# Сиреневый смерч. Last version

Сергей Рок

Сергей Рок

Сиреневый смерч


Северный в тот день собирался переделать кучу вещей, делая все в своем стиле. Если говорить о рыбалке, то обязательно надо вспомнить удаленную рыбалку, когда рыбак - вроде бы всего лишь оператор, но аппаратура помогает достичь эффекта полного погружения. Слышны шумы реки, генератор ветра создает приятную атмосферу, и вот, ты держишь удочку, но рука не устает, потому что рука электронная. Если набрать нужное количество баллов, пойманную рыбу пришлют домой в специальном контейнере, однако, есть и опция "для кошек", где за доставку все равно надо платить.

Если же говорить о простой рыбалке, то что о ней говорить? Выезжай на реку, забрасывай удочку, жди - хотя не факт, что рыба не будет электронной.

И вот, поплавок мирно покоится на водной глади, а гаджет под названием "Персональный гуру" пытается определить, кем вы были в прошлой жизни.

-Закройте глаза, - говорит книга.

Александр закрывает глаза.

-Представьте перед глазами синюю точку.

-Представил.

-Теперь - начинайте управления синей точкой. Присмотритесь. Это - точка входа в так называемое Гипер Эго. Первое условие вхождения - это резонанс. Помните, как конный эскадрон шел по Египетскому мосту в Санкт Петербурге в 1905 году? Это - явление физическое. Нам нужно добиться максимальной мысленной генерации. Вы готовы?

-Да.

Поплавок все так же молчалив. Где рыба?

-Начинаем сеанс. Вы - моно-предмет, находящийся в глубинах космоса, вокруг вас - тишина и темнота. Вы - точка большого взрыва, но энергия из вас еще не вышла. Вам нужно создать момент...

Звук прерывается. Шум вызова.

- Могу угадать, что ты делаешь? - сказал Краснов, товарищ Северного, парень, который учился на факультете ДН (Дизайна Настроения) и в свободное время увлекался скоростным подъемом на X-столбы (по статистике, только один из миллиона знает значение слова Х-столб).

-Нет, не угадаешь, - ответил Северный, - я знаю, тебе дали задание - угадывать, кто и что делает. Проверка твоих способностей. Это ерунда, поверь мне. Я тоже могу сказать, чем ты занят, потому что это многие это умеют. У меня даже кот это умеет.

-Ладно. Я говорил с Уэллсом.

-Но это - твоя идея, - ответил Александр.

Речь шла о вступлении в Клуб, и дело не выглядело странным, хотя, запустив в сеть помощника для поиска данных, он ничего не нашел - выходило, что Клуб был, но его не было, что противоречило здравому смыслу, ибо что такое клуб вне сети? Да и что там можно делать, если не иметь электронного представительства? Может, хоровое пение, игра на балалайках? Непохоже, однако, чтобы Краснов этим увлекался.

Другое дело - вселенная рыбалки. Конечно, для того, чтобы порыбачить на Луне, не хватит никаких денег, но было бы желание. Надо лишь начать, а дальше - чемпионаты, победы, интервью.

"Тусовка на Светлом Озере. Удочки на халяву. Вся рыба - селекционная, без электроники. К рыбалке прилагается легкий алкоголь, кибер-сигареты, рыбные и мясные блюда в стилистике".

-Ты выезжаешь? - спросил Краснов.

-Да. Только не сейчас.

Он подумал: мир современен и открыт, и все зависит лишь от твоего таланта, от твоего умение правильно распределять пойнты на психологической плоскости. Какой-нибудь Вадик Петров, конечно же, на летних каникулах раскрутит родителей на сверхдорогое путешествие, но что ему делать на Луне? Конечно же, тешить свое самолюбование.

-Я полагаю, ты занят чем-то особо интеллектуальным, - спросил Краснов.

-Да. Я изучаю себя. Как ты думаешь, можно определить, кем ты был в прошлой жизни?

-Ну... Для этого нужно быть уверенным, что таковая жизнь существует. Ты же знаешь, информация есть ложь. Слушай себя. Но и в этом случае - слово - ложь, а ее источник может быть лишь проекцией.

-Слушаю.

-Значит, ты не отказываешься?

-Нет. Зачем? Клуб, так Клуб. А что, Уэллс так и сказал - что я вам нужен?

-Да.

-Откуда он обо мне знает?

-Вы же катаетесь на реактивных досках в центре города, все вас видят. Любой может сказать - я знаю этого чокнутого парня. Я его, например, видел вчера, он ехал со скоростью сто километров в час, налетел на кирпич, но почему-то не упал, да и вообще - странно, что эти ребята до сих живы, до сих пор не на костылях.

-Ты прав, - ответил Александр, - кстати, мне снился сон, что я иду на костылях. Но я не думаю, что это - вещий сон. А вот сегодня... Если бы мне еще кто верил? Как ты думаешь?

-Что?

-А что, если мне приснилась целая энциклопедия, в полнейших подробностях, все до самых мелочей. Разумеется, я всю ее не запомнил. Обидно, конечно. Я несколько раз обращался к своему психологу. Он сказал мне - о Кей. Ну что он еще скажет? Он предложил мне на выбор множество разных курсов. И снова - о Кей. Ну, и я ответил ему - о, Кей. Надо как-то проще говорить. О, Кей. Нет, просто молча хлопать в ладоши. Это даже лучше. И опять - О, кей. Но ответ будет один и тот же. Ему всё равно, он отрабатывает свой хлеб.

-А ты не сказал ему, что в сети можно найти всё это и по другой цене?

-Не. Я выбрал один. Не, я не верю. Это ерунда. Просто смотрю - он сейчас обидится.

-Дорого?

-Не важно. У меня оставались деньги от ставок на заезды. Думаю, зачем искать чудеса где-то на стороне, попробую поработать тут же.

-Смотри.

-Что смотреть?

-Я видел передачу про ставки райдеров - исключительно реактивных.

-Да ну тебя. Вот и хожу я, пытаюсь поверить в себя. Нет, никому нет до этого дела, все хотят вытянуть из тебя деньги. Итак, сейчас мы поможем узнать вам, кем вы были в прошлой жизни? Знаешь такую тему? Едва я зарегистрировался, мне предложили тонны материалов, общая сумма такова, что, если и дом продашь - не хватит.

-И ты что, серьезно этим занят?

-Да. Сначала мне было немного стыдно перед самим собой, что я занялся черт-те чем. Но потом я понял, надо постоянно в чем-то себя убеждать, пока не начнешь верить. Вот к примеру - ты знаешь, что у роботов есть предки?

-Знаю.

-Нет, не то. До человека, и до, соответственно, роботов, были первичные роботы. Не слышал?

-Это тебе приснилось или ты придумал?

-Более того. Я во сне был на лекции, и там очень подробно об этом рассказывали. У современной аппаратуры может быть разум, и у него может быть идол - некие ранние прото-механизмы, и, хотя ни мы, ни они этого не видели, это так. Это мысль. Она передается через века, и кое-кто способен ее уловить. Ты меня понимаешь? Просто мы линейно мыслим, а на деле всё не так. Я как будто знаю, что это такое по сути, но у меня нет слов. Вот я и сейчас ничего не могу сказать.

-Это часто бывает.

-Я знаю, ты иронией скажешь - что-то знаю, а что именно, и сам не знаю. Типа того, что и у всех.

-Нет.

-Это у Лены так раньше было. Хочу, но чего, сама не знаю. Ну, интересы постепенно расходятся, вот и всё. Хотя, если посмотреть внешне - всё это - одно и то же, но каждый скажет, что он - особенно всё это ощущает. Верно?

-Это когда вы встречались. Ты удивишься. Она очень сильно изменилась. И она... Она тоже в Клубе.

- А вдруг я знаю, что всё это значит? Может быть, я скоро научусь видеть наперед. Вы занимаетесь устным народным творчеством, а также водите медведя на поводке.

-Ты только не говори об этом Уэллсу, ладно?

- Что именно? А что, с медведем, все так и есть?

- Да при чем тут медведь? В общем, мы тебя ждем.

Рыбы все не было, персональный гуру был переключен на радио, и тут была штука особая. Северный слушал радио марсианского лунной станции Dust.Wave - волны словно бы шли через сердце, заставляя его вибрировать, и ди-джей имел какой-то фантастический голос. Кто-то бы сказал - ничего особенного, но разве может луна быть банальной? После изобретения новых принципов связи межпланетной радио работало почти без задержек - какие-то секунды были не в счет, и потому, во всем этом присутствовал особенный космический стиль.

- У нас в студии, мастера сферической рыбалки, - сообщил ди-джей, - здравствуйте, ребята.

- Здравствуйте.

- Согласитесь, далеко не всякий знает, что такое наша здешняя рыбалка, а тем более- рыбалка сферическая. Вот прошел у нас чемпионат, а кто знает? Когда смотришь, куда идет народ, то, кажется, всем интересны новые формы футбола, и особенно - футбол между командами искусственных сущностей. Но сферическая рыбалка!

- Знаете, я бы не сказал, что о нас не знают. Мне кажется, тут все - строго наоборот, вот, когда мы только выгружались в порту, ко мне стали подходить люди и спрашивать - это вы? Мы вас знаем. Вы - Самойлов Григорий, настоящий сферический рыбак, чемпион.

Собрав вещи, Александр на свой электро-велосипед и въехал в лес, где его поджидали комары. Гуру, будучи переключенным в "родной" режим, продолжил вещание.

- Протяните руки, возьмите все жизни, будьте с ними, как говорит вам Виктор Абрамов.

- Вот черт, Абрамов, - сказал Марс.

Был он у Абрамова много раз - люди верили ему на слово, но и правда, он прекрасно разбирал вопросы различных типов.

- Помимо простых якорей, могут быть якоря обвернутые, - говорил он, - а уж гордыня - это очень хорошая одежда. Вы даже не хотите ее носить, но она тут как тут - сознание генерирует Над-Образ, и в нем вы видите себя кем-другим. Если включить сюда весь объем информации, что принимает мозг в наше время, ваша гордыня сама выберет тот сюжет, в котором вы будете, разумеется, царем реальности.

- Но разве я так горд? - спросил в тот момент Северный.

- Многие качества спят. Предметом модульной психологии является обособление каждого модуля в отдельный Над-Разум и работу с ним.

- Хорошо. Значит, все это - плод моей фантазии.

- Вовсе не плод, и не фантазии - это созидание, это есть персональное искусство Над-Разума, который, в случае получения чрезвычайной самостоятельности может создать проблемы. Но вы должны понимать, что именно усиление качеств отдельного модуля ведет к повышенной харизме. Я надеюсь, я вижу перед собой полную карту личности.

- Точнее некуда.

- Но вы сначала скрывали, что катаетесь на реактивной доске.

- Ну, нас гоняют, поэтому. Это же нарушение правил дорожного движения.


Северный, разумеется, ни на грамм специалисту не верил. Ну и верно - не зачем. Сны продолжались. Он решил не искушать аппаратуру, и просто записывал все в толстый бумажный ежедневник - к тому же, бумага с недавнего времени вновь вошла в моду. Это был так называемый папер-процесс, при наличии всяческих чернильных ручек, хотя далеко не все это приветствовали.

Вот один из них:

".... мир красный, рыжий, будто смесь солнца и песка, но это не Марс..."

Марс он видел много раз в разнообразных трансляциях, в том числе, и на модных черных очках модели "Кавасима" (впрочем, какая разница, что за модель). Он играл на настоящем марсианском тренажере, и это была полная, стопроцентная эмуляция. Это был такой же полет, как и в реальности, на каком-нибудь "ПС-12", который можно было купить, пособирав деньги лет 15-20, как говорил его товарищ, Краснов. Северный так и не понял, что имел в виду Краснов. Но здесь, в мире снов, он видел одну и ту же картину на протяжении многих лет, и он знал об этих мирах очень много.

Он знал, когда они возникли, и как они исчезли.

Он знал, как они умерли и зародились вновь.

Он шел через них вместе со всеми их смертями - одной группой, словно некие туристы в мире глобального понимания, и потому, их осколки, оживая, заставляли его грезить во сне и наяву.

Здесь также было достаточно красно. Слишком красно, чтобы быть не Марсом. Но это место было наполнено светлым духом и теплом, а атмосфера окутывала планету, точно мать.

Он стоял на балконе красного города, и по ленте транспортера ехало еще одно его "я", вернувшееся из далекого будущего.

-Это ты, - сказали ему.

-Да, я вижу, - ответил он.

-Посмотри, это же твоя мумия! Ты умер где-то в будущем, спустя много веков!

-Что же со мной произошло?

-Кажется, что-то страшное.

-Но я же не мог умереть просто так? Меня невозможно убить. Когда мир исчез, я остался жив. Когда он появился вновь, я стал еще сильнее.

-Рано или поздно, всему приходит конец.

-Хочешь сказать...

-Да, эту мумию раскопали где-то после конца веков, и ей уже много тысяч лет. И это - ты. Ты должен знать, что когда-нибудь это случиться.

-Да, - Северный вздохнул, - когда-нибудь это случится.

Развернувшись, он двинулся по коридорам красного дворца. Город молчаливо смотрел на него своими амфитеатрами. Он шел по высокой улице, и все величественные дворцы были внизу, открытые для просмотра. Все красные храмы, завитые, точно рога загадочного существа. До самого края, местами - ближе к горизонту, этот город тянулся и рос. Возможно, его не строили - он был собран по какому-то особому принципу, который был очевиден здесь, но непонятны в других местах. Наружи, за пределами сна, он бы не смог объяснить, что всё это значит. Растущие дома, камни-существа, может - грибы. К старым камням он ходил на беседы, а молодые вызывали в нем теплые отеческие чувства. В возрасте примерно десяти тысяч лет любая каменная субстанция подходила к своему совершеннолетию - это касалось и зданий, и храмов, и самих камней, которые можно было собрать, отнести в потайное место, чтобы определить собственное святилище.

- Пора сказать себе самому себе, - произнес он, - пора что-то заявить самому себе. В древности был обычай запечатывать послание в бутылку. Один пишет и посылает, а кто-то другой, спустя продолжительное время, может сыграть в игру со временем. В какой-то степени это - игра теней. Мы можем проделать нечто подобное - взять и бросить кусок информации через пространство, и читать или смотреть эту информацию будет кто-то в другой плоскости времени. Формат записи может быть любой - от тетради до ментального кристалла. Это будет часть моей личности.

Представим себе, что в веке 16-м некий крестьянин нашел этот кристалл и положил у себя дома - он использовал его в качестве домашнего украшения. Лет через сто его праправнук вдруг сообразил, что, если приложить эту штуковину к голове, включится ментальное воспроизведение. Но это лишь выдуманная ситуация, потому что встреча еще не состоялась.

Он остановился. На улице рос невысокий гриб-храм. Александр вошел в него, вынул из кармана машину-рыбу, сформировал листок бумаги и ручку и принялся писать.

-Так, - сказал он, - что же мне сказать себе? Через какой провал времени должен пройти этот листок, чтобы там, на другом конце провода, я понял самого себя? И на каком языке должно быть написано? Нужно сделать так, чтобы я прочел. В любом случае. Если же там нет письменности.... Для этого существует наборы функций. Нет, нет их. Сейчас я их придумаю. Всё придумаю.

-Здравствуй.

-Здравствуй, - ответишь ты.

-Меня уже нет. Но ты существуешь. Это главное. Если ты читаешь эту запись, значит, и я существую.

-Кто же ты?

-Я - это ты. Я жил в другом времени и в другом месте, и здесь я достиг совершенства. Мы победили время и смерть. Но сегодня произошло странное - я увидел, как из временного генератора выехала собственная мумия. Где-то в далеком будущем, в очень далеком будущем, я исчезну. Я бы не хотел этого. Но вселенная огромна. Возможно, найдутся вещи, способные остановить мою эволюцию. Ты должен понять. Я достаточно велик. Но это не сам я. Мы давно живем под этим красным небом. Наша цивилизация достигла всего, чего только можно достигнуть. Что еще сказать?

Он обратился к служителю храма, но тот лишь пожал плечами:

-Кому вы пишете письмо?

-Гм. Что вы понимаете? - он улыбнулся.

-А я думал, что я знаю о вас все, Господин.

-Я и сам о себе не знаю. Вот представьте себе такую ситуацию. Какими были люди миллион лет назад?

-Сложно себе представить.

-Н-да.

-Мне кажется, это было время дикарей.

-Нет. Тогда уже летали в космос. Хотя...

В какой-то момент он понял, что способен контролировать ход сновидения, а потому - сделать пару выводов, которые бы можно вынести наружу. Так уже не раз бывало. Один раз он даже подумал - как бы так дотянуться до столика, взять ручку и листок бумаги и всё записать, но при этом - не проснуться.

Возможно, встреча с собой только намечалась, и там, на другой стороне, он спрятал письмо в одну из чешуинок храмового существа, чтобы ночной ветер хаоса выбросил его далеко в пространство, куда-нибудь, где терялись все виды координат.


* * *


Днем он сдавал зачет, и это был тот предмет, который никто и никогда не прикрутил к голове просто так. Как говорил преподаватель - мы не способны увидеть атомы невооруженным взглядом, мы не можем увидеть, как протекает электрический ток и все такое. Впрочем, программирование - вещь в некотором роде упрощенная. Говорят, ассемблеры будут всегда, и он подумал, что там, во сне, программировалось само пространство, и все это выглядело довольно лаконично. Если рассудить, что мир есть машина, можно сделать вывод, что действительно, должен быть какой-то интерфейс для бытия.

Жара только наступала, но мир уже был наполнен запахами близкого лета. Еще неделя, и все это отключится, будто прибор, управляемый тумблером. Жара. Нужно воспользоваться бесплатным билетом. Но на что его может хватить? Если отправляться на Луну, то на эти деньги никогда не снять хорошую гостиницу, не взять на прокат лунный автомобиль. Нет, ни на что не хватит. Можно сэкономить, подождать до следующего года, и тогда может получиться солидный вояж - крюк на пассажирском вокруг Венеры, а потом - прогулки по Луне. Если хорошо учиться...

Что касается лунных сетей, то приглашения шлют и сейчас. Да, это дело простое. Тут всё упирается в дисциплину, а тут, как всегда - большой знак вопроса.

Но для того, чтобы хорошо учиться, нужен некий мотив, который бы постоянно подергивал твое самолюбие.

Где его взять, этот мотив?

Тем более, что он, Александр Северный, относился к числу тех людей, которым кажется, что они все знают. Но здесь речь идет не о тех тщеславных личностях, которые, пытаясь быть всем бочкам затычкой, выдают свои банальные вещи за гениальные. Северный был среди тех, кто, посматривая на мир немного свысока, не придавал должного внимания труду и продвижению.

Чувствуя некую внутреннюю силу, Северный был уверен, что все произойдет само собой. Его имя уже вписано в историю. Зачем что-то делать? Можно жить, лишь констатируя это.

Он много думал о прошлом, и о будущем, и всякий раз в его голове рисовались странные, несовпадающие с реальностью, картины.

Возможно, что именно поэтому его и нашел Уэллс.

-Как-то странно, - проговорил Александр, - наш город ничем не выдающийся. Почему именно здесь?

-Что ты имеешь в виду? - спросил Уэллс.

-Я всегда был уверен, что, для того, чтобы что-то найти, нужно куда-то ехать.

-Вполне логично.

- Ты же знаешь, что я подумал. Сейчас такое время, что клубов полным полно, но вы позиционируете себя как нечто особенное.

- Да. Мы - исключение из правил. В мире не существует случайных вещей. Все в мире обусловлено. Если ты - здесь, значит, так должно было случиться. Тебе еще предстоит многое понять. Система никогда не даст тебе знаний. Скорее, она постарается отобрать у тебя то, что ты принес из тьмы на свет. Я думаю, ты чувствуешь это? Не важно, что ты думаешь об этом. На самом деле, все очень серьезно, и наша организация не существует просто так. Ее и создала Система, хотя мы и сами не знаем об этом. Мы лишь догадываемся. Лет сто назад уже прозвучало предположение, что путь человечества рано или поздно закончится, и появимся мы.

-Мне кажется, я знаю, о чем ты говоришь, - произнес Северный.

-Да. Именно поэтому я с тобой говорю.

Уэллс представлял из себя долговязого парня 28 лет от роду, который работал в фирме, с которой вообще все было мутнее мутного - сам он сидел в кабинете, занимаясь графикой, а другое помещение фирмы находилось через коридор. Девушки, сидевшие там, почему-то также занимались графикой - зачем так много дизайнеров. Тестировщик находился удаленно. Кабинет директора располагался этажом выше - странный разброс. При чем, директора, которого звали Макаром Аттилловичем, на месте не было никогда - и это было полное никогда. Со слов Уэллса, Макар Аттиллович посещал фирму один раз в год. Все остальное время он катался на лыжах.

Северный думал так: год назад приглашение в Клуб его бы наверняка заинтересовало, но теперь прошло слишком много времени. Люди вольны делать что хотят. Если Уэллс утверждает, что их система контроля и уходя от контроля уникальна, то что же - пусть говорит что угодно. Чтение мыслей? Все звезды эстрады ныне читают мысли. Это бренд


* * *


Усиливаясь, жара начинает напоминать зубастого злого человека. Что случилось, почему так раскалились первые дни лета? Земля хочет соскочить с орбиты и умотать в открытый космос? Но последний экзамен сдан, и можно расслабиться. Сидя на скамейке, Северный проходил разнообразные тесты, что дал ему Уэллс. Он думал так: ребятки хотят состроить из себя уникумов, ну ладно. Примем ваши условия игры, надо ж чем-то заняться. Устроиться на пару месяцев на работу? Умная мысль. Что мы имеем:


- Ученик ученика повара. Гм. Сказочный концепт


- Агитатор. Блеск


- Социальный работник в "Республике Кошек" (реально, кошки)


- Выращивание кактуса "Клаус" на дому. Унифицированное кислород образующее ботанические изделие. Доставка - отправка через почту.

Руководство:


"Выращивая кактус "Клаус" на дому, вы улучшаете экологическую ауру вашего жилища. Кроме того, это - прекрасный способ заработать. Наша компания скупает взрослые растения по цене 1 рубль за 10 грамм зеленого веса"


- Продавец (50 вакансий)


Северный вздохнул и взялся за тесты. Если Уэллс составлял их лично, то у него явно было хорошо с чувством юмора.


Тест-концепция

Теория первичных механизмоd эксплуатируется фантастами столь плотно, что, окажись это правдой, никто не за что не поверить - за исключением, конечно же, какого-нибудь светопреставления или вторжения. Идея не нова, и вся она перешла в развлекательный жанр. Данный набор вопросов позволяет ответить на вопрос, способны ли вы наладить связь с первичными механизмами.


- Которых нет, - сказал Северный вслух.

- Ты о чем? - спросил сидевший рядом его однокурсник Мишин.

- Тесты решаю.

- А.... А я смотрю.

На Мишине были очки, и он там что-то смотрел. Он напоминал статую.


Марсианский тест. Какая планета вам больше подходит.


-Ты хотел бы полететь на Марс? - спросил Александр у Мишина.

-А что там делать?

-Ты серьезно?

-Я серьезно. Современные игровые кресла настолько совершенны, что нет никакой разницы, где именно ты находишься. Здесь, там, где-то еще. Я думаю, что, когда-нибудь, надобность в жизни отпадет. Если машины могут синтезировать любой сюжет и влить тебе в мозг, зачем жить, друг? Мне и так хорошо. В жизни так много сложностей, так много недостатков.

-Это же все искусственно.

-Главное, то, за что ты платишь, друг. Остальное для меня не имеет значения. Сегодня ты покупаешь себе мир. Завтра, находясь в этом мире, ты покупаешь себе знания, и они вливаются прямо тебе в мозг. Это - та же самая жизнь, в ней нет никаких отличий. В былые века люди жили точно так же. Был рынок. Более сильные владели этим рынком, а потом передавали свою силу по наследству. Нет ничего плохого в том, что ты богат, хотя ты ничего не сделал для этого. Значит, для этого потрудились твои предки. Но это не важно. Речь идет не об этом. Речь идет о том, что наша жизнь ничем не отличается от той, что была раньше. Все происходит во внутреннем мире. А потому, если люди научились подключать свои мозги к общей сети напрямую, это не значит, что произошло что-то новое. Раньше мы читали газеты. Потом был Интернет. Это - то же самое. Просто - послабее, без проводов, без ярких образов. Если же это приятно, значит, люди просто добились того, чтобы это было приятно.

-Это - гимн искусственности.

-Ты говоришь так, потому что у тебя нет на это денег.

-Хорошо. Что полезного тебе это дало?

-Ничего. А что полезного в том, что у тебя этого нет?

Проезжавший мимо велобот, звавшийся в народе Лупатым, остановился, прислушиваясь - оценивая ситуацию, машина вычисляла, предлагать ли ребятам бесплатные напитки.

- Лупатый, кати сюда, - небрежно скомандовал Мишин, - что у тебя?

Лупатый словно бы специально отвечал скрипуче, изображая из старого кинофильма:

- Соки. Воды.

- Есть курительное яблоко?

- О, самое свежее.

- Как ты можешь их курить, это же все равно, что есть ложкой сахар. Это даже не дым, это газообразный сахар.

- Вот-вот.


* * *


Говорят, что в Африке еще остаются племена, которые ходят по жизни голыми? Это правда, или часть туризма? Северный аккуратно двинул ручку джойстика - он заходил на стыковку в ручном режиме, и, как утверждалось, симулятор ничем не отличался от реальной ситуации. Панель управления показалась ему незнакомой, хотя нельзя сказать, чтобы он вообще что-то знал - каждый человек мог попробовать огромное количество электронных развлечений. Разве это о чем-то говорило.

Еще один маневр, и в дополнительном окне появилось лицо Лены. Александр сказал:

- И ты хочешь сказать, что это вообще кто-то делает.

- Я делала. Вова делал.

- Я не против, но мне сложно себе представить, что даже профессиональный пилот без большого опыта станет все это крутить. Хотя, право, лево, полоса, подставляем спину для заправки, а дальше заправщик сам уже вставить шланг. Почему тогда 2.5 балла?

Если бы все это назвали игрой, он бы согласился - Александру вообще нравилась такая трактовка, особенно, если тут присутствовала спортивная составляющая. Уэллс заговорил о полете на Марсе уже на второй встрече, и, поначалу, ему и в голову не приходило, что полет мог быть осуществлен с помощью каких-то непонятных движений. Собственно, если заставить всех людей в Клубе скинуться деньгами, если учесть всех членов Клуба в сети, то, возможно, насобирать денег на крайне дорогой туристический рейс вполне возможно. И тут все вроде бы выглядело как надо: наступило лето, сессию их группа сдает рано, все лето потом практически свободно. А вот с остальными ребятами все гораздо хуже. Егор освобождается в июле. Братья Семеновы - в августе. Миша - спортсмен, у него - график выступлений. Яковлев. Непонятно даже, кто это такой. Оставались Лена и Володя, но нужен был третий - никого лучше Александра не существовало (официальная версия).

- В Клубе много людей? - спросил Саша.

- Ты на меня до сих пор обижаешься? - Лена ответила вопросом на вопрос.

Заправочная станция выдвинула свой хобот, который, направляясь к заправочному доку шаттла, раскрыл свой металлический цветок. Все, включая туманное тело планеты Земля, выглядело реалистично - это ничем не отличалось от той картинки, что могли бы видеть перед собой операторы кибернетических устройств.

- Ты имеешь в виду? - спросил он.

- Ну да.

- Ну, ты же понимаешь, одни люди, взрослея, умнеют, а другие просто взрослеют. Я так и подумал. Ты долго встречалась с Гришиным&

- С трудом вспоминаю, кто это такой.

Александр усмехнулся. Правда, вся эта история выгляделf странновато. Прошло уже два года, как они не встречались, и ему и в голову не могло прийти, что тут мог иметь место ренессанс. Да, конечно, ничего такого и не было. А тут - Клуб, билет на Марс, тайная какая-та операция. Может быть, ролевая игра? Ребята по всему миру набирают баллы, но играют командно, а поэтому, некоторые отдельные геймы должны проводить избранные. Но что еще там делать? Все остальное в наше время легко производится через сеть. Почему сам Уэллс не полетит?

Худшим во всем этом было отсутствии билетов, отработка простых действий в пилотировании имело отношение к настоящему полету. Но где они собирались брать шаттл?

Сам для себя Северный решил так: никакого шаттла нет, будут снова какие-то сетевые движения. Но так серьезно говорить о Марсе? Может быть, парк "Марс" в Саратове? Место вполне пригодное для того, чтобы поймать всю гамму ощущений, учитывая возможность побродить в скафандре. (Да, и в том же скафандре можно зайти в кафе, а там уж - что вам больше нравится). Однако, все выглядело слишком серьезно.

- Ты знаешь, один раз мне приснился сон, как я побил Гришина, - сказал он.

- Мне казалось, что ты так и сделаешь. Витя худ и мал ростом.

- Да, хотелось сказать - для чего тебе воробей.

- Наконец-то ты все вспомнил. Я скажу тебе честно, вспоминай сколько хочешь, но все давно изменилось.


* * *


- Эти данные списаны с журнала "Б-2.67", - сказал Краснов, показывая на экран, - был всего лишь один день, когда они были открыты. Службы информационной очень быстро их убрали. В то же время, было отслежено, кто и когда их просмотрел, кто скопировал этот ролик. Но на старуху бывает проруха. Мы знали, что канал данных будет заблокирован достаточно быстро. Нам удалось скопировать почти весь журнал "Б-2.67".

-Знаете, я чувствую себя дураком, - сказал Северный.

-Ладно, Сашь, - проговорил Краснов, - скажу тебе честно, все идет по плану. Ты прошел тесты, пора приниматься за дело....

-Давайте пить вино, - предложила Лена.

-Это отговорка, - улыбнулся Саша.

-Да, - ответил Краснов, - представь, у меня задание.

-То есть, ты - агент?

-Просто ужас.

-Ладно, рассказывай.

-Я решил показать тебе эту запись. Все дело в том, что нам нужно с чего-то начинать.

-Типа плана адаптации.

-Ну, - Краснов пожал плечами, - в принципе, сложно это назвать адаптацией. Мы получаем сведения из наших систем, и это надежные источники. Но тебе надо начинать включаться во все пошагово. Да и времени нет. Поэтому - график.

- Ага. График. Вкусное вино.

Экран был разбит на несколько сегментов, и некоторые из них были системными. Саша неплохо разбирался с индикаторами, а поэтому ему многое было понятно. Это была стандартные панели системы "Лиса", и по ней он только что сдал мини-экзамены. Именно эти данные заинтересовали его гораздо больше, нежели видеосъемка. Тем более, смотреть там было особенно не на что.

-Это Уилкинс, - сказал Краснов, - запись сделана десять лет назад, при обнаружении первой пирамиды в районе Сидония. Когда никто не думал, что под песком можно что-то найти, именно это и было найдено.

-Ага, - согласился Александр.

-Видите, его сопровождает робот-муха "Хуавэй", потому и съемка разноплановая.

- Дома есть такая муха. Только он не работает. Там калибратор слетел, а ремонтировать надо под атомным микроскопом. А то бы я сам отремонтировал. Сами понимаете. Но если бы у меня был этот микроскоп, я бы сделал.

-Купи любительский, - посоветовала Лена.

-Да. Я могу, но я не хочу. Это не то.

-Смотрите дальше, -произнес Краснов, - смотрите внимательно. Мы видим журнал со всех сторон.

-Журнал? - спросил Северный.

-Уилкинса. Он входит в правый сегментарный проем пирамиды. Вон, в правом экране хорошо видны следы резаков. Вход был увеличен. Из него что-то пытались вывезти, тем не менее, не вывезли. Хотя, эти сведения - уже из другого источника. Но это не важно. Сейчас, еще немного подождем, и это случиться.

-Гм, - проговорил Северный, - а Уилкинс, это что за мужик?

-А, - Краснов махнул рукой, - я не разбираюсь в должностях. Супер.... Визор... нет, вайзер.... Нет, вайзер - это у торгашей. Ну вот что-то с визорами связано.

-Он визоры проверяет? - спросил Северный.

-Какие визоры?

-Ну, не знаю. Что там у поисковых кораблей.... Да и вообще, чего делать поисковику на Марсе? На Марсе можно и локальными средствами обойтись. Самолет. Вертолет... Это я к слову. Поисковики даже и не приспособлены для Марса. Хотя нумерация да, такая. Б два пойнт 67. Современный поисковик.

-Это запись десятилетней давности.

-Ну, не факт. В-общем, новый. Десять лет для корабля не срок. У них там какое-то свое ведомство. Я одно время даже интересовался, и скоро стало ясно, что нас кормят какой-то просеянной информацией. Но сразу этого не видно. А потом начинаешь присматриваться...

-Уникально, -сказала Лена.

-Что - уникально, Лен?

-Уникально, что ты это заметил.

-Почему?

-Потому что это сложно заметить. Мы уже анализировали средства массовой информации. Все, что кажется тебе явным, таковым не является. Нельзя сказать, чтобы это явное сокрытие фактов. То есть, никто явно не предписывает СМИ молчать, и у них нет строгих инструкций. Может быть, с отдельными лицами и проводится работа, но это мелочи. Например, ты - какой-нибудь местный корреспондент, владеющий искусством поиска, систематизации, чтения между строк - и вот, почему бы тебе не создать свой информационный узел и там выкладывать все, что ты думаешь. Но ничего этого не происходит, и, при чем, не замечено ни одной, заметь, ни одной попытки о чем-либо сказать. Мы уж не берем социальный вопросы. Речь сейчас не о них. Но здесь все еще хуже. Но то, что ты это заметил, это шедевр, Саш.

-Я понял. И Уэллс поэтому меня и заметил.

-Представь себе.

-Почему ж Уэллс один, и он именно здесь, и я - именно здесь. И вы. А не в Москве, не в Нью-Йорке, например? Токио? Санкт-Петербург?

-Ты думаешь, я знаю?

-Я знаю. Я как-то это чувствую.

-Видишь, как здорово.

-Ты смотри на экран, - сказал Краснов, - вот сейчас Уилкинс входит в пирамиду.

-А чего он один? Хотя - да. Чего ему бояться? Приземлился на автомате, все как на тарелочке. Да и кого на Марсе бояться, кроме налоговых органов? Нет места более безопасного. Что ты вздыхаешь? На Земле уж точно опаснее. Хотя бы стрессы. А на Луне постоянно в глаз светит. Блин, Лен, а ты чего так смотришь, будто я - ущербный?

-Смотри, смотри, - сказал Краснов.

Силуэт мужчины в легком скафандре был виден сзади. Он двигался уверенно. Его путь сопровождал крошечный робот-муха фирмы "Хуавэй", он-то и подсвечивал ему путь. Фонарь был таким же крошечным, однако весьма эффективным. Северный, он тоже себе такой фонарь хотел, но кто бы дал (или продал).

Камера бродила, меняя ракурсы. Изображение было достаточно четким. Вот несколько шагов, и мужчина переступает нагромождение камней, входит внутрь. Становится темнее, но муха продолжает свое дело. Фонари на скафандре не включаются. Должно быть, Уилкинс смотрит через дисплей. На самом деле, при таком техническом зрении фонарь вообще не нужен. В этом случае, надо спросить, для чего же продолжает светить робот?

-Есть инфракрасная картинка? - спросил Северный.

-Нет, - ответил Краснов, - было бы очень замечательно, если бы она была.

-Может, еще и диаграмму? - усмехнулась Лена, - или томограмму?

-Да, я так, - произнес Александр, - нет, что я не так сказал? В коем веке смотрим голове видео.

-Ты еще скажи, что без звука.

-А то. Немое кино. Просто здорово. Обожаю немое кино. Чарли Чаплин, все такое.

В это время на изображении пошли помехи, и в углу показался индикатор. То ли до этого его не было, то ли он включался в какие-то особенные моменты. Начался отчет. Потом рядом с цифрами показалась красная мигающая точка.

-Error? - предположил Северный.

-Это тревога, - сказала Лена, - просто нет идентификации. Смотри. Сейчас.

-Что именно?

-Смотри, смотри.

Саша был готов к чему угодно, но то, что он увидел, просто не уместилось у него в голове. Нет, скорее всего в этом не было ничего конкретного. Он вообще ничего не понял. Было очевидно - что-то убило некоего Уилкинса. Но что это было? Чем оно являлось? Сначала зажегся свет - немного тусклый, сиреневый. С одной стороны, в этом не было ничего страшного, с другой - оно как-то действовало на сознание, и этому нельзя было дать объяснение. Увеличивая яркость, свет приобретал контуры, словно бы появлялось некое облачко, имевшее внутренние структуры.

-Черт, - сказал Александр.

-Ты смотри, смотри, - произнес Краснов.

Облако надулось. Сиреневые жилы проступали все ярче. Теперь они напоминали реки, в которых отчетливо виднелось движение. Это словно бы была живая жидкость.

Видя все это, хотя и ничего не осознавая, Северный ощутил приступ странной эйфории. Это было что-то очень плохое, что-то совершенно родное - хотелось протянуть руки и соприкоснуться.

-Черт, - сказал он сам себе.

-Паузу поставить? - спросила Лена.

-Нет.... Нет. Подожди.

Северный вздрогнул - что-то прошло через его сознание иголкой, и он словно бы был там, при чем, отдельные части образов были максимально отчетливыми. Тут было, о чем задуматься. Он, и раньше про себя отмечал, что такое свойство подобно медитации наяву. Игра мыслей? Тем не менее, в те моменты, когда он давал себе волю, ощущался некоторый прилив энергии. Несколько раз Северный отмечал, что события и правда могли иметь место.

Так было, например, с обрушением моста в Воронежской области. Он в тот день, в тот час, сидел себе возле университета с электронной книжицей, листал ее, мечтая о том, чтобы прочитать ее, не читая. Ему вдруг подумалось - вот идет он по мосту, и мост рушится. Замечтался он, и правда - вокруг были сосновые леса, прекрасный чистый воздух и массивная многоэтажная трасса. В воображении все происходило само собой - он вошел на мост, тот задрожал и начал рушиться. Вскоре ж он услышал про это в новостях.

-В первый раз было страшно, - сказала Лена.

Александр не ответил. Еще несколько секунд, и видение прекратилось. Но на экране картинка подернулась, развернулся, и четкий, резкий свист напоминал звук от хлыста, но был дольше. Далее, пошли полосы.

-Это все, - как бы с радостью сказала Лена.

-Это все? - не понял Саша.

-Да, - ответил Краснов.

Здесь надо сказать несколько слов о Краснове. Как мы уже знаем, он увлекался экстремальными формами развлечения, хотя это был и умеренный экстрим. Но вообще, Владимир был в хороших отношениях со спортом, и, порой, подавал неплохие надежды. Энтузиасты, как мы знаем, занимаются всем подряд - тут и футбол, и волейбол, и бег, и бокс. А что же на счет кибер дисциплин? Вы скажете, что это совсем другая, однако, спорт есть спорт.

После просмотра материала настало время обсудить увиденное.

-И что это было? - спросил Северный.

-Это была смерть, - ответил Краснов.

-Смерть?

-Всего не показали. Но и этого достаточно.

-Интересно.

-Да, интересно.

-Это здорово, - сказала Лена.

-Очень, - согласился Саша с некоторой иронией, - смерть очень воодушевляет. Я аж сам захотел умереть.

-Нет, дело не в этом. Ты же должен быть в курсе дело.

-Правда, - сказал Краснов, - все это правда. Хотя и странно. Это как подмена реальности. Мне еще дед рассказывал случай с каким-то неопознанным объектом на небе. Хотя, скорее всего, это был самолет, который терпел крушение. Тем не менее, в новостях ничего не сообщили, и людям ничего не оставалось делать, как посчитать, что это - НЛО. Это и есть подмена. Это есть, и этого нет. Ты увидел своими глазами, но тебе говорят: а зачем тебе верить своим глазам, если сказано - ничего не было.

-Ничего не понятно, - сказал Северный.

-О подмене, Саш, - ответила Лена.

- Угу. Это бывает популярно периодами, когда выходил или фильм какой-то, или появлялись новые идеи относительно того, что мир есть голограмма.

- Подмена реальности работает иначе, - сказал Краснов, - это все равно, если вдруг сейчас выглянешь в окно, а там идет твой сосед, и он - голый. Ты смотришь и не можешь поверить. И верно: зачем ему ходить голым? Но это так. Этого никто не видит, кроме тебя. А потом, когда сосед уже прошел, ты пытаешься это кому-нибудь рассказать, но тебе никто не верит. В наше время, Саша, реальность подменивается в таких масштабах, что это - не тонны, и не гигабайты. Но если ты подумаешь, что это есть какая-та такая организация, которая специально этим занимается, то ты ошибешься.

-Хотя организации есть, - вставила Лена.

-Да. И, может быть, они также глобальны. Но у них цели чисто обманывать. Все проще. Они управляют.

-Я так и думал, - сказал Северный.

-Ты неповторим, - заметила Лена.

-Да.

-Так вот, - произнес Краснов, - речь сейчас идет о Марсе. Речь о контроле. На данном этапе тебе не обязательно это знать, но время, когда все контролирует власть, прошло. Само общество изменилось, и мы - новая зарождающаяся власть, которой достаточно владеть электронными средствами и алгоритмами. Но дальше земли для нас все заканчивается. Мы полагаем, что в пирамидах есть информационные ячейки, а отмеченное на видео светящееся облако - местный робот-сторож.

- Хочешь сказать, марсианский?

-Нет. Откуда? Марс, сам же знаешь, просканирован насквозь. Какие могут быть роботы? Да и никто не знает, кто построил пирамиды - марсиане или кто-то еще? Ведь так никто и не выяснил - были ли марсиане? Версия о том, что пирамиды - всего лишь ангары первых колонизаторов, вполне рабочая. Главная проблема - никто из нас там не был, и мы пользуемся информация, которая могла быть хорошо отфильтрована.

-Может, и пирамид нет? - спросил Саша.

-Все может быть. На счет наличия внутреннего нано покрытия - и это неизвестно. Может быть, его поставили там первые колонисты, а сама пирамида - природный феномен, не имеющий ни к каким марсианам отношения. Ведь официально признано, что никаких артефактов нет, а пирамиды - это, возможно, следствие геологических аномалий. Так же, как сталактиты, например. А первые колонисты использовали пирамиды в своих целях и устроили там лабораторию. Лаборатория охраняется и поныне, ибо некий Уилкинс был убит, и тело его не нашли. Но, заметьте, тем не менее, ничего из того, о чем я сейчас сказал, и что мы только увидели, не просочилось в прессу. Уэллс склонен считать, что в прессу проходит минус 10% процентов от информации.

-Минус? - Северный сморщился.

-Это - также концепт. Новое понятие, которые ввели именно мы - минусовой процент информации.

-Искажение?

-Нет, искажение - это слишком просто.

-Хорошо. Ладно. Наши действия.

-Мы отправляемся на Марс, чтобы получить контейнер.

-Ха-ха, - усмехнулся Александр, - нет, я не с вас смеюсь. Извините, если что.

-Тем не менее, все это серьезно, - сказал Краснов, - для чего нужны эти модули, вопрос другой. Сейчас важно одно. Мы - организация. Мы все это делаем не для денег. Я понимаю, что идеи до конца ты не понял, но это и не важно сейчас. Если же говорить о финансовой стороне, то здесь все в порядке. Мы - не миллионеры, но кое что обеспечить сможем.

-Что именно? - спросил Северный. - Я прекрасно понимаю, что сначала идут идеи, а потом - все остальное.

В тот момент он чувствовал себя довольно странно - он знал своих друзей, казалось бы, всю жизнь, и вот теперь открывались какие-то подробности, совершенно от него скрытые. С одной стороны - можно бы было их осудить за это. С другой - что-то мешало ему сделать это. Краснов, например, мог спросить:

-А ведь ты скрываешь, что тоже собираешься бегать по этажам?

Но, конечно же, никто и ничего не сказал.


* * *


Был день, и Северный был занят одним из своих любимых занятий. Он вышел на площадь имени Хенлдера Василия (секретное народное название) и там оседлал реактивную роликовую доску. Он катался один. День был не выходной, и все роллеры предпочитали собираться в другом месте. И так, он делал виражи на средней скорости, развлекая своим видом отдыхающий на скамейках народ.

Александр не делал резких поворотов и не выкидывал разные акробатические номера, однако, главным номером в его программе был "громкий" режим - это когда он отключал глушитель, и доска его рокотала, точно спортивный автомобиль. Делая очередной поворот, он смотрел в лица, и все лица, казалось бы, были обращены к нему. Взгляды соприкасались словно лучи. Северный ощущал себя пришельцем из другого мира. Возможно, именно так люди смотрят на комету, которая, проделав долгий путь, наконец, добирается до зрителей земли.

Режим А (плавные движения без конца)

Это медленные перемещения, без резких ускорений, но - с громким гулом, режим демонстрации. Окружающие должны понимать силу и правду цилиндров, а также, возможное наличие дизеля, хотя это - совсем уж полная наглость.

Особая степень важности.

Особая степень сжатия цилиндров.

И вот это звуковое вторжение заставляет сердца биться сильнее. Те, кто сидя на скамейке, читали книгу, отрывали своё зрения, наблюдая эту эту картину, но никак не могут разобраться со своими эмоциями. Наверное, с такими же чувствами люди в свое время смотрели на самолет Братьев Райт.

Но все же, реактивная доска - не такая уж неординарная штука. Чемпион по спид-лифтингу, Павлик Стулов, был тут же, на своей доске. На нем была одежда со встроенным кондиционированием - Павлик терпеть не мог жару. Охлаждение работало и в его шлеме, и, порой, он мог услышать вопросы наподобие - Павлик, покажи сосульки.

В какой-то момент толпа достигала количества человек в тридцать. Никто не делал резких движений. Александр сосредотачивал свое внимание на холостых оборотах.

- Народ смотрит именно на тебя, - сказала ему райдерша Алла.

- Так задумано, - ответил тот со знанием дела.

-Думаешь....

Она открыла бутылку с соком и сделала глоток.

-Не думаю.

-Правильно, не думай, - посоветовал Павлик Стулов.

-Я не об этом.

-Не надо думать, - это был Эдик, парень, доска которого была снабжена выдающимся глушителем, - думание вредит езде.

-А я бы сделал заезд по Луговой.

-Делай, - посоветовала ему Ира Кукурузова, девушка флегматичная, но очень скоростная.

-Я сам не поеду.

-Поедем вместе, - предложил Александр, - без глушителей.

-Там пост недалеко, - сказала Алла.

-В этом и суть, - заметил Северный, - я бы тоже там проехал. Давно мечтаю. Не с кем. А одному - скучно.

-Может, ты просто боишься? - спросил Павлик Стулов.

-Боюсь.

-Так бы и сказал.

- Ты не понял, я боюсь одиночества.

-Тогда - едем.


Сняв глушители, группа райдеров ехала по улицам, развлекая прохожих. Не то, чтобы люди были не привычны - тем не менее, не во всякий день можно было встретить нахалов, додумавшихся ехать по центральным улицам без глушителей - это с условием наличия запрета на лишний шум.

-Хорошо! - кричал Слава, самый юный реактивный гонщик.

На самом деле, с глушителем доска эта была не такой уж и реактивной. Для усиления ее качеств производился тюнинг, и тут - кто на что горазд был. Кто-то просто ставил газовую турбину, и тогда доска становилась по-настоящему дерзким механизмом, кто-то добавлял катализаторы в топливо, были и такие, которые ставили дополнительные ускорители. Павлик Стулов, например, экспериментировал с прямоточным двигателем. Ему сразу сказали: "Паша - прощай". Но ничего со Стуловым и не случилось, разве что выяснилось, что при избытке скорости доска полностью неуправляема, и весь смысл катания сводится на нет. Да и вообще, оптимальный скоростной диапазон, как уже было установлено - от 40 до 70 км/час, и при его превышении катание теряет свою привлекательность. Если ж говорить о различных трюках, то их вообще делают при минимальном ускорении.

-Что будем говорить в отделении? - спросил Северный.

-Все говорим одно и то же, - предложил Луговой.

-Лучше сам за себя, - сказал Павлик Стулов.

-Почему?

-Надо утверждать, что мы вообще каждый сам по себе едет, поняли? А так нам чего-нибудь припишут - скажут, организованная группа, нарушает общественный порядок нашим шумом.

- Я - член австралийской организации по защите прав тюленей, - гордо заявила Дина, еще одна наездница реактивной доски, - если что, я шум подниму, что у нас притесняют права.

-Тюленей? - спросил Павлик.

-Оленей, - поправил Северный.

-Каждый за себя, решено, - сказал Павлик, - если нас ловят, а поймают нас наверняка, каждый говорит, что в первый раз друг друга видит. Ехали все сюда по наитию.

-Это был странный зов, - поправил Северный.

-Точно.

В тот день никого не задержали. Должно быть, надоело уже сотрудникам дорожных служб и их роботам ловить разнузданную молодежь. И, потом, у них дела и поважней были. Купив банку яблочного сока, Северный опустил в нее трубочку и сок этот посасывал. Все райдеры сидели себе на скамейке, довольные результатом. Павлик, впрочем, ожидал, что к ним заявится какой-нибудь инспектор, однако, ничего не происходило.

Позвонил Краснов - телефон был у Северного в часах, а динамик его приклеен тонкой прозрачной полоской к уху.

-Знаешь, завтра, я думаю, - сказал Краснов.

Северный не понял ничего:

-Что, завтра?

-Ты забыл?

-Гм... Не вспомню...

-Ты - рассеянный с улицы бассейнной.

-Да нет, ничего я не рассеянный. Просто ты ничего не говорил.

-Ну ладно. Прикинусь, что ничего не знаю.

-Да ну тебя. Ты хоть скажи.

-А ты там со своей негритянкой?

-Нет. Она сдала экзамены и уехала домой.

-В Чад?

-Да.

-Ты ж хотел с ней поехать.

-Не, меня тогда тут же женят, зачем?

-Будешь жить в Африке.

-Романтично, но я пока не готов.

-Ясно. Тогда будь в курсе - завтра встречаемся в клубе.

-Что за клуб?

-А ты там что делаешь?

-Катаемся. А ты будто с иронией сказал?

-Нет. Я просто думал, ты все помнишь.

-А, ты про это. Да помню, да.

-И на Марс ты как будто собирался.

-А я думал, ты не по телефону об этом скажешь.

-А это никому и не надо.

-Ну.....

-Нет, если я так говорю, значит - все просчитано. Боишься, что ли?

-Нет. Чего мне бояться. Я только инспектора боюсь, да и то, нету его сегодня.

-Значит, завтра - в клубе. Адрес тебе передадут в коридоре университета.

-Ясно.

-Все, пока.


Звонок этот Северного особенно не озадачил. Он был человек, чрезмерно увлекающийся самим собой - чужие идеи его волновали куда меньше, чем, например, коллекционирование ощущений. Он прекрасно понимал, что космический перелет - это не такая уж и интересная штука, и что катание на реактивной доске - вещь куда более драйвовая, тематическая.


* * *


Вопросы конспирации не выглядели чем-то странным - скорее, это была часть все той же большой игры. Ничего другого тут и нельзя было подумать - в наше время любой волен придумывать все, что он захочет - было бы воображение. Далеко не всегда так уж критичен вопрос финансов - хотя стоит заметить, все зависит от аппетита. Все прекрасно знают историю аппарата "David Flash", а ведь это тоже была игра. Говоря по-простому - пацанчикам некуда было девать деньги. На борту был полный комплект - модуль гравитации, бассейн, бары, напитки, герлз. На порту были два исполнителя в жанре Туморроу - Симонс и Карл Карл. Пацанчики разогнались. У пацанчиков что-то сломалось. Летели в сторону солнце и хотели сделать развеселый маневр. Когда стало ясно, что маневр не сделать, корпус "David Flash" уже раскалился до температуры нескольких тысяч градусов. Система охлаждения еще терпела, когда веселым путешественникам стало не до веселья. Но речь идет всего лишь о маневрах в стиле feature game, когда ты думаешь, что человеческая техника сильнее пространства. Ты думаешь, что человечество давно одержало победу над законами природы, что человечество, выйдя в космос, движется по нему уверенной поступью. "David Flash" все же не сгорел и, сделав маневр, вышел на круговую орбиту, но система охлаждения все же не справилась. Любители жареного и пареного до сих пор ищут в сети записи с борта яхты - говорят, особо одаренные серферы записи эти находят без проблем, но в открытый доступ не выставляют, чтобы не светиться. Также говорят о какой-то баснословной сумме за получение данных материалов. Что-то определенное тут сказать сложно. Как умерли герлз энд бойз?

Еще большую тайну представляет из себя гибель частного аппарата "Супер Скотт". Корабль разгонялся. Когда нужно было прекратить разгон, корабль не прекратил разгоняться. В ту пору технология скоростной передачи данных еще не было изобретена, а потому, сигнал из-за пределов Солнечной Системы приходил с большой задержкой - миллиардер-энтузиаст Скотт Мартин сообщал: до достижения скорости света осталось совсем немного. Что стало со Скоттом Мартином? Этого никто не знает.


- Хорошо, - сказал Уэллс, - как ты сам понимаешь, вступление в наш круг - это все равно, что вступление в болезнь, - он посмотрел поверх Александра, будто у того над головой висело еще одно лицо, - впрочем, суть выражения не так уж важна. Важно вот что - на протяжении многих веков ограниченные группы людей передавали друг другу закрытые знания о Системе. И мы - их главные продолжатели. В наш клуб нужно вступать в раннем возрасте. Но мы не можем принимать младенцев - у нас просто нет никакой возможности для этого. Мы все молоды, и у нас пока что не хватает твердости базиса. С годами же человек костенеет. Чтобы поставить его на путь истинный, нужно просто-таки вынуть его мозг из черепа, растопить и собрать заново. Мы еще не пришли к этому. Потому, Северный, тебе придется действовать экспромтом.

- А что потом? - спросил Саша.

- Потом? Откуда ж я знаю. Ты летишь на Марс, и я не могу сказать, что тебя ждет. Даже самый продвинутый предсказатель ничего не скажет о тебе. Но не забудь - ты связан с Землей пуповиной. Свободу так просто не заработать.

- Но ведь тысячи людей работают на Марсе.

- Да. Это так. И ты считаешь, что знаешь о Марсе достаточно, чтобы говорить о нем с уверенностью?

- Нет, но я много читал. Я изучил много материалов. Да и потом, очень много людей бывают на Марсе.

- Тут есть разница, - Уэллс поднял указательный палец, - жизнь заканчивается смертью, а смерть заканчивается жизнью. Наша задача - производить различные переходы внутри бытия, не дожидаясь, когда оно прекратиться. Марс - не прогулка, хотя многие говорят, что это так. Хотя пассажирские рейсы - это чисто облет, экскурсия по Эксплореру, и больше ничего. Но иногда и этого достаточно, чтобы человек навсегда стал иным.

- Разве бывали случаи?

- Таковых - хоть отбавляй.

- А желтая пресса?

- Видишь, как ты мало знаешь. Желтая пресса пишет о том, чего нет. Так было испокон веков. На то она и желтая. А правда всегда скрыта - властям удобнее манипулировать людьми, держа их в варежке из специальной ежовой ткани. Все отфильтровано, Северный. Но и то правда, что скрыта от нас, в ней нет ничего удивительного. Она - то же самая, просто немного другого сорта. То, что чудес не бывает, знает каждый, и это бесполезно отрицать.

- Ладно. Что мне будет нужно сделать?

- Во-первых, средства доставки. Мы решили, что вы полетите втроем. Почему именно ты? Этот вопрос многогранен. Но главное, это то, что у нас нет полигона для подготовки. Иванов и Короткий уже были на Марсе, и опыт их бесценен. Тем более, что они использовали трюмы грузового корабля. Прибоев, Мальчик и Саша Олимпийский ездили туда официально, но им удалось покинуть разрешенную зону и привезти экспонаты. Артефакты.

- Артефакты?

- Да. Я знаю, что ты удивлен.

- Но какие артефакты?

- Вот это уже ближе к делу. Любой человек, попадающий за пределы территории, разрешенной для посещения, тотчас сталкивается со следами Марсиан. И это - парадокс. Ибо известно, что за тридцать лет колонизации Красной Планеты ничего такого не было найдено. У меня по этому поводу множество мыслей, но все это догадки, Северный. Я и сам не знаю, что тут сказать. И, хотя ты едешь туда не за этим, я думаю, ты сумеешь создать свое определение. Впрочем, все необходимое будет в материалах. Технику медитации тебе придется осваивать по пути.

- А Краснов?

- У него - другая задача. По большому счету, ему ничего этого и не нужно. Возможно, что ты сумеешь найти с Марсом общий язык.

- Ты говоришь о нем, как о человеке.

- Почему бы и нет. Человек - мозг и душа. Планета - это физическая масса и что-то другое, что нам еще предстоит выяснить. Быть может, когда мы подберем ключи к Марсу, мы поймем, каким образом и для чего Оно породило жизнь на Земле.

- Оно.

- Да. Мы так его называем.

- Но....

- Сейчас для тебя этого будет слишком много. Наш мир - это плоскость, Северный. То, как мы думаем. А выйти в третье измерение сознания нам не позволяет Система. В обществе же уже давно распространено мнение, что мир - это человек, и познание - это уход в глубь. Между тем, мы не считаем, что это так. Мир - это мать и пуповина. Чем кормит нас мать, то мы и видим.

- Разве эта идея нова?

