# Случай в гимназии

Александр Викторович Лукьянов

В гимназии Шепиловска произошёл странный случай. Из окна выпала ученица 10 класса. Мартьянову, которая теперь работает в этой гимназии охранницей, попросили помочь следствию.

Эпизод 1


Апрельское солнце уже пригревало, хотя по углам облупленного здания гимназии No 1 ещё кучками лежал грязноватый снег. Но среди ветвей рядом стоящих пока ещё голых деревьев уже прыгали синицы и щёлкали дрозды. На небольшой полянке между ними боролись два первоклассника. Примятая трава была какого-то ярко-изумрудного цвета. Она недавно появилась, и в ней уже ползали различные жучки. Инна Алексеевна Мартьянова сидела в своей каморке охранницы и пила чай. Зелёный чай "принцесса ЯВА". Ей посоветовал его пить Константин Вороной, второй в её жизни мужчина. Он до сих пор работает криминалистом в районном СУ СК. Инна небольшими глотками пила горячую пахучую жидкость из пластиковой крышки термоса и смотрела в окно на борющихся школьников.

- Остановить их, или дать возможность немного развеяться от многочасовых занятий, - думала Мартьянова. - Будущие мужчины, может, станут полицейскими или следователями. Хотя, может, наоборот, будут учёными или артистами. Кто знает.

В этот момент она услышала слабый вскрик и какой-то глухой звук, как будто что-то упало на асфальт. Мальчишки перестали бороться и бросились, крича, к стене школы. Мартьянова поняла, что-то произошло. Она поставила крышку с недопитым чаем на столик и выбежала на школьный двор.

На старом асфальте лежала девушка в неудобной позе, будто манекен. Из разбитой головы капала кровь. Мартьянова взглянула наверх и увидела открытое окно на третьем этаже здания.

- Наверное, выпала из окна, - подумала Мартьянова, - а, может, сама выбросилась.

Она подошла к неподвижно лежащей девушке и приложила два пальца к её шейной артерии.

- Мертва, - произнесла она про себя. - хотя "скорую" надо вызвать.

Нервными движениями набрала 112 и сообщила о происшествии. Отогнала крутившихся рядом мальчуганов. Мартьянова узнала девушку - это была Элина Райская, ученица 10-Б класса, красивая и умная девушка, дочь какого-то бизнесмена, кажется. Из дверей школы стали выбегать ученики, появилась завуч, серьёзная средних лет женщина в очках. Мартьянова громко сказала, чтобы никто не подходил близко к телу. Сейчас приедет полиция и "скорая". К ней подошла директор школы, Карпова Настасья Филипповна, довольно молодая, волевая женщина, недавно назначенная на эту должность администрацией районного центра Шепиловск. Карпова знала, что Мартьянова - бывший сотрудник СК.

- Инна Алексеевна, вы видели, как она упала из окна, - тихо спросила она у Мартьяновой.

- Нет, я потом подошла, когда она уже на земле лежала.

- Как Вы думаете, это несчастный случай или самоубийство? И надо же этому случиться именно сейчас, в день юбилея нашей школы. Утром была торжественная линейка, а теперь вот, смерть школьницы. За это по головке не погладят.

- Девушку жаль, - ответила Мартьянова на беспокойство директрисы о своей карьере, - и как родителям сообщим об этом? Потерять ребёнка, что может быть трагичней в жизни.

Подъехали Скорая помощь и полицейская машина. Вахтёр открыл ворота и впустил их на школьный двор. Врач скорой помощи определил смерть девушки и сказал, что им тут делать нечего, дальше пусть судмедэксперты работают. Полицейские поставили заграждение вокруг трупа. Мартьянова подошла к капитану полиции, который командовал своими подчинёнными, и сказала, что надо обратиться в СК.

- А зачем, - небрежно ответил молодой капитан, - здесь всё ясно, несчастный случай или самоубийство. Это ведь гимназия.

- Здесь может быть вероятность убийства, - осторожно произнесла Мартьянова.

- А Вы кто, вообще-то, - резко спросил полицейский.

- Я работаю охранницей в школе, но раньше была следователем в нашем СУ СК. Так что лучше оповестить полковника Шанцева о происшествии. Положение тела на земле таково, что девушку могли выбросить из окна. Когда человек падает сам, он летит вниз несколько по-другому.

Капитан ухмыльнулся и нехотя набрал какой-то номер в своей рации .Затем произнёс:

- Это капитан полиции Егоров, соедините меня с полковником Шанцевым.

- Юрий Иванович, добрый день, хотя не очень добрый. Тут в нашей гимназии No 1 неприятное происшествие. Девушка выпала из окна, Элина Райская, ученица 10-Б класса, разбилась насмерть. Мы не знаем причины. Может, подъедет Ваша СОГ. Разберётся. Ага, понял, скоро будет. Спасибо, Юрий Иванович.

- Ну что, довольны, - то ли с ехидцей, то ли с уважением, обратился капитан к Мартьяновой. - То, что эта девушка дочь какого-то бизнесмена, может оказаться важной причиной её смерти. Вы её хорошо знали?

- Нет, как и остальных учащихся. Просто она выделялась на фоне других. Красивая, одевалась по особенному, за ней парни бегали вовсю. Но она не была гордячкой. Здоровалась со мной всегда, с одноклассницами была ровной, с учителями не ссорилась, говорят, училась хорошо, но я же не педагог, подробностей не знаю.

- А вот и Ваши бывшие коллеги приехали, - произнёс Егоров. - Сейчас допрашивать всех начнут.

Из чёрного минивэна вышли сотрудники СУ СК: криминалист Константин Вороной (гражданский муж Мартьяновой) и судмедэксперт Николай Александрович в белых комбинезонах, масках и бахилах. За ними вышел молодой человек с небольшим портфелем в руках, одетый в тёмный костюм, а не в джинсы с ветровкой. Мартьянова с интересом посмотрела на него. Это, скорее всего, следователь, что на её место был назначен.

- Здравствуйте, Инна Алексеевна, - обратился к ней Николай Александрович, проходя мимо, - рад Вас видеть. Что там случилось? Говорят, школьница выпала из окна.

- Я думаю, что ей помогли выпасть, - чётко произнесла Мартьянова. - Положение тела говорит об этом. Сами увидите. Может, что ещё заметите.

- А Вы кто такая? - недовольно спросил молодой следователь.- Вы что-то видели.

- Я охранница в школе, - ответила Мартьянова.

- Инна Алексеевна до Вас работа следователем в нашем СУ,- добавил судмедэксперт. - У неё глаз намётан.

- Ну, так давайте работать, - нервно сказал молодой следователь, старший лейтенант юстиции.

Константин Вороной начал снимать отпечатки и потожировые следы для экспертизы ДНК. Николай Александрович тоже склонился над телом мёртвой школьницы.

- Сразу скажу, что смерть наступила в течение часа, где-то от 14.00 до 15.00, точнее скажу после вскрытия.

- Услышав удар об асфальт, я взглянула на часы в моей каморке, они показывали без 25-ти минут три,- сказала Мартьянова, посмотрев на молодого следователя. - Затем я выбежала во двор и увидела лежащую девушку. Взглянула наверх и заметила открытое окно на 3-м этаже. Сейчас оно почему-то закрыто.

Все подняли головы и посмотрели туда, куда указала Мартьянова. Действительно, все окна школы были затворены.

- Кто закрыл окно, откуда выпала школьница? - резко произнёс следователь. Директриса Настасья Филипповна, стоящая недалеко, ответила, что это, наверное, уборщица сделала.

- Это не окно в классе, а в коридоре, продолжила она. - На третьем этаже в этой части здания находятся специализированные кабинеты: биологии, физики, химии, информатики, кладовка со старым оборудованием. Занятия в это время уже закончились. Потому там убирались.

Подъехала труповозка. Два санитара по указанию старшего лейтенанта юстиции погрузили в машину тело девушки.

- Константин Сергеевич, - обратился следователь к криминалисту, - Коль Вы здесь закончили, надо осмотреть окно, откуда выпала девушка.

- Сделаем, - ответил Вороной, взял свой чемоданчик и пошёл к входной двери.

- Инна Алексеевна, Вы меня не проводите, - сказал он, внимательно посмотрев на свою гражданскую супругу. - А то в школах так запутанно всё.

- Конечно, Константин Сергеевич, - как ни в чём не бывало ответила Мартьянова, - пойдёмте.

