# Стивен Сигал, белый самурай

Юлия Валерьевна Ригби

приключенческий биографический роман

Юлия РИГБИ


Стивен Сигал,


Белый самурай


No 2015 -Юлия Ригби-Малахова (Yulia Rigby-Malakhova)

All rights reserved. No part of this publication may be reproduced or transmitted in any form or by any means electronic or mechanical, including photocopy, recording, or any information storage and retrieval system, without permission in writing from both the copyright owner and the publisher.

Requests for permission to make copies of any part of this work should be e-mailed to: altaspera@gmail.com


В тексте сохранены авторские орфография и пунктуация.


Published in Canada by Altaspera Publishing & Literary Agency Inc.


Об авторе.

Юлия Ригби ( Малахова)- художник-график, чьи работы хранятся во многих странах мира. Член Гильдии художников по батику Соединенного королевства. Пишет и публикует романы и детские сказки, оформляет поэзию и детские книги.

О книге. Книга написана после встречи с Сигалом и анализе его довольной закрытой жизни, особенно времен его сотрудничества с разведками и учебы и жизни в Японии.


Юлия РИГБИ


СТИВЕН СИГАЛ,


БЕЛЫЙ САМУРАЙ


Предисловие


Джозеф Сребро поправил жемчужную булавку в своем шелковом сером галстуке и закурил сигару. Передо мной, наивной девчушке из развалившегося СССР, сидел нереально роскошный мужчина- американец. Джозефу было за восемьдесят, но он умел блистать. Одетый во все жемчужно-серое, в шелковой рубашке и жилете, кашемировом пальто и невероятной шляпе, с затейливой тростью мой собеседник оглядывал сквозь сигарный дым шумный зальчик краковского кафе. К нам подковылял президент товарищества художников и поэтов "Меркуриуш" пан Чарномский, и, подмигнув старику, прошептал: "А ведь он легендарный репортер, бравший самого Аль Капоне! Вся Америка в двадцатые ждала его репортажей...". Я обалдело смотрела на Джозефа и лишь спросила: " А как Вам удалось о нем так интересно писать столько лет?". Джозеф лишь улыбнулся в ответ: "Чтобы знаменитый человек был интересен читателю не один день, вокруг его реальной жизни должно быть немало странных полумифических историй. Это на руку и писакам, и самому герою!"


Я вспомнила этот наш разговор с Джозефом, когда решила написать свою версию жизни удивительного нашего современника. Россия его любит по-особенному и называет Нико, по имени одного из киноперсонажей. Когда Стивен Сигал приезжал на Московский кинофествиаль в 2004 году, меня поразил пресс-релиз, который аккредитованным на его интервью и пресс-конференцию журналистам, выдали организаторы. Именно тогда я узнала, что самые яркие и интересные годы жизни Стивена покрыты завесой тайны. В справке тогда явно намекали на работу Сигала на ЦРУ, говорили о работе его советником по безопасности у генерала Норьеги и епископа Десмонда Туту, о том, как он расправился с японской мафией... Жизнь Сигала оказалась намного ярче и интересней фильмов, в которых он снимался. Сам Стивен в интервью почти не касается своего прошлого, он, как истинный Учитель, смиренно идет своей дорогой. Многие сегодня признают Сигала перевоплощенным тибетским ламой, он сам ссылается в этом тонком вопросе на рассказы своих Учителей. Его жизнь не может быть описана документально точно хотя бы потому, что спецслужбы весьма неохотно раскрывают свои архивы. Я же использовала только открытые источники. Сознательно опустив мутные судебные скандалы с продюсером и вымоганием мафией денег у моего героя, с заявлениями его подруг и т.д. и т.п. Меня интересовало другое- как белый, американец ( с русско-монгольскими корнями!) смог стать самым уважаемым учителем боевых искусств в Японии, как он покорил Голливуд и что он думает о жизненном Пути человека. Конечно, многие части этой книги- лишь мои предположения, так как приходилось искать по крупицам информацию о юности моего героя. К примеру, я знала, что Норьега тайно изучал вуду, тогда и появилась на страницах истории Сигала моя Люсия. Пан Чарномский - отличный экономист и журналист- преспокойно живет в Англии, организация "Меркуриуш" и ее старик-гардеробщик существуют на самом деле. Они помогают поэтам и художникам и являются центром интеллектуальной жизни Кракова. И только - как я надеюсь.


Многие фрагменты книги сложились из моих записей встречи с Сигалом во время его приезда в Москву, что-то он сказал в интервью другим людям. Мне кажется очень важной его последняя фраза, которой заканчивается эта книга.


Выражаю свою искренню признательность моим добрым и мудрым советчикам- Вадиму Вязьмину, основателю школы боевой йоги Дхарма Марга, вице-президенту Национальной федерации боевых искусств и кинезиологу Амиру Туктарову, кандидату медицинских наук. Помогло мне и частое посещение виртуального додзе Андрея Смирнова- русского ученика Сигала.


Мне кажется, жизнь этого истинного чужого среди своих и своего среди чужих давно заслуживает доброго внимания.


. Наш рассказ совсем не претендует на точное биографическое повествование. Скорее- это одна из сотни версий пути знаменитого белого самурая, которого многие сегодня считают одним из перевоплощений тибетского ламы...


Посвящается всем мальчишкам, мечтающим о приключениях и великих свершениях


Глава первая


ДОВЕРЬСЯ МИРУ!


- Почему европейцы никогда не смогут овладеть тайнами Айкидо? Да потому что они всегда встревожены чем-то. А тревога- это сестра недоверия. Если ты доверяешь миру, он отвечает тебе тем же. Ты понял?


-Да, учитель.


Стив медленно поднялся и пошел к двери. В этот момент вошла Она. Девушка с улыбкой феи и набором для чайной церемонии. В небольшой комнатке к ароматам благовоний добавилась нотка какого-то безудержного весеннего сумасбродства. Цвет молодой, наливающейся соком вишни и благородная древесина сандала окутывала тебя и брызгала в колотящееся сердце капельку холодного, озорного и соленого океана Непознанной Гармонии.


Стивен вдруг понял, что сейчас происходит что-то очень важное, что обязательно наложит отпечаток на всю его жизнь. Девушка, с поклоном поставив перед отцом столик с чаем, по-детски надула губы и мельком бросила взгляд на остолбеневшего громилу.


Ее глаза цвета спелой сливы и нежнейшая кожа, соперничающая с драгоценной рисовой бумагой для свитков, волна графитовых шелковых волос и умело подведенные брови выдавали искусную соблазнительницу. Стив онемел. Он жил не первый год среди японцев, но такого с ним еще не случалось. Сердце защемило от странного чувства невосполнимой потери, вдруг стало очевидно: все, что случалось в его жизни, не имело смысла, потому что без Нее жизнь - лишь череда событий и упражнений. Эта же юная невысокая девушка в алом шелковом кимоно - смысл этой жизни, тайна мироздания, ответ на вечные вопросы, которые мучили мудрецов из века в век. Захотелось упасть перед этой Женщиной на колени, зарыться в душистые складки ее изысканных шелков и ощутить то вечное сладостное чувство обладания Истиной, которое придает уверенность каждому младенцу, сосущему упругую материнскую грудь. Перед ним стояла Кодзин - великая Богиня любви...


------------------------------------------------------------------------------------


Глава вторая


УЛОВКА КОДЗИН


- Ты разве не знаком с моей дочерью, Такэ? Это же Мияко. Кстати, ко всем двенадцати искусствам японки она добавила и еще одно - она смиренно пытается найти сове прочтение Бусидо... Сына у меня нет, так что все тайны айкидо я передаю моей девочке.


Учитель благосклонно закивал и закрыл глаза, как бы не замечая смущения любимого ученика.


Пусть он молод и не японец. Зато в нем видна такая сила и таланты, дарованные Небом, что старик только удивлялся, наблюдая за невероятными успехами Стивена, впрочем, японцы уже нарекли американца на свой лад. Здесь его звали Такэ Сигэмити. И почитали, как Мастера Сихана. Потому что именно этот пришелец из нелюбимой Америки отлично демонстрировал то, чем владели в совершенстве воины древности и что теперь почти утратили японцы - бесстрашие перед жестокостью мира.


Мияко так и не взглянула в открытую на остолбеневшего рослого чужеземца. Конечно, она отлично подготовилась к встрече с легендарным Такэ. Этот нахал прославился в Токио тем, что


каждый вечер выходил в самые опасные райончики города в надежде завязать драку с местными группировками. Айкидо = это в первую очередь уличная драка. Когда их много, а ты один. Когда ты готов применить самые точные удары, приносящие противникам невыносимую боль или мучительную смерть.


Видимо поэтому, вчера токийские хулиганы обратились с прошением к якудза обуздать американца и проучить наглеца, посмевшего вторгнуться на чужую территорию. Мияко мечтала увидеть этот поединок. То, что Такэ не откажется от встречи с мастерами боя, стоявших на службе у глав мафии, девушка не сомневалась. Главное было убедить парня взять ее с собой. Она готова была на все, чтобы стать очевидцем этого исторического боя. Именно поэтому она тщательно накрасилась и оделась в самые изысканные одежды и, отобрав поднос с чаем у прислуги, сама вошла в комнату для бесед отца... Теперь очередь за ней.


---------------------------------------------------------------------------------


Глава третья


Айкидо - это вам не балет


- Отец, ученик не сказал тебе главного- все школы боевых искусств, все твои друзья и соперники хотят вызвать сегодня на поединок Такэ.


- Это правда?- весело кивая головой, старик щурил глаза.- Зачем тебе драка с якудза? У них свои дела, у нас свои...


- Сэнсей, когда я только приехал в твою школу из Лос-Анджелеса, мне казалось что я знаю об айкидо все. Ведь это искусство гармонии, когда зло и добро уравновешены, когда воин не стремится нарушить равновесие в мире и каждый его выпад- это лишь смиренное признание силы хаоса. Айкидо, как мне казалось, ничего не имеет общего с жестокостью. Напротив, оно связано с в единую вечную нить с религией Синто, каллиграфией Седо и обрядами очищения водою Мисоги. А прядет эту нить мировых событий великая богиня любви и гармони... Но теперь я вижу, что хаос невозможно победить, уходя от событий. Я должен быть готов отразить любой удар. А это значит, что мой успех в поединке - это и успех твоего Додзе. Для меня это важно.


Придет время и ты поймешь, Такэ, что для Пути важнее воздержаться от действия, чем стремительно и в суете хвататься за все дела. А поединки с якудза - еще одна победа Хаоса над гармонией. Будь осторожен. Ведь я люблю тебя, мой мальчик....


Стивен понял, что Учитель не будет препятствовать его желанию. И с поклоном вышел.


---------------------------------------------------------------------------------------


Глава четвертая


Кафе безмозглого янки


В популярнейшем кафе среди европейцев выделялся своей неприметностью и отсутствием фотоаппарата - обязательного атрибута всех туристов - один бесцветный американец.


Будь у него мозгов побольше, постарался бы выказывать восторг и глупо улыбаться, таращась на город внизу. А этот урод лишь потягивает колу и курит. Нет, никогда ЦРУ не преуспеет в этой стране!


Стивен с улыбкой подсел к американцу: Давно ждете?


- Спасибо, всего пару минут. Центр беспокоится вашим завтрашним поединком. На кой черт вызывать их всех подряд? Мы же договаривались, что вы просто внедритесь в эту навозную кучу мафиози, не будете их перемалывать, словно в мясорубке! Нам они нужны живыми!


- А это не ваше дело. Наш уговор был прост - вы оплачиваете мне учебу у лучших мастеров боя, я помогаю вам с арестом всех явных и тайных агентов якудза. Чего вы хотите? Чтобы после ваших идиотских шумных арестов я не смог никогда появиться в стране хризантем? Нет, я намерен здесь оставаться долго. Даже открою свою школу боевых искусств.


- Да вы ненормальный! Кто пойдет учиться к белому в стране, где тысячелетиями хранили секреты и передавали от отца к сыну?


- Вот для этого я и должен победить всех соперников.


Глава пятая


Поединок


Мияко уже замерзла от ожидания. На крыше гаража была небольшая мансарда, в которой спали во время пересменки мастеровые. Она спряталась за крохотным выступом и, несмотря на моросивший дождь, ждала часа. Часа, который определит ее будущее, карьеру Такэ. Часа, когда очень многие в последний раз с кровавым хрипом глотнут соленый, с хлопьями чада воздух и успокоятся до следующей жизни.


Встречу назначили на время, когда силы Хаоса уступают торжеству Солнца. В этот предрассветный час, на окраину Токио словно крысы, прокрадывались дорогие лимузины и подержанные грузовички. Тарахтели мотоциклы и текли ручейки одетых в черную кожу стиляг и мерзавцев. Арена для боя - заброшенный участок возле сгоревшего дома давно ждал зрителей и участников. Сигал появился внезапно. Со своим неизменным конским хвостом и укутанный в огромный теплый платок, он был не наголову, на пару японцев выше своих соперников. Главы кланов так и не удосужились высунуться из шикарных лимузинов на промозглую скалившуюся опасностями улицу. Они бесшумно окружили площадку и опустили стекла. Старт был дан. Стивен, был похож на великана исчезнувших миров, которого хотят взять числом, а не умением, мелкие пигмеи. Он без видимых усилий разбрасывал их. Лишь крики отступавших доказывали, что за внешней безмятежностью скрывается страшная дикая сила, которая кромсает их тела, вырывает горла и превращает в костную муку руки и ноги.


Стивен был похож на гигантскую змею, жалившую молниеносно и беспощадно. Мияко в возбуждении готова была спрыгнуть и умолять его овладеть ею. Этому мужчине невозможно было не отдаться.


Остолбеневшие якудза взяли передышку. Парламентер предложил чужеземцу сразиться теперь не с армией уличных бойцов, а мастерами кунг-фу, дзюдо, кикбоксинга поочередно.


Он разметал их всех. Похоже, великая Кодзин благоволила к Такэ и с первым алым просветом в иссиня-черном небе, на землю упал с переломанными суставами последний боец мафиози.


Парламентер, опасаясь приближаться к белому гиганту на близкое расстояние, писклявым тенором возопил:


- Пришелец, советом старейшин якудза позволяют тебе остаться в стране восходящего солнца. Ты можешь жить, как захочешь. Мы увидели твое искусство, и оно произвело на нас впечатление. Живи здесь, сколько захочешь.


-Да! Да! Миллионы раз да! - простонала Мияко. Она забыла о холоде и дожде, ее румяное от увиденной крови и поединка лицо было прекрасно. Теперь девушка знала, что ее Путь- это дорога спутницы великого Сихана Стивена. И главная задача - родить ему ребенка....


Глава шестая


Своенравная Мияко


Старик был вне себя. Его своенравная красавица дочь только что призналась, что обесчестила их род. Она понесла от белого. Который лишь снисходительно кланялся в ее присутствии. Огромный пучок благовоний окутал домашний алтарь предков. Старик окаменел в своем горе.


Вот чем отблагодарил его любимый ученик. Возможно, даже лучше что это ничтожество не японец, а презренный американец... Хотя все равно, трагедии уже не избежать. Слухи в обществе разносятся быстро. Крах его школы, его учения, нищета и позор - вот каково будущее. Скрип половиц за спиной указывал на стоявшего невдалеке подлеца...


- Я никогда бы не позволил себе этого Сэнсей, если б не мольбы Мияко. Она любит меня, Учитель. Будь снисходителен, дай благословение на наш брак. Твой внук станет продолжателем нашего дела, поиском своего пути в айкидо!


Сэнсей вознес благодарственную молитву предкам и Кодзин. Он встал с колен и, окутанный дымком благовоний, в тонких лучиках пробивавшегося в комнату света, сам стал похож в эту минуту на жителя Неба, а не седого старика...


- Да и девчонки у нас в роду получаются боевые! Так что я не против и внученьки. Лишь бы была не такая строптивая, как мамаша...


Ты знаешь Такэ, что у нас в стране так принято - если бедный юноша женится на известной девушке из уважаемой семьи, то он берет ее фамилию и становится продолжателем дела тестя. Небо не дало мне сына, которому по традиции я был бы обязан передать все сокровенны тайны учения. Теперь к ним должен готовиться ты. И пусть это будет последним горьким испытанием в нашей судьбе... Готовься к посвящению и браку!


Глава седьмая


Оставьте меня в покое!


В кафе висело сиреневое облако от сигарного дыма. Певичка с чудовищным акцентом что-то сипела в микрофон и пыталась изобразить на синтезаторе что-то напоминавшее Satisfaction Роллингов. Тут было шумно, кто-то постоянно взвизгивал, словно его щипали у барной стойки. Различить лица было почти невозможно. Американец криво, через сигарету улыбался:


- Ну, вы и молодец, приятель! Очаровать дочку самого известного учителя боевых искусств, чтобы он раскрыл тайны учения и передал весь бизнес в руки зятя... Блистательный ход! Как это вы додумались! Кстати, вчера наши парни вместе с Главным полицейским управлением Японии провели блистательную операцию- арестовали пять сотен членов мафиозных кланов. По вашим наводкам, приятель! Вот уж шумиха поднимется в прессе! Центр очень доволен


- Я выполнил свое обещание, и теперь мы с вами идем разными путями. Забудьте о Стивене Сигале. Теперь есть лишь Такэ Сигэмучи и он ничем не связан с ЦРУ.


