, чем вопрос о том, что они будут делать, если врачи принесут плохие новости. Версавел прекрасно понимал это. Поэтому он призвал его расследовать банальную жалобу Синтии. По крайней мере, так им было чем заняться.


"Почему девушка, у которой есть все, участвует в конкурсе красоты?’


Ван-Ин положил журнал рядом с собой. От волнения вокруг его глаз залегли глубокие морщинки.


- Почему перелетные птицы зимой улетают на юг?


- Потому что групповые поездки дешевле, Гвидо.’


Дверь открылась, когда они все еще смеялись. Синтия была одета в костюм-накидку медного цвета из блестящей ткани, который, вероятно, стоил бы дороже, чем упаковка банных полотенец, которые ее отец импортировал из стран с низкой заработной платой. Она выглядела сияющей.


"Извините меня за то, что я так поздно", - сказала она.


Ее костлявая рука казалась свежей. Духи, которые она принесла с собой, были умопомрачительными.


"У папы еще многое осталось, чтобы заставить преступницу заплатить за то, что она сделала со мной", - сказала она пронзительным голосом.


"Он прав", - с энтузиазмом кивнул он. "Когда я был главным, я привязал ее к позорному столбу.’


"Тогда тебе будет хорошо с папой", - злорадствовала она.


Версавел подыграл ему, хотя и боялся, что Ван-ин скоро начнет преувеличивать.


"Выпороть ее публично тоже не было бы ошибкой", - сказал он.


Они прошли в гостиную, которая была заставлена бронзовыми статуями и дубовыми шкафами. С потолка свисала сумасшедшая люстра из венецианского стекла. Синтия отпила непрошеного шампанского и подзадорила женщину, впустившую их, за то, что та слишком медленно откупоривала бутылку.


"Все знают, что Кира сделала это с Бомбе", - сказала она, протягивая руку к бокалу. "Я была единственной, кто смог удержать ее от первого места. Она знала, что у нее нет шансов с текстовыми сообщениями. Конечно, не против меня. Ты бы отступила, если бы знала, сколько папа в меня вложил. Она просто не могла меня завоевать.’


"Боюсь, я не могу понять вас, мисс Брюэрс. Если я не ошибаюсь, именно болельщики и фэны решают, кто победит. ’


"Это делает Бомбэ мудрым для всех", - фыркнула она. "Реальность иная.’


Синтия объяснила, что любой желающий может купить текстовые сообщения от Bombé.


"Если вы давали ему десять тысяч евро, он следил за тем, чтобы его сотрудники отправляли текстовые сообщения. Таким образом, он сохранял контроль над выборами. В конце концов, голоса болельщиков и зрителей никогда не перевешивали голоса спонсоров.’


- Одну минутку.’


Ван-Ин сделал жест, которым его коллеги останавливали машину, но она его не слушала. Она продолжала тараторить без умолку.


‘На предыдущих выборах кандидату требовалось не менее ста тысяч голосов, чтобы войти в тройку лидеров. Поэтому, чтобы быть уверенным, папа заказал сто пятьдесят тысяч смс от Бомбе. Представьте себе, комиссар: сто пятьдесят тысяч текстовых сообщений. Откуда у этой троэлы Киры деньги, чтобы купить сто пятьдесят тысяч текстовых сообщений?’


И Луиза подумала об этом, но он ничего не сказал. Он всегда подозревал, что Бомбе мошенник, но то, что он сыграл это так грубо, не поддавалось никакому воображению.


"Выигрывает тот, кто вложит в "Бомбе" больше всего денег", - сказал он.


Синтия осушила свой бокал. Ее длинные накладные ресницы взлетели и опустились, как крылья колибри.


"Мой отец позвонил ему вчера", - фыркнула она.


"Ичто?"


"Бомбе признает, что у меня было больше всего голосов, но это не его вина, что я не хотел выходить на сцену.’


- Папа принял это оправдание?’


Она кивнула.


- При условии, что я выиграю в следующем году. И поверьте мне, комиссар, никто и близко не подойдет к моим вещам.’


"Тогда что ты собираешься делать? Нанять телохранителей?’


"Как ты можешь догадываться?’


"Мы, по крайней мере, сделаем все необходимое, чтобы заставить мисс Конингс заплатить за все, что она вам сделала", - сказал Ван, когда Синтия снова наполнила бокалы. "Но прежде чем это произойдет, я хочу задать тебе еще несколько вопросов. По крайней мере, если тебе это понравится.’


Версавел отвернулся от чужого стыда. Постепенно он устал от всей этой комедии, но вынужден был признать, что Синтия, вероятно, никогда бы не открыла свое сердце, если бы они не устроили эту комедию. Неважно, как ты узнаешь правду, главное, что ты узнаешь. Он стал лучшим актером. Или психиатром.


Теперь девушка была полностью в его власти. Она посмотрела на него взглядом, которым обычно смотрела только на своего отца.


"Знали ли какие-нибудь девушки о твоей аллергии?’


"Почему ты спрашиваешь об этом?’


Идолопоклонство ненадолго уступило место подозрительности, но Ван-ин, как обычно, быстро решил проблему.


"На самом деле, я не могу вам этого сказать", - сказал он. ‘Профессиональная тайна".Он поднес палец к губам. "Тем не менее, вы нам превосходно помогли. А хорошие девочки заслуживают награды. Поэтому открою вам секрет: судьи немного параноики. Если я дам окружному прокурору досье только на одного подозреваемого, он мне не поверит. Если мы хотим поймать Киру, нам нужно убедиться, что дело в порядке. Вы это понимаете.’


Она кивнула, как девушка, которой только что сказали, что она может купить свое любимое платье.


Луиза и Лотта знали. И мистер Бомбе, конечно.’


- Луиза Демистер, вторая лауреатка?’


‘Ja, die.’


- Десять, - сказал Ван.


"Кто такая Лотта?" - спросил ранний Версавел.


Ей потребовалось некоторое время, чтобы ответить на вопрос. Ни при каких обстоятельствах папа не должен знать, что у нее были отношения с женщиной.


"Друг", - сказала она.


Она опустила глаза. Версавелу показалось, что она покраснела. Вопрос "Кто такая Лотта?" явно вывел ее из себя. Ему стало немного жаль ее.


"Настоящая девушка не сделала бы с тобой ничего подобного", - сказал он успокаивающе.


Это звучало убедительно, но на самом деле он не имел этого в виду. Молодые девушки в наши дни были жесткими, но в глубине души они были полны сомнений, особенно по поводу своей внешности. Прыщика здесь или там было достаточно, чтобы спровоцировать кризис. Женщины знали, как встречаться. Лотте было позволено быть другом, она оставалась конкуренткой.


"Я тоже так не думаю", - сказала она с благодарным взглядом.


"Тогда нам не нужно ее беспокоить", - сказал Версавел.


"Неужели?’


Ван-ин ничего не понял, он знал только, что Версавел вмешался в разговор с определенным намерением.


"По крайней мере, вы помогли нам", - сказал он. "Мы, безусловно, будем держать вас в курсе дальнейшего хода расследования.’


Он осушил свой бокал и кивком головы дал понять Версавелу, что разговор окончен.


Ресторан отеля Kempinski был просторным и красиво оформленным. Кроме того, здесь было очень тихо. Бомбе сидел в одиночестве за маленьким столиком. Он как раз расправился с закуской, когда вошли Ван-ин и Версавел.


"Мы вам не мешаем, не так ли?" - спросил ван-Ин.


Бомбе выглядел скучающим. Пресса преследовала его по пятам все утро, и это продолжается до сих пор.


- Чем я могу быть вам полезен, джентльмены?


"Я удивлен, что вы все еще в Брюгге", - сказал Ван-Ин, подвигая стул.


"Брюгге - прекрасный город, комиссар. Кроме того, мне не помешал бы небольшой отдых. Организация конкурса красоты отнимает много энергии. И я тоже уже не одна из самых молодых. Я не должен был тебе этого говорить, - добавил он с многозначительной улыбкой.


Дружелюбный официант подошел принять заказ. В принципе, в ресторане только ели, но он не возражал, когда Ван Ин и Версавел попросили только выпить.


"Мы только что разговаривали с одной из ваших девушек", - сказал Ван. "И я должен признать, что я немного шокирован.’


У Бомбе не осталось ни единого мускула. Никто не заметил, что его сердце забилось быстрее. Он даже не облажался. Это был не первый раз, когда кто-то пытался сбить его с ног. Тем временем он научился парировать атаку. Беззаботный подход казался ему наиболее подходящим способом переломить ситуацию.


"Они все девочки", - сказал он почти по-отечески. "Ты не думаешь, что возможно то, что они все выдумывают.’


"Это по поводу текстовых сообщений", - быстро ответил ван.


Ему не хотелось тратить время на всякие приятные разговоры. Ты должен был схватить корову за рога, ослу лучше дать тебе пинка под зад.


"Смс", - усмехнулся Бомбе. "Ну вот, опять. Что они тебе сказали? Что я им изменил?’


"Что-то в этом роде.’


- Тогда я расскажу вам, комиссар, в чем загвоздка. Организация конкурса красоты требует огромных денег. Я полностью завишу от своих спонсоров и от доходов от текстовых сообщений. Поэтому перед каждым финалистом стоит задача собрать как можно больше средств.’


- Которые они передают вам.’


‘ Верно. В свою очередь, группа добровольцев гарантирует, что текстовые сообщения действительно будут отправлены. Остальное в руках общественности.


"Я это тоже понял", - сказал Ван. "Мне только интересно, как относительно неизвестному финалисту удается собрать пятьдесят тысяч евро, продавая наклейки или организуя вечеринки’.


- Это ваше дело, капитан. Помните, что подготовка к выборам занимает восемь месяцев.’


- Я полагаю, вы ведете тщательный учет всего.’


Бомбе полез во внутренний карман своего пиджака и достал визитку, которую отдал Ван-Ину.


"Это номер моего бухгалтера", - сказал он. "Ты всегда можешь позвонить ему.’


Официант, который только что принял заказ, откашлялся. В руке он держал тарелку.


- Ваше основное блюдо, сэр, - сказал он. - Запеченная в духовке треска с луком-пореем и картофельный пирог.


Бомбе развернул салфетку и выжидающе посмотрел на него. Даже официант, который был приучен оставаться дружелюбным при любых обстоятельствах, показал, что они могли бы поладить лучше. Он коротко спросил, не хотят ли джентльмены чего-нибудь перекусить.


- Нет, - сказал Ван. ‘ Я не люблю треску.


Саския смотрела в окно. Ей было скучно. Перед ней лежал старый экземпляр "Дага Аллена", который она перечитала уже четыре раза. "Где они?" - подумала она. Когда примерно полгода назад ей разрешили работать в местном детективном агентстве, она пустила пыль в глаза. Еще ребенком она была очарована работой детектива, и теперь, когда она наконец достигла своей цели, она сидела в холодном офисе и читала журналы. Шаги в коридоре испугали ее. Она быстро спрятала потрепанный экземплярОткрыла все в верхнем ящике своего стола и выбрала папку с фотоматериалами из стопки, которая лежала рядом с ней. Как раз вовремя. Дверь распахнулась.


- Саския.


‘Хорошо’.


Это был молодой инспектор, которого она уже несколько раз видела в лифте, застенчивый парень, который тайком поглядывал на нее и к которому она, следовательно, не испытывала никакого интереса.


- Кое-кто хочет с тобой поговорить.’


"Я?’


Молодой инспектор сделал шаг вперед. "Сейчас или никогда", - подумал он. Но застенчивость взяла верх над тестостероном. Он стоял неподвижно.


"Он хочет поговорить с комиссаром, но его там нет. Поэтому я подумал, что вы, возможно, захотите поговорить с ним. ’


"О чем это все?’


Молодой инспектор осторожно придвинулся ближе. Его прошиб пот. Сработает ли это?


- О... насчет этого чи-китаянки, - выдавил он, задыхаясь.


Она вскочила на ноги. Покалывание пробежало от шеи до копчика.


"Я правильно расслышал?’


"Должен ли я позволить ему подняться?’


‘Конечно’.


Другая коллега получила воздушный поцелуй, она была так счастлива, что в этом деле появился шанс, потому что настояла на продолжении трансляции отчета о расследовании. Она горела нетерпением, но ей не разрешалось показывать это. Это уже не раз трогало ее сердце.


"Садитесь, сэр..." - сказала она, когда молодой инспектор ввел свидетеля внутрь.


- Девинтер. Марк Девинтер.


"Я рад, что вы здесь, мистер Девинтер. К сожалению, комиссара In нет в офисе. Возможно, я смогу вам помочь.’


Мистеру Девинтеру было пятьдесят четыре года, и он был безработным. Он жил в Зебрюгге и каждое утро ходил в свое знакомое кафе "трайбл", где выпивал два "Дювеля". После этого он обычно прогуливался по набережным, по вечерам смотрел телевизор. Он приукрасил историю бесчисленными подробностями, так что Саскии потребовалось почти десять минут, чтобы вникнуть в суть дела. Сначала она показала ему еще несколько фотографий неизвестного китайца, прежде чем приступить к допросу.


"Я даже видел, как он входил в квартиру рядом со мной", - убежденно сказал он.


- Все китайцы немного похожи друг на друга, - попыталась успокоить его Саския, но он настаивал на своем.


Саския побывала во всех штатах. Она даже не могла дождаться, пока мистер Девинтер выйдет за дверь, чтобы сообщить о Ване в новостях.


OceanofPDF.com


9


В портовом городе часто встречались здания, которые предлагали временное убежище морякам, ожидающим перевода, или людям, которые больше не знали, из какого дерева делать стрелы. В запущенном доме на Генуастраат в Зебрюгге было четыре комнаты и столько же душевых. Там были общая кухня и гостиная. Мебель была изношенной, обои выцветшими, но жильцов это не волновало. У них была крыша над головой, и никто не задавал вопросов. В комнате на втором этаже ван Ин и Версавел нашли билет на самолет Париж-Пекин и паспорт на имя некоего Ян Юньсяна.


"По крайней мере, картина верная.’


Войдя, Версавел протянул открытый паспорт, который он только что сравнил с фотографией неизвестного китайца.


"Итак, теперь мы это знаем.’


Он сложил паспорт и положил его на прикроватный столик. Установление личности китайца было важным шагом в расследовании. По крайней мере, теперь они могли сообщить китайским властям о случившемся и закрыть дело.


"Интересно, узнаем ли мы когда-нибудь, кем он был", - сказал Версавел.


"Я так не думаю". Изнутри, покачав головой, закурил сигарету. "Китайцы не любят вывешивать свое грязное белье снаружи.’


Багаж Ян Юньсяна включал два шелковых костюма, комплект спортивной одежды, три пижамы, немного нижнего белья, бритвенные принадлежности, лосьон после бритья, два дезодоранта и флакон духов. Или это была туалетная вода? Было трудно разобрать, потому что текст на этикетке был написан по-китайски. Версавел достал из шкафа один из костюмов и провел рукой по скользкой ткани.


"Даже в Китае такой костюм стоит недешево", - восхищенно сказал он.


"Кто сейчас носит такую штуку?" - прорычал ин.


Между нижним бельем они нашли карточку Visa и пачку банкнот, все банкнотами в пятьдесят евро.


‘ Он тоже не был посредственностью.


В пачке было шестьдесят банкнот.


"Почему Ян Юньсян остановился здесь, когда он мог позволить себе первоклассный отель?’


"И что же он пришел сюда делать?" - спросил Версавел.


Снаружи остановилась машина технической разведки. Клаас Вермюлен вышел и решительно вошел в дом. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.


"Он снова собирается побеспокоиться", - сказал Версавел.


- Я к этому привык, Гвидо.’


Клаас Вермюлен был руководителем технического расследования. Он не мог допустить, чтобы "обычные щелчки" заражали объекты и, таким образом, делали важные следы непригодными для использования.


- Добрый день, мистер Вермелен, - ухмыльнулся Ван. - Чем мы можем быть вам полезны? ’


"Исчезни Изнутри’.


‘ Мы только что это спланировали.


Ван-Ин раздавил сигарету в пепельнице, в которой были и другие окурки.


"Тот, что с коричневым фильтром, мой", - лаконично сказал он.


Вермелену хотелось сказать что-нибудь гадкое, но он сдержался. Лучший способ избавиться от них - ничего не говорить. Он знал об этом. Если бы прозвучало хоть одно невозмутимое слово, он бы бросился в атаку, и завтра они не были бы готовы.


"Увидимся в следующий раз", - сказал Ван.


Они вышли на улицу, где Саския ждала их в машине. Ван-Ин не осмелился пригласить ее с собой. В качестве своеобразной награды. По крайней мере, ей это понравилось. Она рассмеялась, когда увидела, что они приближаются.


- И что? - спросила она.


"Ты был прав", - сказал Ван.


"Получу ли я сейчас поцелуй?’


Она выпалила это, прежде чем осознала, но Ван-Ин не стал настаивать. Она получила свой поцелуй. Даже Версавел, казалось, не возражал. Он смотрел, улыбаясь. Ван-Ин с годами стал мудрее. Но что касалось женщин.


- Я хочу пить, - сказал он, когда Версавел завел двигатель.


Café ' t Werfje располагалось, как и предполагалось по названию на сайте Werfkaai. Обычно здесь было тише, чем в кафе без названия, которое находилось неподалеку. Версавел припарковал Golf перед верфью Яна Вандама, где еще оставалось свободное место. Воздух был пропитан запахом морских водорослей и масла. На причале стоял трейлер с деревянным драконом на нем, который только что отремонтировали. Гладкий корпус блестел в желтоватых лучах полуденного солнца.


"Я думаю, мы все еще можем посидеть на террасе", - сказал Ван.


Ветра почти не было, и солнце все еще давало достаточно тепла. Это был один из тех чудесных осенних дней, которые редко выпадают на долю в интерьере. Ван-Ин заказал пуховое одеяло, Версавел и Саския взяли кофе.


"Мы, конечно, можем попробовать это через китайское посольство", - сказал Ван, когда подали напитки. ‘Но, боюсь, такой подход мало что даст’.


- Тогда что ты предлагаешь? - Нетерпеливо спросила Саския.


"Нам нужен кто-то, у кого есть связи в Китае. Политик или член королевской семьи. ’


Версавел нахмурился.


"А ты не преувеличиваешь немного?’


- Возможно, Гвидо. Однако не забывай, что Ян Юньсян оставался здесь более или менее тайно. Мы также не знаем, зачем он сюда приехал?’


- Шпион, - с энтузиазмом ответила Саския.


"Мы не можем исключать никакой возможности. В наши дни эти парни проникают повсюду. И они копируют все. Совсем как японцы в то время.’


"Я немедленно заставлю это сработать", - сказала Саския.


"Сделай это, дитя мое.’


Ван-Ин отхлебнул "Дювель" и закурил сигарету. На самом деле, он был вполне доволен, что все так закончилось и что они не оказались в осином гнезде. Тот факт, что он скоро снова станет отцом, отнял у него почти всю энергию. И потом, была неопределенность. Станет ли он отцом? Если бы Бог существовал, он бы сейчас помолился и попросил Всемогущего присмотреть за Жюльеном. К счастью, никто не мог прочитать его мысли. Даже если бы Бог существовал, он не стал бы заниматься такой деталью, как его нерожденный ребенок. Зачем ему это? Он даже не вмешивался в такие ужасные вещи, как геноцид, нищета и голод. Его созданиям пришлось расплачиваться за последствия своих действий. Ван-Ин не мог винить его.


В кабинете председателя mbz было тихо. Йохан Косинс стоял, задумчиво глядя в окно, выходящее на порт, куда ежегодно отправлялся миллион контейнеров и столько же автомобилей. Порт был делом его жизни. После нескольких месяцев подготовки он был готов увенчать свою работу: удвоить объем контейнерных перевозок. Тот факт, что ради этого ему пришлось пожертвовать частью природного заповедника, по сути, его не сильно волновал. Такой рост торговли принес больше процветания и занятости, чем зеленые мальчики могли себе представить. О чем думали эти ребята? Что охраняемые птицы справятся с работой? Сегодня вечером ничего не могло пойти не так. Он все приготовил идеально. Ужин из восьми блюд, самые изысканные вина, выдержанный коньяк и солодовый виски из Низин. И девушки, конечно. Он заказал четыре. Блондинки. В конце концов, китайцы были без ума от блондинок. Йохан Косинс говорил об этом со своей женой. Сначала она возражала, что он нанимал шлюх, чтобы доставить удовольствие мистеру Улонг Чжану, но он смог убедить ее, что нечто подобное действительно случается чаще. Он повернулся, подошел к буфету, где хранилась выпивка, и налил себе кальвадоса. Его руки слегка дрожали. Прошли годы с тех пор, как он так нервничал. В раздумье он увидел руку Чжана, зависшую над контрактом. Возьми несколько штук золотой ручкой, и все заботы ускользнут от него. Он снова мог наслаждаться своими редкими выходными вместе с детьми и даже подумывал о том, чтобы забронировать короткий отпуск. Не было никаких сомнений, что ему будет оказана высочайшая честь, если он преуспеет в своем проекте. Он бросил беглый взгляд на свои наручные часы. Без пяти три. "Еще четыре часа", - подумал он. Жужжание интеркома вывело его из задумчивости. Косинс отреагировал съежившись. В конце концов, он сказал своей секретарше, что не хочет, чтобы его беспокоили. Она извинилась.


"Я думала, это важно", - сказала она.


Было неразумно выступать против его секретарши из-за пустяка. На нее можно было положиться, и она редко ошибалась.


"Не бери в голову", - сказал он более мягко. "Кто там?’


- Луиза Демистер.


Косинс почувствовал, как мужество покидает его. Как и каждый фламандец, он прочитал в газете, кто стал Мисс Фландрия 2009. Когда от Луизы не последовало ответа, он подумал, что она смирилась с решением общественности и довольствовалась деньгами, которые он заныкал у нее. Так что нет.


"Привет, с Cosyns? Что я могу для вас сделать?’


Раздался нервный смешок.


- Вы забавный, мистер Коузинс. Что я могу для вас сделать? Не смешите меня.’


"Я сделал то, о чем вы меня просили, мисс.’


"Да, но, к сожалению, этого недостаточно. Я хочу большего.’


- Только не по телефону.’


‘ Хорошо. Где мы встречаемся?


- Я дам вам свою секретаршу.’


"Нет, я хочу записаться на прием сейчас. Сегодня.’


"Это невозможно.’


Косинс был настоящим западнофламандцем. Он привык быстро решать проблемы и был на высоте, когда находился под давлением. Деньги не были проблемой, и у него было много времени.


"Ты все еще в Брюгге?’


"Нет", - сказала она.


"Где мы можем встретиться?’


- У меня дома.’


В обычных обстоятельствах Косинс предложил нейтральное место, в конце концов, в его положении было рискованно встречаться с молодой женщиной дома, но на самом деле ему не нужно было бояться, что она будет шантажировать его этим. Она уже это сделала. ‘ Хорошо.


Он запомнил адрес, который она ему сообщила, и сказал, что будет там через час.


"Не забудь взять с собой деньги", - сказала она.


- И сколько же?


- Сделай то же, что и в прошлый раз.’


Это прозвучало особенно буднично, как будто пятьдесят тысяч евро были мелочью. На мгновение Косинс пожалел, что так легко сдался. Ему больше нравились решения путем переговоров. Просто раздавать деньги он считал грехом. Когда он сможет быть уверен, что она больше не будет его беспокоить? Один этот вопрос немного обескуражил его. Им не могла манипулировать неудавшаяся мисс. Конечно, у каждой проблемы было решение, но как заставить кого-то замолчать, не нарушая закон? Это было прекрасное упражнение для размышлений.


Пол, по настоятельной просьбе Косинса, припарковал машину не перед входной дверью квартиры Луизы Демистер, а на небольшом расстоянии от нее.


"Я вернусь через полчаса", - сказал Косинс, выходя. "Если это займет больше времени, я тебе позвоню’.


Пол не задавал никаких вопросов. Он кивнул. Его задачей было благополучно доставить Cosyns из пункта А в пункт Б. К остальному он не имел никакого отношения. Он схватил газету и раскрыл ее на спортивных страницах.


Луиза Демистер приветствовала Коузинса холодной улыбкой. На ней было яркое платье из гладкой ткани, которое тонко подчеркивало ее изгибы и плавно ниспадало на бедра. Она была довольно красивой женщиной. Косинс не была соблазнительницей, но он вряд ли мог отрицать, что она произвела на него впечатление.


"Я очень ценю вашу пунктуальность, мистер Коузинс", - сказала она.


Обычно убранство жилища многое говорит о его обитателях. Квартира Луизы Демистер была закрытой книгой. Там была только мебель из Икеа. Никаких книг или журналов, которые что-либо говорили бы о ее характере или вкусе. Даже убранство и цвета были безликими. Почти стерильными. Здесь кто-нибудь жил?


"Я думаю, сначала нам следует обсудить несколько вещей", - сказал Косинс.


"Обсудить?’


Она нахмурилась. Ее глаза смотрели на него с недоверием.


"Я хочу гарантий", - сказал Косинс.


- Даю вам слово.’


- Этого недостаточно. Слишком многое поставлено на карту.’


"Тогда что ты предлагаешь?’


Она пригласила его присесть, но ничего не предложила. Если она здесь не жила, то у нее, вероятно, тоже ничего не было в доме. Мысль о том, что он был вовлечен в заговор, не устраивала Коузинса. Было почти невозможно, чтобы Луиза придумала все это самостоятельно.


"У меня с собой банковский чек, который вы сможете обналичить только после подписания контракта", - сказал он.


"Без вопросов", - сказала она. "Таким образом, полиция сможет отследить деньги.’


Косинс улыбнулся. Он ожидал такой реакции.


"Я не говорил, что вы должны обналичить чек в банке", - сказал он. "Чек - это всего лишь гарантия. Я позвоню вам, когда все закончится. Ты возвращаешь мне чек, а я отдаю тебе деньги. Наличными. ’


- Значит, ты мне не веришь.’


"Я хочу действовать осторожно, мисс Демистер. Мне нужно, чтобы вы встали на мое место. Все, что я знаю, это то, что честь мистера Улун Чжана была задета, и он не подпишет контракт, если что-нибудь просочится об этом. Более того, я уже выплатил вам пятьдесят тысяч евро. Это все, что я могу себе позволить. Если совет директоров когда-нибудь узнает, я смогу собрать вещи. Вы тоже должны это понимать, мисс ДеМастер.’


Его решительный подход оторвал ее от молока. Что она должна была делать? На первый взгляд предложение показалось ей вполне разумным. Она все равно получила бы деньги, но она, как и Косинс, не хотела сдаваться сразу.


"Я хочу премию в размере пяти тысяч евро за каждую неделю, которую мне придется ждать получения денег", - сказала она.


- Три тысячи.


- Пять тысяч, или это не пройдет.’


Косинс неохотно уступил. У него не было другого выбора. А время начало поджимать. Ему все еще нужно было принять душ и переодеться. Настоящее испытание огнем все еще ждало его.


- Вы умеете вести переговоры, миссис Демистер.’


"Вот почему меня зовут Демистер", - ехидно сказала она.


