# Мурка2

Михаил Сергеевич Поляков

То, что мне нравится, всегда моё. Объясни это своим гостям.Я в доме хозяйка.

"Мурка"

КОШАЧЬИ ТРЕБОВАНИЯ К ВЛАДЕЛЬЦУ -

1. Я в доме хозяйка. Объясни это своим гостям.

То, что мне нравится, мое.

То, что я увидела первым, мое.

То, что я схватила, мое.

То, что кажется моим, мое.

То, что у меня было, всегда мое.

То, что я могу отнять, мое.

То, чего несколько штук, ВСЕ мое.

То, что ты выпустил из рук, автоматически становится моим.

Если это мое, оно никогда и ни при каких условиях не станет твоим.

То, что никому не нужно или невкусно, МОЖЕШЬ ОСТАВИТЬ СЕБЕ!!


Мурка, с самого начала, считала себя хозяйкой всего дома, а всех живущих в нём своей прислугой. Без её кошачьего разрешения в доме не должно было ничего происходить. А если этот порядок нарушался, то виновника незамедлительно ждала тяжёлая кара и воспитательный процесс с оргвыводами с применением бинтов, йода и шаманских камланий.

Карала Мурка просто, эффективно, но изобретательно. Диапазон карательных мер был широк и простирался от кошачьих зубов и когтей до самых изощрённых мер воздействия. Иногда казалось, что у Мурки в голове сидит живой человеческий ум, слегка сошедший с колёс из-за того, что он вынужден подчиняться кошачьим инстинктам. В принципе Мурка много и не просила . Первое, чтоб её кормили и ни чем попадя, а тем что она выбрала из того многого, что ей как любимице внучки предлагалось. Второе, чтоб этого, чем её кормят, было подано ей вовремя и когда она этого захочет. Третье - само собой, спрашивать у неё разрешения в виде лакомства и т.д. И не дай бог её обидеть словом, а ещё пуще - делом. И последнее: ей можно всё, остальным надо почаще спрашивать у неё разрешения о том, что им разрешено, а о чём, лучше и не спрашивать.

Первым объектом своего воздействия Мурка выбрала дедушку, который по её мнению совершенно незаконно считал себя самым главным в доме. Полностью игнорируя её королевскую и неслышную поступь. Мало того он на неё кричал, что совсем не лезло ни в какие рамки, а сегодня пнул, когда она ему намекнула когтями и зубами, что он ей мешает сосредоточиться на диване. Деда следовало проучить жёстко и немедленно. Так как на когти и клыки маленькой кошки он практически не обращал внимания, то человеческая часть мозга заработала с учётом всех составляющих.

Сначала пропал один из дедушкиных личных и любимых тапочек. Утром, Дедушка очень долго искал свой любимый тапочек. Тапка не было. Хромая в одном тапке по квартире, он заглядывал везде и под всё. Поднял всех женщин, справедливо полагая, что это кто-нибудь из них положил его тапок на то самое место, где он лежать и в помине не должен. И уж конечно в последнюю очередь он заглянул на кухню, и уж в самый распоследний момент в Муркину миску для питья. Само собой миска была самая, что ни на есть фирменная из блестящей нержавейки и объёмная. Тапочек лежал в миске, в воде, слегка покусанный, видимо, чтобы воде было легче проникнуть вовнутрь во все поры и части. Он мокро топился швами и резиной подошвы грустный и брошенный. Мурки рядом естественно не было.

- За-ра-за! - взревел Дедушка,- Вы только посмотрите, что Ваша кошка сделала с нашим тапком,- обличил он всех, выделив, что кошка не его и целиком женская сущность. А вот его тапочек, это не просто общественная ценность, а практически сокровище мастеров древнего мира и достояние человечества. Женщины промолчали, но подумали, что Мурка отчасти была и права. Мурка философски смотрела на все это с кухонного шкафа, находясь в абсолютной безопасности. Жмурилась от удовольствия. Попробуй - достань.

Когда дед, уехал на велосипеде на работу, она слезла и лично проследила за тем, что произошло с тапочкой. Тапочек был отжат и вывешен на верёвки улицы, куда Мурке было запрещено появляться, и следили за этим все очень строго. Дедушка к ночи забыл об инциденте, попутно высказав по приходу с работы своё неудовольствие всё ещё мокрым тапком. Он плюхнулся в любимое кресло и с удовольствием начал просмотр телевизионных передач. Он и не заметил вовсе, что не меньшее удовольствие испытала наблюдавшая за ним со шкафа Мурка.