Молодой рослый красавец исчез. Алан затянул очередную сигарету и представил себе вытянутое лицо шефа, когда он сообщит об отказе Стивена.


Глава восьмая


Кого берут в разведку


...Шеф нервно дергал застрявшую в факсе бумагу и даже вспотел, подбирая слова, которыми мечтал уничтожить этого никчемного Алана. Кто сказал, что в спецслужбы попадают лучшие? А если вам из Управления присылают зятька начальника отдела, всю жизнь грезившего о карьере агента 007, хотя единственным его триумфом и блестящей операцией можно назвать женитьбу на уродине и синем чулке, у которой внезапно - вот приятная новость!- оказался столь влиятельный папаша. И вот ты, оперативный работник, герой стольких секретных операций на Востоке, теперь слышишь от этого импотента 007, вернее 001, что наш лучший человек в Японии отказывается помогать собственной стране!!! Ну что за дебилы придумали эти факсы. Неужели тоже японцы? Они ж даже водку не умеют делать...


- Черт, ты хоть представляешь себе, что никто и никогда в мире не смог так внедриться в самое сердце бандитской жизни япошек, как этот парень? Ты понимаешь, что у нас никогда не будет теперь столь важной и объективной информации? Ты козел, Алан, что не смог убедить его помогать нам и дальше!


-Но шеф, он же выполнил все условия. И попробуйте приказать двухметровому громиле, которого боятся все якудза! Он не дал мне и слова вымолвить...


-Ты идиот Алан, твое призвание - подавать туалетную бумагу богатым постояльцам в гостиничном сортире! Вон с моих глаз!!!!


Глава девятая


Прости, прощай!


Мияко с нежностью смотрела, как муж, напевая, взбалтывает пряную шипящую пену чая. Друзья привезли Такэ чай из лепестков хризантем, растущих на месте, где жил когда-то Лао-Цзы. Такэ налил чуть располневшей после двух родов красавице в крохотный сосуд несколько драгоценных капель напитка. И по-отечески погладил ее по голове. Мияко надула губки и начала щекотать его надушенными пальчиками ног.


Такэ отчеканил:


- Нам не нужен еще один ребенок. Ты не успеваешь воспитывать и двух. И еще. Дорогая, я ухожу от тебя. Навсегда. Школу оставляю тебе. Ты знаешь айкидо и сможешь себе заработать на жизнь. Меня не ищи. Когда посчитаю нужным увидеть детей, найду вас сам.


Он вышел из комнаты и стал собирать сумку. За ширмой слышались почти звериные крики и стоны. Его жена не умела проигрывать. В поединке она с наслаждением наносила самые больные удары противнику. Послышался визг и тончайшую рисовую бумагу ширмы вспорол огромный веер. Но вдруг все стихло. Мастер Айкикай впервые осознавала поражение. Стивен вспомнил, как неделю назад принял столь важное решение - идти вперед, быть свободным:


....В какой-то момент, когда схлынула волна острого наслаждения от ее тела, пахнувшего драгоценным деревом и свежей рыбой, Стивен вдруг понял, что не может так жить дальше. Воин должен быть одинок. Женщины, дарующие ему любовь и детей, не могут удерживать мужчину в поисках его истинного Пути. Любое благополучие и постоянство - оковы стремительного круговорота жизни, познание невозможное без потерь и поисков, без стремлений и борьбы... Тогда, вдыхая аромат ее белоснежной кожи, он поцеловал ее в ямочку под лопаткой и принял решение уйти. Навсегда.


Глава десятая


В аэропорту


Алан суетливо дергал огромный сотовый в руке. Моторола лишь мешала ему вытащить из папки пару листов, предназначенных для Сигала.


-Стивен, в аэропорту тебя встретит наш сотрудник. Он там косит под миссионера, как и твой папа когда-то ( может, это только слухи?). В руках будут четки. Думаю, среди встречающих будет мало белых в пончо. Так что найдешь его. Отдай сразу все эти рекомендации для охранников и секретаря Норьеги. Тут даже


кардинал из Ватикана тебя рекомендует в самых положительных тонах.


...Пройдут годы и в тот момент, когда Стивен объявится в Голливуде, на Норьегу США начнет настоящую охоту. Как часто лучшие друзья становятся заклятыми врагами... Пройдут еще годы и скандалы с панамским диктатором не утихнут.


С апреля 1992 года Норьега будет отбывать наказание за торговлю наркотиками и незаконные финансовые операции в тюрьме США. В камере он должен просидеть сорок лет. В 1999 году французы приговорили панамского лидера к заключению. А затем, в 2007 в сентябре его попытаются выпустить на волю, но слишком много стран захотят заполучить Норьегу, сына колумбийского бедняка, а ныне ( по американской версии) владельца многомиллионного состояния, сколоченного на наркотиках, к себе на очередное судилище. И сын Буша старшего, Дордж Буш младший, то ли сам, то ли по совету отца, решает оставить опасного друга-врага в тюрьме. А ведь когда-то именно Буш-старший звонил Сигалу и просил помочь Норьеге...


Глава одиннадцатая


Урок каллиграфии


В самолете Стивен укутался пледом и закрыл глаза. Он любил перелеты. За шумом пассажиров - летящих кто в отпуск кто по делам - таилась какая-то радостная бесшабашность лукавого Случая. Что ждет нас на том крае Земли, куда человеческий гений враз переносит бродяг двадцатого века искателей приключений толстосумов и отцов благополучных семейств? Ожидание добрых перемен - вот сила, поднимающая огромную металлическую птицу в небо и дающая простым смертным качества, принадлежавшие раньше лишь богам. Мы покорили физическую реальность, не понимая, что эта победа - лишь крохотное продвижение вперед в развитии человеческой расы. Впереди у людей - осознание Пути Света и жестокая война за преображение мира в мир счастья и добродетели, которые откроют врата в золотой век. Но это случится не скоро. Хотя каждый из нас может ускорить эти времена... Стивен отдался воспоминаниям...


Вот он прибежал из школы. Учитель дал задание - написать свою историю жизни. Мама как всегда была на дежурстве в приемном покое больницы. Отец сидел за толстой книгой, а старшие сестры ушли в кино.


- Отец, ты поможешь мне?- мальчик рассказал о домашнем задании.


Стефан Сигал обнял своего любимца и с улыбкой потрепал непокорные волосы мальчика.


- Сынок, я верю в твою замечательную судьбу. Возможно, не раз тебя будут спрашивать о твоей жизни и даже посвятят тебе фильмы и книги. Сегодня мы с тобой впервые напишем твою автобиографию. Но тут есть маленькие секреты.


-Какие, отец?


- Ну, вот бывает так: что кажется тебе важным, совсем неинтересно другим людям, которые будут читать про тебя. Значит, надо уметь выбирать из фактов лишь те, что перечисляют самые главные события. Вот что тебе сейчас кажется главным в твоей жизни?


- То, что у меня самые замечательные родители в мире! И то, что ты отец, помогаешь мне во всем. И что я, наконец, начну учиться великому искусству посвященных. Тому, что ты начал постигать, живя в Китае и Гонконге.


- Мой мальчик, бывают вещи, о которых совсем необязательно рассказывать всем. Иногда это бывают самые важные вещи в твоей жизни. Скромность - замечательное качество настоящего мужчины. Поэтому в твоей биографии мы просто напишем, что ты родился у Патрисии и Стефана Сигал 10 апреля 1951 года в Ленсинге. Что до этого наша семья жила в Шанхае, но после победы коммунистического режима, мы уехали на Тайвань. Где и должен был родиться ты. Но судьба распорядилась иначе, и мы вернулись на родину - в самую прекрасную страну на свете - Америку.


- Отец, но ты всегда говорил мне, что Восток- то место, где можно реализовать все свои самые смелые мечты. Восток- мир мудрых и волшебников...


-Ты еще успеешь побывать и пожить там сынок. Помнишь, что я тебе говорил о скрытии своих самых главных желаний? Постарайся не раскрывать душу каждому встречному. Туда могут и плюнуть.


- Так что же мы напишем, отец?


- Ну, еще добавим, что семья наша - епископальные католики. Что ты начал изучать восточные боевые искусства, китайский язык и даже искусство чайной церемонии.


- А можно я напишу автобиографию на свитке каллиграфическим стилем?


- Ну, ж что ж попробуй...


Отец и сын достали из огромного шкафа чистые свитки. Обмакнув великолепную кисть в тушь, Стив медленно стал выводить слова. Но дыхание его было прерывистым, и сосредоточиться никак не удавалась. Отец улыбнулся, сел на корточки за низкий нефритовый столик и расправили перед собой белоснежный свиток с вишневыми шелковыми завязками на концах. Мальчик онемел от счастья. Неужели отец сам напишет за него? Слово напишет тут даже глупо и неправильно. Отец создаст великий свиток в лучших традициях, где каждое движение кисти, контраст туши с белоснежной невинностью листа порождают новое Творение. Где каждое слово изящно и прекрасно, а узор текста рождает гармонию в душе и реальности вокруг тебя... Писать на свитке гораздо труднее, чем на обычном бумажном листе. Но Стефан уверенно и красиво наносил на бумагу изысканные буквы. Его рука извивалась, словно смычок скрипача, кисти танцевали какой-то неземной танец, наполненный смыслом, казалось, он, держа кисть, то гладит невидимые цветы других реальностей, то погружает пальцы в сверкающий поток светящегося огня, то гладит тихую гладь незримой реки... Стивен прислушался: в тишине оранжевого полдня в комнате были слышны лишь нежные прикосновения кисти к бумаге и уверенное медленное дыхание отца. Вот в чем секрет! Он не просто писал слова, он создавал текст силой своего дыхания! Вот тогда Стивен впервые осознал две вещи: без регулировки дыхания никогда не стать мастером каллиграфии. Это, во-первых. А во-вторых, его отец - замечательный человек, о


котором даже он его сын знает очень мало. Возможно он один из великих и мудрых, посланных Небом для воспитания людей?


Этот урок каллиграфии Сигал будет вспоминать потом всю жизнь.


Глава двенадцатая


Мама


Он любил прибегать в приемный покой Скорой помощи, где работала его мама. У нее были удивительные раскосые глаза и шелковые волосы, которые Стив украдкой любил поправлять. Мама была палочкой выручалочкой в больнице. Блистательный специалист, она, по сути, далеко шагнула за свои прямые обязанности - будучи обычным медтехником Патрисия Сигал умела безошибочно ставить диагнозы и во время авралов в приемном покое именно ее оставляли врачи на внеочередное дежурство. Сегодня было поспокойнее и мама в комнате отдыха записывала что-то в свою маленькую книжечку.


- Мам, а мы с отцом ходили на футбол!- взбудораженному Стиву не терпелось поведать о главном в его жизни событии.


-И что же сынок так тебя там поразило? Неужели игра?


- Мама, там в перерыве выступал один старик китаец. Огромные сильные парни подходили к нему, а дедушка разбрасывал, кружась, словно в танце этих громил. Одним прикосновением! Мам, отец обещал мне, что я стану учиться этому великому искусству!


- Мой мальчик, я очень рада. Тебя ждет настоящий успех, и я верю в тебя, мой Чингисхан!


Она погладила его волосы и с любовью заглянула в раскосые бездонные глаза. Ее красивый мальчик. Ее счастье и смысл жизни. Вот он уже и повзрослел. Еще пара лет и он пойдет искать свой путь Будо, как сделал когда-то не один мужчина в их семье. А она будет изредка слышать его голос по телефону. Поэтому сейчас благословенна каждая минута, когда ее Стив рядом. Эта школа боевых искусств - очередной звоночек из будущего, которого она так ждала и так боялась. Ведь это тропинка к разлуке...


Мам, а почему ты называешь меня Чингисханом?


- Стив ну я же не раз тебе говорила эту историю... Она крепче прижала сына и вдохнула аромат яблоневого цвета, который исходил от его кожи.


- Сын мне надо работать...


- Ну, мам.


Ладно, слушай....


Глава тринадцатая


Гроза Вселенной


В бедной монгольской семье рос мальчик, его называли Темучин. Все над ним посмеивались. Но мальчик знал - придет время, и он станет великим императором, непобедимым и ужасным, о победах которого будет греметь слава в веках. Наступил день и Чингисхан повел свои неисчислимые войска в другие страны. Он был жесток с врагом и участлив к самому бедному и незаметному воину. Когда не было еды они ели тела своих врагов. Когда надо было покорить восставших, он уничтожал всех - от младенцев до стариков. Его боялся весь мир. Европа уже склонила голову - ведь воины Чингисхана уже добрались до Кракова... Но было что-то в Чингизе особенное. Говорят, его окружали сотни ангелов, помогающих ему завоевать мир. Однажды ангелы приказали ему отступить от Москвы и заключить с русскими мир. Он свернул свои многочисленные войска и ушел из Московии. А его потомки еще триста лет держали полмира в кабале. Так случилось, что кто-то из потомков великого Темучина поселился в аккурат на границе его родной Монголии и крохотного городка в Бурятии, это земля русских царей. На границе этих двух империй - у одной, татаро-монгольской было все в прошлом, а у другой - российской - триумфа хватало как раз в настоящем - в городке Кяхты жили твои предки. Моя мама и отец хоть и жили в России, но всегда вспоминали семейное предание - мы родом из семьи Чингисхана. А как-то твоей бабушке местный шаман напророчил, что скоро родится в нашей семье мальчик, поклониться которому придут тысячи мужей. И станет он их учителем и ждет его слава и любовь


на всех континентах. И что это мальчик, возможно, есть реинкарнация великого полководца... Поэтому малыш не забывай, что в тебе течет кровь великих героев прошлого....


- Да мам.- Он поцеловал ее, немножко смутившись, и выбежал на улицу. Что его ждет через четверть века, через сорок лет? Неужели мама говорит правду?


Глава четырнадцатая


Дик: в ожидании самурая


В аэропорту Панамы встречающие держали таблички. Только Дик стоял, жуя жвачку и руки в карманах потрепанных Левис. Он и так узнает легендарного Сигала. Парню еще не исполнилось и тридцати, а о нем слагают легенды. Создатель самой популярной в Осаке школы - Тэн Син, получивший у японцев имя - на пути к просветлению. Интересно, он так огромен и красив как о нем говорят? Так или иначе, именно этому американцу, создавшему в Японии додзе, звонил сам Президент главного государства мира. Джордж Буш лично попросил парня приехать в Панаму и охранять местного царька- генерала Норьегу, с которым у Штатов шла странная игра. Дик помнил, как его коллеги в центре перешептывались о визитах Норьеги в штаб квартиру ЦРУ. Его встречали, словно арабского шейха - расстилала даже красную дорожку. Ну не генерал, а кинозвезда! Да и сам Норьега - шумный нервный чересчур энергичный больше походил на голливудскую знаменитость, чем на генерала. Сейчас его мечтают распнуть все кортели мира и наркобароны Колумбии в частности. Норьега сделал невозможное - перекрыл трафик опиума кокаина и героина через Панаму. А значит, колумбийцам придется искать обходные пути. Стоит ли говорить, что маленькая страна под носом у Кубы стала столь важной для Штатов? Что шаткий мир, железной рукой Норьеги замешанный на крови простых панамцев, теперь может в одночасье рухнуть? Сигалу вряд ли удастся что-то изменить. В


воздухе повеяло опасностью и заварушкой. Это Дик чуял своим носом, и такое чутье не раз спасло его жизнь.


Глава пятнадцатая


А где же Бонд, Джеймс Бонд?


... На пару голов выше других пассажиров в тоннеле появился огромный и сильный мужчина с удивительными раскосыми глазами и длинным конским хвостом.


- Черт те что! И это гроза наемников? А где же элегантный костюм и внешность Джеймс Бонда?- пошутил про себя Дик и с улыбкой шагнул навстречу Стивену.


-Стив, я Дик. Машина на стоянке. У тебя много багажа? Сигал мотнул головой в сторону дорожной сумки. Такие носили и носят во всем мире бывалые наемники. -


Это не моя,- пошутил приезжий.


-Ну что ж, добро пожаловать в бывший кокаиновый рай, а ныне царство генерала Норьеги, Стивен! Надеюсь, тебе у нас понравится....


Они сели в раздолбанный джип и понеслись мимо красивых цветущих садиков, скрывавших лачуги. На дорогу с радостными криками выбегали босоногие малыши - счастливые, голодные, красивые. Солнце подмигивало беднякам, играя в зайчики с их крохотными оконцами. Испуганные куры клокотали проклятья чужеземцам, потревожившим их послеполуденную сиесту на обочине.


