# Псевдо зло

Дроклова Ленет

Отказ: Замок (и все включенное), заклинания (не все) и некоторые предметы не мои и я на них не претендую - они принадлежат Д.Роулинг и Д.Емецу (поделятся сами). Но ВСЕ персонажи (про упоминающихся речь не идет) мои и, как писала одна моя знакомая, 'как хочу - так и имею'!.. Аннотация: После случайного стечения обстоятельств, а в результате - смерти беглого английского темного мага (натворившего множество бед на родине), Диму Загорного, закончившего к тому времени русскую школу волшебства Тибидохс, в знак благодарности, приглашают отучиться еще два года в Хогвардсе и получить диплом об окончании английской школы волшебства. Однако идет молва, что темный маг был убит страшным проклятием. На Диму смотрят как на будущего тёмного мага и плюс ко всему его определяют в Слизерин. Правдивы ли все предположение о его великом, но темном будущем? Грифиндорцы намерены выяснить: кем является этот странный зарубежный маг...

Псевдо зло


Думали, что враг большой и страшный, а оказалось - маленький и бесстрашный!..


## Глава 1. Прибытие иностранца


- Я не видел его в поезде! Может слухи не оправдаются?.. - Джереми Стефолтон уже в который раз поднимал эту тему.

- Я тоже его не видела, а ведь мне пришлось обойти весь поезд... - Элиз, девушка с блестящим значком старосты на левой груди, оглядела зал и периодически аплодировала первокурсникам, попавшим в грифиндор.

- Даже если все говорят, то что?! Разве оправдались прошлогодние слухи о новом приведении?.. - Питер окинул всех сидящих рядом укоризненным взглядом, а потом скрестил руки на груди, где красовался не только значек старосты, но и капитана команды по квидичу, и снова уселся прямо.

- И все же! - Стив как всегда появился из неоткуда. - Теперь говорят, что его и не было в поезде, - Оувинс жестом заткнул хотевшего заговорить товарища и продолжил. - Он должен прибыть своим ходом... Причины мне не известны! - поспешно добавив, Стив Оувинс осмотрел друзей-шестикурсников.

Пять лет назад год выдался совсем не урожайным на студентов. Больше всего от этого досталось (или все же не досталось?) факультету Годрика Гриффиндора - тетерь на их курсе было только шесть грифиндорцев: четыре парня и две девушки. Рейвенкло и Хафлпаф особо много не потеряли - их ряды насчитывали восемнадцать и пятнадцать учащихся соотсветвенно. Слизерин тоже понес убытки в количестве новых студентов - четыре девушки и пять парней. Такой расклад пять лет назад поразил многих, некоторых порадовал, кого-то огорчил, а сами студенты нашли свои плюсы и минусы.

Курс (в пределах факультетов Гриффиндора и Слизерина) стал значительно дружнее и сплоченней, но их стали чаще спрашивать и тщательней следить за выполнением заданий. Однако повышенное внимание со стороны преподавательского коллектива в соотношении на одного студента принесло свои плоды - учащиеся стали действительно больше знать. Вообще, потенциальных 'добытчиков' балов было меньше, но это компенсировалось достатком знаний у тех немногих. И все равно каждый год шла ожесточенная борьба за кубки школы и квидича.

- Мне все равно: приедет он поездом или иначе... Я не могу понять: почему все так взволнованы?.. - Сьюзан Стефи, неприметная рыжеволосая девушка, сидела и мяла край мантии. - Мы же и раньше принимали студентов по обмену, но ничего подобного...

- Вот именно - 'ничего подобного'! Разве я тебе не рассказывал? - Стив был готов снова размять язык. - Ты же помнишь: месяц назад Лари Лестерсон, окруженный аврорами, аппарировал куда-то на север Европы? Там его и постигла смерть от руки шестнадцатилетнего парня. Когда наши маги получили разрешение от Магшества Продрыглых Магцый расследовать это дело, оказалось... - Оувинс выдержал театральную паузу, - Лестерсона убило страшное проклятие. Парень тот не получил ни царапинки и это при том, что у него даже палочки не было! Экспертиза показала, что за пять минут до своей кончины, Лестерсон выпустил свыше дюжины различных заклятий - половина была смертельные проклятия!.. Парень в одиночку избежал смерти и убил первого... бывшего первого преступника Англии. Поскольку этот парень уже отучился положеные пять лет в Тибидохсе, если помнишь - известная школа магии в Европе, - то в знак благодарности наше Министерство предложило ему отучиться в Хогвардсе еще два курса, сдать ПАУКа и получить диплом об окончании еще и нашей школы магии. Его уважают, но и прекрасно понимают, что это убийца мага, с которым даже отряд высококвалифицированных авроров не смог справиться. А раз он так спокойно пользуется черной магией, то ждать чего-то хорошего... - Стив развел руки и покачал головой, показывая, что он думает по этому поводу. Однако дальше он уже перешел на шепот, чем привлек внимание и других слушателей. - Поговариваю, что он станет новой угрозой уже мира масштаба. Министерство отправило нескольких шпионов, которые должны были следить за ним, но директор не дала свое соглашение на их пребывание в Хогвардсе...

- Неужели ты действительно веришь всем этим слухам? - Питер Питерсон фыркнул и перевел взгляд на директора.

- Разве я такое говорил?! Я только пересказываю то, что слышал тут и там...

- Ладно, но мы сами сможем проверить, - у Элиз Бишоп снова загорелись глаза. - Его же должны будут определить на какой-то факультет, тем более он будет учиться с нами...

- Вот бы его определили к нам, - Том Камистер, который, похоже, все это время был погружен в свои мысли, сидел крайним и, наконец, подал голос. - Вы сами подумайте: в Европе он уже совершеннолетний, может использовать магию когда и где пожелает, наше минестерство ни имеет над ним никакой фактической власти, так как тут он только гость, он может колдовать без палочки... - с каждым доводом Том загибал пальцы на руке, но Питер жестом показал ему молчать.

Церемония распределения закончилась, и директор встала для произнесения ежегодной речи. Вирджиния Вольви была изысканной женщиной средних лет. Прекрасной внешне, всегда в уникальной мантии, предававшей ей еще больше шарма и загадочности. У нее было особое чувство стиля. Многие студентки пытались ей подражать, но всегда выглядели как настоящий плагиат. Чуть ли не каждый день она укладывала свои светло-русы волосы по-разному, стригла, красила кончики или завивали, и всегда была неотразима и неповторима. У нее были свои тайны, которые она не намеривалась раскрывать, и именно они порождали массу слухов, которым не было ни основания, ни подтверждения.

- Добро пожаловать первокурсники и с возвращением остальным студентам. Хочу представить вам нового преподавателя по Уходу за магическими существами - профессора Нэнси Фаерленс, - Вирджиния похлопала новому члену преподавательского состава (студенты последовали ее примеру, но как-то неохотно), которая встала и вежливо улыбнулась. - Так же хочу еще раз напомнить всем учащимся, что Запретный лес по-прежнему остается нежелательным местом посещения для тех, кто хочет жить, - она сказала это так обыденно, что у хорошей части учащихся по спине пробежал холодок. - Студентам так же, ни при каких обстоятельствах, не разрешается покидать свои гостиные после отбоя. Попадетесь - будете наказаны, нет - может быть и хуже. Боюсь огорчить некоторых студентов, в частности слизеринцев, что после прошлогодних событий, - директор мельком посмотрела на шестой курс гриффиндора и чуть дольше задержалась на Питере, - основа замка стала чрезвычайно податливой и из-за неосторожных взрывов, сильных запретных заклятий и "непредвиденных обстоятельств"... Подвалы могут быть "повреждены". Так что убедительная просьба: не предпринимайте ничего разрушительного, - директор снова посмотрела на Питера.

- Она определенно знает, - Питерсон извиняющееся улыбнулся.

- ...вблизи подземелий, иначе пострадают все. А теперь главное, - студенты разом умолкли. - Как вам известно: после событий этого лета, Министерство магии пригласило к нам иностранного студента, который будет зачислен на шестой курс, на факультет, которые ему больше подойдет. Он должен прибыть через несколько...

Директриса специально не стала договаривать фразу, так как по окончанию последнего слова, двери большого зала распахнулись. Фигура среднего роста, одетая в черную школьную мантию еще без нашитого знака факультета и его формы, начала продвигаться между столами в сторону преподавательского. Студенты замерли и уставились на вошедшего: бледная кожа, волосы цвета солнца, острые черты лица... В зале начал зарождаться шепот, плавно переходящий в негромкие разговоры. Спокойное выражение, изумрудные глаза, устремленные в одну точку - на директора. Шел он не быстро, не медленно. Некоторые поглядывали на него с интересом, другие - с плохо скрываемой неприязнью. Никто не остался равнодушным, а два центральных стола и несколько особо любопытных человек с других двух заметили у парня на указательном пальце правой руки серебряный перстень с изумрудом.

- Позвольте вам представить - Дмитрий Загорный, - Вирджиния так и не садилась.

Дима остановился у ступенек, окинул взглядом студентов, повернулся к преподавателям и приклонил перед ними голову, приветствуя.

- Дима, присаживайся, пожалуйста!..

Парень поднялся по ступенькам и сел на треножный стул. Преподаватель по Защите от темных искусств - профессор Лимпфон - медленно опустил шляпу-распределителя на голову Загорного. Прошло не больше секунды, когда по заму разнеслось: "Слизерин". Студенты названого факультета моментально начали вскакивать со своих мест, аплодируя новому студенту, что было для них уж никак не типично. Похоже, они действительно были рады такому развитию событий.

- Мистер Загорный, - парень встал и повернулся к директору, - окажете ли вы честь школе, приняв на себя обязанности старосты Слизерина?

Зал просто ахнул от неожиданности. Это правда, что в прошлом году староста Слизерина выпустился, но разве никого не назначили взамен? В прошлом году выпустило еще два другие старосты: девушка из Рейвенкло и парень из Хаффлпаф. Но их назначили. Почему же Слизерин?..

- Благодарю за доверие.

Директриса взмахнула палочкой и на мантии Димы появились отличительные знаки факультета и значок старосты. Склонив голову еще раз, Загорный отправился к своему столу, студенты которого стали снова аплодировать.

- А теперь, когда все в сборе... - Вирджиния оглядела всех студентов, - хочу сделать еще одно заявление. На территории Хогсмита были замечены странные существа, нападающие на магов. Так что, покидая пределы школы, - будьте бдительны!.. Не ходите в одиночку и в случаи чего - немедленно сообщайте профессорам, - директриса на какое-то мгновение стала совершенно серьезной, но вскоре она снова улыбнулась. - Теперь... Пусть начнется пир!


***


Дима ходил из стороны в сторону перед дверьми в большой зал и никак не отваживался войти. Директор разрешила ему прибыть собственным ходом, снабдив картой и несколькими книгами про Хогвардс.

Чтобы учиться в английской школе волшебства, парню пришлось накупить кучу вещей: начиная от мантии и заканчивая магической палочкой. Родители так же прикупили ему метлу, не позволив взять с собой его пылесос. "Англия - это страна древних традиций, - говорила его мама. - Для них будет неприемлемо, если ты будешь летать на "этом"!". Хотя так она говорила про все средства передвижения, кроме швабр, на которых летала сама. Отец только руками развел и приобрел новенький "Торнадо 3000". Еще Диме пришлось привыкать к палочке, но кольцо оставлять он не собирался. Выучив множество английских заклинаний, Загорный во многих случаях мог обходиться без перстня, но с ним было привычней. Как не крути, а родные заклинание вырывались сами собой, однако палочка не всегда на них адекватно реагировало. Хотя кольцо тоже было привередливым, и не реагировало или реагировало, но совсем по-другому, на иностранные заклинания.

Прилетев на новенькой метле (интересней, чем на поезде, да и привычней было все же по воздуху) - парень еще ранее отправил свои вещи, а свою белоснежную сову Тройсена выпустил. В отличие от вещей, птица проделала весь путь бок обок с хозяином. Однако возле школы они разделились, и Дима остался один. Метлу он оставил возле своих вещей, которые, к его удивлению, оказались у стены по дороге в большой зал.

"Все лето про меня писали такие громкие вещи, а я даже в зал войти не могу!" - если сказать, что Дима нервничал, - значит, ничего не сказать. Он уже успел перебрать все варианты, которые могли произойти и каждый следующий хуже предыдущего. Начиная от падения посреди прохода и заканчивая тем, что он вообще не войдет в зал.

"Нет! Так нельзя! Я прилетел, я что ли зря проделал этот путь и потратил столько денег?! Я войду! Я войду туда и мне все равно, что случиться! - он решительно направился к двери. - Главное ни на кого не смотреть. Только директор. Только она!" - Дима подошел к большим дверям, и они мгновенно распахнулись. Сглотнув, парень двинулся по проходу, никого не замечая. Он чувствовал, что к нему приковано множество взглядов, но старался об этом не думать. Остановившись возле ступенек, Дима услышал, как его представили: "Почему так официально?! Что делать? Что теперь? Надо хоть на студентов глянуть, - он повернулся к учащимся. - Блин! Ну, они на меня и уставились! Зря я обернулся!.. - Загорный развернулся к преподавателям. - Поклониться?.. Поклониться!"

- Дима, присаживайся, пожалуйста...

"Присаживаться? Куда?! А-а-а, да, да!.." - парень подошел и сел на стул.

Когда потрепанная пыльная шапка оказалась на нем, он услышал в своей голове голос: "Да... я вижу... м-да... потенциал определенно есть... и знаний хватает... настойчив и активен, но тебя что-то сковывает... куда ж тебя определить?.. - шляпа какое-то время помолчала. - Да тебе, собственно, все равно где учиться! Ты везде своего добьешься. Выбирай сам: Грифиндор, Рейвенкло, Хафлпаф или Слизерин?"

"Как "выбирай"?! Я же даже не знаю: чем они друг от друга отличаются!.."

"Ладно. Чего б ты хотел от факультета?"

"Чтобы меня приняли и не приставали с расспросами про летние события..."

"Хочешь покоя. Тогда пусть будет... Слизерин!"

Дима почувствовал, как с него сняли шапку и моментально услышал аплодисменты - студенты крайнего правого стола стоя хлопали ему. Звук своего имени вернул его в чувства, и он повернулся к директору.

- Окажете ли вы честь школе, принял на себя обязанности старосты Слизерина?

"Староста?! Вот так сразу? Если откажусь, то, наверное, оскорблю школу... и всех... Придется согласиться..."

- Благодарю за доверие, - значок старосты и герб факультета мгновение спустя украсили его черную мантию.

"Вот так просто?.. - Дима хотел только посмотреть на новые атрибуты, а получился поклон. - Теперь что? От меня что-то требуется? - он снова посмотрел на директора, которая глазами указала в сторону крайнего правого стола. - Значит туда идти?.. Больше ведь делать нечего..."

Загорный направился к своему столу, но не сел рядом с первокурсниками, а прошел дальше и умостился на свободное место между двумя парнями, которые моментально начали втягивать его в ознакомительную беседу. Поддерживая разговор, Дима пытался вспомнить обязанности старосты и даже не обратил внимания, что множество взглядом по-прежнему прикованы к его персоне.


***


- И что будем делать? - Элиз на ходу что-то записывала в свой небольшой блокнотик.

- Пойдем к декану, узнаем расписание предметов. Согласовываясь с ним, я выберу день для проведения набора в команду. В прошлом году выпустился один отбивала, а еще я бы хотел сменить Фентейна. Как вратаря мы брали его только на замену, но Мистель отказалась играть, а его я оставлять не собираюсь. Должны же быть кандидатуры получше...

- Я не об этом. Как тебе Загорный?

- Следите за лестницами. Они иногда любят менять направления.

Питер и Элиз, как полагалось старостам, вели первокурсников в гостиную. Новые студенты постоянно оглядывались по сторонам и самое интересное пытались потрогать. Когда-то и они были такими - правильно использовано слово "были". Теперь они с достоинством шли по школе, как представители своего факультета в лице старост. И все же, как высоко о них не думали, они часто организовывали различные "эксперименты". Борьбу факультетов никто не отменял - она существовала сама по себе. Уж так исторически сложилось, что гриффиндорци не ладят со слизеринцами.

- Имя у него необычное, но выговорить можно, - Питер подпер подбородок рукой и с секунд десять молчал. - Его определили в Слизерин, а это должно что-то означать. Он не был ни напуган, ни взволнован. Казалось, будто он знал, что так будет.

- Какой-то уж слишком спокойный он был...

- Однако мы можем попытаться подружиться с ним. Поговорить, расспросить и возможно он окажется даже нормальным парнем.

- И зачем же нам такое надо?

- Относиться к нему как к обычному слизеринцу? Не думаю. Во всяком случаи об этом рано говорить. Однако если за него возьмутся его сокурсники... мы не можем точно сказать как он отнесется к гриффиндорцам.

- Не хватало еще, чтобы "на фронте врага появилось подкрепление".

- Что бы попасть в гостиную, вам нужен пароль. Он будет периодически меняться, так что постарайтесь его запоминать. Пароль говорить представителем другого факультета не запрещено, хотя не желательно. Лучше сами проводите своих гостей или встречайтесь в другом месте, - Питер посмотрел на заинтригованных новичков, с интересом разглядывавших портрет волшебницы в окружении мельтешащих крыльями фей. - Драконья заводь.

- Питер, Элиз, - доброжелательно отозвалась волшебница, - уже привели первокурсников! Добро пожаловать! - картина отъехала вверх, открывая в проход в гостиную.

- Спальни мальчиков находятся по лестнице направо, девочек - налево. Ваши вещи уже доставлены, так что можете идти обустраиваться, - Элиз скрестила руки и улыбнулась. - Расписание занятий будет вывешено чуть позже на доске объявление.

Оставив новичков, девушка прошла к выходу. Питер направился следом.

- Надеюсь, завтра хоть зелий не будет.

- Если предмет тебе так не нравиться, то почему ты его намерена выбрать?

- Мне не нравиться ни предмет, а преподаватель. Я не первая и не последняя такая. А зельеделие надо знать. Я еще не решила чем хочу дальше заниматься. Так что учить надо все.

- Может, ты и на Прорицание записалась?

- Ну не настолько же все. Нумерологию я тоже продолжу изучать.

- Я ограничусь Уходом за магическими существами. У меня даже был вариант заниматься ими профессионально, но не шиплохвостами, а вот драконами или пегасами.

- Тебе ты подошло.

- Питерсон, Бишоп, вы ко мне?

Профессор Лимпфон как раз направлялся им на встречу. Преподаватель по Защите был самым молодым из профессоров, он сам всего лет пять-шесть назад окончил Хогвардс. Однако преподавать он стал не сразу. Став аврором, он хотел применять свои знания на практике, но за два года ему не попалось ни одного дельного задания. На него нахлынули воспоминания, как их школьный профессор на протяжении семи лет показывал все: от простейших заклинаний к самым мощным заклятиям. Тогда-то он и решил попробовать себя в роли преподавателя. Явившись к директору, он предложил себя на место преподавателя по Защите от темных искусств. Вирджиния сразу же была заинтригована, так как прежний профессор давно подумывал об отставке, только вот не уходил из-за отсутствия замены. Волтер Лимпфон был принят на работу, а через год получил место декана Гриффиндора. Это случилось лишь по тому, что больше никто из преподавательского состава не обучался на этом факультете. Было как-то необычно отдавать гриффиндорцев кому-то "постороннему". Однако Волтер хорошо выполнял обязанности и преподавателя и декана.

- Да, профессор. Мы хотели взять расписание.

- А я хотел забрать у вас список выбранных предметов. Поменяемся?

Преподаватель засунул руку под мантию и достал несколько листов бумаги. Выглядел он подобающе, скорее не декану, а гриффиндорцу. Мантия его была насыщенного красного цвета с мелкими золотистыми львами. Волосы его были цвета спелой пшеницы и постоянно лежали интересным кипишом. Не то, что он не дружил с гребнем или парикмахерскими заклинаниями, просто так он больше походил на льва, что ли?.. Профессор Лимпфон был выше среднего ростом, сбитого телосложения, но не выглядел грозным или хоть немного пугающим. Скорее величественным, словно выжидающий лев. Однако с ним происходили почти феноменальные изменения, когда у него в руке оказывалась палочка. На его лице появлялось выражение какого-то странного удовольствия, а в глазах начинали сверкать огоньки. Вот тогда он и становился пугающим.

Питер протянул свитки с выбранными предметами и декан начал их быстро просматривать.

- Значит, Оувинс не выбрал Зелье и Уход, - сказал он себе под нос. - Хорошо. Тогда у меня больше вопросов нет. А у вас?

- Мы будем ходить на уроки без разделения на факультеты?

- Да. Вас итак не много, но на некоторых занятиях вас будет только два факультета.

- Когда можно будет провести набор в команду по квидичу?

- Хоть завтра. Поле готово, но советую подождать пару дней и тогда уже объявлять о наборе. Насколько я знаю: нам теперь недостает отбивалы...

- Я бы еще хотел уделить большое внимание вратарю. Я просмотрю другие кандидатуры, но не думаю, что состав значительно поменяется.

- Хотел бы и я поиграть... ну да ладно. Можете идти. Увидимся завтра.

Профессор Лимпфон развернулся и направился к центральной лестнице. Видимо, возвращаться к себе, он пока не спешил. Элиз недовольно выдохнула и направилась в гостиную.

- Что там?

- У нас завтра первым идут Зелья...


## Глава 2. Молчание - золото


Зелья - это сложное и таинственное искусство, которое постигается годами и редко получается у обычного Хогвардского студента. Никто и не ожидал, что этот предмет выберут многие. Даже не все слизеринцы внесли его в свой список выбранных дисциплин, что уж тут говорить про другие факультеты.

Возле двери аудитории собралась небольшая стайка шестикурсников: три рейвенковца, два представителя хафлпафа, четыре грифиндорца и шесть слизеринцев. Не много, но для занятия достаточно. По традиции, сложившейся уже на протяжении множества поколений студентов, слизеринцы стояли отдельно от других и обсуждали волнующие их вещи. Питер и Том обсуждали предстоящий отбор и возможных кандидатур. Оба парня сходились на мнении, что вратаря нужно менять и срочно. Элиз и Сьюзан стояли рядом, но их занимали совсем другие темы. Сейчас Элиз рассказывала, как отдохнула в Румынии, где они посещали старинные замки и видели, как разводят драконов. Милые существа, если не попадаться им на глаза, но девушка все равно пыталась подойти поближе - не получилось.

Внезапно замок щелкнул и дверь отворилась. В проеме стоял профессор Дроклов, недовольно оглядывая студентов. Было очевидно, что преподаватель находился не в лучшем настроении. Несмотря на относительно молодые годы, Гектор Дроклов почти всегда был в плохом расположении духа. Не исключено, что за предыдущий урок ему его успели испортить, но ведь никто такое не спросит. Преподаватель заправил высвободившуюся из высокого хвоста светлую прядь волос за ухо и укоризненно посмотрел на старосту слизерина, будто она была причиной всех его бед.

- Где Винс и Дима?

Еще одной чертой преподавателя зелий, а по совместительству и декана Слизерина, была привычка называть всех по именам, не зависимо старше или младше его был собеседник. Ученики не придирались к этому, да и рабочий коллектив не жаловался. Не смотря на все негативные черты характера, Дроклов умел нравиться, и был превосходным дипломатом. Однако эти свои качества он применял не ко всем и только по настроению или надобности. Студенты же недолюбливали профессора за его любовь к своему искусству: считали слишком придирчивым. За испорченное зелье ученик мог распрощаться с несколькими балами и получить дополнительное задание, за не выполнение которого мог получить взыскание; за нарушение дисциплины в пределах его видимости - лишение хорошего числа балов и наказание; за нарушение покоя преподавателя (святое) - можно было уже только мечтать о кубке школы.

И все же сердце у него было. Хорошим ученикам он не скупился на балы, а упорным помогал, но мог и лишить нескольких балов. Свое дело он знал и знал превосходно. Преподаватели и некоторые ученики не раз обращались к нему за редкими ингредиентами или за каким-то особо сложным зельем, правда, цены за такие услуги могли быть, сколько высоки, столько своеобразными. Да и выпросить у него что-то было задачей не из легких.

- Скоро будут, - Бет Глорет обернулась, но слизеринцы в коридоре не появились.

- Ладно. Заходите.

Профессор посторонился, и студенты начали входить в аудиторию. Питер и Том уселись на первую парту, а девчонки за ними. Слизеринцы принципиально предпочли соседний ряд. Ученики начали раскладывать вещи, когда в проходе появились еще два студента. Винс Маклакенс и Дима Загорный проследовали к преподавательскому столу и начали что-то объяснять. Говорил в основном иностранец, а второй только поддакивал и активно жестикулировал. Хмурое настроение Дроклова как рукой сняло. Профессор казался заинтригованным и постоянно поглядывал на черную ткань в руке Димы.

От студентов это тоже не укрылось, и они сами начали поглядывать на сверток. Вроде ничего интересного - сверток из мятой черной ткани, но преподаватель, похоже, так не думает. Питер хотел спросить у Тома, что он видит, но замер, увидев шок на лице друга. Он быстро стянул с него очки и сам посмотрел на ткань. Стекло показало, что Загорный держал в руке огонь. Это было странно, но черный сверток в стекле пылал.

- Что там? - Элиз тоже не терпелось узнать.

- Огонь... - Том глядел на сверток обычным зрением и не мог воспринять простую черную ткань.

- В смысле?..

- Они у тебя всегда такое показывают?

- Показывают что-то сокрытое или истинную сторону чего-то.

- Зачем ты их вообще носишь?

- Знал бы ты: сколько у нас интересного по школе можно найти. Они же видят даже через твой плащ.

- Тише ты.

- Итак, сегодня мы изучаем зелье Защиты. Кто может сказать что-то про это зелье? - Несколько студентов сразу же подняли руки. - Бет?

- Выпив это зелье, человек на определенное время становится неуязвим физически - его нельзя поразить оружием или отравить.

- Пять балов Слизерину. Эшли?

- Правильно приготовленное зелье становиться серого цвета, но принимать его сразу нельзя. Оно должно настояться хотя бы день, иначе человек становиться особо чувствителен к различным внешним контактам с чем-либо.

- Хорошо. Пять балов Рейвенкло. А знает ли кто-то: почему его нельзя принимать постоянно? Сьюзан?

- Если принимать его постоянно, человек может потерять любую чувствительность.

- Пять балов Гриффиндору. Теперь можете приступать к приготовлению зелья. Ингредиенты на полоках. А в конце занятия... Дима обещал порадовать нас каким-то особым зельем.

Студенты разом перевели взгляд на Загорного, но он этого не заметил. Староста слизерина что-то обсуждал со своим напарником по работе, стоя над собственным набором разных трав и небольших баночек. Ученики начали вставать со своих мест, когда два слизеринца наконец закончили спор и под их котлом загорелся огонь.


***


Дима необычайно нервничал, когда выбирал зелье, которое ему стоит приготовить. Его декан зашел к нему и поинтересовался его познаниями в искусстве зельеварения. В Тибидохсе парень учился хорошо и еще не успел забыть науку своих, хоть и бывших, преподавателей. Еще перед приездом он хоть немного изучил некоторые учебники и знал основы английской магии. Книгу по зельям он тоже изучал и пробовал готовить некоторые из варев. Услышав это, Дроклов просиял от счастья и предложил вместо общего задания приготовить что-то интересное, что не изучается в Хогвардсе. Дима тогда согласился, не видя особых преград для этого, и потом долго выбирал что именно.

Выбор его пал на зелье, которое сам долго не мог приготовить правильно, однако эффект от него был очень даже интересным. И все же проблемы появились в самом ближайшем будущем. Когда Дима доставал самый главный ингредиент, он поджег одну из своих мантий. Пришлось быстро гасить пожар и придумывать, как донести компонент до аудитории. В конце концов, он окружил ее непроницаемым полем и завернул в остатки мантии.

Винс Маклакенс, парень с которым он сел рядом после зачисление его в Слизерин, вошел как раз в разгар пожара и не мог понять, что ему делать. После тушения, Винс помог собрать все нужное и они отправились на занятие.

В вечер их встречи Винс сделал сразу несколько значительных открытий. Первое было то, что спальни Хогвардса были не резиновыми, и больше пяти кроватей в них впихнуть было не возможно (возможно, но тогда пришлось бы их сдвигать). У Димы была своя спальня. Она отличалась от прочих только тем, что была рассчитана на одного: кровать, шкаф, стол, тумбочка - все в единственном количестве. Хотя Загорный не жаловался. В Тибидохсе у него тоже была отдельная комната, так что даже отвыкать не приходилось.

Второе открытие было сделано, когда Дима тушил огонь и опечатывал ингредиент. Винс увидел подтверждение слуху, что зарубежный маг колдовал без палочки. На автомате парень пользовался кольцом, с которого срывались искры при каждом непонятном слове. Дима и не сразу сообразил, что Маклакенс будет так поражен. Слизеринец настоял, чтобы Загорный сохранил 'тайну кольца' в секрете. Загорный только пожал плечами и выбросил обожженные части мантии.

Третье открытие заключалось в том, что вещи Димы были очень и очень интересными. Куда не посмотри - что-то непонятное или странно выглядящее. Сначала Винс поразился компонентам для зелий (большой части он даже не мог понять названий). Потом пришел черед прочим вещам на полках и в шкафу. Маклакенс успел взять в руки зудильник, когда хозяин шкафа закрыл перед его лицом дверку и сказал там не рыться.

Оказавшись в аудитории, Дима сразу же подошел к преподавателю. Рассказал про небольшой пожар и про зелье, которое собирался готовить. Профессор просиял, когда услышал название, и постоянно косился на сверток. Попросив Винса в помощники, для ускорения работы, Дима начал раскладывать свои ингредиенты.