- Где, мой тапок? Снова эта чёртова кошка? Утоплю в ванне! За-ра-за! - раздалось утром в квартире вместо звонка будильника. Мурка стремглав мелькнула на шкаф. Дед, уже привычно и громко, бродил по квартире в поисках тапочка. Конечно, все "разбудились", и в первую очередь проверили Муркину миску. Оказалось, что у Мурки, как у хорошего гения, решения не повторяются, а становятся ещё более изобретательнее. Тапок, утром - так и не нашли. Дедушка высказал по поводу кошки и всего, заодно женского пола, который не может за ней усмотреть, огромное количество громких и специально придуманных им комплиментов. Женщины стали доброжелательно посматривать на второй тапок и на Мурку на шкафе. Мурка слазить не желала. Дед ушёл на работу с велосипедом, злой и не оттапочкенный. И только вечером, все узнали о Муркином усовершенствовании.

Картина шрифтом. Дед, без тапочка, нахохлившийся, но довольный, добрался до телевизора. С удовольствием уставшего за день человека, он опустил свою пятую точку на любимое, только его, кресло напротив телевизора. И заерзал в кресле, устраиваясь поудобней. Мурка уже была на шкафу, наслаждаясь. Женщины подозрительно посмотрели на Мурку, потом на Деда и не ошиблись.

- За-ра-за! - подпрыгнул с кресла Дедуля, багровея и держась рукой ниже спины. Он как бы отжимал нижнюю часть одежды и тела. Мурка удовлетворенно облизнулась и с видом, сделавшего всё, что в её силах человека, стала облизывать лапы, умываться, чесаться и вообще - она тут ни при чём. Дед умчался переодеваться. Женщины умчались, кто куда. Жена и старшая дочь вдвоём бросились успокаивать деда, младшая, умчалась с мокрым тапком - сушить его феном. А внучка бросилась спасать бедную кошку от стресса и разбушевавшегося Дедули. Эта хитрюга Мурка, ночью, намочила основательно дедушкин тапочек в своей миске. Вдоволь с ним поиграла, а затем перетащила мокрый тапочек к нему на кресло под покрывало. Естественно, что к вечеру, Дед сел, в абсолютно мокрое, по немогу кресло. Сразу не понял, пока трусы и брюки не пропитались влагой, а дальше вы уже знаете.

- Зато тапочек нашли, - сделала вывод внучка, прижимая виновницу к себе, подальше от дедушки.

Мурка не могла стерпеть Дедовы откровения по - поводу её удачно провёрнутой аферы с тапочками, за которыми дед следил теперь так, что хоть сигнализацию ставь.

- Придумал,- заорал дедушка, довольный и радостный,- щас она у меня узнает, как мои тапочки в миске мочить!- вопел он довольный на всю квартиру, раздеваясь у двери.

- Где она? А ну, несите её сюда! А ей покажу Арарат на картинке! - развоевался он.

И победно выставив ладонь поднятой вверх руки, показал всем маленький, изящный, розовый ошейник со звонким и блестящим колокольчиком на нём.

Мурка попыталась скрыться, но всем, было так интересно, как ей будет с колокольчиком, что даже внучка приняла самое активное участие в одевании его на шею кошки. Весь день, а колокольчик надели в пятницу утром, Мурка не могла понять, что происходит и откуда звон. И главное, почему все знают, откуда она хочет выпрыгнуть и вцепиться когтями в ногу бабушке. Все наперебой хвалили ошейник, за его звонкость и чувствительность колокольчика, кроме кошки. Дедушка ходил героем, спасшим отечество от гибели. Не забывая тщательно оберегать возле себя потрёпанные тапочки, он даже способ придумал. Брал шестнадцатикилограммовую гирю и ставил сверху на тапки. Мурка нагло ухмылялась на шкафе, пытаясь понять этих бесхвостых и бестолковых слуг, нервно, но изобретательно звеня колокольчиком.

Но недолго радовалась семья Муркиной обновке. Да, вы совершенно правы, милый читатель - наступила ночь. А ночью все кошки охотятся. Колокольчик звенел в ночной тишине не переставая, не давая расслабиться и закрыть глаза всем в квартире. Теперь уже, проклиная ошейник, все проснулись, вернее, встали в два часа ночи, повключали свет, и устроили сафари за Муркой. Мурка носилась по стенкам, холодильнику, под, над, вдоль, поперёк, но народ практично закрыл все двери. Загнал зверя в одну комнату. И, наконец, в три часа ночи, Мурка была отловлена всей семьёй и с облегчением лишена предмета гордости деда. Все уснули спокойно, кроме Мурки.