Изумрудный "роллс-ройс" высадил мистера Улун Чжана у подножия лестничной площадки, где его ждали два лакея. Козинс специально для этого случая арендовал весь замок и нанял двадцать человек службы безопасности, которые тщательно следили за тем, чтобы ни один Поттер или репортер не попытался проникнуть внутрь. В главном зале столы были накрыты для избранного числа гостей. Там были мэр и губернатор, весь совет директоров и несколько бизнесменов, все мужчины. Без партнеров. Сначала был прием, на котором у каждого была возможность представиться г-ну Улун Чжану.


Затем они перешли к столу, где языки развязались, пока вино лилось рекой. Китайцы не любили заниматься бизнесом, если не могли выпить заранее. На самом деле слово "Пьянство" было более подходящим. Губернатор, который мог выдержать бокал, ушел первым. Он исчез незадолго до десерта и вернулся четверть часа спустя, бледный как мертвец. Остальные продержались еще некоторое время, но один за другим сдались, за исключением Косинса. Создавалось впечатление, что он много пил, но на самом деле он почти не пил из своего бокала. Улун Чжан с удивлением наблюдал, как западная рота постепенно приходила в состояние распада. К полуночи они все еще были с его восьмеркой. Для Cosyns пришло время выдвигать тяжелую артиллерию на позиции.


Девушки, которые вошли через пять минут, были одеты в длинные платья с высокими разрезами и туфли на шпильках, которые делали их еще выше. Две блондинки сжалились над Чжан.


"Вам все нравится, мистер Чжан? - Спросил Косинс.


Китаец провел рукой по ягодицам одного из своих спутников.


"Ты знаешь, чего хочет настоящий мужчина", - сказал он.


Он отодвинул свой стул и пригласил девушку, которую только что ласкал, сесть к нему на колени. Другая девушка ждала своей очереди. Пьяные мужчины были самыми легкими посетителями. Они не могли его разбудить, и если массировать их достаточно долго, он засыпал. У нее никогда не было старого китайского, но это, вероятно, ничего не изменило бы.


"Я составил и перевел предварительный проект контракта", - сказал Косинс, делая глоток дорогого Брунелло.


Он вручил Улун Чжану папку, на которой золотыми буквами было написано "Shanghai Shipping". Он и его сотрудники потратили месяцы, чтобы оформить достигнутые соглашения в приемлемый текст. Вопрос был только в том, правильно ли китайский перевод отразил все нюансы контракта. Cosyns не знала этого, пока Улонг Чжан не прочитал контракт. Он выразил надежду, что окончательное решение не заставит себя долго ждать и что они смогут подписать контракт в течение следующей недели. Улонг Чжан рассмеялся, взял бутылку "Брунелло" и наполнил два бокала.


- Я наблюдал за вами весь вечер, мистер Козинс, - усмехнулся он. - Вам не нравится вино, или вы пытаетесь оставаться трезвым.’


Он потянулся за стаканом и поднес его к губам.


- Пейте, мистер Коузинс. Хорошую встречу нужно разбрызгивать.


Его рука на мгновение исчезла между бедер блондинки, которая притворилась, что это самая нормальная вещь в мире. Косинс был не прочь выпить, но он не знал, как бы отреагировал, если бы китаец попросил его присоединиться к оргии, которая вот-вот должна была начаться. Две девушки уже наполовину разделись, а мэр на некоторое время исчез с другой девушкой. Это был только вопрос времени, когда разразится настоящая вечеринка. По-настоящему ему стало жарко только тогда, когда блондинка, которая все это время лениво стояла позади Улун Чжана, спонтанно села рядом с ним и положила руку ему на бедро.


"Выпивка - это не проблема.’


Он поднес стакан к губам и выпил его залпом. Если что-то случилось, ему лучше быть пьяным. Улун Чжан пододвинул вторую бутылку и ускорил темп. Тем временем управляющий директор NV Teeuws, компании, производящей детали для машин, катался по салону. Его коллега натянул трусики своей официантки через голову. Губернатор, к сожалению, уснул. Он громко храпел.


"Я думаю, мы сможем построить светлое будущее вместе", - сказал Улонг Чжан. "Давайте выпьем за это.’


После третьей бутылки "Козинсу" стало душно. Его голова стала тяжелой и ватной. Он едва мог держать глаза открытыми. Шум делал его беспомощным. Поэтому он не оказал сопротивления, когда блондинка повела его в одну из комнат, где раздела2 и положила в ванну, как медсестра делает с пациентом пожилого возраста. Он был доволен. Блаженная улыбка даже появилась на его лице, когда она начала массировать нижнюю часть его живота. На самом деле, все прошло хорошо. Алкоголь спас его, потому что, что бы ни пыталась блондинка, он больше не мог изменять своей жене, и это подарило ему спокойный отдых. Его веки медленно закрылись. Он больше не сопротивлялся и позволил увлечь себя к своей первой мечте.


"Что нам делать?’


Дежурный офицер пожал плечами.


"Ван-Ин будет в ярости, если мы позвоним ему сейчас", - сказал он своему коллеге.


- Или он придет в ярость, если мы ему не позвоним.’


"Который сейчас час?’


- Четверть первого.’


‘Хорошо’.


Дежурный офицер взял телефон, набрал номер и стал с тревогой ждать. Запись была сделана после второго звонка. Он все еще не спал. Счастлив.


Ханнелоре просунула голову в дверь ванной. Она чистила зубы, когда зазвонил телефон. Ван-Ин сел на край своей кровати. Голый. Напротив, казалось, что он немного похудел, но, вероятно, это был обман зрения.


"Ничего серьезного, верно?" - спросила она.


"Исчез еще один китаец.’


‘ Улонг Чжан? - спросил я.


- Владелец "Голубого лотоса". Его жена находится во всех штатах.’


"Что ты собираешься делать?’


Она накинула свой шелковый халат и села рядом с ним. Он почувствовал тепло ее тела сквозь тонкую ткань, но когда он не сразу ответил на вопрос, она поняла, что он уйдет. Она даже не возражала.


Госпожа Дэн была маленькой и изящной. Ее лицо было похоже на лицо мумии. Она печально улыбнулась, когда Ван пожал ей руку. В прошлом исчезновение вызывало беспокойство только через двадцать четыре часа, сегодня полиция также приняла во внимание обстоятельства и заявления людей, которые пришли сообщить об исчезновении. Если Ван верил в эту женщину, мистер Дэн редко выходил из дома, а если и выходил, то гарантированно был дома в течение шести часов. Она обзвонила больницы в округе, а затем всех дружелюбных соотечественников, с которыми он мог быть. Никто не смог бы ей помочь. Иначе и быть не могло, или случилось что-то ужасное.


"Он должен был встретить кого-то на вокзале", - сказала она, а затем из "Ин" спросила, почему мистер Дэн сегодня вышел за дверь.


- Значит, он был в машине?’


Она кивнула. Ван-Ин повернулся к дежурному офицеру.


"Мы поступили правильно, капитан. Всем ночным патрулям приказано следить за машиной мистера Дэна. ’


Изнутри женщина смотрела с состраданием. Было ясно, что она несла своего мужа на руках. Она любила его. Ее горе было настоящим. Что, если окажется, что мистер Дэн, возможно, не так уж хорош?


"Ты знаешь, кого он должен был забрать?’


"Нет", - сказала она.


"Это был соотечественник?’


"Он этого не говорил.’


"Даже за то, что ему пришлось его забрать?’


"Это были деловые отношения", - уклончиво ответила она. "А о бизнесе не говорят. Во всяком случае, не со мной", - осторожно добавила она.


Ван-Ину было жаль эту женщину, но это была его работа - выяснить правду. Болезненных вопросов избежать было невозможно.


- Вы знаете, что у вашего мужа есть дом в Зебрюгге, верно?


- Дом, - бесцветно повторила она.


Войдя внутрь, дежурный офицер кивком головы подозвал его и приказал послать патруль к дому в Зебрюгге. Если немного повезет, тайна будет раскрыта.


- Могу я предложить вам чашечку чая?


Она благодарно кивнула.


Ближайший патруль находился недалеко от Лиссевеге. Через десять минут они будут знать больше. Ван-Ин закурил сигарету, глубоко затянулся и выпустил дым через ноздри.


- Ваш муж регулярно принимает гостей?


- Изредка.


- Соотечественники?’


"Мой муж поддерживает хорошие контакты со многими семьями из своего родного региона", - сказала она.


"Но вы не знали, что он также дал им приют?’


Она оставила вопрос без ответа. Может быть, она уже от многого отказалась. Кто знает, может быть, с ним ничего бы не случилось. Что бы она сказала? Он никогда не простит ей обращения в полицию. Почему он никогда ничего не рассказывал ей о Доме в Зебрюгге? Что еще он от нее скрывал? Вещи, которым не разрешалось выходить на свет божий? Она испугалась. Испугалась.


"Я бы лучше пошла домой", - сказала она.


"Мы живем в свободной стране, мисс Дэн.’


"Значит, это разрешено?’


"Конечно", - улыбнулся он. "Прежде чем ты уйдешь, я хочу тебе кое-что показать.’


Он встал, подошел к серому металлическому шкафу и достал папку с фотографиями Ян Юньсяна.


"Вы узнаете этого человека?’


Дрожь пробежала по ее телу, и она заметно стиснула челюсти. Ван-Ин не спускал с нее глаз. Он уже знал, что она будет лгать.


‘ Комиссар.


Дежурный офицер легонько похлопал его по плечу.


"Они нашли машину Дэна", - сказал он. "Техническое расследование продолжается.’


Ван-Ин затянулся сигаретой. Порт Зебрюгге в течение ряда лет был центром контрабанды людей, и ни для кого не было секретом, что довольно много владельцев китайских ресторанов имели связи с мафией. Если бы он посмотрел на это с этой точки зрения, дело приняло бы совершенно другой оборот. Вполне могло быть, что г-н Дэн стал жертвой расплаты в среде.


"Завтра мы сможем лучше задействовать собак-разведчиков", - сказал он.


Панда растянулась на кровати. На ней были только трусики. Ее загорелая кожа сияла в мягком свете ночника. Будучи миллионером в двадцать восемь лет, я чувствовал себя хорошо. Особенно для девочки, которая родилась в сельской местности и никогда не имела возможности развиваться. У нее также было ужасное детство. Они оскорбляли ее и плохо обращались с ней, но они не сломали ее. Ее никто не ломал. Она закурила сигарету и проследила за клубами дыма, вьющимися к потолку, как хвост дракона. Телевизор все еще был включен. Время от времени она поглядывала на экран.


Мистер Улун Чжан прибыл без двадцати три. Она впустила его и предложила бокал вина.


"Это еще не конец", - сказал он. "Бледного пердуна шантажируют.’


Чжан рассказал, что напоил Косинса, а затем подслушал его разговор.


"Ее зовут Луиза Демистер, и она была одной из финалисток конкурса красоты.’


"Тогда мы ошиблись", - холодно сказал Панда. "Но я уже так думал. В противном случае другой человек заговорил бы’.


"Я тоже так думаю", - признал Улун Чжан. "Кто бы ни встретился с тобой, через некоторое время говорит правду", - добавил он с бережливой улыбкой.


"Благодарю вас, учитель.’


"Ты можешь остаться на некоторое время? Я знаю, что это задание не лишено риска, но ты окажешь мне большую услугу, если возьмешься за него.’


"Мне нужна другая машина", - сказала она.


"Это не проблема.’


Улун Чжан сделал глоток вина и откинулся на спинку дивана. Он был усталым и немного грустным.


"Полиция ищет меня", - сказал Панда. "Когда работа будет выполнена, я хочу как можно скорее уехать из страны’.


"Я это понимаю.’


Улун Чжан несколько секунд смотрел в пустоту, прежде чем взять свой мобильный телефон и набрать номер. Он привык быстро анализировать и решать проблему. Иначе он никогда бы не стал тем, кто он есть сейчас.


"Вы можете добраться до Антверпена?’


"Я думаю, да", - сказал Панда.


- Тогда я позабочусь о том, чтобы ты благополучно выбрался из страны.’


Он позвонил капитану "Гордости Шанхая", контейнеровоза, стоящего на якоре в порту Антверпена и принадлежащего одной из компаний, которые он контролировал. Разговор длился несколько минут. Когда капитан услышал, кто на линии, он только сказал: " Да, сэр".


"Итак", - сказал Чжан. "Это решено.’


Он закурил сигару и посмотрел на молодую женщину, сидящую перед ним, нисколько не смущаясь того, что она была полуобнажена. Они знали друг друга очень давно и прекрасно ладили. Панда никогда не терпела неудачу. Он был уверен, что и на этот раз она доведет свое задание до успешного завершения.


"Ты также получишь премию", - сказал он. "Как насчет двадцати пяти тысяч долларов?’


- Заработай на этом евро, и я стану твоей женой.’


Улонг Чжан не оставила ни единого мускула. Панда была лучшей в своем деле. Она стоила каждого пенни в два раза дороже.


"Хорошо", - сказал он.


OceanofPDF.com


10


- Ты в порядке? Обеспокоенно спросила Саския.


Ван-ин выглядел пепельно-бледным от усталости. Допросив миссис Денг прошлой ночью, он пошел выпить еще "Дувел" в ночном кафе на песке. Поправка. Он выпил три и выкурил почти двадцать сигарет. В его возрасте он уже не мог себе этого позволить.


"Я думаю, конец близок", - сказал он мэту.


"Не говори глупостей. Вчера ты выглядел не лучше", - пошутил Версавел.


"Есть какие-нибудь новости о мистере Денге?’


Ван-ин сделал глоток кофе и снял целлофан с печенья, которое ему принесли в кафе вместе с кофе. Специальная группа федеральной полиции прочесывала район, где была найдена машина Дэна, но эти поиски пока не дали никаких результатов.


"По крайней мере, я пока ничего не слышал", - сказал Версавел.


Он не слишком высоко оценивал шансы на то, что они найдут мистера Дэна. Я тоже, но они должны были что-то предпринять.


"Он может сидеть где угодно.’


- Повсюду, - повторил Версавел. - Возможно, мы заглядываем слишком далеко.’


Версавел взял телефонный справочник, открыл его и пролистал до буквы К.


"Что ты задумал?’


"Позвони в ЗАГС", - сказал Версавел. "Кто знает, Дэну принадлежит не один дом.’


Ему потребовалось некоторое время, чтобы связаться с кем-то, кто мог бы ему помочь. Это было похоже на перерыв на кофе. Версавелу пришлось приложить все усилия, чтобы побудить чиновников к действию. Тем временем ван курил сигарету. Саския сварила новый кофейник кофе. На самом деле, они были ничем не лучше чиновников, которые их оклеветали. Если не было работы, они тоже ничего не делали.


"Это так?" - услышал я от Версавела.


У них была цена. Мистеру Денгу принадлежало четыре дома, два из которых находились в Зебрюгге. Раскрытие преступления обычно было делом кропотливой детективной работы, но иногда им везло.


- Можно мне пойти с тобой? - С надеждой спросила Саския.


Ван-Ин бросил стальной взгляд на Версавела, но тот не возразил.


"Продолжай.’


Она взглянула.


Это был простой кирпичный дом 1950-х годов с пристроенным гаражом и сараем. Шторы были задернуты, и никто не пришел открывать, когда позвонили в звонок. Они вернулись в сад, заросший примятой травой и крапивой.


"Я думаю, что он необитаем", - сказала Саския.


Она сделала руками трубочку, прислонила их к окну и заглянула внутрь.


"Ты что-нибудь видишь?’


- На кухне.


На кухонном столе громоздились немытые тарелки и несколько стаканов. Раковина казалась опрятной. На стене висела картина - холмистый пейзаж с бурлящим ручьем и заходящим солнцем. Ничто не указывало на то, что кухней недавно пользовались.


"Что нам делать?" - спросил ранний Версавел.


Задняя дверь была снабжена простым замком, который можно было открыть с помощью куска железной проволоки. Он закурил сигарету. Проникновение в дом без ордера на обыск было рискованным делом. Спрашивать не имело смысла. Ни один следственный судья не стал бы выносить такое решение на основании скудных данных, имеющихся в их распоряжении.


"Я думаю, Саския права", - сказал он.


В сарае, который был открыт, лежали ржавые грабли и лопата со сломанной ручкой. Также было несколько сетей, вероятно, для ловли скворцов, что в наши дни является незаконным занятием, за которое влекут высокие штрафы.


"Я, конечно, не хотел бы здесь жить", - сказал Версавел.


"Я тоже, но тогда почему Дэн купил дом, если он не сдает его в аренду?’


"Я не знаю, Sas.’


"Может, мне позвонить в государственную службу?’


‘ Хорошо. Сделай это, Гвидо.


Ван-Ин снова вышел вперед и окинул взглядом проселочную дорогу. Дом Дэна находился довольно далеко. Ближайший сосед жил в двухстах метрах от него. Кто знает, может быть, он получил там больше информации. Он закурил новую сигарету и направился к ней.


"Я комиссар In", - сказал он.


Мужчина, который только что открыл входную дверь, был одет в серые брюки со старомодными подтяжками. И на нем была кепка. По оценке In, ему было лет семьдесят. Мужчина выглядел очень подозрительным и понимающим. Любой мог сказать, что он комиссар. Вот почему он показал ему свое полицейское удостоверение. Старик сделал рассеянный жест.


- Не беспокойтесь. Я не умею читать.’


‘ Это по поводу дома, который находится здесь, внизу.


Из ин Уиса в дом мистера Дэна, где Версавел разговаривал по телефону. Издалека все выглядело еще более мрачно, чем вблизи. Только сейчас он заметил, что крыша была в плачевном состоянии.


- А что насчет Дома?’


"Я просто хочу знать, обитаем ли он.’


"Ты можешь это видеть.’


Это прозвучало угрюмо. Как ты можешь быть таким глупым? Ван-Ин мог прочитать это по его лицу.


"На самом деле я имел в виду кое-что другое", - попытался он восстановить свою глупость. "Мы ищем владельца.’


‘ Китаец.


"Ты его знаешь?’


- Он приходит сюда время от времени.’


"Вы видели его в последнее время?’


"Нет", - твердо сказал старик. "Поскольку дом необитаем, он все еще редко приходит.’


Последние жильцы, молодая семья с двумя детьми, переехали два месяца назад из-за крыши, которая протекала, как решето.


"Это все, что я знаю.’


"Спасибо", - сказал Ван.


Он повернул направо. Версавел и Саския некоторое время шли ему навстречу. Одинокая цапля проплыла по светло-серому небу. Ни один звук не нарушал тишины.


"Дом пустовал в течение двух месяцев", - сказал Версавел. "И существует высокая вероятность того, что его объявят непригодным для проживания.’


"Я узнал это за то время, - уныло сказал ван.


Он закурил сигарету. Саския пошла впереди них к машине, припаркованной перед домом. На ней были узкие джинсы, которые полностью позволяли ее заднице чувствовать себя как дома.


- А как бы это было с Карин?’


Это темное место напомнило мне о ней. Он как будто чувствовал здесь запах смерти.


- Я слышал, она снова на химиотерапии.’


"Пришло время нанести ей еще один визит", - сказал Ван.


"Конечно", - убедительно кивнул Версавел.


Они с Карин никогда не были лучшими друзьями, он гораздо лучше ладил с Саскией, но после всего, что она пережила, он надеялся, что вскоре ей позволят выздороветь и вернуться в команду. Он уже несколько раз молча обещал, что после этого сделает все возможное, чтобы загладить свою вину.


Когда они сели в машину, то получили по радио сообщение о том, что сотрудники Федеральной полиции на время прекратили поиски мистера Дэна.


- Я так и думал, - проворчал Ван. - Эти парни никогда ни за что не держатся. ’


Версавел развернул машину и черепашьим шагом поехал обратно. Когда они проехали метров двадцать мимо дома старика, он нажал на тормоз.


"Что ты сейчас делаешь?’


Машина резко остановилась.


"Кто-то машет рукой в дверях", - сказал Версавел, который одним глазом смотрел в зеркало заднего вида, а другим - в сторону.


- Старик в кепке?’


"Нет, это женщина.’


Они вышли и отошли на некоторое расстояние назад. У женщины было морщинистое лицо, и она стояла немного сгорбившись. На ней был шейный платок и бинты вокруг ног. Как у мумии. Но, по крайней мере, она рассмеялась.


"Можем мы что-нибудь для вас сделать?" - спросил Эрли Версавел.


Их впустили в прихожую, где стоял ветхий велосипед и запас дров.


- Вчера там были люди, - заговорщически прошептала она. - У них была серая машина. Они посидели немного, а потом снова уехали. ’


"Ты уверен?’


Она посмотрела с упреком. Ее тело, возможно, было изношено, но глаза все еще блестели. О чем думала эта змея? Что она глупая? Густен, ее муж, почти не помнил, что они ели вчера, он забыл обо всем. Ее память все еще была цела.


"Я даже слышала, как кто-то кричал", - сказала она.


"Сколько людей ты видел? - Любезно спросил Версавел.


Ее взгляд смягчился. Она увидела парня с усами. Ранее, когда они только поженились, Густен тоже отрастил усы. Ей нравились мужчины с усами.


"Три", - сказала она.


"Мужчины или женщины?’


Она колебалась.


"Там была китаянка", - сказала она.


- Вы видели, как все трое вернулись?


‘ Нет. Все, что я слышал, это шум проезжающей мимо машины.


Из В бросил взгляд на Версавела. Дэн был за рулем серого "Ниссана", и миссис Дэн заявила, что ее муж подобрал кого-то на станции. Так что это мог быть он, но делать такой вывод было еще слишком рано.


Ван-Ин поблагодарил старую женщину и вернулся в пустой дом, погруженный в свои мысли.


Дверь гаража была не заперта. Она осторожно открыла ее изнутри. Ему не нужно было заглядывать внутрь, чтобы понять, что произошло что-то ужасное. Слабый запах трупов ударил ему в лицо, жужжание роя вспугнутых мух прозвучало как рокот мотоцикла. Кира все еще сидела на металлическом стуле. Ее голова свисала на грудь, как надломленный цветок. Мистер Дэн лежал у левой боковой стены. Его мертвые глаза смотрели в потолок. Саския поднесла руку ко рту и вышла, давясь рвотным позывом, за ней сразу же последовал ван Ин. Версавел оставался внутри дольше всех. Когда он вышел, то выглядел бледным.


"Что, черт возьми, здесь произошло?’


"Сначала они пытали ее", - сказал Версавел. "А потом прикончили.’


Ван ин, дрожа, закурил сигарету, чтобы избавиться от трупного запаха из ноздрей. Мистер Дэн пытал ее или пришел ей на помощь и поэтому застрелил? Он не мог припомнить, чтобы за свою карьеру когда-либо сталкивался с таким ужасом. Что было не так с китайкой? Девушке едва исполнился двадцать один год. Что она могла сделать не так? Ван-Ина засыпали бесконечным количеством вопросов, на которые он не знал ответа. Какого черта они ее пытали? Какое отношение к этому имеет Дэн? Какую роль сыграл Ян Юньсян в этой извращенной драме?


"Я проинформировал Бикмана", - сказал Версавел. "Он приедет сам.’


- Я так и думал, - Ван резко обмяк.


Если Бикман лично вмешивался в дело, один из его партнеров сообщал прессе. Никто не хотел этого признавать, но все знали. Скоро начнется настоящий ад.


Начался настоящий ад. Двадцати полицейским было очень трудно удерживать прессу на расстоянии. Фотографы пытались запечатлеть драму огромными телеобъективами. Журналисты цеплялись за каждого, кого могли найти. Съемочная группа регионального телевидения готовилась к интервью с женой Густена, которая по этому случаю сняла шейный платок. Ханнелоре, которая тем временем тоже прибыла, была вынуждена держаться в стороне. Ван-Ин строго запретил ей заходить в гараж.


"Убийца впал в настоящее звериное неистовство", - сказал Злоткрыхбрто, который осматривал обеих жертв. "Девушка откусила себе половину языка.’


Ван Ин попытался подавить отвращение, которое угрожало сдавить ему горло. Кадры из старого документального фильма о пытках в Чили пронзили его голову. Шокирующие тела на подстилке из стальной проволоки.


"Это не может остаться безнаказанным", - прошипел он.


"Вы правы", - сказал Бикман.


Он больше думал о своей репутации, чем о жертве. Брюгге был тихим городом, где редко что-нибудь случалось. Подобное убийство обошло бы весь мир. Министр смотрел бы на него с подозрением.


"Мне нужна рабочая сила", - сказал Ван.


- Я позабочусь о том, чтобы ты получил то, о чем просишь.’


Журналист общественного вещателя на минуту отвел прокурора в сторону. Они знали друг друга. Они оба были братьями Лодж. Тем временем люди из Отдела технических расследований делали свою работу. Клаас Вермюлен координировал исследования, как дирижер руководит оркестром. На данный момент они больше ничего не могли сделать.


Луиза Демистер на мгновение похолодела, когда услышала новости по радио. Значит, они все равно ее поймали. Она вздрогнула. Перед этим жертву пытали электрическим током. Слова диктора продолжали звучать у нее в голове. Она схватила свой мобильный телефон и позвонила Бомбе.


"Вы слышали новости?’


"Конечно, я слышал новости. Меня от этого тошнит.’


"Ты должен помочь мне, парень. Или ты не понимаешь, что моя жизнь в опасности?’


"Почему я должен помогать тебе?"это звучало взволнованно.


Луиза стиснула челюсти. Она ненавидела этого парня, но у нее не было выбора. Он был единственным, кто мог ей сейчас помочь.


"Потому что ты по уши в дерьме, как и я", - прошипела она. ‘Как ты думаешь, откуда взялись те пятьдесят тысяч евро, которые я дала тебе на покупку текстовых сообщений? От синтерклааса?’


Бомбе поднес руку ко рту.


"О боже’.


- Наконец-то, - вздохнула Луиза. ‘ Наконец-то ты понял это.


"Что я могу для вас сделать? Мне приехать и забрать вас?’


Луиза на мгновение задумалась, прежде чем ответить на вопрос. У Бомбе была обширная сеть связей, и он был в долгу перед ней, но можно ли ему доверять? Она никогда больше не увидит этих денег, но, конечно, он ничего не знал о банковском чеке, которым Cosyns возместила ей убытки. Если контракт будет подписан через несколько дней, они оставят ее в покое.


"Приезжай как можно скорее", - сказала она.


- Увидимся позже.


- Увидимся позже.


Она нажала на Красный гудок, прошла в спальню и достала из-под кровати чемодан. Она, конечно, не могла взять все с собой. Шести комплектов нижнего белья было достаточно. Остальное они могли бы купить позже. Все ее тело дрожало. Ее прошиб холодный пот. Ей пришлось сесть. Вода. Она поплелась на кухню, достала из холодильника бутылку минеральной воды и пила как одержимая. Вода стекала по ее подбородку на грудь. Он был прав. Ей нужно было сохранять спокойствие. Она встала на цыпочки и сделала пять глубоких вдохов подряд. Это помогло. Она вернулась в спальню и наполнила чемодан одеждой. "Сколько у меня денег?" - подумала она. В ее бумажнике были две банкноты по пятьдесят, три по десять и немного мелочи. К счастью, у него был резервный фонд. В нижнем ящике своего шкафа она хранила картонную коробку. Если она не ошиблась, в ней было две тысячи евро. Она выдвинула ящик стола, взяла коробку и пересчитала деньги. Все было в порядке. Что еще ей было нужно? Удостоверение личности. Она положила сумочку на кухонный стол. Оттуда выпал меховой мешочек. Тампоны, машинка для стрижки ногтей, носовые платки, косметика, зеркало, монеты, смятое письмо и ключи. Удостоверения личности не было. Она почти обезумела. "Без удостоверения личности я обречена", - подумала она. "Сохраняй спокойствие", - сказал бы Бомбе. "Тихо". Кто оставался спокойным, когда наступал конец света? Она вернулась в спальню и начала опустошать ящики своего шкафа, пытаясь вспомнить, когда в последний раз видела свое удостоверение личности. Черт, он уже здесь, выругалась она, когда прозвенел звонок. Бомбе посмотрел на нее встревоженным взглядом.