- Так как я могу тебе помочь?

- Разводи огонь, но ничего не трогай.

- Неужели ты думаешь, что у меня руки корявые?..

- Просто флаконы лучше не открывать преждевременно.

- А это трогать можно?

- Зачем тебе оно сейчас? Это сон-трава, так что потом не забудь руки помыть.

- А это что?

- Прожелис.

- Это?

- Ты просто так спрашиваешь или будешь помогать?

- Хорошо, я понял.

Винс развел костер и они начали приготовление зелья Молчание - золото.


***


- Долго еще?

- Еще минут пять и можно добавлять последнее...

- Превосходно! Заканчиваем работу, - преподаватель отошел от котла, где готовили Дима с Винсом, и направился к партам. - Я и так дал вам достаточно времени. Теперь зелью осталось только настояться.

Он подошел к ряду слизеринцев и начал изучать содержимое котлов. В результате занятия ученики прибавили своим факультетам разное количество балов. Гриффиндорцам было чем похвастаться - все они приготовили зелья правильно. Испорченное варево Дроклов ликвидировал, а остальным дал позволение перелить свое зелье в сосуды.

Еще на первом занятии профессор заключил своеобразную договоренность с учениками: каждый мог забрать с собой СВОЕ правильно приготовленное зелье. Он не раз повторял: 'Приготовил - пользуйся!'. Преподаватель не раз пресекал попытки 'поделиться с товарищем' и не раз снимал за это балы.

- А теперь - то, что я обещал. Давай, Дима.

Загорный положил руку на сверток и поднял взгляд на студентов.

- Это зелье называется 'Молчание - золото'. Осталось добавить всего один компонент, и оно будет готово. Это зелье было изобретено случайно, но получило широкий спектр применений. Готовить его просто, но надо точно рассчитывать время. Одна задержка и придется начинать процесс заново. Оно безвредно в неправильном приготовлении, безопасно в больших дозах, но вызывает привыкание организма при слишком частом применении. Однако такое случалось только один раз за историю...

- Почему? - Том пожалел о своем вопросе, так как Дроклов мгновенно смерил его злым взглядом за прерывание рассказа.

- Два компонента этого зелья очень сложно добыть. Первый - это слезы дракона. Второй... - Дима глянул на зелье и одним движением развернул сверток, - перо жар-птица.

Винс, получивший свою дозу удивления ранее, с опаской отступил назад. Дима, быстро сняв защиту, взял перо за кончик и поднял в воздух. Продолговатое перо сверкало не хуже пламени, освещая все в радиусе двух метров от себя. Студенты охали и прикрывали глаза от яркого света. Однако долго наблюдать перо им не пришлось. Загорный еще раз глянул в котел и осторожно опустил туда перо. Свет погас, а потом появился из котла. Сейчас он был похож на большой металлический фонарь.

Профессор моментально оказался рядом, заглядывая в котел. Зелье, ранее бывшее тускло желтым теперь светилось и походило на жидкое пламя. Дима потушил огонь и запустил в котел черпак, наполнив им небольшое стеклянный стакан.

- Эффект зелья не продолжительный. Этой дозы хватит всего на минут десять-двадцать.

Загорный поверг всех в шок, когда приподнял стакан, словно чокаясь с кем-то невидимым, и залпом опустошил его. Мало того, что само зелье выглядело, словно огонь в жидком виде, парень даже не постарался его остудить. Дима закрыл глаза и запрокинул голову, поставит пустой стакан на край стола. Мгновение он просто стоял, но уже вскоре, тяжело выдохнув, опустил голову и открыл глаза. Всех будто к месту приковало. Глаза слизеринца были цвета расплавленного золота.

У некоторых удивление проходило быстрее других.

'Неужели это и все, на что оно способно?..' - промелькнуло в голове Питера.

- Ошибаешься... все, - Дима осмотрел присутствующих. - Молчание - золото. Вам не нужно говорить, чтобы вас услышали. Мне достаточно только посмотреть на вас, и я смогу читать ваши мысли, словно открытую книгу...

Теперь этот иностранец действительно выглядел зловеще. Довольная улыбка расползаящая по его губам, напоминала Лимпфонскую в моменты заклинания. Глаза медленно переходили от одного студента к другому. Дима посмотрел на преподавателя и кивнул ему. Профессор просиял.

- Проверить действие зелья можно очень просто, - Загорный повернулся к Бет. - Загадай число. Четыре тысячи двести пятьдесят.

- Правильно, - пораженно произнесела Бет.

Перевел взгляд на сидящую рядом Нэт.

- Подумай о чем-то. На улице погода хорошая.

Девушка только удивленно кивнула. Дальше последовал Том.

- Как тебя зовут? Томас Камистер.

Следующим сидел Питер, но он как-то не вовремя подумал, что с золотыми глазами этот иностранец не менее привлекательней, чем с изумрудными. Дима уже открыл рот, желая задать как-то вопрос, но слова просто застряли в горле. Он непроизвольно отшатнулся назад. 'Ты это слышал? - Дима так и не сдвинулся с места. Питер решил попробовать еще раз: - Когда я тебя впервые увидел, то подумал, что с такой-то фигурой ты определенно - девушка!'. Последнее было не правдой, но эффект произвело нужный. Дима нахмурился и принял спокойную позу, смерив Питера злобным взглядом.

- Дима?..

- Примерно сейчас зелье уже должно прекратить свое действие, - Загорный не опускал Питерсона взглядом, пока не направился к котлу с зельем. Он закрыл глаза и открыл уже свои изумрудные. - Если кому-то интересен рецепт, - Дима взмахнул палочкой и на доске проступил аккуратные почерк всего необходимого и способ приготовления.

- Отлично. Теперь, если хотите, налейте себе немного, а остальное я заберу на хранение, - последнее даже не было предложением. - У тебя еще остались ингредиенты?

- Остались, вот только перо одно.

- Замечательно, - как только Винс перелил зелье в два небольших сосуда, профессор взмахнул палочкой и котел исчез. - В таком случаи все свободны. Дима, зайдешь сейчас ко мне в кабинет.

Загорный кивнул, собирая оставшиеся компоненты. Винс взял свой сосуд и, ложа его в карман, заметил небольшую капельку зелья у себя на руке. Недолго думая, он слизнул ее. Ничего не происходило секунды три, а потом парень завалился на пол и засопел.

- Я же говорил, что надо руки мыть!..


## Глава 3. Строенная защита


- О чем ты думал?!

- Это МОИ мысли. Никому не позволено лезть в мысли других. И это было правдой!

- Вечно ты со своими нравами!..

- Будто ты сама не думаешь, что он симпатичный...

- Подумать только. Хотел, значит, с ним дружбу завести?.. А оказывается, что он тебе нравиться!

- Я просто не отрицаю, что он симпатичный!

Элиз была в шоке от такого признания. Ни для кого не было секретом, что староста гриффиндора было плевать на пол при выборе партнера для любовных утех. Кому такое было интересно - знал и давно принял как должное. Однако девушка не ожидала, что ее друг вот так сразу захочет 'познакомиться поближе' с новым студентом (даже не беря во внимание то факт, что студент - слизеринец).

- И что ты теперь будешь делать?

- Ты о чем?

- Будешь ли ты пытаться привлечь его внимание?

- Как ты не понимаешь?! Я просто считаю его привлекательным, как тебя или Стива, но это же не означает, что я стремлюсь завести с вами роман!

- То есть ты собираешься оставить все как есть?

- Ничего не случилось. Так что и делать нечего. Я намерен продолжать учиться, выполнять свои обязанности и играть в квидичь!..

- А вот это уже правильно!

Том благоразумно не лез в разговор друзей, предоставив им сами разобраться в созданном ими же конфликте. Очки, которые он прежде снимал только перед сном или дракой, сейчас покоились в кармане мантии. Однако увиденное через них перо еще надолго отпечаталось у него в сознании. В его списке ближайших деяний появился еще один пункт: наведаться в комнату Загорного и в очках изучить все его вещи (возможно, кроме одежды). Очки были однажды найдены им на чердаке дома его бабушки, которая потом любезно подарила их своему внуку. Старая колдунья утверждала, что стекло в оправе могло смотреть сквозь преграды и показывать истинную суть предметов. Она продемонстрировала их действия, заставив посмотреть на старую фотографию с одиноко стоящим человеком. Надев очки, Томас тогда увидел скучающего оборотня. Фотография была очень большая, но он был там только один. Парень сказал об этом своей бабушке, а она ответила, что не стоит делать общие фотографии с оборотнями.

Стекло имело двойное действие, так как было двусторонним. Если смотреть из очков, то можно было видеть скрытое, а если в них - сущую неправду. Вот когда Том злился или огорчался, очки меняли отражения этих эмоций в его глазах. Еще обратная сторона показывала, что глаза Тома были карие, хотя на самом деле они светло голубые.

- Кстати, ты уже решил, когда проводить набор в команду?

- Я сверился с расписаниями и нам придется провести его в субботу.

- Тогда я буду готов снова показать на что я способен.

- Тебя и Стива никто не заменит. Мы слишком хорошо друг друга понимаем и знаем: чего следует ожидать.

- Не переводи тему разговора! После твоего 'поступка', Загорный может подумать не хорошо про всех гриффиндорцев и окончательно принять сторону Слизерина. Мы же не знаем: на что он способен, вдруг обьединит свои усилия со слизеринцами, - Бишоп убедилась, что рядом никого нет, но все равно перешла на шепот. - Я слышала, что они еще намерены ответить нам за прошлогоднее.

- А было прикольно!

- Было, но теперь-то не надо об этом упоминать...

- Самый быстрый способ проверить: на что способен этот иностранец - пригласить его в дуэльный клуб и назначить поединок.

- Только не говорите, что такое следовало бы сделать мне?..

- Раз ты сам так охотно вызываешься...

- А кому другому? Ты же прошлогодний чемпион, так что не отвертишься.

- А разве не меня должны вызывать на дуэль?

- А что такого, если ты сам вызовешь кого-то?

Питер только махнул рукой и направился в аудиторию, где у них должна была проходить трансфигурация. Сьюзан уже ждала их.

- Как там Котти?

- Хорошо. Просилась пойти со мной, но я отказала.

Сьюзан Стефи не была серой мишкой, хотя с первого взгляда могло так показаться. Девушка она была не высокая, из толпы ее выделяли только ярко рыжие волосы. Бледно зленные глаза почти всегда были уставлены в пол или книгу. И все же за одну неосторожную фразу любой мог моментально схлопотать заклинание в лоб (а то и куда похлеще). Сью, как ее называла Элиз, была из чистокровной волшебной семьи и обладала врожденными способностями анимага. Она в мгновение ока превращалась в маленькую рыжую белочку и обратно. И питомец у нее был соответственный. Котти звали домашнюю белку Сьюзан, которую ей все же позволили взять с собой. Хозяйка часто превращалась, и они вместе совершали прогулки и затевали игры. Однако в последнее время Котти нездоровилось, и Сью постоянно ее навещала.

- А где Джем и Стив?

- Я не видела, когда заходила в гостиную.

- Неужели уже что-то затевают...


***


- Что тебе известно про старосту Гриффиндора?

- Бишоп или Питерсона?

- Парня.

- Староста, загонщик и капитан команды по квидичу, учиться на отлично, прошлогодний чемпион в дуэльном клубе...

- А про него самого?

- Например?

- Возможно, мой вопрос покажется странным, но... он что интересуется парнями больше чем девчонками?

- Нет. Насколько я знаю, он интересуется ими в равной мере. Только не говори, что тебе он нравится?!

- Что?! Я натурал - интересуюсь исключительно девчонками!

- Тогда почему ты это спрашиваешь?

- Только что... он подумал, что я симпатичный. А потом умышлено подумал, что увидев меня впервые - думал, что я девчонка!

- Про девчонку не соглашусь, но у тебя действительно красивая внешность...

- Еще раз такое скажешь - получишь.

- Ладно - не буду. Видно, тебе не очень нравятся комплименты.

- Да, я их не люблю. Уже достаточно их наслушался...

В последней фразе Винс слышал какой-то скрытый смысл, но спрашивать не стал. Его вообще мало заботили истории других людей. Однако он был истинным слизеринцем: ко всем студентам (не своего факультета) относился с особой выдержкой, был хитер и хорошо мыслил логически, прекрасно изучал зелья и отвечал гриффиндорцам взаимностью (считал их вражду чем-то само собой разумеющимся). В любом деле признавал только один способ - магический. Был обучен боевой магии (его отец был аврором), но на практике применял не очень часто. У него было особое чутье - он мог обнаружить магию даже там, где ее быть просто не должно. Внешне он был сдержан и часто выказывал свои чувства только легкой мимикой. Он был хорошим дополнением Диме: интересным собеседником, который знает, что спрашивать не надо; так же не стремился показывать свои чувства; и просто был слизеринцем.

- Кстати, ты собираешься принять участие в наборе в команду по квидичу?

- Я пока еще не решил. Мне очень недостает драконобола, но про вашу игру я слышал только мельком.

- Вот смотри. Есть четыре вида игроков: три загонщика, чья задача состоит в том, чтобы забить мяч - квоффл - в одно из трех колец противника - ворота; два отбивалы - они носятся по полю с дубинками, защищая игроков своей команды от мячей поменьше - бладжеров - или пытаются попасть в игроков другой команды, выбив у них квоффл; вратарь - он охраняет ворота, не давая забивать голы; и ловец - единственной его задачей является поймать маленький шустрый золотой шарик - снич, - который приносит сразу сто пятьдесят очков. Игра заканчивается тогда, когда пойман снич.

- Сколько получает команда за гол?

- Десять очков за каждый. Так что пока ловец ловит снич, остальная часть команды пытается заработать как можно больше очков. В прошлом году выпустились два загонщика, но в команду могут взять и других желающих, если они покажут себя лучше игроков.

- Даже не знаю. Как-то у вас все... простовато, что ли?..

- Да ну? А как же играют в ваш драконобол?

- Для начала у нас вместо ворот - драконы...

- ЧТО?!

- Драконы. Игроки должны забрасывать мячи им в пасть.

- А драконы настоящий?

- Летающие и дышащие огнем, хотя есть и ледяные. Еще они любят заглатывать игроков, и постоянно пытаются их испепелить...

- Так это же опасно!

- Не отрицаю. Меня самого не раз дракон глотал, а сколько я получал ожогов...

Винс остановился словно вкопанный. Он огромными глазами уставился на Диму, который замер двумя шагами дальше. Осмотрев Загорного, он не увидел никаких шрамов ни на лице, ни на руках или шее. У него на лице промелькнула злобная улыбка.

- Да ты меня разводишь! У тебя нет ни одного шрама!

- Шрамов нет, так как их хорошо сводят в нашем магпункте. А там мне тоже не раз приходилось лежать из-за полученных травм.

- Допустим я тебе поверил, но что же делаю игроки в животе ДРАКОНА?!

- Ждут окончания игры. После их вытаскивают и сообщают результат игры.

- Бред какой-то!..

- Да? - Дима зловеще улыбнулся. - А ты как-нибудь попробуй словить тяжелый мяч, который с бешеной скоростью летает по полю, а потом забросить его в пасть чихающему, взвинченному и одурманенному дракону, который даже своих игроков не признает!..

- Ты это сейчас... серьезно?

- Абсолютно. Я был в нападении и мне постоянно приходилось летать вблизи морды дракона.

- А каковы правила?

- В команде десять игроков...

Дима рассказывал Винсу о причудах Тибидохского спорта номер один и Маклакенс постоянно менялся в лице от искреннего удивления к какого-то рода пониманию. Парни настолько были увлечены беседой, что не заметили, как прошли коридор, в тени которого их уже давно поджидали две темные фигуры. Те двое тоже с большим интересом прислушивались к разговору и были не меньше удивлены от услышанного. Гриффиндорци не могли понять врет ли иностранец или все же это правда о далеком зарубежье.

Джереми Стефолтон вообще был очень доверчив к подобным рассказам, так как сам был из семьи маглов. После сообщения о том, что он маг, Джем, как его называли друзья, стал воспринимать все истории про магию очень близко к сердцу. Тем более что ему никогда не приходилось видеть драконов вживую, ограничившись только движущимися иллюстрациями. Стив Оивинс же просто старался запомнить каждое слово. Он не мог поверить, что сможет потом рассказывать об этому другим и что хоть один слух, возможно, будет основываться на его словах. Смысл слов, однако, поражал его не меньше Маклакенса, так как он тоже не мог представить человека в животе у дракона.

Оба гриффиндорца даже почти забыли о том, зачем сюда пришли. У Стива были давние счета с Винсом. Они еще с первого года обучения столкнулись интересами, и у них зародилась собственная вражда на фоне войны Гриффиндора и Слизерина. Соперники были достойны друг друга. Стив был красив и умел себя подать, пользовался большим успехом среди девушек, а иногда и парней, был дипломатичен и оригинален в своих идеях. У Винса ж была сила и железная логика - он никогда не позволял над собой издеваться и был готов ответить на любую пакость гриффиндорца, владел боевой магией, с помощью которой однажды (больше и не надо было) победил его на столе для дуэлей, и он был чрезвычайно восприимчив ко всем проявлениям магии - его просто нельзя было застать врасплох, использую ее. Сегодня Стив задумал пакость, не основанную на магии, которую Винс, теоретически, не должен был почувствовать. Идея этого плана исходила от Джема, но метод воплощения придумал все же Оувинс.

Когда слизеринцы отошли на достаточное расстояние, гриффиндорцы выскочили из своего убежища. В руках они держали два больших бочонка масляной краски. За мгновение до того, как они выплеснули ее, Стив свиснул, привлекая внимания идущих. На лице Винса успело отразиться только беспокойное удивление. Дима же отреагировал моментально. Выступив на шаг вперед, став перед однокурсником, он выбросил вперед руку и громко выкрикнул: 'Блокус!'. Строенная зеленая искра сорвалась с перстня и образовала огромный прозрачный щит бледно сверкающего зеленого цвета. Краска ударилась об магическую преграду, окрасив ее и расплескавшись по сторонам. Дима выдохнул и опустил руку. Краска, остававшаяся на щите, пролилась на пол подземелья, оставляя красно-желтые пятна. Гриффиндорцы стояли словно две литые статуи - казалось, что они даже не дышали. До сих пор они не видели такого заклятия, которое могло остановить такое количество жидкости. Они даже не смогли понять единственного слова заклинания. Как Дима сообразил сегодня днем, наложенное на его кольцо заклятие позволяло ему говорить свободно на английском, но не переводило слов заклинаний.

- Двадцать балов с Гриффиндора и чтобы к обеду тут все убрали.

- Что?! - разом возмутились Стив и Джереми.

- Вы не можете даже понять слов собственного языка? Это плохо. А я то думал, что вражда факультетов - это обычная борьба за балы, но я ошибался. Я не исключаю, что эта краска могла предназначаться только Винсу, но даже, если так, - Дима посмотрел на двоих гриффиндорцев зловещим взглядом, - она зацепила бы и меня. Я ничего не сделал ни вам лично, ни вашему факультету. Однако вы не взяли это во внимание, - он замолчал, и в коридоре повисло мертвенное молчание. - В обязанности старосты входит следить за порядком. Вы его нарушили, напали на студентов и испачкали коридор. Я, на правах старосты, могу снять балы с вашего факультета и сказать прибраться тут. Балы уже вычтены, а если вы не уберете к обеду - я пойду к вашему декану и попрошу назначить вам взыскание. Можете попытаться оклеветать меня или мои слова, но у меня есть свидетель, который даже под действием зелья правды расскажет все, как было.

Дима еще раз смерил гриффиндорцев злым взглядом, развернулся и направился дальше по коридору. Винс, который уже успел воспринять происходящее, как должное, довольно хмыкнул и последовал за своим другом. Хорошо, что этого урока у слизеринцев не было по расписанию, иначе они б на него опоздали.

Стив и Джереми еще долго стояли, смотря на отдаляющиеся фигуры. Джем пришел в себя первым:

- Похоже, мы вляпались по самые уши. Теперь я уж точно не сомневаюсь, что он пользуется черной магией...

- Если Винс заведет дружбу с ним, то все мои попытки накроются медным тазом!..


## Глава 4. Пламенный друг


- И тебя это так беспокоит?

- Простите, мистер Всемогущий, но ДА! Скольких человек ты видел, которые говорили об ожидании в животе дракона, как о 'неприятной вещи'?!

- Меня больше беспокоит то, что мне придется заставить вас написать объяснительные: почему вы не дошли на Защиту от темных искусств.

- Поверь: это может подождать!

- Похоже, об идее с дуэлью можно забыть... - Элиз была искренне огорчена.

- Лучше не стоит! Мало ли, что этот темный маг сделает со своим оппонентом!..

- Кстати, Стив, ты же не записывался на Уход...

- Я ради вас пришел, а вы мне про уроки рассказываете. У меня, между прочим, были планы поинтересней, но я отложил их ради вас...

- Как мило с твоей стороны!..

- Очень смешно, Элиз. Все равно преподаватель нас в лицо не знает, так что одним студентом больше... одним меньше...

Последним на сегодня у них был двойной Уход за магическими существами со Слизерином. Два других факультета должны были сейчас изучать свежевыращенные за лето растения в теплицах. Было странно, что в отличие от Зелий, на Уход записались все представители Слизерина. Десять студентов вышеупомянутого факультета как раз сейчас слушали рассказ Маклакенса и, поглядывая на гриффиндорцев, зло хихикали. Стив был уверен, что предметом их обсуждение являлась их неудавшаяся пакость, и просто кожей чувствовал, что они уже затевают что-то зловещее.

- Все собрались? - преподаватель вышла из питомника и подошла к стоящим рядом студентам. - Тогда начнем. Я - профессор Фаерленс. И мы начнем с изучения особо опасных рептилий, - она направилась прочь от здания, не прекращая говорить. - Специально для сегодняшнего занятия я попросила своего друга одолжить нам представителя этого класса, чтобы вы сами могли убедиться насколько они опасные. Этот ангар, - они подошли к огромному железному строению, из которого периодически доносилось злобное рычание, - был временно воздвигнут, так как наши питомники совершенно не подходят для животного такого размера!..

Преподаватель бесстрашно раздвинула двери ангара, и оттуда повалил серый дым. В полной темноте различалось что-то огромное. В следующее мгновение студенты остолбенели и были готовы бежать. Они увидели, как в темноте зародился свет, и в них выплеснулась продолжительная струя огня, но она так и не достигла цели. Пламя разбилось о невидимую стену и превратилось в дым. После всех присутствующих оглушил рев раздражения. Одним движением палочки профессор зажгла свет, и перед группой студентов из темноты возник золотисто-зеленый дракон размером с четверть Хогвардса.

- Российский огнедышащий дракон. Отличается особо длинной струей и силой пламени. Представитель семейства драконов и один из самых больших представителей этого семейства, - дракон снова заревел и попытался разрушить, как оказалось, бледно-белую преграду. - Эти существа живут свыше трех сотен лет. Предпочитают...

- И ты все еще думаешь, что кто-то может играть в игру, где вот ТАКАЕ выступает в роли...

- Огонек!

Все разом перевели взгляд на приятно удивленного Диму. Он сделал шаг, а потом еще один. Став перед бледным щитом, он положил на него руку, не отрывая глаз от дракона. Второй тоже не сводил глаз с человека.

- Его же привезли из Тибидохса, профессор?..

- Насколько мне известно: его доставили из северной Европы. Этот щит предназначен для того, чтобы удерживать дракона внутри. Он достаточно прочен, чтобы выдержать силу удара дракона или струю его пламени...

Загорный довольно хмыкнул, чем заставил других призадуматься. Следующее его действие повергло всех присутствующих в шок. Никто не увидел сорвавшейся с перстня зеленой искры, так что никто не понял, как такое получилось. Дима шагнул вперед и оказался по ту сторону защитного барьера. Мало того - парень уверенной походкой зашагал к дракону.

- Загорный! - профессор бросилась за студентом, но ее остановил барьер.

Дима слышал, что преподаватель звал кого-то на помощь, но он не предал этому никакого значения. Даже если бы дракон атаковал его, он бы просто произнес свое излюбленное защитное заклинание. Но он не боялся, что Огонек нападет. Он просто не мог. Парень столько времени провел у него в загоне, они вместе защищали честь школы на матчах по драконоболу. Огонек даже однажды проглотил Диму, чтобы его не разорвал обезумевший дракон соперника.

Загорный не боялся и дракон это чувствовал. Парень остановился всего в нескольких метрах от большого существа, не отводя взгляда от его больших изумрудных глаз. Огонек выждал мгновение и начал наклонять голову, когда откуда-то с боку послышался мужской голос.

- Огонек, смотри на меня! - дракон остановился и повернул голову на голос. - Что ты стоишь?! Беги!

- Григорий Прокопьевич!

- Дима?!

Оконек выдохнул короткую струю огня (чисто демонстративную) в сторону высокого, плотно сложенного мужчины и опустил голову, уткнувшись ею парню в живот.

- Вот черт! Не надо ж меня так пугать!.. - тренер Тибидохса по драконоболу направился к странной парочке. - Совсем из головы вылетело, что ты должен сейчас тут находиться. Тебя в такой одежде просто не узнать.

Мужчина остановился рядом, наблюдая, как Дима гладит уткнувшегося в него дракона по высокому лбу. Картина была, однако, странная. Дракон, который только что готов был разнести этот ангар вдребезги, ластился к невысокому парню, словно кот (хоть не мурчал).

- Все нормально. Продолжайте.

Дима только сейчас вспомнил, что в ангар-то он пришел не один. Все находящиеся за щитом были не просто в шоке, а в ужасе. Казалось, что преподавательница постарела лет на десять. Гриффиндорци, как и слизеринци стояли с отвисшими челюстями, а несколько - бледные как смерть. Такое никого не оставило бы равнодушным.

- Что это с ними? - Григорий Прокопьевич показал в них пальцем, обращаясь к Диме.

- Я рассказывал им, как мы играем в драконобол.

- А они что?

- Сначала думали, что я вру. Похоже, теперь поверят.

- Ну, наш драконобол никогда не сравниться с их квидичем, - последнее слово он произнес как-то пренебрежительно.

- Григорий Прокопьевич, стоит ли мне играть в квидичь?

- Почему ты об этом меня спрашиваешь?

- Вы мой тренер. Могу же я знать ваше мнение.

- Их спорт - это песочница. Играй, но только, чтобы не терять форму.

- И кем же мне лучше быть?

- Ты хорошо ловишь мячи и забрасываешь их. Тебе лучше быть загонщиком или ловцом - сам выберешь.

- Как там Оля?

- Учится, что ей еще делать. Она не у меня в команде, так что я ее редко вижу.

- А как Тибидохс?

- Стоит. Вот только команда наша меня не радует. Расслабились они за лето, да и новички только начали вливаться в состав. Я же кадров готовил, но как они будут играть в основном составе... Магшество уже скоро назначит нам дату первого матча и команду-противника.

- А я тут и суток не провел, а уже вижу разницу...

- Кстати, ты же теперь тут учишься. У тебя же урок!

- Сегодня мы изучаем драконов. Что я про них не знаю? - Дима провел по твердой брови Огонька.

- Тут-то ты прав, но не вздумай отлынивать от занятий и являться сюда!

- А в свободное от уроков время?

- Сколько угодно, только меня предупреждай. Мы тут пробудим не больше недели. Директор уже давно просил, чтобы я проветрил Огонька, но дракону тоже нужны тренировки, а-то еще отвыкнет от команды!..

- Слышал, Огонек? Я еще приду тебя навестить...


***


- Знал бы, как ты нас всех перепугал! Преподавательница чуть в обморок не упала, но быстро сообразила позвать смотрителя. Мы же не могли поверить своим глазам, что ты действительно сделал такое. Я был почти уверен, что дракон испепелит тебя. Первым, однако, среагировал Питерсон и попытался пробить защиту, но у него не получилось, - Винс был очень рад обещанию провести его к дракону.

- Спасать меня ни надо уж точно, тем более ему. Ты же уже видел мою защиту в действии.

- Если честно, я не очень понял: что тогда произошло.

- Видишь ли, у меня сильная магическая защита. Как-то я придумал заклинание и заставил перстень на него среагировать. Вот так и появилась моя защита. Заклятие получилось чрезвычайно сильным, у других оно не имеет такого действия. Тут имеет место строенная искра, которая превращается в щит, защищающий от абсолютно любых атак. Однако под сильным натиском ее приходиться часто обновлять.

- Не хочешь ли ты этим сказать, что когда на тебя напал Лестерсон, ты...

- Я просто отражал его атаки. Он телепортировался в мой сад, когда я выводил сорняки, и напал на меня. Мне приходилось постоянно обновлять защиту, так как его заклятия были без сомнения сильными и опасными. Последнее заклятие было настолько сильным, что, отразившись, разнесло мой только по новой созданный щит на мелкие искорки. Я был уже готов воздвигнуть новую защиту, но маг лежал неподвижно на моей клумбе.

- Его убило собственно заклятие?..

- Похоже на то... Вот гады!

- А?

Парни оказались на том же месте, где их пытались облить краской. Последняя так и осталась украшать собой коридор. Гриффиндорци проигнорировали указания старосты Слизерина и оставили свой красно-желтый след в подземельях Слизерина.

- Похоже, придется поставить их на место. Идем.

- Куда? - Винс развернулся и последовал обратно к лестнице.

- Я расскажу про этот случай их декану. Возможно, я буду выглядеть стукачом, но как староста я должен поставить их на место.

- Может, все же не стоит соваться к их декану. Лучше к нашему...

- Проделка была сделана студентами его факультета, так что сообщать надо именно ему.