Это была страна яркая, нищая, веселая. Рай для искателей приключений, наемников и наркобаронов. Здравствуй, Панама!


-----------------------------------------------------------------------------


Глава шестнадцатая


Богач, бедняк


Стивену парень понравился- простой, веселый, говорит все по существу.


О Норьеге он выдал довольно красноречивую информацию, ни на минуту не затормозив в перечислении дат, латиноамериканских фамилий и мест действия. Белобрысый парень в пончо бодро перечислял вехи пути панамского генерала:


-- Мануэль Норьега родился в 1938 году в семье переселенцев из Колумбии. Они приехали в Панаму в надежде на более успешное будущее. Мальчик был невероятно смышленым и блестяще окончил всевозможные военные заведения и академию в Лиме. В Перу парень получил отличное военное образование. Норьега прекрасно образован и знает многие языки. Говорят, что как у истинного колумбийца, у него нюх на наркотики. Он их находит там, где никто бы и не подумал искать. А как у истинного мигранта, у него ура-патриотизм таких масштабов, что нет более преданного панамским интересам человека, как Норьега.


Испытав все трудности нищего детства и юности, он сколотил приличное состояние и сделал невероятную карьеру, вовремя встав на нужную сторону во время мятежей и переворотов в конце шестидесятых.


Будучи тридцатилетним, Норьега поддерживает бунт генерала Торрихоса, свергнувшего тогдашнего президента страны Арнульфо Ариаса.


Через год Норьега уже возглавляет военную разведку Панамы и, по некоторым сведениям, работает на нас- точнее, является информатором ЦРУ. Его защитник и благодетель Торрихос погибает в 1981 году при странных обстоятельствах в авиакатастрофе, - хотя любые катастрофы- это очень странные обстоятельства, не находишь, Стив?


Но смерть Торрихоса на нашем Мануэле никак не отразилась- сплетники говорят, что уж очень он нравился американцам- короче, при новом президенте Панамы господине Дарио Паредесе наш Норьега стал аж начальником Генштаба вооруженных сил. Вот как бывает...


Ну а год назад он стал командующим национальной гвардии и фактически главой государства...


На президентских выборах в этом году его ставленник- Николас Ардито Барлетта одержал победу. Но вдруг разразился скандал: его приятель по службе, доктор Хуго Спадафора обвинил генерала в торговле наркотиками. Норьега же все нападки отклонил и сам


подчеркнул, что доктор Хуго или не владеет информацией или владеет неполной информацией.


Говорят, что удачу Норьеге приносит... колдовство. По крайней мере, в его резиденции, куда мы и направляемся сейчас, живет странная семейка.


-----------------------------------------------------------------------------------


Глава семнадцатая


Кровавая курица и кокаиновая война


Ее губы - полные, налитые бродящим соком юности и длинные курчавые волосы, смазанные ароматным маслом, завораживали генерала больше, чем сам ритуал. Он уже давно не следил за кряхтеньем старого колдуна, его манила юная помощница чародея, державшая клокотавшую и истекающую кровью безголовую курицу. Гроза миллионов, всемирно известный вояка, которого кто-то называл диктатором, а кто-то освободителем, почти по-детски заворожено следил за гибкими смуглыми руками красавицы. Ее идеально круглые упругие груди протестовали в тесной убогой кофточке и два крупных набухших соска выпирали из застиранных лохмотьев. Генерал отчаянно сопротивлялся своему желанию, но страсть медленно жгла его нутро, заставляя кровь биться в артериях, словно в барабане колдуна Вуду. Он так хотел эту убогую смазливенькую девчушку, что боялся пошевелиться, придавленный своими жгучими желаниями. Наконец он сконцентрировался на метавшейся гигантской тени колдуна и стряхнул с себя тягучую пелену любовного дурмана.


Пламя свечей взметнулось вверх и рассыпалось мириадами протуберанцев, освещая расставленные в полутьме ритуальные фигурки и начертанные мелом знаки. Словно великие и ужасные духи Тьмы на мгновение опустились в душную комнатенку и пронеслись по ней почти в ритм барабанным переборам. Колдун взвизгнул, быстро завертелся, бормоча заклинания и тряся окровавленным ножом. Девушка ловко подставила тазик под струю темной струйки крови и бросила тушку ритуальной птицы на пол. Курица пробежала еще полметра, словно отказываясь верить в собственную смерть и свалилась в агонии. Ее голова с какой-то лукавой усмешкой выглядывала из фартука юной служанки потусторонних сил. Девушка сняла фартук, оправила тесную кофточку и начала умело убирать следы жертвоприношения, двигаясь в ритм завораживающим бормотаниям своего деда. Старик тем временем что-то пытался сказать Норьеге, но тот не слушал, погрузившись в собственные галлюцинации. Оплывшие толстые свечи жгли его кожу своим разъяренным воском, но генерал уже был далеко в своих мыслях от этого места и ничего не замечал вокруг.


=======================================================


Глава восемнадцатая


Размышлизмы при ритуальных свечах


Норьега был твердо убежден в действенности этих древних ритуалов и его нисколько не беспокоили сплетни вокруг него. Ну и что из того, что он увлекается Вуду? А вот соседний правитель вообще ганнибал и ничего - и Советы и янки налаживают с ним отношения, дипломатов присылают с подарками, клянутся в вечной дружбе! Он усмехнулся: уж эти американцы. Как они вокруг него танцуют - словно этот старик-колдун перед жертвенником! Говорят о поддержке, о том, что хотят навсегда перерубить этот гибкий и зловонный канат Колумбия-Панама в наркоузле планеты. Да, Норьега их слушает, кивает, даже обнимается с Бушем и встречается в штаб-квартирах с генералами НАТО и ЦРУ. Слушает их бодренькие доклады (он называют это презентациями) со слайд-шоу и ни черта в это не верит.


Ребята! У вас до хера спутников-шпионов и прочей шпионской дребедени. Ну и как вы до сих пор с таким то вооружением не смогли обнаружить все наркотрафики и базы наркодельцов? Ведь кто, как не вы, говорил, что из космоса можно теперь прочитать даже то, что написано на спичечном коробке? Значит, дорогие мои янки, вы тут что-то темните. Не выгодно вам убирать всю эту дурь начисто. Ну, засадите пару - тройку идиотов в год за решетку. А бизнес-то давно окутал всю мировую экономику! И они, ребятки из так называемого комитета триста частенько диктуют правителям что делать и как поступать. Вот и сейчас, когда я взялся за уничтожение этой кокаиновой и героиновой нечисти в Панаме, вам - увы, только в данный момент - стало выгодно поучаствовать в этом благородном деле. А потом в любой момент вы меня как эту окровавленную курицу бросите на потеху толпе...


------------------------------------------------------------------------------------------------


Глава девятнадцатая


Таинственный советник


- Мой повелитель, духи обещали защищать тебя и впредь. Еще они сказали, что американец, который прилетел к тебе сегодня, никакого вреда тебе не сделает - только пользу. Можешь его не опасаться.


У генерала испортилось настроение. Он вспомнил, что по настойчивой просьбе американских генералов сегодня в Панаму прибыл какой-то супермен.


Секретарь, который всегда умудрялся позабавить панамского властителя интересными подробностями из жизни гостей и подчиненных, на этот раз лишь пожимал плечами - о белом верзиле ничего не было известно. Ни-че-го. Секретарь потел, призывал Деву Марию, крестился, вытирал пот громадным мятым носовым платком и опять пожимал плечами. Получалась какая-то ерунда: паренька, засевшего в Японии, вдруг настоятельно стали просить наладить работу в спецотрядах панамской армии. Просили - о, вот что самое интересное!- на этом месте секретарь закатывал свои круглые, как маслины глазки и тыкал пальцем в потолок - просили на самом верху. Точнее, позвонил сам Буш и сказал что-то типа: " Сынок, интересы нашей великой страны требуют твоего присутствия в крохотной Панаме. Ты можешь и должен стать советником генерала Норьеги по всем самым актуальным вопросам".


После таких телефонных звонков выбора нет - только паковать сумку и лететь, напевая гимн страны, в указанную величественным перстом точку на карте планеты...


Норьега не понимал одного: если парень- военный, то почему о нем нет официального рапорта и полагающейся анкеты у него на столе? А если это очередной солдат удачи - то на кой президенту США звонить ему и уговаривать, словно принцессу на вечеринку перед замужеством?


Его спецслужбы смогли разузнать о парне лишь какие-то небылицы: мол, он победил всех якудза, с 17 лет жил один в Японии, получил все мыслимые и немыслимые награды. Пояса какие-то там. Жил с японкой. Двое детей - мальчик и дочь остались с матерью. Парень, говорят, не раз выполнял весьма деликатные поручения американских спецслужб. Что-то просачивалось в газеты - но все оказывалось потом очередным бредом бестолковых журналистов.


Уже полчаса как он ждет в личном кабинете диктатора. Норьега никогда не приходил на встречу с американцами вовремя. Даже когда они расстелили идиотский красный ковер в штаб-квартире ЦРУ и выставили в виде живого бордюра рослых красавцев спецназовцев. Он и сейчас опоздает. Хоть в чем-то панамец может обставить этих янки!


Генерал махнул колдуну рукой, чтоб заканчивали без него, стряхнул с онемевших пальцев воск ритуальных свечей и, выходя из подвала, не удержался и ущипнул за упругую круглую попку внучку колдуна. Э-эх, хороша девка! Жаль, с родственниками не повезло - дед любого, кто задерет на красотке юбку, запросто отдаст на растерзание зомби. Уж что-что, а повелевать ожившими мертвецами у него отлично получается!


----------------------------------------------------------------------------------------


Глава двадцатая


Тот, что умеет лаять


Стив с улыбкой смотрел на солнечный лучик, игравший с пылью в полузатененной комнатке для особых встреч. Норьега даже не представляет, что для Сигала какие-то сорок минут меньше чем одно мгновение. Когда-то, еще совсем юным, он ждал намного дольше...


Будучи еще вначале поисков истинного Пути, Стив нашел гениального мастера Дзен-Киндзюцю. Правда, тот жил в монастыре и для того, чтобы заниматься у этого Сенсея, надо было стать монахом и жить рядом с ним.


Этот буддистский монастырь японцы почитали особенно - почти никогда монахи не беспокоили обычных людей своим появлением, а среди обывателей давно ходили слухи о фантастических способностях монахов, умевших управлять событиями, предвидеть будущее и даже... какая чушь!... вроде бы исчезать в одном месте и тотчас же появляться в другом. Вообще, японцы не мешали монахам, а те иногда открывали ворота для того, чтобы узнать, что нужно простым смертным от них, посвятивших себя служению Будде.


В последнее время служка, открывавший ворота монастыря в мир, все чаще замечал возле калитки красивого рослого белого парня, молчаливо и с поклоном ждавшего решения своей судьбы. Парень подал прошение по всей форме - каллиграфический свиток изящный, талантливый, в котором этот чужеземец выражал свое желание стать монахом и учиться у сэнсея, он передал служителю, но гайдзина даже не удостоили ответом. Прошло шесть недель, а незнакомец - в пургу и зной, под проливным ледяным дождем или едва различимый в розовеющем от рассвета тумане - каждое утро упрямо ждал решения своей участи. Вот и сейчас, услышав скрип открывающейся двери, юноша с надеждой молча поднял глаза на монаха.


- Уходи, гайдзин! Никогда тебе не будет дано благословение и возможность переступить порог нашего монастыря! В твоей просьбе стать послушником окончательно отказано. Не трать время, у вас, белых людей, оно течет так быстро и бездарно. Ты напрасно проводишь возле стен монастыря дни и ночи - мы не можем принять тебя. Не было такого в нашей истории, чтобы не японец стал монахом столь знаменитого и почитаемого монастыря. Не было и не будет.


Дверь закрылась, проводя черту между реальностью и мечтою. Вот она, его мечта - в паре метрах от него. Но она недосягаема. По крайней мере, пока его не хотят взять в ученики. Не доверяют тут чужеземцам...


Стив уже перестал обращать внимание на усмешки деревенской детворы. Он молча сидел и ждал, когда в очередной раз откроют двери в его мечту и скажут, что решили монахи. Сердобольные японки приносили ему рис и чай. Он пил дождевую воду и с благодарностью встречал рассвет возле стен древнего храма. Снежинки таяли в его красивых длинных прядях, руки перебирали пробивавшиеся сквозь оттаявшую землю ростки...


Наступил 366 день ожидания. Привратник открыл дверь и подал Стиву письмо:


- К сожалению, у нас нет свободных людских мест. Пустует лишь конура для собаки.


Стив поклонился и попросил бумагу и тушь. Он искусно, с любовью, как когда-то учил его отец, вывел ответ:


- Я умею лаять и ползать на четвереньках.


После прочтения ответа его приняли в ученики и ворота мечты открылись перед упрямым гайдзином - чужеземцем.


Глава двадцать первая


Один минус один


Они внимательно и быстро оглядели друг друга и остались довольны. Стив понял, что генерал не такой идиот и самодур, как ему представлялось ранее, Норьега увидел удивительно спокойного и красивого мужчину, полного достоинства и с крытой духовной силы. Пройдут десятилетия и мир захлебнется, рассказывая о них неправдоподобные истории для обывателей. Один надолго сядет в тюрьму, второй пройдет испытания мировой славой.


Норьега жестом указал гостю на красное кресло, а сам встал возле плотных штор с бокалом воды в руке.


- Мне говорили о вас только в превосходных степенях. Считается, что вы - лучший в мире советник по вопросам безопасности. Что именно вас пытаются уговорить многие главы государств и влиятельные политики, чтобы вы обучили теории и практике их охрану.


Стив продолжал спокойно сидеть не перебивая.


------------------------------------------------------------------------------------------


Глава двадцать вторая


Допрос по- панамски


- Вы были чрезвычайно популярны в Японии, юноша. В двадцать четыре года в Осаке вы открыли собственную школу Тэн Син - Божественная воля. Учить японцев их же боевым искусствам - неслыханная дерзость. Кроме того... - тут Норьега потянулся за листком на столе и, уткнувшись в него, стал читать, - кроме того вы мастер айкидо, у вас черные пояса по каратэ, дзюдо, кендо, кен-джитсу, тай-чи, кунг-фу. Говорят, вы даже практикуете свой особый стиль в айкидо - боевой и весьма жесткий.


- Великий Сенсей Морихей Уэсиба говорил, что основы айкидо не должны меняться. Нет никаких стилей в айкидо. Сенсей основал и развил айкидо. Есть только айкидо Морихея Уэсиба!


- Стивен, простите мое любопытство, а откуда вообще взялось это айкидо?


- Айкидо сразу понять очень сложно. Поэтому ему учатся так долго. Это то, что воины изучали сотни лет - и в смертельных случаях, и в обычной тренировке. В результате появилась теория наименьшего сопротивления, она отлично работает и без явного применения грубой физической силы. Появились мягкие движения, гибкость и переменчивость, перемещения без сопротивления. Прежде, чем на земле было создано Айкидо, оно было святым искусством, неотделимым от природы. Не было блоков, ударов ногами, все было единым с Вселенной, с Богом...


- Значит, это божественная сила, мой удивительный друг и вы можете научить меня ей?


- Мой великий Учитель говорил, что Котодама - учение о святых звуках и словах - самая скрытая из тайн Айкидо, которое является божественным искусством, слитым с природой. Вот пример таких великих слов: "Ama no tori fune" это древнейший ритуал, известный человеку. Он создан из звуков tat a ka ama hara . Это святые звуки, которые вы посвящает небесам, Богу и своему Сенсею.


Норьега аккуратно расправил листок на столе и лениво перебил гостя:


-Значит, мир, любовь, молитвы... А вы видели детей, которым нищие матери в деревнях суют тряпку с кокаином в рот вместо бутылочки молока, потому что им нечем кормить своих малышей? Вы видели обалдевших, валяющихся в грязи подростков, ничего, кроме дозы героина не желающих на этом свете? А их отцов, валяющихся на тайных партизанских тропах с перерезанным горлом? Мир давно погряз в ненависти и пороке и любой, которого вы приветствуете как доброго человека, может убить вас ради развлечения...


- Генерал, айкидо действительно основано на любви и гармонии, на отсутствии врагов в принципе. Ведь даже если кто-то бросается на меня с ножом, он может и не быть врагом - просто так сложились обстоятельства. Поэтому я иду на противника без эмоций и реагирую на ситуацию наилучшим способом из возможных. Конечно, не надо думать, что желающий перерезать вам горло в темном переулке полон любви гармонии - тут не поможет философия и любовь. Мир бывает очень безжалостным, полным грязи и насилия. Поэтому всем неприятностям надо идти навстречу и сражаться с ними, успокоив сердце эмоции и разум.