- За-ра-за!- уже привычно, услышали утром женщины, работу, включенного Муркой ночью будильника. Мурка не повторялась с усердием профессионала.

- Ах ты! Подлая! - и Дедов тапок просвистел на шкаф. Мурка изловчилась, поймала тапок и устроилась на нём поудобней.

- Ну, я тебе вечером устрою Куликовскую битву,- пообещал дед, ловко попадая в кошатину вторым, запущенным с учётом первого, тапком. От чего усатая распушилась и стала почти вдвое больше, а хвост увеличился раза в четыре. Внучка побежала за фотоаппаратом, дед помчал пешком на работу, велосипед с пробитыми Муркиными когтями и спущенными резиновыми колёсами сиротливо стоял в прихожей. Женщины совещались. Внучка просила вернуть дедушку, чтобы он ещё раз напугал Мурку. Мурка умывалась в центре семейного внимания довольная и сытая. Семейный совет решил - колёса починить, Мурку спасти, внучка голосовала за троих.

Вечером, починенный, накачанный воздухом велосипед встретил деда в прихожей, а Мурка была на шкафу.

- Она опять что-то задумала,- рычал дедушка, вставляя колёса велосипеда в разрезанную резину протектора от колёс мотоциклета на ночь. - Где колокольчик ? Куда подевали?- ошейник почему-то никто не мог найти. Кое-как, предварительно накормив мужчину, спокойствие было восстановлено.

И тут Дед, под вечер, вытащил штангу, что делал каждый день, и занялся её поднятием. Штанга была тяжёлая, килограмм сто, а дедушка работал тренером у молодых штангистов. Подняв штангу и положив на плечи, дедушка приготовился выжать её вверх. И не успел.

- Заа-ра-за!- выдохнул он напрягаясь, а женщины вылетели в салон, удивленные несвоевременным срабатыванием утреннего будильника.

Мурка, каким-то образом просекла, что дед, под стокилограммовой штангой не может двинуть, ни ногой, ни рукой. Она прямо по его мускулистому организму, при помощи когтей на лапах, по ноге бедру, боку, на грудь, вскарабкалась на плечи. И самым наглым образом уселась на блины, над правым дедушкиным плечом. Штангу, вместе с дедушкой, немного повело вправо вниз. Мурка держала баланс. Дед держал штангу. Все остальные держали паузу. А эта лисица, в кошачьей шкуре, вытянулась всей усатой и ушастой мордой, к побагровевшему от натуги, лицу деда. И вопросительно повернув на бок мордочку, смешно шевеля ушами, носом и усами, при этом нервно дёргая кончиком хвоста. Она попыталась заглянуть ему в глаза...- Мол, что съел? То ли ещё будет!

- Муууурочка-а-а-а, Дееееда - не шевелись! Не вспугни Мурку! Я сейчас, фотик несу! - умчалась из салона внучка. Дед попытался вдохнуть, чтоб сказать, Мурка подняла брови, расширила зрачки, и начала облизывать когти на правой лапе, удерживаясь на трёх и грозно поглядывая на собравшихся домочадцев. Все кроме Дедушки могли ждать спокойно. Дедушка вспотел, надулся, но ждал. Чего ради внученьки не вытерпишь.

- Солнышко поспеши, а то у дедушки не очень лёгкая штанга на плечах, - пожалела дедушку бабушка.

- Да ну её эту фотку, папа хватит, у тебя ноги дрожат! Клади штангу, а то помогать начнём,- ещё больше пожалела папу старшая дочь и бросилась вперёд к штанге. Её придержала бабушка.

- Сейчас шваброй собью! - обеспокоилась, то ли успокаивая деда, то - ли возбуждая свой боевой дух, младшая дочь, появляясь из далека балкона со шваброй наперевес.

- Деда улыбнись - я снимаю!- вспыхнула молния фотоаппарата в руках внучки. Дед изобразил что-то среднее между оскалом акулы и счастливой улыбкой победы. И, последней, дедушку пожалела кошка. Она слетела с недовольным мяуканьем с блинов на штанге и проворно упорхнула на шкаф.

