# Relationships In Pieces

Аноним Melpomenetears

История пятого мора со стороны Кусланд и Алистера. Начиная от битвы при Остагаре до окончания Мора. Включает в себя постельные сцены.

https://archiveofourown.org/works/110852/chapters/153651


Relationships In Pieces

MelpomeneTears

Summary:

Эта история начинается с серии снимков, которые появляются на протяжении всего фильма "Происхождение" по мере того, как отношения развиваются. История полностью раскрывается на "Встрече с землей" и далее. На этом пути вас ждет множество сюрпризов. В этой истории есть главы, очень откровенные в сексуальном плане.


Записи:


(Примечания смотрите в конце работы.)

## Глава 1: "С первого взгляда"


Текст главы


Он уставился на нее, ничего не мог с собой поделать. Он пытался понять, от чего у него захватывает дух - от красоты или от ужаса.

Она была высокой, примерно такого же роста, как и он; она стояла в черных доспехах. Они были почти такими же черными, как и ее волосы, в которых, казалось, были синие пряди, они были такими черными, и в данный момент они были собраны в строгий конский хвост высоко на затылке. Ее глаза приводили в замешательство; казалось, они были темно-синими и фиолетовыми одновременно.

У нее также была татуировка, ее цвет тоже было немного трудно различить, он был фиолетового оттенка, но также казался слегка серым. Татуировка сама по себе была красивой, она выглядела так, словно у нее был кружевной полумесяц, дугой пересекающий лоб от брови к брови, между глазами и спускающийся вниз по носу, что-то похожее на пламя. Две слегка изогнутые линии шли от каждого уголка ее рта прямо назад и заканчивались под ушами. Еще две линии тянулись от середины нижней губы вниз и под подбородком. Ее кожа была красивого карамельного цвета.

Он не мог дождаться, когда эта надоедливая волшебница уйдет, он действительно хотел знать, кто она такая, и боялся, что она уйдет прежде, чем он успеет с ней поговорить. Наконец, маг в гневе умчался прочь. Он повернулся к этой поразительной женщине и, наконец, посмотрел на нее в упор и понял, что под этой броней у нее удивительно соблазнительные формы. И эти доспехи не были похожи ни на что, что он когда-либо видел раньше. Это была черная кожаная одежда, которая обычно предназначалась для разбойников, но вместо традиционных разбойничьих доспехов у нее были длинные рукава и брюки, а не традиционные короткие рукава и боевая юбка. Он на мгновение задумался, как она сможет в нем двигаться.

Он сильно покраснел, когда увидел, что она ухмыляется ему.

- Нравится то, что ты видишь? - Теперь она широко улыбалась.

- Я..Я смотрел на твои доспехи, я никогда не видел ничего подобного.

Она приподняла брови и снова ухмыльнулась, явно не поверив ему. На мгновение она подумала о том, чтобы еще немного поиздеваться над ним, но была так благодарна ему за то, что он заставил ее улыбнуться и забыть, хотя бы на мгновение, о болезненных событиях недавнего прошлого, что решила быть честной с ним.

- Это было сделано для меня, подарок моих родителей.

Он заметил, как она на секунду отвела от него взгляд, а затем снова посмотрела на него, но решил ничего не говорить об этом. Вместо самодовольного выражения лица она выглядела немного грустной.

- Тебе тоже подарили это замечательное оружие? - сказал он, заметив сильверитовые кинжалы у нее на бедрах.

Она неправильно поняла меня и вытащила длинные мечи, висевшие у нее за спиной, чтобы он мог их увидеть.

- Да, как только они поняли, что я так или иначе учусь драться, они стали меня поддерживать. Моя мама даже научила меня некоторым своим навыкам. Она была великолепна, учитывая, что так давно не дралась. Она улыбнулась ему, надеясь, что он не заметит, что все, чего ей хотелось, - это плакать.

Внезапно до него дошло, что он понятия не имеет, с кем разговаривает.

- Простите, где же мои манеры? Я Алистер, вы не будете возражать, если я спрошу, как вас зовут? - спросил он, возвращая прекрасные мечи из драконьей кости, чувствуя легкую грусть из-за того, что приходится расставаться с этими произведениями смертоносного искусства.

Ее глаза заблестели от его вопроса.

- Я Сарейна, и я искала тебя.

На мгновение он в замешательстве нахмурил брови, а затем все внезапно обрело смысл: великолепные доспехи, красивое и смертоносное оружие.

- Ах да, ты же новобранец. Дункан послал тебя за мной?

- Да, он сказал, что нам нужно подготовиться к вступлению.

- Хорошо, тогда нам пора возвращаться, и, прежде чем ты спросишь, я отвечу на любые вопросы, кроме тех, что касаются вступления.

Ее улыбка померкла, но только на секунду, а затем ухмылка вернулась.

- Ты пожалеешь, что сказал это, я могу задать много вопросов.

Алистер почувствовал облегчение, когда они добрались до "костра Дункана". Верная своему слову, она засыпала его вопросами всю обратную дорогу. Он хотел задать несколько, но у него не было возможности. Все ее вопросы были разумными, ничего легкомысленного, так что, по крайней мере, от этого он был избавлен. Она была очень умна и разбиралась в битвах лучше, чем он. Поэтому он не смог ответить на все ее вопросы. Казалось, это ее ничуть не смутило, и, к счастью, она не стала насмехаться над ним или унижать его, когда он не смог ей ответить.

Ему действительно было трудно эмоционально держаться от нее на расстоянии. Он не хотел сближаться ни с кем из новобранцев на случай, если они не пройдут процедуру присоединения. У него внутри все сжалось, когда он вспомнил свое собственное присоединение.

Как только Дункан объяснил им, что они будут делать, Сарейна исчезла в своей палатке. Она вышла оттуда с рюкзаком за спиной. Алистер вопросительно посмотрел на нее.

Она заметила его взгляд и пожала плечами.

- Это припарки и тому подобное, я хочу быть готовой ко всему.

- Ну, ты же знаешь, я не собирался уходить с пустыми руками. Как Серый Страж, я и раньше видел результаты сражений. Его губы дрогнули, когда он попытался сдержать улыбку. Что-то в этой женщине пробудило в нем умного Алека, хотя, по правде говоря, для этого не требовалось особых указаний.

Путешествие по диким местам Кокари было интересным. Сарейна на самом деле была разбойником, чрезвычайно быстрым и ловким. Это сделало их путешествие намного короче, чем он ожидал, и все прошло без особых проблем. Так было до тех пор, пока не появилась эта язвительная ведьма. Его раздражала сама мысль о ней. В любом случае, к его большому огорчению, хотя он и другие мужчины немного нервничали из-за ведьмы, Сарейна была вежлива и быстро оформила документы, за которыми их послали. Их даже сопроводили обратно в Остагар. Он должен был признать, что сопровождающий проделал обратный путь гораздо быстрее.

***

Присоединение к команде обернулось полной катастрофой, они потеряли двоих из трех рекрутов. Алистер чувствовал себя ужасно виноватым. Он был очень рад, что Сарейна стала тем рекрутом, который выжил; он знал, что это неправильно, но ему действительно не нравились ни Джори, ни Давет.

Дэйвет был развратником и не мог отказаться от обчищения карманов; одному богу известно, почему Дункан его нанял. Джори был еще хуже, он постоянно ныл, а когда дело дошло до драки в Дебрях, он застыл в первом бою, пока Алистер не прикрикнул на него.

Пока Сарейна была без сознания после Присоединения, Дункан рассказал Алистеру о том, что случилось с семьей Сарейны. Алистер не был уверен, зачем Рендону Хоу понадобилось убивать семью Сарейны, поскольку он не знал, кто ее семья, а Дункан, похоже, не желал вдаваться в подробности. Возможно, со временем она расскажет ему. Дункан сообщил Алистеру так много информации только потому, что Алистер прокомментировал, как она внезапно погрустнела, когда упомянула о своей семье. Дункан также ясно дал понять, что Алистеру не следует совать нос в чужие дела. С этим у него не было проблем, Создатель знал, что у него есть свой собственный большой секрет.

***

Когда Сарейна пришла в себя, Дункан и Алистер были рядом. Алистер подарил ей кулон в честь тех, кто не смог этого сделать. Она задумалась, сможет ли надеть его, не испытывая чувства вины. Затем Дункан отослал Алистера обратно к костру, поскольку король Кайлан хотел поговорить с ней и Дунканом.

Когда Сарейна впервые увидела его, она могла думать только о том, что ей нужно рассказать ему о своей семье и попросить Кайлана все исправить. Теперь она была поражена тем, насколько он красив в своих сверкающих доспехах.

- Леди Кусланд. - Кайлан улыбнулся, а затем поклонился ей, подмигнув.

- Ваше - величество. Сказала она, кивая в ответ.

- Ну же, теперь, когда вы знаете, что это не так, зовите меня Кайлан. - Он взял ее за руку и поцеловал.

Сарейна отдернула руку, но все еще улыбалась.

- И теперь я просто Рейна, я Серый страж.

- Ах, да, я слышал, что тебя можно поздравить.

- Спасибо, Кайлан. Пойдем? - Она кивнула Логэйну, который явно был раздражен тем, что его заставили ждать. Кайлан явно не воспринимал эту битву всерьез. Ее раздражало, каким тупым он казался. Она думала, что если бы она была королем и имела в своем распоряжении знания и опыт человека, который помог ее отцу изгнать орлесианцев из Ферелдена после того, как они оккупировали Ферелден на 70 лет, она, вероятно, прислушалась бы к ним. Кроме того, она не стала бы проявлять неуважение к нему.

Кайлан заявил, что они с Алистером зажгут сигнальный костер на вершине башни. Она чувствовала, что это пустая трата их с Алистер таланта, но спорить не стала. Она кое-чему научилась, когда ее мать так отчаянно пыталась сделать из нее леди. Она чуть не расплакалась, думая о своей матери. Она сменила боль на гнев, и это снова придало ей сил.

Алистер был расстроен из-за того, что пропустил битву, и не стеснялся об этом говорить. Дункан объяснил ему, что такова была просьба короля. Лицо Алистера дернулось, он весь напрягся, но затем так же быстро расслабился.

- Просто, чтобы ты знал, если король когда-нибудь попросит меня надеть платье и станцевать Ремигольд, я подведу черту. Поможет это от порождений Тьмы или нет. - Он наблюдал, как Дункан пытается разозлиться. Уголки губ Дункана приподнялись, но затем он замолчал, услышав, как Сарайна говорит это Алистеру.

- Правда, я бы хотела на это посмотреть. - Она ухмыльнулась ему.

- Ну, может быть, для тебя, но только если это красивое платье. - Ответил Алистер. При этих словах Дункан закатил глаза, а затем прочистил горло, чтобы привлечь их внимание. Он понял, что, вероятно, завербовал единственного человека в Ферелдене, который был таким же красноречивым, как Алистер. Он надеялся, что, возможно, они смогут помочь друг другу, ведь ни у кого из них на самом деле не было семьи, о которой можно было бы говорить.

Дункан велел им обоим собрать свое снаряжение, прежде чем отправиться в путь. Лучше быть мобильными на случай, если им придется быстро уходить. Пока они собирали свои вещи, Алистер ничего не мог с собой поделать.

- Из какой кожи сделана твоя броня, она такая черная и гибкая, но, очевидно, очень прочная. Я никогда не видел ничего подобного.

Сначала она не была уверена, хочет ли отвечать ему, ведь он мог догадаться, кто она такая, но потом поняла, что он уже видел ее оружие, которое, очевидно, тоже было недешевым.

- Это шкура высшего дракона.

Глаза Алистера округлились.

- Правда, я и не подозревал, что доспехи могут быть сделаны из драконьей шкуры. Это красиво. - И дорого, подумал он про себя. Судя по ее оружию и доспехам, кем бы она ни была, у ее семьи явно было много денег, или, скорее, раньше было, потому что теперь все они были мертвы, кроме нее.

Они вернулись к Дункану, она шла немного впереди Алистера, а он все больше и больше смотрел на ее доспехи, очарованный тем, как они двигались вместе с ней. Затем он понял, что смотрит не столько на ее доспехи, сколько на ее зад. Алистер густо покраснел и сосредоточился на земле, пока они не подошли к Дункану, он надеялся, что румянец прошел, хотя ему было жарко. Алистер был благодарен, когда Дункан заговорил, как только они подошли к нему.

Дункан изложил план сражения Алистеру, который не присутствовал на встрече с Кайланом, а затем отправил их восвояси, а сам присоединился к остальным стражам и королю на поле боя.

## Глава 2: Смерть и выживание


Текст главы

- Я понятия не имею, что делаю. Все, кого я любила, все, о ком я заботилась в этом мире, мертвы, кроме Пентерина, теперь я окружена незнакомцами, которые должны помочь мне спасти мир? - Она подумала, прежде чем посмотреть на них пятерых и сказать:

- Сначала мы пойдем на круг.

Алистер выглядел немного удрученным. Она была удивлена, что он вообще это заметил. После Остагара он был не очень наблюдателен. Она была немного рассержена, он скорбел о потере своих друзей в Остагаре, и она понимала, что он чувствовал потребность горевать, но ей было немного горько оттого, что он горевал, а она не могла. Она знала, что в любом случае она будет главной, они обсудили это перед отъездом из хижины Флемет, что у нее есть опыт, поэтому он доверился ей. Она держала язык за зубами, потому что Морриган и так заставляла его чувствовать себя довольно ужасно.

Она старалась не поддаваться панике. События развивались так быстро. Они с Алистером проснулись в хижине Флемет. Она была матерью Морриган, а Морриган была ведьмой, с которой они столкнулись, когда отправились в Дикие земли Кокари. Флемет, по-видимому, спасла их обоих с вершины башни в облике птицы. Морриган рассказала им, что Логэйн развернул свои войска и оставил Серых Стражей умирать вместе с королем. Флемет отправила Морриган с ними, предположительно, чтобы помочь им бороться с мором.

Сарейна не была уверена, что верит хоть чему-то из этого. Хотя, она очень быстро поняла, что, по крайней мере, кое-что из этого было правдой. Когда они добрались до Лотеринга, деревни, в которую Морриган привела их, чтобы они могли раздобыть припасы, они узнали, что Логэйн действительно развернул свои войска. Он сказал, что Серые стражи убили короля. И что битва была уже проиграна к тому времени, когда зажегся маяк, поэтому он развернул свои войска, чтобы спасти их от проигранного дела.

Они пытались выяснить, как именно Серые стражи предположительно убили короля. Они ни от кого не смогли получить прямого ответа. Им только что сообщили, что Серые стражи убили его, а Логэйн объявил себя регентом в честь своей дочери и объявил Серых Стражей предателями.

Помимо припасов, в Лотеринге они также подобрали двух новых попутчиков. Кунари по имени Стэн содержался в клетке, и Сарейна предложила им попытаться взять его с собой. Она была хорошо осведомлена об их боевом мастерстве, поскольку сражалась с ними ранее. Алистер не был в этом уверен, но Морриган согласилась с Сарейной. Они убедили церковь позволить им взять его с собой, чтобы он мог помочь им в борьбе с мором и, следовательно, искупить вину за убийство семьи.

Когда они были в местной таверне, то наткнулись на мирянку, которая сказала им, что Создатель послал ей послание, в котором просил помочь им. Она уже успела зарекомендовать себя как мастерица обращаться с клинком. В таверне на них напали люди Логэйна, и она помогала в драке. Сарейна согласилась взять ее с собой; казалось, она искренне хотела помочь, даже если выглядела немного не в своей тарелке.

Они остановились, чтобы помочь маленькому мальчику, который потерял мать и теперь, казалось, остался без семьи. Они нашли мать мальчика; к сожалению, она уже была убита. Когда они вернулись в церковь с новостями, Сарейна почувствовала, как на глаза навернулись слезы гнева и отчаяния, но она с трудом сдержала их. Ее израненному сердцу было больно осознавать, что мальчик потерял свою семью в столь юном возрасте.

Хотя она и потеряла свою семью, по крайней мере, она выросла в окружении их любви. Ей было интересно, сколько людей воспользовались проблемами с Порождениями Тьмы, чтобы набить свои карманы или совершить преступления против других. Она хотела удивляться, хотела думать о мире лучше. Но мир - это дыра в дерьме, и если ты не умеешь постоять за себя, то заслуживаешь того, что получаешь. Сарайна надеялась, что кто-нибудь найдет время, чтобы убедиться, что мальчик понял это, когда вырастет.

Как только она сообщила эту новость, она развернулась и вышла из церкви, не дожидаясь ответа. Оказавшись на улице, Сарейна глубоко вздохнула: запах отчаяния и безысходности был невыносимым.

Она завидовала многим жителям Лотеринга. По крайней мере, большинство их бед исходили от незнакомцев или злобных Порождений Тьмы. Им еще предстояло пережить потерю от рук того, кого они считали другом. Возможно, все было бы лучше, если бы ее дом захватили Порождения Тьмы. По крайней мере, все знали, что они злые. Она глубоко вздохнула и поговорила со своими товарищами, пытаясь отогнать своих демонов.

- Итак, у всех есть все, что им нужно? Я понятия не имею, как долго мы собираемся быть в пути, так что всем нужна палатка, спальный мешок, доспехи, все необходимые принадлежности, хорошо? Все кивнули, когда она продолжила. - Я думаю, у нас достаточно продуктов, чтобы продержаться некоторое время. Если все готово, нам пора отправляться.

Итак, вот они: осиротевший дворянин, скорбящий "почти" тамплиер, отступник, кунари, которая также был убийцей, и мирянка из церкви, которая, возможно, была немного тронута, и верный боевой пес мабари Сарейны. Берегись, блайт, сюда идут неудачники. "Я надеюсь, мы все сможем пережить это", - подумала она и зашагала по Имперскому тракту.

## Глава 3: Сладких снов


Алистер сидел на бревне напротив нее. Она смотрела, как огонь отбрасывает рыжие блики на его песочно-каштановые волосы. Он начищал свои доспехи и что-то насвистывал себе под нос, полностью уверенный в ее способности руководить ими. Казалось, он думал, что они одержат победу, потому что их дело правое и они борются со злом.

Сарейна была не так наивна, как ее спутник-страж. Она хорошо разбиралась в тактике ведения боя, поскольку принимала участие во множестве сражений. Когда войска ее отца были отправлены, чтобы покончить с передовым отрядом Кунари, она отправилась с ними, сражаясь бок о бок со своим братом и сером Гилмором. И всякий раз, когда банда орлесианцев пыталась спровоцировать проблемы в стране, она отправлялась с войсками своего отца, чтобы разобраться и с ними.

Но как выработать стратегию борьбы с ордой безмозглых животных? Они даже не знали, кого собираются взять в союзники. Казалось, что каждый раз, когда они оборачивались, кто-то еще нуждался в их помощи и спасал их от мора. А теперь в дело вмешалась политика. Честно говоря, она мало что знала о политике, хотя мать и пыталась научить ее этому. Она предпочитала учиться обращаться с оружием и дрессировать свою собаку Пентерин.

Ее мать сначала сопротивлялась, но вскоре поняла, что не сможет остановить Сарейну, слишком сильным было ее желание научиться драться и постоять за себя. Таким образом, ее мать научила Сарейну своим не таким уж и незначительным навыкам. Сарейна была удивлена, обнаружив, что, несмотря на свой высокий рост, она довольно легко овладела навыками владения мечом и скрытности. Элеоноре действительно нравилось проводить спарринги с дочерью, поскольку это помогало ей отточить навыки и поддерживать себя в отличной форме.

И теперь она была единственной оставшейся в живых Кусланд, хотя теперь, когда она стала Стражем, у нее не было титула. Ради этого она была избавлена от ужасной смерти. Она должна была победить мор с помощью красивого мужчины, который только что занялся полировкой своего меча напротив нее. Они были последними двумя Стражами в Ферелдене, единственным, что стояло между архидемоном и народом Ферелдена.

Чем больше она думала об этом, тем больше понимала, что их обоих неоднократно спасали, чтобы они могли победить мор. Они оба пережили Объединение, были спасены в Остагаре и пережили нападение убийцы. Не говоря уже о том, что она была спасена от ужасной смерти в доме своей семьи.

Сарейна знала, что в значительной степени благодаря отличным навыкам ее матери-мошенницы они выжили и нашли ее отца в ту ночь, когда на них напал Хоу. Она была уверена, что ее мать лишила жизни очень многих людей Хоу, прежде чем окончательно скончалась от полученных травм.

Даже перед лицом неминуемой смерти любовь ее родителей была ощутима. Ее всегда восхищал тот факт, что ее родители поженились по любви, и даже после стольких лет совместной жизни они все еще были безумно влюблены друг в друга, до самого конца. Они не могли долго находиться в разлуке и, держась за руки, с тоской смотрели друг другу в глаза, как будто пробыли вместе совсем недолго, а не почти тридцать лет. Им было так тяжело расставаться, что ее мать не могла даже помыслить о жизни без отца.

Сарейна никогда не испытывала ничего подобного и смирилась с мыслью, что такая любовь явно не для нее. Она старалась быть открытой для любви в любой форме. Её родители хотели, чтобы она вышла замуж не из чувства долга, а по любви, как и они сами. Когда она была подростком, ей несколько раз казалось, что она влюблена, но это оказывалось просто желанием. У нее были отношения и с женщинами, и с мужчинами, и каждый из них был ей по-своему дорог, но настоящей любви она никогда не испытывала. По крайней мере, ничего похожего на то, что, казалось, чувствовали ее родители.

Сарейна сморгнула слезы, думая о своих родителях и их сильной любви друг к другу. Она потеряла их, а также всех, кто был ей дорог. И теперь она столкнулась с бедой. Она могла потерять свою жизнь и всю свою страну. И не позволяйте никому говорить вам, что у судьбы нет чувства юмора. Все еще находясь во власти своего горя и пытаясь успешно руководить своими товарищами, она почувствовала, что, возможно, действительно влюбляется. Если бы это не было так нелепо и трагично, она бы рассмеялась.

***

Она оглянулась на Алистера через костер и увидела, что он наблюдает за ней. Она улыбнулась ему, и он встал, обошел костер и сел рядом с ней. Они снова проснулись последними, как обычно, и ни один из них не горел желанием видеть сны о Порождениях Тьмы.

- Тебя снова не было, куда ты ходила?

Она улыбнулась ему.

- Домой. Я имею в виду, в школу. Я думала о своих родителях. О том, как сильно они любили друг друга. Мне просто стало радостно от воспоминаний и грустно от того, что я скучаю по ним, вот и все. Не беспокойся об Эли. - Она коснулась его руки.

Он, как обычно, был удивлен, насколько прохладными были ее пальцы на его коже. Он накрыл ее пальцы другой рукой. - Ты всегда так говоришь, Рейна, но иногда я беспокоюсь, что мы ожидаем от тебя слишком многого и не даем тебе шанса попробовать исцелиться. За последнее время тебе пришлось пережить больше, чем всем нам.

Она прислонилась к его плечу:

- Я знаю, и именно поэтому мне нужно быть занятой. Я справлюсь с этим лучше, когда будет безопаснее.

Он знал, что с ней лучше не спорить. Возможно, она была самым упрямым человеком, которого он когда-либо встречал. Вместо этого он обнял ее и прижал к себе. Его сердце забилось быстрее, когда он уловил ее запах. От нее всегда слегка пахло хорошо промасленной кожей и яблоком.

Они уже несколько недель ходили друг за другом на цыпочках. Они повсюду ходили вместе и поддерживали атмосферу непринужденного товарищества, чтобы постоянно прикасаться друг к другу. К большому неудовольствию Зева, они растирали друг другу спины. Они использовали ноги друг друга в качестве подушек, пока сидели у костра и разговаривали.

