# Одинокий странник Планемо

Виктор Сергеевич Решетнев

Есть планеты, которые путешествуют в Космосе одни, но и на них тоже может быть жизнь. Да что там жизнь, на них есть Любовь - да ещё какая...

Одинокий странник Планемо


Когда-то дед Витя мне рассказывал, что существуют такие планеты, которые путешествуют сами по себе. Они не привязаны к звёздам, может быть, когда-то и были привязаны, но потом почему-то эту связь потеряли и теперь блуждают одинокие по просторам Вселенной. Называются такие объекты - планемо*. А ещё дедушка говорит, что когда-нибудь наша Земля тоже превратится в планемо. Не сама по себе, конечно, оторвётся от Солнца и отправится восвояси, а станет такой по воле людей. Примерно через восемьсот миллионов лет, что по меркам Вселенной не так уж много, наше светило начнёт расширяться, на Земле станет жарко, и человечество (если к тому времени оно уцелеет) будет вынуждено спасать себя и родную планету. Но как?

Дедушка говорит, что это не так уж и сложно. Надо лишь с одной стороны Земли, желательно где-нибудь на полюсе - Южном или Северном, но никак не на экваторе, чтобы не нарушить её вращения, поэтому скорее всего на Южном, так как там материк, установить термоядерный реактор с зеркальным отражателем, включить его на полную мощность... и в путь. Фотоны света, воздействуя на зеркало отражателя, придадут Земле дополнительный импульс, она сдвинется с орбиты и вместе со всеми её обитателями отправится в Космос. Останется только найти подходящую звезду по параметрам сходную с молодым Солнцем, подлететь к ней, затормозить в нужном месте, закрепиться на орбите и вращаться вокруг него уже новые миллиарды лет. Ну, а, чтобы атмосфера Земли не растворилась в межзвёздном пространстве, когда мы будем лететь-путешествовать, люди сделают вокруг неё стеклянный купол на высоте примерно в сто километров. К тому времени, когда это произойдёт, такая постройка уже не будет слишком сложной для человечества. Люди и их умные помощники роботы, разовьются к тому времени до такой степени, что сделают это запросто. Конечно, если не уничтожат друг друга...

Такое будущее для нашей Земли предсказывает дедушка, и я ему верю, и в интернете я читала, что существуют такие планеты-сироты (мне не нравится это название, я бы назвала по-другому: планеты-странники), но по-научному их называют - планемо. Вот я и подумала, раз у нас есть время, да и РобоАлиса с Кэтикой нам советовали побывать на такой планете и в какой-то мере посмотреть своё будущее, то неплохо бы на ней побывать. Я сказала об этом дедушке, и ему моя мысль понравилась.

- Сейчас свяжусь с Изриком, - сказал он, - и попрошу его устроить нам такую прогулку.

Дед Витя нажал на кнопку браслета, и тут же последовал ответный сигнал.

Изрик согласился выполнить нашу просьбу, да я и не сомневалась, что он это сделает. Он много чего перенял от дедушкиного любимчика Изи, поэтому, как только мы получили от него сигнал, то через мгновение уже мчались по пятам одной такой одинокой планеты. Мы её вычислили по лучу от зеркала, светившего в Космосе, словно путеводная звезда. Да и сама планета поблёскивала на звёздном небосклоне своей стеклянной оболочкой. Я даже успела заметить, что она не вся поблёскивала, одна из её сторон оставалась тёмной. Вероятно, жители её привыкли спать в темноте и не хотели расставаться с этой привычкой. Гнались мы за планетой-странником недолго, потому что наша ракета летела гораздо быстрее. Настигнув её, мы связались с жителями, и они с радостью нас впустили. После этого мы с дедушкой забрались в скоростной лифт и спустились в нём на поверхность, где нас сразу же окружила толпа встречающих. К деду Вите подошли тамошние учёные и давай его обо всём расспрашивать. Потом потащили его на какие-то конференции, официальные встречи-мероприятия, ну а мне предложили пойти в школу. Я согласилась, потому что понимала, что уже отстала от сверстников на Земле. Правда, я совсем забыла, что мы вернёмся к нашему отлёту, и по времени я ничего не потеряю, но для меня ведь время текло по-прежнему, а я не занималась, так что многое уже действительно подзабыла, поэтому школа для меня была сейчас - самое то.