"Я не могу найти свое удостоверение личности", - отрезала она, когда он спросил, в чем дело.


Он улыбнулся и положил руку ей на плечо.


"Я не думаю, что вы найдете это здесь", - сказал он.


"Откуда ты можешь это знать?’


- Потому что ваше удостоверение личности находится в вашем личном деле вместе с регистрационной формой.


Когда они были в турне и останавливались в отелях, Бомбе забирал удостоверения личности девушек. Так что им не нужно было беспокоиться обо всей административной суете.


"Ты просто забыл заехать за ним", - ухмыльнулся Бомбе.


Внезапно эмоции стали для нее непосильными. Она разрыдалась и обняла его за плечи. Он крепко прижал ее к себе.


- Успокойся, девочка. Фредерик тебя не подведет.’


Мысленно он уже видел ее лежащей рядом с ним в постели.


Гостиная была обставлена скудно. В ней стояли два сломанных кресла, стол на металлических ножках, четыре стула с грязными подушками и телевизор без пульта дистанционного управления.


"Можно мне закурить?" - спросил Ван-Ин, который и представить себе не мог, что в такой комнате запрещено курить.


Женщина в шарфе кивнула. Густен, ее муж, в то время тоже курил. Она привыкла к запаху. Ван-Ин показал ей несколько фотографий мистера Дэна и Киры Конингс. Женщина надела очки и посмотрела на них по очереди. Густен заглянул ей через плечо.


‘ Я ее не видела. - Она указала на фотографию Киры.


- Вы видели женщину в машине?’


Она снова посмотрела на фотографии.


"Она больше походила на того парня", - сказала она через некоторое время.


- Китаец?’


Она не очень уверенно кивнула, пытаясь вызвать в памяти образ проезжающей машины.


- Может быть, - нерешительно сказала она. - Все произошло так быстро.’


- Вам не нужно извиняться, мэм. По крайней мере, мы оставляем фотографии здесь. Кто знает, может быть, что-нибудь придет вам в голову, когда вы снова на них посмотрите.’


Толпа вокруг дома мистера Дэна немного поутихла, когда они снова оказались на улице. Ханнелоре ждала их в машине.


"Бикман все еще там?" - спросил я в самом начале.


"Последняя съемочная группа ушла пятнадцать минут назад", - сказала она.


- Тогда я знаю достаточно.’


Он закурил сигарету. Все началось с, казалось бы, банального сексуального насилия в парке. Предполагаемый преступник, молодой китаец, позже покончил с собой. И теперь это.


В то время Йохан Косинс собирался заключить крупный контракт с китайской компанией. Какова была связь между Кирой Конингс и событиями, которые развернулись в последние дни? Если он нашел ответ на этот вопрос, то дело почти наверняка было круглым. Но какое, черт возьми, отношение королева красоты имела к контейнерным перевозкам? Он вместе с Версавелом и Ханнелоре направился к дому ужасов, где все еще были заняты люди из отдела технических расследований.


"И?"в самом начале.


Клаас Вермюлен сидел на корточках в гараже. Один из его сотрудников делал снимки с пола.


"Я думаю, у нас есть след", - сказал Вермелен.


Он позволил свету своего фонарика падать на пол под углом.


"Смотри.’


Ван ин неуклюже опустился на колени и стал искать опору рукой, чтобы не потерять равновесие.


"Я ничего не вижу.’


"Я знаю.’


Вермелен достал из нагрудного кармана измерительный прибор и измерил отпечаток.


- Тридцать восьмой размер, - сказал он вполне уверенно.


- Значит, женщина.’


"Мне это кажется правдоподобным.’


- Кира Кингз?


Вермелен покачал головой.


- У жертвы тридцать девятый размер.’


Жена Дэна заявила, что ее муж подобрал кого-то на вокзале. Из In it автоматически предположили, что это был мужчина, но это могла быть и женщина, китаянка. В конце концов, сосед только что заявил, что женщина в машине, вероятно, была китаянкой.


"Может быть, это старая гравюра?’


"Я так не думаю.’


- Спасибо тебе, Клаас.’


Вермелен удивленно поднял глаза. Ван-Ин никогда не обращался к нему по имени, и прошли годы с тех пор, как он в последний раз говорил "Спасибо".


"Я с трудом могу поверить, что женщина способна на такое", - сказала Ханнелоре, когда они снова вышли на улицу.


- Я тоже, но это единственная зацепка, которая у нас есть на данный момент.’


"Тогда нам лучше распространить отчет о расследовании", - сказала она.


"Разумно ли это?’


Они оба посмотрели на Версавела, который стоял, задумчиво теребя свои усы.


Дэн подобрал женщину на вокзале. Значит, она живет не по соседству.’


"Или она приехала из аэропорта", - сказала Ханнелоре, которая поняла, куда хотел отправиться Версавел. "В таком случае птица уже давно улетела.’


"Конечно, все еще есть небольшой шанс, что она останется в стране", - сказал Версавел. "И потом, я думаю, глупо распространять расплывчатое сообщение о расследовании. Если женщина знает, что ее разыскивают, она гарантированно исчезнет.’


"Спасибо тебе, Гвидо, за то, что подарил мне сердце. Если я могу тебе верить, нам лучше сдаться.’


- Питер никогда не сдается, - простонала Ханнелоре.


"Конечно, нет", - улыбнулся Версавел. "Если Ван-ин не идет к горе, гора приходит к Ван-Ину’.


Журналисты часто располагают ценными ресурсами. За свою карьеру Джо Де Райк создал сеть людей, к которым он всегда мог обратиться. У него были информаторы в полиции, а также в политических и финансовых кругах. Обычно он консультировался с ними по довольно банальным фактам, но иногда он также ставил перед ними деликатный вопрос. На этот раз это был чрезвычайно деликатный вопрос. Поэтому он зарезервировал тихий маленький столик в шикарном ресторане, и когда официант подошел принять заказ, он выбрал бутылку дорогого вина.


"А как дети?" - спросил он мужчину, сидящего напротив него.


- Джерун только что закончил предпоследний класс средней школы.


- И каждый из них?


"Эльке сдала вступительный экзамен на стоматолога", - ответил мужчина с подобающей гордостью.


"Это мило", - улыбнулся Рик.


Он не спросил, как поживает жена этого человека. Он знал, что их отношения прекратились, и сейчас было не время придавать разговору мрачный оборот. Предполагалось, что его информатор должен был чувствовать себя комфортно в его шкуре и пить много вина.


"Что вы на самом деле делаете?" - спросил мужчина.


Де Райк наклонился вперед и понизил голос до хриплого шепота.


"Мне разрешено расследовать важное дело, но подробнее я расскажу вам об этом позже.’


Он рассказал несколько анекдотов, чтобы протянуть время. Тем временем он выпил еще одну бутылку вина, крепкого Монтепульчано. Де Райк позаботился о том, чтобы стакан его информатора был вовремя наполнен. Он пил как можно меньше. На закуску они заказали гусиную печенку, а затем турнедос из Ресторана. За кофе они выпили коньяку.


"Я расследую дело о мошенничестве", - сказал он. "И именно поэтому мне нужна ваша помощь.’


Информатор поднял брови. Он работал в крупном банке. При слове "мошенничество" ему стало не по себе.


"Вы знаете, что я связан банковской тайной", - сказал он.


‘ Речь идет об одной детали.


"Что вы называете деталью?’


"У моего босса что-то на этот счет есть", - сказал Де Райк. "Студенты стоят больших денег. Если вы понимаете, что я имею в виду.’


Информатор поднес руку ко рту и подавил зевок. Вино сделало его вялым.


- Конечно, я понимаю, что вы имеете в виду. Вы хотите меня подкупить.’


"Сст’.


Информатор говорил на двух языках. Больше пить было бесполезно. Сейчас или никогда.


"Я хочу получить обзор счета Фредерика Бомбе и сумм, которые финалистки конкурса красоты перевели на этот счет за последние месяцы. Большие суммы’.


- Что вы подразумеваете под крупными суммами?’


- Пять тысяч евро и больше.’


Информатор налил коньяк в свой бокал. Его босс был коррумпирован, и босс его босса, вероятно, тоже. Он был просто мелкой сошкой. Если его ловили, то безжалостно выставляли с проспекта. С другой стороны, ему не помешало бы немного больше.


"Я не говорю, что собираюсь это сделать", - сказал он. "Мне просто любопытно, сколько стоит такая информация.’


- Давай выпьем еще, - предложил Де Райк. ‘ Ладно.


Официант был на месте, как цыпленок. Он вежливо улыбнулся, хотя было уже довольно поздно.


"Ужин на двоих здесь скоро будет стоить двести пятьдесят евро", - сказал информатор. "Умножьте эту сумму на десять, и я ваш человек’.


Райк не облажался. Две тысячи пятьсот евро были больше, чем он ожидал, и намного больше, чем он мог себе позволить. Главный редактор пощекотал бы его, если бы ему предъявили счет.


"Я не могу предложить вам больше тысячи", - сказал он.


- Пусть будет полторы тысячи.’


- Тысяча двести пятьдесят. Я действительно не могу предложить больше.’


Это прозвучало как мольба. Информатор знал, что его нужно забрать или оставить. Тысяча двести пятьдесят или ничего. Вино не утратило своего эффекта.


- Продолжай, - прошептал он.


Рик поднял бокал и сделал глоток. На самом деле он не любил коньяк, но у него был вкус. Побеждать всегда приятно.


Йохан Косинс положил пульт от телевизора на прикроватный столик, посмотрел на свою жену, которая заснула полчаса назад, и выключил свет. Что, черт возьми, происходит? Отчет об убийствах в Зебрюгге глубоко потряс его. Девушка, которую им только что показали, была подозрительно похожа на девушку, которая его шантажировала. Бизнес есть бизнес, но он не хотел иметь ничего общего с убийством. Что ему оставалось делать? Позвонить в полицию и честно во всем признаться? Что бы это дало? Он лег на бок, но заснуть не мог. Фотография убитой девушки продолжала преследовать его. Что на самом деле скрывал мистер Улун Чжан? Какой позор он пытался стереть кровью? Косинс осторожно выбрался из постели и спустился на цыпочках. Со стола еще не убрали. Он налил себе бокал вина и закурил тонкую сигару, чтобы развеять суматоху, мешавшую ему заснуть. Контракт был практически заключен. Больше ничего не могло пойти не так. И все же он не мог просто замять убийство под столом. Он наполнил свой бокал. Алкоголь сделал свое дело. Волнение постепенно улеглось. Третий бокал вызвал у него легкую эйфорию и навел на мысль, что нельзя приготовить омлет, не разбив яиц.


- Йохан.


Он узнал голос своей жены, поэтому крикнул: "Да".


"Что ты делаешь внизу?’


- Выпить, - крикнул он в ответ. - Я сейчас приду.’


Он допил вино и потрусил через гостиную к лестнице, полный решимости что-нибудь предпринять. Больше смертей не допускалось. Ни один контракт не стоил жизни.


OceanofPDF.com


11


Редко случалось, чтобы кто-то отправлял Вану письмо. Не по этому адресу. Кто это сделал? Возможно, преследователь. Молчаливый поклонник. Или это было письмо с угрозами? По крайней мере, его любопытство было задето. Он посмотрел на конверт, который только что вручила ему Саския. Логотипа не было. Письмо было адресовано комиссару In Луи Куазокаи, 8000 Брюгге. Он развернул его. Отправителя нет. Он вскрыл конверт тыльной стороной чайной ложки. На письме не было даты, и под ним не было имени. Он понял это с первого взгляда.


Уважаемый Комиссар,


Я пишу вам анонимно. Надеюсь, вы это понимаете и относитесь ко мне серьезно. Это о Луизе Демистер, которую вы, возможно, знаете. Несколько дней назад она стала почетной дамой на выборах Мисс Фландрия 2009. У меня есть веские причины полагать, что ее жизнь в опасности. Вот почему я призываю вас защитить ее. Если все пойдет хорошо, я смогу дать вам дополнительные объяснения в ближайшем будущем. Все, что я могу сказать вам сейчас, это то, что убийство Киры Конингс было ошибкой, трагическим случаем смены личности. Поверьте мне, комиссар. Это все из-за Луизы Демистер.


С величайшим уважением.


Ван-Ин дважды прочитал письмо, прежде чем отдать его Версавелу. На конверте был штамп Брюгге. Письмо не было распечатано на принтере. Он был напечатан так же, как и конверт. Автор был старомоден или был особенно хорошо осведомлен о самых последних разработках в области исследования следов. В конце концов, принтер можно было отследить по электронному следу, который делал каждое устройство уникальным. Это была трудоемкая работа, но она была возможна.


"Что ты об этом думаешь?’


"Я не думаю, что мы имеем дело с шутником", - сказал Версавел.


- Я тоже. В противном случае он не стал бы писать, что готов предоставить дополнительные объяснения в ближайшем будущем.’


"Судя по его стилю, он учился.’


"Тогда мы можем немедленно устранить Бомбе", - улыбнулся Ван-Ин.


- Журналист?’


"По крайней мере, он пишет четко.’


- Что бы он имел в виду, сказав, что ”все вращается вокруг Луизы Демистер"?


"Я не знаю.’


"Что ты задумал?’


"Я стараюсь делать то, о чем он просит.’


"Или она?’


- Или она, - неохотно признал Ван.


Он достал бумажный пакет из нижнего ящика стола и опустил в него письмо и конверт. На конверте и письме вряд ли можно было найти пригодные для использования отпечатки пальцев, но он не мог позволить себе не отправить письмо в лабораторию.


"Может, мне проверить адрес Луизы Демистер?’


"С таким же успехом мы могли бы позвонить Бомбе", - сказал Ван.


Парковка у пристани для яхт Бланкенберге была довольно переполнена. Светило солнце, и это привлекало людей. Бомбе припарковал свою машину между фургоном и bmw X5. Мужчина в резиновых сапогах и матросском свитере посмотрел на него с вопросительными знаками в глазах. В обычных обстоятельствах то, что кто-то узнал его, тешило его самолюбие, но сейчас он отвернулся и бросился к выходу. Луиза плелась за ним на цыпочках со своим чемоданом на колесиках, который производил невероятный шум. Они прошли по набережной к "Франшоммелану", где на террасах было полно народу. В Бланкенберге это были обычные люди с чемоданами. Большинство квартир служили вторым жильем. Незнакомцы ничем не выделялись, даже если были более или менее знакомы. Квартира, которую Бомбе позаимствовал у друга, располагалась над агентством недвижимости. Они поднялись на лифте на восьмой этаж.


"Здесь тебя никто не найдет", - сказал Бомбе.


Луиза застенчиво кивнула. Газетный репортаж об убийстве Киры не отпускал ее. Она чувствовала себя на десять лет старше. То, что начиналось как захватывающее приключение, грозило превратиться в кошмар.


"Старайся выходить как можно реже. В морозилке полно еды, и есть что выпить.’


Он открыл входную дверь и впустил ее. Квартира была обставлена со вкусом, а из окон открывался прекрасный вид на гавань и польдер. Луизу это оставило совершенно равнодушной. Она выпустила ручку чемодана из рук и подошла к дивану, стоящему у окна. Это все была ее вина. На самом деле, она заслуживала смерти. Она не боялась умереть, она просто не выносила боли.


"Я приеду к тебе через несколько дней", - сказал Бомбе. "Кто знает, может быть, у меня будут еще новости.’


Она ответила кислой улыбкой. Это была его идея шантажировать Коузинс, и он позволил ей сделать грязную работу. Теперь она сидела с печеными грушами. Бомбе был не более чем обычным бабником и жирным спекулянтом. Она позволила увлечь себя, как наивную школьницу. Она должна была знать, что Кира останется его любимицей.


"Со мной все будет в порядке.’


Она позволила поцеловать себя против своей воли. Его рука небрежно скользнула по ее ягодицам, но, к счастью, осталась там.


‘Привет’.


Бомбе стоял на возвышении яхт-клуба и прижимал руку к мундштуку своего мобильного телефона.


"Вы говорите с Гвидо Версавелем. Местная следственная служба Брюгге. Не могли бы вы дать мне номер телефона и адрес Луизы Демистер, пожалуйста?"


- Адрес Луизы, - пробормотал Бомбе, запинаясь.


Зачем парням понадобился адрес Луизы?


"Меня сейчас нет дома", - сказал Бомбе. "Могу я перезвонить тебе позже?’


"Это срочно.’


- Минутку. Список адресов у меня в машине.’


Бомбе знал ее адрес, он заехал за ней домой, но боялся, что флик заподозрит неладное, если он скажет это с непокрытой головой.


"Ваша машина далеко от вас?’


"Нет, я отправляюсь туда прямо сейчас.’


"Тогда я подожду минутку", - сказал Версавел.


По дыханию Бомбе он понял, что тот спешит. Швейцар открыл дверь. Шорох бумаги.


"Она живет в комнатах в Генте", - сказал Бомбе.


Он назвал адрес и номер телефона. Флик сказал "Спасибо" и повесил трубку. Бомба взорвалась. Он позвонил Луизе, рассказал ей, что происходит, и взял с нее обещание, что она не будет подходить к телефону ни при каких обстоятельствах.


- Это для твоей же безопасности, девочка.’


Бомбе старался говорить ласково, хотя и находил эту ситуацию очень раздражающей. Ему не следовало связываться с ней и никогда не обещать ей, что у нее есть шанс стать мисс Фландрия 2009, если она сможет собрать дополнительные средства. Кто бы мог подумать, что китайцы отомстят таким образом?


Дом на Хундельгемсестенвег был разделен на десять небольших студий. там жили только студенты. Луиза не пустила домой, но после четырехкратного звонка они наконец нашли кого-то, кто согласился их впустить. Девушка с длинными вьющимися волосами, одетая в потертые штаны и слишком короткую футболку, подошла открыть. Она удивленно посмотрела на них.


- Мы ищем Луизу, - сказал Ван. - Это срочно.’


"Очевидно, вы не единственные.’


Ван-Ин попытался любезно улыбнуться и спросил, могут ли они зайти на минутку. То, что они были не единственными, кто искал Луизу, встревожило его. Девушка привела их на общую кухню, где стоял стол и около восьми стульев.


"Сначала я подумала, что это студентка", - сказала девушка, когда ван-Ин спросил ее, кто сообщил о Луизе сегодня утром.


- Молодая женщина.’


- Оказалось, что она познакомилась с Луизой, когда гостила в Шанхае.’


- В Шанхае?


- Луиза изучает китаеведение, тебе следует знать.’


Ван-Ин больше не знал, что сказать. Китаеведение. Почему девушка, изучавшая китаеведение, приняла участие в идиотском конкурсе красоты?


- Вы можете описать эту молодую женщину?


"Это тоже была китаянка", - засмеялась девушка. "Высокая, стройная и мускулистая. По моим оценкам, ей около двадцати пяти лет, хотя трудно сказать наверняка, что это азиатка’.


Анонимный автор был прав. Жизнь Луизы была в опасности. Если китаянка была убийцей, она знала свое дело. Она смогла выследить Луизу быстрее, чем она сама. Красная девушка, казалось, поверила, поэтому он в нескольких словах рассказал, что было поставлено на карту. Она была явно шокирована.


"Ты не можешь позвонить ей?" - сказала она с легким упреком.


- Мы позвонили. Она не отвечает.’


‘О Боже мой’.


"В чем дело?" - спросил я.


"Луиза ушла прошлой ночью с мужчиной", - сказала она.


- Китаец?’


- Нет, белый мужчина. Толстая лысая голова в сшитом на заказ костюме. ’


'Bombé.’


"Что ты хочешь сказать?" - спросила девушка.


- Оставь это, - сказал Ван. ‘ По крайней мере, ты благодарен.


- Мне позвать его? - Спросил Версавел, когда они снова оказались снаружи.


"Нет", - сказал Ван. "Я хочу видеть его лицо, когда мы скажем ему.’


Они сели в машину и уехали. Белый фургон, который был припаркован перед студенческим домом с утра, тронулся с места и следовал за полицейской машиной на безопасном расстоянии.


Вопреки тому, что предполагал его образ жизни, Бомбе жил в скромном рядовом доме. Его жена была полной, и было ясно, что она не покупала себе одежду в дорогих бутиках. Она не выглядела очень счастливой, но все равно старалась быть дружелюбной. Ван-Ину стало немного жаль ее. Женщины старше сорока, которые больше не соответствовали идеальному образу таких мужчин, как Бомбе, были оттеснены в сторону, что заставило их пренебрегать собой.


"Мы бы с удовольствием поговорили с вашим мужем", - сказал Ван.


Она колебалась, как будто боялась сказать что-то не то. Фредерик вернулся домой час назад и удалился в свой кабинет, не сказав ни слова. Она знала по опыту, что что-то случится, если она побеспокоит его сейчас, но не могла же она отослать комиссара полиции Брюгге прочь, не так ли?


"Это срочно.’


Теперь она ответила. Она сделала шаг назад и впустила их.


"Минутку", - сказала она.


Она прокралась вверх по лестнице, как пугливый зверек, тихо зовя его по имени. На втором этаже открылась дверь.


"Что это опять?" - услышали они, как Бомбе злобно выпалил.


Когда он спускался по лестнице, на его лице была широкая улыбка. Он протянул руку и энергично пожал ее. Никогда не показывай, что тебе есть что скрывать, это был один из его девизов.


"Чем я могу быть вам полезен, комиссар?" - бодро спросил он.


"Это касается Луизы.’


"Разве ее нет дома?’


"У меня нет времени на ерунду, Бомбе. Вчера ты сам ездил за ней. Где она?’


"Я не знаю.’


"Вы отрицаете, что ездили за ней вчера?’


"Я, конечно, не отрицаю этого", - ответил Бомбе, качая головой. "Я просто не знаю, где она.’


"Куда вы ее отвезли?’


Бомбе было дано достаточно времени, чтобы придумать приемлемую ложь.


‘ Я подбросил ее до Южного вокзала в Брюсселе. Если я правильно понял, она хотела погулять с подругой несколько дней.


Он заглянул туда взглядом оттуда-ты-должен-это-сделать. Никто не мог заставить его ни в чем. Он тщательно стер все следы.


- Ты знаешь, куда она пошла?


"Она этого не говорила.’


Ван Ин осмелился поспорить на свой дом, что Бомбе лжет. Однако у него не было никаких законных средств оказать на него давление. И это действовало ему на нервы, потому что он не мог Бомбить с воздуха.


"Вы часто играете за "такси"?"


"Что ты имеешь в виду?’


"Милосердные люди редки в наши дни, мистер Бомбе. Луиза живет в Генте. Если бы она хотела поехать в Брюссель, она все равно могла бы сесть на поезд. Для этого ей не нужны ваши услуги. Или мне следует представить это по-другому?’


Бомбе одним взглядом убедился, что его жены поблизости нет. Его губы сжались в тонкую линию. Глаза смотрели сердито.


- Я не обязан понимать ваши намеки, комиссар.’


- Нет, но я хочу, чтобы ты не спускал с меня глаз.’


Ван-Ин достал из внутреннего кармана визитку и протянул ему.


"Ты всегда можешь позвонить мне, если передумаешь", - сказал он.


В буфете вокзала Синт-Питерс в Генте было приятно многолюдно. Большинство путешественников спешили. Они быстро выпили по чашечке кофе, прежде чем отправиться на платформу или полистать газету. Другие, кому пришлось дольше ждать поезда, отведали "трапписта" или перекусили. Это было идеальное место для того, кто не хотел выделяться. Джо Де Райк сидел поближе к двери, откуда мог за всем наблюдать. Его осведомитель прибыл на пять минут позже, чем они договаривались.


"Они почти поймали меня", - нервно сказал он.


Он сел и достал из портфеля конверт. Райк поднял руку, спрашивая, что он хочет выпить.


"Главное, что они тебя не поймали", - приветливо сказал он.


"Ты никогда больше не должен спрашивать меня о подобных вещах.’


"Никто никогда не узнает, что ты сделал это для меня", - прошипел Рик.


Он положил конверт во внутренний карман и отхлебнул вина.


’Наибольшую сумму получила некая Синтия Брауэрс", - сказал информатор. "Ее вклад превосходит все остальные. Следующей идет Луиза Демистер. Кира Конингс на восьмом месте. Вы можете прочитать все это в стенограммах.’


- Тогда Синтия Брауэрс должна была выиграть конкурс красоты.’


"Как обычно.’


- Десятки, - сказал Рик.


Он годами подозревал, что Бомбе жульничает с телеголосованием. Копии банковских выписок были доказательством его правоты, но было кое-что еще более важное. Почему Кира Конингс, собравшая гораздо меньше денег, победила на выборах? И имела ли ее победа какое-либо отношение к тому факту, что днем позже она была зверски убита? Была ли связь между убийством и тем фактом, что на нее напал китаец в парке? Все это немного сбивало с толку. Может быть, ему лучше нанести визит Бомбе и поделиться с ним своими находками.


‘ По крайней мере, ты мне благодарен.


Осведомитель кивнул.


"У меня все еще есть кое-что от тебя слишком хорошее", - прошептал он.


Де Райк достал из другого внутреннего кармана белый конверт и протянул его через стол. Осведомитель вскрыл его, бегло проверил содержимое, но деньги пересчитывать не стал.


Небо было серым. За окном проплывали чайки. Луиза выключила телевизор и посмотрела на улицу, на стройные парусные яхты, покачивающиеся на воде. Вот она и сидела, запертая и отгороженная от внешнего мира, потому что Бомбе запретил ей включать мобильный телефон. "Это маленькая хитрость, чтобы выследить тебя таким образом", - сказал он. Сначала она поверила ему, но теперь начала сомневаться. Она резвилась по комнате, листала старый журнал и, наконец, приняла душ, чтобы скоротать время. Когда она вернулась в гостиную, не прошло и двадцати минут. Она глубоко вздохнула и плюхнулась на диван. Она могла заснуть. Прошлой ночью она не сомкнула глаз. Каждый раз, когда она собиралась заснуть, ее пугал странный звук. Она пять раз проверяла пожарную лестницу и столько же раз выглядывала через сетку наблюдения на входной двери, чтобы посмотреть, нет ли кого-нибудь у двери. Она была почти уверена, что ее найдут и убьют. Зачем еще терпеть? Она надела пальто и направилась к входной двери. В последнюю минуту она передумала. Беспокойство терзало ее живот, пока он не начал болеть, а она не могла выносить боль. Однажды ночью она поехала в больницу, потому что обожгла палец сигаретой. Она не могла представить, что с ней сделают, если найдут. Боль в животе усиливалась с каждой минутой. Ее затошнило. Она перевернула аптечку в ванной, но не нашла обезболивающего. Прошло двенадцать минут. В буфете бара стояла еще одна недопитая бутылка виски. Она налила стакан и выпила все залпом. От второго стакана на ней завязался галстук. Она в оцепенении упала рядом с диваном, а потом все вокруг почернело.


