# Когда глупость стала силой

Фенрис Зумрис

Все пошло не по плану, она просто выбилась из всех расчетов. В какой-то момент мир пошел совсем в другую сторону из-за действий одной весьма странной особы... Рассказчика резко перебили. - Прошу прощения! Но сюда не стоит идти, - девушка оттолкнула его,- здесь нет ничего интересного! Мне уже надоело, что кто-то живет в МОЕЙ голове. Ее резко выдергивают за шкирку куда-то в лес. - Брысь обратно, тут взрослые разговаривают, - он раздраженно выдохнул, - Ах да, на чем мы закончили? https://author.today/work/349181 https://ficbook.net/readfic/019a40ad-a407-778b-9a15-9424abad59b6

Когда я оглянулся назад, то заметил, что мир заметно изменился. Всего за год... Все было так стремительно, но одновременно так много всего произошло. Я долго не понимал почему и как это случилось, но в какой-то момент, я нашел с чего все началось. Мне стало слишком любопытно: что привело все к этому?


Эта история началась куда раньше, чем я думал, не год, а лет двадцать пять назад по времени срока, хотя время сейчас сложно точно проследить. По крайней мере я могу сказать что это было в 3827 году с принятия нового времени, но до отмены Закона о Времени.

Все началось с весьма странной личности: Она начала череду событий, которые и привели в итоге к тому, что случилось.

История циклична. Чтобы узнать подробнее, как это случилось, я пришел прямо к ним в логово...

Посреди Теневого плана стоял стол, за которым расположились три фигуры с небольшими чашками чая. Жидкость в одной из них переливалась всеми цветами радуги, во второй застыла черной кляксой, а в третьей плескалась густая алая жидкость.

Первый из из сидящих представлял собой постоянно меняющийся мужской силуэт: когда падал свет, его кожа окрашивалась в белый, когда тень - в угольно черной. Глаза, казалось, могли покрывать каждый уголок тела, а потом их не становилось вовсе. Урза, так его звали.

Вторым был Лесс, невысокий мужчина лет 50, полностью закутанный в черную мантию, из-под нее сверкали лишь два алых глаза, да белозубая недобрая улыбка. Кожа отливала серым, и складывалась в тонкие морщины. Хотя не стоит обманываться внешностью, то, что сидело там, не было даже сотой частью тела этого существа.

Третий выглядел как парень лет 15, с кошачьими ушами, вертикальными зрачками, он был закутан в черно-фиолетовую мантию с серебристыми узорами. Несмотря на то, что улыбка не сходила с его лица, глаза иногда казались пустыми. Его звали Зарт.

Я сел рядом с ними, чуть сбоку и не слишком вмешивался в их разговор. Это не имело смысла. Я все равно услышу все что они захотят рассказать.

Урза, улыбаясь, махнул рукой, и перед нами образовалось черно-белое марево, в котором был четко виден лес, посредине которого лежала маленькая фигурка девушки-эльфийки.

- Кажется с этого началась ее история, правда Лесс? - спросил он. Глубокий баритон в начале, фальцет в конце, кажется, ему не нравилось иметь постоянный голос. - Амнезия. Она похожа на длинное письмо, которое любовно писали годами, и на которое кто-то пролил стакан чернил, а теперь его необходимо расшифровать. Честно говоря, как она призналась позже, она понятия не имеет что было в ее голове тогда, да и все последующие месяцы. Не помнила ни род, ни имя, ни смысл своей жизни, даже ее раса оставалась загадкой для нее до поры до времени.


- О, тут началась только интересная тебе часть, хотя не стоит забывать про ее детство, - ответил Лесс, он имел немного хриплый, низкий голос.

Он щёлкнул пальцами, и перед ними появился образ той же эльфийки, но куда моложе. Она протягивала руку к взрослой женщине, похожей на нее как две капли воды, но намного элегантнее, но та лишь гневно отчитывала ее.

- Знаете, - с усмешкой сказал Лесс, - Когда-то она хотела иметь друзей и, представьте себе, найти любовь.

Зарт по-птичьи наклонил голову набок и поскреб когтями по столу, и потом спросил:

- И что изменилось?

Лесс лишь пожал плечами и заметил лениво протянув:

- Дорогуша, тебе лучше знать. В конце концов ты прошел ту же дорогу. От обычного парня до...

- До розовых единорогов, я понял, - Зарт хихикнул, положив голову на руки, - А теперь, - он приложил палец к губам, - история начинается.