# Доля слабых. Глава 12 - Разломы и трещины

Андрей Олегович Рымин

Глава 12. Комментарии прошу оставлять в основной теме.

Глава двенадцатая - Разломы и трещины


Тонкие ветки хлестали лицо. В висках колотило. Стволы деревьев, как назло, постоянно оказывались на пути - приходилось вихляться ужом. Торчащие тут и там корни норовили поставить подножку. Едкий пот лез в глаза. Кусты драли кожу колючками. Но бегущий справлялся с преградами и скорости не сбавлял. Крепкие ноги мелькали как никогда, и не удивительно - более весомой причины нестись во всю прыть, чем та что гнала сейчас парня, отыскать было сложно. Поставив на кон свою жизнь, Кабаз мчался вперед, как на крыльях. Он прыгал, петлял, юркал между стволами, пер напролом через самые заросли, выбирал путь похуже, нырял в густоту младодревья... И трясся от страха.

Всепоглощающий ужас напрочь вытеснил прочие чувства. Какая там боль! Оторви сейчас ухо какой-нибудь сук, он бы вряд ли заметил. На пятках висит сама смерть! Еще немного, и чудища настигнут его! Еще немного и все! А ведь Кабаз никогда не считал себя трусом. Даже наоборот. Почему же так страшно сейчас? Гибель - только ступенька наверх. Скоро он вознесется к Яраду на небеса, там он всяко заслужил себе место своими поступками. Парень на миг отвлекся от мыслей о чудищах, что бегут за спиной, и прислушался к себе. Да, она там была - легкая радость, приятно бодрящая душу, забилась в самый дальний уголок скованного страхом сознания. Долг свой он выполнил, смог донести до товарищей ценное знание, теперь и помирать не так страшно.

Нет! Неправда! Себя не обманешь! Ужас пронзает до мозга костей. Крепкое молодое тело не хочет сдаваться. Так сильно, невероятно сильно хочется жить!

Те две мили, что он пробежал от ручья, где скрывались товарищи, показались охотнику сотней шагов. Парень не ощущал расстояния, но направление держал строго. На юг, все время только на юг, в сторону далеких гор. Твари все ближе и ближе, уже нагоняют, видят спину добычи, ликуя, шипят. Шагов тридцать, не больше, и зубы вонзятся в упрямое мясо, которое никак не хочет закончить напрасные муки, бежит и бежит. Позади длиннохвостых, петляя среди мешавших им разогнаться деревьев, сотрясая округу тяжелым топотом, неумолимо скачут массивные рогачи, несущие на своих спинах черную желтоглазую смерть.

Если бы не густой лес, тормозивший преследователей, Кабаза давно бы догнали. А так, шустрому, ловкому парню удавалось погоню затягивать, усердно воруя у горькой судьбы лишние мгновения жизни. Но ничему не дано длиться вечно - неизбежная развязка стремительно приближалась. Кабаз постепенно смирился с мыслью, что он обречен. Когда на пути Кабана темным разверзнутым зевом возникла широкая, шагов в пять, трещина, рассекавшая лес поперек, парень, не думая о возможных последствиях, с последним отчаянным криком прыгнул прямо в нее.

Свободный полет продолжался недолго. Ударившись о противоположную стену разлома, локтях в двадцати ниже края, тело юноши отскочило и снова врезалось в почву напротив. Дальше падение проходило рывками. То, обдирая колени и локти, встречает Кабаза одна сторона, то скребется о спину другая, то в месте сужения сильный удар замедляет прилично, но не останавливает. Парень катится дальше. Еще несколько долгих, пропитанных болью мгновений, и все - конец, остановка. Тело застряло. Дальше вглубь - слишком тесно, не влезть.

Застыв, не дыша, боясь шевельнуться и снова продолжить падение, Кабаз висел между стен. Бессвязные мысли неслись хороводом. Парень никак не мог поверить, что он все еще жив. Кое-как сосредоточившись, охотник прислушался к чувствам. Каждый малый кусочек тела отзывается болью, но кости, кажется, целы. Язык и зубы на месте, глаза вроде видят. Упасть с такой высоты и так легко отделаться - просто чудо. Спасибо богам, уберегли от гибели! Радуясь своему второму рождению, парень совсем позабыл о преследователях, но те тут же исправили эту оплошность, зашумев наверху.