Было почти пять часов, когда Версавел припарковал машину. Он был рад, что смог выйти, потому что Ван-Ин курил всю дорогу. Тот факт, что он не смог взять в руки Бомбе, немало беспокоил его.


"Я думаю, что завтра я собираюсь прикоснуться к этому Улонг Чжану", - сказал он, когда они поднимались по лестнице.


Версавел знал, что переубеждать Ван-Ина нет смысла, но все равно попытался.


"И потом", - сказал он. "Улун Чжан - уважаемый бизнесмен. Если он имеет к этому какое-то отношение, грязную работу за него сделает кто-то другой. Кроме того, не забывайте о том, что поставлено на карту. Все указывает на расплату.’


"Расплата", - усмехнулся Ван. "Тогда объясни мне, какая роль была у Киры Конингс?’


"Если бы мы знали это, вопрос был бы решен немедленно, Питер. Нам лучше спросить себя, какую роль играет Луиза Демистер.’


- Возможно, они наняли ее в качестве переводчицы.’


"На этом уровне студенты не привлекаются’.


- Может быть, она услышала что-то, чего ей лучше бы не слышать.’


"Кто знает", - вздохнул Версавел.


Они поднялись на лифте на третий этаж и прошли по коридору к комнате 204, где Саския приветствовала их загадочной улыбкой.


"Я только что получила хорошие новости", - сказала она. "Из посольства Бельгии в Пекине. Один из их сотрудников знал Ян Юньсяна.’


- Китаец, который покончил с собой.’


Она с энтузиазмом кивнула.


"Никогда не угадаешь", - сказала она. "Раньше он работал на Улонг Чжана.’


"Что было раньше?’


Саския потянулась к листу бумаги, на котором все записала.


"До июля прошлого года", - сказала она. "Заслужила ли я поцелуй сейчас?’


Она встала перед ним, покачивая бедрами.


- ты заслужила больше одного, девочка. Иди сюда.’


Он крепко обнял ее и дважды поцеловал в обе щеки.


Луиза больше не могла этого выносить. Стены, казалось, рушились на нее. Серое небо повергло ее в депрессию. Она закурила сигарету, встала перед окном и посмотрела вниз. Группа пожилых людей прогуливалась вдоль гавани. Она подумала о Бомбе. Почему она доверилась ему? Ублюдок. Он думал только о себе. Ей здорово врезали. К счастью, у нее все еще был чек. Она вышла в коридор, надела пальто и вызвала лифт. Спустившись вниз, она включила свой мобильный телефон. Кому она могла позвонить? Кому она могла бы передать свои страдания? Она вошла в пивной ресторан и села за стойку. Официант, крупный парень с темными глазами и короткими черными волосами, спросил, что она хочет выпить.


"Налей мне виски с колой", - сказала она.


Посетителей было немного, а Луиза была довольно симпатичной девушкой. Поэтому официант воспользовался своим шансом.


‘ Вы здесь в отпуске? - спросил он.


"Что ты называешь отпуском?’


За свою карьеру официант познакомился со многими людьми. Он быстро узнал одинокую недовольную женщину.


"По крайней мере, ты не отсюда", - сказал он.


"Сэр, вероятно, психолог", - заметила она шампер.


Реакция не заняла и секунды.


"Нет, я не женат", - ответил официант.


Она подняла глаза. Он не был красивым мальчиком, и у него был мягкий, почти справедливый взгляд.


"Ты пытаешься украсить меня? Она улыбнулась.


Он с надеждой посмотрел на нее. В наши дни девушки знали, чего хотят. Прямой подход обычно оказывался успешным.


"Через час моя служба закончится. Не хотите ли чего-нибудь выпить?’


На самом деле это не было похоже на вопрос. Он был почти уверен, что она скажет "да". Он подумал, не сказать ли ему уже, что у него есть квартира на некотором расстоянии отсюда, но, возможно, для этого было еще слишком рано. Он взглянул на нее краем глаза. Она кивнула.


"Как тебя зовут?’


‘ Том. А ты?


"Луиза’.


Контракт был подписан через несколько дней. Если она сможет спрятаться с ним на это время, ей больше не придется считаться с Бомбе. Она отпила из своего бокала и достала сигарету из пачки.


"Жизнь полна сюрпризов", - сказала она.


- К счастью, - рассмеялся Том.


По ресторану разнесся приятный запах жареного мяса. Господин Улун Чжан сидел в одиночестве за маленьким столиком. Он все еще работал над закуской: карпаччо из морских гребешков.


"Я не помешал?’


Улун Чжан видел, как Ван Ин вошел, но притворился, что ничего не заметил. Он ожидал его раньше.


"Садись.’


Китаец сделал приглашающий жест, отложил столовые приборы и вытер тонкие губы салфеткой. Его лицо не выражало никаких эмоций. Ван-Ин взглянул на свои ухоженные руки. Бизнесмены прятались за маской, что затрудняло их понимание. Китайские бизнесмены были очень похожи на сфинксов. Единственной мягкой чертой в г-не Улонг Чжане были его руки.


‘Я директор In’.


"Я это знаю.’


Улун Чжан также знал, что комиссару был дан строгий приказ не допрашивать его. Тот факт, что он осмелился это сделать, делал ему честь. Более того, ему нечего было бояться. Он был неуязвим, контракт был слишком важен.


"Я не хочу беспокоить вас, мистер Улонг Чжан", - сказал ван. "И я не могу заставить вас отвечать на мои вопросы, но вы оказали бы мне большую услугу, если бы сделали это. Это один из ваших бывших сотрудников.’


‘ Ян Юньсян.


‘В самом деле’.


"Я больше не имею ничего общего с этим человеком", - сказал Улонг Чжан. "Он давно у нас не работает.’


‘ Он ушел в отставку по собственной воле или вы его уволили?


Вопрос прозвучал немного грубо, особенно для китайца, но ничто не указывало на то, что Улонг Чжан был обеспокоен этим. Он взял вилку и наколол на нее кусочек устрицы с гребешком. Ван-Ину даже показалось, что он улыбается.


- Человека в моем положении это не волнует, комиссар.’


Он не признавал этого и не отрицал. Дальнейшая настойчивость не имела смысла. Лучшего ответа он бы не получил.


"У вас есть какие-нибудь предположения, почему ваш бывший сотрудник оказался в Брюгге?’


"Почему я должен иметь какое-либо представление, комиссар? У меня работают тысячи людей. Они приходят и уходят. ’


- Вы не были знакомы с ним лично?’


"Ян Юньсян был обычным рабочим.’


Легкое раздражение в его голосе было красноречивым. На своем посту Улун Чжан не общался с обычными служащими. Из "Внутри" лучше было перекинуть это через другой лук.


"Как вы думаете, возможно ли, что он работал на конкурирующую компанию?’


- В качестве шпиона?’


"Такие вещи случаются", - сказал Ван.


Улун Чжан кивнул. Полиция зашла в тупик.


Казалось, что правда будет скрыта навсегда. У его сотрудников полностью закончился контракт, и, за исключением ряда мелких проблем, все, казалось, было в порядке. Если Панда доведет свое задание до успешного завершения, ничто не помешает подписанию контракта. После этого все будет так же, как и раньше.


- Могу я предложить вам бокал вина, комиссар?


Он взглянул на часы. Было еще рано.


"Почему бы и нет?" - вздохнул он.


Он сделал все, что мог. Впервые в своей карьере он был вынужден признать, что потерпел неудачу. Оставалось слишком много вопросительных знаков. Если ему не удастся разыскать Луизу или таинственного автора письма, все вопросы останутся без ответов. Злобный.


Спектакль был окончен. Джо Де Райк снял очки и потер глаза. Он долго думал об этом и несколько раз звонил главному редактору, пока работал над этим. Ему не нравились статьи в условном наклонении, и он старался избегать слов ‘возможно" и ‘анонимный источник’, но иначе и быть не могло. Если он этого не сделает, это сделает окончательный редактор. В конце концов, это был не первый случай, когда газета Бомбе привлекалась к ответственности за клевету. Он выключил компьютер и спустился вниз. У него оставалось два часа до истечения крайнего срока.


"Что еще ты собираешься делать?" - спросила его жена, когда он обувался.


- Подыши свежим воздухом. Я вернусь через час.’


Бомбе жил в нескольких минутах ходьбы от его дома. Может быть, им лучше поговорить друг с другом, прежде чем он отправит статью. На улице было тихо. Большинство людей сидели дома, смотрели телевизор или общались в Интернете. Сегодня они больше ничем не занимались. В душных комнатах, не смыкая больше глаз. От этого тошнит. Свежий вечерний воздух пошел ему на пользу. Он приложил к этому много усилий. ‘Черт возьми’.


Он выругался про себя, когда свернул на улицу, где жил Бомбе, и увидел, как тот уезжает со своей женой. Он предположил, что это его жена, потому что на пассажирском сиденье была женщина, но когда он увидел, что внутри горит свет, все равно позвонил. Никто не пришел открывать. Даже когда он ударился о стекло.


OceanofPDF.com


12


Ван-ин лег рядом с Ханнелоре и позволил своим крючковатым пальцам скользнуть по ее спине. Она тихо застонала. Все еще ворчала. Секс делал жизнь приятнее. Человек становился спокойнее. Они оба только что испытали это на собственном опыте.


"Нам нужно делать это чаще", - сказала она.


"Я тоже так думаю.’


Тепло ее тела заставило его снова кивнуть. Время, казалось, остановилось. Именно так он представлял себе вечность. К счастью, на улице все еще было темно. У них еще было время. На этот раз в его голове было пусто. Была только комната и Ханнелоре. И сияние ее тела.


"Mamaa, mamaa... Где ты?’


Резкий голос Сары прорвался сквозь ее сон. Он сдулся, как воздушный шарик, и растворился в полумраке. Она проснулась и потрясла себя за плечо. Одного взгляда на будильник было достаточно. Они проспали.


"Мама идет", - крикнула она в ответ.


Она сбросила пуховое одеяло, вскочила с кровати и поспешно набросила халат, лежавший на полу рядом с ней. Ван-ин зарычал, как животное, потревоженное от зимней спячки. Он попытался откинуть одеяло, но его руки были слишком короткими. Она посмотрела на его обнаженное тело. Он лежал на боку, задрав ноги. Беспомощный, как ребенок. У него за плечами была адская неделя. Вот почему она ушла от него.


"Папа скоро приедет", - сказала она, когда дети спросили, где он остановился.


Тем временем она сварила кофе, вскрыла упаковку фруктового сока для питья и достала из холодильника джем и намазанный сыр. Настоящая жизнь началась снова. Папа появился за завтраком в двадцать восемь. Он не выглядел свежим, но был в прекрасном настроении, что редко случалось по утрам.


"Кофе, милая?’


Он кивнул. Его пачка сигарет была в шкафу. Он оставил их, когда увидел ее, стоящую в профиль, хотя ему ужасно хотелось закурить. Ее пышный живот был единственным запрещающим знаком, который он уважал.


"Гвидо уже здесь", - сказала она, когда раздался звонок в парадную дверь. "Ты хочешь открыть?’


Она поливала кукурузные хлопья молоком. Ван-Ин отреагировал быстрее, чем обычно. Она была права. Секс делает человека более жизнерадостным.


- У нас есть время, Гвидо. Не хотите ли чашечку кофе?’


Версавел сначала поцеловал детей, а затем Ханнелоре. Он одобрительно посмотрел на нее. Она не выглядела в неглиже, ее волосы все еще были растрепаны, и она еще не накрасилась, но она оставалась самой красивой женщиной, которую он знал. Он взял стул и сел рядом с Ваном.


"Ты помнишь того репортера из газеты?" - спросил он.


Ван-Ин пожал плечами. С чего бы ему вспоминать журналиста? Журналист для него был синонимом лаваша, занозы в заднице.


"Я должен помнить этого парня?’


"Прошлой ночью он позвонил дежурному офицеру охраны", - сказал Версавел. "Он хотел поговорить с вами.’


- По поводу чего?


"Я не знаю. Они не дали тебе твой номер.’


Ван-Ин сделал глоток кофе и откусил кусочек намазанного маслом тоста с сыром.


"Так и должно быть", - сказал он.


"Он перезвонил полчаса назад", - сказал Версавел. "Это по поводу бомбы.’


Джо Де Райк позвонил главному редактору, и тот сказал, что ему лучше оставаться на месте. "Никогда не знаешь наверняка", - добавил он. Полицейская машина свернула на улицу без пяти десять. Он был рад, что они были там, но, с другой стороны, он также немного боялся, что выставит себя на посмешище. Тот факт, что свет в доме Бомбе все еще горел и что никто не открыл дверь, когда он позвонил, не доказывал, что происходило что-то серьезное.


- Доброе утро, комиссар.’


Изнутри пожали ему руку. Версавел, как обычно, оставался на заднем плане.


"Ты уже пробовал им позвонить?’


Это был глупый вопрос, но с журналистами никогда не знаешь наверняка. Он должен был сделать это сам, прежде чем они покинули Брюгге. К счастью, ответ на вопрос был положительным. Де Райк пытался дозвониться Бомбе как по своему стационарному, так и по мобильному телефону.


"Зачем он тебе понадобился?’


"Я хотел показать ему несколько цифр.’


Де Райк сказал, что он узнал, что выборы мисс Фландрия 2009 прошли несправедливо, что Бомбе жульничала с текстовыми сообщениями и что Киру Конингс никогда не следовало избирать.


- Синтия Брауэрс перевела самую крупную сумму на его счет.


- И та, кто соберет больше всего денег, автоматически становится мисс Фландерс.


- Бомбе позаботится об этом.’


"Тогда Кира Конингс была второй", - сказал Ван.


‘ Нет. Это была Луиза Демистер. Кира была восьмой.


- Десятки.


Он закурил сигарету. Анонимный автор был прав. Все вращалось вокруг Луизы Демистер, девушки, которая теперь бесследно исчезла. Стало ясно, что убийца ошибался.


"Есть кое-что еще", - сказал Де Райк. Луиза Демистер внесла свой последний и самый крупный взнос только на прошлой неделе. Пятьдесят тысяч евро. ’


"Это действительно может иметь значение.’


Ван-Ин затянулся сигаретой. У него не было особого желания прибегать к помощи местной полиции. Он просто не любил подглядывающих. Заявлять на слесаря в одиночку, без ордера на обыск, было рискованно и неразумно, поскольку доказательства, которые он получил таким образом, ничего не стоили. Он посмотрел на ряд домов. Она немного напомнила ему улицу, на которой раньше жила его бабушка. Все дома были похожи друг на друга.


"Может быть, соседи смогут нам помочь", - сказал он.


Они перешли улицу и позвонили одному из соседей. К ним, широко зевая, подошел угрюмый мужчина лет сорока пяти с высоким лбом и в поношенных джинсах. Он явно не надолго проснулся.


"Мы из полиции", - сказал Ван. "Но вам не о чем беспокоиться. Нам просто нужна кое-какая информация", - добавил он с натянутой улыбкой.


Мужчина подозрительно посмотрел на них. Не нужно было быть гуманистом, чтобы понять, что у него не было много общего с полицией.


- Полагаю, у вас есть сад? - спросил ван-Ин.


Подозрение на его лице сменилось удивлением. Что, черт возьми, этому парню нужно было знать о своем саде?


"Вы действительно из полиции?’


Он узаконил себя. Мужчина посмотрел на карту, но ничего не сказал. Он не мог читать без очков.


"Что тебе нужно знать о моем саде?" - спросил он.


"Я хочу увидеть его. Мы можем зайти на секунду?’


Мужчина не возражал. У него еще оставалась пара неоплаченных штрафов и он уже был рад, что пришли не за этим.


Сад был диким. Трава доходила до щиколоток, а кусты срочно нуждались в подрезке. И здесь воняло гниющей растительностью. Кирпичная стена отделяла сад от сада в Бомбее.


"У вас есть лестница?’


Мужчина не спросил, зачем Вану понадобилась лестница. Он скользнул к полуразрушенному сараю в глубине сада и вернулся с деревянной лестницей, вторая перекладина которой была сломана.


- Что ты собираешься делать? - Спросил Версавел, когда Ван вставил его в стремянку у стены.


- Загляни в соседнюю дверь, конечно.’


"Разумно ли это?’


Ван-Ин страдал боязнью высоты и был не очень проворен. Если бы с ним что-то случилось, Ханнелоре обвинила бы его, поэтому Версавел решительно оттолкнул своего друга в сторону и забрался по лестнице сам. Сад Бомбе был образцом порядка и чистоты. Лужайка была размером в миллиметр. Цветочные клумбы были аккуратно выровнены и без сорняков. Там была беседка и копия старинного колодца. Сад, как и интерьер, многое говорит о его обитателе.


В данном случае сад было трудно ассоциировать с таким ярким светским человеком, как Бомбе. Версавел сел верхом на стену, подтянул лестницу и установил ее по другую сторону стены.


- Ты что-нибудь видишь? - нетерпеливо крикнул фром.


‘Нет’.


К заднему фасаду было пристроено крыльцо, и, как это обычно бывает, раздвижная дверь крыльца не была заперта.


‘ Алло. Есть здесь кто-нибудь?


Версавел остался стоять в дверях. Когда ответа не последовало, он позвал снова. На веранде стояли пластиковый стол, четыре стула и витрина с клетчатыми занавесками. Большую часть пространства занимали растения. Версавел осторожно пробрался сквозь джунгли, взялся за щеколду и медленно опустил ее. Ему повезло. Задняя дверь тоже была открыта. Кухня была готова. Пол блестел, и в воздухе витал аромат лимона. Однако в коридоре его ждал зловещий сюрприз.


- И? - спросил ван-ин, увидев, что голова Версавела появилась над стеной.


"Она мертва.’


"Убит?’


"Ее мозг бродит где-то поблизости.’


Он спустился, вернулся и открыл входную дверь, чтобы они тоже могли войти. Жена Бомбе лежала на спине в большой луже свернувшейся крови. Ее неподвижные глаза смотрели в никуда. Не нужно было быть судмедэкспертом, чтобы определить причину смерти. В ее черепе была большая дыра. Ван-Ин отвернул голову. Неприятный образ остался запечатленным на его сетчатке. Его желудок сжался, и ему стоило большого труда не подавить рвотный позыв.


"Она была застрелена с близкого расстояния", - сказал Версавел. "Вероятно, когда она открыла входную дверь’.


Джо Де Райк тайком сфотографировался на свой мобильный телефон, прежде чем подойти ближе. У него больше никогда не было такой возможности. Главный редактор был бы доволен.


"Я позвонил в местную полицию", - сказал Версавел. "Они немедленно выслали наряд.’


Ван-ин кивнул, вышел и закурил сигарету. Тошнота медленно отступала. Он попытался мыслить ясно. Убийца ничем не рисковал. Она умело устранила всех свидетелей, даже миссис Бомбе, которая, вероятно, не знала, о чем идет речь, должна была на это купиться. Тогда почему она пощадила Бомбе? Потому что он знал, где скрывается Луиза Демистер? Он не мог придумать никакой другой причины, по которой китайцы пощадили его. Это была горькая пилюля, но при существующем положении вещей было весьма вероятно, что и Бомбе, и Луиза мертвы. Вскоре не осталось никого, кто мог бы рассказать ему, что происходит. Кроме, может быть, миссис Дэн.


- Гвидо.


"Да, босс’.


- Позвони дежурному офицеру и скажи ему, чтобы он как можно скорее отправил несколько человек в "Голубой лотос".’


Легкий грузовичок с рольставнями на боку осторожно остановился перед домом Бомбе. Из него вышли трое мужчин и женщина. Они надели белые пластиковые комбинезоны. Женщина, по-видимому, главная, подняла одну из створок и достала металлический чемодан из грузового отсека легкого грузовика.


"Меня зовут Лидия Вромман", - представилась она. "Технические исследования Кортрейка’.


Ее голос звучал неприятно, и вид у нее тоже был не особенно веселый.


"Хорошему слушателю достаточно половины слова", - пошутил Ван-Ин, который слишком хорошо понимал, что она скорее потеряет его, чем разбогатеет. И на самом деле, он не мог винить ее. Криминалистика приобретала все большее значение в раскрытии преступлений. Было бы обидно, если бы он запутал следы на месте преступления.


"Прекрасно", - сказала она.


Ее губы едва шевелились. Ван-Ин с поклоном выбросил сигарету на проезжую часть.


- А пока мы осмотрим первый этаж. По крайней мере, если ты не возражаешь.’


- Вы делаете то, с чем не можете помочь, капитан. При условии, что ты останешься за периметром, пока мы не закончим.


"Без проблем", - сказал Ван. "Мы вернемся.’


Письменный стол Бомбе на втором этаже был образцом порядка и чистоты. Бумаги были аккуратно сложены, компьютер выглядел совершенно новым, хотя и был старой модели, а папки-кольца на полке были расставлены в алфавитном порядке. Над столом, который выглядел довольно внушительно, висело заклинание в рамке. Семпер Лаборозиус настаивал. С двух заглавных букв. Ван-Ин ненавидел людей, которые писали с заглавной буквы каждое слово, которое считали важным, но он и не ожидал ничего другого от такого человека, как Бомбе. Семперу Лаборозиусу, всегда трудолюбивому, это казалось заклинанием со стороны того, кто ждал дворянского титула.


‘По крайней мере, он не сильно рыгает", - сказал Версавел.


В руке он держал папку с банковскими выписками. Остаток средств на счете bvba "Выбери или проиграй" составлял более трехсот тысяч евро. С деньгами, которые были на различных частных и сберегательных счетах, они составили почти полмиллиона евро. А потом были инвестиции.


- У него есть еще какая-нибудь собственность?


В папке "Налог на недвижимость" они нашли только документы и квитанции об оплате, которые относились к дому, в котором они сейчас находились. Бомбе, очевидно, любил деньги больше, чем кирпичи.


"Де Райк, по крайней мере, прав", - сказал Версавел.


Он показал Вану блокнот, в котором Бомбе скрупулезно записал все вклады финалисток конкурса "Мисс Фландрия" 2009 года. Большинство из них были найдены в банковских выписках. Те были написаны красными чернилами, другие Бомбе записал черной ручкой. Объяснение этому было очевидным: суммы, выделенные красным, были официальными, остальные - черными. Когда чуть позже они обнаружили стенной сейф, они знали, где Бомбе хранил свои черные деньги. Компьютер, однако, не раскрыл своих секретов. Все файлы были защищены паролем.


"Посмотри на это.’


В картотечном шкафу стояли десятки коробок с газетными вырезками. Версавел просмотрел некоторые из них. Все они были о выборах мисс Фландрии прошлых лет. Бомбе появлялась почти на каждой фотографии.


"Он был тщеславен", - сказал Ван.


"Что?’


Он закурил сигарету. Бомбе, вероятно, отвел Луизу в тайное место, и убийца каким-то образом узнал об этом, и Де Райк видел, как он уезжал прошлой ночью в компании женщины. Было бы чудом, если бы обидчик был сейчас жив.


"Я думаю, он мертв", - сказал он. "Чего, черт возьми, стоят четыре жизни?’


- Пять, - поправил Версавел. - Ты забываешь о молодом китайце.’


"Это было самоубийство.’


- Смерть есть смерть, Питер.’


- Да, но убийство есть убийство.’


"Ты всегда должен быть прав..."


Версавел резко оборвал фразу. Он наклонился и поднял конверт, который стал виден, когда он сдвинул коробки.


"Нашел что-нибудь?"


В конверте были несколько фотографий и записка. Снимки не оставляли места для воображения. Бомбе обнажен перед зеркалом, а Кира в зеркальном отражении позади него. Она тоже обнажена. Текст был лаконичным: если я не выиграю, ты увидишь фотографии мадам. С любовью, Кира.


"Женщины - трусливы", - сказал Ван.


"Ханнелоре была бы рада это услышать.’


‘ Ладно. Тогда несколько женщин.


По крайней мере, теперь они знали, почему Кира Конингс выиграла конкурс красоты, но это была несущественная деталь. Ее убили не из-за этого.


Луиза потянулась и посмотрела на молодого официанта, лежащего рядом с ней. Он все еще мирно спал, и она это понимала. Прошлой ночью он сделал все, что мог. Она отбросила одеяло и гибко встала с кровати. Ее одежда валялась на полу. Она потянулась и пошла – она поймала себя на том, что почти прыгает - в ванную. Бесплатная вечеринка изгнала мышей. Она почувствовала себя цыпленком. И в безопасности. Горячая вода в душе вернула ей ощущение полного благополучия. По телу пробежали мурашки. Запах мыла и шампуня придал ей свежести.


‘Черт возьми’.


Она мысленно выругалась. Вчера все произошло так быстро, что она забыла взять свой чемодан. Теперь она стояла здесь без чистого белья.


"Детка.’


Она наклонилась и поцеловала его. Он не пошевелился, даже когда она просунула руку под одеяло и погладила его низ живота. Не волнуйся. Она быстро надела грязную одежду, взяла ключ, который все еще был на входной двери, и тихо выскользнула. Пожилая женщина в лифте посмотрела на нее, но не сказала ни слова. Она знала репутацию официанта. Луиза любезно кивнула, выходя. Она никого не встретила на улице, но это было недалеко. Она вошла в лифт и нажала кнопку. Когда она вставила ключ в замок, то поняла, что что-то не так. Дверь была не заперта, хотя она была уверена, что вчера дважды поворачивала ключ. Стеклянная дверь в гостиную была открыта. Она не закричала, когда увидела лежащего Бомбе. Она также не сделала никакой попытки помочь ему. Все, что она сделала, это доковыляла до спальни, схватила свой чемодан и вышла, прижав руку ко рту. Проезжающая машина напугала ее. Она съежилась, когда мужчина за рулем улыбнулся ей. Здесь меня никто не увидит, в отчаянии подумала она. Они знают, где я. Что мне делать? Они убьют меня. Она чуть не споткнулась о отклеившуюся плитку. Ее руки дрожали, когда она открывала входную дверь. Лифт. Что делал лифт на девятом этаже? Она нажала кнопку три раза подряд. Прошла целая вечность, прежде чем он начал тонуть. Она отсчитывала секунды, тревожно оглядываясь по сторонам. Наконец. Дверь скользнула в сторону. Она вскрикнула. Мужчина в лифте посмотрел на нее.


"Тебе не нужно бояться, девочка", - сказал он. "Я действительно не причиню тебе боли.’


Она оттолкнула его в сторону. Чемодан, который она несла с собой, потерся о его ногу. Мужчина покачал головой и продолжил свой путь.


"Просыпайся.’


Она грубо потрясла его за плечо.


"Просыпайся, черт возьми.’


Том открыл глаза и в замешательстве посмотрел на нее. Зачем она надела свою одежду и почему у нее был с собой чемодан? Она уже хотела уехать?


"Случилось что-то ужасное", - всхлипывала она. "Ты должен мне помочь.’


‘Тихо’.


Усталым жестом он отбросил одеяла, протер глаза и сел на край кровати. Затем она села рядом с ним и, рыдая, прильнула к нему. Он довел ее до слез, нежно поглаживая по спине. Девушкам лучше доводить тебя до слез, и ты никогда не должен создавать у них впечатление, что не воспринимаешь их проблему всерьез. Немного внимания может творить чудеса.


"Просто скажи мне, что не так", - сказал он, понимая.


Вполне могло случиться так, что она увидела паука или что кто-то сделал неверный комментарий по поводу ее одежды.


Она выпрямила спину и посмотрела на него полными слез глазами.


- Они убили его, - всхлипнула она.


