# (36) Отец и дети, и Николай второй

Роман Марин

Роман "Чай с дождем"


Глава тридцать шестая


Отец и дети, и Николай второй


Участник новобранец:


Коля Сечко́. 📽️ кинообраз милиционера. Фильм " Разжалованный" 1980. реж. А. Сокуров


Наступило лето - в сарафан одето. Занятия в школе закончились. У выпускников экзамены. Набоков был представлен одиннадцатому "Б" классу. Всем объяснили, что он, окончив десятый класс, одновременно (в индивидуальном порядке) закончил и одиннадцатый и будет вместе со всеми сдавать выпускные экзамены. Не забыли упомянуть и об Аносовой, которую Набоков в процессе учебы очень сильно подтянул по всем предметам.

Кто-то удивился, кто-то сказал: "Какая разница?"


Аносова, бывшая троечница, сдала все экзамены на четыре и пять и аттестат получила 4,5.


Набоков, сдавая экзамены, смотрел на училок, как на детей малых. Сдавал свои знания с таким запасом, что училки хлопали глазами, и безропотно ставили "отлично". Самым трудным экзаменом для него был русский язык. Ему нужно было соврать самому себе и ответить, что кофе - ОН. Это был для Авдея самый трудный момент. Он едва ечетыре не сорвался... Но удержался.


Медаль была настоящая, но не совсем. Авдею дали подержать желтую кругляшку в руках и --- фото на память. Медаль осталась в интернате, под стеклом среди спортивных кубков.


На выпускном вечере царил праздничный настрой.

Разноцветные шары на ниточках, тянулись к потолку, разноцветные ленты напротив, ниспадали вниз добавляли яркости и настроения всем собравшимся. В cпoртзале длинный-длинный стол. Все приехали со своими закусками, разносолами, многие выпускники - с родителями. Все были одеты в особенные одежды. Атмосфера царила высокая. Окончание школы - не день рождения - бывает всего лишь один раз в жизни.


Набоков появился в простой одежде, в отличие от большинства чужих "одноклассников". Появился с опозданием на полчаса, и пробыл полчаса. Потанцевал, пообнимался с рассопливившейся при его появлении, от переизбытка чувств Наташей Аносовой. Сказал всем гудбай и ушел в ночь. За оградой сел в "Ладу" и поехал во взрослую жизнь. Интернат его более не интересовал.


Уже на следующий день в половине четвертого пополудни, для удобства отца с матерью, у них в провинции Буэнос - Айрес половина десятого утра, Вадим-старшо́й собрал маленькое семейное собрание, по ватцапу.


Родители, совершенно неожиданно для себя, узнали что их сын окончил школу... Раньше на год... Поздравили сына с окончанием школы, с медалью. Мама сильно прослезилась и в тысячный раз пообещала, что они скоро вернутся.


Но тема разговора была взрослой: "Нужно ли строить дом?"


Дело в том, что одноэтажный дом-ферма по проекту был запланирован в два этажа, но с отдельным входом по отдельной наружной лестнице. То есть по проекту - это, по сути, два дома стоящие друг на друге. Братьев - двое, значит и домов должно быть два. Должно быть или не должно быть? - вот в чем вопрос.

Тему поднял сын старшо́й. Но у сына младшо́го - своё мнение.


- Зачем такая спешка?- Авдей пожал плечами.- По времени мне еще как бы год учиться. Торопиться стоит ли? Пока меня всё устраивает. Ты, тяня-батяня, ничего не говорил, а тут сразу с места в карьер... Я лучше о своих планах расскажу... о самых близких моих планах.


Первое: мне нужно втолкнуть мою, можно сказать, одноклассницу, Аносову, в институт на бюджет. Обязательно на бюджет... Еще мне нужно решить - буду я проводить сборы в этом году или не буду. Ещё мне нужно построить телятник хвостов на шестьдесят. Кроме этого мне нужно разобраться с Сезамом: расширять производство или наоборот сворачивать? А-то налоги платим большие, а дохода при мизерном производстве почти нет. Что такое пятьдесят - семьдесят тысяч в месяц? Сковородке заплати, Стасу заплати. Где смеяться? Вот и получается - мне много чего надо... А про второй дом поверх этого... я и не думал пока. Всё, пап, упирается в деньги.