Инна и Константин вошли в вестибюль, где толпилось несколько младших школьников, которые занимались в группе продлённого дня. Они уже знали о происшествии и хотели посмотреть на упавшую из окна старшеклассницу. Рядом с ними находилась их преподавательница и другие сотрудники школы. В дверях стоял полицейский, не выпуская никого на школьный двор, пока шли следственные мероприятия.

-Ну что там, - начали спрашивать у Мартьяновой. - Бедная девочка. Как же она так.

- Улики собирают пока. Ведётся расследование, - ответила она и повела Вороного на третий этаж. Они поднялись по старой широкой лестнице с протёртыми ступенями и затем, повернув направо, вошли в коридор. С левой стороны выстроились в ряд двери учебных кабинетов, с правой - окна, выходящие в школьный двор.

- Она упала вот из этого, ближнего окна, - сказала Мартьянова. - Левая створка была отворена вовнутрь. Но кто-то закрыл окно.

Константин Вороной, раскрыл свой чемоданчик и стал тщательно снимать отпечатки на ручке створок, на самих створках окна, на подоконнике, даже рядом, на стене.

- Следов почти никаких, - сказал он, печально улыбнувшись Мартьяновой. - Если бы она сама упала, то оставила бы следы на оконном пластике, когда открывала окно и залезала на подоконник. А здесь отпечатки есть только на ручке левой створки.

- Ты прав, Костя, - ответила Инна, - ты у меня не только отличный криминалист, но и настоящий следователь. Отпечатки и другие следы не только нам о конкретном человеке дают информацию, но и вообще помогают создать картину происшедшего. Как всё было.

Я думаю, что Элину выбросили из окна, и окно было открыто уже. Может, уборщица открыла для проветривания, а потом закрыла.

В это время из кабинета биологии вышла пожилая женщина в синем халате со шваброй и ведром в руках.

- Здравствуйте Нина Степановна, - громко сказала Мартьянова. - Это не Вы закрыли это окно?

- Я, ответила уборщица, - а что? Я на вечер всегда закрываю все окна после проветривания.

- А открывал кто, не видели, - спрашивала Мартьянова.

- Нет, когда я поднялась, окно уже было открыто. Наверное, школьники открыли, им всё жарко. Я затворила окно и пошла убираться в кабине биологии. А сейчас пойду делать уборку в кабинет химии. Там, наверное, много чего на полу разлили, всяких реактивов...

- Вы, Нина Степановна, и терминологию химическую усвоили, - пошутила Мартьянова.

- А чего там, у меня внучка в 7-м классе, дома рассказывает, как у них там всё шипит и пузырится. В двух ещё кабинетах уберусь и домой пойду.

- Счастливо, - улыбаясь, сказала Мартьянова, - и я пойду скоро. А это муж мой, - она указала на Константина. Уборщица покачала головой.

- Красивый, - пробормотала она.

Вороной и Мартьянова спустились вниз. В вестибюле уже никого не было. Все школьники пошли домой. Остались только учителя. С ними находились директриса и молодой следователь СК, который представился всем как старший лейтенант юстиции Суворов Николай Андреевич.

- Мне необходимо опросить всех тех, кто находился в школе в промежутке с 14.00 до 15.00. И получить данные о погибшей Элине Райской. Вы сможете предоставить мне помещение для этого? - обратился он к директрисе.

- Конечно, конечно, - заторопилась Настасья Филипповна, - можете использовать мой кабинет. А мы будем все в учительской. Это на втором этаже. Личное дело Элины Райской находится у моего зама по учебной работе Ирины Александровны Костиковой, которая стоит рядом со мной и сейчас принесёт его Вам.

- Сначала я хотел бы опросить Вашу охранницу, которая первая увидела тело девушки. Так же мне надо опросить Ваших учителей и одноклассников Элины Райской. Думаю, что одним уроком завтра можно будет пожертвовать, чтобы побеседовать со школьниками. Дело серьёзное.

- Идёмте, - сказала Карпова, - я покажу Вам свой кабинет.

Директриса стремилась продемонстрировать свою полную лояльность правоохранительным органам и чётко старалась исполнять просьбы следователя.

В это время у Мартьяновой зазвенел телефон. Она услышала голос Шанцева.

- Инна Алексеевна, - это у Вас в гимназии несчастный случай произошёл? Надо же. Вы там помогайте Суворову. Он молодой, но цепкий, знает своё дело. Конечно, опыта ещё маловато. Но Вы там всех знаете в гимназии.

- Я не против, Юрий Иванович, но Суворов должен быть в курсе. Он меня вызвал на беседу сейчас. И не будет ли это недоверием ему?

- Не волнуйтесь, Инна Алексеевна, я позвоню ему и попрошу привлекать Вам, если надо будет. Я это дело возьму под личный контроль. Всё-таки смерть в гимназии. Мне уже звонили сверху, требуют выводов. Как Вы считаете, это несчастный случай или самоубийство?

- Юрий Иванович, по положению тела на асфальте, я думаю, что это похоже на инспирированное падение из окна.

- Иными словами, Вы подозреваете убийство? Это очень неприятный вариант событий. Убийство в школе!!! Нас не поймут.

- Так я же и не сотрудник СУ, это моё личное мнение как частного человека. Но Вы посмотрите отчёт судмедэксперта и криминалиста. Ситуация сложная, предположений много.

- Не обижайтесь, Инна Алексеевна, мне и так по голове бьют, а за убийство в гимназии просто оторвут голову. Потому, пока Суворов ведёт опросы педагогов, Вы сходите к родителям Райской, сообщите им о смерти дочери. Неприятное дело, но Вы женщина и следователь всё же.

- Бывший, - отозвалась Мартьянова.

- Бывших следователей не бывает, Вы это хорошо знаете, - непререкаемым тоном произнёс Шанцев. Из гимназии, конечно, сообщат об этом тоже и выразят соболезнование официальное. Но Вы сходите прямо сейчас, может, что узнаете полезное. Не мне учить Вас.

- Хорошо, схожу. Дочку забрала бабушка из гимназии. Спасибо за доверие, Юрий Иванович.

Разговор закончился, и Мартьянова пошла в кабинет директора.

После беседы с молодым следователем, во время которой Мартьянова подробно рассказала об услышанном ею падении, о том, как увидела тело девушки и толкающихся первоклассников возле него, она оделась, села в свой старенький "форд" и поехала по адресу Райских.


Эпизод 2


Трёхэтажный особняк Райских в европейском классическом стиле мало чем отличался от других особняков в элитном посёлке "Шепиловск Forest Will". В поселке создан просторный ландшафтный парк с аллеями для прогулок, велодорожками и зонами для занятий теннисом. На территории посёлка были построены живописный пруд и каналы для катания на лодках, фитнес-клуб, спа-центр и открытый бассейн.

Сам Натан Исаакович Райский владел компанией "Заря", которая производит фасовочное и упаковочное оборудование для предприятий различных отраслей промышленности. Дело он организовал ещё в начале 2000-х годов. Деньги заработал в 90-х не совсем легальным способом, как и практически все бизнесмены страны. С криминалом особо дел не имел, но пользовался поддержкой в администрации Шепиловска и в самой столице области.

Мартьянову остановили у шлагбаума. Охранник подозрительно посмотрел на неё и её старенький "форд", мол, что это за нищета такая проехать хочет в элитный посёлок. Мартьянова попросила позвонить Райским и сказать, что приехала из гимназии по поводу их дочери Элины. Показала своё удостоверение.

- Мы в одной охранной фирме работаем, наверное, - сказала Мартьянова, улыбаясь.

- В разных, - несколько удивлённо ответил охранник, - но всё рано коллеги. Езжайте прямо. Десятый особняк с правой стороны.

Оставив машину у высокого забора, Мартьянова позвонила, сказала, кто она и почему хочет видеть Райских. Подошёл охранник и впустил её через решетчатую калитку. Она пошла вслед высокому и крепкому на вид мужчине по дорожке, посыпанной мелкой крошкой. Вдоль дорожки стояли невысокие кусты. Справа и слева зеленели полянки, на которых росли небольшие ростом берёзки, чья крона представляла собой аккуратно подстриженную форму шара. Особняк был окружён с боков высокой кустарниковой изгородью, поражающей своей яркой зеленью. Четыре колонны ионического ордера обрамляли квадратный портал с входной дверью, выполненной во французском стиле.