"Кого они убили, детка?’


'Bombé. Он мертв в соседней квартире.’


- Ты ведь ничего не проглотил, правда?


Когда-то он знал девушку, которая принимала наркотики и у которой были галлюцинации, если она принимала не то. Луиза выглядела чистой, но человек никогда не узнает об этом. Прошлой ночью она вела себя довольно дико и вытворяла с ним такие вещи, на которые большинство девушек обычно не пошли бы, если бы не были под воздействием алкоголя. Он обнял ее за плечи, но она оттолкнула его.


"Тогда пойдем, если ты мне не веришь", - ответила она довольно сердито.


"Зачем кому-то понадобилось убивать Бомбе?’


Он знал этого человека по телевизору и читал о нем в популярном еженедельнике.


"Потому что они хотят меня.’


- Извини, детка, но теперь я ничего не понимаю.’


Он снова обнял ее за плечи. На этот раз она позволила ему взять себя в руки. Ее тело дрожало. Он чувствовал, как бьется ее сердце у нее на шее. Им овладело чувство неловкости. Предположим, она была права. Ему не разрешалось думать об этом.


- Пойдем со мной в соседнюю дверь.’


Она умоляюще посмотрела на него. Ее влажные глаза, казалось, загипнотизировали его. Он перевел взгляд на ее грудь, которая медленно поднималась и опускалась. Если он бросит ее сейчас, она может в гневе убежать, и он никогда больше не почувствует тепло ее тела. Похоть, которую ей почти удалось утолить, медленно возвращалась.


‘ Ладно. Я иду с тобой.


Закрыто по обстоятельствам, было написано на бумажке, которая была прикреплена скотчем к входной двери.


"Они стараются изо всех сил, но никогда не научатся", - сказал Ван. "Спорим, дверь не заперта?’


Он навалился плечом на дверь и отодвинул щеколду. Он был прав. Дверь открылась и включила висящий над ней звонок. Столовая была погружена в уютный полумрак. Столы были накрыты, а стулья аккуратно расставлены. Их ноги утопали в толстом огненно-красном ковре. В боковую стену был встроен аквариум с разноцветными рыбками и пагодой среди вьющихся зеленых водных растений. На другой стороне висела большая гелиогравюра с изображением пейзажа с водопадом. Госпожа Дэн сидела в глубине ресторана. Она пила чай. Рядом с ней лежала китайская газета.


"Добрый день, миссис Дэн. Позвольте мне сначала выразить наши соболезнования в связи со смертью вашего мужа.’


Она грустно улыбнулась. Жители Востока смотрят на смерть иначе, чем жители Запада. Ее взгляд уже был устремлен в будущее.


"Жизнь - не более чем песчинка на ладони ребенка", - сказала она с мечтательным видом. "И дети могут быть капризными’.


Ван-Ин не стал спрашивать, что она имеет в виду. Он вежливо улыбнулся и спросил, могут ли они присесть за ее столик. Госпожа Дэн кивнула и быстро пошла за двумя чашками.


"Это о той китаянке, которая приехала встречать вашего мужа на вокзале", - сказал ван. "У нас есть веские доказательства того, что она убила вашего мужа. ’


Госпожа Дэн наполнила чашки. Люди из полиции тем временем узнали бы, что ее муж жил выше своих стандартов. "Голубой лотос" приносил достаточно денег, чтобы прилично жить, но недостаточно, чтобы купить на них четыре дома. И потом, они еще не знали и половины суммы. Она сама была шокирована, когда увидела банковские выписки.


"Почему она убила моего мужа?’


- Возможно, ваш муж знал что-то, о чем ему лучше не знать.’


Полицейский забивал гвозди головками. Ее мужу никогда не следовало доверять Улун Чжану. Он никогда не должен был говорить ему, что Ян Юньсян все рассказал. Но да, он все делал за деньги. Это дорого бы ему обошлось. Улун Чжан был человеком Чести, который не знал сострадания, когда угрожал потерять лицо. Для него человеческая жизнь ничего не стоила.


"Вы, вероятно, поняли бы быстрее, если бы тоже были китайцем", - сказала она.


- Что вы имеете в виду, мэм?


"Я имею в виду именно то, что говорю, но на самом деле я уже сказал слишком много.’


"Это имеет какое-то отношение к Улонг Чжану?’


Она была явно потрясена. Смерть ее не пугала. Если Улун Чжан узнает, что она говорила с полицией, он не станет рисковать. И все же она не могла предать его. Ты этого не делал. Она думала о своих детях и внуках. Она предпочла вернуться в Китай и провести остаток жизни в своей деревне. Но она не могла так поступить с ними.


"Что этому парню есть что скрывать?" - настаивал я.


Миссис Дэн что-то знала. В этом можно было не сомневаться. И она боялась, что с ней что-нибудь случится, если она проговорится. Или с ее детьми.


- У вас есть дети, миссис Дэн?


Страх трудно скрыть. Глаза никогда не лгут. Вот почему серийные убийцы смотрели своим жертвам прямо в глаза, прежде чем убить их. Потому что они хотели увидеть страх. Они наслаждались этим больше, чем самим убийством. Миссис Дэн опустила глаза, но было слишком поздно. И Ван-Ин, и Версавел увидели страх в ее глазах.


"Может быть, они смогут нам что-нибудь сказать", - продолжил Ван-ин.


Ему стало немного жаль старую женщину. Использовать детей для давления на мать было самым подлым поступком, который мог совершить человек. И все же у него не было другого выбора. Дело безнадежно увязло, и убийствам не было конца.


"Мои дети ничего не знают", - сказала она прерывающимся голосом.


"У тебя есть сын, не так ли?’


Она кивнула, сплетая свои крошечные ручки в неразрывный клубок костяшек пальцев и морщинистой кожи.


"Все китайские названия имеют значение", - сказала она бенепен. "Ты знаешь, что означает "Улонг"?’


Ван-Ин покачал головой. Он хорошо играл, хотя и не гордился этим. Все матери поступают так же, когда чувствуют, что их детям грозит опасность попасть в беду. Они признают это.


’ Улонг означает “воинственный дракон”, - сказала она со вздохом.


"Что мне с этим делать?’


"Это все, что я могу сказать", - сказала госпожа Дэн. ‘Я и так сказала слишком много’.


Ван-ин сделал глоток изысканного чая, который за это время успел остыть, и без приглашения закурил сигарету. "Воинственный дракон", - повторил он про себя. Промелькнул образ, который ему не удалось удержать, но он кое-что увидел. Они оставались еще полчаса, надеясь, что госпожа Дэн все-таки что-нибудь выдаст. Это были тщетные усилия. Все, что у них было, - это свежий чайник чая.


‘Господи’.


Официант Том поднес руку ко рту. Бомбе был прикован к батарее двумя руками. Его пенис лежал между раздвинутых ног в луже крови. Его рот был заклеен скотчем. К его соскам были прикреплены два электрода. Шнур все еще был в розетке.


"Что, черт возьми, здесь произошло?’


"Я не знаю", - воскликнула Луиза.


"Мы должны предупредить полицию.’


- Нет, не в полицию.’


Том подозрительно посмотрел на нее, гадая, в какое осиное гнездо он попал. Кто она такая и какое отношение имеет к этому? Она схватила его и крепко прижала к себе. Ее теплое тело привело его в странное опьянение.


"Тогда что нам делать?’


"Ты должен помочь мне. У меня есть деньги. Давай сбежим за границу вместе.’


"Я не могу выбраться отсюда", - сказал Том. "Мой босс застрелит меня, если я брошу его сейчас’.


- Официанты всегда находят работу. Ты это знаешь.’


Она была права. Хороший официант всегда найдет работу, а боссы есть боссы. Им нужны были только деньги, люди интересовали их до тех пор, пока они зарабатывали деньги. Его босс найдет другого официанта. Он думал о ее теле и о том удовольствии, которое она подарила ему прошлой ночью.


"Тогда мы должны стереть все следы", - сказал он.


"Итак, ты делаешь это.’


"Я не знаю.’


Он прошел на кухню и намочил кухонное полотенце под краном, пытаясь вспомнить, к чему прикасался.


"У вас здесь есть какие-нибудь личные вещи?’


Она на мгновение задумалась. Ее прокладки для трусиков были в туалете. В остальном она достала только зубную пасту и зубную щетку. Она пошла в ванную в оцепенении. Она никогда не питала к Бомбе теплых чувств, но никто не заслуживал такого конца. Она не смела представить, что было бы с ней, останься она в той квартире. Она дрожала на ногах. Ее накрыла волна тошноты. Они отрезали ему пенис и казнили электрическим током. Что бы они сделали с ней? Она опустилась на колени перед унитазом, открыла крышку, и ее рвало до тех пор, пока у нее не заболел пищевод.


"Ты в порядке?’


Том просунул голову в дверной проем. В руке он все еще держал мокрое кухонное полотенце. Она со стоном поднялась. Струйка слюны свисала с ее подбородка. Она в отчаянии посмотрела на него.


- Мы должны выбираться отсюда, - прошептала она. - Они найдут нас. Мы должны выбираться отсюда. ’


- "Мы’?


Она вскочила и встала перед зеркалом. Она почти не узнавала себя. Тушь у нее потекла, а лицо было бледным и осунувшимся. Она выглядела как человек, переживший несколько ночей подряд.


Панда устала, она всю ночь следила за квартирой, потому что предполагала, что рано или поздно Луиза все равно вернется. Ее терпение было вознаграждено. Она видела, как Луиза проходила мимо, в первый раз одна, во второй раз в компании молодого человека. Что ей теперь делать? Усталость не была проблемой, она могла обходиться без сна сорок восемь часов, если это было необходимо, это ее мочевой пузырь сыграл с ней злую шутку. Мужчина мог угощаться бутылкой в машине. Если бы она задержалась надолго, ей пришлось бы пописать на свой стул. Через дорогу уже открылось несколько кафе. Перспектива провести еще несколько часов в мокром кресле ее не привлекала. Она вышла и пошла через улицу, ущипнув себя за ягодицы. Когда она вернулась через пять минут, на стоянке были припаркованы две полицейские машины. Она вернулась к себе, заказала чашку чая и села у окна. Двое полицейских стояли у машины Бомбе, еще один шел вдоль рядов припаркованных автомобилей. Конечно, следовало ожидать, что со временем они обнаружат его машину. Однако она никогда не думала, что это произойдет так быстро.


"Я думаю, мы должны сообщить в полицию", - твердо сказал Том.


Прибыла полицейская машина. Жители Франшоммелана, в основном пенсионеры, которым все равно больше нечего было делать, наблюдали за происходящим со своего балкона. Том, который тоже стоял на своем балконе, когда видел, как полицейские машины въезжают на стоянку, закрыл раздвижную дверь и закурил сигарету.


"Ты думаешь, это разумно?’


Луиза приняла душ и немного укуталась, отчего снова хорошо выглядела.


- Подумай об этом, милая.’


Она подошла к нему и поцеловала за ухом. На ней был только халат.


- Ты же не думаешь, что полиция поверит в нашу историю? Они подумают, что ты мой любовник и мы вместе убили его.’


"Я не твой любовник.’


- Нет? Тогда почему ты помог мне стереть все следы? Предположим, я все равно убил его. Тогда кто ты?


Она насмешливо посмотрела на него. Он нахмурился. Ее уверенный настрой смутил его.


- Соучастник, детка. И ты знаешь, что это значит? Тебе грозит такой же срок в тюрьме, как и мне.’


Она хмуро посмотрела на него, скользя пальцами по его спине. Когда он начал стонать, она спустила халат с плеч и просунула руку за ремень его брюк.


- Кончай, - сказала она. - Я хочу снова почувствовать тебя.’


OceanofPDF.com


13


Ван Ин поздравил коллег из полиции Бланкенберга, которые выследили машину Бомбе, и это было подло. Полицейским патрулям было приказано каждый день выслеживать пропавшие или угнанные автомобили. Большинство обращало на это мало внимания, потому что чувствовали, что у них есть занятие получше.


"Что ты думаешь?" - спросил он Версавела.


- Что Бомбе где-то поблизости или что убийца хочет обмануть нас.’


- Если он где-то поблизости, то почти наверняка мертв.’


Ван-Ин посмотрел на квартиры через дорогу. Около двадцати процентов квартир пустовали и сдавались туристам в летние месяцы. Так что вполне возможно, что Бомбе привез Луизу сюда и что китайский убийца заставил его раскрыть место, где она пряталась. В таком случае, она, вероятно, тоже была мертва.


"Коллеги заняты составлением списка всех свободных квартир", - сказал Версавел. "Но это может занять некоторое время. Возможно, обследование окрестностей даст больше результатов.’


"Я тоже так думаю.’


На балконах все еще были люди, наблюдавшие за происходящим внизу. Ван-ин закурил сигарету и посмотрел на пристань, где тихо покачивались сотни лодок.


"Они также могут сидеть в лодке", - сказал он.


- Или на Морской дамбе, - кивнул Версавел.


Зейдейк проходил параллельно Франшоммелану. Количество пустующих квартир было еще больше.


‘ Тогда нам нужно подкрепление.


"Я тоже так думаю.’


Ван-Ину потребовалось немало усилий, чтобы убедить главного комиссара Бланкенберге выделить дополнительные войска. Только когда пресса пронюхала об этом деле, он сорвался. Когда наконец прибыло подкрепление, ван-Ин позвонил Джо Де Рику.


"Спасибо за подсказку, мистер Де Райк", - сказал он. "Без вашего вмешательства у нас, вероятно, ничего бы не получилось.’


"Отлично", - сказал журналист газеты. "Увидимся позже’.


"Увидимся позже", - сказал Ван.


В обмен на телефонный звонок главному комиссару Бланкенберге Ван Ин Де Райк пообещал сенсацию. Обычно он не любил журналистов, но Хонор, которая заслуживает чести. Этот человек сделал все, что мог.


Опрос соседей действительно дал результаты. Это заняло даже меньше времени, чем они ожидали. Женщина-инвалид, которая весь день просидела у окна, потому что ей больше нечем было заняться, прошлой ночью видела, как лысый мужчина и молодая женщина выходили из машины. Пара перешла улицу, но она не смогла сказать, вошли ли они в один из многоквартирных домов. Агент полиции Бланкенберга отвел их в квартиру очевидца. - До свидания, мэм.’


Женщина была в инвалидном кресле. У нее были длинные седые волосы и одутловатое лицо. Она улыбнулась немного по-детски, когда Ван пожал ей руку. В гостиной стояли два кожаных дивана, шкаф с телевизором наверху, стол с двумя стульями и больничная койка. Повсюду стояли пепельницы. Большинство из них были полны окурков.


"Я уже некоторое время болею, вам следует знать", - улыбнулась женщина.


"Ты живешь здесь одна?’


Она кивнула.


- С тех пор, как мой муж бросил меня.’


Изнутри этот человек не мог ошибаться, хотя и не знал его.


"Он не мог вынести, что я заболела", - сказала она со слезами на глазах. "Да, так устроены мужчины. В определенном возрасте им нужны только эти раскрашенные кукольные лепешки. После всего, что я для него сделала, - вздохнула она.


"Мне жаль вас", - сказал ван-Ин, не убежденный. "Но мы здесь не для того, чтобы говорить о вашем бывшем муже.’


"Я знаю, но когда я вчера увидел, как этот лысый парень развлекается с молоденькой штучкой, мне пришлось подумать о нем. Они думают только об одном. ’


Она взяла бумажный носовой платок из стопки перед собой и промокнула им увлажнившиеся глаза.


"Я понимаю это", - сказал Ван. "Тем не менее, вы могли бы невероятно помочь нам, если бы смогли описать того мужчину и ту женщину.’


Женщина в инвалидном кресле закурила сигарету. Ван-Ин последовал ее примеру, хотя бы для того, чтобы избавиться от вони, которая раздражала его ноздри.


- Он был лысый и довольно тучный. Она, конечно, была стройной. И намного моложе его. Но я больше не обязан тебе это говорить, не так ли?’


"Вы заметили что-нибудь особенное?’


"Она казалась какой-то иностранкой.’


- Что вы подразумеваете под словом "иностранец’?


Женщина в инвалидном кресле дважды подряд затянулась сигаретой. Двадцать лет назад, когда она пила меньше, чем сейчас, она могла бы ответить на этот вопрос немедленно. Единственной причиной, по которой она все еще помнила мужчину и женщину, было чувство гнева, охватившее ее, когда она увидела, как они выходят из машины. Именно это в то время сделал ее бывший муж, хотя и знал, что она может их видеть. Просто чтобы унизить ее. Ублюдок.


- У нее были черные волосы, - повторила она, устремив взгляд в Бесконечность.


- Длинный или короткий?


‘ Я не мог так хорошо разглядеть.


"Вы видели, как они куда-нибудь входили?’


- Зачем еще они переходили улицу? Вы же не думаете, что они планировали где-нибудь выпить. Нет, комиссар. Я знаю таких мужчин. Им нужно только одно. ’


Фром Ин посмотрел на Версавела. Они оба подумали об одном и том же. Женщина в инвалидном кресле тупо смотрела перед собой. Детская улыбка снова появилась на ее лице, когда она вспомнила образы из далекого прошлого. Ван Ин прочистила горло, но почти не отреагировала.


"Я думаю, нам лучше уйти", - сказал Версавел.


Он встал рядом с женщиной и протянул ей руку.


"По крайней мере, ты благодарна", - сказал он.


Она взяла протянутую руку и рассеянно кивнула.


Бельгийское побережье раньше было красивее, чем сейчас. Только пожилые люди все еще знали, как выглядел Франшоммелан в то время, когда здесь все еще были величественные виллы и симпатичные рыбацкие домики вместо бетонных коробок. Они все еще помнили то время, когда из порта можно было дойти пешком через сады вилл до набережной. Сегодня это все еще было возможно, потому что сохранились некоторые проходы, узкие коридоры, которые в народе назывались ‘сервитуты’. Панда обнаружила проход случайно, когда ошиблась дверью в туалете. Ее пальто все еще висело в кафе, но она не вернулась за ним. В ее карманах не было ничего, что могло бы опознать ее, и она не хотела рисковать, чтобы полиция, которая все еще массово присутствовала во Франшоммелане, попалась ей на глаза. В конце концов, китаянка в этом районе выделялась как красивая женщина на нудистском пляже. Кто-то определенно видел, как она выходила из машины в компании Бомбе, или видел, как она сидела в фургоне, так что была большая вероятность, что ее уже разыскивали. Ей лучше было принять это как должное, поэтому она прошла по узкому коридору до другой двери. Ей повезло. Дверь была открыта и вела в небольшой внутренний дворик, расположенный за многоквартирным домом на набережной. Она посмотрела вверх. На втором этаже раздвижная дверь была открыта. Меньше чем через минуту она оказалась в темной спальне. Ни звука. Никто ее не слышал. Она осторожно открыла дверь спальни и прокралась по коридору к входной двери.


- Что ты мне дашь? - спросил я.


Она стояла лицом к лицу со стариком. Он сердито посмотрел на нее.


"Я заблудился", - улыбнулся Панда.


"Ты видишь "пост"?’


"Да", - сказала она.


"Фактор чистоты", - сказал старик.


‘ Мне очень жаль.


Старик подошел ближе. Он оглядел ее с головы до ног.


‘Magguk è kè ajje tetten kommen?’


Он протянул руку. Панда не знал, как реагировать. Она поняла, чего хотел старик, только когда он схватил ее за грудь, но вместо того, чтобы выстрелить в него, она стянула с него штаны и вознесла его на седьмое небо за пять минут, в то время как он продолжал лапать ее как одержимый.


Двое других жителей авеню Франкоммела дополнили показания женщины в инвалидном кресле. Один из них, молодой бакалейщик, даже узнал Бомбе, но ни один из них не мог сказать, заходили ли они куда-нибудь.


"По крайней мере, теперь мы это знаем", - сказал Ван.


Он закурил сигарету и сделал глоток "Дювеля". Кристиан, владелец ресторана, где они разместили свою временную штаб-квартиру, принес тарелку кислой селедки.


- Будем надеяться, что еще не слишком поздно.’


Версавел взял кусочек селедки и задумчиво взял его в рот. Он не видел радужного будущего. Было мало шансов, что Бомбе и Луиза все еще живы.


- Джентльмены тоже хотят что-нибудь съесть?


Он взглянул на часы. Было двадцать минут первого.


"Я голоден. А ты?’


Сто тридцать шесть квартир были пусты. Потребуется некоторое время, чтобы проверить их все.


"Хорошо для меня", - сказал Версавел.


Они заказали оссобуко и бутылку аргентинского вина. Спасительное сообщение пришло в пять минут третьего, когда Ван-Ин только что заказал вторую бутылку вина. Инспектор, пришедший сообщить эту новость, выглядел весьма взволнованным.


"Мы нашли его", - сказал он с кляпом в горле.


"Он?’


'Bombé.’


"Живой или мертвый?’


Это был ненужный вопрос. Лицо инспектора говорило само за себя.


- Они отрезали его питомца, - выдавил он, задыхаясь.


Менее чем через час парковка на Франшоммелан была забита машинами прессы и кишела журналистами. Новость о том, что Бомбе был убит, подействовала как разорвавшаяся бомба. Был дополнительный репортаж с отчетом о расследовании и рисунком робота. Охота на китайского убийцу была открыта. Ван-Ин сделал глоток вина из бутылки, которую заказал в пять минут третьего, и закурил сигарету. Он подумал о Луизе, которая каким-то образом сбежала с танцев. Это было странно. Отдел технических расследований тщательно обыскал квартиру, где нашли Бомбе. Они не нашли ничего, что указывало бы на то, что Луиза останавливалась там. Похоже, в квартире недавно была проведена тщательная уборка, сказал один из сотрудников технического расследования.


Когда она увидела робота, рисующего по телевизору, и старик изумленно посмотрел на нее, у Панды не было выбора. Она улыбнулась, достала из сумочки нож, которым отрезала пенис Бомбе, и втыкала ему в живот до тех пор, пока он с грохотом не упал на диван. Затем она задушила его подушкой. Ей не было больно. Она видела, как ее родителей замучили до смерти, а ее брат умирал медленной смертью. Сама она провела более двух лет в холодной камере, где охранники насиловали ее по меньшей мере четыре или пять раз в день. Людям, которые умерли быстрой смертью, разрешалось говорить о счастье. Она закурила сигарету и пошла в спальню. В шкафу висели шесть рубашек и два костюма. Она быстро разделась и надела один из костюмов. Брюки были слишком просторными, но это можно было исправить с помощью пояса. Жакет скрывал ее грудь. Шляпа и шарф делали ее почти неузнаваемой. Это была не лучшая маскировка, но все же лучше, чем ничего.


- Хватит, - сказал Том. - Я иду в полицию.’


Луиза лежала на кровати. Она курила сигарету. Занимаясь любовью, она тоже думала об этом, но не осмелилась. Она не верила, что полиция сможет защитить ее. Они убили Киру и Бомбе только для того, чтобы найти ее. Никто не мог гарантировать ее безопасность. Единственным выходом было бежать.


"Они и тебя убьют", - сказала она.


"Зачем им убивать меня?’


Она откинула одеяло, чтобы он мог видеть ее обнаженное тело. Это сработало. Он стоял неподвижно.


- Потому что они думают, что я тебе все рассказала.’


- Ты мне вообще ничего не сказал.’


"Пока нет", - сказала она. "Иди ко мне, и позволь мне снова тебя побаловать’.


Она поглаживала себя, раздвигая ноги.


"У меня есть секрет", - сказала она.


Некоторые мужчины никогда не бывают удовлетворены. Том был одним из них. Он мастурбировал, когда ему едва исполнилось восемь лет. С тех пор его жажда секса только усилилась. Он не мог сопротивляться.


- Я говорю по-китайски, - сказала она, когда он лег рядом с ней.


- Китаец, - изумленно повторил он.


Она рассказала ему, что в отеле "Кемпински" подслушала разговор двух китайцев и что этой информацией она шантажировала большого босса порта Зебрюгге.


"Какая информация?" - спросил официант.


"Если я скажу тебе, они убьют тебя. Как они убили Киру и Бомбе.’


"Кира - это та девушка, которая..."


- Ты с удовольствием читаешь газеты, - улыбнулась она, поглаживая внутреннюю сторону его бедер.


"Она тоже знала?’


"Нет, но я очень похожа на нее. Человек с Запада может заметить разницу, но для китайцев мы все одинаковы. Кстати, верно и обратное. В первый раз они ошиблись, но теперь они знают, что это я. Вот почему они сначала пытали ее.’


Том подумал о Бомбе. Его эрекция немедленно уменьшилась, позволив ей догадаться, о чем он думал.


"Это может случиться с каждым", - сказала она. ‘Вот почему я не думаю, что с нашей стороны разумно привлекать полицию. Китайцы - упрямые ребята. Они не оставят нас в покое’.


"Что же нам тогда делать?’


- Спрячьте нас, пока не будет подписан контракт.’


- Какой контракт?’


"Не бери в голову.’


Она легла, положив голову ему на живот, и сделала то, что предпочитают мужчины. Прошло совсем немного времени, прежде чем он начал тихо постанывать. На самом деле ей повезло, что она не оказалась с женщиной.


Злоткрыхбрто заказал два пуховых одеяла, "перье" и эскалоп по-милански.


"Вот так", - сказал он. "Работа сделана.’


Ван-Ин закурил сигарету и сделал глоток свежего "Дювеля". От трупа Бомбе избавились, и большинство журналистов направлялись домой или в редакцию, чтобы написать свою статью. Бдительная толпа сократилась до группы человек в десять. Спокойствие во Франкоммелане вернулось, но они не продвинулись дальше ни на шаг. И китайский убийца, и Луиза исчезли без следа.


"Интересно, почему она не сдается полиции", - сказал Ван.


"Она должна знать, что ее жизнь в опасности.’


"Я думаю, она напугана", - сказал Версавел.


"Я бы тоже испугался на ее месте", - согласился злоткрыхбрто.


Ван-Ин объявил тревогу в национальной полиции и распространил фотографии Луизы. Каждый бельгийский фильм искал ее и черноволосую китаянку. На данный момент они больше ничего не могли сделать.


"Вам удалось связаться с владельцем квартиры?" - спросил я на ранней стадии.


Версавел кивнул.


"Это друг Бомбе. В настоящее время он проживает за границей.’


- Любовное гнездышко?’


"Я не знаю", - сказал Версавел. "Владелец сказал, что это дружеский сервис. Они знают друг друга со школы. Бомбе регулярно приходил туда со своей женой. По крайней мере, так говорят соседи.


Обследование окрестностей все еще продолжалось.


"Когда он на самом деле умер?’


- Около полуночи.’


Злоткрыхбрто обнаружил две иглы, застрявшие в яичках Бомбе, и ожоги на подошвах его ног, которые, вероятно, остались от горящей сигареты.


"По крайней мере, нашей китайской мадам было весело.’


У Ван-Ина мурашки побежали по коже.


"Ты хоть представляешь, как долго длилась пытка?’


Кристиан подал эскалоп с томатным соусом и картофелем фри. Доктор юридических наук немедленно принялся за еду. Он чуть не умер с голоду.


- На какое-то время, - сказал он с набитым ртом.


Он насчитал одиннадцать укусов и девять ожогов. Если бы между каждым действием было несколько минут, она была бы занята по крайней мере час, возможно, дольше.


"Смог бы ты вынести такое?’