Отец, одетый в теплый свитер (зима в провинции Буэнос-Айрес, какая никакая, но всё же зима), огладил усы, бородку; потирал руки и довольно-недовольно улыбался:

- Телятник, это же наверняка дорого? Ты же, сына, не будешь строить телятник из чего попало?

- Да, Пап, я бы хотел австрийский проект, наисовременнейший. Там механизация - улёт-фантастика. У них дорого, но я много всяких проектов изучил. Французские, испанские, немецкие. Остановился на австрийском. Хочу съездить своими глазами посмотреть. Переводчик электронный у меня есть. Если поеду, то один.


- Понимаю,- ухмыльнулся отец,- пощупать за вымя, так сказать.

- Ну какое вымя... У меня же бычки.

- А Австрии какой язык, австралийский что ли?- отец подергал себя за ухо, у него при глотании с утра в правом ухе появился какой-то хруст и это его беспокоило.

- Ну, пап, ты деревня. Как был деревней, так и остался. Австрия это рядом с Германией и язык у них немецкий.

- Это потому, что твоя Австрия немецкая мне ни к чему,- отец резко перестал улыбаться.- Но вот что я тебе скажу, сын: вы меня с землей кинули, поэтому с деньгами на покупку дорогого телятника - это теперь не ко мне. У папы собственная гордость.


- Но без твоих денег я не потяну, мы и с Вадиком не потянем. У него по плану покупка помещения под овощной магазин. Деньги немалые.

- А мне какое дело? Вы меня кинули, а долг, сынки, платежом красен.

- Никто тебя не кидал, у тебя земли больше чем у нас; и ты, живя у чёрта на куличках, с нее имеешь доход - больше чем у нас; ничего не делая.

- Ага, сейчас тебе уже не нравится. Папа оказывается снова нужен, вернее денежки мои нужны. Но мне нечего тебе сказать.


- Я тебя, папуня, понял... И предвидел... И встречу эту братик завёл, хоть я его и не просил. Я... я знал все слова твои жадные. Поэтому я, наверное, не буду строить телятник в этом году. Еще пару лет назад я же не планировал окончить школу на год раньше, и телятник у меня был запланирован предварительно. Тут само дело покажет. Как раз за этот год денег подзаработаю, раз уж ты, папа, такая жопа.


- Авдей, как ты разговариваешь с отцом,- возмутилась мать.- Разве так можно?

- Он первый начал. Сейчас мы все взрослые,- сказал Авдей. - И если по-нормальному - земли у нас должно быть поровну.


- Но кланяться не стану,- Авдей резко встал с дивана, отошел к окну и, ничего в нём не увидев, вернулся обратно:

- А ты, папа, будешь, как в сказке: "Там царь Кощей над златом чахнет. Там не́русь дух... там Русью и не пахнет".


Набоков - отец, после такого словесного погрома, резко выключил WhatsApp.


-Вот и поговорили,- недовольно пробормотал старший брат.- ...Как мёду напились.

- Вадик,- Авдей покрутил у носа брата пальцем,- я это собрание не собирал, и какой черт тебя́ дернул? У меня только вчера был выпускной вечер, а ты меня уже впрягаешь.

- Впрочем, так даже лучше. Многое, точнее главное, окончательно прояснилось. В ближайшее время на отца рассчитывать не приходится. Надо на лесосклад съездить, горбыля купить... Нет. Сначала надо человечка найти, строителя.


Закончив с одной темой, Авдей тут же перешел к другой:

- Тебе джип нужен?- Авдей подергал брата за рукав.

- Нужен.

- А "Ладу" Борис угнал?