Между ними возникло восхитительное напряжение, о котором они не говорили. Ни разу после "розы". Они оба признались, что испытывают "чувства" друг к другу, но дальше этого дело не продвинулось. Алистер не был уверен, что делать дальше. У него никогда раньше не было отношений. Он решил наслаждаться физической близостью и каждые несколько дней делал это понемногу, ожидая, не остановит ли она его. Пока жалоб не поступало. Он фантазировал о том, как поцелует ее, прижмет к себе и увидит, какие у нее на ощупь губы и какова она на вкус. Честно говоря, он был немного напуган. Не ее самой, а ее опытом.

Они уже говорили о его неопытности и о том, что у нее был приличный опыт. Он провел целую ночь, расспрашивая ее о том, каково это - быть с другой женщиной. Он сидел так, чтобы она не могла видеть, как его лицо приобретает все оттенки красного, но ему было любопытно. Он думал спросить об этом у Лели, но ей нравилось заставлять его краснеть. Рейна была откровенна и прямолинейна, просто отвечая на его вопросы. Она казалась почти отстраненной от происходящего.

Часть его была рада, что у нее есть опыт, так что, по крайней мере, один из них знал, что делает, если они хотят продолжать отношения. С другой стороны, он боялся, что не сможет удовлетворить ее, или что для нее это не будет значить того, что значит для него.

Он запустил пальцы в ее волосы, вытаскивая кожаный ремешок. Она издала тихий стон, а затем села перед ним. Это было одно из его любимых занятий. Медленно и осторожно распутывая пальцами ее волосы. Казалось, ей это тоже нравилось; она издавала тихие стонущие звуки всякий раз, когда он это делал, и это заставляло его сердце учащенно биться.

***

Прикосновение его пальцев к ее волосам было восхитительным. Она наслаждалась легкими покалываниями, которые пробегали по ее спине, почти заставляя ее дрожать от восторга. Она удовлетворенно улыбнулась медленным мягким прикосновениям. Он помассировал ее голову кончиками пальцев, снимая напряжение, возникшее из-за того, что она весь день держала высокий конский хвост.

Она внезапно встала и направилась к своей палатке.

- Оставайся там, я сейчас вернусь. - Она бросила через плечо.

Алистер посмотрел ей вслед, но не двинулся с места.

Сарейна забралась в свою палатку и начала снимать доспехи. Алистер переоделся, пока она готовила для всех, но была слишком занята. Ей становилось не по себе, но она еще не была готова закончить вечер. Она натянула шерстяные брюки, льняную тунику и свежую пару носков. Она схватила одно из шерстяных одеял со своего спального места и направилась обратно к костру.

Алистер все еще сидел перед камином. Она молча поблагодарила его, снова села перед ним и натянула одеяло, чтобы прикрыть свои ноги так же, как и ноги Алистера. Она прислонилась спиной к его груди, положив голову на его широкое левое плечо. Она закрыла глаза и прислушалась к его дыханию.

Ей было неприятно это признавать, но рядом с Алистером она чувствовала себя в безопасности. Он был всего на сантиметров пять выше ее, но его широкие плечи и грудь создавали ощущение, что она сидит, окутанная им. Его дыхание было медленным и ровным. Его сердце билось немного учащенно, но она была уверена, что и ее собственное тоже.

У нее возникло огромное желание повернуться, уткнуться носом в его шею и обнять его. Она не хотела причинять ему неудобства или торопить его, поэтому не двигалась с места. Алистер передумает, она просто знала это.

***

По всему телу Алистера пробежали мурашки. Они никогда раньше не были так близки. Чтобы отвлечься от красивой женщины, которая касалась его всем телом, он начал рассказывать ей истории о Серых стражах, которых знал до Остагара.

Она издавала ободряющие звуки, поэтому он продолжил и рассказал ей историю о надзирателе из Андерфелса, который однажды вечером выпил больше, чем все остальные вместе взятые, и все еще не был пьян. Он рассказал ей о том, как Дункан нашел их всех без сознания в трапезной, в то время как смотритель Андерфелса все еще пил.

Пока он рассказывал эту историю, Сарейна начала поглаживать его правое бедро. Он почувствовал, как от ее интимного прикосновения к его шее поднимается знакомый румянец. Его сердце забилось быстрее, и он старался не заикаться, когда рассказывал эту историю, ее прикосновения опьяняли.

Когда ее рука поднялась чуть выше, он почувствовал, что возбуждается. Он закрыл глаза, не было никакой возможности избавиться от этого ощущения. Ему хотелось, чтобы его тело растворилось на заднем плане. Теперь его щеки и уши горели. Что, если она разозлится? Он продолжал рассказывать свою историю, стараясь контролировать дыхание и заставляя свой непослушный отросток вести себя прилично.

- Может, мне стоит рассказать ей о своих чувствах? - "Может, это отвлечет ее настолько, что она забудет об этом", - подумал он про себя.

- Эм... Рейна?

- Да, Али? - Спросила она

- Я знаю, это... может показаться странным, учитывая, что мы не так давно знаем друг друга, но я начал... заботиться о тебе, - нерешительно начал он, ожидая, что она возразит. Когда она этого не сделала, он продолжил, чувствуя себя немного увереннее в себе. - Очень многое. Я думаю, может быть, это потому, что мы через многое прошли вместе, я не знаю. - Она сидела очень тихо, но не пыталась отстраниться. Ободренный, он продолжил, пока не потерял самообладание. - Или, может быть, мне это кажется. Может быть, я обманываю себя. Он замолчал, когда она отстранилась и повернулась, чтобы посмотреть на него. Она ничего не сказала, и это молчание сводило его с ума, поэтому он почувствовал необходимость заполнить его. Он заглянул в ее прекрасные, приводящие в замешательство глаза. - Неужели я? Обманываю себя? Или ты думаешь, что когда-нибудь сможешь, - он с трудом сглотнул и продолжил, - почувствовать то же самое ко мне?

Несколько мгновений они оба стояли неподвижно. Он сидел, прислонившись спиной к бревну, а она стояла на коленях между его ног и смотрела на него.

***

Она не была уверена, что правильно расслышала его. Он только что сказал, что она ему небезразлична? Он только что сделал первый шаг? Это было так непохоже на Алистера. Она почти не дышала, боясь, что все это было недоразумением. Она упрекнула себя за то, что была такой глупой. Она вела себя не так, как другие девушки. У нее не кружилась голова, когда она нравилась мужчине. И все же, она была здесь, и ее сердце билось со скоростью миллион миль в минуту.

Она нервничала из-за того, что поддалась своим женским порывам, но не могла оставить бедного мужчину в одиночестве. Поэтому она решила, что честность лучше всего. Кто знает, может быть, это даже перерастет во что-то более постоянное. Она так долго чувствовала себя такой одинокой, что ей было безумно приятно, что есть с кем поделиться. Она взяла его за руку и сказала:

- Я думаю, что уже люблю.

Она увидела, как загорелись его глаза, и он внезапно притянул ее к себе и поцеловал. Сначала это было робко. На вкус он был как чеддер с яблоками. Она чуть не рассмеялась над его любовью к сыру, но была застигнута врасплох, когда он крепче прижал ее к себе и скользнул рукой вниз по ее бедру.

***

Он был удивлен тем, насколько нетерпеливой она казалась. Ее ответ подстегнул его, и он углубил поцелуй, упиваясь ее медовым вкусом. Он понял, что это зашло дальше, чем он планировал, но у него не было желания останавливаться.

Он хотел прикоснуться к ее волосам, поэтому скользнул рукой к ее голове и провел пальцами по волосам. Она застонала ему в губы. Он крепче сжал ее волосы и прижался к ней еще теснее. Он почувствовал, что снова возбуждается, и отстранился от нее. Они оба тяжело дышали, а потом она рассмеялась. Он съежился, опасаясь, что сделал что-то не так.

- Ничего себе, Алистер, это было... это было потрясающе. Ты уверен, что не делал этого раньше? - ее глаза озорно блеснули.

Алистер вздохнул с облегчением и улыбнулся ей в ответ.

- Что я могу сказать? Я был вдохновлен.

Она улыбнулась и, наклонившись, поцеловала его в щеку.

- Приятных снов, Али. - Затем она встала и пошла в свою палатку.

Алистер улыбнулся, точно зная, какие сны ему приснятся; он заставил себя не улыбаться как дурак. Он был рад, что все остальные уже легли спать и никто не наблюдал за ним, когда он встал, все еще возбужденный, и почти побежал к своей палатке, чувствуя страх и головокружение одновременно.

Он мог убить сотни Порождений Тьмы, даже не моргнув глазом. Но, поцеловав женщину, он испугался до полусмерти. Конечно, она была довольно устрашающей женщиной. Она могла расправиться с Порождениями Тьмы почти в два раза быстрее, чем он. Она сражалась двумя длинными мечами, а не кинжалами, как большинство разбойников, и заслужила уважение ассасина, барда, малефикара, голема и генерала кунари. Так что да, немного пугающая, но красивая и с отличным чувством юмора.

- Ладно, я собираюсь перестать анализировать это и просто оценить по достоинству...И насладиться этим, - подумал он с явно нездоровой улыбкой. Он с нетерпением ждал своих - Сладких снов.

## Глава 4: Разношерстная команда


Текст главы


Казалось, куда бы они ни пошли, везде они встречали новых людей. По крайней мере, четверо из них были убийцами, и он был уверен, что Морриган убила больше, чем на ее долю выпало. Он неделями был на взводе, ожидая, что кто-нибудь из них попытается их убить... как в случае с Зевраном. Сначала он плохо спал.

В эти дни Алистер чувствовал себя спокойнее. Винн стала для них чем-то вроде точки опоры, которая поддерживала равновесие. По ночам Морриган держалась подальше от них, и это всех устраивало. Ну, почти всех, почему Рейна чувствовала необходимость постоянно пытаться подружиться с ней, было выше его понимания. Она была настоящей стервой.


Зевран шутил с Винн, но был гораздо менее вульгарен, когда она была рядом. Она держалась поближе к его палатке, что давало им всем небольшую передышку от нападения убийцы. Алистер был уверен, что у Зеврана есть новый план, как их уничтожить. Он собирался заговорить их до смерти. Опять же, привязанность Рейны к эльфу была непостижима. Мужчина на самом деле пытался убить их, так убивает ли она его, чтобы защитить их? Нет, она уговаривает его пойти с ней. Даже вернул ему его оружие.

Алистеру пришлось признать, что навыки Зеврана в скрытности и использовании ядов пригодились. Он даже научил Рейну обнаруживать ловушки, поскольку она обычно была впереди и, следовательно, наиболее восприимчива. Рейна помогала ему в обучении владению двумя длинными мечами, сначала помогая ему набраться сил, а затем научив балансировать на двух длинных мечах. Теперь они оба выглядели довольно грозно, каждый с четырьмя клинками в руках. На самом деле у Рейны было шесть, но никто, кроме него, не знал о тех, что она носила в ботинках. Зевран, казалось, обожал ее; На самом деле Алистер больше беспокоился о том, что Зевран попытается соблазнить Сарейну, чем о том, что он попытается убить ее.

Винн даже спокойно слушала болтовню Лели об орлесианском стиле обуви, причесок и макияжа. Рейна иногда присоединялась к этим разговорам, но чаще всего ей было нечего добавить. Она умела хорошо одеваться и наносить макияж, но чрезмерная роскошь орлесианского стиля ей не нравилась.

Алистер был удивлен, узнав, что Лелиана и Рейна разделяют любовь к обуви. Он не мог себе представить, чтобы их амазонка-предводительница носила что-то подобное. Он представил, как они вдвоем в изящных туфельках убивают Порождений Тьмы. Он чуть не рассмеялся вслух от этой мысли.

Винн также разделял любовь Лели к "Создателю". На самом деле у Лели не было никого, с кем она могла бы поговорить о "Создателе". Он знал учение церкви и вырос там, но на самом деле не считал себя андрастианцем.

Стен и Шейл, казалось, были рады сохранить свое мнение при себе. Если, конечно, в случае Шейлы поблизости не было птиц. Алистер предположил, что если бы он провел 30 лет на улице в виде статуи, то, вероятно, тоже ненавидел бы птиц.

Для него Винн была человеком, с которым он мог поговорить о своих страхах и тревогах. Она никогда не осуждала его и, казалось, искренне заботилась о том, что он говорил. Вскоре он стал думать о ней как о матери. На самом деле у него никогда не было матери, и эта мысль его утешала. Винн помогала ему с штопкой и научила делать припарки. У него это неплохо получалось.

Рейна и Винн, похоже, часто ссорились. Он знал, что они обе нравятся друг другу, каждая из них неоднократно говорила ему об этом. И, похоже, так оно и было на самом деле большую часть времени. И все же примерно каждую неделю он видел, как они ссорятся друг с другом. Очевидно, это было связано с каким-то служебным долгом. Рейна отказывалась говорить с ним об этом.

Винн и Рейна обе любили книги и, казалось, собирали их повсюду, куда бы ни пошли. Уинн и глазом не моргнула, когда Рейна начала подбирать книги в Башне, пока они прокладывали себе путь, убивая все на своем пути. Конечно, это могло быть из-за того, что она передавала все, что имело отношение к магии, прямо Винн.

Стэн был кунари, они считались великими воинами. Конечно, церковь назвала их злыми язычниками, потому что они не следовали песнопениям. Стэн казался очень спокойным и совсем не злым, за исключением семьи, которую он убил. Он был немногословен, но если и заводил разговор, то обычно по уважительной причине, за исключением его спора с Рейной о том, что она не может быть женщиной. Рейна пригрозила раздеться, чтобы доказать это, но Стэн спокойно отказался.

Шейла смущала Алистера, она была каменной, но живой и даже когда-то была гномом. Иногда она казалась очень похожей на женщину, рассказывая о своих сверкающих кристаллах. С другой стороны, она любила рассказывать о том, как что-то сжимает, и это больше напоминало ему мужчину. Сама Шейл сказала Алистеру, что, по ее мнению, она не ощущает себя ни женщиной, ни мужчиной. Алистер на всякий случай решила называть ее Шейл.

Он был рад видеть Винн среди них за ее невозмутимость. На самом деле, он был уверен, что все чувствовали себя спокойнее под влиянием Винн. Ну, за исключением, может быть, Пентерина. Бедный пес, Винн все время пыталась его вымыть. Он чувствовал запах ее мыла, когда она приносила его из своей палатки, и убегал.

Эти вылазки за пределы лагеря часто заканчивались благополучно. Пентерин приносил домой какую-нибудь безделушку или что-то еще, что он находил. Рейна обычно продавала их, поскольку это не обязательно были те вещи, которые они могли использовать. Вы бы удивились, увидев, сколько вещей люди оставляют валяться повсюду. Однажды Пентерин даже положил в рюкзак Морриган недоеденного кролика. Она была в ярости, но все остальные смеялись.

Пентерин был красивым мабари; Алистер не был уверен, была ли его шерсть красновато-коричневой или они так и не смогли полностью отмыть кровь с его шерсти, потому что попали в очень много царапин. В любом случае, Пентерин был смертоносным и злобным бойцом, хотя по тому, как он вел себя, когда они не дрались, этого никогда не скажешь. Он был собакой Сарейны и приехал с ней и Дунканом в Остагар.

Рейна была в восторге, когда они нашли его относительно невредимым после катастрофы в Остагаре. Стэн и Пентерин быстро подружились, очевидно, разделяя любовь к печенью. Поскольку Пентерин был запечатлен в Рейне, иногда он мог быть немного собственником. Большую часть времени он нормально переносил Алистера, но иногда становился раздражительным из-за того, что Алистер сближался с Рейной или вступал с ней в интимные отношения. Это делало первые несколько месяцев их ухаживания интересными.

Огрен был пьяным гномом-воином. Алистер не думал, что когда-либо видел Огрена полностью трезвым. Однако он был отличным бойцом. Было удивительно наблюдать, как он взмахивал своим огромным топором по дуге и зарубил множество порождений Тьмы. Алистер был в два раза крупнее Огрена и был уверен, что тот не смог бы этого сделать. После Орзаммара Огрен и Рейна быстро сблизились. Пару раз она напивалась с ним; они засиживались до глубокой ночи, оплакивая свои потери.

Огрен потерял свою жену, а также всех в своем доме, когда его жена сошла с ума и отправилась на дальние дороги. Он отправился с Рейной и остальными, чтобы попытаться убедить ее вернуться. К сожалению, в итоге им пришлось убить ее.

Алистер не был уверен, как можно пережить убийство своей жены или, по крайней мере, быть рядом, когда это произошло. Пьянство Огрена в Орзаммаре сделало его почти изгоем. Алистер нисколько не удивился, когда Рейна попросила его присоединиться к ним в их путешествии.

Эта странная банда бойцов была настолько близка к семье, насколько это возможно для большинства из них. Возможно, они не всегда ладили или понимали друг друга, но они заботились друг о друге. Даже эта сучка Морриган. Алистер признался себе, что она была очень полезной.

Когда Рейна впервые сказала ему, что в каждой семье есть гарпия, он ей не очень-то поверил, у него не было семьи, с которой можно было бы это сравнить, если не считать людей в Редклиффе. Иногда он верил, а иногда нет. Хотя, как он понимал, в ситуации, когда люди в Редклиффе были его семьей, Изольда была бы гарпией, так что он предположил, что это, вероятно, было правдой.

Рейна была бесстрашным лидером. Или, по крайней мере, она хотела, чтобы все в это верили. Все решения оставались за ней, начиная с того, какое снаряжение купить, и заканчивая тем, куда им идти дальше. Никто из них понятия не имел, чего ей это стоило. Большинство их товарищей считали само собой разумеющимся, что с ней все в порядке, поскольку они нуждались в этом. Им нужно было знать, что все в порядке, чтобы они могли победить болезнь.

Он знал, что это не так. Он проводил с ней все больше и больше времени. У нее были проблемы со сном, и не только из-за ночных кошмаров о Стражах. Его палатка обычно стояла рядом с ее палаткой, и он часто слышал, как она ворочается с боку на бок или, что еще хуже, разговаривает во сне. Она беспокоилась за них всех. Только трое из их клана имели боевой опыт за пределами Остагара, и один из них постоянно напивался, оставляя все заботы на нее.

Ему было интересно, кто из членов семьи создал ее. Ему не терпелось узнать, по крайней мере, он был не один.

## Глава 5. Я покажу Тебе Свой, Если Ты Покажешь Мне Свой


Текст главы

Алистер размышлял о том, как развивались их отношения в последние несколько месяцев. Они провели много времени, разговаривая, узнавая друг друга и обнаруживая, что у них много общего, но также и то, что между ними было много различий.

Сначала Алистер счел это проблематичным, но Рейна заверила его, что это к лучшему. Она заявила, что различия - это хорошо, так как они могут научить друг друга чему-то новому и сохранить частичку себя. Алистеру определенно понравились некоторые вещи, которым он научился за последние несколько месяцев.

Одной из первых вещей, которые он понял, было то, что Рейне нравилось, когда он брал на себя ответственность. На самом деле, ей это нравилось настолько, что она поощряла его, ни в чем ему не отказывая. Что бы он ни просил или ни приказывал ей делать, она с радостью выполняла. Они двигались в темпе Алистера, который, по общему признанию, был быстрее, чем он себе представлял. Что-то в том, что она делала все, что он хотел, заставляло его чувствовать себя очень сильным и гораздо менее застенчивым.

Она позволила ему исследовать сначала поцелуи, а затем и свое тело, хотя до сих пор он прикасался к ней только через одежду. Она была очень терпелива. Он знал, в чем дело, и быстро понял, что она помогает ему не быть таким застенчивым и обрести уверенность в себе, чтобы в конце концов они могли быть вместе. Он не обижался на нее за это, он был вполне доволен тем, что если и когда они будут полностью вместе, он поймет ее тело и сможет доставить ей удовольствие.

Она также исследовала его тело. Казалось, она не могла оторвать рук от его груди. Ей нравилось водить пальцами по белым линиям его шрамов. Он слегка улыбнулся при этой мысли и вспомнил, как узнал, что его соски почти такие же чувствительные, как у нее.

***

Теперь каждая ночь была похожа на пытку, самую невероятно сладкую на вкус и с сильными мускулами пытку в мире. Теперь она знала, что Алистер действительно был послан Создателем, и его миссия заключалась в том, чтобы свести ее с ума. Алистер был создан исключительно для этой цели.

Ночью она чувствовала его широкую грудь под своими пальцами, даже сквозь ткань рубашки. Его губы были еще более чувственными, мягкими и нежными, настойчивыми, а затем грубыми и сокрушительными, жадными и желающими. Хотя, очевидно, этого "желания" было недостаточно.

Казалось, ему доставляло огромное удовольствие целовать и ласкать ее. Он притягивал ее к себе и целовал сначала медленно и нежно. Постепенно это становилось все более страстным. Его руки начали блуждать по ней. Он провел рукой по ее бокам, задержался на талии, а затем, когда его возбуждение возросло, скользнул руками вверх. Он ласкал и массировал ее грудь.

Это продолжалось уже несколько недель. Казалось, он никогда не хотел заходить дальше. Так что каждую ночь она оставалась одна в своей палатке, что обычно было бы неплохо. Но девушка мало что могла сделать для себя сама. И все же она не могла заставить себя отказать ему. Она становилась одной из тех женщин, которых ненавидела, тех, кто не мог принять решение.

Она стояла, глядя в огонь. Она пыталась придумать, как сказать ему, что не вынесет ночей бесконечных поцелуев и прикосновений, которые никогда не продвигались вперед. Он был ей небезразличен, очень сильно, но она начинала думать, что он никогда не будет готов к чему-то большему. Стоит ли ей поговорить с ним или попытаться самой что-то предпринять? Она не хотела окончательно отпугнуть его.

Она почувствовала, как его сильные руки обхватили ее за талию и притянули к себе.

***

Сегодня вечером Алистер чувствовал себя выше трех метров ростом. Сегодня он в одиночку уложил двух огров, пока все остальные разбирались с этими надоедливыми воплями. Он чувствовал себя наэлектризованным, словно его кожа пела. Он вытерся, как мог, с помощью тряпки и небольшого количества воды из небольшого ручья, у которого они разбили лагерь в качестве источника чистой воды.

Он искал Рейну, когда вернулся на главную территорию лагеря. Он нашел ее стоящей перед костром, отвернувшись от него. Глядя на изгибы ее силуэта на фоне огня, он почувствовал, как его захлестывает огромная волна желания.

Он быстро преодолел разделявшее их расстояние и обнял ее. Он крепко прижал ее к себе и вдохнул запах ее волос. Он удовлетворенно вздохнул и наклонился, чтобы поцеловать ее в шею, убирая носом волосы с ее лица. Он почувствовал, как она вздрогнула, когда его дыхание коснулось ее кожи.

Казалось, он не мог насытиться ее прикосновениями. Решив, что если он в состоянии в одиночку противостоять двум ограм, то его не должна пугать маленькая кожа, он скользнул правой рукой под ее тунику, проведя кончиками пальцев по ее боку, обхватил ее грудь и слегка сжал.

Рейна громко застонала, когда он сжал ее грудь. Он улыбнулся про себя и увлек ее в свою палатку. Как только они оказались внутри, он сел на скатку и жестом пригласил ее сесть рядом с ним. Она села рядом с ним. Прежде чем она полностью выпрямила ноги, он сказал:

- Иди, ляг рядом со мной.