- Ты же его никогда не видел - он преподаватель по Защите от темных искусств. Он может и сделать тебе что-то, - Винс говорил это без капли страха - просто для обще образовательных целей. - Тем более твоя темная магия ему, возможно, будет не почем...

- Какая еще темная магия? - Дима даже остановился.

- А разве ты не владеешь чем-то подобным?

- Это правда, что в моей школе маги делятся на темных и светлых, но... Я учился на светлом отделении... Признаю, что я иногда пользуюсь заклинаниями из списка '300 запрещенных'... но искры у меня все же зеленые...

- Я что-то не...

- У меня диплом по светлой магии.

- С каждым твоим новым словом и действием я понимаю, что ты совсем не такой, как я тебя себе представлял...

- Это плохо?

- Нет. Ты даже лучше, чем я представлял.

- Спасибо, вот такие слова мне как раз приятны. А то мне уже надоело, что, начитавшись всей этой бульварной прессы, люди вообразили обо мне невесть что...

Дима благодарно улыбнулся Винсу и они продолжили подъем по своенравной лестнице. Теперь появился еще один человек, который знает всю правду и воспринимает Диму таким, какой он есть. Со своим единственного лучшим другом (в сроком времени, возможно, не единственный) Загорный распрощался перед отлетом и обещал писать. Свои первые письма домой Дима собирался написать через пару дней, когда поднакопится впечатлений.

Остановившись перед дверью с надписью 'Профессор Лимпфон', слизеринцы переглянулись, и Дима сделал шаг вперед, готовясь постучать, но не сделал этого. Из-за двери доносились голоса, и Загорный попытался узнать: кто там был. Голоса он запоминал превосходно, и иногда ему было сложнее вспомнить лицо человека, чем его голосе. Спокойный размеренный тон Дима слышал впервые и предположил, что это преподаватель, так как второй и третий ему удалось узнать. Стиснув зубы от нарастающей злобы, парень постучал трижды. Дверь приоткрылась, и два слизеринца вошли внутрь, разбавив общество гриффиндорцев.

- Профессор Лимпфон, я пришел доложить о непочтительном поведении студентов вашего факультета.

- О, вспомни солнышко - вот его лучик, - преподаватель с каким-то слишком большим рвением сорвался со своего кресла и проводил двух вошедших внутрь, усадив на второй диван. - Я как раз хотел поговорить с тобой об одном дельце, - бывший гриффиндорец довольно улыбнулся, усаживаясь обратно в свое кресло, - но об это позже. Сказать по правде, сюда слизеринцы не часто заходят... Так по какому вы вопросу?

- Сегодня, примерно в десять часов утра, вот эти два студента, - Дима показал на Стефолтона и Оувинса, сидевших по правую руку Питерсона, - напали на меня и Винса, желая облить краской. Нас задеть им не удалось, но коридор подземелья они испачкали. Я, как староста, снял с них балы и сказал убрать за собой. Они не сделали последнего и я решил сообщить об этом Вам.

- Хоть какую краску использовали? - преподаватель обратился к своим студентам.

- Масляную красного и желтого цвета, - спокойно сообщил Стив.

Джем пораженно закатил глаза. Питерсон просто покачал головой.

- Теперь у нас есть признание.

У Оувинса челюсть отвисла от своей оплошности.

- Проблема ясна. Оувинс, Стефолтон, в обязанности старосты действительно входит поддерживать порядок в школе. Они могут вычитать балы и требовать восстановления окружающей среды. Так что марш отмывать подземелья, - парни хотели возразить, но профессор остановил их поднятым вверх пальцем. - Марш.

Смерив слизеринцев недоброжелательным взглядом, двое гриффиндорцев покинули кабинет. Питерсон проводил их взглядом, быстро зыркнул на Загорного и наклонился вперед, посмотрев на преподавателя.

- Профессор Лимпфон, вы позволите мне переговорить с Загорным с глазу на глаз.

- Что?

- Только не долго, я бы еще хотел кое-что с ним обсудить. Идемте, Маклакенс. С вами я тоже хотел обсудить один нюанс.

Винс на автомате встал и последовал за преподавателем. Дима не успел ничего сказать, а дверь уже закрылась, оставив их вдвоем в кабинете преподавателя. Не желая сидеть, Загорный поднялся со своего места и подошел к полкам с разными странными предметами. Кабинет преподавателя по Защите от темных искусств был значительно уютней декана Слизерина. Тут было теплее и преобладали мягкие цвета. Нежно-красные диваны и кресло хорошо сочетались с горящим камином, шторы были насыщенно желтого цвета, перевязанные золотистыми веревками, а пол был устелен ковром с изображением золотого льва Гриффиндора. Стены были заставлены шкафами с разными предметами и книгами. Тут был только один закрытый шкаф с замком на дверцах. Еще был один сундук внушительного размера и стол со стулом, чьи ножки были сделаны в виде львиных лап. Дима стал перед застекленными полками с различными фигурками драконов, которые периодически потягивались или меняли положение сна. Одна фигурка насыщенного синего цвета с перепончатыми лапами дыхнула на парня паром и улеглась снова спать.

- И что ты себе думаешь? - было слышно, что Питер поднялся со своего места, но Дима его попросту игнорировал, да и сам вопрос был ему непонятен. - Ты понимаешь, что я имею полное право снять балы и с тебя?..

- Интересно, за что же? Я ни на кого не нападал и ни портил имущества школы, - Дима развернулся и с удивлением отметил, что Питерсон хмурится и стоит со скрещенными на груди руками в нескольких шагах от него.

- Ты сознательно подверг смертельной опасности жизнь студента.

- Да ну?.. И чью ж?

- Свою. Ты полез к живому огнедышащему дракону, которому хватило бы одного движения лапы, чтобы разодрать тебя на мелкие кусочки, или одного залпа, чтобы испепелить...

- Не хватило бы. Неужели ты думаешь, что я настолько идиот, чтобы полезть к смертельно опасному существу, надеясь на чудо? - Дима тоже скрестил руки и сделал два шага к Питерсону. - В таком случае боюсь тебя огорчить: я ценю свою жизнь и никогда не подвергну ее опасности, если это того не будет стоить.

Загорный подошел почти вплотную и с некоторым недовольством приподнял голову, чтобы встретится с Питерсоном взглядами. Зеленые глаза встретились с карими. Дима смотрел немного со злостью и упреком, Питер же смотрел изучающее. Раньше слизеринец не заметил, что у Питерсона, видимо, ранее был сломан нос и после сросся немного неправильно. Теперь нос гриффиндорца был немного искривлен, он мог бы исправить это с помощью магии, но почему-то не стал. Так продолжаться могло еще долго, но Дима посчитал, что ему еще было что сказать. Он улыбнулся, но улыбка его была какой-то вредной.

- Кажется, ты ринулся меня спасать. Вот что я тебе скажу, - Дима даже привстал на цыпочки, чтобы сблизить их глаза. - Я сам могу позаботиться о своей безопасности. Это же из-за меня Лари Лестерсона теперь нет среди живых.

- Вот значит как? - улыбка появилась и на губах Питера, а вот Димена немного поникла.

Загорный хотел отстранится, но гриффиндорец взял его подбородок, заставляя остаться стоять на цыпочках. Он наклонился и соединил их лбы, максимально сближая глаза. Дима аж приоткрыл рот от удивления.

- А вот, что тебе скажу Я. Ты тут не больше суток, а уже возомнил о себе неизвестно что. Да, тебя назначили старостой; да, ты владеешь магией, которой нас не учат; да, ты можешь общаться с огнедышащим драконом. НО! Ты не знаешь Хогвартса, ты не знаешь наших обычаев, и ты даже не представляешь, что тебя тут ждет!..

Дверь отворилась, но парни так и не сдвинулись с места. Профессор Лимпфон и Маклакенс замерли на пороге. До этого они вели какой-то разговор, но оба замолчали, увидев такую интересную картину. Дима и Питер одновременно глянули на вошедших и потом опять перевели глаза на друг друга. Загорный сбросил руку гриффиндорца со своего подбородка, а второй сделал шаг назад.

- Спасибо, профессор. Я сказал все, что хотел, - Питер прошел мимо Винса и скрылся в тени коридора.

- А теперь я бы хотел переговорить с Загорным. Можете идти, Маклакенс. Встретитесь с Загорным уже в вашей гостиной.

Винс посмотрел на своего друга и ушел только тогда, когда Дима слабо кивнул. Последний снова сел на диван, мечтая, чтобы этот первый учебный день, наконец, закончился. Однако его поразила просьба профессора Лимпфона, когда тот заговорил о слезах дракона и его чешуе...


## Глава 5. Разный Гриффиндор


Неделя пролетела почти незаметно. Дима ходил на занятия, делал домашние задания, общался со своими сокурсниками. Конфликтов с гриффиндорцами больше не возникало, во всяком случае, не на глазах Загорного. Чуть ли не каждый день случалась какая-то подлость: со стороны Гриффиндора (не было явных доказательств, но вывод напрашивался) или со стороны Слизерина (свои провели со своим старостой разъяснительную беседу: 'Почему так надо' и Дима закрывал глаза на слишком явные проделки). В результате он заработал репутацию справедливого старосты, который нес порядок, но мог и подыграть своим. Откровенно говоря, если бы Винс попросил его помочь отомстить за какой-то из приколов лично над ним, Дима бы не отказал. Его сильно возмущала такая вражда факультетов, но поделать он все равно ничего не мог. Пришлось принять, как есть.

За эту неделю Винс постарался посветить его во все тонкости хогвартской жизни, но постоянно оказывалось, что слизеринец что-то упускал - приходилось нагонять. Дима узнал про преподавателей и как к кому следует относиться, кого из учеников следует знать и с кем можно иметь дело. Загорный даже однажды посетил клуб дуэлей, но не принял в них участие. Побывав на поле для квидича, он заявил про его маленькие размеры. 'Драконам тут было бы сложно развернуться...' - на эту реплику Винс, нервно хихикая, сказал, что проверять этот довод не стоит.

Однако конец учебной недели окрасило весьма неприятное событие: Огоньку пора было возвращаться домой. Дима с недовольными возгласами повис на шее дракона и не хотел ее отпускать. Такое фривольно поведение до последнего шокировало Винса, который только и смог, что погладить огромного дракона по носу. Маклакенс присутствовал не при всех подах к большой ящерице, но все равно смог понять насколько это существо дорого его другу. Винс понимал, что это только пока Дима рядом, дракон подпускает его к себе, так что соваться в одиночку он не пытался. У него был какой-то благоговейный страх перед таким величественным существом, и парень постарался перечитать как можно больше литературы про этих животных.

Загорного еще поразило, как быстро разнесся слух о его дружбу с огнедышащим драконом. В вечер после разговора с деканом Гриффиндора, который попросил достать ему слез дракона и его чешуи, при этом никому не говоря, Диму вызвал к себе и его собственный декан с той же просьбой. Такое совпадение не могло не показаться странным, и парень после пересмотрел все зелья, где в компонентах значились эти ингредиенты. Зелья были разные и на любой случай. Дима предположил, что Дроклов был просто запасливым и не хотел упустить шанс получить такие редкие ингредиенты, а Лимпфону они нужны были для какого-то зелья. Про первого парень так думал, так как еще после зелий он задержал его и расспрашивал: какие другие компоненты для зелий Загорный привез с собой. Про второго же просто не приходило больше никакого иного варианта.

И вот наступало воскресенье - Огонек вместе с Григорием Прокопьевичем отбыли в Тибидохс. Дима последний раз погладил нос дракона, и они взмыли ввысь. Парень хотел еще взлететь на своей метле, которую прихватил с собой, но сдержался. Когда огромное существо скрылось среди белых облаков, Винс хлопнул друга по плечу, напоминая, что у них еще дело. И двое слизеринцев направились на поле для квидича, где скоро должен был начаться набор в команду их факультета.

Маклакен выбрал себе место поудобней и предоставил Диме показать: на что тот способен. Члены команды еще не пришли, а люди уже собирались: как зеваки, так и желающие попасть в команду. Загорный предпочел не подниматься пока в небо и стоял облокотившись на трибуну.

- Вижу, ты тоже решил попробоваться в команду, - вместо приветствия произнес приближающий к Диме Питерсон. - И на какое же место метишь?

После разговора в кабинете профессора по Защите они больше и словом не обмолвились. Хоть одно из занятий на день у них было вместе, но и там они даже взглядами почти не обменивалась. Диме рассказывали, что честь факультета надо держать, а одним из методов был пакостить Гриффиндору. Никто не помнил, когда началась эта вражда, и поэтому никто представления не имел, когда она может закончиться. Слизеринцы говорили, что их противники к этому относятся так же, но Дима этому не верил. Точнее он не верил тому, что четверокурсник слизерина, например, может заколдовать тетрадь своего соседа по парте - гриффиндорца, - лишь по тому, что одного определили в Слизерин, а второй учится в Гриффиндоре. Для себя Дима решил, что не будет замечать вражды, если только его нарочно в нее не втянут.

И все же Питерсон у него вызывал какую-то слабую неприязнь. Этот гриффиндорец как раз подпадал под критерии тех людей, которые Загорному не нравились. Первое было то, что Питер был выше его. Дима не любил парней значительно выше себя (девушки не в счет). Вот Винс - совсем другое дело - лишь на немного выше его. Второе заключалось в том, что Дима не любил комплименты по поводу своей внешности. Питерсон, хоть и не говорил, так думает. А третье случилось в кабинете преподавателя. Гриффиндорец решил поставить его на место. Даже если с момента прибытия Димы в Хогвардс и прошло не больше суток, Питер разговаривал с ним и то меньше. Как может человек, с которым ты только встретился, знать твое место. Это было немыслимо. После Винс еще говорил: 'Не странно, что вы не сошлись характерами: ты - староста Слизерина, а он - Гриффиндора. Питерсон, похоже, уже принял такую позицию. Прими ее и ты...'. Дима еще раньше принял решение не замечать разделения на факультеты и поэтому старался воспринимать Питерсона как студента, который выполняет похожие функции в поддерживании порядка в школе. Но как-то не получалось...

- Странно, что тебя это волнует. Я же не на твоем факультете учусь, - Дима непроизвольно скрестил руки на груди и продолжил рассматривать противоположные трибуны, где уже собралось приличное количество слизеринцев.

- Мне просто интересно: почему звезда драконобола захотела сыграть в наш скучный квидичь? Не расскажешь? - Питер оперся плечом о трибуну и смотрел на Загорного.

- Возможно, ваша игра не скучная - я про нее еще мало знаю, но, как я понял, она значительно проще нашей.

- И ты все же не ответил на вопрос. Почему?

- Надо же как-то поддержать факультет.

- И ты думаешь, сможешь сделать это на своей... - Питер глянул на метлу и его глаза удивленно расширились. - Торнадо 3000?

- Не плохая вещь, но я бы предпочел... - Дима запнулся, когда у него перед лицом пролетела зеленоватая искра - именно так реагировала палочка на заклинание 'Искрис фронтис' - просто выпускало искру.

Загорный резко обернулся и увидел, что Винс стоит с палочкой в руках, готовясь отразить любой удар. Перед ним стоял Стив Оувинс тоже вооруженный палочкой, немного дальше сидели Джереми Стефолтон и Томас Камистер, наблюдая за происходящим. Дима раз показал заклятие боевой искры белого мага Винсу, только предупредил, что с палочкой эффект будет совершенно не боевой. Не стал бы его друг просто так пытаться использовать это заклятие. Загорный бросил злой взгляд на стоящего рядом гриффиндорца. Значит, он просто отвлекал его, чтобы Дима не заметил и не помог другу. Подло. Загорный рванул к лестнице на трибуны, но его схватили на локоть.

- Поветь - это их личное дело. Нам не стоит вмешиваться.

- С какой стати я должен тебя слушать?! Я не из тех, кто бросает друзей в таком положении. Трое на одного...

- Джем и Том в этом не участвуют. Они просто пришли посмотреть...

- Хотели достать Винса, пока я буду пробоваться в команду?! Сказать по правде: я думал, что гриффиндорцы не отличаются от слизеринцев. Я глубоко заблуждался!..

- Да не такие уж мы и разные, - Питер одним движение подтянул к себе Диму. - Мы в равное мере хотим...

Загорный даже не слушал его. Он краем глаза увидел, что Оувинс начал выводить какой-то узор палочкой и среагировал первым. Выхватив свою палочку, Дима приказал ей: 'Экспелиамос!'. Палочка Стива отлетала в сторону и упала меж сидений. Другие два гриффиндорца моментально вскочили со своих мест, но в карманы не потянулись. Винс опустил палочку и глянул на своего друга. В его глазах блеснуло беспокойство, когда Питер перехватил запястье Загорного и прижал его спиной к трибуне.

- Ну что ты сделал? Возможно, теперь они еще долго не смогут разобраться в своих конфликтах.

В планы Димы не входило быть прижатым спиной к стене. Такое поведение разозлило его еще больше. Плевать на слова. Как он смеет так с ним поступать?! Определенно этот гриффиндорец себе слишком много позволяет.

- Пусти меня, иначе дорого за это поплатишься!.. - лицо Питерсона приобрело удивленное выражение, но руки с палочкой он не отпустил и тем более не отступил назад. - Как хочешь, - Дима выпустил палочку и коснулся пальцами руки Питера. - Токус пропускатис!

Искра сразу же нашла жертву и обожгла гриффиндорцу кожу в месте вхождения. Внезапный разряд тока, не особо сильный, прошелся по всему телу Питера. Парень отпустил запястье и осел на землю, тяжело дыша. Чувство было мимолетным и быстро прошло, оставляя только облегчение. Дима присел на корточки возле Питерсона и наиграно учтивым голосом спросил:

- С тобой все в порядке? Ты так внезапно упал...

Питер резко схватил Диму за плечи и подтянул почти вплотную. Между их лицами оставалось всего какой-то сантиметр пространства. В глазах Питерсона читалась решительность, а на губах играла довольная улыбка.

- Значит, хочешь войны?.. Тогда ты ее получишь!

- Питерсон, что ты тут делаешь?! Поле сейчас в распоряжении Слизерина, так что сделай одолжение и уберись отсюда поскорей! - капитан команды, наконец, польстил всех своим присутствием.

- Мы же не собираемся летать, а на трибунах сидеть никто запретить не может!..

- Так и дуй с поля! Не хватало еще...

Оскар Шильстон запнулся, когда Дима резко вскочил на ноги и зарядил уже стоящему Питеру в челюсть. Питерсон отшатнулся, сделав шаг назад, чтобы не упасть.

- Не смей больше прикасаться ко мне, Питерсон! - Дима прошипел это только для одного гриффиндорца.

- Значит, такой путь ты выбираешь. Тогда завтра в зале на втором этаже в двенадцать часов вечера...

- Что?..

Питер поднял руку и дал слизеринцу пощечину.

- Дуэль.

Дима был ошарашен, но в долгу не остался. Получив ответ на 'приглашение', Питер развернулся и направился в сторону лестницы. Трибуну он не покинул до конца набора.


***


Всю оставшуюся часть дня Дима был взвинчен, вспоминая, на что он согласился. Конечно, тут дуэли были не насмерть, как у них, но все же. Винс, когда узнал, был поражен до глубины души. А ведь он же говорил, что Питерсон прошлогодний чемпион.

В команду Дима все же вступил. Пребывая в скверном настроении, он мгновенно отследил маленький золотой шарик и схватил его, собираясь забрасывать в кольцо. Еще он попробовался в загонщиков. Он маневренно обошел игроков и невозмутимо бросил мяч вратарю. Обескураженный таким прямым броском, слизеринец хотел его поймать, но квоффл внезапно поменял направление и сбил игрока с метлы. Дима мгновенно оказался рядом, подхватил мяч и забросил его в центральное кольцо. Игроки были поражены такой технике, скорости и маневренности (два последних объяснялись новейшей метлой).

На вопрос капитана как так получилось, показывая на лежащего вратаря, Дима только сказал: 'Заговоренный пас'. Уже тогда было без сомнений, что место в команде, Загорный получит, но вот только какое?.. Дима согласился попытаться обучить загонщиков этой новой техника, а сам получил место ловца. Уходя с поля, он только недовольно отметил, что гриффиндорцы сидели и что-то между собой обсуждали.

В воскресенье утром, когда все сидели за завтраком, совы начали разносить утренею почту. Все было как обычно, но внезапно все в зале начали удивленно охать, показывая в открытое окно. Диме тоже стало интересно, что привлекло всеобщее внимание. Повернув голову, он чуть не поперхнулся. Вот кого он не ожидал здесь увидеть, так это пухленького купидончика с почтовой сумкой. Малыш выискал свою цель и начал стремительно снижаться. Все разом уставились на Загорного, возле которого купидончик и приземлился. Забыв про цель своего визита, карапуз быстро схватил ближайший кубок и начал жадно пить (хорошо, что там был сок). После такого путешествия и не про такое забудешь. Дима его не торопил, но в нем уже кипело нетерпение. Он же так и не написал письма домой, значит, они сообразили сделать это первыми. Утолив жажду, купидончик хотел приняться за еду, но парень настойчиво протянул ему руку. Карапуз надул щеки и полез в сумку. Вытащив два письма, он положил их на протянутую ладонь. Получив желаемо, Дима поднялся со своего места и сделал великодушные жест: 'Бери что хочешь...'. Аппетит у него моментально пропал, и он направился из Большого зала. Однако один голос все же заставил его остановиться.

- Загорный, что это такое? - Лимпфон говорил это не со злостью, а с каким-то странным интересом.

- Почта, профессор, - развернувшись, Дима покинул зал в направлении лестницы.

Купидончик так и не успел наесться от души (или от пуза), так как его моментально начали окружать любопытные студенты. Малыш, недовольный таким повышенным вниманием, пустил в ход свои стрелы. Результат получения почты иностранным студентом: два письма по назначению, две безответные влюбленности и одна новая парочка.

В память про свои нечастые полеты на Лысую гору, Дима как-то раз поднялся на вершину Астрономической башни и облюбовал это место. Эта башня была немного выше Тибидохской, да и вид с нее открывался совсем другой. В его первой школе там был вид на необъятный океан, прекрасный в своем спокойном настроении и величественый в бурю. Отсюда ж были видны алея, пруд и Запретный лес. Если присмотреться, то можно было разглядеть какому факультету принадлежал конкретный студент, решивший прогуляться на свежем воздухе.

Дима выбрал себе место поудобней, облокотившись на теплый камень. Быстро вскрыв первое письмо от родителей, он углубился в чтение. Как и ожидалось - они были недовольны, что он еще не прислал им письма, а ведь уже целая неделя прошла. Потратив треть письма на высказывания о том, как они волнуются, и на вычитывание его за отсутствие и двух строчек, родители все же решили написать и про остальное. Дома все было хорошо. Отца собирались повысить в должности, а мать продолжала экспериментировать, пытаясь создать какое-то супер хорошее косметическое средство, но пока результата не было. Родители так же написали, что недавно пришло письмо от Оли (в отличие от некоторых!). Его младшая сестра писала, что все по-прежнему, вот только по школе ходил слух, что куда-то увели их 'ворота'. Брату передать ничего не просила, но намекнула, что и он вскоре получит письмо.

Следующее письмо было от школьного друга Паши Ветрова. Первая же строка поразила Диму до глубины души. Друг долго умалчивал, что собирается делать после школы, а вот тут такое. Паша поступил в магспирантуру, а говорить не хотел на случай: 'а вдруг не получиться'. Получилось. Теперь он ходил довольный жизнью, хотя это пока что. Его еще обещали загрузить работой. Паша подтвердил слова Оли, что в Тибидохсе все по-прежнему, вот только знакомых лиц поубавилось. Друг очень интересовался, как там 'в Хогвардсе', держат ли они драконов и что собой представляет их квидичь. Рассказывал, что у жарптицы в их питомнике вылупились птенчики, и если что, скоро он сможет пополнить запасы их перьев. Так же говорил, что в случаи чего возьмет свой пылесос и примчится на помощь.

Читая письмо друга, Дима то и дело поглядывал на серое небо на горизонте. Возможно, вечером можно ожидать дождь (хоть бы не грозу). Не откладывая в дальний ящик, парень призвал с помощь палочки свое перо, чернила и листы бумаги. Мысли начали роиться в голове, а Дима не знал с чего начать. Написав приветственные строки, его внезапно осенило. Стянув перстень, он посмотрел на буквы - английские. А ведь писал на своем родном языке. Положив перстень в карман, Дима взял еще один лист бумаги и приступил к работе.


***


Заканчивая третье письмо сестре, Дима поставил отпечаток перстня - текст мгновенно растворился - и запечатал в небольшие конвертики. Осталось только навестить Тройсена и отдать ему письма. Парень потянулся за полученным ранее, но они пропали. Дима быстро вскочил на ноги и осмотрел площадку. Письма обнаружились за углом, в лапках двух рыжих белок. Глаза непроизвольно расширились.

- Белки?!

Два существа моментально обратили внимание на хозяина бумажек. Одна была заинтересована, а вторая смотрела... удивленно? Отмахнувшись от этой мысли, Дима присел на корточки и осторожно протянул руку вперед.

- Верните.

Первая белка, будто с вопросом, посмотрела на вторую. Последняя подвигала усиками и, оставив бумаги, скакнула на парня. Дима был к такому не готов и не успел среагировать на стремительные движения животного. Он вскочил на ноги и попытался проследить за белкой, но она куда-то пропала. Загорный недоумевающее осмотрел себя со всех сторон, но существа не увидел.

- И куда она делась?..

- Can't you speak English?

Дима быстро осмотрел крышу, но не увидел никого, кому бы принадлежал этот голос. Он быстро полез в карман и надел перстень.

- Кто здесь?

- Вот так-то лучше, а то говоришь на непонятном языке...

Белка мгновенно спрыгнула у него со спины и подбежала ко второй, что оставалась возле писем. Только появившаяся белка всмотрелась в бумагу, но, похоже, осталась недовольна.

- Это твой родной язык?

- Да, но... меня как-то смущает тот факт, что я разговариваю с белкой...

- О, прости.

Доля секунды и перед Димой уже стояла невысокая девушка с такими же рыжими волосами, как мех белки, которой она только что была. Девушка держала в руке два письма, невозмутимо пытаясь прочесть хоть строку.

- Вот держи. Прости, что взяла, - она протянула письма, но мгновенно замерла, когда парень коснулся бумаги. - Значит, так действует твое кольцо... - девушка отпустила письма, и Дима сложил их вдвое. - Прости, я не представилась. Сьюзан Стефи.

Загорный мог поклясться, что уже встречался с этой девушкой, но не мог вспомнить точно. Напрямую он с ней не общался - запомнил бы. Вот тебе и плохая память на лица. Сьюзан была одета в легкую кофточку и юбку чуть выше колена. Никаких отличительных знаков факультета.

- Дима Загорный. И зачем тебе понадобились мои письма?

- Честно?.. - девушка немного смутилась и опустила глаза. - Меня попросили узнать: кто тебе пишет любовные письма...

- Любовные письма говоришь?.. Давай так. Ты скажешь, кто тебя попросил, а я - от кого эти письма, - Дима демонстративно помахал письмами.

- Не обманешь? - Дима протянул Сьюзан письма, девушка взяла их, но не стала разворачивать. - Меня попросила Элиз Бишоп.

- Староста Гриффиндора? Вы с ней подруги?

- Да, учимся с ней на одном курсе.

Дима только хлопнул себя по лбу. Конечно, Стефи тоже гриффиндорка. Он же каждый день ее видит, вот только запомнить еще не получилось. Теперь получится. Ну... конкретно к этим гриффиндоркам у него претензий не было. Дима развернул письма, не забирая, и продолжил держать их за краешек.

- Паша Ветреный? - Стефи подняла на него удивленные глаза.

- Прочти письмо.

Удивление быстро развеялось, когда Сьюзан начала читать обыденные фразы и обещания настоящего друга о помощи. Дальше она глянула на письмо родителей, но вчитываться Дима ей не дал, отпуская лист. Английские буквы быстро приобрели свой первозданный вид. Девушка подняла на него непонимающий взгляд.

- У вас почти носят совы, а у нас - купидоны... всю почту.

- Значит, мы ошиблись. А как снять чары?

- Какие?

- Под стрелы попали несколько студентов и теперь мечутся, признаваясь в любви.

- Придется купидончика отлавливать. Ждать им следующего письма из-за рубежа...

Дима доброжелательно улыбнулся, а Сьюзан рассмеялась. Видимо, девушка представила, что будет твориться с 'пораженными любовью' до следующего пухлого карапуза с почтовой сумкой.

- Покажешь, где совятня.

- Покажу. Кстати, это Котти.

- Она точно белка?..


## Глава 6. Грозовая дуэль


Время дуэли неизбежно приближалось, но Диму волновала совсем не она. Как он и предсказывал - пошел дождь. Большие капли монотонно были по стеклу библиотеки, где он готовил свой доклад про драконов. Винс сидел рядом. Он должен был присутствовать в роли секунданта и эта роль ему не очень нравилась. Еще его не особо прельщала идея находиться за пределами своей комнаты после отбоя.

Доделав свою работу, они направились в подземелья. План состоял в том, чтобы дождаться десяти и отправиться в Большой зал. Когда часы показывали без пятнадцати двенадцать, в дверь Димы тихонько постучали трижды. Парень был уже полностью готов. Он лежал на кровати и изучал потолок. Заснуть бы он не заснул, так как с каждым мгновением буря за окном усиливалась. Быстро подскочив к двери, Дима приоткрыл ее, впуская Винса.

- Вроде, все спокойно, - он говорил шепотом.

- Тогда пошли.

Дима открыл дверь, и они разом выскользнули в темный коридор. Покинуть подземелья им удалось без неожиданных встреч. Они поднялись по лестнице и направились в сторону дуэльной залы. Загорный только один раз остановился, но так резко, что Винс врезался ему в спину.