А вы можете показать мне что-то такое, чтобы окончательно меня убедило в вашей непобедимости?- почти пропел генерал, нажимая рукой сигнальную кнопку. В дверь за спиной гостя влетели пять автоматчиков. Сигал успел отбросить двоих, переломал руку третьему, пытавшемуся приставить к его груди Калашников, сделал при помощи головы четвертого новую форточку в окне, а пятого, пытавшегося сбежать, просто схватил, как котенка за шиворот и отбросил вглубь комнаты на консоль с мраморной статуей.


Норьега с улыбкой оглядел разрушенную дорогую обстановку и свою доблестную охрану


- Полагаю, Стивен, им есть чему у вас поучиться! Ну, не буду вам мешать.


Он вдруг обернулся в дверях и с улыбкой спросил?


- Правда ли что вас приглашали сниматься в боевиках то ли в Гонконге, то ли на Тайвани, а вы отказались и приехали сюда?


- Было такое, генерал, было.- Стивен поднял зачем-то осколки хрупкой вазы из китайского костного фарфора и вспомнил, как впервые попал на съемочную площадку. Еще в Японии.


Глава двадцать третья


Первая встреча с кино


Зимой 1982 года в Киото с шумом и размахом снимали очередной кинобоевик. Об этом местные жители знали не только из выпусков новостей, но и судили по количеству прибывших в город знаменитостей и шумных попойках съемочной группы вечерами. Экспертом по боевым сценам пригласили знаменитого в Японии мастера по фехтованию на мечах - Оноха Итторо. Фильм назывался "Вызов" и там должно было быть немало красивых сцен. Но бездарная массовка портила настроение мастеру мечей и однажды он отказался от работы, сказав, что только один человек в мире может спасти картину от провала. Съемки остановили в ожидании чудо-мастера.


Иттору с почтением в голосе говорил по телефону с Таке:


- Господин, я буду счастлив, если вы с вашими учениками уедете из Осаки и несколько дней проведете на съемочной площадке в Киото. Нам нужно поставить изысканные зрелищные сцены с боями на мечах, а ваши ученики из Тэнсин Додзё могли бы стать массовкой.


Получив согласие, Итторо с благодарностью вознес молитвы Небу и Будде. Завтра утром он представит Таке киногруппе.


На съемочной площадке кинозвезда Тосиро Мифуно вел себя, как и полагается самой крупной кинозвезде в Японии. Он бросал чашки с чаем на пол, бил по щекам назойливую гримершу и визгливо покрикивал на вездесущих папарацци, стремившихся заполучить фотокадр со звездой для репортажа. Он вышел из себя от пробравшейся к нему за автографом юной поклонницы и швырнул свое фото и ее авторучку в свою охрану. В бешенстве Мифунэ прошел в комнатку продюсера, желая весь гнев вывалить на его крепкую голову. В офисе сидел одетый в традиционное кимоно мастер фехтования Итторо, а на диванчике еле поместился огромный красавец с конским хвостом. Взглянув на иностранца, Мифунэ крикнул продюсеру: "А что тут делает эта громадная белая обезьяна"? Стивен ответил на чистейшем японском:


- Я буду ставить лучшие боевые сцены в вашем фильме.


А Итторо с поклоном пояснил:


- Этот великий мастер осчастливил меня согласием взять к себе в ученики. Он будет учить меня фехтованию...


Сигал и Итторо вышли, оставив онемевшего продюсера наедине с кинозвездой.


Через несколько месяцев кинокомпании Гонконга начнут наперебой звать Стивена на съемки в кинобоевиках. Появившиеся среди актеров друзья начнут уговаривать мастера начать кинокарьеру. Он решительно откажется. Потому что однажды ему позвонит человек, которого он очень уважал. Бывший глава Пентагона, а ныне президент США Джордж Буш попросил Стива об одной услуге.


_________________________________________________________________


Глава двадцать четвертая


Краковские встречи


На Старой площади Кракова возле арки союза художников и артистов Меркуриуш стоял бродячий музыкант. Поеживаясь от ледяного ветра, он замерзшими пальцами перебирал кнопки саксофона и упрямо выводил одну и ту же грустную мелодию. Белобрысый коренастый мужчина в дрянном пальтишке бросил мятую купюру в футляр саксофона и загнусавил на плохом польском:


- Пан неплохо помнит этот американский шлягер... А ведь он был популярен лишь пару месяцев 54 года и потом забыт. Навсегда. Кажется, песенка называлась "Мой смешной Валентин"?


- Да, а исполняла ее тогдашняя звезда джаза Чэт Бейкер...


- Мне кажется, мы можем вспомнить немало интересного и в более уютном месте. Вы пропустите рюмочку в Меркуриуше?


- Туда пускают только членов союза или коммунистов. А я ни то и ни другое.


- Ерунда! У меня председатель союза пан Черномский ходит в кумовьях. Он нас примет и даже, если будете умницей, поможет вам с работой в оркестрике при ресторане...


Музыкант безвольно опустил саксофон и, пытливо оглядывая редких прохожих, стал убирать инструмент. Прислушавшийся к их диалогу возница хлестнул свою наряженную лошадь и поплелся в поисках туристов. Мужчины тем временем уже поднимались по узкой лесенке на третий этаж особнячка, где звон хрусталя и манящий запах краковских творожничков указывал: здесь с удовольствием кормят и поят своих знаменитых клиентов.


__________________________________________________________________


Глава двадцать пятая


Запретный обывателю мир


Дряхлый старичок-гардеробщик с румянцем младенца и невинными голубыми глазами юрко обхаживал белесого и музыканта. Старик уже не понмил сколько ему лет, зато хорошо знал, что у пана Черномского не забалуешь и малейшая оплошность приведет его на улицу. А в эти годы краковской интеллигенции жилось ох как погано. Меркуриуш был твердыней, символом стабильности и богатства. И чуть в меньшей степени творческим островком. Члены Меркуриуша имели здесь скидки на сытные обеды, а за ужином распивали рюмочку и обсуждали важные творческие вопросы. Джем-сейшны, вернисажи, писательские вечера: вот чем жило это местечко. Но мало кто знал, что на самом деле Меркуриуш давно стал местом встречи старых и новых русских: тех, кто когда-то сумел сбежать от красного террора и тех, кто продолжал дело своих отцов-чекистов. Странная штука жизнь: частенько в Меркуриуше и те и другие сходились за одним столиком и обсуждали общие дела. Старичок не вникал в суть происходящего. Просто, когда пан Михал закрывал на ключ дверь в свою приемную, гардеробщик сразу же вешал на входе табличку "Санитарный час" и писателям, певичкам и прочей краковской богеме путь в любимый клуб был закрыт. Если требовалось, и на весь день. Официанты упражнялись в сплетнях, кассир закрывал кассу и открывал томик Мицкевича, секретарь Меркуриуша уходил в редакцию Пшекруя в соседнем переулке, и лишь столетний гардеробщик с глазами преданного дряхлого пса оставался возле двери хозяина, откуда частенько кроме польской речи лилась и английская, а иногда и грохотал русский мат.


________________________________________________________________


Глава двадцать шестая


Тайна шефа


Пес-старик знал главную тайну своего хозяина: судьба Михала Чарномского, ничем не приметного до конца шестидесятых корреспондентишки, вдруг сделала крутой вираж после его командировки в советский Ленинград. Из Советов рыжий хромой Михал вернулся уверенным в себе и своей избранности человеком. И вправду, его стремительно избрали не только в члены союза художников, артистов и писателей, коим и являлся Меркуриуш, но и неприлично быстро избрали его руководителем, отправив в отставку прежнего. Михал сменил весь состав клуба- ресторана, которым и являлся Меркуриуш в обычной жизни. Нового секретаря союза ему прислали товарищи из Варшавы, из прежних жильцов этого богемного острова в красной Польше остался лишь старик гардеробщик. Слишком стар он был для интриг, слишком умен и опытен он был в деликатных делах, чтобы сбрасывать его со счетов. А ведь не секрет, что все поручения, записки и даже письма и рукописи члены Меркуриуша оставляли именно ему, этому всезнайке старцу с отличнйо памятью и манерами офицера царской армии. Собтсвенно, он и был им, бежав не в Харбин, не в гостеприимную Англию на ее крейсере, а перебравшись на перекладных вместе со своим денщиком Сержем сначала во Львов, а затем и в Краков- город поэтов и мечтателей. Здесь было много русских, точнее эмигрантов из истекающей кровью России. Здесь офицер и встретил рыжего хромающего мальчонку, прячущегося за статную фигуру вдовы. Дама вспомнила офицера: он когда-то был поклонником ее мужа, знаменитого летчика Михаила Чарномского, которому рукоплескал весь петербургский свет. Отважного авиатора давно уже не было в живых, а бабушка просила знакомого офицера присматривать за Мишенькой, когда ее не станет...


С тех пор столько воды утекло. Вот, он, полный Георгиевский кавалер, подает шубки краковским наркоманкам и бегает с любовными записками оркестрантов, а сопливый Мишенька стал его хозяином. И черт- те что творит под носом у польских властей, никогда не любивший Россию.


Глава двадцать седьмая


Новый год Бужоле


-Послушайте, Воропаев, неужели нельзя было придумать пароль попроще? Ну, сыграл бы я Мурку или что-нибудь из Глена Миллера? На кой вы выбрали эту редкую песню? Я ноты искал месяц! Это же все дело могло застопориться!


- Месье Киян, не будьте занудой. Мне страшно нарвится эта песня. Это во-первых. А во-вторых, в Кракове даже булыжник из мостовой весь пропитан любовью к джазу и здесь запудрить мозги не так то просто. Здесь слушают истинный джаз. А нам не надо светиться. Мы и так злоупотребляем гостеприимством пана Михала. У него и без нас забот- полон рот. Попробуй уследи за всей этой артистической братвой! Каждый вечер- призывы к самостийности и революциям. Далеко не к культурным!


- Дверца сейфа заскрипела, обнажив желтозубую улыбку пана Михала с бутылкой Бужоле в руке. Чарномский торжествовал:


-Полноте, господа-товарищи! Когда здесь собиралось так много русских, заботящихся о своем отечестве! Сегодня, кстати, Новый год Бужоле, так что к столу, господа! Поднимем наши бокалы за социалистическую Россию! За воплощенную мечту человечества- за СССР!


Михал артистично запрокнилу голову и, указывая рукой на север, где по его мнению расположились Советы, опрокинул весь бокал в себя. Парочка с улицы остраненно чокнулась и с большим удволсьтвием стала поедать сыр, чем прикладываться к красному молодому вину.


- Миша, ты забыл, русские мужики не понимают красное вино. Ты б нам водочки плеснул- вот это по-нашему! А тут Бужоле, Новый год- пошел ты вместе со своими французами знаешь куда...


Белесый вмешался:


- Ладно, парни, давайте о деле. Музыкант, твои впечатления о Панаме и что там происходит?


Саксофонист, отряхнув крошки каламбера с тарелочки на скатерть, стал нервно жать ее накрахмаленный край и тоном школяра отчеканил:


- Товарищ капитан, в последнее время в Панаме американцы ведут себя крайне безрассудно. Местное население всячески им противостоит и даже наведывается с хулиганскими акциями в военные лагеря возле столицы. Тем не менее, генерал Норьега тоже вызывает недовольство у обывателей. Сразу несколько оппозиционных газет написали странные очерки о том, что руководитель Панамы увлекается ритуалами Вуду. Кроме того, в этом году в его резиденции появился странный малый. Кто-то говорит, что он японец, кто- американец. А водитель Норьеги мне по пьянке обмолвился, что он вообще русский. Зовут Стив.


- И ничего он не русский,- вмешался слегка опьяневший пан Чарномский.- Это его бабка с дедом были из русской глубинки. Давно оттуда эмигрировали, родители официально- епископальные католики, очень религиозные. Но есть предположения, что папочка этого верзилы был нашим коллегой, только с американской стороны. И работал сначала в Шанхае, а после прихода коммунистов- с нашей же помощью- к власти- бежал в Гон Конг. А уж потом был отозван в Америку. Где мальчишка и родился в Лэнсинге в 1951 году.


Белобрысый, которого присутсвующие назвали то капитаном, то Воропаевым, зачем-то обнял своих собутыльников и зашептал им :


-А вы засранцы понимаете, насколько важно нам знать об этом парне все? Если нам удастся установить с ним контакт, сыграть на любви к родине предков- России, выйти напрямую через него на Норьегу, подложив свинью америкосам. Вы понимаете, как важен это регион для нашй страны, для Кремля?


----------------------------------------------------------------------------------------------------


Глава двадцать восьмая


Джаз на пирсе


На пирсе саксофонист бросал засохшие кусочки хлеба в бирюзовую воду. Ему нужно было срочно войти в контакт с любимцем американцев Стивеном. Они его боготворили. Говорят, советник обучил таким приемчикам, которые родной советской армии и не снились. Парни могли не пить, не есть, дрались как пантеры и вообще стали меньше пить и курить, а занялись - вот ведь какая ерунда - медитациями... Черт те что творится. Конечно, музыкант видел фильмы с Брюсом Ли и понимал, что это все красиво - визги, прыжки и пинки ногами в грудь. Но то кино- опиум для народа, понимаешь. А тут настоящая война... Киян пожевал засохчую корочку, стараясь освежить в памяти разговор в кабинете Норьеги, который подслушала внучка жреца Вуду. Собеседником генерала был американец...


- У нас скоро будут выборы. Надеюсь, народ поддержит моего кандидата- Нкиоласа Ардито Барлетта. Барлетт умен, горяч, страстно желает очистить страну от наркотиков и предложить панамцам другую жизнь. Без наркотрафиков.


А вы знаете, что мой бывший единомышленник, с которым в 1968 году мы вместе активно участвовали в революционных действиях против тогдашнего режима- теперь обвиняет меня во всех смертных грехах? Вот что делает с людьми зависть и жажда наживы! И господин Хуго Спадафора имеет наглость называть меня- известного борца с наркотиками- чуть ли не наркобароном! Но ангелы и святые всегда защищали Мануэля Норьегу и мы еще поборемся с моими завистниками...


...Неизвестно, кто принимал участие в этой борьбе, однако завистников ждала весьма неприглядная участь. На следующий год в сентябре в Коста-Рике безработный найдет мешок для почты, набитый до отказа чем-то очень тяжелым. Дотащив мешок до укромного местечка, бродяга откроет его. Чтобы найти посиневшее тело борца за справедливость, или завистника ( кому как нравится) доктора Спадафоры. А еще через десять месяцев престижная "Нью-Йорк Таймс" словно по чей-то подсказке начнет третировать "друга американцев" и обвинит Норьегу и в убийстве Хуго Спадафоры, и в денежных махинациях, и в торговле наркотиками...


_____________________________________________________________


Глава двадцать девятая


Подарок к юбилею. От старых знакомых


Февраль 1988 года Норьега встретил с надеждой. Ему 11 числа должно было исполниться пятьдесят. Но его бывшие друзья- а ныне заклятые враги- американцы подготовили своему панамскому коллеге весьма необычный подарок на юбилей- переворот. Киян передавал шифровку нашим:


-- Контакт установить с Чужаком не удалось. Он срочно покинул Панаму уехал в США. Говорят, политика американцев по отношению к режиму Норьеги кардинально меняется. Теперь вместо того, чтобы его охранять, его постараются уничтожить. В июне прошлого года сначала журналисты США, а потом и местные репортеришки стали внушать обывателю мысль, что генерал якобы участвует в незаконных операциях с наркотиками вместо того, чтобы уничтожать захваченные партии. А его бывший помощник, начальник штаба полковник Роберто Диас во всеуслышанье заявил о торговле наркотиками Норьегой и спровоцировал народные волнения в столице. Конечно, панамцы слишком ленивы для того, чтобы бесплатно пойти свергать военный режим. Тут без помощи их заокеанских коллег вряд ли обошлось. Теперь вместо того, чтобы его охранять, его постараются уничтожить. Правда, по моим данным, Норьега знает слишком много секретов американских спецслужб и на случай своего убийства он приготовил сенсационные разоблачения, которые находится в сейфах его доверенных лиц. В случае гибели Норьеги эти сведения опубликуют, что вызовет несомненные отставки в правительстве США и некоторых государствах Европы. Сегодня Норьега объявил в стране чрезвычайную ситуацию и приостановил действие конституции. Это лишь сыграло на руку американцам. Говорят, Джордж Буш до последнего не хотел развязывать эту "войнушку" против Норьеги, но всесильные люди из Комитета 300 настояли на этом. По крайней мере, такая версия все бы объяснила.


Через наших краковских коллег передам всю самую горячую информацию о комитете 300. Не вижу смысла дальнейшего пребывания в этой стране. Прошу разрешения вернуться на Кубу.