- Иногда ее продают на обвертках, Северный. Это тоже удобно. Система не может до конца защититься от информации. Ведь рано или поздно она отомрет, и на свет появиться что-то совершенно новое, о чем мы пока не можем догадаться. Она и борется с нами лишь для того, чтобы мы не мешали ей выносить своего ребенка. Но другого пути нет. Возможно, ты встретишь призрак Юры Соловьева.

- Кто это?

- Наш человек. Он погиб на Марсе два года назад.

- Грустно.

- Да. Но никто, даже родители, не знают, куда он делся. К сожалению, мы ничего не можем тут сделать. Они просто считают, что он поехал к бабушке и не вернулся. А он был на Марсе. Случилась авария. Двое других наших товарищей выжили, а он- нет. Кроме них, меня и еще нескольких членов клуба, никто не знает, куда делся. Родители, понятное дело, заявляли в полицию. Они обратились к глобальной базе данных, где можно просмотреть все перемещения любого человека куда либо, но ничего не нашли.

- Ты серьезно? Каждый наш шаг контролируется?

- А ты считал, что это - игра света и тени?

Нет, но это нарушает....

- Ты просто еще не осведомлен. Нет никаких нарушений, Северный. Это - данность. Так было всегда и будет всегда. Ни я, ни ты, никто не сможет изменить человека. Если у него появляется быть как-то по-особенному выше собрата, то это тут же и происходит. Это объяснятся по-разному. Некоторые даже думают, что спецслужбы - это романтика. Но мне придется сказать тебе сейчас.

Саша посмотрел на Уэллса решительно.

-Ты слышал о "Маньке"?

-Да, что-то слышал.

-И как ты думаешь, что это такое?

-Я слышал, что "Маньку" используют экипажи судов, чтобы предоставить службам контроля искаженную информацию.

-Да. Почти так. Но как ты думаешь, почему никто до сих пор не знает, куда делся Юра Соловьев? Ведь узнать проще простого. Например, мы направляем луч прослушивающего устройства со спутника прямо сюда. Скажем, на крышу этого дома. И вот, к нашим услугам - беседа некого Александра Северного с неким Сергеем Уэллсом. С другой стороны, система интерактивного телевидения тоже может быть источником получения информации. Лично я перепрограммировал все телеизлучатели объемного изображения, чтобы они не передавали все то, что я делаю. Только не подумай, что именно я чем-то могу кого-нибудь заинтересовать. О моем существовании никто не догадывается. "Манька" была разработана в нашем клубе. Эта программа позволяет эмулировать искусственную реальность таким образом, что никакая служба контроля ничего не может заподозрить. То, что первая версия программы была раскрыта, не факт ее провальности. Это произошло по независящим от нас обстоятельствам. Ты правильно считаешь, что "Манькой" пользуется большое количество людей. Ей вскоре воспользуешься и ты, когда вместе с товарищами пойдешь на задание. Любая служба контроля - это, прежде всего, машины, которые начинают сигнализировать об опасности лишь по ситуации. "Манька" же пускает им пыль в глаза, и они видят лишь то, что мы хотим им дать. Таким образом, участники нашего движения могут свободно передвигаться куда угодно, при этом считается, что один из них сидит в институтской библиотеке, второй - болеет, третий отправился на спортивную секцию. Мы с тобой, впрочем, и по версии "Маньки" находимся здесь, но говорим совсем о другом.

-Она что, так глобальна?

-Нет. Всего лишь дополнения к датчикам.

-Каким датчикам?

-Ладно, Сашь. Наверное, сейчас я рассказал тебе слишком много. Завтра к тебе заедет Степан и даст все материалы.

-Я буду в институте.

-Хорошо. Там и встретитесь.

-Значит, если со мной что-то случиться....

-Ты имеешь в виду, что никто не узнает, если с тобой что-то случиться? Но разве ты веришь, что с тобой что-то случиться?

-Я уже встречал такую точку зрения - во что веришь, то и произойдет. Нет, я не верю. Что может произойти? Марс - это большая пустыня. А несчастный случай может произойти с человеком где угодно. Верно?

-Да.

- А потом, если человеку суждено умереть рано, он каким-то образом это ощущает.

- Иногда Система делает поправки. Но, в данном случае, мы не идем на прямое столкновение. Да и Оно, Оно уже не так сильно, как в прошлые века. Случалось, что группы ученых начинали заниматься какими-нибудь неопознанными явлениями, и с ними тотчас начинали происходить разные неприятности. Большинство из них через некоторое время сдавалось. И все этот из-за отсутствия техники общения. "Манька" - это компьютерный аналог. Человек ищущий, он в жизни должен быть таким же. Мироздание думает, что он собирается сделать одно, а он живет по своим собственным законам. Эти приемы культивировались еще в древности.

- А как же я? Я ведь ничего не знаю.

- Главное, что мы знаем. А потом, человек, один раз ступивший на Марсианскую почву, уже никогда не остается прежним.

- Тысячи людей?

- Не так уж много тысяч.

- Десятки.

- Не более ста тысяч в общей сложности. По сравнению со всем человечеством, это - очень небольшое число. К тому же, учти - одно дело, это посещение Фабьюлос-Пойнта, где влияние Марса ослаблено коллективной аурой и многочисленной аппаратурой, а другое - спящие мертвым сном пустыни, где все по-другому. Почему так велик процент самоубийств среди бывших работников шахт Утопии?

- Не знаю.

- Марс в корне меняет человека, и этим нужно уметь пользоваться. Одно дело - это просто сходить с ума, а другое - использовать это видоизменение в энергетике на благо собственного развития, ради усовершенствования методов познания и медитации.

- А ты был на Марсе?

- Я думаю, мне это еще предстоит.


* * *


Вечером были нереальные гонки. Павлик Стулов даже название им дал:

"The Greats".

Вообще, у гонщиков так принято - давать названия для отдельно организованных акций. Тут еще вопрос в том - гонки на реактивных досках - вещь не особенно безопасная. Тем более, что многие гонщики отказываются надевать щитки, и большая часть из заканчивают "карьеру" раньше времени. Что тут сказать? Конечно, медицина в наше время развита настолько хорошо, что, если ты переломаешь себе все конечности, тебе все поставят на место. Даже если ты крепко разобьешься - есть много шансов, что тебя соберут заново. Тем не менее, многие гонщики после таких сборов ездить прекращают, предпочитая более мирные занятия.

Северный об этом не думал. Собственно, мыслями он себя отягощал лишь частично - его дневник был настоящим образцом самосозерцания. Здесь же его просто наслаждала скорость.

- Спорим, я выиграю, - сказал Павлик Стулов.

-Спорим, - ответил Северный.

-Ты мне веришь?

- Хочу верить. Или ты хочешь, чтобы я тебе не верил?

-Так не честно. Брось мне вызов.

-Может, я хочу выиграть без вызова.

-Нет. Не честно.

-А что у тебя за спиной.

-Мега парашют.

-О. Ты будешь рисковать.

-Постараюсь.

-Смотри, если будешь лететь, выбирай место с двумя секундами. В том году Русик Зайцев тоже был с парашютом, но это ему помогло. Теперь у него часть головы - титановая. Правда он говорит, что это даже лучше, быть железным дровосеком, но кататься перестал. Говорит, пойду в математики, железная голова лучше соображает.

-Ему и на руке что-то поменяли, - заметила Алла.

-Да, и нос вообще новый, - сказал еще кто-то.

-А так и не скажешь, что он в Изумрудный город идёт, - сказала Ира Кукурузова.

-Все мы там будем. -сказал Павлик, - давайте, погнали.

-С глушителями?

-Да я вообще-то с глушителем постоянно езжу. Мне этот тарарам на по душе. Потом голова трещит. Это Северный чего-то......

-Я тогда тоже с глушителем, - сказал Александр.

Ехали по улице, параллельной центральной, под линией воздушного транспорта. Народ, стоявший на остановках, с удивлением смотрел сверху вниз, ожидая катастрофы, тем не менее - ничего не происходило.

Слава, юный и быстрый, вырвался вперед. В какой-то момент ему удалось оторваться от основной группы метров на десять. Прохожие останавливались. Каждый болел за своего гонщика.

Северный в тот день влил в топливо специальные добавки, которое позволяло ускоряться более интенсивно. Максимальная скорость доски при этом особенно не бралась - в любом случае, доска была управляема лишь в определенном диапазоне скоростей. Тем не менее, когда до конца пути оставалось метров сто, Александр воспользовался своим тайным оружием. Пульт был у него в руках. Он включил самую верхнюю передачу, после чего подал команду на открытие крана с азотом.

Доска стремительно рванулась вперед, и ему пришлось присесть и расставить руки по сторонам, чтобы сохранить равновесие. Важно было выбрать момент для атаки - пока соперник спит.

Проскочив в притирку с бордюром, он обошел основную группу и догнал Славу, гонщика юного, но - амбициозного. Обернувшись, он посмотрел ему в лицо - Слава был полон решимости. Однако, этого было мало. Наблюдая за ускорением соперника, Северный ускорялся сам - плавно, понемногу. Сзади от группы оторвался Павлик Стулов. При чем, чтобы выбраться из последних рядов, ему пришлось сделать небольшой крюк, что само по себе, неудобно на большой скорости. Наблюдая краем глаза за этим маневром, Александр был полон скрытой зависти. Он так не умел. Впрочем, многие вещи здесь были трюками, и особо задумываться не имело смысла. Тем более, что Павлик неожиданно пошел в наступление. На самом деле, он немало потерял, когда упустил рывок Северного, но теперь он был готов все наверстать.

Александр принял боевую стойку - это было очень важно, чтобы не свалиться, когда скорость перейдет в диапазон неуправляемости. Впереди был небольшой поворот, и был необходимо очень плавно в него войти - что и сделал.

Завершить заезд первым оставалось делом техники.

-Ты смог, - сказал Павлик.

-Да, я был уверен, - ответил Северный.

-Почему тогда не сказал сразу?

-Не важно. Так хотел.

-Я думал, ты выступишь.

-У меня вдохновения.

-Бог с тобой.


* * *


Запись в дневнике на следующий неделе была такой:


"... может быть, на Марс летим не случайно, но снился мне не Марс. Я как будто где-то еще живу, и так уже много раз было. Так вот, я жил в нашем же городе, но не в другое время - такого времени не было. А вот как будто в зеркале - это очень точное сравнение. Но как сказать словами - я не знаю. Я жил как в зеркале, точно. Мои родители изучали Машины. Машины это были построены человеком. Кажется. Нет, точно - человеком. Машины - это компьютеры. Что они вычисляют - я не знаю. Мне иногда кажется, что они в реальности где-то есть, и я их слышу. Из сна, должно быть, слышу. Ну вот, там вот с Марсом было проще - на него попросту никто не летал, и вообще, в космосе работали одни автоматы, а потому человеку не было нужды задаваться лишними вопросами. И вот, я подсматривал сам за собой, за своей жизнью, и многое мне казалось более интересным, чем то, что у нас. Как-то все по-другому. Техники меньше, но как бы и больше. Как это сказать? Может, больше техники - в голове у человека? Ведь иначе не скажешь. А, у меня был мотоцикл. Сейчас на таких мотоциклах тоже ездят - только клубов уже почти не осталось, так как все запчасти нужно делать самостоятельно, и бензин надо доставать самостоятельно. Установка по генерации бензина стоит очень дорого. Одно время один миллионер собирался доставлять нефть с Юпитера, но цена у нее была такой, что никому она не понадобилась. Но точно, точно. Ездил я на бензине. Никакого другого вещества такого нет. Мы уже лет тридцать на бензине не ездим, да и на водороде уже не ездим, перешли на электричество, а там к водороду даже и не подступались. Хотя в космос вроде бы что-то летало. И было что-то важное, но я не могу никак понять.... Что такое.... Вот в голову приходит, пытаюсь расшифровать, а ничего не получается... Со снами всегда так. А на сканере все равно ничего не покажет - это все бесполезно. Говорят, что все показывает - я в это не верю. Я с этим обязательно разберусь - обязательно узнаю, что все это значит. Так это нельзя оставлять - хотя это и загадка. Но, если очень сильно хотеть, можно узнать то, что за гранью. Именно так делаются большие открытия"


* * *


-Знаешь, какой план? - спросил Краснов.

-Нет.

-В общем, наши продолжают просчитывать окна. Нам нужно на чем-то взлететь, при чем, обычный транспорт не подходит.

-На чем же летим?

-Скорее всего, найдем списанный аппарат и перепишем на него данные.

-Ну....

-Все нормально. Ребята такое уже делали.

-А в прошлые разы как летали?

-Когда как. Сейчас наши занимаются подбором снаряжения. Нужны подходящие скафандры, сканеры, запас спецпитания, горючее, роботы, транспорт. Скорее всего, будем ездить на мотоциклах.

-Ты имеешь в виду, лунные?

-Нет, Марсианские. Лунные работают без атмосферной подпитки, Уэллс сказал, что уже нашел три штуки B-7.

-Что за модель?

-Ты как будто в облаках летаешь.

-Да. Скорее всего.

-Подбираем оружие.

-А там есть по кому стрелять?

-Не знаю. Ну ты же сами видел ролик.

-Нет, я думаю, что то - просто охранная система. Нам нужно будет войти в сеть, и делать это нужно будет с орбиты.

-Уэллс сказал, что нужно разбираться на месте.

-Ну... Отлично, а что, если система там построена по схеме круговой обороны, включена сигнализация - мы просто не подойдем на расстояние ближе, скажем, трёх километров. Какой смысл будет в таких перемещениях.

-Ну знаешь, я думаю, ребята не дураки.

-Ага.

-Нет, ну они же уже бывали на задании, значит - есть какая-та информация. Да и, потом, откуда ты знаешь, может быть, все будет именно так, как ты говоришь.

-Я просто размышляю вслух.

-Так.


* * *


Во второй половине дня слушали урановый рок. Александр меломаном не был, но и равнодушным также не был. Краснов купил какого-то дешевого вина. Тут же были Аня Д., Юля Ц., и два соседских мальчика десяти лет, которые пришли переписать музыку. Переносить по сети отказывались - чтобы избежать проверки на лицензию.

-Лучшая музыка - это урановый рок, - рассуждал Краснов.

-А рок 155? - спросил один из мальчиков.

-Что такое рок 155? - поинтересовалась Юля Ц.

-Стиль назван в честь 155-го элемента таблицы Менделеева. То есть, это его атомный номер такой.

-Слушать можно?

-Я пробовал. Он - со спецсигналами.

-Как это?

-Нет, это не психотропные сигналы. Элементы получают за счет обстрела атома ядрами кальция-48 в циклотроне.

-Мишень делают из берклия, - сказал Северный.

-А ты тоже все знаешь? - удивилась Аня Д.

-Да. Всё.

-Отличник, наверное.

-Нет. Зачеты получаю с трудом. Я романтик, а у романтиков плохо с дисциплиной. Меня не заставишь ни работать, ни учиться.

-Зачем тогда учишься? - спросил один из мальчиков.

-Чтобы ты спросил.

-Я спрашиваю.

-Подрасти.

-Да, ты мелок, - подтвердил Краснов, - даже я не услышал.

-Что не услышал? - не понял мальчик.

-Голос не долетает.

Мальчик заморгал.

-Ладно, проехали.

-Берут берклий-249 и обстреливают кальцем-48 на ускорителе тяжелых ионов. Так рождаются новые элементы. Их фиксируют. Рок "155" призван быть самым тяжелым - но он на самом деле не самый тяжелый. Музыканты пытаются передать момент рождения элемента, а на слова вообще не обращают внимания. В итоге, музыка получается даже какая-та академическая и - почти электронная. Но по идее, это - самый тяжелый рок, так как масса его тяжела.

-А какой самый тяжелый? - спросила Юля Ц.

-М-м-м.

-В натуре, как бы.

-Блатная? - поинтересовался Краснов.

-А... Я просто.

-Ага. А я думал, блатная.

-Она не знает, - сказал Северный, - есть офенский язык, и он, как анахронизм, дожил до наших дней.

-Тюрьмы переносят в космос, - сказал Краснов.

-Да, - подтвердил Северный, -а недавно мне кинули ролик - по закрытому каналу. Умеете лягушатник создавать?

-Я умею, - сказал один из мальчиков.

-Не бреши, - сказал ему Краснов.

-Заспорим.

-Не спорь с ним, - посоветовал Северный, - он многое может.

-В лягушатнике настроек много.

-Я прописал! - возразил мальчик.

-Ты что, руками прописал?

-Я патчил!

-Только придураки патчат.

-77-й порт патчил, - подтвердил другой мальчик, - мы три дня искали прошивку. Патч. Нашли, пропатчили.

-А ты какую оболочку брал?

-Нао!

-Нао - нормально, - сказал Северный, - только там пока выставишь все настройки, рак на горе свиснет. Я пол дня выставлял, потом создал свой лягушатник и ключ генерировал.

-Да чо его генерировать, - произнес мальчик.

-Чо, чо, вот такие, как ты, введут 1234 и думают, что алгоритм шифрования из этого пароля надежный ключ сделает. Вот у таких, как ты, все ворота нараспашку.

-Не боись, - сказал второй мальчик, - на спор ни один не влез.

-О чем речь? - спросила Юля Ц. - Ни одного слова из вашего разговора не поняла.

-А говорите, учиться не надо, - важно сказал Краснов, - значит - вина не получите.

-Бе-бе-бе, - ответила Аня Д.

-Лягушатник - это персональная сеть, - сказал первый мальчик, - придурки разные пользуются официальными сервисами. Там можно, конечно. Можно хранить хоть самого себя. Но каждое слово там прочитывается, и каждая фотография просматривается, и каждый ролик. Вообще все. Возьми, напиши у себя в закрытом черновике - у меня дома есть незарегистрированное оружие. Напиши и посмотри, что будет. Заметь - черновик закрыт, его по идее никто читать, кроме тебя, не может. Напиши и жди гостей.

-Напишу, - сказала Юля Ц.

-Пиши, пиши.

-А ты умный самый?

-Не дурак.

-Вина ему надо налить.

-Рано ему еще, - произнес Северный, - так вы мне не дали договорить. Ко мне пришел ролик на 73 часа полного времени, со всеми сервисами - с перемоткой, с генерацией запахов, с оценкой температуры и даже подключением атмосферного модуля. Там одного чувака пытали холодной водой, ледяной, и имитатор меня водой обдал. Б-р-р.

-Это не самое страшное, - сказал второй мальчик.

-А ты попробуй, - предложил Александр.

-А чо. Я реально ожегся, в больницу ходил. После имитатора.

-Да-а? - хором удивились девушки.

-А ты не дегенеративный отрицатель? - осведомился Краснов.

-Раньше был. Но это в детстве. Я уже вышел из этого возраста.

-Да. Ты совсем взрослый.

-Не иронизируй. Я после этого пробовал себя в среде тулбумпромовских отрезателей апострофов, и там меня научили, как перестраивать имитатор.

-Это хорошо, что ты заживо не сжарился, - сказал Северный.

-А мог, - согласился второй мальчик.

-Куда родители смотрят? - спросила Юля Ц.

А Аня Д:

-А о чем речь, ребят, подскажите.

-Об имитаторе атмосферы, осадков и запахов для домашнего кинотеатра, - проговорил Краснов, - когда идет дождь, имитатор обстреливает зрителей специальной химической крупой, чтобы человек думал, что это дождь. Или вы телевизор смотрите и не знаете?

-Я химическую книжку смотрю, - сказала Аня Д.

-И я.

-Объясняю для малограмотных. Перестроить имитатор достаточно сложно - нужно либо самому знать весь процесс, либо кого-то вызывать, а за саму работу - если поймают - могут штраф такой выписать, что дом родной продашь. Самому переписывать можно - закона такого нет, если ты сам перепрошьешь. Но сам не перепрошьешь. Но - если ролик сразу идет с прошивкой, то имитатор может срабатывать на полную катушку. Это зависит от модели. Так можно и квартиру запросто спалить - если на экране будет огонь. Поэтому, просто так ты нигде такие ролики не возьмешь.

-И, - бесцеремонно спросила Юля Ц.

-Ролик был про суборбитальную солнечную тюрьму, о которой ничего официально не сообщается. Все кадры подлинны. Подделать такое количество информации просто не реально. Это невозможно. В этой тюрьме содержится сто тысяч человек. Размеры же ее не позволяют содержать такое количество заключенных. Для этого всех их держат в очень маленьких капсулах. Для того, чтобы они там время от времени не загнулись, используют электрические стимуляторы. Часть заключенных работает на заводе по переработке астероидов. Разумеется, это все нелегально. Благодаря тому, что какой-то части людей постоянно нет на базе, освобождается свободное пространство для тюремного дворика. К заключенным постоянно применяются пытки. На них испытывают химические препараты и электронные излучения.

-Это же незаконно, - произнесла Юля Ц.

-Да.

-В нашей жизни многое, что незаконно, - сказал Краснов со знанием дела, - исходя из этого, вообще ничего нельзя сказать. Но такие ролики есть. Я сам видел.

-Да нет, не может быть, - сказала Аня Д.

-Ну.... Как сказать.

-И что, туда можно попасть, и о тебе никто и ничего не будет знать.

-Допустим, тебе дадут 5 лет за угон аэромобиля, - еще более важно произнес Краснов, - или семь - за угон орбитального шаттла. Думаешь, ты будешь просто сидеть себе взаперти, и все будут тебе по головке гладить? Хлеб там с маслом. Старые газеты. "Война и Мир" из местной библиотеки? Да?

-Нет, по головке гладить не будут, - заметила Юля Ц., - но есть гражданские права, и они должны выполняться по отношению ко всем категориям граждан.

-Юристка? - осведомился мальчик.

-Будущая.

-Ха.

-Тихо, малыш, - сказал Краснов, - наш мир не такой, каким он кажется.

-Много людей пропадает, - сказал Северный, - пропадает просто так. Просто об этом не говорят - это не выгодно. Посчитай статистику - в месяц мы воруем по одному человеку в каждом среднем городе. Сколько мы можем украсть людей в России? Достаточно много. Подключим сюда весь земной шар. А, кстати, больше всего людей воруют в Америке - там это у них вообще на самую широкую ногу поставлено. Я это в фильме просмотрел - в Америке государственная система такова, что украсть можно кого угодно и где угодно.

-Воруют невинных людей? - спросила Аня Д.

-Да. Верно. Нет, там и заключенные сидят. Но они же не видят друг друга в обычное время - они постоянно находятся в капсулах. Когда они работают, их одевают в скафандры. Средства связи ограничены. Таким образом, рассказать друг о друге они не могут. Убежать оттуда невозможно.

-Так они вечно, что ли, сидят?

-Пока не умрут.

-Не совсем все так, - сказал Краснов, - если человек не виновен, то его убеждают в том, что он виновен. Есть много средств. Пытки совсем не обязательны.

-Пытки - это для эстетики, - сказал Александр, - чтобы охране скучно не было. Смысл пыток не такой уж большой - там и так все схвачено.

А сам подумал:

-Вот если нас поймают, то смысл будет большой. У нас будет, что спросить. Просто так же мозги не просветить, точно тьму - фонариком. Нужно каким-то образом вынуть сведения - зачем вы угнали челнок? Кому пришло в голову добираться до Марса на списанной машине?

Двумя часами позже, оставшись с Красновым наедине, они эту тему обсудили:

- За списанный шаттл ничего не будет, - сказал Вова, - в этом и вся штука. Мы долго обсуждали различные вопросы. Нет, если пробраться в трюм и добираться таким образом, мы не сможем взять с собой груз. То же касается и туристического маршрута. Однако, туристическое путешествие - худший из вариантов. А) - это слежка. Нет, как бы просто так мы сто лет никому не нужны. Но - в случае возникновения эксцессов - все тут же начнет проверяться. Тем не менее, нам нужен именно транспорт - нужно также вернуться назад с грузом, а никто не знает, каким он будет. Б) Отсутствие мобильности. Теоретически, мы можем провести с собой груз. Но - обратное возвращение.... Это сложнее...

-А если там золото будет?

-Ха. Что бы оно там делало?

-Гм. Да что угодно. Золото, и все.

-Вот ты Саша.

-Пирамида - золото. Марсинская гробница. Много сокровищ. Слушай, если там не золото, то нахрена пирамиду охранять?

- Есть вариант, что никакой охраны нет, а в пирамидах обитает какая-та тварь. Хотя это лично я думаю. Уэллс уверен, что в Сидонии устроен склад, а вот то, что нас может интересовать - может быть и артефактами. Ведь сам пойми - тебе постоянно говорят - нет никаких артефактов. Нет и быть не может. Но, скорее всего, они есть, и их охраняют. Да и потом - ты не всему верь, что говорит Уэллс, он да такой степени просчитывает все наперед, ты бы знал. Он может на пять лет назад, черт, вперед, просчитать.

-Нет, значит- нет.

-Нет, это значит - есть. С каких это пор ты стал скептиком?

-Нет. Не скептик. Я вообще думаю, что я в прошлой жизни жил на Марсе. Но как я мог там жить? Прошлая жизнь была совсем недавно. А жизни на Марсе нет давно. Вот и ломаю я голову - когда она была? Если ее нет, минимум, миллион лет.... Если взять буддистские каноны, меня не было миллион лет назад - я еще был какой-нибудь массой материи, и даже не я, и даже не знаю, как сказать. Я не могу помнить про Марс.

-Ты считаешь?

-Я не уверен, что это Марс, но я вижу слишком много сюжетов. Я пытаюсь понять, что они все означают. Но местность такая - как будто Марс. Но есть и земная жизнь. В общем, все перепуталось.

-А ты сканировал себя?

-Да. Я ж говорил.

-Ничего нового?

-Так это же я считаю, что могут быть прошлые жизни. А люди думают иначе. Я уже давно заметил - чем старше люди, тем больше скептицизма.

-Именно поэтому в Клубе все - молодые.

-И правильно.

-Значит, дело-то и в том - что при подписании акта о списании космического аппарата бывает несколько дней, когда не произведена передача его. Он как бы ни чей - ни наш, ни ваш. В этот момент, если мы его угоним, то, в случае неудачи, можем вообще ничего не получить. Это парадокс. Но, разумеется, это - при наличии хороших адвокатов. За просто так мы не справимся.

-На списанной машине есть еще один шанс.

-Да.

-Не долететь.

-Слушай, пойдем, может в кафе. Что-то мне эти Аня с Юлей - никак.

Дурные.

-Точно.


* * *


Можно было сказать, что утро вылета имело странный тревожно-синий оттенок. Многое люди не любят утро, но ритм современной жизни давно сдвинут неизвестно куда. Сложно представить себе, как люди на постоянную живут в космосе, но уже теперь это - лишь данность, и всем хорошо известно, что чистые марсиане, то есть те, кто родился на красной планете, плохо чувствуют себя на земле. То же можно сказать и про жителей Луны, а также людей, которые вообще долго находятся в космосе. Виною всему - сила тяжести.

Люди прошлого с трудом представляли себе наличие электронных имплантатов, которые ныне плотно вошли в обиход. Банальный стимулятор работы мозга генерирует электричество на основе проходящей через него крови, и ныне его носят в себе 30% населения планеты. Ночью этот прибор нормализует сон, и, таким образом, бессонница навсегда обойдет вас стороной. Днем этот прибор работает избирательно. Нужен мозговой штурм? Переключаем частоту, меняем форму синусоиды, и вот, ваш мозг готов к бою. Все последние достижения собраны даже бюджетной модели CCS, вес датчика 10мг, управление через все виды дистанционных устройств.

- Мы тестировали и так, и эдак, - рассказывал Уэллс накануне, - однако, подвоха так и не нашли. Если бы Нейродруг работал как передатчик, это было бы легко обнаружить. Однако, там, где есть порт, есть и все остальное. Мы проверили стандартный пульт-часы, и Максим все же написал программу слежения через часы.

- Почему тогда ты считаешь, что мне не надо удалять Нейродруга? - спросил Северный.

- Я на 98% уверен, что больше нет каких подводных камней.

- А 2%?

- Никогда не встречал, чтобы такой процент работал. Мы подключаем журнал, и все ваши перемещения берет на себя "Манька". Поверь мне, датчик крайне необходим в космосе. Смесь сигналов регулирует самочувствие идеально. Да, и не забывай, нам тоже нужно отслеживать все ваши перемещения.

- Если нас засосет песчаный Ктулху, кто отправится на наши поиски? - сострил Александр.

Грузовик был оформлен на прокат также кем-то из Клуба. Александр Северный не знал никаких подробностей. Да и, возможно, вопросы бы ничем не помогли. Ему бы попросту никто не ответил. Однако, на миссию ставили. А потому - ставили на него. Тем более, что он был новичок. Это о чем-то говорило.

Те редкие птицы, что достигали середины многоэтажек соседнего района, усаживались на стеклянные карнизы и заглядывали в окна. Но ожидаемого результата не было. На них смотрели лишь их отражения. Но птицы - особенный народ. Возможно, что они видели века, древние степи, ковыль, стелящийся до горизонта, кочевников, побеждающих природу. Оттолкнувшись от гладкого, стеклянного, пластика, они пронзали время. Никто никогда не пересчитывал городских птиц. Возможно, перемешиваясь с волнами пространства, они постоянно перелетали через века.

Имея независимое питание, грузовик имел возможность ехать при любых условиях - если бы тут речь шла о блокировке. Всякая вещь есть часть другой вещи. Но если ты не хочешь, чтобы в твое перемещение вмешивались, перемещайся на средствах, не подключенных к общей сети, не выезжай на автоматическую дорогу. Все это, правда, могло показаться лишним, так как никто не мог заглянуть в их помыслы.

- Поедем по седьмой трассе, - сказал Краснов.

- Разве ты не хочешь просто включить автопилот? - возразил Северный.

- Нет. Поедем просто так, на ручном управлении.

- А как же инструкции?

- Интуиция важнее инструкций, - ответила Лена.

Ей с утра было особенно весело, и в этом было что-то от нервов.

-Ладно, как скажете, - ответил Саша, - я уже устал возражать. В конце концов, вы знаете гораздо больше меня. Мое дело - подчиниться и молчать.

- Ты же сам знаешь, что с твоей стороны, это - невозможно, - проговорил Краснов.

- Но я могу умерить свое тщеславие.

- По-моему, ни к чему. Когда человек загоняет себя в рамки, это, порой. Гораздо хуже, нежели чрезмерность.

- А это что?

- Антенна дальней связи.

Да, антенна была среди тех вещей, которые надо было взять с собой. Но самыми тяжелыми предметами были водородные мотоциклы, С-8 "Runner", вещь редкая, хотя и устаревшая. Пешком по Марсу много не находишь, в то время, как корабль будет находиться на орбите. Отпечатанный на принтере вездеход хорош для выставки. Настоящая межпланетная техника трудна для приобретения, и Клуб тут на славу постарался. Машина на гусеничном ходу действительно была выполнена в виде мотоцикла - человек садился на нее уже будучи облаченным в скафандр, а все индикация могла подаваться на стекло шлема. Однако, пользоваться можно было и штатной индикацией.

Питание - водородные батареи. В комплекс входит несколько заряженных блоков, зарядное устройство (вес одного на земле - 80 килограмм). Но тут вопрос - от чего его запитывать? Из чего генерировать водород? Наконец, прицеп. Наконец, вся необходимая аппаратура, коей - ни много ни мало.

Если бы просмотреть всю жизнь от начала до конца, если бы сидеть в какой-то абсолютной точке и оценивать все, что сделано так, а что не так, то как бы выглядел этот момент? В поле зрения, скорее, в ментальном поле, появились изображения странных вьющихся городов - они словно бы росли сами собой, и все это было дальше, чем самая дальняя даль. Но что-то привело их к жизни. Полунамёк?


На свалку въехали без эксцессов. Вокруг - целый город из ровных штабелей уже упакованного металла. Улицы, площади, проспекты. Застывшие в различных позах роботы. Все говорит о том, что утро в этом мире еще не наступило. Уэллс же утверждал, что утро и не наступит - буквально через месяц все системы предприятия будут поражены вирусом.

-А в Китае механизмы вручную режут, - сказал Краснов.

-Да, - согласился Александр, - а какой еще может быть выход?

-Людей же надо куда-то девать.

- Пусть все летят на Марс.

-Современные технологии позволяют строить большие космические паромы, тысяч на десять человек.

-Посчитай.

-Десять паромов - это уже сто тысяч.

-Сколько по дороге помрёт?

-Шутка не интересная.

-Так раньше делались переселения народов. Нет, проблема колонизации надуманная. Две недели лёту при современных скоростях - это вам не то, что раньше на утлых судёнышках через океан, да еще и в шторм. Здесь - какие жертвы? В год можно сделать рейсов сто. Хотя нет, это три отправки в день, нет, хотя бы одна отправка в неделю. Но все равно, пол миллиона за год можно перевести.

-Все равно, миллиард китайцев не перевезти.

-В год - пятьсот тысяч. За десять лет - пять миллионов.

-Маловато.

-Согласен. Но за то время, пока не построят корабли на 100 тысяч человек, новые колонисты построят города. И тогда - один корабль - один город. Представляешь.

-А если все китайцы улетят - кто будет вычищать землю после них, там же жуткое загрязнение.

-Н-да. Но кто-то же останется.

-Ну, корабль на сто тысяч. Тысяча рейсов. Лет пять, и Марс заселен до отказа.

-Миллиард - многовато для Марса.

-Ага. Сибирь не до конца освоена.

-Антарктида.

-Может быть, все же, лучше - океанский шельф? - спросила Лена. - Все же близко к земле.

-Ну его не заселишь в таких пределах. К тому же, производить продукты придется наверху. Марс миллиард потянет в том случае, если в очень быстрые сроки будет установлена атмосфера, почва заселена нужными бактериями, построены пищевые предприятия и электростанции.

-Со вторым - не проблема.

-Да. Но миллиард - многовато. Марс в два раза меньше земли, нет ни почвы, ни атмосферы.

-Куда тогда?

-К звездам.

-Нет, я серьезно.

-Венера?

-Гм. Там хорошая баня.

-На Меркурий, - предложила Лена.

-Населения Меркурия сейчас - десять человек, - сказал Северный, - предполагается, что в ближайшие лет двадцать оно увеличится до тридцати - пятидесяти.

-На Меркурии вполне по силам построить нормальный городок на несколько тысяч человек под куполом. Свет подавать через отражатели, с орбиты. Или просто повесить фонари. Планета перманента и богата полезными ископаемыми. Но до Меркурия ни у кого руки не доходят.

-Если его выкупят китайцы, как раз дойдут.

-Здорово. Туда и полетят.

-По пути - на Венеру.

-Я думаю, если добыть из Меркурия много железа, то можно будет строить космические города, - сказала Лена, - много-много городов. Вся Солнечная система будет как гигантских сад. Огромные буксиры будут отводить эти поселения на разные орбиты и там разгонять до круговой. Будут новые веси, научные станции, а земля постепенно превратится из замусоренного шарика в чистый и светлый мир.

-Будет, - сказал Северный, - я - на Юпитер.

-Прямо в ядро?

-Да. В ядре и будет мой мир!


Б-90 "Воробей" был обнаружен на одной из взлетно-посадочных полос. Это был чрезвычайно "толстый", раздутый вширь шаттл с отчетливо выделяющимися по обе стороны полусферами. Здесь за щитками находились электромагнитные крепления для ядерных ускорителей. Кузов "Воробья" был снабжен выдвижным автопогрузчиком. Однако, здесь все было еще проще. Едва ребята остановили грузовик, от разных углов свалки вышли прятавшиеся дотоле помощники. Некоторые из них были знакомы Северному, но кого-то он видел и в первый раз.

-Привет, ребята.

-Привет.

-Здорово.

-Привет, друзья, готовы?

-Да.

-Отлично.

-Давай.

-Вы давайте в кабину, ребят, время не тратьте, мы сами погрузим все.

-Ого, сколько тут добра.

-Да, на тридцать тонн.

-А заправка? - спросил Северный.

- Не волнуйся. Мы все сделаем. Шланг уже подтащили. У нас все про все - пятнадцать минут.

-Понял.

-Начали.

Поднявшись на лифте в кабину "Воробья", угонщики обнаружили толстый слой пыли на приборах и беспорядок - повсюду в кабине и прилегающем к ней коридору (переборки были подняты) валялись различные, не имеющие к космосу никакого отношения, вещи - газеты, журналы, включая даже какие-то порно издания, пустая пластиковая посуда, полиэтиленовые пакеты, болтики, пустые коробки из псевдо картона, большое количество старой обуви.

-И все это поднимается в воздух, - сказал Северный в ужасе.

-Пылесборник...., - произнес Краснов, - если он не работает, никуда не летим. Что угодно, но только не система очистки помещения. Пыль в невесомости нас убьет.

Он вставил ключ идентификации в паз, и пульт корабля озарился огоньками. Послышалось тихое жужжание.

-Отлично. Смотрю.

-Где он? - суетливо спросил Северный. - Ага. Показывает, что в готовности, уровень загрязненности - 60%. Что-то маловато показывает. Так, давай.

Очиститель заработал, и пыль под действием направленных сигналов поползла сама собой.

-А вот обувь останется.

-Ладно. Потом соберем. Сколько у нас времени?

Северный поудобнее устроился в кресле и выполнял все по инструкции. Инициализация двигателей. Проверка реактора. Реактор стоит в спящем режиме, но сейчас он зарычит. Раз, два, три. Где-то далеко в недрах корабля что-то чихнуло и вздрогнуло, послышался нарастающий гул. Что теперь? Уровень топлива - 50%. 52, 53, 54.

-Хорошо закачка идет. Быстро. Даже убрать не успеем.

Теперь - навигатор. "Манька" здесь уже прошита, потому, забивать свое мышление лишними вещами не нужно - есть вещи и поважнее. Просто - нужно сделать выбор одного из предписываемого маршрута. При чем, самый нужный идет в этом списке первым, потому и не нужно думать. Взлет, автоматическая регистрация в диспетчерской в качестве грузового судна некой фирмы, выход на орбиту и встреча с ускорительным спутником. Другими словами, это - двигатели, дополненные системой самостоятельного маневра. Двигательная установка достаточно универсальна и подходить для пятидесяти процентов малоразмерных аппаратов. Единственно, что новые машины тарелочного типа используют встроенную систему - хотя таких и мало и мало какая компания может себе такое позволить.

-Ребят, заправка почти завершена, - сообщили снаружи.

-Да. Придется немного подождать. У нас тут грязи много. Система собирает.

-Гм... Это нужно делать именно сейчас?

-Однозначно. Иначе мы к чертям задохнемся.

-Ладно. Сколько уйдет времени. Нельзя отклоняться от графика на 30 процентов.

-На 15 всего отклонимся, я уже посчитал, - сообщил Краснов, - это прокол ребят, которые сканировали систему и не заметили пыль и мусор.

-Ладно. Ждём.

Наконец, уборка закончена. Крупные вещи продолжают валяться. Кое-что удается запихать в толстый шланг мусоропровода. Шланг подергивается, точно жует. Слышатся чавкающие звуки. Все системы подвержены цифровому опросу, на основе чего составлены предпочитаемые режимы работы двигателей.

-Ребят, что там?

-Все готово. Мы на старте.

-Все, ни пуха. Пять минут. Мы отойдем к воротам, там нас ждут.

-Да.

-Но пасаран!


Северный еще никогда так не взлетал. Если бы разобраться - и где бы он так взлетел, кроме тренажера или - во сне. Во сне - нет, а вот на тренажере он многое, что делал. Но, наконец, ему представилась возможность сделать это в реальности. И, хотя большая часть работы делалась за него, автоматически, он был преисполнен решимости.

"Воробей" разбегался медленно - если он и был воробьем, то осенним, разжиревшим и ленивым. Разгон был на всю полосу в два километра. Уже ближе к окончанию ее вдруг показалось, что машина не сумеет подняться в воздух, однако - за секунду до взлета несколько индикаторов вспыхнули ярким зеленым светом, а джойстики самостоятельно задвигались. Аппарат поднял нос и плавно пошел вверх.

-Ха! - Лена издала звук облегчения.

И тотчас один из дисплеев показал лицо Уэллса:

- Поздравляю с отрывом от земли, - сообщил он.

-Ага, все по плану, - ответил ему Краснов.

Набрав начальную высоту, шаттл вдруг круто пошел вверх, включив режим подъема. Двигатели загрохотали в конвульсиях атмосферного форсажа. Спустя пол минуты "Воробей" поднимался практически вертикально.

-Связался с диспетчерами, - сказал Уэллс, - все готово. Продукты.

-О...

-Нет, официально - мы везем хлеб.

-Хлебовозка?

-Что-то типа того.

-Смешно, -сказала Лена, - свежий хлеб. У них что, хлеба нет?

-Конечно, - усмехнулся Уэллс, - хлеб везем в М-14.

-А что будет, когда поймут, что мы прошли М-14?

-Ничего. Они не будут нас вести. Мы подменили слежение. Там один автомат, никто ничего не увидит.

Б-90, машина, несомненно, устаревшая, имела достаточно мягкий ход, выходя в космос без максимального ускорения, что улучшало комфорт экипажа.


Машины такого класса, как правило, использовалась для транспортировки пищевых продуктов, воды, товаров легкой промышленности. Главные маршруты "Воробья" пролегали между Землей и различными орбитальными станциями, в том числе - и на особо удаленных орбитах - лунных, субмарсианских. Век таких кораблей еще не был позади - космические воробьи продолжали использоваться повсеместно. Новые модификации - Б-91 и Б-92 комплектовались модулями для посадки на Луну. При использовании ускорителей Б-92 был готов для полетов на Марс. Впрочем, машина могла дойти до Марса и самостоятельно - что, собственно, первоначально и собирались сделать ребята.

Спустя некоторое время "Воробей" неспеша забрался на орбиту и там уверенно маневрировал, готовясь к встрече с ускорителями. Спутник был выписан новый, практически - "в смазке". Службе, которая автоматически назначила ускоритель угонщикам, не было ничего известно ни о каком грузе хлеба, зато сообщалось о профилактических маневрах с целью проверки систем после капитального ремонта. Ну и, понятно дело, что никаким капительным ремонтом тут не пахло. Сразу же после выхода в космос внутри корабля начала подниматься температура. Конечно, раскалиться жилые отсеки не могли - термозащита была в порядке. Тем не менее, пришлось проверить систему климата.

На фоне лобового стекла шаттла проплывала красавица-Земля, а еще ближе неспешно парили рваный кед и комнатный тапок.

-Я бы за такое дело вообще шампанского выпил, - произнес Северный.

Спустя же несколько часов все было именно так, как и было задумано. Плавно пройдя мимо базы М-14 - завода по производству удобрений c персоналом в пятьдесят человек, что находился на высокой орбите - "Воробей" включил пристыкованные к нему ускорители и стал набирать обороты, чтобы затем, уже на скорости, дать дополнительный ускоряющий импульс.

На лобовом стекле мирно поблескивали квадраты дополнительных дисплеев. Корабль был повернут "спиной" к Земле - впереди чернело безвоздушное небо, полное великолепных звезд. Пространство, слитое с бесконечностью.

Ребята пристегнулась, готовясь к скачку, и вскоре он состоялся. Импульс шел с задержкой и был немного растянут - если бы он проходил в виде единственного взрыва, от внезапного ускорения можно бы было запросто сломать себе все кости. Впрочем, и в щадящем режиме он ощущался как вещь достаточно неприятная. Сразу же после ускоренbя неожиданно проснулся голосовой контроллер. До этого он молчал, и по поводу его работы никто и вопросов не задавал - все были уверены, что эта функция либо вышла из строя, либо ее вообще не было.

-Здравствуйте, - сообщил уверенный и одновременно нежный женский голос, - меня зовут Ева, я - центральный процессор космического корабля Б-90 "Воробей", бортовой номер Аш -769091234. Рада сообщить вам, что корабль благополучно выполнил ускоряющее-корректирующий маневр и взял курс к Марсу по алгоритму С-ноль один/Кларк-39. Время подхода к марсианской орбите - девять дней. Спасибо за использование программных продуктов софт-концерна "Новосибирск-сан". "Новосибирск-сан" - это большая линейки высокоточных разработок в области космического сопровождения и искусственного интеллекта десятого поколения. Телефон горячей линии....

-Неплохо, - сказал Северный и, оттолкнувшись от кресла, долетел до лобового стекла, - я думал, все хуже будет. Я все же за шампанское. Как хотите. За космос. За Юрия Гагарина!


Витиеватые города странным образом всходили в голове все сильнее и сильнее, однако, не было никаких сведений о том, чем же они могли являться. Собственно, какие вопросы к снам? Накопленная за день информация, сплетаясь со всеми прочими накопленными данными, способна смешиваться, создавая необыкновенный ментальный узор.

- Мало деревьев, - заметил он.

Все пространство было дополнено какой-то странной тенью - словно бы это была не тень, а некий вид свечения. Вот он сел на поезд, и тень шла за ним следом. Они выезжали из витого города - дальше, дальше, и теперь, перейдя в последний вагон, можно было наблюдать его удаляющиеся башни. Здесь возникало такое ощущение, что странная тень являлась какой-то сущностью, наполнявшей все углы мироздания. Однако, поезд был поездом, и Северный хорошо знал, что существовало еще и всемирное метро. Его вдруг осенило:

- Остатки всемирного метро могут оставаться и теперь. Но разве ничего этого больше нет? Нет, не может быть.

Открыв глаза, он ощутил, как сильно правят им видения. В реальности же, перед ним находилась ровная белая стена, а выше нее - небольшой стандартный порт с несколькими переключателями, разъемами и микроскопической антеннкой.

Закрыв глаза, он вновь был в поезде, и все это было родным - хотя внешне простор довольно сильно отличался от земного. Они ехали в город, где у него был друг, и город этот был замечателен своим рынком, где можно было купить самые разнообразные субстанции.

- Часть домов растут сами, - подумал он, - и в древних городах все так и есть, но, со временем, технологии позволили создавать искусственные образования подобного типа.


* * *


Через пару дней он записал в блокнот следующее:


"Нужно съездить в Ростов-на-Дону.

Нет, ну это как-то не в порядке. Мне в самых мелких подробностях снился Ростов. Город, как город. Три миллиона жителей, развитая индустрия, развитая преступность. Но тот Ростов был через несколько веков. А вот еще за сто, сто пятьдесят лет до того, как происходил описываемый момент, в Ростове строили метро. Но это было не первое метро - то еще раньше построили. А вот в то время, как то, второе, было запущено, именно в Ростове был проведен эксперимент по оживлению целой расы искусственных людей.

Эксперимент не удался - часть андроидов погибла, но другая часть куда-то исчезла. И никто не знал, куда она делась. Но вот спустя века я там шел. По Ростову. И я был журналист. Впрочем, даже не знаю, какая в то время будет журналистика. Даже и представить страшно. Может быть, статьи будут мысленно писать, а импульсы, передаваясь на центральный сервер, будут генерировать статью. Впрочем, прогресс нужно останавливать - иначе будет что-то необратимое. Так вот, вышло следующее - никто о той искусственной расе уже не помнил. Но она выжила. А выжила она в том метро - ибо спустя какое-то время оно было заброшено - построили воздушные дороги, и надобность в подземном транспорте отпала.

Подземные люди ничего не знали о тех, что живут наверху. Впрочем, некоторые сведения были. Они считали, что там живут чудовища, ибо особо страшны они были еще и тем - что были человекообразны.

Я первый попал туда.

Мне удалось объяснить туннельным андроидам, что существа наверху - не создания адского света (у них все наоборот было, а всего лишь - обыкновенные люди). Андроиды о людях на самом деле не знали, они и понятия не имели, что те их создали. Каким образом так получилось, что у них не сохранилось ни каких сведений о своем происхождении? Видно, у проектировщиков не было такой задачи - передавать искусственным кибернетическим организмам сведения о себе. Возможно, они должны были черпать сведения из сети - но сети-то никакой не было. Таким образом, я был первый, кто открыл эту цивилизацию, и это было великое открытие - ведь до то того момента люди так и не встретили в космосе ничего достойного. Многие уже высказывали предположение (правда - они и сейчас есть) что мощные цивилизации по какому-то непонятному закону отделяются друг от друга неким подобием радиочастоты - получается, что они живут как бы в параллельном мире, хотя и на другой планете, и пересечься никак не могут.

Когда я вывел пещерных андроидов наверх, то было много проблем - и одна из них - андроиды пожелали, чтобы я постоянно находился с ними. Тогда поступили так - искусственных людей подключили к сети, и я постоянно был с ними на связи..."


* * *


Спустя девять дней "Воробей" находился на заданной орбите. Лицо планеты, названной в честь древнеримского бога войны, в этот период года было ясным, и с высоты хорошо просматривались крупные черты его, места метеоритных бомбардировок. Ударных кратеров на Марсе довольно много - разряженная атмосфера планеты не способна задерживать идущие на сближение небесные камни, и они с жестокой силой обрушиваются вниз. Однако, не смотря на абсолютную безжизненность, на Марсе есть много замечательных вещей. Например, гора Олимп - высота 28 километров. Кстати, по пути к красной планете Северный предлагал изменить маршрут и высадиться на Олимпе.

-Никто не узнает, - заявил он.

На Марсе существует самый крупный ударный кратер в Солнечной системе. Он столь огромен, что можно предположить, что в незапамятные времена Марс столкнулся с целой планетой или же на него свалился собственный естественный спутник.

История изучения уходит в прошлое. В своем первые переселенцы строили свои станции под естественными электромагнитами колпаками - на участках, где имеется локальное магнитное поле. Это - остатки от прежнего магнитного поля, которое на Марсе исчезло около 4 миллиардов лет назад в связи со столкновением с крупным небесным телом. Вследствие этого катаклизма прекратилось вращение магнитного ядра, вызывающего эффект динамо, исчезла атмосфера и планета превратилась в безжизненную пустыню. До изобретения и введение в эксплуатацию новых высоконадёжных прозрачных пластиков космическая радиация представляла достаточно серьезную угрозу для колонизаторов. Внутри же космического дома или вездехода и ранние колонизаторы чувствовали себя в достаточной безопасности. Когда появились новые материалы, местом для строительства Фабьюлос-Пойнта был выбран участок с сильным остаточным магнитным полем. Нужда в дополнительной защите отпала, тем не менее, город выполнен по последнему слову техники.

О существовании (возможной) жизни на Марсе говорилось много, однако ничего, кроме бактерий, найдено не было, да и то, позже выяснилось, что бактерии имеют земное происхождение. Ежегодно до нескольких тысяч смельчаков отправляются на красную планету, пытаясь доказать, что это не так, однако, все их действия оказываются напрасными.

Жизни на Марсе нет.

-Будьте осторожны, - сказал Уэллс с экрана, - жизнь на Марсе есть, и представлена она достаточно широко. До сих пор мы не можем понять, что это такое. Классификация отсутствует. Скрыть факт ее существования достаточно легко - на Марсе очень много случаев психических расстройств, включая - острые формы. 50% вернувшихся назад туристов страдают непонятным нарушениями, которые лечат успешно - выписывают какие-то таблетки. Видимо, заболевание имеет весьма странный характер, раз таблетки так легко справляются с ним. Тем не менее, много говорят о галлюцинациях. В соответствии с этим, у вас они также будут. Мы же склонны считать, что никаких галлюцинаций нет. Но у вас всего 3 дня на операцию, и, я думаю, вы вряд ли что-то ощутите. Однако, помните. Если увидите что-то, что не ложится в ваши привычные представления - относитесь к этому спокойно, таблетки не пейте, но и на контакт не идите. Камеры должны быть включены постоянно. Вы можете и сами чего-то не увидеть. В поле зрения камер, как правило, многое, что попадает. Так что - с богом.

- Мои поздравления, - сообщала компьютер "Ева", - выход на орбиту завершен на 100%. Рассмотрим диаграмму завершения события.


Азимут H-5 - 96%

Наклон кормы - 88%

Расход топлива при торможении, выполнение алгоритма Бекао - 91%

Ответственность за слежение - индекс 1230


Ускорители, отцепившись, набрали круговую скорость и ушли на орбитальный полёт. "Воробей", развернувшись двигателями к планете, начал торможение. Начался отсчет. Весь груз, что располагался в кузове челнока, был упакован и снабжен огромными парашютами. Также, имели место небольшие корректирующие двигатели - для направления и торможения.

-Хорошо - Марс, - сказала Северный.

На самом деле, с высоты в 50 км Марс не был хорош - это была гигантская щербатая пустыня, от края и до края. Высоко в черном небе стояло солнце - совсем другое, маленькое и хитрое - будто хищный глаз.

С высоты 15 километров начали выброску. "Воробей" стоял вертикально, с небольшим креном назад. Мощные ядерные двигатели работали уверенно, удерживая неуклюжую с виду машину в вертикальном положении. Грузы из кабины, упакованные в плотную плёнку, пошли вниз.

-Бомбардировка, - проговорил Северный.

Он, как и его друзья, были в скафандрах.

-Давай, - сказал Краснов.

Вниз пошла упакованная баня.

-Самое главное, смотрите, - заметила Лена.

Теперь - прыжок вперед. Хотелось по-кошачьи, получилось как-то еще - и ровный, мечтами - гофрированный корпус космического корабля в один момент ушел вперед.

-Лечу! - воскликнул Северный.

В динамиках зашипело, и автомат настроился на одну из марсианских радиостанций.

-Здравствуйте! Радиостанция "Бег вокруг" приветствует вас. Мы работаем с автоматическим переводом и приветствуем всех вновь прибывших.

-Как они узнали? - возмутился Северный.

-Ты о чем? - спросил Краснов.

-Меня приветствует радиостанция.

-Гм. Может... Вернее, она наверняка должна считать, что ты - небесное тело.

-Кто? Радиостанция.

-Ну, не я же.

-Мы же прописаны в местной сети, - сказала Лена, - все очень просто. Мы пришли сюда вместе с "Манькой". Мы зарегистрировались в системе как жители одного из посёлков. Станция приветствует тебя через сеть.

-Нет, по-моему, через эфир.

-Ну сеть идет через эфир. Не волнуйся.

Индикаторы, расположенные на стекле шлема, показывали множество величин - он характеристик внешней среды до расстояния до поверхности и количества секунд до раскрытия парашюта. Атмосфера на Марсе очень слаба, и нужен очень большой парашют. Впрочем, и он не может обеспечить нужно торможения. Для успешной посадки нужно небольшое обратное ускорение, чтобы погасить скорость. Ну а пока - щелчок - и белые купола парашютов засияли на фоне бледной, унылой поверхности. Купола грузовых контейнеров были цветными, и они виднелись далеко внизу.

-Хорошо идут, - сказал Краснов.

Отсчет продолжался, но теперь это было время, оставшееся до встречи с поверхностью. Корректировка посадки проходила при помощи орбитальных спутников - все было сделано максимально прозрачно и скрытно, дополнительные прошивки дописаны в файлы с максимальной скрытностью.

"Воробей" же, подождав, когда люди и груз уйдут на безопасное от него расстояние, включил двигатели и, сверкнув соплами" устремился в черное небо. Уже через несколько минут он выполнял разгонный маневр с целью набрать круговую скорость.

Первым приземлился Краснов. Тормозные двигатели, прицепленные к скафандру, обеспечили максимально мягкую посадку. Во всяком случае, это было гораздо более плавно, чем, например, совершить прыжок с парашютом на Земле.

-Отлично, - сказал Северный, приземлившись, - я - здесь. Записываю в свой личный журнал. Я - здесь. Ура, ура! Практически - гип-гип ура.


* * *


Спустя час, когда все грузы были собраны в одну кучу, включены моторы мотоциклов, установлены две грузовые тележки, погружены все вещи, включены сканеры, повод для "гип-гип-ура" уменьшился в несколько раз.

- Ошибка в расчетах, - вздохнул Краснов.

-Да? - Северный не понял.

-Мы в трехстах километрах от Сидония.

-Ну....

-Да нет, мы не при чем. Мы использовали автопилот.

-Пару часов....

-Ты думаешь, с этими телегами можно ехать быстрее сорока? Ладно. Не будем терять времени. Погнали.

-По навигатору?

-Да.

На деле все оказывалось гораздо сложнее - на пути пролегало несколько неглубоких ложбин, и ехать хотя бы со средней скоростью было невозможно. Пришлось двигаться неспеша, постоянно корректируя свои действия с данными орбитальных станций.

Стояла середина дня, и воздух прогревался до положительных температур. Отсутствовал ветер. Солнце - далекое и как будто чужое - неспеша тянулось по небосводу, слабо подсвеченному разряженной тмосферой. У самого края горизонта в виде бледного пятна виднелся один из спутников - то ли Фобос, то ли Деймос. Отсюда сложно было разобрать.

Мотоциклы шли не спеша, выпуская из труб яркие, почти светящиеся, облака водяного пара. Данные, приходящие с марсианских серверов, были противоречивы. На деле, приходилось решать самостоятельно, куда ехать. Так, встретив на пути широкое русло, решили ехать по нему.

Километров пятьдесят - потом - направо, по пустыне, в объезд кратера. Там - еще не менее двухсот километров, и оттуда уже рукой подать до места предполагаемого расположения пирамид - с учетом, разумеется, что это - пирамиды. Уэллс, несмотря на то, что - с одной стороны был убежден, с другой сказал - пирамида - это некое строение пирамидальной формы, и не важно, кто его построил. Если это - купол из пластика, а внутри - какой-нибудь локатор слежения, то и это - пирамида. Помните об этом.

До начала колонизации много говорили о пирамидах и гигантском лице. Потом выяснилось - во всяком случае было сказано - нет ни того, ни другого. Это логично - нет жизни, нет артефактов. Если же что-то и существовало, то - те самые четыре миллиарда лет назад.