- Что-то случилось?

- Ничего...

Раскат грома уже прошел, так что бояться нечего. Дима двинулся дальше. Не помедлив возле двери, они проникли во мрак комнаты. Было темно и тихо. Неужели они пришли первыми.

- Винс, который час? - молчание. - Винс?

Дима обернулся, но дркга там не оказалось. Парень быстро протянул руку, но словил только воздух. 'Что за черт?!'

- Я тебя вижус, а ты меня нетс! - прошептал он темноте.

Слабая зеленая искра вспыхнула и погасла. Глаза слабо кольнуло, и Дима взглянул на комнату по-новому. Просторный зал с небольшими трибунами у стен, на полу что-то расчерчено и больше ничего. Никого. Дима знал, что апарироваться нельзя, а дверь не открывалась - Винс не мог покинуть помещение. Парень прекрасно понимал, что кроме них с Винсом тут есть еще кто-то. Гриффиндорцы? Возможно они, никто больше не знал, что состоится эта встреча. Что же делать?

- Добро пожаловать, Дмитрий Загорный!..

Без сомнения это был Питерсон. Дима обернулся на звук и увидел фигуру в темной мантии по то сторону черчений.

- Хорошо ж у нас дуэль начинается, если ты уже избавил меня от секунданта, - Дима достал свою палочку и отставил руку в сторону, готовясь в любой момент произнести заклинание.

- Маклакенс пришел не по приглашению. У нас дуэли не требуют присутствия секундантов.

- Полагаю: мы и не на смерть сражаться будем?..

- Что?

- У нас дуэль - дело чести. Мы не устраиваем из этого соревнования. Или ты - или тебя!..

- Будучи в Риме, веди себя как римлянин...

- Я и не сомневался, что на смерть драться ты не решишься. А еще страна традиций... Ладно, что с Винсом?

- Он здесь.

- Это я и так понял. Кто еще здесь?

- Этого тебе знать не стоит.

- Почему ж?.. Мне тоже интересно глянуть на того, кто горит желанием посмотреть на нашу схватку. Может мне бы тоже стоило привести зрителей?

- Не думаю...

- Оно и не странно! Думать - это не твое!..

Питер нахмурился и тоже вытащил палочку.

- Не будем же более оттягивать цель нашей встречи. В случаи моей победы - ты подчинишься моей воле, в обратной - я твоей. Я тебе обещаю, что из присутствующих никто не вмешается и с Винсом тоже ничего не случиться.

- Слово гриффиндорца, - Дима начинал понимать, почему его факультет не долюбливах представителей Гриффиндора.

- И это говорит слизеринец? - голос был явно не Питерсона и доносился откуда-то...

- Люмус Максима!

В глазах зарябило - сказывалось предыдущее заклинание, но он увидел. Винс стоял посередине с зажатым ртом, по бокам от него - Оувинс и Камистер, Стефолтон держал какую-то тряпку, которая казалась совсем прозрачной. Свет потух - они пропали.

- Ты что творишь?! Нас же моментально засекут!

- Не хилую ж ты поддержку приволок, Питерсон. Видимо, эта дуэль с самого начала собиралась быть не честной, - Дима так и не отвел палочку от места нахождения трех других гриффиндорцев. - Если вы попытаетесь вмешаться или что-то сделать Винсу - пеняйте на себя, - он медленно перевел палочку на Питера. - Неужели ты настолько труслив, чтобы сразиться со мной на равных?

- Знаешь, раньше ты мне больше нравился, а сейчас, - Питер принял боевую позицию, - начинаешь раздражать. Экспелиамос!

Расстояние между ними позволяло: а) уклониться; б) призвать защиту. Дима выбрал первое. Второе было надежней, но тогда бы он не смог сам произносить заклятия - не успевал бы.

- Это взаимно, Питерсон. Риктусемпра!

- Неужели я тебе нравился? Таранталлегра!

Дима даже не успел удивиться такой реплики, уклоняясь от странного заклинания.

- Мечтай! Ступерфай! Ты мне еще с первой мысли не понравился.

Питер чертыхнулся, так как еле успел увернуться от заклинания.

- Петрификус Тоталус! Твоей?

- Твоей! Экспелиамус!

Дима старался не задерживаться на одном месте, периодически поглядывая в сторону Винса. Видел он определенно лучше Питерноса, но тут не было за что цепляться. Жаль. Продолжаться так может еще долго и нудно. Надо было что-то делать.

- Воледлус! - странно, что Дима вспомнил именно это заклинание.

- Вот черт! - Камистера такой поворот явно пугал.

- Левикорпус!

- Проксис Партунум!

Дима даже пожалел, что Питерсон от такого заклинания увернулся.

- Да призови ты его палочку, Питер! - Стефолтон явно хотел помочь.

- Ассио палочка Димы!

В одно мгновение Загорный лишился своей палочки. Поймав ее, Питер довольно улыбнулся, предвкушая свою победу - не тут-то было.

- Значит, никто вмешиваться не будет? Пундус храпундус! - зеленая искра прочертила быструю полосу, и Джереми упал на пол, открывая троих других за ним стоящих.

- Что ты сделал?!

Питера аж перекосило от неожиданности. Оправдался самых большой его страх - Загорный колдовал без палочки. Именно поэтому он попросил прийти ребят и спрятал их под плащом-невидимкой. Он надеялся, что в случаи чего они смогут остановить его заклинанием из подтишка.

- Он храпит!

- Не надо было вмешиваться. Пусть поспит до рассвета. А с тобой, Питерсон, - на губах у Димы заиграла улыбка, - мы еще не закончили. Не хотите играть по правилам - я тоже не буду. Градус движус!

Питерсону повезло увернуться, искра прошла всего в сантиметре от него. В ином бы случаи он бы потерял координацию движений.

- Голодронус голодрыгус! Обморокус припадкус!

Одинарные искры сдвоились и все равно мимо.

- Проксис Партунум!

- Блокус!

В темноте помещения вспыхнул прозрачно-зеленый щит. Красиво, но заклинание полетело обратно. Питер согнулся пополам и завелся истерическим хохотом. Дима не атаковал - не в его правилах бить лежащих. Когда припадок прошел, Дима властно показал на него кольцом.

- Ну что, Питерсон. Захочется ли тебе еще хоть раз?..

Глаза Димы мгновенно остеклились, когда за окном блеснула молния, следом за ней грянул гром. Началось. Питер вскочил на ноги и уже готовился нанести новую атаку, но его оппонент не шелохнулся. Еще одна молния. Рука Димы опала, а нижняя челюсть задрожала. События той дождливой ночи волной накатились на парня, захватывая полностью, не оставляя места для реальности. В глазах скопились слезы, которые Питер не мог увидеть с такого расстояния.

Словно в тумане, Дима снова и снова слышал голос Паши, звавшего его, говорящего поторопиться. И он торопился, старался, чтобы не отстать. По его волосам сбегали капельки и падали за шиворот. Было холодно и очень мокро. До дому оставалось всего с десяток метров. Внезапно все и началось. Блеснула молния, а за ней последовал ее вечный спутник - гром. Дима не на шутку перепугался. Когда он открыл глаза, то увидел своего друга неподвижно лежащего на земле. Неведомый ранее страх. Дима звал его, а он не слышал. Новая молния. Дима попытался спрятать своего друга и себя самого, но негде. Молния, еще одна и еще. Кажется, они бью так близко, и сейчас поразят их. Дима ощущает сбитое дыхание Паши, но они должны побыстрее скрыться, прекратить эту грозу иначе... иначе!

Одинокая слеза проложила себе дорожку по щеке, за ней последовала следующая. Дима, будто забыв про то, где находился, что он тут делал, и что кто-то еще был тут. Он резко развел руки. Новая молния заставила его содрогнуться.

- Сила стихий, я взываю к тебе. Забери эту ненастью, успокой природу и принеси покой в этот край... - слабый еле слышный шепот, прерывающийся с каждым ярким всполохом.

- Что ты делаешь?! Дима, что ты творишь?

Вокруг Димы очертился круг, переливающийся всеми цветами радуги. Питер бросился вперед, но замер, увидел невидящие глаза, слезы и как он дрожал.

- Маклакен, что он делает?

Том и Стив разом отпустили Винса, но слизеринцу нечего было сказать. Долю секунды он стоял в нерешительности, но потом резко бросился вперед. Решительность читалось у него на лице, но что делать он даже не представлял. Остановившись в метре от сверкающего круга, Винс наблюдал, как Дима поворачивает ладони вверх и сводит руки перед собой.

- Дима. Дима!

Он не слышал их, он слышал только собственные крики, звавшие на помощь. Как он призывал силу стихий и как гремел гром.

- ...заставь бурю стихнуть. Заставь молнию остановиться. Заставь гром замолчать. Заставь. Заставь!

Сверкающий круг внезапно вспыхнул чистым белым светом и, высасывая у Димы энергию, взвился ввысь. Луч ударился в потолок, заставив весь Хогвардс содрогнуться. Землетрясение. Пол завибрировал, да так, что только Дима удержался на ногах. Ярчайший свет метался от одной стены к другой, ища выхода, освещая все вокруг. Треск стекла и вот сила, наконец, высвободилась из твердых замковых стен. Гроза мгновенно начала стихать.

Дима словно бездушное тело упал на пол, продолжая всхлипывать и стараясь сделаться как можно меньше.

- Вот черт! Дима! - Питер быстро подхватил слизеринца и пощупал пульс.

- Что с ним?

- Без сознания. Пульс ускоренный, но достаточно сильный.

- Нужно доставить его в больничное крыло! - Винс мгновенно оказался рядом, осматривая друга.

- Нельзя. Если мы это сделаем - нам всем перепадет. Это обычный обморок.

- Это истощение! Попробуй, призови такую силу сам, а там уж посмотрим!

- Во всяком случае, оставаться тут нам нельзя, - Питер решительно подхватил Диму на руки, поражаясь его легкости. - Том, Стив, доставьте Джема в спальню. А я отнесу Загорного. Дайте плащ.

- Я пойду с вами, - Стив не хотел идти в свою спальню или хотел пойти в чужую?

- Плащ не скроет нас четверых. Если что - скажите, что захотели перекусить, а Джем на кухне и заснул. Возьми плащ, Маклакенс.

Питер быстро направился в сторону выхода. Нельзя было терять ни минуты. Лучше побыстрее смыться отсюда. Такое землетрясение перебудило как минимум пол школы, это только вопрос времени, когда сюда нагрянет смотритель Шилцен и другие преподаватели.


***


- Теперь пароль придется менять!..

- Помолчи лучше!

Ютиться под одним небольшим плащом было ой как сложно. Не хватало еще привлекать внимание. Питеру было горько, что пришлось открыть тайну плаща-невидимки. Теперь слизеринцы про нее знают, хотя это не означает, что они смогут его засечь. В общей гостиной Слизерина было не людно, но студенты то и дело выглядывали из комнат, пытаясь понять что же произошло. Питер как-то не сразу сообразил, что собирается зайти в одной из спален и на глазах у не спящих слизеринцев возникнуть из неоткуда. Маклакенс то и дело останавливался, показывая, что впереди кто-то был. Винсу было нелегко положиться на человека, который уже пять лет со своими товарищами доставал его и его товарищей. Но выхода не было. Возможно, он был, но его нужно было бы еще искать. Времени уж точно не было. Жестом показав на дверь, слизеринец резко выскочил из-под плаща и направился дальше по коридору.

Питер, понадеявшись на чудо, толкнул дверь плечом и вошел в полумрак комнаты. Его удивление не имело границ, когда он увидел лишь одну кровать и больше никого. Он сбросил с себя плащ и аккуратно положил Загорного на кровать. Наложив на дверь запирающее заклинание, он быстро снял с Димы мантию и накрыл одеялом. Получилось весьма правдоподобно, будто он спит, и одежды не видно. Положив палочку слизеринца на ближнюю тумбочку, он мгновенно набросил плащ, так как в дверь постучали трижды. Незаметно отперев дверь, Питер замер в ожидании. Это был Винс.

- Питерсон, ты где?

- А где мне еще быть?.. Тут я, - не снимая плаща, ответил гриффиндорец.

Как бы пренеприятно это не было, но Винс это все же произнес.

- Сейчас тут переполох, так что не высовывайся. Посиди минут двадцать, а потом иди куда вздумается.

- Не боишься оставлять меня с ним?

- Боюсь. Я все же буду надеяться, что ты не такая сволочь, какой я тебя считал все последние пять лет.

- Какое очаровательное признание!..

Винс не стал отвечать и просто скрылся за дверью. Их всех разгоняли по постелям, и ему тоже следовало там быть. Пришлось подчиниться. Как ему этого не хотелось, но пришлось положиться на гриффиндорца. При одной этой мысли он чувствовал себя предателем. Поспать этой ночью ему нормально так и не удалось.


## Глава 7. Преподаватель зелий


Как всегда после такой отдачи энергии у Димы болела голова, а чувствовал он себя чрезвычайно опустошенным. Проедет, по меньшей мере, дня два, пока он сможет снова нормально заклинать. Пока же стоит ограничиться слабыми заклинаниями школьной программы. Будто не было такого, что ему вообще запрещалось использовать магию.

Дима бы еще поспал, но восстанавливать силы лучше еще и едой. Он медленно открыл глаза. Парень не сразу понял, что перед ним. Обычно он привык видеть одеяло и балдахин, но тут было что-то другое. Протерев один глаз, Дима приподнялся на локте и снова посмотрел на 'это'. Первым без сомнения был шок, но Загорный благоразумно сдержал рвущийся вопль. А вот второй порыв можно было воплотить в жизнь. Согнув ноги, Дима со всей силы спихнул Питерсона со своей кровати. Гриффиндорец утащил с собой одеяло, а Загорный, слава Мерлину, был одет.

- Что ты творишь? - тон был какой-то не злой, а скорее вопросительный.

- Это ты что делаешь в моей постели?!

Питер недовольно осмотрелся и понял, что спальня действительно не его. Злой Загорный был тому еще большим подтверждением, хотя...

- Я замерз и залез погреться. У вас тут, не топят что ли?..

- Как ты вообще тут оказался?

- После вчерашнего, хотя это уже сегодня случилось... ты в обморок грохнулся. Мне пришлось тебя сюда тащить.

- Обморок?

- Ты что-то говорил на своем языке, а потом вырвался этот луч. Потом ты упал в обморок.

Дима вспомнил произошедшее. Гроза. Он все же заставил ее уняться. Как всегда он потратил слишком много силы. Нужно с этим что-то сделать, иначе он каждую бурю будет падать в обморок.

- Эй?

Дима резко отшатнулся назад, так как Питерсон нагнулся к его лицу.

- Чего тебе?

Дима не произвольно отвел глаза. Ему было неприятно, что гриффиндорцы увидели его в таком состоянии. Винс еще ладно - он будет молчать, а вот эти.

- Поблагодарить меня не хочешь? Я же мог тебя там бросить и не рисковать собой, пробираясь сюда.

- Винс, значит, провел...

- Он. Так как?

- Спасибо...

- Что-что? Я не услышал, - Питер умышлено пододвинулся ближе. Дима зло на него зыркнул, но повторил уже громче.

- Спасибо. Доволен?

- Не совсем, но ладно. Тогда, - Питер отошел и взял свой плащ, - увидимся за завтраком, Дима.

Загорный только хотел удивиться своему имени произнесенным его голосом, но гриффиндорца уже не было в комнате. Дверь захлопнулась, оставив Диму одного. Оглядев комнату, он поднялся с кровати и вернул одеяло на место. На часах было лишь полседьмого. Понедельник - день тяжелый. Дима быстро сбросил жилетку и принялся расстегивать рубашку, когда почуял что-то неладно. С распахнутой рубашкой, он развернулся к своей кровати. Не двусмысленная вмятина. Такой взгляд мог бы и убить.

- Я был прав - у тебя великолепная фигура!

- Пошел вон, извращенец!


***


Уже прошло больше месяца обучение и все казалось текло своим чередом: сон, еда, занятия, домашние задания, иногда тренировки и снова сон. Обстановку так же разбавляли периодические стычки с гриффиндорцами, заканчивавшиеся каждый раз по-разному. Однажды даже случилось так, что Дима обнаружил себя в какой-то аудитории с Питерсоном за одной партой, в то время как Винс и Оувинс пытались выяснить отношение, не столько Гриффиндор против Слизерина, сколько их собственные разногласия. На самом деле Дима помнил, как отказался в той аудитории. Подлые Питерсон подлил ему одурманивающего зелья в напиток, а потом незаметно увел туда. Винс, завидев пропажу, поспешил отыскать друга. В кабинете уже поджидал Оувинс открытый для разговоров и даже к драке.

Тот случай кончился тем, что Питерсону пришлось сдерживать рвущего и готовящегося высказать пару ласковых заклинаний Диму. Винс воспользовался моментом и огрел своего оппонента молчаливым заклинанием. На этом и порешили. Только перед уходом, Дима все же ударил Питера под ребра (получилось слабее, чем хотелось).

С тренировками обстояло сложнее. Загвостка состояла в том, что игрокам было неудобно пользоваться палочками на лету, да и они часто путали блокирующие заклятие. Сам же Дима летал и ловил снитч - ничего сложного или уж настолько интересного он не видел. Когда он высказал такую догадку Винсу, тот предположил, что это из-за отсутствия сопернического духа. Матч Слизерина с Хафлпафом должен был состояться уже через неделю, так что ждать оставалось не долго.

Утро понедельника для Димы началось не с будильника, как обычно, а с настойчивого стука в дверь. Зевая и пытаясь сообразить, что кому понадобилось в такую рань, Дима недовольно вылез из-под теплого одеяла. Стук повторился.

- Кто там?

- Открывай скорее, Дима!

День обещает быть веселым, если сутра пораньше в дверь твоей комнаты стучится декан.

- Профессор, - он не сдержал зевок, - я вас слушаю.

Преподаватель Зельеварения был как всегда идеален в своем внешнем виде. Длинные светлые волосы были собраны в высокий тугой хвост на затылке. Черная мантия без каких-либо украшений была распахнута, а под ней виднелась белая рубашка и темные брюки на бедрах. Такой его вид больше подошел бы для изысканного приема, чем для ведения урока... Дима почуял неладное.

- Мне нужно срочно отбыть кое-куда, так что меня сегодня не будет. Я уже обо всем договорился: ты - меня заменишь - проведешь четыре урока. Все нужное я уже подготовил - оставил у себя на столе. Отпирающее заклинание ты знаешь, только потом не забудь запереть. Ничего я не забыл? - профессор потер подбородок. - Рецепт я написал, но, думаю, его ты и так знаешь. Вот еще, - он резко ткнул в Диму пальцем. - Никого не подпускай к моим вещам. Особенно Лимпфона!

Насколько Дима знал, преподаватель по Защите от темных искусств был единственным человеком, которого Дроклов называл по фамилии. Что ли снова Гриффиндор против Слизерина?..

- Это все, - профессор быстро развернулся и направился к лестнице.

- Профессор!

- Да? - Дроклов только голову повернул.

- Могу я хоть узнать: куда вы уходите?

Профессор только довольно улыбнулся и начал спускаться по лестнице. Дима недовольно захлопнул дверь. Он - преподаватель!.. Очень смешно! Парень рывком распахнул дверь ванной. 'Просто замечательно!'.


***


- А ассистента ты можешь себе взять?

- Будешь как все. Не хватало мне еще за тебя беспокоиться...

- Жаль. Что у нас будет сегодня?

- Скоро узнаешь. Дроклов, подозреваю, специально для меня постарался.

Дима подошел к двери аудитории, по другую сторону которой уже должны были собраться студенты. Последний раз глубоко вдохнув, он отворил дверь. Удивление на лицах стоящих ближе всего было неописуемое.

- Занимайте свои места.

Сам Дима направился за преподавательский стол, где уже успел все подготовить для проведения урока. Сегодня ему зелье готовить не доведется, но зато у других проверять придется.

- Профессора Дроклова не будет, так что занятие у вас проведу я. Можете обращаться ко мне: 'Дмитрий Сергеевич', - он окинул взглядом недоумевающий студентов. - Итак. Начнем. Сегодня мы изучаем зелье Гретхем Зетсуи. Кто может что-то сказать о его свойствах?

Студенты так и продолжали сидеть в нерешительности. Только одна рука поднялась в воздух. Дима все же предположил, что просто не все знают про это зелье.

- Стефи?

- Это зелье сильнейшее из очистителей сознания, его еще называют - Очистительным. Одного его глотка хватает, чтобы полностью сосредоточится на каком-то одном занятии.

- Хорошо. Пять балов Гриффиндору. А что произойдет, если приготовить его неправильно? - ни одного желающего. - Если зелье Гретхем Зетсуи приготовить неправильно, то оно очистит ваше сознание настолько, что вы какое-то время будете подчиняться только телесным порывам. Так что советую не пробовать ваше зелье до того, как я проверю. А теперь, - Дима взмахнул палочкой и на доске проступил рецепт, - приступайте. У вас час.

Урок шел как по маслу. Дима ходил между рядов и наблюдал за приготовлением зелий. Один рейвенкловец успел испортить зелье, и Дима сказал ему начать заново. Балы он не стал снимать, оставив это до проверки результатов. Несколько студентов все же обратились к нему по имени-отчеству, и он любезно прокомментировал нужные действия. По окончанию отведенного времени, Дима объявил о подведении итогов.

- Хорошо. Десять балов Слизерину, - Винс остался доволен собой.

Еще три слизеринца получили свои заслуженные балы, однако с других пришлось снять. Рейвенкловцыи так и не справились. Только один из двух хафлпафцев приготовил все правильно. Гриффиндорцев Дима оставил на потом. Девушки получили свои заслуженные балы. Камистер и Питерсон получили зелья нужного цвета, но запах был совершенно не такой. Балы пришлось снять.

- Как испорчено?! Оно такое же, как и у Элиз! - Питер, однако, считал иначе.

- Питерсон, оно испорчено. Наверное, вы положили слишком много столбняковой травы!..

- Да все с ним нормально! Вот, - Питерсон зачерпнул бледно-зелоно-серое варево маленькой ложечкой и демонстративно проглотил.

- А вот так делать не стоит, - Дима одним движение опустошил котлы двух гриффиндорцев. - Сейчас у вас будет наглядный пример действия неправильно приготовленного Очистительного зелья.

- Да ничего со...

Питерсона резко выпрямило. Он схватился рукой за краешек парты и какое-то мгновение не двигался. После он расслабился. Рука отпустила парту, а веки немного опустились, закрывая затянувшиеся туманкой глаза.

- Поскольку доза была небольшой - действие продлиться всего несколько секунд. Однако не советую сейчас его нервировать, да и... - Дима запнулся, так как Питерсон резко перевел взгляд на него.

Зная, какой может быть эффект, временный преподаватель сделал шаг назад. Потом еще один. Питер тоже подступился и, когда Дима уперся в парту, резко пододвинулся впритык и накрыл его губы своими. Ожидавший совсем не такого действия, Загорный попытался отстраниться, но куда уж там. Толчок и вот он уже лежит на парте, а Питерсон накрывает его сверху, не прекращая грубого поцелуя. Недовольно замычав, Дима пытался отпихнуть навалившегося на него Питера, но безрезультатно. Такой контакт губ продолжался от силы секунд десять. Дима увидел, как гриффиндорец открыл уже не затуманеные глаза, в которых отразилось удивление. Он резко отстранился, хотя вставать со слизеринца пока не спешил.

- Что за?

Дима резко поднялся на руках и двинул озадаченного Питера лбом в лоб. Скорее от потрясения, гриффиндорец свалился на пол, потирая ушибленное место.

- Тридцать балов с Гриффиндора за ослушивание учителя и в последствии нападение на него! - злой до глубины души, Дима перевел взгляд на обалдевших студентов. - Вот что может случиться, если не слушаться преподавателя! Урок закончен. Всем вон!

Загорный спрыгнул на пол и, не обращая внимание на пораженные увиденным взгляды, направился в кабинет профессора, громко хлопнув за собой дверью. Студенты еще какое-то время наблюдали за дверью, надеясь увидеть продолжение, но не тут то было. Дима так и не появился. Собрав вещи, все направились на следующий урок. Винс хотел пойти к Диме (сейчас у него было окно), но посчитал, что лучше пока оставить его одного. Выходя из аудитории, он бросил испепеляющий взгляд на Питерсона и скрылся за поворотом.

- Если честно - я от тебя такого не ожидал, - Том подал руку Питеру.

- Да я тоже, - Питерсон благодарно принял предложенную руку и поднялся на ноги. - Во всяком случае, не сегодня.

- Значит, помыслы все же были... - Элиз удобно устроилась на парте рядом со Сьюзан. - И как?

- Да, я толком и почувствовать ничего не успел. Я помню, что глотнул зелья, а в следующий миг я уже лежу на чем-то теплом и мягком, а губы касаются чего-то мокрого... - Питер провел рукой по ушибленному лбу.

- Ты так говоришь, будто он - бесчувственная колода!.. - Элиз недовольно развела руками.

- Да, со стороны все намного эффектней смотрелось, - Сьюзан опустила глаза, а на щеках вспыхнул легкий румянец.

- Да уж. А теперь он сидит там и дуется на тебя, - раздался звук разбивающегося стекла. - Или злится...

- Круша все подряд. Если он испортит что-то важное для профессора, то ему влетит...

- А виноват в этом будешь ты!

Девушки переглянулись и разом кивнули чему-то.

- Том занесет твои вещи.

- А ты иди и останови его.

- Не забудь извиниться!

- Возможно, заслужишь еще один поцелуй, - Сьюзан снова покраснела и направилась к выходу.

Элиз подхватила вещи Питера, вручила их Тому и потащила последнего за собой в коридор.

Вины Питерсон не чувствовал совсем, только обиду за то, что так и не почувствовал вкуса поцелуя. Он быстро убрал содержимое котлов и поспешил в кабинет преподавателя. Дверь была не заперта, и Питер быстро проник внутрь. Картина была весьма и весьма завораживающая: Дима стоит посреди помещения, заставленного шкафами с разными ингредиентами для зелий, а вокруг него битое стекло; в руках парень держит небольшой сосудик с блестящей розовой жидкостью, будто колеблясь: разбить или не стоит. Только прикрыв дверь, Питер быстро подскочил сзади и выхватил зелье. Дима, резко развернулся и готов был дать оплеуху. Питерсон быстро перехватил приближавшуюся руку и потянул ее вверх, заставляя слизеринца шагнуть вперед. Зелье он поставил на ближайшую полку и освободившейся рукой быстро отвел руку с перстнем.

Дима почти ожидал, что Питерсон последует за ним. Но он слишком отвлекся и не услышал, как открылась дверь. В тот момент ему хотелось только крушить. Он мгновенно разбил все колбы, которые имелись под рукой. Когда легко восстанавливаемые предметы кончились, он схватился за ближайшее зелье и как раз раздумывал: стоит ли оно того. Когда у него выхватили колбу, он уже был готов дать гриффиндорцу пощечину, но его рука была перехвачена, а его самого подтянули, заставляя встать на цыпочки. Руку с перстнем благоразумно отвели в сторону - оно и правильно. У Димы на языке уже крутилось несколько "неприятных" заклинаний. Однако Дима не растерялся. Видя, что Питерсон собирается что-то сказать, он быстро заехал ему коленом между ног. Получив свободу, парень быстро отскочил к полкам. Он наблюдал, как гриффиндорец согнулся почти по палам.

- Не смей меня больше целовать, извращенец!

- А ты говоришь, что это мы страна "традиций", - Питер поднял голову и с необычайной скоростью оказался рядом с Димой, прижав его руки к шкафу за ним. - Не смей мне приказывать. Я же не специально на тебя набросился, - Питерсон придавил слизеринца своим телом и зашептал ему на ухо. - Ты сам должен был меня спровоцировать. В тот момент я совершенно не думал, какой ты привлекательный, так что порыву и неоткуда было взяться...

У Димы мурашки по коже побежали. Загорный попытался вырваться, но физически он значительно уступал Питерсону. Однако в следующее мгновение Питер сам отстранился. Он деловито осмотрел пол кабинета и достал палочку.

- Околос Репаро!

Колбы, мензурки и прочая стеклянная утварь мгновенно начала возвращаться в свое целое состояние. Закончив, Питер еще раз взглянул на слизеринца. Дима не сводил злого взгляда и держал кулаки крепко сжатыми.

- Если тебе от этого станет лучше - прости, - Питер виновато развел руками.

Дима малчал, продолжая сверлить его глазами. Питеру ничего не оставалось, как покинуть кабинет.


***


К концу дня, провевший еще три пары, Дима раскладывал оставшиеся компоненты на полки. Как не странно, инцидентов на уроках больше не было. То ли первый, третий и четвертые курсы восприняли его, как достойную замену, или же и раньше случались пропажи профессора Дроклова. Ответа не было среди разных за формой сосудов и высушенных трав. В спальню, дверь которой выходила в кабинет, Дима не заходил - делать ему там нечего. Он и не сомневался, что на замок наложили такое запирающее заклятие, что пришлось бы изрядно повозиться.

В дверь постучали. Надеясь, что это не Питерсон, Дима разрешил войти. Оглянувшись через плечо, он увидел Винса.

- Что было на занятиях? Про меня не спрашивали?

- Да... ничего интересного, - Винс откашлялся и подошел, став у другого шкафчика. - Преподаватели были в курсе твоего отсутствия и ничего не говорили.

- Что было на Уходе? Фаерленс снова рассказывала про василисков?

- Да, она еще сказала, что возможно покажет нам парочку на следующем занятии...

- Вот как?.. - Дима резко развернулся, направляя свою палочку Винсу в горло. - Кто ты?

- Дима, что ты делаешь?! Неужели не узнаешь меня?