'Может быть, с кем-нибудь познакомлюсь, - размечталась я, - или даже подружусь. С какой-нибудь девчонкой!?'.

Хотя на самом деле подружиться мне хотелось с мальчиком, поэтому, когда дедушка вернулся с очередной конференции, я ему прямо сказала:

- Хочу в школу!

Дед Витя сделал вид, что поверил, отправился в местную администрацию, где ему на выбор предложили два варианта: особую школу с математическим уклоном и обычную, в которой когда-то училась я до перехода на удалёнку.

- В какой школе хочешь учиться? - поинтересовался дедушка.

'Ни в какой', - чуть не выдала я, но решила не нервировать дедушку, а потому сказала, что в обыкновенной.

- В обыкновенной, так в обыкновенной, - согласился он и записал меня в среднюю школу номер 50 - БИС (Бодрая, Интеллектуальная, Современная) в 8-й 'А' класс.

В этой школе было ровно пятьдесят классов, и в том, куда меня записали, училось 15-ть человек: семь девочек и восемь мальчиков...

Да, я забыла сказать, что эта летящая в межзвёздном пространстве планета, была словно вторая Земля, и её жители были совершенно на нас похожи, словно две капли воды. Наверное, не только код Жизни, но и код Развития одинаковы во всей Вселенной. Иначе земные динозавры, будучи очень страшненькими, никогда бы не превратились в симпатичных разумных существ...

Но вернусь к своему классу, 8-му 'А' (я уже называю его своим) и напомню, что мальчишек в нём было на одного больше, чем девочек.

'Один мой, - сразу решила я, - но кто он?'.

Пятнадцать не делится надвое, кто-то должен был сидеть за партой один. Я окинула взглядом пространство класса и нашла такового. Это был паренёк: худенький, бледный, курносый. Правда, курносым он был совсем чуть-чуть... но всё же. А когда зазвенел первый звонок, и на первой перемене я нечаянно столкнулась с ним, то к своему неудовольствию обнаружила, что он ниже меня ростом. Правда, тоже на совсем чуть-чуть, но это уже было вторым всё же...

Я посмотрела на учительницу, надеясь, что она посадит нас вместе, ведь это было самым простым решением, но я не угадала. Как говорит дедушка, в жизни всё идёт иногда не по самому простому сценарию, а по самому сложному. Так получилось и у меня. Играть в мою пользу на этой планете не собирался никто.

Тёма, так звали курносого парнишку, сидел за последней партой в крайнем правом ряду. Всего в классе было восемь парт и расположены они были в три ряда. В среднем ряду стояли две парты, и по три в крайних. К Тёме учительница пересадила девочку с левого ряда, сидевшую возле прохода на второй парте, а меня посадила на её место. Теперь, чтобы посмотреть на парнишку даже искоса, мне нужно было повернуть голову немного назад.

Но я решила показать себя в новом месте боевой девчонкой и никого не стесняться. Парнишка мне сразу понравился, и терять мне было нечего. На этом Планемо, а планету именно так называли, поэтому я пишу её с большой буквы, мне предстояло учиться максимум месяц, то есть ровно столько, чтобы время сравнялось здесь и на нашей Земле. По подсчётам дедушки это должно было произойти через месяц, а пока и тут, и там мы жили параллельно. Вернуться обратно мы не могли, чтобы не столкнуться с нашими вторыми я. Надо было подождать, пока они (или мы, я уже запуталась) заберутся в чёрную дыру и отправятся в путешествие.

'Непонятные метаморфозы, - думала я, - мы с дедушкой здесь и одновременно на Земле. Отсюда мы собираемся возвращаться, а там собираемся в первое путешествие. Если всё это рассказать Тёме, он будет удивлён. Вот и повод для знакомства'.

Но на переменках он меня избегал, избегал всячески и упорно, особенно после того случая, когда мы вновь оказались рядом и одновременно услышали возглас:

- Коротышка!

Кто-то прокричал это за моей спиной, и я знала, кто это сделал. Моя соседка по парте, кареглазая симпатяга Нора.

Тёму от этого возгласа будто ветром сдуло, и он больше на переменах ко мне не подходил. Оставалось смотреть друг на друга во время уроков: пристально, глаза в глаза. Ему это было делать легко, мне гораздо труднее. Все прекрасно видели, как я поворачиваю голову, хотя надо отдать должное, преподаватели не делали мне замечаний.