Застрявший в расщелине боком Кабан бросил к небу испуганный взгляд, ожидая увидеть зубастые морды, но уперся глазами лишь в бурую земляную поверхность. Стены трещины не шли по всей своей длине ровно вверх, и на глубине полусотни локтей начинали изгиб. Получалось, что место, в котором томился Кабаз, снаружи никак не просматривалось.

Твари топтались у края обрыва, куда сиганула добыча, но попробовать сунуться вниз не решались. Оно и понятно - обратно не вылезти. Подъехали нелюди. Спешились. Заглядывая в разлом, походили вокруг, отогнали мешавших зверей, попытались прислушаться. Но Кабаз в глубине сидел тихо, как мышь, и ничем себя не выдавал. Даже когда сверху посыпались комья земли и тяжелые толстые ветки, которые чужаки, с целью проверки, специально бросали в провал, парень не шелохнулся. Некоторые из прилетавших гостинцев добирались до цели, ощутимо терзая и так пострадавшее тело. Но парень терпел, стиснув зубы, не издав ни единого звука.

Наконец желтоглазым уродам процесс надоел, и забравшись на рогачей, они удалились, даже не оставив охраны. То ли чернюки твердо уверились, что охотник погиб, то ли совсем не считали мальчишку угрозой, решив: 'Что с того, коли даже и выберется?'. В любом случае отход группы не был обманкой - твари действительно возвращались в поселок Орлов.

Кабаз же узнать об уходе чудовищ не мог - охотник все так же висел между стен, боясь лишний раз шевельнуться. Наступившая тишина пугала даже сильнее, чем слышавшиеся ранее звуки, выдававшие присутствие сверху врагов. Сейчас же воображение юноши рисовало картины - одну страшнее другой. Кабану представлялась поверхность, где у трещины затаились зубастые твари и терпеливо ждут, когда он начнет вылезать.

Время шло. Страх по-прежнему побеждал боль и зуд, заставляя Кабаза терпеть неподвижность. Приближалась ночная пора - темнота разлилась по разлому. Парень сдался и принялся осторожно вертеться, в попытках найти позицию поудобнее и, заодно, проверяя - нет ли серьезных увечий. Таковых, слава Яраду, не оказалось, но синяки и царапины от пят до ушей покрывали все тело. Приняв более-менее сносную позу, улизнувший от казалось бы неминуемой смерти юноша, наконец, хоть немного расслабился. Вся усталость безумного дня, потеснив даже боль, разом навалилась на парня. Да, пожалуй, ему предстояла самая неприятная в жизни ночевка, но пытаться вылезать наружу сейчас, в темноте, сил уже не было. Да пока что не очень-то и хотелось - страх еще не прошел. Завтра. Все завтра. Кабаз закрыл глаза и, на удивление, быстро уснул.


***


Двигаться пустошью было бы значительно проще. Она, к удивлению, после всего, что недавно творилось, оказалась достаточно ровной. Но парень и девушка, помня наказ - на виду не маячить, бежали на запад по лесу. Хотя это слово и не совсем подходило тому бурелому, в который превратились прекрасные сосновые рощи, занимавшие раньше пространства вдоль гор. Провалы и трещины, частично заваленные стволами упавших деревьев, безвозвратно изуродовали окрестности и сильно затрудняли дорогу, постоянно пересекая маршрут движения пары. След пришельцев проходил всего в сотне шагов от границы бывшего леса и был виден прекрасно - потерять такой не получится. Только вечером, когда лучи заходящего солнца окончательно утратили силу, вытоптанная многочисленными тяжелыми лапами тропа постепенно начала таять во тьме.

Под покровом ночи, уже не боясь быть замеченными, путники выбрались на равнину и двинулись прямо по следам. Бег здесь давался значительно легче. Тусклого света звезд вполне доставало, и дело пошло, скорость выросла. Только ближе к рассвету практичная Мина убедила Валая прерваться и немного поспать.

Каждому честно досталось по четверти ночи - спали по очереди. Выбравшись из-под пока еще зеленых ветвей двух удачно упавших крест-накрест, сосен, где проходил их ночлег, разведчики собрались было двигаться дальше, но тут Валай бросил взгляд в сторону гор и аж присвистнул от удивления. То, что всю ночь удавалось скрывать темноте, сейчас в свете дня предстало во всей своей мощи: нарушая привычную глазу картину, поражая своим размерами, гигантский разлом разрывал кругосветную стену зияющей раной. Ближний к опешившим людям край провала, если мерить наискосок, находился милях в восьми. Дальний прятала легкая дымка, но было понятно - ширина начинавшегося в этом месте каньона весьма велика и даже, пожалуй, сравнима с высотой его стен.