- Ты - не Винс. У него голос будет помягче, а ты словно мороженого переел. Да и про василисков нам на прошлом занятии не рассказывали, - Дима пододвинул палочку к горлу псевдо Винсу. - Говори: кто ты, иначе я объявлю тревогу. Ну?

- Дима?..

- Считаю до трех. Раз, два...

Резкое движение и Дима лишился своей палочки. За какое-то мгновение, его руки заломили за спину, а к горлу приставили другую палочку. Загорный недовольно поморщился, а у самого уха прозвучал уже другой, знакомый голос.

- Как не разумно с твоей стороны, Загорный. Я же только посмотреть хотел...

- Простите, но я получил от профессора Дроклова особое распоряжение не пускать вас сюда, профессор Лимпфон.

- Жаль, что я так просто прокололся, но идея была хорошая. Не так ли?

- Идея - хорошая, но плохо продуманная.

- Должен с тобой согласиться. Так что мы будем делать? Ты же не расскажешь Гектору про этот маленький инцидент?

- Профессор, если бы вам предстоял выбор между верностью декану и преподавателю, что бы вы выбрали?

- Я бы выбрал правильный, на тот момент, вариант.

- Вот и я тоже, так что еще раз простите, профессор, - Дима резко развернул кисть правой руки. - Пундус храпундус!

Сам слизеринец не видел, как с перстня сорвалась зеленая искра, но почти мгновенно держащие его руки отпустили. Тихий звук упавшего тела и стук дерева о каменную кладку пола. Дима поправил воротник и недовольно посмотрел на своего преподавателя, выглядящего как Винс Маклакенс. Мелькнула мысль, что он вырубил своего собственного друга, но она быстро улетучилась. Слизеринец наложил сковывающее заклинание (на всякий случай), облокотил тело об один из шкафчиков и написал записку: 'Пришел в обличии Винса и хотел что-то 'посмотреть'. Дима'. Листок бумаги, Дима оставил висеть в воздухе возле преподавателя. Далее он собрал свои вещи, запер кабинет и отправился в свою комнату.


## Глава 8. Меткий отбивала


До конца дня Дима так и не увидел Винса. Он попытался поискать своего друга, но поиски увенчались ничем. Хоть об этом пункте маскировки, Лимпфон позаботился, как следует. Когда же, наконец, раздался стук в дверь спальни, слизеринец незамедлительно подорвался со своего места, но за дверью он обнаружил своего декана. Дроклов выглядел необычайно довольным. Не дожидаясь приглашения, он прошел в комнату и занял единственный стул. Дима прикрыл дверь и уселся на кровать, выжидающе поглядывая на декана. Профессор еще мгновение улыбался каким-то своим мыслям и полностью сосредоточил свое внимание на студенты. Поджав одну ногу, удерживая ее руками, Дроклов, наконец, заговорил:

- Молодец, Дима. Ты хорошо выполнил мое поручение и за это тридцать балов Слизерину. Но ты сделал больше - сумел поймать замаскированного шпиона! Еще двадцать балов Слизерину. Моя встреча увенчалась огромным разочарованием, но ты смог поднять мне настроение. За это тебе мое личное спасибо. Но у меня вопрос. Ты написал, что Лимпфон выглядел как Винс. На чем же он прокололся? Да и как ты смог опередить его в заклинаниях? Он же все же выучен на аврора.

- Я подозреваю, что он использовал Оюоротное зелье, а оно не изменяет голоса. Еще я задал контрольный вопрос, на который он должен был не знать ответ. На счет же заклинаний, - Дима поднял на уровень глаз руку с перстнем, - он сумел лишить меня палочки, но не обезоружить. Это мало кто знает, но... я могу колдовать и без палочки.

- Да, я слышал что-то об этом. Кольцо, значит?

- Оно концентрирует в себе магию, как палочка, но оно всегда на мне и отпадает надобность лезть в карман или куда-то еще.

- Тогда все понятно. Ты, кстати, не видел Винса? Лимпфон говорил, что оставил его в своем кабинете. Не мог бы ты пойти его забрать. Не хватало, чтобы мой студент так много времени проводил на территории гриффиндорца, хоть и бывшего, - Дроклов поднялся со стула и направился к выходу, но задержался в двери, будто вспомнив о чем-то. - Дима, пусть этот инцидент останется между нами, хорошо? - профессор одарил Загорного такой зловеще-довольной улыбкой, что студент моментально кивнул. - Вот и отлично. Не забудь забрать Винса.

На часах значилось пол девятого. Дима вздохнул и, набросив свою мантию, заглянул сначала в спальню шестого курса Слизерина, а потом, все же не обнаружив друга, направился в кабинет преподавателя по Защите. Когда он поднимался по последней передвигающейся лестнице, она внезапно пришла в движение, переведя его совсем в другой коридор. Обходной путь, если возвращаться назад, был довольно таки долгим. Хотелось побыстрее вернуться к себе и Дима шагнул в незнакомый коридор. Видимо, из подлости, лестница моментально стала на место, отрезая путь к отступлению.

Было видно, что коридором не часто пользуются. Было темно, так как загорался только каждый третий факел. Недовольные картины моментально просыпались и начинали бормотать про неусидчивую молодежь, не имеющую уважения к старшим. Стараясь не обращать внимания на возмущенно бормотание, Дима продолжал идти в глубь. По дороге не встречалось ни одной двери, но на галерею картин это тоже не походило. Вскоре справа появилась дверь, но она была настолько неприглядной, что заглядывать туда не было никакого желания.

- Доброго вам вечера, заблудший студент, - сквозь старое дерево просочился прозрачный призрак, изрядно напугавший Диму. - Не пугайтесь, это всего лишь я - Почти Безголовый Ник. А вы?.. О! Дмитрий Загорный! Я хорошо запомнил ваше эффектное появление в Большом зале. Слухи о вас так и ходят по всей школе. Поговаривают, что вас взяли к команду по квидичу. Уже готовы к игре с Хафлпафом?

Разговаривать с приведением не очень хотелось. Мало Диме было приставаний Поручика Ржевского, так еще и тут свои приведения. Однако это приведение казалось весьма дружелюбным. Возможно, даже могло подсказать путь до кабинета Лимпфона.

- Я считаю себя достаточно подготовленным, но все покажет игра.

- Хороший ответ: уверенность, но и невысказанные возможности. Скажите, а вы знакомы с Остином Хорном или может знаете Джека Нисэльса?

- Не имел чести...

- Вот и не советую вам с ними знакомиться. Лучше иногда не знать, что происходит в стенах Хогвартса...

- Почему же? Они имеют что-то против меня?

- Я бы не употребил слово 'против', скорее тут бы подошло - 'на'...

- На меня? - призрак кивнул. - У них на меня что-то есть? - еще кивок, но уже с небольшим сомнением. - И что же?

- Лучше вам этого пока не знать. Просто запомните эти имена. Считайте мои слова предупреждением, - Ник начал быстро погружаться в пол.

- Подождите! А не было бы 'предупреждение' более полезным, если бы я знал, чего ожидать?

- Возможно. Но, в конце концов, я приведение Гриффиндора, а ты - слизеринец. Приятно оставаться.

Дима еще хотел спросить про коридор, но приведение уже скрылось в полу.


***


- И ничего?

- Как видишь! Он мне так и не простил...

- Было бы за что обижаться! - гриффиндорцы шестого курса разом посмотрели на Стива. - А что?! Подумаешь поцелуй, - он демонстративно вскинул и опустил руки. - Вот если бы ты его на том столе отымел!..

- Он бы убил меня, не задумываясь, - Питер хмуро улыбнулся.

- Значит, уже думал об этом?.. - Пиретсон смерил Стива взглядом. - Ладно, молчу!..

- Странно, что вы обговариваете это перед игрой, - Сьюзан, красная словно репа, только согласно кивала словам Элиз. - Да еще и за завтраком. Мне, конечно, тоже интересно, но можно и попозже. О, вот и почта.

Множество сов влетели в огромное окно у самого потолка Большого зала. Студенты моментально оживились, ловя посылки из дома и из бюро доставок. Питер непроизвольно обернулся посмотреть, не прилетел ли купидончик. Дима оживленно обсуждал что-то с капитаном слизеринской команды по квидичу, не забывая при этом поглощать завтрак. Из задумчивости Питера выдернул толчок в бок. Вернувшись в нормально положение, он увидел, что перед ним сидит белоснежная сова и письмом, привязанным к лапке.

- Не похоже на школьную сову.

- Породистая, - согласилась Стефи.

Питер же быстро протянул руку и снял письмо. На небольшой бумажке было не очень ровным почерком написано: 'Я принимаю твои извинения, но чтобы больше такого не повторилось!'. Автор не затруднял себя подписью, но все и так было ясно. Питерсон еще раз глянул на Слизеринский стол и поймал на себе секундный взгляд Загорного, но последний мгновенно отвернулся.

- Чему ты так улыбаешься? Что там?

- Разрешение на следующий шаг...


***


- Делай все так же, как на тренировках!

- Будто можно по другому?..

- И не вздумай выделываться!

- Будто мне такое свойственно?..

- И обязательно жди моего сигнала, а то!..

- Да хватит уже, Оскар!

- Прости, Дима. Просто я так нервничаю...

- Так не надо срываться на мне! Кошмар! Вот почему не нервничаю я?

- Сам не пойму. Я перед своей первой игрой дрожал, словно листок на ветру... и кончилось все не очень хорошо...

- Но сегодня все будет хорошо. Амулеты не подведут, а тебе волноваться не о чем. Свою задачу ты знаешь...

- Бить только по сопернику. И кто еще капитан?

- Действительно интересный вопрос...

Дима и Оскар рассмеялись, чем моментально заслужили полотенцами по голове.

- Кончайте уже. Нам через пять минут на выход.

- Следи, как и с кем разговариваешь, Бред. Любой игрок команды заменимый, - Оскар Шильстон вытянулся во весь свой не малый рост и навис над вратарем. - Если так сложится и квоффл окажется у соперника, - капитан прищурил глаза, - посмей только пропустить хоть один единственный мяч!..

Дима только театрально закатил глаза. Брать давлением - не очень благородно (с его точки зрения). Однако... ему и самому казалось странным, что он не нервничал. Не знал он, что был настолько самоуверен. Диме казалось, что сейчас он бы всю команду соперников победил в одиночку. Загорный тряхнул головой. 'Что это со мной? Почему все кажется таким простым и легким? Бред какой-то!'


***


- Первый матч сезона: Слизерин против Хаффлпаф. Болельщики приветствуют появляющиеся команды. Погода явно одобряет эту игру, так как на небе не тучки. Но не стоит смотреть вверх! Лучше гляньте на поле! Мистер Тимор уже выстроил команды, и готовиться выпустить мячи! - задорный голос Джереми Стефолтона разносился по всему полю для квидича.

- Я ожидаю от вас чистой и красивой игры!

- А вот и мячи! Квоффл перехватывает Скримжер, и Слизеринцы устремляются в атаку. А вот и первый пас. Для тех, кто еще не знает - у Слизерина новая техника пасования, привезенная из дальнего зарубежья. О, какой неудачный бросок! Примси готовиться перехватить мяч, но нет! Мяч изворачивается и бьет ее в живот! Бедная девушка!.. А Варсон как ни в чем не бывало, хватает мяч и несется к воротам Хаффлпафа. Бладжер пролетает в сантиметре от головы Варсона. Дрик еще бы чуть-чуть... Пас Лернис. Девушка метнула мяч прямо в руки вратаря! Гронис не успевает сориентироваться и вот он уже летит к земле. Джек хватает своего игрока за воротник, предотвращая падение. Не пройдет и десяти минут, а вся команда Хаффлпафа уже будет лежать на земле! Разве это не против правил накладывать заклятия на мячи? Куда смотрит судья?! Гол. 10:0 в пользу Слизерина. Мяч снова у Скримжера. Пас Лернис. Отлично, Дрик! Прямое попадание в спину, но, похоже... Да, Лернис намерена продолжить игру! Она летит к кольцам и забивает. 20:0 в пользу Слизерина. Хаффлпаф в растерянности. Давайте ребята, иначе вас разделают подчистую! О, похоже, Нели заметила снитч! Она устремляется к земле, делая резкий вираж. Куда же смотрит охотник Слизерина?! Неужели Загорный думает дать девушке фору? Он просто висит в воздухе! Ой, 30:0 в пользу Слизерина. Где же Нели?! Она зависает недалеко от ловца Слизерина. Похоже, снич утерян. 40:0. Соберитесь Хаффлпаф!

Ощущение радости захлестнуло Диму, как только он вылетел на поле, занимая свое место немного повыше всех остальных. Он снова в игре и это великолепно. Вот под ним началась возня, и игроки разлетелись в направлении колец Хаффлпафа. Дима тоже отлетел и занял самую лучшую обозревательную позицию. Ему было горько, что он не мог принимать участие в этих перехватах мяча, а вынужден ждать сигнала для ловли снитча. Похоже, амулеты, которые он потрудился сделать для загонщиков, работали превосходно. Вот игроки-противники уже начинают терпеть потери. Дима поменял позицию и поискал глазами золотой мячик. Странно, что другой ловец помчалась куда-то вниз. Снитч сейчас летает недалеко от места действия. Глянув на трибуны, парень поразился увидеть несколько плакатов со своим именем. А рядом и Винс. Внимательно следит за игрой и периодически поглядывает на него. Еще гол. Видимо, судья находиться в неком недоумении происходящим. Неужели ему еще не приходилось видеть заговоренный пас? Неважно. Осталось только дождаться сигнала. Оскар сказал, что стоит набрать больше очков.

Висеть в одном месте было не весело, Дима резко сорвался с места и устремился в противоположный конец поля. Вскоре он с удивлением обнаружил, что девушка от него не отстает. Внезапный свист вернул его к игре. Парень слишком близко подлетел к месту действий, и его чуть не сшибло бладжером. Резкий рывок и вот он летит вертикально вверх, уходя от других игроков. Делая петлю, он обнаружил, что Оскар уже выпустил вторую подряд зеленую игру. Все прочие, видимо, восприняли это как знак Слизерина, но это был сигнал.

- Загорный снова меняет направление и мчится к болельщикам Рейвенкло! Неужели хочет польстить фанатам?.. Нели держится у него на хвосте, но ее метла ничто по сравнению с Торнадо 3000. Да, дорогие болельщики! Ваш любимый иностранный маг не летает на разном хламе!.. Ой, он заметил снитч! Упс, гол. 80:0. Загорный устремляется за снитчем. Маленький мячи направляется в нашу сторону! Но что это! Бред, ты как всегда меток! Загорный получает бладжер в бок и стремительно летит к земле. Нели ловит момент и старается заработать для своей команды хоть 150 очков. Загорный замирает в метре от земли! Он корчиться от боли и медленно опускается на песок! Похоже, наш хваленый драконоболец так и уйдет с поля для КВИДИЧА ни с чем!..

Дима чувствовал, что этот дурацкий мяч ему точно что-то сломал. И этот Стефолтон еще смеет упомянать драконобол?! Там игроки хоть не калечат друг друга мячами, а умышленные действия такого характера запрещены правилами (хотя они не всегда соблюдаются). Возможно, Дима и покинул бы поле, отправившись в больничное крыло, но не теперь. Этот Стефолтон себе слишком многое позволяет! Собрав всю волю в кулак, держась одной рукой за грудь, Дима поднялся на ноги и призвал метлу. Не взлетая, он высмотрел золотой мячик и больше не спускал с него глаз. Он уже раньше проверял, на что способна эта метла. Пора еще раз оправдать свое название. Резко оторвавшись от земли, Дима устремился за мячиком, который, похоже, понял, во что вляпался. Ветер свистел в ушах, а вокруг все смазывалось, оставался только снитч. Ребра болели, и парень постарался унять боль, плотнее прижавшись к метле.

- Загорный снова в воздухе. Видимо, его ударило не так сильно, как нам показалось... Он быстро проноситься мимо Джека, оставляя его в замешательстве смотреть по сторонам. Нисэльс заметил Загорного и что-то кричит своим игрокам. Гол. 100:0. Загорный обгоняет Нели и нагоняет снитч. Вот уже золотой мячик в метре от его вытянутой руки. 250:0. Слизерин победил, - недовольно объявил Джереми и внезапно снова схватился за микрофон, - но что мы видим! Загорного снова сбивает бладжер! На этот раз Бред попал в голову! Загорный падает на землю и уже ничего не замедляет его падения!..


***


Дима резко сел в своей постели. Ему снова снился кошмар, преследовавший его с детства: ничего не понятно, ничего не запоминается, но становиться страшно и хочется плакать. Раньше он плакал, но не сейчас. Дима схватился за гудевшую голову и поразился бинтам, стягивавшим ее. Во рту ощущался противный привкус. Осмотревшись, парень понял, что находиться в больничном крыле. Ему только единожды приходилось тут бывать и то в экскурсионных целях. За большими окнами сверкали редкие звезды, а неполную луну частично закрывали тучи. На койках Дима увидел еще двух посетителей, но те не двигались - спали.

Первый матч и так закончить. Дима злобно сжал одеяло. Он был почти уверен, что капитан команды умышлено настроил отбивал вывести его из игры таким способом. Джек Нисэль. А ведь приведение предупреждало его. Недосмотрел - получил. Если он ненароком повстречает капитана или отбивалу, что так метко поцелил, то и им придется посетить больничное крыло.

И все же тут было как-то неуютно. Вокруг все было слишком белое, даже оставленные цветы в ночном свете казались каким-то неопределенным пятном. Дима весь вспотел, и ему ужасно хотелось вымыться. Надо бы потом еще поспать, а здесь он вряд ли получит желаемый отдых. Дима осторожно спустил ноги с кровати, обнаружив, что пол необычайно ледяной. Сделать первый шаг было сложно, да и еще он умудрился за что-то переципиться, хотя вокруг ничего не было. Направившись к выходу, Дима услышал скрип позади себя и обернулся на звук. Никого. А он уже подумал, что медсестра решила его остановить. Вот только... стула возле его кровати не было. Повернувшись всем телом к бывшей недавно его кровати, Дима начал прошаривать пространство взглядом - никого.

- Не стой так - замерзнешь...

Диму даже не удивило внезапно накрывшее его шелково-прозрачное покрывало и теплые руки обнявшие сзади. Он еще по голосу понял, кто это, но с радостью принял это тепло. Вот только б еще ноги не мерзли.

- Что ты тут делаешь?

- За тобой присматриваю. Мисс Татсторн сказала, что с тобой все будет в порядке. Знаешь, у тебя было сломано два ребра и трещина черепа?..

- Про ребра я еще догадывался, - Дима внезапно снова почувствовал накатившуюся усталость. - Можешь сделать мне одолжение, как пострадавшему от зверства вашей игры?

- Странно слышать это от того, чья игра предполагает наличие двух живых огнедышащих драконов. Да и немыслимо, что ты просишь меня. Я же могу и взамен что-то попросить, - Дима молчал. - Ладно, сделаю. Что?

- Проведи меня до моей кровати...

- Боишься, что сам не дойдешь? - Питера даже немного повеселила такая мысль.

- Да...

Вся веселость Питерсона разом пропала. Больше не произнося ни слова, они развернулись и направились к выходу из больничного крыла. Всю дорогу до подземелий Питер поддерживал Диму за талию не давая упасть (пару падений все же предотвратил).


## Глава 9. Ловкость загонщика


Два следующих дня Дима провел в постельном режиме, наплевав на занятия и не пуская никого в свою комнату, кроме Винса. Декана парень видеть тоже не особо хотел, но Дроклов входил сам и без разрешения (хоть стучал). Расхваливая своего нового ловца, профессор, узнав о его состоянии, пообещал приготовить парочку зелий для ускорения процесса выздоровления. К несчастью (или счастью) Дроклов выполнил свое обещания. Зелья и на вид и на вкус не заслуживали ничего хорошего, но свое предназначение выполнили. Дима погрузился в глубокий сон без сновидений и уже на следующий день был готов идти на занятия. Утро его встретило купидончиком, который не дождался завтрака, настойчиво стучал в окно подземелий.

Веселый, довольный и превосходно себя чувствующий Дима отправился на занятия. Домашние задания он, разумеется, не сделал, но учителя были уведомлены о состоянии студента заботливым деканом Слизерина. Расписание сегодня было простым, позволявщее не особо напрягаться. Первой шла гербология, где они изучали довольно таки "безобидное" растение, как изволила выразиться профессор Моглобтон. Небольшой пушистый кустик обладал очень шипастыми и гибкими лианами. Глубоких царапин Диме удалось избежать лишь по тому, что у него была привычка внимательно слушать преподавателя. Второе занятие было сдвоенная история магии. Нудно, народу мало, но нужно записывать. Диме даже стало интересно: был ли этот профессор-призрак таким же при жизни? Пообедав, он отправился на Прорицание. Уже после первых двух занятий, на которые ходило всего несколько студентов (в основном девчонки), Дима пожалел, что согласился на уговоры матери изучать как можно больше предметов.

С начала этого года, они изучали карты Таро, переходя от простых раскладов к все более сложным. Со Слизерина эти занятия посещала только одна студентка - Синди Варлуок, которая постоянно составляла компанию Дима. Девушка была интересной, хотя слишком, как казалось парню, увлеченная гаданием. Сегодня Диме посчастливилось, и профессор Дример лично делала ему расклад, показывая, как следует делать и чему уделять внимание при толковании. Раскладу парень все равно не верил. Преподаватель предсказала ему огромное количество "воды", которое должно было изменить его "дом", после чего бы последовала "игра". Бред и только, хотя при названии первого элемента, Дима ненароком подумал про ливень. Синди предложила свой вариант толкования, заведя невероятно занимательную беседу с профессором Дримером.

Последняя в расписании была Нумерология. Диме особенно нравилось вырисовывать красивые руны, хотя значение их он помнил не всегда. На этот предмет записалось еще меньше студентов, так что всем уделялось повышенное внимание.

- И что же ты хотел?

Винс ждал его возле выхода из кабинета. Слизеринец еще за обедом сказал, что хотел бы кое-что обсудить.

- Это следует обсуждать в более подходящем месте. Пошли, - Винс оттолкнулся от стены и направился прямо по коридору. - Если не ошибаюсь, то...

Дверь следующего кабинета распахнулась и из нее вышли остальные слизеринцы шестикурсники.

- Винс, Дима, - приветствовал их вышедший первым Нельсон МакКлакер. Все остальные кивнули или помахали рукой. - Случайно не на второй этаж? - парень ехидно ухмыльнулся.

- Случайно, - Винс одарил его такой же улыбкой.

Шестой курс Слизерина в полном составе направился к лестнице. У Димы были хорошие отношения со всеми сокурсниками факультета, но вместе они собирались только по двум причинам: повеселиться от души и напортачить (одно не исключало другого). К вечеринке явно не шло. Дима уже заявлял свое "не стоит" и "не надо", но приходилось тихо себе признаваться, что веселиться можно и так.

В план Диму не посвятили, значит, он должен узнать или догадаться на месте. Когда все ступили на лестницу, ведущую в восточный коридор на третьем этаже, она резко пришла в движение. Рывок был настолько резким, что слизеринцы впечатались в правые перила. Нэт не устояла на ногах, повалившись на каменные ступеньки. Она обижено пискнула и не спешила подниматься на ноги. Этим Нэт избежала участи всех остальных.

Внезапное движение лестницы рассредоточило Диму. Он плотно вцепился в перила, оставаясь на месте, и первый попал под ярко-розовый луч заклинания. Перед глазами поплыли пятна, казалось, что волосы зашевелились. На случай еще одной атаки, Дима резко присел, прячась за перилами. И тогда он услышал крик ужаса рядом с собой. Бет с открытым ртом разглядывала пряди своих золотисто-красных волос.

Дима быстро глянул на других сокурсников и пораженно раскрыл рот. У всех волосы были перекрашены в броские, противные цвета или их сочетания. Волосы Винса торчали во все стороны и были насыщенного голубого цвета, Нельсона - кроваво-красные, Чарема Грутена - ярко салатовые, у Колина Картена болотные пряди чередовались с желтыми, относительно длинные волосы Людвига Дустрона были золотыми, а на концах красными. Из девушек только Нэт сохранила свои светло-русые волосы. Синди Варлуок была словно радуга с разноцветными волосами, Линда стала обладательницей насыщено синей прически. Понимая всю значимость увиденного, Дима поднес прядь своих волос к глазам - насыщено розовые. Резко вскочив на ноги, он попытался увидеть злоумышленников, но те уже скрылись. И все же определенные соображения у парня были.

- Если я не ошибаюсь, то это заклинание держится сутки, - Нэт не спешила вставать со ступенек. - А вам даже немного идет.


***


Странно было наблюдать в гостиной Слизерина группировку с ярко окрашенными волосами. Шестикурсники заняли два дивана и кресло возле камина, усердно старались не замечать насмешек и разнородных взглядов.

- Тут даже нечего обговаривать - месть! - Линда, как и другие девчонки, была настроена более чем решительно.

- Но кому? Разве кто-то смог кого-то разглядеть?

- А разве это не явное доказательство?.. - Бет соединила две разноцветных пряди. - Думаю надо действовать немедленно. Они не будут ожидать атаки так скоро. Сможем застать их врасплох!

- Может все же не стоит торопиться?.. - Колина пронзили такие злые взгляды, что он умолк на долго.

- У меня есть кое-какие соображение, но они могут некоторым не понравиться...

- Предлагаю выслушать все варианты, а потом уже решать.

Диме не нравились мысль об отмщении, но еще больше ему не нравились его розовые волосы. Он не носился со своей внешностью, но это уже было слишком. Однако его что-то тревожило. Ему казалось или в подземельях похолодало? Возможно, это тут совсем не причем. Странное чувство было не обоснованным, да и появилось из неоткуда. Может это постороннее влияние? Или же... Его мысли разом остановились, когда ткань на подлокотнике кресла неожиданно, будто под давлением, примялась.


***


У Питера даже сомнения не возникли, что их выходка слизеринцам уж точно не понравиться, так что нельзя было давать им возможность отомстить. Однако он был не единственным агентом в лагере врага. По настоянию друзей в подземелья проникла еще и Сьюзан. Хоть девушка и казалась слабой и скромной, она умела пользоваться боевой магией не хуже любого аврора. Проблема только в том, чтобы не попасться на глаза Загорному. Он-то знает про анимагические способности Сью. Девушка была официально зарегистрированным анимагом, но своих способностей все же не афишировала. Питера скрывал плащ-невидимка, который он еще на втором курсе нашел в секретной нише их гостиной вместе с картой Мародеров. Однако не исключено, что Дима или Маклакенс поведали своим сокурсником про этот небольшой секрет гриффиндорца. Надо было быть на чеку, но... увидев насколько слизеринци увлечены планом мести, расслабился. Стоять было неудобно, а сев на пол, он должен был бы потратить время на вставание в случаи чего.

Посчитав, что подлокотник, сидевшей в кресле Бет, не понадобиться, Питерсон медленно присел на краешек, делая ногам передышку. Загорный сидел как раз слева от него - крайний на диване. Все же было интересной идеей покрасить его волосы именно в розовый цвет. Жаль только идея покраски принадлежала не самому Питеру, а Тому, который спал и видел пакости слизеринцам. Цвета выбирали вместе, вот только Стив настоял, чтобы Маклакенса покрасили в голубой. 'С чего вдруг такое рвение?' - еще тогда подумал Питер. Спорить никто не стал. Затея была в том, чтобы слизеринцы выделялись из толпы. Разговор как раз подошел к самой важной части - плану. Питерсон был весь во внимании, но его отвлекло легкое натяжение ткани. Он посмотрел вниз и замер, словно молний пораженный. Загорный смотрел прямо на него, даже не сквозь него. Дима пытался увидеть сквозь плащ и... В РУКЕ ОН СЖИМАЛ ТКАНЬ ПЛАЩА!!! На лице парня было удивление, но еще одно слабое движение на себя и его лицо исказила злость.

- Винс, помолчи. Среди нас шпион... - голос Димы был холодным и будто пропитан ядом.

Питер сглотнул, понимая, что сейчас произойдет.

- Что ты имеешь в виду?.. - Винс мгновенно напрягся и осмотрелся по сторонам. - Что ты?!.. - парень только сейчас обратил внимание на положение друга: нагнувшийся вперед и, как будто, что-то сжимает в руке.

Одним рывком Дима стянул с Питерсона плащ и отбросил его в сторону (плащ упал внешней стороной к верху, так что остался невидим для остальных). Слизеринцев больше поразило материализующийся из воздуха Питерсон, чем то, что его скрывало. Питер в душе улыбнулся удивлению на их лицах, но радоваться было нечему. Гриффиндорец мгновенно вскочил на ноги и полез за палочкой, но Дима оказался быстрее. Загорный ткнул свою палочку в бок Питерсона.

- Кого мы видим. Питерсон! Что-то я не припоминаю, чтобы ты переходил на Слизерин, - Людвиг медленно поднялся на ноги и достал свою палочку. - Шутка ваша удалась на славу, но теперь наш черед отыгрываться.

- Нет!

Дустрон, да и все прочие, непонимающе уставились на Диму, который даже со своего места не поднялся, держа Питерсона на прицеле.

- Что это значит, Дима?

- Ты считаешь, что мы не имеем права на ответный ход?

- Дима?

- Он староста и за любые наши действия мы понесем ответственность. Если что-то с ним случиться, то мы лишимся балов, а он этого не стоит.

Слова Загорного были правильными и обещали Питеру сохранность, но глаза слизеринца уж никак не предвещали положительного исхода.

- Что же ты предлагаешь?

- Позвать декана. Студент другого факультета пробрался в нашу гостиную без приглашения и, возможно, замышляя что-то ОЧЕНЬ плохое.

- Это наклеп.