Она не сразу пошевелилась, просто посмотрела на него. Он пожал плечами и зашел ей за спину, снова просунув руки под тунику, он пытался сообразить, как снять полоску ткани с ее грудей. Он хотел почувствовать ее. Через пару минут он был полностью разочарован. Он наклонился и выхватил один из ножей из ее сапога.

- Эй, что ты делаешь? - она рванулась прочь от него.

Он схватил ее за руку и засмеялся.

- О, так ты, не говоря ни слова, позволила мне пошарить здесь сзади, но я дотронулся до одного из твоих лезвий, и это привлекло твое внимание.

Она рассмеялась и сказала:

- Хорошо, я поняла твою точку зрения, теперь скажи, что ты делаешь с моим лезвием?

- Ну, либо ты можешь помочь мне, либо я сам могу помочь себе. Он приподнял брови, глядя на нее. Он услышал, как она резко вздохнула, а затем уставилась на него. - Хммм, я думаю, это вызов. - Он схватил ее за тунику сзади и задрал ее, а затем воспользовался ее сапожным ножом, чтобы отрезать полоску ткани.

- эй! - Ее глаза расширились от удивления, и она схватилась за испорченную одежду.

Очевидно, она не ожидала, что на этот раз он может оказаться тем, кто сделает неожиданное.

- Что? Я куплю тебе новый. Так ты собираешься прилечь, или мне тоже помочь себе?

Она усмехнулась и легла на спальный мешок, лежа на спине и наблюдая за ним. Он лег рядом с ней на бок, прижавшись к ее боку. Он наклонил голову и поцеловал ее, сначала это было немного неловко, пока он привыкал к этому углу. Как только он устроился поудобнее, его рука снова скользнула ей под рубашку.

Он начал водить кругами по ее животу. Его пальцы скользили по ее гладкой коже, время от времени задевая слегка приподнятые участки кожи, которые, как он знал, были шрамами. Он чувствовал, как там время от времени подергиваются мышцы, заставляя его улыбаться. Ее кожа была мягкой под его мозолистыми пальцами.

Он скользнул пальцами выше, скользя по ее ребрам, стараясь не щекотать ее. Он на собственном горьком опыте убедился, что этого лучше не делать. Когда она злилась, то могла дать ему хорошую взбучку. Ее кожа в этом месте была совершенно гладкой, за исключением длинного шрама высоко на ребрах. Он уже чувствовал это раньше и задавался вопросом, откуда у нее такой шрам, но Рейна не хотела говорить об этом. Сейчас он не обращал на это внимания, его мысли были сосредоточены на более приятных занятиях.

Она начала извиваться под его прикосновениями, прижимаясь к нему всем телом. Он слышал, как в ушах стучит его пульс. Его возбуждение начинало перевешивать любопытство, и он протянул руку выше и осторожно коснулся ее левой груди. Рейна выгнула спину, сильнее прижимаясь грудью к его руке.

Алистер ахнул, ощутив прикосновение ее прохладной кожи к своей ладони. Он медленно массировал ее грудь и наслаждался вырвавшимся у нее стоном. Его большой палец скользнул по ее соску, и тот мгновенно затвердел. Алистер почувствовал, как электрический разряд пробежал от его большого пальца к низу живота.

- Рейна.

- Да, Али. - выдохнула она.

- Сядь, милая, пожалуйста. Он улыбнулся ей.

- что? - Она открыла глаза и в замешательстве посмотрела на него.

Он улыбнулся ей и сел сам.

- Ты можешь сесть?

- Что? Почему? - Теперь она выглядела встревоженной.

Он усмехнулся, поняв, почему она так пристально смотрит на него.

- Я не собираюсь останавливаться, во всяком случае, пока....Я просто... хочу тебя увидеть. Ты не могла бы снять тунику? Он с трудом сглотнул, когда закончил спрашивать. Теперь кровь по-настоящему стучала у него в ушах, он чувствовал, как она поднимается вверх, окрашивая шею, уши и лицо в темно-красный цвет. Он почувствовал, как его сердце забилось еще быстрее.

Сарейна села, кивнула и медленно сняла тунику, поворачиваясь к нему лицом, чтобы он мог ее видеть. Он возбудился еще до того, как она полностью исчезла. У него перехватило дыхание, когда он увидел ее. Ее кожа была немного бледнее, чем можно было разглядеть на солнце, но все равно имела карамельный оттенок, даже в тех местах, где никогда не было солнца.

Он осторожно протянул руку, чтобы снова коснуться ее, прошептав:

- Создатель, ты прекрасна.

Она вздрогнула, когда он прикоснулся к ней. Это взволновало его, и он провел большим пальцем по одному из ее сосков, тихий вздох сорвался с ее губ. Он попробовал другой сосок, и реакция была такой же. Он посмотрел ей в лицо, она закрыла глаза и прикусила нижнюю губу. Наблюдая за выражением ее лица, он взял один из ее сосков между пальцами и слегка ущипнул его, она тихо застонала.

Осмелев, он сжал ее чуть сильнее и был вознагражден более громким стоном. Он сжал оба соска сразу, и она прижалась к нему всем телом. Он перестал трогать ее соски и снова обхватил ладонями ее пышные груди. Ее глаза распахнулись, и она почти впилась в него взглядом.

Он улыбнулся ей своей самой милой улыбкой, а затем наклонился вперед и втянул в рот ее правый сосок. Он ощутил соленый вкус ее пота и бархатистую текстуру сморщенной кожи. Сначала он был нежен, но постепенно усилил давление. Он массировал ее грудь, в то время как его рот мял темно-розовую кожу ее соска.

Ее стоны становились все громче, и она начала выгибать спину. Он прикусил зубами ее сосок, укладывая ее обратно на свой спальный мешок. Как только она снова легла, он переключил свое внимание на ее левый сосок. Он провел правой рукой по ее коже, скользнув по ребрам и талии.

Он снова начал водить кругами по ее животу и был потрясен, когда она задвигала бедрами, словно пытаясь дотянуться до его руки. Он догадывался, чего она хочет, но понятия не имел, как это ей дать. Он продолжил ласкать ее грудь, снова меняя положение. Он опустил свободную руку к ее шерстяным брюкам, развязал шнурки и ослабил их.

Он остановился и посмотрел на нее снизу вверх.

- Ты... ты должна... показать мне.

***

Он покраснел так сильно, что она подумала, что кончики его волос могут покраснеть.

- Расслабься. Мы можем остановиться, если хочешь. - Она попыталась успокоить его. Хотелось надеяться, что он был убежден в этом больше, чем она. Сегодня вечером он уже предпринял несколько шагов, и она больше не будет давить на него.

- Рейна, пожалуйста. - Он не смотрел на нее, но начал медленно скользить рукой ниже по ее животу.

Она быстро накрыла его руку своей и просунула их обе под пояс своих брюк. Она скользнула их пальцами, чтобы развязать и ослабить шнурки своей маленькой одежды. Как только это было сделано, она продолжила скользить ими под легкую ткань. Алистер положил голову ей на грудь, и его дыхание было прерывистым. Она снова замолчала, не желая торопить его.

- Ты уверен?

Он выдохнул:

- Я... уверен. - между вздохами.

Она глубоко вздохнула и снова скользнула пальцами вниз. Она чуть раздвинула ноги, просунув их пальцы между своих складок, и показала ему, где найти тугой комочек плоти, как скользить по нему пальцами: круговыми движениями или по диагонали. Она показала ему, как сильно нужно надавливать, и он издал несколько громких стонов. Затем она скользнула пальцами дальше и довела его до самой сердцевины своего влагалища.

Он скользнул в нее пальцем, и она застонала под ним, снова выгибая бедра. Затем он вытащил ее руку из брюк и снова засунул туда свою.

***

Сначала он боялся причинить ей боль и был немного осторожен. Но чем больше она стонала, тем сильнее ему хотелось доставить ей удовольствие. Он провел широким мозолистым пальцем по чувствительному бугорку плоти, как она ему показывала. Ее дыхание стало более прерывистым, а стоны - более настойчивыми.

Она была горячей и скользкой под его пальцами. Он больше не пытался войти в нее пальцами. Он не был уверен, что еще готов к этому. Он обнаружил, что ей, похоже, больше всего нравилось, когда он входил в ритм. Ему помогли движения ее бедер, которые теперь задавали свой собственный ритм.

Он был так возбужден, что едва мог дышать. Он изнывал от желания, но в этот момент больше всего на свете хотел доставить ей удовольствие. Как только ему стало более комфортно от того, что делала его рука, он вернулся к ее прекрасной груди. Ее соски все еще были твердыми, когда он провел по одному из них языком.

Сарейна запустила пальцы в его волосы и притянула его голову к себе. Стараясь не улыбаться, он снова обхватил губами ее сосок, посасывая и нежно покусывая его. Теперь она буквально извивалась под его ласками.

- Быстрее, Алистер, пожалуйста. - Она умоляла его.

Ему потребовалась секунда, чтобы понять, о чем она спрашивает, прежде чем до него дошло. Он стал быстрее водить пальцем по ее гладкой плоти, и Серейна затаила дыхание и снова прикусила губу. Казалось, ее тело напряглось под ним. Внезапно она вскрикнула, это был почти крик, ее тело полностью напряглось, и он прекратил все, что делал, чтобы понаблюдать за ней.

Крик Сарейны прекратился, и ее тело содрогнулось. Она сделала несколько глубоких вдохов и улыбнулась.

- Спасибо Создателю.

Он рассмеялся, радуясь, что она так счастлива.

- Как насчет того, чтобы поблагодарить и Алистера тоже? - он съязвил и почти сразу пожалел об этом, когда она распахнула глаза и улыбнулась ему, явно напоминая кошку, которая съела... канарейку.

- О, я определенно планировала это. - Она наклонилась вперед и быстро стянула с него рубашку.

- Эй... - он начал протестовать, но был прерван, когда она прижалась губами к его губам и слегка перевернула их, так что он оказался на спине. Она страстно поцеловала его, и он почувствовал себя немного ошеломленным. Она наклонилась и прикусила его ухо, а кончиком языка прошлась по коже его горла. Ее соски коснулись его плоти, и она вздохнула, уткнувшись в кожу его горла. Он так наслаждался этим, что, очевидно, не заметил, где она расстегнула его брюки.

Он ахнул и дернулся, когда почувствовал, как ее пальцы скользнули по тонкой ткани его одежды. Его рука автоматически сжала ее запястье.

- О, блядь, Алистер, если ты не хотел, чтобы я прикасался к тебе, тебе нужно было только сказать об этом. Она села и отняла запястье, потирая его.

- Прости, ты просто удивила меня. Думаю, мне не стоит удивляться, что у тебя такие быстрые пальцы. Он постарался придать ей свой лучший извиняющийся вид. - Поверь мне, я действительно хочу, чтобы ты прикоснулась ко мне, очень сильно. С тобой все в порядке? Он не мог поверить, что причинил ей боль. Он нежно взял ее за руку и поцеловал внутреннюю сторону запястья.

- Да, я в порядке. - Она улыбнулась ему. - Ты хочешь остановиться сейчас, Алистер?

Он проследил за ее взглядом и увидел, что она смотрит на его все еще выступающую эрекцию. Он смущенно улыбнулся ей.

- Не совсем, я имею в виду, если ты в порядке.

Она кивнула и скользнула на него сверху, а затем соскользнула с другой стороны. Он перевел дыхание, которое задерживал, пока она скользила по нему всем телом. Сначала он был сбит с толку тем, что она скользила по нему, пока не увидел, как она опустила другую руку ему на живот. У него была всего секунда, чтобы подумать, что, возможно, ему следует остановить ее, поскольку он явно причинил ей боль, и тут ее рука легла на него.

И снова он был поражен ее быстрыми маленькими пальчиками, она развязала его узкую одежду, и ее пальцы оказались внутри, обвившись вокруг него быстрее, чем он думал. Глаза Рейны расширились, и у нее перехватило дыхание, когда она схватила его, она радостно улыбнулась. Он резко вдохнул, когда она крепче сжала его. Ее рука скользнула вниз, а затем снова поднялась, она провела большим пальцем по чувствительной внутренней стороне. Он вздрогнул и застонал.

Такими темпами это не займет много времени. Ее гораздо меньшая рука, обхватившая его, ощущалась намного приятнее, чем его собственная. Ему было интересно, как бы это выглядело, когда ее карамельного цвета ладонь обхватывала его бледную и покрасневшую эрекцию. Нежность ее пальцев на нем была почти невыносимой. Он осознал, что его собственные бедра покачиваются, когда она начала двигать рукой быстрее. Его дыхание стало прерывистым. Он приподнимал бедра навстречу ее руке, и через каждые несколько движений она ловко проводила большим пальцем по головке. Он слышал собственные стоны и время от времени кряхтел, но не мог остановиться. Он смутно осознал, что она что-то ему говорит.

- Или позволь мне убрать твою одежду, или скажи, куда ты положил тряпку для сушки. - Она повторила за ним.

Он поднял руку над головой, схватил тряпку и протянул ей. Она скользнула ему под одежду, не пропуская ни единого движения. Она начала слегка обхватывать его рукой, продолжая поглаживать вверх и вниз по всей длине. Он почувствовал, как растет жар, более сильный, чем когда-либо прежде. Он задвигал бедрами быстрее, с большей силой. Он был так близко.

- Э-э-э-э, - выдавил он, когда напряжение, которое росло внизу его живота, сначала усилилось, а затем отпустило, и удовольствие разлилось по всему телу. Казалось, каждая клеточка его тела покалывала. Все, что он мог делать, это лежать, тяжело дыша. За всю свою жизнь он не испытывал ничего более невероятного.

И это еще не все, размышлял он про себя, все еще пытаясь выровнять дыхание. Он несколько раз дернулся, пока Сарейна приводила его в порядок после того, как он закончил, и, похоже, даже на его одежду ничего не попало. Она определенно была чудом. Она отложила тряпку в сторону к остальной одежде, которую он собирался постирать.

Она прижалась к нему, положив голову ему на плечо. Как только покалывание немного утихло и он выровнял дыхание, он повернул голову и поцеловал ее в макушку.

- Когда я делаю это, у меня никогда не было таких ощущений.

Она рассмеялась, приподнялась на локте и нежно поцеловала его в губы.

- Я рада слышать, что жалоб нет.

Она снова положила голову ему на плечо и прижалась к нему. Усталость быстро одолела его. Он собирался что-то сказать Сарейне, но ее медленное дыхание подсказало ему, что она уже спит, к тому же ему нравилось, когда она прижималась к нему. Это было правильно.

## Глава 6: Я уже пробовал Кровь раньше


Текст главы

Сарейне начало казаться, что Леви водит их по кругу; холодные, темные круги. Конечно, было трудно сказать наверняка, они использовали только свет от посохов Винн и Морриган. Из-за паутины в лабиринте было небезопасно пользоваться факелами. Она старалась не жаловаться, в конце концов, она сама предложила помочь Леви. Они подумали, что было бы неплохо, если бы они смогли доказать, что Серые стражи были изгнаны из Ферелдена без уважительной причины.

К тому же, зная, что им с Алистером придется восстанавливать Стражей, не мешало бы иметь место для их восстановления. Она планировала, что в будущем в Ферелдене будет больше Стражей. Чем в большем количестве локаций они смогут разместить Стражей, тем быстрее Стражи смогут реагировать на угрозы Порождений Тьмы в будущем. Размещение Стражей в более разнообразных локациях также во многом предотвратит ситуацию, в которой они оказались сейчас.

- И вот мы на Солдатском пике. Объявил Леви.

Серена вернула свое внимание к настоящему, удивленная тем, что даже не заметила, как они вышли из лабиринта.

- Дыхание Создателя, посмотри на ее размеры. Что за крепость. Я же говорила, что карта поможет нам пройти через туннели. Леви посмотрел на них со слегка застенчивой улыбкой.

- Она впечатляет, это точно. - Сказала Серейна, осматривая огромное сооружение перед ними.

Леви улыбнулся ей в ответ, и она не упустила выражения благодарности в его взгляде, когда он продолжил:

- Это место просто изобилует историей. Разве ты не чувствуешь этого? Итак, я буду следовать за тобой на расстоянии. От этого места веет смертью; я думаю, впереди нас ждут неприятности.

- Солдатский пик, похоже, знавал лучшие времена, а может, и лучшие столетия. - Вмешался Алистер, когда они поднимались на холм.

Когда они достигли вершины холма, то услышали какой-то шум. Затем перед ними появились прозрачные фигуры. Казалось, что какая-то армия осаждает вершину. Серейна покачала головой, возможно, она была более недосыпающей, чем думала. Фигуры не исчезли, и когда она огляделась, все остальные, казалось, тоже наблюдали за фигурами перед собой.

- Ого, что это было? Я почувствовал себя немного не в своей тарелке. - Леви повернулся, чтобы посмотреть на них всех. - Я ведь не сумасшедший, правда? - спросил он, отражая их собственные мысли. Затем почти обвиняющим тоном добавил: - Вы тоже это видели.

Она подтвердила, что у нее действительно было видение.

- Как это возможно? - спросил он с некоторым благоговением. - Это место действительно населено привидениями.

Не имея другого объяснения, и в оглушительном молчании своего спутника за спиной, она дала ему единственный ответ, который пришел ей в голову:

- Мир полон загадок.

- Да, начальник. - это был его единственный ответ.

С этими словами они осторожно начали исследовать вершину, сначала тщательно осмотрев окрестности. Они наткнулись на несколько групп ходячих скелетов. Они спустились довольно легко, но, казалось, периодически поднимались обратно. Большая часть группы осталась снаружи, расчищая завалы и убирая скелеты, в то время как Винн, Зев, Алистер и Сарейна зашли внутрь, чтобы проверить, нет ли еще каких-нибудь сюрпризов. Леви решил последовать за ним всеми... на безопасном расстоянии.

Оказавшись внутри, они увидели еще несколько видений в перерывах между сражениями с различными врагами. Группа была благодарна за опыт, полученный в Круге; это помогло им подготовиться к встрече с демонами, которых они встретили на вершине. Отбиваясь от демонических и магических атак, они пробились в комнату, где за столом стояла женщина в доспехах Стража.

Сарейна вздохнула, это явно была София, или, по крайней мере, в ее теле обитало... нечто. Сарейна печально посмотрела на Леви, но он, казалось, понял, что на самом деле это была не София, и даже попытался пошутить по поводу того, что она позволила себе расслабиться. Они делали все, что могли, чтобы получить хоть какую-то информацию от демона, обитавшего в ее теле, но она не очень-то помогала.

Вместо этого демон пытался уговорить Сарейну и ее спутников оставить ее в живых. Пытаясь убедить их во всех причинах, по которым они должны сохранить ей жизнь. Очевидно, они не могли оставить ее в живых и быстро расправились с ней. Как только они закончили, Сарейне пришлось остановиться и задуматься, почему так много существ думали, что смогут победить ее и ее друзей в одиночку.

Казалось, что все они были немного тронуты. Особенно демоны, они знали, что происходит в физическом мире; на самом деле, они провели большую часть своей жизни, наблюдая за различными живыми разумными существами. Итак, почему же, когда демоны и им подобные сталкивались лицом к лицу с Серыми Стражами, они думали, что это разумная идея - выступить против них в одиночку?

Зная, как долго живут демоны, Сарейна предположила, что большинство из них должны быть осведомлены о событиях в Ферелдене 200-летней давности. Отец рассказывал ей, что все несколько тысяч человек армии Ферелдена были брошены на то, чтобы изгнать Стражей из страны, когда они были изгнаны. Он сказал ей, что их было меньше сотни и они умирали от голода. Тем не менее, армия по-прежнему с трудом могла изгнать их из страны.

Ее друзья только что закончили убирать комнату в поисках чего-нибудь полезного, и она улыбнулась им с некоторой гордостью.

- Давайте посмотрим, какие еще существа здесь хотят умереть, не так ли?

Заметив ее улыбку, Зев улыбнулся ей в ответ:

- Нет ничего лучше, чем немного гордости за свою работу, а?

- Да, похоже, мы отлично решаем проблемы, даже если наши навыки уборки дома оставляют желать лучшего. - Она не смогла удержаться от смешка.

Алистер недоверчиво посмотрел на нее, а затем присоединился к их общему смеху. Только Винн, казалось, было не до смеха. Сарейна подумала, что Винн нужно было гораздо больше смеяться в своей жизни, или, может быть, ей просто нужно было расслабиться и принять предложение Зева "разделить с ней палатку". Сарейна чуть не рассмеялась от этой мысли.

Взяв себя в руки, насколько это было возможно, она сказала:

- Хорошо. Думаю, нам лучше поторопиться и преодолеть оставшуюся часть вершины.

Она повела их обратно к лестнице; они поднялись наверх и нашли проход в другую часть Пика. Они с трудом преодолели этот проход и вошли в помещение, похожее на лабораторию, с другой стороны. Там стоял стакан со странной жидкостью. Как только вы открывали дверь, она сразу же попадала в поле зрения.

Сарейна оглядела комнату и увидела несколько книг, сложенных стопкой в левом углу, она подошла и просмотрела их, чтобы посмотреть, нет ли там чего-нибудь, что могло бы понравиться ей или Уинн. Она нашла что-то похожее на дневник. Когда она начала просматривать его, то обнаружила, что это лабораторные записи.

Она слегка вздрогнула, услышав описания того, что Авернус сделал с бедными людьми, находившимися в замке. Хотя она должна была признать, что результаты "экспериментов", как он их называл, были довольно интригующими. Она задавалась вопросом, не будет ли неправильно использовать результаты его исследований, поскольку они достались такой ужасной ценой. Она знала, что ничего не может сделать для этих людей, поскольку они умерли так давно, но все равно чувствовала, что это неправильно. Затем она вспомнила, как Дункан говорил ей, что Стражи используют "любые необходимые средства", чтобы обеспечить безопасность Ферелдена.

Быстро, пока не передумала, она взяла стакан и выпила содержимое, оно было кислым, но с медным привкусом, похожим на привкус крови. Почти сразу же она почувствовала острую боль в животе, от которой согнулась пополам. Алистер бросился к ней и схватил за руку.

- Рейна, что это было? Ты в порядке?

Она попыталась поднять голову, но не смогла, так как боль в животе распространялась по всему телу. Она попыталась заговорить, но внезапная волна головокружения захлестнула ее, и она испугалась, что упадет в обморок. Затем и это утихло. Она почувствовала перемену в своем теле, она чувствовала себя немного похожей на свернувшуюся кольцом змею, готовую прыгнуть в любой момент, как будто она была такой быстрой, что была почти неуязвимой. И что-то еще, было еще что-то необычное, но это было только на периферии ее сознания, и она пока не могла до конца осознать это.

Алистер выглядел испуганным и потряс ее за руку.

- Рейна, что происходит? Что это за дрянь ты выпила?

Серена встала и накрыла его руку своей. Она посмотрела ему в глаза:

- Все в порядке, я в порядке, это просто то, что поможет мне... победить болезнь. Просто это застало меня врасплох.

- Значит, это было безобидно? - Его голос звучал неуверенно.

Она заметила, что Зевран и Винн демонстративно не вмешиваются в разговор. Сарейна была отчасти благодарна им за молчание, но, с другой стороны, болтовня Зеврана или Винн, возможно, отвлекла Алистера от столь пристального изучения ее, и она внезапно почувствовала себя неуютно под его пристальным взглядом. Она постаралась, чтобы это не прозвучало как оправдание.

- Да, это было безобидно.

- То есть ты хочешь сказать, что нам не стоит беспокоиться из-за того, что белки твоих глаз покраснели? - Его голос стал громче, и он начал выглядеть сердитым. - Хочешь попробовать еще раз? Что это было?

Серена с трудом сглотнула, она не хотела, чтобы Алистер знал, что она немного волнуется. В заметках Авернуса ничего не говорилось о том, что ее глаза изменили цвет.