След, как и предполагалось, вскоре круто свернул на юг, уводя к открывавшемуся разрыву. Тратить недавно начавшийся день не хотелось, и путники, решив все же рискнуть, покинули лес и со всех ног припустили в сторону гор, стараясь как можно быстрее миновать открытую местность. Голая пустошь напротив разлома была значительно уже - каких-то пять-шесть сотен шагов. Дальше, воображаемой линией, начинался уже сам каньон.

Конечно, так лихо рвануть в неизвестность люди решились не сразу. Сначала, в компанию к подбитому еще вчера зайцу, накопали съедобных кореньев, набрали побольше воды из ручья, затем впрок наелись малины, огромные заросли которой удачно встретились по пути, и только потом, загнав страх поглубже, бросились к входу в Бездну.


***


Три дня молодые охотники трусили вдоль левого края разлома, останавливаясь и прячась в ложбинах только на то короткое время, когда солнце поднималось в зенит и прямыми лучами разгоняло всю тень. Ночами не шли. Отсыпались по очереди, боясь в темноте проглядеть что-нибудь важное. Впереди вид все время менялся. Каньон, извиваясь, постепенно сужался, и горные стены вокруг опускались все ниже и ниже.

Закончив вынужденный дневной привал, охотники по-быстрому одолели последние несколько миль, отделявшие от них очередной плавный поворот. Открывшаяся за ним местность уже совсем отдаленно напоминала пейзажи прошедших трех суток пути по разлому. Впереди дно расщелины шириной уменьшалось до нескольких десятков шагов и заметно шло вниз под уклон. Стены разлома уже не стояли отвесно, как раньше, а клонились в разные стороны. Вдалеке виднелся еще один, возможно последний, изгиб каньона, но сразу продолжить движение путники не решились, побоявшись ступить на идеально просматривающуюся со всех сторон тропу в свете дня. Прекрасно во всем понимавшие друг друга до этого момента парень и девушка, впервые после расставания с Яром и остальными товарищами, заспорили.

- Днем я здесь не пойду. - Мина, нахмурившись, разглядывала ущелье. - Слишком опасно.

- А ночью мы нихрена не увидим! Дойдем до того поворота и будем дожидаться рассвета? Дальше не глядя соваться нельзя. - Валай тоже кривился. Новый исхудавший разлом ему жутко не нравился. Все, как на ладони - спрятаться негде. - Мало того, что кучу времени потеряем, так еще и риска не меньше. Такой выбор, если подумать, тоже не сладкая ягодка. Встанет солнышко, а там - прорва зубастых громадин, и хрен куда денешься. На это что скажешь?

- Здесь я с тобою согласна, но до того поворота миль пять, и совершенно негде укрыться. Если нас кто-то встречает - заметят, и делу конец. А так не пойдет, зачем столько мучились? - Мина прервалась, не зная, что дальше придумать. Молчал и Валай. Затянувшийся поиск уперся в проблему, но несмотря ни на что, людям нужно было дойти до конца и выбрать одно из двух зол.

Какое-то время ушло на раздумья. В момент, когда Мина готова была уступить и почти что решилась на безрассудный забег к повороту, в голову Волка пришла интересная мысль и он, расплывшись в улыбке, тут же ее озвучил:

- Слушай, а на что нам сдалась эта тропа? На ней мы, как не крути, будем у всех на виду. Кто нам мешает двинуться поверху? Глянь на тот склон, - парень указал рукой на противоположную сторону разлома, - Он не особо крутой. Заберемся раз плюнуть. - Мина перевела взгляд на гору. Прищур сомнения разом сменился улыбкой - затея понравилась. Дальняя сторона расщелины, относительно пологим откосом, уходила на высоту не более мили, и задача подняться наверх казалась вполне выполнимой. Дальше гребень горы понижался вместе с каньоном, и если сверху найдется возможность пройти вдоль уходившего по дну расщелины вниз следа пришельцев, попробовать стоит. Хуже точно не будет. Тем более, высота даст отличный обзор, а самих разведчиков, наоборот, скроет от вражеских глаз.

Сказано - сделано. Подъем не из легких, но и взбирались не слабаки. До заката поднялись, выбрали удобное место, укрывшись от ветра за небольшой скалой, и расположились на ночлег. Перед сном доели остатки припасов. Вода пока оставалась. Еще день, или максимум два, и придется поворачивать вспять, иначе на обратный путь просто не хватит сил. Заснули в обнимку - здесь наверху было прохладно. Впервые с начала похода обошлись без дежурств, поверив надежности места.