- Возможно, но ты же не можешь это доказать, так же как мы не можем обвинить вас в произошедшем ранее.

- Это не наши студенты вас покрасили.

- Я же и не говорю именно об ЭТОМ инциденте!.. - Дима довольно улыбнулся и поднялся со своего места. - Винс, позови, пожалуйста, декана. А ты, - он усилил нажим на палочку, - в мою комнату.

- ЧТО?! - Винс, уже направлявшийся в кабинет Дроклова, на мгновение замер.

- Надо же его убрать с глаз долой. Никто не может гарантировать, что другие слизеринцы не захотят 'поприветствовать' такого гостя.

Питер думал так же. Дима молниеносно подхватил и свернул плащ-невидимку, после чего направил Питерсона в сторону спален. Как и ожидалось, на гриффиндорца и приставившего к его спине палочку слизеринца смотрели абсолютно все. Питер поискал глазами Сьюсан, молясь Мерлину, чтобы она не вздумала в это вмешиваться. Девушки нигде не было видно. Или она слишком хорошо пряталась, или уже мчала к своим.

- Дай свою палочку, - войдя в комнату, потребовал Дима.

- А что будет, если я откажу? - оказавшись с Загорным в комнате, Питер почувствовал большое облегчение.

- Тогда я ее сам заберу!..

- Валяй, - Питер раскинул руки, позволяя лазить по своим карманам сколько заблагорассудиться.

- Асио палочка! - поймав палочку, Дима, наконец, опустил свою.

- Какой ты скучный, - Питер даже немного обиделся. Подойди Загорный ближе, он бы не удержался от возможности потискать его. Почему-то за последние дни у него это стало навязчивой идеей, а тут еще эти ярко-розовые волосы.

- Еще чего! - Дима положил палочку гриффиндорца в карман, а свою держал наготове. - Будто я не знаю чего от тебя можно ожидать, - он сел на свою кровать и Питер мельком подумал, что именно там ему и место.

- И чего же? - Питер сделал два шага в сторону Димы, но тот только снова поднял палочку.

- Еще шаг и ты получишь Петрификус Тоталос!.. - холодный много обещающий голос.

Питер и не сомневался в другом исходе. Сделав обманное движение вперед, он присел, уклоняясь от обещанного заклятия, и резко рванул вперед. За долю секунды он оказался возле ног Димы (вот, что означает быть загонщиком), а уже в следующее мгновение повалил его на темное покрывало со змеей, выбив палочку из руки, прижав руки слизеринца так, чтобы оградить себя от возможных заклятий. Такая резкая смена ролей настолько сильно поразило Загорного, что он секунд десять просто всматривался в лицо державшего его гриффиндорца. Позже его лицо исказила злоба, но вырываться он не стал (чем немало поразил Питерсона). Дима только немного приподнялся, сближая их лица.

- Сделаешь мне что-нибудь, и ты труп!..

Если бы взглядом можно было убивать, а голосом замораживать, то Питера уже б не было среди живых. А ведь он до сих пор не знал всех возможностей зарубежного мага. Не зря же его сюда пригласили, поговариваю же, что он прикончил Лари Лестерсона непростительным проклятием, никто же больше не может колдовать без палочки, хоть и с перстнем. Рисковать Питер не хотел. Мало ли еще что Загорный может выкинуть.

- Тогда ответь мне на один вопрос, и я тебя отпущу, - Дима нахмурился, но промолчал. - Как ты колдуешь без палочки?

- С помощь перстня, кретин! Ты-то уже должен был это заметить!..

- Что с помощью перстня, я понял еще в зале для дуэлей, а... - Питер запнулся, когда лицо Димы исказила боль, но ей быстро на смену пришла ярость.

- Так чего же ты спрашиваешь?! Отпусти меня!

Дима резко рванул вперед, но Питер не попался на одну уловку дважды, мгновенно отшатнувшись. Получив свободу, слизеринец отпихнулся от кровати и толкнул Питерсона. Последний упал на пол и был моментально оседлан. Перстень с изумрудом настойчиво смотрел в лицо гриффиндорцу. Перспектива была не радующей, но Питеру такое положение все же казалось забавным.

- Значит, ты любишь быть сверху...

Дима мгновенно смутился, осознав, в каком положении он сейчас находился. Такую улыбку было не возможно ни с чем спутать. Все мысли Питерсона сейчас были на лицо. Настолько откровенно желание по отношению к нему напугало Диму сильнее, чем встреча с темным английским магом, а смутила даже больше, чем если бы он застал кого-то из своих друзей за чем-то ОЧЕНЬ личным.

Питер не ожидал такой бурной реакции: Загорный весь раскраснелся и убрал руку с перстнем, держа ее на уровне глаз, будто защищаясь от гриффиндорца. Питер был поражен, но своего шанса не упустил. Он резко сел, подхватив Диму за талию, не давая упасть на спину. Теперь получилось так, что они сидели между ног друг друга. Питер прижал слизеринца ближе и аккуратно взял его за подбородок. На губах гриффиндорца играла задорная улыбка.

- Только не говори, что ты еще...

Что тут говорить, когда все на лицо. Красный как редька, а сердце бьется словно бешеное. Глаза Димы были расширены, а дышал он ртом. Теперь уже Питер подумал, что блондином ему быть лучше, чем розововолосым.

Словно загипнотизированный, Дима сидел и смотрел в эти карие глаза, в которых видел бушующее пламя - пламя страсти. Одна рука прижимала его к гриффиндорцу, а другая держала за подбородок, не давая отвести взгляд. Он понимал. Он все прекрасно понимал, но ничего не делал. Просто сидел и смотрел на это пламя, пока вдруг не осознал, что оно приближается. Когда их губы почти соприкоснулись, дверь резко распахнулась, заставив Питера недовольно глянуть на вошедших.

- Питер, как ты посмел!..

Дроклов замер как вкопанный, а стоящий рядом Винс даже рот открыл. Немая сцена продолжалась довольно долго. Дима резко отпихнул от себя Питерсона и вскочил на ноги. Казалось, что он покраснел еще больше, а дыхание оставалось все таким же сбитым.

- Профессор Дроклов, я требую действий!

- Пятьдесят балов с Гриффиндора за проникновение в гостиную другого факультета и еще двадцать за совращение студентов моего факультета! Марш к себе! - профессор подскочил и, схватив гриффиндорца за руку, потащил к выходу.

Питер только и успел кинуть разочарованный взгляд на раскрасневшегося и злого Диму. Маклакенс так и остался стоять с открытым ртом.

- Что это было? - выговорил Винс, когда дверь захлопнулась.

- А на что это было похоже?! - Дима резко развернулся лицом к другу.

- Неужели Питерсон положил на тебя глаз?..

Дима только обхватил себя руками и уставился в пол. Неужели в подземельях действительно похолодало или его морозит только об одной мысли о Питерсоне?

- Похоже, на то...

Дима и Винс разом вздрогнули. Источник звука нашелся быстро. Рыжая белка слезла по балдахину и метаморфознулась в немного смущеную девушку, присевшую на краю кровати.

- Черт возьми!..

- А ты-то тут, что делаешь?! - Дима резко шагнул к Сьюзан. - Я сейчас имею полное право снять очки с твоего факультета, за проникновение...

- Знаю, но я рассчитываю, что ты этого не сделаешь. Именно поэтому я и показала себя.

- Значит, за нами следили два шпиона! Сказать по правде, от тебя я такого не ожидал!

Не смотря на повышенный тон Димы, девушка оставалась спокойной.

- Не надо на мне срываться. Я просто хочу забрать палочку Питера. Ты же ее так и не вернул.

Дима быстро вытащил палочку и поспешил отдать Сьюзан, будто она была проклята.

- Плащ пусть пока остается у тебя. Его я унести не могу...

- Я могу отдать его декану.

- Можешь, но не сделаешь. А теперь мне пора. Увидимся завтра на Гербологии, - Сьюзан взяла палочку в рот и снова приняла форму белки.

Когда она пробежала возле Винса, он негромко спросил:

- Стефи, ты - белка?

Белка остановилась и взяла палочку лапками.

- А ты можешь быть и смешным, Маклакенс, - с этими словами она выбежала за дверь.


## Глава 10. Вода-проказница


Последующие две недели Дима активно избегал Питерсона. На общих уроках, он садился подальше, а в случаи непредвиденной встречи, менял маршрут.

Близился Хелоуин. Все начинали готовиться к празднику. Хоть у себя дома, Дима его не отмечал, он загорелся желанием в нем поучаствовать. Самым большим вопросом для него стал выбор костюма, но он был не одинок.

- Думаю, тебе бы подошел костюм ангела, - как-то вечером сказал Винс.

- Это идея! Ну а сам ты кем будешь? - Дима дописывал работу по Нумерологии, периодически поглядывая на друга, развалившегося у него на кровати.

- Не знаю еще. Это такой сложный вопрос... Мама уже предложила раскраситься как демону, но мне что-то не очень нравиться идея.

- Размажешься еще потом по другим, - Дима довольно улыбнулся.

- Ага. Тогда ты подвергнешься нападению темных сил в лице Питерсона, - знал же куда бить.

- Ну, знаешь! - Дима поставил жирную точку и вскочил со стула.

- Кстати, о Гриффиндоре. Почему-то в последнее время они утихомирились. Неужели что-то снова намечают?.. Да и Оувинс прекратил свои подколки. Представляешь, я сегодня столкнулся с ним на лестнице, а он и слова не сказал. Будто я для него существовать перестал...

- Для тебя это так важно? - Дима сказал это с неким намеком, но Винс только безразлично покачал головой.

- Просто непривычно. Он меня с третьего курса достает, а до того и не замечал, вроде. Хоть жить спокойней станет.

- А может, ты уже спать пойдешь, а то нам завтра рано вставать?..

- Я бы с радостью, но!.. - он театрально развел руками. - Чарем привел свою девушку и попросил нас с Нельсоном отлучиться "ненадолго". Слушай, а может мне к тебе переселиться?..

- А где же Людвиг?

- Его я не видел с обеда. Наверное, тоже где-то с кем-то...


***


Проснулся Дима от того, что ему было холодно и... мокро? В стекло мирно постукивали капли дождя. Он потрогал одеяло и удивился тому, что оно оказалось влажным. Не понимая, что произошло, Дима сел и поджал ноги, желая согреться, но бесполезно. Простыня тоже была влажной, а подушка какой-то сырой. Недовольно протерев глаза, слизеринец осмотрелся и непонимающе уставился на стол, плавающий в каком-то метре справа от него. Вскочив на ноги, Дима мало того, что ударился об потолок, так еще и заставил кровать погрузиться в воду. Вода омыла ступни Димы и отступила.

- Какого?!

В комнате плавало все. Даже шкаф, который казался довольно стойким, сейчас покачивался недалеко от Димы спинкой вверх. Хотелось кричать и кричать громко. Все вещи, все учебники и домашние задание, лежавшие на столе были намочены, если не промокли полностью. Вообще откуда тут вода?!

Делать нечего. Дима попытался дотянуться до палочки и перстня на тумбочке, отплывшей в другой конец комнаты, но ему это не удалось. Пришлось слезть с кровати в ледяную воду и вплавь добираться до тумбочки. Надев кольцо, Дима взял палочку и произнес отпирающее заклинание. Вода мгновенно начала отбывать, но не полностью, как рассчитывал парень. Ему было уже по пояс, когда он заметил, что в коридоре столько же воды.

- Не может быть!.. Потоп?!


***


- Видимо "землетрясение", - Вирджиния сделала паузу, - произошедшее больше месяца назад, не прошло даром, как мы думали...

Еще бы! Все утро преподаватели спасали слизеринцев от нагрянувшей беды. Уровень воды был настолько высоким, что затопил выход из гостиной. Старшие студенты, что знали нужные заклинания, сумели проплыть это расстояние и поднять панику. Дима бы сам отправился за помощью, но долг заставил его и Бет оставаться возле младших курсов. Первокурсники чуть не плакали, а другие причитали, что тут им и придет конец.

Было два варианта выхода: выплыть или рушить потолок. Преподаватели выбрали первое. Они мгновенно поспели к студентам и начали спасательную операцию. Преподаватели наколдовывали пузырьки с воздухом и небольшими группами выплывали. Хуже всего было то, что вода стремительно прибывала. Когда ситуация более или менее была взята под контроль, Дима быстро переодел пижаму в форму (странно было одеваться в воде).

Завтрак для всех начался значительно позже. Студенты трех других факультетов пораженно смотрели на Слизеринский стол. Почти все слизеринцы сидели в пижамах. Всех высушили, но смотрелись они все равно вяло. Винс тоже додумался надеть форму, но сообразительней всех оказались девчонки старших курсов. Они не только успели переодеться, а еще и накраситься, да и вообще выглядели будто ничего и не произошло.

- Подземелья затопило, и мы ничего не можем сделать, пока идет дождь. Студентам Слизерина придется пожить в другом месте, пока подземелья не будут высушены, а трещины в основании замка не устранены. Поскольку у нас нет такого количества жилых помещений, чтобы поселить всех вместе, придется вас, слизеринцы, разделить. С первого по третий курс поселятся с Хаффлпаф, четвертый и пятый курсы - с рейвенкловцами, ну, а шестой и седьмой курсы - отправятся в башню Гриффиндора.

Зал моментально загудел. Принять, приютить у себя слизеринцов. Только отдельные личности, по стечению их личных обстоятельств, были согласны на такое. Слизеринцы были возмущены значительно больше, но их недовольные голоса притихли, как только директор снова заговорила.

- Слизеринцы, вы можете забрать свои вещи, но только под присмотром преподавателя. Это относится к старшим курсам. Остальным вещи доставят преподаватели. Занятия никто не отменял, так что быстро завтракайте. Слизеринцы могут пропустить первое занятие, но на следующее, чтобы явились. Как уже некоторые догадались - Зелий сегодня не будет. И еще...

Двери зала резко распахнулись, и в походе появился злой, словно растормошенный клубок змей декан Слизерина. С его одежды и волос капала вода, но он не обращал на это внимание, быстро шагая по проходу к преподавательскому столу. Еще никогда Диме не приходилось видеть профессора в таком беспорядке: одежда была мокрой и местами грязной, мантию он вообще где-то дел, волосы были распущены и мокрыми локонами спадали на лицо и спину. Однако такой вид был коротко временным. Дроклов поднял свою палочку, и одежда его высохла, стала снова чисто и свежей на вид. Проведя рукой по волосам, он просушил и их, одновременно укладывая, словно зачесанные назад.

- Как наши дела, Гектор?

- Я бы мог вас обнадежить и сказать много чего хорошего, но это было бы ложью. Все не просто плохо. Все паршиво! Еще немного воды и все подземелья погрузятся под воду! Будет такой аквариум со слизеринцами! Мои покои не пострадали, но долго защитные чары не продержатся! Нужно немедленно достать все запасы, иначе нам влетит в копеечку все это восстановить!

- Хорошо, мы этим займемся, но сначала нам нужно позаботиться о студентах. Быстрее заканчивайте, и деканы других факультетов отведут вас в новые апартаменты. Поскольку Хогвардс не резиновый, то некоторым придется потесниться. Будьте к этому готовы!..


***


- Поскольку спальни рассчитаны максимум на пятерых, придется подселить одних к другим, - Лимпфон выглядел довольней некуда, похоже, сейчас его мысли занимало что-то другое. - Девушки, вам повезло. Вас десять, так что ваши комнаты так и остаются, можете идти. Парни, вы уж простите, но троих из вас придется подселить к нашим семикурсникам. Ваш прошлый состав так и остается, так что идите, ищите двери со своими именами. Дальше. Девушки, - он осмотрел оставшихся шестикурсников, - вас четверо, а наших двое. Придется немного потесниться. Будете жить вшестером. Уберем пару тумбочек, и будет как раз. Можете идти. Возражения принимаются только в письменном виде по каждому второму вторнику нечетного месяца. Идите, - Бет так и не высказала все, что надумала и тихо догнала подруг. - Остаются парни. Вас шестеро, но не беспокойтесь - вас селить вшестером не будем. Наших четверо, так что один из вас подселится к ним. Не надо спорить, я уже знаю, кто это будет. Загорный жил один, так что подселяться будет он. И не надо благодарить меня за такое мудрое решение вашей делемы. Все свободны. Я уже сказал, когда принимаются возражения, так что идите, обосновывайтесь, - декан Гриффиндора сжег пергамент с распределением и направился к выходу, насвистывая что-то себе под нос.

- Вот повезло!

Винс одобряюще похлопал Диму по плечу. Другие парни тоже сочувствующе на него поглядывали.

- Это же надо такое! И сколько же нам придется провести в этом обители зла? - Винс недоверчиво смотрел абсолютно на все предметы в гостиной. - Я тут долго не выдержу!

- Ничего не поделаешь. Во всем виноват этот потоп, - Людвиг пожал плечами и первым направился к спальням, он был еще одним из немногих, кто додумался переодеть пижаму.

Диме тоже не нравилось такое количество красно-золотистых цветов. Зайдя в комнату, он сразу сообразил, куда ему нужно было. Крайняя правая кровать была единственная завешана зеленым балдахином и застелена черным покрывалом с серебристой змеей. Запихнув свои вещи по новым местам, а плащ-невидимку под кровать, он быстро отправился в ванную. Больше всего он хотел стать под теплый душ и согреться, но он определенно не был готов к кранам в форме львиных голов и ванной на львиных ножках.


***


Целый день Дима провел на взводе. Слизеринцу совсем не нравилась идея обитать в башне Гриффиндора. Ему там было неуютно... Даже попытка воссоздать слизелинскую обстановку в его углу комнаты была бесполезной. Он до последнего отсиживался в комнате друзей, после отправившись в ванную для старост. Дима максимально оттягивал момент возвращения в 'свою' комнату. У него был один план, но его воплощение зависило от времени.

Слизеринец тихо приоткрыл дверь комнаты и услышал раскатистый храп, в промежутках которого доносились монотонные постукивание дождя в стекло. Погода была отвратительная и еще долго обещала оставаться таковой. Видимо, он здесь надолго. Дима тихо вздохнул и, как можно тише, прикрыл за собой дверь. Решив не рисковать, он, проходя мимо каждой кровати, запустил в спящих Пундусом храпундусом. Пусть спят до рассвета, а там и он проснется. Положив свои вещи на стул, Дима переоделся в пижаму и залез под одеяло. В башне было теплее, значительно теплее, чем в подземельях. Сон мгновенно увлек Диму в свой мир, но сегодня он обещал быть неспокойным.

Выйдя из ванной, Питер поразился, что все уже спят. А ведь он хотел еще кое-что обсудить с Томом. Ладно. Оно может подождать и до завтра, а пока... Он с интересом посмотрел на пятую кровать с зеленым слизеринским балдахином. А ведь он так и не узнал, кого к ним подселили. Один быстрый взгляд не разбудит спящего. Подойдя ближе, он услышал тихое всхлипывание, которое проскакивало между храпом Джема. Подумав, что ему показалось, Питер подошел к кровати и, раздвинув балдахин, замер на месте. В проникшем лунном свете, на бледном лице спящего блестели две влажные дорожки. Тихо всхлипывая, слизеринец каждый раз поджимал ноги, пытаясь казаться меньше. Его губы двигались, но слов Питер не слышал.

- Загорный? Дима!.. - Питерсон протянул к спящему руку, но она была перехвачена на подходе. Кажись, подумав немного, Дима притянул ее к себе и прижал к груди.

- П...

- Что? - Питер залез на кровать и нагнулся.

- Паша... - слизеринец сильнее сжал руку, и по щеке покатилась еще одна слеза.

- Дима, проснись! - Питер второй рукой начал трясти парня, но это было бесполезно.

- Паша, помоги!.. - Дима потянул одну руку вперед и гриффиндорец сжал ее своей.

Питер не мог просто так оставить плачущего Загорного и не потому, что он бы не дал ему заснуть. Осторожно стерев влагу со щек слизеринца, Питер взял его лицо в ладони и соединил их губы. Просто поцелуй, только прикосновение. Дима снова всхлипнул и обеими руками вцепился в пижаму гриффиндорца. Питер оборвал поцелуй и обнял Загорного, плотно прижимая его к себе. Так они и сидели некоторое время, пока Дима, наконец, не престал всхлипывать. Его дыхание стало ровным и, похоже, кошмар отступил. Неохотно Питер высвободился и уложил слизеринца, укрыв одеялом. А Дима может быть милым, хотя, похоже, только когда спит. Жаль. Питерсон провел пальцами по своим губам. Его внезапно осенила очень интересная идея. Если воплотить ее в жизнь, то что-то может получиться. Питер бросил на Диму много обещающий взгляд и отправился спать. Надо будет завтра сутра зайти к Лимпфону.


***


На следующее утро Дима проснулся с очень странным ощущением. Он помнил, что ему снилось что-то плохое, но сон ушел. Глянув в окно, Дима заметил, что балдахин открыт, а он точно его закрывал. Что-то тут было не то. Вот уже рассвет и заклятие спадет с его сокомнатников. Нужно было торопиться. Наспех приняв душ, слизеринец привел себя в порядок и поспешил в совятню. Он хотел написать Паше о последних событиях и спросить совета в подборе костюма на Хелоуин. Проходя мимо средней кровати, Дима на мгновение задержался. Почему-то ему не понравилась эта довольная улыбка на лице Питерсона. Избегал его две недели, а теперь им жить в одной комнате. Вот он - закон подлости. Сегодня ночью ничего не случилось, так как Дима заранее все просчитал. 'И за что мне такое наказание?' - развернувшись, слизеринец отправился писать письмо первому лучшему другу.


## Глава 11. Правда - Дело


Вернувшись в гостиную после занятий, Дима и Винс поразились стоящей в дальнем углу красно-зеленому шатру с вкраплениями золотого и серебряного.

- Примирение Слизерина и Гриффиндора?

- Почти, - парни разом обернулись на голос и увидели Сьюзан Стефи. - Пока это просто шатер, но примирение одно из возможных последствий. Вот держите, - девушка протянула два конверта с написанными сверху именами. - Надеюсь, вы все же примете приглашение, - не дождавшись ответа, она развернулась и отправилась к выходу из гостиной.

- Приглашения?

Парни осторожно открыли конверты и достали небольшие письма.


' Дима Загорный,

сегодня в восемь часов вечера будет проведен такой себе 'Развлекательный вечер' и мы приглашаем вас прийти. Собираются шестой курс Гриффиндора и Слизерина. Мы очень надеемся, что вы польстите нас своим присутствием.

Шестой курс Гриффиндора'


- И что ты думаешь? - спросил Винс, увидев, что у друга написано тоже самое.

- Не знаю. Похоже на ловушку, но не думаю, что Сьюзан бы подсунула нам таковую...

- Что-то слишком хорошего о ней мнения!..

- Просто она ничего плохого мне не сделала. Вот я и не держу на нее зла.

- Так что делать будем?

- Развлекаться с гриффиндорцами...

- Звучит не очень обнадеживающе, но если что мы можем в любой момент уйти.

- Тогда ладно. Посмотрим, что нам предложат хозяева башни...


***


Когда Дима и Винс приоткрыли подол шатра, в середине уже собралось достаточно народу. Похоже, они ждали только их. Внутри было светло и уютно. Посредине палатки стоял низкий столик, а пришедшие сидели на больших подушках. В воздухе летала какая-то корзинка и множество светлячков, освещавших шатер.

- А вот и вы. Заходите, садитесь, - Питерсон был как никогда приветлив.

Дима напрягся, хотя виду и не подал. Они заняли две оставшиеся подушки и только теперь парни заметили, что собрался не весь Слизерин. С их факультета пришли только девчонки.

- А где же все остальные?

- А зачем нам остальные? Нас двенадцать: шесть девушек и шесть парней. Мы посчитали, что будет лучше, если соберется равное количество участников.

- Участников?

- Да. Сегодня мы сыграем в игру, которую должны все знать. 'Правда - дело'. Вот только мы ее немного переделали. 'Дела' мы напишем, каждый по два, и потом будем вытаскивать в случайном порядке. Так же всем надо будет выпить вот это, - с взмахом палочки, в центре стола появилась бутылка с прозрачной жидкостью и двенадцать бокалов. - Это зелье правды. Все, что будет сказано или сделано в пределах этого шатра тут и останется. Все согласны? - молчание. - Будут какие-то возражения или вопросы? - Питер, улыбаясь, осмотрел всех.

- Ты сказал, что 'дела' мы напишем...

Элиз, сидевшая справа от Питера, взмахнула палочкой и из корзинки вылетели бумажки. К каждому из присутствующих подлетело по два клочка и материализовалось перо.

- Пишите все, что хотите, но без имен. Можете использовать: 'справосидящий' или 'человек напротив', а еще 'третий справа'. И пишите с учетом того, что написанное потом придется в точности выполнять.

- А в каких рамках держаться? - Дима подозрительно покосился на Питера.

- В пределах разумного и чтобы не выходило за стены шатра. Именно при условии непричастности других студентов, декан позволил нам это устроить... Приступим?.. - Питер демонстративно написал что-то на своих бумажках и положил их в опустившуюся ниже корзинку.

Остальные переглянулись (в частности слизеринцы) и тоже начали что-то писать. Дима краем глаза отсчитал, что Питер сидел в четырех людях от него и написал: 'Дать пощечину пятому слева'. Над второй он думал дольше и, в конце концов, написал: 'Выпить сто грамм водки'. В случаи чего, Загорный мог телепортировать бутылочку откуда-то поближе. Сложив свои листки в корзину, парень начал наблюдать за остальными. Девушки уже почти все справились, осталась только Сьюзан, которая придумала только одно 'дело'. Остальные гриффиндорцы сидели и ждали. Похоже, они заранее придумали что писать. Винс тоже долго думал, но справился все же быстрее Сьюзан. Когда все бумажки были сброшены в корзину, перья дематериализовались. Питер приподнялся и начал разливать зелье по бокалам (на последнем бутылка как раз опустела). Гриффиндорец положил пустую бутылку на бок посредине стола.

- А теперь, чтобы было интересней, поменяемся все местами!

- Зачем это?

- Могу поспорить, что когда писали, то рассчитывали на кого-то конкретного. Если же мы пересядем, то собьем все просчеты и результаты 'дел' могут стать намного интересней. Давайте, давайте!..

Питер встал и начал поднимать слизеринцев, так как гриффиндорцы все делали не пререкаясь. Все перетасовались и сели на свои новые места. Дима сидел между Элиз и Бет, напротив него примостился Питерсон. Винс каким-то образом умудрился сесть с Томом справа и Сьюзан слева. Возле Питера оказались Линда и Джереми. Стив был зажат двумя слизеринками: Нэт и Линдой. По другую сторону от Элиз сидела Синди и они как-то не по дружески поглядывали друг на друга.

- Начинаем, - Питер демонстративно взял и осушил свой бокал.

Другие последовали его примеру. Только Дима под столом (незаметно для других) выпустил искру и посмотрел на напиток истинным зрением. Сомнений не было - это зелье правды. Подумав еще раз, он последним осушил свой бокал.

Питер первым взялся за бутылку и раскрутил ее. Горлышко, после нескольких оборотов, остановилось на Винсе.

- Правда или Дело?

- Дело...

Корзинка подлетела к Винсу и он наугад взял листок.

- 'Посидеть на коленях у левосидящего, пока кто-то не скажет правду...' - Винс посмотрел на Сьюзан. - Шутите что ли?!

- Уговор был выполнять ВСЕ написанное, так что давай, - от кого, а от Бет Винс такого не ожидал и оглянулся на Диму в поисках поддержки, но тот только пожал плечами.

- Ладно. Посмотрим, что будет дальше!..

Сьюзан покраснела, когда Винс уселся к ней на колени. А игра продолжилась. Линда очень огорчилась, когда бутылка не докрутилась на одного человека и остановилась на Элиз.

- Дело, - корзина подлетела к ней. - 'Поцеловать, крутившего бутылку...'

- Ну, и кто это придумал?! - Нэт приподняла руку и Линда обижено на нее посмотрела. - Ладно, давай, но побыстрее.

Девушки быстро поцеловались, чем вызвали улыбки на лицах Винса, Джереми и Тома. Стив крутанул бутылку и попал на Сьюзан.

- Правда или Дело?

- Правда...

- Наконец-то я смогу сесть обратно!..

- Сью, как ощущения? - Стив глазами указал на Винса.

- Вообще-то, - девушка покраснела еще гуще, - очень приятно и тепло, но сильно он тяжелый...

- Это я-то тяжелый?! - Винс встал и сел на свое прежнее место.

- Тяжелый... - Сьюзан не могла врать.

- А кто это придумал?

- Я же...

Винс уже и не знал, что сказать, и просто начал наблюдать за Нэт, которая задавала вопрос Бет.

- Скажи, наконец: чьи фотографии ты держишь под подушкой?

- Ну, - девушка чуть порозовела, но врать не могла, - Нивесона, Лексола, Сетлса, Кастера и... Оувиса...

- Я собственно и не удивлен, - и это было правдой.

Синда попала на Нэт и та выбрала дело.

- 'Дать пощечину пятому человеку слева', - она посмотрела налево и улыбнулась, однако Джереми не улыбнулся в ответ.

Без лишних слов, девушка встала и, подойдя к Стефолтону, залепила ему оплеуху.

- Красиво, ничего не скажешь, - Винс был доволен таким поворотом.

Элиз раскрутила бутылку и та показала на Диму.

- Правда...

- Как хочешь... Кто конкретно в последнее время является твоей самой эротичной фантазией? - Элиз была довольна собой, но не судилось.

- У меня нет эротических фантазий.

- Так не честно!

- Я же не могу врать, - Дима только довольно улыбнулся и раскрутил бутылку.