"Я так не думаю", - сказал доктор юридических наук, накалывая на вилку несколько кусочков картошки фри.


‘ Тогда есть две возможности. Бомбе либо предал Луизу, либо он ничего не выпускал из виду по той простой причине, что ничего не знал.


"Последнее кажется мне наиболее вероятным", - сказал Версавел. "Если бы Бомбе знал, где Луиза, он бы не позволил пытать себя в течение часа’.


- Тогда почему Бомбе привел китайцев в квартиру? Потому что он думал, что Луиза была там.’


"Возможно, от нее дурно пахло", - предположил Версавел. "И она искала убежища в другом месте’.


- Это кажется правдоподобным. Но где?’


"Может быть, она где-то поблизости", - сказал злоткрыхбрто.


"Может быть, они оба все еще где-то здесь.’


Ван-ин закурил сигарету и заказал два новых пуховых одеяла. Жестокое убийство Бомбе, как и предыдущее, вызовет настоящий ажиотаж. Каждый день газеты были полны комментариев специалистов, догадок и домыслов. Все сходились в одном: за дело взялся безжалостный безумец. Он достал таинственное письмо из внутреннего кармана и перечитал его еще раз. Если бы он смог найти автора, дело было бы раскрыто. И что такого важного знала Луиза, что все, кто был причастен к этому, должны были умереть? Это как-то связано с контейнерными перевозками в Зебрюгге? Возможно. Деловой мир был жестким, и некоторые промышленные магнаты переступали через трупы. Рост порта Зебрюгге был занозой в боку других портов. Тем не менее, ему было трудно поверить, что убийства были делом рук конкурирующей компании.


"Я собираюсь снова прикоснуться к Косинсу", - сказал ван-ин. "Я думаю, он знает больше, чем хочет потерять.’


- Мне позвонить ему? - спросил ранний Версавел.


Прошло несколько минут, прежде чем он дозвонился до сотрудника Cosyns.


"Ичто?"


"Мистер Коузинс находится за границей", - сказал Версавел. "Он может принять нас самое раннее завтра в четыре часа пополудни.’


‘À la guerre comme à la guerre’, zei Van In ontgoocheld.


Луиза и Том все еще наслаждались жизнью в постели. Он выкурил сигарету, она выпила стакан фруктового сока, который он выжал для нее.


"Ты очень милый мальчик", - сказала она.


"И я думаю, что ты классная девушка.’


"Ты серьезно?’


"Я бы хотел узнать тебя получше", - сказал он.


"Я тоже.’


Она отругала его и запустила пальцы в его волосы. Он тихо застонал.


"Почему у тебя нет любовницы?" - игриво спросила она. "У такого парня, как ты, есть выбор девушек. Или я ошибаюсь?’


Комплимент польстил его самолюбию. Ему не приходилось выбирать девушек, но он не мог отрицать, что пользовался успехом у женщин. Большинство из них он довольно легко затащил в постель, но после нескольких поцелуев все было кончено.


"Я впервые встречаю человека, от которого мне становится тепло", - сказал он, немного смущенный. "Не знаю почему, но ты меня привлекаешь. Мне даже кажется, что я влюблен в тебя.


Она разразилась шатерлахом. Ее маленькие груди поднимались и опускались, и она болтала, положив плоскую руку ему на бедро.


"Не слишком ли быстро ты бежишь?’


"Я быстрый мальчик. Или ты еще не заметил?’


Теперь он тоже начал смеяться. Она толкнула его так, что он чуть не скатился с кровати. Тридцать секунд спустя они снова перепутались.


"Мне кажется, я тоже немного влюблена", - сказала она.


"Совсем чуть-чуть?’


- Все начинать трудно, - поддразнила она, рисуя пальцем круги вокруг его соска.


"Ты мне не доверяешь?’


Она перестала совершать обход. С тех пор как они были вместе, она почти забыла, что их свело. Ее жизнь была в опасности, как и его.


"Я могла бы рассказать тебе", - сказала она. "Убийца никогда не поверит, что я тебе не говорила’.


Она рассказала ему все.


"И это все?’


Она кивнула.


"Я понял, насколько серьезной была ситуация, только когда Кира призналась мне, что китайцы хотели убить ее в парке.’


"Разве ты ей не сказал?’


"Нет", - сказала она. "Я испугалась.’


- Значит, она умерла ни за что.’


"На самом деле, я знаю.’


- Что ж, - сказал Том. - Слишком поздно чувствовать себя виноватым из-за этого. Ты ее не убивал. ’


"Я мог бы избежать этого.’


Она снова подумала о сообщении, которое прочла в газете. Они пытали Киру, пока не убедились, что она ничего не знает. После этого они поняли, что поймали не ту, и в итоге оказались с ней.


"Я собираюсь помочь тебе, Луиза.’


- Тогда позволь мне остаться здесь на некоторое время.’


- Это безопасно? Мы вместе вышли на улицу. Кто знает, кто-нибудь мог видеть, как мы входили сюда.’


"Тогда мы бы уже вызвали полицию", - сказала Луиза.


"Я говорю не о полиции.’


"Тот самый убийца?’


- Кто же еще? Бомбе привел его сюда. Как еще он мог узнать, что ты был в Бланкенберге. Если бы ты не сбежал из квартиры, ты был бы уже мертв. Я думаю, он прячется, потому что подозревает, что ты все еще в Бланкенберге.


"Ты убиваешь меня, детка.’


Она прижалась к нему еще крепче. Это заставило ее почувствовать себя в безопасности. Он был мускулистым, а большинство официантов при необходимости могли пустить в ход кулаки. У нее был рыцарь, который защитил бы ее, который также знает принца на Белом коне. Она была безумно влюблена только один раз в своей жизни, в парня, о котором никогда не слышала, когда он на год уехал учиться в Сингапур. Было трудно прийти в себя, и она поклялась, что никто не заставит ее буйствовать, но теперь это снова было с ней. Бабочки в животе.


"Твой план лучше", - сказала она. "Давай уедем за границу на несколько недель.’


"Ты же не это имеешь в виду.’


- Влюбленные люди способны на все.’


Она легонько поцеловала его и откинулась на спинку кровати. Прошло много времени с тех пор, как она чувствовала себя такой счастливой. Казалось, они знали друг друга несколько месяцев.


"Ты можешь выбрать, куда мы пойдем", - сказала она.


- Одну минутку.’


Том спрыгнул с кровати и сел в гостиной за свой ноутбук.


‘Мы должны сначала посмотреть на то, что доступно в Интернете в краткосрочной перспективе’.


Он загрузил программу, терпеливо подождал, пока на экране появится изображение рабочего стола, и поискал в гугле последние предложения.


Дети тихо сидели и смотрели телевизор, пока Ханнелоре чистила овощи к ужину. Она улыбнулась, сама того не осознавая. Что делает человека счастливым? Она отправила в рот кусочек моркови и задумчиво его откусила. Постукивание кухонного ножа по деревянной доске действовало успокаивающе. Все казалось идеальным.


‘Мама’.


Она обернулась. Это был Саймон. Он посмотрел на нее широко раскрытыми глазами.


"В чем дело, милая?’


"Папа поднимает шум.’


Она положила кухонный нож рядом с полкой, вытерла руки полотенцем и пошла с Саймоном в гостиную. Ван растянулся на диване. Он храпел, как медведь. Сара сидела перед телевизором, заткнув уши пальцами. Она легонько потрясла его за плечо.


- Мы уже пробовали это, - прошептал Саймон. - Но он не слушает.’


‘ Тогда мы попробуем что-нибудь еще.


Она ущипнула его за нос. Храп оглушил. Он задыхался, как утопающий, выныривающий из воды. Дети расхохотались, когда он проснулся от мельничного шепота.


- Извини, - сказала она.


Он смотрел на нее в замешательстве, пытаясь вспомнить прерванный ею сон. Он слышал только звук, звук, который знал, но не мог сразу донести до сознания. Ханнелоре была впереди него.


- Телефон, - сказала она.


"Что ты хочешь сказать?’


"Там есть телефон.’


Его мобильный телефон лежал на кухонном столе. Она взяла его и тем временем записывала.


"Саския", - сказала она.


Он взглянул на часы. Было без четверти семь.


"Мы смогли найти Луизу", - это прозвучало торжествующе. "Она все еще в Бланкенберге.’


"Я иду", - сказал Ван.


В наши дни легко найти мобильный телефон. Два дня назад Ван-Ин решил проследить за телефонным трафиком Луизы Демистер. Им потребовалось много времени, чтобы поймать ее, но теперь у них была своя цена.


"Мне поставить еду в духовку или сразу выбросить?’


"Не заставляй меня чувствовать себя виноватым, Ханна.’


"Просто шучу", - сказала она. "Я подожду.’


"Мальта - это прекрасно", - сказала Луиза. "Забронируйте ее.’


Она прошла в спальню, пока Том улаживал формальности. Ее чемодан стоял рядом со шкафом. Она поставила его на кровать и открыла. В нем было достаточно одежды на несколько дней. Остальное они могли купить на месте. Банковский чек, который она получила от Cosyns, лежал в отдельном отделении сбоку чемодана. Она мгновение смотрела на него, а затем положила обратно в боковой карман. Все это было так нереально. Убийства, бегство в подполье, а теперь отъезд в путешествие с человеком, которого она едва знала. Это вызвало у нее странное чувство, смесь страха и возбуждения. Что ее ожидало?


Панда толкнул дверь многоквартирного дома и проскользнул внутрь. Там было четырнадцать дверных звонков, но только один с одним именем: Том Ванторре. На шестом этаже. Она перешла улицу и посмотрела вверх. На шестом этаже все еще горел свет. Она села на скамейку, откуда могла следить за окном.


"Что мы имеем сейчас?’


Том открыл раздвижную дверь и вышел на балкон. Луиза встала рядом с ним. Подъехала полицейская машина, и они услышали, как кто-то говорит в мегафон.


'Ouise ... истер", - донеслось откуда-то издалека.


На балконе было еще больше людей. Некоторые подумали, что это учения пожарной команды, другие связали мегафон с карнавалом, но для этого было еще слишком рано.


"Они называют твое имя. Послушай.’


Теперь она поняла лучше. Она действительно услышала свое имя.


"Это полиция. Не могла бы Луиза Демистер связаться с нами как можно скорее", - полностью звучало сообщение.


"Как, черт возьми, они тебя нашли?" - спросил Том, который был весьма впечатлен.


Луиза любила полицейские сериалы по телевизору. Ей не пришлось долго думать, прежде чем она поняла, что происходит.


"Они не нашли меня. Они знают только, что я звонила куда-то здесь", - сказала она. "Я должна была знать лучше.’


Том не очень хорошо понимал, о чем она говорит, но не осмеливался признаться в этом.


"Что ты собираешься делать?’


"Постарайся уехать как можно скорее", - сказала она. "Я не доверяю этим ублюдкам.’


Панда увидела, как мимо проехала полицейская машина. Она узнала имя Луиза, но в остальном ничего не поняла из того, как ее называли. В этом тоже не было необходимости. Она знала, о чем идет речь. Она посмотрела на шестой этаж. Они все еще были на балконе. Полицейская машина повернула налево и поехала вверх по склону к дамбе. Через десять минут они вернулись.


"Как долго мы собираемся это терпеть? - Спросил Версавел, когда они во второй раз ехали по Франкоммелаан.


"Я не знаю", - проворчал он.


"Мы даже не знаем наверняка, здесь ли она все еще.’


Версавел редко, если вообще когда-либо, жаловался на подход Ван Ина к расследованию, но на этот раз он не видел смысла в их действиях. Если они гастролировали в течение длительного времени, то позже получали жалобу на свои штаны из-за ночного шума.


"Может быть, ты и прав.’


- Наконец-то, - вздохнул Версавел.


Ван-ин бросил мегафон на заднее сиденье и закурил сигарету. Дьявольская улыбка появилась на его лице.


"У меня есть еще одна идея", - сказал он.


‘Я держусь за свое сердце’.


"Мы притворимся, что уезжаем, припаркуем машину на боковой улице и вернемся пешком. Кто знает, может, она и выйдет.’


Панда поспешно перешел улицу, подошел к задней части жилого дома, где укрылась Луиза, и осторожно взобрался по пожарной лестнице.


"Они ушли", - сказала Луиза.


"Что нам теперь делать?’


"Во сколько наш рейс?’


- Без четверти одиннадцать.’


"У тебя есть машина?’


‘Нет’.


- Тогда мы сядем на поезд до Брюсселя сегодня вечером, - твердо сказала она. - Я собираюсь скоро принять душ. А пока собирай свои вещи.’


"Почему бы нам не переночевать здесь?’


‘Следовательно’.


Она мимолетно поцеловала его и пошла в ванную. Том выполнил ее просьбу, и это была его удача. Когда он открыл дверь спальни, чтобы взять свой чемодан, он увидел силуэт Панды на фоне окна. В руке у нее был пистолет.


‘Черт возьми’.


Он перепрыгнул через комнату и одним нажатием кнопки опустил ставни. Панда яростно пнул стекло. Когда он не захотел ломаться, она ударила по нему рукояткой пистолета, но было слишком поздно. Затвор был почти полностью опущен. Она больше не могла подлезть под него. Луиза вздрогнула, когда Том ворвался в ванную и вытащил ее оттуда за руку.


"Ты что, с ума сошел?’


- Убийца, - выдохнул он. - Убийца на балконе.’


OceanofPDF.com


14


Луиза молниеносно оделась, побросала туалетные принадлежности в чемодан и побежала к входной двери. Том вызвал лифт. Она могла войти и так. Дверь закрылась.


"Я боюсь", - сказала она.


Том нежно сжал ее руку. Его лицо было напряженным. Он пытался оставаться сильным, хотя нервы были на пределе. Почему они на самом деле сбежали? Убийца был снаружи. Им следовало остаться внутри и вызвать полицию. Этажи медленно поползли мимо. Казалось, что они находились в лифте уже несколько минут. Что, если убийца оказался быстрее их и поджидал внизу? Он подумывал остановить лифт и выйти на другом этаже. Но как ты сделал что-то подобное? Показать. Они миновали первый этаж. Он считал секунды. Донк. Лифт остановился. Они в страхе посмотрели друг на друга. Дверь скользнула в сторону.


- Быстрее, - прошептал Том.


Он взял ее за руку и потянул на себя входную дверь. Свет в холле включился автоматически. Черт возьми. Теперь их могли видеть все.


- В хранилище для велосипедов.’


"Что ты хочешь сказать?’


- Мы можем пройти мимо сарая для велосипедов.’


Он открыл дверь, ведущую на цокольный этаж. Свет тоже включился автоматически. Дверь захлопнулась. Они спустились по лестнице. Том провел ее по узкому коридору в пустую комнату, где на металлических крюках у стены висело около двадцати велосипедов. Большинство из них были ржавыми, потому что ими еще никто не пользовался. Он достал из кармана связку ключей и поискал брелок, с помощью которого он мог бы открывать все убогие двери. Его рука дрожала. Луиза нервно прикусила нижнюю губу. Они вошли в маленький дворик.


‘Чаша’.


Том потянул ее за собой. Они вошли в узкий переулок, который соединял Франкоммелан с задней частью многоквартирных домов на Морской набережной. Он попытался открыть одну из задних дверей. Закрыть. Черт возьми. Их было четыре. Все они были закрыты.


"Мы никогда больше отсюда не выберемся", - простонала Луиза.


"Тогда мы должны вернуться.’


‘ Нет. Для этого слишком поздно, - сдавленно крикнула она.


- Тогда мы остаемся здесь.’


"Не всю же ночь, верно?’


- Почему бы и нет? Здесь он нас никогда не найдет.’


Возможно, он был прав. Только жители Франкоммелана и Зейдейка знали узкие проходы между многоквартирными домами.


"У тебя есть с собой сигареты?’


"Я думаю, да", - сказал он.


Ван-ин и Версавел скрытно расположились на восточной стороне Параванга, откуда они могли наблюдать за всем участком Франкоммелана. В кафе наблюдалось лишь некоторое движение.


"Как долго ты планируешь оставаться здесь? - спросил версавел, который все еще не видел смысла в этой странной операции.


"Посмотрим", - прорычал Вэн.


Было мало шансов, что Луиза покинет свое убежище, но он никогда не простит себе, что не приложил все усилия для ее спасения. Уже было слишком много жертв.


"Это мило’, - вздохнул Версавел.


"Сст’.


"В чем дело?’


"Ты видишь вон того парня?’


Он указал на мужчину, идущего вдоль фасадов большими шагами.


- Он входит в одно из зданий.’


- А потом?


Ван-Ин достал из внутреннего кармана компактный видеомагнитофон и навел его на входную дверь жилого дома, о котором шла речь. Мужчина стоял в холле. У двери он что-то пробормотал. Зритель остановился в стороне, подал Версавелу знак подойти и запустить его. Прошли годы с тех пор, как Версавел видел, как бегает Ван ин ног. Он слишком много курил, и его состояние отошло на второй план. Тем не менее, Версавел изо всех сил старался не отставать от него. Они были всего в пятидесяти метрах от жилого дома, когда мужчина снова вышел. На голове у него был шарф, закрывавший почти половину лица, но теперь Ван-ин ясно увидел, что это китаец. Ван-Ин выхватил пистолет и крикнул: "Полиция, руки вверх!"Это звучало нелепо. Панда повернула голову и вытащила пистолет из-за брючного ремня. Ток, ток. Пули впились в кузов припаркованной машины. Ван лег на живот, прицелился и нажал на курок три раза подряд. Взрыв переполошил всю округу. Двое посетителей бара вышли посмотреть, что происходит. Панда схватила одного из них и приставила пистолет к его виску. Ван-Ин, который видел, как все это произошло, но не осмелился предпринять какие-либо дальнейшие действия, опустил оружие, тихо выругавшись. Панда приказал ему по-английски встать и выбросить пистолет. Версавел непрошеным жестом поднял руки.


- Ты видишь то же, что и я? - пробормотал он сквозь зубы.


Шарф соскользнул вниз. Панда выглядел совсем не женственно в костюме старика, но без шарфа сомнений не было: убийцей была женщина с высокими скулами и миндалевидными глазами, которые смотрели на них Стальным взглядом. Мужчина, которого она держала в заложниках, не смел пошевелиться. Он увидел бледный труп и мгновенно протрезвел.


"У тебя нет ни единого шанса", - сказал Ван по-английски.


Она мягко покачала головой, увлекая мужчину за собой. Белый фургон был припаркован неподалеку. Даже если бы ей удалось добраться до него и уехать, она не смогла бы свернуть с пути. Полиция устроит массовый розыск. Ее поимка была только вопросом времени.


‘ Как тебя зовут? - спросил я.


Вэн огляделся по сторонам.


‘Да, ты’.


Ее голос резал, как бритва. Ничто не указывало на то, что ее уверенность в себе была подорвана. В прошлом ей много раз удавалось спастись из почти безнадежной ситуации. И ее приучили впадать в крайности. Сдаваться было равносильно неудаче.


"Меня зовут ван Ин.’


- Из Иена, - задумчиво повторила она. ‘ Иди сюда.


Десятки жителей тем временем вызвали полицию. Их массово вывезли на улицу. Там было полно полицейских машин и людей в синей форме. На данный момент никто не осмеливался что-либо предпринять, но пройдет совсем немного времени, прежде чем элитные войска прибудут, чтобы захватить власть. Она не могла терять времени.


"Ближе’.


Она оттолкнула заложника и направила пистолет на Вана Ина. Они перешли улицу и направились к парковке, где был припаркован фургон. Она отдала ему ключи.


‘Отошли их’, бит зе.


Ван кивнул, открыл дверцу и сел за руль. Панда сел на диван позади него. Он почувствовал холодную сталь глушителя на своей шее. Тем не менее, он пока не волновался, потому что знал, что она ни на волос не причинит ему вреда, пока он ей нужен. Его беспокоил только вопрос о том, как долго он будет ей нужен. Он подумал о Ханнелоре, о детях и о той жизни, которую они вели вместе.


"Сейчас", - отрезала она.


Ван-Ин схватил свой мобильный телефон и позвонил Версавелу, который все еще стоял перед многоквартирным домом. Его окружили полицейские в пуленепробиваемых жилетах. Весь район был герметично оцеплен. Некоторые жители укрылись в безопасном месте и наблюдали за происходящим из окон, но большинство осталось стоять на улице.


"Она хочет бесплатный проезд", - сказал он по-английски.


"Я так и думал.’


- Делай то, что должен, Гвидо.’


"Могу ли я говорить свободно?’


"Я думаю, что да.’


- Постарайся оставить линию открытой. Тогда мы сможем прослушать. ’


Ван-ин сделал вид, что вешает трубку, и положил свой мобильный телефон на пассажирское сиденье. Панда не ответил.


"Я думаю, они поймали его", - сказал Том.


Сначала они услышали выстрелы, а затем сирены полицейских машин. Луиза в отчаянии посмотрела на него. Вполне возможно, что он был прав и на побережье было безопасно, но она все равно хотела избежать того, чтобы ее остановила полиция.


"Они меня не знают", - сказал Том, который понимал, почему она не хотела покидать свое укрытие.


"Будь осторожен.’


Она поцеловала его в губы и позволила своей руке мимолетно скользнуть вниз по его ягодицам. Том игриво сжал ее груди, а затем прокрался вдоль сервитута к двери, которая выходила на Франкоммелан. Никто не обратил на него внимания, когда он присоединился к сотням бдительных зрителей. Он увидел, как мимо медленно проехали ван Ин и Панда. Это было похоже на сцену из дорогого боевика: мужчина с пистолетом у шеи, полицейские машины и десятки офицеров, которым приходилось праздно наблюдать.


"Нам лучше вернуться в мою квартиру", - сказал он, когда она спросила, что происходит. "Я думаю, так безопаснее.’


- Через хранилище для велосипедов.’


"Желательно", - сказал Том, который все еще не знал, был ли это один или два убийцы.


Они прошли по переулку во внутренний двор, а оттуда через подвал к лестнице. Самое неприятное в мобильных телефонах то, что они обычно звонят в неподходящее время, а также то, что в настоящее время у всех них разный режим вызова, а это значит, что всем приходится поднимать глаза, когда кто-то начинает петь. Дат ван Том зонг В Пекине девять миллионов больших мотоциклов. Перед записью он посмотрел на экран.


- Черт возьми, мой босс.’


"Что ты собираешься сказать?’


"Я не собираюсь записывать", - сказал он.


Она улыбнулась. Случай свел их вместе, но, похоже, она нашла того единственного. По крайней мере, он сдержал свое слово. Большинство мужчин, которых она знала, обещали ей золотые горы и розы без шипов. Дураки. Когда пришло время выполнять свои обещания, все они страдали амнезией.


- Спасибо вам, - сказала она.


- Куда я могу вас отвезти?- Спросил Ван, когда они въехали на Бругшестенвег.


Ему стало интересно, что задумала китаянка. Некоторое время стояла тишина. Он не мог видеть, что она делала. Он только слышал, как она что-то расстегивала, а теперь услышал, как она бренчит. Ноутбук? Что она сделала с ноутбуком? Перетягивание каната длилось больше минуты. Затем она сказала: "Мы пока никуда не идем.’


"Что ты хочешь этим сказать?" - удивленно спросил он.


- Сделай круг, - это прозвучало натянуто.


‘Круглый’.


Фром ин проехал до первой кольцевой развязки, а затем повернул в направлении Зебрюгге. Он больше ничего не понимал. Она хотела посмотреть, не следят ли за ними? Версавел не хотел рисковать, пока знал, где они находятся. Конечно, вопрос заключался в том, как долго ему позволят руководить операцией. Если бы Федеральная полиция взяла бразды правления в свои руки, они, скорее всего, избрали бы другую стратегию. Они попытались бы прижать его, но китайцы, вероятно, тоже это знали. То, как она вела это дело, доказывало, что она была не на высоте своего тестового образца.


"Нам лучше на некоторое время спрятаться", - сказал он достаточно громко, чтобы Версавел мог это услышать.


С заднего сиденья донесся смех, пронзительный смех с жутким оттенком.


- Что ты предлагаешь? Снять номер в отеле?’


При других обстоятельствах он, вероятно, улыбнулся бы, но после всего, что произошло, он знал, что не должен недооценивать китайку. Она была кровожадной, жестокой, и у нее не было угрызений совести. В ее глазах его жизнь стоила меньше, чем жизнь уличного пса. Что двигало ею? Что было настолько важным, что так много людей заплатили за это своими жизнями?


"Я просто хотел помочь", - осторожно сказал он.


"Зачем тебе помогать мне?’


"Потому что я боюсь.’


"Ты живешь один?’


"Да", - повторил он достаточно громко, чтобы Версавел мог это услышать.


- Тогда мы отправляемся домой.’


‘ Ладно. Что мне делать с машиной?


"Припаркуйся где-нибудь, где твои коллеги не сразу его найдут", - сказала она.


"Это будет трудно.’


"Ты что-нибудь найдешь.’


Уличные фонари у ворот жирной рыбы отбрасывали круглое пятно света на истертую брусчатку. Ван-Ин шел на ярд впереди Панды, который незаметно держал его на мушке. С собой у нее были только портфель и, конечно, пистолет. Когда они вошли, было тихо. На кухне царила странная тишина. Все было аккуратно. Ван-Ин вздохнул с облегчением. Версавел понял сообщение и смог вовремя предупредить Ханнелоре.


"Это ты, дорогая?’


Голос Ханнелоре заставил его застыть от страха. Он резко обернулся. Панда ухмыльнулся ему.


"Существуют устройства, которые могут блокировать сотовые телефоны", - сказала она. "Ваш друг смог проследить только часть разговора. И пока мы катались по окрестностям, я нашел в Интернете фотографию, на которой вы с женой и детьми. Кстати, у вас красивая жена и куча детей. Было бы обидно, если бы с ними что-нибудь случилось.’


"Дети останутся с моей матерью", - сказала Ханнелоре.


"Неужели это так?’


Панда приказала им сесть, но больше ничего не сказала о детях. Ван-Ин лихорадочно соображал. Что планировала китаянка? Он подумал, что маловероятно, что она сначала убьет их, а потом попытается сбежать. Им лучше подождать и выслушать то, что она скажет. Вряд ли могло быть иначе, если бы у нее был план.


- Садитесь. Панда подала знак пистолетом, что им следует сесть за кухонный стол.


"Что, черт возьми, происходит? Ханнелоре в отчаянии посмотрела на Вана. Полчаса назад позвонил Версавел и сообщил, что китайцы взяли Ван Ина в заложники, но что ей не о чем беспокоиться.


"Говори по-английски", - сказал он.


Они сели. Ван-Ин старался вести себя спокойно, в то время как внутри у него все разрывалось от чувства необузданного бессилия. У Ханнелоре увлажнились глаза. Она думала только о детях, спящих наверху.


"У нас не так много времени, чтобы ваши коллеги поняли, что что-то не так", - сказал китаец. "Так что слушайте внимательно.’


Она говорила непрерывно в течение нескольких минут. Ван-Ин и Ханнелоре бледнели все больше по мере того, как она рассказывала.


"У вас есть какие-нибудь вопросы?’


Они тупо уставились друг на друга, гадая, какому развращенному мозгу мог прийти в голову такой дьявольский план.


"Вы не можете требовать ничего подобного", - сказал Ван-ин прерывающимся голосом.


"Ты же не думаешь, что я поверю, что твои дети остались с твоей свекровью, не так ли?’