Мартьянова прошла через небольшую прихожую с двумя зеркалами в просторную гостиную с современной мебелью под старину. На мягком диване с шёлковыми подушками сидела ещё довольно молодая и красивая женщина в длинном бежевом платье, с ухоженным лицом и высокой причёской. Рядом с открытым баром стоял высокий, уже начавший полнеть мужчина с чёрной вьющейся шевелюрой, в синем, хорошо сидящем на нём костюме и в белой рубашке с высоким воротником. Он держал в руках бокал с коричневой жидкостью. Его чёрные глаза внимательно оглядели Мартьянову с ног до головы. Выражение лица хозяина дома говорило о том, что он не готов был принимать нежданных гостей. Мартьянова немного струхнула и оглядывала гостиную бегающими глазами.

- Надеюсь, Вы не пришли просто посмотреть на наш особняк? - несколько иронично произнёс мужчина, и среди его чуть раздвинутых полных губ забелели ровные, красивые по форме зубы, как отметила про себя Мартьянова.

- Нет, конечно, - пролепетала Инна Алексеевна, - я пришла по поводу Вашей дочери Элины. Я работаю в школе охранницей, и меня попросили сообщить Вам не очень приятную новость. Вы Натан Исаакович Райский - её отец, как я поняла.

- Что-то случилось с моей дочерью, - неожиданно испуганно вскрикнула женщина на диване. Я мать Элины - Ноэми Рувимовна. Она что-то натворила, раз Вы приехали.

- Как Вам сказать, - промямлила Мартьянова.

- Говорите как есть, - нетерпеливо произнёс Натан Райский. - Элина у нас не пай девочка, мы знаем.

- Так т-тяжело сообщать р-родителям, что...- начала Мартьянова, чуть заикаясь.

- И что, её ударили, пытались изнасиловать, - кричала Райская. Говорите, прошу Вас.

- Элина выпала из окна и разбилась, - наконец-то выдавила из себя Мартьянова.

- Как! - вскричали оба, мать и отец. Ноэми Рувимовна замерла. Её лицо исказилось в горестной вспышке. Натан Исаакович резко опрокинул стакан в рот, и налил себе ещё виски из хрустального графина.

- Наша Элиночка умерла, - ещё не веря в это запричитала Райская, - боже мой, Натан, как мы будем жить без нашей доченьки.

Райский подошёл к дивану и сел рядом с женой, обняв её за плечи.

- Вы пришли к нам, как Азраил, ангел Смерти, - произнёс он горько, - не обижайтесь. Лучше расскажите, что произошло. Как она упала и почему? И что говорит полиция? Она, наверное, приехала и выяснила в чём дело.

- Есть разные версии, но я не могу их озвучить, - сказала Мартьянова. - Я соболезную вашему горю; что может сильнее ранить, чем смерть ребёнка. Но, чтобы разобраться во всём, я хотела бы поговорить с вами об Элине. Какая она была, чем увлекалась, как проводила свободное время. Я её видела только в фойе гимназии, и то, быстро, когда она приходила и уходила с занятий. Красивая девушка, гордая собой. Она нравилась парням.

- Элина всегда выделялась и своей внешностью и своим характером, - начал Натан Исаакович. Не скажу, что была капризной, но последнее слово старалась оставить за собой. Начальную школу она закончила здесь, в нашем посёлке, частным порядком, а с 5-го класса она сама захотела учиться в городской гимназии, хотя в Шепиловске есть и частные школы. Она заинтересовалась биологией, ей нравились животные, она много читала книг о них. В старших классах её интерес только усилился. Элина стала изучать генетику, решила посвятить себя науке. Училась хорошо. На отлично сдала ОГЭ. И вот теперь готовилась к ЕГЭ.

- Она была умной, талантливой девочкой, - дрожащим голосом проговорила Ноэми Рувимовна. - Как мы будем теперь жить без неё!

- Элина была Вашим единственным ребёнком?- спросила Мартьянова.

- Нет, у нас есть сын, Давид. - гордо произнёс Райский . - Он уже закончил гимназию и учится в столичном университете в колледже управления и сервиса. Будущий генеральный директор и наследник моей компании. Он сейчас гостит дома. Я могу позвать его. А вот и он сам.

По лестнице спускался стройный молодой человек с чёрными кудрявыми волосами и полными губами. Одет он был в обтягивающие голубые джинсы и белую футболку с символическим драконом посередине.

- Что вы такие грустные? - спросил он, подходя к дивану. - Что случилось, мама?

- Нет нашей Элиночки, - снова заголосила Райская, - из окна выбросилась в школе.

- Жаль, конечно, - тихо произнёс молодой человек, - но я не удивлён.

- А почему Вы так говорите? - спросила Мартьянова.

- Вы кто? - недовольно обратился к ней Давид.

- Это из гимназии, она сообщила нам о смерти дочки, - ответила Райская.

- Если Вы что-то знаете, то лучше сказать, - произнесла Мартьянова. - Я имею право задавать такие вопросы.

- Она слишком секс любила, - как-то с презрением сказал сын Райских, - за ней все парни бегали, и она виляла задом перед ними. Может, из-за несчастливой любви и выбросилась.

- Что ты гадости говоришь, - возмутился Райский, - она много занималась, хотела учёным стать. Даже с преподавателем по биологии много занималась. Как с репетитором. Готовилась поступать на биологический факультет. Это ты бьёшь баклуши. Скоро отчислят, и останешься неучем.

- Молодой человек, - обратилась Мартьянова к Давиду, - а Вы не знаете, с кем дружила Ваша сестра.

- Да у неё много было парней, и Женя Штейн, одноклассник её, и Дима Краснов, сосед наш. Он со мной в колледже учится. И ещё кто, не знаю. Говорят, что она и с преподом по биологии связана. Вы знаете его, раз из гимназии. Высокий такой, наглый, спортивный. Девчонкам нравится. Многие гимназистки за ним бегают.

- Но одно дело восхищаться учителем, а другое дело иметь с ним связь, - с удивлением произнесла Мартьянова. - Последнее уголовно наказуемо. Это правда?

- Не знаю, так говорят, - скороговоркой произнёс Давид.

- Ну зачем ты повторяешь сплетни про свою сестру. Она же погибла, - сердито сказал Райский.

- Я думаю, не просто так она погибла, - произнёс снова Давид. - Она хоть дома ночевала? - обратился он к родителям.

- Обычно, да, - неуверенно произнёс Райский, - но иногда звонила и говорила, что у подруги останется. А там кто знает. Элиночка была самостоятельной и независимой девушкой.

- Извините за вопрос, - начала Мартьянова, - а на чём Элина добиралась в гимназию и возвращалась домой?

- Утром её, начиная с 5-го класса, отвозил Сергей, мой шофёр. Потом возвращался и вёз меня в мой офис, который располагается в центре Шепиловска. Элина приезжала домой на разном транспорте и в разное время. Иногда на такси, часто её кто-то подвозил из наших соседей по посёлку. То есть или дочери, или сыновья наших соседей, которые также учатся в гимназии. У некоторых были свои машины. Элиночка тоже просила купить ей автомобиль. Я обещал ей сделать подарок на день рождения, 15 июня ей исполнилось бы 17 лет.

- Ну конечно, всё Элиночке, - обидно проворчал Давид, - а мне машину так и не купил.

- Учись хорошо, и будет тебе авто, - коротко ответил Райский.

- Правильно, сестре машина уже ни к чему, - брякнул Давид, и на его глупые слова резко отреагировала Ноэми Рувимовна:

- Замолчи, что ты такой злобный. Иди к себе.

- А подруги у Элины были, наверняка, - вслух произнесла Мартьянова, обращаясь ко всем. Вы не знаете кого-нибудь из них.

- К нам никто не приходил, - ответила Райская,- я была бы в курсе. Мало куда выезжаю, дел много в доме. А можно нам забрать нашу дочку? - грустно спросила она.

- Пока нет, идёт следствие, - ответила Мартьянова. Но Вы можете приехать в морг на опознание. Я сообщу Вам, когда можно.

В это время зазвонил её мобильник. Она, извинившись, вышла из гостиной в прихожую.

-Слушаю, Николай Александрович, - произнесла она.

- Инна Алексеевна, - раздался в мобильнике голос, - хочу сообщить Вам результат вскрытия. Шанцев сказал мне, что привлёк Вас к расследованию, как бывшего сотрудника. Я очень рад.