Но одними взглядами сыт не будешь. 'Любовь по письмам - что обед по телефону', - как кто-то сказал, не помню кто. Человеку нужно больше. Мы уже понимали оба, что нравимся друг другу, но как об этом сказать, как сообщить друг другу!?

Была бы я мальчишкой, то давно бы к нему подошла, я бы наплевала на мнение всех и сказала:

- Давай дружить! - сказала бы я, если бы он был девчонкой. - Давай будем вместе.

Но он не подходил ко мне и не говорил ничего. Он упорно молчал, хотя смотрел на меня всё пристальней и пристальней.

А время шло, и скоро мы с дедушкой должны были улетать. День отправления неотвратимо близился.

- Всё, - сказал однажды дедушка, - время и здесь, и там почти сравнялось. Через неделю мы должны улетать. На Земле мы уже не пересечёмся и не встретим самих себя. Надо потихоньку собираться-укладываться, и скажи, наконец, своему, чтобы он..., - дед на секунду замялся, - ладно, не говори ничего. Скажи только, что улетаешь. И сделай это завтра перед первым уроком.

Я выполнила просьбу деда, подошла к Тёме перед первым уроком и выпалила:

- Через неделю мы улетаем. - сказала я.

Сказала и села на место, и в течение всех уроков не повернулась к нему ни разу.

И вот раздался последний звонок, все ко мне подбежали и стали дарить подарки - мягкие игрушки. Даже Нора сунула мне миниатюрную лошадку.

- Приезжай к нам ещё, - говорили все, - мы будем ждать тебя.

- Хорошо, - отвечала я, - постараюсь. Спасибо за подарки.

Уложив игрушки в портфель и застегнув его, я поднялась из-за парты и сделала первый шаг к двери. Сделала его, как можно медленнее, как в замедленной съёмке, потому что сама старалась замедлить время... я всё ещё чего-то ждала.

И, наконец, дождалась. Кто-то взял меня за руку, крепко так, по-мужски, и остановил меня.

Я обернулась, это был Тёма. Взгляд его был решительным, лицо по-прежнему бледным, он дышал часто-часто, и рука его слегка подрагивала. Боковым зрением я видела, что мы сравнялись с ним ростом.

'Как он вытянулся, - порадовалась я, - немного бы раньше, и он бы не был таким стеснительным'.

- Поднимемся к стеклянному куполу, - предложил он, - и давай сделаем это сегодня!? Мне необходимо тебе что-то сказать.

- Поднимемся! - выдохнула я.

- Тогда до вечера, - Тёма отпустил мою руку, успев её незаметно пожать, - я буду ждать тебя в шесть часов у главного лифта города.

- Постараюсь быть вовремя, - пообещала я.


*****

И вот движущийся тротуар несёт меня к одному из высотных лифтов, связывающих поверхность с куполом. Меня слегка лихорадит в предчувствии встречи, но я держусь. На часах без пятнадцати шесть, я приезжаю чуть раньше, но Тёма уже ждёт меня. Мы садимся в прозрачный лифт и резко взмываем вверх. Вниз уплывают деревья, здания, горы и реки, леса и поля. Мы поднимаемся с невероятной скоростью. Небо над нами начинает темнеть, над головой зажигаются первые звёзды. Лифт тормозит. Вот и купол.

- Наше Планемо вертится, и день плавно переходит в ночь, - говорит Тёма, - пройдём на смотровую площадку.

Он берёт меня под руку, слегка прижимает меня к себе, и мы идём вместе - я и он, он и я. Почему у меня нет крыльев!?

- Ты знаешь, - говорит он, - таких Планемо, как наше, превеликое множество. Их гораздо больше, чем звёзд, поэтому не надо придумывать никаких тёмных материй. Ваш Млечный Путь и с обычной материей вертится так, как ему положено, не нарушая законов физики.

- Как тут всё блестит, - восхищаюсь я, одновременно пытаясь перевести разговор в другое русло, - это звёзды отражаются в стеклянном куполе?

- Он не стеклянный, - улыбается Тёма, - он алмазный, из самых чистых кристаллов. Толщиной всего десять метров, но очень прочный, поэтому выдержит любые нагрузки. Этот купол никогда не разрушится и будет оберегать нас, пока мы не достигнем намеченной цели - выбранной нами звезды.

- А почему он так светится? Кажется, что через него звёзды видны даже лучше, чем на Земле. А ведь у нас нет никакого купола, кроме атмосферного.