Она указала на чердак дулом пистолета. "Может, посмотрим вместе?’


"Нет, не бери в голову.’


Панда улыбнулась. План был смелым, но она осмелилась поклясться, что бледный пердун приложит все усилия, чтобы он удался. Ей просто нужно было подождать. Все пришло в порядок.


Ван-Ин посмотрел на часы. Прошло всего два часа с тех пор, как китайцы взяли его в заложники и они вместе поехали через Зебрюгге в Брюгге, где она раскрыла свой чудовищный план. Затем он пошел забрать фургон и поехал обратно в Бланкенберге, в то время как внутри него бушевала разрушительная война. Китайцы поставили его перед ужасной дилеммой. Он остановился на минутку у церкви Уиткерке, чтобы подумать об ужасном происшествии, но, выкурив сигарету, не смог больше сдерживаться. Он позвонил Версавелу.


"Наконец-то", - с энтузиазмом откликнулся Версавел, когда сказал, что приедет. "Я думал, мы потеряли тебя навсегда.’


- Не волнуйся, Гвидо. Скажи мне, где я могу тебя найти.’


"Где же этот китаец?’


- Я расскажу тебе позже.’


Версавел не настаивал, потому что слышал, что что-то не так.


"Хорошо", - сказал он. "Мы увидимся позже. Я бен на месте, чтобы быть’.


- Я буду там через пять минут.’


Возле порта стояли еще четыре полицейские машины. Все выглядело мирно, хотя Версавелу удалось мобилизовать двести полицейских из разных подразделений. Они были готовы к немедленным действиям. Мэры и руководители корпусов близлежащих муниципалитетов были осведомлены об операции по захвату заложников. Сейчас они проводили экстренное совещание вместе с представителями Министерства внутренних дел и рядом высокопоставленных лиц из федеральной полиции. Даже премьер-министр был в курсе того, что происходило в Бланкенберге. Телефонный звонок Ван-Ина вызвал настоящий переполох. Все хотели знать, что произошло.


"Ты на это не похож", - сказал Версавел.


Они сели в баре. Ван-Ин заказал "Дювель" и закурил сигарету. Клиентов больше не было, только фликкен и, конечно, адвокат Бикман. Он заглянул внутрь с обеспокоенным видом.


- Что случилось? - нетерпеливо спросил он.


Хотя огромные силы полиции были готовы вмешаться, они подождали, пока Ван-Ин не заявит о себе. Нельзя было больше терять времени. Информация об убийствах попала в иностранную прессу. Правительство находилось под давлением. Никто не хотел, чтобы Бельгия снова стала центром Европы. В последние годы судебная система слишком часто допускала грубые ошибки. Имидж Бельгии за рубежом в последнее время стоил даже меньше, чем доля Fortis.


"Она позвонила сообщнику", - сказал он. "И он приехал, чтобы забрать ее’.


"Почему ты отключил телефон?" - это прозвучало строго.


"Она так и сделала.’


- У вас есть описание машины? - спросил я.’


"Мне очень жаль", - сказал Ван.


Он показал им красные полосы на своих запястьях.


"Она связала меня и натянула мне на голову мешок.’


"Тогда как ты сюда попал?’


"Мне удалось вырваться на свободу", - вздохнул Ван.


Адвокат Бикман покачал головой. Они вернулись к исходной точке.


"Как давно ты этим занимаешься?’


‘ Полчаса. Может, чуть дольше.


"Я полагаю, вы все еще знаете, где произошел обмен", - сказал Бикман.


- На Бругшестенвег, в нескольких километрах от Бланкенберге.


Бикман встал и взял дорожную карту Бельгии, которая лежала открытой на столе. Он нарисовал воображаемый круг.


"Есть два варианта", - сказал он. "Либо они прячутся поблизости, либо уже покинули страну.’


Грубый подсчет показал, что прошло по меньшей мере сорок пять минут с тех пор, как сообщник приехал за китайцем. Устанавливать блокпосты сейчас было довольно бессмысленно. Но они не могли продолжать наблюдение.


"Все, что мы можем сделать, это поддерживать национальную полицию в боевой готовности еще несколько дней", - сказал Бикман. "И проинформировать Интерпол о состоянии дел’.


Ван-Ин вяло отхлебнул из своего "Дауэла", гадая, сколько алкоголя ему понадобится, чтобы совершить то, что становилось все более неизбежным. Бикман не оставлял его в покое.


- Что здесь делали китайцы? - резко спросил он.


Все молчали. Он уставился в свой стакан. Версавел хотел что-то сказать, но сдержался. Если Ван оставил вопрос Бикмана без ответа, у него была на то причина. Вмешательство сейчас могло навлечь на него неприятности.


- Только не говори мне, что ты ничего не знал, - подозрительно продолжил Бикман. - Иначе ты не был бы здесь начеку. ’


Теперь Ван-Ин должен был что-то сказать.


"Мы думали, что следующая жертва скрывается в Бланкенберге", - сказал он. "Но, по-видимому, мы ошиблись.’


- Значит, китайцы тоже ошиблись.’


"По-видимому, так.’


Версавел поднял глаза. Бикман увидел недоверие в его взгляде. Или это было замешательство? Что-то было не так.


"Я дам вам полный отчет о событиях завтра", - сказал Ван. ‘Тогда судите сами’.


Он закурил сигарету и заказал новую порцию пухового одеяла. У него начала немного кружиться голова. Он устал и ничего не ел весь день, но хуже всего был стресс, который его съедал. Если ему не удастся убить Луизу в течение двадцати четырех часов, дети и Ханнелоре погибнут. Мысль о том, что нечто подобное может произойти, медленно, но верно доводила его до безумия. Он ломал голову, ища решения, но отвергал их одно за другим, считая слишком рискованным. Допустить штурм дома антитеррористическим подразделением было невозможно, как и убить девушку. Или это так? Как ему могло сойти с рук нечто подобное? Никто бы его не заподозрил. Это было преимуществом, и без сравнительных материалов техническое расследование ничего не могло доказать. Что касается этого, то это было довольно неплохо, но потом ему пришлось это сделать. Волосы на его руках встали дыбом. Хладнокровно убивая кого-то, он не мог представить худшего кошмара. Однако одно он знал наверняка: китайцы без колебаний убьют его семью, если он не выполнит соглашение.


"Тебе лучше пойти домой и забраться в свою постель вместо того, чтобы сидеть здесь и поднимать дюбели", - сказал Бикман.


Он встал и посмотрел на него с сочувствием. Они работали вместе почти пятнадцать лет, и он никогда не видел его таким подавленным. Фильмы в эти дни были под большим давлением. Им не разрешалось ступить не туда, или об этом писали в газетах, и если им все равно удавалось поймать преступника, был хороший шанс, что какой-нибудь высокооплачиваемый адвокат добьется его освобождения из-за какой-нибудь глупой процедурной ошибки.


"Возможно, я обошелся с тобой слишком сурово, Питер", - сказал он. "Но сейчас трудные времена. Для меня тоже.’


"Трудные времена", - по существу повторил Ван. "Что такое трудные времена?’


"Я позабочусь о том, чтобы он благополучно добрался домой, господин прокурор", - сказал Версавел.


Он ни разу не подумал о Луке, который уже звонил пару раз, спрашивая, где, черт возьми, он остановился. Он даже почти забыл, что через несколько дней они поженятся. Ван-Ин беспокоил его. С ним было что-то не так.


- Проследи, чтобы он не пил слишком много. А что касается отчета, то послезавтра тоже неплохо.’


Бикман надел куртку, оплатил счет и кивком попрощался со своими сотрудниками. Это был долгий, насыщенный событиями день, и, возможно, завтра он не станет лучше. У него была назначена встреча с министром внутренних дел, и была запланирована пресс-конференция.


"Оставайся с нами, друг", - сказал он, выходя.


Панда устала, смертельно устала. Ее глаза почти закрылись, а мышцы дрожали, как натянутая струна. Пистолет лежал на кухонном столе перед ней. Он был перезаряжен, чтобы она могла воспользоваться им немедленно. Ханнелоре стояла в углу комнаты, заложив руки за голову и отвернувшись лицом к стене. К счастью, дети все еще спали. От долгого стояния у нее начали болеть икроножные мышцы и спина, но она не обращала на это особого внимания. Она беспокоилась о том, что произойдет, когда дети проснутся. Со временем эта мысль превратилась в навязчивую идею. Который был час? Она попыталась прикинуть, как долго она здесь стоит. По крайней мере, час, может быть, два. Она больше не могла этого выносить.


‘ Могу я задать тебе вопрос? - тихо спросила она.


Она слышала дыхание китайца, но ответа на этот вопрос не было. Она подождала мгновение, а затем попробовала снова.


"Это из-за детей", - тихо сказала она. "Если они увидят, что я стою здесь в таком виде, у них будут очень неприятности.’


"Я слушаю", - сказал Панда, который тоже уже думал об этом вопросе.


Проще всего было застрелить их, пока они спали. Недостатком было то, что тогда было бы особенно трудно держать мать под контролем. Или же сначала приходилось обездвиживать ее. И кто знает, может быть, она все еще нуждалась в них, чтобы заставить отца сотрудничать.


"Позволь мне вести себя как обычно", - сказала Ханнелоре. "Тогда я скажу им, что ты старый друг, который пришел навестить меня’.


"Старый друг с пистолетом", - цинично ответил Панда.


"Я найду решение для этого.’


Это было разумное предложение. Панда взглянула на часы. Было пять минут пятого.


"Во сколько встают дети?’


"В семь часов, но чаще бывает, что они просыпаются раньше. А потом, когда они замечают, что на кухне горит свет, они гарантированно спускаются вниз.’


Все было не так. Ханнелоре каждое утро прилагала огромные усилия, чтобы разбудить их, и никогда раньше не случалось, чтобы они вставали, когда внизу горел свет, но китайцы не могли этого знать.


"Посмотрим", - сказал Панда.


"Как давно мы знаем друг друга?" - спросил ранний Версавел.


Ван-Ин только что заказал еще один "Дювель" и закурил сигарету. Его лицо было пепельного цвета, но руки не дрожали, когда он подносил стакан ко рту.


"Почему ты спрашиваешь об этом?’


- Потому что ты нездоров.’


- Вы слышали Бикмана. Настали трудные времена.’


Версавел подозвал официанта, который с сонными глазами протирал стакан, и заказал два кофе.


"У нас бывали времена и похуже", - сказал он. "Помни это..."


Ван-ин прервал его небрежным жестом. Его глаза заблестели, нижняя губа задрожала.


"Может быть, ты, но не я.’


Он выплюнул это, как шарлатан блевотину. Его дикий взгляд не терпел противоречий. Казалось, что он внезапно превратился из Джекила в Хайда. Он схватил Версавела за запястье и сжал его почти до состояния кашицы.


- Скажи мне, Питер. Что, черт возьми, произошло? Ты думаешь, я не верю твоей истории.’


Ван-ин хотел сделать глоток Дювеля. Версавел остановил его. Затем он заплакал, как маленький ребенок. Его тело затряслось. Он ослабил хватку.


"Я ничего не могу тебе сказать, Гвидо", - фыркнул он.


Версавел заметил, что официант придвинулся ближе. Было ясно, что он прислушивается.


"Поехали домой", - сказал он. "Ты можешь спокойно рассказать мне все в машине’.


Пенистый прибой ярко выделялся на фоне Темного неба. Шум набегающих волн придавал ночи безмятежный оттенок. Они сели на скамейку. Ван-Ин закурил сигарету и рассказал, что с ним случилось. Версавел слушал, ни разу не перебив его, в то время как суматоха росла, как раковая опухоль в животе. Быстро и беспощадно.


"Сколько у нас осталось времени?" - спросил он.


- Слишком мало, Гвидо. Я просто не могу этого сделать.’


Он сделал две затяжки и с поклоном выбросил наполовину выкуренную сигарету на песок.


"Тем не менее, мы должны найти решение. Мы всегда находили решение. Для любой проблемы.’


"Моя семья - это не проблема.’


"Существуют специальные методы для устранения таких людей", - сказал Версавел.


- Как будто я до сих пор об этом не подумал.’


"Где сейчас эта девушка?’


- В квартире неподалеку отсюда.’


"Ты уверен?’


"Китаянка спрятала передатчик в своем чемодане, когда пряталась в квартире, которую Бомбе обыскал для нее.’


Версавел глубоко вздохнул. Он был поглощен тем, чтобы помочь своему другу. Ханнелоре и дети были близки его сердцу. Он не мог представить, что ему придется скучать по ним.


- Тогда нам придется привлечь ее, - сказал он. - Если, конечно, ты...


Он не закончил предложение, потому что не знал, как бы он отреагировал, если бы Ван Ин все равно решил выполнить задание. Стоила ли их дружба невинной жизни? Он позволил этой реальности проникнуть в себя, прежде чем сделать выбор.


"Я поддерживаю каждое твое решение", - сказал он с кляпом в горле. ‘Но давай еще раз подумаем, прежде чем делать что-то необратимое’.


Ван-ин обнял его за плечи. Его глаза снова увлажнились.


- Что бы ни случилось, я никогда этого не забуду, Гвидо.’


Версавел больше не мог себя контролировать. Он дал волю слезам. Тем временем время неуклонно тикало.


OceanofPDF.com


15


Отчаянный голос Кэти Мелуа вырвал Тома из глубокого сна. В полубессознательном состоянии он потянулся к прикроватному столику, где пел его сотовый телефон, в Пекине девять миллионов велосипедов, и по привычке нажал на зеленый гудок.


‘Привет’.


"Вы разговариваете с комиссаром Ван-Ином", - прозвучало сухо. "Могу я поговорить с Луизой Демистер?’


Том не задавался вопросом, как полиция узнала, что Луиза была с ним. Он включил ночник и легонько ткнул ее пальцем. Сначала она действительно не поняла, что происходит. Это было похоже на кошмарный сон, от которого она медленно просыпалась. Она моргнула от бьющего в глаза света, а затем ошеломленно посмотрела на него.


"Тебе снова хочется этого?" - спросила она с кривой улыбкой.


"Это полиция.’


"В чем дело?’


Она вскочила на ноги, как мумия в фильме ужасов. С открытыми глазами. Стой неподвижно. Когда слова дошли до нее. Полиция. Где она была? Она повернула голову. Том удивленно посмотрел на нее.


"Некий комиссар из Ин", - сказал он.


Она взяла сотовый, который он протянул ей. Ее сердце билось где-то в горле. В голове у нее возникли образы пустой камеры и бритых голов охранниц-лесбиянок-садисток, которые похотливо смотрели на нее. Она завернулась в пуховое одеяло.


"Я разговариваю с Луизой Демистер?’


Голос звучал не враждебно, скорее отчаянно и беспомощно. По крайней мере, не так, как она представляла голос комиссара. Теперь она увидела его снова. Неряшливый мужчина в мятой рубашке и с меланхоличным выражением лица.


"Комиссар In", - глупо сказала она. "Мы встречались раньше.’


"Мне нужно поговорить с тобой, Луиза. Это вопрос жизни и смерти. И, пожалуйста, не пытайся бежать. Здание окружено. Для твоей же безопасности. Никто не причинит тебе вреда.


Его голос успокоил ее. Обычно комиссар отдавал приказы или огрызался. В нем было что-то отеческое. Она улыбнулась. К большому удивлению Тома.


"Мы можем подняться наверх?’


"Они хотят подняться наверх", - сказала она Тому.


Он сел на край кровати, надел джинсы и футболку и послушно вышел в холл, где висел домофон.


"Пойдем", - сказала она. "Мой друг впустит тебя.’


Она поспешно оделась в ванной. Значит, это был не сон. Она увидела себя в зеркале. Немного макияжа - и готово. Ван-Ин и Версавел сидели на диване, когда она вошла в гостиную пять минут спустя. Она выглянула в окно. Все еще была ночь.


"Нам нужна твоя помощь, Луиза", - сказал Ван.


‘ Помогите. Я думал, вы, ребята, пришли меня арестовать.


Том поставил термос с кофе и четыре чашки на кофейный столик и закурил сигарету. Ван-Ин последовал его примеру. Первая затяжка вызвала у него кашель. Легкие болели, но он все же сумел улыбнуться.


"Сначала я расскажу тебе, что происходит", - сказал он. "Тогда ты понимаешь, почему мне нужна твоя помощь.’


Она села, подтянув колени перед ним, пока Том разливал кофе. Все выглядели особенно серьезными. Затем Ван столкнулся с Ван валом. Он рассказал всю историю с самого начала. Сексуальное насилие в парке, загадочная смерть Ян Юньсяна, убийство Киры и мистера Дэна, контракт между Улун Чжаном и Йоханом Косинсом, убийство мистера и миссис Бомбе, таинственное письмо, в котором говорилось, что все это из-за нее, и, наконец, китаянка, которая угрожала привести его семью, если он не убьет ее. Сначала она слушала, затаив дыхание, но по мере рассказа пугалась все больше и больше. Когда рассказ наконец закончился, она выглядела довольно бледной.


"Как, черт возьми, я могу вам помочь?" - в ужасе спросила она.


"Я не прошу тебя умирать", - сказал ван.


"Конечно", - ответила она в шоке. "Но что мы можем сделать?’


‘ Внести свой вклад. Я хочу знать, почему они определенно хотят твоей смерти.


Она сделала глоток кофе, который за это время успел остыть. Улететь больше не могла, она могла только попытаться ограничить ущерб. Она украдкой взглянула на своего нового парня, с которым хотела разделить остаток своей жизни. Он одобрительно посмотрел на нее.


"Нам лучше начать с чистого листа", - сказал он.


"Тогда комиссар должен пообещать, что он не будет преследовать меня в судебном порядке.’


"Почему я должен преследовать тебя?’


Она колебалась. Том отговорил ее, заявив, что хочет жениться на ней, когда все закончится. Тогда она во всем призналась.


"Китайцы не выносят потери лица", - сказала она. ‘Я узнала об этом, когда впервые была в Китае. И они готовы на все, чтобы их имя не было запятнано грязью. Улун Чжан и Ян Юньсян были любовниками, и никто не должен об этом знать. Я случайно услышал, как они возились в вестибюле отеля Dukes ’ Palace. Сначала они говорили о контракте, а потом о своей запретной любви. Когда они потом вместе поднялись наверх, я записал все на свой мобильный телефон.


"Ты пытался сделать из этого монету.’


Она немного застенчиво улыбнулась.


"Я хотела быть мисс Фландерс", - сказала она.


"И это стоит денег?’


"Да, комиссар. Бомбе даже поощрял меня шантажировать их. Он сказал, что я заработал бы очень много, заплатив пятьдесят тысяч евро, но это, как вы знаете, закончилось по-другому.’


"Потому что Бомбе связался с Кирой?’


Она кивнула.


"Но заплатили ли китайцы?’


Юньсян сначала хотел заплатить, но Чжан отказался. Вот почему я обратился к мистеру Косинсу.’


"Ах, так.’


Все стало ясно. "Улун" означало "воинственный дракон", а на спине Ян Юньсяна, разве не был вытатуирован дракон с сердцем в когтях? Все части аккуратно встали на свои места. Луиза пыталась шантажировать Улун Чжана и Ян Юньсяна, но они не отреагировали на это. Ян Юньсян попытался стереть позор. Он ошибся, потому что Кира, которая также случайно оказалась в отеле, и Луиза были очень похожи. Косинс, который был смертельно опасен из-за того, что пропустит контракт с китайцами, заплатил. Теперь Ян Юньсян попытался стереть позор, совершив самоубийство. Только тогда Улун Чжан нанял профессионального убийцу, китаянку, которая теперь угрожала убить его семью.


"Теперь мы также знаем, кто был автором таинственного письма", - сказал ван Ин.


- Косинс, - сказал Версавел, который придерживался того же направления мысли.


- Бедная Кира, - вздохнула. - Ей пришлось дорого заплатить за свое сходство с тобой.’


"Я знаю.’


Китайская убийца сначала руководствовалась информацией, которую она получила от Улун Чжан, и совершила ту же ошибку, что и Ян Юньсян. Она осознала свою ошибку только после того, как пытала Киру, и выяснилось, что она ничего не знала обо всем этом. Луиза опустила глаза.


"Мне очень жаль", - сказала она. "Если бы я знала, что они зайдут так далеко, я бы связалась с вами.’


"Теперь уже слишком поздно для этого", - сказал Ван. "Я хочу спасти свою семью.’


- Вы можете рассчитывать на меня, комиссар.’


Она подняла глаза и посмотрела ему прямо в глаза. Она поняла, сколько горя причинила.


- Ладно, - сказал Ван.


Ему не нужно было больше ничего говорить. Версавел знал, что делать. Они все обсудили заранее. Лук ждал внизу в машине. У него было все необходимое, чтобы инсценировать убийство.


"Ваш друг действительно снимает фильмы?" - спросил официант.


"Он делает макияж", - сказал Версавел.


Он перечислил несколько названий постановок, в которых участвовал Лук. Это был впечатляющий список. Даже Ван был впечатлен.


"Я знал, что он участвовал в нескольких зарубежных постановках, но вы никогда не говорили мне, что он работал на Скорсезе.’


"Это потому, что мы двое скромных парней", - сказал Версавел с широким лицом.


‘ Будем надеяться, что это сработает.


Ван-Ин нервно закурил сигарету. Инсценировка убийства была рискованной, но это был единственный способ решить дилемму. Более того, у них был только один шанс попробовать, потому что у Luk было достаточно материала только для одной попытки.


"Вот и он.’


Версавел приветствовал своего друга поцелуем и похлопыванием по спине. Судьба Ханнелоре и детей теперь была в его руках.


Люк поставил свой портфель на стол и открыл его. В нем была какая-то броня, которую Луизе позже придется носить под одеждой и которая защитит ее от воздействия небольших взрывов.


- Вы не могли бы снять блузку, мисс? - спросил он.


Луиза в отчаянии посмотрела на свою подругу. Она уже часто стояла топлесс в окружении мужчин, но тогда у нее еще не было парня.


- Минутку. Сначала я собираюсь надеть лифчик.’


"Не нужно", - хотел сказать ван-Ин, но вовремя проглотил свои слова. Сейчас было не время шутить. Он также испытывал угрызения совести из-за того, что думал о груди другой женщины, в то время как Ханнелоре и дети были заложниками безжалостного убийцы.


‘ Ты можешь принести несколько других блузок?- Крикнул ей вслед Лук. - Предпочтительно свободные модели. Так броня будет менее заметна.


Ему потребовалось полчаса, чтобы прикрепить к броне маленькие прыжковые заряды, пакеты с фальшивой кровью и детонаторы. Луиза надела ее и надела яркую блузку.


- У вас нет чего-нибудь попроще?


"Разве это не хорошо?’


"Слишком занят", - сказал Лук. "На простой ткани фальшивая кровь выделяется лучше.’


"Вы проверяли камеру?’


"Камера работает", - сказал Версавел.


‘ Ладно. Первая репетиция.


Я глубоко вздохнул. Луиза стояла перед ним. С большими глазами. Он направил пистолет ей в грудь и трижды нажал на спусковой крючок. Щелк, щелк, щелк. Луиза сделала шаг назад, пошатнулась и, опустившись на колени, схватилась за грудь.


- Неплохо, - сказал Лук. - Давай попробуем еще раз.’


Им пришлось повторить это четыре раза, прежде чем он был удовлетворен. Когда они выстроились в очередь для финальной записи, напряжение должно было спасть. Три выстрела прозвучали оглушительно в тесном пространстве. Луиза с жаром сыграла свою роль. Пружины отлично справились со своей работой. Хлынула кровь. Камера увеличила изображение, когда она лежала на земле. Это казалось идеальным кадром, но когда они позже посмотрели его на экране телевизора, то увидели, что все равно что-то пошло не так.


- Черт, - выругался он.


"Это моя вина", - сказал Лук.


Он привел в действие второй заряд взрывчатки слишком рано. Так называемый удар пули произошел раньше выстрела.


"Может быть, она не замечает", - попытался утешить их Версавел.


"Мы не можем так рисковать", - сказал Ван, качая головой.


"Мы действительно можем не делать этого снова?" - спросила Луиза.


"Нет", - сказал Лук. "Это было последнее возгорание.’


"Мы можем купить другие, верно?’


"Эти вещи сделаны в Испании. Пройдет не менее двух дней, прежде чем я их получу. ’


"Может быть, с коллегами", - предположил Версавел.


"Этот шанс невелик", - сказал Лук. "Но я хочу попробовать.’


На подъездной дорожке к зданию mbz была постелена красная ковровая дорожка, а холл был украшен зелеными растениями. Йохан Косинс был одет в темно-серый костюм и оранжевый галстук. Он стоял рядом с министром транспорта. Мэр Моэнс был занят оживленной беседой с губернатором. Все четверо были явно взволнованы. Это был исторический день для Брюгге и порта Зебрюгге. У входа ждала армия фотокорреспондентов. Все ждали момента, когда Колесница Улун Чжана въедет на площадку. Все было готово к большой вечеринке.


"Вот и он", - сказал Козинс министру. "Как раз вовремя.’


Изумрудный "Роллс-ройс" бесшумно проехал вперед и остановился перед красной ковровой дорожкой. Мужчина в кепке выскочил из машины и открыл заднюю дверцу, чтобы мистер Улонг Чжан мог выйти. На китайце был шелковый костюм и блестящие лакированные туфли. Сотрудник, сидевший с ним в машине, вручил ему портфель. Министр пошел навстречу высокому гостю. Они пожали друг другу руки и, смеясь, направились к остальным членам делегации. Все прошло гладко. В конференц-зале висели китайские и бельгийские флаги, а на столах стояли красивые цветочные композиции. Были произнесены речи и тосты. Повара кейтеринговой компании поспешили приготовить все вовремя. Без десяти шесть контракт был подписан. Церемония длилась всего четыре минуты. Четыре минуты. Косину потребовались кровь, пот и слезы, чтобы довести дело до конца. Это была работа его жизни. Миллион контейнеров в год, то есть почти три тысячи в день. Он еще не мог как следует представить себе это.


'Jo De Ryck van Het Nieuwsblad. Могу я задать вам несколько вопросов?


Косинс поднял голову.


"Конечно", - улыбнулся он.


- Что означает такой контракт для порта Зебрюгге?


"Как бы отреагировал ваш главный редактор, если бы завтра у вашей газеты было вдвое больше читателей?’


"Я, вероятно, получил бы прибавку к зарплате", - сказал Де Райк. "Значит, это действительно так важно?’


"Можно и так сказать", - злорадствовал Косинс. "И это еще не все. У нас с мистером Улонг Чжаном все еще большие планы.’


"Больше контейнеров или больше смертей?" - спросил Рик. "Или этого пока никто не делает?’


Косинс Веркильде. Как, черт возьми, пресса узнала, что существует связь между заказом и убийствами? Как много знал Де Райк?


- Имя Луиза Демистер вам о чем-нибудь говорит?


- Это имя должно мне что-нибудь сказать?


"Я думаю, да", - сказал Де Райк, который теперь был уверен, что он был прав.


"Мы не можем поговорить об этом в другой раз? "Под четырьмя глазами". Если ты понимаешь, что я имею в виду.’


- Вы ведь не пытаетесь подкупить меня, не так ли, мистер Косинс?


"Подкуп - это громко сказано, мистер Де Райк, но я уверен, что у меня есть убедительные аргументы, чтобы заставить вас изменить свое мнение. Когда мы можем встретиться?’