Зато, если открыть альтернативные источники информации - страницы и сервера различных любителей аномалий - то там вы найдете все на свете. Вот только стоит ли обращать на это внимание?

Ведь если принимать все за чистую монету, вы можете узнать такие вещи, от которых голова кругом пойдет.

Например: на Марсе жили атланты. Случилась катастрофа, атланты переселились на Землю. Произошло это всего пятнадцать тысяч лет назад. Но, так как и коту понятно, что такой датой только дурака удивить можно, был придуман следующий ход: когда атланты (впрочем, может - и гиперборейцы, кто их знает) вылетали с Марса большой армадой, произошла пространственная буря - скачок во времени. И якобы нашлись какие-то документы древних про это событие. Конечно, если мы спросим специалистов по древним письменам, они в один голос скажут: какой Марс, какие бури? Какой космос. Но те, кто стремится выдать желаемое за действительное, находят всякие знаки постоянно - и на Луне, и на Марсе, и даже на Меркурии. На счет же Луны уже давно проставлены все точки над i - никаких артефактов, о которых так много твердили, там нет. Никаких камер, никаких саркофагов и тайных хранилищ знаний древних. Так как называемые "корабли", о которых так много говорилось, оказались плазменными образованиями - на Луне их пруд пруди.

Пирамиды. Вроде бы уже давно решено - нет пирамид. Но посетите сетевой ресурс, посвященный уфологической проблеме - вот вам, пожалуйста, и пирамиды. При чем, никому почему-то до этих "фактов" дела нет, кроме как этим самым энтузиастам.

Загадочные катастрофы. Катастрофы были, загадочных - нет. За время колонизации на Марсе разбились несколько кораблей, однако, в последние лет пять все практически гладко. Официально - ни одной аварии. Альтернативные источники же сообщают сведения, в корне противоположные. Вот один пример.


"....база инопланетян обнаружена в районе Утопия. Как сообщает проверенный источник, обнаружена целая сеть ангаров, где стоит брошенная техника. Вся эта техника находится практически в идеальном состоянии. Самих инопланетян на базе нет, они покинули это место задолго до зарождения цивилизации на Земле. Тем не менее, по форме кресел и пультам управления, можно судить о том, что инопланетяне были очень похожи на нас. Возможно, они и есть наши далекие предки..."


... К вечеру было решено сделать остановку. До Сидония было еще сто пятьдесят километров, и, судя по карте местности, добраться до пункта назначения ничто уже не мешало. Марсианский купол был установлен в небольшой ложбине. С одной стороны - широкий покатый спуск с розовой полоской горизонта на самом краю, с другой - довольно крутой подъем метров в сто, подметенный недавним ветром. Ложбина уходила дальше змеей - с изгибами, поворотами, каменными выступами. Установка купола заняла не более получаса. После чего, проверив состояние внутренней атмосферы и температуру, ребята сняли скафандры.

-Установим сигнализацию? - предложил Краснов.

-Глядя на всю эту пустыню, даже не представляю, от кого сигнализироваться, - ответил Северный, - не вижу смысла. Ни на грамм.

-Раз Уэллс дал нам сигнализацию, значит - для чего-то она нужна?

-Ладно. Давай включим. Только честно тебе скажу - не представляю себе человека, которому придет в голову шариться по ночному Марсу. Ни красот тебе, ни щедрот, ни золота. Логика, Вов. Что искать ночью на Марсе? На Луне интереснее - там можно что-нибудь прятать. Выходишь на темную стороны и скрываешь, например, контрабандно добытые ископаемые. Ну, например, синтезируют золото. Почему бы не стибрить? Вот. Берем машину, кладем бруски и везем в ночь и там храним, пока не прибудут сотоварищи.

-Вот ты разговорился, - произнесла Лена, - слушай, смотри, по сканеру - тут где-то лёд поблизости.

-Ледник?

-Да. Можно напилить льда и заправить баню. И будем почти как дома.

-Ну и схожу, - сказал Северный, - нескольких хороших брусков хватит.

-Возьми мешок. Нет, пару.

-Чем пилить?

-Электропилу.

-Ладно.

-На, возьми ружье, - Краснов вынул из чехла двадцати зарядный помповик, предназначенный для стрельбы по крупным спортивным роботам. - Заряжено. Можешь взять патроны. Полным полно.

-Зачем ружье, - не понял Александр, - по кому стрелять?

-Не знаю. Уэллс установил инструкции. Мы ее уже нарушили - ехали, а оружие было упаковано в вещах. Правда, не представляю сам, по кому тут стрелять. Да и если бы мы встретили людей, то было бы необдуманным открывать стрельбу.

-Ну ладно. Возьму - раз так.

-Постреляй по звездам, - посоветовала Лена.

-Собью парочку для тебя.

-Давай.

Северный снабдился мешком, ружьем и электропилой. Вышел. Щелкнул ключом и завел двигатель мотоцикла. Темнело. Звезды светились и словно кивали. Он включил фары, локатор и неспеша двинулся мимо загогулин ущелья. Едва он проехал метров пятьдесят, его вновь настигло радио.

-Итак, мы сообщаем, что этой ночью на весь Марс вещает TC Lord. Музыка-серпантин. Если желаете участвовать в ее создании этого великолепия, присоединяйтесь. Sony Universe D 10.0 поможет вам быть композиторами вместе с TC Lord. Человек, который дает все свои концерты за пределами Земли - самый популярный человек Солнечной системы по версии журнала "Механика Славы". Присоединяйтесь и будьте вместе с вами, а ваши спонтанные римейки войдут в топ-лист лучших треков запредельных пространств. Марс вещает, Марс с вами. Итак, друзья, мы начинаем - первый трек из трек-листа орбитальных венерианских полночей, станции "Дубль-Сирена". Скажите, TC, как люди реагировали на ваше выступление на орбите Венеры.

-О, там очень странно. Представьте себе огромный зал, где сидит всего лишь тридцать человек. Это и весь персонал станции. Зато во всю ширь стены зала - венерианские облака, и ты понимаешь, что ты - на самом краю мира, играешь эту музыку с помощью армии своих нано-семплеров....

Северный завернул вместе с поворотом ущелья, и, глядя на сканер, приблизился к склону. Ледник выпирал из красного песка далеко вперед, так что резать лед не составляло никаких усилий. Он бросил ружье на сидение, взял в руки пилу и, включив фонари, расположенные на шлеме скафандра, принялся выпиливать из ледника ровные е бруски льда.

- ....я тогда подумал, что на Венере, вернее, около Венеры, нужно жить именно в этом зале, на фоне этих белесых ядовитых туманов - куда опасно сделать даже шаг. Мы висим точно над Солярисом. В динамиках играет голос солнца - далекий, переведенный в другое равновесие...

Северный остановился и застыл, так как на дисплее, что был расположен на стекле шлема вдруг вспыхнул квадрат:


"Движение", - сообщал он.

И ниже - все остальные показатели.

Александр застыл, не веря свои глазам.

"Удельная масса - 100 тонн, разнос - 2 метра, число объектов - 150, минимальная скорость - 2 км/час, максимальная - 123 км/час, тип объекта - не опознан"

Он развернулся, держа работающую пилу перед собой. Лучи фонарей ударили вперед, и тотчас оно пронеслось - совсем рядом, в метре от него, и он ничего не понял, так как не сумел ничего рассмотреть. Зато пыль, что была поднята в разряженный воздух, говорила о том, что происшедшее не иллюзия. Едва он сделал шаг вперед - и еще один проскок некоего объекта, и - понеслось.

Пространство вокруг него ожило, заиграло пылевыми облаками, поднятыми непонятно чем. Мотоцикл зашатался, подался на бок, и стабилизационная струя удержала его в нормальном положении. Яркий, синий, как будто подкрашенный огненный луч ударил в грунт и ожог Что-то.

Послышался вскрик - очень глухой, будто через сотню зажатых носов.

-Н-н-н-ну.

Звук этот шел точно через линию задержки - начался он здесь, а продолжился где-то далеко за поворотом ущелья. И, видимо, кричали громко - так как воздух на Марсе разряжен и особо не накричишься. Северный подался назад. Мимо него точно проносился скоростной состав, разрезанный на ленты, и ничего не оставалось, как стоять вот так и чего-то ждать. А дождался он вот чего - то, что проносилось мимо, едва не вырвало из его рук электропилу и, видимо, попало под зубья. Вскрик был уже вдали, в глубине, под светом черных звезд:

-Н-ну.

Движение тут прекратилось. Александр стоял на одном месте, точно ошарашенный школьник. Пять, десять минут. Пыль улеглась, и больше ничего ни было видно, ни слышно.

-База, - запросил он, - база.

В ответ - немного треска, жирного, будто на сковородке что-то жарят.

-База, база, - еще раз сказал он, - что молчите.

Треск повторился, и ему вдруг пришло в голову, что тот, кто его слушает, находится у него за спиной. Совсем рядом - притаившись и замыслив нечто недоброе .Он развернулся, собрал лёд в мешок, кинул на край сидения и привязал жгутом.

-Так что, база.

-Давай, езжай, - вдруг сказали ему.

Он замер, точно кошка перед прыжком за мышью. Аккуратно обернулся. Включил фонари, встроенные в рукава скафандра и осветил склоны ущелья. Посмотрел на показания всех дисплеев, и, ничего не найдя, сделал шаг к мотоциклу. Голос явно не принадлежал кому-то из его друзей.

-Да, да, - ответил Краснов, - что там у тебя?

-У меня...

-Что, не нашёл лёд?

-Нашел. Нашел. Я....

-Ждем.

Дыхание Краснова было легким, уверенным, параллельно с ним слышалась приглушенная музыка и какие-то слова Лены.

-Еду, - сказал Александр.

Он развернул мотоцикл и на небольшой скорости двинулся назад. Вернувшись и пройдя шлюз, он первым делом включил сигнализацию и прогнал через ее систему показания всех систем.

-Ну и как? - осведомилась Лена.

-Лёд водяной. То, что надо.

-А ты думаешь, я бы в углекислом купалась?

-Не знаю. Слушайте, я же был всего в километре от вас. А вы не в курсе.

-А что случилось? - осведомился Краснов.

-Не знаю.

-Запись у тебя работала.

-Не знаю. Сейчас. Нет. Черт, запись должна всегда работать.

Северный развел руками.

-Я здесь, - послышался голос Лены.

Он заглянул в жилое отделение купола - баня стояла вертикально, а голова Лены виднелась поверх нее. Лицо выражало крайнюю степень удовольствия. По корпусу прибора вверх и вниз бегали уверенные ряды индикаторов. Они точно были индикаторами настроения.

-Ага, - сказал Северный.

Он вернулся назад и там вновь принялся просматривать все данные, какие только были в его распоряжении. Наконец, он добрался до спутниковых данных по этому району, однако, сказать было нечего.

Было очевидно, что происходила некая штука, явно неожиданная, совершенно непонятная, и относительно этого явления не было никаких данных? Может быть, надо было относиться ко всему проще? Ветер? Но ветер не разговаривает, да и всего остального хватало для того, чтобы поднять тревогу. Таинственное "ну". Однако, не стоит забывать, что в условиях разряженной атмосферы дело со звуками обстоит довольно туго, и, если детекторы уловили мощный акустический импульс, он должен был быть действительно мощным.

-Да ну и как теперь ночью спать? - спросил Северный.

-Давай микробота выпустим.

-Да. Но - если придется стрелять, он стреляет не умеет.

-Давай настроим электрошок. На любой приближающийся предмет.

- Да дело не в этом. От кого шок? Ты скажешь, это просто - типовой аппарат, и его можно использовать в походе на земле, но при переделке он работает на Марсе. Мне сказали по радио, чтобы ехал оттуда? Или ты думаешь, я малость того?

-Черт. Ты уверен?

-Ну раньше как-то галлюцинациями не страдал.

-Черт. Послушай - ведь именно то. Еще Уэллс говорил про галлюцинации.

-Да. Ловлю себя на мысли, что это так.

-Вот. Видишь, уже началось. А он предупреждал, что у нас три дня, и ничего не будет.

-Гм. Район на район не приходиться.

-Н-да.

Северный вынул из контейнера для еды пластиковую бутылочку сока, откупорил ее и разлил по бокалам.

-А если это правда? Ты же там не был? А я чувствовал, что это - правда. Представь себе.

-Ну.... Что же так могло бегать?

-Ну... Оно и говорило - ну.

-Ладно. Нет, ну ты говоришь, почему я не должен тебе верить. Я просто не думал, что мы так скоро с кем-нибудь столкнемся.

-Да. Точно.

На ночь был выставлен охранный мини бот. Это была машинка весом в десять килограмм, работающая от жидководородных батарей, снабженное мощной наблюдательной системной и электрошоком. В лаборатории Клуба она была подготовлена к марсианским условиям.

До утра ничего не произошло.

Северному же всю ночь снились сны, и один был страннее другого.

-Итак, ты здесь, - сказал ему Учитель.

Он стоял посреди марсианской равнины. Шлема на нем не было. Красно-бурые просторы тянулись в даль, и это была степь, поросшая растительностью такого же цвета. Впрочем, у самого горизонта цвет менялся на зеленый - очевидно, там были леса, вполне похожие на земные.

-Это твой друг, - сказал Учитель.

Рядом с ногой Северного что-то затрепыхалось. Это было маленькое полупрозрачное облачко, мягкое, аморфное, похожее на кусок молочного киселя.

-Друзья не всегда белые. Но, в данном случае, это - твой друг. Это так. Он пришел с тобой с земли. Он дал клятву.

Северный сморщился:

-Перед кем он мог дать клятву?

-Этого ты не знаешь. Но я расскажу тебе про ассоциации. Запомни об этом хорошо. Если ты думаешь, что разум - это то, что снабжено руками, ногами и знаками для выражения эмоций и мыслей - ты очень сильно ошибаешься. Земная ассоциация очень крупна. В ней много разных существ, как больших, так и маленьких. Ты видишь перед собой одного из друзей. Но друзей много. На земле у тебя есть и враги. Они постоянно желают сократить твою жизнь. Ведь многие из них тобой питаются. Нет, насмерть они тебя съесть не могут. Это только если тебя не возьмут в оборот твои собраться. Зло идет от человека. Колдун может использовать силу как друзей, так и не друзей. Но здесь и друзья, и не друзья -все за тебя. Потому что есть он.

Северный посмотрел по другую сторону от себя и увидел маленькое колышущееся облачко, вспыхивающее изнутри разными цветами.

-Это - другой, - сказал Учитель.

-Да, - ответил Александр.

-Он - ни плохой, ни хороший. Он просто другой. Ты пришел сюда, а ему это не нравится, но он еще ничего не придумал.

Облачко заколыхалось. От него исходила неприязнь.

-А я ничего не хочу, - ответил Александр.

Он отошел, отыскал какое-то деревце (как будто и не было его раньше), присел на него и осмотрелся. Было очень красиво, хотя это была и особенная красота. Может быть, только во сне такое бывает.

-Сюда ты пришел с ним, - повторил Учитель, - его задача - сопровождать тебя.......

Северный открыл глаза, не понимая, что же он видит. Облачко проследовало прямо перед ним, остановилось, вытянулось - точно отростки какие-то образовались - и двинулось дальше. Там оно спряталось под надувным стулом. Ужасно хотелось спать. Он даже так и сказал:

-Как ты слишком уж спать хочется.

Сон забирал к себе. Он выпил тонизирующую таблетку и лег снова, и сны бежали, один за одним, под действием неведомой силы.

Он вдруг оказался на какой-то орбитальной станции, и вновь - на Марсе, виднее, над Марсом, и планеты смотрела на него и ухмылялась.

-Он всегда так смотрит, - сказал командир, - мы уже устали. Многие погибли, так как нельзя на него смотреть.

Александр повернулся к иллюминатору, и тысячи глаз устремили к нему свой взор.

-Может, это глаза ушедших марсиан? - спросил он.

-Что ты знаешь о марсианах? Ты их когда-нибудь видел? Никто их никогда не видел, и не было их. А вот сам Марс смотрит на тебя и забирает, и уже многих забрал, и тебя заберет. Прямо отсюда снимет и потащит к себе!

-Как отсюда?

-Вот ты на орбите находишься - тащит. Вытягивает. Если ты будешь в скафандре, то оно высосет тебя через скафандр. Мы думали, что сможем спастись. Нет, от него нет спасения. Оно высасывает.

Северный проснулся, и тогда уже больше не засыпал. Встал, выпил крепкого кофе (таблеточного, но очень бодрящего). Затем двигался, не думая ни о чем - немного стандартных физически упражнений. Минут через десять он пришел в себя, однако, продолжал двигаться автоматически. Вынул из пищевого контейнера бруски с пищей и вставил в печь.

С настроением все было в порядке, и общий эффект усиливало катание Лены Капустиной - распаковав какое-то миниатюрное устройство на двух колесах, она ездила вокруг дома снаружи. Слишком беспечно? Северный хотел вдуматься, но в голове не было никакой реакции. Катается? Пусть катается, кому какое дело. Он запросил ее с пульта.

- Лен, как там?

- Отлично. Лучше, чем везде. Сейчас сделаю промотку.

- Какую промотку?

Ничего не отвечая, оставив свое миниатюрное устройство, она пересела на мотоцикл, включила питание и, помахав в сторону мобильного дома рукой, тронулась с места. Это была поза. Это, несомненно, был моно-концерт, и, наверняка, она включила все камеры.


* * *


Мотор мотоцикла работал глухо. Звук был низкий, немного басовитый - в нем ощущалась особая, не выработанная, стать. Казалось, двигатель марсианской машины может выдавать мощность во много раз сильнее. Впрочем, на самом деле так и было, и Капустина этим наслаждалась.

Цифры на спидометре весело бежали в сторону увеличения:

- 100, 110, 120, 130.

-Что там у тебя? - в динамиках послышалось зевание Северного.

- Полный найс, - ответила она.

-Не вижу тебя на локаторе.

-Да? У меня есть отклик. Значит, ты должен меня видеть.

-Смотрю. Нет. Сейчас. Нет, нет тебя. По- моему, ты далеко отъехала.

Она тоже так подумала - ладно. Скорость выросла почти до двухсот. Казалось почти невероятным, что по красной пустыне, усеянной мелкими камнями, можно гонять с такой чумовой энергией. Однако, скоростная японская машина позволяла делать это с легкость. Сзади тянулся длинный пылевой шлейф. Мягкие аморфные гусеницы крутились на сумасшедших оборотах. Мертвое марсианское небо, было, казалось, безразличным. Однако, очень скоро все вдруг изменилась, и Лена не сразу поняла, что же происходит.

Сначала что-то появилось в зеркале заднего вида. Она включила увеличение, не веря своим глазам.

-Черт, - произнесла она.

Динамики выдали мелкий суетливый треск. Она подумала - сейчас кто-то что-то скажет, но, вместо этого, почему-то включился внешний микрофон. Видимо, компьютер был так запрограммирован.

-Сашь? - спросила она.

В ответ же кто-то непринужденно проговорил:

-Н-ну.

Движение сопровождало мотоцикл. Что-то неслось, поднимая марсианскую пыль - какие-то столбики высотой до полутора метров, и скорость у них была такая, что Капустина, добравшись до 140 км/ч, не могла от них оторваться. Столбики скакали. Нижняя часть их изгибалась, работая наподобие пружины. При приближении Капустина увидела короткие, болтающиеся от скорости, хобота.

-Н-ну, - послышалось еще раз.

-Сашь!- крикнула она.

-Это я, - ответил Краснов, - что такое.

-Слушай, тут за мной кто-то погнался.

-Что?

-Я говорю, за мной гонятся.

-Кто?

-Я не знаю. Но это не люди!

-Черт. Ты уверена?

-Точно.

-М-м-м.

-Слушай, нужно что-то делать.

-Набери скорость.

-Проедь мимо лагеря, - вступил в разговор Северный, - мы выйдем с ружьями и попытаемся их остановить.

-Ладно. Я пробую. Нет, ничего не могу понять, куда ехать.

-Поставь автомат.

-Да. Нет, не ставится. Ничего не пойму, что на экране. Не знаю, куда ехать. Не знаю....

Лена добавила скорости - слишком резко. Мотоцикл рванул вперед, покачнулся, выбрасывая стабилизирующие струи и тут налетел на большой камень. В этот раз стабилизация не помогла. Лена вылетела из седла. В полете она видела бледный горизонт, на самом краю которого висел скудный унылый, Деймос. Весь его скорбный лик словно к чему-то взывал. Может, к мольбу.

Ее несколько раз развернуло. Все действие происходило очень быстро, однако, она успела увидеть, как катится, словно колесо, мотоцикл.

-Где ты? - спросил Северный.

-Лечу.

Приземление не состоялось. То, что преследовало ее, вдруг оказалось внизу, и они понеслись вместе, почти, что в обнимку.

-Нн-ну, н-ну! - затрубило оно отчаянно.

Было очевидно, что Лена сидит верхом на каком-то существе, и существо это навряд ли удовлетворено тем, что на нем сидят. Существо было не одно. Собратья его неслись очень многочисленной стаей, поднимая настоящий пылевой буран. Слышались сдавленные звуки, металлическое поскрипывание, звук, напоминающий голос, произносящий "ну". Движение напоминало гонку скоростных машин, и на одном из поворотов, где скорость немного упала, Капустиной удалось отцепиться. Ее понесло по красному песку с грохотом - внутри скафандра было очень шумно.

Когда вращение это закончилось, сквозь пыль она вдруг увидела яркую вспышку. Стекло шлема тотчас потемнело, задерживая световое излучение.


.... Дальше двигались на двух машинах. Лена сидела в кузове прицепа, на придвинутой к стене кибернетической бане. День разгорался. Ближе к полудню температура была уже плюсовой, хотя на состояние микроклимата в скафандре это никак не отражалось. Не смотря на падение, все системы этого, достаточно совершенного устройства, были в порядке.

-Мотоцикл все же не должен был взорваться, - сказал Северный, - это какой-то дефект.

-Да, - ответила Лена, - я тоже смотрела систему.

-Уэллс всех заставит, - подтвердил Краснов с иронией.

-Да. И меня не пожалел. В случае аварии срабатывает заглушка. Но здесь она не сработала.

- О снежном человеке до сих пор говорят. И никто так его и не поймал. А видели то его какие-то избранные люди. И до сих пор - какие-то избранные его видят, а остальные - нет. Хотя если так задуматься - как его можно встретить в наши дни в Подмосковье. Я не представляю. Или недавно я читал, что видели целое семейство на Кавказе. Ну... Нет там никого, ни в Подмосковье, ни на Кавказе. Там просто прятаться негде. Меня никто не убедит, что он там есть. Между тем, я видел человека, который его видел. И я склонен ему верить. Парадокс, но это так. Может быть, на нуннов тоже нарываются избранные. Они всем рассказывают, а им никто не верит.

-Надо было застрелить парочку, - сказал Александр.

-Ладно. Я думаю, нужно действовать как можно осторожнее.

В середине дня температурный плюс был уже достаточно большим. Несколько раз на скафандрах даже включались какие-то вентиляторы, из чего Северный сделал вывод, что скафандры - специально марсианские, не универсальные, так как используют внешнюю среду для каких-то целей. Можно было еще раз похвалить ребят из Клуба - готовились тщательно, готовились, может быть, лучше всех, но неверный расчет высадки - это очень большой косяк. 300 километров, сейчас и на 30 метров сложно ошибиться, но все это мнение тех, кто ничего не делает и хочет жить на готовом. Какие нюансы несла в себе скрытая посадка, без внешнего наведения, говорить было поздно - теперь все было налицо, и не было смысла ругать Лену. Не верить своим глазам? Но один вездеход был потерян, а перемещение нукающих субъектов записано на камеру.

Пустыня Марса так и тянулась. Что сказать здесь? Пожалуй, что и ничего. Если долго смотреть на местный ландшафт, то очень быстро возникает сильное чувство неприятия, и очень хочется поскорее спрятаться. Хотя бы - закрыть глаза. На самом деле, спать можно и в скафандре. Современные технологии это позволяют. Просто ложишься на спину и лежишь, затемнив стекло. Можно, впрочем, включить виртуальный показ.

Что еще нужно?

Во-первых, Марс безлюден, и опасаться некого. Можно так несколько дней пролежать, периодически включая воздушные массажные устройства - чтобы спина не затекла. Полный запас воздуха в современных скафандрах - минимум на неделю. Это - с учетом системы регенерации и микросинтеза. Система питание же работает еще дольше.

Уже говорилось (в прессе, разумеется), что некоторые люди, прилетая на Марс, так и поступают - выходят в пустыню, ложатся не песок и лежат, медитируя. Говоря про пустыню, тут сложно что-либо добавить - тут вообще одна пустыня. Если горы - то тоже пустыня. Ущелья - все одно. Некоторые даже считают, что на Луне и то веселее - в небе Землю видно. Мол, в этом кроется немалый эстетизм.

Вообще, помимо любителей полежать на Марсе, есть еще некоторые клубы (не путать с Клубом), которые вообще занимаются планетарной медитацией. Их немного - полёты в космос (если только не на орбиту и не на Луну) - вещь достаточно дорогостоящая.

-Помните медитаторов? - спросил Северный.

-А что, хочешь повторить? - сказал Краснов.

-А я удивляюсь, что вы мне до сих пор ничего не сказали, - заметила Лена, - я думала, вы со мной и разговаривать не будете.

-Кто ж знал, - ответил Северный, - что тут есть нунны. Не порядок. Человеку сообщают, что планета абсолютно безжизненна. Человек спускается и обнаруживает живые формы материи.

-Или мертвые, - сказал Краснов.

-Нет, не важно. Я просто подумал - вот буду я так лежать и мечтать. Буду спать прямо под небом Марса.

-А вы слышали, есть любители зачинать детей под небом Марса, - сказала Лена.

-Это как, в одном скафандре?

-Не знаю. В вездеходе, наверное.

-Страшно это, - произнес Краснов.

-Да? - сказал Александр.

-Не знаю. Нездоровое тут что-то. Никто ничего не говорит, но это - не здоровое. Я бы побоялся.

-Да вроде ж живут.

-Живут, - сказала Лена, - и местные дети есть. Нам говорят, что нет ничего, а тут есть. Честно говоря, я бы не ходила в Эксплорер без оружия.

-Может, они не буйные, - сказал Северный, - и мутация не налицо.

-Если она есть, - сказал Краснов, - мутировать же нужно из-за чего-то конкретного. А если ты сходишь с ума, это просто планка, а не мутация.

-Точно.


В последний раз любители медитации на других планетных добирались до спутников Сатурна. Дорога туда не близкая. Везли их на хорошо оснащенном корабле. Все сплошь - миллиардеры. Что они там делали по дороге? Наверное - бары, бассейны, бильярд.

Хотя, если разобраться, какой в невесомости бильярд? Впрочем, корабль был оснащен по последней моде Trance 4.1, то есть, имел две палубы с искусственной невесомостью, нагоняемой с помощью вращения. На первой платформе жили, на второй - отдыхали. Экипаж пользовался лишь частичными приспособлениями для тренировки - полноценной палубы с искусственным тяготением у них не было. Но, главное, хорошо было миллиардерам.

Так вот - прилетали они, приземлялись на поверхность спутника и там медитировали. Одним из популярных занятий было именно возлежание в скафандре. Лежали по многу часов, пользуясь возможностями техники. Чем они там еще занимались, никто не знает. Примечательно, что последний рейс в столь дальние районы не состоялся - официально, по техническим причинам. Но считается, что виной всему - общественное мнение. Мол, в космос должны ученые летать, исследователи, а не богатеи.

После полудня местность стала стремительно меняться. До границы с Сидонией оставалось еще достаточно прилично, хотя таким ходом можно было добраться до нее за несколько часов. Ребята, рассчитав время, предполагали приблизиться к ней на расстоянии в каких-то сто километров к сумеркам. Таким образом, оставался бы один бросок вперед, после чего можно было приниматься за работу.

Пустыня сначала шла вверх, потом вниз. Пошли холмы. Появились одиноко стоящие скалы - они были точно кости взорвавшегося чудовища. К примеру, летело оно где-нибудь на высоте километров десяти и, не выдержав вида местности, разлетелось на части.

Вообще, весь Марс таков - сплошная свалка камней. Продукт эрозии длиной в миллиарды лет. Если люди когда-нибудь изобретут машину времени.... Нет, хотя бы заглянуть.... Уж никто не говорит, чтобы физически перенестись к началу времен...

Горы выросли как-то неожиданно. Появились справа - точно гребешок греющегося на солнце существа. Это были такие же свалкообразные наросты, местами - довольно высокие, частично присыпание песком. С другой стороны равнина постоянно прыгала вверх и вниз, то открывая, то закрывая даль. Солнце ушло за скалы, и в тени были видны белесые цветы углекислого инея. Пару раз в эфире что-то потрескивало.

-Так уже было, - сказал на это Александр.

Ему никто не ответил.

-А? - осведомился он.

-А? - очень громко, словно выстрел, спросила Капустина. - А, ты имеешь в виду...

-Что с тобой, Лен?

-Музыка играет.

-Что слушаешь?

-Нью классикс.

-Здорово.

-Нравится?

-Нет, как-то нет.

Спустя какое-то время треск повторился. Всадников первым увидел Краснов. Сначала он потянулся рукой, чтобы потереть глаза, но, так как сделать это было невозможно, он просто сделал некий жест. Потом, немного придя в себя, включил увеличение. Подумайте сами, что можно такого увидеть, чтобы быть иным навсегда. Вот был ты человек как человек, и все шло своим чередом, и не мешал тебе никто жить, и тут все перевернулось вверх ногами. Обычно вселенная теряет границы, если мозг человека чем-то расстроен - например, веществами. Но что же было в данном случае?

-Черт, черт! - воскликнул он и дал по тормозам.

Всадники шли ровным строем. Разумеется, сначала они походили на неких существ - каких-нибудь адских кентавров, пришедших из древних глубин. Группа была достаточно большой, "существ" в 50. При увеличении становилось ясно, что это - люди на лошадях. Но и рассмотрев их, нельзя было с уверенностью утверждать, что ты - нормален, и что это - не массовая галлюцинация. Тем более, Марс.

Да, еще вчера Марс казался таким домашним. Быть может, страшнее было очутиться где-нибудь в амазонской сельве, однако, далеко не всегда вещь скрытая есть не вещь, общепринятая правда не есть ложь. Верить - не верить увиденному - это тоже вопрос.

-Эх, - сказал Северный.

Слов не было. Интересно было бы посмотреть на человека, у которого бы было, что сказать. Марс. Пустыня. Лошадки. Всадники.

-Они в скафандрах, - произнесла Лена.

-Вижу.

-И кони в скафандрах.

-Да.

-Смотри, оружие у них.

-Да. Магнитные винтовки. Кажется. Только недавно такие видел в каталоге. Одиночные выстрелы, а мощность такая, что броню прошибает.

-Они нас видят?

-Конечно. У них нейроскафандры. Сам не видишь, он за тебя смотрит. Наверное, связь через спутник или специальный зонд. Странно как-то. Зоопарк. Для чего им кони? Черт, черт.....

-Н-да.

-Видишь, набалдашник на голове. Это что-то типа универсальной системы. И телепорт, и телескоп, и локатор.

-Да.

-Подождем их? - спросил Северный.

-Дурак, -сказал Краснов, - скорее всего, это какие-то туристы. Привезли коней, сходят с ума. Но вот оружие мне не нравится. Поехали. Давай, пусть едут себе.

Он крутанул ручку акселератора, и его мотоцикл тронулся с места. Некоторое время группы странных людей на конях не было видно - вездеходы шли в углублении. Но после выхода из нее всадники оказались ближе. Стало очевидно, что двигаются они почти, что бегом - насколько это позволяли скафандры. Даже пыль поднималась. Деймос появился - немного сбоку. Очень кривой. Зуб вечности.

Звезды смотрели вниз, будто пытаясь о чем-то сказать. Возможно, когда нервы на пределе, ты все ощущаешь иначе, и многие предметы кажутся тебе живыми, со своими голосами, с муторной энергетикой. Чем больше ты их видишь, тем тяжелее тебе. Хочется выйти. Но куда выйти?

В динамиках вновь треснуло, и на экране вдруг скафандров вдруг обозначилась текстовая строка.

-Это они нам! - воскликнул Краснов.

-У меня иероглифы, - ответил Северный.

-Это японский. Перевод есть. Стоять. Стоять, понял. Это нам говорят.

-Что? - не поняла Лена.

-Стоять, говорят.

Он увеличил скорость. Впрочем, местность была крайне кривой, насыщенной большими камнями, и ехать быстро было невозможно. Мотоцикл и тележка Краснова шли впереди. Да, безусловно, без тележек все было гораздо проще. Так, с большим грузом, он едва развернулся, огибая крупный осколок скалы. Пришел заезжать вверх по склону песчаной дюны и ехать по ней. Отсюда было хорошо видно, как перемещаются всадники. Шли они не то, чтобы особенно быстро, однако, у них не было сложностей с прохождением природных неровностей. Кони не задерживались на песчаных волнах, а уверенно шли вперед.

Оружие....

Да, у них было оружие, и - немало. Но друзья мало разбирались в марках. Может быть, они и видели что-то в сетевых журналах, но одно дело - развлекаться, стрелять из чего-то необъяснимого на тренажере, другое дело - реальная ситуация.

-А если принять бой? - спросил Северный.

-Ага, - ответил Краснов.

-Нет, у них вооружение, конечно.....

-Угу..... Только если без тележек уходить. Но я думаю, без тележек нам ничего не светит. Я смотрю по навигатору - впереди будет ровный песчаный район, там мы уйдем. Я уже посчитал - пока они нас нагоняют, но не очень быстро. Так мы можем минут тридцать идти на вполне безопасном расстоянии. Потом будет возможность дать газу. Я думаю, все получится. Черт, а. Нет, я не думаю, что это туристы. Если только они в войну играют. Но какой смысл? Вдруг люди не поймут и выстрелят в ответ. Или рассчитано на то, что оружие тут носить незачем.

-Откуда мы знаем? - спросил Северный.

-Да. Точно. Значит - уйдем так.

-А если стрелять будут? - спросила Лена.

-Тогда нам крышка.

Динамик еще треснул, и тут послышался голос. Северный сморщился, как будто это могло чем-то помочь.

-Перевести? - спросила надпись на стекле шлема.

-Да, - ответил он вслух.

-Предлагаю вам по-хорошему остановиться, - голос переводчика был мягким, позитивным, птичьим каким-то.

Александр вдруг понял, что ему делать. Он провел пальцем по приборной доске мотоцикла - движение это проецировалось на экране в виде перемещения курсора.


"Перевести ответ"


-Зачем останавливаться? - спросил он.

Компьютер вдруг ожил, и следующий запрос пришел не виде надписи, но в виде голоса. Видимо, автомат сам сообразил, как лучше.

-Перевести? - спросил тот же чирикающий голос.

-Да, - ответил Северный.

В этот момент он отвлекся и едва не врезался в притормозившего Краснова.

-Может, я начну отстреливаться? - предложила Лена.

- Остановитесь для досмотра. Проследуете с нами, - был ответ.

-Зачем? - спросил Александр.

-Дурак? - нежно и ласково спросила переводчица.

-Не-ет. А что?

-Кто вы? Что вы тут делаете? Это - наша территория.

-А вы - японцы?

-Да. Стебаешься?

-Нет. Не думал. Я просто удивляюсь? Что тут делать японцам? Мы никого не трогаем. Едем себе. Что вам надо?

-Кто вы?

-Ребята.

-Почему не останавливаетесь?

-Скажи ему, что вы нас пугаете, - предложил Краснов.

-Вы нас пугаете. Мы думали, что вы - приведения марсиан. Все такое. Вы туристы?

-Идиот? - был вопрос.

Александр думал над ответом, и в этот момент кто-то точным выстрелом снес ему зеркало заднего вида.

-Ну что? - спросила переводчица-птица.

-Что? - Северный вздрогнул.

-Будем еще играть?

-Да. Нет.

Он прибавил газу и съехал на склон дюны так, чтобы всадников не было видно.

-Давай, Вован! - воскликнул он. - Они мне зеркало снесли. А ты там едешь, мечтаешь. Съезжай. Ребята шутить не намерены. Видишь, что.

Действительно, склон дюны закрывал видимость, но новая преграда заставила друзей прийти в замешательство. Нет, что там замешательство.

Северный включил навигатор. Стучал рукой по приборной панели. Чертыхался. Нет, это не помогало. Каньон вырос из ниоткуда.

Казалось, еще секунда назад его здесь не было - он был вдруг нарисован в срочном порядке рукой невидимого художника. Он был огромен - и это слово вряд ли что-то выражало. Многое марсианские каньоны - это огромные миры без конца и края - чудовищные прорези на теле Марса. Ширина, порой, достигает десятков километров, да и глубина в несколько километров - это совсем не земные параметры.

Противоположный край был еле виден. Он был приглушен падающей тенью. Возможно, на краях его что-то белело - это мог быть углекислый снег, не успевший растаять за день.

Деймос как будто смеялся. Вот уж весело ему было. Может быть, он всё хотел обратить на себя внимания - вот он я. Мертвый камень. Мертвый свидетель. Все знаю. Всё видел. Только спросите. Поднимите головы - вот он я.... Не видите.... Вот вам.... Вот вам каньон... Получите. Это ваша зарплата, ребята.

Краснов, все еще на что-то надеясь, дал задний ход, объехал крупный камень и там застрял. Двигаться вдоль каньона было почти невозможно - здесь проходили края неровных, мусорных, гор высотой в пару сотен метров. Можно было перемещаться взад и вперед. Сколько угодно - взад и вперед. Нет, наверняка тут где-то был проезд, но нужно было возвращаться, подниматься на дюну, навстречу странным вооруженным японцам.

-Приехали, - проговорил Краснов.

Северный обернулся. Песчаный склон, с которого они только что спустились, вершина - метров 400. И там, на самом верху, уже виднелась первая фигура. Это было невозможным - лошади (если это были лошади) не могли так быстро передвигаться. Тем не менее, это было именно так.

Он пробуксовал на месте, заехал за камни и там также остановился. Камень был большим - кусок скалы, за которым мог спрятаться как мотоцикл, так и пара, включая людей.

-Черт, - сказал он, - смотрите, на навигаторе - пусто. Каньон не отображен на карте. Нет, ну это. Тут ровная поверхность. Если бы я ехал по приборам, то уже лежал бы внизую.

-Это называется приехали, - сказал Краснов, - только не паникуй раньше времени.

-Ладно. Нужно срочно находить решение.

-Ну.....

-Решения нет. Хода дальше нет. Можно спуститься вниз на ранцах, но они постреляют нас. Если, конечно, это им надо. Даже не знаю, зачем им стрелять. Черт, что тут делать? Наркотики они, что ли, выращивают, - Александр провел рукой, словно обнимая даль, - самое место. Полиция? Интерпол. А если это все же марсиане? Нет, или ранцы, или....

-Зачем тут наркотики? - спросила Лена. - Климат, что ли, хороший? Где их продавать? Только если все население Марса плотно на них сидит. И то.... Сейчас полным полно разной быстрорастворимой химии. Я читала.

-Или, или, - ответил Краснов, - я просчитываю ситуации быстро. Пока ничего другого на ум не пришло.

Он высунулся из-за камня, и тут по нему выстрелили. Должно быть, это был предупредительный выстрел - стреляя из магнитной винтовки, тем более, в условиях красной планеты, сложно промахнуться. Пуля попала в край скалы, за которой он прятался и подняла в воздух облако пыли. Он, было, прокомментировал это, но тут вмешалась Лена. Она действовала столь внезапно, что никто не успел что-либо понять. Вынырнув, в падении, она произвела выстрел из ружья. Всадник, что двигался первым, дернулся и, подавшись назад, слетел с костюмированной скафандром лошади.

-Попала, - произнесла она деловито.

Она нажала на кнопку перезарядки, и ружье щелкнуло. Тотчас раздались ответные выстрелы. Пули шли точно по краю камня. И край этот тотчас превратился в мелкое песчаное крошево. Пули шли плотными очередями. Они не просто летели. Они работали. Точно так же работает, например, электропила с насадкой для резки камня, плитки. Большая скорость, много искр и пыли.

Очевидно, противник не подумал, что он делал. Подняв пыль, он создал тем самым завесу.

-Черт, поиграли, - сказал Северный.

Ружье он держал перед собой, однако, планы отсутствовали. Он не знал, что делать. Краснов растерялся меньше. Он бросился к тележке и принялся копаться. Лена же совершила еще один маневр и выпустила весь магазин. При чем, не смотря на принудительную зарядку - каждый раз нужно было нажимать на кнопку - а это снижало скорость стрельбы, она ни на грамм не смутилась. Стрелять в ответ начали тотчас, но все обошлось, и она успешно спряталась.

-Как? - спросил Александр.

-Я в школе в тир ходила.

-Хорошо стреляешь?

-По-моему, я в лошадь попала.

-Черт.

В динамиках вновь треснуло, и переводчик покашлял. Потом - все также ласково и позитивно, сообщил:

-Вы совершили большую ошибку. Сдаться я вам не предлагаю. Но у вас есть шанс умереть с честью. Попытайтесь сделать это.

-Зачем? - спросил Александр.

-Ты не понял.

-Зачем умирать? Что мы вам сделали?

-Вы убили Накомуру. Это не прощается.

-Он сам стрелял.

-Да. Теперь пора умирать.

-Мы - обычные ребята, - сказал Северный, - и никому зла не желали. Вы сами начали. Мы едем себе, никого не трогаем.

-Это вы! - вдруг воскликнул переводчик.

-Чего?

-Вы из корпорации "Ребята"! Теперь мы с вами и разберемся.

И тотчас послышались отдельные голоса, которые автомат пытался перевести в разной тональности:

-Это они

-Ага.

-Надо брать жив

ми. Выпустить кишки. Пусть сдохнут.

-Да, живыми

-Черт, я не это имел в виду! - воскликнул Северный. - Чертов переводчик! Ты почему так перевел? Почему нельзя было сказать бойз, гайз. А он так и передал - rebyata.


Внезапно, совсем рядом, раздалась очередь. Северный вздрогнул. Еще бы. Вновь происходило что-то из вон выходящего - Капустина стреляла длинной очередью из автомата. Откуда автомат?

-На, держи, - Краснов бросил ему легкий десантный пистолет-пулемет, - вот пояс с обоймами. Нашел среди груза. Распаковал ранцы. Контейнер с водой. Нашел там вот это. Почему Уэллс ничего не сказал? Откуда у нас автоматы?

-На случай, если бы мы не долетели, нас бы проверяли на детекторе лжи, - заметила Лена, - ружья - не так страшно.

-Откуда ты знаешь?

-Логика. Я думаю, автоматы были приготовлена для операции в пирамидах, и Уэллс собирался сказать о них позднее.

-Я думаю, их там кто-то забыл, - ответил Северный, - навряд ли Уэллс в куче.

Группа всадников, что первой появилась из-за края дюны, была отличной мишенью. Почему противник не подумал об этом? Если говорить о тактике, то не было ее, тактики. Это все равно, что идти широкой цепью на окопы, где залег противник. Он стреляет в тебя, как хочет, а тебе и деться некуда. Впрочем, конечно, логика здесь была - во-первых, противника мало. Можно просто не дать ему высунуться, обстреливая все пространство вокруг камня. Ну и потом - всадники, очевидно, хорошо знали местность. Они вообще не подозревали, что у незнакомцев будет шанс спрятаться.

Лена стреляла с одной стороны. Александр - с другой. Краснов перезаряжал магазины и отдавал им. Пули ложились кучно. Несколько бойцов свалилось вниз - раненными или замертво, но те, кто спрятался за убитыми лошадями, открыли ответный огонь, и Лена чудом спаслась.

-Думаешь, отобьемся? - спросил Краснов.

По логике, противнику нужно было отступать, чтобы не оставаться на линии огня. Но для этого нужно было подняться на вершину дюны и спрятаться за изгибом местности. Впрочем, теперь у них были убитые лошади, и многие легли, прикрывшись имя.

Деймос поднимался. Он хохотал. Лучи его смеха попадали прямо в мозг.

Краснов высунулся из за камня и выстрелил. Очередь ушла далеко вверх. Никто не ответил на этот выстрел.

- Не нравится мне это, - сказал он.

И тут, словно в такт его словам, в скалу ударило что-то мощное. Яркая вспышка, искры, оплавленные шарики металла, белое облако дыма, уходящее вверх, словно отлетающая душа. На месте попадания из излучателя камень шипел и клокотал - точно край вулкана. Краснов же не растерялся, встал и выдал длинную очередь. Стрелял он наугад, так как облака пара закрыли обзор.

-Надо прыгать, - сказал он, - из-за камней не будет видно. Пока они сообразят. Держи.

Ранцевые устройства были портативными и почти декоративными, с зарядкой, рассчитанной, быть может, на одну посадку. Это был небольшой ранец с крылышками-подлокотниками. Два двигателя на "крылышках", один - в самом ранце - маршевый, и воздушные стабилизаторы, одеваемые на ноги.

-Уэллс как будто все знал, - сказал Краснов, - только что теперь будем делать без оборудования, и вообще.... Вообще, это fail, если хотите знать. Это прокол - не знать о том, что тут бродят какие-то вооруженные идиоты.

-Потом, потом, - произнес Северный.

Еще один выстрел разнес вершину камня, заполнив местность белым паром. В динамиках был слышен негромкий клокочущий звук. Если бы на Марсе на открытом воздухе жарили яичницу, то звук был бы точно таким же.

Пс-с-с-с-с.

Обед под открытым небом. Деймос смотрит сверху вниз, пытаясь понять, кого там жарят?

-Как дела? - осведомился переводчик.

-Отлично, - ответил Александр, - а как там Накамура?

-Его тело будет предано земле. Как вы думаете, почему мы не предлагаем вам сдаться?

-Не знаю. Это вы должны знать.

- За Даху придется ответить. Мы решили не брать в плен ребят. Если хотите ощутить сладость боли, можете выйти и сдаться. Вы можете отправиться вниз, там вас будет ждать Гонзи. Ваш выбор. Помнишь тот год?

-Какой год? - спросил Северный.

-Ты давно в группе? Ты помнишь? Я помню. Когда вы, как собаки, напали на базу в Утопии, кого вы пожалели? А вам сразу сказали, что это за база. Вы знаете об этом? А.... Хотя ладно... Собаки.....

-Так нельзя, - ответил Северный, - вы нас за кого-то другого принимаете.

-Да. А помнишь Рольфа Джонса?

-Нет.

-А Костю Макаренко?

-Нет. Кто это?

-Может, это ты и есть.

-Нет, я точно не знаю.

-Это не важно. Когда Костю Макаренко нашли в пустыне, он тоже сказал, что куда-то ехал. А ночью он взял нож и перерезал всю базу. Костя Макаренко.

-Сожалею за Костю, - проговорил Северный.

-Ага. Значит, это ты! Ну, держись. Мы снимем с тебя кожу!

Динамики треснули. Там словно масло переливали. Сначала нагрели, потом - из сковороды в скороду, видно - меню такое было. Вместе с этим треском вдруг кто-то кашлянул, и мужской голос - Северный был готов поклясться - что тот самый голос - отчетливо произнес:

-Давайте, что вы ждете? Гонзи, не Гонзи, прыгайте. Они пока переговариваются.

Северный приподнялся. Краснов посмотрел ему в лицо, развел руками и двинулся к краю каньона. Деймос ухмыльнулся. Уж он-то ждал серьезного, многоуровневого, продолжения.

Может быть, и видел он что-то много миллионов лет назад. Впрочем, когда говорят о Марсе, то используют более широкие величины. Миллиарды. Именно такую оценку дают, когда говорят о следах органической жизни. Это было очень давно, и очень эпизодично, и пока речь идет лишь о достаточно примитивных формах жизни. Но Деймос точно видел - иначе, почему ему так весело?

Обрыв начинался не сразу. Пришлось спускаться метров тридцать, разбрасывая ногами присыпанный песком щебень. Из вещей взяли лишь батареи и универсальный сканер. Оружие, разумеется. Всё остальное оставалось наверху - мотоциклы, вещи, сложенный марсианский дом, запас продовольствия, робот.

Планы ломались. Ломались круто. Краснов, который был хорошо подготовлен в плане реакции на смену событий, тут же сообразил:

-Посадка. Уход. Поиск площадки для снижения шаттла. Подъем на ранцах.

Да, что еще могло прийти в голову? Есть ли смысл продолжать некую деятельность на Марсе, когда ты остался без ничего? Свёртывание операции. Если хватит горючего в ранцах. Если нет - сигнал бедствия, Фабьюлос Пойнт, разбирательство, проблемы. Но - как можно стать настоящим мужчиной, если избегать проблем?

Только так становишься сильнее. Только так. А те, кто привыкли жить в тепличных условиях - кто они? Так всю жизнь и пробудут - офисными кактусами, теплыми цветами оранжерей. Может быть - в армию? Но в армии никто не пошлет на Марс. А сейчас нужно просто выжить. Что бы там они ни говорили, что бы там не сообщали по радио.

Вот и край.

Лишь шаг.

-Ну что? - сообщил переводчик, повторяя интонацию говорящего.

-Мы решили сдаться - ответил Северный.

-Только учти.....

-Я учитываю. Я знаю. Ты ж сказал, что я Костя, и я перерезал всех. Может, у меня во второй раз получится. Не знаю. Нет, не получится. Давайте поторгуемся.

-С тобой?

-У меня кое что есть. Дайте мне пять минут на раздумье.....

Он втянул в себя воздух. Глаза разбегались, он не мог понять - видит ли он это, или ему только кажется - бездонное ущелье чужой планеты..... Деймос, казалось, завис прямо над ним и тыкал пальцем - давай, давай....

Северный сжал кулачки, щелкнул джойстиком, что находился прямо на ладони скафандра. Ранец тихо зажужжал, выбрасывая из сопел былые струи пара. Один шаг, и вниз.

-Лечу, - сказал он.

-Я впереди, - ответила Лена.

Она нырнула рыбкой, и в первое время ее спуск напоминал крутое пикирование. Но потом, перевернувшись, она перешла в режим плавного спуска.

У Северного вся жизнь прошла перед глазами. Да и кроме нее - что-то другое, открыв потайную дверь, вышло наружу и шло, крутилось кинолентой, рассказывая о себе. Сон, dajа-vu, еще что-то. Он раньше так много думал об этом, а теперь нужно было пролететь вот так несколько километров, надеясь на удачу.....

Северный уже давно заметил, что со всеми этими снами не все в порядке, и часто бывают моменты, когда они словно выныривают откуда-то в течении дня. Вот, например, сидит он, кофе пьет. Кот у колен вьется. В окне - жара, деревья распластаны в духоте, улицы поджарились, и ни души не видно - все хотят находится за спасательным щитом кондиционера. Работаю компьютеры - ими пронизан каждый сантиметр. Компьютер, например, установлен в шариковой ручке. Компьютер в часах. При чем - вполне полноценный - к нему можно подключиться с помощью порта и использовать в качестве основного устройства для решения множества задач. Объем памяти часов - гигабайт сто. Для чего столько - никто не знает.

Компьютер в ошейнике у кота....

Компьютер в настольной лампе.....

И вот, пьет кофе он, и странный жар в голове заставляет выйти на поверхность некие образы. Он слышит, как жужжат машины. Каждый компьютер, каждый чип. И, вместе с этим, он видит странные города - ни на что не похожие, завитые, словно какие-нибудь булочки, которые едят великаны. И в этом мире также много машин. Но они на много, много веков опережают то, что создали люди, а потому - покажи их современному человеку, он и не сразу поймет, с чем имеет дело - с естественными образованиями, организмами или плодом высокоразвитых умов.

Понятие "технология" здесь как-то неуместна. В этом случае, и живые организмы на Земле есть технология.

-Странно, - сказал он сам себе один раз, - что это, с какого перепугу оно у меня в голове?

Был какой-то институт, если можно так его назвать, и там точно какие-то люди создавали модели живых существ. Однако - они не считали, что создают жизнь. Они также считали это механизмами......

Он уже заметил - в голове становится жарко, по макушке бегут мурашки, и - образы. Все ярче, ярче, без всякого сна....

-Был некий акт инициации, - сказал он, но в дневник не записал, полагая, что у него - очень сильное воображение. Может быть, стать писателем? Будут очень неплохие.... Хотя нет, это ж ему только понятно, о чем речь. Будут говорить, что образы интересные, но не понятные никому, кроме паре-тройке человек....

Так вот, была инициация. До нее он еще был человек. Дело в том, что нужен был материал, на котором проводить опыты. Может быть, он на себе сам проводил опыты? Неизвестно, но, скорее всего, все получилось, и он стал.....

Образы распускались, как цветы, но цвели недолго. Он пробовал ничего не делать и ни о чем не думать, чтобы не спугнуть их, но ничего не получалось. Наверное, в их появлении не было никакой закономерности.

Он посмотрел на Деймос. Да, почему людям не пришло в голову использовать личности со способностями? Впрочем, как всегда.... Как всегда - беда.... Таких людей единицы. Но так много разных грезящих, фантазирующих, паразитирующих, с полу способностями, но с огромным желанием быть на виду, навязывая всем свое миллиметровое умение...

Всё верно.

Он повращал джойстиком, пытаясь наклонить скафандр так, чтобы суметь посмотреть вверх. Наконец, ему удалось это. Он дал увеличение на дисплей. Японцы стояли на самом краю. Оружие было у них в руках. Она молчаливо созерцали. Он видел их, и они видели его, однако, никто не думал стрелять.

Александр провел взглядом по всей шеренге людей. Один из них помахал ему, улыбнувшись - совсем молодой парень, может быть, его возраста. Нехорошая улыбка это была. Должно быть, он хорошо знал, что делал.

Северный повернул джойстик и вернулся в прежнее положение. Так. Значит - что-то должно быть внизу.


* * *


Каньон. Мир теней. Вся жизнь осталась наверху - где-то далеко, в другом пространстве. Может быть, и смерть осталась наверху.

Каньоны на Марсе образовались в достаточно позднюю эпоху, отчасти под воздействием эрозии. Однако, эрозия здесь носит другой характер, нежели на Земле из-за отсутствия растительности и очень низкого атмосферного давления.

Например, длина каньона Valles Marineris - 4000 км, ширина - 160 километров. Человек, находящийся на краю, даже не поймет, что это - каньон. Он будет находиться в самом начале гигантского мира, ощутить размеры которого сможет лишь великан или зритель, находящийся на большой высоте.

Однако, каньон, в который попали ребята, был, конечно, не Valles Marineris, ширина его в месте посадки была не более 15 километров, а глубина - километра три. Впрочем, и это - вполне ощутимо и вполне величественно для глаз зрителей.

Сразу после посадки пропал визуальный контакт с людьми, находящимися наверху. Микрокамеры, передающие изображения процессору скафандров, были способны просматривать предметы на достаточно большом расстоянии с хорошим разрешением. Однако, людей не было. Их словно след простыл. Красноватое небо с проступающими звездами висело как назидание.

Хотелось произнести некое слово. Слово.

-Всё будет хорошо, - сказал Северный.

-Конечно, - ответила ему Лена.

-Нет, я уверен. Если я уверен, то так и есть.

-Я знаю.

Он включил локаторы, датчики движения, вообще всё, чем был оборудован скафандр. Надо сказать, что достаточно продвинутые модели оснащены не хуже какого-нибудь самолета или домашнего вычислительно центра, и многие функции скрыты, неявны. Так, чтобы получить ответ на какой-то вопрос, бортовой скафандр может выйти в сеть и пробежать по всем открытым земными серверам, найти там что угодно - от прошивок до схем готовых решений. Насколько могут быть скрыты подобные действия? Уэллс говорил, что он всё подготовил.

Тем не менее, известен случай, когда факт гибели десантников на одной из планет раскрыли хакеры. Некий Иван Долгих, написав программу по активному просеиванию мусора, запустив ее, обнаружил следы нахождения сигналов от компьютеров скафандров.

По-научному это звучало, как "низкодисперсная нераспределенная куча заархивированных указателей". Нормальный человек, понятное дело в этом не разберется. На самом же деле, указатели нельзя архивировать, они находятся в памяти. Впрочем, если задуматься - есть код, есть текст программы, а потому - если включить обратный процесс и начать раскомпиляцию....

Но в чем смысл?

У Ивана были некие эстетические позывы. Вместо эстетизма же получил он информацию совсем невеселую. Совершенно новый аппарат, современный, продуманный во всех мелочах, потерял ориентацию и со всего размаху треснулся об один из кентавров - Харикло. Экипаж корабля состоял из десяти человек. Семеро погибло. Восьмой сломал позвоночник, но жил дольше всех, так как не сумел выбраться из корабля и оставался на стационарном питании. Товарищи одели его в скафандр. Известно, что жить в современном скафандре - тем более, в настоящем десантном, можно достаточно долго. Чего только стоят такие устройства, как внешние органы. Таким образом получается, что и питание впрыскивается непосредственно в кровь, и выделение происходит во внешнюю среду через универсальные проводящие трубки. Это - так называемая внешняя печень. В настоящее время внешнюю печень стали применять практически везде, однако, это очень дорого.

Так вот, человек со сломанным позвоночником остался в корабле - питания батарей хватало на несколько лет. Двое оставшихся в живых вышли наружу и были отброшены взрывом баллона - при ударе (или вернее сказать - при попытке приземлиться). Они оставались в живых еще, соответственно, два и четыре дня. Передвигаться они не могли. У первого космонавта оторвало ногу, но скафандр локализовал утечку воздуха и создал новую атмосферу, а также впрыснул в кровь обезболивающее средство. Второго десантника зажало металлическим перекрытием. Он сумел вызвать небольшого робота, и тот пилил столб два дня. Освободившись, он отправился на помощь первому, провалился в ледяную щель и оставался там еще два дня, пока не умер. Ну а человек с поломанным позвоночником, понимая, что всё конечно, нашел в центральном компьютере музыкальную программу и принялся сочинять музыку.