Глава тридцатая


Запретный портрет


Пан Михал с торжественной речью открывал выставку польского живописца, только что вернувшегося из Панамы с потрясающими полотнами. Серия картин "Панама, сердце истинной Америки" была яркой и очень познавательной. С полотен на зрителя смотрели красавицы крестьянки с глазастыми малышами на руках, боевые командиры, уходившие в джунгли бороться с колумбийскими контрабандистами, пыльные улочки Панамы, зеленые горы, купающиеся в сиреневой дымке рассвета... Не было в экспозиции только портрета генерала Норьеги. Пан Михал запретил вывешивать изображение руководителя страны, назвав его кровавым диктатором и ставленником американцев. Художник обижался, ссылаясь на аполитичность творчества и указывая на блистательную цветовую гамму и поразительную харизму изображенного. Руководителя Меркуириуша это не трогало. Он убрал портрет в свой кабинет и демонстративно не отвечал на вопросы обиженного живописца.


И вот сейчас, пан Михал передавал слово советнику по культуре, а сам , обняв за плечи, уводил представителя советско-польской дружбы в свой кабинет, дабы распить рюмочку за удачный вернисаж.


Как только двери кабинета закрылись, старый гардеробщик вдруг стал мыть пол в приемной и под этим предлогом отправил всех сотрудников Меркуриуша в соседний зал наслаждаться не столько картинами мастера, сколько обязательным в таких случаях фуршетом.


Пан Михал подвел русского к портрету Норьеги, повернул генерала к стенке и отодрал мешковину с задника картины. Между ним и подрамником виднелась тонко скрученная бумага. Он заменяла деревянную распорочоку, которую заботливые художники втыкают в рамы, в надежде, что таким образом и сама рама и гениальная их живопись уцелеют лет на сто дольше. Бумажная распорочка оказалась свитком на очень прочной и почти прозрачной тончайшей бумаге. На ней мелкими буквами было написано следующее:


Комитет 300. И далее- только шифром, понятным центру.


====================================================


Глава тридцать первая


Учите коды!


Старик ждал, когда в кабинете начальства успокоятся и уйдут. Он давно уже отдал последнее пальто и мог бы уходить. Но преданность хорошо показывать шефу. И Михал доволен, и гардеробщик не останется без работы...


Когда погас свет и все разошлись, он спокойно открыл связкой ключей уборщицы кабинет начальника, внимательно осмотрел одиноко стоящуюь картину и полез в вазу, стоящую на сейфе. У Михала была противная черта бросать важные докмуенты не в сейф, которому он почти не доверял, а сюда, среди старых соленых роз. Точно! Старик вытащил крохотный мелко исписанный рулончик. Он поправил подтяжки, надел очки и , сев в кресло босса, стал внимательно читать шифровку. Она оказалась вполне обычной, ее применял еще Леонардо да Винчи. Правда, написана она была на арабском диалекте - с египетскими упрщениями согласных, но старик хорошо помнил уроки дешифровки, данные ему в разедшколе русской царской армии и он с удовольствием прочитал документ. Смыслом послания стали данные о сврехсекретной организации, в которую входили главные богачи мира, все известные и уважаемые фамилии, банки, фирмы. Объединяло их одно: во времена опиумных войн Британского королевства их предки сколотили гигантские состояния на торговле опиумом. Теперь из внучата заседают в важных международных организациях, говорят народам как им жить. Так вот судя по этому сообщению, Комитет указал Джорджу Бушу ( старшему), что Норьегу пора укротить- слишком ретиво генерал взялся за уничтожение наркокортелей и мешал прибыльной торговле Комитета. Буш якобы посопротивлялся, но кто он в борьбе с истинными владыками мира? Он срочно отозвал своих советников и начал акцию по захвату Норьеги.


...Старик снял очки, спрятал в карман атласной жилетки копию расшифрованного текста и поешл домой. Его ждал там стакан горячего молока, преданная домохозяйка и старый спаниель.


Глава тридцать вторая


Кардинал не защитил


Из докладной записки капитана Егора Воропаева:


- В данный момент ситуация в Панаме, как сообщают наши источники, близка к критической.


Кардинал отказал в укрытии и защите своему беглецу- диктатору Панамы Норьеге. Генералу ничего не оставалось, как через три постоянной психической атаки сдаться американским спецслужбам, которые немедленно переправили его в США. В данный момент американские силовики сделают все возможное, чтобы надолго запрятать Норьегу за решетку. Конечно, на их взгляд, было бы лучше, чтоб генерал замолчал навсегда - слишком много он знает о реальном противостоянии и нарковойне в Панаме. Но смертная казнь у них отменена и максимум, что грозит панамскому диктатору - двадцать лет тюрьмы. При этом Франция Панама и некоторые другие страны будут активно оспаривать действия США, и требовать выдачи генерала им. Тем не менее, в Панаме создается проамериканский марионеточный режим.


Считаю невозможным участие наших агентов в установлении здесь ситуации, благоприятной к политике Советского Союза. К сожалению, мы упустили момент и инициатива полностью в руках американцев. Человек, на которого мы рассчитывали, как на вероятного союзника, на контакт не пошел и в данный момент находится в США. По нашим сведениям, он продал свое двухэтажное здание школы боевых искусств в Осаке, забрал своего лучшего ученика-японца и открыл в Голливуде настоящую школу айкидо. Напомню, что айкидо было основано японцем Уэсибо Морихеем, находившимся в советском плену...


-----------------------------------------------------------------------------------------------


Глава тридцать третья


Белый морж на Белом водопаде


В далекую деревеньку Сиратаки на острове Хоккайдо приезжают лишь истинные ценители японских традиций. Среди почитателей обряда Мисоги это местечко славится своими удивительными способностями. Сиратаки в переводе с японского - Белый водопад. Красивейшее место по всем законам фэн шуй для медитации, освобождения истинной Сущности, для выполнения самурайских обрядов и поисков Пути Дзен.


Стив узнал об этом местечке от своего любимого Учителя - Абэ Сэйсэки-Сэнсэя. Учитель рассказал, как в 1940 году начал невыносимо страдать от депрессии, пришедшей от напряженных занятий каллиграфией. Абэ не был слабаком - он практиковал в это время Дзюдо и Кэндо. Но поиски совершенства в искусстве дыхания и написания слов привели к такой усталости, что Абэ решил начать заниматься серьезнее ритуалом очищения Мисоги. Чтобы добиться совершенства он познакомился с основателем Айкидо, которое в те годы называли Уэсиба - Рю Тайдзюцу, по имени О-Сэнсэя Морихея Уэсиба. О-Сэнсэй, как так же называли Уэсибу, жил как раз в этой деревеньке Сиратаки.


Собравшись в дорогу к Белому водопаду, Таке спросил Учителя, что дает усиленное занятие Мисоги. Абэ-Сэнсэй ответил:


- У обычного человека пять чувств: слух, вкус, обоняние, осязание, зрение. Тот, кто долго занимается Мисоги, может развить в себе дополнительные чувства, которые откроют ему врата в другие, духовные миры...


Стив расколол лед на речушке поодаль деревеньки и встал под леденящие струи водопада. Было не холодно. Совершенно наоборот - горячие обжигающие брызги, казалось, пели в унисон порывам ветра и все вдруг в одно мгновенье стало невероятно значимым - капелька кристально чистой воды, крошка льда, радужный блик на краю проруби, веселый до безрассудства крик дикой птицы, все пело, кружилось в экстазе и было переполнено наслаждением и вибрациями счастья. Прошла всего лишь минута, а Стиву показалось, что пролетели десятилетия - так много нового ему пришлось увидеть и осознать за это мгновение...


Он приходил сюда с рассветом и, как когда-то О-Сэнсэй и Абэ-Сэнсэй прыгал в ледяную воду, кроша тонкий лед, и подставлял лицо обжигающим струям воды, а затем с благодарностью ловил холодные порывы ветра и с ликованием и любовью вглядывался в этот мир... Вдруг ему очень захотелось сказать вслух то, что он только что осознал каждой клеточкой своего тела, и он весело крикнул:


- Учиться, чтобы понять, что является настоящим!


Каждый, кто прошел в своей жизни немало испытаний, обретает силу собственной, неповторимой Личности и ему затем решать, чем заняться - совершенствоваться далее, чтобы чуть усмирить сансару или оторвать время от собственного Пути и начать помогать людям более слабым и еще не прозревшим. Стивен попытается сделать и то и другое: помогать голодным сиротам во многих странах, обучать айкидо голливудских звезд, играть на гитаре и играть в кино, лечить тибетских лам и еще многое другое...


Мир это любовь, просто каждый понимает это по-своему. Но любви не может быть слишком много - просто со временем она перестает распадаться на крохотные ручейки любви к дому маме или юной соседке, а становится мощным, голосящим на койне Вселенной столбом фонтанирующей воды, весело омывающей Небеса...


Глава тридцать четвертая


И опять в начале пути


Они встретились совершенно случайно - Сигал и Кобёрн, на углу бульваров Магнолия и Кауэнга. Актер Джеймс Кобёрн был знаменит и популярен, не то что новичок Стив. Джеймс считался верным другом Брюса Ли и ему на похоронах героя доверили нести тело великого мастера. Со Стивеном Джеймс был дружен еще с Японии, куда частенько приезжал. Актер прославился тем, что всегда так выкладывался на тренировках с великими мастерами боевых искусств, что заслужил их любовь и одобрение. Как говорят, в Голливуде, словно в большой деревне, невозможно жить незамеченным. Был январь 1984 года и додзё Стива переехал как раз в это местечко Северного Голливуда. Они обнялись и после этого частенько проводили время вместе. В тренировках и в беседах. Когда репортеры спросили знаменитость, зачем он, друг и ученик Брюса Ли занимается у неизвестного парня, Кобёрн парировал:


- Такой Великий Мастер боевых искусств, как Сихан Сигал, встречается раз в жизни. И я счастлив, что для меня этот момент настал...


Журналисты - народ любопытный. Благодаря Кобёрну им удалось уговорить выступить Сигала в нескольких телепрограммах. Оба друга разыграли столь невероятные шоу, что зритель ревел от восторга и требовал продолжения... Сигал отражал атаки Джеймса и своего ученика Мацуоки, показывал приемы айкидо, дрался с ножом, мечом и совершенно "безоружным".


Сценарист, запустивший карьеру Брюса Ли, решил помочь и Стивену. Сигалу предложили небольшую роль в картине со звездой первой величины- с самим Сильвестром Сталлоне. Сценарий писал для нового кинобоевика сам Силлифант Стерлинг. Но Сигал заявил ему, что будет участвовать в картине только при одном условии: если сценарист напишет для него и Сталлоне сцену поединка. Мелочевка его не интересовала. Сценарий был написан, но без этой сцены. Силлифант был упрям и слишком гордился собственной значимостью, чтобы прислушиваться к советам кого-либо. И звезда Сигала решила еще чуть-чуть подождать до тех пор, пока Судьба не сведет Стива с самым влиятельным человеком Голливуда середины восьмидесятых.


В додзё преподавали концепцию полного Будо ( Пути воина), созданную Стивеном Сигалом. Для этого ученикам приходилось изучать и совершенствоваться в таких необычных для европейцах предметах, как Дзёдзуцу (фехтование на палках), Кодзики (истории), Содзюцу (фехтованию на копьях), Сёдо (каллиграфии), Кэндзюцу (фехтованию на мечах), Мисоги (закаливанию холодной водой), Тядо (чайной церемонии), макробиотике (особой диете самураев).


- Учитель, что такое талая вода?


- Это вода, которая помнит, обладает памятью о своей кристаллической решетке. Если она замерзала в красивом месте с хорошей энергией, то ее кристаллизация поможет тебе отбросить ненужные грязные энергии от ауры и паразитов. А собственное тело, клетки, аура станут возрождаться и укрепляться...


Глава тридцать пятая


Его фея


Он встретил Келли полтора года назад, в конце 1985 года во время своей очередной поездки в Японию. Позади осталась шумная беспокойная жизнь с красавицей Адриен Ла Русса. Адриен никогда не смогла бы стать настоящей женой - заботливой, спокойной, нежной. Она думала только о себе. Стив устал от бесконечных ее " когда?" и "почему?". Развод, как глоток ледяной воды из речушки близ Сиратаки вернул его к жизни. Казалось, он никогда не подумает больше о женитьбе. Подружки - пожалуйста. А вот жена... Зачем?


Но тот рассмешит Бога, кто строит планы.


Она походила на Голубую фею, все время выручавшую глупеньких пиноккио из идиотских ситуаций. Келли была так красива, что Стив вдруг вспомнил, как когда-то один из его учителей сказал: "Душа с каждой новой жизнью шьет для себе все более пышные наряды".


Она была нежна, добра и жизнерадостна. Фея-дитя, на миг спрятавшая свои крылышки и палочку, дабы вкусить обыденность простых смертных. Ее гибкое идеальное тело, шелковые каштановые волосы, вечно удивленные глаза и пышные душистые губы сводили с ума миллионы мужчин. Но он стал единственным для Келли ЛеБрок - в сентябре 1987-го они поженились. Свадьба была скромной по голливудским понятиям - всего лишь сто человек, отпраздновали ее в обычном итальянском ресторанчике в долине Сан Фернандо. И с тех пор Келли была всегда рядом - и на занятиях в додзё, и дома, и на съемочной площадке. Помог влюбленным ворваться на фабрику грез миляга-Майкл. Он уговорил очень талантливого молодого режиссера написать для них сценарий. Эндрю Левиса называли восходящей звездой Голливуда, и он прислушивался к мнению старожила киноолимпа - Овица. А в ноябре 1986 Эндрю уже снял удивительную парочку в пятиминутной кинопробе. И Келли, и Стив смотрелись замечательно. И руководство Уорнер Бразерс проба очень понравилась.


Глава тридцать шестая


Единственный победитель Нико


Он устало опустился в кресло перед любимой. Келли снимала макияж после отработанной сцены и с нежностью смотрела на Стива. Это был их самый счастливый, медовый месяц. Конечно, потом будут другие радостные моменты - рождение детей (она подарит ему троих - Аннализу, Доминика Сан Рокко и Ариссу), прохождение по красной дорожке на церемонию вручения Оскара, шум поклонников, мечтающих получить автограф звездной парочки. Но это будет потом. А пока они снимаются - спасибо Майклу!- вместе. "Смерти вопреки" был второй киноработой Сигала в Голливуде. И главное - у них были главные с Келли роли. Оказывается, играть влюбленных в кино штука совершенно глупая для настоящих любовников. Их заставляли делать то, что им казалось нелепым. Но получалось вроде бы красиво. Хотя иногда Стив пытался переубедить и режиссера и художника-постановщика не совершать ошибок в тех моментах, в которых американцы мало что понимали. Иногда он даже выходил из себя. И уходил к любимой в гримерку.


Стив с грустью начал:


- Они не понимают меня, Келли! Для них Айкидо, все традиции японских практик всего лишь эффектные трюки, которые могут принести картине больше кассовых доходов! Зрителю надоело кунг-фу. Ему хочется что-то новенькое. Но самые смертельные удары не зрелищны, человека можно убить прикосновением пальца, меня как медведя на ярмарке заставляют кричать и швырять противников. А что они заставили меня делать в сцене с акупунктурой?


- Это родной, когда ты сидел с иголками и дымящимися благовониями и медитировал? По-моему очень красиво! Мужественный торс, игра теней и света и твой удивительный взгляд в никуда... Зритель будет в восторге!


- То же мне сказал режиссер!


- Так что же тебя заботит? Все так удачно складывается, фильм будет иметь грандиозный успех!


- Пойми, меня заставили поставить иглы с моксами не в те точки. Невозможно человеку после комы восстановить силы энергию и волю с помощью акупунктуры на торсе и плечах. Серьезные восстановительные процессы возможны при воздействии иголок и моксы - сухой полыни - только на нижние конечности и кисти рук. А тут- полная фикция ради красивого кадра!


- Что же ты сделал, мистер Мейсон Сторм?


- Я вызвал на бой всех на съемочной площадке.


-И что же?


- Никто не согласился. Лишь после повторного вызова ко мне приблизился старый каскадер, схватил меня и, несмотря на мое сопротивление, очень быстро уложил на лопатки! Впервые меня победили...


-Это потому, что ты гневался, любимый. Ничего. Ты все равно лучше всех.


Меня пугает твое желание превозносить меня, Келли. Я путник, ищущий Истину, а не кудесник в цирке. Когда-то я уехал из Японии, бросив жену, детей и своих учеников только потому, что они начали обожествлять меня. Это совсем не то, что нужно воину, поверь!


Но тебя же зовут Таке Сигэмучи, что означает путь к Процветанию! Как же не любить и не превозносить такого человека... У Голливуда есть Джеки Чан и Ван Дамм, "Боло" Янг Цзи и Синтия Ротрок, Майкл Дудикофф и Ричард Нортон, Бенни "Реактивный" и Чак Норрис... Но никто из них не принял твой вызов сразиться, чтобы выяснить, кто же сильнейший боец киномира. ... Пройдет время, и точно так же без ответа останется призыв Стива через журнал "Блэк Бэлт" ( "Черный пояс"), в котором он предложил любому желающему поединок до смертельного исхода...