Утром двинулись дальше на юг, пробираясь вдоль гребня, сотней шагов ниже вершины. Идти оказалось несложно. Порода не осыпалась, и ноги уверенно топтали шероховатые скалы. Некоторое время спустя склон начал сворачивать вправо, повторяя плавный изгиб разлома, дно которого тонкой полоской струилось внизу, оставаясь все время пустым.

Пройденный поворот, действительно, оказался последним. Протоптанная недавно тропа продолжала змеиться внизу, но уже не в разломе - ибо здесь он заканчивался, превращаясь в вытянутую долину, простиравшуюся вдаль среди пологих, заросших высокими травами продольных холмов миль на десять. Вправо и влево, насколько хватало глаз, местность имела похожий характер: горные отроги, постепенно теряя свою каменистость и покрываясь растительностью, длинными языками плавно спускались на юг; за ними, вдали, темнел пышной зеленью лес, кое-где разрываясь просторными лугами, по которым медленно двигались какие-то точки. Разглядеть, что там прячется еще дальше зоркости уже не хватало.

Что удивило охотников больше всего, так это - полное отсутствие привычных людям Долины отвесных заоблачных стен по эту сторону гор. Гигантское скалистое плато, ранее надежно разделявшее собой миры людей и чудовищ, здесь, проседая, постепенно сходило на нет. Предгорья тянулись на многие мили, но все же заканчивались, уступая место бескрайней зеленой равнине, уходившей до самого горизонта, тонувшего в дымке.

Люди осторожно прошли еще дальше, спустившись к самому краю откоса, достаточно круто уходящему вниз на полмили. Спуститься здесь было бы крайне непросто, но родичам это не требовалось, они и так уже увидели все, что нужно. С этого места открылось взгляду начало узкой долины, где, расколов сверху донизу горы, зияла гигантская трещина, служившая входом в каньон. Прямо под ней, охраняя тропу, раскинулся непривычного вида лагерь. Несколько непонятных строений, или скорее шатров, островерхими шапочками торчали по центру. Между ними сновали какие-то черные и коричневые пятна, подробностей которых не позволяло разобрать немалое расстояние. На склонах окрестных холмов поодиночке бродили, поедая траву, огромные длиннохвостые звери. Вытянутые шеи, прогнувшись, держали у самой земли очень маленькие по отношению к телам, округлые головы. Также охотникам удалось насчитать больше десятка своих старых знакомых - собратьев подстреленного Арилом чудовища. Они как раз собрались в одном месте и рвали на части какую-то тушу, обедая.

Парень и девушка сначала молча рассматривали подробности открывшейся небывалой картины, затем, когда первый страх схлынул, принялись делиться впечатлениями:

- Да уж, пошли бы мы вчера низом...- медленно выдавил из себя Валай, - сейчас бы наши бедные косточки уже бы белели в огромной куче дерьма, высранные какой-нибудь тварью.

- Как их много..., и разные. Ты посмотри какие гиганты, - удивленная Мина во все глаза, не отрываясь, смотрела на травоядных колоссов. - Каким оружием можно убить такую тушу?! Они же просто огромны! Мы рядом с ними, как мыши...

- Гляди! - что-то заметивший Волк вытянул руку в указующем жесте, по направлению к дальнему краю долины - Да к ним пополнение!

Растянувшись длинной колонной, с юга двигалась новая группа существ. Определить их количество на таком расстоянии не представлялось возможным, но сразу становилось понятно - вновь прибывших много. Не меньше, чем тех, что уже собрались у начала ведущего к людям каньона.

- Все. Мы увидели вполне достаточно, - Мина, поднявшись, потянула за руку друга. - Пора возвращаться домой. И как можно скорее. Если эта толпа решится двинуться дальше, а все к тому и ведет, мы должны опережать их с запасом. Яр и родичи ждут наш доклад, и что-то мне подсказывает, он их вряд ли обрадует.

Повернувшись спинами к огромному новому миру и к страшным его обитателям, молодые люди отправились в долгий обратный путь. Нужно было спешить. Враг стоял на пороге, а в Долине об этом никто не догадывался. Разведчики не могли знать, что уже завтра род Орлов сполна ощутит на себе все прелести начинавшейся эпохи вторжений. История Племени входила в новую эру, и только богам известно, не суждено ли ей стать последней.