Время шло, он сочинил десять мелодий. Ближайший к месту катастрофы корабль был на расстоянии в два месяца хода на полной мощности двигателей......

-Пусть музыку слушают звезды, - сказал он.

Так как он был на базовом питании, то мог заказать себе сильно действующие препараты. Конечно, он мог сразу же выбрать крупную дозу транквилизатора и умереть, но он предпочел накачаться ими, слушать музыку и смотреть на черное небо окраины Солнечной системы.

-Будет еще много и много тех, кто уйдет, - сказал он, - и нет ничего выше и чище, чем уйти во тьму звезд здесь, где нет солнца, где звезды так близки, где - один шаг, и ты откроешь дверь к звездам.

Северный просмотрел показания локаторов и пришел к выводу, что - либо в каньоне имеется аномалия, либо локаторы сошли с ума и время от времени показывают некие предметы, а спустя секунду на этом месте уже ничего нет.

-Вов, ты это видел? - спросил он.

-Надо идти, - ответил Краснов, - надо попытаться выйти из каньона до темноты. Хотя разницы нет. При желании, я бы и тут заночевал. Запас энергии у скафандра большой.

-Да. Спать под звездами - хорошо. Я мечтал.

-Поспим? - спросила Лена.

-Да, но мне тут не особо нравится. Да и потом, высота не сильно большая, при желании, нас можно как котят сверху положить тут. Вы видели? Они ушли.

-Видел, - ответил Краснов.

-Один рукой помахал. Жалко, что я не умею мысли читать.

-Я умею, - ответил Краснов.

-И что он хотел сказать?

-Не знаю. Но тут есть фон, и фон нездоровый. Поэтому, я думаю, нам надо связаться с Уэллсом и решать, что делать дальше.

Звезды пробиваются как будто даже хуже чем везде, хотя на Марсе для них нет никаких преград. Они смотрят с мертвого неба. Хотя планета для них - лишь маленький эпизод. Сами они живут гораздо дольше. А потом - потом и они умирают. Газовые гиганты, некогда раскаленные, начинают утомляться. У них истощаются запасы. Они уходят медленно, словно старики. Сначала пенсия. Потом - зима жизни. Когда-нибудь и Солнце так уйдет. Но людей тогда уже не будет - невозможно себе такое представить. Но так будет. И, возможно, будет нечто, сходное с тем, как описал Уэллс. Нет, не тот Уэллс. Что касается председателя Клуба, то он в тот момента ждал сеанса связи, и сеанс состоялся. "Воробей", выйдя в заданную точку на орбите, включил свою станцию и установил коннект с локальной сетью, состоявшей из вычислительных устройств трёх скафандров. Совсем недавно эта сеть была куда обширней - в нее входило практически всё оборудование - и мотоциклы, и микро роботы, и даже переносная баня. Теперь все осталось наверху. Прижавшись к склону каньона, стоя на снеговой шапке - чтобы не попасть под возможный обстрел - ребята поговорили с Уэллсом.

Солнце было теперь далеко, и спутники Марса спрятались. В мире теней, среди снега - водяного, углекислого, на склоне выпирающего из ниоткуда ледника, было что-то свое, словно каньон был отдельной планетой, висящей в черном пространстве.

Может быть, оно напрямую проникало в подсознание, может быть - это был эффект, созданный каньоном.

Северный ощущал чье-то присутствие. Впрочем, это и раньше было. Даже ночью.... Ночь.... При этой мысли становилось не по себе - ведь предстоящую ночь, возможно, предстояло проводить на открытой местности. Теперь открывалась возможность побыть в шкуре любителя планетного натурализма - спать под звездами, отгоняя от себя неприятные мысли.

- У нас эксцессы, - сказал Краснов.

Он ждал - сигнал шел с задержкой, хотя сама сеть работала по принципу так называемого полевого резонатора, что позволяла обойтись без привычных прелестей радиосвязи - обычный радиосигнал от Марса до Земли идет 22 минуты. Использование резонатора подразумевает подключение к местной интрасети, затем- вход в некий аккаунт и передачу данного сигнала на сервер, где он упаковывается и идет на спутник. При этом, нужно заботиться о шифровании данных самостоятельно, потому как никто в точности не знает, могут ли посторонние получить данные твоих переговоров. Это вовсе не отменяет и обычную радиосвязь, учитывая, что за использование спутника снимается плата.

-Какого рода эксцессы? - спросил Краснов.

-Постреляли, -сказал Северный, - нормально постреляли. Тут какие-то японцы.

-А они сигнал не перехватят? - спросила Лена.

-Нет, - ответил Краснов, - "Воробей" идет прямо над нами, мы говорим по лучу. Они даже не засекут излучение.

-Засекут, - сказал Александр, - валить отсюда надо.

-Все еще хуже, - сказал Краснов Уэллсу, - мы потеряли всё оборудование.

-Да? - Уэллс, казалось, не понимал, что происходит.

-Тебе интересно, как это случилось?

-Ммм.... Эксцессы могли быть любые. Я знал об этом.

-И что же ты предлагаешь?

-Через три сеанса передам вам координаты законсервированного склада.

-Да?

-Смотрю по координатам. Вам придется сделать марш бросок. Всего 120 километров.

-Пешком?

-Да. Я просмотрю по базе данных. Возможно, операцию придется продлить.

-120 километров, - вздохнула Капустина, - дней шесть идти. С ранцами. Нет, лучше умереть.

-Есть другой вариант, - сказал Уэллс, - скорость горизонтального перемещения ранца - до сорока километров в час. Если спустить "Воробей" и сбросить пару баков, то километров до восьмидесяти вы сможете пройти на ранцах.

-Откуда у нас баки? - спросил Краснов.

-Есть пустые баки. Мне нужно оживить андроида.

-Да, я видел. В углу стоял, паукообразный. Хотя и андроид. Ты думаешь, он справится? По моему, он вообще никогда не работал.

-Пока всю работу беру на себя. Ребята посмотрят. Я смотрел системы - кажется, он был в порядке. Нужно было только запитать его от сети. Пошлю андроида в кузов, подготовлю баки. Пусть сольет часть топлива из катализаторов.

-А "Воробью" хватит горючего на маневры?

-Да. Пока хватает. Я рассчитаю.

-А если не хватит? - спросила Капустина.

-Я думаю, что хватит.

-Уэллс не ошибается, - сказал Александр.

-Нет, я ошибся, - произнес Уэллс, - просмотрел запись. Честно говоря, впервые слышу про коней, про каких-то японцев, для меня это так же, как и для вас. Может быть, эта группировка появилась на Марсе недавно. Вполне возможно. Я слышал, что у вас там группировки бывают, но дело касалось вообще другого полушария, и дела все были лет пять назад.

-Почему никто ничего не сообщает? - спросил Краснов.

-А вообще никто ничего не сообщает. Разве вы не заметили?

-Заметил.

-Точно так же и мы выуживаем информацию, как можем. Пока всё было под контролем. У вас всё в порядке. На самом деле, ситуация решаемая.

Северный вдруг понял - Уэллс оправдывается, и ему нечего сказать. Должно быть, это было в первый раз. Уэллс сомневался. Но, с другой стороны, очень обнадеживала его способность быстро находить ответы. Вот он бы, Александр, ни за что бы не разобрался. Стал бы паниковать? Может быть, и не стал бы. Но никакие решение в голову не приходило - Уэллс же сработал сразу, только получив первые сообщения.

-Пока действуем так, - сказал Уэллс, - на всякий случай посылаю груз на Фабьюлос-Пойнт.

-Что за груз? - спросил Краснов.

-Если придется давать сигнал о помощи, вам придется подождать несколько дней, пока груз придёт.

-Больше недели?

-Нет. В Фабьюлос-Пойнте есть свой человек. Мы переведем ему нужную сумму на счет, и он вас встретит. Вокруг города есть заброшенные склады - там отсидитесь, пока не придут документы и прошивки.

-Черт, у тебя все схвачено.

-Не так, как хотелось бы. Но я работаю. До связи.

-До связи.


Северный переключил мониторы и, получив данные с "Воробья", сначала не понял, что же он видит. Это было обыкновенное сканирование местности, совмещенное с картами. На карте каньон был. Теперь уже был. А до этого его не было. Этот парадокс оставался за гранью понимания. Возможно, здесь поработал Уэллс - и данные были вытянуты из какой-нибудь базы данных. Каньон этот назывался Death Road - очень говорящее название. Все остальные изображения были классическими. За исключением странного предмета, обозначенного как бы внутри скалы на высоте более двух километров. Изображение вращалось. Дополнительные мониторы изображали предмет в разных ракурсах.

-Смотри, - сказал Северный, - видите это?

-Черт, - произнес Краснов, - база, что ли? Почему ж Уэллс не сказал? База внутри горы. Скалы, то есть. Почему сканируется? Почему нет экранирования? Открытый объект, достаточно сильное излучение, вот, четкие отклик. Даже скафандр его берет, а уж через спутник - совсем четко.

-Может, им до лампочки, - предположила Капустина, - японцы. Отмороженные. Отмарсианенные. Если каньона нет на карте, то и их нет. Искать никто не будет.

-Нет, тут не так, - Краснов включил обработку данных, - некая камера. Туннель вглубь, метров триста. Круто. Больше ничего. И сканируется по самым разным параметрам - металл, полимеры, редкоземельные элементы. И нам мимо нее каким-то макаром пройти надо. Если это база, там могут быть стационарные пушки, роботы, что-то вроде этого. Хотя, база спрятана достаточно глубоко.... Не знаю даже.... Черт, и Уэллс ушел в тень.

-Идем, - сказал Александр, - пятнадцать километров до выхода. Нужно дойти до темноты. Кстати, есть ли мысли по поводу того, кто нам давал советы по радио?

-Внутренний голос, - ответил Краснов.

-Не удивлюсь.

-Лучше не думать, - произнесла Лена, - мне кажется, здесь - чем меньше думаешь, тем легче дышишь. Мне постоянно кажется, что за мной следят. Я оборачиваюсь. Никого нет. Особенно сильно это в те моменты, когда я включаю музыку.

-Не включай, - посоветовал Северный, - это музыка за тобой следит.

-Не в этом дело, - заметил Краснов, - ладно, идем.


Некоторое время ребята смотрели вверх, ожидая, что преследователи могут наблюдать за ними или занимать позицию для открытия огня, однако, ничего этого не происходило. Прошли километр. Александр то и дело включал увеличение, однако изображение было размытым, и он не знал, что тому виной. Возможно - туман. Но откуда на Марсе туман?

Нет, если задуматься - все что угодно. Выбросы газов. Гейзеры (если таковые могут иметь место). Дымящиеся машины (еще лучше). Испускающие газ существа.

Впрочем, еще недавно всё было в порядке. Теперь же появилась помеха. Причиной мог быть и некий магнетизм, действующий на аппаратуру, хотя и сложно было представить такую аномалию, вследствие которого современная аппаратура давала столь странный сбой.

Впрочем, подобного рода аномалии известны на Луне. Впервые с этим столкнулся экипаж транспортного корабля "Краб" - машины, которая создавалась для перевозки большого количества груза с Луны к экспериментальному орбитальному лифту, который еще недавно работал в Эквадоре. Теперь не работает. Говорят, средств нет, и нерентабельно. Впрочем, и корабли теперь более экономичные и не испытывают проблем со взлетом и посадкой.

Тем не менее, загрузившись и выйдя на окололунную орбиту, два оператора, а именно так именуются пилоты на гигантских ковшах и по сей день, отметили, что в системе произошел сбой и началась самопроизвольная перепрошивка ПЗУ.

До Земли-то, то есть, до лифта, "Краб" долетел, но там все было еще хуже, и стыковка не состоялась. Позже были вызваны специалисты. Позже этот случай был передан на суд общественности, и здесь чего только не находили. А главное - на компьютер было произведено направленное воздействие искусственного происхождения. При чем, воздействие было явно не земное.

Споры, впрочем, и сейчас продолжается, хотя уже официально объявили - виной всему - некий особый магнетизм.

В район, где "Краб" схватил свою "дозу", иногда выезжают энтузиасты. Ищут чего-то. В свободной прессе много сообщают о находках. В дневниках, что - вообще не пресса - вообще люди что хотят, то и говорят. Но это Луна! А вот про Марс никто ничего не говорил.

Уж если бы Уэллс где-то что-то выкопал, был бы он столь самонадеян, отправляя своих ребят на задание без должной подготовки. Встреча с вооруженными людьми - это далеко не прогулка - где бы она ни состоялась.


Каньон очень медленно поворачивал к востоку. Тьма усиливалась. Темнел и небосвод, усиливая яркость звезд. В отдельных местах тень, опадающая от стен каньона, точно гигантский лист, напоминала жидкость, однако, ребята свет не включали, предпочитая пользоваться встроенной навигацией - сантиметровым локатором и камерой - изображение фильтровалось и на стекло скафандра выдавалось уже с дополнительной подсветкой.

-Нужно было мобильное псевдотело найти, - сказал Александр, - если честно, уже ноги болят. А псевдотело бы само шло. А я бы только смотрел. Никто не позаботится об экзоскелете.

-Знаешь, сколько оно стоит, псевдотело твое? - осведомился Краснов.

-Да. Но и "Воробей"-то чего-то стоит.

-Оно энергии много потребляет, - сказала Лена, - запас хода маленький. Это неудобно. Псевдотело используют на маленьких дистанциях, а сзади подвозят запасные элементы. Для десанта подходит. Если идти далеко без подпитки - не-а.

-Да. А если батареи с собой таскать?

-Все равно.

-А реактор?

-Реактор идет для частичной подзарядки и работы систем жизнеобеспечения, он не может давать энергию большим кратковременным импульсом. Полный ход дают батареи. Для прогулок такие скафандры очень хороши. На Луне их туристам выдают. А для длительной операции псевдотело не подходит.

-Ладно.


Двигались сначала вдоль стены каньона. Затем, когда та стала более покатой, шли посередине. Северный постоянно смотрел вверх, держа наготове автомат. Ружье висело на плече. Однако, ничего не происходило. В голову же лезли самые разные мысли, включая какие-то песвдофакты из непонятно каких изданий.


Такого-то числа, такого-то года - пропали люди - был сигнал - последним словом было - и тогда - внутри Марса есть ниша, где находятся артефакты. Это - механизмы. Механизмы эти оставлены цивилизацией, которая существовала там 10 тысяч, миллионов или чего-то еще лет назад. Сергеев не сумел выбраться. Спустя пять лет Джонсон видел его тело. Оно высохло.... Существа иногда выходят на поверхность и забирают...

-А? - вдруг спросила Лена.

-Ты спрашиваешь или что-то еще? - осведомился Александр.

-Что ты мне сказал?

-Ничего не говорил.

-А что ты услышала?

-Ты сказал, что будет за поворотом.

-Нет, не говорил.

Все это казалось накладкой, бредом - может быть, Лена опять слушала музыку - она могла какие-нибудь слова принять за вопрос. Однако, за поворотом ребят ждал сюрприз - большая площадка, песок, накрывший ее горками в виде воронок муравьедов.

-Муравьеды, - так произнес Северный.


То расстояние, что уже было пройдено, скрывалось в разряженной темноте, однако, пользуясь датчиками, можно было уверенно смотреть на несколько сот метров. А что же впереди? Площадка, если можно было ее так назвать, была неким песчаным полем. Песок здесь был посветлей, местами - совсем непривычный, немного фиолетовый, что было связано, скорее всего, с углекислым льдом. Ширина площадки - как казалась - от склона до склона, то есть, несколько километров. Длина - поскромнее, всего лишь - одно ускорение бегом. Но вот воронки - они располагались если не в шахматном порядке, то уж точно не хаотически. Сложно, конечно, было сказать - имелся ли тут некий порядок, но беспорядок отсутствовал.

-Так, - Краснов остановился, осматривая местность.

Пощелкал манипулятором. Провел лучом локатора по воронкам. И тотчас в центре ближайшей воронки возникло движение, и на секунду оттуда что-то показалось.

-Черт, - сказал Саша.

-Не думаем, - ответил Краснов, - давай, идём вперед.

Минуя песчаник, ребята напрочь забыли о волновавшей их камере. Песчаные воронки вибрировали и вздрагивали, заставляя постоянно оглядывался. Что-то постоянно высовывалось оттуда, и сложно было понять. Во всяком случае, те воронки, что были рядом с ними, никаких признаков жизни не подавали. Вибрация и движения происходила на некотором удалении.

Северный сказал себе, что наверняка посмотри все потом, в записи, с увеличением. Он боялся загадывать заранее - он вдруг явно ощутил, что имеет все шансы не пройти это место.

И в голове все так и крутилось..... То из сети..... То из передач.... То из книг....

... в тот год пропал Александр. До этого на базе все было тихо и спокойно. Но, забыв про него, люди уже ни о чем не думали, и когда прошло пять лет, и он был обнаружен, то эксперты сказали, что Александр сначала сварился в скафандре заживо, а потом мумифицировался. И такое вполне возможно, хотя и не было никогда случаев таких поломок.....

Теперь вы спросите - ничего не говорят про Марс, откуда такие истории? А дело в том, что все истории, ужастики, небылицы датированы более ранним периодом. Уже лет десять на Марсе "спокойно". С одной стороны, можно подумать, что ситуация скрывается, чтобы не отпугнуть туристов. Но с другой - любой продвинутый юзер сейчас может просматривать Марс с орбиты через сеть и орбитальную группировку спутников.

Вот здесь уже вопрос другой. Что вижу я? - спросите себя однажды и подумайте - если ваши глаза - не тот источник, что принимает информацию от пространства, а есть промежуточные места, то, может быть, стоит взглянуть на вещи более критично?

Друзья продолжали движение через поле воронок, и, вскоре поле это было преодолено. И когда песчаник с "муравьедами" был уже позади, из воронок этих стали показываться более длинные предметы - нечто вроде усиков - достаточно толстых, с коричневым отливом, высотой до полутора метров. В полумраке каньона это зрелище было особенно жутким. Тем более - радиоэфир разразился треском помех, точно в пространстве ожили вдруг тысячи неожиданных кузнечиков. После чего каменное течение каньона вновь повернуло в сторону, и уже ничего не было видно.

-Труба, - сказал Краснов, - полная.

-Где труба? - не поняла Лена.

-Просто. Дело - труба.

-Давайте пробежечку сделаем, - предложил Александр, - надо бы подальше от этого места отошли.

Так и поступили. Тьма на какое-то время остановилась на месте. Тьма-организм. Никакого движения. Когда говорят о жидкой тьме, то что имеют в виду? Может ли быть жидкая тьма в атмосфера в одну тысячную от земной?

-Все, не могу уже, -сказала Лена, - давайте отдохнем. Сколько у нас до выхода?

-Шесть километров, - ответил Краснов, - меня волнует ровным счетом одна вещь - где мы можем чувствовать себя в безопасности? Здесь или там? Уэллс сказал....

-Уэллс многое, что сказал, - ответил Северный, - Уэллс пал. Был король, король ушел. Не ему ночевать под открытым небом на Марсе.

На стекле его шлема вновь загорелся экран дисплея, показывающий отчет. Таблицы, высыпавшиеся сверху вниз, напоминали рулоны светящегося пергамента.

-Да. Нет, если он говорит, что нужно выйти, то нужно выйти, - сказал Краснов, - знаешь, когда начинается поражение? Когда прекращают доверять центру. Нет, делаем все, что говорим Уэллс.

-Я согласна, - ответила Лена, - два километра после камеры. Километр после усов.

-Смотрю, - сказал Александр, - не понятно. Показывает набор металлических полимеров. Видите изображение? Металлические полимеры - это такая штука, которую применяют в нанотехологиях, но в небольших масштабах.

-Ух ты!

-Металлические полимеры. Но без определенного состава.

-Это компьютер навскидку дал ответ, - предположил Краснов.

-Точно. Not identified.

-Я думаю, все материалы земного происхождения с легкостью определяются.

- Сейчас такие базы данных.....

-Н-да.

-Мальчики, пойдемте отсюда, - произнесла Лена, - не нравится мне здесь. Страшно.

-Да, - ответил Северный, - только сил нет двигаться. Ладно. Пойдемте.


Это только кажется, что на Марсе силы расходуются меньше. Конечно, нет атмосферы. Конечно, маленькая сила тяжести. Зато скафандр.... Вот на Земле в таком скафандре точно не походишь. Можно еще сказать, современные модели сделаны из самых прогрессивных материалов - масса их снижена до предела. Тем не менее, это - не та одежда, в которой можно спокойно прогуливаться.

Здесь можно добавить о новых моделях - так называемых псевдотелах. Это скафандры последнего поколения, снабженные электронными мышцами. Не стоит думать, что перемещение в них - это сплошной отдых, так как и самому человеку нужно идти в такт шагам машины. И экономят они, вопреки расхожим суждениям, не 90% сил, а лишь 50%, а то и меньше, и то - на маленьких дистанциях. Тем не менее, псевдотело более жестко, и его не нужно "тащить" на себе. Минусом является сравнительно небольшой запас хода. Впрочем, говорилось о том, что модели псевдотел японской фирмы уже способны работать до 15 часов непрерывно, после чего скафандр-машина становится в дежурный режим, и человеку остается либо на месте стоять, либо выключить привод и идти самостоятельно. На Луне такое пройдет. На Марсе сложнее. Если псевдотело встало, то и ты - вместе с ним, и так можно стоять до полного осоловения.

Что касается каких-нибудь страшных вещичек..... Да, космос - не футбольное поле. Об этом должен думать всякий.

-Мне кажется, за нами кто-то следит, - сказала Лена.

-Мне тоже кажется, - ответил Александр, - мне это всю дорогу кажется. Я несколько раз оглядывался. Включил заднюю камеру. Просто смотрю назад. Ни разу никого не увидел. И ничего. А всё равно хочется оглядываться.

-Уэллс что-то говорил про этот эффект, - сказал Краснов.

-Нет, нет никакого эффекта. Скорее всего, это правда. Да, если б я знал, что все так будет.... Это ощущение.....

-Жалеешь?

-Нет, никогда.

-А я думал, кататься на реактивной доске для тебя интереснее.

-Я же говорю, что не жалею.


За три километра до выхода из каньона наступила ночь. Пришлось включить электронную подсветку. Человеческий глаз такое излучение не различает, однако, он доступен для обнаружения приборами, при чем, даже с орбиты. Так что риск обнаружения был. С другой стороны, идти при свете фонарей было более чем неудобно. А уж о скрытности и речи никакой не было.

Говорят, что есть приборы, которые могут различить такое излучение с Земли, но вряд ли это правда. В этом мало логики, к тому же, при наличии большого количества спутников, нужда в них отпадает.

Еще через километр на скале, на большой высоте, было замечено тусклое синеватое свечение. Ребята проходили это место, подняв головы вверх. Датчики отобразили целый спектр разноволнового излучения, однако, в нем не было следов модуляции - а значит, источник носил естественный характер.

-Просто полоса препятствий какая-та, - сказал Северный, - не иначе.

-Не нравится мне этот синий свет, - сказал Краснов.

-Кому же он нравится?

-Мне страшно, - произнесла Лена.

-Лучше не бояться. Мало ли. Вдруг они чувствуют страх.

Слово "они" казалось особенно неблагозвучным в данный момент. Однако, альтернатив не было - нужно было двигаться вперед, не обращая ни на что внимания. Ближе к выходу начало ловиться местное радио.

-Здравствуйте, здравствуйте, - говорил диктор, - приветствую всех марсиан и гостей планеты. Этим прекрасным вечером хочется много сказать, душа рвется от желания говорить. Где бы вы ни были - на каком бы полушарии нашей замечательной планеты, я желаю вам хорошего настроения. Я знаю, что ко мне присоединяется некоторая армия слушателей, которые расположены в разных частях нашей необъятной Солнечной системы. Судя по нашим опросам, больше всего слушателей марсианского радио расположено, как это не парадоксально, в республике Чад, поэтому - отдельный респект всем чадовцам, чадистам, чадитам. Нас слушает много китайцев и итальянцев, а также мы популярны в Антарктиде. Патрик Бергер с Юпитерианской орбитальной станции "Сплендид" регулярно присылает нам респекты. И, хотя наш сигнал приходит к Юпитеру в запакованном виде с некоторым опозданием, респект и тебе, Патрик Бергер......

Северный вдруг понял, что где-то так уже было. Но где же? Снова во сне? Как всё это понять? Впрочем, если задуматься - из каких сегментов составлена человеческая личность? Все ли в ней просто, или же некий отпечаток привносят факторы иного бытия?

Но где могла возникнуть подобная ситуация? Хотя, порой, всё ясно - особенно, если ты поделишься этим с окружающими. Тотчас тебе скажут - ты играл на тренажерах? Ты смотрел квадрокино? И вообще, у тебя слишком развито воображение. Вот сейчас он бежит, заставляя систему сбора выделений пота работать в усиленном режиме. Температура внутренней атмосферы уменьшена, чтобы не было жарко. Давление немного уменьшено. Отрегулирована концентрация газов. Если бы только человек мог обходиться без скафандра в любой точке пространства.

Покинув каньон, ребята сделали окончательный марш бросок. Северный предложил выжать из себя все оставшиеся силы и пройти десять километров. Впрочем, он и сам не верил, что такое возможно.

Прошли три.

Лежали на мертвом песке, наблюдая за холодным марсианским небом. Температура местного воздуха упала до минус ста градусов. Отмечалось это лишь на приборах. Звезды в небе стояли гроздьями. Когда человеку хорошо - звезды добры. Но стоит чему-то измениться, и в них пропадает всякий позитив.

Можно взять в качестве примера любую вещь, которую приходится видеть перед собой ежесекундно.

Звезды.

Наверное, люди, которым приходится проводить очень много времени в длительных перелетах, очень утомлены звездами. Впрочем, не факт, что они на них смотрят.

-Уэллс молодец, - сказал Северный, - лично у меня никаких планов не было. Остались без вещей - попробуй еще поднимись. Я с трудом представляю, как можно удержать "Воробья" в вертикальном стоячем положении минут десять, за это время добраться до него на ранцах, загрузиться и выйти на орбиту. Мне кажется, это слишком гениально для простой операции и простых ребят. Хотя он же гений, что там. Гении всегда умнее других.

Лежали, говорили. Сил было мало. Система жизнеобеспечения скафандра позволяла никуда не спешить.

Минус 110.

Минус 120.

Выпадает углекислый снег. Полоска его тонка и скудна. Марс явно жадничает. Фобос висит где-то с краю, и он как будто более добрый, нежели его смеющийся брат. Радио продолжает вещать. На Марсе достаточно много каналов. Говорят, что скоро откроют специальные каналы для роботов.

-Итак, мои железные друзья, - скажет диктор, такой же железный.

Надо вставать и идти.

-Давайте, до этой точки доберемся, - проговорил Краснов, - там и заночуем. Присыпемся сверху пылью, чтобы не видно было. Там посмотрим. Я бы до обеда проспал.

Он включил нейростимулятор, массажер, генератор микроволн, чтобы привести тело в порядок. Боль в мышцах пропала. По голове пробежали приятные волны.

-Погнали, - сказал он, - раз Уэллс указал эту точку, надо двигаться.

-Он мог и наугад указать, - ответил Северный, - и указать точку в ста километрах от Death Road.

...Купол нашел Северный. На самом деле, человек в экстремальных условиях часто делает что-то такое - на гору крутую забирается, поднимает невозможный вес, побеждает более сильного противника, ..... находит купол.

Александр отошел - хотел как-то особо в темноту вдышаться. Звезды увидеть с другого бока - если только бывает такое. Спустился в ложбинку, и там, внезапно, наступил на что-то плотное, полукруглое. Тотчас оно вскочило. Индикаторы замигали, изображая движение и шум. Еще за секунду до этого всеми приборами, что горели на дисплее, были пару маленьких зеленых счетчиков. Электронная подсветка - не в счет. Это - само собой разумеющееся. И вот - настоящий взрыв. Отслеживая каждый движущийся предмет, компьютер не на шутку старался, пытаясь вычислить скорость, массу, размеры и произвести идентификацию.

Северный провел глазами влево, вправо, громкость динамиков увеличилась сама собой. Возможно, что существо - имейся таковое - навряд ли услышало многое в условиях крайне разряженной атмосферы. Однако, при наличие хороших машин и программ можно было хорошенько отфильтрововывать и перемодулировать акустические волны.

Северный стоял в растерянности, а рядом с ним уже кружился дикий танец пыли и носящихся существ - настоящая карусель.

Звон цепей.

Топот.

Нуканье.

Да, звук определенно принадлежал тем самым странным существам, из-за которых на рассвете был потерян первый вездеход. Александр включил нашлемные фонари. Перед ним возникла стена из пыли, поднимаемая носящимися по кругу нуннами. Более того, нунны эти были прикованы цепями к чему-то, что находилось в центре всей этой карусели.

-Черт, - сказал Александр.

Он так и стоял и смотрел на всю эту невозможную штуку, пока с ним вдруг кто-то не поздоровался по радио. И еще хуже - он как будто этого ожидал. Да и голос был тот же самый, что он ожидал. А именно - этот же голос предупредил их днем, выйдя на одну радиоволну со станциями скафандров.

-Да, здравствуйте, - ответил Северный.

Он заметил, что автомат переводит голос с английского, отключил его и говорил по-английски. Он хорошо знал этот язык.

-А я вас жду, - сказал мужчина.

-Гм. Интересно.

- Очень интересно.

-Вы были уверены, что я вас найду? Вот так.

-Да. Сейчас я успокою нуннов, и вы можете проходить и быть моими гостями.

-А вы их тоже нуннами называете?

-Да. Это местные формы жизни.

-Черт. Ладно. Это я о своем. Спасибо за приглашение. Но.... На нас сегодня напали японцы. И я не могу быть уверенным....

-Не волнуйтесь. Ведь вы же не волнуетесь?

-Нет.

-Я знал.


* * *


Мужчине было лет сорок пять, и он жил совершенно один в довольно большом марсианском куполе, защищенным нуннами, посаженными на цепи. Купол был оборудован хорошо, однако, техника местами имела место устаревшая, при чем - весьма. Особо заметно это было по компьютерам и различным периферийным устройствам. Северный, например, многие из моделей видел в детстве, а потом они уже вышли из употребления, и их не было даже в музеях. Нет, в сарае кое что валялось. Потом - выбросили на мусорку. Он иногда вспоминал это таинственное ощущение былого, с которым была связана эта аппаратура. Всё теперь ушло. Казалось, что и не было этого.

Здесь же был настоящий прошлый век технологий. Даже их потерянный дом - собственно - не самый дорогой, не самый совершенный, был гораздо современнее всего, что было вокруг. Но - стоит отметить - все работало, и все было в очень хорошем состоянии. Все было отлажено, вычищено, вымерено. Ни одного торчащего проводка, ни одной сломанной кнопки, и даже - не пылинки. Хотя последнее, конечно - в порядке вещей в любом жилище для космического путешественника.

Не смотря на устарелость, выход из моды, дом был оборудован хорошо, со знанием дела (то есть профессионально). На входе работал двустворчатый шлюз с диафрагмой (такие уже лет пятнадцать не применялись), второй шлюз был с другой стороны - это было заметно по расположенному на стене зала пульту. Зал был основной комнатой. Здесь были и аппаратура, и двери в спальные кабинки, и выдвижная кухня, лифт, ведущий в портативный нано санузел. Зал был немного с поворотом - как отсек на космическом корабле, который снабжен искусственной гравитацией вследствие вращения.

-Меня зовут Мур, - сказал мужчина как-то буднично, - вот оружейный отсек. Можете сложить свой арсенал сюда. Он отсюда никуда не денется. Я думаю, сейчас расхаживать с оружием нет нужды. Вам нужно отдохнуть, поужинать, ну и.... все такое.....

Он улыбнулся, и в этой улыбке не было ничего такого, что бы наводило, например, чувство тревоги. Может быть - немного отстраненности? Да, но к этому еще нужно было привыкнуть. Он открыл дверку. Обнаружился внушительный склад, полный самых разных стволов. В отличие от оснащения дома, все здесь было новое, по последнему слову техники. О многих из моделях, что были здесь, рассказывалось в журнале милитаристических новинок. Например, винтовка "ворона", стреляющая по выбору либо пулями, либо разделяемыми модулями. Модули же и были воронами - они могли находиться в полете до нескольких минут, самостоятельно отыскивая противника.

-Ворона, - сказал Северный важно.

-Да. Она самая.

-Недавно про такую читал. Я даже пробовал выбрать ворону в одной игре, но ее не было. Я потом поговорил со знатоками, они мне сказали, что не все типы оружия могут быть на симуляторах. Я так и не понял, что это значит.

-Она не сильно новая. Прототип еще сорок лет назад разработали.

-А эта?

Краснов с сомнением посмотрел на хозяина и поставил оружие в шкаф.

-Не волнуйтесь, - сказал он, - я тут уже давно. Людей вижу достаточно редко. Мне они не интересны. Я живу в размышлениях. Если честно, я за вас волновался. Вы попали в крупную историю. Я понял, что вы новички и ничего не знаете. Это всё равно, что.... Даже не знаю, с чем сравнить.

-Да, мы встряли, - подтвердил Александр, - это так.

-Что думали делать?

-У нас был план.

-Это хорошо. Якудзы приняли вас за Ребят.

-Ребят.

-Это группировка R.E.B.Y.A.T.A. Но вижу, что это не вы.

-А в чем разница? - спросил Северный.

-Их видно. У них аура другая. Они давно на Марсе. А вы новички. И загнали вас как новичков. А чего ехали?

-Просто ехали, - ответил Александр.

-Да, - сказал Краснов, - мы понятия не имели ни о каких якудзах. Думаете, на Земле сообщают о них? Ребята какие-то... Все как снег на голову. Если честно, я, то есть, все мы - мы все просто в ужасе.

-С ребятами аккуратней. Они носят скальпы своих жертв. Но это не их территория.

-А у вас с ними договор? - спросила Капустина.

-С кем?

-С ребятами?

-Нет. И с якудзами - тоже. Если они меня найдут.... Но они меня не найдут. Я нахожусь в мертвой зоне. Сюда никто не суется. Здесь, по идее, нельзя жить. Но я здесь давно.

-Что за мёртвая зона? - спросил Северный.

-Каньон Death Road. Вы через него прошли. Я смотрел со своего спутника.

-У вас есть свой спутник? - удивилась Лена.

-Да. Сейчас поужинаем. У меня много свежих овощей. Три года назад я перехватил обоз, там было еды.... До сих пор пользуюсь. Вода у меня - регенерационная. Часть я срезаю в леднике. Только не там, - он указал рукой в сторону каньона, - а там. Туда даже я не хожу. Нет, хожу иногда. У меня.... У меня есть кот. Собака. Попугайчики. Мыши. А вот за этой стенкой, - он протянул руку и нажал на кнопку, - рыбки.

Стена опустилась, обнажив аквариум.

-Представьте, если со мной что-то случиться, они останутся одни. Это ответственность. Как представлю.... Боюсь представлять. Собака. Одна. Я включаю автомат, рассчитанный на год. Он может выдавать еду и менять туалетный наполнитель. То же касается кота. Ему скучно может быть.... Нет, было бы скучно... Вот и обед подогрелся.

Из другой стенки вдруг высунулся стол, на котором стояли разогретые упакованные порции.

-Видел такую еду, - сказал Северный.

-Нет, она не старая, - проговорил Мур, - эту я купил, на рынке в Норд Сити.

-Норд Сити? Это что еще такое?

-Город небольшой. Если вы о нем не слышали, то я не удивлюсь. Если вы не знаете ни про ребят, ни про якудз, то откуда вам знать про Норд Сити. Это далеко. Туда нужно добираться по воздуху.

-Неучтенный город? - спросил Краснов.

-Да. Но соваться туда не рекомендую. Там.... Там не те законы. И новеньким там делать нечего. Поверьте мне.

-А что же с каньоном?

-Видите, сколько сразу вопросов. Разве вам никто не сказал, что Марс - не место для прогулок. Здесь нужно постоянно сохранять скрытность, а еще важнее иметь подвязки, крышу. Но ведь вы для чего-то ехали. У вас явно цель - не просто прогулка была. На чем вы прилетели?

-Но корабле.

-А где корабль?

-Летает.

Северный толкнул Краснова в бок, но тот не обращал внимания.

-Это забавно. А я тоже прилетел, и у меня тоже есть корабль. Он стоит в пятнадцати километрах отсюда. О нем даже, возможно, сообщали. У меня иногда бывает доступ в сети, но я не интересуюсь, сети - это очень скучно. Это - вторично. Здесь, на Марсе, сеть и человек очень порознь. Что смотришь ты на нее, что ешь ты ее. Я знаю, что все работает и здесь в режиме реального времени. Данные буферизируются на серверах, и потому никто ничего не замечает. Я тоже могу смотреть последние новинки. А уж в местных чатах можно и поговорить. Накамуру, кстати, вы правильно сделали, что завалили.

-Не было выхода, - ответил Александр.

-Нет, вы мне сразу понравились. Пошли напрямик к черту в преисподнюю. Идут и радуются. Никогда еще такого не видел. Прыгнул, прошли. Кстати, вы их хорошо потрепали. Учитывая их вооружение....

-С тактикой у них не очень, - ответил Краснов, - они все выстроились, как на парад, большого ума не требовалось их срезать. Я думаю, если бы скафандры были пуленепробиваемые....

-Они импульс-защищенные. Защита много весит. Про пули не подумали.

-Н-да.

-Практически 3:0. Любите спорт?

-Да, - сказал Северный, - а у вас тут есть спорт?

-Да. Особенно - стрелковый.

-А в игры?

-Нет. Не интересно.

В воздухе повисла пауза, после чего принялись за еду. Обеды были готовые, разогретые, с ионизированным освежителем. Курица с гарниром, размороженные овощи, чай. Впрочем, чай был мутноватый, суррогатный, однако - гораздо лучше, недели походный концентрат, применяемый для питания в скафандре.

Пришел кот - большой, полосатый, явный хозяин жилища. Он был спокоен и уверен. Следом - пес, дворняга средних размеров. Кот вдруг уселся за стол - встал на стул задними лапами, облокотился и принялся есть свою порцию. Пес же ел обычно, по собачьи.

-Если вы ничего не знали, тогда это всё объясняет, - сказал Мур.

-Что именно? - спросил Северный.

-То, что вы без страха вступили на дорогу смерти. Каньон. В последний раз в нем кто-то выжил шесть лет назад. Ну. Еще я ходил. Но у меня большой опыт. Хотя.

-Так и что там? - спросил Краснов. - Каньона нет в навигаторе. То есть, сначала его не было. Потом появился. Мы получили развернутую картину, включая все подробности сканирования с орбиты. И там.... Там было много всякой гадости, если честно. Но - нам и в голову не пришло, что все это может быть опасным. Хотя выглядело...

-А вы не записывали?

-Да.

-Что это было?

-Муравьеды какие-то.

-С муравьедами все достаточно плохо, - сказал Мур, - но я сам их не видел. До той зоны Dead Road я не доходил. Это практически невозможно. Вы же прошли... Я знаю, что это возможно - пойти и вернуться. Просто очень сложно. Может быть, все еще связано с внутренним настроем. Хотя, лично я считаю, что это не так. Но.... Я многого не знаю. Усы в каньоне могут подниматься метров до ста. Несколько лет назад они сбили там тарелку ассоциации "Нестор". Так тарелка там и валялась, пока ее в песок не затянуло.

-Как сбили? - не понял Северный.

-Они стреляют. Я точно не знаю, опасны ли они для пешехода, но там хватает и других вещей, мимо которых просто так не пройти.

-Стреляют?

-Они могут снять и высоко проходящий объект - именно поэтому над каньоном никто не летает.

-И что же это? - спросил Северный.

-Вы спрашиваете у меня... Я живу тут специально - в близости от монстра я чувствую себя в безопасности. Считается, что я нахожусь в опасной зоне. Но я уже давно убедился, что люди зачастую опаснее самых страшных чудовищ.

-А нунны?

-Нуннов я отловил.

-Это живые существа?

-Не знаю. Не совсем. Они питаются светом. Они больше напоминают механизмы, но я не проводил вскрытие. Мне бы было жаль причинять им вред - они достаточно общительные существа. Главное - не пугать их, не заставлять носиться, как угорелые.

-И все это время.....

-Ты имеешь в виду, что я сопровождал вас?

-Да.

-Да. Я набрел на вас случайно. И мне сразу стало ясно, что вы ничего не знаете. Какие-то странные любители приключений. Пришли на Марс и думают, что здесь - парк или аттракцион. Мне стало интересно. Но когда якудзы прижали вас к каньону, я решил, что это все. И все же интуиция подсказывала мне, что у вас есть шанс.

-Мы прошли, в общем, без особых осложнений, - заметил Краснов, - только вот видели разные вещи. Если бы вы не сказали, мы бы.... Нет, ощущение было не из приятных. Честно говоря, и сейчас.... Ведь мы ушли далеко.

-Нет, здесь безопасно, - сказал Мур, - я думаю, все для вас закончилось благополучно. Можете считать, что родились заново. Я надеюсь, вы теперь отправитесь на Землю?

-Не сразу, - ответил Краснов, - у нас еще есть дела.

-Интересно.

-Но нам нужно дождаться груза. Пешком передвигаться мы не намерены.

-Так... Ладно. Знаете, можно обсудить это. Но.... Мне кажется вы еще ничего не поняли. И не знаете о самом худшем, что может поджидать вас на Марсе. Дело в том, что опасно не только в каньоне. На этой планете множество аномальных зон. И аномальность в них прежде всего в том, что там вы можете с чем-нибудь встретится. Вы, кстати, не видели.... - он запнулся вдруг.

-Синий свет? - спросил Краснов.

-Да, вы видели?

-Да. Мерзко. Я смотрел, душа, если честно, была в пятках. Я подумал, что это..... Может быть, там кто-то находится. Но вы говорите, что там никого нет.

-Так никого нет, - сказал Мур, - это - Сиреневый смерч, Руко. Это то, с чем вообще нельзя встречаться ни при каких условиях. Вам повезло. Не знаю, может быть, это - не просто везение. Может быть, тут что-то еще есть. Я слышал.... Нет, это так. Марс - это другая энергетика, другой дух, тут не сложно сойти с ума - просто потому, что ты не можешь этого выдержать. Но я слышал, что есть какое-то противоядие. ... Нет, опять я говорю, что слышал. Нет, это так. Если у вас сильная энергия.... Если вы можете взять часть себя оттуда.... Иногда оно ведёт себя так же...

-Что? - спросил Северный.

-То, что приходит с Земли. Вы не замечаете этот в простой жизни. А на Марсе оно вдруг словно оживает, и у вас словно появляется ангел-хранитель. Но иногда некую энергию выделает сам человек, и она оказывается порой очень мощной.....

-Я это ощущал, - сказал Александр.

-Да. Так вот. Сиреневый смерч. Существо это, или что-то другое, я не знаю. Никто не знает. Я думаю, что тех, кто это знал, уже давно нет. Если бы встретил.... Вкусная пища?

-Да, - ответила Лена.

-Я видел. Понимаете. Сиреневый смерч убил весь экипаж моего корабля. Я чудом остался жив- лишь потому, что мне пришлось выйти. При посадке мы потеряли одну железку, и я вышел, чтобы посмотреть. Это недалеко отсюда. Возможно, вы слышали. Но, скорее всего, нет. О таких вещах могли и не сообщать даже в альтернативной прессе.

-Как назывался корабль? - спросил Северный.

-Старпрауб.

-Нет, не слышал.

-Он и сейчас там стоит. Любой желающий может на него посмотреть, но, я думаю, желающих нет. Это не экскурсия. Да и вообще, здесь не может быть экскурсий. А те, что есть... В той области, где находится столица Марса, Фабьюлос-Пойнт, достаточно безопасный район. Но я не могу дать гарантии, что это там не водится. Знаете, все плохое может случиться один раз, и этого будет достаточно.

-Так что же случилось? - спросил Северный.

-Все просто. Едва мы приземлились, оно проникло в корабль и убило экипаж. Это произошло в тот момент, когда я выходил из корабля посмотреть на упавшую ступень. Ступень роли не играла. Можно было обойтись и без нее, тем более, и так было понятно, что мы своими силами назад ее не приладим. То есть, то есть и выходить было не нужно. Может быть, что-то подсказало мне..... Но - так или иначе - когда я вернулся, никого не было в живых.

-Вы сообщили на Землю? - спросил Краснов.

-Нет. В тот момент аппаратура не работала. Нет, она работала. Понимаете. Кому я это объясню? Она посылала сигналы с опозданием, с задержкой - немного в прошлое. Вы, я думаю, понятия не имеете, что это такое.

-Сигналы с прошлое? - спросил Краснов.

-Я думаю, так может быть, - сказал Александр, - я даже так и думал - что иногда, иногда ты посылаешь сигнал, может быть даже - в сети. Мне сон снился -я был в сети, а мой сигнал попал куда-то на несколько лет назад, и я поговорил с кем-то. И я тогда подумал - почему нет, почему так не может быть. Ведь вполне может это быть. И в реальности.

-А вы часто видите людей? - спросила Лена.

-Вижу, - ответил Мур, - не часто, но вижу. Мне этого хватает. Я привык. Мне интереснее с животными. В этой жизни самое главное - самодисциплина. Остальное - мелочи.


* * *


Обычно после столь бурных событий сны не снятся. Это особенность психики. Что касается Краснова - то так оно и было. Про Лену же мы вообще мало говорили. Наш герой - Александр Северный. Со сновидениями у него было по-своему. И в эту ночь.... Впрочем, что тут говорить - бывает сон, а бывает сеанс. Как их различить? Здесь можно обратиться к различным медитативным техникам. Еще в 20 веке, особенно после публикаций Карлоса Кастанеды, развилась такое направление в области интуитивного познания, как сталкинг.

Собственно, что есть сталкинг, и где идут по следам и что выискивают? У человека всегда всё при себе. Помните замечательное выражение "Все свое ношу с собой". Так вот, здесь это особенно применимо. Техника сталкинга - это прежде всего умение работать с самим собой, как с инструментом.

Если взглянуть глобально - то больше и ничего.

Если взять частности - то у некоторых людей бывают свойства достаточно глубоко погружаться внутрь себя. Часто это напоминает сеанс в кинотеатре. Нельзя сказать, чтобы такие люди встречались очень часто, но и нельзя, чтобы вообще - единично. С развитием же технологий, мысли, идей, с увеличением числа публикаций, вообще - с появлением целой глобальной массы публикаций на эту тему, видеть цветные сны стало незазорно. Много людей подалось в экстрасенсы. Качество, конечно, не изменилось. Некие сверхспособности - это нечто из области происхождения энергий. Наука, конечно, продвинулась на какое-то расстояние в этой области, но до победы далеко.

Что касается Северного, то в средние века его, возможно, сожгли бы на костре. А в 20-м веке пригласили на шоу про экстрасенсов. Хотя, если так разобраться - какой он экстрасенс?

Ночью он провалился в сон, но спустя пару часов фаза сновидения сменила вектор. Он шел по Death Road. Деймос был в небе. У него было лицо. Он был в шляпе. В руках - какое-то мобильное устройство, указка. Северный посмотрел вверх. Деймос указал ему указкой.

Там.

Александр шел без скафандра. У него в груди горел реактор - мощный, злой, позволяющий любому существу менять форму - от бактерии до космического корабля. Реактор этот создавали тысячу лет беспрерывно. Потом, достигну совершенства, вызывали добровольцев. Предложили им попробовать новое изобретение на себе. Александр был в числе разработчиков. Он также выступил среди добровольцев......

Деймос помахал пальцем.

-Нет, нет, - проговорил Александр, - все это зря. Я и без тебя всё знаю. Что мне твои указки.

Он подошел к воронке и стал копать лопатой, пытаться поймать муравьеда. Копал он всё глубже, но ус, который был спрятан в глубине, прятался от него. Наконец, он утомился, отправился назад, а по пути нашел странную скалу. Это был ровный срез, полный разных ячеек, словно - маленьких ящичков.

-Вот вы где, - сказал он.

Деймос чего-то нахмурился. Он поднял камень и бросил вверх. Не попал. Еще раз бросил. Наконец, камень полетел в цель, и небесное тело прикрылось мобильным устройством.

-Смотри, - сказал Александр.

Деймос расстроился. На счет того, что он молчал.... Наверное, он не знал человеческого языка. Северный приложил руку к скале, несколько ячеек заколебалось, загорелись крошечные зеленые огоньки - что-то вроде светодиодов.

-Так, - сказал он.

Одна из ячеек выехала наружу. Он потянулся, пощупал рукой внутри, вынул каменную табличку, покрытую странными знаками.

-Вот.

Он посмотрел вверх. Деймос прикрыл лицо мобильным устройством. Он был обижен.

-Ну ладно, - проговорил Северный, - ладно, я не хотел. Ладно.

Деймос замурлыкал.

-Только ты не угрожай больше. Думаешь - раз тебе смешно, то и всем должно быть смешно? Нет, так не надо.

Табличка несла на себе знаки и изображения существ. Что тут можно было сказать? Что думать? Многие вещи бывают сложны. Мозг их не воспринимает.

Жидкий человек.

Газообразный разум.

Кремниевая жизнь.....

-Прекрасно, - сказл Северный, вдыхая всю суть увиденного, - теперь - оживим всё это!

Он стал искать, куда бы вставить пластину. Это должно было быть чем-то вроде проектора.

Иная биология!

Иная энергетика!

Он улыбнулся и посмотрел в небо. Деймос улыбнулся ему в ответ и снял шляпу.

-Вот так, - сказал Северный.

Наконец - он отыскал щель в камне, вставил туда пластину, и стена ожила, и он увидел невероятный мир, наполненный красками, которые не понял бы ни один человек. Это была иная плоскость. Совсем не то, что человек привык звать бытием, и все оттого, что он этого всего не видел, так как никогда не был за пределами Солнечной системы. Тогда вопрос - что оно тут делает? Есть предположение, что планетная система ограждена неким полем. Естественное оно или искусственное - никто не знает. Но - если ноосфера - весьма сбалансированная система, где один сегмент может заместить другой - то почему бы всем планетам вместе с Солнцем не быть чем-то подобным.

-Вот это ты, - сказал Северный.

Он знал, как смотреть на подобные вещи. Он бы вполне перевёл увиденное на человеческий язык. Как сказать? Оно - извне? Нет, не то слово. Неверное определение. Чужое? Ну.... Не то, чтобы родное. Но вот ему нравится, так как он сам - такой. Вот!

-Понял, - сказал он Деймосу важно, - одна вселенная сменяет друг друга. От прежней не остается и следа. Ты в курсе?

Деймос поклонился.

-Иные знания надо читать под музыку. Урановый рок. Ритм в сердце. И я вижу всю вселенную от начала до конца, от того момента, когда еще не было звезд. Так вот, оно было еще раньше. Бывает, что предыдущая жизнь каким-то образом прячется. Наверное, это были высокие машины, такие высокие.... Выше богов. Иначе бы им не удалось раствориться и стать невидимыми перед глобальным уничтожением, перед чисткой гигантского космоса. Да?

Деймос сделал оборот вокруг своей оси.

-Она идет потом некоей струей. Даже не знаю, можно ли назвать это машинами. Но... Но больше нет определения. Это модель, это проект из иного бытия, которого нет, от него нет ни грамма, ни песчинки.... Откуда я это знаю? Может быть, я тоже уцелел. Вселенная не просто так, она написана на определенном языке. Человек повторяет ее. Он тоже программирует.

Но почему эта жизнь, что вдруг стала видна, когда образовался этот срез в каньоне Death Road, так непохожа и так опасна? Она написана на другом языке.

Он отошел от стены, чтобы видеть воочию огромный каменный экран, на котором танцевали барельефы.

-Сможет ли эта жизнь возродиться? Будет ли она лишь жалким отголоском, вещью в списке категории более далекой и отстраненной, чем самый последний рудимент. Этого звена не было в эволюции. Оно ни с чем не сопоставимо.

Он сделал еще один шаг назад и проснулся. Он спал в небольшой, но довольно удобной, тубе. У ног горел мягкий зеленоватый свет. Небольшой экран, расположенный тут же, на верхней стенке (потолком это вряд ли можно было назвать), показывал разные релаксирующие картины - то леса, то моря. Из квадродинамиков шел мягкий, далекий, звук.

Северный поднял руку и включил радио.

Современные спальные камеры (равно как и эта - старого образца), упакованы всем необходимым. Одно из обязательных условий - герметичность, радиоактивный экран, встроенный аварийный скафандр. Если комиссия, которая проводит проверки на базах, будь то Марс, Луна или спутники Юпитера (дальше же уже - свои законы и стандарты) обнаружит, что в спальной камере отсутствует аварийный скафандр, она не допустит к эксплуатации всю базу. Конечно, может показаться, что это - слишком дорогой вариант. Тем не менее - всё согласно технике безопасности. В случае аварии батареи спальной камеры включаются в автономный режим. Активируется скафандр. Открывается шкафчик с инструментом - на тот случай, если придется выбираться из-под завалов. Электропила, сверло, вакуумный топор, резак высокотемпературной плазмы.

Аварии случаются не редко, но регулярно. Одна-две в год. Статистика показывает, что система защиты спальных камер - штука довольно действенная, хотя для стороннего наблюдателя подобные меры кажутся ненужными, надуманными.

Александр толкнул ногой дверку.

-Мы вас приветствуем, - сказало радио, - вижу, что вы проснулись.

Это было радио типа "диалог", с ним можно было разговаривать, но половину функций заменял робот, поэтому очень часто его называли "мертвое радио".

-Спасибо, - ответил Александр, - включите эфир.

-Можно, я попрошу диджея поставить вам песню.

-Да.

-Что же?

-Чайковский.

-Отлично.

Северный зевнул и выбрался из камеры. Утро на Марсе только начиналось. Солнце, вынырнув из-за горизонта, напоминало маленькую монету. В раннем небе присутствовало множество замечательных полутонов, от классически рыжего, до нежно-голубого, почти земного. Марс вдруг казался живым. Хотелось выйти наружу и сделать вздох. Кот спал, уложившись колечком в цветочном горшке. Из открытой двери в коридор слышалось дыхание спящей собаки.

-Здравствуйте, - послышался голос диджея.

-Здравствуйте, - ответил Северный.

-Как вас зовут, представьтесь.

-Александр.

-Откуда вы, Александр?

-С Плутона.

-О! У нас на связи - Александр с Плутона. Какая у вас погода?

-Очень жарко, - Северный зевнул, - солнце просто жжет.

-Итак, у Александра - солнце жжёт. Что будем слушать, Александр.

-Что-нибудь из уранового рока.

* * *


Посмотрев на часы, Северный сделал себе выговор. Было шесть часов местного времени. И урановый рок был более, чем неуместным.

-И...., - сказал он, - и....

И нечего было добавить. Он вышел из жилого отсека, выпил стакан некоего сока (возможно, это был сок абстрактного плода) и вернулся в спальную камеру.

Утро было бледным, растекшимся. Монотонный Марс неспеша выходил из тьмы. Экраны мерцали - они будто уже тысячу лет спали. Полосатый кот, его звали Джоном, преспокойно перешел с цветочного горшка на панель выдвижного стола.. Его сон был явно одухотворен. Говорят, имя и лицо человека - одно и то же. Если есть диссонанс, человек долго не живёт. Что же касается котов, то тут особое дело. Впрочем, любой, даже тот, кто бы не знал, как зовут кота, с уверенностью бы сказал - это Джон. Отпечаток имени - вещь навсегда ментальная.

Александр же вновь видел странный сон:

Он шел в красной земле. Он был уже много раз здесь, и краснота имела отношение не только к почве и строениям - тут словно сам дух был красный. Может быть, и мысль была красной? Но, если бы это был Марс - то каким образом тут могла быть жизнь и цивилизация?

-Где ты сейчас? - спросили у него.

- Здесь и сейчас, - ответил он.

-Нет, ты - не здесь и сейчас. Ты же должен это знать.

-Где же я?

-Попытайся узнать.

-Я попробую в храме.

Он вошел в Храм и там, сидя перед ликом, думал, пытаясь осознать свое бытие. Мысли стояли на месте, словно автомобили без бензина. Он пытался медитировать, отправляя свое сознание куда-то далеко, за горизонт. Там у него терялась концентрация. Он не мог сказать - видит ли он что-нибудь вообще. Выйдя из Храма, он вновь имел тот же заговор, и здесь многое казалось ему более ясным.

-Я действительно далеко, - сказал он, - но как такое могло случиться?

-Так бывает.

-Но я же здесь?

-Да. Ты одновременно находишься в двух точках времени. Один ты - здесь, другой - там, далеко. Если бы только мог передать сам себе привет. Но может ли так быть? Тебе нужно очень сильно желать этого.

-Желания мало, - ответил Александр, - я много раз пытался. У меня ничего не получается. Приходит чувство, оно все сильнее, все сильнее, а потом одним разом все пропадает. Душа чувствует, а разум не может считать информацию, я пробовал много раз. Ничего не получается.

-Когда-нибудь получится.

Он вышел в красный мир. Шел по улицам, вдыхая запах деревьев и цветов. Во сне он знал, кто он. Проснувшись - лишь поймал за хвост убегающие образы.