- Угнал... Дела у него. Закрутил он с этой Иванной, серьёзно закрутил. Того и гляди она его к себе переманит.

- Ладно, попробую у твоей Машки "Мазду" выпросить на вечер.- Авдей поднялся с дивана - для пойти на кухню.- К Степнову съездить хочу. Он мне рассказывал: неподалеку от его надела есть деревня Прохо́шка. Коля Сечко́ там живет. Степнов хвалил его: мастер на все руки. Но он и зарплату хочет хорошую.

- Как думаешь твоя Машка мне даст?

- Чего даст... Чего ещё она тебе даст? Ты смотри мне.

- Да "Мазду", чего же ещё.

- Ты, братик, смотри и думай. Я и насчет второго этажа может поэтому тему обозначил... Я себя в твоем возрасте хорошо помню: одни девки в башке. Ни о чем другом думать не мог, только про баб.


- Балбес, ты брат.

- Сам балбес... Тоже мне медалист... Ну и где твоя медаль?

- Так, отобрали. Ивам Геннадьевич дал в руках подержать и отобрал. Это, говорит заслуга не твоя, а нас всех. Будешь когда в интернате - зайди, посмотри. Она там среди спортивных кубков на ленточке болтается. Табличка имеется с моим именем.


Братья разошлись. Вадим уехал на джипе по делам, Авдей пошел на кухню клянчить "Мазду".


- Привет, Мария Александровна.

- Виделись.

- Слушай, Мари, мне к Степнову, к вертолетчику нужно - край. По делам... Дай "Мазду".

- Вот еще... А "Лада" где?

- Так Борис на ней уехал к Иванне своей красивой.

- А тебе что, горит? До завтра подождать невтерпеж? Кстати, дочка где?

- Твоя дочка Витька за ангаром, на батуте прыгает. А мой подарок, её тёлка Милка рядом травку щиплет. Им нечего делить.

Авдей подошел вплотную к невестке:

- До завтра подождать, говоришь. Завтра наступит завтра. И потом, я же не за бесплатно, я за поцелуй.

- Эт как?

Мария поставила на полку последний помытый бокал, повернулась к Авдею.

- Ну я тебя поцелую, а ты мне за это Мазду - до вечера.

- Какая интересная у тебя арифметика. Может наоборот?

- Что наоборот?

- А то и наоборот. Нормально надо, а ты ерундишь... Так отойди от меня... Руки прочь... Отойди немедля. Не трогай меня!


Разошлись на два метра, не поцеловавшись.


- Ладно, бери Мазду и поезжай,- Маша трудно выдохнула слова. Она реально испугалась, причем не деверя, а саму себя.

"Дала бы слабину... этот охламон меня бы опрокинул",- подумала она то ли с облегчением, то ли с сожалением.


Авдей приехал к Степнову к ужину. Пригласили поесть - не отказался, но сразу спросил про Сечко́. Он ведь ради него сюда приехал.

Коля задерживался, ужин закончился. Степнов, ковыряясь в зубах пальцами (зубочистками пользоваться так и не научился), вышел на подворье своей убогой фермы - к трактору.


Жена Степнова принялась на кухне мыть посуду... А у Авдея, заряженного любовным ознобом после не случившегося контакта с Марией - снова неконтролируемый срыв.

Он, как лунатик, подошел к жене вертолетчика... обнял ее сзади мягко и нежно. Юля вздрогнула, но промолчала, лишь тарелку тихо поставила на дно раковины.


Авдей поцеловал её шею.


- Авдей, ты чего? Я что тебе так понравилась, что ты не можешь удержаться?

- Еще как не могу.

- Ты же мальчишка еще совсем.

- Да я... понимаешь... с отцом сегодня поругался. Горькое хочется закрыть сладким.

- Выходит я сладкая?

- Как мёд.


"Ему сейчас, жуть как волнительно,- сквозь туман своих мыслей думала Степнова.- Интересно, если его не остановить... до чего он дойдет?"

- Достаточно, Авдей, полюбопытствовал и хватит.