- Светится он оттого, что отшлифован до атомарного уровня. Алмаз после этого превращается в бриллиант, - голос Тёмы зазвенел от гордости, - самый большой в нашей Вселенной, поэтому он так блестит и переливается.

- Ого! - воскликнула я, - целая бриллиант-планета. Я уже была на одной такой...

Дальше мы поднялись по лестнице под самый купол и направились к смотровой площадке. Она была обустроенной - с перилами, чтобы за них держаться, и слегка наклонена к горизонту, чтобы можно было, не поднимая взора, любоваться звёздами. Оказалось, что Тёма не хуже моего деда знает астрономию и может часами о ней рассказывать.

- Мы летим к звезде Бета Волос Вероники. Она так зовётся по вашему каталогу. По земному, - уточнил он, посмотрел на меня и улыбнулся, - звезда эта совсем молодая, аналог вашего Солнца и расположена недалеко от вас, всего в тридцати световых годах. Скоро мы пролетим через чёрную дыру и окажемся в вашей галактике рядом с ней. Так что, если у нас всё получится, то мы вскоре станем соседями, и я стану наведываться к вам в гости, - Тёма снова взглянул на меня и опять улыбнулся.

А дальше его понесло. Он рассказывал о квазарах, о чёрных дырах, о туманностях, в которых зарождаются звёзды, о вспышках сверхновых и о крае Вселенной, где он хотел бы непременно побывать.

- Представляешь, - говорил он, и в его глазах в унисон звёздам загорались искорки (в этот момент он был необычайно красив), - край Вселенной, а дальше неведомое... и мы с тобой. Я бы очень хотел, чтобы ты это увидела... нет, чтобы мы это увидели вместе.

- Подожди, - прервала я его, - зачем край Вселенной, если мы здесь уже на самом краю.

'Вот он шанс!'. - мелькнуло в моём сознании.

Мелькнуло и осенило, что такого в моей жизни никогда больше не будет. Я положила ему ладони на плечи и тихо сказала:

- Я люблю тебя!

Тёма вздрогнул, посмотрел на меня удивлённо, но ничего не ответил.

- Я люблю тебя! - повторила я. - Люблю!

- Не сейчас, - еле выдавил он из себя, - не сейчас. Потом...

Он отстранился от меня, резко повернулся и побежал к лифту.

Я смотрела ему вслед и ничего не видела, кроме его спины. Слёзы застилали мои глаза, я всхлипывала и размазывала их по щекам. Никакие звёзды меня больше не радовали...

На следующий день я не хотела идти в школу.

- Полетели домой сегодня, - попросила я дедушку, - я даже согласна встретить на Земле самоё себя.

- Не переживай, - попытался он успокоить меня, - жизнь так устроена, что в ней бывает всякое. Но лично у тебя всё будет хорошо.

- Не будет, - всхлипывала я, - никогда больше не будет...

Но в школу, пусть и с опозданием, я всё же пошла.

- Пусть он посмотрит мне в глаза, - решила я...

Но Тёмы на уроках не было. Ни в этот день, ни на следующий, ни на третий. Появился он на четвёртый день, сразу подошёл ко мне и, не обращая внимания на учеников, с любопытством смотревших на него, сказал:

- Прости меня. Я подлец и не стою тебя. Я ничтожное существо.

- Не надо так, - ответила я тихо, - не надо на себя наговаривать.

- Я и не наговариваю, - он повернулся и проследовал на своё место.

На уроках друг на друга мы больше не смотрели...


*****

Через два дня мы с дедом Витей улетали с Планемо. В самый последний момент у входа в шлюз я заметила Тёму. Он смело подошёл ко мне, положил руки на плечи и посмотрел мне в глаза.

- Ты лучшая! - сказал он. - Я завидую тому парню, который будет с тобой.

- Да ладно, - ответила я, - но за эти слова спасибо!

Я притянула его к себе и поцеловала в щёку...

Расплакалась я уже в ракете.

- Не плачь, - утешал меня дед, - включай мозги и отключай чувства. Это жизнь.

- Сам включай, - ответила я сквозь слёзы и в то же время, смеясь, - Тёма обещал к нам в гости! И я его дождусь! Обязательно...


23 февраля 2026 года


* Планемо произносится через 'э' - Планэмо.

** Картинка взята из Интернета из свободного доступа