Дедушку долго отпаивали, жалели, массировали, благодарили, успокаивали и восхищались его силой всем женским коллективом, за исключением кошки. Дед млел от заботы и внимания. Женщины укатали штангу на место. Внучка, счастливая, хвасталась фоткой с дедом и кошкой на штанге в Интернете, перед подружками. А Мурка задумчиво оглядывала поле боя своих владений. Приближалась ночь, время охоты.


А как мы её всем скопом, в смысле домом, и роднёй к ветеринару водили, то есть возили, хотя больше тащили, когда смогли поймать, после того, как час загоняли в комнату одним выходом - коррида, бой гладиаторов, спасение мира и большой театр сразу в триллерах и тёмных силах тьмы. Тут ночной дозор и дневной дозор - детская прогулка, а Фредди Крюгер, со своей рукой, добрейший пацан с рынка, нанятый рыбу чистить заботливыми феями. А как с ней ветеринар общался, а как назад тащили ....

Это она, на фото, прям сама безмятежность во сне. Но характер и амбиции королевские... Правда, пушистая, сладкая кошечка? А вот я, почему-то сразу, вижу сначала её когти, наверно условный рефлекс, у меня, теперь. Она каждое моё движение сторожит, куда там собаке. Соседская собака её обходит, хотя больше её раз в пять. Я, больше её - раз в пятнадцать-семнадцать, но тоже - лишний раз остерегаюсь рискнуть здоровьем. А пока, я пойду, проверю свои тапочки, она на них вчера спала, надо будет у дедушки вторую гирю выпросить, на время, позаниматься...

Сегодня по радио рассказывают, как кошка, охотясь на попугая, подняла панику в ресторане. Спецназ вызывали. Встал, пошёл, проверил - на месте ли Мурка? А то - обещано вознаграждение!

Мурка4

Дед пришёл простуженный. Грустный и больной, Он даже не обратил внимания на кошку и сразу,молча,слёг на диван. Мужчина не должен стонать, плакать или жаловаться, иначе, как на него могут опереться слабые женщины? Болела голова от каждого движения. Мысль о еде не вызывала обычных положительных ассоциаций. Глаза страдали от света и требовали отдыхающей темноты. Женщины тихонько укрыли Деда верблюжьим одеялом и попытались узнать,что за симптомы и как помочь. Дед даже больной находился в своём репертуаре.

- Не мешайте болеть женщины! Ещё вирус подхватите!- Взрычал он и сжал зубы, головная боль не отпускала. Дед прикрыл глаза и тревожно задремал, убедившись, что оставлен страдать в героическом, но гордом одиночестве.

- Апппппччччххххи! - гулко чихнул дедушка и в ответ услышал ласковое - Мяв-Мяв! - пропела Мурка, распластавшись на дедовой груди и внимательно гипнотизируя дедушку глазищами на усатой морде.

- Что замёрзла! Ладно лежи, а то ещё заболеешь!- без агрессии подумал и сказал дед, снова чихая.

- Ну точно больной,- подумали женщины, услышав такое о кошке из уст их домашнего мужчины.

- Апчхиииии!!!

- Мяв-мяв!-повторила Мурка , вместо будь здоров и заурчала убаюкивая размеренным чередованием постоянно излучаемого блаженства и тепла.

Дедушке стало хорошо и спокойно, ему снился родной Ереван и Армянские просторы, мамины руки и счастливые лица родных,ещё живых родственников. Он не видел и не слышал, как ходили на цыпочках его женщины, заботливо укрывали его и Мурку вторым одеялом и выключили свет. Дедушка витал и парил в снах, согретый теплом и уютом своего дома, сконцентрированным и ласково направленным на него пушистой проказницей.

Утром, первое, что услышали женщины, это было привычное...

-Зараза!Ты что на мне разлеглась! А ну брысь! На место,- зарычал дедушка возвещая всех о выздоровлении. - Хоть бы покормили! А то,- Одни кошки по дому бегают! Есть хочу.- Потребовал он и чихнул.

- Мяв-Мяв!- тут же поздравила и пожелала Мурка, проворно шмыгнув на кухню.

- Странно, даже не укусила,- подумал, удивляясь дед, забыв о вчерашнем происшествии. С тех пор, где бы дед не чихнул или кашлянул, - появлялась Мурка, говорила "Мяв-Мяв" и не отпускала его, не проверив и не пожелав здоровья, как бесшумное ,но грациозное приведение, заботящееся о близких людях.