- Я тоже рада, - ответила Мартьянова. - Так что интересного Вы нашли, Николай Александрович?

- На руках у неё есть небольшие синяки, на затылке шишка, как будто ударилась о что-то твёрдое.

- Или её ударили, - сказала Мартьянова.

- Может быть, но крови нет.

- А вскрытие Вы делали?

- Сделали, раз произошло падение с высоты.

- И нашли что-то интересное, раз звоните мне!

- В общем, смерть наступила от перелома шейных позвонков в результате удара головой об асфальт. Скорее всего, она была без сознания в момент смерти.

То есть её всё-таки выбросили из окна, - произнесла Мартьянова.- и, скорее всего, оглушённой.

- Результаты лабораторных исследований будут позже, но самое интересное. Девушка была беременной 3 недели. Вряд ли она сама знала об этом, хотя незначительные розоватые или коричневатые выделения у неё были, но вряд ли они вызвали у неё беспокойство. Хотя кто знает!

- Надо получить ДНК эмбриона, тогда есть надежда найти отца, вернее, участника этого зачатия.

- Конечно, сделаем. Константин уже отправил образцы в центральную лабораторию. Отчёт Вам нужен?

- Сначала передайте отчёт следователю и Шанцеву. Пусть они думают, что к чему. А мне уж копию передаст Костя. Главное, я узнала. Спасибо, Николай Александрович. Да, вопрос. Когда могут приехать родители Элины Райской?

- Да хоть сейчас. Тело я зашил, сообщу Суворову, что они приедут на официальное опознание.

- Спасибо за всё. Да, Николай Александрович, Вы скажите, пожалуйста, родителям девушки, что она была беременна. Как бы тяжело это не звучало для них. Это не тайна следствия, это факт, который мать и отец любой девушки должны знать. Я, к сожалению, не могу это сделать.

Мартьянова закончила разговор и вошла в гостиную. Давид поднялся в свою комнату. Мать Элины снова рыдала, Райский обнимал её и успокаивал.

- Вы сможете сейчас поехать в морг на опознание? - спросила Мартьянова.

- Конечно, если это надо, - ответил Натан Исаакович.

- Ты сможешь поехать? - спросил он у жены.

- Да, я хочу повидать свою Элиночку, - Райская подняла на Мартьянову свои заплаканные глаза. - Куда ехать?

- В городской морг, Вас там будет ждать следователь, который ведёт это дело. Его фамилия Суворов. А мне, извините, пора домой. Я ведь просто охранница в гимназии.

В машине Мартьянова позвонила Суворову:

- Николай Андреевич. Я сообщила Райским о смерти их дочери. Они приедут в морг на опознание. Встречайте их там. И ещё, я узнала, что у Элины были парни: Женя Штейн, одноклассник её, и Дима Краснов, сын соседей Райских в их посёлке. Хорошо бы их опросить. Если вызовете их на беседу, то и мне хотелось бы присутствовать. Я поняла, спасибо.

Мартьянова задумчиво включила зажигание и медленно поехала по гладкой асфальтовой дорожке.


Эпизод 3


Инна и Константин решили пока не заключать брак, а просто жить вместе. Вороной переехал из своей однокомнатной квартирки в 3-х комнатную квартиру матери Мартьяновой. Раньше там она проживала с первым, а теперь бывшим, мужем и дочерью Машей. И вот теперь в той же отдельной комнате она практически только спит с Константином, а у Маши как была своя комната, так и осталась. Отдельная комната есть и у бабушки (матери Инны). Завтракают, обедают и ужинают они на кухне, как все простые люди, не обременённые огромными домами и слугами. Дочка Мартьяновой здорово подросла, и оканчивает начальную школу. Получила второй разряд по шахматам, имеет цель стать мастером и чемпионкой области. Это пока. Забота о Маше - теперь главная цель Инны, после того, как она уволилась из СК из-за угроз её дочке.

Приехав домой, Мартьянова, сняв куртку в прихожей, обняла мать и поблагодарила её за заботу о внучке.

- Мой руки и ужинать, - сказала Мария Антоновна, мама Инны, - или подождёшь мужа.

- Конечно, буду ужинать с Костей,- ответила Мартьянова. - Он должен придти скоро. Хотя сегодня много дел у него.

- Новое преступление, - громко воскликнула Маша, появившаяся в дверях кухни, - дядя Костя экспертизу ДНК будет делать?

- Экспертизу будут делать в специальной лаборатории, а он изучит отпечатки и потожировые следы. Напишет отчёт о проделанной работе. - Мартьянова улыбнулась своей дочке. - Иди в свою комнату, уроки делай. Почитай книгу.

- Я лучше поиграю в какую-нибудь игру, - Маша недовольно фыркнула, но повернулась и ушла.

- Соседи говорили, что в вашей гимназии школьница упала из окна, - сказала Мария Антоновна, ожидая подробностей от дочери. - Ты же там была, видела, наверное, сама всё.

- Видела, мама, не мне не хочется говорить об этом, - устало произнесла Мартьянова, - я вот у родителей девушки была, сообщила им эту новость ужасную. Потерять ребёнка, не знаю, это просто конец света. Я потому и бросила работу следователя. Не хочу, чтобы с Машей что-либо случилось.

- Пути Господни неисповедимы, Инночка, - произнесла Мария Антоновна известную всем фразу.

В это время раздался звонок.

- Иди, встречай Костю, - сказала мама Мартьяновой. Новый мужчина дочки ей нравился. Для бывшей школьной учительницы он представлял собой положительный образ мужчины. Этакий литературный герой. Спокойный, вежливый, добросердечный, любящий её дочь и внучку. И работа у него важная и достойная.

Вон как они нежно обнимаются в прихожей, подумала она про себя.

- Привет, Костя, мыть руки и ужинать, - громко произнесла она, - сколько греть можно.

- Иду, иду, Мария Антоновна, добрый вечер, - откликнулся из ванны Вороной под журчание воды из крана.

- Дядя Костя, я тебя ждала, - Маша обняла Вороного, который нежно взял её на руки.

- Будешь со мной ужинать, - спросил он, опуская её на пол.

- Я уже кушала голубцы, но всё равно посижу рядом, мороженое поем, - Маша радостно улыбалась. - В воскресенье у нас соревнования по шахматам будут в Петрово. Вы со мной поедете?

- Конечно, а кто же отвезёт тебя, - отозвалась Мартьянова, - и болеть за тебя будем.

- Оба? - настойчиво спросила Маша.

- Ну конечно мы все вместе поедем и за тебя держать палец будем, - Константин был так рад, что Маша приняла его, что готов был расшибиться в лепёшку, чтобы угодить ей. Мартьяновой тоже нравилась их дружба. Хотя изредка с Машей встречался её отец, у которого, правда, была своя новая семья. Он водил её обычно в парк с аттракционами, угощал её разными вкусняшками (что ещё надо 10-летней девочке!). Инна не препятствовала, ибо Пётр (так звали её бывшего мужа) платил небольшие алименты за дочку. Раньше Маше нравились эти прогулки, но после появления в их жизни Константина Вороного она уже не так стремилась встречаться с отцом. Ведь развелись родители почти сразу после её рождения. Так что отца Маша видела только пару раз в месяц в течение этих 10-ти лет.

Ужин быстро завершился, Вороной похвалил голубцы, собственноручно приготовленные Марией Антоновной.

- Мама, тебе помочь убраться, - сказала Инна, - хотя очень хотела поделиться с мужем информацией.

- Да уж идите, - заботливо произнесла бабушка Маши, - вижу, что не терпится одним остаться.

Но она не так поняла желание дочери и будущего зятя уединиться.

Константин и Инна прошли в их комнату. Маша доела мороженое и тоже пошла к себе, что-то бубня под нос.

- Нам дали "зелёную улицу" в связи с этим делом,- начал Вороной. Сделали профиль ДНК эмбриона. Кроме того, на запястьях Элины Райской кроме синяков нашли пот того, кто сжимал ей руки. И тоже получили его ДНК. Но с ДНК эмбриона не совпал. И вообще Николай Александрович считает, что синяки появились часа за 2-3 до смерти девушки. Отчёт отдал Суворову.

- Завтра он вызовёт на беседу в СУ двух близких друзей Элины. Возьми у них "ротовой мазок". Шанский даст разрешение.