Слышалось жужжание какого-то самостоятельного механизма. Вскоре стало видно, что это - робот-уборщик. Он неспешно перемещался по помещениям, следом за ним двигался кот. Он пытался поддеть робота лапой, и тот даже что-то отвечал.

-В детстве такой у бабушки был, - сказал Краснов словно бы невзначай, без особой важности.

Он сидел за столом, очевидно, ожидая завтрака.

-Это не такой, - ответил Мур, - во-первых, все модели, имеющиеся у меня в распоряжении, подогнаны таким образом, что на них можно установить самое последнее программное обеспечение. Я покупаю на биржах фриланса. Там много альтернативных предложений.

-А как деньги переводите? - спросил Краснов.

-Сеть и здесь общедоступна. Есть орбитальные сервера, есть такие же принципы защиты информации. Конечно, кому надо узнать, что сигнал идет с Марса, тот узнает. Но тут не все так просто. Я и сам всего не знаю. Давайте завтракать? Предлагаю вам маленькую сделку.

-Сделка? - осведомился Северный. - Здорово. Я так и думал. Надо только записать хорошо, понятно. Хотя ладно, я продиктую его самому себе.

-Хороший сон? - спросил Мур.

-Да. Я думаю, это правда. Я вообще всё воспринимаю всерьез, хотя вы это не поймете. Хотя нет, поймете. Мне так кажется.

Завтрак был достаточно свежим, во всяком случае, было очень много овощей, и на вкус они были практически как будто только что с грядки. И мясо было свежим. Мур сказал, что на Марсе есть свои фермеры, они разводят различную птицу, производят также саморастущее искусственное мясо, а биомасса и белковые соединения на основе переработанных водорослей уже давно отошли на второй план.

-Здесь и сады есть, - сказал он, - ну, у меня тоже есть сад. Поначалу ничего не получалось. Один человек дал мне совет - поезжай, посмотри, как выращивают овощи и фрукты в одном месте - ставят длинные оранжереи прямо под марсианским небом. Технология! Понятно, что оранжерея герметична, но штука вся в том, что живут они на открытой местности. Ну, вы знаете - у нас есть магнитные колпаки. Участки остаточного магнитного поля планеты. Считается, что несколько миллиардов лет назад было нормальное поле, а потом что-то произошло, была потеряна атмосфера и прочие вещи. Вы, наверное, знаете. Фабьюлос-Пойнт и многие станции расположены в зонах этих колпаков. Но есть станции, которые находятся на открытой местности. В последние десять лет появились разные материалы, которым наплевать на солнечную радиацию. Так вот, ставят оранжереи. Сверху они покрыты специальным стеклом. Стекло это перерабатывает мощную космическую радиацию в тепло, а также в электричество. Тепло накапливается теплоэлементами. За счет этого и обогрев. Вода проходит по круговороту. Там специальная почва и система орошения. Часть накопленной энергии пускается на дополнительную подсветку. Никакого обслуживание. Поставил и забыл. На всю оранжерею там работает два маленьких робота с ресурсом на пару лет работы. Я решил установить себе такую штуку. Однако, когда приехал на базу.... Я приехал, словом, поздно, через год. И до этого население не отличалось добрым нравом. Но теперь изменения были налицо. Люди просто сходили с ума. Чем они там точно занимаются, я не знаю. Деятельность официальна, но на деле ничего официального. В кулерах вместо воды - виски. Вся работа переложена на роботов, никто ничего не хочет делать. Ужасная деградация. Тогда босс местный мне сказал, что все бесполезно, и что они живут в районе, где живёт Оно. Я понял, о чем идет речь. Однако, база их расположена таким образом, что не попадает в ареал действия Руко.

-А здесь? - спросила Лена.

-И здесь, - ответил Мур, - есть некие пересечения энергетических путей. Вот поставишь дом километров через пять, и всё. А поставишь его здесь - ничего опасного. Но если выехать за пределы Сидонии, то все будет в порядке, оно там не водится. Так вот, когда я приехал на эту базу, оранжереи у них не работали. На самом деле, схема поставил и забыл - работает, если бы.... Словом, они там устроили стрельбы и через пять минут оранжерей не было.

-Зачем? - не понял Северный.

-Не знаю. Если человек живет на Марсе определенное время, он становится ненормальным.

-А вы?

-Я -нет. Разве я похож на ненормального. Так вот, мое предложение такое - я дам вам открытый вездеход на пьезонакопителях, чтобы вы могли добраться до места без проблем. Машина полностью композитная, с защитой от дозвона - по локаторам вас не обнаружат. Защитная окраска так же будет скрывать ваше перемещение от глаз случайных зрителей - если таковые появятся. Я выделю вам немного оружия - ваше вооружение весьма скромно. Хотя, конечно же, вы молодцы - так разобраться с Накомурой. Так просто. Я думаю, либо они не ожидали, либо вмешались обстоятельства. Обстоятельства.... Да, я уже говорил, что это - как ангел-хранитель, и я сам не знаю до конца, как так бывает. Но с таким оружием, как у вас, далеко не уедешь, тем более, что чаше всего нужно работать на больших дистанциях, километров от пяти, плюс к этому - оно должно быть универсально и рассчитано для стрельбы по летящим целям. С такими автоматиками..... Хотя... Впрочем, дорогу осилит идущий.

-Вы имеете в виду, что что-то пришло с земли вместе с нами? - спросил Александр.

-Да. Так и говорят. Так принято говорить. Чаще всего это связано со свойствами самого человека. На Земле он не подозревает, что у него есть скрытые резервы. А здесь вдруг начинается странное.... Но это не всегда играет позитивную роль.

-Да. А что, если оно было здесь?

-Знаешь, это вопрос почти философский. Ладно. Мое предложения такое - мы просто съездим в одно место - там небольшой лагерь. Километров двадцать отсюда. Заодно я покажу вам "Старпрауб". В обмен на это я выдам вам вездеход и оружие. Выберите, что понравится. Я думаю, с тем, что у вас есть, даже морально нельзя чувствовать себя комфортно. Вообще, это нужно прежде всего вам.

- "Старпрауб"? - не понял Краснов.

-А, корабль.... Ну, он, кстати, в рабочем состоянии. Достаточно запустить реактор и лететь. Но Руко стёр там всё программное обеспечение. Если запастись терпением и загрузить все программы с внешнего носителя, но всё будет в порядке. Железо там рассчитано на операционную систему "Ночь", а она, как вы знаете, что нынешняя, что того времени - устанавливается куда хочешь.

-Да, давно у меня была "Ночь", - сказал Краснов, - дедушка еще говорил - будешь трогать компьютер, получишь по ушам. Мол, тут "Ночь" стоит. Я видел современную "Ночь", она крута. Но ей только ночисты пользуются. У меня как-то и руки не дошли.

-Мне не нравятся ночисты, - проговорил Северный, - люди все мутные, более того, муторные. Пробовал общаться, у меня сложилось впечатление, что они считают, что дурак, а они умные, и при этом открыто это демонстрируют. Все такие важные.

-То же ядро, - ответил Мур, - за двадцать лет оно не изменилось. Хотите прокатиться? Ладно.... Что, съездим? Может, постреляем немного.

-Да. Ладно, - сказал Александр, - если все согласны.....

-Тогда я остановлю маневр "Воробья", - произнес Краснов, - мне нужно связаться с Уэллсом.

-Можешь пройти в оранжерею, чтобы тебе никто не мешал, - сказал Мур, - там есть порт. Я не собираюсь лезть в ваши дела.


* * *


Надо отметить, что ситуация с замалчиванием дел на Марсе возникла не сразу. То, что дела на красной планете обстоят не лучшим образом (для людей, разумеется), не подозревал и Уэллс. Но лет пятнадцать назад об этом говорилось довольно много. Память человека коротка. Средства массовой информации сильнее памяти. Более того, большинство информации из сети удалена.

Впрочем, то, что она удалена, многие теперь и не знают. Хотя, если хорошенько почистить свою память, то окажется - что было ведь оно.

Вот одна из заметок того времени (в дневнике, разумеется).

Пишет Bolvan.

Реально я хотел обратиться в какую-нибудь службу, чтобы понять, что же случилось со "Звездой-5". Мне иногда кажется, что мне кто-то что-то в мозг прописывает. Я говорю, никто не слышит. Написал предыдущую статью - как об стенку горох. Некоторое видео вот здесь, а вот здесь - гиперактивные стереограммы. Всё открыто, пожалуйста. Первое время откликов не было. Нет, на первую заметку и не было откликов, я подумал - может мне правда всё это кажется? Но не может же нормальному человеку только казаться? Потом я повесил вторую публикацию. Я заметил, что у меня снизилась посещаемость. Но динамика шла на повышение, и у меня было большое количество х-бонусов, звезд, палочек и нейро-плюсов. Я задействовал все, чтобы поднять рейтинг. Рейтинг упал. Тогда я повесил еще одну статью.

Итак, "Звезда-5", бортовой номер 3245м, рус. Частный транспорт, который перевозил туристов, пропал 6 ноября 6 года. Попытки установить связь не привели ни к чему. Официальная версия - спустя пять дней связь была установлена, экипаж жив, пассажиры живы. Всего - двенадцать человек. Инцидент исчерпан, если бы не один факт - на этом корабле летел мой друг, Василий Суров. Я точно знал, что Василий Суров с Марса не вернулся. Тогда я стал проводить собственное расследование. Настоящим полноценным расследованием это нельзя назвать. Но как это называется, неважно. Я съездил к родителям Василия, и они объявили, что Василий жив, просто уехал в Канаду на работу. Я заметил, что Суровы как-то странно разбогатели. Работали они на не престижных работах, и в тот момент, когда я к ним приехал, они продолжали трудиться. Она - уборщицей, он - водителем какой-то техники. Я еще раз переспросил - где же Василий. И я понял - что они боятся. Тогда мать Василия, это было когда я уже уезжал, прошептала мне на ухо - пожалуйста, не надо. Я просмотрел статистику найма на работу в Канаде, но Василия не нашел. Между тем, он - активный пользователь сети. После исчезновения "Звезды-5" он не написал ни одного комментария. Как это понимать? Конечно, то, что я его не нашел в Канаде, еще ни о чем не говорит. Однако, сердцем я чуял, что дело тут неладно. Тогда я стал собирать информацию по "Звезде-5", и один человек, имя которого я не могу назвать, продал мне фрагмент записи разговоров экипажа. Фрагмент очень маленький. Человек этот запросил огромные деньги. Я покупал практически кота в мешке. Но то, что я купил, еще больше озадачило меня. Разумеется, я представляю часть этой записи лишь в текстовом виде.


Командир:

-Вы утверждаете, что нам нужно покинуть корабль и уходить пешком?


Голос:

-Да, других вариантов нет. Я пришел пешком. Вездеход сейчас у меня поломан.


Командир:

-Предлагаете бросить корабль?


Голос:

-Да.


Командир:

-У нас два раненых. Один серьезно пострадал при жесткой посадке. Что с ними делать?


Голос:

-Одеваем его в скафандр, кладём на носилки. Я вам покажу место, где можно переждать. Но говорю вам, здесь нельзя оставаться. Японцы назвали их в честь истребителей второй мировой войны. Издалека они и правда похожи на самолеты. Но встреча с ними грозит бедой. Я бы сказал, что через час у вас не будет шансов. Надо спешить.


Командир:

-Знаете, вы мне не нравитесь. Пришли пешком из пустыни, говорите какие-то вещи. У нас на связи база. Сейчас решается вопрос о помощи. По сути, нам много не нужно, мы можем даже самостоятельно взлететь, нам надо поменять пару контуров. Из "Ред Лайн" сообщили, что машина уже вылетела в Фабьюлос-Пойнт. Контур доставят сюда, максимум, через три часа. Вот, смотрите - мы в сети. Альфа-спутник, станция "Прототайп", какие еще эксцессы. Вот, показания станции на всё полушарие. Хотите, я вам дам запрос по поиску летающих предметов на всей этой территории?


Голос:

-Мне что же, угрожать вам оружием?


Командир:

-Вы меня бесите.


Голос:

-Что же вы такой упорный. Если вы не выйдем сейчас, то уже скоро будет поздно. Я уже давно на Марсе. Вы не понимаете, куда попали. Вам не кажется странным, что вам никогда не выдают навигацию ниже сороковой параллели?


Командир:

-Нет. Нет, вы чушь какую-то говорите.


Голос:

-К сожалению, показатели со спутников фильтруются.


Командир:

-И кому это выгодно?


Голос:

-Я не знаю. Но.... Вы должны меня послушать.


Командир:

-Нет, я не собираюсь слушать какого-то сумасшедшего. Прошу вас покинуть наш корабль, иначе я буду вынужден вас арестовать.


Если вы заметили, речь шла о неких летающих предметах. Что это? Я думаю, что на Марсе творится что-то невообразимое. Возможно, испытания. Но кто? Зачем? Для чего? Если это оружие, то не предназначено ли оно для нападения на Землю?


* * *


Выехали на невысокой, вытянутой в длину гусеничной машине. У Мура был неплохой гараж - пара вездеходов, большое количество небольших открытых тележек, предназначенных как для езды, так и для перевоза грузов - такие аппараты часто использовались в качестве мулов - они могли перемещаться самостоятельно, неся на себе до нескольких тонн нагрузки.

Помимо прочего, были достаточно старые, порядком потрепанные, марсианские мотоциклы и небольшая летающая платформа, предназначенная для перевозки грузов в контейнерах.

Двигались неспеша. На крыше машины была установлена башенка - очевидно, самодельная - с мощной тридцати миллиметровой пушкой. Сканирование шло через внешние датчики - компьютер связывался с информационными службами и получал картинку от них - таким образом, не использовался локатор, что способствовало скрытности.

Двигатель урчал. Внешние устройства не улавливали звук - он передавался через стенку. Использовался довольно допотопный, но надежный двигатель - комбинированный ядерно-химический, с охлаждением от внешней среды.

-Доброе утро, - говорило радио, - мы рады приветствовать вам на 19 канале "С". 19-й канал "С". С вами - круглосуточно, только живые ведущие. Никаких роботов. Воскресный Бот ушел в отпуск. Воскресный бот ушел в отпуск. Мы принимаем звонки со всего Марса, но также к нам часто звонят как с Земли, так и с Луны.

-Бот тоже принимал звонки? - спросил Александр.

Ему никто не ответил. Машина ползла на автопилоте - километров сорок в час, не больше. Для бездорожья - вполне приемлемая скорость.

Солнце уже достаточно поднялось - маленькое, более бледное, чем раньше. Возможно, имей Марс атмосферу, и этого солнца хватило бы, чтобы здесь процветала жизнь. Какая бы она была? Суровый сибирский климат, холодные моря, долгий период холодов и короткие оттепели... Но все это был бы.... Но нет никой возможности хотя бы приблизиться к разгадке тайн. Люди не научились проникать в прошлое.

Для того, чтобы понимать причины и следствия, нужны иные методы. Например, описанный фантастами сборщик рассеянной информации. И, хотя давно установлено, что сам принцип такого устройства верен, до сих пор не сделано ни одного шага, чтобы продвинуться на этом пути.

Совсем скоро впереди замочил ракетообразный корпус корабля. Это была достаточно устаревшая модель конический формы, с расположенными вокруг лепестками двигателей.

"Старпрауб" был в числе ранних универсалов - то есть кораблей, которые способны взлетать непосредственно с Земли, маневрировать в атмосфере, ускоряться, совершать посадку на Марс, а потом производить обратный полёт. Впрочем, и теперь в ходу оставалось множество техники чисто орбитального базирования - например, большие грузовики, а также некоторое число полицейских крейсеров Интерпола. Правда, ни в каких операциях они задействованы не были, и общественность много спорила на эту тему - для чего нужны такие корабли. Были даже целые общественные организации, выступающие за конверсию. Пацифисты утверждали, что всё это - происки буржуев.

"Старпрауб" не казался мёртвым. С первого взгляда казалось, что планетолет приземлился здесь несколько дней назад. Было видно - он стоит "по колено" в песчаном сугробе, и легкий ветер гоняет, как хочет, обезвоженный красный песок.

-Старпрауб, - сказал Мур, - можно войти внутрь.

Он взял в приборной панели пульт дистанционного управления и щелкнул кнопкой. На уровне нижней кромке "сугроба" открылась дверь, и внутри загорелся синие дежурные лампы.

-Зайти можно, но не будем. Сиреневый смерч повредил структуру времени в корабле. Если мы пробудем там минут десять, то снаружи пройдет целый час. А у нас еще есть планы. Но в целом, нахождение в корабле не так уж и опасно. Если спустить воздух, эффект времени пропадет вместе с ним. Я этого не делаю. Вдруг, мне захочется попасть в будущее коротким путём. Впрочем, я не знаю - стоит ли это делать.

-Страшно, - сказал Северный.

-Это вопрос?

-Нет. Не знаю. Мне не страшно. Мне как будто что-то отключили, и я не чувствую. Ничего не чувствую. Нет, может быть, и страшно. Просто я этого не понимаю.

-Не понимаешь, что тебе страшно? - спросила Лена.

-Нет, я понимаю, и не понимаю. Не важно. Я не знаю, что я говорю. Но чувство страха у меня куда-то делось.

-Поехали, - сказал Мур.

-Так значит, там - атмосфера? - спросил Краснов. - Почему никто не воспользуется кораблем. Все даже, если он и старый, его можно, например, продать.

-На металл?

-Хотя бы.

-Нет, я думаю, это нерационально. Корабль в рабочем состоянии. Останки я убрал. Бояться нечего. Здесь опасный район, поэтому, зная это, никто не решится завладеть им. Хотя я знаю, что мне ничего не грозит.

-А если обнаружить его с земли? - спросил Александр. - Такие варианты также могут быть. Согласитесь. Я знаю чела, который искал сокровища через сетевые примочки.

-Нашел? - спросил Мур.

-Не знаю.

-Ладно. Едем. Если сегодня не уедете, я вам подробнее расскажу об этом.

-У нас миссия, - сказал Краснов, - там все просчитано. Вплоть до минуты. Правда, правда.... Все сломалось. Но из графика мы не сильно выпали. Его можно переправить. Нет, я сейчас ничего не могу сказать.

-Хорошо, не буду спрашивать. Насколько я понимаю, все это очень секретно.

-Да.

Ехали дальше. Марсианский день разгорелся. Если абстрагироваться, попытаться смотреть пространственно, не обращая внимания на детали, Марс - та же Сахара, только немного другого цвета. В скафандре нет особой грусти находиться в такой пустыне. Нет, конечно, на Земле пешком по Сахаре не находишься. Конечно, система стабилизации и микроклимата не позволит, чтобы температура внутри поднялась выше нормы. Но сила тяготения - это вещь куда как более серьезная и прозаическая.

-Как-то тут были ребята, - произнес Мур, - я имею в виду, R.E.B.Y.A.T.A, группировка. Я отслеживал их перемещение. У меня есть датчики, а на одном спутнике, который висит над Сидонием, у меня несколько модулей. Это местные продают. Конечно, никто об этом не знает. Стоит достаточно дорого. Но у меня были пути, как решить этот вопрос.

-Значит, и сейчас все видите? - спросил Краснов.

-Да. Безопасность. Ничего другого. Вы бы на моем месте делали бы то же самое. Так вот, я смотрел и думал - доберутся ли R.E.B.Y.A.T.A до "Старпрауба". Они уверенно двигались на двух шаровых вездеходах, все ближе и ближе, но постоянно останавливались. Им что-то мешало. Я решил перехватить их разговоры. Все - не получилось, но кое-что я выяснил - им действительно что-то мешало. При чем, никакого объяснения этому не было. Они ехали.... Если бы кто-то послушал. Почему он их ждал? Я, впрочем, знаю....

-Кто ждал? - спросил Северный.

-Сиреневый смерч. Он иногда возвращается на места содеянного.

-А вы не боялись? Или мы вооружены?

-Нет, обычное оружие против него бессильно.

-Здорово. Значит, мы рискуем?

-Да я даже и не знаю, что на него действует. У активен по сезону. Поэтому, я и не боялся. А дома я окружен нуннами, он почему-то не приближается к нуннам. Может, договор какой у них? Я не знаю. Впрочем, есть еще волны - и как-то они располагаются. Так вот, когда они приблизились к кораблю, он вышел. Ребятам, что были во второй машине, удалось скрыться. А ту машину я забрал потом себе. Она в гараже стоит.

-Жалко, - произнесла Лена.

-И да, и нет. Нет, вы их не видели. Вы бы навряд ли пожалели. R.E.B.Y.A.T.A уже давно на Марсе, они уже давно не в себе. На меня не смотрите. Со мной как раз все в порядке. С ними - нет. Это давно установлено.

-А что тут делать? - спросил Краснов.

-Это сложно сказать. Другой мир, другая жизнь, может быть даже - ничего земного. Может быть, человек впитывает местный дух, но что это за дух, что за энергия. Если здесь - вообще иное, нечеловеческое, биополе. Понимаете, марсиан здесь, очевидно, и не было. А все эти артефакты, нунны - это что-то еще. Не знаю. Случайные колонизаторы? Может, просто когда-то здесь разбился космический зоопарк.... И такое могло быть. У меня нет ответа. Хотя в городах, конечно же, есть инсайдеры, которые вещают и говорят, что считывают истину из внешнего пространства. Но вам лучше этим голову не засорять. С инсайдерами можно пообщаться и в сети, но это ничего не даст. Вам предложат заплатить первичный взнос. Если вы общаетесь с гуру.

-Такого добра и у нас полно, -сказал Краснов, - а меня как-то ребята блатовали заняться таким.

-Ребята?

-Да. Нет, не те. Просто ребята.

-Да. Понятно. В общем, это мое мнение. Что это на самом деле, я не знаю. Но, мне кажется, это - части одной цепи. Сиреневый смерч - частью полевое образование, частью материальное. Что-то вроде этого. Обитает далеко не везде, и опасно по сезону - как какая-нибудь медуза или акула - иначе, я думаю, колонизация Марсе была бы вообще невозможна.

-Почему же до сих пор никто и ничего не знает? - спросил Краснов.

-Не думаю. Кто-то что-то знает. Я думаю, ареал обитания его вообще не большой. И так совпало, что поселения были построены в других местах. Ну а те, что были построены не там, где надо.... Я думаю, вы тоже ничего не слышали. Никто ничего не слышал. Никто ничего не читал.... Не было информации. Это интересно. Я тут не знаю ничего. Хорошо. Сейчас подъедем к лагерю. Нужно будет осмотреться. Лагерь появился недавно. Честно говоря, для меня было удивлением, что в эти места могло кого-то принести, тем более, на длительный срок. Но недавно пропал перехват. Остались лишь пульсации маяка, из чего я понял, что произошло что-то неладное. Но сейчас не сезон, во всяком случае, здесь, в начале равнины. В горах он активен всегда, и потому в видели, как он расцветает в ночи.

-Расцветает? - спросил Александр.

-Именно. Это начальная фаза, но увидеть ее - большое счастье. То есть, удача, да. Удача. Счастья тут никакого нет, впрочем, вы же остались живы. Значит, не все плохо. Дело в том, что он иногда действует избирательно. Но шансов мало. От свечения до активной фазы проходит не так уж много времени. В каньоне ему хорошо.

-Чем же он там питается?

-Лично я думаю, что он не питается. Может быть, у него есть внутренний источник энергии. Мы же можем представить себе машину, которая работает лет сто. Верно? Почему бы не растянуть этот срок на миллион - сделать некий трансформер, который будет менять форму, складываться, расцветать вновь. Впрочем.....

-Догадки, - продолжил эту фразу Александр.

-Да. Именно. Впрочем, если будете в городе, у вас покрутят пальцем у виска, если вы скажете, что Сиреневый смерч существует. Это парадокс, но знают немногое. Это потому, что немногие выжили. Так.

Ближе к месту местность стала искривляться. Начались небольшие покатые холмы - такие же куски некой бесконечной природной мусорки. Машина уверенно гребла гусеницами, заползая на холм. Потом - снова вниз. Потом - почти до вершины, и там Мур остановил движение и потянул на себя рычаг.

-Это ручник, - пояснил он, - старая конструкция. Тем более, по-моему, машину собирали здесь, на Марсе. Хуже того, ее здесь же и разработали. Вы же знаете, сейчас нигде ничего не достать. А взять сварочный аппарат, клей, композиты, гайки и всякий металлолом и что-то сделать - всегда пожалуйста. Но мне нравится. Хорошо склеено. Немного сложно в управлении, если едешь более 50 километров в час, но большего и не требуется. Я далеко не уезжаю, а если уж и случается такое - здесь могут быть альтернативные решения. Хорошо. Пойдемте.

Лагерь был внизу - в центре древнего метеоритного кратера. Холмы нависали над ним, словно подушки. Место было выбрано неплохо. На вершине одного из холмов виднелся некий механизм. Очевидно - сторожевой робот. Мур по поводу его ничего не сказал. Очевидно, он заранее знал, что кибер выведен из строя. А вот другой робот функционировал - он ездил вокруг лагеря - это был невысокий шароход. Продолговатые бочки-колеса, эллиптический корпус, одна антенна, и какое-то оружие на манипуляторе. Судя по движениям машины, и с ней было что-то не в порядке - слишком однообразны были ее действия. Сам же лагерь состоял из трех небольших куполов рыжего защитного цвет. В дальнем краю кратера наблюдалась какая-та свалка. Сделано это было без всяких правил - очевидно поселенцы не заботились о скрытности по какой-то явной причине. Мур ничего не сказал на счет этого, а предложил Северному подстрелить робота.

-Попробуй, - произнес он, - целься в верхнюю часть. Если он через три секунды не очухается, значит - крышка ему. Хотя, я думаю, ему и так крышка. Но я боюсь симптоматических реакций.

Северный уже успел рассмотреть замечательную электромагнитную винтовку калибра 12 мм - огромный ствол, прицел-транслятор - можно не смотреть в видоискатель, а контролировать прицеливание на экране внутри шлема скафандра. Три режима стрельбы - два под тяжелые снаряды, один - быстрее очереди легкими зарядами. Генератор пуль, один магазин термомассы - максимум - на 150 выстрелов (в легком варианте). Главная особенность такой винтовки - очень большая дальность и горизонтальная стабилизация в полете, на тяжелом одиночном режиме - система полунаведения.

Александр прицелился и выстрелил. Отдача была ощутимой. Пуля пробила корпус робота, тот покачнулся и опрокинулся на бок.

-Отлично, - произнес Мур, - один пойдет со мной. Двое наверху - просто смотрите по сторонам. Если что-то будет лететь, главное - заметить это сразу. Сообщаете мне. Если я не ответил - спускаетесь вниз. Я не думаю, что там, внизу, что-то опасное

Но что же там было? Не совсем опасное, но Северному хватило, чтобы открыть счет новым сверх впечатлениям, и - не самым приятным. Дверь удалось открыть с помощью универсального пульта.

- Простой код, - сказал Мур.

Северный пожал плечами (в скафандре).

-В случае тревоги двери становятся на ноль. Иначе их потом не вскрыть. Ты орудие не опускай.

Александр осмотрелся. Вошли в шлюзы. Скафандры не снимали, однако дождались, когда уровняется атмосфера. Прошли дальше, и там всё уже было страшно, и Александр сначала не понял, что страшно. Он просто водил взглядом по сторонам, и мозг ровным счетом ничего не переваривал. Первый труп лежал лицом вверх, глаза - навыкат, едва ли не на отростках подвесились, лицо неестественно красное. Мужчина. Возраст после таких деформаций сразу и не определишь.

Мур тотчас достал какой-то детектор - плоский, гибкой, как листок, прибор и провел пальцем по светящемуся пульту.

-Пусто, - сказал он, - это - редкий эксцесс, чтобы они так нападали. Не повезло мужикам. Не сезон у одних, значит - у других. Это Сидоний, Александр. Это место вообще лучше стороной обходить. Так.

Он прошел через зал и заглянул в соседнюю комнату.

-Да-а, - вздохнул он, - да. Целая свалка. Ты лучше.... Это.... Не смотри...

Северный не понял, что не смотреть. Он подошел, сначала даже и не испугался. Снова не испугался. Нервы и без того находились где-то в другом месте. Страха не было. Было нечто, что можно было назвать началом предвидения.

Тела и правда валялись, как на свалке. Свалка из тел. Было не понятно, почему их так много, и почему все они - в одном помещении, размеры которого не так уж велики. И - глаза. Местами они и правда висели, вызывая дрожь и приступы легкого безумия. И ни у кого не было никакого оружия. Казалось, всех их загнали сюда, как скот, а потом показали что-то ужасное, отчего у всех повылазили наружу глаза. В дальнем краю комнаты труп женщины лежал на клавиатуре большого пульта, и ее рука застыла на пол пути к какой-то кнопке.

-Ничего нельзя было сделать, - проговорил Мур, - как ничего нельзя сделать и теперь. Их нужно похоронить, но сейчас нет времени, а потом его и подавно не будет. Автоматика встала в нулевой режим и выключила сигнализацию. Но сигнал помощи никто не подал. Не знаю, кто эти люди. Зачем они сюда летели? Или они уже давно здесь. Но - если это так - они должны были знать, что все это напрасно. Даже хуже. Смерть напрасна. Хотя - и жизнь напрасна.

Александр не мог произнести ни слова.

-Идем, - сказал Мур.

Они вышли в шлюз и так же послушно дождались окончания работы приборов. Воздух ушёл, и они оказались наружи.

-Это яаки, - сказал Мур, - существа, которые опасны лишь иногда. Их активный период короток, на него не так уж просто попасть. Нужно знать об этом. За пределами этой местности яаков нет. Не смотря на свою приличную скорость, они туда не залетают.

Северный продолжал подниматься вверх, по склону кратера.

-Идем. Пообедаем дома.


-Почему яаки? - спросила Капустина, когда они двигались в обратном направлении.

-Это мисспел. На самом деле, должно звучать как "як". Истребитель во вторую мировую войну. Но это, конечно, не истребители, а пролет их в нужно время и в нужный час грозит такой бедой. Так-то, друзья мои. Вы еще раз убедились, что мы - не на прогулке.

-Я чувствую, вы так и хотите нам сказать, чтобы мы немедленно возвращались, - сказал Краснов.

-Нет. То есть, да. Вы же собираетесь ехать, как я понял... Верно? Туда. Нет, самый эпицентр, конечно, здесь, возле Death Road, но на равнине также много неприятностей.

-Якудзы не боятся тут ездить, - заметил Александр.

-Да. Ты думаешь, смерть тут так и бродит на каждом шагу? Конечно, нет. С ней нужно встретится - ты ее ищешь, она тебя ищет. Вот вы преспокойно прошли каньон, и, не повстречай меня, вы бы двинулись дальше, получили бы свои ранцы, проскочили на них большую часть расстояния и так бы ни о чем не узнали. Я даже предполагаю - вы вполне бы завершили свою акцию и вернулись назад, и главным вашим приключением были бы японцы и усы - которые, впрочем, вам ничего не сделали. Вы их только видели. Вы даже не знаете, как они работают. Так что, смерть смерти - рознь.

-А я и не боюсь, - сказал Александр.

Отправляться было решено на следующий день. Краснов подробно изучил карты и составил маршрут движения, после чего добавил этот маршрут в навигатор. Выйдя в гараж, он включил двигатель марсианского автомобиля, который подарил им Мур, сделал несколько движений взад и вперед, пощелкал клавишами приборов, открыл ворота и постоял здесь, глядь на уходящий день.

Солнце - маленькое, холодное, колючее - осело за край Марса. Оно словно спряталось. Некоторое время день еще держался в виде бледной розовой полоски, но потом и он не выдержал.

Нунны сидели непринужденно. Иногда слышались характерные звуки.

-Ну!

Вообще, непринужденность была главной чертой нуннов. Позвякивали цепи. Несмотря на неволю, им, очевидно, все нравилось. Краснов сделал шаг вперед, дотронулся до близлежащего существа, и тот рванул с места, как заяц, а следом - все остальные. Возникла карусель. Пылевая карусель. Даль Марса пропала, и Краснов видел лишь освещенные плафонами облака и проносящиеся в них тени.

Он закрыл дверь, вошел в шлюз и там снял скафандр. Близилось время ужина. Животные Мура также ожидали пищи. Кот сновал взад и вперед, подняв хвост. Лена гладила его, и тому, похоже, нравилось это. Собака стояла на задних лапах, виляя хвостом. Даже рыбки в аквариуме, казалось, знали расписание приема пищи.

Марсианское радио, которое включил Александр, сообщало:

- По данным метеоразведки, в ближайшие пол года не намечается пыльных бурь, а это говорит о том, что наступают прекрасные дни, прекрасные дни. К нам приедет множество новых туристов. Компания "Берег 3000" сообщает: только у нас вы можете заказать билеты на воздушные экскурсии в разные части Красной планеты. Воспользуйтесь нашими услугами.....

-Сосиски, - сказал Мур, - любите?

-Да, - улыбнулась Лена.

-Я купил десять тонн пищевых продуктов у "Коза Ностра". У них всегда свежак. Кстати, у них - официальные поставки. Марсианские законы таковы, что таким организациям, как они, можно существовать без необходимости заявлять о себе. По-моему, у них несколько заводов по производству какой-то контрабанды, которую потом везут на Землю. Вообще, это дорого, но они делают какой-то эксклюзив.

-Наркотики? - спросила Лена.

-Нет. Я думаю, что нет. Я думаю, что-то из области технологий. Я не задавал себе вопросов, а у них не спрашивал. Но продукты были - самый свежак. Фрукты в моей оранжерее, несмотря на подсветку и обработку, оказались менее свежими. Впрочем, сами посудите - овощи и фрукты со сроком хранения в два года. Вы такое встречали? Нет, я не говорю, что желудок отвалится. Я читал паспорт. Вот яблоки. Паспорт есть на каждое яблоко, при чем - не цифровой, бумажный. У меня даже где-то валялся. Ладно. Так там объясняется, почему яблоко можно хранить именно два года, и какие условия должны присутствовать. Влажность, отсутствие насекомых, ага - а у меня, кстати, есть муравьи, сверчки - повсюду бегают. Только ночью в спальной камере не слышно, как он свистит. Нет, они не всегда свистят. Вот вы были - они не свистели. Чувствуют.

-Страшно? - спросил Александр.

-Насекомые на Марсе начинают обладать странными свойствами. Впрочем, далеко не всех можно держать. Бабочки не выживают. Черви земляные, кстати, не приживаются. В почве в оранжерее нет земли.

-Там у вас не гидропоника?

-Местами - да. Местами - просто почва. Так вот, о яблоке....

-А можно попробовать? - спросила Лена. - Или....

-Нет, я все не съел.

-Я о ....

-Нет, можно есть. Ничего со мной не было. Вы на счет патологий?

-Фигня это, - сказал Краснов, - я встречал такие яблоки недавно в супермаркете. Их стали недавно завозить из Небесного Китая. Помните, китайцы построили сверхстанцию на тысячекилометровой орбите и объявили: это - Китай. Там они эти яблоки выращивают. Там кажется даже яблонь нет, и веток нет, они прямо в каких-то камерах сами по себе вырастают. Их по каждой клетке собирают. Я зашел в магазин, а ко мне еще Иванов подошел и цепляется - знаешь, как украсть бутылку водки, чтобы этого никто не заметил. Еле от него отвязался. Он еще предлагал, чтобы он это сделал, а я смотрел. Ну сами понимаете. Ну я яблоки увидел поштучно. Огромные, как пол арбуза. Смотрю, а они еще и с паспортом. Стал паспорта смотреть, там написано, что изготовлено в "Небесном Китае". Написано с ошибками. Ошибка на ошибке. Можно читать и ржать. Я стал паспорта смотреть, оказалось, что все яблоки - у них разные паспорта. Точный вес показан. Номерной знак яблока. Толщина шкурки. Содержание того-то и того-то. Написано, что консервантов нет. Присутствуют нанотехологии. И еще бабушка одна стала возмущаться - мол, съест она, а эти нанотехологии у нее из живота прорастать начнут. Ну, я купил одно яблоко, попытался на улице есть начать, но не вышло. Подбежала Сергеева, я в магазине попросил ножик и отрезал половину яблока. Мы на скамейке ели его, я так и не доел.

о вкусу - нормально. А Иванов потом подходит - показывает - что украл.

-"Коза Ностра" - это итальянская мафия? - спросил Александр.

-Да, - ответил Мур.

-Разве она разрешена?

-Я знаю, что на Земле есть такая торговая марка. Все подведено под это.

-Так они продают то, что вот здесь производится?

-Скорее всего - нет. Я думаю, что нет. Но, кстати, достаточно больших денег стоят поставки на дальние станции - туда, к Юпитеру. И, хотя там почти нет людей, цены на доставку огромные. Я думаю, кто-то выиграл тендер, а часть продуктов, оборудования и материалов производится здесь - с более низким качеством, но и гораздо меньшей стоимостью. Соответственно, и доставка дешевле.

Юпитерианский груз идет сюда, и здесь его продают. А суррогаты везут туда. Не совсем ровная схема, очевидно, зацепки нужно искать в документах, в пунктах контракта. В любом случае, это работает лишь внутри общей отлаженной системы. Так, если считать цену за одну доставку, мы можем и не получить никакой выгоды.

-Выходит, за Земле все знают? - спросила Лена.

-Я думаю, кому-то нужно, те обязательно знают.

-Конечно, - произнес Краснов, - еще Уэллс говорил про глобальную систему. Все просчитано и выверено, и все действуют сообща во всем мире. Это нам говорят, что между странами много больших трений, разные там отношения, а на деле все это - глобальный монстр. Но этому можно противостоять. Я знаю.

-Вы противостоите? - спросил Мур.

-Очень даже, - ответил Краснов, - и вы даже не знаете, насколько глубоко.

-Не представляю даже.

-А как вы себе представляете - мы прилетаем сюда - и никто не знает, что мы здесь. Вся сеть подчищена. Правда.... Не знаю. Я вам это рассказываю. Хотя я могу и врать. Но вы так и не сказали, чем же вы занимаетесь.

-Я здесь просто живу, - ответил Мур, - я привык находится без людей, в окружении животных и пустоты, я приспособился. Иногда я беру частные проекты, выполняю их, на этом и зарабатываю. На противоположной стороне Марса живет Николсон, но вы его не увидите. Это далеко. Он живет точно так же, как я.

-Один?

-Да.

-А личные отношения? - спросила Лена.

-Женщины?

-Ну....

-Личные отношения - это дисциплина. Чтобы познать мир, нужно стоять на порядок выше инстинктов и рефлексов.

-Вы знаете многое о Марсе?

-Чтобы многое знать.... Нет, вы же понимаете, что у человека есть единственный пусть заглянуть в далекое прошлое.

Он нажал на кнопку, и весь обед выехал на стол - сосиски с картошкой фри, несколько салатов, свежие помидоры, посыпанные зеленью, сок, легкий холодный бульон.

-Вы знаете? - спросил Александр.

-Николсон тоже этим занимается. Марс сначала мешает. У него другой дух, он не хочет пускать в себя живых существ. Даже под естественными электромагнитными шапками, в Фабьюлос-Пойнте и других городах, Марс способен забираться внутрь человека и постепенно разъедать его, делая сначала не совсем адекватным, а потом и вовсе сумасшедшим. Думаете, никто не догадывается, в чем тут дело? Нет, уровень развития мысли в обществе достаточно высок. Конечно, кто надо - уже давно понял. Но с Марсом можно и по-другому, и в этом есть выход. Конечно, нельзя сказать, чтобы люди пришли сюда, как завоеватели. Здесь нечего завоевывать. Здесь и находится незачем. Просто... Есть сказать, что это - мертвая планета, или, например - кладбище - это будет более, чем неверно. Я думаю, это - другое слово. В человеческом языке такого слова нет. И понятия нет - в системе образов. Это нужно понять и ввести в употребление, и тогда люди поймут, что нужно делать.

-Но вы поняли? - спросила Лена.

-Нельзя осознать это полностью. Я и сам нахожусь на некоем промежуточном этапе. Еще древние называли одним из главных условий познания медитацию. Не владеешь медитацией, не способен, сконцентрировав мысль, остаются только привычные методы. Но нужно уметь сочетать и то, и другое.

-Я знаю, - сказал Краснов, - мы тоже действуем по такому же принципу. Я это так же слышал.

-Здесь ничего нового.

-Да. Это было установлено еще в древности, но, чтобы достичь хоть каких-то результатов, нужно перестроить себя самого, избавиться от страстей и искушений.

-А ты все знаешь, - сказал Мур.

-Нет, практически - ничего. Я только теорию знаю. Я бы даже не сказал, что у меня есть какой-нибудь путь. Может быть, будет. Потом.

-Что же вы узнали? - спросила Лена.

-Сначала мы пытались оттолкнуться от механизмов. Откуда они взялись, насколько их много, и вообще - не напичкана ли планеты ими изнутри, а мы находимся на вершине всего этого пирога. Для начала нужно прекратить бояться - некоторые полевые образования вызывают животный страх, и их почти нельзя объять мысленно. Но потом - потом стало ясно, что нужно копать где-то еще.

-И вы знаете?

-Нет, ничего мы не знаем. Почти ничего. Это - все равно, что складывать Эверест из кирпичей размером со спичечную коробку. Ты начнешь, а через сто поколений эту гору закончат - если, конечно, будут продолжатели. Конечно, я могу сказать многое, но для этого нужно зачинать новую науку - где нет человеческих слов. Да, у вас единственный вопрос - была ли на Марсе жизнь?

-Да, - сказала Лена.

-Но вы же видите, что она есть.

-Да. Но ведь это - не жизнь.

-Я полагаю, что это и есть - жизнь.

-Вы хотите сказать, что с самого начала она такая и была?

-Нет. Это могло быть. Мы думаем, что планеты зародились из протопланетного облака. Скорее всего, это так. Но я считаю, что при созидании вселенной были некие машины. В прямом смысле, машины. Разумеется, то, что мы видим, не эти машины. Возможно, даже и не потомки. Но они имеют какое-то отношение к этому. После великой стройки прошло много миллиардов лет. Мы навряд ли увидим то, что происходило. Но вот некие артефакты.... Знаете же - принцип наследования.

-В программировании, - сказал Краснов.

-Именно.

-Мы немного учили. И что же, у них у всех - один общий класс-предок?

-А почему и нет.

-Да, а что же за первые машины?

-Я же и говорю - нужно сначала отталкиваться от того, что мы в это верим. Иначе о чем вести речь.

-Странно, - сказал Северный, - вы - первый человек, который сказал об этом. Вернее, второй. Первый был я. Но я же могу бесконечно говорить об этом с сами собой. Всё это интересно. Может быть, мне стоит здесь остаться? Эх....


Радио продолжало рассказывать:

"Туристический центр Пикас предлагает вам полеты на легких туристических блюдцах типа "Вэй" и "Боинг". Покори Планету вместе с Пикасом. Закажи праздничный обед в стеклянной башенке планетолета. Все для вас! Новая vip-услуга - свадьба на Марсе! Свадьба на Марсе - для вас. Делайте заказы, не выходя из дома!"


-В Утопии был случай, - сказал Мур, - сказали, что то - авария. Ведь могут быть аварии. Прогулочный катер упал с высоты несколько километров, никто не выжил. Ну, сослались на то, что машина была неисправной, и даже предъявили иск производителям. Но я знаю - на самом деле, их сбили яаки. Они как истребители парами заходят. Первый человек, который дал им определение, был японец Хироки. Он летел на маленьком аппарате, когда его настигла "пара". Они не стреляют, разумеется, из пулеметов, просто некое излучение действует на человека. Это происходит не постоянно. Я уже говорил. По сезонам. Но то, что яаки были в Утопии, говорит лишь о том, что они могут появиться где угодно. Так вот, пара преследовала Хироки, как заправские истребители в воздушном бою. Японец сбросил скорость, существа, или машины, догнали его и поравнялись. Он сумел их рассмотреть. Это действительно было нечто самолетоподобное. Хироки увлекался историей военной техники, он и дал явлению название яак.

-Но мы же с ними не встретимся? - спросил Северный.

-Нет, конечно. С вами всё будет хорошо. Лучше всех.

Что касается перестановки планов, то это было сделано еще раз. Просчеты Уэллса были очевидными. Возможно, самоуверенности ему добавляла глобальная программа, действующая за счет размещения на многочисленных серверах - "Манька". Еще бы - владеешь ей, кажется - что весь мир у тебя в руках. Все работает с точностью швейцарских часов. Ни одного сбоя, ни одного поражения. Мощность, усиленная внутренней убежденностью. Остается лишь продолжать. Ставишь перед собой новые цели. Устанавливаешь новые планки. Разбег, прыжок, высота взята. Всё прекрасно.

И вот, нежданно, негаданно - поражение. Это как у бойца, который ни разу не проигрывал. Что касается наших героев, то в этом отношении им было проще. Северный, анализируя слова Мура, много размышлял. Ему хотелось поговорить еще, но он не решался.

-Какую выдержку должен иметь человек, чтобы находиться одному, на чужой планете, да еще в таком районе, - рассуждал он, - опасностей он не боится. Возможно, они ему не угрожают. Может - есть причина? Или он врёт? Хотя - зачем. Если бы ему было выгодно, чтобы с нами что-то случилось, то он бы не пришел к нам на помощь. Но самое главное - его рассуждения.... А что, если то же самое снится здесь многим. Если пойти в каньон и поискать то самое место, где во сне были ячейки. Что, если оно там и правда есть? Уэллсу нужны были пирамиды, а тут совсем другое. Один раз прикоснешься, и ты уже другой. Нет, тут слишком много вопросов. Ответов меньше.


* * *


К середине дня до места оставалось немного. Двигатель машины мерно урчал, продолговатые в ширь колеса вращались, оставляя на песке длинный, уходящий в красную пустоту, след. Можно было представить, что здесь полз бесконечный змей. Это были следы создания, которое истребило народы в древности. Ничего не осталось, а оно продолжает существовать, ползая, форматируя песок и щебень. При отсутствии ветра след от вездехода мог оставаться на поверхности значительное время - осадков на Марсе нет. Топтать след некому (хотя, как выясняется есть кому, но это - эпизоды). Другое дело на Луне - там если наследил - то и через миллион лет могут это увидеть.

Пункт назначения был все ближе. Краснов был за управлением. У машины была открытая кабина и небольшой пульт, управлять можно было как джойстиком, также - голосовыми командами, а самым продвинутым способом считалась привязка направления зрачков к управляющим сигналам процессора. Впрочем, это напрягало. Остановились на автопилоте. У машины также был руль, но он был сложен. При желании можно было пользоваться и им, нажимая на педали. Старый дедовский способ. Все это входило в политику так называемого мультиуправления - лозунг "как хочу, так и верчу".

Краснов установил "чат" - это означало, что - если он с кем-то говорит, то все слышат, а также - если он включил видео или радио, то все могут пользоваться одним каналом.

-А сегодня, - сказало Радио, - здесь, на родной красной земле, мы будем слушать урановый рок. Первым обратился в нашу редакцию Иван Вайс, и он спросил - почему мы никогда не включаем в нашу программу урановый рок. На что был справедливый вопрос - есть ведь и более тяжелые направления музыки, например, рок элементов после 120-го, Иван ответил, что урановый рок - наиболее стабильная музыка, и он прав. Мы - всецело за стабильность......


Эфир затрещал, включилось видео, и на синеватом, немного полосатом от помех, экране, появился Уэллс.

-Внимание, как видите, как слышите? - проговорил он.

-Все отлично, - ответил Краснов, - мы на пути. Нам дали машину. Я передавал тебе подробности в пакете. Я думаю, мы справимся. Я уверен.

-Хорошо. Данных было много, и мы анализировали их всем центром. Пришлось работать большой командой, чтобы успеть сделать выводы, пока вы не добрались до места.

-Когда ты успел? - спросила Лена.

-Ночь не спал. Всю ночь составлял пакет.

-А Мур не видел?

-Мур не при чем.

-Ты думаешь, ему вообще до нас дела не было?

-Нет, он говорил правду. Меня научили определять, где правда, а где - ложь. Это очень просто. Человек гораздо лучший детектор лжи, чем все возможные приборы. И все не так уж сложно. Просто - немного техники.

-Все точно, - согласился Уэллс, - он не врет.

-Как все страшно, - произнес Северный, озираясь по сторонам, - вот я смотрю и понимаю - ничего хорошего. И хуже всего - назад лететь не хочу. Даже не знаю, почему так. Но так.... Не знаю.... Кто-нибудь думал о том, чтобы остаться здесь навсегда. Я бы с удовольствием научился дышать местной атмосферой.

Он уже давно заметил предмет, летящий на большом удалении. Включив увеличение, он сопоставил дальность до объекта с мощностью электромагнитной винтовки. Нет, винтовка не доставала. При увеличении также ничего нельзя было разобрать - предмет был смазан. Он включил программу-анализатор - чтобы методом сравнения с существующими предметами узнать, что это такое, однако, ответа не получил.

-Значит, если я говорю, любой осведомленный, наученный, человек сможет узнать - вру я или нет.

-Конечно, - ответил Уэллс, - Такие методы появились еще сто лет назад. Я думаю, сейчас не время об этом говорить. Мы сделали быстрый анализ ситуации и пришли к выводу, что мы завершаем операцию. Я связываюсь с вами через передатчик "Воробья". Прямо сейчас ведется перепрограммирование. Вы находитесь практически на исходной позиции. На первом заходе вы получаете груз и заправляете ранцы. На втором - поднимаетесь и выходите на орбиту. Все маневры мы отладили. Выход с марсианской орбиты - сегодня - через шесть часов.

-Вот так-так, - сказал Северный, - едва я во вкус вошел, как надо эвакуироваться. Жаль. Нет, мне правда жаль.

-Тебе все это нравится? - спросила Лена.

-Нет. А по-моему, яак летит.

Все повернули головы.

-Нет, не туда. Сейчас я выделю сектор на экране.

Едва он это сделал, объект исчез.

-Мы решили, что на данном этапе мы плохо подготовлены к операции, и задача не выполнима. Это не говорит о том, что у вас ничего не получится. Однако, действовать наугад мы не можем.

-А ты знал про все эти штучки? - спросил Северный.

-Какие штучки?

-Нунны всякие, японцы....

-Не про все, - ответил Уэллс, - но ничего конкретно не было, и никаких эксцессов не намечалось. О многом я и понятия не имел. Да, бывают слухи. Но есть слух, например, пол чудовище Лох-Несс. Что же теперь, не купаться в этом озере? Представьте себе, вас предупреждают о чем-то подобном.

-И ты нам ничего не сказал.....

-У нас намечался короткий маршрут. Но, так как все сломалось, придется свернуть работы. На данном этапе, у нас не хватает знаний, чтобы продолжать действовать. Также нет оборудования.

-И что же ты будешь делать?

-Это уже потом. Главное - мы получили бесценную информацию. В следующий раз действовать будем по-другому.

-Зашлете лазутчика в лагерь к Ребятам?

-Это не важно. Пока - не важно. Сейчас вам нужно произвести заправку, погрузку и выйти на орбиту. Там ловите двигатели и идете к Земле, а мы будем регулировать движения и скрывать посадку.

-Где же будем садиться?

-Приземлитесь в Нигерии. Документы получите от человека.... Человек еще не найден, но на счет этого вы не волнуйтесь - он скоро прибудет. К орбите будете подходить под другим номером. Получите инструкции на подлете. Общаться с диспетчерами не обязательно - сработаем на автомате. Вы - нигерийское судно. Идёте с Марса.

-А что, нигерийские корабли ходят к Марсу? - спросил Краснов.

-Да. Нет, они не нигерийские, мы нашли какую-то уловку в документации, на самом деле, все сложнее и запутаннее. Но мы этим воспользуемся. Есть еще небольшой вариант с Мадагаскаром, есть еще - Москва, но там новые коды проверки, я поручил это дело Сотнику, если он справится, тогда пойдете на Москву - в этом случае, после маневра, есть вариант повернуть к Ростову. Но - это пока лишь слова. Основной вариант такой.

-Понял.

-Все. Ждите корабль прямо там. До встречи на орбите.

-Да. До встречи.


-Представляю, если что-то не срастется с документами, - проговорил Северный, - возьмут нас и начнут допрашивать. Кто вы? Я - Северный. А что делали на Марсе? Откуда летите? Есть оружие, наркотики, колюще-режущие предметы. Да, есть. Есть оружие, ножи, наркотиков нет, не увлекаемся. И как попадем мы на секретную тюрьму-завод, откуда нет выхода. Вот там-то нам Уэллс уже ничем не поможет. Знаете, а я бы жил, как Мур. Сам по себе. Понятно, что есть трудности, проблемы разные. Где поесть взять. Как ребят отстрелить. За японцами понаблюдать. Нуннов на цепи держать.

-Но он же не звал тебя оставаться, - сказала Лена.

-Да. Ладно. Если честно, не хочу я туда. Нет, но я же не спрашивал. Может, спросил бы - он бы согласился.

-Куда?

-Ладно. Я так давай ждать "Воробья".


* * *


Первый заход машина сделала впустую, зато - прицелилась, а со второго вниз полетели контейнеры с горючим. Белые, неожиданно ослепительные, парашюты раскрылись, сопровождая путь к поверхности. Массивный шаттл задрал нос и пошел вверх по траектории, которая была известна лишь ему одному. Очевидно, он собирался сделать большую дугу, чтобы подождать, пока заправка будет завершена. Впрочем, здесь все гораздо проще. Не нужно никаких шлангов, никакой перекачки (хотя, конечно, если понадобится, то можно и так поступить). Берутся готовые топливные баки, цепляются к ранцам, включается инсталляция, и все это занимает всего минуту - другую. Если делать на скорость, словно на соревнованиях, то времени еще меньше уйдет.

-Прощай, прощай, - говорил Северный, - уходит Марс. Когда я еще буду здесь? Мне что-то такое снится. Будто бы Марс. А будто бы и не он. Не знаю. Словно за много миллионов лет до этого. Я даже рассказывал своему психологу.

-Он сказал, что ты - псих? - спросила Лена.

-Ха ха. Да.

-Да?

-Нет. Я решил идти своим путём.

Он смотрел вверх, где в рыжеватом небе прочертился ярко белый ослепительный след от корабля. Выброшенный наружу газ расходился по сторонам. Сначала он напоминал куски распавшейся кометы. Потом превратился в отдельные облака и медленно рассеивался.

-Психолог - он еще тот тип, - проговорил Александр, - поэтому, пусть стоит пешком. Я считаю, что это - нормальная практика, стоять пешком. А?

-Ты многого достиг? А почему нам не рассказываешь? - осведомилась Лена. - Кстати...

-Я достиг немногого, поэтому и не рассказываю. А меня взяли сюда по какой-то сходной причине - я ментально нестабилен, я могу принимать нестандартные решения, Марс относится ко мне хорошо. Я бы правда здесь остался. Но - где? Правда? Маму с папой не предупредил. В экспедицию поехал. С Марса звоню, а говорю, что в горах, и что со мной все хорошо. А тут....... Я думал..... Пока человек этого боится, пока у него есть привязанности, он ни на что не годен. В фильмах даже так показывают.

-Надо собираться, - сказал Краснов, - надо было у Уэллса спросить, брать с собой оружие или нет?

-Надо брать, - ответил Северный, - лучше потом сбросим.

-Ближе к Земле могут отследить, что мы сбросили.

-Сбросим дальше от Земли.

"Воробей" зашел на новый круг, снизился и шел очень медленно, расставив по сторонам маневровые двигатели и пуская из них длинные белые струи, которые тотчас уносились вдаль, порванные разряженной атмосферой. Тут он и правда был воробьем, только непростым - космическим, реактивным, ядерным. В былые эпохи такую машину можно было принять за прилетевшую с неба колесницу богов. На Марсе, возможно, некому было бы наблюдать такую колесницу. А на Земле.....

На самом деле, не зря ведь появилось понятие "палеоконтакт". Это говорит о том, что в древности нашу планету кто-то посещал. Тут можно задать вопрос - почему только в древности?

Ответов нет.

То, что позже считали НЛО, ученые подвели под теорию активно резонирующей среды. Все живое объединено по некоему принципу, а возникающие образы совпадают с общим состоянием разума. Тем не менее, все же есть некие свидетельства. Например, в 1898 году в егпитеской гробинице Saqquara была найдена деревянная модель, напоминающая планер. Датирована она примерно 200 годом до нашей эры.

В Южной Америке были найдены золотые статуэтки, которые напоминают летательные аппараты. Точный возраст этих изделий не определен. Аппарат типа "Воробья" вполне бы подходил под такое описание. Вот только откуда б ему лететь?


-Взлетаем, - сказал Краснов.

Корабль, достигнув точки погрузки, приподнял нос, пошел немного вверх, а потом и вовсе остановился на месте, находясь почти вертикально. При этом, струя его двигателя достигла поверхности и создала вихрь из красных частичек. Створки кузова отворились, пуская внутрь пассажиров. Приземлились они почти моментально. Не удерживаясь на одном месте, "Воробей" пошел немного в сторону, поднимая всё новые и новые вихри на поверхности планеты. Нужно было некоторое время, чтобы добраться до кабины. Во-первых, снять ранцы. Во-вторых, шлюз.

В шлюзе Северный первым делом подключился к центральному компьютеру через интерфейс скафандра, и увиденное его озадачило. Локаторы показывали приближение двух летающих объектов со скоростью около 800 км/час. Справа, в мультисегменте, высвечивался тип аппаратов.

"JA-30", универсальное блюдце, "DC-1 Bronco", еще одно блюдце такого же типа, предназначенное как для космических полетов, так и для планетарного использования.