- Тебе это не понравится.

Алистер издал фыркающий звук, нечто среднее между издевкой и смехом.

- Мне это уже не нравится, но это уже сделано, так что не имеет значения, нравится мне это или нет, не так ли?

Сарейна прикусила губу, теперь она поняла, что на самом деле не продумала все до конца. Она была удивлена самой себе; она никогда так не волновалась, что потеряет расположение кого-то. Ей просто придется использовать свои навыки убеждения, чтобы помочь ему взглянуть на вещи так, как смотрела она.

- В книге, которую я листала, было полно лабораторных заметок об экспериментах Авернуса. Начала она.

- Так ты выпила жидкость, которой было несколько столетий? Неудивительно, что ты выглядела такой больной. Зачем ты это пила? - Алистер выглядел расстроенным.

- В заметках говорилось о том, что у порчи был больший потенциал, чем знали Стражи, о том, что существовали способности, которые можно было использовать, если найти способ должным образом получить к ним доступ. В них говорилось о навыках, которые, помимо обычных различий, могли сделать Стражей сильнее, быстрее и могущественнее. Что это может даже открыть совершенно новые и неизвестные способности у некоторых Стражей. Я подумала, что мы должны принять любую возможную помощь, тем более что в Ферелдене всего два Стража. Она наблюдала за ним в ожидании ответа, молча молясь о его понимании.

- А теперь начинается то, что мне не понравится, верно? Откуда у него эта информация? Я имею в виду, мы уже видели, как он вызывал демонов, я могу только представить, в каких еще ужасах он участвовал. - Алистер глубоко вздохнул, очевидно, уже смирившись с ответом.

Если бы только все было так просто.

- Он экспериментировал над Стражами, которые были пойманы здесь в ловушку и умирали от голода. Не буду врать, он совершил несколько поистине ужасных поступков. Все они умерли до него, и я уверена, что некоторые из них умерли ужасной смертью. Сначала меня отталкивала идея использовать эти знания, но потом я вспомнила, что Стражи используют любые необходимые средства в своей борьбе с Порождениями Тьмы. Извлекать выгоду из чужой боли неправильно, я это понимаю, но нас только двое, и мы должны использовать все возможности, которые у нас есть.

Винн не смотрела на нее, она даже побледнела. Зевран, как и она, наблюдал за реакцией Алистера. Казалось, на его лице в быстрой последовательности отразились несколько эмоций. На его лице отразились отвращение, злость, затем обида и, наконец, он, казалось, согласился.

- Ладно, хорошо. Я не утверждаю, что полностью понимаю это. Честно говоря, я пока не уверен, что хочу это понимать. Но я знаю, что ты принимаешь близко к сердцу интересы Ферелдена, а также наши интересы. Так что я просто буду верить в это. По крайней мере, теперь ты смотришь на меня другими глазами. Так что, может, пойдем посмотрим, что там за шарканье в соседней комнате? Или ты хочешь найти еще что-нибудь, чему уже несколько столетий, и попробовать это съесть? Он одарил ее робкой улыбкой.

Она улыбнулась ему в ответ, надеясь, что не испортила что-то между ними окончательно.

- Хорошо, значит, это шаркающий звук.

Они открыли дверь и были ошеломлены, увидев мужчину в глубине зала на чем-то, напоминающем возвышение. Потеряв дар речи, они двинулись вперед.

- Я слышу вас. Не мешайте мне сосредоточиться. - Голос был явно постаревшим, но все еще звучал уверенно.

Не зная, что может делать старик, они притихли и осмотрели комнату. Она напоминала нечто среднее между аптекой и подземельем. Сарейна видела, что все они чувствуют себя неловко. Человек на возвышении, похоже, был каким-то магом. Они понятия не имели, что это за маг и что на самом деле он делал на Солдатском пике. И Сарейну больше всего озадачивало, как он выжил и добрался сюда. Он действительно должен был быть могущественным магом, чтобы противостоять многочисленным демонам на Вершине, если, конечно, он не был мерзостью.

Когда мужчина оторвался от своей работы и подошел к ним, Сарейна положила руку на рукоять одного из кинжалов, висевших у нее на поясе, Зевран сделал то же самое. Мужчина посмотрел на них обоих, явно заметив кинжалы, но ничего не ответил.

Маг сказал им, что его зовут Авернус и что он продлил свою жизнь с помощью магии крови. Он рассказал им о восстании Стража против короля-тирана и о том, что именно по этой причине Стражи были изгнаны после того, как почти год удерживали Вершину и голодали. Он признал, что разрыв в завесе произошел по его вине, что он совершал ошибки и с тех пор пытался их исправить. Авернус посоветовал им закрыть разрыв в завесе сейчас, когда так много демонов уже мертвы.

Сарейна расспросила Авернуса о Софии для Леви, он получил ответы на большинство своих вопросов, но ответы были не совсем те, которые он хотел, и, по сути, не было никаких доказательств. Леви поблагодарил Авернуса за то, что тот предоставил всю возможную информацию.

Они последовали за Авернусом по проходу и спустились по лестнице туда, где давным-давно были призваны демоны. Сарейна и ее друзья сражались с демонами, проникавшими сквозь завесу, пока Авернус снимал свои круги призыва. Наконец, завеса на Вершине снова была целой.

Они решили оставить Авернуса в живых до тех пор, пока он будет работать над тем, как помочь Стражам, на этот раз с соблюдением этических норм. Сарейна убедила Леви остаться и торговать на Пике. Его семье в любом случае нужно было где-то жить и хранить свои товары.

Итак, видения исчезли, демоны убиты, кровь выпита, на вопросы получены ответы, разорванная завеса восстановлена, а Вершина возвращена. Сарейна зевнула, когда они разбили временный лагерь на первом этаже. Неплохо для рабочего дня.

## Глава 7: Ошеломленный и сбитый с толку


Текст главы


- Знаешь, ты снова за ним наблюдаешь. - Сказала Лелиана, садясь рядом с Серейной.

Оторвав взгляд от Алистера, который в данный момент сражался со Стеном, она посмотрела на Лелиану и улыбнулась.

- Я знаю, но, кажется, не могу остановиться. В нем есть что-то такое... интересное. - Запинаясь, закончила она.

- Интересно, да? Я думаю, что это нечто гораздо большее.

- Ну, он по-своему очень сексуален, я не могу этого отрицать, - сказала Серейна, глядя на свои ботинки. Скоро ей придется их почистить. Подошвы были покрыты коркой грязи; она не хотела думать о том, что бы это могло быть.

- Значит, мы еще не готовы признать это? - Спросила Лелиана.

- Признайся в чем?

- Признайся, что ты любишь его. - сказала Лелиана с легкой улыбкой.

Сарейна на секунду выглядела шокированной, прежде чем ответить:

- Ну, конечно, я люблю, я забочусь обо всех вас. Вы все мои друзья, и я не знаю, что бы я сейчас делал без кого-либо из вас.

- Да, вы действительно заботитесь обо всех нас. Однако вы не за всеми наблюдаете так, как за ним. Не то чтобы я не была бы польщена, если бы вы это сделали, но нам всем ясно, что между вами есть что-то особенное. Он наблюдает за вами так же пристально, как и вы за ним, если бы вы этого не заметили. Лелиана широко улыбнулась.

- Да, я наблюдаю за ним больше, чем за кем-либо другим. Я заинтригована, он такой непревзойденный воин. Он почти так же быстр, как разбойник, но при этом не теряет силы и могущества. Он всегда находится именно там, где нужен на поле боя. Он великий воин и знает это, так почему же в ту минуту, когда он покидает поле боя, он, кажется, забывает, какой он удивительный человек? - Сарейна почувствовала, что краснеет, и упрекнула себя. Она не была невинной девушкой, в которую влюбилась впервые. Почему она вела себя так нелепо? Да, он был красив, и да, ей нравилось его общество, было ли оно физическим или нет. Но она была взрослой, и не было ничего плохого в том, что она восхищалась им.

- Рейна, ты когда-нибудь раньше была влюблена? - Лелиана задумчиво посмотрела на нее.

- Нет, но в этом нет ничего необычного, большинство дворян за всю свою жизнь так и не познали любви. - Ответила она, возможно, немного оправдываясь. Лелиана была единственной, кто знал, кем она была на самом деле.

- Да, но ты больше не дворянка. Ты Серый Страж и вольна любить, кого пожелаешь.

- Для меня это не так просто, Лелиана. Мое сердце полно мести, и я видела настоящую любовь. Мои родители поженились по любви, а не из-за денег или титулов. Они так сильно любили друг друга; моя мать отдала свою жизнь, чтобы провести еще несколько мгновений с моим отцом. Любовь для меня - это не мелочь. - Сарейна стиснула зубы при воспоминании. Хотя она часто жалела, что ее мать, по крайней мере, не умерла, она никогда не задавалась вопросом, почему та осталась. Она знала, хотя и не понимала.

- И это не должно быть мелочью. Именно потому, что это так много значит для тебя, ты должна быть открыта для этого, особенно когда это происходит в одной палатке с тобой. - Сказав последнее, Лелиана одарила Сарейну озорной улыбкой. - Может, это еще и не любовь, но, по крайней мере, признай, что он тебе не просто небезразличен. Будет нечестно по отношению к нему или к себе, если ты этого не сделаешь; он хороший человек, Рейна.

Сарейна была в замешательстве: неужели он ей так небезразличен? Могла ли она вообще любить его, знала ли она, как это делается? Хотел ли он этого вообще? Узнает ли она об этом, если полюбит его? Ее мысли метались в самых разных направлениях. Она оглянулась на двух дерущихся мужчин:

- Хорошо, я подумаю об этом и попытаюсь понять, что я на самом деле чувствую к нему. Ты права, это несправедливо по отношению к нему.

- Это все, о чем я прошу. - Лелиана взяла Сарейну за руку. - Я всегда рядом, чтобы поговорить, если ты захочешь. А иногда и если нет. Она рассмеялась, зная, что большинство из их маленькой группы считает, что она постоянно болтает без умолку.

- Спасибо, Лели, я, может, и не знаю, жив мой брат или мертв, но, по крайней мере, я чувствую, что у меня есть сестра, которая заботится обо мне.

Лелиана буквально засияла от комплимента. Она сидела рядом с Сарейной и наблюдала за спаррингом мужчин, пока Морриган не сказала им, что пора ужинать. Лелиана наблюдала, как Алистер подбежал к ним и обнял Сарейну за плечи.

- Я умираю с голоду. - Сказал он с ухмылкой.

- Ты всегда умираешь с голоду. Сарейна улыбнулась в ответ и ткнула его локтем в бок.

***

Рейна закончила чистить подошвы своих ботинок и приступила к своей ночной рутине. Алистер знал ее наизусть. Она собиралась начать с чистки и смазывания своих доспехов, чтобы они оставались эластичными. Она вымоется; сегодня вечером это будет миска с горячей водой, поскольку поблизости не было ни одного настоящего источника воды. Она проверит, нет ли ран, которые могли быть скрыты за запекшейся кровью в сражениях, с которыми они столкнулись. Потом она расчесывала волосы, сначала пальцами, потом гребнем с широкими зубьями, который он ей купил. Расческа оказалась неподходящей для ее густых волос, которые постоянно спутывались после сражений. И, наконец, она брала книгу и садилась почитать у камина.

Этот ритуал был ее способом расслабиться. Это было то, на что она могла рассчитывать каждый день, что-то в их хаотичной жизни, что всегда было одним и тем же. Он понимал ее потребность в ритуале. У всех их товарищей был такой ритуал, включая его.

Он наблюдал, как Зевран подошел к ней и присел на корточки рядом. Он почувствовал, как у него сжался желудок. Он ненавидел, когда Зевран приближался к ней. Ему, как и большинству их спутников, было ясно, что Зеврану нужно от Сарейны нечто большее, чем дружба. Алистер знал, что у него нет на нее никаких прав, они говорили, что заботятся друг о друге, но не более того. Он не мог по праву злиться или ревновать, не выглядя при этом полным идиотом.

Когда Рейна начал смеяться над чем-то, сказанным эльфом, он почувствовал, как у него в животе начинает гореть. Он понимал, что для него будет безопаснее найти себе другое занятие, иначе он может наброситься на эльфа или, что еще хуже, схватить ее за руку и оттащить от Зеврана. Ни то, ни другое не было разумным решением, и он это знал.

Раздраженно вздохнув, он встал и как можно спокойнее вышел из лагеря. У него не было плана, что он будет делать и куда направится. Ему просто нужно было ненадолго уйти. Алистер шел медленно, стараясь не отходить слишком далеко от лагеря, но ему не хотелось слышать ее смех. Ему нужно было прочистить мозги, чтобы он мог думать.

Это правда, что Рейна проводила с ним много времени. Они даже провели несколько ночей вместе в его палатке. Но ни один из них не говорил о своих чувствах друг к другу, кроме того, что они очень заботились друг о друге. Он знал, что хочет, чтобы она принадлежала ему, но не был уверен, любит ли он ее. Поскольку он никогда раньше не был влюблен, это было трудно понять.

Рейна была открыта и честна с ним по поводу своих прошлых любовников. Она сказала ему, что не испытывала к ним любви. Поэтому физические отношения не значили для нее того же, что и для него. Он хотел убедиться, что она чувствует то же самое, что и он, прежде чем перейти к рукоприкладству, и хотел убедиться, что они любят друг друга.

Но что именно он чувствовал? Она, безусловно, была ему небезразлична, и он почувствовал ревность, когда Зевран начал применять к ней свои сомнительные чары. Он даже почувствовал легкую боль, когда Лели прикоснулась к ней слишком долго. Он никогда раньше не знал женщин, которые были бы с другими женщинами, а теперь он знал двух; двух красивых женщин, которые вселяли в его голову всякие странные идеи.

Он не знал, что ей сказать. Как можно предъявлять претензии к человеку, который тебе небезразличен, но ты не уверен, что любишь его? Что, если он действительно любил ее, но просто не знал об этом?

Никогда еще он так сильно не проклинал то, что вырос в церкви, как эти месяцы, проведенные с ней. Он слышал, как мальчики постарше и некоторые мужчины рассказывали о своих сексуальных подвигах, но на самом деле они не говорили о любви. И сестры были трех видов: те, кто боялся любви, те, кому любовь причинила боль, и те, кто любил Создателя. Это не совсем источник знаний о любви.

Но теперь, когда он подумал об этом, ему показалось, что он знает одну сестру, которая разбирается в любви и, похоже, не испытывает горечи по этому поводу. С этими словами он вернулся в лагерь и направился к палатке Лели.

- О, эм...... привет, Алистер. - Лелиана явно выглядела удивленной.

- Прости, Лели, мне действительно нужно поговорить. - Он изо всех сил старался, чтобы в его голосе не слышалось отчаяние.

- Все в порядке, Алистер? Что случилось, милый?

- Мне нужен совет насчет любви. - Он выжидающе посмотрел на нее.

- Хорошо, что происходит, о чем тебе нужен совет?

- Я не знаю, как определить, влюблен ли я. Я никогда раньше не встречал влюбленного человека.

- Как ты думаешь, ты влюблен, Алистер? - Она вопросительно посмотрела на него.

- я не знаю. Я знаю, что терпеть не могу, когда Зевран разговаривает с ней и подходит к ней слишком близко. Я часто думал о том, чтобы ударить его по лицу, когда он начинает делать ей предложения или пялиться на нее. Я знаю, что он флиртует со всеми, но, кажется, она ему нравится больше. И я признаю, что иногда ревную, когда вы двое вместе. Но я не думаю, что ревность - это любовь. - Алистеру было тяжело смотреть на Лели сейчас.

- Нет, это не так. Ревность, как правило, возникает из-за неуверенности в себе. И хотя, по моему мнению, вы недостаточно высокого мнения о себе, ревность вполне объяснима. Неуверенность может быть вызвана тем, что вы не знаете, где находитесь. Не знаю, поможет ли это, но, насколько я понимаю, Рейна во мне не заинтересована, и я бы все равно так с тобой не поступила. Не думаю, что Зевран ее тоже интересует. - Она понаблюдала за ним мгновение, затем продолжила. - Я не совсем уверена, как объяснить, что такое любовь, каждый испытывает ее по-разному. Я была бы рада рассказать вам о своем опыте, если вы считаете, что это поможет.

Алистер вздохнул с облегчением.

- Пожалуйста, я был бы вам очень признателен.

Следующие несколько часов Лелиана провела, рассказывая Алистеру о своем опыте любви. Закончив, она сказала ему, что, хотя любовь может причинить боль, ей кажется, что она того стоит.

- Надеюсь, я хоть немного помогла. - Она слегка зевнула.

- Да, очень рад, спасибо. - Алистер улыбнулся и встал, только сейчас осознав, насколько уже поздно. Он надеялся, что Рейна будет в его палатке.

Он снял доспехи, прежде чем войти в свою палатку, стараясь вести себя как можно тише. Он вошел в палатку и тихо снял доспехи. Затем постарался как можно осторожнее забраться в спальный мешок. Рейна спала, и он не хотел ее будить, она выглядела такой довольной. Большая часть его надеялась, что этот взгляд был вызван тем, что она спала в его палатке. Алистер свернулся калачиком вокруг нее и быстро задремал сам, очевидно, любовь его устраивала.

***

На следующее утро, когда они проснулись, Сарейна начала подниматься со спального места. Алистер обнял ее за талию и притянул к себе. Он снова прижался к ней, и она удовлетворенно вздохнула.

- Я хочу, чтобы отныне ты оставалась со мной. Я не могу спать, когда тебя нет рядом. Это также избавило бы нас от необходимости ставить две палатки. - Он замолчал, с трудом сглотнув, надеясь, что она не рассердится. - Я не слишком назойлив, правда?

Она стояла к нему спиной, и он не мог видеть ее улыбки, но услышал, как она вздохнула, и почувствовал, как она расслабилась, прижавшись к нему.

- Нет, ты не слишком настойчив. Мне нравится эта идея. Я действительно ненавижу каждую ночь ставить палатку. С этими словами она хихикнула и наклонилась, чтобы поцеловать его, прежде чем они встретят новый день.

## Глава 8: Следуй за лидером


Текст главы


За последние 3 недели они оба перестали совершать ночные заплывы, чтобы "расслабиться". Сарейна перестала прятаться в своей палатке на полчаса после того, как они "исследовали окрестности", прежде чем вернуться за едой. Они продолжали спать в одной палатке, хотя теперь она принадлежала ей, а не ему, и от нее не пахло грязными носками.

Они постоянно ускользали, чтобы провести немного времени вместе. Иногда их поцелуи и прикосновения были нежными и ласковыми. Иногда это было страстно и даже немного отчаянно, а иногда все переходило в драку. Они наслаждались уединенными местами на траве и надежной опорой деревьев.

Алистер понемногу преодолевал свою застенчивость; казалось, его любопытство имело над ним большую власть, чем румянец. Зевран, хоть и был несносным, на самом деле оказывался полезным в плане подачи идей, осознавал он это или нет. Алистер был почти уверен, что Зевран просто пытался смутить его, но это не беспокоило его так сильно, как раньше. Возможно, это было из-за того, что с ним была Рейна, а не Зевран.

Пока их спутники отдыхали, Алистер отвел ее в укромное местечко и заключил в крепкие объятия, прижавшись губами к ее губам. Его кровь пела от желания, и ему нужно было прикоснуться к ней, почувствовать ее, нужно было освободиться.

Прямо сейчас она стояла перед ним на коленях, глядя на него снизу вверх своими удивительными глазами цвета индиго. Она помогла ему снять броню с нижней части тела. Он не был точно уверен, чего ожидал, но у него встал еще до того, как она закончила снимать его.

Она осталась на месте, на коленях перед ним, и сразу же взяла в рот его возбужденный член. Он застонал и схватил ее за волосы. Он был рад, что у него за спиной дерево, которое служило ему опорой. Это не было похоже ни на что из того, что они делали раньше. Он подумал, что действительно может потерять сознание. Она посмотрела на него снизу вверх, скользя губами вверх и вниз по его немаленькой длине. Желание, которое он увидел там, когда она полностью взяла его в рот, сильнее разожгло огонь внизу его живота, чем ее талантливый язык, танцующий по всей длине.

Она не торопилась, растягивая его мучения. Он нуждался в разрядке, он нуждался в ней. Горячая влажность ее губ, обхвативших его, была невыносимой. Он начал ритмично двигать бедрами вперед, одновременно запуская руку в ее волосы и подталкивая ее голову вперед в такт своим толчкам. Он был полностью потерян, охваченный страстью. Кровь стучала у него в ушах, и он не хотел, чтобы это прекращалось, на самом деле он не мог этого остановить.

Сначала он наблюдал, как она сопротивляется его руке, он никогда раньше этого не делал и смутно опасался, что она, возможно, больше никогда этого не сделает, но в конце концов она прекратила свои приглушенные протесты и позволила ему поступить по-своему. Часть его была почти разочарована, когда она уступила и позволила ему пользоваться своим ртом, как ему заблагорассудится. Он знал, что, вероятно, ему должно быть стыдно за то, что он делает, но это было так приятно.

Он проникал в ее рот все глубже и быстрее, продвигаясь вперед, пока не увидел, как ее губы обхватывают самое основание его члена с каждым движением. Он чувствовал, как ее горло сжимается вокруг него, он тихо зарычал и почувствовал, как мышцы внизу его живота напряглись, приближая оргазм. Рейна снова начала вырываться из его рук, но он был сильнее и, удерживая ее на месте, выстрелил своим семенем ей в горло. Какое-то время он стоял неподвижно в этой позе, не в силах пошевелиться, прежде чем, наконец, отпустил ее.

Внутренний голос твердил ему, что ему должно быть стыдно, что он не должен был получать удовольствие от этого или от того, что он с ней сделал. Он подавил эту мысль, вместо этого наслаждаясь тем фактом, что ему удалось испытать что-то новое и ужасно волнующее. Ее молчаливое согласие взволновало его, и он тоже захотел доставить ей удовольствие, хотел услышать, как она зовет его по имени.

Когда он снова смог думать, то вспомнил кое-что из того, что сказал ему Зевран. Он решил, что раз уж она начала это, то, по крайней мере, он мог бы это закончить. В конце концов, разве не все они последовали за своим бесстрашным лидером?

***

Она тяжело опустилась на землю, уставившись на него. Ее челюсть болела от того, что она так долго держала его в руках. В горле першило от его глубоких толчков. Иногда она забывала, что он намного крупнее, чем любой другой мужчина, которого она видела или с которым была.

Она заметила, что он наблюдает за ее реакцией. Он не выглядел огорченным, просто вздрогнул. Она не была уверена, стоит ли ее заставлять или нет. Она поощряла его быть более властным с ней, но такого она не ожидала.

- Ты злишься, Рейна? - Он все еще наблюдал за ней, застегивая свои доспехи на месте.

- Я так не думаю, я просто удивилась. - Она с нетерпением ждала объяснений.

- Я ведь не сделала тебе больно, правда?

- У меня немного болит челюсть и горло, ты же не маленький, знаешь ли. Но нет, на самом деле ты не причинил мне боли. - Она потерла сустав, где челюсть соединялась с черепом. Мышца там болела.

- Я думаю, у нас еще есть немного времени, прежде чем они будут готовы к отправке. - Он одарил ее той демонической улыбкой, которая появилась у него за последние несколько недель.

- Чем бы ты хотел заняться? - Она не могла поверить, что он все еще был взволнован после этого, чего еще он мог хотеть? Она была уверена, что после этого он будет полностью удовлетворен, хотя она также не думала, что он продержится так долго или возьмет все под свой контроль. Это была новая и захватывающая сторона Алистера. Она должна была признать, что то, как он взял себя в руки, немного возбудило ее, после того как она перестала бояться, что он действительно может причинить ей боль или задушить.

