# Сделки Трампа

Михаил Стронг

Рассуждаем о том, что могут означать "сделки Трампа".

С приходом Дональда Трампа во второй раз на пост президента США, он постоянно говорит про какие-то сделки применительно к внешнеполитической деятельности государства. И это вызывает серьезное беспокойство.


Причин для этого несколько. Во-первых, государство - это структура, которая предполагается на довольно продолжительный период времени. Государство действует через свои органы и веками укоренившимися способами. Любые изменения, тем более, существенные в области осуществления государственной политики связаны с существенными рисками для самого этого государства. А в случае с государством большим и сильным, коими являются США, эти риски также могут экстраполироваться и на весь мир.


"Сделки" - это не про политическую деятельность, не про политику и не про государства. Сделки - это про хозяйственную, коммерческую деятельность, про отношения между хозяйствующими субъектами или между частными лицами, то есть, между людьми. Когда о сделках говорит именно Трамп, то это больше про деятельность корпораций и бизнеса, а не про государственную деятельность.


Когда президент США начинает менять суть внешней политики США, подменяя, собственно, внешнеполитическую деятельность корпоративной, возникает вопрос, насколько осознанно он это делает и не меняет ли это, вообще, всю сущность отношений в мире между государствами или, лучше сказать, коллективными большими формациями. Дело в том, что США, оставаясь сильнейшим государством мира, имеющим большие возможности транслирования своей воли вовне, меняя что-то внутри, могут менять это же "что-то" и снаружи. И тут важны границы их влияния.


В связи с этим можно проследить, как многие общественные и политические деятели других стран, вплоть до президентов, подхватывают этот новый лексикон и начинают также использовать его в своей деятельности, в своих высказываниях. Тем самым, косвенно подтверждая свое действие в американском фарватере. Можно предполагать, что это часть дипломатической и политической игры, но поскольку в головы этих лиц мы залезть не можем, приходиться исходить из очевидного. А очевидное в том, что экстраполяция такая имеет место быть. Теперь про сделки говорят не только в США, но и в других странах.


И здесь второй вопрос. А нет ли в таком изменении проявлений внешнеполитической деятельности чего-то более масштабного. Не может ли замена видов внешнеполитических актов государств с традиционных на коммерческие быть инструментом или проявлением стратегии по изменению структуры мирового управления.


В мире есть течения и силы, которые заявляют о том, что с государствами необходимо покончить. Их время ушло. На смену им должны прийти корпорации. Если принять во внимание эту концепцию, то "сделки Трампа" начинают играть новыми красками и встраиваются очень гармонично в этот грядущий новый мировой порядок.


И тогда условная корпорация США заключает сделки по слиянию-поглощению или о взаимодействии с другими "корпорациями". Неугодных или несогласных уничтожают. Где-то кто-то об этом писал не так давно. И здесь потянуло чем-то холодным из Швейцарии.


Нам важно понимать эти тенденции, а также оценивать степень распространения влияния этих сил по тому, какой лексикон используют общественные и политические деятели, следуют ли они в заданном Трампом фарватере или сохраняют суверенитет и свои позиции.

И полезно будет подумать о том, а какое влияние имеют корпорации в нашей стране? В связи со "сделками Трампа" эти корпорации и их возможности также начинают играть новыми красками.