Вот ещё. Райская занималась дополнительно с учителем по биологии нашим, готовилась к ОГЭ и к поступлению в университет. Его звать Марат Тимурович Сокуров. Ходят слухи, что у них могла быть связь. Но это, быть может, только наветы ревнивых парней, или соперничающих за его внимание девиц. Отец Элины сказал, что она ходила к нему домой заниматься. Но в их связь не верил. Я постараюсь на работе узнать, с кем дружила Элина, хотя бы одна подруга у неё должна была быть. Девушки, обычно, делятся с друг другом проблемами.

- Ты, по-прежнему на коне, - восхищённо сказал Вороной. - Хорошо, что тебя подключили.

Он нежно поцеловал Мартьянову.

- Вот ещё что, - произнесла она, довольная похвалой, - ты одежду проверил на потожировые следы и отпечатки.

- Нет, отпечатки вряд ли получим, но следы может и есть какие, - ответил Вороной. - Ты хочешь сказать, что их мог оставить тот, кто сбросил девушку вниз.

Да, он же поднимал её, - задумавшись, сказала Мартьянова. - Я всё думаю о шишке на её затылке. Не могла ли она упасть и удариться о подоконник или о стену под ним.

- О подоконник она точно не ударилась, я проверил на нём всё. Ни следов, ни отпечатков. А вот стену надо посмотреть. Никаких пятен зрительно видно не было. Потому я и не проверял там. Завтра проверю. Надеюсь, уборщица стену не вытерла, коль там не было зримых пятен.

- Пойдём вместе рано утром, пока занятия не начались. Я же в половине восьмого всегда на месте должна быть.

- Хорошо, только чемоданчик мой с СУ. Возьму домашний комплект, который на всякий случай у меня здесь.

В дверь кто-то стал скрестись.

- Это Маша, - тихо сказала Мартьянова. И громко: Заходи дочка.

- Маша открыла дверь и, побежав, прыгнула в объятья матери, которая сидела на кровати рядом с Вороным. Начались поцелуйчики и обнимашки.


Эпизод 4


Минут 15 восьмого Мартьянова и Вороной приехали в гимназию и быстро поднялись на 3-тий этаж. Константин стал исследовать стену под подоконником окна, из которого выпала Элина Райская.

- Здесь кое-что есть, - произнёс он, вытаскивая пинцет и показывая Инне женский чёрный волос. - Я думаю, это волос с головы Элины Райской. Её толкнули, она упала и ударилась затылком о стену, а затем её подняли и выбросили из окна.

- Ты верно рассуждаешь, Костя, хотелось бы знать, окно было открыто или убийца сам открыл окно? - ответила Мартьянова. - Значит, он был или в перчатках, или открывал окно платком или тряпкой какой-то. А вытирать ручку створки после совершения убийства уже времени не было. Могла увидеть его уборщица, которая и закрыла окно, как она сказала. Ты выяснил, чьи отпечатки на ручке окна?

- Да, это отпечатки уборщицы, которая закрыла окно. И больше ничьих нет.

- Тогда всё, Костя. Пойдём. Скоро занятия начнутся. Мне на рабочем месте надо быть, - заторопилась Мартьянова. - Так не забудь про одежду Элины.

Начали прибывать школьники. Сначала заголосили первоклашки, потом появились остальные. Как бы нехотя проходили через турникет старшеклассники. Лица у большинства были печальные. Они знали о происшествии. Стали заходить и преподаватели. Директриса Карпова остановилась у турникета и спросила у Мартьяновой, как идёт расследование. Она уже знала, что последнюю привлекли на помощь следователю Суворову.

- Продвигается, - вежливо ответила Инна. - Вот сегодня Николай Андреевич решил провести беседу с двумя друзьями Райской. Это очень важно.

- Знаю, мне позвонил отец Жени, господин Штейн. Он входит в совет гимназии, работает в администрации города. Прислали повестку его сыну. Сегодня в 11 часов явиться в СУ Шепиловска. Вы думаете, он в чём-то виноват? - тихо спросила Карпова.

- Не думаю, Настасья Филипповна, - неопределённо ответила Мартьянова. - Это обычная процедура. Но мне можно отлучиться на пару часов. Я должна присутствовать на этой беседе. Меня заменит Ольга Николаевна, наш завхоз.

- Конечно, конечно, - торопливо согласилась директриса. Её обычно строгий тон несколько смягчился.


В коридоре СУ сидел парень лет 18-19 со светлой шевелюрой, карими глазами и правильными чертами лица, как у манекенщика. Он был одет в фирменные джинсы и брендовую куртку. Один из друзей Элины, подумала Мартьянова. Она постучалась и зашла в кабинет следователя (её бывший кабинет). В помещении находились: капитан юстиции Суворов; юноша, лет так 17-18 , жгучий брюнет, также одетый в джинсы и ветровку. Они сидели за столом напротив друг друга. Рядом с юношей расположился вальяжный господин среднего возраста в дорогом костюме и с презрительно скривлёнными губами. Мартьянова поняла, что это адвокат.

- Садитесь, Инна Алексеевна, - произнёс недовольно Суворов, - Вас ждали.

- Меня только отпустили, - пролепетала Мартьянова и присела на свободный стул. У стены.

- Итак, - начал Суворов, - Вы, молодой человек, Евгений Штейн. Вы ученик 10-Б класса, и как нам известно, являлись другом погибшей Элины Райской. Это так?

- Да, мы дружили, - боязливо ответил юноша, - даже больше. Она мне нравилась.

Вас часто видели вместе, и в гимназии и на улице и в компаниях. Я опрашивал преподавателей и старшеклассников, они все подтверждают этот факт. Вы не отрицаете этого?

- Не отрицаю. Мы проводили время вместе. Что в этом плохого?

- Ничего. Но кроме дружеских, у вас были более, э-э, тесные отношения.

- Мой подзащитный несовершеннолетний, - наконец-то произнёс адвокат, - какие могут быть здесь "тесные" отношения. Вы на что намекаете?

- Я не намекаю, а хочу получить честный ответ. Ещё раз спрашиваю, Евгений, у Вас были с погибшей интимные отношения или нет?

- Ну, один раз только, случайно, она хотела, а я нет. А так мы только тусились в барах вместе.

- Принимали алкоголь, колёса?

- Женя, ты можешь не отвечать на этот вопрос. Это не имеет никакого отношения к делу.

- Понятно, - лицо Суворова приняло сердитое выражение. - А где Вы были в тот день, когда Элина выпала из окна гимназии, между 14 и 15 часами дня.

- Не помню точно. Мы закончили занятия. Последний урок был химия. Мы собрались все, вышли из кабинета на 3-м этаже и пошли домой. Элю ( мы так её звали) задержала наша учительница Елена Владимировна. Я сказал, что буду её ждать на улице.

- И когда это было?

- Я на часы не смотрел. Но последний урок у нас в тот день - химия, по расписанию вроде как 6-ой урок с часа до двух примерно. Пока мы собирались, вышли, наверное, в начале третьего.

- Так, а где Вы были всё таки, можете точно сказать, - как-то нервно спросил Суворов.

- За школьной оградой, сидел на скамейке в скверике, что напротив гимназии.

- И кто это может подтвердить?

- Оля, Света, Руфина, Влад, мы вышли вместе. Они о чём-то болтали там же. Света вообще села рядом со мной, начала спрашивать, а зачем Элю оставила "химичка"?

- Я сказал, что не знаю. Эля же хотела поступать на биологический факультет, а там химию сдавать надо тоже. Наверное, говорили о ЕГЭ.

- И сколько по времени вы говорили?

- Не помню точно, минут 5, наверное. Потом они ушли все. Я остался сидеть. Услышал шум за оградой, на школьном дворе. Потом увидел полицейскую машину, которая въехала в ворота. Я хотел тоже зайти, посмотреть , что случилось. Но меня не пустили.

- Кто не пустил?

- Так у нас сторож в будке сидит, он открывает ворота. Сказал, что приказали никого не впускать на территорию гимназии.

-Я помню, как Женя выходил из здания гимназии, - произнесла молчавшая до сих пор Мартьянова.

- Я Вас знаю, - благодарно посмотрел на неё Штейн, - Вы охранница у нас в гимназии.

- Инна Алексеевна работала раньше следователем СК. Она привлечена к расследованию полковником Шанцевым, - объяснил Суворов её присутствие на опросе свидетеля.

- Надеюсь, у Вас сложилось правильное впечатление о моём подзащитном, - обратился к Мартьяновой адвокат.