***

Он помог ей подняться с земли и прижал к дереву, к которому ранее прислонялся сам. Он ловко снял с ее ног кожаные доспехи, а также короткую одежду, которая была на ней надета. Он опустился на колени и уткнулся носом в то место, где сходились их ноги.

- Хватайся за ту ветку, что над тобой, милая.

Она посмотрела на него немного растерянно, затем сделала, как он просил. Затем он развел ее ноги в стороны и поднял их, положив бедра себе на плечи, когда скользнул языком между ее губ, открывая ее для полного исследования. Сарейна задохнулась от потрясения и крепче вцепилась в ветку, пытаясь перенести на него часть своего веса. Она ахнула и застонала, когда он провел языком по ее отверстию. Он скользнул языком внутрь и попробовал ее на вкус. На вкус она была слегка сладковатой и мускусной.

Он исследовал ее изнутри своим языком, скользя туда-сюда. Она застонала и слегка покачала бедрами, прижимаясь к нему. Он провел языком прямо внутри ее влагалища, прежде чем несколько раз проникнуть глубже. Затем он скользнул языком чуть выше и нащупал маленький тугой узелок, который так часто заставлял ее вскрикивать, когда они были в ее палатке. На этот раз вместо того, чтобы использовать пальцы, он нежно пососал его, и она громко застонала.

Воодушевленный, он пососал его чуть сильнее и был вознагражден очередным хриплым стоном. Он начал поочередно посасывать его и быстро водить языком взад-вперед, а также вверх-вниз по нему. Сарейна продолжала покачивать бедрами взад-вперед, постанывая и выгибая спину.

Он заметил, что она стала значительно более влажной, и решил убрать правую руку с ее бедра и скользнул в нее пальцем. Она прижалась к нему бедрами и вскрикнула. Он остановился на секунду, чтобы убедиться, что не причинил ей боли; это была новая территория для него. Она нетерпеливо застонала, отталкивая его руку и рот, и он решил продолжить. Он двигал пальцем внутри и снаружи в такт ласкающим движениям языка.

Вскоре Сарейна уже звала его по имени, постанывая все громче и громче. Он немного растаял внутри; ему нравилось, как страстно она выкрикивает его имя. Он был уверен, что все уже услышали ее, но им было все равно.

Ее кожа становилась все более горячей и гладкой по мере того, как он продолжал двигаться в том же темпе. Он был в неловком положении, пытаясь продолжать двигать пальцем, одновременно проводя языком взад и вперед по ее набухшему бугорку и время от времени проводя по нему ртом, чтобы нежно пососать. Теперь она постоянно прижималась к нему, и мышцы ее бедер начали напрягаться. Он осторожно ввел в нее второй палец, и она почувствовала, как напряглись его широкие пальцы. Он несколько раз осторожно погладил ее, прежде чем возобновить прежний темп. Она была близка к оргазму; он просто надеялся, что сможет доставить ей удовольствие до того, как ее мощные бедра раздавят его.

***

Мысли Сарейны метались. Где он этому научился? Я никогда не просила его об этом. Она снова громко застонала, когда он еще глубже погрузил в нее свои пальцы. Она почувствовала, что слегка потягивается, чтобы вместить его большие пальцы. Она на мгновение задумалась, было ли что-нибудь в нем средним или маленьким. Она попыталась расслабить ноги. Она боялась причинить ему боль, а еще больше боялась, что он не сможет закончить то, что начал, потому что, Создатель, это было божественно. Кто бы мог подумать, что то, что меня подобрали, так сильно изменило мои ощущения.

Она знала, что уже близка к этому, и старалась не двигать бедрами слишком сильно. Она прижалась к нему, вскрикивая от удовольствия, когда приблизилась к пику наслаждения. Язык Алистера ускорился, становясь все более настойчивым.

- О... Алистер... О... - И затем ее слова перешли в крики удовольствия, когда она достигла оргазма, и ее тело напряглось от освобождения. Волны, проносящиеся по ней, были подобны волшебству. Она чуть не закричала, когда Алистер не остановился, а вместо этого облизал ее вход и попробовал на вкус ее влажность, он убрал пальцы и снова проник в нее языком. Она была такой чувствительной, что прижалась к нему и вскрикнула, когда он скользнул языком внутрь нее, пробуя на вкус как можно больше.

Он провел языком по ее сверхчувствительной коже, и она вздрогнула. Он снова глубоко проник в нее своим языком. Он быстро провел пальцами по ее клитору; она снова застонала, слегка дернувшись в его сторону. Она испытала второй оргазм, не такой сильный, и Алистер снова жадно вылизал ее дочиста. Наконец он замедлил движение языка и начал немного отодвигаться.

- Али? - Он опустил ее на пол и встал. Он облизал и обсосал свои пальцы, прежде чем ответить.

- Да-а-а-а?

Она вздрогнула, увидев, как он слизывает ее соки со своих пальцев. Она потрясла головой, чтобы прийти в себя, затем хихикнула, увидев, что его лицо было мокрым.

- Над чем ты смеешься? - Он поцеловал ее глубоко, сминая ее губы своими. Это был собственнический поцелуй, и она это знала. Он явно заявлял о своих правах. Она попробовала себя на вкус, пока он продолжал исследовать ее рот своим языком. Он провел языком по мягкой бархатистости ее рта. Посасывая ее нижнюю губу, а затем слегка прикусывая ее.

Когда он закончил, она прижалась к нему, тяжело дыша. Дрожащими руками она снова натянула свою короткую одежду и кожаные штаны.

- Где ты этому научился? - спросила она, задыхаясь.

- Тебе понравилось? Все было в порядке? - Теперь, когда они оба выдохлись, он снова превратился в застенчивого, неуверенного в себе Алистера.

- Хорошо? Ты шутишь? Ты меня слышишь? Не думаю, что я когда-либо испытывал что-то настолько... ну, не знаю... удивительное... невероятное... безумно прекрасное?

Улыбаясь, он вытащил пару кусочков коры из ее волос. Он знал, что любой навык, которым он обладал, возникал из любопытства, и он прислушивался к ее реакции, чтобы понять, что ей нравится; ему, вероятно, тоже нравился ее вкус.

- Что ж, я думаю, Зев знал, о чем говорил. - Он смущенно улыбнулся ей.

- Ты говорил с ним о нас? О том, чем мы занимаемся? - Она была шокирована.

- Нет, он говорит со мной о том, чем мы занимаемся. Ты не такая уж тихоня, дорогая. Хотя он сказал, что иногда тоже слышит, как я рычу. Я рычу?

Она начала смеяться. Она порылась в своем рюкзаке и нашла кусок ткани, которым он мог вытереть лицо, и протянула ему.

- Да, иногда ты так делаешь. Мне это нравится, это значит, что я делаю тебя счастливым.

Они медленно вернулись к своим друзьям и сели, чтобы хоть немного передохнуть, прежде чем снова отправиться в путь.

***

- Алистер! - Он посмотрел на Зева.

- что?

Зевран рассмеялся:

- Я спросил, не хочешь ли ты чего-нибудь перекусить?

- О да, я бы не отказался. - Алистер посмотрел на Рейну и улыбнулся от уха до уха. Рейна покраснела.

## Глава 9: Пенни за твои мысли


Текст главы


Сарейна лежала на боку, прижавшись спиной к груди Алистера. Его рука обнимала ее за талию, она была в безопасности, она не просто чувствовала это, она знала это. Она знала, что он защитит ее сердце с той же яростью, с какой защищал ее на поле боя.

Его медленное и ровное дыхание успокаивало ее. Она проходила через это почти каждую ночь. Ей было трудно заснуть. В темноте ночи все ее тени возвращались к ней и пытались съесть ее живьем.

Днем она с легкостью отгоняла их. В течение дня нужно было принять так много решений, было много людей, которым нужно было улыбаться. Было легко игнорировать голоса, которые пытались затянуть ее в темноту, которая расцвела у нее внутри.

Вначале потеря семьи оставила в ней зияющую пустоту. Ни скорбь по семье и друзьям, которых она потеряла, ни надежда на то, что ее брат, возможно, жив, не могли заполнить эту пустоту. Таким образом, гнев нашел выход, перерос в ярость и с тех пор пытался подавить ее. Только постоянные ссоры помогали ей сдерживаться.

Сарейна глубоко вздохнула, пытаясь отогнать эти мысли. Она попыталась сосредоточиться на мужчине, с которым теперь делила постель. Она подумала о том, что он был более настоящим рыцарем, чем большинство мужчин, носивших этот титул. Даже на поле боя он был доблестен, автоматически защищая магов, разбойников или раненых по мере необходимости. Он постоянно подвергал себя опасности, чтобы защитить своих товарищей.

Он не боялся своих эмоций, он глубоко переживал происходящее. У него был надежный моральный ориентир, на который она могла положиться, когда ей было больно или она сердилась, и он помогал ей принимать решения. Он не выпытывал у нее информацию о ее прошлом, и она была благодарна ему за то, что он просто принимал ее такой, какая она есть, со всеми недостатками. Он даже начал немного проникаться ее собственным цинизмом. Он был прекрасен как внутри, так и снаружи.

Что с ней было не так, что ей было трудно любить такого замечательного человека? Она не была уверена в своих чувствах, но разве любовь не должна унять гнев? Разве любовь не должна унять боль?

Возможно, то, что она чувствовала к Алистеру, было просто эмоциональной реакцией на то, что она каждый день подвергалась смертельной опасности. Она просто использовала его, чтобы снять стресс? Возможно, она просто цеплялась за него, потому что он был слишком наивен, чтобы видеть, насколько она травмирована, и думал, что она замечательная.

Она надеялась, что нет. Хотя она и не была уверена, любит ли его, в нем было так много всего, что ей нравилось. У него действительно была самая очаровательная, самая обезоруживающая улыбка, которую она когда-либо видела. Даже после стольких месяцев у нее все еще подкашивались колени.

Алистер был самым искусным воином, которого она когда-либо встречала. Ее совершенно удивило, что поначалу он вел себя так неловко, разговаривая с ней. Он был так искусен на поле боя и почти грациозен. Наблюдать за его спаррингом было все равно что наблюдать за танцем. Она была удивлена тем, как быстро он двигался в этих тяжелых доспехах. У нее закружилась голова, когда она попыталась представить, сколько тренировок ему потребовалось, чтобы быть таким сильным, грациозным и быстрым в этих доспехах. Ей нравилось, как его талант облегчал борьбу остальным, нравилось его мастерство в бою.

Больше всего ей нравилось его чувство юмора. Она ценила его сарказм, поскольку сама в нем разбиралась. Было восхитительно, как он всегда старался с юмором отвечать на личные вопросы. И, возможно, больше всего ей нравилось, как он поддразнивал Морриган. Он заставлял ее смеяться даже посреди всего этого хаоса, который их постоянно окружал. Она была очень благодарна ему за это.

Она почувствовала, как темнота начала отступать. Потребность во сне начала одолевать ее. Как бы ей ни было трудно разобраться в своих чувствах к Алистеру. Что она знала точно, так это то, что сон унес ее на несколько часов раньше, с тех пор как она начала засыпать в его сильных объятиях.

Сарейна прижалась спиной к Алистеру. Он пробормотал что-то, что она не смогла разобрать. Затем она почувствовала, как он поцеловал ее в макушку. Он прошептал:

- Давай, Рейна, ложись спать. Монстры пока ушли. - Она улыбнулась про себя, если бы он только знал. Она закрыла глаза, и сон овладел ею.

***

Он услышал, как изменилось ее дыхание, и обрадовался, что она наконец заснула. Казалось, ей всегда было трудно заснуть. Он до сих пор не был уверен, почему так происходит, потому что она повторяла одно и то же всякий раз, когда он спрашивал.

- Ничего страшного, не беспокойся об этом. - И, конечно, это заставило его волноваться еще больше.

Казалось, она не боялась этих снов. Когда он был в лагере Стражей, то знал нескольких надзирателей, которые старались не спать как можно дольше, потому что находили сны очень тревожными, особенно в месяцы, предшествовавшие Остагару. Все больше и больше Стражей испытывали проблемы со сном.

В последнее время она казалась менее напряженной, но это не улучшило ее сон. Он даже набрался смелости спросить, не может ли он ей чем-нибудь помочь, чтобы не взваливать на ее плечи так много забот. Она приняла его предложение, попросив следить за тем, какие припасы у них есть и в каких расходных материалах они нуждаются, а также составлять расписание дежурств.

Единственное, о чем он мог думать, так это о том, что она скучает по своей семье. Он действительно не знал, как помочь ей в этом. Когда он скучал по Дункану и горевал, она помогла ему, и он хотел бы знать, как помочь ей. Даже когда он пытался, она говорила ему, что не хочет говорить об этом.

Он беспокоился, что, возможно, чем-то расстроил ее. Чем больше времени он проводил с ней, тем чаще замечал, что во время разговора у нее появляется настороженный вид. Казалось, это не было связано с какой-то одной темой. Может быть, его неумелость в отношениях причиняла ей боль, и она скрывала это, чтобы пощадить его чувства?

Он надеялся, что это не так. Как он мог научиться или исправить это, если она не говорила ему, когда возникала проблема? Хотя, казалось, у нее не было проблем с разговором с ним, когда у нее возникали проблемы. Конечно, обычно это не носило личного характера, но он не был до конца уверен, почему это могло быть по-другому.

В основном он переживал из-за того, что она не могла уснуть, потому что, держа ее в своих объятиях по ночам, он сразу же засыпал. Ему казалось, что это именно то место, где ей самое место. Возможно, он все еще изучает ее и заводит отношения, но в этом он был уверен.

Обычно он прислушивался к советам Винн. Но когда дело касалось их с Рейной отношений, она была совершенно не права. Чувствовать, что есть над чем работать, ради чего жить, было здорово. Впервые за несколько месяцев он мог спокойно спать. - Рейна была хорошим человеком. И Винн могла бы не лезть не в свое дело.

Он решил еще немного поспать, прежде чем наступит его очередь дежурить. Кроме того, лежа здесь, он пытался понять, что не дает Рейне уснуть, но безрезультатно. Возможно, он немного умнее, чем кажется, но когда дело доходит до женщин, он действительно ничего не понимает. Алистер уткнулся носом в шею Сарейны, прежде чем сам погрузился в сон.

## Глава 10: Благодарность ни за что


Текст главы


Появление в Редклиффе принесло им обоим откровения. Они оба боялись, что их секреты будут раскрыты Эрлом. Сарейна встречалась с ним всего раз или два, но, возможно, он ее запомнил. Алистер знал, что Эрл запомнит его.

- Послушай, мы можем поговорить минутку? Мне нужно тебе кое-что сказать. Я... э-э-э... наверное, мне следовало сказать тебе раньше. - Алистер не смотрел ей в глаза и выглядел явно взволнованным.

- О чем ты думаешь? - Сарейна удивилась, почему он стал таким бледным.

- Я уже рассказывала тебе, как Эрл Эймон воспитывал меня, верно? Моя мать была служанкой в замке, и Эрл Эймон взял меня к себе, верно? Причина, по которой он это сделал, заключалась в том, что... ну, потому что моим отцом был король Мэрик. Что делало Кайлана моим...сводный брат, я полагаю.

Сарейна была потрясена. Алистер был принцем? Ух ты, это было намного серьезнее, чем ее секрет. Алистер, казалось, вспотел, и она решила избавить его от страданий.

- Итак...Это значит, что ты не просто бастард, а королевский бастард. Она улыбнулась, надеясь, что он немного расслабится, когда они начнут шутить.

- Ха, да. Я думаю, что так оно и есть. Мне следовало бы почаще использовать эту фразу. Я бы сказал тебе но... никогда по-настоящему ничего не значил для меня. Я был неудобен, представлял возможную угрозу правлению Кайлана, и поэтому они держали меня в секрете. Я никогда ни с кем об этом не говорил. - Он посмотрел на нее и слегка улыбнулся. - Все, кто знал, либо обижались на меня за это, либо нянчились со мной... Даже Дункан не позволял мне участвовать в драках из-за этого. Я не хотел, чтобы ты знала, как можно дольше. Мне жаль.

- Думаю, я понимаю. - На самом деле, она прекрасно все поняла.

- Хорошо, я рад. Не то чтобы ко мне относились по-особому из-за этого. В любом случае, это все. Это то, что я должен был тебе сказать. Я подумал, тебе следует знать об этом.

- Ты уверен? Ты больше ничего не скрываешь?

- Кроме моей безумной любви к изысканным сырам и небольшой одержимости своими волосами, нет. Вот и все, просто принц. - Он улыбнулся ей с облегчением.

- Ты принц. Почему-то я нахожу это очень... волнующим. Она также была немного озадачена тем, что ее возлюбленный был братом ее покойного друга Кайлана. И теперь, когда он сказал это, она удивилась, как могла пропустить это мимо ушей. Конечно, его волосы были немного темнее, и он был немного загорелым, но он безошибочно походил и на Кайлана, и на Мэрика, даже у него была такая же очаровательная кривобокая улыбка.

- О! - улыбнулся он. - Я только что нашел одну крайне достойную вещь о моем праве по рождению? Кажется, я нашел. - Снова становясь серьезным, сказал он. - Однако, у меня нет иллюзий относительно моего статуса. Мне всегда ясно давали понять, что я простолюдин, а теперь еще и Серый Страж, и никоим образом не претендую на трон. И меня это устраивает. Нет, если и найдется наследник, то это сам Эрл Эймон. Он не королевской крови, но он дядя Кайлана, и, что более важно, он очень популярен среди людей. Хотя, если он действительно так болен, как мы слышали......О, нет... я не хочу об этом думать. Я действительно не хочу. Итак, вот и все, теперь мы можем двигаться дальше, и я просто притворюсь, что ты все еще считаешь меня никем, кому повезло не умереть вместе с остальными Серыми стражами.

Она криво улыбнулась ему.

- И кем же это меня делает?

Не задумываясь, парировал он.

- Вот почему я говорю, что мне повезло.

Она улыбнулась ему. Иногда он был таким милым, что у нее чуть зубы не заболели. Решив, что сейчас неподходящий момент, она добавила.

- Вообще-то, я Сарейна Кусланд, младшая дочь тейрна Хайевера.

***

У Алистера отвисла челюсть, он был в шоке. Да, он знал, что она из Хайевера, и ее семья, очевидно, была богатой, он понял это по ее одежде. Но дочь Терина? Она была дочерью самого высокопоставленного дворянина во всем Ферелдене, практически второго после трона.

Она вела себя не так, как любой другой дворянин, которого он когда-либо встречал. Неудивительно, что она вела себя так спокойно, когда он раскрыл ей свой секрет. У нее был свой собственный, огромный. Не поэтому она находила принца таким волнующим, не так ли? Нет, на самом деле не было похоже, что она делала что-то большее, чем просто флиртовала с ним. Кроме того, она не была такой уж поверхностной.

Он решил воспользоваться ее словами.

- Ты больше ничего не скрываешь?

Она рассмеялась и обняла его.

- Ну, ты же знаешь о моей безумной любви к яблокам, и ты играешь с моими волосами больше, чем я, так что нет. Просто Кусландские штучки.

Алистер посмеялся вместе с ней, и они направились в Редклифф, оба испытывая облегчение от того, что их секреты раскрыты и они в целости и сохранности.

***

Сарейна была измотана. Она и ее спутники всю ночь сражались с нежитью. Она была покрыта костяной пылью от тех, кто был скелетами. Но еще хуже было то, что грязь покрывала ее от тех, кто был мертв, но не скелетами.

Когда они зашли в церковь, чтобы сообщить Банну Тигану, что опасность миновала, он вежливо предположил, что они, возможно, захотят прибраться. Поскольку церковь была маленькой, там жила только одна уважаемая мать. Поэтому ванна была только одна. Ее спутники согласились позволить Лелиане воспользоваться ванной, так как она была сильно ранена.

Она утыкала стрелами трупы, поднимавшиеся с озера, когда немертвый, пришедший с другого причала, подкрался к ней сзади и вонзил кинжал ей в спину около правого плеча. Она была ранена, но должна была полностью восстановиться. Жители деревни наполнили ванну горячей водой для Лелианы, в то время как остальные поплелись к озеру.

Они быстро привели себя в порядок, а затем занялись чисткой доспехов, прежде чем отправиться обратно в церковь. Винн вылечила теперь уже очищенную рану Лелианы, и все они направились к выходу из церкви. Тиган произнесла длинную скучную речь. "Хорошо, что он хорошо выглядит, иначе они действительно могли бы начать швырять в него чем попало", - подумала Сарейна, наблюдая, как усталые жители деревни начинают ворчать между собой.

Как только жители деревни разошлись по домам, она присоединилась к Тигану рядом с ветряной мельницей. Он рассказал им о тайном семейном входе, для открытия которого требовалось его кольцо, как вдруг Сарейна услышала ужасный визгливый голос, зовущий Тигана по имени.

Подняв глаза, она увидела изможденную женщину, на стареющем лице которой было слишком много косметики, спускающуюся с холма. На ней было нелепое платье. "О великая аристократка, я ненавижу аристократов", - подумала Сарейна. Когда Тиган назвала ее Изольдой, она по-настоящему возненавидела ее. Но поскольку они уже заверили Тейган, что помогут, она выслушала то, что хотела сказать Изольда.

Ну, до тех пор, пока она не скорчила недовольную гримасу и не нагрубила Алистеру. Тиган галантно попытался сгладить ситуацию, объяснив, что они Серые стражи, и даже когда он объяснил, что они спасли ему жизнь, она все равно не могла говорить с ними вежливым тоном.

Сарейна потеряла терпение.

- Послушай, Изольда, я знаю, ты привыкла всегда добиваться своего, будь то покупка платья, которое ты хочешь, или отсылка невинного ребенка, потому что была задета твоя гордость, а ты слишком эгоистична, чтобы думать о чьих-либо чувствах, особенно о чувствах ребенка. Но лично я не склонен доверять бессердечной и явно лживой "чиенн", когда она приходит просить о помощи. Особенно когда она говорит, что может обратиться за помощью только к одному человеку, когда целый замок, полный стражи, не смог помочь. Итак, что ты скрываешь?

- Это довольно дерзкое обвинение. - Раздраженно ответила Изольда.

- Нет, если это правда. - Сарейна посмотрела на нее в ответ. Алистер стоял рядом с ней, явно не зная, что делать. Он переминался с ноги на ногу и выглядел явно смущенным, хотя и не мог сдержать легкой улыбки на лице.

Тиган согласился вернуться в замок с Изольдой, но отвел Сарейну и Алистера в сторону, попросив их тоже пойти в замок, но через потайной вход. Очевидно, он тоже не доверял Изольде. Алистер и Сарейна согласились взять кольцо Тейгана.

- Тебе не нужно было этого делать, любимый. - Сказал Алистер, все еще улыбаясь.

- Нет, я этого не делал, но мне хотелось. - Сарейна быстро поцеловала его и улыбнулась.

- Э-э, так что же такое "чиенн"?" - спросил он ее.

Ее улыбка стала шире, и она ответила.

- Спроси Лели позже.

С этими словами они направились к выходу. В подземелье они нашли мага крови, который рассказал им немного больше о том, что происходило в замке. Изольда наняла мага крови, чтобы тот научил ее сына Коннора контролировать свою магию, чтобы Круг магов не забрал его. Логэйн нанял мага крови Йована, чтобы тот отравил Эрла. Сарейна решила позволить Йовану попытаться придумать идею, как исправить ущерб, который был нанесен до сих пор.