Игра продолжалась. Играющие обнимались, целовались, рассказывали сокровенные тайны. Винсу пришлось целоваться с Томом, а потом почти сразу по-французски со Сьюзан. Питеру на одном из дел надо было раздеться до пояса, что он и сделал. Еще раз выбрав дело, он должен был выполнить второе написанное Димой дело. Зарубежный напиток ему, вроде, понравился, но, на относительно пустой желудок, вскоре ударил в голову. Элиз выпало распить бутылку огневиски с Димой (правосидящим), так что вскоре уже трое за столом приняли на душу. Дима после виски стал более скованным и ничего не говорил. Элиз же наоборот стала еще раскованней и уже без лишних слов целовалась со Стивом и Джемом. Девушки Слизерина были не особо довольны, так как им никак не попадалось ничего стоящего. Очередь опять дошла до Джереми.

- Правда или Дело? - спросил он у Стива.

- Дело, - он достал одну из трех оставшихся бумажек. - 'Раздеть до пояса пятого справа человека', - Стив заинтересовано посмотрел на Винса. Последний был поражен увидеть не призрение или гнев, а простой интерес. - Ладно.

Слизеринец позволил снять с себя рубашку, борясь с желанием оттолкнуть Оувинса. Без лишних эмоций, выполнив написанное, Стив вернулся на свое место.

Дальше была очередь Питера.

- Кому? - горлышко бутылки показало на Диму. - Дима, хватит уже выбирать правду! Будь пацаном и возьми 'дело'!

- Я и не собираюсь отвечать на вопросы пьяного. Дело, - он взял одну из двух бумажек. - 'По-французски целоваться с напротивсидящим, пока тот, кто написал это, не остановит...' Питерсон, а ты кретин!..

- Ты же сам вытащил себе 'дело'. Кто это написал?

- Моих рук дело! - Элиз довольно улыбаясь. - Че сидим? Дима, твое 'дело'! Давай к Питеру или я вообще не разрешу вам остановиться!..

Фыркнув, Дима встал. Только теперь все убедились, что огневиски подействовали и на него. Он еле на ногах держался. Сев возле Питера, Дима на пять секунд закрыл глаза.

- Элиз, я тебе это еще вспомню!..

Тут и началось. Дима распахнул веки и резко подался вперед. Одна его рука обхватила Питера за шею, а другая поддерживала затылок. Это был яростный и влажный поцелуй, которого последний даже не мечтал получить. А ведь Питерсон думал, что слизеринец вообще толком целоваться не умеет. Дима всем телом прижался к Питеру, а гриффиндорец даже не знал, куда ему деть руки. Натиск Загорного был настолько сильным, что он повалил Питера на спину и продолжал целовать его, лежа сверху. Питерсон даже забыл, что тут был кто-то еще, и полностью наслаждался поцелуем. Он даже не услышал, когда Элиз их остановила, а Дима услышал. Мало того, слизеринец сел и залепил Питеру пощечину.

- Этого не было в 'деле'!

- Это лично от меня, - Дима стремительно поднялся и на нетвердых ногах вернулся на место.

- Ну, знаешь. Никто же не обижается на поцелуй...

- Мне даже это целовать пришлось!..

- Кто тут еще 'это'?! - Винс был уже готов подраться.

- Ты-то!

- Мальчики, спокойно!

- Доигрываем быстрее и спать! - Дима сложил руки на столе и положил на них голову.


***


- Не важно же ты выглядишь...

- Посмотрел бы я на тебя, когда ты вылакаешь полбутылки огневиски! Светлус головус! Вот так-то лучше!.. - Дима повернулся на спину и осознал, что лежит ногами на подушке. - Как такое получилось? - спросил он садясь.

- Не знаю - я тут вообще не сплю. Ты пропустил завтрак, ты знаешь?

- Который час?

- Уже за час дня. Сегодня, наконец, прекратился дождь, и преподаватели начали высушивать подземелья.

- Это хорошая новость.

- Несомненно.

Винс сел на кровать и осмотрел комнату. Благо хоть гриффиндорцы куда-то разбежались.

- У нас хоть все в нормальных цветах, а тут!.. - он недовольно скривился.

В окно внезапно постучали. Дима обернулся и увидел двух сов: свою и школьную.

- Откроешь?


***


- Так вы уже выбрали какие у вас будут костюмы на Хелоуин? Если кому интересно, то я буду Пиковой дамой!

- Мне уж точно не интересно!.. Я бы сейчас хотел быть невидимкой. Почему у меня голова ноет, а у тебя нет?!

- По тому, что нужно знать заклятия на все случаи жизни, - Элиз прикоснулась палочкой лба Питера и в голове мгновенно прояснилось.

- Надо ж было пить ту гадость. Я даже не запомнил как она назвалась. Да и удовольствие никакого.

- И все же, ты получил то, что хотел.

- Получить по морде я уж точно не хотел, спасибо за заботу. Но я все же узнал кое-что очень важное!..

- Например?

- Дима обалденно целуется, что указывает на немалый опыт!

- И все же, получил то, что хотел, - Сьюзан смутилась и уткнулась в тарелку.

- Кстати, о желанном. Стив, ты последнее время какой-то подавленный ходишь...

- Ты даже Маклакенса перестал доставать!..

- Что-то случилось?

- А? Нет, все нормально. Просто... я осознал одну очень важную вещь и... - он отвел взгляд и тише произнес, - мне трудно с этим смириться.

- Что именно?

- Может, мы сможем чем-то помочь?

- Тут уж ничем не поможешь. Я должен разобраться в этом сам. Так что не обращайте внимания на мое поведение.

- И все-таки?..

- Говорю, что все будет хорошо. Замяли. Так кто кем собирается на Хелоуин одеться?

- Я буду колдуньей в старом стиле.

- Мой костюм мне должны прислать сегодня. Я собираюсь предстать в образе средневекового воина. Думаю мне пойдет, вот только весить все будет много, - Джем отвлекся представляя себя рыцарем.

- Я особой оригинальностью не отличаюсь, так что буду скрываться под маской демона огня.

- Питер, а ты кем будешь?

- Будете меня белить, так как я намерен быть Графом Дракулой. У меня даже зубы вампирские имеются.

- Я вот еще не решил и даже, возможно, сделаю вам сюрприз.

- Тогда будем ждать.

- Слушайте, а какие у нас на сегодня планы? Мы же на вечер ничего не планируем?

- Надо что-то придумать, так как завтра Хелоуин и можно будет отоспаться.

- И что же?

- У меня предложений нет.

- Повторять "Правда - Дело", думаю, не стоит.

- Да, мне пока хватит оплеух.

- А вы знаете такую игру: "Я никогда не..."?

- Нет.

- Там еще выпивать надо?

- Да!

- Тогда знаю, - Том откинулся немного назад. - Вариант хороший, но где нам достать подходящую бутылку?

- У меня есть такая, так что проблем не возникнет.

- Так в чем суть игры-то?

- Значит так, - Джереми повернулся ко всем, - у нас есть бутылка, которая не позволяет тебе врать, наполненная каким-то спиртным или чем-то поинтересней. Содержимое, кстати, не заканчивается. Так вот, каждый по очереди говорит что-то вроде: "Я никогда не танцевал балет", а те, кто это делал, делают глоток из бутылки. Они не могут утаить что-то, так как рука сама тянется к бутылке. Так можно узнать много чего интересного. А, и еще! Тот, кто говорит, обязан тоже говорить правду, иначе ничего не подействует.

- Мне нравиться. Можно придумать много чего интересного, - Питер заинтересовано потер подбородок. - Значит решено?

- Думаю, да.


## Глава 12. Живой интерес


- Думаю, они все же заметят...

Дима и Винс сидели на кровати первого за зашторенным балдахином. Несколько минут назад они выпотрошили подушки гриффиндорцев, надули их заклинанием и вернули на место. Подушки останутся таким еще дня два, так что пока не о чем беспокоиться. Перья были нужны для крылышек ангела. Паша только подтвердил слова Винса на счет костюма и даже больше: пообещал прислать завтра маску, декорированную белоснежными перьями и костюм из белой ткани, который ему должен был подойти. Крылья он не взялся делать, хотя прислал брошуру, как их сотворить с помощью магии.

Для начала им нужны были перья. Это была главная составляющая крыльев. Их нужно было использовать немного позже, но парни решили воспользоваться отсутствием гриффиндорцев. Поскольку Хелоуин должен был быть костюмированным, Дима предпочел скрыть свою персону под маской. Так же даже интересней будет, если он сможет просто повеселиться от души, не будучи отнесен к условной категории "слизеринцев". Так что Дима хотел скрыть от своих соседей по комнате малейшие намеки на выбранный костюм.

Первым полагалось делать основу, куда должны были лечь перья, но подручного материала для нее в комнате не было и парни занялись перьями. Их нужно было рассортировать более или менее по размеру, а еще перекрасить все в белые. На первую часть задания ушло много времени. Парни покрасили перья заклинанием и, сложив в кулечки, спрятали подальше в шкаф. Остальные слишком большие, слишком мелкие и пух остались на кровати, красиво покрывая темную ткань.

- Теперь нам надо будет что-то длинное и гнущееся...

- Кстати, Винс, ты же так и не сказал, какой у тебя будет костюм?..

- И не скажу.

- Почему?

- Я не хочу, чтобы кто-то знал заранее.

- А, значит, мой костюм выспросил и даже делать помогаешь?!

- На самом деле я составляю тебе компанию, а помощь - это побочный эффект...

- Так не скажешь?..

- Завтра увидишь...

- Значит, ты так, - Дима резко схватил горстку пуха и максимально возможно оросил им Винса.

Первой реакцией Маклакенса на такое действие и довольную ухмылку друга стал ступор. Винс снял одно перышко с волос и также злорадно улыбнулся. Он тоже схватил пригоршню перьев и, подавшись вперед, начал втирать их в волосы Димы. Вскоре место их созидания стало похоже на курятник, а они - на двух воюющих петухов. Разница была лишь в том, что они делали это забавляясь. Это продолжалось не долго, но очень бурно и громко. Парни так увлеклись, что даже не услышали открывающейся двери.

Балдахин резко раздвинулся, и глазам Питеру и Стиву предстала примерно такая картина: Дима полулежит на спине, а Винс наваливается на него; разделяли их только согнутые руки, переплетенными пальцами; оба слизеринца были в перьях (волосы, одежда и покрывало вокруг). От удивления вторжению Дима расслабил хватку и Винс завалился на него (второй только на руки и упирался). Лица гриффиндорцев мгновенно изменились с удивления на полный шок. Первым среагировал Стив, обхватив Винса за талию и сняв его с Загорного. Дима поднялся, опершись на руки, но встать ему не дал Питер, севший рядом и взявший его за плечи. Питерсон настойчиво всматривался в изумрудные глаза своими карими. Диму это привело в замешательство, и он не знал, что следует делать.

- Дима, - Питерсон как-то по-иному произнес его имя, - скажи мне честно, - он сделал паузу, - тебе Маклакенс нравиться больше, чем я?..

- Что?.. - и все же поняв намек, Дима вскинул руку и легко толкнул ею лицо Питера, после не убирая руки. - О чем ты только думаешь?!

- Значит я не прав?

- Вот придурок! Да как тебе вообще такое в голову могло прийти?! Оувинс, пусти меня! - Винс только сейчас, почувствовав легкий ветерок, касающийся волос, и увидив перед глазами несколько пушинок с головы, понял, что все еще стоит в объятьях Оувинса, прижавшись спиной к его груди.

- Даже так - это не ваше дело!

- Ах, не мое?! - Питер резко вдавил Диму в постель. - Вот что я тебе скажу: если ты надумаешь завести себе парня, то это определенно будет касаться меня и!..

- Пусти меня! - Дима резко согнул ноги и попытался спихнуть Питера с кровати.

- Оувинс, считаю до трех! Раз! Два!..

- И что ты мне сделает?..

- Три!

Винс моментально нанес сильный удар в солнечное сплетение локтем, наступил на ногу и, присев, резко встал, ударяя головой в нижнюю челюсть. Было странно признавать, но в рукопашную Винсу и Стиву сталкиваться еще не приходилось. Мгновенно получив свободу, Маклакенс рванул к своей палочке на тумбочке, но был перехвачен за запястье и отдернут назад.

- Сказать по правде: от тебя я такой прыткости не ожидал!..

Стив нанес Винсу удар в правую щеку, от чего слизеринеца потянуло влево, но в долгу он оставаться не собирался. Дима удачно столкнул Питера на пол, но одна из рук гриффиндорца осталась, зажата на плече. Загорный резко сел, но мгновенно был повлечен на пол. Воспользовавшись преимуществом, Питер подмял под себя слизеринца, но мгновенно получил удар коленом в живот и кулаком по лицу.

Когда дверь спальни открылась, то вошедшему предстала очень яркая картина: два гриффиндорца против двух слизеринцев, разбившись на пары избивают друг друга. Сложно было сказать, кто брал верх, так как все в этой драке было относительно. Надо было это прекращать, а вошедший был просто обязан.

- А ну прекратите это безобразие! - профессор Дроклов был просто в ярости после прошедшего шока. - Двадцать балов с Гриффиндора за избиение студентов Слизерина.

Профессор бросился вперед и одним движением оттолкнул Стива, старавшегося нанести следующий удар, прижатому к стене Винсу. Дима с Питером как раз расцепились: первый сидел на одной ногой, выпрямив другую; второй же был готов напасть из положения полусидя.

- Не странно, что гриффиндорцы так распустились! С таким-то деканом и не могло быть иначе! Я же говорил, что это плохая идея селить слизеринцев здесь!

- Они первые начали драку! - возмутился Стив.

- Это правда? - преподаватель посмотрел на студентов своего факультета.

- Я первый нанес удар, но лишь по тому, что защищался от него! - Винс кивнул на Оувинса.

- Питерсон снова меня домогался, так что мне ничего другого не оставалось! - Дима поднялся на ноги и вытер кровь с разбитой губы.

- Тогда вас не в чем винить. А ведь во всем виноват Лимпфон! Подает плохой пример своим студентам, так и не странно, что они такое творят!

- Попрошу не говорить грубо о профессоре Лимпфоне, - Питерсон тоже поднялся на ноги и потрогал разбитый нос.

- Я знаю, что говорю! Если бы не развратная натура этого субъекта!..

- Развратная? - Винс даже отвлекся от созерцания своих рук.

- Именно! А теперь идем. Я отведу вас в медпункт. А вы, - Дроклов ткнул в Питера и Стива, - подумайте о своем поведении. Если такое еще раз повториться, то наказания вам не избежать! - профессор подтолкнул слизеринцев и они покинули комнату.

- У тебя кровь из носа, - учтиво сообщил Стив.

- У тебя тоже... - Питер со вздохом сел на кровать Тома. - Почему все идет наперекосяк?!..

- И не говори. Оказывается Маклакенс не такая белоручка, как я думал...

- И что из этого?

- Ничего, - поспешно ответил Оувинс и скрылся в ванной.


***


- Надо что-то с этим делать, а-то эти гриффиндорцы совсем распустились!

Профессор Дроклов ходил из стороны в сторону, пока Мисс Татсторн хлопоталась возле двух слизеринцев. Губа Димы уже начинала затягиваться, а намечавшийся синяк под глазом уже бесследно пропал. Винс держался за спухающую щеку и за бок, в которой так неудачно получил коленом. Все же медпункт был хорошей идеей.

- Профессор, а что вы имели в виду, говоря про "развратность" профессора Лимпфона?

- Молчи, пока я не обработаю рану, - медсестра взялась за обработку щеки Винса.

- А? А об этом! Лимпфон просто теряет голову при виде блондинистых волос, так что, Дима, советую тебе держаться от него подальше!..

- Профессор, но ведь у вас тоже...

- Вот именно! - декан Слизерина скрестил руки на груди и, сжав зубы, всмотрелся в картину на стене.

Больше парни вопросов не задавали и только озадачено переглянулись. А ведь они думали, что столь яркая неприязнь из-за вражды факультетов.

- Поэтому у вас такие плохие отношения?

- Я сейчас вернусь, - медсестра ушла в дальнюю комнату.

- Не совсем. Он постоянно пытается подпортить мне жизнь. Когда мы были школьниками, он постоянно подлавливал меня и старался насолить. Однажды он даже опозорил меня перед всей школой, сделав такое, - профессор нахмурился. - Так что все испортилось еще до его преподавательства. Выпустившись, я надеялся его больше не увидеть, но все снова возобновилось, когда он пришел сюда в роли преподавателя, - Дроклов со вздохом опустился на стул. - А ведь я думал, что мы могли бы стать друзьями...

Винс ткнул Диму и показал пораженными глазами на их декана. Второй удивленно переводил глаза с одного на второго. Винс закатил глаза и жестом показал помолчать.

Дима этого не знал, но для Дроколова такое состояние было необычным. Он редко рассказывал про себя, а в особенности про школьные годы. Его почти всегда заставали в плохом расположении духа, так что на разговор с ним особенно не тянуло. Он учил Винса еще с первого курса и тогда его чаще видели в относительно хорошем настроении. А после прихода Лимпфон три года назад - все изменилось.

- Профессор, а как именно Лимпфон портит вам жизнь?

- Что-то среднее между вашими ситуациями.

- Кстати, профессор, вы же за чем-то искали меня или Винса?

- Да, искал. Поскольку подземелья сейчас в таком состоянии, то и мне пришлось переселиться. Я хотел сообщить, что матч по квиддичу с Рейвенкло пройдет за две недели до рождества. Я мог бы вывесить объявление, но не в гриффиндорской гостиной же, - он фыркнул и снова поднялся на ноги. - А еще я хотел попросить вашей помощи в приготовлении одного зелья. Мне вы понадобитесь в субботу после обеда. Но я хотел еще попросить Диму достать мне корень пайкустика и слезы дракона. Сможешь?

- Второй компонент у меня есть, а первый надо попросить прислать из дома.

- Вот и хорошо! - Дроклов хлопнул в ладоши и в глазах у него заиграли дьявольские искорки. - Тогда отдыхайте. Если в случаи чего, вам срочно понадобиться меня найти, то моя комната перенесена на четвертый этаж в конец восточного коридора. Не ошибетесь. Возле входа горит зеленое пламя, - Дроклов встал и направился к двери.

- Профессор, - преподаватель обернулся, - а вы никогда не пытались наладить с ним отношения?

- Пытался.

- И чем все кончилось?..

- Он подумал, что я благосклонен к нему и... попытался затащить меня в постель...


***


- Мы слышали, что недалеко происходила какая-то возня, но не думали же, что все так плохо, - Сьюзан-белка устроилась рядом с Винсом, готовая в любой момент юркнуть под кровать.

- Вот видишь, что твои сокурсники натворили!.. - Винс продемонстрировал затягивающиеся раны на руках.

- А ведь вы тоже постарались дать сдачи. У Стива был синяк под глазом, а у Питера все бока в отметинах. Сейчас ими занимается Элиз, так что вскоре они будут в норме.

- Жаль. А я уже было хотел хвастаться фиолетовым глазом Оувинса...

- Зря ты так. Он бы первым не начал.

- Ага. Тогда чем он занимается последние три года?! Он даже дома пытался меня достать!..

- Про это он не упоминал...

- Странно, что он не поделился своими достижениями с вами. Кстати! Почему двум слизеринцам была оказана такая честь, что гриффиндорка пришла их навестить?

- Хотела вас проведать, нельзя что ли?

- Можно, но все же. Каждый раз, когда ты к нам вот так 'просто' приходишь - у тебя какое-то поручение, - Дима снял компресс с плеча, синяк под которым уже пропал.

- Вообще-то, - белка начала смешно перебирать лапками, - моей главное затеей было все-таки убедиться в вашем хорошем самочувствии, но... поскольку я все равно собиралась к вам... меня попросили передать вам сообщение...

- Какое же?

- 'Сегодня мы откроем всю правду, если правильно сказать свою часть. Сегодня в семь вечера. Шатер в гостиной Гриффиндора', - Сьюзан-белка перескочила на колени Винса и поочередно осмотрела парней. - Вы придете?

- Откроют всю правду?..

- У меня такое чувство, что я не хочу ее знать...

- Приходите. Будет весело.

- Как вчера? - недовольно уточнил Винс.

- Да-а-а, вчера точно было весело... - подтвердил Дима.

- Но, в общем, было весело! - Сьюзан взобралась на плечо Маклакенса. - Что вам конкретно не понравилось?

- Шутишь что ли?! Я целовался с Камистером, а еще меня Оувинс раздел!

- А меня заставили присосаться к Питерсону. Я, хоть и был пьян, но все прекрасно помню!

- Гарантирую: сегодня вас целоваться никто не заставить. Если только вы сами этого не захотите...


***


- Итак, сегодня мы сыграем в другую не менее забавную игру: "Я никогда не..."!

Они снова сидели в красно-зелено-золото-серебристом шатре в дальнем углу гриффиндорской гостиной. Почти ничего не изменилось с прошлого раза, вот только пропала парящая корзинка, да и бутылка на столе была иной и наполненная чем-то другим. Дима и Винс сели вместе рядом со Сьюзан и Бет, не намериваясь менять свое месторасположение. Питер и Стив выглядели, будто ничего и не случилось. Видимо, Элиз зналась на медицинских заклинаниях. Дима хмуро наблюдал за говорившим Питерсоном, таки ожидая подвоха.

- Для тех, кто такой игры не знает - поясню. Каждый по очереди говорит правдивую фразу, например: "Я никогда не был в гостиной Хаффлпафа...". Те, кто там были, сделают глоток из горлышка. Вы не сможете этого утаить, как бы ни старались, так как рука сама потянется к бутылке. Говорящий должен говорить только правду, иначе ничего не произойдет. Будут вопросы?

- Что в бутылке? - этот вопрос хотел задать и Дима, но Бет высказалась первая.

Питер глянул на Джереми.

- Там что-то на подобии коктейля. Называется: 'Сладкое забвение'.

- Что там намешано?

- Не знаю, но для жизни не опасно. Вот, - Стефолтон потянулся, взял бутылку и сделал глоток.

- Не убедительно...

- Если больше вопросов нет, тогда каждый сделайте по глотку и вы в игре.

Стив взял бутылку из рук друга и сделал небольшой глоток, дальше это сделал Питер, Том, Элиз и Сьюзан. Винс какое-то мгновение колебался, поглядывая на Стефи. Девушка ему кивнула, и он глотнул, передавая бутылку Загорному. Дима недоверчиво посмотрел на жидкость оранжево-красного цвета, но тоже сделал глоток. Напиток был сладким и горьким одновременно, но приятным на вкус. Он легко тек по горлу, обволакивая его теплом, но не обжигая. Дальше слизеринки сделали по глотку. Когда бутылка вернулась к Джереми, он потянулся и поставил ее в центр стола.

- Контрольный: Я никогда не учился в другой школе, кроме Хогвардса.

Дима мгновенно подался вперед и взялся за горлышко бутылки. Даже не успев сказать и слова (или остановить себя), он сделал хороший глоток и поставил бутылку на место.

- Действует. Тогда начинаем. Том?

- Стоп! А какие границы?

- Все, что ты захочешь нам про себя поведать, Варлуок. Все, что захочешь!.. - Питер мельком глянул на Диму.

- Тогда продолжим. Я никогда не произносил непростительных заклятий.

Никто из присутствующих не потянулся к бутылке, но все, кроме Винса, разом уставились на Диму. Последний непонимающе оглянулся.

- Что?

- Что и требовалось доказать!..

- Что?! - Дима глянул на Камистера.

- Продолжим. Я никогда не играла в игру с драконами вместо ворот.

Дима опят потянулся и сделал глоток.

- Неужели эта игра превращается в мой допрос?..

Все удивленно переглянулись, но промолчали. Почти все были ошарашены тем, что драконы-ворота - это реально.

- Я никогда не использовала приворотные зелья.

Линда и Синди разом потянулись к бутылке. Девушки сделали по одному глотку и, вернув бутылку, залились краской.

- Хорошо, - Винс довольно ухмыльнулся. - Раз мы пошли на такие откровения. Я никогда не занимался сексом с человеком моего же пола!..

К бутылке потянулись Питер и Бет, а немного поколебавшись и Стив. У Винса глаза на лоб полезли, когда последний протянул руку.

- А вот это уже интересней! Бет, когда это случилось?

- Я тебе потом расскажу, Нэт. Ночью!.. - подруги переглянулись и деловито улыбнулись.

- Дима?

- М? А! Я никогда не... - он постарался придумать что-то пооригинальней и придумал. - Я никогда не перекрашивал волосы студенту Слизерина!

Все до одного гриффиндорца потянулись к бутылке. Слизеринцы посмотрели на Диму с благодарностью и уже со злостью на виновников той выходки.

- Не будем вспоминать былое. Что было - то прошло. Ведь так? - гриффиндорцы быстро закивали в подтверждение.

- Ладно, - Бет подперла подбородок руками. - Я никогда не подкладывала бомбы-вонючки в слизеринскую спальню.

Том потянулся к бутылке.

- Так это был ты!

- Возможно, - проворчал Камистер.

- Я никогда не принимала участие в оргии.

Джереми и Бет сделали по глотку.

- Я никогда не занималась сексом, - Синди смутилось, произнося это, но с интересом наблюдала за другими.

Первым за бутылку взялся Питер и поперхнулся, когда увидел, что Дима тоже потянулся к ней. Он с круглыми глазами передал бутылку дальше.

- А я думал, что ты девственник...

- Это вообще не твое дело!.. - Дима сделал глоток и передал бутылку Бет.

По глотку сделали все, кроме Синди и Винса, который всячески старался не смотреть на остальных. Все же смотрели на него с интересом.

- И кто дальше? - раздраженно спросил Маклакенс.

- Кстати, а какой эффект от этого коктейля? - как бы между прочим спросила Линда.

- После определенного количества ты погружаетесь в самое настоящее 'забвение'...


## Глава 13. В ванной старост


Пробуждение было беспокойным. Голова гудела, но больше плохих эффектов не наблюдалось. Дима открыл глаза. Было странно проснуться в СВОЕЙ комнате. Он непонимающе сел и осмотрелся. Это действительно была его комната в слизеринских подземельях, вот только после потопа она выглядела ужасно. Постель до сих пор была влажной, перевернутый шкаф лежал на полу рядом с тумбочкой, стол стоял в другой стороне комнаты. Тут было сыро и холоднее обычного.

Дима поднялся с постели и направился в ванную, где принял быстрый душ. В голове моментально прояснилось. Хотелось одеть что-то свежее, но в этой комнате все было сырым и неприятным. Слизеринец поспешил покинуть помещение. Спускаясь по лестнице, он вдруг понял, что не помнит ничего после слов Винса, что он никогда не пользовался темной магией. Дима тогда еще единственный потянулся к бутылке. Он помнил, как сделал глоток... дальше была пустота. Белое пятно. Дальше его воспоминания начинались уже с пробуждение. Вот так точно 'забвение'. Он ненадолго остановился и сел на зеленый диван, но мгновенно с него соскочил - диван оказался мокрым. Дима недовольно потрогал влажные штаны. Как же его сюда все-таки занесло?.. Гостиная выглядела не лучше его комнаты. Ковры на полу были мокрыми, стены начали лупиться, а гобелены немного обесцветились. Люди с картин уже давно нашли себе временные места пребывания и даже не показывались на своих обычных местах. Было тихо, не свойственная безлюдность пугала, но так тут и должно было быть. Дима нервно обернулся на звук и облегченно вздохнул, увидев появившегося Кровавого Барона.

- И что же ты тут делаешь?

- Не знаю.

Барон нахмурился и подлетел ближе.

- На подземелья наложены защитные чары, чтобы никто, кроме преподавателей сюда не мог пока входить. Ты это знаешь?

- Нет. Какие чары?

- Барьеры, которые могут пересечь только определенные маги. Ты их снял или как-то по-другому обошел?

- Не знаю.

- Не знаешь?

- Не помню...

- Ты не первый студент, который сумел пробраться сюда вопреки барьерам, но только первый воспользовался помощью преподавателя, - Барон недовольно фыркнул.

- А кто сюда заходил?

- Грегори Хорн, рейвенкловец.

Что-то колыхнулось в памяти, но Дима не смог вспомнить что-то конкретное про обладателя этого имени. Да и что студент Рейвенкло делал в гостиной Слизерина?

- Что он тут делал?

- Он поднялся по лестнице и скрылся в коридоре. Он очень быстро вернулся и покинул подземелья.

- Что-то взял?

- Возможно.

- Возможно?

- У него ничего не было в руках, так что он мог нести что-то под одеждой.

- Рейвенкловец говоришь? - Дима покопался в памяти и вспомнил - второе письмо! - Спасибо за информацию. Мне нужно идти.

- А как ты собираешься пройти через барьеры?

- Где они расположены?

- Прямо возле входа в гостиную.

- Дойду - узнаю.

Это было странным, но никаких барьеров Дима не обнаружил. Возможно их и не было, а может... когда он пробирался сюда, то снес их подчистую? Дима поспешил в башню. Оказалось, было действительно очень рано. В гостиной Гриффиндора никого не обнаружилось. Одинокий шатер был ярким пятном на этом красно-золотом полотне. Интерес победил, слизеринец тихо подошел и заглянул внутрь. Ожиданое интересное зрелище не подтвердилось. В шатре было всего пять человек: Оувинс, Винс, Сьюзан, Линда и Синди. Единственно интересной деталей было то, что Винс спал в обнимку со Сьюзан, а Стив лежал вплотную по другую сторону. Дима решил не будить друга - пусть будет ему сюрприз после пробуждения.

Закрыв полог, Дима направился в свою комнату, где обнаружил спящих как попало Камистера и Стефолтона. Первый лежал, закинув ноги на подушку, а голову свесив с кровати; второй же только частично находился на кровати - ноги на постели, а спина на полу. Не обращая на гриффиндорцев внимание, Дима быстро порылся в своих вещах, выудил чистую одежду и направился в общую святую святых всех старост - ванную старост.