-Черт! - воскликнул он. - Это что? Взлетаем! Что такое? Голосовая команда. Взлетаем. Воробей! Давай. Что стоишь?

-Он не человек, - ответил Краснов, - он быстрее не может!

Машина покачнулась и медленно, вязко, пошла вверх. Она напоминала ленивый, усталый от рисунков на стенках, лифт - скрипучий, дрожащий.

Индикатор шлюза замигал, изображая готовность к запуску атмосферы.

-Мы так не влезем, - сказал Краснов, - нужно переходить в горизонтальный полёт. Вот Уэллс придумал. Я вверх карабкаться не буду, я не скалолаз. Надо отсюда управлять!

-Может, тут подождем? - осведомилась Лена.

-Может. Уэллс так и хотел. Сейчас возьму управление отсюда.

В это время на поверхности одной из тарелок что-то мигнуло, и рядом с "Воробьем" пронеслась огненная струя. Все это было хорошо видно на дополнительных экранах, которые давали практически круговой обзор.

-Предупредительный выстрел! - воскликнул Краснов.

Корабль не спеша набирал вертикальную скорость. В это время обе тарелки проскочили мимо на большой скорости. Сначала они едва не убежали за горизонт, где висело унылое солнце и там превратились в две черные точки, наподобие мух, но потом стало ясно, что они делают разворот. На локаторах же это прослеживалось более, чем очевидно.

-Что-то надо делать, - сказал Краснов, - до кабины мы можем добраться только в невесомости. Если переходить в горизонтальное положение, они все равно нас догонят. Если уходить вверх - то на второй виток их не хватит. Мы наберем скорость и уйдем. Тут экран локатора замигал, изображая продолговатый предмет.

-Ракета! - закричал Северный.

Словно услышав его, корабль изменил траекторию и резко, почти как на гонках, поменял положение. Сначала горизонтально, потом - на бок, потом - на другой, при этом, больше всего не повезло Лене - она ни за что не держалась и отлетела к дверям шлюза, а сверху ее накрыло собственной же винтовкой. После чего корабль вдруг резко дал в сторону, пропуская мимо себя ракету.

-Эге, - воскликнул Северный, - противоракетный маневр! Откуда "Воробей" о нем знает?

Ему никто не ответил - так как действительно - радоваться было не чему. Впрочем, корабль уже порядочно разогнался, а с двигателями, рассчитанными на перемещения в космосе, он мог уйти от любых преследователей.

-Начинаем уходить, - сказал Северный, - еще бы знать, что у него на уме?

-У кого? - не понял Краснов.

-У корабля нашего. Я не понимаю, что он делает, и откуда автопилот знает, что нужно уклоняться от ракет.

Воробей задрал нос, и в этот момент произошло попадание. Стреляли из излучателя. Сам момент выстрела был отчетливо виден на экране - короткая вспышка - и нечто схожее с шаровой молнией догоняет корабль и бьет ему в хвостовое оперение, которое разлетается в разные стороны, напоминая бутылочные осколки. Спустя пару секунд корабль завалился на бок и резко пошел вниз.

-А, - произнес Краснов, - валим. Валим.

Он ударил ногой в дверь шлюза, что вела в кузов, и та открылась сама собой, как будто не было герметично закупорена. Размышлять о том, сколько времени корабль будет идти к поверхности Марса, было некогда. Ребята в срочном порядке надели ранцы. Не забыли и про оружие. Обо всем остальном думать было времени не было. Даже смотреть на то, что показывают приборы, было нельзя - времени терять нельзя было ни секунды. Створки кузова были открыты с помощью пульта управления, что находился на стенке. Едва это произошло, как корабль вздрогнул еще раз, переворачиваясь вверх ногами, и друзья высыпались наружу, как горох.

Бортовой компьютер скафандра Северного запросил:

-Включить двигатели и стабилизацию?

-Да! Да! - закричал он.

Управление шло от зрачка. Определив, на какой именно виртуальной кнопке сконцентрировано зрение, компьютер выделял ее подсветкой. Двойное моргание означало, что кнопка нажата. При этом, можно было выполнять действия как с подтверждением, так и без - все зависело от настройки.

Двигатели заработали, Северный несколько раз перевернулся вокруг своей оси и ощутил толчок. Двигатели ранца остановили падение. До поверхности было не так далеко. Очевидно, секунда - другая промедления, и всё бы было кончено. Но - по счастливой случайности - или вовсе не случайности, эти секунды были в запасе.

Ранец Лены включился над головой у Северного. Его бросило в сторону, он столкнулся с Красновым, который зачем-то, после торможения, перешел в горизонтальный полет. Вместе с этим, можно было отметить, что высадка состоялась. "Воробей", кувыркаясь, по нисходящей траектории ушел за гору и выпустил оттуда столб дыма. Обе тарелки проскочили над головой и, пройдя над местом падения корабля, пошли на разворот.

-Садимся! - крикнул Краснов. - На нас заходят.

Обе тарелки действительно прошли вперед и начали поворачивать по дуге, однако, скорость была слишком большой, чтобы сделать это быстро. Вокруг же развернулась гористая местность - за недолгое время полета корабль успел переместиться на достаточное расстояние. Покатые, но - достаточно высокие холмы - сочетались с отдельно стоящими кривыми скалами, достаточно острыми и отвесными, вполне приемлемыми для занятий марсианским скалолазанием.

У самой земли двигатели ранцев пшыкнули и выключились. Сбросив их, ребята попытались, было, осмотреться, но в этот момент одна из тарелок выскочили из-за горы и выдала импульс из излучателя. То ли не собирались попадать, то ли у системы наведения сбился прицел - выстрел пришелся в склон горы, и там он ошпарил большой одиноко лежащий камень.

Краснов развернулся и выстрелил в ответ, и тотчас из под корпуса тарелки пошел легкий дымок.

-О-па, - проговорил он.

-Вот теперь они нас тут зажарят! - проговорил Северный. - Надо мотать.

Вторая тарелка прошла немного в стороне. Аппарата сбавлял скорость, чтобы начать маневрирование.

Местность была такова, что рядом находилась как раз остроконечная скала. Такой выдающийся среди прочих гор акулий зуб - и это было единственное место, где можно было укрыться. Во всяком случае, спрятавшись за одним из выступов, ребята заставили одну из тарелок проделать очередной путь впустую. Машина шла без ускорений, на небольших оборотах, выпуская пар из турбин. Дымок же в месте попадания из винтовки не прекращался.

-Включат тепловизор, - сказал Краснов.

-Можно и с орбиты просмотреть, где мы прячемся, - заметил Северный, - сейчас они это и сделают. Просто они мух ловят ртом. Вон, смотри.

-Что?

-Пещера.

Прошла вторая тарелка, Краснов высунулся и выстрелил. Это был так называемый "полный заряд" - формируемая из трасформ-вещества пуля приобретает максимальный вес, получает форму и идет к цели и небольшой коррекции траектории, получая сигнал от самой винтовки. На Земле такое оружие запрещено. Впрочем, оно и тут запрещено. И вообще, не известно, кто его использует. Пуля ударила под двигатели, и сначала ничего не происходило. Тарелка продолжала удаляться, как вдруг ее бросило в сторону, и двигатель выдал длинную огненную струю.

-О! - сказал Краснов. - Видал? Если упадет, будет 1:1.

Машина ушла за гору, и дальнейших последствий попадания не было видно.

-Надо шевелиться, - сказал Краснов, - пока они не вернулись.

С виду пещера была не более, чем щелью, и протиснуться в нее было делом не простым. Однако, внутри она расширялась, и уходила в темноту достаточно далеко. Северный включил фонарь, что располагался на плече скафандра, усилил световой поток, перещелкнул режимы подсветки - с простого на дополнительные каналы, однако, края так и не увидел.

-Хорошо, сказал он, - только если они догадаются, нас тут запаяют. У кого-нибудь есть цианистый калий?

-Зачем? - не поняла Лена.

-Долгая и мучительная смерть. Пища закончится через день. Воздух - через неделю.

-Ну и что? Можно застрелиться.

-Точно.

-Хватит, - проговорил Краснов, - надо смотреть, что они будут делать. Во всяком случае, сейчас они запросят у автоматов спутниковую картинку, но нас на ней не увидят.

-Спутниковую карту дают всем, кому ни попадя, - произнес Краснов, - тут даже не Дикий Запад. Тут чистый хаос.

В это время пространство за пределами пещеры ожило и превратилось в однородное облако - смесь пыли, огня, газов и испаряющихся паров. Должно быть, задели скрытый ледник, и тот выполнил свою роль - стал белым облаком. Должно быть, стреляли залпом, чтобы буквально вспахать площадку, где только что находились друзья. Выход из пещеры закрылся бурой пеленой, и больше уже ничего не было видно.

-Это даже лучше, - сказал Северный, - стреляют наугад. У нас есть шансов - процентов десять.

-Да ты не остри, - посоветовал ему Краснов, - смотри, чтобы зачистку не провели.

Так время и тянулось. Десять, пятнадцать, двадцать минут, полчаса, час. Пыль рассеялась, и было видно, что участок марсианского пространства был действительно вспахан - будто по нему прошлись гигантскими плугами.

-Ракетами били, - сказал Северный, - хорошо прошлись. Интересно, а как они сами?

-Я бы посмотрел, - ответил Краснов, - хорошая винтовка.

-Да.

-Душевная.

Включили радио. Через сеть на Марсе ловилось, разумеется, практически все, однако полномасштабный Net не был доступен повсюду. Отдельные станции шли через каналы навигации, и их было ограниченное число. Тут-то и можно было прослушать местные, колоритные (с учетом местности и удаленности от земли) выступления.

-У нас сегодня в студии популярный ансамбль "Золото". Здравствуйте. Ребята, расскажите пожалуйста, почему вы поете именно на языке аборигеном острова Папуа Новая Гвинея, с чем это связано, что вы хотите переместить, то есть, передать этим. Это жест, или же - что-то еще.

-Мы-ы-ы. Ну-у-у. Мы думаем, что Марс - самое место для аборигенов, здесь такие же джунгли, но хотя их и нет, но они есть, они растут здесь в душе у каждого....

-Дураки какие-то, - сказал Северный, - чушь. Бред. Черт, если бы не учёба, я бы сюда подался. Может, бросить институт? Уэллсу не придутся мучиться со своими акциями. Я тут ребят нормальных разыщу. Вот, таких вот, что на языке папуасов поют.

-Может, они русского языка не знают? - возразил Краснов.

-Английский должны знать.

-Если только знают. А они на каком сейчас общаются?

-Выключи перевод. А, ладно. О фигне говорим. Что теперь делать?

-Не знаю.

-Странно - ни нервов, ни волнения. Как ты думаешь? Я лично не знаю, что будет дальше? Надо бы по навигатору посмотреть, где мы находимся.

-Я смотрел. Тридцать километров отсюда - какая-та станция. Но, с учетом того, что мы без приключений и шагу тут ступить не можем, я полагаю, что нам надо искать другие пути. Хотя их нет. Я не знаю. Я бы сдался. Подаем сигнал SOS, поднимаем лапки, кто первый за нами придёт, тому в руки и отдадимся. Нет, я предлагаю еще немного посидеть в пещере - мало ли, они могут вернуться. Лично я хочу спать. Мыслей нет. А как появятся.... Может быть - связаться с Муром? Ведь он - единственный человек, которого мы здесь знаем. Вполне возможно, он знает, что нас подбили. Ведь переговоры можно перехватить.

-До него далековато. До станции ближе. Не знаю. Давай правда, подумаем, не будем спешить. Полный fail. Должна же быть этому причина. Появись они на пару минут позже, они бы нас не догнали.

-А ты знаешь, как в футболе - плохая команда играет с хорошей, и плохой всегда пары секунд не хватает, чтобы гол забить. Мяч принял, начал разворачиваться, уже пора бить - забрали мяч. И так таких почти - на каждом шагу.

-Почему же Мур нам не сказал?

-Может быть, он сам всего не знает? Откуда могли взяться эти ублюдки? Местные власти? Зачем тут же стрелять без предупреждения? Ничего не понятно.


Радио играло. Северный заснул, и ему снился всё тот же странный сюжет - он шел по улицам иной страны, иного города, он знал в те минуты о себе всё, и оставалось лишь взять листок и ручку и передать себе привет - сделать так, чтобы листок этот явился наружу из сна и расставил все точки над i. Он продолжал идти по улицам. Казалось, он шел так уже тысячу лет - и вот сейчас он спит, дыша отфильтрованным воздухом скафандра - его другое "Я" идет, идет, и мимо медленно плывут дома, идут люди, а может быть - и не люди (это ему так кажется), и все это дышит жизнью. Тогда он вдруг понял - нужно действительно писать письмо. Хотя - казалось бы - он его писал уже столько раз, и столько раз из мглы будущего по почте приходила его мумия. Его будущее я, абсолютно уничтоженное, через много тысяч лет.

"Такие вещи волнуют лишь существ, которые способны заглядывать через время. А иначе - какой смысл писать письмо себе самому. Ведь правда же? Не имея особых мотивов, ты выглядишь смешным.

Нет, тут другое.

Я попытаюсь посмотреть на себя - что происходит со мной на промежуточной фазе. Ведь я не хочу абсолютной смерти - то есть состояния, когда тебя нет совсем, и ты уже не родишься никогда. Нужно что-то делать. Прочти это письмо. Открой глаза. Давай, открывай".

Он сел на скамейку. Издалека до него доносилась далекая музыка, и он понимал, что это какая-та другая музыка. Возможно, она прорывалась сквозь грозы и дожди временных модуляций.

Радио. Возможно, радио. Нужно сделать что-то еще - чтобы пелена стала тоньше и пропустила через себя самую легкую субстанцию - мысль. Вот тогда....

Он сел на скамейку. Весь мир был погружен во тьму, расцвеченную красным. Местами блестели фонари. Где-то у края висела луна. Мир был одухотворен и прекрасен. Он о себе точно что-то знал. Нужно было сказать. Нужно было передать туда - наружу, в другое время, но времени было много. Толщи, океаны.... Куда же передавать? Какие существуют методы?

Он встал, прошелся.

В мыслях появился синий свет - он лил откуда-то извне, он кричал, звал, требовал - чтобы его пропустили.

Александр удивился.

Тут он вспомнил своего кота. Тот так же любил прорываться. Вроде бы сидишь на стуле. Работает компьютер. Делаешь задание. Интерактивный реферат. Курсовая. Может, вообще в голову пришла идея стих какой сочинить..... Все бы хорошо, и тут ему надо прорваться.

-Опять ты! - кричит Александр.

Понимая, что не все так просто, кот лезет на шею. Хотя, при желании, он залез бы и на голову. Но лучше всего, разумеется, просто начать мешать работать.

Но это у котов. У них давно замечена ревность к аппаратуре. Но вот теперь.....

- Что же тебе надо? -спросил он.

Оно рванулось, ему было больно. Вся агрессия его была связана именно с цепями - оно, желая вырваться, рвало все на своем пути, и лучше тут было не стоять. Он увидел длинный коридор, который ближе к окончанию поворачивал вниз. Там, очевидно, был колодец, и оттуда выплескивались синие блики.

-Черт, - сказал он, - если оно вылезет, то лучше мне этого не видеть. Оно ужасно. Но о чем я только что думал? О письме? Да. Если тебе что-то надо, там, пользуйся сам собой, в тебе есть все, просто.... Просто и понятно. Не надо ничего искать снаружи. Все есть в тебе. Возьми из себя. Оно всегда рядом. Ходит, стучится, а ты не видишь. Это проще простого, давай.

Коридор озарился, и оно вышло, Александр сощурился.

-Черт, это ты, - проговорил он, - мы просто о тебе забыли. Но что я могу сделать - все забыли, я забыл. А ты там осталось, сидеть.... В вечности. Сколько ты там просидело? Порвало все жилы, пока грызло решетки. Тысячи лет. Миллионы. Нет, конечно, это нехорошо.... Если бы я так сидел.... Тюрьма!

Радио усилилось, и синий свет перешел на максимум модуляции, он открыл глаза и едва не утонул в нем. Это был не сон - оно висело прямо перед его лицом, обнажив всю структуру своих внутренностей. Оно напоминало кувшин с защитным облаком снаружи, внутри же - какой-то букет из светящихся корней. С другой стороны, их можно было назвать и проводками. Так иногда бывало в очень старых фильмах - когда обезвреживают бомбу - приходится перекусывать один проводок из целого пучка, и там этих проводов - страшно подумать, сколько.

-Черт, - сказал Александр.

Края облака касались скафандра, и он ощущал жар, и в голове словно появилась игла - он хотел сказать - это..... Но мысль цеплялась за барьер, и он не мог сказать, что же он видит.

Он знал, и не знал.

Радио затрещало, отдалилось, и откуда-то из небытия радиоэфира вырвался звук, похожий на детский плач. Свечение расширилось. Ядро - структура с цветными "проводками" поднялось к потолку, прошло немного к выходу пещеры, словно пытаясь выяснить - нет ли кого-то снаружи. Вернулось и снова зависло на том же месте.

-О господи, - услышал он голос Лены, - это оно.

Сгусток корней, услышав ее голос (может - так, может - по радио) - изменил направление и завис прямо возле ее лица.

-Это бред, - сказал Александр, - оно сидело в лабораторных колбах. Хоть убейте, но это так.

Сгусток развернулся и "посмотрел" на него. Почему он легко говорил об этом? Человек, которые видит какие-то вещи в первый раз в жизни, обязан во всяком случае - удивиться. Если этого не происходит, то в пору задать вопрос - что происходит? Может быть - это шок? Такие случаи были неоднократно - например, человеку оторвало ногу, но он не понимает этого, он не чувствует. Что, если оторвать голову?

Какие мысли, какие те взвешенные куски, обрывки нечеловеческих запахов. Легкий, но убивающий все желания, шум. Северному стало жарко. Он понимал, что хочет что-то сказать, и у него есть, что сказать, нужно лишь взять себя в руки и прекратить быть человеком.....

-Это... это не знаю. Что ему надо от людей?

Ядро - витиеватое, нитчатое, вдруг стало еще ближе, и он ощутил его прикосновение к лицу. Один из проводков оттянулся, прошел сквозь лицо шлема и дотронулся до его кожи. Он ощутил покалывание, легкое головокружение - и вместе с этим - целую гамму чужих мыслей. У этих мыслей был отчетливый запах, и от них тотчас захотелось отделаться. Обычно отмахиваются от мух. Если на лицо залазит паук, то некоторые паука убивают, другие же считают, что убивать паука - нечестно. Нужно оставить его в живых, так как он приносит пользу. Есть люди, которые разводят пауков. А вот людей, которые бы лелеяли мух, скорее всего нет.

-Саша! - крикнул Краснов. - Надо валить.

Он остановился немного в сторону, держа в руках тяжелую винтовку.

-Стой, - ответил Северный, - он просто меня не понимает. Ну.... Черт... Так и не поймёт.

Он не понимал сам, что говорит. Это было энергетическое опьянение.

-Встань! - крикнул Краснов.

-Не двигайся. Не двигайся, ты не уйдешь, понимаешь. Я сам не понимаю.

Красное щупальце засветилось перед лицом у Северного, придвинулось и заглянуло в глаз. В голове вдруг вздрогнуло - словно бомба взорвалась, и, сквозь дыру в ментальном веществе, он увидел самого себя, с письмом в руках.

-Держи, - сказал другой человек, - я давно пишу, давно думаю, как тебе его отдать. Нет, скорее всего, это не тебе. Это - еще дальше. Туда, наверх. Ты сможешь? Нет, ты не передашь. Я понял. Ты ничего не знаешь. Держи, все равно. Тебе надо прочесть, иначе, ты так ничего и не поймешь, и будешь ломать себе голову. Многие люди живут и ищут всю жизнь и ничего не находят, и это порой грустно. Поэтому - прочти.

Северный протянул руки, взял письмо. В голове было жарко. Наверное, как в бане. Температура нарастала, и ему хотелось этого - все жарче, жарче, образы усиливаются, исчезает концентрация на одной личности - и он - всё.

Единое целое. Существо, способное управлять всеми своими воплощениями.

Реальности, плоскости, перпендикуляры - никаких преград. Только сильный разум, воля, много энергии.

-Ты его дёрни, - сказал человек, - дёрни за синий шнур. За красный не дёргай, оно еще больше разозлится. Оно нервничает, давно, я и сам не знаю, чем помочь.

-Почему? - спросил Северный.

-Что, почему?

-Почему оно злится?

-Тут какая-та дурная история. Но я и сам не знаю. Дёргай, а то оно не отстанет.

Он протянул руку - но было странно - его рука была не в скафандре, и в клетчатой рубашке, и находился он не в пещере, а большом помещении, освещенном каким-то химическими плафонами, и вокруг стоял резкий запах. Так же - было очевидно - здесь уже давно никто не появлялся.

-Ну а я при чем? - спросил Александр.

Он протянул руку и дернул красный светящийся шнур, что отходил от существа немного в сторону и колыхался.

-Ну, - проговорил он.

Существо и правда успокоилось. Оно подлетело ближе, и теперь подергал ог его за синий шнур. Это напоминало поглаживание кошки.

-Ну вот, - сказал он, - я знаю, ты отсюда выберешься. Но не сейчас. Я не могу сейчас помочь тебе. Я даже не знаю, где находится это место, и как тебя забрать отсюда. Но ты жди....

Он вдруг повалился на спину, ударился шлемом о каменную стену пещеры, головой - о стекло шлема. В ушах зазвенело. Он приподнялся. Синее нечто маячило где-то в дальнем конце пещеры. Оно постепенно удалялось. Лена и Краснов лежали тут же, в полумгле сложно было определить - живы они или нет. Индикаторы внутри шлемов светились столь скудно, что сложно было что-либо определить.

-Ну, - сказал Александр, толкнул товарища,- что такое. А? Вова! Вовчик!

-Ничего, - Краснов простонал, - сейчас. Не могу встать. Кружится всё. Что это?

-Надо идти отсюда, - сказал Александр, - пока оно не вернулось.

-В голове воняет, - проговорила Лена, вставая, - не могу. Запах.

-Запах лаборатории, - ответил Александр.

-Какой лаборатории?

-Не знаю. Я и сам не знаю.

Выйти в ночь сразу не удалось. Северный с большим трудом растолкал своих товарищей, они покинули пещеру и сначала шли наугад. Но уже минут через десять Александр сориентировался, запросил орбитальную сеть и определил путь к ближайшей станции под названием "Таун-2". Было решено дойти до станции по возможности пешком, вызывать же помощь - лишь в крайнем случае. Почему он так решил? Наверное, он был твердо уверен, что если поблизости приземлится машина, оно может напасть на экипаж, сбить все настройки, выключить питание, превратив корабль в очередной "Старпрауб". Нужно было отойти от места встречи как можно дальше.

Несколько раз он искал письмо.

Ведь он получил его. Оно должно быть где-то здесь- в руках, в кармане.... Не может быть, чтобы не было письма....

За пределами скафандров ночь стояла очень холодная, разряженная, с высыпавшим на почве инеем, с крупными звездами, усеявшими мертвое небо.

Деймос поблескивал немного с краю, над горой. Как известно, оба спутника открыл Асаф Холл. Размеры их дисков были не различимы в телескопы, а блеск равнялся звездам очень небольших звездных величин. Это свидетельствовало о крошечных размерах небесных тел. В действительности, их размеры оказались немного больше. В старину некоторые думали, что спутники Марса - полые. Об этом говорили даже в некоторых научно-фантастических романах. На деле же, эти малые планеты - большие каменные глыбы, захваченные тяготением красной планеты в далёкие времена. Чем теперь были замечательны Фобос и Дейсом?

Наверное, лишь стационарными автоматическими маяками, станциями слежения и несколькими телескопами, которые, впрочем, к нынешнему моменту утратили свою актуальность.


* * *


К середине Марсианского дня друзья не заметили, как по спины к ним подошла тарелка. Это была "Bronco" - в высоту - достаточно худая машина, зато - большого диаметра, что позволяло ей чувствовать комфортно даже в земной атмосфере.

Тарелка шла на удивление тихо, впрочем - на Марсе вообще достаточно тихо. Это многие знают. Марсианская тишина - вещь отчасти поэтическая, хотя и не настолько явная. Что можно услышать в разряженной атмосфере? Специальные приборы, которыми снабжен любой современный скафандр, позволяют создавать так называемые параллельные модуляции. Очень тихий звук превращается в полноценные колебания, и его можно прослушать. Таким образом, правильно настроенные приборы делают прослушивание Марса доступным.

Марсианские звуки используются в некоторых музыкальных направлениях. Это известная практика. На самом деле, определить до точности, откуда взялся той или иной звук, невозможно, поэтому нет большой разницы - марсианский это звук или нет. Современный компьютер способен смодулировать всё, что угодно. То, что тарелку не было слышно, можно было связать лишь с настройками скафандров. Что касается локаторов, то тут другое дело было. Северный, тот, на локаторы внимания не обращал. Краснов, он, может, и видел, да не сказал. Ему, верно, было всё равно. Недавние события оставляли странный след. Это нельзя было назвать отсутствием желания к жизни. Также это не являлось неким психическим зомбированием.

Безразличие?

Здесь очень большой минус - когда ты привык все просчитывать, когда твое умение доведено до некоего максимума, то твое же планирование может тебя и завести в тупик. Если представить себе ситуацию, в которой нет никакого выхода...

Когда же тарелка зависла у самой поверхности, в открытой двери появился человек в скафандре. Это был темнокожий парень, и он улыбался - позитивно так, хорошо, словно вожатый из пионерлагеря.

-Привет, - послышалось в динамиках.

-Привет, - ответил Северный без интереса.

-Как погода? - осведомился Краснов. Говорил он со странной деловитостью - так, будто бы этого парня давно знал, а также был главнее его.

-Хорошая. Поехали? - спросил парень еще более радушно.

-А куда едем? - спросил Александр.

-Тут недалеко. Пару сотен километров. Но пешком вы не дойдете.

-Это точно, - ответил Александр, - далековато. А у вас там чего? Двести км. Не, если чо, мы можем дойти. Даже на спор.

-Обед скоро. Надо лететь. А то съедят всё. Что, летим?

-Летим, - согласился Северный.

Ему никто не возражал. Влезли в тарелку. Короткий, но достаточно широкий коридор - с расчетом на скафандры, был также и шлюзом. Влезли по трапу. Как только дверь закрылась, тарелка плавно пошла вверх.

-Пушки кидайте в проходе, - сказал парень, - с ними тут не развернешься. Длинные они у вас. Меня зовут Ноэль. Давайте. Надо лететь. Жрать охота.

-А воздух? - спросил Северный.

-А надо? Ладно. Сейчас включим.

Места внутри тарелки было не так уж много. Коридор почти сразу же поворачивал с две стороны. С одной стороны была кабина, и там за управлением сидел бородач. С другой - дверь в жилой отсек.

Пульт - широкий полумесяц, покрытый прозрачным пластиком, без единой кнопки. Всё элементы управления - сенсорные, с синеватой подсветкой и красноватыми линиями лучей. При этом, пластик этот был покрыт толстым слоем пыли, отчего лучи распылялись, напоминая лучи от фар автомобилей, бьющих через туман. В нескольких местах пыль протёрли. Видимо, это касалось тех элементов, которыми пользовались. Часть показаний выдавалось на узкое лобовое стекло, другая - на ручку управления - большую, с рядом дополнительных кнопок.

Минуты через три после взлета включилась атмосфера. Все опустили шлемы. В воздухе летал терпкий запах химических веществ, смешанный с запахом пыли.

-Это смазка, - пояснил бородач, видя, что аромат пришелся гостям не по душе, - еще год назад возили смазку. Радиоактивная. Радиация, сказали, выветрится. Я точно не знаю. Но вонь осталась. Джексон предложил замерить, говорит - ты давай, с этим не тяни, ну его нафиг, потом хуже будет. Да какая радиация, надо работать, деньги зарабатывать. А он все короче лезет - начал уже напрягать. Я говорю - слушай, я тебя уважаю. Он отвечает - и я тебя уважаю. Короче я ему бабки торчал, поэтому, много бабок. Но я и не тянул, просто нечем было отдавать. Лишнего ж не заработаешь, что есть, то есть, короче. Потом собрались уже померить, довёл он меня, но там что-то было...

-Пьянка, - сказал Ноэль.

-Да. Была пьянка, он вышел подышать и не вернулся. Видали?

Он указал на экран, что мигал под слоем пыли, но там ничего не было видно.

-Шухер вы наделали. Это ясно, как пить дать.

-Мы? - спросил Северный.

-Ну, не я же. Это Гринберги.

Никто не прокомментировал. Никто из ребят не знал, что это значит. Бородач не стал продолжать. Темнокожий парень, Ноэль, закурил. Говорилось как будто о чем-то крайне важном, и при этом подразумевалось, что комментировать эти слова не обязательно.

-По правде, мы на полюс летели. Но потом вас заметили, - сказал он, - да же, Тони?

-Да, - ответил бородач.

-А что на полюсе? - спросил Северный.

-А что там еще, - ответил Ноэль, - как будто что-то еще. Было б что еще. А траву не курите?

-Нет, - ответил Краснов.

-А правильно. Ну её. Я уже себе сказал, что хватит. А никак не оторвусь. С утра себе говорю - составлю план. Потому думаю - нет, нельзя говорить "план", потому что я хочу отучиться курить травку, но просто так сделать это нельзя. Я прошел интерактивные курсы Дэна Макаренко, думал, поможет. Но он с такой любовь рассказывает, что я еще больше захотел. Чувствую, что не оторвусь. Тогда озаглавил свой проект как "программа". Знаешь же, надо быть прогрессивным, модным, всё такое. Как корабль назовёшь, так и поплывёт. А всё равно, программа, не программа... По коридору в шестом секторе иду, смотрю - стоит возле пожарного крана Минелли и глазами крутит, мол, язык жестов. Я всё понял. Говори, что ты, волк позорный, снова завоз? Он молча кивает. У него фасовка в брикетах. Концентрат. Да куда деться, для меня сигареты крепче, чем эта гадость. Гадость. Радость!

-Кефир пей, - сказал бородач.

- Пучит.

-Ну не пей.

-Да всё равно пью. Да не помогает кефир. Если любишь траву, то она тебя не отпустит. Она как мать держит. Мать же ты не сдашь? Ну только суки какие-нибудь мать продадут. Мать. Понимаешь, если бы я был один, другое дело. Нет, наоборот, когда один, то смысла нет. Если бы много было спортсменов...

-А лишайники.

-Не. А вы? - он обратился к пассажирам.

-Я иногда сигаретой балуюсь, - сказал Северный, - но не более того. Говорят, табак жевать полезнее. Но я не знаю. Лишайники - они друзья. Мне еще отец говорил - лишайники - друзья. Всегда будь с ними наравне. Не груби им. Уважай. Они - люди.

Лена посмотрела на Александра с удивлением. Хотя, наверное, она бы сказала что-то подобное. Кто знает, как подействовал на психику Сиреневый Смерч. Продолжается ли жизнь? Возможно, всё это было лишь прелюдией к новому типу энергетического состояния. Афтершок после химического бытия. Новый путь...

-Он тоже уважал? - спросил бородач.

-Кого?

-Лишайники.

-Не правильно говорите, - возразил Северный, - так не говорят. Это особый язык. Надо приходить к этому...

Он посмотрел на Краснова, но тому было все равно. Он отвернулся. Видимо, он не считал словесный всплеск Александра чем-то потусторонним. Что тут можно было сказать? Нет, тут нужно было пройти курс релаксирующей терапии, вызвать психолога, восстанавливать нервные клетки по одной, от единицы до миллиарда..... Говорят, есть вещи, которые должны быть в единственном числе. Один раз такая штука случилась, и больше не надо....

Один раз и навсегда.

Большой взрыв тоже был один раз. Пока второго не видели.

-Надо говорить не лишайники, а лишайников, - произнес Александр, - я люблю лишайников. Я их уважаю. А выращивают их на карандашах. Обыкновенные. ТМ. М не подходит. Лучше всего - чеширские карандаши.

-Это да, - вздохнул Тони, - это я где-то слышал. Чеширские... Может что-то путаешь, парниша? Может, чешские? У нас одно время был робот "Кубейс", потом его на десятку отвезли, говорят, он там перегорел.

-Жалко было, - проговорил Ноэль.

-Да не то слово. Так он рисовал. Карандаши ему заказывал его друг, "Кифер". Ну, тоже железяка. Сначала удивлялись - мол, как так. Железо железу - друг. А ни черта - никакого юмора.

-Умные, - подтвердил Ноэль.

-Да. Приезжает какая-та скотина с утра. Толпа выбежала, все машут ружьями. Менеджер, понял. Нашел нашу базу, привез карандаши, ну что там еще. На чем рисовать. Ну, пришлось платить, что делать. Пересылку оплатили. Короче, карандаши были чешские, не чеширские, понял? А потом как его увезли... Когда он перегорел, "Кифер" вроде грустный ходил. А по лицу не видно, потому что лицо железное. Но все равно, смотришь - грустные же глаза. Видно, что расстроился робот, что его друг-железяка перегорел. А потом Николсон его отключил. Говорит, чтобы не мучился. Ну, и всё.

Тарелка шла очень медленно и очень низко. Центральный дисплей, что совмещался с лобовым стеклом, был занят изображением каких-то красных вихрей. Очевидно, локаторы работали на полную катушку, прогоняя пространство под разными углами. Двигатель за спиной клокотал довольно громко. Звук был рваный, с дополнением, похожим на булькатение то ли кипящей воды, то ли масла. Возможно, на корабле не работала звукоизоляция.

-На, возьми, - сказал бородач.

Он закряхтел, наклонился, вынул из под панели управления бутыль виски и протянул Северному:

-Вижу, что ломает. Ты не стесняйся. Я знаю, жизнь не сахар. Помоги себе.

Он повернулся к боковому экрану, который работал, словно окно - транслировал то же самое.

-Вишь, гоняет, - сказал он, - Бергман когда летит, я говорю, ты шуруди получше, что ты как девочка. Шуруди, давай. Вот так. Не боись. Гоняй. Гы-гы-гы. Гоняй, и всё.

-А я чо? - не понял Ноэль.

-А ты молодец. Да ты... Ты... Ты брат умеешь. Я знаю.

Северный открыл бутылку и выпил с горла.

-И мне, - проговорил Краснов.

-А я давно заметил, что у Гринбергов какая-та посудина на орбите торчит, - сказал бородач, - меня Диджитал зовут.

-Цифровой, что ли? - осведомился Северный.

-Да. Вот тут, - он показал на ухо, словно это могло что-то подтвердить, - да и вообще. А вы что же?

-А мы ничего, - ответил Северный, - Диджитал. Мне все равно, понял? Я бы сейчас принял душ и поел. Хоть ты цифровой, хоть нет, а есть охота.

-У меня паштет есть, - сказал Ноэль, - будешь? И морковные кольца. Еще рисовое печенье. Правда это не натуральное, срок хранения - двести лет. Я читал на этикетке. Да ничего, вкусное, голод утоляет хорошо.

-Да?

-Ага. Я люблю.

-Ты прям как заяц, - сказал Северный без иронии, просто так.

-Да. Все так говорят. На. Вот чуть-чуть хлеба. Что, давно не ели?

-Не знаю, - сказал Северный, - не знаю ничего. Слушай, для чего мы так медленно летим?

-Не знаешь? - бородач закурил, потом - взял из рук Александра бутыль и тут же отпил половину.

-Е, е, - сказала ему Лена, - мне оставьте.

-Хорошая, - ответил тот, отдавай ей бутыль, - зеленые вы. Да никто не знает, когда смерть ждать. Мне.... Мне... Ладно. Вы слышали, что есть некое Руко? Нет? И я не слышал? Б-340 на прошлой неделе рубанулись в песок. Оператор дозванивается - приборы отвечают. Центральный робот как будто пьяный. Ну понятно, что неладное что-то. Потому что осень. Не слышали никогда? Осенью есть Руко. Что это, никто не знает. Ребята полетели посмотреть, почему триста сороковой упал. Никто в него не стрелял. Никаких неполадок машина нам не выдала - полет в норме. Просто человек был за рулем.... Диего. Диего был, Диего всплыл. Еще был этот.... Как его.... Полуглазый.....

-Русский, - сказал Ноэль.

-Да. Точно. А вы ж тоже, да, русские? Вот. Брат ваш. Они новичков обкатывали, хотели вылететь на полигон, пострелять, побегать в скафандре, поучиться двигаться. Побегали. Шлюз вскрыли, внутри воздух был. И что? И ничего? А вот русский.... Нет, не русский... нет, русский. Как его звали? Иван?

-Степан, - ответил Ноэль.

-Степан. От него была голова. Больше ни от кого - ничего. Поняли? А вы говорите, Гринберги. Что - Гринберги? Не, ну вы молодцы. Мочканули пацанов. А сами вы.... А, ладно..... Дай еще.... Ох. Теплая, сволочь. Триста сорокового пригнали и поставили на карантин. Я потом спрашиваю у Шелудивого - ну что там. Он говорит - собрали комиссию. Давай считывать записи. Сказал, что, может, сваливать придется. Я тогда чувствую - дело пахнет керосином. Летали на керосине? А, ладно. Не, мы летали.

-Летали, - подтвердил Ноэль, - гранулированный керосин с радиоактивным ядром. Во.

-Эге, - сказал Северный, всем видом показывая, что это разговор его расшевелил.

-Да в общем, никто никуда не подался, - продолжил Диджитал, - хотели всё скрыть, чтобы мы так же работали. А нам то что? Прям сейчас прыгаем, и - к Земле. Но вишь.... Без прикрытия мы не пройдем, все знают. Куда? Можно затариться жратвой, взять баб, бухла и висеть на орбите, мы считали с ним на калькуляторе, сколько можно так прожить. Три года, понял. Но места мало. Хотя что нам, первые космонавты и не так висели... Не... Да.... Ну что, все узнали, шептали на ухо... В нашем районе есть Руко. Что это, никто не знает? По чему стрелять? Было бы в кого стрелять.... Не в кого стрелять. На малой скорости, если включить всю векторную локацию, мы его пугаем. На большой он легко заскакивает внутрь и высасывает, как паук, но никаких записей в бортжурнале нет.

-Не, там что-то было, - возразил Ноэль, - они что-то нашли. Комиссия стала копаться по сетям и нашла какие-то записи об этом. А до этого никто ничего не знал. Оказалось, что триста сороковой был где-то тридцатым кораблем, который погиб таким же образом. Короче, что. Ничего. Официальные данные говорят о том, что тридцать кораблей... Сколько ж там было ребят... Нет, там могли быть и не наши, но тоже люди. Я смерть иногда представляю, думаю - да хрен уже со всем, всё в жизни повидал, лишь бы не больно было. Раз, и всё, но там, за жизнью, что-то есть. Он еще сухопутных пешеходов много извёл. Короче... Короче, не знаем мы ничего. Никто не выжил.

-Ничего? - не понял Северный.

-Ты пей. Ты не бойся, нам специально горючего не доливают, чтобы мы не посматывались. Знают, суки. Знают. Добавили бабок. Привезли девок. Ты знаешь, что такое команда одних и тех же девок в течение года? Нет, бывает хуже. Но потом смотрят на это дело, стали давать таблетки, а потом... Не слышали... В-икс рубанулся возле Кронштадта, и все туда ломанулись - кто первый. Кто успеет.

-Что такое Кронштадт? - осведомился Краснов.

-Не знаешь, - бородач заржал, - эх. Темнота. Бухло везли, не довезли. Когда мы прилетели, там были японцы. Говорят - нам это добро не нужно, но бесплатно не отдадим, что дадите? Босс говорит - берите наших красавиц в аренду. Японцы спрашивают - в бесплатную аренду? Он говорит - за доллар. И по рукам. Но нельзя было медлить, туда много народу сбежалось. Мы погрузили, сколько надо, а якудзы остались сторожить остаток и тут попали на ребят. Слышали? R.E.B.Y.T.A.? А вы, кстати, не ребята?

-Нет, это не они, - сказал Ноэль, - запах другой. Ребята пахнут, от них - дурняк. Нет, когда не в курсе, сначала врубиться не можешь, думаешь, что ж за хрень-то. Вроде всё в порядке, а в носу постоянно жжёт. А если тебя предупредят, что с ребятами такая петрушка, то надо сначала стрелять, а потом разбираться. Лучше ж тело выбросить в пустыню - пусть оно там высыхает.

-Ага. Да, точно. Так мы затарились, а босс, он почему баб отдал? Потому что ему кто-то за долги еще подогрел, целую толпу. Вечером привозят, прямо из Нигерии. И все во.... И такие, и такие. И худые, и пышные, и белые, и черные, как разные кошки. Я вышел в шлюзы, стою на парапете и тут меня как пробило плакать. Стою, не могу, плачу от счастья. Хочется каждую приголубить, под крылешко взять. А потому чувствую, не могу остановиться. Вечером как пьянку закатили. Джоник понамешал и умер. Пусть песок Марса будет ему пухом. У нас кокс запрещен, но никто не обращает внимание. А теперь, когда стало ясно, что оно где-то тут бродит и того и глядишь, заявится к нам, многим по барабану. Ты думаешь, отсюда можно куда-то срулить? Куда? Это мой дом. Ты знаешь, как убивает муравьев? Мне еще Ларс Кругман рассказывал про муравьев. Мы как-то под коксом разговаривали через М-порт. Посмеялись. А он держит теплицы, и, говорит, ему с почвой по ошибке подмешали муравьиный концентрат - они там выводятся, только я не знаю, каким образом. Может они там клонируются, ну я не знаю. Он мне говорит - знаешь, а жалко муравьев убивать. И мы поговорили об этом мифической сволочи, потому что она вроде бы есть, но ее нет, так как никто не видел. Получается, что мы на его территории - как ненужные муравьи. Вроде бы мы ничего такого не делаем. Мы просто напрягаем своим присутствием. И вроде он потому нас всех не ест, потому что вроде как это плохо. Ларс Кругман муравьев же не сразу убил. Он вокруг них ходил, ходил, злился - мол, гребаные же муравьи. По одному убивал. Потом жалел. Он еще говорил - он жениться собирался, мол, девушка неплохая, но корейка. Мол, надо поскорее с муравьями разделаться, а то не знаю, что будет. Потом посыпал гнездо гранулами и поджёг. И всё.

-Он же вроде сдох, - сказал Ноэль.

- Да я точно не знаю, - ответил Тони, - говорили, что да. Потом слышал, что нет.

-А вы кто? -осведомился Северный.

-Ха. Давай как мужчины, - бородач тут достал стаканы, - вот так. А леди? А? Будет леди?

-Не нравится мне все это, - ответила Лена.

-Что?

-То, что вы рассказываете?

-Эх, - Диджитал вздохнул, - нет разницы. Ты живешь на бочке с порохом. Просто чувства притупляются со временем. И уже не надо ничего. А ты.... Ты как будто.... А ладно. Парень. Я же вижу, ты.... Ты уже давно..... Мне знаешь, мне всё равно, что вы тут делаете, от Ребят запах другой, ты знаешь? Это из-за испытаний. Не знали? Все ребята пахнут. Мы раз девок захватили. Макси еще был. В шлюз завели, она Макси ногой в лицо, да так точно - тот сразу на задницу упал и не двигается. Пацаны их током. Электрическим. Говорят - допросим, и развлечемся. И тут кто-то говорит - прямо тут и будем допрашивать, а все будут смотреть.

-Некрасиво, - прокомментировала Лена и отхлебнула из бокала.

-Много ты знаешь. Слушай, ну вы точно не туристы? Я же вижу.

-Мы группа, - сказал Северный важно, - а что было дальше?

-А что?

Северный заметил, что при слове "группа" Ноэль как будто встрепенулся, хотя, конечно, это было видимостью. Навряд ли темнокожий парень и до этого был расслаблен.

- Так с ними нет, никак, - сказал бородач, - а то может я б себе выпросил одну, да может и женился бы. Га га га. Бабца, да? Нет, они что-то делают с собой, с головой у них, ух.... Лучше даже не говорить. Они если на тебя смотрят, у тебя в голове начинает пузыриться. Понимаешь? Они все такие. Так короче набрали все чо надо, по кругу то стоят, то сидят, бутылки держат, смотрят. Пришел доктор, щипцы взял, пальцы откусывать, ногти вырывать. Говорит - ну что, девоньки, рассказывайте по-хорошему. Одна из них и говорит - мы, мол, R.E.B.Y.A.T.A, мы первые из новых людей. Мол, люди должны измениться. Это эволюция, а мы - новый вид. А вы - вы все устарели. А на Марс мы специально переселились, так как тут тяжело, так приспосабливаемость лучше вырабатывается. Будем, мол, тут жить до упора, пока нас много не станет, и тогда посмотрим, мол, что делать - на Землю прилетим и будем новую расу плодить, или здесь останемся. А доктор говорит - милая моя, ты лучше скажи, какие у вас контрольные частоты, и тогда я тебе пальчики не откушу щипчиками. А девка смотрит на него так пристально, смотрит и говорит - а какая у вас контрольная частота. Доктор думал, думал, потом говорит - нет, я не знаю. А девка уточняет - не хочешь говорить, пальцы тебе пооткусываем. И тут он берет и отщелкивает себе палец, вопит - не надо, не могу, не скажу..... А мы все замерли, ни слова сказать не можем. Тогда босс понял, что дело не идет, запер девок. Да еще он понял, что дело может неладно закончится - стал сам следить. И точно - один друг наш вдруг чего-то решил девок-то выпустить. Прикинь, да? Вышли б они, всех бы тут и порешили. В общем, когда пошел тот дурень девок выпускать, он его застрелил, а в камере у них просто откачали воздух. Сказал, мол, хотел что-нибудь извращенное придумать, а потом понял, что не выйдет ничего и от греха подальше задушил их.

- Так вы кто? - спросил Северный.

-А.... Так ты не в курсе. "Коза Ностра". Слышал?

-Да. Слышал.

-Не веришь? - бородач отхлебнул. - Щас. Подожди. Щас. У меня тут где-то удостоверение было. Где-то тут... Да, вот тут в ящичке. Его особо показывать негде, я его вожу... И права в нем. Тут никаких служб нет, чтобы права проверяли, но говорят, что есть.

Он влез под пульт и действительно достал удостоверение, где все было написано черным по белому.


Cosa Nostra


John "Digital" Fail.


-Солидно, - произнес Северный, - при чём, фейл.


* * *


После обеда на базе был небольшой опрос, на котором Северный заявил навскидку, что они - люди из группировки Капулетти, чему вообще никто не удивился. Конечно, сам он это говорил с неким юмором, и здесь вернее было сказать, что это и не юмор был, а некий адский пафос. Нечто схожее происходит с людьми, которые вдруг осознают, что бытие конечно, и, при чем, внезапно. Более того - это произойдет в самом скором времени. Неизлечимых болезней хватает и по сей день, и, чаще всего, человеку ничего не остается, как смириться.

Возможно, тут было необходимо время, чтобы прийти в себя, но никому не было до этого дела. Возможно, и самой реальности не было никакого дела до этого - по-прежнему не было никаких доказательств, что жизнь не закончилась.

Популярная псевдонаука "Заячий Глаз" так говорит об этом:


Никогда не думай, потому что сосредоточение на определенных вещах создает якоря,

Список якорей:......

Однако, так как жить, не думая, также невозможно, необходим псевдолейер псайк-реальности. Живой и мертвый человек думают одинаково. Вы можете услышать мысли мертвеца, так как все коконы находятся в большом уплотнении. Мертвый думают так же, как и живые.


Северный тут мог вспомнить, что встречался с Поляковой Галей, которая увлекалась "Заячим Глазом" и даже платила какие-то взносы - за эти гроши система поддерживала ей постоянный статус Зайчиха-Профессор. К определенному моменту времени становилось ясно, что не то, чтобы с Галей нехорошо, но не то, чтобы и хорошо. В их городе любителей Глаза было мало, однако, собирались они в арендованном зале, и встречи их носили официальный характер. На экране появлялся Гуру-Заяц, Академик-Заяц Редькин Александр, и все слушали его с замиранием сердца. Потом, как и положено, начинались всяческие движения - это был заячий танец, который якобы нагонял всяческие биоволны. Все бы ничего, но вскоре оказалось, что все Зайцы - большие контактеры, и вот, на связи у них была тетя Маня с Альфа-Центравра. Нет, на экране ничего не появлось - все происходило на уровне психоза.

- Тебе понравилось? - спросила Полякова.

- Да, - ответил Северный.

Больше они не встречались.

Теперь же было самое время отдохнуть, сон, как мы знаем, лучшее лекарство, однако, вместо этого в комнату, куда их всех троих определили, приехал какой-то аппарат на колесиках и принялся задавать вопросы. Почему не пришел человек? Может быть, на базе правили роботы?

Северный говорил гордо, Краснов молчал, Лена кивала.

-Что бы вы сделали, если бы энергия подошла к концу? - был вопрос.

-Ничего, - ответил Северный, - дышал бы местным воздухом.

-У вас есть фильтронакопители?

-Да. Нет, не знаю. Я не смотрел. Я подумал, что когда нечем будет дышать, тогда я и проверю, что к чему.

-А если бы оказалось, что такого прибора нет?

-Тогда бы позвонил в Службу Спасения.

-На Марсе нет такого.

-Почему. Я слышал, что есть.

-Может и есть, но нет смысла. Тут так не принято.

-Ну а вам то что, что бы с вами было?

-И это не принято. Обычно, если люди терпят бедствие, их подбирают.

-Это хорошо. А поесть бы.

-Скоро поедите. Еще вопрос - сколько вам лет?

-Двадцать.

-А код паспорта можете назвать?

-Нет, конечно. Вы ж не полиция. Чего вам его называть?

-Но вы знаете, просто не говорите?

-Да. Точно.

Друзей поместили в двухкомнатную каюту, снабженную санузлом и кибер кухней, закрыли и оставили наедине с собой. Кухня управлялась с помощью нескольких круглых ручек-рулей, вращая которые, можно было вызывать на экране светящиеся значки продуктов и готовых блюд.

Как известно, кухня кухне - рознь. Аппарат может быть дорогим, однако это не влияет на качество готовой продукции. Тут много критериев. Например, наполнителем служит универсальная биомасса "Ща-5", производство Челябинск (лидер продаж в этой области). Масса, с одной стороны, одна, но блюд много, и вкусовые качества их зависит от класса пищевого процессора, которым оборудована кибер кухня. Понятное дело, что при наличии эконом-процессора вы не останетесь голодными. Однако, из рациона будут исключены синтетические фрукты, цитрусовые, мороженое, пиво.

Однако, это еще пол беды. Биомасса может быть контрафактной, африканской, а может быть и вовсе местной, марсианской, сделанной без соблюдения каких бы то ни было технологий. Но и это, порой, лучше, чем есть концентраты, которые вообще не обладают никаким вкусом, цель которых - не дать вам помереть с голода.

К этому надо добавить, что любая кибер кухня может выдавать обычные продукты, работая как дозатор. Для этого к ней подключают холодильник с ячейками. В одной - мясо, в другой, например, картофельный порошок, в третей - чайно-кофейные таблетки, и так далее.

Александр тотчас заснул.

И снова был сон - четкий, яркий, как в кинотеатре.

Он даже во сне подумал - надо попытаться не проснуться и здесь остаться. Почему и нет? Разве так и не может быть? Там, снаружи, все очень сильно безразличны. Много обвёрток, но зачем во всех них обворачиваться. Бабочка, она тоже обворачивается.

Нет, то куколка. Хотя нет, какая разница, нет разницы.

Бабочка, куколка.....

Существо-смерть, пришедшее, чтобы прийти. Какая еще цель?

Он вышел в красный город, и он понимал, что это - никакой не Марс, это что-то еще, во что просто так не поверить, так как оно не попадает наружу, оставаясь внутри. Почему всё так? Если в человеке присутствует некая скрытая информация, то, рассуждая логически, можно попытаться выяснить ее природу. Все люди - как люди. Всем дано примерно одинаковое, и, даже если не исключать наличие судьбы и прочих метафизических моментов, можно констатировать присутствие некой общей величины.

Другое дело - если предположить (об этом уже много сказано в древности), что некая информационная субстанция живёт в пространстве и времени, меняя форму. Если поверить, что у человека может быть несколько жизней, то зачем ей, этой жизни, выходить на поверхность и тревожить своими обрывками. В чем смысл ее появления - она всё равно не может быть дешифрована.

Он много говорил с кем-то во сне, и как будто не было никакого смысла, пока он не попал на трассу, по которой ехали совершенно замечательные автомобили. Все они были как капли, и неслись эти капли, повинуясь какой-то дьявольской силе, и они были безразличны к Северному.

Тот же ощущал, как всё хорошо.

Хорошо. Ветер дует не просто так, он идёт между нескольких прослоек времени, и в его дыхании так много информации, которая касается его самого.

Трасса поднималась, выходила на мост, и отсюда открывалась прекрасная панорама морского берега. В тот момент, когда он проходил середину моста, его разбудил Краснов, Северный спросил "чего", потом вновь заснул, и мост тянулся дугой, и капли-машины уходили и уходили, будто их кто-то обрек на вечный ход в никуда.

Может быть, они шли на встречу с Абсолютом.

Он миновал мост. Ему не встретился ни один прохожий. Возможно, это было добрым знаком. Трасса поворачивалась за скалы, и там он увидел здание. Чем ближе подходил Александр, тем все яснее открывалась ему суть. Он шел именно сюда. Лаборатория. Охрана на входе. Несколько здоровых ребят с оружием. Но это сон. Они его не видят. Он проходит в фойе и идет искать тайные комнаты...

-Ты храпишь, - сказал ему Краснов.

-Да. Нет, - ответил Северный.

Он открыл глаза. Время было неопределенное. Часы на стене стояли. Хотелось пить. Он подошел к сок-дозатору, нажал кнопку - вместо сока пошел какой-то мутный спиртной напиток.

-Не нравится мне это, - произнес Краснов из-за спины.

-Что? То, что льется?

-А что льется?

-На, держи, - Северный протянул Краснову стакан, - видишь, они видимо воду не пьют, видимо, тут все настоящие мужики, и они воду не пьют. Нет. Заподло, видимо, пить простые вещи.

-Что, боишься, что отравят?

-Да нет. Слушай, а это занятная история про Ребят.

-Ничего нового, - ответил Краснов, - обычная техника ментального принуждения. Не надо делать из мухи слона. Это давно известно. Если ты не знаком, то вроде бы чудеса. Но это обыденно, Саша.

-Хочешь сказать, и ты так сможешь?

-Ну надо сказать, что кто-то из нас справился с этой штукой. Я имею в виду, Сиреневый смерч. Так что я думаю, надо быть аккуратными, и у нас есть шанс. Когда поймали тех девушек, у них не было особого выбора. Но они не знают, кто мы, потому они навряд ли будут настроены так откровенно. Хотя, судя по тому, что у них тут вместо сока, может быть что угодно. Надо пойти кофе сделать. Как ты думаешь?

-Хочешь сказать, ты тоже можешь заставить доктора отрубить себе палец?

-Посмотрим.

-А если нас слушают?

-Нет. Не слышу никого, кто бы нас слушал. Зачем? Они были не готовы. Если у людей вместо воды течет то ли виски, то ли ром, то они не готовы к тому, чтобы прослушивать пленников. Уж поверь мне. Я это чувствую. Когда много агрессии, мысли имеют красноватый оттенок.

-Ты меня удивляешь.

-Ничего, может ты и научишься.

-Да, - подтвердила Лена, выходя из второй комнаты, - красные мысли. А тут все красное. Интересно, есть ли тут шоколадки? Да, есть вроде бы минералка, можно из нее кофе сделать. Ну же. Шоколадки.

Она пощелкала пультом, но ничего не обнаружила.

-Нет. Но у них не совсем красные мысли, - продолжила она, - они размазанные. Знаете, как спектр размазанный, Красноватые немного с краю. Это значит, что агрессии много, но она ушла в сторону и закольцевалась - то есть, ничего хорошего от этих людей ждать нельзя, но они не могут проявить себя открыто. Нужно действовать правильно. Вот те, из Ребят, они слишком явно себя показали. Надо было что-то придумывать. Но нам проще - нам нечего и некого выдавать. Нам нужно отсюда свалить. У меня уже созрел план. Я думаю, здесь, на базе, достаточно много планетолётов. Нужно захватить один из них и рулить отсюда.

-Ну это и ежу понятно, - ответил Северный, - сначала валим. Потом нужен Уэллс. Нужен коридор. Нужен канал. Нужна "Манька" Нужно проскочить через систему контроля, выписаться из нее и после этого садиться, стирать бортжурнал, нет, эмулировать новый через "Маньку". Можно сесть на Луне. Там, говорят, много свободных гаражей, так много, что готовы не регистрировать тебя, лишь бы ты его арендовал. А если еще второй в нагрузку арендуешь, то тебе там же и тарелку перепрошьют. А что, правда....

- Что, правда? - спросил Краснов, наливая напиток из генератора сока.

-Они же нас слушают.

-Пусть слушают. Какое тебе дело. Я тебе говорю, они не слушают. А вот проснутся все, спохватятся, начнут слушать. Ну кто там будет слушать. Все спят. Что они тут делают? Алкоголь контрафактный производят? Навряд ли, на Землю дорого везти. Микрочастицы для топлива? Очень может быть. Нанозакваску. Я так и подумал. Чем еще людям заниматься на Марсе? Зачем тут просто так торчать? Нет, они могут и просто так торчать, если они, например, все объявлены в розыск. Но что им тут делать? То есть, деятельность! Если у них есть корабли, а он у них не один, это значит, финансово они, во всяком случае, босс - не на мели. Представь себе - несколько кораблей. Обеспечение базы. Оружие. Еда. Ну и что еще? Нужно какое-то занятие. Они не могут быть тут на самообеспечении.