Как только они с боем пробились в главный зал, они столкнулись с Изольдой и Коннором. В итоге им пришлось сражаться с бедным заколдованным Тиганом. Как только одержимый мальчик вышел из комнаты, а Тиган, казалось, пришел в себя, Сарейна набросилась на Изольду, разозлившись вдвойне.

- Так что, похоже, мы можем добавить преднамеренную угрозу семье к твоему списку прекрасных качеств. Ого, Изольда, с такими "благочестивыми" женщинами, как ты, неудивительно, что Создатель оставил тебя.

Алистер бросил на Сарейну взгляд, который говорил ей, что этого достаточно. Она знала, что была резка с этой женщиной, но та была совершенно несносной и неблагодарной. Ее ложь убила так много людей, а ей было все равно. Ее даже не заботило, что будет лучше для ее сына, только для нее самой. Она знала, как и все в Тедасе, что молодые необученные маги могут быть опасны и могут стать одержимыми демонами. Она также знала, что маги крови могут быть опасны. Ей было все равно, что она подвергла опасности жизнь Коннора и всех остальных, лишь бы получить то, что хотела.

Йован посоветовал им, что демона можно победить в забвении, но им нужно будет использовать магию крови, и это убьет ту кровь, которую они используют. Когда Изольда совершила, вероятно, первый бескорыстный поступок в своей жизни, пожертвовав своей жизнью ради спасения сына, у Сарейны почти закружилась голова.

Алистер немедленно и громогласно возразила. Поразмыслив, Сарайна вынуждена была признать, что использование магии крови, вероятно, было неправильным решением. Менять одну жизнь, какой бы бесполезной она ни была, на другую было неправильно. Не говоря уже о том, что они нуждались в помощи эрла, и убийство его жены, вероятно, не принесло бы им никакой пользы.

Поэтому они решили поспешить в Круг магов, чтобы раздобыть лириум и других магов для проведения ритуала. Они оставили большую часть своей компании в Редклиффе, чтобы помочь на случай, если демон, вселившийся в Коннора, снова начнет доставлять неприятности, пока их не будет.

Они взяли с собой Винн, так как думали, что она сможет помочь им убедить магов. Она также взяла с собой Алистера и Зеврана, так как они могли быстро передвигаться. Им нужно было добраться до круга и вернуться как можно быстрее, чтобы предотвратить новые смерти.

Они быстро добрались до Круга и вернулись обратно. Маги и Винн смогли спасти Коннора и победить демона. Сарейна никогда не видела Алистера таким больным. Винн попросила его о помощи, и он кивнул и стоял над ней, пока она была в Забытьи.

Сарейна искренне думала, что Алистер может потерять сознание. Она и сама чувствовала себя неважно. Она не была уверена, что кто-то из них сможет заставить себя убить ее в случае необходимости. Она пыталась успокоить себя мыслью, что Винн была очень сильным магом и технически уже была одержима.

Коннор был спасен, а Изольда спасена. Эрл был все еще жив, но все еще болен. Как только они спасли остальных членов ее семьи, Изольда сразу же попросила их найти Урну со Священным прахом, чтобы спасти и Эрла. Как бы Сарейне ни хотелось попросить Изольду сделать это самой, она знала, что им нужна помощь Эрла. Поэтому она согласилась посмотреть, что они могут сделать.

Тиган предложила им переночевать в замке. Но у Сарейны не было ни малейшего желания проводить ночь в замке, полном мертвецов. Эта мысль заставила ее вспомнить о Хайевере и о том, что там произошло, поэтому она отказалась и помчалась из замка так быстро, как только могла.

Наконец они разбили лагерь, и все, чего хотела Сарейна, - это пойти в свою палатку и проспать неделю. Алистер хотел поговорить с ней в первую очередь. Она была поражена, когда он поблагодарил ее за спасение всей семьи Эрла. Ей следовало бы удивиться, что он хотел спасти даже Изольду, но она знала Алистера. Не важно, насколько ужасно Изольда относилась к нему, он не хотел, чтобы она пострадала понапрасну.

Разговор с Алистером напомнил ей об обыске кабинета Эрла. Она полезла в свой рюкзак и вытащила то, что нашла несколько дней назад. Она протянула кулон Алистеру. Она сказала ему, что нашла его в замке в кабинете.

Он был удивлен как возвращением кулона, так и тем, что Эймон, казалось, починил его и держал при себе. Алистеру было о чем подумать в ту ночь, когда они ложились спать. На этот раз Сарейна смогла быстро заснуть.

## Глава 11: секс Алистера и Сарейны.


Текст Главы

Последние две ночи, которые они провели вместе в палатке, ему было трудно сдерживать себя. Он знал, чего хочет его тело, но разум сопротивлялся. Он не хотел полностью отдаваться ей сердцем, душой и телом, если она не собиралась полностью принадлежать ему. Он не был уверен, что сможет больше ждать. Он любил ее; он знал это, хотя еще не говорил вслух. Он надеялся, что она чувствует то же самое.

Теперь гудение в его теле не прекращалось. Это постепенно сводило его с ума. Он все чаще и чаще отправлялся с Рейной в уединенные места и так часто будил ее по ночам, что они оба были лишены сна. Он никогда не чувствовал облегчения дольше, чем на несколько минут. Она чувствовала его дискомфорт и делала все, что могла, чтобы помочь ему. Она была очень талантливой и целеустремленной.

Несмотря на то, что она позаботилась о том, чтобы его тело было удовлетворено перед сном, он был беспокойным и раздражительным. Он не совсем понимал, почему чувствует себя таким расстроенным. Проводить с ней в ее палатке каждую ночь было все равно что играть с огнем. Его тело гудело от ее прикосновений. И, подобно мотыльку, он подбирался все ближе, чувствуя опасность, но его неумолимо влекло к ней.

У нее была странная привычка задерживать дыхание, когда она была по-настоящему возбуждена, которую он не совсем понимал. Но удовлетворение от ее громких гортанных криков, когда ему удалось полностью доставить ей удовольствие, того стоило. На самом деле, оглядываясь назад, особенно на последние две ночи, она казалась почти сияющей.

Она старалась не казаться слишком счастливой рядом с ним; в конце концов, они возвращались в Остагар. Он знал, что она беспокоилась о том, что может показаться бесчувственной или бессердечной. Он оценил эту мысль, но был раздражен тем, что она считала, что с ним нужно нянчиться. Иногда у нее возникали самые странные идеи. Во всяком случае, он думал, что вид ее открыто счастливой, даже когда она возвращалась на место такой катастрофы, мог бы немного подбодрить его.

В последнее время он был в таком отвратительном настроении. Рейна ходила вокруг него на цыпочках, когда подходила к нему. Его отвратительное настроение, казалось, немного отпугивало ее. Тем не менее, она тоже делала все, о чем он ее просил, так же часто, как и он ее просил. Он начинал понимать, что в какой-то степени он не так уж сильно отличается от Зева, как бы ему ни было неприятно это признавать, и можно было быть уверенным, что он никогда не признает этого вслух.

Рейна очень старалась вывести его из этого дурного настроения. Он понятия не имел, что есть так много вещей, которые можно делать друг с другом, не делая... этого на самом деле. И все же ему хотелось просто подойти и сказать ей, что он любит ее. Или, может быть, убедить себя, что он не нуждался в ее любви до того, как они были вместе.

Он вызвался поискать дров для костра, чтобы набраться смелости и сказать ей, что любит ее, или попросить ее быть с ним до конца. Пока что ему не удавалось ни того, ни другого. Он все время пытался убедить себя, что на самом деле это не так уж сильно отличается от того, чем они уже занимались.

К сожалению, он на самом деле в это не верил. Может быть, было бы достаточно того, что он любил ее, даже если бы не мог сказать этого или не был уверен, что она чувствует то же самое. Он знал, что он ей небезразличен; очевидно, для нее это не было чем-то чисто сексуальным, и если она искала этого, то могла получить это в любое время с убийцей. Итак, очевидно, что он был ей небезразличен, и она хотела быть с ним. Он не был уверен, что это можно перевести как любовь, но это было уже что-то. Он предположил, что сейчас или никогда, пришло время проверить, насколько он храбр на самом деле.

***

Чем ближе они подъезжали к Остагару, тем более несчастной становился Алистер. Она почти хотела повернуть назад, но вспомнила слова Винн, ее предупреждение о том, что ее отношения с Алистер могут поставить под угрозу их цель - покончить с мором. Так что, как бы сильно она ни хотела избавить его от боли, они собирались уехать.

Они посмотрят, что написано в документах, а затем попытаются найти все тела, какие только смогут, и устроить им надлежащую кремацию. Она чувствовала, что это самое малое, что они могли сделать для тех, кто пожертвовал своей жизнью, пытаясь спасти страну.

Она знала, что дальше будет только хуже. Она изо всех сил старалась не расстраиваться. Он не кричал на нее, он просто много ворчал. Она пыталась подбодрить его, но ничего не получалось. Ей хотелось рассказать ему о своих чувствах теперь, когда она перестала спорить сама с собой и просто призналась себе, что любит его, и что, несмотря на то, что думала Винн, это было хорошо.

Во всяком случае, любовь придала ей больше мотивации спасать мир от мора. Теперь ей действительно было ради чего жить. Было трудно заботиться о спасении других, когда твоя жизнь была полностью разрушена. Месть, хотя и дает некоторую мотивацию, приводит вас только к тому моменту, когда вы осуществляете свою месть, после чего она становится не очень полезной.

Она разговаривала с Лели, когда Алистер ушел из лагеря. Она решила, что он пошел за дровами, так как костра все еще не было. Она ждала, когда он вернется в лагерь. Лели предположила, что никогда не бывает подходящего момента, чтобы признаться кому-то в любви, особенно когда любой день может стать для тебя последним. Поэтому она решила, что, как только он вернется, она скажет ему об этом.

***

Когда он вернулся, она расхаживала взад-вперед перед их палаткой. Он остановился на краю лагеря, пытаясь еще раз собраться с духом. Наблюдая за ней, он забеспокоился. Очевидно, что-то ее расстроило. Он решил, что это, вероятно, из-за него. Он мог ругать себя, как будто ей нужно было беспокоиться о большем количестве вещей. Он решил, что если она сможет справиться со всем, что делает каждый день, то и он сможет это сделать.

- Рейна? - Алистер вздрогнул, когда она подпрыгнула при звуке его голоса. Она повернулась, посмотрела на него и улыбнулась. Казалось, это не отразилось на ее глазах, она все еще казалась встревоженной.

- Али, о боже, я хотела с тобой поговорить.

- Я тоже. - Начал он. Он хотел покончить с этим побыстрее, пока у него не сдали нервы. - Можно я начну первым?

- О, конечно. - Теперь она выглядела очень бледной, поэтому он быстро продолжил.

- Наверное, я действительно не знаю, как спросить тебя об этом. Э-э-э... Как бы это сказать? - Он посмотрел на нее, а затем опустил взгляд в землю. - О, ты думаешь, что это было бы проще, но каждый раз, когда я рядом с тобой, мне кажется, что моя голова вот-вот взорвется. И я не могу ясно мыслить. - Она наблюдала за ним, явно ожидая продолжения. - Вот в чем дело. Быть рядом с тобой сводит меня с ума, но я не могу представить себя без тебя... никогда. - Она выглядела немного удивленной, но ничего не сказала и не убежала с криком, поэтому он решил, что это все еще безопасно. - Я не знаю, как сказать это по-другому. Я... я хочу провести с тобой ночь здесь, в лагере. - он продолжал, боясь остановиться. - Может быть, это слишком быстро, я не знаю. Но я знаю, что чувствую. Я хотел дождаться идеального времени, идеального места, но когда это будет идеально? Если бы все было так, мы бы даже не встретились. Мы как бы случайно встретились. И, несмотря на то, что это было не самое лучшее время, я все равно поймал себя на том, что влюбляюсь в тебя, несмотря на все эти ссоры и все остальное. Я действительно не хочу больше ждать. Я... я никогда не делал этого раньше, ты же знаешь. Я хочу, чтобы это было с тобой. - Он посмотрел на нее и усилием воли смог выдержать ее взгляд.

- И под словом "провести ночь" ты не подразумеваешь просто спать в одной палатке, верно? - Она выдержала его взгляд, ее глаза немного затуманились.

- Да, я хочу, чтобы мы были вместе, полностью. - Он внимательно наблюдал за ней и немного волновался. Она выглядела так, словно собиралась убежать или, может быть, заплакать.

***

Что ж, вот и снова ее использовали, ради чьего-то комфорта. Она побывала в лагере с войсками перед битвой, и это было ей знакомо. Однажды она даже сама делала это. Она думала, что Алистер не такой, как все. Она думала, что что-то значит для него. Как она могла быть такой глупой? Конечно, он не любил ее, она была сломлена, ее использовали. Она не была цельной, часть ее сердца была мертва, она умерла вместе с ее семьей.

Не говоря уже о том, что, по словам Алистера, ее чрево было бы бесплодным всю жизнь. Она в любом случае была бы ужасной матерью, у нее не было желания иметь детей. По крайней мере, она узнала об этом до того, как они переспали. Обычно секс мало что значил для нее, но это ухаживание за Алистером и то, как сильно она его любила, придало ему совершенно новое измерение. И именно поэтому она просто не могла позволить ему использовать ее.

***

- Алистер, я люблю тебя, я хочу, чтобы ты это знал. Но Я... делать... нет. - Она опустила глаза в землю.

Алистер не мог поверить своим ушам: сначала она сказала, что любит его, но потом почти на одном дыхании заявила, что не хочет быть с ним.

- Что? Почему? Я что-то натворил...Я имею в виду, ну... просто почему? - Он почувствовал ужасную боль в груди, сдавленное, жгучее чувство.

- Потому что на самом деле ты не хочешь быть со мной, Алистер, ты ищешь способ почувствовать себя лучше. И ты думаешь, что я - это все.

Он видел, как блестят ее глаза. Он снова причинил ей боль. Но ему нужно было знать, как это исправить, чтобы стереть боль из ее глаз и прекратить боль в своей груди.

- О чем ты говоришь? Я хочу быть с тобой, потому что я люблю тебя, и я думал об этом в течение нескольких месяцев. - Алистер был действительно сбит с толку, он не мог понять, что она имела в виду под способом почувствовать себя лучше.

- Так почему же ты ничего не сказал раньше?

Он уже видел это раньше, когда она прикрывала свою боль гневом. Теперь она обвиняла его, что заставляло его чувствовать себя защищающимся.

- Потому что я люблю тебя, и я не знал, любишь ли ты меня или нет, и я хотел, чтобы все было по-особенному. Я хотел быть особенным для тебя. И сегодня вечером я понял, что я особенный для тебя. Ты бы не оставалась со мной в нашей палатке каждую ночь, если бы так не думала. Как бы глупо это ни звучало, да, я только что понял это.

- Значит, дело не в Остагаре? - Рейна снова смотрела на него в замешательстве.

Он почувствовал, что краснеет; он знал, что, вероятно, стал темно-красным.

- Нет, я думала об этом почти постоянно с тех пор, как... увидел дерево.

Как только боль, казалось, прошла, Рейна начала смеяться:

- О, ты бедный ублюдок.

Боль в груди начала утихать.

- Эй, это королевский бастард, не забывай. - Он усмехнулся, радуясь, что ее боль прошла. Он все еще не понимал, почему эта боль появлялась так часто. Что-то причинило ей боль; он только надеялся, что сможет как-то облегчить эту боль и стереть ее навсегда.

Он улыбнулся ей своей самой очаровательной улыбкой и был вознагражден тем, что она прикусила нижнюю губу. Верный признак того, что она ослабила свою защиту. Он тоже расслабился; он не осознавал, насколько напряженным был. Рейна протянула ему руку и улыбнулась, это была почти застенчивая улыбка, которую он никогда не думал увидеть у нее; она была очаровательной. Но ее слова были смелыми и заставили его сердце трепетать.

- Что ж, тогда, мой принц, давай зайдем в палатку, и я заглажу свою вину.

Прежде чем последовать за ней, он притянул ее к себе и поцеловал, поглаживая по пояснице, пока она не расслабилась в его объятиях. Оторвавшись от поцелуя, он прошептал ей на ухо:

- Я люблю тебя, Сарейна. - Он почувствовал, как она вздрогнула, и убрал руку с ее поясницы, чтобы взять ее за руку. Через несколько секунд она отстранилась от него и встала на ноги. Он снова улыбнулся ей и затем нырнул в палатку, Рейна последовала за ним, казалось, пребывая в оцепенении.

***

Сарейна была совершенно растеряна. Сначала она подумала, что Алистер хотел покончить с ними, когда застал ее врасплох перед палаткой. Его лицо было таким серьезным, и он казался расстроенным. Тогда она обиделась и разозлилась, решив, что он хочет использовать ее, чтобы облегчить боль от поездки в Остагар. А потом Алистер сказал ей, что любит ее. На самом деле, он любил ее, она не могла в это поверить. Теперь они были в палатке, и он хотел быть с ней, во всех отношениях. Она надеялась, что сможет стать такой, какой он ее себе представлял.

***

Он наблюдал, как она медленно раздевалась. Ему нравилось наблюдать, как она раскрывается перед ним. Как будто она разворачивала подарок специально для него. Он понял, что в этот момент именно это она и делала. Он был взволнован и немного напуган; боялся, что будет ужасен и не сможет доставить ей удовольствие.

Она стянула тунику через голову, обнажив кожу цвета карамели и полоску ткани, удерживающую пышную грудь. Алистер улыбнулся, когда понял, что именно эту тунику он купил ей взамен той, которую отрезал много месяцев назад. Она потянулась за спину, чтобы расстегнуть резинку, отчего ее груди на мгновение натянулись под тканью. Пальцы Алистера так и чесались прикоснуться к ней, но он заставил себя не двигаться.

Ткань без церемоний упала на пол, и ее груди оказались свободны. Они были прекрасны: высокие и округлые, хорошего размера, идеально подходили для его больших рук, с прекраснейшими сосками, нежно-розового цвета, которые уже становились твердыми от одного только его взгляда. Он провел языком по внезапно пересохшим губам, ожидая продолжения.

Она села на пол палатки, чтобы развязать и снять ботинки, затем сняла один за другим и поставила их в угол, прежде чем снова встать. Она быстро расшнуровала брюки, и он заметил, что у нее дрожат руки. Вот это было интересно, она нервничала?

Он молчал, пока она стягивала брюки со своих длинных ног. Она много раз оборачивала их вокруг него, когда они экспериментировали раньше, и он пытался отогнать мысль о том, как эти ноги обхватывают его, когда он находится внутри нее. У него ничего не получалось, и он почувствовал, что начинает возбуждаться. Он глубоко вздохнул, пытаясь расслабиться.

Рейна сняла брюки и задержалась, чтобы посмотреть на него, прежде чем развязать свою маленькую одежду и снять ее. Она стояла перед ним обнаженная. Он медленно осмотрел ее всю, от лодыжек до длинных мускулистых ног. Он ненадолго задержался у основания ее ног, прежде чем снова двинуться вверх, к животу, в основном гладкому, с несколькими шрамами. Он осмотрел ее ребра, ненадолго задержался, рассматривая шрам, который начинался на ребрах, прежде чем продолжить движение вверх. Он снова осмотрел ее груди, соски все еще были набухшими. Ее кожа на ключицах и шее казалась такой нежной. Алистер с трудом сглотнул.

- Ты не могла бы распустить волосы, пожалуйста?

Рейна так и сделала, сняв кожаный ремешок со своих волос и встряхнув ими. Она быстро провела пальцами по длинным черным локонам, и они веером рассыпались по ее спине и плечам. Алистер улыбнулся, вспомнив запах ее волос и то, какими мягкими они были на ощупь. Без него она выглядела совсем по-другому, особенно теперь, когда была обнажена. Днем, когда он был завязан, она выглядела как амазонская богиня сражений, суровая и смертоносная. А сегодня вечером она выглядела нежной и чувственной.

Она снова прикусила губу, и, наконец, он посмотрел ей в глаза. Его голос стал более глубоким и немного хрипловатым, когда он заговорил.

- Отвернись, пожалуйста.

Рейна слегка вздрогнула и обернулась. Он почувствовал, что тоже слегка вздрогнул в ответ, и оглядел ее. У нее были стройные плечи, но более мускулистые, чем можно было подумать о разбойнице, из-за того, что она владела двумя длинными мечами вместо кинжалов. Шрам тянулся почти по всей спине и резко контрастировал с ее безупречной кожей.

Ее ягодицы были упругими и слегка округлыми. Он скользнул взглядом вниз по ее ногам, задержавшись на коленях, где, как он знал, они были чувствительными. Он попытался проглотить комок в горле; он понятия не имел, почему так нервничает. Он уже видел все это раньше, хотя и не в одно и то же время.

Он решил, что, если возьмет себя в руки, это поможет ему справиться с нервозностью, тогда они будут двигаться в его темпе, и что ей это нравилось, было дополнительным бонусом.

- Рейна, давай разденем меня. - Рейна повернулась, ее груди колыхнулись от движения, и в мгновение ока оказалась перед Алистером. Он слегка усмехнулся. - Мы торопимся, да?

- Это немного сбивает с толку, просто стоять здесь, пока ты смотришь на меня.

- Что ж, мне это очень понравилось. Ты прекрасна.

Рейна наклонилась вперед и поцеловала его, а затем скользнула руками под его тунику, скользя по ней вверх по груди, и, наконец, прервала поцелуй, чтобы снять ее через голову. Она отступила на шаг и посмотрела на него.

- Ммм, я никогда не устану это видеть.

- Эй, я человек, которого ты знаешь, а не просто мускулистая грудь. - Сказал он с притворным негодованием.

- О, это ты? - Спросила она невинным голосом, а затем захлопала ресницами. Он не смог удержаться от смеха. - Ну, тогда, я полагаю, нам лучше повидаться с остальными, просто чтобы убедиться.

С этими словами она опустилась перед ним на колени, и Алистер чуть не застонал. Всякий раз, когда он видел ее такой, ему в голову приходили всевозможные ужасные и чудесные идеи. Рейна подняла его ногу и натянула ботинок, который только что развязала, и Алистеру пришлось быть настороже, чтобы не потерять равновесие. Она повторила процесс с другим ботинком, а затем придвинулась ближе, глядя на него снизу вверх, пока медленно развязывала его брюки.

Алистер дернулся, когда ее пальцы коснулись его, натягивающего брюки. Рейна не ускорилась и, казалось, даже не заметила, как медленно стянула брюки и придержала их, чтобы Алистер мог из них выйти.

Как только он обрел равновесие, то почувствовал, как она уткнулась в него носом сквозь его короткую одежду. Рука Алистера машинально потянулась вниз и запуталась в ее волосах. Она прижималась к нему еще несколько секунд, издав несколько стонов, прежде чем отстранилась и, расшнуровав его одежду, сняла ее с него. Алистер застонал от облегчения, и Рейна улыбнулась ему. Тот, который сказал, что у него проблемы.

Сарейна провела кончиком пальца по его длине, и вот он оказался у нее во рту, весь целиком. Алистер ахнул от удивления и схватился за плечо Рейны, пытаясь удержаться на ногах. Он знал, что ей было нелегко принять его целиком. Рейна почти полностью вынула его изо рта, проводя языком взад-вперед по выступу между стволом и головкой. Когда она снова скользнула вниз по его длине, то слегка застонала, и он почувствовал, как вибрация отдалась в нижней части живота.

Она постоянно удивляла его, она и раньше много раз брала его в рот, но это были новые навыки, которых он еще не испытывал. Когда его бедра начали двигаться взад-вперед, он понял, что это не продлится слишком долго, ему слишком нравилось ласкать ее рот.