Келли нежно коснулась его раскосых глаз поцелуем и они застыли, обнявшись, пока криком Экшн! Их не вернули в реальность съемочной площадки.


Глава тридцать седьмая


Ожидая сильных мира кино


Майкл ввел Стивена в приемную президента компании "Уорнер Бразерс". Он сначала уговорил прочесть их сценарий, написанный специально для Сигала, а потом показал пятиминутку с участием своего подопечного. Кинопроба, снятая Эндрю Дэвисом так впечатлила руководителей этого киномонстра, что они решились на личную встречу с начинающим актером. Уже это был исторический момент - не каждому личную аудиенцию оказывает такой человек. Стивен с хитринкой в глазах вдруг начал рассказывать Майклу о том, как добивался встречи его учитель каллиграфии Абэ-Сэнсэй с основателем айкидо Морихеем Уэсиба, главой секты Омото-ке.


...Он долго пытался найти великого мастера, но знаменательные встречи устраиваются наверху. Ему пришлось провести много мучительных месяцев в поисках. Как однажды, неспешно прогуливаясь по улочке, он наткнулся на вывеску, сообщавшую что в этом доме проживает Морихей Уэсиба. Абэ позвонил. Дверь открылась и он увидел великого человека, о встрече с которым так долго мечтал. Склонившись в поклоне, он стал рассказывать о своей мечте стать учеником и о поисках Уэсибы. По японским канонам это было неслыханным нахальством - без письменной просьбы, без рекомендаций взять и заявиться к великому человеку. Но дело спас знакомый, который выглянул из дома и подтвердил мастеру, что знаком с юношей и может за него поручиться... Так Абэ стал учеником у О-Сэнсэя.


Секретарша проводила Майкла и Стивена в светлую большую комнату. Президент Уорнер Бразерс Терри Семел приветливо пожал гостям руку и попросил показать Стивена, на что он способен. Вокруг всесильного короля Голливуда собралось его четырнадцать заместителей. Эти пятнадцать человек делали погоду в кино и увидеть их всех вместе, да и еще на встрече с дебютантом в кино... Невероятно! Но именно так и обстояло дело. Администраторы Уорнер Бразерс позаботились обо всем- даже привези татами из додзё Сигала.


Семел отлично понимал, что зритель устал от ушу и кунг-фу. На смену Брюсу Ли должны придти новые герои. Еще более сильные, еще красивее. И драться они должны иначе. Кино- это наркотик общечеловеческого пользования. Зритель, усвоив дозу, в следующий раз с криками Еще! Еще! требует более сильного и яркого зрелища... Посмотрим, сможет ли такое зрелище показать этот странный юноша.


В течение десяти минут на татами поочередно сходились Сигал и его верные ученики Мацуока и Грэг Данн, который раза в два был выше и крепче самого Сигала. Эта троица - гибкий пластичный японец, молниеносный и блистательный Сигал и гигантский Грэг представляли то еще зрелище! Все пятнадцать руководителей Уорнер Бразерс овациями ответили на окончание показа.


То, что показал этот необычный парень - кажется, он говорил что, это какое-то там айкидо- американцы еще не видели. Приемы и техника были так необычны, что Терри уже предвкушал заголовки газет и фото на первой полосе, где он и новый герой киноолимпа пожимают руки.


Овицу буквально сразу же перезвонили в его агентство и сообщили, что предлагают Сигалу главную роль в фильме "Над законом", где он сыграет полицейского Нико.


----------------------------------------------------------------------------------------------------


-----------------------------------------------------------------------------------------------


Глава тридцатая


Запретный портрет


Пан Михал с торжественной речью открывал выставку польского живописца, только что вернувшегося из Панамы с потрясающими полотнами. Серия картин "Панама, сердце истинной Америки" была яркой и очень познавательной. С полотен на зрителя смотрели красавицы крестьянки с глазастыми малышами на руках, боевые командиры, уходившие в джунгли бороться с колумбийскими контрабандистами, пыльные улочки Панамы, зеленые горы, купающиеся в сиреневой дымке рассвета... Не было в экспозиции только портрета генерала Норьеги. Пан Михал запретил вывешивать изображение руководителя страны, назвав его кровавым диктатором и ставленником американцев. Художник обижался, ссылаясь на аполитичность творчества и указывая на блистательную цветовую гамму и поразительную харизму изображенного. Руководителя Меркуириуша это не трогало. Он убрал портрет в свой кабинет и демонстративно не отвечал на вопросы обиженного живописца.


И вот сейчас, пан Михал передавал слово советнику по культуре, а сам , обняв за плечи, уводил представителя советско-польской дружбы в свой кабинет, дабы распить рюмочку за удачный вернисаж.


Как только двери кабинета закрылись, старый гардеробщик вдруг стал мыть пол в приемной и под этим предлогом отправил всех сотрудников Меркуриуша в соседний зал наслаждаться не столько картинами мастера, сколько обязательным в таких случаях фуршетом.


Пан Михал подвел русского к портрету Норьеги, повернул генерала к стенке и отодрал мешковину с задника картины. Между ним и подрамником виднелась тонко скрученная бумага. Он заменяла деревянную распорочоку, которую заботливые художники втыкают в рамы, в надежде, что таким образом и сама рама и гениальная их живопись уцелеют лет на сто дольше. Бумажная распорочка оказалась свитком на очень прочной и почти прозрачной тончайшей бумаге. На ней мелкими буквами было написано следующее:


Комитет 300. И далее- только шифром, понятным центру.


====================================================


Глава тридцать первая


Учите коды!


Старик ждал, когда в кабинете начальства успокоятся и уйдут. Он давно уже отдал последнее пальто и мог бы уходить. Но преданность хорошо показывать шефу. И Михал доволен, и гардеробщик не останется без работы...


Когда погас свет и все разошлись, он спокойно открыл связкой ключей уборщицы кабинет начальника, внимательно осмотрел одиноко стоящуюь картину и полез в вазу, стоящую на сейфе. У Михала была противная черта бросать важные докмуенты не в сейф, которому он почти не доверял, а сюда, среди старых соленых роз. Точно! Старик вытащил крохотный мелко исписанный рулончик. Он поправил подтяжки, надел очки и , сев в кресло босса, стал внимательно читать шифровку. Она оказалась вполне обычной, ее применял еще Леонардо да Винчи. Правда, написана она была на арабском диалекте - с египетскими упрщениями согласных, но старик хорошо помнил уроки дешифровки, данные ему в разедшколе русской царской армии и он с удовольствием прочитал документ. Смыслом послания стали данные о сврехсекретной организации, в которую входили главные богачи мира, все известные и уважаемые фамилии, банки, фирмы. Объединяло их одно: во времена опиумных войн Британского королевства их предки сколотили гигантские состояния на торговле опиумом. Теперь из внучата заседают в важных международных организациях, говорят народам как им жить. Так вот судя по этому сообщению, Комитет указал Джорджу Бушу ( старшему), что Норьегу пора укротить- слишком ретиво генерал взялся за уничтожение наркокортелей и мешал прибыльной торговле Комитета. Буш якобы посопротивлялся, но кто он в борьбе с истинными владыками мира? Он срочно отозвал своих советников и начал акцию по захвату Норьеги.


...Старик снял очки, спрятал в карман атласной жилетки копию расшифрованного текста и поешл домой. Его ждал там стакан горячего молока, преданная домохозяйка и старый спаниель.


Глава тридцать вторая


Кардинал не защитил


Из докладной записки капитана Егора Воропаева:


- В данный момент ситуация в Панаме, как сообщают наши источники, близка к критической.


Кардинал отказал в укрытии и защите своему беглецу- диктатору Панамы Норьеге. Генералу ничего не оставалось, как через три постоянной психической атаки сдаться американским спецслужбам, которые немедленно переправили его в США. В данный момент американские силовики сделают все возможное, чтобы надолго запрятать Норьегу за решетку. Конечно, на их взгляд, было бы лучше, чтоб генерал замолчал навсегда - слишком много он знает о реальном противостоянии и нарковойне в Панаме. Но смертная казнь у них отменена и максимум, что грозит панамскому диктатору - двадцать лет тюрьмы. При этом Франция Панама и некоторые другие страны будут активно оспаривать действия США, и требовать выдачи генерала им. Тем не менее, в Панаме создается проамериканский марионеточный режим.


Считаю невозможным участие наших агентов в установлении здесь ситуации, благоприятной к политике Советского Союза. К сожалению, мы упустили момент и инициатива полностью в руках американцев. Человек, на которого мы рассчитывали, как на вероятного союзника, на контакт не пошел и в данный момент находится в США. По нашим сведениям, он продал свое двухэтажное здание школы боевых искусств в Осаке, забрал своего лучшего ученика-японца и открыл в Голливуде настоящую школу айкидо. Напомню, что айкидо было основано японцем Уэсибо Морихеем, находившимся в советском плену...


-----------------------------------------------------------------------------------------------


Глава тридцать третья


Белый морж на Белом водопаде


В далекую деревеньку Сиратаки на острове Хоккайдо приезжают лишь истинные ценители японских традиций. Среди почитателей обряда Мисоги это местечко славится своими удивительными способностями. Сиратаки в переводе с японского - Белый водопад. Красивейшее место по всем законам фэн шуй для медитации, освобождения истинной Сущности, для выполнения самурайских обрядов и поисков Пути Дзен.


Стив узнал об этом местечке от своего любимого Учителя - Абэ Сэйсэки-Сэнсэя. Учитель рассказал, как в 1940 году начал невыносимо страдать от депрессии, пришедшей от напряженных занятий каллиграфией. Абэ не был слабаком - он практиковал в это время Дзюдо и Кэндо. Но поиски совершенства в искусстве дыхания и написания слов привели к такой усталости, что Абэ решил начать заниматься серьезнее ритуалом очищения Мисоги. Чтобы добиться совершенства он познакомился с основателем Айкидо, которое в те годы называли Уэсиба - Рю Тайдзюцу, по имени О-Сэнсэя Морихея Уэсиба. О-Сэнсэй, как так же называли Уэсибу, жил как раз в этой деревеньке Сиратаки.


Собравшись в дорогу к Белому водопаду, Таке спросил Учителя, что дает усиленное занятие Мисоги. Абэ-Сэнсэй ответил:


- У обычного человека пять чувств: слух, вкус, обоняние, осязание, зрение. Тот, кто долго занимается Мисоги, может развить в себе дополнительные чувства, которые откроют ему врата в другие, духовные миры...


Стив расколол лед на речушке поодаль деревеньки и встал под леденящие струи водопада. Было не холодно. Совершенно наоборот - горячие обжигающие брызги, казалось, пели в унисон порывам ветра и все вдруг в одно мгновенье стало невероятно значимым - капелька кристально чистой воды, крошка льда, радужный блик на краю проруби, веселый до безрассудства крик дикой птицы, все пело, кружилось в экстазе и было переполнено наслаждением и вибрациями счастья. Прошла всего лишь минута, а Стиву показалось, что пролетели десятилетия - так много нового ему пришлось увидеть и осознать за это мгновение...


Он приходил сюда с рассветом и, как когда-то О-Сэнсэй и Абэ-Сэнсэй прыгал в ледяную воду, кроша тонкий лед, и подставлял лицо обжигающим струям воды, а затем с благодарностью ловил холодные порывы ветра и с ликованием и любовью вглядывался в этот мир... Вдруг ему очень захотелось сказать вслух то, что он только что осознал каждой клеточкой своего тела, и он весело крикнул:


- Учиться, чтобы понять, что является настоящим!


Каждый, кто прошел в своей жизни немало испытаний, обретает силу собственной, неповторимой Личности и ему затем решать, чем заняться - совершенствоваться далее, чтобы чуть усмирить сансару или оторвать время от собственного Пути и начать помогать людям более слабым и еще не прозревшим. Стивен попытается сделать и то и другое: помогать голодным сиротам во многих странах, обучать айкидо голливудских звезд, играть на гитаре и играть в кино, лечить тибетских лам и еще многое другое...


Мир это любовь, просто каждый понимает это по-своему. Но любви не может быть слишком много - просто со временем она перестает распадаться на крохотные ручейки любви к дому маме или юной соседке, а становится мощным, голосящим на койне Вселенной столбом фонтанирующей воды, весело омывающей Небеса...


Глава тридцать четвертая


И опять в начале пути


Они встретились совершенно случайно - Сигал и Кобёрн, на углу бульваров Магнолия и Кауэнга. Актер Джеймс Кобёрн был знаменит и популярен, не то что новичок Стив. Джеймс считался верным другом Брюса Ли и ему на похоронах героя доверили нести тело великого мастера. Со Стивеном Джеймс был дружен еще с Японии, куда частенько приезжал. Актер прославился тем, что всегда так выкладывался на тренировках с великими мастерами боевых искусств, что заслужил их любовь и одобрение. Как говорят, в Голливуде, словно в большой деревне, невозможно жить незамеченным. Был январь 1984 года и додзё Стива переехал как раз в это местечко Северного Голливуда. Они обнялись и после этого частенько проводили время вместе. В тренировках и в беседах. Когда репортеры спросили знаменитость, зачем он, друг и ученик Брюса Ли занимается у неизвестного парня, Кобёрн парировал:


- Такой Великий Мастер боевых искусств, как Сихан Сигал, встречается раз в жизни. И я счастлив, что для меня этот момент настал...


Журналисты - народ любопытный. Благодаря Кобёрну им удалось уговорить выступить Сигала в нескольких телепрограммах. Оба друга разыграли столь невероятные шоу, что зритель ревел от восторга и требовал продолжения... Сигал отражал атаки Джеймса и своего ученика Мацуоки, показывал приемы айкидо, дрался с ножом, мечом и совершенно "безоружным".


Сценарист, запустивший карьеру Брюса Ли, решил помочь и Стивену. Сигалу предложили небольшую роль в картине со звездой первой величины- с самим Сильвестром Сталлоне. Сценарий писал для нового кинобоевика сам Силлифант Стерлинг. Но Сигал заявил ему, что будет участвовать в картине только при одном условии: если сценарист напишет для него и Сталлоне сцену поединка. Мелочевка его не интересовала. Сценарий был написан, но без этой сцены. Силлифант был упрям и слишком гордился собственной значимостью, чтобы прислушиваться к советам кого-либо. И звезда Сигала решила еще чуть-чуть подождать до тех пор, пока Судьба не сведет Стива с самым влиятельным человеком Голливуда середины восьмидесятых.


В додзё преподавали концепцию полного Будо ( Пути воина), созданную Стивеном Сигалом. Для этого ученикам приходилось изучать и совершенствоваться в таких необычных для европейцах предметах, как Дзёдзуцу (фехтование на палках), Кодзики (истории), Содзюцу (фехтованию на копьях), Сёдо (каллиграфии), Кэндзюцу (фехтованию на мечах), Мисоги (закаливанию холодной водой), Тядо (чайной церемонии), макробиотике (особой диете самураев).


- Учитель, что такое талая вода?


- Это вода, которая помнит, обладает памятью о своей кристаллической решетке. Если она замерзала в красивом месте с хорошей энергией, то ее кристаллизация поможет тебе отбросить ненужные грязные энергии от ауры и паразитов. А собственное тело, клетки, аура станут возрождаться и укрепляться...


Глава тридцать пятая


Его фея


Он встретил Келли полтора года назад, в конце 1985 года во время своей очередной поездки в Японию. Позади осталась шумная беспокойная жизнь с красавицей Адриен Ла Русса. Адриен никогда не смогла бы стать настоящей женой - заботливой, спокойной, нежной. Она думала только о себе. Стив устал от бесконечных ее " когда?" и "почему?". Развод, как глоток ледяной воды из речушки близ Сиратаки вернул его к жизни. Казалось, он никогда не подумает больше о женитьбе. Подружки - пожалуйста. А вот жена... Зачем?


Но тот рассмешит Бога, кто строит планы.


Она походила на Голубую фею, все время выручавшую глупеньких пиноккио из идиотских ситуаций. Келли была так красива, что Стив вдруг вспомнил, как когда-то один из его учителей сказал: "Душа с каждой новой жизнью шьет для себе все более пышные наряды".


Она была нежна, добра и жизнерадостна. Фея-дитя, на миг спрятавшая свои крылышки и палочку, дабы вкусить обыденность простых смертных. Ее гибкое идеальное тело, шелковые каштановые волосы, вечно удивленные глаза и пышные душистые губы сводили с ума миллионы мужчин. Но он стал единственным для Келли ЛеБрок - в сентябре 1987-го они поженились. Свадьба была скромной по голливудским понятиям - всего лишь сто человек, отпраздновали ее в обычном итальянском ресторанчике в долине Сан Фернандо. И с тех пор Келли была всегда рядом - и на занятиях в додзё, и дома, и на съемочной площадке. Помог влюбленным ворваться на фабрику грез миляга-Майкл. Он уговорил очень талантливого молодого режиссера написать для них сценарий. Эндрю Левиса называли восходящей звездой Голливуда, и он прислушивался к мнению старожила киноолимпа - Овица. А в ноябре 1986 Эндрю уже снял удивительную парочку в пятиминутной кинопробе. И Келли, и Стив смотрелись замечательно. И руководство Уорнер Бразерс проба очень понравилась.