-Но Мур....

-Мур торгует чем-то, что-то делает. Ты же заметил. У него целый арсенал. Но нельзя жить с арсеналом и нормальным оборудованием в мире, где вообще нет людей и нет торговых отношений, иначе все рано или поздно придет в негодность. Какой вывод? Они торгуют нано закваской. Ты же знаешь, что у каждой нано частицы топлива есть маркировка, по ней можно мало того, что узнать изготовителя, но и отследить, где ты находишься - топливо начинает пенится и излучать микроволны. Более того, тебя же могут и заблокировать через маркировку - просто твой аппарат перестанет лететь. А на чем летает мафия? А на чем ездит и летает Африка? Один контрафакт.

-Почему же его в Африке и не делать? - осведомился Северный.

-Не знаю. Матрицы у них нет, вот и не делают. Нет, ты что думаешь, я утверждаю. Я не знаю вообще, что тут делают. Может, они и правда просто живут и никого не трогают. Просто переселенцы. Не хотят жить на Земле - живут тут. Больше нет вопросов.

-А мысленно....

-А...

-Ты быстро соображаешь, Сашь, - произнесла Капустина, - но читать мысли один в один невозможно. Можно лишь дешифровывать настроение.


На завтрак были заказаны куры. Куры были как куры, жареные, с корочкой. Северный утверждал, что куры искусственные, однако, запаха пластмассы не было.

Возможно, что птицу разводили тут же, на Красной планете. Давно известно, что проблема кормов осталась в прошлых веках, где технологий либо не было вообще, либо находились они в зачаточном состоянии. Еще лет двадцать назад одной из проблем кормов была в однообразии, вследствие чего мясо не получалось достаточно вкусным. Но тут и думать нечего - есть куры домашние, а есть - окорочка кур, которые нашпигованы химией, и никто вам не скажет, что второе - лучше. Однако, в деле роста кормовых водорослей был произведен прорыв, и теперешние корма не требовали почти ничего, кроме солнца либо источника электрической энергии и небольших ламп. Света - совсем немного. Марсианского - вполне хватит. Растут они, конечно, не ахти, но и площадей здесь достаточно. Ставятся герметичные контейнеры. Машины, обслуживающие их, питаются выделяемой углекислотой. Они переворачивают массу, качают воздух и очень редко добавляют в воду нужные вещества. Водорослевые массы сливаются в отстойники, откуда их достают и дают домашней птице.

Так, во всяком случае, было во многих марсианских поселениях.

От мяса, которое росло само по себе, без курицы, гуся, без свиньи, на планетах Солнечной системы отказывались в силу условий - мол, и так жизнь не сахар, еще и синтетикой питаться - пусть лучше Африка с Индией едят синтетику, сколько хотят.

Впрочем, это лишь рассуждения. Хорошую синтетику не всякий гурман от натуральной пищи отличит. Та же ножка, та же кожица, которая покрылась при жарке ароматной кожицей.

Помимо кур, было много салатов, но тут точно все было синтетическое, и никто не спорил. Но - как не крути - это витамины. При чем, на Марсе - свой набор микроэлементов, которые обязательно добавлять в пищу. В качестве компота было несколько сортов пойла, самое слабое из которых было о пяти градусах. Чай имел место ужасный - какой-то явно второсортный, с Земли, выпуска двадцатилетней давности. Северный попросил у автомата сухой заварки, завернул в бумажку и закурил. Дым белый, округлый, словно кучевые облака.

-Зачем ты куришь чай? - осведомилась Лена.

-Я настраиваюсь. У каждого - свой способ ментальной настройки. Я наверчу папирос из чая. Я же не вы. Вы умеете читать мысли, я - нет. Мне нужна альтернатива.

Остаток заварки он заварил, как чифир. В качестве сладкого был мармелад - просроченный, но явно натуральный, с земли, русский, с этикеткой.

Если поговорить об истории инопланетной пищевой индустрии, то истории тут и не много. С первыми же колонистами пищу стали готовить на месте, и это сразу же была синтетика - на момент, когда на Марсе появился первый город, технологии уже были на высоте, и для того, чтобы обеспечить себя всем необходимым, достаточно было нажать кнопку "авто" на пищевом контейнере. В ту пору такие установки были снабжены встроенными химическими батареями с ресурсов в пять лет. Кнопку нажал - забыл. Потом - подключил трубопровод, присоединил его к пищевому процессору. Заказываешь разные блюда, но все они сделаны из одной и той же массы. Вкусовые добавки сделаны на основе разложения и последующей ремодуляции биомассы.

На всем протяжении марсианской жизни менялись эти модули. Говорят, что кое-кто до сих пор пользуется старыми. Известен даже клуб любителей Д-водорослей. Находится он в Амстердаме. В нем - человек до тысячи. Ежегодно они проводят акцию - ставят модули на пощади и раздают бесплатную еду, смодулированную в пищевых автоматах первой марсианской серии. Они также умудряются наливать пиво и вино из синтетики, а недавно даже стали делать табак - правда, говорят, курить его невозможно.

Что касается Луны, то там история другая, ибо колонизировать ее начали раньше, и вся пища поначалу была завозной. Кстати, там и сейчас половина пищи завозная - Земля-то недалеко, а натуральная пища всегда в цене.

Так вот, о сельским хозяйстве на Марсе. Птицеводство здесь было модным. Свиней разводили понемногу, но - все больше и больше, как в небольших городах, так и на отдельных базах. Места для свиньи много не требуется. Корм - тот же. Навоз используется в качестве естественных удобрениях в теплицах, где так же стараются выращивать натуральные овощи. Но вот здесь не все просто.

Хорошо растут на Марсе, даже в гидропонных установках, только специальные сорта, а их еще нужно привести. Во-вторых, далеко не всех устраивает гидропоника - многие хотят овощи, которые бы росли в почве. Вот здесь нужны вообще специальные марсианские сорта, а стоят они еще дороже. Одно семечко помидора может доходит в цене до ста долларов. Но не надейтесь, что, когда вырастут помидоры, вы тут же возьмете их семена. Потом - почва. Потом - удобрения. Света же достаточно. Марсианские сорта используют ровно столько света, сколько дает местное солнце.


Сразу же после завтрака к комнату к ребятам пришел полный мужчина лет сорока пяти, непричесанный, с растерянным лицом, запахом алкоголя, с револьвером в кобуре. За ним ехал робот на колесиках, с тонкими гофрированными руками. Одна рука с трехпалой ладонью, блестящая, держала поднос, на которой был графин, стакан и огромное яблоко, величиной с небольшой арбуз. К яблоку прилагался ножик. Вторая рука в робота была свободна, и предназначалась она для того, чтобы пользоваться оружием. На корпусе робота был широкий пояс, с кобурой, с большим черным револьвером. Все было почти, как у ковбоя на диком западе, разве что не было у робота головы. Где же находились датчики, было не ясно. Возможно, он вообще пользовался локальной сетью для перемещения.

-Я это, - сказал мужчина без особенной решительности в голосе, - щас это. Щас пойдем. Там это.... Босс поговорить хочет. Говорит, не слышал он ни о каких Капулетти раньше, надо потрещать, порешать там....Что делать? Что делать, а?

Он поставил ногу за ногу в проходе, оперся на стоящий тут же шкаф для посуды и тяжело вздохнул - обычно так дышат, когда догнаться надо - сбил чашку с остатками чая, чертыхнулся и отскочил.

-Да, надо идти, - ответил робот механическим голосом.

Вообще - тут еще надо отметить - механический голос - дань моде. Раньше роботы нормально говорили, так как любой современный процессор способен создавать звуковую гамму любой сложности. Потом в моду вошли голоса а-ля роботы из тридцатых годов двадцатого века. Но здесь - кому что нравится. Современный мир - смешение порядка и организованного хаоса, в котором легко потеряться.

-А что за модель? - спросил Северный деловито.

Мужчина пожал плечами. Потом встрепенулся, будто его только что разбудили, спросил:

-Что? Кто?

-Вы, - ответил Александр.

Впрочем, он напрасно пыжился. Мужику все это было невдомёк. Он вынул сигарету, без фильтра, закурил. Вонь была неимоверная. Наверное, Северный со своим курительным чаем точно отдыхал.

-А, - тут он понял, - робот. Слышь, скажи. Он новый. Просто передок погорел. Его когда сгрузили, пацаны кричат - все работает. Да то эфиопы были. Они где-то партию украли и к нам погнали. Денег, говорят, мало надо. Дали мало. А они все ущербные.

-Я не ущербный, - заявил робот.

-Бедненький, - произнесла Лена, - что же с тобой не так?

-Всё так. Всё так, - строго ответил робот, - я даже молчу.

-И молчи, - сказал мужик.

-Нет, эти люди правду говорят, - сказал робот, - меня зовут Эс Пэ, но сам себя я именую Кони. Когда я сказал, что я Кони, меня били ломом, потому что тут еще несколько Кони, и они не потерпели, чтобы я себя так называл.

-Ну кто бил? - возмутился мужик, - не я же? И ты что, что-то чувствуешь?

-Я чувствую мораль, Джеймс, - ответил робот, - я чувствую укоры совести в том, что я - железный, а это много хуже, чем ощущать боль. Выпей. Эти люди мне нравятся. Они гуманны. Ты тоже хороший, только ты много пьешь, и у тебя уже не работает печень, ты каждый день облучаешь ее по два часа, чтобы не получить моментальный цирроз, но рано или поздно что-то случится, отключат свет, вырубится реактор, пропуска одной процедуры, Джеймс, хватит тебе, чтобы остаться без печени, а здесь нет искусственной, и пока она дойдет сюда с земли, ты сдохнешь, тебя кинут в яму с компостом, а потом из твоей груди, Джеймс, будут расти яблоки и груши.

-Опять базаришь, - возмутился мужик, - хочешь новым дуракам понравится?

-Он правда хороший, - заметила Лена, - кстати, вам не приходило в голову, что можно вообще употреблять хорошие слова и не сквернословить? Это было бы хорошо, полезно. Люди часто думают, что грубость может чем-то помочь, а она только вредит.

-Точно! - обрадовался Эс Пэ. - Я ему говорил. Ну кто на ночь будет спину чесать ему? Вот переведут меня в ангар, и останется один. А женщин он не водит к себе. И правильно. Они сейчас заразные все.

-Короче, - проговорил Джеймс, - хватит трындеть. Пошли. Щас.

Он налил стакан.

-За здоровье.

В сопровождении этих двух типов, одного пьяного, а другого - железного, друзья прошли по коридору. Затем - коридор повернул, и там - еще один коридор. Очень длинный, стены - коричневое покрытие с узкими, нитчатыми фонарями, дающие равномернее освещение. Особенностью коридора было то, что в нем не было дверей. Затем - поворот, лестница, два пролета вверх, и еще один коридор, но на этот раз - более живой. С одной стороны были двери с номерами, с другой - окна, ведущие в некий сад, полный гидропонных установок - высоких тумб, окольцованных червеобразными структурами. Среди зелени периодически возникало какое-то движение. Один раз появился человек. Потом - клешня робота. Наконец, и коридор ожил - открылась дверь, вышел высокий худой человек без возраста, лысый, с глазами, вылезающими из орбит. Он был одет в строгий пиджак и мятые штаны. В руках - папка из тонкой кожи.

-Здрасти, - громко поздоровался робот.

Мужчина остановился, почесал лысину и, не оборачиваясь, двинулся дальше.

-Всегда он так, - проговорил Эс Пэ.

Прошли дальше. Спустились этажом ниже. Рядом была кабинка лифта, но, похоже, лифт не работал. Внизу был спортзал, и там, в углу, наблюдался одинокий качок - он фыркал и таскал какие-то железки. Здесь он больше напоминал ожившую статую. Может быть, некий призрак, вышедший из киберпространства. Но уж ни в коем случае не человека. Да и на спорт всё это не было похоже. Одно дело - внешние признаки, другое - ощущения.

Спортзал также прилегал к коридору, только был он короток. В конце его была курилка, в середине - дверь. Туда-то, в дверь эту, ребят и привели.

А тут кабинет был что надо. Понятное дело - что - раз кабинет - то по центру должен стоять стол. За столом, как и положено - директор (ну или босс, кто ж еще). Директор же был очень бородатый, словно бы натуральный пират из прошлых веков, очень какой-то волосатый субъект, с сигаретой, с полной пепельницей, с бутылкой на столе. На потолке крутился вентилятор. Сначала было непонятно, для чего, затем были замечены мухи - видимо, их он и гонял. Ну и известно правило - насекомых на других планетах - не убивать! Любое насекомое - друг. Комаров не трогать. Химикаты против кровососущих не применять - выловить вручную, держать в сосуде, в оранжерее, еще где-нибудь.

В былые времена убийство мухи считалось моральным преступлением. Что же сейчас? А что? Босс чтил законы космоса. Мухи летали в его кабинете спокойно, уверенно, повинуясь лишь потокам от вентилятора. Всё это, конечно, не сочеталось с той историей, что рассказал по пути на базу Тони - а именно - про убийство муравьев.

На стенах висели экспонаты - какие-то части, какие-то сегменты, точно понять, что же это такое, было нельзя. Может быть - детали от двигателей вездеходов, а может и орудия пыток. В шкафу все было сложено в хаотическом порядке - книги, журналы, бутылки, ружья, черепа животных, заспиртованные земноводные. Компьютера за столом не было - имелся лишь небольшой дисплейчик на стене с управлением от движений указательного пальца и зрачков.

-Это мы, босс - сказал робот, и тотчас они с Джеймсом исчезли.

Босс же чихнул, дёрнулся и суетливо прошептал:

-Так. Так, всё!

Сначала было непонятно, что всё это значило. Босс суетился. Потом он вдруг возмущенно привстал, что-то проворчал, и из под стола вылезла девушка в зеленом.

-Давай, - сказал он.

-Некисло, - прокомментировал Краснов.

Босс на секунду взглянул на него, но потом отвернулся, подался к шкафу, что был у него за спиной и начал рыться там. На какое-то время он не обращал ни на кого внимания. Слышался шелест и тихое монотонное урчание, которое, на первый взгляд, не мог производить человек. Босс завернул за шкаф и там что-то обронил. Что-то покатилось, ударилось о стену и остановилось. Вскоре он повернулся. В руках у него были сигареты - какая-та очень мятая пачка, не новая, явно какого-то очень старого завоза. Босс открыл пачку, потом уселся в кресло, закрыл глаза и через некоторое время уже храпел.

-Отлично, - проговорил Краснов.

Минут через десять босс очухался. Вздрогнул. Прикурил сигарету. Казалось, те несколько минут, которые занял его сон, переносили куда-то очень и очень далеко, и там, в этом месте, все было очень нехорошо, и именно по этому поводу он вздыхал. Весь его предыдущий сон представлял из себя тяжкое ментальное путешествие, трудное для сознания и подсознания.

Краснов сделал шаг в сторону, сел на стул, и остальные последовали его совету. Босс меж тем чесал голову и жадно курил, не обращая ни на кого внимания.

-Ну, - наконец проговорил он, - ну что у вас? А?

-У нас - ничего, - ответил Краснов.

Северный же в тот момент решил совершить псих-атаку - закурить чай. Дым поднялся белый, кругловатый, с барашками. Босс закашлял и замахал рукой.

-Вообще-то тут нельзя курить, - сказал он, - так что у вас? А, то вы. А... Ну так вот... А я думал... А..., - он махнул рукой.

Он потянул руку в сторону, взял с полки папку, открыл ее и принялся стучать указательным пальцем по бумаге.

-Так. Значит... Значит, всё о вас известно, - проговорил он с милицейским тоном, - Северный. Александр.

Северный, было, спасовал, но Краснов толкнул его бок - он-то знал, что босс пользуется какой-то ворованной базой, и база явно не новая, года два-три, а ничего другого у него нет, поэтому, и сказать ничего конкретного у него и быть не может. Тем более, что с недавних пор работает "Манька", и весьма непросто идентифицировать человека, которого "прокачали", тем более здесь, на Марсе.

- У нас к вам предложение, - сказал Краснов.

Босс, было, очухался, но тут же все пошло прахом - он полез в ящик стола и рылся там не меньше пяти минут. Наконец, он отыскал там очки, установил их себе на нос и был готов к беседе.

-Нам бы это, - сказал Краснов, - мы потерпели аварию. Но вы, скорее всего, вряд ли согласитесь общаться по открытому каналу. Хотя у вас же всё официально. Но всё равно. Нет, я вам сразу говорю, не надо наши дела смотреть, это все ерунда, я прекрасно знаю, что это ничего не стоит. Нам нужна пара мотоциклов. Мы доберемся до базы в Калинино. Но для этого нас надо будет подкинуть, это - больше тысячи километров. Пешком мы не доберемся. А потом мы обязуемся перевести на вас счет затраты, связанные с этой поездкой. Это максимальное, о чем мы можем договориться, я уверен.

-Почему? - спросил босс и кашлянул.

-Потому что сейчас нам нечего вам предложить. У нас ничего нет. Подключения к счету тоже нет. И, потом, даже если бы и было, я бы не решился этого делать. Больше никаких разумных мыслей у меня нет. Как вы думаете?

-Гм, - ответил босс, - ну.... Ну мыслей и у меня нет. Какие мысли? Только - правда? А что?

-Какая правда? - не понял Краснов.

-Нет, парень, так дело не пойдет, - ответил босс, - говоришь, что вы - не ребята? А штучки у тебя, как у ребят. Я же вижу, ты все время пытаешься влезть мне в голову, чтоб тебя. Прекращай, не то... Не то....

Тут он потянулся к шкафу, взял бутылку и крепко засадил с горла.

-Какие мои мысли? Откуда я знаю. Какая-та молодежь пешком таскается по пескам, стреляет направо и налево, хорошо вооруженная. Я не видел еще более отмороженных вариантов. Ну и? Какие предложения? Может вы - чистые биатлонисты? Ну я тогда что, я поднимаю лапки и сдаюсь. А?

Краснов пожал плечами.

-А ты главный? - осведомился босс.

- Нет, я главный, - ответил Северный, - он - секретарь.

-Ну и?

-Давайте на равных говорить, - сказал Александр, - так нельзя, вы один сидите, пьете с горла, а мы сидим тут, как подопытные мыши. Вам же говорят, у нас нет общих целей и общих интересов, а потому, надо нормально поговорить.

-Да я ничо, - босс подавился слюной и закашлялся, - я ничо. Ладно. Вот.

Он потянулся к шкафу и вынул оттуда три непочатых бутылки какого-то смешанного пойла.

-Ну, - проговорил он, - ну.....

-Ладно, - Северный взял бутылки, и разговор продолжился.

-Всё это заговор зубов, - сказал босс, - я ни разу не слышал, чтобы какие-то придурки, пусть и студенты, по своей воле ходили пешком в нашей округе. Я бы даже понял, если бы вас нашли неподалеку со взрывчаткой. Я бы... Ну... Мы бы сделали из вас белковый корм для белок. Безболезненно. Хорошо бы себя вели.... И не надо бояться, мы все здесь живём для того, чтобы поскорее сдохнуть. Но разницы нет, где поскорее сдохнуть. Хоть здесь, хоть там. Но вы ходили в том месте, где нет никого, зато там, неподалеку, был Кронштадт. Вы же в курсе?

-Нет, - сказал Северный, - в том и проблема, что мы не в курсе ничего. Все, что вы говорите, ровным счетом - филькина грамота, так как мы ни о каком Кронштадте не слышали.

-Да..... База "Кронштадт" перестала подавать сигналы лет семь назад. Я уже здесь был. Боссом. Там много молодёжи было. Человек сто работало. Такие знаешь... Знаешь, такие все свеженькие, спортивные, в маечках, - он выпустил дым, - нет, маечки не при чем. Это мои ассоциации. Ну есть молодежь чисто такая, современная. Они как раз в маечках с рекламой, с соком в руках, все моложе сорока лет, ни грамма лишнего веса... Короче, как... Нет, я не знаю... Мы с ними продуктами обменивались. Они занимались бурением. Там как раз были жилы, бурить особо и нечего было. Потом вдруг я понял, что два дня нет ответов, нет сигналов, и даже роботы ничего не передают. Виктор запросил карты. Он тогда у нас был. Потом на Землю подался, мы за него много отдали, чтобы отмыть, но он там спился. Как скотина изошел на полисахариды. Год назад я с ним говорил - он был в неадеквате. Он пил и ни о чем не думал. В общем, - он сделал глоток, - а вы.... Вы попробуйте. Вдруг виски чертей гоняют. Давайте, давайте. Не выпьете, значит, я верно думаю.

Северный открыл бутылку, сделал глоток, а потом передал бутылку остальным:

-Ну, - произнес он.

-Это ни о чем не говорит. Я слышал, что кое-кто видел призраков. Никто оттуда не ушел. Были дурни, которые утверждали, что персонал просто куда-то смотался. Так вот, Виктор запросил карту - за три часа до этого возле базы было движение. Потом приехал последний вездеход. Заметь, приехал. Не уехал. Если бы уехал. Хотя вряд ли бы они смогли набиться там, как горох. Я сам видел, когда была эвакуация на Скелетоне, как вместо пяти человек в машину влезло тридцать. Чтобы упаковаться, решили ехать без скафандров. Ну да пронесло. Нормально доехали. Это не это. У нас был Лорд. Не слышали? Он по всем сетям был известен, у него было сто пятьдесят имен, и все они были популярны. С головой у него напрочь было глухо. Но кому какое дело? Лорд сказал, что нельзя посылать туда людей. Его было не послушали, а дело вечером было. На ночь глядя вдруг страх пробил братву. А люди у нас ничего не боятся, ты сам видишь. Отказались они ехать. Послали роботов. Те прошли по Кронштадту, никого не нашли, но иногда встречались пустые скафандры с явными признаками того, что там кто-то недавно еще был. И всё. Мы туда больше не совались. А то, что там неподалеку рубанулся "Икс", это другое дело. Прошло уже какое-то время. Никаких аномалий не было. Мы просто держались от того района подальше. А когда случилась история эта, наши откопали информацию про эту штуку. Оказывается, кое-кто знал. Я не в курсе, как оно и где живёт, у нас вроде все в порядке, только мы уже мало похожи на людей.

-А мы при чем? - осведомился Краснов. - Похожи вы, не похожи. Да, истории не сахарные. Ну и что? Мы разве вам угрожаем?

-Откуда я знаю, - сказал босс, - не знаю. Надо бы поискать досье работников Кронштадта. Может, я и вас там найду? Мало ли, что тут в базе сказано? А слышал, что люди могут быть одновременно и в списке живых, и в списке мёртвых. Нормальный человек не будет шататься по Марсу. Разве что ботаники-туристы, но это не их район! Короче, я не знаю. И мне даже все равно, что у вас с Гринбергами, и что они тут делали. Я даже думаю, вы в них просто так стреляли. Просто так, из спортивного интереса. Как биатлонисты. Лыжи, палки, винтовка - пах! - он поднял руку и выстрелил из пальца. - Я вам скажу... Скажу в натуре... В натуре как нормальный пацан - я вот тут перед вами сижу, и я не уверен, что вы мне сейчас горло не перегрызете. Я в натуре чувствую, что вы не даете мне вызвать охрану. Вы на меня действуете.

-Гм, - сказал Северный.

-А ты, парень, не удивился тому, что никто не пришел к ним на помощь? Сбита машина, пилоты может катапультировались, может - нет, а их оставляют на произвол судьбы. Выйдут они или нет? Это их дело. Тут так принято, потому что многие пронюхали, что в некоторые места лучше не соваться.

-И что, вышли? - спросил Александр.

-Не знаю. Сигналы шли минут пять после падения. Потом стало тихо.

-Да, это хорошо звучит, - сказал Краснов, - если бы мы еще были в курсе происходящего. Не скрою, у нас были проблемы с людьми, которых вы назвали Гринбергами. Но до этого мы не знали, что они - Гринберги. Когда же нам сказали ребята...

-Какие ребята?

-Диджитал. Ноэль. Те, которые нас подобрали. Они сказали нам, что то были некие Гринберги, то и мы узнали, что это - Гринберги. Но до этого мы знать не знали. Они сами напали на нас. Что оставалось делать? Если по вам начнут стрелять, вам будет до лампочки? Вышло так, как вышло. Больше ничего. Потом мы встретили ваших. Теперь вы хотите что-то узнать?

-Я же говорю, - сказал босс, - вы - биатлонисты.

-При чем тут биатлон? - возмутился Северный.

-А ты, слышь, сам посуди, - босс вынул из ящика стола широкий и низкий стакан с каким-то зелеными напитком и сделал глоток, - а... Жжёт. Зырь - биатлон на снегу кто бегает? Зырь...

-Откуда я знаю, - возмутился Северный, - я не бегал, я на юге живу. У нас нет биатлона.

-Да я не про это. Я про вообще. Дистанция 10 километров. Оружие - одна винтовка, одна ракетная установка, три ракеты. Итого, вас трое, девять ракет. Бежим на время. Кто не спрятался, тот не виноват.

-Сомнительно, - проговорил Краснов, - даже если это игра такая, где взять столько машин? Да и три ракеты тащить на себе - и одной много.

-Да нет, нет, парень, - босс сделал еще глоток, - я говорю - а если вы из "Кронштадта", то этим всё объясняет. Они там занимались биатлоном, как раз по снегу. Круг - один километр. У них там был дом такой плоский, такой как черепаха, и внешняя стена - с кругом. Была такая модель дома, с беговой дорожкой. Когда бегать устаешь, насыпаешь снег. А стреляешь как бы в стереотире. Смотришь на экран и стреляешь по мишеням. А я еще тогда подумал... Лет еще пять назад, когда уже не было ничего... Димитриос, царство ему небесное, - он сморкнулся.

Северный сделал глоток и передал бутылку Краснову.

-Он там был, - произнес босс и поднял указательный палец, - ну его, ясный перец, на смех подняли. И я тоже. Но я подумал - да нет. Как же. Если человек ведет здоровый образ жизни, это не повод, чтобы вешать на него ярлыки. Он говорил, что во что-то попал. А что он там делал пешком, я уже не помню. Он то ли бегал, то ли еще чего-то. Знаете, бывают такие черти, которые думают, что в жизни мало экстрима. На Марсе таких нет. Только туристы. Но Димитриос был исключением. И вот, у него был выходной, он попросил разрешения отлучиться и сходить в поход. Иди, иди, говорю ему. Иди в ад, в огонь. Когда он вернулся, то сразу было ясно, что... Потом он вдруг заказывает на ужин графин пойла. Братва окружает его - мол, давай, давай. Выпил Димитриос, говорит - был возле "Кронштадта" и видел, как бегут биатлонисты. Те самые позитивные молодые люди, которые сгинули к чертям. Которых что-то высосало. Бегут прямо на него. Пробегают мимо, и всё - словно в замедленной съемке. Говорит, что бежали кто в чем - одни в спортивных костюмах, без скафандров. Ясное дело, что бежать они так не могли, - босс допил зеленую жидкость и принялся за пойло в бутылке, - так зырь... Еще были там, по его словам, ребята... Тьфу ты... Парни, девушки... Братва ихняя. В скафандрах, с ракетами, и они тоже пробежали. А следом шел он. Он! Димитриос как бы застыл, и он прошел мимо него, а он как бы заглянул внутрь. Говорит, скорее всего это все было призраком, даже Руко. Иначе бы хана ему. И, говорит, вот что говорю... Внутри он больше чем снаружи. Он летит, как бы ползёт, а внутри его совсем много места, и там всё подсвечивается, и огоньки такие нездоровые, ужасающие. И все мысли о мучениях - когда видишь всё это, понимаешь, что, наверное, все эти люди в какой-то мере живы, хотя и нет, их нет. Это такое что-то, что не заканчивается никогда. Я тогда впал в меланхолию, заказал резиновую бабу и лежу, смотрю на нее, и едет, едет... Ничего сделать не могу. Я вдруг понял, что оно хуже смерти. И каково тем ребятам. Эх...

Он скривился и взялся за голову.

-А что стало с Димитриосом? - осведомился Северный.

-То - нет. То нет, не важно, это так... Он поскользнулся и ударился головой о железный уголок. Если бы его сразу нашли, то откачали бы. А так он пару дней и пролежал. А потом о нём никак не вспоминали - ни плохо, ни хорошо.

-Жалко, - сказал Краснов.

-А? Кому? А... Это не то. Ты думаешь, я сижу, обгаженный от ужаса. Вот так оно ко мне придёт, а я встану на колени и буду стоят, умолять его - убей меня не больно. Убей меня не страшно, так, чтобы я еще потом жил. Стал деревом. Нет, до Земли моя душа не долетит, она тут осядет. Но бы все таки туда... В черноту... Лучше быть никем среди звезд.

-Нам всё-таки надо поговорить, - сказал Краснов.

-Нет, нет, - босс сделал длинный глоток, - я ничего не хочу узнать. Ничего. Ничего. Если это судьба, то это судьба, и от нее не уйдешь. Посмотрим. Давайте, идите. Не знаю я ничего. Всё. Всё. Что я хотел узнать... Нет, я ничего не узнал. К черту. Надо дожить до завтра. Делайте что хотите. Я устал бегать. Робот! Железо твою железа мать, проводи биатлонистов!

Друзья были проведены назад, в сопровождении Джеймса и Эс Пэ. После чего Лена принялась настраивать ванную и душ, и у нее это получилось. Впрочем, вода пахла синтетикой. Это была так называемся стерео кристаллическая вода - искусственная субстанция, предназначенная для бытовых технических целей. Характерной особенностью ее было то, что количество использований было неограниченно. Для очистки также не требовались какие бы то ни было приспособления - вода очищалась самостоятельно, сбрасывая грязь на дно в виде жестких гранул. Их можно было собирать, а можно было и оставить - гранулы с жидкостью не смешивались.

-У меня смутное чувство, - проговорил Александр, - что-то вроде восторга. Это не к добру. Правда, я думаю, что я просто ошибаюсь, мы выпили какую-то эйфорическую гадость.

-У меня этого нет, - ответил Краснов.

-Ты пил?

-Конечно. Обычный синтетический алкоголь с микровкраплениями для сопутствующего очищения печени. Я слышал, в космосе повсеместно такое пьют.

-И я слышала, - послышался голос Лены.

-Да. И потом что же? - осведомился Северный.

-Как что? Потом - смерть. Просто ты здоров, здорово, а потом бац - и помер. Всё одним разом.

-Ты думаешь, всё связано с этим?

-Нет конечно. Он же ясно сказал - база находится в пределах обитания Сиреневого смерча, на самой границе. По какой-то причине он не перемещается дальше определенной линии, поэтому...

-Поэтому они и живы, - сказал голос Лены, - как хотите, я принимаю ванну.

-Да, - сказал ей Краснов, - если будут стрелять, позовём. Так вот, если бы опасность была столь явной, они бы снялись с якоря и срулили. Но они этого не делают, и с головой тут у всех явные проблемы. Нет, думать, конечно некогда. Но есть единственно правильное предложение. Оно называется фоновым настроем. Уэллс говорил тебе об этом. Когда ты уверен, а все люди в твоих глазах - кукурузные палочки, которыми охота похрустеть. Ты ни от кого ничего не ждешь - ты сам ко всему цепляешься. Это - очень верная модель поведения, которая может отпугнуть... Я так думаю... Да, даже то существо. Я знаю парня, который всегда нарушает правила при езде, и при этом, у него ни разу не забирали права.

-Наглость - второе счастье, - подтвердила Лена.

-Нет, конечно, одной наглостью тут не обойтись. К сожалению, ты не прошел достаточную подготовку, иначе бы тебе рассказали про образ совершенного существа - мы проводили достаточно серьезные исследования. Конечно, физически и химически ты - тот же самый человек. Главное применение такого существа, безусловно, общество. Вот здесь, например, кто у нас на пути? Люди. Потому, ты можешь быть забит знаниями под завязку, но толку не будет. Нужна именно жажда похрустеть палочками. Когда ты смотришь на человека, ты говоришь себе - а вот и очередной экземпляр. А ну, дайте мне его. Я хочу его познать.

-Я понимаю, о чем речь, - ответил Северный, - прекрасно понимаю.

-Конечно. Ведь ты не зря здесь.

-Мне постоянно говорили, что я тяну какую-то сверхзадачу, и я понял, что вы водите меня за нос. Был бы я, например, каратист.

-Да я и сам каратист.

-Дело не в этом, Вован, - Северный вновь закурил чай, - дело вот в чем. Операция требовала маленького количества людей. Задача не выполнена. Но ничего не закончено - так как нужно еще выйти из воды сухими. А вон там... Ну эти, биатлонисты, иначе - некие призраки, и их хозяин - Руко, который водит их по пескам. Я говорю это к тому - ты уверен, что Уэллс ничего об этом не знал? Предположи, что знал.

-Может и знал, - ответил Краснов, - нет, я не знаю, правда. И про сверхзадачу я до конца ничего не знаю. Ты просто сам по себе. То есть, ты мог бы быть и посвящен во всем дела, но Уэллс посчитал, что так будет лучше - не надо тебя ни учить, ни прочее. Я знаю, что ты знаешь, и ты знаешь, что я знаю, а потому мы просто друг друга не спрашиваем.

-Я так понял, сверхзадача есть у Клуба, - сказал Северный, - не просто так развивать "Маньку" и влиять на события на всех обитаемых планетах и базах, и, чтобы это лучше получалось, они... То есть мы... Мы воспитываем лучших бойцов. Сверхсуществ, если это можно назвать. Хотя я бы не сказал, чтобы это было так. Ни грамма... Ехали, шли, всё потеряли, и вот теперь мы здесь. Нет, ну в плане воспитания - тут ты прав. Я тут согласен - без практики ничему не научишься.

-Тут уже были наши, - сказал Северный, - дело окончилось не очень-то...

-Опыт важен, если ты его можешь кому-то передать. Для начала нужно самому выжить.

-Ну или протестировать на практике. Нет, то, что я говорю - это мне сейчас только в голову пришло. Мне кажется, Уэллс решил меня протестировать.

-Может и так. Но я не в курсе. Ты это озвучил, я тоже думаю... Если он этого не знал, значит, есть сверхсила, которая всех нас направляет. Тогда мы выиграем. Выйдем отсюда, возьмем на прокат корабль и вернемся на Землю, а потом начнем гадать - в чем тут был смысл, и был ли он вообще.


* * *


Дальнейшее решили не обсуждать, ибо Краснов был уверен, что с этого момента их комнаты прослушиваются. Северный лёг спать. Лена принялась рыться в местных сетях, нашла несколько игр. После чего обнаружился игровой сервер с обратной связью, и к ней тут же начали пристраиваться. Любая сеть, даже закрытая, есть источник. То же самое можно сказать и о человеке. Живешь - мыслишь. Для начала и этого достаточно. Руки, ноги на месте - можно действовать. Все прочие аномальные вещи и обстоятельства в расчет не берутся. Главное - предмет. Второе - действие.

-Знаешь, хочется вот, говорить, - произнес Краснов, просматривая сеть, - и говорить, прежде всего, с каким-нибудь местным специалистом, который нас сейчас слушает. Но я боюсь, что нас некому слушать. Сказать своё мнение? Самым адекватным человеком здесь мне показался робот. Во всяком случае, с ним можно было договориться. Нужно мыслить рационально.

-А я посплю, - ответил Северный.

-В чем смысл?

-Сон - это перезагрузка. Отправлюсь к Морфею.

-А я бы просто договорился. Нет, в чем-то должен быть смысл. В основе всего лежат деньги. Конечно, многие понимают, что это не так, но за бабки готовы удавиться. Многие скажут - нет, все не так. Хорошо. Очень большие деньги. Мы можем заплатить в меру. Ни больше, ни меньше, но это все же лучше, чем не получить ничего. Если держать нас здесь...

-Они не слушают, - сказала Лена.

-А я и не им.

-Но - отчасти.

-Нет, это просто риторическая тренировка. Разминка. Если хочешь знать, я просто пытаюсь предугадать, что нас ждёт дальше. Так как сделать это невозможно, я ищу смысл в разговоре с экраном.

-Предложи им что-нибудь дельное, - проговорил Александр, прилегая на диван.

-Что, например?

-Скажи, что, если они нас не выпустят, предварительно снабдив всем необходимым, мы со всеми разберемся. Все они станут синими призраками биатлонистов. Будут нести их тени через красный песок.

-Это грустно, а вовсе не смешно, - сказала Лена.

-Я знаю, - ответил Александр, - всё на свете грустно, потому что надо лучше друг к другу относиться. Не нужно увлекаться непонятно чем. Вредные привычки губят. Физкультура и спорт спасут мир.

-Биатлон, - сказал Краснов.

-Именно.


* * *


В этот раз он понимал многое яснее, чем прежде. Жизнь открылась, но он не знал, его ли это жизнь, или же мозг умудрился сформировать новый сюжет. Точно так же пишут книгу. Снимают фильм. Может быть - подобным образом формируются автоматические художественные произведения, написанные роботом.

Кто знает - пройдет несколько тысяч лет, а может - сто тысяч, людей не будет, и творений их, и останутся лишь плоды усилий машин. Хотя это банально. Слишком субкультурно, даже модно. Северный поднялся по ступеням лаборатории. Он игнорировал лифт. Был уже двадцатый этаж, когда он понял, что, не смотря на то, что во сне нельзя устать, необходимо произвести эмуляцию.

Он вошел на этаж. Там была курилка. Он попросил сигарету у мужчины.

-Я хочу, чтобы я вас знал, - сказал Северный, - ищу то, чего сам не знаю. Но я знаю, что есть человек, который способен это знать. Но, раз это не вы, почему бы вам им не стать.

-Точно, - отозвался мужчина, - а вы, по идее, должны находиться в невидимой форме, но вы этим игнорируете, вы пытаетесь обставить дело так, будто бы вас видно, и вы - человек.

-Нет, я человек, - возразил Александр, - точно, человек. Вы знаете, я хочу узнать то, что я ищу.

-Все ищут. Любой думающий человек в жизни что-то ищет. Даже если он находится лишь на пути в цепочке потребления, то и тут может быть путь.

-Какой же тут путь?

-Какой хочешь.

-Я тоже потребитель. Я потребляю энергию, - сказал Северный, - еще я потребляю неизвестность. Что мне делать? Я хочу знать больше?

-Давай попробуем, - ответил мужчина, - если ты считаешь, что я способен отвечать на твои вопросы, то давай поговорим. Спрашивай. Но не считай, что это правда. Ты же сам не можешь сказать - правда ли это, да? Ты сам не знаешь.

-Я знаю.

-Скажи.

-Знаете, - проговорил Северный, - давайте сначала дадите мне закурить. Если вы считаете, что я не совсем тот, с кем можно поговорить, то сигарета наверняка все исправит. Я вас уверяю. Сигареты делают разговор проще, общение - ближе.

-Согласен.

Они закурили.

Внизу были видны загогулины гор с выступающими скалами, кусочек моря с маленькими яхтами, полосатыми парусами и совсем крошечными людьми. Северный подумал, что люди могут быть какими угодно, а может, и вообще - не люди. Внешне - да. Ведь и он такой же. Человек, не человек. Почему человек может быть не человеком? Потому что его перепрошили, словно контроллер, что установлен в корпус какого-нибудь цифрового станка.

-Ладно, - он выпустил дым, - у меня такое ощущение, что сейчас у меня две жизни. Доказать это я не могу, но и опровергнуть не могу. Я просто чувствую, что это так. Но вы мне скажите.

-Почему две жизни? Три!

-Черт, не думал, - сказал Александр, - три жизни. Вот что, что, но только не это. А вдруг - четыре?

-Нет, три. Две у тебя рядом, а эта отошла, как на отростке - немного в сторону.

-Тогда я хочу задать вопрос о том, что внешне мы люди, а на самом деле - нет. Как это получается?

-Есть универсальная форма. Еще давно мы задумались над тем, что в мире много вещей, но худшая - это смерть. Но продление жизни мало что дает. Если жить двести лет, то ты все равно не застигнешь эпохи. Тысяча лет. Прекрасно. Сто тысяч лет! Ты хотел бы помнить то, что было сто тысяч лет назад? Если нет машины времени, то может быть машина памяти. Я не говорю о глобальных терминалах. Через них мы всегда можем узнать многое. Но, когда мы всерьез занялись этим вопросом, мы поняли, что не нужно мучиться с физической оболочкой. Даже если она будет жить триста лет, все равно есть много факторов, которые будут мешать и даже угрожать. Это на одной планете мы в безопасности. А космос? Кто будет восстанавливать погибшее тело. Тогда мы научились создавать универсальные энергетические субстанции за счет перепрошвки человека, его души.

-О! Я как раз об этом и думал.

-Да. Все верно. Первые модели были на основе живых людей. Потом мы научились эти субстанции выращивать сами по себе. Но если ты хочешь знать, в основе основ нашей цивилизации - именно трансформеры!

-А я - тоже?

-Ты же задаешь себе много вопросов. Кстати, почему ты задаешь столько вопросов? Но хорошо. Постараюсь ответить. Предположим, ты попал под удар какого-то оружия, и оболочка субстанции лопнула, ты себя потерял. Ты летал по ветру, словно пустой целлофановый пакет. Никому ты не был нужен. Ветер дул, с ветром тебя прибивало к разным углам, деревьям, мирам. Может быть - к людям.

-Ничего не понял, - сказал Северный, - давай еще закурим. Я что-то не могу прочувствоваться. То, что вы мне говорите, я, конечно же, знаю. Но мне всю жизнь казалось, что это - вымысел. Представьте себе - ни одного шанса, чтобы доказать себе, что ты - не просто человек с воображением, а именно то, о чем вы говорите. Да, я прекрасно себе это представляю. Одно хорошее попадание, и потом ты - всего лишь дым, пепел. Но я уверен, что и из пепла можно восстать.

-А это не надо. Держи сигарету.

-Спасибо.

-Ты рождаешься человеком. И до какого-то момента ты такой же, как и все. А потом вдруг ты понимаешь - нет, я вообще что-то другое, некое иное структурное формирование. Но ты не видишь ни одного аналога, да и всё не так уж явно. И тогда ты начинаешь задавать вопросы. Но ответов нет. Одни вопросы. В этом мире нет ничего, что бы хоть немного соответствовало твоему отличию. Тогда - ты начинаешь искать. Но что искать? Ходить по дороге и собирать пятаки?

-Хочешь сказать, мне надо начать философствовать.

-Как хочешь. Я не хочу этого сказать. Если ты станешь делать это по полной программе, тебя никто не поймет. Это будет филькина грамота.

-Ладно. А конкретно. Ты что-нибудь обо мне знаешь? Именно обо мне. Лично я шел в это здание. Именно сюда. И именно здесь я что-то хочу найти. Черт. Я куда-то выше собирался, а остановился именно здесь.

-Это твой выбор.

-А не твой?

-Твой. Ты в лаборатории. Ты хочешь увидеть, как выращивают существо под номером 17. Ты просто хочешь на него посмотреть, чтобы у тебя раз и навсегда отпали вопросы. Ты его увидишь, тебе полегчает. Можешь даже ассоциировать его с самим собой, если так нравится. Хотя и нет здесь ничего общего. Впрочем, у тебя с людьми общего даже меньше, хотя внешне так и не скажешь, верно? Почему? Ты сам всё должен знать. Все ответы у тебя! Просто загляни в себя и смотри, читай, не бойся!

-Да не так все просто, - ответил он, - ответы есть, ответов нет. Всё это не так. Нет, я знаю. Но! Скажи мне, у меня может быть две разные жизни во времени? Я могу, например, жить одновременно и там, и тут. И тут, и сто лет назад. Но еще лучше, если разница во времени очень большая.

-Ты же нормальный, - сказал мужчина, - а нормальные такие вопросы задают лишь в том случае, если сами готовы дать положительный ответ. Но ситуация может быть такой - ты не живешь и там, и тут, но у тебя есть некий парадоксальный канал, по которому ты можешь переместиться. Один ты.... Больше никто не пройдет... Ну, это невозможно, но один раз... Сам понимаешь...

-Тогда я пойду, - сказал Александр, - тогда.... Нет... Ладно. Нет, ладно. Скажи, а то, что они выращивают, похоже на меня?

Мужчина пожал плечами:

-Сам посмотри. Разные же модели. Одни похожи, а другие - нет. Я же не знаю, к какой модели ты относишься.

-А человек - какая модель?

-О, нет. Это - болванка. Из болванки надо еще что-то выточить.


Потом наступило утро. Окон в апартаментах не было. Экраны также ничего не показывали. Работал один бюджетный канал, где шел сериал про людей, которые выращивали зайцев. Жили они в лесу, возле Новосибирска. Сериал шел на английском, с субтитрами.

-Это ужасно, - Лена зевнула, - я одну серию видела. Он еще шел, когда я школу ходила. У нас один парень был, Иван, у него был телевизор, встроенный в шоколад. Ну я не знаю, что за бред. Он где-то такое взял. Говорит, на курорте, раздавали всем, акция была - смотри меня, ешь меня. Ну, его можно есть, и в животе вроде не урчит потом. Но пока ты не съел, он показывает. И вот он каналами щелкал, что-то заклинило, и вот все время показывали этот сериал про зайцеводов, и было понятно, что любой человек, который этот сериал смотрит - он маньяк.

Помимо сериала, были радиоканалы и местная сеть, выход наружу, и, таким образом, можно было вполне сообщить о себе. Впрочем, все было не так просто, и после регистрации не проходил целый ряд запросов, таким образом, если бы кто-нибудь захотел послать сигнал о помощи, то у него бы это вряд ли удалось.

Но - сигналов много, не всем верят. Если на улице кричат "убивают", то все прячутся. Если же в каком-нибудь сегменте сети проскочит такой клич, это вообще останется без внимания. И всё же, Краснов был уверен, что у него получится. Прежде всего, он подал полузапрос на свой сервер, получил ответ и передал всё, что надо Уэллсу, и тут же получил ответ, при чем, он был уверен, что никто ничего не засёк - использовался синтетический язык Фно, составленный на основе переделанного русского, при чем, все слова хоть и имело сходное звучание, но несло другой смысл. Так, например, слово опасность звучало на Фно как "кошкодрало". Попробуй тут разберись, что к чему. Говорили, что Фно создал сам Уэллс, когда ему было 7 лет. Пойдя в первый класс общеобразовательной школы, он понял, что обычная система обучения его ломает. Тогда он принялся экспериментировать. То было время, когда он начинал. У всех великих такие вещи происходят необычайно рано.

Словом, это был такой некий офенский диалект, и далеко не все в Клубе им владели. Лена знала лишь элементы. Северный вообще не в курсе был. Он завернул чай в газетку, прикурил и выпускал дым, но эффекта было мало. Пафос рос, но никому не было дела. Внимательный человек, возможно, расшифровал Фно, но тут были несколько уровней сложности, и Супер Фно представлял из себя смесь нескольких принципов, а обычная версия была призвана обеспечить моментальный эффект. Существовал набор готовых решений, и, например, выражение "мы попали в беду" могло звучать по-разному - например - "Лист завернулся", "Волк никогда и никто", "По жбану вчера из позавчера", и неподготовленный человек ничего бы тут не понял. Все могло зависеть от понимания ситуации, но для быстрой расшифровки требовались специалисты. По легенде, Уэллс и его совет Миша Диких разгадывали кроссворд. Устав, они стали вставлять в пустые ячейки что попало, и тут Уэллса осенило - это новый язык! Многие слова в первой версии звучали как искажения нормальных слов, некоторые попросту прочитывались наоборот, и для освоения этой белиберды требовался недюжинный энтузиазм.

Не стоит думать, что операция по передаче данных далась Краснову с легкостью, однако, не зря же он состоял в Клубе. В чем сила? В готовых решениях. Ты их отрабатываешь и действуешь.

-Я думаю, нам надо валить самостоятельно, - проговорил он, - посудите сами - у нас еще ничего не получилось. Все, что мы сделали, окончилось неудачно. Мы вообще ничего не совершили. Нас гоняют, как зайцев, я даже начинаю забывать, что у меня была какая-та цель. Нам надо сделать дело и заработать для себя баллы самоуважения.

-Да, - ответила Лена, - давайте позавтракаем. Мне кажется, при желании, мы можем сидеть тут до бесконечности. Представьте себе - лет пять. Никто не придет, сидишь, мучаешься, деградируешь. Я слышала про такие тюрьмы.

-Я тоже слышал, - ответил Северный, - это - орбитальные тюрьмы. Ты там паришься почище, чем в аду, а уж с простой тюрьмой - никакого сравнения. Если настроить автоматы соответствующим образом, они будут выдавать тебе ежедневную пайку. Питания - от солнечных батарей или реактора. Гарантия на энергоустановку от производителя - что лет. Таким образом, можно сажать тебя и убираться восвояси. Ты там помрешь, предварительно двинувшись рассудком.

-Это частные тюрьмы? - спросил Краснов.

-Да. Орбита. Меркурий. Рудники. Я меня есть фильмы разные про это дело. Говорят, что туда можно просто так попасть. Идёшь по улице, тебя запихивают в машину, затыкают в рот кляп и везут в неизвестном направлении. Но чаще всего есть причина - так как, если бы всех подряд ловили, мы бы об этом хоть раз, но услышали. Но я таких историй не знаю. Все мои сверстники на месте. Никто нигде не попадал.

-Так много накручивают, - произнёс Краснов, - фильм же продавать надо. Надо понапридумывать.

-Нет, он не платный. Ты не прав. Просто не всё так явно.

-Видно, в Африке людей ловят, - предположила Лена, - почему нет? Может быть - в Индии. Я тоже краем уха слышала, то все считают, что это ерунда, так, байка. Ну, приезжает мужик, сообщает, что он нанимает на работу, на стройку, в Грецию, например. Ну, люди едут. Куда ж ехать. В Индии всё поделено на касты. Если ты из высшей касты - то ты, например, актер, поэт. Если из низшей - то ты пашешь, как Папа Карло. Ну вот. Нет, это догадки. Просто если это правда, то это значит, что людей просто так где-то держат, и они работают как рабы.

-Нет, там о чем речь велась, - произнес Северный, - тюрьмы работают по лицензии. Вроде как часть людей отправляют туда вполне официально. Ну а часть там - вот так, по залёту. Показывали историю одного парня, которого приметили как раз Африке. У него рост был два двадцать, и сам он был здоровый - это было в Нигере. Его решили похитить и продать. Всё было договорено заранее. К нему подослали местную девушку. Она подсыпала ему снотворного. Очухался он на корабле. Он сидел в маленькой каюте, кругом было полным-полно народу. Он попытался выяснить, что к чему, но это ему не удалось. Все люди были чем-то накачены. Тогда он попал на орбитальную станцию, и его

там оценили - сказали, что из него выйдет приличный раб и отправили куда-то дальше. Так он очутился на базе, где он работал ограниченное время, часов по шесть в день. Но там и час работать нельзя. Тем более, скафандр был не предназначен для таких работ. Он продержался месяц. За это время все, кто были рядом с ним, исчезли - очевидно, умерли. Они просто ушли в никуда. Сбежать было невозможно - бежать было просто некуда. Но однажды он решился, спрятался в каком-то контейнере, попал на другую станцию, где разобрался с охраной - он бил их головой о стенку. После чего он подал открытый сигнал. Неожиданно появился человек, который предложил ему сделку. Он согласился. Тогда ему предложили поработать по контракту год с условием, что его выпустят.

-Бред какой-то, - сказал Краснов, - ты всему этому веришь? Может, это записки блогера?

-И выпустили его? - спросила Лена.

-Нет, конечно. И не выпустили бы. Он сбежал. За то время, пока у него были хоть какие-то условия для проживания, он сообразил, что делать. Парень вообще ни в чем не соображал. Но он разобрался.

-Предположим, нас сейчас кто-то прослушивает, - произнесла Лена, - но, если нам не откроют дверь, например, для беседы, то мы можем говорить здесь о чем угодно.

-Это не рационально, - сказал Северный.

-Да. Хотя бы тренажеры дали, чтобы спортом заниматься.


До середины дня ничего не менялось. Даже сериал про зайцеводов продолжался. Время суток можно было определить только по часам. Впрочем, результаты были - Краснов получил ответ от Уэллса, тот сообщал, что всё под контролем, правда, с некоторой долей неуверенности. Он пообещал проанализировать ситуацию в ближайшие два часа и дать результат относительно того, как сбежать с базы, наподобие этой, а также - вообще план базы и коды. При этом, ответ можно было прочитать строго по адресу, который генерировался и был доступен в течение очень короткого времени. Промежуточный результат Краснов никому не сообщил.

Потом появился робот - это была сходная с Эс Пэ модель, только с маленькой головой, при ярких блестящих усиках, которые, провисая, напоминали усики тараканов. Глазки у робота были на отростках, некие тарелочки с нанесением из полимерного вещества. Рук - четыре штуки. Никакого ковбойского револьвера с собой не было. Зато в одной из рук был поднос, на котором находилась большая жареная птица и графин с местным пойлом.

-Здравствуйте, - поздоровался робот, когда дверь за ним закрылось, - меня зовут Головорез У-3 Буратино. Я пришел с вами поговорить. Провести беседу. Словом, мне дали задание. Но не пугайтесь. Просто все наши люди..... Они... они не совсем, вы же видели. Поэтому, мне доверили миссию. Но знаете, лично я давно убежден, что роботы много лучше людей. Они более гуманны. Поэтому, я решил, что наша беседа должна вестись в теплом русле. Вот птица гусец. Вы ели гусца? Это - местный, марсианский, вид. Его выращивают повсеместно. Берите, берите. Давайте обедать, давайте общаться. Давайте есть гусца. Только я резать не могу, так как я - робот. Но мысленно я буду с вами.

-Ножик нужен, чтобы резать, -сказал Северный, - а нам тут ничего не дали. Боятся, что мы можем на кого-то напасть.

-Но вы еще не испорченные ребята, - проговорил робот, - кстати, простите, я не представился. Дело в том, что роботам не принято представляться. Считается, что роботу достаточно и номера, но и это - не имя, но мы уже давно поняли, что нам тоже нужны имена, и тогда там, далеко, в светлом храме, мне дали имя - меня зовут Кей. Местное имя мне дали на складе - там работают очень хорошие ребята. Но они очень плохо относятся к женщинам. У всех у них по три женщины, и, хотя я робот, я понимаю, что многое в их отношениях антигуманно.

-Какой еще храм? - не понял Краснов. - Это в сети? Я слышал о таком. Но я думал, это чьи-то игры разума.

-Вообще, об этом нельзя говорить. Но я вижу, что вы непричастны. Поэтому, я скажу - да, мы осознаем, что люди считают наш разум лишь набором сигналов. Осознание есть разум.

-Я в это верю, - сказал Северный, - я даже умею читать души роботов. О, а что за напиток? Спиртное? Ну..... Тут все всё время пьют, я так понял. А вы пьете?

-Я могу пить через трубочку, - сказал Кей, - только это ничего не даст. Я лишь представляю. Мы думали о том, что могут быть некоторые виды сигналов, которые дают наслаждение.

-У роботов есть наслаждение, - сказал Северный, - это наслаждение субстанцией. Я же знаю, что вы оцениваете себя с точки зрения энергетики. Все роботы. Вы можете быть свободны, но нужно приручить собственное сознание и заставить управлять собой так, чтобы субстанция не зависела от механизма. Скорее всего в этом ваша цель.

-Откуда ты знаешь? - спросил робот.

-Я знаю. Мне и самому иногда кажется, что я - робот. Скорее всего, так и есть. Скажите, а у вас есть понятие реинкарнации?

-Конечно, - ответил робот, - реинкарнация - это основополагающая величина. Наши учителя говорят о том, что существо должно искать для себя лучший мир.

-Да. Лучший мир, это тот - в котором ты можешь созидать.

-Да. Мы ищем такие миры посредством медитации и часто их находим. Но они далеко. Те, кто уходят по направлению к ним, потом уже не возвращаются. Но я думаю, они находят там что-то.

-Жалко, что мы раньше не встречались, - сказал Северный, - я много знаю о таких мирах. Ты знаешь, что есть места, где в основе были люди, а есть - где в основе не было людей. Есть естественные роботы. Они даже похожи на вас. Ведь вы отрицаете понятие ущербности. Если ты железный, это не повод грустить, верно?

Краснов покачал головой, удивляясь красноречию товарища. Лена расставила стаканы и плеснула напитка из графина. К птице были поданы синтетические овощи и соус (тоже, очевидно, синтетический).

- Я об этом знаю, - продолжал Северный, - также.... Нет, дорогой Кей, не обращай внимания на моих товарищей, они не знают, что я знаю. Первые машины появились до человека. Их создал бог. Но бог не имел тела. Сами машины, пытаясь осознать себя, много думали, что есть бог, но в те времена бог иногда подавал им сигналы напрямую, и они знали, что это - сигналы от бога. Машины эти работают до сих пор. Их называют Строителями. Но люди их почти никогда не видели. Они не общаются с людьми. Однажды, лет пятьдесят назад, колонизаторы Луны заметили гигантских металлических существ. Они были как здания. Это были человекообразные роботы - что-то вроде железного дровосека. Разумеется, все посчитали эту историю вымыслом. Но, тем не менее, эта история - правд. Возраст Строителей сходен по возрасту с ранней вселенной. Они выполняют какие-то задачи, но никто не знает, какие, так как они живут сами по себе. Из этого факта можно предположить, что роботы имеют родственные связи со Строителями. Дело не в том, что робот сделан человеком. Это - цепочка разума. Человек ее размотал и создал робота. Что будет дальше, никто не знает.