Хлопнула входная дверь, Авдей мгновенно отскочил в сторону, прикинулся ждуном и стал очень внимательно рассматривать большой гвоздь "двухсотку", наполовину вбитый в обшарпанную в стенку, недалеко от окна, непонятно для чего.


Не муж вернулся. Это Коля Сечко пришел - вошел, к кухне подошёл.


- Здравствуйте, это я - Коля, вы мне звонили я приехал.

- Здравствуй, Николай,- торопливо ответила Степнова.- А я здесь... посуду мою. Мы с Авдеем о видах на урожай беседуем.


Авдей энергично взял Колю под руку, повел к двери:

- Привет, Коля! Так вот ты какой, мо́лодец. Ты меня не знаешь, но ты мне нужен... Есть хочешь?

- Благодарствую!- ответил Сечко́.- Только что из-за стола. Матушка котлеток на ужин навертела, с картошкой да с молоком повече́рили.

- Ну тогда мы ко мне в машину пройдем. Да, Юля, мы выйдем? До свидания, Юля.

- До свидания. Заходите, как время будет, гостям всегда рады.


В "Мазду" Коля сел с некоторым удивлением.

- Какой цвет обалденный у твоей тачки. Но послушай, это же женская машина?

- Конечно женская. Эта японочка не моя... невестки моей. Есть кроме этой еще две, но обе заняты. Неважно. Я через Степнова на тебя вышел. Он говорит - ты мастер на все руки, хвалит тебя.


- Когда работал - хвалил,- слегка смутившись, ответил Сечко.- А как я ушел, так он вдогонку меня ленивым бараном обозвал... Он бы платил нормально, я бы у него работал.


- У него сейчас проблемы с деньгами,- сказал Набоков.- Да ты и сам об этом знаешь. Я ему немного помогаю: половину его поля вместо всякой ерунды кормовыми травами засеяли. Но разговор сейчас не о Степнове, а о тебе. Ты у меня не хочешь поработать? Меня Авдей зовут.

- Смотря, что за работа, и какую плату положишь, потому как я вижу - ты школьник ещё, откуда у тебя барыши, чтобы меня на работу взять... и нормально платить?

- Хлев построить сможешь?

- Я и дом срубить могу.

- А что есть срубы до сих пор? Впрочем, это мне не интересно. То есть хлев для телят ты построить сможешь?

- Да хлев-то что, чай не дворец... Давай чертежи, материал, инструменты. Ну и оплата... Тут договориться надо. За дешево не возьмусь.

- Я нормально тебе буду платить, если ты будешь нормально работать. Такой расклад тебя устоит?

- А где телятник поставить нужно, здесь у Шурика что ль?

- Нет. Телятник нужен в Савиновке.

- Где?

- В Са-ви-нов-ке.

- Так это ж вон-на где. Верст пятьдесят с гаком.

- С гаком... Пятьдесят четыре километра, я по спидометру посмотрел.

- Тогда не знаю. Каждый день на мотоцикле туда-сюда; сто с лишним километров. На одном бензине разоришься.

- Не надо разорятся. Ты будешь жить у Сковородки... Отставить... У Юлии Сковородиной. Она ветеринар, она уже ведет четырех моих бычков, но я хочу телятник... на голов.... сколько,- там прикинем по размеру. Пристройку нужно сделать, увеличить телятник в размере.

- Ну не знаю. За постой же платить надо, кормежка опять же.

- За постой платить не надо. Жить и столоваться будешь у Юли, она нормально готовит. Завтрак, обед, ужин - бесплатно. Ты не женат, я узнавал: живешь с родителями. Какие проблемы: месяц - два пожить в Савиновке? Поработаешь как следует, заработаешь неплохо.


- Что-то ты все сильно красиво рисуешь,- Сечко недоверчиво посмотрел на "школьника".- Как бы мне даже не верится... И что, в Савиновке нет мужика, чтобы большой, деревянный ящик сколотить, в смысле телятник?