На мгновение он забеспокоился, что, возможно, не сможет снова возбудиться, но затем чуть не рассмеялся: она могла возбудить его одним лишь прикосновением. Казалось, Сарейна знала, что ему нравится, лучше, чем он сам. Алистер почувствовал, как внизу живота нарастает напряжение, и Рейна, должно быть, тоже почувствовала перемену. Она удовлетворенно застонала в его объятиях.

Алистер слегка зарычал и грубо схватил Рейну за волосы. Он быстрее задвигал бедрами взад-вперед, проникая глубже в ее рот и горло. Рейна не сопротивлялась, она издавала тихие стоны, и когда вибрации распространились по всей его длине, все закончилось. Он еще раз глубоко вошел и кончил в рот своей возлюбленной. Он дернулся, почувствовав, как она сглотнула. Он был плохим, очень плохим человеком, но это всегда было удивительно.

Она откинулась назад, позволяя Алистеру медленно оторваться от ее губ, давая ему время сориентироваться. Алистер сделал несколько глубоких вдохов, успокаиваясь. Рейна встала, и он притянул ее к себе для глубокого и обжигающего поцелуя. Рейна прижалась к нему, и он скользнул рукой вниз, чтобы прижаться к ее пояснице. Она медленно прижалась к нему. Он застонал и отстранился.

Она даже не успела полностью открыть глаза, как он подхватил ее на руки. Одной рукой он подхватил ее под колени, а другой обнял за спину. Она тихонько вскрикнула, когда он поднял ее. Он тихо рассмеялся, отнес ее на спальный мешок и осторожно уложил.

Он присоединился к ней, проводя пальцами по ее нежной коже. Он начал с ключицы, провел по нежной коже. Он спустился между грудей к животу. Он опустил руку и наклонился вперед, чтобы взять в рот один из ее сосков. Он провел по ней губами и языком, и Рейна слегка выгнула спину. Алистер скользнул рукой, которая лежала у нее на животе, по внутренней стороне бедра, его грубая кожа дразнила нежную.

Он слегка надавил на внутреннюю сторону ее бедра, побуждая ее раздвинуть ноги. Он отпустил ее сосок и нежно подул на него. Рейна вздрогнула и тихо застонала. Алистер нежно провел пальцем между ног Рейны, дразня ее. Она попыталась оттолкнуть руку Алистера, но он отдернул ее.

Рейна тихо заскулила. Она повернулась к Алистеру, прикусила и поцеловала его в шею, вызвав у него тихое рычание. Он снова усадил ее на землю, а затем сел на нее верхом.

- Если ты не можешь вести себя прилично, мне придется заставить тебя вести себя прилично. - Он завел ее запястья ей за голову и удерживал их там одной рукой. Он перенес свой вес на предплечье.

Он провел кончиком языка по раковине ее уха, и Рейна прижалась грудью к его груди. Алистер понял намек и свободной рукой обхватил одну из ее грудей, сжимая и массируя ее. Рейна удовлетворенно вздохнула, и Алистер возобновил атаку своим языком, проводя кончиком по ее шее под подбородком, прежде чем поцеловать и прикусить его.

Он провел большим пальцем по ее соску и улыбнулся, когда она попыталась потереться о него бедрами. Алистер запечатлел поцелуй на ее шее. Он подвинулся и опустился чуть ниже, положив ноги ей на бедра. Он наклонил голову, чтобы снова взять в рот другой ее сосок, продолжая сжимать и перекатывать его между пальцами.

Рейна попыталась высвободить свои руки из хватки Алистера. Ее всегда удивляло, каким сильным он был и каким нежным. Он позаботился о том, чтобы она не смогла освободиться, но был осторожен, чтобы не причинить ей боль. Она могла немного выгнуть спину, но и только. Она попыталась пошевелиться под ним и застонала от разочарования, когда едва смогла пошевелиться.

- Алистер, - тихо простонала она.

Алистер ничего не сказал, просто прижался к ней своей эрекцией. Рейна тяжело дышала. Она чувствовала, как бешено колотится сердце у него в груди. Она снова захныкала:

- Эли, пожалуйста, позволь мне прикоснуться к тебе. - Алистер отпустил ее запястья, и она запустила пальцы в его волосы и слегка потянула их.

По ее настоянию он поднял голову, и она притянула его к себе для поцелуя. Другой рукой она схватила его за плечо и крепко прижала к себе. Она скользнула языком в рот Алистера, лаская его язык своим. Она слегка прикусила его нижнюю губу и пососала его язык, отчего Алистер задрожал. Он отстранился, тяжело дыша, его обычно янтарные глаза приобрели темно-медовый оттенок.

Он соскользнул с нее и снова просунул руку ей между ног. На этот раз он раздвинул ее губы и провел пальцем по набухшему клитору. Рейна вскрикнула от удовольствия, и Алистер почувствовал, как при этом звуке дернулась его эрекция.

Он притянул ее к себе для очередного поцелуя, скользнув пальцем в ее лоно. Большим пальцем он продолжал стимулировать ее уже набухший бугорок. Она застонала громче и прижалась к руке Алистера, когда он углубил поцелуй. Ее стоны участились по мере того, как она становилась все более возбужденной.

Алистер медленно ввел второй палец рядом с первым. Она была горячей и напряженной вокруг его пальцев. Несмотря на то, что он был поглощен желанием, сжигавшим его, он хотел убедиться, что не причинит ей боли. Он гладил ее пальцами, входя в нее и выходя из нее, чувствуя, как она растягивается вокруг него.

Она покачала бедрами, и через несколько минут Алистер почувствовал, как напряглись мышцы ее ног, и оторвался от поцелуя. Она сделала вдох и задержала его, закрыв глаза. Ее бедра приподнялись, а затем все ее тело содрогнулось, когда она достигла пика. Она выдохнула, затаив дыхание, с криком удовольствия. Он продолжал двигать пальцами, приближая ее оргазм; ее лицо раскраснелось.

Какое-то время она лежала, тяжело дыша, с закрытыми глазами. Придя в себя, она открыла глаза и улыбнулась Алистеру. Рейна немного приподнялась и оперлась на локти.

- Иди сюда. - Она протянула руку и передвинула ногу, чтобы ему было удобнее встать на колени между ее ног. Он увидел, как ее улыбка слегка померкла.

И снова он подумал, что она выглядит взволнованной. Боялась ли она, что он причинит ей боль? Он наблюдал, как она глубоко вздохнула; казалось, ее тело немного расслабилось. Она притянула его к себе для очередного поцелуя и медленно отклонилась назад, обхватив его рукой за спину, так что Алистер оказался прижат к ней.

Алистер прервал поцелуй, задыхаясь, когда впервые почувствовал, как его возбужденный член коснулся ее влаги. Рейна провела пальцами по волосам Алистера.

- Расслабься, даже если это ужасно, мы можем попробовать еще раз, нам предстоит много путешествовать. - Она одарила его озорной улыбкой.

Алистер рассмеялся и нежно поцеловал ее.

- Видишь, вот за что я люблю тебя.

Рейна снова поцеловала его и, просунув руку между ними, обхватила пальцами его эрекцию так сильно, как только могла. Она провела кончиком между губами, ощущая его тепло и гладкость. Алистер старался оставаться как можно более неподвижным. Он не хотел причинять ей боль или торопить события. Он пытался дождаться, когда она будет готова.

Рейна продолжала дразнить его и себя. Используя его возбужденный член, она терлась о свой клитор и водила им вокруг своего отверстия. Они оба тяжело дышали, и Алистер изо всех сил старался держать себя в руках. Наконец, она приблизила его к своему отверстию и слегка покачала бедрами. Он почувствовал, что начинает погружаться в ее скользкое тепло.

- Э-э-э... - выдохнул Алистер, когда из его легких вышел весь воздух. Как только он снова смог дышать, он посмотрел на свою любовь. Она улыбнулась и кивнула, схватив его за плечи. Стараясь сдерживаться, он медленно входил в нее, пару раз останавливаясь, когда Рейна двигала бедрами под ним. Она была такой тугой, что он даже побоялся причинить ей боль, поэтому делал это медленно.

Как только он полностью погрузился в ее горячую влагу, он снова сделал паузу. На этот раз, чтобы привыкнуть к ее прикосновениям. Как только он снова начал двигаться, Рейна обхватила его одной ногой за талию. Когда на этот раз он снова скользнул в нее, то ахнул, когда угол наклона позволил ему проникнуть в нее еще глубже.

Сначала он медленно входил и выходил из нее. Это продолжалось недолго, как только он почувствовал себя более комфортно и уверенно в себе, он ускорил темп, входя в ее скользкое тепло все быстрее и сильнее. Рейна двигала бедрами навстречу ему, встречая каждый толчок, вцепляясь в его плечи, прижимая его к себе.

Ее короткие ноготки впивались в его плечи и время от времени царапали спину. Он и понятия не имел, что когда вот так гладят его спину, это может быть так эротично, так горячо. Это побуждало его входить в нее сильнее. Его руки грубо сжимали ее бедра. Честно говоря, меньше всего он думал о том, чтобы оставить на ней синяки.

Рейна стонала под ним. Ее крики становились все громче и громче. Чем больше шума она издавала, тем большего шума хотел от нее Алистер. Он начал попеременно покусывать и нежно целовать кожу на ее шее.

Почти сразу же он получил желаемый отклик. Она застонала громче, а затем обхватила его другой ногой за талию и слегка сжала его бедрами. Алистер скользнул глубже в нее, и Рейна, используя больше рычагов, стала двигать бедрами навстречу ему с большей силой. Она ускорила темп, обвила руками шею Алистера и притянула его к себе.

Он убрал руки с ее бедер и положил их на одеяло по обе стороны от ее головы. Он начал наклоняться, чтобы поцеловать ее, но остановился, задохнувшись, когда Рейна начала быстрее двигать бедрами навстречу ему, не просто скользя вверх и вниз по его длине, но и плавно вращая бедрами, создавая совершенно новые ощущения. Он не мог пошевелиться, он изо всех сил старался удержаться на ногах, когда она оседлала его.

То, что было восхитительным, теперь вызывало ослепительный экстаз. Он почувствовал знакомое напряжение внизу живота и понял, что должен что-то сделать; он хотел, чтобы она тоже кончила. Он начал думать о своих медитациях тамплиеров, пытаясь отсрочить свое освобождение.

Рейна передвинула руки, чтобы снова обхватить его за плечи. Она крепче прижалась к его груди, слегка приподнявшись со спального места и изменив позу. Должно быть, она сделала что-то, от чего ей стало по-настоящему хорошо. Ее стоны становились все громче и громче, дыхание прерывалось, когда она все быстрее и быстрее двигала бедрами взад-вперед.

Алистер все еще не мог пошевелиться, едва мог соображать, но, похоже, это не имело значения. Рейна начала выдыхать его имя, и ее движения стали беспорядочными. Ее бедра сжались вокруг его талии. Он согнул руки в локтях, чтобы уложить ее обратно.

Рейна затаила дыхание, ее тело напряглось под ним. Она достигла вершины, и ее движения стали замедляться, когда чувства захлестнули ее. Алистер снова начал двигаться, наслаждаясь ощущением, как она сжимается вокруг него. Ее сверхчувствительность заставляла ее содрогаться под ним с каждым толчком.

Он продолжал наблюдать за ней, но ее глаза были закрыты.

- Сарейна....посмотри на меня. - процедил он сквозь зубы, приближаясь к пику наслаждения.

Секунду она, казалось, сопротивлялась, а затем ее глаза цвета индиго посмотрели на него. Она коснулась его щеки и прошептала:

- Я люблю тебя, Алистер. - На этот раз Алистер закрыл глаза. Его бедра замерли, он был глубоко внутри нее. Он дернулся и излил в нее свое семя.

Еще мгновение он оставался неподвижным; Рейна подняла голову и нежно поцеловала его. Он открыл глаза и улыбнулся ей. Она улыбалась, и ее глаза казались слегка остекленевшими.

- Значит ли эта улыбка, что это не было полной катастрофой?

Она хихикнула:

- Ну, я так не думаю, но думаю, нам понадобятся дополнительные тесты, чтобы быть уверенными.

Алистер рассмеялся и соскользнул с Рейны, притягивая ее к себе.

- Я уже говорил тебе, что люблю тебя?

Она прижалась к нему, положив голову ему на плечо.

- Да, но я могла бы услышать это еще миллион раз.

- Хорошо, я думаю, я справлюсь с этим. - Алистер никогда в жизни не чувствовал себя таким счастливым и любимым. И тогда он понял, что никогда не оставит ее, никогда.

## Глава 12: Мой брат


Текст главы

- Что ты знаешь о Кайлане? - Спросил Алистер почти небрежно, поздно вечером, когда они отдыхали в своей палатке, готовясь ко сну.

Кайлан, что она могла рассказать Алистеру о Кайлане? Что он был большим любителем пофлиртовать и немного бабником? Что он пытался соблазнить почти всех женщин в Хайевере и чаще всего ему это удавалось?

Она вспомнила их спарринг во время одного из летних визитов короля в Хайевер. Было жарко, и им было невероятно скучно, поэтому они решили посмотреть, кто из них лучший боец. Кайлан был хорош, но он был таким медлительным. Она побеждала его снова и снова. Он был так расстроен, что его лицо покраснело от раздражения.

Он бросился на нее, выставив перед собой меч; она легко увернулась и откатилась в сторону, при этом ударив его мечом по спине. Кайлан чуть не растянулся на земле, но удержался и развернулся. Казалось, он решил позволить ей подойти к нему.

Он держал меч наготове и внимательно наблюдал за ней, а она медленно кружила вокруг него. Она явно искала слабое место или лазейку. Она медлила целую вечность, просто кружа вокруг него и не нападая. Она внимательно наблюдала за ним и увидела, что его мысли начали блуждать. Она подождала еще минуту, прежде чем атаковать.

Молниеносно рванувшись вперед, она выбила меч из его ослабевшей руки и плечом сбила его с ног. На этот раз он действительно растянулся на земле. Она встала над ним, приставив тренировочный меч к его горлу.

- Ты уступаешь?

Он улыбнулся ей и ответил.

- Тебе? Всегда.

Сарейна покачала головой и убрала меч, но когда она уже собиралась отойти от него, он схватил ее за ногу и потянул на себя. Она вскрикнула от неожиданности, когда ее потянули вниз. А потом еще раз, когда почувствовала, что он твердый.

Тогда она начала смеяться.

- Так вот, значит, где твои мысли блуждали. Ты постоянно думаешь о сексе. В один прекрасный день это тебя убьет.

Он все еще прижимал ее к себе, хотя она и не пыталась вырваться.

- Я просто отвлекаюсь на мечты. - Он легко провел пальцем по ее лбу, обводя татуировку. - Мне нравится эта татуировка; мне нравится, что она говорит о тебе, что долийцы уважали тебя настолько, что наградили Валласлином. Если бы я сделала тебя королевой, ты бы сражалась за них, не так ли?

Сарейна раздраженно ответила.

- Кайлан, мы это уже обсуждали, ты обещан кому-то другому. Не говоря уже о том, что я тебя не люблю. Почему ты продолжаешь забивать себе голову этими нелепыми мыслями?

Кайлан вздохнул.

- Я знаю, но можешь ли ты винить меня? Может, ты и не любишь меня, но, по крайней мере, можешь уважать меня по-настоящему? Можешь ли ты уважать тот факт, что я хотел бы жениться на ком-то, кого я смогу уважать? И, может быть, любовь придет позже? Я не хочу провести годы с женщиной, которая похожа на ледышку, и все, что ее волнует, - это бумажная работа, налоговые документы и бла-бла-бла. Конечно, она красива, но я буду готов покончить с собой в течение месяца. Просто дай мне поговорить с моим отцом? - Он улыбнулся ей своей самой очаровательной улыбкой, ослепительной и кривой.

Сарейна отрицательно покачала головой.

- Что сделано, то сделано, Кайлан, мне жаль, что ты так несчастен, но друзья - это все, чем мы должны были быть.

Кайлан неохотно отпустил ее, и она встала, вышла из тренировочной площадки и скрылась в арсенале.

Она думала, что находиться рядом с Кайланом опасно. Он был хорошим другом, но всегда хотел большего. Она почти сочувствовала Аноре, когда менее чем через месяц после их свадьбы до нее дошли слухи об изменах Кайлана.

Семья Сарейны пару раз приезжала в замок после того, как Кайлан стал королем. Он приглашал ее в свою гостиную, и они разговаривали до поздней ночи. Он сказал, что чувствовал себя изолированным и не мог даже нормально поговорить с Анорой. Он был так несчастен. Сарейна жалела, что не может ему помочь, она никогда не смогла бы выйти за него замуж, придворная жизнь была не для нее, и она не любила его, но ей хотелось помочь ему избавиться от боли.

На протяжении месяцев и лет она наблюдала, как он все больше и больше погружался в фантазии. Анора либо не замечала этого, либо ей было все равно. Истории о великих героях, Серых стражах и грифонах заполняли его голову. И легион безымянных девушек входил и выходил из его постели. Королевский корабль и Анора убили ту смеющуюся и поддразнивающего Кайлана, которую она знала. Вспоминая прошлое, Сарейна задавалась вопросом, был ли это план Аноры с самого начала. Чтобы она могла править Ферелденом без вмешательства Кайлана.

Сарейна посмотрела на Алистера, он пристально наблюдал за ней.

- Это, должно быть, потрясающее воспоминание, ты полностью отключилась. Вы были вдвоем... - Его голос прервался, и он нервно сглотнул, он не хотел даже озвучивать остальную часть этой мысли.

Она наклонилась вперед и поцеловала его в щеку.

- Нет, мы никогда не были вместе, ни в коем случае. Кейлан был моим другом. Я вспомнила, как я побеждала его во время наших спаррингов.

Алистер слегка наклонил голову.

- И что же в этом воспоминании заставило тебя опечалиться?

Сарейна поджала губы; иногда ее расстраивало, что Алистер узнал ее так хорошо, что она ничего не могла от него скрыть.

- После того, как он женился на Аноре, он изменился. Ему было грустно и одиноко, и он погрузился в фантазии в поисках утешения. Я не знаю, была ли это Анора или то, что он был королем, но что-то высосало жизнь из Кайлана. В Остагаре я был рад видеть, что к нему вернулась частичка той искорки. Да, он любил своих женщин, но он заботился и о людях. Обо всех, даже об эльфах.

Алистер был удивлен, услышав столько страсти в ее голосе. Теперь он понял, почему она плакала в Остагаре, когда они нашли Кайлана. Она заботилась о нем. Алистер немного завидовал Кайлану за то, что он знал Сарейну до него, до того, как она пережила такую трагедию. Он также немного завидовал Сарейне, потому что она знала его брата.

Он чувствовал себя ужасно из-за того, что потеря ее семьи, в конечном счете, привела ее к Серым стражам и стала причиной их встречи. Но он был рад, что она была рядом, он любил ее, и она в некотором роде подарила ему семью, позволив ему узнать своего брата через нее. Это был лучший подарок, который она когда-либо дарила ему. Он задумался, что еще она могла бы ему рассказать.

- Значит, вы, должно быть, знали моего отца.

- Я знала. - Осторожно ответила она. Она хотела быть честной с ним, но боялась, что он расстроится.

- Он тебе нравился? - На самом деле он мало что знал о своем отце, кроме того, что тот был королем.

- Да, он всегда был очень добр к нам, даже к слугам. Это довольно редкое явление. Он хотел все делать сам. Мне это в нем нравилось, хотя и сводило с ума слуг и охрану. Помню, мне нравилось, когда он улыбался или смеялся. Он никогда не делал этого часто. Он казался очень грустным. Я полагаю, это было из-за смерти королевы. - Она закончила, задаваясь вопросом, не сказала ли она слишком много, ведь до этого он никогда не проявлял никакого интереса к своему отцу.

- Может быть, это потому, что она любила Логейна. - Он почти прошептал.

Сарейна внезапно села, уставившись на него.

- что?

- Я... нашел дневник моего отца. Он был среди вещей Кайлана в Остагаре. Он смущенно посмотрел на нее.

- О, - сказала она, а затем "О", на этот раз с пониманием. - Это кое-что объясняет. Но зачем Кайлану это понадобилось в Остагаре? - спросила она с внезапным интересом.

- Там говорится о том, как мой отец столкнулся с Порождениями Тьмы. Ты знала, что он дважды отправлялся на Глубокие тропы? - В его голосе звучало недоверие.

- Я знаю, что он ушел во время войны. Мой отец рассказывал мне об этом. Он был в Уоррене, когда король выступил с Логэйном, Рованой и эльфийкой....как ее звали? Она все еще пыталась вспомнить, когда Алистер заговорил.

- Катриэль. - Вежливо ответил он.

- Да, она, это было там?

- Да, он убил ее. Он любил ее и убил. Логэйн заставил его это сделать. В некотором смысле, она это заслужила, но после этого он стал другим. Его почерк изменился, так что, я думаю, он тоже изменился. - Алистер выглядел немного грустным. - Мне почти жаль его, но это только укрепляет меня в мысли, что я не хочу быть королем; браки по расчету, скрытие любви, прятание своих детей-полуэльфов.

Сарейна на самом деле вытаращила глаза, ее рот открылся в виде буквы "О" от удивления.

- Что ты говоришь? Ты наполовину эльф? Поэтому он тебя спрятал? - Сарейна была поражена, все это было так странно.

- я не знаю. Я так думаю. Я не читал весь дневник целиком, я как бы бегло просмотрела его, и там нет дат, так что я не могу быть уверена. Он влюбился в другую эльфийку. Они занимались сексом на глубоких дорогах. Очевидно, у него были отношения с эльфами с Дальних дорог. Так или иначе, она была стражем и магом, отдала ему ребенка и попросила, чтобы его растили вдали от двора. Она сказала, что ее наследство будет тяжелым бременем, и она видела, каким несчастным он был, поэтому хотела, чтобы у ребенка была "нормальная" жизнь. Вейсхаупт, очевидно, собирался оставить ее там на неопределенный срок. - Он сделал паузу, а затем посмотрел на Сарейну. - Итак, моя мама, возможно, эльфийская магиня-хранительница из Орлея. Неудивительно, что Логэйн хочет моей смерти. - Он тихо рассмеялся, прежде чем добавить. - Интересно, жива ли она еще.

Сарейна сидела в ошеломленном молчании. Она понятия не имела, что на это сказать. Алистер, казалось, не возражал, он размышлял про себя.

- Может быть, после Мора мы сможем заняться этим.

Сарейна взяла его за руку.

- Я понятия не имела.

Алистер покачал головой, глядя на нее.

- Я не думаю, что об этом знал даже эрл. Это был бы очень опасный секрет. Извините, что так много всего свалил на вас сразу, я читал это некоторое время, и мне было трудно все это переварить. Не говоря уже о том, что у него ужасный почерк. У Мэрика была очень сложная жизнь. На самом деле, мне труднее всего переварить то, что касается Дункана.

- Дункан? - Теперь она была совершенно сбита с толку, что бы Мэрик мог сказать о Дункане?

- Мэрик говорит, что Дункан был вором и убийцей. Что он убил Серого Стража. Затем его спасла от казни невеста Серого Стража, призванная на военную службу. Она тоже была Серым Стражем. Я не знаю, верю ли я в это, это кажется безумием и так не похоже на него. - Алистер выглядел несчастным, и Сарейна не находила слов, чтобы утешить его. Алистер вздохнул и притянул ее к себе, чтобы она снова прижалась к нему. - Мы можем поговорить об этом позже. Давай немного поспим. Шейла может постоять на страже сегодня ночью. Не то чтобы ей нужен был сон.