Среди других журналистов поднялся переполох, когда поступила новость о том, что комиссар Ван-Ин двадцать минут назад врезался в дерево на дороге из Бланкенберге в Брюгге. Согласно одному источнику, он скончался мгновенно, другой утверждал, что его перевели в az Синт-Джан с серьезными травмами. Новость подействовала как разорвавшаяся бомба. Мэр Моэнс немедленно позвонил главному комиссару, который подтвердил сообщение. Съемочная группа регионального канала спешно выехала на место происшествия.


Саймон и Сара с утра смотрели телевизор в гостиной. Ханнелоре пообещала им поездку в Диснейленд, если они будут хорошо сидеть, пока папа не вернется домой. Они с Пандой провели весь день на кухне. Они едва обменялись парой слов. В двенадцать минут шестого раздался звонок. Ханнелоре посмотрела на Панду и прошептала, что детям покажется странным, если она не откроет. Китаянка положила свой пистолет в бумажный пакет и села в салоне вместе с детьми.


"У тебя есть две минуты, чтобы отослать их", - прошипела она.


Ханнелоре была поражена, когда открыла входную дверь и узнала коллегу из ван-Ина, молодого парня, которого только что повысили до суперинтенданта.


"Тебе придется вернуться в другой раз", - сказала она. "Здесь нет фургона.’


"Я знаю", - это прозвучало грустно. "Могу я войти?’


Она яростно замотала головой.


- Извини, но у меня действительно нет времени.’


- Значит, ты еще не знаешь.’


"Чего я еще не знаю?’


"Питер мертв.’


- Какой Питер? - спросил я.


- Питер ван Ин, мэм. Ваш муж. Он попал в автомобильную аварию. ’


Ханнелоре попыталась ухватиться за дверную ручку. Ее мышцы расслабились. Она могла видеть только стену перед собой. Неясно-белую. Ей нужно было подумать о детях. Сколько у нее было времени? Две минуты. Вскоре дети тоже были мертвы. Она сделала шаг назад и захлопнула дверь. Телевизор все еще был включен.


‘Мама’.


Она узнала голос Саймона. Он был еще жив. Она, пошатываясь, вошла внутрь. В дверях стояла Панда. С бахромчатыми бровями.


‘Мой муж мертв’, зея Ханнелоре.


"Что ты скажешь, мам?’


"Я скажу своему отцу, чтобы он пришел домой позже.’


Она пыталась казаться веселой, но ее голос дрожал. Перед глазами у нее появилась пелена, и ей снова пришлось искать поддержки. Она ухватилась за край стола. Панда встал рядом с ней.


"Что случилось?" - спросила она.


Ханнелоре села на стул. Она должна оставаться сильной. Дети не должны ничего заподозрить. Пока нет.


- Тогда скажи что-нибудь.’


‘Мой муж мертв’, герхальде Ханнелоре Везенлоос. "Он разбился на своей машине".


‘ Ты уверен? - спросил я.


Ханнелоре подняла глаза. Зачем коллеге сообщать, что ван-Ин мертв? Какой больной ум мог придумать такую пресную шутку? Где был Версавел? Ван-ин никогда не водил машину один. Он тоже был мертв? Или ранен? Ей следовало спросить.


‘ Могу я позвонить? - спросил я.


Панда не сразу ответил на вопрос. Если бы Ван Ин был мертв, ситуация стала бы невыносимой. Ханнелоре позвонили бы, и ее навестили бы семья и друзья. Что она должна была делать? Запереться с детьми в одной из спален и заставить Ханнелоре отослать всех прочь? Нет. Ей нужно было как можно скорее добраться до Антверпена, где ее ждал контейнеровоз компании Shanghai Shipping.


"Кому ты хочешь позвонить?" - спросила она.


- Друг моего мужа.’


"О чем ты хочешь его спросить?’


"Я хочу знать, правда ли, что мой муж мертв.’


Панда на мгновение задумался.


"Хорошо", - сказала она. "Но я хочу, чтобы ты сначала записал то, что собираешься сказать, и ты можешь говорить только то, что записал’.


"Я сделаю все, что в моих силах", - сказала Ханнелоре.


Она подошла к кухонному шкафу и взяла ручку и бумагу. Привет, написала она. Это я, Гвидо. Пожалуйста, расскажите мне, что произошло, а также: не могли бы вы сейчас оставить меня в покое, на случай, если он попросит зайти.


"А теперь по-английски", - сказал Панда.


Ханнелоре перевела текст дословно. Панда прочитал его. Это имело смысл.


"Подумай о детях", - сказала она.


Ханнелоре схватила свой мобильный телефон и набрала в нем номер Гвидо В.


‘ Привет. Это я, Гвидо. Пожалуйста, расскажи мне, что случилось, - всхлипывала она.


"Я просто хотел позвонить тебе", - сказал Версавел.


По-прежнему было тихо. Он слышал только ее дыхание.


"Я сам не знаю, что произошло. Питер ушел, ничего не сказав. Полчаса спустя я получил сообщение, что он врезался в дерево. Прости, Ханна.’


Его голос дрогнул.


"Ты хочешь, чтобы я подошел?’


- Нет, - сказала она. - Сейчас я хочу побыть одна.’


"Я понимаю это", - сказал Версавел. "Я просто хочу сказать вам, что региональная телекомпания сделала снимки аварии. Будет лучше, если вы узнаете об этом заранее.’


Она ничего не сказала.


Диктор смотрел на нее через экран, когда рассказывал о трагическом происшествии. "Волна" была сильно повреждена. Нос был полностью сломан, и пожарной команде пришлось открыть боковую дверь, чтобы вытащить Вэн из-под обломков. Телефон не умолкал в течение последнего часа, но ей не разрешили отвечать. А потом она вырубила его.


"Папа возвращается?" - спросила Сара.


"Я так не думаю", - сказала Ханнелоре.


"Почему бы и нет?’


"Потому что он мертв", - сказал Саймон.


"Значит, это так плохо?" - захотела узнать Сара.


Дети ассоциировали смерть с тем, что они больше не двигаются, или с чем-то плохим, что все еще может быть хорошим. Они только намного позже поймут, что папа действительно умер. Рекламный ролик о Диснейленде заставил их на мгновение забыть о плохих новостях. Они строили множество планов.


"Отпусти детей", - сказала Ханнелоре, вернувшись на кухню с Пандой. "Они не могут предать тебя.’


"Нет, это правда.’


После того, что произошло, она больше не могла защищать Ханнелоре и детей от внешнего мира. Не оставалось ничего, кроме как убить их. Ханнелоре, казалось, угадала ее мысли.


"Я могу тебе помочь", - сказала она.


Она объяснила, что была следственным судьей и обладала большой властью из-за своего положения.


"Никто не подложит нам соломинки на пути.’


Панда взглянула на часы. Было десять минут седьмого. Был подписан контракт, который они также показали по телевидению. Улун Чжан был на пути в аэропорт. Его самолет вылетел в 1: 30. Таким образом, смерть Ханнелоре и детей не имела особого смысла.


"Что ты предлагаешь?" - спросила она.


У Ханнелоре потеплело внутри, несмотря на печаль, которая разрывала ее на части.


"Я могу дать вам другое удостоверение личности", - сказала она. - И поехать с тобой в страну, где ты чувствуешь себя в безопасности.’


"У тебя есть такая сила?’


"В Бельгии полномочия действующего следственного судьи практически неограниченны", - с надеждой сказала Ханнелоре.


"Что нам делать с детьми?’


- Я могу позвонить своей матери и попросить ее приехать сюда.’


"Тогда тебе также следует рассказать ей, что происходит", - сказал Панда. "Твоя мать должна знать, что ее дочь умрет, если промолчит’.


"Моя мать - разумная женщина.’


Ханнелоре встала. У нее закружилась голова. Мышцы, казалось, закислялись, а шею свело судорогой. На холодильнике лежала еще одна пачка сигарет, запасная на случай, если он вечером упадет без сигареты. Она разорвала ее и приклеила одну. Как своего рода дань уважения. Дым щипал ей глаза. Они плакали.


"Нам лучше что-нибудь съесть перед уходом", - сказала она.


Панда подозрительно посмотрел на нее. Она чувствовала себя неуютно в компании сильной женщины.


"Почему бы и нет", - ответила она немного растерянно.


"Сначала я позвоню маме. Чтобы у нас было время спокойно поесть. Хочешь, я сначала все запишу?’


"Нет", - сказал Панда. "Я верю тебе.’


Версавел подтащил резиновую лодку к причальной стенке и закрепил ее веревкой. Он был одет в черный комбинезон, и его лицо было почерневшим, как и у троих сопровождавших его мужчин. Вода во рву снова стала прозрачной. Он поднял глаза. На кухне горел свет, но, к счастью, шторы были задернуты. Никто не произнес ни слова. Версавел подтянулся и перелез через причальную стенку. Мужчины в лодке последовали его примеру. Они ворвались к задней двери. Версавел был почти уверен, что она не была закрыта. Зачем им запирать заднюю дверь? Сад тянулся параллельно рву. Без лодки туда не попасть. Щелчок. Дверь распахнулась. Они проскользнули внутрь и стали ждать. Снаружи специальная оперативная группа забирала почту с помощью инфракрасной камеры, и они тоже принесли ее с собой. Камеры фиксировали разницу температур, что позволило им создавать изображения живых существ через стены. Ханнелоре была намного крупнее китаянки, и Версавел узнал ее силуэт. Они не стали бы предпринимать никаких действий, пока не убедились бы, что Ханнелоре и дети находятся не в комнате Панды. Однако никто не мог предсказать, сколько времени пройдет, прежде чем она оставит их на минутку одних, они даже не знали, произойдет ли это вообще. Им оставалось только ждать и надеяться, что ночью внимание китайцев на мгновение ослабнет.


OceanofPDF.com


16


"Миссис Мартенс позвонила своей матери", - сказал Дирк Брейнзил.


Брейнзил возглавлял Специальное антитеррористическое подразделение Федеральной полиции. В его распоряжении было тридцать два человека, прошедших подготовку в sas, элитном корпусе британских коммандос. Они располагали самым современным оборудованием связи и были вооружены до зубов. Мобилизовать команду было трудно, и Ван-ин долго колебался, прежде чем связать себя узами брака, но при таком положении вещей у него не было другого выбора. Он просто еще не знал, как они поведут это дело. Штурм дома был рискованной операцией. Брейнзил заверил его, что ему не о чем беспокоиться, но речь шла о его жене и детях.


"Ичто?"


- Я сейчас разговариваю по телефону, капитан.’


Ван-Ин нервно затушил сигарету и с озабоченным лицом ответил на телефонный звонок.


‘Hallo, Thérèse.’


Его теща была милой женщиной, с которой он хорошо ладил. Она также была единственной из семьи, кто знал, что он сам инсценировал свою смерть. После неудачной записи, которая должна была послужить доказательством того, что он убил Луизу, это было единственное решение, которое ему удалось придумать. Если китаянка думала, что он мертв, у нее больше не было причин убивать его семью. Это была авантюра, но он не мог придумать ничего лучше. Теперь казалось, что он принял правильное решение. То, что Ханнелоре получила разрешение позвонить матери, доказывало, что дело принимает другой оборот. По крайней мере, он на это надеялся.


- Ханна спрашивает, не хочу ли я приехать и присмотреть за детьми.


"Она сказала почему?’


‘ Нет. Она просто сказала, что это срочно.


"Как у нее звучал голос?’


- Тебе лучше не знать, мальчик.’


Терезе следовало бы снять камень со своего сердца, чтобы оставить дочь в подвешенном состоянии и не намекать, что Ван-Ин все еще жив.


"Постарайтесь изолировать детей", - сказал он.


"Я сделаю все, что в моих силах.’


"Спасибо тебе, мама.’


Она была шокирована, потому что он никогда раньше не рассказывал ей о маме.


Тереза с испуганным сердцем вошла в ворота "Жирной рыбы", которые выглядели устрашающе заброшенными, но это была видимость. На крышах окрестных домов четверо снайперов наблюдали за переулком в очках ночного видения. "Позвони мне, когда будешь у входной двери", - сказала Ханнелоре. Она не спросила, почему ей нужно сначала поговорить по телефону и только потом разрешают позвонить. Она просто сделала это.


- Входи. И делай в точности то, о чем я тебя прошу.’


Это звучало жестоко, но Ханнелоре не осмелилась рисковать. Она получила очень точные инструкции.


"Сними свою одежду.’


Тереза с изумлением посмотрела на свою дочь.


‘Сделай это’, - говорит клонк хет барс.


- Моя мама не понимает по-английски.’


Панда направила пистолет на Ханнелоре. Ее палец лег на спусковой крючок. Приняла ли она правильное решение? Можно ли доверять матери?


Терезе тогда не разрешили понимать по-английски, оцепенелый взгляд китайца сказал ей достаточно. Она сбросила туфли и поспешно разделась. Прошло много лет с тех пор, как Ханнелоре видела свою мать в нижнем белье, и она должна была признать, что та все еще выглядела довольно аппетитно. Панда окинул ее профессиональным взглядом, а затем проверил ее одежду и сумочку на предмет спрятанного оружия.


- Дети в гостиной, - сказала Ханнелоре.


‘Бабушка’.


Саймон вскочил с дивана, когда увидел входящую бабушку. Сара побежала за ним. Тереза крепко прижала внуков к себе и начала рассказывать, как ни в чем не бывало.


"Скажи ей, что я немедленно пристрелю тебя, если она посмеет с кем-либо связаться", - сказал Панда.


"Она это знает.’


Китайцы все равно убили бы ее, но теперь, когда ван-Ин был мертв, ей было уже все равно. Ей было больно только за детей и за плод в ее утробе, который никогда не появится на свет. Бедный Жюльен, подумала она. Ты никогда не узнаешь, что жил.


‘ Сделай это.


‘Хорошо’.


"Они сейчас в салоне вчетвером", - сказал мужчина, который управлял инфракрасной камерой. "Дети и две женщины.’


"Где же этот китаец?’


- На кухне.’


Для устрашения заложников требовалось действовать быстро и максимально использовать элемент неожиданности. Они все это знали, но кто-то должен был взять инициативу в свои руки. Дорога была каждая секунда. Элемент неожиданности был их главным преимуществом.


- Иди, - это прозвучало приглушенно.


Двое мужчин из Подразделения специального назначения бросились вверх по лестнице. Они думали только об одном: как можно быстрее довести операцию до успешного завершения. Красные точки их ружей с лазерным наведением плясали на стенах, как сердитые светлячки. Они двигались как хищники. Проворные и почти бесшумные. Прошло еще несколько секунд, прежде чем первый мужчина пинком распахнул дверь.


"Нет, подожди. Она идет в салон", - прозвучало сдавленно.


Первый мужчина сдержался, как будто кто-то нажал на кнопку. Другой отреагировал еще быстрее. Он поспешил обратно вниз. Версавел сделал им знак следовать за ним в подвал.


Панда обернулся. Она что-то услышала, звук, который не смогла истолковать. Она направила пистолет на дверь, ведущую на лестничную клетку. Стало тихо, как у мыши. Тихо. Что-то было не так. Она чувствовала присутствие других людей, и инстинкт никогда ее не обманывал.


Она умело бросила машину. Ван-Ин был мертв. Никто не мог знать, что она была здесь. Или это так?


"Кто-нибудь может войти через заднюю дверь?" - спросила она.


"Нет", - ответила Ханнелоре. "Наш дом находится рядом с каналом.’


‘ Тогда вы можете добраться туда на лодке.


- Лодка, - недоверчиво повторила Ханнелоре. - Ни у кого здесь нет лодки. ’


Она не солгала. По каналам курсируют только лодки с туристами, но, конечно, китайцы имели в виду не это.


"Я хочу, чтобы ты посмотрел внизу", - сказала она. "Если ты заметишь что-то подозрительное и будешь держать это в секрете, один из детей умрет. Пойми.’


Ханнелоре кивнула и подошла на налитых свинцом ногах к двери, открыла ее и сделала шаг вниз. Она включила свет. Двенадцать деревянных ступенек вели в сад и в подвал, которые находились на уровне рва. Она осторожно спустилась по лестнице. Ничего не произошло.


Внизу была маленькая комната с двумя дверями. Одна вела в подвал, другая - наружу. Сначала в подвал, подумала она. Она включила свет. Там мог прятаться один человек, но для четверых там не было места. Версавел прищурился от света голой электрической лампочки.


"Прости, Ханна", - сказал он.


Страх пронзил ее сердце. Что ей оставалось делать? Она не могла представить, как отреагирует китаянка, если она скажет ей правду, но также и то, что произойдет, если она ничего не скажет.


- Дети, - хрипло прошептала она.


Она изобразила кого-то с пистолетом и нажала на воображаемый спусковой крючок. Версавел кивком головы показал, что им лучше вернуться. Ханнелоре указала вверх.


‘Окна’.


Окно на кухне выходило в сад. Китайцы были не дураки. Раздвинув шторы, она увидела, что происходит внизу.


- Тогда мы остаемся здесь.’


Ханнелоре обернулась. Вскоре китаянка заподозрила неладное, потому что она слишком долго отсутствовала. Однако было мало шансов, что она сама придет покорять высоту с шестом. В конце концов, она не могла позволить себе оставлять маму и детей одних слишком надолго.


"Подумай о детях", - сказала она.


Версавел все еще хотел сказать, что Ван Ин не был мертв, и они подстроили все, чтобы обмануть китайцев, но у него больше не было шанса.


"Тебя долго не было", - сказала Панда, входя на кухню.


"На улице темно, а сад довольно большой.’


Ханнелоре старалась, чтобы ее голос звучал спокойно, хотя она чуть не умерла от страха, что китайцы поймают ее на лжи. Может быть, ей лучше быть честной и во всем признаться.


- Посмотрите сами, если вы мне не верите.’


Она подошла к окну и приготовилась раздвинуть шторы, но китаец остановил ее. С раздвинутыми шторами она представляла собой идеальную мишень.


"Нам пора уходить", - угрюмо сказала она.


Новость о том, что оперативная группа почти обнаружена, не принесла Вану ничего хорошего. Бессилие угрожало задушить его. У них был усыпляющий газ, светошумовые гранаты, снайперы, очки ночного видения, инфракрасные камеры и самые подготовленные коммандос в стране, но после неудачной попытки спасти Ханнелоре и детей он больше не осмеливался принимать решение. Пока китайцы околачивались вокруг детей, нападение было слишком рискованным.


"Миссис Мартенс потребовала полицейскую машину", - сказал Брейнзил.


Ван-Ин нервно закурил сигарету.


- С водителем или без?’


‘ Без этого.


"Тогда она хочет уехать", - сказал Ван.


- С миссис Мартенс в качестве живого щита.’


"Для меня это имеет смысл.’


Было очевидно, что китайцы возьмут Ханнелоре в заложники в полицейской машине, и это еще больше усложняло ситуацию. Было далеко за полночь, и движения почти не было, что делало практически невозможным следовать за ними незамеченным. Единственным преимуществом было то, что китаянка не знала, что за ней будут следить, потому что она предполагала, что никто не знает, где она находится, но, конечно, это не означало, что она не будет осторожна.


- Отзови своих людей, - сказал он. ‘ Мне нужен Версавел.


Ханнелоре закрыла за ним входную дверь и еще раз оглянулась. Она попрощалась с детьми и своей матерью, пообещав, что скоро снова будет дома. Дети, конечно, поверили ей, мама пристально посмотрела ей в глаза и мягко покачала головой. Она не была умственно отсталой. Панда была одета в пальто Ханнелоре, доходившее ей до лодыжек, а сама она надела шапочку и замоталась шарфом так, что ее было почти не узнать.


"Машина стоит на площади возле церкви", - сказала Ханнелоре, когда они свернули на Мерстраат.


Улица была пуста. Уличные фонари распространяли мягкий желтоватый свет, который в обычных условиях создавал романтическую атмосферу, но сейчас светил зловеще. Снайпер, стоявший на посту на крыше церкви Святого Джеймса, держал Панду на прицеле в течение двух секунд, слишком коротких для верного выстрела. Китаянка постоянно меняла позицию, как будто чувствовала, что находится в осаде. Им также не разрешалось слишком долго целиться, иначе она заметила бы красное пятно света от лазера. Кто знает, может, у них было бы больше шансов. Им не повезло. Две женщины добрались до машины, так и не сумев привлечь внимание китайца. Их работа была выполнена.


Ключ был в замке зажигания. Ханнелоре села за руль. Панда устроился на заднем сиденье.


"Это ты мне скажи", - попросила она.


‘ В машине есть GPS? - спросил я.


Ханнелоре открыла крышку бардачка и достала компактный "Том-Том", который прикрепила к лобовому стеклу с помощью присоски.


"Мы едем в Антверпен", - сказала она. "Док Доорганк".’


GPS определил местоположение и рассчитал кратчайший маршрут. Ханнелоре обогнула площадь и свернула на Левстраат. Менее чем через десять минут они выехали на автостраду. Во время поездки с Мерстраат на автостраду Панда дважды заставляла Ханнелоре притормаживать, чтобы пропустить машины, ехавшие позади них, чтобы она была уверена, что за ними нет слежки. На блокпосту прямо перед автомагистралью полиция не тронула их. Им даже не пришлось останавливаться, что на самом деле имело смысл, они сами поехали на полицейской машине.


"Вот как ты на это смотришь", - сказала Ханнелоре. "Даже если бы они остановили нас, я смогла бы выкрутиться.’


- Ты бы не хотела, чтобы я говорил ’спасибо", - горько прозвучало с заднего сиденья.


Незадолго до Бирнема Ханнелоре пришлось съехать с китайского шоссе и ждать пять минут, прежде чем ей разрешили снова выехать на него. За ними не последовало ни одной машины. Она надеялась, что Версавел что-нибудь предпримет, но эта надежда таяла с каждой минутой.


- Продолжай ехать, - это прозвучало резко.


Прошло несколько минут, прежде чем Ханнелоре увидела в зеркале заднего вида огни автомобиля. Те редкие машины, которые в этот час еще были на дороге, пронеслись мимо них на большой скорости. Чем ближе они подъезжали к Антверпену, тем мучительнее Ханнелоре осознавала, что жить ей осталось недолго. Теперь, когда ей стало ясно, как китайцы смогут сбежать, она знала, что никогда не рискнет отпустить ее. Ее единственным утешением было то, что дети в безопасности.


Капитан "Гордости Шанхая" стоял на мостике с чашкой горячего чая перед собой. Он смотрел на набережную и гавань, которая двигалась день и ночь. Все приготовления были сделаны. Он был готов к отплытию. Оставалось только дождаться прибытия тайного пассажира. Во внутреннем кармане у него лежал конверт с десятью тысячами долларов. Накануне курьер доставил ему деньги. Десять тысяч долларов были большими деньгами даже для капитана такого мастодонта, как "Гордость Шанхая", на борту которого находилось более шести тысяч контейнеров. Он не волновался. Риск того, что его поймают, был невелик, и как только пассажир оказался на борту, власти ничего не могли ему сделать. В конце концов, он был капитаном. Никто не стал бы ставить у него на пути соломенного кабана. Он был хозяином своего корабля. Он взглянул на часы. Если это займет немного времени, они смогут отплыть через час. Прилив был идеальным.


"Припаркуйся здесь", - сказал Панда.


Она указала на щель между двумя контейнерами. Это было пустынное место. Некоторые контейнеры были покрыты пятнами ржавчины, что свидетельствовало о том, что к ним некоторое время не прикасались. К тому же там было очень темно.


Ханнелоре глубоко вздохнула, вспомнив свое детство. Она увидела своего первого друга, свою собаку Тротти. Она почувствовала запах его мокрого меха и ощутила вкус теплого яблока с корицей. Она увидела маму, стоявшую на кухне, пока та шила платья для своих кукол, и увидела, как вошел папа, повесил пальто на вешалку и убрал газету. Она вспомнила, как Ван в первый раз массировал ей ноги, она почувствовала тепло его тела, ласки на своей спине. Хуже всего были улыбающиеся лица детей. Что бы они делали без нее? Она поняла, что больше никакой помощи ждать не приходится. Никто не последовал за ними. Возможно, они пытались, но не преуспели в том, чтобы следовать за ними незамеченными. Или они их потеряли.


- Убирайся, - это прозвучало холодно.


Она чувствовала себя так, словно была в трансе. Звуки стихли, темнота окутала ее, как теплое одеяло.


"Давай же.’


Она подняла глаза.


В конце ряда контейнеров находился небольшой сарай. Панда метким ударом ноги распахнул дверь. Они вошли внутрь. Там воняло смолой и мокрыми веревками.


"У вас есть дети?’


"Нет", - сказал Панда. "Встань на колени.’


"Тебе действительно нужно это делать?’


Ханнелоре начала тихо всхлипывать. Она вспомнила кадры из документального фильма о Второй мировой войне. Это были шокирующие кадры, показывающие, как еврейских заключенных убивали выстрелом в шею. Почему люди были так жестоки друг к другу?


Панда стояла в дверях. Расставив ноги и выпрямив правую руку, крепко сжимая пистолет. Не имело значения, кто ее убил. Люди оставляли ее равнодушной. Она от слишком многого отказалась, чтобы кого-то жалеть.


- Делай, как я говорю. Или я прострелю тебе коленные чашечки.’


Ханнелоре медленно опустилась на колени. Пол был холодным и скользким. Ее начало трясти, и ей захотелось закричать.


- Я не хочу умирать, - прошептала она. - Пожалуйста. Я не причинила тебе боли.’


Она подняла глаза. Холодные глаза Панды оцепенело смотрели на нее.


Китаянка стояла спиной к дверному проему. Красный огонек на ее затылке перестал двигаться. Раздался выстрел. Ханнелоре упала. Она больше ничего не чувствовала. Она слышала только голос Ван Ина.


"Ханна’.


Она была в его объятиях. Он посмотрел на нее. В его глазах стояли слезы. Они были в загробной жизни? Панда лежала на спине. Из ее затылка текла кровь.


"Ты не умер", - сказала она.


"Ты тоже", - прошептал он.


Двое снайперов из "Брейнзил" вошли в сарай. У обоих в руках были винтовки с лазерным наведением.


"Скажи мне", - умоляла она.


Ван-Ин в нескольких словах рассказал ей, что произошло. Она удивленно покачала головой.


‘ Я все это понимаю. Но как, черт возьми, вы меня нашли?


"Все просто", - улыбнулся он. "Что могут китайцы, то можем и мы. Я только что распорядился установить передатчик в вашей машине. Таким образом, мы могли бы следовать за вами на приличном расстоянии незамеченными и остановиться, когда вам придется остановиться.’


- Я должен был догадаться. Ты мой рыцарь на Белом коне и всегда им будешь.’


Она с трудом поднялась на ноги и рука об руку с ним направилась к полицейской машине.


"Сначала я должна позвонить маме", - сказала она. "Пока у нее не случился инсульт.’


Она достала из сумочки свой сотовый телефон и взглянула на экран.


"Десятки", - сказала она. ‘Вчера я получила сообщение’.


- Ничего важного, верно? - Спросил Ван, когда она открыла конверт.


Ее лицо напряглось.


"От моего гинеколога.’


"Ичто?"


Ей потребовалось несколько секунд, чтобы ответить, но на самом деле ей и не нужно было ничего говорить. Ее глаза сияли от счастья. Результаты тестов были отрицательными. Им не о чем было беспокоиться. Жюльен был здоров.