- Все не так просто. Поэтому к тебе и приехал.

- О самом главном не договорились, о денежках,- Сечко потер свой большой пальчик о другие пальчики, что на языке жестов было понятно даже инопланетянам.

- При хорошей работе, Николай, будешь получать триста рублей в час. В день - почти две с половиной тысячи. Перерабатывать не нужно. Восьмичасовой рабочий день. Плюс хавчик бесплатно и жильё.


Сечко помолчал, потом кивнул в сторону стены, за которой стоял Степнов во дворе фермы, у своего трактора: - Шурик мне и трети от твоих посулов не платил... Так от этого сомнений ещё больше.


Авдей, уже теряя терпение, повысил голос:- Хорошие деньги - за хорошую работу. Полтинник в месяц, на всем готовом.


- Ладно, Авдей, не кипятись... Когда начнем?

- Поехали сейчас.

- Сейчас?

- А что тянуть? Заедем к тебе до дому, возьмешь одежды: для работы и так - на смену. И поедем... Да, еще права все какие есть с собой возьми.

-Так у меня любые права есть,- не без гордости сказал Николай.- На трактор есть, на мотоцикл, на легковушки и на грузовики. И вопрос есть: Ты всегда такой... резкий?


- Нормальный я. Можешь, конечно, завтра с утра со своего дома сам в город на лесосклад подъехать. Я туда к девяти утра подъеду. А так, это мне большой слишком крюк на грузовике делать надо.


- Ладно, Авдей батькович, уговорил. В Савиновку, так в Савиновку, телятник - так телятник.


До Савиновки доехали уже почти в ночи. На западе еще дотлевал кусочек горизонта, но в остальном небе звёздная тихая ночь уже плотно обняла теплую летнюю землю.


Авдей Сковородке позвонил, сказал что приедет... не один. Юля их ждала. Сообразила посудку на столе для вечернего чая. Она волновалась. Авдей позвонил неожиданно, сказал: "Ворота не открывай... Готовься к переменам". И выключился.


Подъехали.


Юля открыла калитку, с испугом и любопытством глядела на молодого, в полутьме - симпатичного, крепкого на вид незнакомца. Ей очень хотелось обнять Авдея, поцеловать... Но он не один.

В руках у незнакомца была большая походная сумка, раздувшаяся от как попало набросанной в нее одежды. Коля со смущением, и хозяйка не против была смутиться, Авдей с улыбкой - вошли в дом.


- Вот, Юленька, принимай постояльца. Это Коля Сечко́ из деревни Прохошки. Он поживет у тебя некоторое время. Он тебе хлев расширит. Будет большой хлев-телятник, голов на... сколько получится. Ну и по хозяйству если тебе что надо, ты его попроси. Он мастер на все руки, золотой мужик. У тебя работы, конечно, прибавится, но и зарплата увеличится. Ты ему свою спаленку определи. Ты ведь в родительской спальне спишь?


- Да, - в растерянности пробормотала Юля.- Но родители скоро приедут.

- Скоро, понятие растяжимое. Твои отец с матерью вернутся осенью, к ноябрю. А до ноября Коля с телятником закончит... Да он за месяц, за два всё построит.


- А вы, Юля, ветеринарша? - не зная что сказать, спросил Коля.

- Да, я ветеринар. К тому же хозяйство: свои коровы с телочкой, вторую-то я продала. Ещё бычки Авдея... Он мой начальник. Я так поняла - теперь твой тоже...


Вечернее чаепитие "за знакомство".


- Мне как-то странно это всё,- Коля смущённо улыбался.- На него посмотришь - пацан ещё. Школьник... Но, в конце концов, мне главное, чтобы деньги платили. А у вас Юля изба - на удивление, я тут уже глянул, пока вы на стол накрывали... И туалет у вас и душ. Вода в доме холодная да горячая. Как в городе.

- Так это с недавних пор. Авик мне всё устроил. Мой начальник очень хороший человек. Кстати, в деревне про нас слухи разные ходят, ты внимания на это не обращай. Скучно в деревне, вот бабы лясы и точат.