- Я считаю, что Евгений говорит правду, тем более могу подтвердить его слова, что я видела, как он выходил из здания гимназии после 14.00 вместе с другими одноклассниками. По долгу службы я помню многих учащихся, чисто внешне, хотя фамилий их не знаю.

- Но у нас есть ещё вопрос. На руках Райской обнаружены синяки. Вы это можете объяснить, Евгений?

- Мы поссорились в тот день,на перемене. Я её приревновал к Диме. Потому сильно сжал её руки. Я не нарочно, просто сердился.

- Ладно, не будем на этом заострять внимание. Всё, беседа закончена, - произнёс Суворов, - Вы свободны, - обратился он к Штейну.

Полицейский открыл дверь и выпустил парня.

- Пригласите следующего, - крикнул следователь.

В кабинет зашёл молодой человек, сидевший в коридоре, отметила Мартьянова. Адвокат остался на месте.

- Я защищаю интересы и Дмитрия Краснова, - сказал он.

- Вы, Дмитрий Краснов, студент колледжа управления и сервиса, - пробубнил Суворов.

- Да, это я, несколько нагло ответил молодой человек, с наружностью манекенщика.

- Мы вызвали Вас как свидетеля, - объяснил Суворов, - у нас есть информация, что Вы были близко знакомы с Элиной Райской.

- Да, был, я учусь вместе с её братом, и потому был знаком и с его сестрой.

- А в каких отношениях Вы были с нею.

- - В дружеских, а каких ещё. Тусовались в одних компаниях. Иногда я отвозил её домой. У меня есть машина. Порш. Папа подарил. Он в администрации работает. Заместитель мэра.

- Знаю, - произнёс Суворов, - но я Вас не обвиняю. Провожу беседу, чтобы понять, почему гимназистка вдруг не с того, ни сего упала из окна. У нас есть информация, что она, любила, как это мягче сказать, тесно общаться с парнями. И говорят, что Вы были одним из них.

- Вы хотите обвинить моего подзащитного в связи с несовершеннолетней? - возмутился адвокат.

- Ни в коем случае, просто нам необходимо понять характер и поведение погибшей девушки. Её отношение к алкоголю, дури, интимной жизни.

- Она дурью не увлекалась, - произнёс Краснов, - любила выпить хорошие коктейли, но особо не напивалась. Зато секс любила. Между нами ничего не было, - заторопился он сказать. - У меня своя девушка есть. Я в Шепиловске редко бываю. Снимаю комнату в столице. Мне отец сказал, что повестку прислали, вот я и приехал.

- А когда Вы последний раз видели Элину Райскую? - Суворов гнул своё. - Вы же приезжали в прошлое воскресенье к родителям.

- Ну, приезжал. Элина с братом меня позвали на вечеринку какую-то в ресторане нашем с авторским меню. Там много было народу. Все ребята и девчонки из посёлка нашего. Кучу бабла всё стоило. Эля много коктейлей выпила, мало ела, начала бузить. Болтала много. Хвалилась, что сдаст ЕГЭ на отлично без проблем. Препод по биологии ей всё устроит. А папа машину подарит тогда. Потом брат её домой отвёз. Вот и всё.

- Хорошо, спасибо за откровенность, - нехотя произнёс Суворов. - А Вы случайно не знаете, была ли у Райской подруга., близкая, а не так, чтобы потусоваться.

- С одноклассницами она, вроде, особо не дружила, но с ней обычно видели в обнимку Лёлю, она в 9-м классе, вроде учится.

- Они, случайно, не того, - спросил хитро Суворов.

- Нет, если Вы имеете в виду, что они лесбиянки,- спокойно ответил Краснов. - Просто подруги. Эля парней любила. И та девчонка тоже.

- А фамилию этой Лёли не помнишь? - спросила молчавшая Мартьянова.

- Нет, мы по именам друг друга зовём, иногда по прозвищам.

- Господин адвокат, Вы не возражаете, если мы возьмём мазок для экспертизы ДНК у Ваших подопечных. Это обычная процедура.

- Не возражаю.

- Отведите молодых людей в лабораторию, - сказал Суворов полицейскому.

- Все свободны, - произнёс Суворов.

Адвокат вышел из кабинета.

- Что скажете, Инна Алексеевна? - с интересом спросил Суворов.

- Они, конечно, врут, что не спали с Элиной, - сказала Мартьянова. - Подростки у нас начинают пробовать секс уже лет в 15-16. Это всем известно. Не все, конечно. Но доказать это крайне трудно, при обоюдном согласии почти невозможно. Только экспертиза ДНК может сказать, кто обрюхатил Райскую. Извините, что несколько грубовато выразилась. Я постараюсь узнать в гимназии, кто такая Лёля или Ольга.

- Завтра получим профиль ДНК этих парней, - сказал Суворов, - Шанцев дал зелёную улицу. Там сверху жмут. Требуют результатов. Тогда и увидим, кто есть кто.

- А я поехала в гимназию, Николай Андреевич, отпросилась на два часа, а уже целых три с половиной прошло.


Эпизод 5


Мартьянова приехала в гимназию и сразу пошла к Костиковой, заму по учебной работе.

- Ирина Александровна, добрый день, - торопливо начала Инна. - Не поможете мне.

Костикова уже знала, что их охранница тоже занимается расследованием смерти Райской.

- Конечно, что Вас интересует - ответила она.

- Кто такая Лёля из 9-го класса? Она была подругой Элины.

- Лёля - это Ольга,- произнесла Костикова. Она взяла большую папку из шкафа.

- Вот есть Ольга Сергеева, 9А класс. Потом стала листать прозрачные файлы во второй папке. А вот Ольга Виноградова. Отличница. Кстати, младшая сестра нашей преподавательницы по химии Елены Владимировны Виноградовой, 35 лет. Хороший педагог.

Мартьянова немного подумала.

Эта Ольга Виноградова на уроке сейчас? - спросила она.

- Да, у них сейчас русский язык. Но урок уже должен закончиться.

- Ирина Александровна, Вы не смогли бы привести сюда эту ученицу, я хочу побеседовать с ней. Вы же в курсе.

- Да, да, конечно, - Костикова торопливо вышла из кабинета.

Посмотрим, подумала Мартьянова. Она или не она.

В кабинет вошла симпатичная, со вздёрнутым носиком девушка лет 15-16, но выглядящая старше своих лет. Она внимательно посмотрела на Мартьянову.

- Я что-нибудь натворила? - сказала она. - Вы пожаловались завучу.

- Нет, просто я хотела спросить у тебя, это ты Лёля, подруга Элины.

- Я, ну и что! - по-подростковому с вызовом ответила девушка. - Я ничего не знаю.

- Как же так, лучшая подруга, вместе тусили, пили, с парнями гуляли. И всё. Забыла свою подругу, как её не стало. И скажешь, что она не делилась с тобой своими проблемами, не просила совета, не жаловалась.

- А если и так, - дерзила по-прежнему Ольга, - я что, должна всем рассказывать об этом. Это её тайна. Эля просила никому не говорить.

- Я понимаю тебя, сама всякие секреты подруг хранила, когда училась в школе. Но Эли больше нет. И твоё молчание только поможет убийце избежать наказания.

- Как, разве Элю убили! Сказали, что это несчастный случай. - Ольга сжала губы, сдерживая слёзы.

- Есть подозрения на то, что ей помогли упасть из окна. Но это пока секрет. Я вот поделилась с тобой, считая, что ты её лучшая и верная подруга, и тебе не безразлична её смерть.

- Нет, конечно, я любила Элю, она мало с кем из девушек дружила, в основном с парнями.

- Но с парнями она не только дружила, у неё были интимные отношения с ними? Только честно. Никто больше не узнает. Мне это не важно. У неё ведь был друг - её одноклассник Женя Штейн.

- Да, но она только раз попробовала с ним, а потом не захотела, сказала, что только дружить будет.

- А Дима Краснов, у неё с ним что-то было? Я знаю, что они в ресторане зависали в их посёлке, он её на машине своей катал.

- Было, в машине как-то, потом у него дома. Они были вместе несколько месяцев. Ей даже нравилось. Дима жениться обещал. Но Эле это не надо было. Она больше думала о биологии, о науке. Но не фанатично.

- А об учителе по биологии она не думала? Родители Эли сказали, что наняли его репетитором у своей дочери. Я говорю о Марате Тимуровиче Сокурове.