Сарейна пробормотала что-то невнятное в знак согласия, прежде чем попытаться уснуть, в голове у нее царил беспорядок.

## Глава 13: Можно ли сказать, что это ирония судьбы?


Текст главы


Сарейна поняла, что борьба с мором приняла несколько неожиданных поворотов. Сначала это было исключительно из-за того, что им нужны были деньги на припасы и броню. Даже осознание этого не мешало Морриган ворчать по поводу всего, что не имело прямого отношения к победе над мором. И как только они завербовали Стэна, он тоже присоединился к жалобам.

Когда они отправились в башню, чтобы позвать магов на помощь в борьбе с мором, магам в конечном итоге понадобилась помощь в победе над магами крови и мерзостями в первую очередь. И когда они отправились в Орзаммар, гномам понадобилась помощь в выборе короля, прежде чем они смогли бы оказать помощь в борьбе с мором, поскольку только король имел право действовать в соответствии с договорами.

Они сделали незапланированную остановку в Хонлите, получив от торговца жезл управления.

"Команда писающих и стонущих", как она привыкла их называть, подняла много шума из-за этого выбора, по крайней мере, до тех пор, пока они не нашли Шейлу. Шейла была прекрасной компаньонкой, личным тараном, неутомимым ночным часовым, отличным источником веселья, поскольку, казалось, она одинаково издевалась над всеми и страстно ненавидела птиц. Ее боевые навыки, несмотря на то, что она была сделана из камня, были поразительными. Голем, очевидно, прошел боевую подготовку.

Солдатский пик был настоящим кошмаром. Стэн сказал ей, что, по его мнению, это может подождать до тех пор, пока Мор не будет побежден. Морриган вмешалась, сказав, что они никогда не добьются победы над мором, если будут постоянно оказывать услуги всем и каждому. В конечном итоге это пошло им на пользу во многих отношениях, но ни Стэн, ни Морриган, казалось, этого не понимали.

Даже поездка в Остагар была сопряжена с трудностями. Им понадобились документы, которые были в сундуке Кайлана. Все стало только хуже, когда она согласилась с Винн и Алистером, что у Порождений Тьмы не должно быть доспехов и оружия Кайлана. Поэтому они принялись собирать осколки и все остальное, что могло пригодиться в этом районе.

На самом деле, то, что они вернулись в Остагар, оказалось даже к лучшему, помимо того, что они просто отправились за документами, поскольку они столкнулись с порождениями Тьмы, которых раньше не видели. Он был способен поднимать мертвых, чтобы снова сражаться. Они преследовали эту проклятую тварь по всему Остагару, прежде чем, наконец, смогли встретиться с ней лицом к лицу и уничтожить ее.

Алистер и Сарейна решили кремировать тело короля, а также всех остальных, кого им удалось найти. Они чувствовали, что это самое малое, что они могли сделать для героев, которые отдали свои жизни, пытаясь спасти весь Ферелден. Морриган была особенно возмущена этой идеей, заявив, что они тратят больше времени на бессмысленные ритуалы.

Конечно, когда они разбили лагерь той ночью, Морриган отвела Сарейну в сторону. Она объяснила Сарейне, что нашла в гримуаре своей матери. Сарейна внимательно выслушала рассказ Морриган о том, как Флемет прожила так долго и что случилось с другими дочерьми Флемет. Сарейна знала, что было в Гримуаре; Винн прочитала его до того, как они отдали его Морриган. Однако она не понимала, какое отношение это имеет к Мору, и высказала это вслух.

Морриган посмотрела на нее с недоверием.

- Ты помогала всем, кого мы встречали, кто просил о помощи.

- Верно, но я думала, ты ненавидела, когда я это делала. Я уверена, что вы можете понять, учитывая ваше прошлое отношение к оказанию услуг другим и помощи нуждающимся, насколько я была бы удивлена, если бы вы обратились ко мне с этим. - Сарейна сохраняла абсолютно нейтральное выражение лица.

- Это чистая правда. Меня не заботили отвлекающие факторы. Но я не хочу быть пустым сосудом, который ждет, когда его наполнят. Вы не находите, что я эффективно помогаю вам в ваших путешествиях? А с настоящим гримуаром Флемет я могла бы принести гораздо больше пользы. - Морриган явно старалась быть как можно более ненавязчивой.

- Да, Морриган, ты очень полезна. - Сарейна ответила просто.

- Так разве не в интересах остановить Порчу было бы помочь мне? - Морриган пыталась скрыть свое презрение от Сарейны.

Сарейна подавила улыбку, видя, как Морриган явно не по себе от необходимости просить о помощи.

- Очень хорошо, Морриган, я посмотрю, что можно сделать. Есть вещи, которые нам абсолютно необходимо сделать как можно скорее, но когда мы вернемся сюда, надеюсь, с прахом Эрла Эймона, мы позаботимся о вашей ситуации с Флемет.

Морриган кивнула, но ничего не сказала.

Позже, той же ночью, во время разговора со Стэном, он, наконец, решил рассказать Сарейне о том, что произошло, что заставило его убить семью, в результате чего его посадили в клетку в Лотеринге. Он и его товарищи по путешествию из Бересада подверглись нападению Порождений Тьмы у озера Каленхад. Они были захвачены врасплох и пали под натиском огромного количества Порождений Тьмы. Он очнулся, и его нашла семья, которая заботилась о нем. Его меч пропал, а Стэн вышел из себя и убил их всех.

Он не смог найти меч и поэтому не мог вернуться в Сехерон, так как без меча они убили бы его на месте. Итак, Стэн просил об одолжении, не прося об одолжении. Идея была абсурдной, но она уже пообещала Морриган, что поможет ей, и решила, что хуже уже быть не может, поэтому сказала Стэну, что они найдут его меч. Он, казалось, успокоился, что они хотя бы попытаются.

Сарейна уже собиралась отправиться за едой, когда ее осенила мысль.

- Если на вас напали порождения Тьмы возле озера Каленхад, как вы оказались в Лотеринге? Прямо в Редклиффе есть церковь.

Стэн только пожал плечами. Сарейна решила, что "как" не так уж важно. По крайней мере, у них была отправная точка. Она решила, что скоро они смогут взглянуть на озеро Каленхад. В любом случае, там должна была быть гостиница, может быть, они смогли бы разузнать какие-нибудь полезные сплетни.

Сарейна поела, размышляя над этими двумя просьбами, и решила поговорить с Винн и Зевраном. У нее появилась идея. В последнее время Сарейна стала доверять им свою жизнь, а точнее, свои секреты. Винн могла бы притворяться, что ей противны секреты, но, пока она была в курсе, она была вполне довольна своим участием. К сожалению, Алистер не умел хранить секреты. Ну, за исключением, очевидно, его большого секрета.

Сарейна уговорила Винн и Зеврана отойти от остальной группы, пока все еще ели. Сарейна часто отводила разных членов группы в сторону на стратегические совещания, поэтому она знала, что это не вызовет подозрений. Как-то раз, когда их никто не слышал, она рассказала им о своем плане. Она хотела, чтобы они втроем отправились в хижину Флемет в Диких землях Коркари и забрали Гримуар Флемет. Им нужно было во что бы то ни стало убить Флемет, чтобы не было никаких последствий. Уинн и Зевран оба согласились.

Им повезло, что была очередь Шейлы нести вахту. Сарейна спросила ее, не возражает ли она побыть на вахте всю ночь. Шейла с готовностью согласилась, при условии, что Сарейна объяснит ей причину. Сарейна объяснила, что они собирались усыпить остальных товарищей заклинанием, пока будут убивать Флемет.

Шейл согласилась хранить тайну, пока все их товарищи будут в безопасности, если на лагерь нападут порождения Тьмы или бандиты. Уинн объяснила, что громкий шум быстро разбудит их, иначе они просто не проснулись бы. Шейла, казалось, была довольна и рада, что её пригласили.

Посреди ночи все трое прокрались в хижину Флемет. На самом деле она ждала их и не спала. Она пыталась договориться с ними, но Сарайна отказалась. Когда Флемет превратилась в гигантского дракона, она чуть было не передумала.

Сарейна позаботилась о том, чтобы Винн оставалась вне поля зрения и на линии огня, чтобы она могла вылечить их в случае необходимости. Они бы не пережили эту ночь, если бы Винн была ранена. Винн быстро метнулась за рощицу деревьев и подняла метель, чтобы замедлить дракона, надеясь, что это нанесет дополнительный урон, поскольку драконы обычно чувствительны к холоду.

Зевран и Сарейна метались в тенях, нанося быстрые удары и исчезая прежде, чем дракон успевал их найти. Когда дракон начал уставать от потери крови и попытался последовать за двумя разбойниками, Сарейна бросилась вперед, чтобы сразить зверя. Она пролетела над землей и прыгнула, вонзив один из своих мечей в глаз чудовища.

Дракон в агонии замотал головой, кровь заставила Сарейну ослабить хватку на мече, и она упала на землю, ударившись так сильно, что из ее легких вышибло весь воздух. Сарейна лежала, шевеля ртом, как рыба, пытаясь вернуть воздух в легкие.

Винн едва уловила движение головы дракона, когда он приготовился сжечь Сарейну дотла. Она прикрыла Сарейну щитом, но едва-едва. Зевран воспользовался тем, что Дракон отвлекся, и прыгнул ему на шею, используя свои кинжалы в качестве опор для рук, когда он вонзал их в дракона одной рукой поверх другой, ползая вверх.

Дракон взревел от ярости и замотал головой, пытаясь сбросить Зеврана со своей шеи. Винн начала направлять на дракона поток холода, пытаясь отвлечь его внимание от Зеврана или, по крайней мере, немного замедлить дракона, чтобы он мог больше сосредоточиться на том, чтобы убить дракона, а не на том, чтобы удержаться. Однако дракона было не так-то легко одурачить, и он продолжал пытаться стряхнуть Зеврана.

Винн пришла в голову идея, и она начала стрелять магическими разрядами в глаз, уже поврежденный клинком Сарейны. Дракон взревел, пошатываясь от боли. Винн продолжала выпускать стрелы, перемещаясь на новое место каждые несколько выстрелов, так как дракон теперь активно искал ее.

Винн споткнулась, проходя между соседними деревьями, слишком занятая наблюдением за драконом, чтобы смотреть под ноги, и упала, сильно ударившись головой о землю. Она была немного ошеломлена, но услышала звук падения дерева рядом с ней. Она приподнялась на колени и уже собиралась встать, как почувствовала ослепляющую, сокрушительную боль в лодыжках и ступнях.

Винн закричала одновременно с ревом дракона. Она надеялась, что Зевран успел ее остановить, когда она отключилась. Она не была уверена, сколько прошло времени, когда она вернулась и увидела, как Зевран одним из своих длинных мечей рубит дерево, пытаясь освободить ее.

Казалось, он был близок к завершению, но с каждым ударом боль в ее лодыжках усиливалась. С каждым ударом у нее перед глазами плыли точки, и она боялась, что снова потеряет сознание. Она не могла вылечиться, пока с нее не снимут дерево, это было бы бессмысленно. Наконец Зевран освободил ее, Винн закричала, когда кровь снова прилила к ее ступням и лодыжкам. Ее ботинки выглядели странно плоскими.

Прежде чем она смогла исцелить себя, Зевран схватил ее на руки и побежал с ней к Сарейне.

- Прости, Винн, но если ты не вылечишь ее первой, она, вероятно, умрет. - Винн внимательно посмотрела на Сарейну. Хотя защитный экран не позволил ей полностью сгореть, она все равно была обожжена. Она явно была без сознания, ее дыхание было поверхностным, но из обожженных легких вырывались хрипы.

Винн достала Лириум из своей поясной сумки, зная, что для этого потребуется много магии. Она быстро выпила его и провела руками по Сарейне, используя свое исцеляющее прикосновение, чтобы найти то, что было повреждено внутри, и исцелить это. У Сарейны было внутреннее кровотечение, а также переломы костей в результате падения.

Как только она закончила с внутренними повреждениями, она выпила еще лириума и начала процесс заживления ожогов Сарейны. Сарейна внезапно проснулась с криком, и Зеврану пришлось удерживать ее, чтобы Винн смогла закончить лечение. Восстановление нервов, сосудов и кожи отняло у Винн много сил.

Закончив с Сарейной, она легла на пол и немного отдохнула, прежде чем попытаться исцелить себя. Зевран остался с Винн, пока Сарейна поднимала свой меч и устало пинала дверь в комнату Флемет. Уинн перевела дыхание и выпила еще одно лириумное зелье. Затем она вылечила свои ступни и лодыжки, изо всех сил стараясь не вскрикнуть. Зевран помог ей подняться, и она несколько минут осторожно ходила вокруг, чтобы убедиться, что исцеление завершено.

Когда Сарейна не смогла открыть замок на сундуке в хижине, она воспользовалась одним из своих мечей, чтобы взломать петли. Она не копалась в том драконе, чтобы посмотреть, есть ли там ключ. Она схватила то, что было внутри. Несколько мантий, похожих на те, что были на Морриган, и еще один гримуар.

Она вернулась на улицу. Они трое постояли там мгновение, не зная, что сказать. Они все могли запросто погибнуть. Зевран, несомненно, спас им жизни. Зевран выглядел смущенным, и Винн быстро спросила, не болит ли у него что-нибудь.

- Нет, нам просто нужно поскорее вернуться. Нам всем нужно выспаться. Он посмотрел на двух женщин, которые кивнули ему.

Когда они приблизились к лагерю, Сарейна повернулась к Винн.

- Я знаю, ты против этого, но, чтобы сохранить это в тайне, нам нужны чистые доспехи, и если мы хотим хоть немного поспать, у нас нет времени их чистить.

Винн недовольно поджала губы, но смиренно кивнула. Она быстро произнесла заклинание, чтобы очистить их, а также снять с них доспехи.

- Спасибо тебе, Винн, я не могу выразить, как я благодарна... за все. - Сарейна вошла в лагерь и поблагодарила Шейлу, прежде чем отправиться в свою палатку. Выйдя из палатки, она сняла свою кожаную одежду и принесла ее с собой. Поставив их обратно в угол, он лег рядом с Алистером и потерял сознание от полного изнеможения.

- Так ты хочешь подождать до завтра, чтобы начать работу над новым гримуаром? - Спросил Зевран Винн.

Винн устало вздохнула.

- Не совсем, но мне нужно поспать. С этими словами она направилась обратно в свою палатку.

Зевран улыбнулся. Приятно удивленный тем, что они не только победили Флемет и остались живы, но и, по-видимому, им это сошло с рук. Зевран уже решил обучить Сарейну своим навыкам убийцы, в основном, чтобы сблизиться с ней. Но после сегодняшней ночи он подумал, что навыки, которыми она уже обладала, будут значительно усилены его навыками убийцы. И, возможно, если ему повезет, она расскажет ему, как она стала такой очень быстрой.

На следующее утро Сарейна сообщила своим спутникам, что они направляются в Денерим. Сарейна закатила глаза, когда началось ворчание. Все хотели знать, зачем они направляются в Денерим. Она тяжело вздохнула и сказала им, что им нужно отправиться в Денерим, чтобы узнать, какую информацию они могут получить о том, куда отправился брат Дженетиви, поскольку он жил там. Они могли узнать, какие последние слухи ходили о гражданской войне, а также о Серых стражах.

В Денериме также были отличные торговцы. Это было едва ли не лучшее место для приобретения компонентов для магии. Здесь можно было найти практически любую броню, а один из оружейников изготовил ее на заказ. Когда некоторые из них все же начали ворчать, она пообещала им провести ночь в таверне "Обглоданный дворянин", с постелью, горячими ваннами и напитками. После этого все перестали ворчать, даже Стэн.

Им потребовались недели, чтобы добраться до Денерима. Всегда нужно было кого-то спасать, расправляться с бандитами или убивать порождений Тьмы. Это несколько замедлило их путешествие. Примерно через неделю пути от Денерима на них напала банда особенно хорошо вооруженных бандитов. Как только они потерпели поражение, Предводитель взмолился о пощаде.

От него они узнали, что кто-то послал их убить Лелиану. Сарейна и Лелиана обе знали, кто будет ее искать. И Сарейна согласилась помочь Лелиане уладить дела с Марджолейн, как только они доберутся до Денерима. Она не собиралась прикрывать спину от новых людей, которые хотели убить ее или одного из ее товарищей. С них и так было достаточно.

Наконец, они увидели приближающийся Денерим. Алистер опустился на свое место рядом с ней и принялся теребить свою перчатку. Сарайна покачала головой. Очевидно, он хотел что-то у нее спросить. Через несколько минут, пока он нервно переминался с ноги на ногу, она выяснила, что у него в Денериме есть сводная сестра, и он хочет с ней встретиться. Она с готовностью согласилась. Это, вероятно, было самым простым делом, которое она сделала за последние месяцы.

Если бы она знала, какой катастрофой обернется Денерим, она, вероятно, пропустила бы это и попыталась найти другой способ разыскать Дженетиви. Сначала они отправились уладить все с Марджолейн, поскольку она была первым местом, на которое они наткнулись. Они убили ее, оставив Лелиану в слезах по необъяснимой причине.

Следующей была сводная сестра Алистера. По ее мнению, ее тоже следовало убить. Она не могла вспомнить, когда в последний раз встречала такую грубую, раздражающую, жаждущую наживы женщину. Может быть, Изольда, но ей показалось, что имя Голданна ей подходит. Алистер был вне себя. Он думал, что она захочет познакомиться с ним, ведь они были семьей. Она успокоила его, сказав, что у него есть люди, которые заботятся о нем. Но он все равно хандрил.

Когда они нашли дом Дженетиви, то обнаружили мужчину, который утверждал, что является его помощником, но вел себя странно. В итоге они убили мужчину, прежде чем обыскать дом. Они нашли еще одно тело, которое, как они предположили, было настоящим Вейлоном, помощником Генетиви, а также некоторую информацию, указывающую на маленький городок под названием Хейвен, фальшивый Вейлон пытался направить их к озеру Каленхад. Они покинули его дом, надеясь, что никто не обратил внимания на то, как они входили или выходили.

Поначалу в таверне было здорово. Все немного выпили и расслабились. Затем до них стали доходить все новые и новые сплетни о том, как Серые стражи убили короля, а Логэйн сделал то, что должен был сделать, чтобы спасти Ферелден.

В итоге она затащила агрессивно настроенного и очень пьяного Алистера в их комнату, где он быстро отключился. Она долго принимала ванну, чтобы расслабиться, прежде чем лечь в постель. Через несколько часов она услышала стук в свою дверь, и Зевран, стоявший на пороге, сообщил ей, что Стен и Огрен возвращаются туда, где они оставили Шейлу, за город, поскольку было трудно объяснить появление голема. Он объяснил, что их выгнали из таверны за то, что они затеяли драку.

Сарейна вздохнула и направилась к бармену, чтобы спросить, не могут ли они как-нибудь компенсировать причиненные неудобства. Он слегка улыбнулся и сказал ей, что, если она оплатит их счет и еще оплатит их номера на ночь, это покроет все расходы. У нее чуть глаза не вылезли из орбит, когда она услышала, что за ночлег взимается групповой счет, но оплатила его и поплелась обратно в свою комнату, чтобы попытаться немного поспать.

Чудеса Тедаса оказались хуже всего. Она оставила всех, кроме Морриган и Винн, в Таверне и отправилась собирать компоненты для заклинаний и ядов. Винн и Морриган начали препираться о том, кто и сколько чего получит, как только вошли.

Сарейна на мгновение подумала, что это, должно быть, сон. Она никак не могла видеть, как двое взрослых толкают друг друга и обзывают, пока она пыталась сделать покупки. Очевидно, они оба пытались использовать магию друг против друга. Жутко спокойный владелец сообщил им, что там установлен антимагический щит. Сарейна быстро собрала все товары и заплатила за них. Рассыпаясь в извинениях перед владельцем, она вытащила двух магов из магазина.

Винн оказалась не такой спокойной и собранной, какой притворялась. Возможно, она просто пыталась быть безмятежной и невозмутимой, желая, чтобы ее считали самой мудрой в группе. Она была спокойной в лагере и в основном во время их путешествий, но, казалось, у нее случались вспышки гнева; скорее, это было вызвано разочарованием. Также, казалось, ей было трудно приспособиться к жизни вне Круга. И если Сарейна была честна, она знала, что Морриган - безнадежное дело. В следующий раз она просто возьмет у них список и заберет все сама.

Наконец, выбравшись из Денерима, она посоветовала им всем остаться на ночь и поставить свои палатки. Она провела спарринг с Алистером, пока он не попросил о перерыве из-за усталости. Поэтому она спарринговала с Зевраном, пока, наконец, не почувствовала себя более человечной и не почувствовала, что вот-вот взорвется.

Она пропустила ужин и забралась в свою палатку, предупредив их всех, чтобы они ее не беспокоили. Она лежала в палатке, пытаясь понять, что делать дальше и что делать с ее ссорящимися товарищами. Уже несколько часов было темно, а Алистер так и не ложился спать. Тогда она вылезла из палатки и увидела, что все разошлись по своим палаткам, а Алистер сидит у костра и читает книгу.

Она слегка нахмурилась, Алистер действительно был довольно умным, хотя иногда и наивным, но обычно он не читал допоздна. Она подошла и села рядом с ним.

- Что ты читаешь? - Тихо спросила она.

Из дневника Мэрика следует, что Дункан был лишь немногим моложе нас, когда встретил Мэрика. Мне до сих пор трудно поверить, что он был вором и убийцей. Но в дневнике говорится, что сам Дункан подтвердил это. Я не знаю, как к этому отнестись; он всегда был так добр и терпелив со мной. - Алистер выглядел несчастным.

- Когда ты становишься Серым Стражем, твое прошлое не имеет значения, потому что ты становишься частью чего-то гораздо большего, чем ты сам. Во многих отношениях людям дается второй шанс. Это напоминает мне о Легионе, независимо от того, что ты делал или кем ты был, как только ты вступаешь в Легион мертвых, тебя уважают, потому что ты жертвуешь собой, чтобы спасти других. И не только это, но можешь ли ты представить, что через тридцать лет будешь таким же, как сейчас? Сарейна пожала плечами, не зная, что еще сказать.

Алистер улыбнулся.

- Спасибо, я думаю, иногда у меня в голове заседает идея о том, кем или чем должен быть человек. Мне нужно помнить, что Серые стражи бывают разного происхождения. - Он встал и протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Как только они встали, он кивнул в сторону их палатки. - Пойдем? - И Сарейна последовала за ним.

На следующий день все, наконец, пришли в себя. Они направились к озеру Каленхад, и Сарейна захотела узнать, зачем фальшивый ассистент хотел, чтобы они отправились туда. Они неделями брели в холодную погоду, надеясь, что снег еще какое-то время не доберется так далеко на север.

Когда они добрались до озера Каленхад, то обнаружили, что с этим было только больше хлопот. Там был мусорщик, который сказал, что меч Стена находится в Орзаммаре у человека по имени Ферин. Когда они спросили о Дженетиви, бармен начал вести себя странно, а затем признался, что ему было велено ничего о нем не говорить. Как только они вышли из бара и гостиницы, на них напала странная группа мужчин, с которыми они быстро расправились.

Группа решила отправиться в Орзаммар и подвести там кое-какие итоги, прежде чем продолжить путь в Хейвен. Ей показалась невероятно ироничной мысль о том, что Стэн, который вообще не хотел отступать от цели покончить с мором, без проблем отправился на несколько недель в поход за мечом. Жаль, что меча там тоже не было.