# Мы стругаем сосну, корабельные крепкие доски...

Константин Геннадьевич Помренин

Мы стругаем сосну, корабельные крепкие доски.

Надо, друге, спешить. Ведь закончился летний сезон.

Непонятно ругается кормчий Евсин по матроски.

Что ж, он прав: мы утонем. Ведь нас поведёт не Ясон.


Наш отважный стратег - убелённый сединами воин.

Разумеется, он деловит и немного суров.

Безусловно, доверия избранный нами достоин.

Но не лучше ли было б нам всем воротиться под кров.


Пара женщин (что нас, не скупясь, наделила природа

В этой местности скал и убогих селений людей)

Никого не влечёт. Не сложить и паршивую оду

(Будь ты трижды поэт) про вульгарных портовых блядей.


Как мы можем ограбить какой-нибудь стоящий город?

Нас и тысячи нет. И героев не вижу средь нас.

Эй ты, раб, шевелись! Или ты недостаточно порот?

Или, думаешь, мы повернём, уж теперь, в этот раз?


Так вернуться в Афины - ославиться на удивленье

Всем соседям. Уж, лучше бы было тогда утонуть!

И ни славы тебе, ни добычи и ни песнопенья.

Хоть могли бы те двое из нашей таверны всплакнуть.


Нет, закончим дирему, и завтра, немедля, - в дорогу.

Пусть Эол нам наполнит мидийской работы холсты.

Мы быка отдадим Посейдону, суровому богу.

Впрочем, хлевы в соседних селеньях давно уж пусты.


Эй, страдальцы, морские бродяги, лихие гоплиты,

Мы вернёмся домой, и от золота будет слепить!

И на наши могилы положат сограждане плиты,

Начертав по эллински: мол, славу лишь кровью купить.


- 1996 -