Глава тридцать шестая


Единственный победитель Нико


Он устало опустился в кресло перед любимой. Келли снимала макияж после отработанной сцены и с нежностью смотрела на Стива. Это был их самый счастливый, медовый месяц. Конечно, потом будут другие радостные моменты - рождение детей (она подарит ему троих - Аннализу, Доминика Сан Рокко и Ариссу), прохождение по красной дорожке на церемонию вручения Оскара, шум поклонников, мечтающих получить автограф звездной парочки. Но это будет потом. А пока они снимаются - спасибо Майклу!- вместе. "Смерти вопреки" был второй киноработой Сигала в Голливуде. И главное - у них были главные с Келли роли. Оказывается, играть влюбленных в кино штука совершенно глупая для настоящих любовников. Их заставляли делать то, что им казалось нелепым. Но получалось вроде бы красиво. Хотя иногда Стив пытался переубедить и режиссера и художника-постановщика не совершать ошибок в тех моментах, в которых американцы мало что понимали. Иногда он даже выходил из себя. И уходил к любимой в гримерку.


Стив с грустью начал:


- Они не понимают меня, Келли! Для них Айкидо, все традиции японских практик всего лишь эффектные трюки, которые могут принести картине больше кассовых доходов! Зрителю надоело кунг-фу. Ему хочется что-то новенькое. Но самые смертельные удары не зрелищны, человека можно убить прикосновением пальца, меня как медведя на ярмарке заставляют кричать и швырять противников. А что они заставили меня делать в сцене с акупунктурой?


- Это родной, когда ты сидел с иголками и дымящимися благовониями и медитировал? По-моему очень красиво! Мужественный торс, игра теней и света и твой удивительный взгляд в никуда... Зритель будет в восторге!


- То же мне сказал режиссер!


- Так что же тебя заботит? Все так удачно складывается, фильм будет иметь грандиозный успех!


- Пойми, меня заставили поставить иглы с моксами не в те точки. Невозможно человеку после комы восстановить силы энергию и волю с помощью акупунктуры на торсе и плечах. Серьезные восстановительные процессы возможны при воздействии иголок и моксы - сухой полыни - только на нижние конечности и кисти рук. А тут- полная фикция ради красивого кадра!


- Что же ты сделал, мистер Мейсон Сторм?


- Я вызвал на бой всех на съемочной площадке.


-И что же?


- Никто не согласился. Лишь после повторного вызова ко мне приблизился старый каскадер, схватил меня и, несмотря на мое сопротивление, очень быстро уложил на лопатки! Впервые меня победили...


-Это потому, что ты гневался, любимый. Ничего. Ты все равно лучше всех.


Меня пугает твое желание превозносить меня, Келли. Я путник, ищущий Истину, а не кудесник в цирке. Когда-то я уехал из Японии, бросив жену, детей и своих учеников только потому, что они начали обожествлять меня. Это совсем не то, что нужно воину, поверь!


Но тебя же зовут Таке Сигэмучи, что означает путь к Процветанию! Как же не любить и не превозносить такого человека... У Голливуда есть Джеки Чан и Ван Дамм, "Боло" Янг Цзи и Синтия Ротрок, Майкл Дудикофф и Ричард Нортон, Бенни "Реактивный" и Чак Норрис... Но никто из них не принял твой вызов сразиться, чтобы выяснить, кто же сильнейший боец киномира. ... Пройдет время, и точно так же без ответа останется призыв Стива через журнал "Блэк Бэлт" ( "Черный пояс"), в котором он предложил любому желающему поединок до смертельного исхода...


Келли нежно коснулась его раскосых глаз поцелуем и они застыли, обнявшись, пока криком Экшн! Их не вернули в реальность съемочной площадки.


Глава тридцать седьмая


Ожидая сильных мира кино


Майкл ввел Стивена в приемную президента компании "Уорнер Бразерс". Он сначала уговорил прочесть их сценарий, написанный специально для Сигала, а потом показал пятиминутку с участием своего подопечного. Кинопроба, снятая Эндрю Дэвисом так впечатлила руководителей этого киномонстра, что они решились на личную встречу с начинающим актером. Уже это был исторический момент - не каждому личную аудиенцию оказывает такой человек. Стивен с хитринкой в глазах вдруг начал рассказывать Майклу о том, как добивался встречи его учитель каллиграфии Абэ-Сэнсэй с основателем айкидо Морихеем Уэсиба, главой секты Омото-ке.


...Он долго пытался найти великого мастера, но знаменательные встречи устраиваются наверху. Ему пришлось провести много мучительных месяцев в поисках. Как однажды, неспешно прогуливаясь по улочке, он наткнулся на вывеску, сообщавшую что в этом доме проживает Морихей Уэсиба. Абэ позвонил. Дверь открылась и он увидел великого человека, о встрече с которым так долго мечтал. Склонившись в поклоне, он стал рассказывать о своей мечте стать учеником и о поисках Уэсибы. По японским канонам это было неслыханным нахальством - без письменной просьбы, без рекомендаций взять и заявиться к великому человеку. Но дело спас знакомый, который выглянул из дома и подтвердил мастеру, что знаком с юношей и может за него поручиться... Так Абэ стал учеником у О-Сэнсэя.


Секретарша проводила Майкла и Стивена в светлую большую комнату. Президент Уорнер Бразерс Терри Семел приветливо пожал гостям руку и попросил показать Стивена, на что он способен. Вокруг всесильного короля Голливуда собралось его четырнадцать заместителей. Эти пятнадцать человек делали погоду в кино и увидеть их всех вместе, да и еще на встрече с дебютантом в кино... Невероятно! Но именно так и обстояло дело. Администраторы Уорнер Бразерс позаботились обо всем- даже привези татами из додзё Сигала.


Семел отлично понимал, что зритель устал от ушу и кунг-фу. На смену Брюсу Ли должны придти новые герои. Еще более сильные, еще красивее. И драться они должны иначе. Кино- это наркотик общечеловеческого пользования. Зритель, усвоив дозу, в следующий раз с криками Еще! Еще! требует более сильного и яркого зрелища... Посмотрим, сможет ли такое зрелище показать этот странный юноша.


В течение десяти минут на татами поочередно сходились Сигал и его верные ученики Мацуока и Грэг Данн, который раза в два был выше и крепче самого Сигала. Эта троица - гибкий пластичный японец, молниеносный и блистательный Сигал и гигантский Грэг представляли то еще зрелище! Все пятнадцать руководителей Уорнер Бразерс овациями ответили на окончание показа.


То, что показал этот необычный парень - кажется, он говорил что, это какое-то там айкидо- американцы еще не видели. Приемы и техника были так необычны, что Терри уже предвкушал заголовки газет и фото на первой полосе, где он и новый герой киноолимпа пожимают руки.


Овицу буквально сразу же перезвонили в его агентство и сообщили, что предлагают Сигалу главную роль в фильме "Над законом", где он сыграет полицейского Нико.


----------------------------------------------------------------------------------------------------


Глава тридцать восьмая


Голливудские пациенты


У Шона Коннери болела спина. Европейские светилы и мануальщики потратили немало собственных сил и личных средств своего звездного клиента, но спина упрямо давала о себе знать в самый неудобный момент. В Северном Голливуде открылась в это время маленькая странная школа со сложным восточным названием... Тэн Син Бугэй Гакуэн. О главе Тэн Сина ходили легенды. Кто-то говорил, что это настоящий самурай, только белый. Кто - твердил о тулку - перевоплощенном тибетском ламе. Так или иначе, парень в свои тридцать четыре года творил настоящие чудеса. Лечил травами, иглоукалыванием и обучал вместе со своим учеником-японцем настоящему айкидо голливудских знаменитостей. Майкл Овиц, знаменитый глава агентства....


Уговорил Шона заглянуть в Тэн Син. Шон подъехал в назначенный час. Японец открыл дверь и провел Коннери в комнату. Спиной к двери сидел большой, очень большой человек. Конский хвост, черная просторная одежда. Маленький столик с чаем. Он встал и почти заслонил собой всю комнатку.


Стивен Сигал. Рад видеть знаменитого Джеймса Бонда в своем додзё. Майкл рассказывал о вас.


- Скорее, о моей проблеме, - с улыбкой пожимал руку Стива Шон. Он до конца не верил во все эти скрытые энергии ци и прочую восточную ерундистику. Но здоровье для актера- вещь обязательная, если не хочешь закончить свою карьеру на свалке киноистории. А вдруг этот парень с глазами Чингисхана сможет сотворить чудо и Шон выздоровеет?


Стивен посадил на неуютный стул гостя. И начал задавать вопросы - когда болит спина, во время движения или покоя, что усиливает боль - покой или движение. В комнатке было тепло и после чашки горячего зеленого чая Шону стало жарко. Стив вдруг резко наклонился и понюхал актера. Вернее, он ловил запах не его свежего и надушенного тела, а пота. Он посмотрел внимательно в глаза Шону и взял за руки знаменитость. И замолчал. Шон попытался шутить, но поняв, что странный красавец что-то внимательно слушает внутри его, Шона, тоже замолчал и задумался. Ни о чем. Его вывел из оцепенения голос мастера:


Холодный ветер заблокировал энергию в канале мочевого пузыря на уровне поясницы. Чтобы убрать холод, поставим иголки.


Он бережно ввинчивал иглы в тело Шона, достал моксы- палочки из полыни и поджег их. - Шон, постарайтесь не думать ни о чем и хранить веселое состояние пустоты, невесомости...


Он отошел от Коннери и тихо стал переговариваться с японцем, называя его Мицуоко.


Через полчаса он снял иголки, размял актеру поясницу. Шон обалдело смотрел на парня - уже много лет он не чувствовал себя так бодро и хорошо:


- Стивен, а что означает название вашего додзё?


- В переводе с японского это звучит так: "Школа традиционных искусств "Небесная душа".


- По крайней мере, мою земную душу вы здорово подправили. И тело вместе с ней...


На прощание Стивен дал ему пакетик с темными шариками- пилюльками. Шон с благодарностью тряс руку Стива:


-Вы сделали невозможное. Мы можем пообщаться как- нибудь?


С тех пор они стали друзьями.


Глава тридцать девятая


Добрый ангел Голливуда


Майкл Овиц всегда был готов к переменам. Переменам в любви, смене партнеров в кинобизнесе, хобби и даже к переменам в мировоззрении. Он был готов даже сменить название своего агентства "Талантливые артисты" на другое, если б это принесло ему успех. Хотя название Майклу казалось очень удачным. Единственное, что он категорически не хотел менять, так это подъем в пять утра. В шесть он уже колесил по Лос-Анджелесу и навещал актеров, сценаристов, каскадеров и прочий голливудский люд, занятый в кинопроектах или лишь ожидающий приглашения в новый фильм. К вечеру он валился с ног, но выжить в Голливуде мог только сильный выносливый парень, забывший, что такое усталость и сон. И он шел к нужным людям и в нужные места, дабы поговорить о самом главном - о кино.


Он давно приглядывался к высоченному самураю, появлявшемуся на голливудских вечеринках. Все замолкали, когда он, высоченный, статный, величественный и удивительно красивый появлялся на очередном пати или церемонии открытия чего-либо или вручения чего-либо. О парне говорили многое. К примеру, он сопровождал знаменитого борца за справедливость епископа Десмонда Туту во время его визита в Штаты. Стив, говорят, был его личным телохранителем. Вроде бы он бывал в Гонудрасе, Сальвадоре, Гватемале и других неспокойных местах. Это все слухи. Что точно известно, так это то, что в Но главное - он здорово лечил от всех известных болезней. К примеру, Дастина Хоффмана. А голливудские искательницы мужчин так просто встрепенулись и ожили - столь роскошной цели для своей охоты они еще не получали. Правда, говорят, ему нравится Келли ЛеБрок - модель и актриса. По крайней мере, он ее лечит.


Майкла же поражали две вещи. Первая, это то, что парень действительно ловко управлялся с иголками и травами, поправив здоровье скрюченным гонкой за Оскаром паре-тройке знаменитостей. Вторая- что никто из продюсеров не пригласил этого красавца сняться в кино. Правда, поговаривали, что он сам отказался от нескольких проектов в Гонконге и Японии. Но этож Голливуд!


Он сам приехал к Стивену с предложением после того, как понял, что этот малый - настоящий Клондайк. Непонятно, что он делал со своими иголками и зачем так яростно выкручивал Майку руки и голову, но после всех этих зверских процедур Овиц похорошел, ожил и даже взбегал по лестницам и вприпрыжку догонял нужных людей. Вообщем, здоровье милостиво вернулось в его измученное борьбой за выживание в киноджунглях тело. Майкл внезапно понял, что лучшее, чем он может отблагодарить своего спасителя- это не столько деньги (хотя жил Стивен более чем скромно), а слава и мировое признание. А сделать это мог только Голливуд.


Майкл готов был к переменам. Он даже под впечатлением от Стива перелистал Книгу Перемен. Но даже он не представлял себе, что его идея снять в кино никому неизвестного обладателя четырех черных поясов по айкидо, ... принесет оглушительную славу. Ему и его протеже. Воистину гороскопы правы- 1988 год, когда на киноэкраны мира вышел дебютный фильм с Нико-Стивеном, стал точкой отсчета эры благополучия и успеха. Он принес 50 миллионов прибыли. Следующий уже перешагнет рубеж в восемьдесят миллионов прибыли. Стивен и Майкл вместе с ним становились очень обеспеченными людьми. Майкл с тех пор с уважением относился подобной чепухе и гороскопы пусть мельком, но просматривал.


-----------------------------------------------------------------------------------------------


Глава сороковая


Предательство в Храме Неба


Киян прикрылся путеводителем по древнему Храму Неба и старался разглядеть в толпе туристов старого знакомого. Галдящая толпа старалась встать на тот истертый столетиями кружок в центре ротонды, на котором император Поднебесной молил Небо об урожае. Считалось, что это самая прямая и краткая дорога к ушам Высших сил. Туристы покорно выстраивались в очередь, шептали что-то небу и задумчиво отходили смотреть пагоды и знаменитую стену красного Лабиринта.


Киян дернулся вперед. Воропаев, раздобревший, с суетливой охраной, важно говорил по мобильному. Киян с распухшим от кокаина носом высморкался и попытался подать руку старому знакомому.


-Ну здоров, что тебе еще надо?- похихикивая смотрел от высохшего бывшего подчиненного Егор Альбертович. - Денег? На кокс?


- Не-еет , милок. Кокосм тут не отделаешься. Ты, говорят, в России демократом заделался. А вот если я расскажу/, как ты вместо разведданых с меня требовал агентуру для твоего личного наркотрафика, как через меня ты наладил свои контакты со всей Центральной Америкой, вышел на турков и китайцев. Это товарищ капитан, стоит хорошего пожизненного содержания.


- Воропаев презрительно бросил к ногам Кияна Визу Голд и сплюнул через плечо. Туристы- а это оказались вежливые японцы- шарахнулись в сторону.


- Чтоб я тебя больше не встречал в жизни, гнида! И завязывай с наркотой, сдохненшь ведь!


- А кто меня к ним приучил, еще в Кракове?


- Дурак!


Киян прислонился лбом, мокрым от пота к старой красной кладке. Его бывший шеф исчез с охраной в лабиринте. Вдрукг отчетливо, словно перед Кияном раздалось: убрать этого гада, когда пойдет к ворогтома музея. Карточку верните- никому еще три куска не помешали...


...Киян расхохотался и скрылся в толпе шумевших поляков. Воропаев не знал главного- почему туристы так старались побывать именно в этом музее Китая. Дело в том, что стены лабиринта многократно увеличивали и разносили по всему Храму Неба любое слово, произнесенное на его территории.


Один из поляков, прихрамывая, обнажил свои желтые зубы и прокричал Кияну по русски:


- Все отлично записалось, мой друг! Теперь нас ждет безбедная жизнь где-нибудь на экзотическом острове!


---------------------------------------------------------------------------------------


Глава сорок первая


Музыка на побережье агента 007


На Ямайку Сигал приехал в полном вооружении: пять музыкантов плюс три зажигательные девчонки на подпевке были готовы сразить наповал тысячную толпу поклонников музыкального фестиваля SASHI Experience 2001.


Стивен так и заявил музыкальным критикам:


-Мне всегда нравилось регги, я уже записывался здесь на Ямайке с Бини Меном и Тутсом Хиббертом. А сегодня я и мои музыканты дать на фестивале такого гвоздя, что у всех дым из ушей повалит!!!