Авдей сидел рядом, ел мёд, пил чай, смотрел на Юлю, смотрел на Николая-второго, слушал, как они в его присутствии о нём разговаривают... Молчал и улыбался.


Коля остался в доме у Юли. Авдей уехал домой.


На ферме уже все давно поужинали, разошлись по комнатам коротать ночь.

Кроме Вадима.


Он сидел на диване в гостиной, щелкал пультом, гонял взад - вперед каналы с фильмами, мультиками, концертами, новостями. Увидев вошедшего Авдея, с удовольствием выключил зомбоящик.

- Ну, рассказывай, братишка, где был, что натворил?

- Да ничё... так... всё. Работника на постройку телятника нашел. Коля Сечко из деревни Прохошки. Отвез к Юле в дом, он у нее поживет пару месяцев. Завтра возьму "Зилок", поеду с Колей горбыль для стройки покупать. И Стаса Коле в помощники определю, одному ему несподручно будет.

- Так Стас и мне нужен.

- Ну, Иващука возьму.

- А если и Борис здесь, и дела у него?

- А я на что? Могу и я в помощниках у Коли поработать... С меня не убудет. Сила есть, от работы не отвернусь... А ты чего не спишь?


- Тебя ждал. По ватсапу некрасивый сегодня с отцом разговор получился. Теперь он денег не хочет давать. И вообще, четырнадцать гектар, что мы с тобой недавно купили, надо было поровну разделить; с этого разлом пошел. Зачем нам это? Вместе надо. Мы же семья.


- И да, и что? Я был не прав, но заднюю включать не буду... Если судьба меня решила на зуб попробовать, пусть попробует. Эта проблема меня мало волнует. Волнует, но мало.


-Все равно, - упорствовал старший брат,- надо помириться.

- Надо - помиримся. Просто, у отца своя правда, у меня своя. И не надо было меня дожидаться по такому пустяку. Завтра дел полно.


* * * * * * * *


Авдей помылся в ду́ше. Но на душе было неспокойно. Лёгши на кровать, он повернулся лицом к стене, чтобы окно не мешало думать.

"Итак, что я имею... почему мне не по себе? Не оттого ли что я - золотой медалист,- не хочу получить высшее образование?.. Не хочу. Люди получают хорошее образование, чтобы получить хорошую работу. И это кстати получается далеко не у всех. В СССР работа по диплому была предопределена. А сейчас человек может окончить университет, а потом... развозить пиццу или, переодевшись в куклу раздавать на улице рекламки... Мне это не нужно. У меня есть работа по рождению.


Мысли прыгали.


- Наташку Аносову... обязательно нужно довести до бюджета...

Мысли прыгали.


В сельскохозяйственную академию поступить?.. Зачем? Там много лишнего и годы, потраченные непонятно на что. А у меня - кормовые травы и крупный рогатый скот в телячьем состоянии. Вот и вся моя академия.


Тут главное - много много денежек зарабатывать от продажи бычков. А на эти денежки у меня уже задумано много-много интересных дел. Жизнь моя должна быть интересная. Должна и будет быть.


Мысли прыгали.


Теперь женщины: их будет много. Мой брат очень красивый мужчина, я по сравнению с ним - страшилка. Но по сравнению со страшилкой - я очень красивый парниша.

Женщины уже есть и будут... все красивые, стройные...

...А Юля - жена Степнова... это же с ума можно сойти... Машка братова по сравнению с ней... - ...два сапога пара.

Елена Прекрасная. От неё, чтобы не обалдеть, нужно ее не видеть, не знать и не встретить на своем пути.

Юля Сковородка - самая нежная и самая моя красивая.

Наташка Аносова - школьный роман... И на бюджет я ее вытащу. Я сумею. Или грош мне цена... грош цена... цена...


Перестали прыгать мысли. Незаметное, неуловимое погружение в сон.

* * * * * * *


---------------


3 октября 22