- Но это тайна, я не могу её открыть.

- Оля, твоей подруги уже нет в живых. Потому скрывать ничего не надо. У них были отношения?

Ольга покраснела.

- Были. Эля просто влюбилась в него. И говорила, что они поженятся.

- Значит, не Сокуров соблазнил Элину, - произнесла Мартьянова. - Инициатором была она.

- А какая разница, - вспылила Ольга, - сейчас не девятнадцатый век, чтобы мужчина первый предлагал отношения и говорил о любви. И это не делает Элю виновной. И Марата Тимуровича тоже. "Любви все возрасты покорны".

- Я тоже читала, Оля, что "её порывы благотворны", но здесь всё не очень здорово получилось. И скоро об этом все узнают.

- Что узнают? - с интересом спросила девушка, почувствовав какую-ту тайну.

- Я не могу об этом говорить, это тайна следствия. Но спасибо тебе за откровенность. Ты нам очень помогла.

- А Вы что, тоже участвуете в расследовании, Вы же просто охранница у нас?

- Я до этого работа в Следственном Управлении города, потому меня привлекли к этому делу, раз такое произошло в нашей гимназии. И я прошу тебя, никому не рассказывать о нашей беседе, о том, что ты мне рассказала. Ведь это тайна Эли.

- Хорошо, я сама знаю, - буркнула Ольга.

- Можешь идти. Ирина Александровна тебя проводит в класс и извинится за твоё отсутствие перед преподавателем.

- А ничего страшного, у меня сейчас химия, а учитель, Елена Владимировна - это моя старшая сестра. Не будет ругать.

- Но ты ей тоже не рассказывай ни о чём.

- Я и раньше тайну Эли не раскрывала никому, даже сестре. Тем более, что она уже взрослая женщина и наш преподаватель.

Ольга Виноградова вышла из кабинета. Мартьянова сидела, задумавшись.

Зазвонил её мобильник.

- Инна, - услышала она голос Константина, - получили ДНК тех парней, у кого взяли мазок. Никакого совпадения с ДНК эмбриона. Это не они. Отчёт передал Суворову.

- Я поняла, спасибо. У меня есть новость, позвоню ему сейчас, но и тебе скажу. Надо получить постановление на обыск в квартире Сокурова. Райская приходила к нему, как к репетитору. Но я побеседовала сейчас с её подругой Ольгой и получила подтверждение, что у них была связь. Надо взять в его квартире, прежде всего, следы интимной близости, а не просто отпечатки. Ведь она к нему приходила вполне официально. Так что главное, это биологические следы. И сдать сразу на экспертизу ДНК.

- Я понял, можешь не звонить Суворову, я ему скажу сам. Ты когда дома будешь?

- Думаю, вовремя. Мне надо ещё кое с кем поговорить.

Вошла завуч Костикова.

- Вы закончили, - произнесла она, намекая, что надо покинуть её кабинет.

- Да, спасибо, большое, только я хотела бы поговорить и с Вами, если не возражаете, - вежливо произнесла Мартьянова.

- А если и возражать буду, что это изменит. Пришлёте повестку в Следственный комитет.

- Ну зачем Вы так, Ирина Александровна. Я хочу немного узнать о Ваших преподавателях. Об их личных взаимоотношениях, что каждый из себя представляет. Сами понимаете. Что ситуация сложная, под контролем не только местных властей, но и Министерства Просвещения. Я не ради любопытства, надо найти убийцу. А для этого необходимо знать общую ситуацию в гимназии. Райскую убили не отморозки в баре или парке, а в учебном заведении. Потому под подозрением все: и ученики, и учителя.

- Я понимаю, - как то грустно произнесла Костикова, и бессильно опустилась в своё кресло. Мартьянова села на стул напротив неё. - Задавайте свои вопросы. Хотя следователь уже опрашивал в тот день всех педагогов, кто находился в гимназии.

- Я знаю, но меня интересует совсем другое. Некоторые личные аспекты в жизни учителей. Вы же знаете многое. Потому я прямо и спрошу. Существовали или существуют какие-то особые отношения между преподавателями в личном плане. Такое бывает во многих школах и ВУЗах.

- Это только слухи, конечно. Свечку не держала,- смущаясь, произнесла Костикова. - К примеру, учитель по физкультуре наш ухаживает за преподавательницей литературы и русского языка. Их часто видят вместе. Говорят, что у них серьёзные отношения. Какое-то время назад видели, как наш "биолог" подвозил на своей машине "химичку". Они о чём-то говорили, улыбаясь. И это было не один раз. Но это же их личное дело.

- Конечно, никто не собирается вмешиваться в отношения взрослых людей, и тем более осуждать их, - произнесла Мартьянова обычную банальность. - Служебные романы не редкость. Ладно, спасибо за откровенность, я пойду на своё место.

- Знаем, где твоё место, - сказала про себя Костикова. - Уж точно не здесь.


Мартьянова сидела в своей конуре охранницы и пила сладкий чай с бутербродами. С сыром и колбасой, что заботливо ей положила в сумку мама. В это время во двор гимназии заехал минивэн СК, из которого вышел Суаоров и два оперативника. Мартьянова приложила карту к турникетам и пропустила их.

- Мы за Сокуровым, - кратко произнёс он, - это от него была беременна Райская.

В фойе их встретила директриса.

- И что, надо обязательно арестовывать учителя во время проведения урока, - удивлённо спросила Карпова.

- Проводите нас, - резко произнёс Суворов, - и попросите его выйти из класса.

Они стали подниматься на третий этаж. Через 5 минут Суворов подошёл к турникету. Сзади него шёл Сокуров в наручниках и в окружении оперативников. Находившиеся в фойе школьники с удивлением смотрели на эту процессию.

- И что, надо было обязательно устраивать этот демонстрационный арест? - произнёс преподаватель биологии. - Нельзя было это сделать у меня дома. Я живу один.

- Помолчите, - одёрнул его Суворов. - Пусть гимназия знает своего "героя".

Мартьянова стояла удивлённая, но ничего не сказала. Молодой следователь, конечно, неправ, - подумала она.- Пусть с Шанцевым разбирается.

- Сегодня посидит в изоляторе, а завтра допрос,- сказал Суворов Мартьяновой, пока оперативники сажали Сокурова в минивэн. - Можете поприсутствовать. И спасибо Вам за наводку.

Мартьянова ничего не ответила, но задумалась.


Эпизод 6


Дома Константи Вороной сказал ей, уже в постели, что провели экспертизу одежды Райской. Отпечатки хотя и были обнаружены, но смазанные сильно. Потожировые следы тоже слабые, полного профиля ДНК нельзя составить было, в лаборатории выяснили, что это ДНК женское, там две Х хромосомы, но определить геном не удалось.

- Я читала, - произнесла Мартьянова,- что Y-хромосома может превратиться в Х-хромосому в результате рекомбинации.

- Может, также ген SRY, определяющий мужской пол, может переместиться в X-хромосому при формировании мужских гамет, что приводит к XX-мужскому синдрому. Но это редкий случай. Наши генетики не обнаружили никаких мутаций, это точно две женские Х -хромосомы.

- Интересно, - получается, что всё не так однозначно. Думаю, что этот биолог не убийца.

- Тогда кто? Завтра будет допрос Сокурова, ты пойдёшь, - спросил Константин.

- Нет, я и так знаю, что будет происходить. Начнут выбивать признание от него. Не в прямом смысле, конечно. Ладно, давай спать, я так устала за день.


Утром, Инна и Константин пили кофе с пирожками, которые до их пробуждения испекла заботливая Мария Антоновна.

- Я тебя подвезу в СУ, - сказала Мартьянова, - а потом поеду к себе в гимназию.

- Ты это каждый день делаешь, и все считают меня трудоголиком: раньше всех приезжаю, позже всех ухожу с работы.

- Тебе это не нравится? - беспокойно спросила Мартьянова.

- Что ты, всё хорошо, это просто констатация факта.

- Тогда пошли, а то опоздаем, - несколько нервно произнесла Инна.

Она высадила Вороного около СУ, и через полчаса уже была на своём посту в гимназии.

Где-то 9.30 ей позвонил Шанцев.

- Инна Алексеевна, а что Вы не пришли к нам на допрос подозреваемого. Вам не интересно, что он скажет.