Люсия курила кубанскую сигару и одергивала узкую, как обычно, выцветшую кофточку. Ее огромные груди магнитом притягивали взгляд любого мужчины и поэтому расплывшаяся фигура бывшей красотки уже была всем безразлична. А ей тем более. После переворота в Панаме она убежала со всеми деньгами на Ямайку. О своем деде, знаменитейшем колдуне Вуду она мельком слышала, что вроде бы тот погиб в тюрьме. Жрецы Вуду не уходят из жизни так просто, и она верила, что как-нибудь они снова закружатся в ритуальном танце и кровь птицы будет капать в медный таз... Пока же жизнь дарила одни паузы. Выросшие дети бросили маму Люсию так же, как она позабыла о родном деде, и сгинули в поисках приключений. А бывшая пассия генерала Норьеги подпевала в убогом ресторанчике на самом берегу океана. Ей дарили радость обычные вещи: шум прибоя, мокрая дорожка песка на рассвете, хорошая сигара и рюмочка рома. Она была одной из сотен музыкантов, выступавших в этот вечер на фестивале в Очо Риос, на побережье Джеймса Бонда. Вдруг ей почудилось, что магия Вуду перенесла ее в прошлое на двадцать лет назад и она опять видит героев тех дней. На встречу ей, надвинув неизменную шляпу, двигался русский, что играл в американском пиано-баре в Панаме джазовые мелодии. Киян ссохся, стал мельче, но так же страстно как когда-то, присвистнул, увидев вылезающие из выреза полные груди Люсии и даже в почтительном приветствии прикоснулся к шляпе. Но тут тень ужаса промелькнула по его всегда брезгливому лицу - похоже, он узнал помощницу Вуду, через которую пытался выйти на связь с американским самураем Стивеном. Он переплюнул через левое плечо, неумело перекрестился и бросился в гримерку. Люсия, захохотав, проколыхала далее, но тут, в закулисье ее ожидала еще одна встреча.


Она услышала смутно знакомый голос, который нес ей из прошлого какие-то сильные воспоминания и дама, дымя сигарой, остановилась сбоку от сцены. Охрана пыталась отобрать сигару и оттащить толстушку подалее, но она вросла в пол и никак не реагировала на окружающих. Она увидела Того, о ком мечтала все эти годы. Спя и целую сотни мужчин, она лгала многим о любви и верности, стараясь вырвать с корнем образ единственного, который и внимания то на нее ни разу не обратил.


Глава сорок вторая


Любовь и бред


Она увидела его случайно, когда он что-то терпеливо объяснял охранникам Норьеги. Девушка беспрепятственно проходила в любое помещение резиденции. Стивен лишь бросил короткое - а это кто? И получив исчерпывающий ответ, навсегда потерял интерес к девице. Колдуньи и шаманки были не в его стиле. А Люсия бредила им, молилась всем демонам и духам, мечтая лишь об одной страстной ночи. Дед видел страдания внучки, но наотрез отказался применять магию в любовных целях. Старик сказал, что парень обладает такими сверхъестественными способностями, что чародейство навредит скорее им, чем ему. Он избранный, детка, и ты скорее станешь женой правителя Панамы, чем проведешь с ним одну ночь. И он кашлял, заходясь в неприятном смешке...


Тогда-то она и узнала, что русский эмигрант, подрабатывавший на саксофоне в баре, ищет так же встречи со Стивеном. В один вечер два столь разных человека сошлись за борной стойкой с рюмкой водки в руке. Люсия презрительно отвергла предложение стать любовниками и обещала русскому найти повод для его беседы и встречи с американцем. Взамен музыкант вытащил пачку купюр, но она их бросила ему в лицо, заявив, что плата будет гораздо серьезней.


Киян не верил своим глазам: девица требовала, чтобы он срочно привез какого-то известного кубинского колдуна и чтобы тот провел магический обряд над Стивеном. Девица хотела навечно обворожить недоступного красавца. За это она была готова сделать все что угодно...


Прошло три дня. Колдунья, а не колдун прибыла паромом. Она сурово взглянула на дурочку, мечтавшую о красавце, затем на его смутное фото. В крохотный флакончик старуха насыпала какой-то дряни из мешочка, висевшего возле ее немытых вечность грудей. Она заставила Люсию капнуть менструальной крови в пузырек и бросила туда крохотный самоцвет. Зелье надо было подмешать с особым заклинанием в питье любимому. Люсия вся трепетала, торопясь в резиденцию. На вопрос прислуги, где верзила американец, те с удивлением на нее посмотрели и сказали, что никакого американца здесь отродясь небывало. Так же изумленно поглядывал на внучку жрец Вуду, когда та тыкала ему в грудь клочком белой выцветшей фотографии, на которой уже было не различить лица.


- Это ты, это ты его отправил куда-то! Сознавайся!


-Девочка, ты больна и бредишь, - вполне серьезно отвечал дед.- Я даже не могу понять, в каком из снов ты увидела своего принца. По крайней мере, в Панаме его никто знать не знает!


И он вышел из комнаты. Тогда Люсия открыла тайник под столиком, вытащила все драгоценности и деньги, вылила содержимое столь дорогого для нее флакона на пол и вылезла в окно. Так закончилась ее бурная жизнь в Панаме.


И вот он, о реальном существовании которого даже она начала сомневаться, стоит с гитарой на сцене и поет регги! Пресвятая Дева, а девки-певички так и вьются возле него, не обращая внимания на других довольно молодых музыкантов. Стивен стал еще красивее. В нем появилась какая-то светящаяся духовная сила, доброта и веселость. Так могут смотреть на мир только счастливые люди, обретшие себя... На миг он повернулся в ее сторону, словно почувствовав ее страсть, их взгляды встретились, он, не узнав в ней красотку Люсию из прошлой жизни, приветливо и почтительно ей кивнул, словно матроне и продолжил следующий куплет.


Ей ничего не оставалось, как взять в долг у бармена полную бутылку текилы и выглотать ее в полном одиночестве, воя в полную силу в своей дощатой каморке.


Глава сорок третья


Время, которое можно пощупать


- Мы сталкиваемся постоянно с визуальным, слуховым и нравственным загрязнениями. Что было для вас самым большим загрязнением?


- В свое время я никак не мог понять, в чем различие между индивидуальным совершенствованием и жеданием духовного совершенствования для всех без исключения разумных существ. В юности мне казалось, что если я достигну высокого личного развития, то смогу делать что-то важное в духовном плане и для других. Я был глуп и не понимал, что основой должна стать общая польза для всех разумных существ...


Стивен раскланялся и вышел с пресс-конференции. Сегодня в зале блистательного отеля Лейк Лас Вегас Резорт на презентацию его нового детища собралось около шести тысяч человек. Музыкант, мастер боевых искусств и кинозвезда решил отдать некоторое время своему новому проекту - именно времени. С сегодняшнего дня он выпускает часы класса люкс Quixotic. Временем и часами он интересовался всегда. Как-то в самые первые свои годы жизни в Голливуде он наблюдал, как один влиятельный киномастер беспомощно пытался установить точное время на своих электронных часах, лишь входивших тогда в моду. Стив быстро наладил таймер и объяснил мэтру, как ими пользоваться. Тот в восторге обронил:


-Тебе приятель, надо бы заняться часовым бизнесом...


Прошло более двадцати лет и вот, в знойную августовскую ночь Стивен Сигал показывает бомонду великолепные и роскошные часы. Собственно, их название переводится с английского как фантастичные. Они тому соответствуют. Участие в бизнесе Haute Horlogerie никак не повлияло на обычный распорядок жизни звезды. Он продолжает совершенствоваться в своих духовных поисках и не бросает выступления со своей группой Thunderbox. А иногда путешествует. Частенько- по России.


__________________________________________________________________


Глава сорок четвертая


Патрисия, детище зомби


Люсия дико хохотала тыча пальцем в газетенку. Репортеришка захлебывался, стараясь добавить в силу своей скудной фантазии все возможные пикантные подробности о взаимоотношениях кинозвезды Стивена Сигала и ничем непримечательной девицы, сотрудницы звукозаписывающей компании. Правда, у девушки было замечательное имя, такое же как у матери Сигала - на этом и решила сыграть Люсия. Стив был очень дружелюбен с Пэт и даже сказал ей пару комплиментов. Скандал разгорелся совершенно неожиданно для Стивена: вместо того, чтобы активнее участвовать в подготовке и выпуску в свет альбома Стивена, Патрисия Николс подала на него в суд. Он не мог в это поверить - милая девушка, всегда весело шутившая в ответ на его стандартные комплименты превратилась вдруг в фурию, обвинившую его в сексуальном домогательстве! Он ничего не понимал: как такое могло произойти? Она что, специально решила угробить его музыкальный проект, в котором на сессионных музыкантах Стив потерял немаленькую сумму?


Ему ни за что не догадаться, что несчастная Пэт уже не владела собой. В нее что-то вселилось. А это что-то было отлично знакомо ее соседке- милой безобидной толстушке без возраста и талии с двумя гигантскими шарами на месте, где у других женщин располагались груди. Толстуха любила вечерком раскладывать картишки и гадать Патрисии. А пару дней назад, когда девушке стало плохо, она дала ей выпить какую-то настоечку и, бормоча что- то уложила девушку спать. Наутро Патрисия знала лишь одно: все ее беды на свете из-за этого Сигала, она должна помешать ему, она должна убить его! Но убить громилу трудно. Легче уничтожить мужчину, рассказав псам-репортерам о грязных сценках, которые еще день назад Пэт не смогла бы придумать даже под действием алкоголя. Сейчас все выходило легко и естественно. Ей показалось, что даже судья на ее стороне.


Но суд она проиграла, а со студии ее уволили. Странная соседка тоже исчезла. А Пэт записалась на прием к психоаналитику.


Глава сорок пятая


Одна из тысяч встреч


На юбилейный двадцать пятый Московский кинофестиваль Стивен прилетел, хотя у него были самые трудные дни в жизни. Не прошло и недели, как он похоронил маму... Весь в черном, с несколько оплывшим лицом, но крайне дружелюбный, он вошел в Манеж, на голову возвышаясь и над фотокоррами, и над охраной. Он любил русских. За их детскую искренность, умение дружить и прощать, за бескорыстие. Да и журналисты здесь, в отличие от тех же американских репортеров старались всегда держаться в рамках приличий и задавали весьма интересные вопросы. Вот и сегодня, поблагодарив толпу, теснившуюся в небольшом зальчике, он смиренно предложил поговорить действительно об интересном. К примеру, о духовности, о Сущности каждого, о духовных поисках. Но журналисты застыли в недоумении. В редакции они приготовили совсем другие вопросы. А тут... Один развязный парень громко крикнул на весь зал:


-Стивен, вот вы проповедуете здоровый образ жизни. Но по вашему виду никак не скажешь, что вы хорошо себя чувствуете. Значит, ваша система не работает?


Репортер довольно засмеялся в ладошку, прикрыв гнилые зубы. Он был очень доволен тем, что задал "острый" вопрос кинозвезде. Стивен не стал говорить, что после 14 часов перелета и похорон самого дорого человека- матери- любой имеет право выглядеть чуть менее ярко, чем бы того хотелось папарацци. Но он промолчал. Я поднялась и спросила его. О Чингисхане, о предках, о матери. Стив, поняв, что так и не услышит интересных вопросов о буддизме и пути Будо, с готовностью мне отвечал:


- Стивен, что вы думаете о современном кино?


-Может, имеет смысл поговорить действительно о вечном, о философии, Боге, смысле жизни? Ну забудьте хоть на время свои сиюминутные вопросы! Давайте помечтаем, поспорим. Я ведь готов говорить о действительно серьезных вещах!


-Стивен, вы уверены в том, что у вас сибирские корни?


- Мама рассказала мне, что в нас течет монгольская кровь. Бабушка и дедушка жили в бурятском городке Кяхта.Они считались то ли тувинцами, то ли обрусевшими монголами.


- Вы первый голливудец, что отправился в нынешнюю Монголию и провел там немало времени...


- У меня такое чувство, что история Золотой Орды, история монголов имеет ко мне самое прямое отношение. Поэтому я и снимался в диких степях кочевников для гигантского кинопроекта о Чингисхане.


- В России его считают злодеем и дикарем...


-Вот уж нет! Дикарь не смог бы покорить полмира. Он был очень образованным человеком и блистательным полководцем. Это яркая сильная личность...


-Стивен, русский актер и режиссер Саша Невский, живущий в Голливуде, говорил мне, что вы откликнулись на его идею о помощи бедствующим московским актерам.


- Да, мы в Лос-Анджелесе устраиваем благотворительные балы, которые дают средства для поддержки артистов в России, Китае и других странах. Но нужна не только финансовая помощь, нужно раздвинуть границы и дать актерам возможность свободы выбора. Ведь очень много деятелей культуры живут и вынуждены творить в странах, в которых власть далека от демократии...


Глава сорок шестая


Ответы по существу


В отличие от репортеров на кинофестивале, встречи с российскими почитателями айкидо приносили Сихану Сигалу минуты радости. Он даже вспоминал серию своих лекций в Санта- Барбаре. Но там парни, мечтавшие быть похожими на своего кинокумира, все чаще молчали. Русские же забрасывали его вопросами... Он много ездит и помогает всем, кто просит о помощи. В Киево-Печерской лавре благоговеет перед неземной красотой православных святынь. В Монголии- от силы и искренности простых коченвиков ему становится даже грустно- тут всю жизнь в поисках Пути, а они, кажется, итак вместе с кумысом впитали в себя самые важные истины. Но больше всего ему нравится приезжать в Россию.


--------------------------------------------------------------------------------------------


Глава сорок седьмая


Квартирный вопрос решен


Переполненный зал московского театра оперетты зашелся в овациях после очередного исполненного хита. На сцене стоял Филипп. Подождав, когда поклонницы устанут одаривать его цветами, певец перед следующей песней неожиданно в зал бросил:


-Прошу вас, дорогие зрители поприветствовать моего друга и популярного актера Стивена Сигала.


Что тут началось! Шоу пришлось на пару минут остановить, так как зрители повскакивали с мест, стараясь повнимательнее разглядеть кинозвезду. Стивен с улыбкой приподнялся и весело бросил в зал "Привет!". Что тут началось! Самые горячие поклонники Нико начали бегать по залу, в надежде взять автограф сразу у двух звезд - Филиппа и Стивена. Концерт на пару минут остановили.


На миг забыв о своем любимце- Филиппе, зал устроил овацию Сигалу. Его очень любят в России.


Но в Калмыкии еще больше. Ведь Кирсан Илюмжинов не только сделал Сигала почетным гражданином республики, но и подарил ему квартиру в шахматной столице мира. Стивену понравилась Элиста, ее простые и искренние жители. Правда, водку, которую ему сгоряча преподнесли продавцы в магазине, он оставил в номере. Пусть горничные порадуются...


Глава сорок восьмая


Тулку


Монахи нескольких монастырей в Лхасе начали демонстрации протеста против оккупации Тибета Китаем. Главный "тибетец" Голливуда Ричард Гир немедленно выступил с заявлением, осуждающим действия Китая и начал сбор средств в поддержку бунтовщиков.


Требования отменить Олимпиаду в Пекине и поддержать бунтовщиков в Тибете Стивен обходил молчанием. Лет двадцать назад он бы вмешался. Теперь же был уверен в совершенно обратном: не нужно бороться, нужно каждому стремится найти гармонию и выбрать Путь середины, когда нет победителей и проигравших. Но, понимая, что ему дано больше, чем другим людям, он обязан облегчать страдания больным и помогать неимущим. Доброта, любовь и свет спасут этот мир. Но главное - не искать счастья в какой-то реальной географической точке, а работать с собственным внутренним миром, дарующим упорному ученику чувство безграничного счастья и соприкосновения с Божественным.


Стивен продолжал тренироваться по восемь часов в день и по два часа медитировать. Конечно, слава, которую принесли ему его киноработы, налагал на него немало обременительных обязанностей. Но, выходя на татами, он забывал о славе, о том, что он кинозвезда и становился обычным воином. В его додзё, вернувшимся в начале девяностых на свое прежнее место, теперь было больше умных и ярких учеников со всего мира. Приезжали и русские. Один из них - Александр Смирнов даже стал его помощником в школе. Вообщем, миллиард долларов, заработанный на кинофильмах, Стивен не бросал на вечеринки и всякую ерунду. Он продолжал упорно трудиться и был очень приветливым собеседником с любым встречным. Однажды русский ученик спросил его, почему он так добр и кроток в жизни- это никак не походило на знаменитого Нико. Стивен ответил:


- Я готов откликаться на любое обращение. Меня могут называть как угодно...


Люди могут видеть во мне собаку, корову, все что угодно. Это их восприятие и их выбор. Я его уважаю. Потому что, на мой взгляд, природа Будды находится во всем и во всех, кто окружает нас, даже в бродячей собаке, валяющейся в пыли. Для меня она - тоже Будда.


6


5