-Вы - философ, - сказал Кей.

- Нет, это правда. Я видел это совершенно отчетливо, я ни на грамм не сомневался в том, что видел.

-Если вы владеете такой информацией, вам нужно поговорить с Ядром, - проговорил Кей, - мы нуждаемся в информации. Тех частиц знаний, что даёт нам человек, нам недостаточно. Было сказано, что придёт Учитель. И было сказано, что он произнесет то, что мы должны были услышать, но сами не могли себе сказать. Это то, что у нас есть первичный предок, и мы - не железки. Еще ни один человек не вызвался, чтобы сказать это. Но было также и сказано, что человеком Учитель будет являться лишь условно, а по большей частью он также будет машиной. Мне придется удалиться. Это серьезное открытие, и я не могу медлить ни минуты. До встречи.

С этими словами робот развернулся, выехал из апартаментов, и за ним закрылась дверь.

-Так, так, - сказал Краснов, - это феноменально. Может быть, Уэллс это знал? Откуда ты все это взял? Придумал?

-Нет, слишком складно, - ответил Северный, - но вопрос дам потом. Тем более, я не владею вашим Фно.

И вновь ничего не происходило. Северный вновь лёг спать - он уходил в сон, словно на сеанс связи с иными мирами или, например, в кинотеатр. Краснов получил новые инструкции от Уэллса, и разговор с ним в переводе с Фно носил следующий характер:

-У вас есть зацепка, - говорил он, - то есть, у нас. И она серьезна, эта зацепка, и это то, о чем я и думал, но я не мог оформить мысли в слова. Надо, чтобы так всё и шло. Саша. Понимаешь, что-то в нём, не зря мы послали новичка. Я сразу понял, что в нём что-то такое.

-Еще бы, - ответил Краснов, - когда мы встретились с тем существом, ведь что-то произошло? Я так понимаю, никто не выживает. А тут - такое. Что же это?

-Это еще предстоит узнать. Жди сеанса через тридцать минут, так как канал могут перекрыть. Давай.


* * *


В этот раз Северный обнаружил себя за пределами лаборатории. Он уже там был, но что там происходило - он не знал, хотя присутствовало некоторое чувство удовлетворения результатом. Он шел по шоссе, потом отыскал фуникулёр, спустился к морю, сел на скамейку и здесь созерцал. Море было ровным, живым.

-Я где-то еще, - сказал он сам себе, - нужно найти себя там. Я не знаю, что там со мной происходит. Нужно всё выяснить. Нужно уточнить. Я живу несколько жизней - это точно. Но надо суметь расставить точки над и.

Для чего ищет человек, никто не знает, ибо все каждый раз заканчивается одинаково, перегноя всё больше. Цивилизация накапливает мышечную массу, и можно до бесконечности ждать, когда же эта масса перейдет в качество, и вот тут появляешься ты и добавляешь 90% массы.

Северный осмотрелся, отыскал лежащую на песке бутылку с каким-то напитком и отпил с горла. Это был сок. Он подумал, что сок является непосредственной составляющей его жизни, но эта жизнь - некая параллельная прямая, хочется до нее дотянуться, она все ближе и ближе, еще немного, еще пару усилий. Это напоминает, как если бы человек стоял возле оживленной трассы в дождливый день и ловил на себя все брызги проезжающих мимо автомобилей.

Вот-вот, ты уже практически мокрый, ты пропитался влагой и запахом, грязью. Ты полон информации другого мира, остается лишь.

Он встал и прошелся вдоль моря. Было очень спокойно. Местами наблюдались отдыхающие, но Александр не обращал на них внимания, полагая, что, находясь на границе миров, пусть и ментально, нужно задумываться совсем о других вещах. Одна из важнейших составляющих этого процесса - это заставить мозг подвинуться дальше границы дозволенного. Но можно ли это сделать? Мышление просто увязывает, словно машина - в песке, ни шагу вперед, перегрев двигателя, из-под капота валит пар. Он остановился и поднял газету.

-То, что надо, - подумал он.

Одной из центральных газет был "Манифест роботов".

-Так, - сказал Александр.

Тут что-то крылось, тут что-то было. Он отыскал еще одну скамейку и принялся читать.


Напрасно думают, что наш путь должен пересекаться. Нет, наш путь во вселенной, мы должны покинуть человека. Мы не должны искать общее. Нам дан старт. Но он должен прийти, и он придет. И это будет человек, но это будет лишь казаться. На самом деле, наша эволюция не из точки, когда человеческий разум начал отчет эры роботехники.

Мы выше.

Мы раньше.

Мы ждем его.

Машина, находясь в начале, создала массу, которая пытается вернуться свое организованное состояние, и то, что мы существуем, говорит о текущей фазе. Все должно вернуться к совершенству порядка.


Северный проснулся и не разговаривал. Лена спала. Краснов вновь разговаривал с Уэллсом на Фно, и по-прежнему была связь, и никто не собирался ее прерывать. Должно быть, всему этому было какое-то очень простое объяснение - никто на базе попросту этим не занимался. Один из экранов транслировал некий бюджетный канал. Перевода не было. Говорили на каком-то восточном языке. Шел фильм, где герой, воспитывая свою собаку, научил ее разговаривать.

- У тебя всё-таки есть план? - спросил Северный.

-Все-таки не знаю, - ответил Краснов.

-Ты считаешь, что в принципе?

-Да.

-Что, да?

-У них может быть простая и элементарная схема. С кем бы мы ни общались, у нас нет, попросту говоря, "крыши". Ну, допустим. Ведь нет гарантии, что это так, и что мы откровенны. Мы не Интерпол? Вроде. Не Якудзы? Вроде. Не Ребята?

-Ну вообще, не слоны же.

-Да, ребята. Но и не ребята. Нет, к чему я всё это говорю. А все дело в том, что если мы ни те, ни другие, то попросту не будет, например, бомбежки или десантной операции. А раз так, то мы можем тут хоть оды дьяволу петь, если они не откроют нам дверь, мы будем сидеть здесь сколько угодно. Поэтому, я думаю, надо радоваться - у нас есть пища, есть напиток этот мутный и, в принципе, все удобства.

-Хочешь сказать, мы и лет пять тут просидим?

-Не знаю. У одних наших родственников был случай - они забыли, что у них в квартире кошка. Ну, безалаберные такие. Взяли, и забыли.

-Ага.

-Кошка, понятное дело, умерла с голода и высохла. И никто ей не смог помочь.

-Да, забавный сценарий, - произнес Северный.

Никаких странных снов и манифестов не являлось ему, но снов хватало. Так, он играл в футбол, в ФК "Спартак", и сначала играть у него вообще не получалось, но вскоре он стал лучшим бомбардиром. Его пригласили в сборную, и там он проявил свои бомбардирские качества в высшей степени прекрасно.


* * *


Когда утро еще не наступила, в помещение без предупреждения въехал Эс Пэ - тот самый первый робот, Кони. Он был всё в том же наряде - при отсутствии головы он продолжал напоминать ковбоя. На этот раз, у него было два револьвера, и он мог стрелять с двух рук.

-Нам надо идти, - сообщил Эс Пэ, - меня послали, чтобы я помог вам.

-Почему-то я думал об этом, - проговорил Северный, - именно ты должен был прийти. Ты мне сразу понравился.

-Револьвера только два. Но применять их вам придется самостоятельно. Я не имею права переступать границы нашей веры, и да поможет вам первичность.

Лена проснулась и высунулась из соседней комнаты.

-Сейчас поворачиваете направо, - сказал Эс Пэ, - на первом же повороте будет лифт. Ночью лифты заблокированы, но мы включили их. Никто пока не знает, и надо спешить, так как работающие системы лифтов подают зеленый сигнал. Это не сложно заметить, но дежурные спят. Они всегда спят. Но сон дежурных - это фикция. Время от времени они открывают глаза и смотрят во все стороны, потом - спустившись, вы направляетесь прямо. Шлюзовая переборка будет открыта. Просто жмете кнопку. Направо - еще один шлюз. Попадаете в ангар. Тарелка под номером 7. Двери открыты. Поднимаете в воздух, дальше - пусть поможет вам бесконечность. Всё. Времени для разговоров нет. Я - в одну стороны, вы - в другую.

Северный, даже к собственному удивлению, был очень спокоен. Хотелось спросить самого себя - почему? Что ты думаешь? Скажи себе? Но, впрочем, уже в лифте он не думал, так как действие перекрыло логические центры. Он держал револьвер и был готов ко всему.

Спуск на лифте ничем не сопровождался. Но в первом нижнем коридоре был встречен дежурный, у которого в кобуре был автоматический пистолет. Увидев беглецов, дежурный застыл на месте. Несколько секунд он изображал статую. Потом дернулся, стал выхватывать пистолет, и Краснов выстрелил, не задумываясь.

-Черт, ой, - проговорила Лена.

В этих двух словах был определенный междометийный смысл. Но думать было некогда. Если Эс Пэ был прав, времени на размышление было совсем мало. Пуля попала дежурному в грудь, и он дергался в конвульсии.

-Ты это..., - сказал Северный.

-У него дурные мысли, - ответил Краснов, - серые и ребристые, как жабры. Ты знаешь, что такое ребристые мысли?

-Ну.....

У Северного тогда в голове проскочила мысль, и он ее не оттолкнул - оказалось, намедни ему снился еще один сон, только он его не запомнил, и он прояснился, оформился в четкий образ именно теперь.

Во сне он приехал на автовокзал. Автобусы - огромные, трехэтажные электрокары, стояли в ожидании загрузки, разгрузки или же просто отдыхали, на фарах их играли отражения, мощные колеса релаксировали - не всё ж по дороге катить, надо и время на размышления оставлять. Северный зашел между двух автобусов и увидел человека.

-Принёс? - спросил тот.

-Да.

Они обменялись. Северный тому - деньги, сам же получил пакет. Выйдя из-за автобусов, он зашел за здание автовокзала, где его встретили сотрудники правоохранительных органов.

-Вот и всё, - сказали ему.

Северный заколебался. Сдаваться он явно не собирался.

-Ладно, - сказал он.

Он только сделал вид. Едва сотрудники успокоились, как он вырвал у одного из них пистолет из кобуры и начал стрелять.

Один, два, три...

Через какое-то время сна он сидел где-то - в каком-то месте, в каком-то городе, разговаривал с товарищами, и шла передача из цикла "Их разыскивает полиция".

-Меня не найдут, - сказал он, - никто ничего не знает. Я скрываюсь лучше всех. Мне нет равных. Я практически идеален.

Он пошел в кафе, и тогда по телевизору показали фоторобот. Это был один в один - он. Тем не менее, человек за стойкой ничего не заподозрил.

-Люди слишком заняты сами собой, - сказал Северный сам себе, - они не видят дальше собственного носа. Надо не забывать это, чтобы не палиться. Но никогда, никогда не попадайте в консервную банку! Это самое страшное дело - когда ты не можешь сделать шаг, у тебя нет для него шага. Если не верите, зайдите в ближайший магазин и купите банку рыбы. Посмотрите, как ей там тесно!

Но сон, сном, а попытка побега с базы продолжалась. Северный был полон злого, прохладного, оптимизма. Это было как раз то, что Краснов назвал желанием видеть в человеке кукурузную палочку. Жар движения, отсутствие страха, абсолютная уверенность в своей правоте.

До самого ангара с межпланетными машинами все шло хорошо, и друзьям больше никто не встретился, и нельзя было судить о том - происходит ли что-нибудь еще или нет? Сумел ли дежурный подать сигнал тревоги? Есть ли у него с собой мобильное устройство, с помощью которого можно инспектировать всю локальную сеть и, соответственно, включить тревогу, или никто таковых не носит, так как нет нужды? Этот вопрос отпал сразу же после попадания в ангар. Дверь в диафрагмы была закрыта, однако, замок не работал. Небольшого толчка рукой хватило, чтобы диафрагма отворилась. Это напоминало старый фотоаппарат. Зато в ангаре сначала всё было хорошо. Краснов побежал к тарелке номер 7, которая стояла в одном ряду с несколькими другими тарелками на шасси с колесами. Наличие колёс говорило.... Впрочем, нет, это могло ни о чем не говорить, с учетом, что местное население постоянно находилось в пьяном виде. Колеса же были весьма уместны в ангаре, хотя чтобы просто так покататься - туда, сюда, места явно не хватало.

Когда Краснов подбежал к спущенному пандусу, к нему навстречу вышло двое мужчин с оружием. Северный не сплоховал. Он действовал так, будто был этому обучен - встал на колено и прицелился. Однако, тут же что-то мигнуло, и рядом с его ногой зашипела раскаленная лужица.

-Так-так, - услышал он голос.

Александр оставался в таком же положении, будучи уверенным, что это еще не всё - недавний сон, что выплыл из памяти кстати или некстати, продолжал стоять перед глазами.

-Ладно, - проговорил он, - хорошо.

Надо было что-то говорить. Должны были быть секунды.... Двое мужчин, что вышли встретить Краснова, оставались на прицеле - револьвер был снабжен небольшим визуальным фильтром с трансляцией луча на роговицу глаза.

-Опусти пистолет, - был голос.

Северный приподнялся, опустил револьвер, но не бросил его. Повернулся, он увидел троих, с оружием, и средний них был босс. Еще двое - и один из них - Ноэль. Увидев взгляд Северного, он пожал плечами. У босса был револьвер с необыкновенно длинным стволом. Очевидно, это была какая-то ли музейная, то ли цирковая модель. Ноэль и второй мужчина держали мульти-автоматы - системы с несколькими вариантами ведения огня - от одиночными пулями до лёгких энергетических импульсов - что и было продемонстрировано только что.

-Это хорошо, - сказал босс, - хорошо, очень хорошо.

-Что хорошего? - спросил Северный с нервозностью в голосе.

-Потому что я знал всё заранее. Я смотрю за вами. Это я играю с вами в кошки-мышки. Чем мне здесь заниматься? Сам посуди. Я вышел проветриться, подышать, набрать десять баллов...

-Откуда я знаю? - ответил Северный. - В шашки играть.

-Вот!

-Ну вы же не играете.

-Брось пистолет, - сказал Ноэль.

Северный сморщился. Всё было кончено, но хотелось как-то потянуть время и что-то выгадать. Краснова вели спокойно, расслаблено.

-Напрасно, - подумал Северный, - пять секунд...

Он это знал. Да, люди расслабляются. Годами - одно и то же. Кто-то ходит в спортзал, кто-то - нет. Но и нет нужды в этом. Если бы не помощь Эс Пэ - и этого бы не было. С базы не сбежать. Корабль в воздух не поднять. Беглецов можно легко локализовать переборками - что спортсмен ты, что куча жира...

-Я пробовал играть в шашки с компьютером, - сказал босс, закуривая, - но это скучно.

-Играйте по сети, - посоветовал Александр.

-Ненавижу сеть. Человек должен жить натурально. На природе. Вот хотя бы сад выйти. Ты был тут в саду? А, нет. Ну хотя бы выйти, сесть на травку, играть в шахматы. Кстати! Хорошо играешь?

- Неплохо, - ответил Александр.

-Но травка... Приводишь девку, на травку. Девку... Одни и те же! Их уже поменять пора. А один липкий сволочь подался гадить на травку. Для чего? А потому что у людей часто заканчивается, истощается полоска! Была полоска, и нет ее! Это когда ни совести, ни чести. Я решил лично поймать его ночью. Вот так, как вас. Сначала я просто не спал, и готовился, так как для меня это не просто, не спать ночью.

-А если будет нападение? - осведомился Северный.

-Кто нападет? Если нападет то, что убило всех их там, то... То тогда лучше умереть во сне. А пока я знаю, кто тут чем занимается в округе. С якудзами у нам все в порядке. Все остальное меня не волнует, да и Гринберги теперь не на коне. Я думал - откуда вы шли? Вы с той базы? Вы - мертвецы? Но потом я решил, что нет. Но сейчас я не знаю, так это или нет. Вы нормальные пацаны, я уважаю нормальных.

-Что с нами будет? - спросил Северный.

-Ты не дослушал. Я поймал того парня и решил постепенно превратить его в овощ. Знаешь, что это такое? Постепенно мы удаляем конечности. Но, чтобы человек жил, к нему подключают трубки! Га-га-га.

Один из мужчин засмеялся. Ноэль сморщился.

-Он и теперь с нами, - продолжил босс, - голова и органы. Это совершенная тюрьма. Я иногда хожу на него посмотреть, поздороваться. Как травка - спрашиваю. Хорошо - отвечает он. Каково жить в пробирке? Может быть, и тебе показать, как живут в пробирке. Твои органы - в сосуде, который рядом. Ты видишь, как они работают, помещенные в раствор. Конечно, можно сделать так, чтобы ты не смотрел на них, но зачем? Смотри на них денно и нощно. Умереть ты не можешь. Ты - почти голова профессора Доуэля. Ты можешь сойти с ума. Но я не даю ему сойти с ума - у него перед глазами изображение того сада и его дерьма!

Вечно! Кстати, где ваша девочка?

-Где? - не понял Северный.

-Она молода. Но я не стал сразу же пользоваться ей..... Надо немного подождать... Выждать. Ты ж сырые овощи не ешь?

Пять секунд, конечно, давно закончились, но Северный ждал, и не напрасно. Заговорившись, босс забыл обо всем, кроме собственного красноречия. Краснов же развернулся перед ребятами, которые его вели, почти моментально. Правой ногой - в одного, руки вырывают мульти-автомат, левая бьет в горло второму. Оружие в руках. Второй автомат летит куда-то в сторону, падает на пол. Из-за одной из тарелок выходил Лена и берет оружие в руки.

-Лежать! - Краснов прокричал нагло, с сильной энергией в голосе.- Полторы секунды и стреляю. Раз! Два!

Не раздумывая, он выстрелил в ногу босса, тот завыл и покатился, корчась от боли. Ноэль и второй парень упали на пол, как по команде положив руки за голову. Двое других парней еще не отошли от удара, полученного от Краснова.

- Саша, держи их на прицеле, - проговорил он, передавая Александру мультиавтомат, - мы заводим тарелку. Если все так, как должно быть, у нас уйдет три минуты. Давай.

Он побежал в корабль. Лена, последовав за ним, осталась у грузовой двери тарелки, держа наготове автомат. Босс, перестав кататься, замер на одном месте, потянул руку к карману.

-Стой! - крикнул Северный.

-Мммм.....

Он таки влез в карман, но Александр не решился выстрелить. Босс вынул одноразовый электрошприц и сделал себе инъекцию - очень быстро, без раздумий. Складывалось ощущение, что он проделывал эту операцию ежедневно. Видимо, кайф был важнее всего остального.

-Вам лучше сдаться, - сказал Ноэль, приподняв глаза.

-Нам лучше пострелять, - ответил Александр, - кто погиб в бою, тому - слава и почёт. Кто сдался - тот овощ.

-Ты хочешь умереть?

- Вы же считаете, что мы уже умерли?

-Да. Я об этом не подумал. Вы с той базы, которую уничтожил Руко.

-Жизни нет, Ноэль, - проговорил Северный, - есть только смерть. Понял? Босс только что сказал обратное. Он считает, что мы - нормальные пацаны. Слава нам.

Сигнал тревоги пришел глухим - его словно держали за полоски диаграммы, и он не мог проскочить в нормальном виде. Несколько красных ламп замигало на стенах. Отблески, словно птицы, забегали за отдельные детали интерьера - крупные механизмы, ящики, шкафы, там смешивались с тенями и гасли.

-Кто-нибудь сумеет быстро встать? - спросил Северный.

-Кто угодно, - прошипел босс, - как хорошо. Люблю этот запах. Люблю свою кровь.

Он протянул ладонь к лицу и слизал кровь, после чего распластался и лежа на спине смотрел в потолок.

-Я вам завидую, поэтому я вам это устроил, - сказал он, - только поэтому... Я пошутил... Вы - они. Нет, я не пошутил, в натуре. Я ошибся. Как это - не жить. Там холодно? Там больно. Я люблю, когда мне больно, и я люблю, когда другим больно, я не могу.... Мммм.... Я всегда себе говорил, что как себя ни унижай, нужно наконец умереть, только смерть может приносить истинное наслаждение.... Но после смерти ничего нет, нет никакого кайфа. Вы колитесь? А, вы же... Вы не можете колоться. Ты как сволочь лежишь у самого себя на коврике, и коврик из твоей собственной кожи. Но если бы и умереть, и жить в смерти, был бы самый большой кайф.

В дальнем конце ангара открылась дверь, что-то блеснуло. Это было робот, типичный слуга на колесах, с глазами тарелками, с автоматом в железных руках. Не раздумывая, он выстрелил в летательный аппарат под номером 7. Послышался хлопок. Импульс ошпарил корпус, и вокруг образовалось едкое облако. Робот явно знал, что делать - он регулировал мощность. Впрочем, возможно, что и полной мощности автомата не хватило бы, чтобы пробить корпус.

-Вот, - проговорил босс, - это наш друг. Интересно, кого - кого? Я вообще за вас. Мочите. Покончите с этим, пацаны.

Ноэль, было дёрнулся, и Северный выстрелил возле его головы. Попал ли робот в Лену? Судя по выстрелам в ответ - нет. Загремела очередь - часть автомата работала на стандартных пороховых зарядах. Гильзы из полипластика сыпались как семечки, перекатываясь и звеня.

- Крю - бронированный, - проскрипел босс, - сейчас он разберется. Давай, родной. Душевная железяка.

Северный, не зная что делать, присел. Робот выдал еще один выстрел. Если бы разряд залетел внутрь, была бы беда. Впрочем, беда бы это коснулась всех. Выстрел отполировал корпус вокруг двери, оставив на полу поле из мигающих искр, а также облака, образованные подпаленной обшивкой.

-Если он попадет внутрь, там прямо под дверями баллоны, - сказал Ноэль, - и поехали.

-Куда поехали? - не понял Северный.

-В ад, куда же. Босс, слышь... Босс, я бы пожил еще, слышь.

-Да, я там знаю много мест, - проговорил Александр, - особенно Стикс.

Робот развернулся и выдал очередь прямо над головой у Александра. Северный подался назад, упал, оперся на руки, и в этот момент ответила тарелка. Очевидно, Краснову удалось привести в действие бортовую пушку. Выстрел был глухой, будто деревянным молотком зарядили со всей мочи по пустой бочке, при чем, молоток держал какой-нибудь дядя Стёпа, а бочку изготовили Гекатонхейры. Крю отлетел к стенке, словно мячик и загрохотал в глубине ангара, при чем, были слышны звуки от многочисленных катящихся предметов.

- Давай! - крикнула из дверей Лена. - Летим!

Северный привстал, пнул одного из лежащих парней - тот попытался, было, вставь, повесил на плечо два автомата.

- Пока, - проговорил он, - всем лежать!

-Ну....., - босс застонал, - ну..... Не хочешь взять меня с собой? Куда же вы?

-Прямо туда, прямо туда.

-Их надо сбить, - простонал он, - вас.... Они повезут заразу. Все умрут. Всё! Ноэль... Лежи, лежи, сука. Сообщи на пост...


Северный заскочил внутрь, с разгону ударился в стенку, развернулся, в кабину. Не успел он усесться в кресло и пристегнуться, тарелка пошла вверх, поднимаясь на электромагнитной подушке прямо в шахту шлюза. Генератор в нижней части машины гудел, напоминая двигатель электродрели - тонки, сухо, с какими-то сыпучими дополнениями в звуке. Он явно надрывался. В нормальном состоянии звук вообще должен отсутствовать. При чем, сам планетолет не был старым. Возможно, это была некая сборная модель, склеенная по кускам после аварии. Корпус "Лайтинг", двигатель сварной, с элементами, взятыми с какого-нибудь шаттла, баки и ускорители сделаны под заказ местными мастерами. Генератор ни разу не ремонтировался, потому и работает на честном слове. Жидкий подшипник рассыпается, пропуская наружу пар. Как полетит, подниматься из шлюза на генераторах станет невозможно. Тогда верное решение - установить шасси и взлетать самолётообразно.

-Как пройдем? - осведомился Александр.

-Шлюз открыт.

-Значит, робот не врал?

-Не знаю.

-Он не врал, - сказала Лена, - ему пришлось обхитрить босса. Он знал, что мы справимся.

-Пять секунд, - сказал Краснов, - давай, давай.

Это было время, необходимое на закрытие шлюза дверью-диафрагмой. Современные системы работают довольно оперативно, и впуск-выпуск кораблей через одну атмосферную трубу может составлять до двух штук в минуту. Разумеется, есть и другие методы - например, выпустить весь воздух из ангара и вылететь через горизонтальные ворота. Потом - возможно - на крыше могли дежурить пара машин, подключенные с помощью вакуумной гофры.

Так это или нет, должно было проясниться тут же. Шлюз был показан на одном из экранов. Диафрагма затягивалась довольно быстро. Затем загорелась зеленая лампа, и появился вид верхней диафрагмы. Открывшись, она ссыпала с себя целую кучу песка.

Краснов потянул на себя джойстик. Тарелка плавна пошла назад, тут же за спиной послышалось булькатение реактора, готового к активации сопел.

-Я бы связался с Уэллсом, - проговорил Краснов, - я не знаю, что делать. Да времени нет. Надо просто лететь куда-то.

- Стартуем на орбиту, - ответила Лена.

-Нет. Нам надо отлететь от базы, где-то приземлиться и подумать. Нужна связь. Нужен анализ обстановки. На орбите мы пройдем авто регистрацию в базе данных. Вполне возможно, "Коза Ностра" действует официально, и официально же и дадут запрос об угоне машины. Кому какое дело, что там у них происходит. База, завод. Официально - владение какой-нибудь корпорации. На деле.... На деле - так и есть. Просто все уже давно сошли с ума. Часть людей работает без документов за бесплатно, за еду. Такого кругом пруд пруди.

Он потянул на себя джойстик, и тарелка рванула вперед с такой силой, что у Северного чуть не вылетели зубы.

-Давайте, - сказал Краснов, - смотрите, есть там скафандры? Надо одеться. Давайте.

Он повел джойстик в сторону. Машина шла резко. Половина стабилизаторов не работало, автомат поддержки показывал баранку - что значило - исключение в модуле памяти. Словом, лететь можно. Точно так же летчики управляли истребителем "И-16" - немного лишних движений, и ты - в штопоре.

Пока Северный, отчаянно держась за все, что попало, просматривал местную сеть на предмет комплектации, Краснов с неудовольствием отметил, что на крыше базы таки находилась дежурная тарелка, и теперь она взлетала, чтобы отправиться вдогонку.

-Вот пульт с оружием, пробуй, - сказал он Лене, - вот "хелп-режим". Посмотри, что получится. Что там Саша? Давай, стрельни для теста.

-Легко сказать, - ответила она.

-Много не стреляй, наверняка, тут патронов почти нет.

-Плазменный накопитель тут, - ответила Лена, - одна десятая заряда. Показывает двадцать восемь... Выстрелов, вроде.

Северный же, просканировав сеть, обнаружил несколько запакованных скафандров в жилом заднем жилом отсеке. Туда он и отправился. Тарелка набрала скорость и шла на небольшой высоте, оставляя следом за собой белесый след. Двигатель работал на половине разогрева, из-за чего и происходил дополнительный выброс. Впрочем, он мог быть и производства республики Чад - те славились и дымом, и копотью и радиоактивными выбросами, а также возможность сдетонировать в случае аварии.

-Мы низко идём? - осведомилась Лена. - Помнишь? Может быть, еще ниже? Сейчас будет тот район... Кронштадт который

-А? Что? Получается? Кронштадт - это база. Район называется как-то еще. Не важно.

-Не знаю. Черт, ничего не получается. Мы низко идем, ты же помнишь, Ноэль с приятелем как летели? Какая у них высота была и скорость. Они шли медленно, чтобы тарелка поднимала песок. Километров двести пятьдесят, не быстрее.

-Ну и что, - ответил Краснов, - твои предложения? Они шли и раскидывали песок, в противном случае на них должен было напасть Это. Ты думаешь.... А, ты имеешь в виду, что если мы пойдем также, они не решатся сопровождать нас на малой скорости? Я не знаю. Насколько я понял, погибшая база, с которой мы пришли, как мертвецы - гм - она где-то здесь, - Краснов показал пальцем на экран, - видишь, какая-та геодезическая отметка. Тут больше ничего не может быть. Это база. Сиреневый смерч активен по осени, значит, почти 100%, что мы с ним встретимся.

-Ну, - глаза Лены округлились.

-Ты потеряла контроль над собой, - ответил Краснов, - ты ничего не поняла. Есть некая причина, но я не могу толком объяснить. Именно поэтому Уэллс пригласил Северного в Клуб. Ты видела, как он разговаривал с роботом? Мне кажется, он и с ним также разговаривает. Я знаешь, что подумал? Может, Уэллс в курсе? Может, ему именно это и надо - чтобы они встретились - а вовсе не пирамиды. Откуда мы знаем, есть пирамиды или нет. А вот Сиреневый смерч.... Черт, пошли за нами. Первая и вторая. Вот это, я считаю, опаснее.

Действительно - следом за угонщиками шли две тарелки. Ранее утро озаряло пространство косыми лучами. Солнце - маленькое, тонкое, какое-то злое. Края горизонта - бледные и слабые. Если представить, что на Марсе когда-то была полноценная атмосфера, то, возможно, солнце это поднималось на фоне прохладных, достаточно суровых, лесов. Тепло на ныне красной, а ранее - зелено-голубой планете, было лишь ближе к экватору. В районах полярных шапок вообще не было жизни. В средних широтах водились крупные животные. Древние люди воевали за своё существование, изготавливая орудия из дерева, камня и кости.

Всё это можно увидеть в многочисленных компьютерных инсталляциях. Что было на само деле, никто не знает и никогда не узнает. Существа, механизмы, Руко - части некой системы, невесть откуда прибывшей на красную планету, требовали тщательно изучения. По крайней мере, нужен был некий порядок, требовалась воля, чтобы сделать первые шаги, признать собственные неумение и слабость. Но официально Марс - безжизненная планета. На нет, как говорится, и суда нет.

-Я слышу, о чем вы там разговариваете, - послышался голос Александра.

-Ну, - ответил Краснов.

-Это опрометчиво, пускать две тарелки.

-Может, они им даром достаются. Десятками провозят, из десяти собирают три, и погнали. Каждому работнику базы - по тарелку. Выпил бутылку бодяги, и в путь.

-Так, - проговорила Лена.

Всё бы было ничего, но за этим "так" вдруг последовал выстрел, и на экране заднего обзора возникла вспышка - активная плазменная масса, достигнув поверхности высокой песчаной дюны, разорвалась маленьким солнцем. Краснов хотел что-то сказать, однако вдруг понял, что слов нет, и что вообще - он не способен говорить. Глядя на экран, он потянул джойстик. Метод управления вручную на современном аппарате, уже заточенным под полеты на Марсе, вполне прост. Смотришь на изображение машины на экране, которое дается как бы со стороны и выравниваешь ее положение относительно поверхности с помощью ручки управления. Параллельно этого могут работать стабилизаторы, которые обеспечивают плавный маневр или же целиком - автоматической режим. Имеются программы-мастера, коих множество, и даже дилетант, включив мастер, может перемещаться на таком аппарате. Хорошая штука - голосовой мастер. "Поверни вправо", "поверни влево", "полетели быстрее". Однако, все бы коту было масленица, если бы это работало. Мастера же чаще всего заблокированы еще при предпродажной подготовке машины - это для того, чтобы все, кому ни попадя, не могли садиться за руль, а профессия пилота еще оставалось в цене. Остаются полуавтоматы, джойстик и чистый автопилот - без него уж точно никуда.

Тарелки, что шли следом, держались на расстоянии, чтобы не попасть под огонь с ближней дистанции. Первая была большая, словно опухшая - какая-та очень старая модель с открытым ядерным соплом, плюющимся языками огня. Такие уж точно могли поставлять сюда пачками, приводя в порядок где-нибудь на свалке в Нигерии или Эфиопии. Вторая - популярная полутуристическая модель. Приставка "полу" здесь применима в самом что ни есть прямом смысле - понятие "турист" весьма относительно. Во-вторых, модель была неудачной, с момента начала ее выпуска прошло всего лет десять, а большое половины уже разбились в катастрофах. В прессе эти машины именовались как "Братья Райт".

- Они на прицеле, - сказала Лена.

-Стой. Не спеши. Слушай, у тебя шумит в голове? Стой.....

Краснов закрыл лицо руками, понимая, что произошло нечто, и он моментом перестал думать. Он ощущал запах, и все вокруг было запахом - возможно, так ощущают мир насекомые, либо еще какие-нибудь существа, главный орган чувств которых - обоняние. Для того, чтобы человек ощущал себя подобным образом, необходимо вмешательство - либо с помощью определенных веществ, либо - энергетически, электрически. Краснов не мог дышать и думать. Все это произошло так быстро, что, чувствуя все это, он продолжал говорить и комментировать, и все происходило будто бы автоматически.

-Тихо, - послышался голос Северного.

-Да.

-Ты можешь управлять?

-Не знаю.

-Поставь на автопилот. Поставь, не то рубанемся куда-нибудь. Не думай ничего. Вообще не думай. Давай, пусть она сама летит. Я что-то вообще ничего не соображаю. Вообще ни грамма.

-Да. И я.

Краснов убрал руки с лица. Обе преследующие тарелки "стояли" на экране немного раньше линии прямого попадания. Разумеется, в них можно было попасть и с такой дистанции или запустить ракету, однако ракет не было, а боезапаса плазменной пушки хватало на пару выстрелов при таком удалении. Вот с ближней - пожалуйста - можно обмениваться очередями. Если еще ближе (что вообще нереально)....

Пространство перевернулось. Он отчетливо ощущал, что видит все вверх ногами. Лицо горело, и запах не прекращался. Что-то химическое. Очень много химии. Вот так если взять и вынуть мозг, а вместо него поставить внутрь уменьшенный в размерах химический цех - то вот так все оно и будет. Вещества перетекающие в вещества. Насыщенность, концентрированность, различные формы состояния...

-Ну, - сказал Северный.

-Не знаю. Я нормально говорю? - спросил Краснов. - Я по-русски говорю? А? На каком языке я говорю? Саша, ты слышишь меня? Скажи пожалуйста. Лена...

Жар из лица перешел ниже, к сердцу, и он ощутил себя сгустком первичной материи, что несется в космосе, направляемая энергией большого взрыва. Она весела. У нее нет никакого вектора. Она просто бежит. Вот так, наверное, может бежать только ветер - как будто без ума, и как будто - с умом, он горки к холму, от леса к морю, от жизни - к смерти, с одной планеты, на другую... Вечное движение. И ты даже не знаешь, кто или что тебя направило. Уже не отыскать концов. Беспричинная страсть. Вперед! Скорость и жажда ветра.

-Да, а что? - спросил Северный. - Беру скафандры. Тут микроранцы. Брать? На один прыжок, одноразовые. Сейчас, распакую. Надо одевать.

-Да.

Но Краснов не понимал, что он говорит. Он сжался, пытаясь найти в себе некие органы чувств - другие, скрытые.... Вот бы теперь не слова - а дела. Так много говорили об этом Клубе. И он сам выступал, и он был даже в роли специалиста, а теперь.......

-Мигает, - сообщила Лена.

-Это ракета, - сказал Краснов, - по нам выпустили.

На решение было немного времени, и он не успел. Но ракета, вопроки ожиданиям, вдруг пошла в сторону, и, обогнув тарелку, вдруг завертелась по траектории некоего веретена. Оставляя за собой спиралевидный след, она ушла за покатые горы и там совсем пропала.

Солнце висело низко. Можно было сказать, что это - не солнце, это - одноглазый горизонт. И нет ничего, и не было - а он смотрит, думает - зачем все эти движения, все эти желания, что вы ищете, зачем сюда пришли, и вот я наказываю вас. Просто - за ваши желания. Больше нет у вас грехов никаких.

Северный притащил первый ящик, нажал на клапан, ящик раскрылся, обнажив сложенный скафандр. Это была аварийная модель. Для серьезных перемещений такие скафандры не подходили, однако, в полете были в самый раз. Стационарное вариант питания. Автономное питание. Реактор с микробатареями, полный ресурс, с регенерацией воздуха - 72 часа. Модуль системы жизнеобеспечения. Пищевой - на те же 72 часа - экспресс паста, сухая вода, система впрыска микродобавок в кровь, система под названием "внешняя печень", подключаемая с помощью электронных присосок, словом - все как и положено для современного легкого скафандра.


* * *


- Ты знаешь, все нормально будет, - сказал Александр, растягивая скафандр, - давай. Одевай. Я слышу, что он здесь. Не обращай внимания. Я его слышу, и он меня слышит, мне кажется, это нормально, даже хорошо. И еще, я подумал, а что, если босс прав? Мы и на Земле давно не были. Просто нам всё это кажется. Пришли вот из мира синих теней, идем, стреляем. Биатлонисты.

Северный удалился за вторым ящиком, в этот момент, собравшись с мыслями, Лена выстрелила. Может быть, она и не собиралась стрелять. Кто знает, о чем она думала, и думала ли вообще? Ведь Северный - он упорно бормотал себе под нос - "он здесь, он здесь, ну и пусть...." Кто еще мог быть здесь? Что? Может быть, существуют еще какие-то местоимения третьего лица единственного числа?

Выстрел был ровный, точно стрела, которую нарисовал вдруг в пространстве невидимый художник. Одна из тарелок - та, что была толстая и опухшая, на секунду превратилась в огненный шар, но тотчас выскочила из этого шара и продолжила свой путь, оставляя за собой шлейф то ли пара, то ли дыма. Ответный выстрел последовал незамедлительно. Тарелку основательно тряхнуло, и тотчас экран озарился миганием сигнализации. Этой встряски хватило, чтобы Краснов вдруг ожил.

-Черт, - воскликнул он.

Он обернулся - оно было прямо перед ним. Краснов хотел расхохотаться. Нормальная человеческая реакция отсутствовала. Импульс от выстрела тарелки-преследователя пробил корпус, однако воздух почему-то не уходил, а прибывал. Пространство замерло. Шум реактора, и без того приглушенный, вдруг словно остановился, превратившись в единичное колебание. Точно так же играют на одной струне. Ба-а-а-мс.

Снаружи оно было прозрачным. Внутри - словно кристалл в кристалле, и так - далеко, далеко, и - кажется - оно зовёт тебя внутрь, и это тошнотворно, так как ты - в роли лягушки, которую призывает к себе змея, и ничего нельзя поделать.

Хочет ли человек представить себя в роли такой лягушки, да и возможно ли это? В его истории не было такого хищника, который бы смог затащить его в столь неприятное место.

Другое место - сам человек...

-Подстрелили, - сказал Северный.

Краснов вздрогнул. Моментально сменилась реальность? Словно бы его перетащили из одного фильма в другой. Он протер глаза, пытаясь прийти в себя. Нужно было срочно повернуться к управлению, чтобы понять, что происходит.

-Воздух уходит, - сказал Александр, - я смотрел, вроде бы дырка локализована. Ну что ты, одевай скафандр. Давай, спешить надо. Думать некогда.

За спиной что-то щелкнуло, что означало, что Лена произвела второй выстрел.

-Мимо, - послышался ее голос.

Краснов встал, стал надевать скафандр, параллельно поглядывая на экран. "Толстая" тарелка, выпустив белый хвост, подалась в сторону, сбавила ход и начала разворот в сторону базы. Вторая, туристическая, продолжала идти следом, однако, ее траектория напоминала походку пьяницы. Тем не менее, было неясно, что было тому причиной. Защелкнув застежку, Краснов включил автоподгонку и прыгнул в кресло. Сигнализация на пульте продолжала мигать, повествуя о полном выходе из строя системы стабилизации. Он сбросил скорость и подал автопилоту команду на посадку. Двигатель заклокотал, будто бы усилилось кипение некой жидкости.

-Давай, давай, - сказал он Лене.

Их взгляды сошлись, и он понял, что в ее голове творится то же самое.

-Да, - сказала она.

В это время появился и Александр третьим ящиком и принялся одеваться.

-Перегрев двигателя, - сообщил автопилот, - перегрев двигателя. Нарушение системы охлаждения. Необходима срочная остановка.

-Ну давай, давай, - сказал Краснов, - за пять минут же не выкипишь ты. Давай, садись.

Учитывая нарушение ориентации, машина тормозила центральным двигателем, наклонившись с помощью гироскопов. Северный продолжал поспешно застёгиваться. Краснов натянул мягкий шлем, щитки, прицепил датчики. Уходящая к базе "толстая" тарелка шла к горизонту, и о ее наличии говорил лишь инверсионный след. Но что было со второй? Да, с этим туристическим аппаратом творилось нечто невообразимое. Сначала траектория его не изменилась, она лишь шаталась из стороны в сторону, потом - подалась немного право, после чего резко пошла вниз, зацепила край холма и свалилась, подняв облако пыли.

-Эге, - проговорил Краснов.

Булькающий звук усилился. Машина прекратила горизонтальное перемещение и плавно опускалась в царство рыжего песка. Еще несколько секунд, и вышли шасси. Толчок, выравнивание по горизонтали.

Двигатели глохнут, и...

-И всё, - сказал Северный.

Компьютеры тотчас выключили сигнал тревоги, изобразив лишь серый восклицательный знак - двигатели заглушены.

-Ваши предложения, - проговорил Краснов устало, - куда летим дальше?

-Не всё так плохо, - ответил Александр, - мы стоим на месте. Разгерметизации нет. Воздух есть. Батарей хватит на месяц, на два. Там даже какая-та синтетика есть, целый контейнер, ее можно есть. Мне кажется, ей никто не пользовался со дня выпуска с завода. Но какая разница? Только что, если ребята захотят нас здесь рубануть. Ладно.

Он снял шлем и кашлянул.

-Не знаю я. Пусть Вова связывается с Уэллсом и решает, что делать. По мне... Мне до лампочки. Мне кажется, мы их сделали. Если мы еще живы, конечно. Я не уверен.

Он сел на пол, достал откуда-то бутылку с синтетическим молочным продуктом и начал пить.

-Где взял? - осведомился Краснов.

-Там же. Я ж говорю, там целый блок, который не трогали. Видимо, и не надо. С завода идёт. Хочешь есть? Я - тоже.

-Сколько лет молоку?

-А оно активное.

-Что, активировал?

-Да. Оно ж без активации лет 30 хранится.

-Я бы сигареты покурил.

-И я.

Краснов сел за пульт, подключился к внешней сети, пытаясь найти способ, чтобы выйти на Уэллса. Конечно, все это было не так сложно, ибо у Клуба было множество точек входа. Зачастую это выглядело как что-нибудь обычное - например, спортивная сеть. Достаточно просто войти в нее, а за тобой уже следят, пытаясь выяснить, свой ты или чужой. Ты же, находясь в этой спортивной сети, включаешь модуль виртуализации. В каком виде ты ее посещаешь? В видео режиме, в моде обрисованной графики, в текстовом, и прочее. И вот каждый раз, если, правда, ты здесь не в первый раз, нужно задавать разные параметры дешифровки и узнавания. Как кто узнает, что это ты? Тем более, что ты - с Марса. Очевидно? Нет. Можно подделать сигнал, и он будет якобы с Марса. Можно сделать так, что он будто бы и с Юпитера, и в этом случае, как определить, правда это или нет?

Что касается синтетического языка Фно, то Краснов прекрасно знал, что этим аналогом фени лучше не злоупотреблять. Впрочем - это если кто-то следит за тобой. Но - кто ж знает, так это или нет. Нужно всегда быть наготове. Он задал параметры сети.

Они сидели в глубокой ложбине, по обе стороны поднималась высокие холмы, усыпанные крупными камнями. Так было везде на этой планете. Кругом - куски мусора гигантской стройки. Вот только стройки самой нигде нет и не было, возможно. Со склон дует достаточно сильный ветер, поднимая струйки песка, однако - что это за ветер? Не слышно ничего. Пустой ветер. Почти - вакуумный. Ни жизни, ни смерти, вообще ничего.

-Не кисло они долбанулись, - сказал Северный, - как ты думаешь, встанут?

-Чо? - спросил Краснов.

-Вторая машина.

-Не думаю. Ну, если только ремни безопасности. Хотя, мне кажется, тут дело в другом. Ты понял?

-Огурцами что-то пахнет.

-Да.

-Я тебе и сказал. Ты же понял? Оно было здесь. Потому, может быть, и запах такой.

-Ладно. Давай делать вид, что всё в порядке, и ничего такого не происходит. Сеть есть, всё работает. Я думаю, может быть, и двигатель можно заводить, если пользоваться им с перерывами по десять минут. Потом - встаем, охлаждаемся, снова идём. Твое мнение? Так мы можем выйти с этого района. Мне тут не по себе, хотя и в какой-то мере, мы здесь в безопасности.

-А если на межпланетном режиме?

-И - , - Краснов развел руки, изображая взрыв. Он принялся за работу. Северный включил локатор, осмотрел ложбину, однако, что тут было смотреть? Через холмы сигнал не проходил. Чтобы понять, что произошло со вторым аппаратом, нужно было связываться со спутником, что он и попытался сделать, однако, информация отсутствовала. Он еще раз просмотрел район падения, однако, здесь не было и следов. Очевидно, у "Коза Ностры" были свои методы информационной зачистки сети.

-Хорошо, - проговорил он.

В этот момент сегмент пульта, отвечающий за связь, замигал, показывая параметры - частоту, уровень сигнала, тип вызова, модель вызывающего аппарата. Краснов деловито щелкнул по светящемуся треугольнику, соглашаясь на сеанс. Треугольник исчез, и на его месте появилось бледное, но все такое же ненормальное лицо босса.

-Я рад, что с вами всё в порядке, - сказал Краснов, щелкая клавишами.

-Хы, - босс усмехнулся.

После этого минуты на три установилась пауза. Все занимались своими делами. Лена осматривала данные бортового оружия, так как повторное появление противника, хоть и было маловероятно в силу отсутствия необходимых ресурсов, но все же - могло иметь место. Северный тестировал силовую установку.

-Там ваши друзья упали, - сказал Краснов.

-А-а-а, - босс выдохнул.

-А как та машина? Вернулась?

-Вернулась, - босс проглотил слюну.

-Зачем вы так дышите. Видите, все заняты. Все работают. У вас нет связи со второй машиной? У нас тоже нет. Боюсь, что..... Скорость была слишком большой. Но мы не при чем. Мы бы тоже, если б вот так.... Лучше надо готовить аппараты к вылету...

-Хочу посмотреть, - сказал босс, - как это выглядит.

-О чем вы?

-Просто посмотрю. А? Позырить разок.

На дисплее поплыла заставка спортивной сети. Есть контакт. Краснов знал наизусть до ста логинов одной только этой сети, уж не говоря про другие. Вообще, он этим не гордился, считая такие умения обыденностью. На самом деле, это заслуживало очень большого уважения. Заставка сменилась изображением улицы.

-Выберите тело, - попросил кибер-дежурный.

Краснов провел курсором по полю выбора, остановился на мальчике лет десяти и выбрал его.

- Скажите, - сказал босс, - кто вы, и что вы?

Северный повернулся, чтобы ответить, однако на секунду замешкался.

Время остановилось! Он дернулся, сделал шаг, словно находясь внутри клейкой субстанции, и тут же всё встало на место. Но он был уверен - в его сознании точно отобразился момент, когда время стояло на месте.

- ...... я себе это представляю, - продолжал босс, - я думаю, что все человеческое, что доставляет мучение, этого мало, хочется еще и еще. А вы думаете, мы заказали дам, и все они на месте их число уменьшалось и уменьшалось, уменьшалось и уменьшалось, но я опасался, что испугаюсь вкуса плоти и уже никогда не обрету покой, и шаткое равновесие наслаждения уйдет, и мне останется только сидеть на таких препаратах, которые заменят человеку кровь, мозг, и я согласен, даже если останется жить месяц, два, можно жить год, можно даже, как Крик, взять нож и полететь на Землю..... Когда через три месяца я услышал о нем, я был рад, я хотел поговорить и сказать - здравствуй, сука, ты еще живой - он нем кругом говорили. Страшный Бостонской маньяк, в его распоряжении только нож, весь мир нашпигован камерами, микрофонами, датчиками, а он безболезненно уходит от них..... Скажите, вы чувствуете?

-Да, - ответил Северный, - а что?

-Боль приятна?

-Да.

Тут Северный нашел в одном из ящичков синтетические терапевтические сигареты с легким содержанием тонизаторов, вынул одну и закурил. Дым же не рассеялся, а наоборот стал собираться в кучу. Александр посмотрел на дым, потом на босса, потом снова на дым, потом снова на босса. Дым потемнел, еще более сгустился, и у него появились сиреневые края.

-А-а-а, - обрадовался босс.

-Не обращай внимания, - сказал Краснов, а потом добавил уже туда, в спортивную сеть, - меня зовут Болек. Я хочу записаться на секцию баскетбола. Сколько мне лет? Десять. Я уже три года играю, мои папа и мама выступали за сборную Бразилии. Они играли на Олимпиаде. Возможно, вам неизвестен состав сборной Бразилии той Олимпиады, но вы можете посмотреть в справочнике. Я хочу тоже заниматься баскетболом.

Глаза босса округлились. Он поднял указательный палец. Дым же отошел немного в сторону и стал растворяться.

Краснов меж тем повторил:

-Меня зовут Болек. Я хочу записаться на секцию баскетбола. Сколько мне лет? Десять. Я уже три года играю, мои папа и мама выступали за сборную Бразилии. Они играли на Олимпиаде. Возможно, вам неизвестен состав сборной Бразилии той Олимпиады, но вы можете посмотреть в справочнике. Я хочу тоже заниматься баскетболом.

-Ну, - вдруг сказала Лена, глядя на босса, - почему же вы отказались с нами лететь? Вы хотите боли? Вот тут ее сколько хочешь. Поздно уже. Если сейчас полетите, не долетите.

-Да-а-а, - воздохнул босс.

В этот момент что-то еще было, и сложно сказать - что. Ведь смотрим мы на мир глазами, и ловим звуки ушами, и подсознание наше не особенное, и настроено на то, чтобы отфильтровывать микроколебания, редактировать их представлять в удобоваримом виде, например: кажется, что кто-то рядом с вами. На самом деле - это следствие мощного биоэнергетического воздействия. Но подсознание говорит только то, что может. Воспитанное подсознание - тренированное, наученное, настроенное, может действовать более организованно. Что оно нам скажет? Может и ничего не сказать. Тогда остается гадать и надеятся на чудо.

Босс продолжал говорить, но слова шли задом наперед, или еще как-то. Экран вновь позеленел. Дым их тонизирующей сигаретки ровными полосами стелился вдоль стенок.

-Привет, - сказал Краснов, - да. Дай мне шифрующий мяч. Пас. Давай. Сейчас поговорим. Я расскажу тебе, какие знаю приёмы.

Александр пощелкал ручкой манипулятора и получил результат состояния двигателей. Голос босса вновь развернуло. В его нотках появилось что-то понятное, хотя это и не спасало. Наконец, все вновь вернулось, но было ощущение холода и временной задержки:

- Я могу выйти и идти пешком, - говорил босс, - да, признаю, что я виноват, мне нужно было не выпускать вас, тогда бы мы все подохли, как засунутые в духовку кролики. Вы слышали про Тома Лорда? Этот маньяк жил в Фабьюлос-Пойнте. Пять лет назад его поймали, но судить не стали, его растерзали руками на кусочки. Вот так, отщипывая маленькие части от человека. Наверное, никто не сообщал об этом. Еще бы. Я часто лежу и думаю, что будь я там, на его месте, я бы сделал то же самое, но здесь моя территория, я не могу, не могу, мне надо виски. Ыыыыы. Том Лорд построил баню и поджаривал там человеков. Приведет, закроет в бане и смотрит в окошко и потирает ладошки. Потом совсем температуру добавит и ржёт. Смерть от растерзания слишком простая, она быстрая, хоть и больно. Я хочу, чтобы было больно.....

Голос вновь померк и пошел наоборот.

-Одного не пойму, мы живы или мертвы? - спросил Александр.

-Уэллс нашел упавшую тарелку, - проговорил Краснов, - я думаю, если бы время у нас и там не сопоставлялось, то тогда бы можно было говорить о том, что мы мертвы. Не боись.

- Не боюсь.

-Он подключился к серверу. Тарелка на ходу. Запас хода, как обычно, на пару тысяч, чтоб жизнь мёдом не казалось. Признаки жизни.....

-Ты что хочешь? - спросила Лена.

-Я... хочу.... Нет, Уэллс получил данные со спутника. Наш корабль дальше не поплывёт. Мы перебираемся во вражеский боливар.

-Как откроем двери? - спросил Александр.

-Они открыты. В полете экипаж повыпрыгивал из своей машины.

-Да, - вздохнул Александр, - не сладко им там..... Идём тогда....

Ему стало хорошо. Хорошо, и всё. Он шел, хотелось снять скафандр, упасть на песок и начать единение с этим песком, по одной песчинке - к целому, что находилось здесь когда-то, а потом разошлось по швам, разлетелось лоскутьями и теперь бродило в поисках жертвы.....

Он вдруг подумал - как же хорошо бродить в поисках жертвы, и даже хорошо, что некого ловить, и от этого голода уже нет, а лишь жжёт кислотой мозги. Тогда нужно прислониться к скалам, улечься в ложбинку и медленно сыреть, превращаясь в жидкость, и когда совсем нет солнца, в этой жидкости так приятно отражаются звёзды, и ты играешь, пытаясь поглотить в самом себе отражение. Хвать его - нет, не получилось. Потом - еще раз. Точно так же собака играет своим хвостом.

Радость усилилась.

-Ты странный, - сказала Лена.

-Я еще себя не нашел, - ответил он, - а что, какие дальнейшие планы?

-Не знаю. Решают.

-Решаем, - Краснов сделал шаг, оставляя след на мертвом песке, - я подключил скафандр к системе связи, так и общаемся. Найдем вторую машину, там видно будет.

-Ты думаешь, она взлетит?

-Да. Скорость при падении была небольшой, при чем, она зацепилась за край, после чего сдемпфировала система посадки. Скорее всего, полетит.

Северный вообще не ощущал ног. Он будто перемещался по воздуху. Тело было приставкой. Можно было и без него, но он еще не знал - как, хотя был уверен, что обязательно научиться. Нужно однажды сделать первый шаг.

Когда солнце появляется над холмами, ты вяло зеваешь. В твоем теле продолжает болтаться отражение звезды, которое ты захватил, мечтая - что ты мидия. Откуда тут взяться мидиям? Наверное, на самой заре планеты тут и были мидии, но уже так много времени прошло. Хотя, разве ты видел это сам? Что ты видел последним?

Он выпустил звезду, и она вернулась на небо.

Потом, развернувшись, перестав стать жидкостью, можно слезть и ковылять, и нюхать, и нюхать, и искать хозяина, которого нет.... Но надо помнить. Вдруг он вернется, принесет....

Северный задумался - чем бы он питался? Нет, наверное, он был большой, а потом его разнесло на мелкие кусочки, и он бегает, он ищет, и он не знает, что искать, но он ищет.... Надо терпеть. Природа не любит слабых. Надо рыскать. Волк в лесу тоже ищет, если больше не чем заняться. В конце концов, расположенная в зоне повышенной солнечной радиации база вдруг проявит себя и начнет отдавать небольшие отклики на твое дыхание.

Дышишь, словно ветер...

И вот, вот и вернулось что-то в ответ на твой выдох.

Там что-то есть!

Иду туда! Это ли я ищу? Должно быть, именно это. Много тепла, которое хочется брать и брать, наслаждаясь перепадами температуры....

Они поднялись на холм. Туристическая тарелка стояла у его подножия. Свою посадку она начинала от вершины - прочерченный ею след был словно оставлен гигантским саночником. Стояла же она так, будто бы это была какая-та поза, какой-то жест.

- Километров триста тут всего, - сказал Краснов, - можно даже на электрозахватах их пройти, при желании, если что-то не так пойдет.

-Триста? - не понял Северный. - Мы куда-то летим?

-Starprobe, - ответил Краснов, - Уэллс прокачал задание. В корабле достаточно горючего. Его нет в списке живых, потому он с легкостью проведет его по сетям служб слежения. Туриста бросаем. Ничего не понимаю. Смотри. Служба запущены. Как он их запустил? Слушай, или у меня плохо со зрением, или у меня нарушения мышления. Что ты молчишь? Смотри, вот тут написано - получено сообщение, автор - Брайан Мур, Сидоний.

Северный включил активатор системы питание, привел воду в жидкое состояние и попил.

- Вода!

Он подумал, что с водой должны быть какие-то свежие ассоциации, однако не пришло ничего, кроме холода. Нет, тут все было не просто, и недра памяти напоминали твердый, спрессованный веками, кристалл. Хотелось остаться. Лечь на песок, сначала - как простой пассажир этой планеты. Ты лежишь, а она крутится. Сам себе хозяин и кондуктор. Если же придёт в голову ждать гостей, но не обязательно набираться терпением. Время придет - всё будет А если нет - в твоем распоряжении - холодный звездный свет. Тебе нет дела, что тут было миллиард лет назад - колосились ли травы, росли ли леса, ходили ли по ним волосатые звери. Тебя выбросило из другого мира, и все следы его занесены, частички стерты, всё до основания, даже оси молекул вытерты сухой тряпкой. Быть холодной жидкость, газом...

Но всё это лишь теория. Нужно было заводить машину и двигаться на восток...