- А я и так знаю, что он отрицает своё участие в убийстве. Связь с Элиной, он, конечно, признал. Против ДНК не попрёшь. Но с остальным я согласна. Вы, наверное, за зеркалом стоите.

- Так точно. Так Вы, Инна Алексеевна, считаете, что это не он выбросил бедную девочку из окна. Вы мне ничего не говорили о своих подозрениях.

- Да у меня и нет пока особых подозрений. Вы читали отчёт Вороного об экспертизе одежды Райской, в которой она упала из окна.

- Пока не читал, а что?

- Юрий Иванович, мне Константин сказал, что ДНК на одежде Райской - женское. Это у Вас в отчёте написано.

- Ну и что. Мало ли с какими женщинами общалась девушка. С подругами, с преподавательницами. В конце концов, мать или служанка их могла почистить её одежду.

- Всё правильно, но эти следы свежие, они поверх других следов, ДНК которых уже невозможно определить. Тем более, что эти женские следы внизу на джинсах. Как они там появились? То есть кто-то хватал её за ноги.

- И что Вы хотите предпринять?

- Пока только хочу снова поговорить с учителями и уборщицами.

- Вам помощь не будет нужна? - беспокойно произнёс Шанцев.

- Нет, не думаю, что меня будет так легко выбросить из окна, - пошутила Мартьянова.

- Ну смотрите сами. Мне тоже не хотелось бы осуждать невиновного, но факты...

- Постараюсь разобраться, Юрий Иванович.

Разговор закончился. Мартьянова присела и посмотрела на часы. Уроки сейчас закончатся, подумала она. Раздал звонок на перемену. Мартьянова решительно встала и попросив заведующую хозяйством гимназии подменить её на месте охранницы, стала подниматься на третий этаж. Сверху по лестнице, громко болтая, побежали учащиеся. Во время перемены в гимназии, как и в любой школе, становилось шумно. Они обходили Мартьянову, удивлённо глядя на неё. Инна вошла в коридор справа и твёрдым шагом направилась в кабинет химии. Открыв дверь, она увидела одиноко сидящую за столом

Ирину Владимировну Виноградову. Та встала, увидев Мартьянову, и тихо сказала:

- Вы за мной пришли, я знаю, Только не надо надевать наручники здесь.

- Я не сотрудница СК и не могу Вас арестовать. Я пришла поговорить. Как Вы догадались, что я знаю всё?

- Мне сестра рассказала о Вашей беседе с ней. Я сообразила, что вы знаете о связи Марата и Райской. И обо мне с ним тоже.

Поэтому Вы убили Райскую? - резко спросила Мартьянова.

- Этой несовершеннолетней шлюшке так и надо. Мало ей парней её возраста, её одноклассников, так она решила соблазнить Марата.

- У Вас с Сокуровым были отношения, - как бы подтвердила Мартьянова.

- Да, я любила его. Когда он появился в нашей гимназии год назад, такой стройный, мужественный, красивый, вся женская часть наша влюбилась в него. И незамужние, и замужние. И я влюбилась, но не показывала вида. Однажды он предложил подвести меня на своей "шкоде". Я согласилась, затем предложила напоить его кофе, и, сами понимаете, у нас начались отношения. Я полностью погрузилась в них. Начала ревновать его к другим женщинам-коллегам. Он был младше меня немного. Это продолжалось несколько месяцев. А потом я стала замечать его холодность. Сначала не поняла, думала, он какой-то другой "училкой" увлёкся. То, что у него появились частные уроки, и их брала Райская, я знала, но не придавала этому значения. Многие педагоги репетиторствуют. У меня тоже были ученики. Готовила к ЕГЭ по химии.

- Так что же произошло, что изменилось? - нетерпеливо задала вопрос Мартьянова.

- Однажды я после уроков зашла как обычно в кабинет биологии, чтобы поехать с Маратом домой. И увидела, как он целуется с этой соплячкой, а она извивалась в его объятиях, как бордельная девка. Я захлопнула дверь, оделась и ушла. Мне стало так противно.

- И что дальше произошло?

- Да ничего, он приехал ко мне, извинялся, клялся, что у них ничего нет, что она влюбилась в него, как обычно влюбляются в преподавателей школьницы. Ну, поцеловались пару раз и всё. Я вроде поверила. Хотя не совсем, честно говоря.

- А что случилось в тот день, когда была убита Райская?

- После урока химии в 10-Б классе, все ученики пошли домой, а я попросила её задержаться. И спросила откровенно у этой девчонки, что ей надо от Сокурова. Ты несовершеннолетняя и к тому же ученица. Между вами ничего не может быть, это противозаконно.

- И что она сказала? - спросила Мартьянова

- Что они любят друг друга и собираются пожениться через год, - Виноградова презрительно ухмыльнулась. - Не конечно! Потом она стала меня называть "старухой", что, мол, я по сравнению с нею ничто в постели. Жалкая шлюшка, она выбежала из кабинета, но я догнала её в коридоре, развернула её к себе. Она повторяла "старуха, старуха, зачем ты ему нужна". Я разозлилась и толкнула её. Сильно. Она отлетела назад и ударилась головой о стену под подоконником. Но стала подниматься, качаясь. Окно было открыто. Я не понимала, что делаю. Подбежала к ней, схватила её за ноги и вытолкнула в окно. Потом быстро оделась, так как должна была придти уборщица, и спустилась по боковой лестнице на первый этаж, где находится кладовка и мастерская. Незаметно прошла в фойе, где уже собрались ученики и педагоги и что-то обсуждали. Затесалась между ними. Не хотела уходить, чтобы не вызвать подозрения. Потом вышла с некоторыми учителями во двор, посмотреть. В это время подъехала полиция, и нас попросили зайти в здание гимназии. А дальше Вы знаете. Следователь стал опрашивать нас, кто, где был. Меня тоже спрашивали. Я ответила, что у себя в кабинете заполняла журнал. Никакого шума или крика не слышала. В других кабинетах никого не было.

- Райская была беременна от Сокурова. Вы убили не только её, но и её будущего ребёнка. - гневно произнесла Мартьянова.

- И что теперь будет? Меня арестуют и посадят в тюрьму,- удивлённо и боязливо спросила Виноградова.

- Конечно, Вы же сами признались в убийстве. Елена Владимировна, поедемте теперь со мной в Следственное Управление, - спокойно сказала Мартьянова. - Там Вы напишите признание. А вину Вашу определит суд.

Затем она позвонила Шанцеву.

- Юрий Иванович, я сейчас приеду и привезу виновного, вернее, виновную в смерти Элины Райской.

- Одевайтесь Елена Владимировна, мне очень жаль, что так получилось, - искренно произнесла Мартьянова, обращаясь к жалко выглядевшей, резко постаревшей женщине.


Интерлюдия


На общем собрании СУ полковник Шанцев выглядел радостным и довольным Дело завершено, от начальства пришли благодарности.- объявил он. - Такое событие в тихом Шепиловске взорвало всё. Только об этом и говорят, только и показывают. Ваша настойчивость и профессионализм сыграли свою роль, особенно хочу отметить работу, проведённую Мартьяновой. Инна Алексеевна, возвращайтесь к нам.

- Спасибо, Юрий Иванович, я подумаю. Тем более, что коллектив гимназии не очень доволен тем, что два хороших преподавателя оказались под судом. В Интернете много чего пишут, но вину возлагают на Райскую, что из-за неё всё это случилось, из-за её амбиций, её распущенности. Называют "гнилой мажоркой". Люди разные. На меня стали педагоги несколько косо смотреть. Будет лучше, если я стану официально вести расследования. Мы не помешаем друг другу, работы всем хватит, - обратилась она к Суворову.

- Да что Вы, Инна Алексеевна, - откликнулся молодой следователь, - это здорово просто. Я, конечно, немного зациклился на мужчинах. А здесь женская ревность сыграла свою роль. Надо же, шекспировские страсти.

- А мне всех жаль, и Элину, и "химичку" и "биолога", и парней -грустно произнесла Мартьянова - И гимназию. Карпову сняли, мол, не углядела. Хотя в чём она виновата? Многие родители стали забирать своих детей, переводить в другие школы, особенно состоятельные, все знакомые Райских.

Так что завтра я напишу заявление об уходе в гимназии новому директору и приду к Вам устраиваться, Юрий Иванович.

- Буду рад, Инна Алексеевна. Начальство приготовило для тебя сюрприз. Не пожалеешь.