***


Первый раз посетив ванную для старост, Дима был поражен до глубины души. В Тибидохсе вообще не было старост, а ванные комнаты были простыми и небольшими. Парня поразили размеры небольшого бассейна (ванной это назвать было сложно), все краники, которых насчитывалось около десяти, а особенно огромное зеркало в полный рост. И все же Дима был не здешним и в первый же раз напортачил. Вместо того, что бы открыть краники вручную, он по привычке воспользовался магией. Краны сорвало, и помещение начало быстро заполняться водой и пеной. Благо ему тогда удалось справиться самому, хоть и с большим усилием. Про тот случай знал только Винс, который сначала от души насмеялся, а потом попросил пароль, чтобы и самому туда наведаться.

Дима сложил свою одежду на тумбочку, положив сверху палочку и кольцо, полотенце положил недалеко от края и включил три краника: зеленый, красный и синий. Вода быстро набралась, и парень опустился в бассейн блаженства. Дима вообще не любил подолгу торчать в ванной, но этот мини-бассейн был исключением. Парень подплыл и выключил краны, откинув голову на бортик.

Однако спокойствие продолжалось не долго. Вскоре Дима услышал, как в дверь настойчиво постучали. Кто бы там ни был, парень не собирался отвечать. Стук повторился настойчивей и послышался чей-то голос. Дима помнил, что на двери их ванных комнат накладывалось заклятие, которое не позволяло войти внутрь, если там уже кто-то находился. Зайти можно было лишь в том случаи, если бы находящийся внутри позволил. Дима же не давал позволения. Не хватало еще, чтобы к нему в ванную кто-то ворвался. Каким же было удивление, когда он услышал звук открывающейся двери.

- Что за безобразие? Разве не видно, что тут занято?!

- Ha? Repeat that once more...

- А? Как же там?.. Гет аут!

- Dima, is that you? So that's how you native language sound? But why aren't you talking English?

Диме мог понять только отдельные слова, но имя свое он четко услышал. Мужской голос он не узнал, но понял, что узнали его.

- Не знаю, кто ты, но иди куда подальше! Иначе я тебя сейчас сам вышибу!

Густой пар скрывал обоих, так что было сложно сказать про взаимные места нахождения. Дима вылез из воды и быстро обернул полотенце вокруг талии. Стараясь не поскользнуться, он добрался до двери. Никого не было. Возможно, когда он вылезал, посторонний быстро вышел. Дима схватил палочку и наложил несколько запирающих заклинаний. Он хотел положить палочку на место, но внезапно обнаружил, что его кольцо отсутствует. Мгновение и палочка легко выскочила из руки. Парень развернулся и уставился в не запотевающее зеркало - только он один. Внезапно ему показалось, что внутри зеркала что-то шевельнулось. Он сделал шаг вперед и дотронулся до холодной поверхности стекла - ничего. Дима поднял взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть две руки, которые тянулись к нему из-за спины. Он развернулся и уткнулся спиной в стекло. Перед ним стоял парень выше его ростом с темными волосами в обычной одежде без каких-либо атрибутов. Дима этот пит сразу же не понравился, так как в его серых глазах читалась не двусмысленная заинтересованность.

- Где мое кольцо и палочка?

- Looking for this? - парень вытащил из кармана перстень с изумрудом и светло-каштановую палочку.

- Верни, - Дима протянул руку, но незнакомец не двинулся. Загорный протянул руку, чтобы самому взять свои вещи, но парень мгновенно кинул их в бассейн. - Что ты творишь?!

Незнакомец достал свою палочку и отправил ее в том же направлении. Потом он перевел необычайно заинтересованный взгляд на слизеринца. Он осмотрел его сверху и донизу.

- I was right - you body is wonderful...

- Хватит пялиться!

Дима резко рванул к бассейну, но был перехвачен за локоть.

- Where are you going? It's your first meeting face to face, - парень подтянул Диму к себе и положил свою вторую руку ему на талию.

Дима быстро сообразил, что это означает и решил играть по своим правилам. Он позволил это касание, улыбнулся и даже придвинулся ближе. Незнакомец посчитал это согласием и отпустил локоть слизеринца. Парень взял освободившейся рукой Диму за подбородок, приподнимая его голову. Когда он начал наклоняться для поцелуя, слизеринец воспользовался моментом. Сильный удар в солнечное сплетение и скачек в сторону. Не обращая внимания на согнувшегося парня, Дима прыгнул в бассейн и начал рыскать в поисках палочки - обе плавали на поверхности.

- Асио кольцо! - Дима надел перстень и вылез из бассейна. - Мне все равно кто ты такой и мне плевать, если ты староста. Тридцать балов за домогательство и потенциальное нападение! Заруби себе на носу: Я не какая-то шлюха, что будет спать с первым встречным! Если такое хоть еще раз повториться, то ты так просто не отделаешься! - слизеринец перевел свою палочку на дверь. - Опрентум! Ноернес! Вактукумуом! - потом перехватил палочку другой рукой и направил кольцо на незнакомца. - Пошел вонус!

Резкий толчок и парня вышибло из ванной комнаты. Дверь сама собой закрылась и опечаталась заклятием.

- Мало мне Питерсона, так еще какие-то извращенец проявил активность.

Настроение было испорчено. Дима быстро вымылся, вытерся и оделся. Надо еще крылья доделать, да и подумать: стоит ли принимать приглашение на вечер?..


***


- Кто это был?

- Понятия не имею!

- Как он выглядел?

- Вот такой ростом, - Дима показал какой, - темные растрепанные волосы, серые глаза и такой не худенький...

- Наверное, это был кто-то из Хорнов...

- Грегори Хорн?

- Возможно и он...

- В смысле?

- Они близнецы: Остин и Грегори. Возможно, это был кто-то из них. Учатся в Рейвенкло, но они не старосты. На год старше нас.

- Помнишь то приглашение провести вечер вместе? Там же была подпись: "Хорн". Меня как-то предупреждал Безголовый Ник про Остина Хорна. Сегодня Кровавый Барон говорил, что Грегори Хорн прокрадывался в наши спальни. А еще этот случай в ванной...

- Подожди. Ты сегодня был в подземельях? Когда?

- Я проснулся у себя на кровати. Видимо я туда по памяти добрался. Кстати, - Дима злорадно улыбнулся, - а как твое пробуждение?

- Я не помню ничего. Слова Питерсона о каком-то желании - последнее из воспоминаний. Проснулся я в обнимку со Сьюзан, - Винс незначительно покраснел.

- А как же второй бок? Как спалось с Оувинсом?

- Так ты все-таки видел?! - он хлопнул себя по лбу. - Я не мог его разбудить! Он что-то несвязное бормотал и прижимал меня сильней. Фу, какой кошмар! А потом еще не мог понять, что я от него хочу и чуть повторно не уснул на мне!..

- Пробуждение, значит, было веселым?..

- Веселее некуда!..

Весь этот разговор парни вели в спальне для слизеринцев на кровати Винса. Парни не желали повторения происшествия, так что просто перенесли все нужное сюда и продолжили работу. Помимо них в комнате еще находился Колин, но он крепко спал (для пущей уверенности было наложено заклинание сна).

- Ладно. Вернемся к более важным вещам.

- Я бы на твоем месте забыл про то приглашение и постарался доделать костюм.

- Если честно, то я думал, что это девушка. Почему ты мне не сказал?

- Я не видел. Ты прочел письмо и положил его в ящик.

- Ты же тоже смотрел...

- Я не умею на твоем языке читать!..

- Да уж. Об этом я забыл.

- То-то же!

- У тебя перья не ровно ложатся.

- Где?

- Вот здесь!

- Да все тут нормально!..

- А ну, дай сюда!


***


В зале уже начиналось веселье. Все утро преподаватели украшали Большой зал, а домовые эльфы готовили различные лакомства. Студенты уже начинали собираться в украшенном фиолетовыми и оранжевыми цветами зале. В воздухе летали зажженные изнутри тыквы с различно-выраженными эмоциями. Большие столы были заменены маленькими аккуратными столиками на пять-шесть человек. Еда была в виде шведского стола, стоявшего у стены. Медленную музыку сменяла ритмичная, создавая нужную расслабляющую атмосферу. В зале стоял полумрак, утаивавший личности студентов и окончательно скрывал лица людей в масках. Это был не маскарад, но многие предпочли скрыть свою личность.

Дима специально опоздал, чтобы не прийти рано и не скучать одному. Винс еще за час до начала смылся по своим делам и обязался разыскать друга позже. Как и обещал, Паша прислал великолепный белый костюм и маску. И все же костюм был какой-то помесью со средневековьем. Все было даже не белым, а белоснежным. Сапоги до колен, заправленные в них бриджи; обтягивающая грудь рубашка на талии перевязывалась узкой лентой, а ниже шел легкий клеш длиной пятнадцать-двадцать сантиметров, рукава были свободными и на кистях завязывались теми же лентами, клеш только немного открывал пальцы. Но самой интересной была маска. Она скрывала только верхнюю часть лица, включая нос. Обшитая изнутри мягкой тканью, а снаружи гладкая и украшенная перьями, маска идеально прилегала к коже и крепилась заклятием. На прорезах для глаз был установлен тонкий прозрачный материал, который дела глаза для окружающих светло голубыми. Идеальное прикрытие. Если предположить, что волосы крашены, то можно с кем-то и спутать. Дима был доволен и уже начал подумывать, чем бы отплатить другу.

Парень наотрез забыл про все проблемы и решил насладиться этим праздником сполна. Надев свой белоснежный костюм, Дима прикрепил крылья заклинанием и отправился в зал. По дороге туда, он встречал много заинтересованных взглядов со стороны студентов. Слизеринец с несвойственной ему злорадностью отметил, что их костюмы и близко с его не стоят.

У входа Дима столкнулся с юношей, одетым в костюм принца (корона и человек в костюме белого коня прилагались), и от души посмеялся, узнав своего капитана команды с каким-то его другом.

- Что смеешься?

- Почему только принц, Оскар? Почему не король?

- Мы знако?.. Дима?

- Я. Неужели я так легко узнаваем?

- Нет. Просто только ты мог мне такое сказать. Другие думают про другое.

- Так почему принц?

- Принц на белом коне! - Оскар хлопнул своего коня по холке. - Если бы я был королем, то сказали, что я зазнался, а так...

- А так лучше, думаешь?

- Нечего варнякать, ангелок. У меня есть конь, и я знаю, как с ним обращаться!

- Ладно. Еще увидимся, - Диме показалось, что он увидел Винса, и быстро направился в зал.


## Глава 14. Конкурс костюмов


- Дорогие студенты, рада объявить праздник Хэллоуина открытым. Ешьте, танцуйте, развлекайтесь. Не буяньте, а то преподаватели вас мгновенно угомонят, - Вирджиния деловито подмигнула всем присутствующим.

Директор была одета в мантию, которая каждые пять минут меняла свой цвет и узор, маска тоже менялась в тон одежде.

- Сегодня мы проведем конкурс костюмов, - декан Гриффиндора вынес небольшой кубок на подставке и поставил возле преподавательского стола. - Вы можете выбрать один костюм и бросить его название в кубок, - Вирджиния сделала жест рукой, и в кубке запылало фиолетовое пламя. - Бумагу и перья вы сможете взять тут. В конце вечера мы объявим костюм, который наберет большее количество голосов, а его обладатель или обладательница получит весьма интересный сюрприз, - директор загадочно улыбнулась. - А теперь. Пусть начнется праздник!

Мгновенно заиграла музыка, тыквы в воздухе пришли в движение, а вечерним небом пошел звездопад.

- Можно вас пригласить на танец?

Дима стоял возле одного из столов, когда к нему обратился женский голос. Он осмотрел девушку: пышное бальное платье, светло зеленого цвета, маска на пол лица и прическа с вплетенными в темно-русые волосы зелеными лентами. Не костюм, но тоже ничего. Ни произнося, ни слова, Дима выпрямился и, приглашая, протянул девушке руку.

Музыка была медленной, и Дима повел в медленном вальсе. Он умел танцевать, но это ему раньше не пригодилось. Сегодня же у него появилось желание потанцевать. Ему было не все равно с кем, но эта девушка выглядела вполне подходяще.

- Скажи, а кто ты?

Дима осторожно прижал палец к губам девушки, показывая не говорить, а сам доброжелательно улыбнулся. Девушка улыбнулась в ответ, и они закружились в ритме вальса.

Музыка закончилась, и Дима величественно откланялся, держа руку девушки навесу. Он был немного огорчен, так как девушка наступила ему на ногу, даже этого не заметив. Решив немного перекусить и, возможно, повысматривать знакомых, парень направился к столу с лакомствами.

- А твой костюм получше моего будет, Дима, - легкий шепот на ухо.

Загорный обернулся и всмотрелся в странного черно-белого человека. Созданный образ обладал только двумя цветами. Белая маска во все лицо с подрисованными черным слезинками, нарисованными губами и подведенными глазницами, черные волосы с мелкими белыми полосами, облегающий костюм сдельный из квадратиков черного и белого, на одной руке белая перчатка, а на другой черная, на ногах мягкие ботинки тоже разных цветов. Подбородок, похоже, единственный участок кожи, что не был скрыт тканью, был зарисован белой краской. Костюм показался Диме весьма интересным, но он не мог понять, кто перед ним стоит.

- Если ты меня не узнаешь, тогда я не зря старался, - черно-белый придвинулся ближе и прошептал на ухо. - Мы же еще вместе твои крылышки делали, ангелок...

- Да, тебя не узнать... А как тебя называть?

- Арлекин. Вроде, так это называлось.

- Умеешь танцевать?

- Никто пока не жаловался.

- Пошли танцевать?

- Вместе?

- Очень смешно. По отдельности!..

- Хорошо. Тогда мне во-о-о-о-он та ведьмочка. Похоже, это старый стиль.

Винс быстро направился в сторону двух девушек и пригласил ведьму. Дима проследил за действиями друга и тоже пошел к понравившейся девушке. Он коснулся плеча девушки-демона, а когда она повернулась, отвесил ей низкий поклон, подавая руку. Поняв намек или следуя порыву, она положила свою руку на его ладонь. Дима повел ее на площадку для танцев. Снова играла медленная мелодия. Когда Дима переплел их пальцы, девушка внезапно вздрогнула и потянулась к своей руке.

- Дима?

- Как? - без сомнения это был голос Бет.

- Только у тебя такое кольцо, хотя об этом не каждый помнит. Потанцуем, ангелок?

- Именно для этого я и пригласил тебя, дьяволенок.

- А ты кого-то из наших видел? Я знаю, что у Нэт костюм кошки, у Линды - королевы, а Синди - фея. Но пока никого из них я не видела...

- Я видел Винса. Он в черно-белом костюме. Сейчас он в трех метрах от нас... справа...

- Так это же Стефи! Он танцует со Стефи?!

- Неужели? Я ее не узнал...

- Я не узнала, а знаю. Должны же мы знать какой костюм выбрать, чтобы не повториться...

- Да уж.

- Если вдруг увидишь девчонок, скажи, что я их искала.

- Скажу. А...

- Можно вас ненадолго?

Дима резко остановился и посмотрел на человека в костюме оборотня.

- Нет.

Девушка довольно весело хмыкнула, когда они ушли дальше, оставив оборотня в полном непонимании.

- Кто это был?

- Понятия не имею. Да и мне все равно. На наших не похож, так что пусть идет гуляет.

За первую половину вечера Диму еще не раз пытались таким образом увлечь куда-то, но парень каждый раз отказывал (иногда в немного грубой форме на совсем уж некорректные предложения) или просто игнорировал говорившего. От девчонок он принимал приглашения только на танцы (предложений другого рода было тоже не мало). Диму так никто толком и не узнал. Бет рассказала подругам, как они с Винсом выглядят, а некоторые другие узнали, увидев кольцо. Он видел Стефолтона, который, сняв свой шлем, слушал рассказ какого-то роскошно одетого аристократа; Сьюзан, которую узнал с помошью Бет; чуть раз не пригласил на танец Бишоп, но поспешил ретироваться. В какой-то момент Дима увидел Винса, сидящего за одним из столов, весело разговаривавшим с Зоро (шляпа, хлыст и плащ прилагались).

Дима уже думал перекусить, когда его за локоть подхватила фея в насыщено синем наряде и прозрачными, отливающими голубизной, крылышками за спиной. Девушка довольно улыбнулась удивлению на лице сокурсника и потащила его к площадке для танцев.

- Мне Бет сказала, что ты танцуешь танго. Давай покажи: на что ты способен.

- Музыка ж не подходящая.

- Это ненадолго.

Музыка стихла и ди-джей объявил на весь зал:

- А теперь. Танго!

- Тогда давай, - Дима подхватил Синди за талию, и они начали свой танец страсти.

Винс в начале вечера рассказал другу, что в обществе английских магов цениться танец, как магия тела. Так что, как представитель древней семьи, он был обучен этому искусству. Диму же мама отправила на танцы вместе с Олей, которая так хотела научиться. Сестра выступала со своей группой на курсах, Дима же просто выучился и поспешил заняться чем-то поинтересней.

Музыка закончилась. Довольный слизеринец опустил Синди на пол и только теперь заметил, что вокруг них никого нет. Он осмотрелся и понял, что вокруг их пары образовался круг из наблюдателей. Потом все внезапно взорвались аплодисментами. Преподаватели поднялись со своих мест и тоже хлопали в ладоши.

- Продолжаем наш вечер. Дальше попросили поставить что-то медленное. Исполняю.

Снова заиграла музыка и круг начал сужаться. К Синди мгновенно подскочил высокий ярко раскрашенный парень, приглашая на танец. Она кивнула и приняла подставленную руку. Дима немного запыхался после такого танца, так что поспешил на улицу, избегая любых приглашений на танец.

Это было немного опрометчиво выйти на улицу в такой легкой одежде. Дима обхватил себя руками и направился к озеру. Солнце уже давно село, и водная гладь казалась черным непроницаемым покрывалом. Парень заранее увидел целующуюся пару и свернул в другую сторону. Прогулка не затянулась надолго. Дима уже хотел возвращаться назад, когда его внимание привлек огонек зеленого света, проступающий под водной поверхностью. Огонек хаотически метался и, в конце концов, замер в полу метре от парня. Дима присел, чтобы лучше рассмотреть странное свечение. Ему казалось, что оно очень походило на искры его перстня.

- Вижус все как нужнос...

Заклинание истинного зрение сработало после выпущенной искры, и Дима увидел того, кого скрывала водная гладь. Вскрикнув, он резко отскочил назад. Уж что, а такое чудовище с зеленым огоньком на конце усика он не ожидал увидеть. Существо зашевелилось. Не зная, чего от него можно ожидать, парень начал пятиться. Он успел сделать от силы три шага, перед тем как столкнутся с преградой. Дима запрокинул голову и в ужасе отшатнулся. За ним стояло приведение парня лет шестнадцати-семнадцати. Из уголков рта стекали застывшие со времени смерти кровоподтеки, зрачки лишь немного выделялись на фоне белков, а одет он был в повседневную одежду мага. И все же Диму напугал не вид приведения (выглядел парень, как подобает приведению), а то, что он был непроницаемы. Прозрачным - да (вон еще какая-то парочка прошла), но слизеринец впечатался в него, а не прошел насквозь. Дима с недоумением рассматривал призрака и, для большей уверенности, протянул руку. Пальцы коснулись ткани и она подогнулась. Ни тепла, ни холода парень не ощущал. Вообще не возникало никаких ощущений. Если бы он закрыл глаза, то с легкостью подумал, что перед ним весит обычная ткань.

- Нравиться?

Дима снова резко отшатнулся (еще так пару раз и он окажется в озере). Слизеринцу очень хотелось оторвать кусочек ткани и попытаться стереть кровь с уголков рта для проверки на реальность, но он не посмел.

- Ты призрак или?..

- Или?..

А что могло быть другое? Задавшись этим вопросом, Дима сразу понял, что к чему. А костюм действительно был интересным.

- Я уже действительно подумал, что ты - призрак.

- Так и задумано. Вот, - он взял руку Димы и стер кровь с уголка рта, - смотри.

На руке была не кровь, что-то похожее и не прозрачное. Слизеринец понюхал красную массу - какое-то зелье, что ли?

- Ты что, замерз?

- А ты нет?

- Это заклятие делает меня невосприимчивым к теплу или холоду. Ты же не чувствуешь, чтобы от меня исходило тепло, как от обычного человека, или холод, как от приведения?.. Пошли, - парень взял Диму за туже руку и пошел к входу в замок.

Оказавшись в тепле, слизеринец растер свои плечи. Осознав свою ошибку, он посмотрел на мазок "крови" на правом плече. Уж что, а кровь ангелу была не к лицу. Дима достал палочку и стер пятно.

- Загорный Дима, полагаю?.. - в свете факелов парень казался еще более прозрачным, если бы он еще летал...

- Допустим?..

- А я - Бред Тогерти. Возможно, ты не замечал, но я из Гриффиндора.

Не замечал - оно и не странно. Дима вообще старался не сидеть в гостиной, предпочитая свою комнату или комнату слизеринцев. Лицо тоже не всплывало в памяти, наверное, не замечал его раньше.

- Еще увидимся, Дима, - Бред повернулся и направился в галдящий зал.

Наслаждаясь теплом и одиночеством, Дима еще какое-то время постоял возле входа, прислонившись к стене. Что директор говорила про конкурс костюмов? Слизеринец отстранился и пошел в Большой зал, намериваясь бросить в кубок бумажку со словом "приведение".


***


- Где же ты пропадал весь вечер?

- Могу задать тебе аналогичный вопрос. Я тебя уже давно не вижу...

- Между прочим, я все время находился в зале и не покидал его пределы.

- Ну, а я лишь раз вышел на холод, прогулялся, встретил парня в костюме приведенья и замерзший вернулся обратно.

- Кого ты повстречал?

- Вон то привидение, - Дима указал на находящегося в другом конце зала Бреда. - Знаешь его?

- Гриффиндорец.

- Прошу внимания, - директриса поднялась со своего места. - Как ни прискорбно это признавать, но наш вечер подходит к концу, - по залу прокатились разочарованные возгласы. - Так что мы переходим к заключительной части этого вечера. Ранее я сказала, что обладатель костюма, получившего наибольшее количество голосов, получит интересный сюрприз. Но... все же будет как-то не честно наградить только одного. Обладатели четырех следующих позиций сами выберут себе приз... из предложенных. Итак, начнем.

Директор обошла стол и стала возле пылающего кубка. Огонь на мгновение стих и вдруг воспылал с новой силой, выбросив в воздух клочок бумаги.

- Арлекин, прошу сюда, - Вирджиния дождалась, когда студент станет рядом с ней. - Винсент Маклакенс, вам первому предоставляется выбрать себе приз, - она протянула парню возникший из воздуха бархатный мешочек.

Винс послушно засунул руку и вытащил небольшую сферу красного цвета. Он посмотрел на директора, но она стаяла в ожидании. Покрутив предмет в руках, парень нашел полосу соединения и расколол шар на две части. В воздух взмыл красный туман, сложившийся в небольшое перышко с острым кончиком.

- Это перо птицы Глонсу позволит вам узнать об истинных чувствах человека, о котором вы подумаете, - она улыбнулась Винсу, и парень понял, что можно идти. - Далее, - второй клочек бумаги взмыл вверх. - Куртизанка. Прошу, Амелия Нагдергур, - девушка в экзотическом костюме подошла к директору.

Дима не попадалась данная особа на глаза, и теперь он отметил, что костюмчик у нее действительно ничего. Та же процедура, вот только девушке попался зеленая сфера. Тумана было меньше, и он собрался во что-то очень маленькое, плюхнувшееся на подставленную ладонь.

- Это амулет чистоты. Пока он на вас, ни одно любовное заклятие или зелье не вступят в действие по отношению к вам.

Девушка заинтересовано покрутила небольшой предмет в руке и пошла хвастаться подругам. Директор же продолжила.

- Граф Дракула.

В двух метрах от Димы расступилась толпа. И к директору проследовал высокий парень в красно-черном костюме с чуть торчащими острыми зубами и остроносой маской.

- Питер Питерсон, - объявила Вирджиния.

Дима закашлялся. За вечер он чуть трижды не натолкнулся на этого типа. Как же ему повезло. А в это время Питерсон вытащил сферу оранжевого цвета, и в воздух взмыло облачко тумана. На руку Питера упал клубок нитей.

- Это самая прочная нить на сегодняшний день. Ее нельзя порвать, разрезать или перетереть. Так что не стоит вязывать сверхсложные узлы, а то потом можно и не развязать...

Питер растянул нить в руках, опять скрутил в моток и направился в обратном направлении.

- Привидение. Прошу, - Дима увидел как его новый знакомый пробирается к директору. - Бред Тогерти.

Гриффиндорец вытащил желтую сферу, туман которой собрался в позолоченную коробочку, размером с ладонь. Бред осторожно открыл ее и заглянул внутрь.

- Это компас. Он не указывает ни на юг, ни на север. Не думайте, что он сломан. Этот компас указывает на то, чего вы хотите.

Бред поспешно закрыл крышку и направился в обратном направлении. Проходя мимо, Тогерти улыбнулся Диме и тот улыбнулся в ответ.

- Теперь у меня остался сюрприз для, - последний клочок бумаги взмыл в воздух, - Ангела, - директор повернулась лицом к Диме. - Прошу, Дмитрий Загорный. Итак, сюрприз для победителя. Дима, чего бы ты сейчас больше всего хотел?

'Что бы на меня так все не пялились! Неужели я настолько особенный, что она только ко мне на 'ты'?..' - странно, что он не произнес этого вслух.

- Наверно, переселиться обратно в Слизеринские подземелья...

- Ну-с, с этим пока придется повременить. А пока забирай свой сюрприз!..

'Почему именно 'сюрприз', а не 'приз'? Это же конкурс был? Я чего-то не понимаю?..' - Дима принял вынесенный Лимпфоном небольшой сундучок с замком. Директор любезно протянула небольшой ключик.

- Давай же, - не нравилось Дима это нетерпение в голосе, но противоречить директору он не стал.

Медленно провернув ключ в замочной скважине, Дима приготовился к худшему и приоткрыл крышку сундучка. Из образовавшейся щели пролился яркий желтый свет и повалил туман. Опасаясь за свою целостность, парень сделал шаг назад, как раз за мгновение до того, как крышка с громким стуком откинулась назад. Свет был настолько ярким, что Дима не только зажмурился, но и прикрыл глаза рукой. Дым был едким и у парня вскоре запершило в горле. По звукам, можно было предположить, что в зале происходила подобная реакция.

Сквозь закрытые веки, Дима увидел, как свет вспыхнул последней яркой вспышкой и потух. Убрав руку от лица, он попытался разглядеть, вохникшую перед ним фигуру. Это оказался высокий юноша, сидевший закинув ногу на ногу со скрещенными руками на груди на месте, где недавно был сундучок. Первой мыслью было, что предмет превратился в человека, но Дима всмотрелся пристальней в черты юношу. Ему можно было дать семнадцать-девятнадцать лет; его светло-каштановые волосы мелкими волнами закрывали уши, немного спадая на глаза, которые были странного серо-синего оттенка; даже в позиции сидя, было видно, что он висок и хорошо сложен; но больше всего удивляла довольная улыбка на его лице.

- Давно не виделись, Дима...

- Очень давно, Паша!..

Дима подскочил ближе. Они заключили друг друга в объятьях. В следующий миг в Большом зале стало на двух людей меньше.


## Глава 15. Паша Ветреный


Дима почувствовал, как его схватило в области живота и потянуло вверх. Ноги оторвались от земли. Он куда-то летел, но чувствовал, что Паша рядом (или кого он тогда обнимает и кто обнимает его в ответ?!), и это придавало уверенности. Страх испарился, и остались только новое ощущения. Внезапно вокруг все замерло с такой же скоростью, с какой и пришло в движение. Дима открыл глаза и увидел довольно опознаваемые светло-каштановые волосы друга. Слизеринец отстранился, всмотрелся в лицо Паши (все же он), и осмотрелся вокруг. Они находились в комнате побольше его слизеринской спальни. По всей видимости - это была гостиная: два дивана и два кресла напротив камина, шкаф с книгами и разными предметами, несколько вазонов и картин без портретов. Интерьер был выполнен в синих и серых тонах, местами красиво сочетались с желтым и оранжевым. Еще наблюдалось две двери: одна большая и с узорами (наверное, выход), другая расписанная и сливающееся с интерьером.

- Где это мы?

- У меня в апартаментах.

- Не похоже на Тибидохс...

- Действительно. Возможно, это по тому, что мы в Хогвардсе?.. - довольная улыбка не покидала его лицо.

Поняв все в пределах нормы, Дима удивился, улыбнулся и снова обнял друга.

- Значит, и тебя сюда перевели. Замечательно! Но разве можно переводиться посреди семестра? А на какой факультет тебя зачислили?

- Ты немножко не так все понимаешь. Да, я тут, но я не студент. Я по-прежнему магспирант Тибидохса. А здесь я для обмена знаниями и практики.

- То есть, ты ненадолго, - Дима уселся в соседнее кресло, так как Паша все это время сидел на диване. - Печально.

- Да, я тут пробуду до рождества, а потом домой на праздники. Похожу на ваши уроки, вытерплю несколько индивидуальных занятий с преподавателями. Возможно, проведу несколько. Мне уже рассказали про мои права и обязанности. В конце концов, я уже тут целый день торчу, а меня попросили пока не показываться студентам.

- Целый день? Значит, ты лично привез мне костюм.

- Было дело. Я вызывал купидончиков - ни один не прилетел. Далеко они отсюда. Так что пришлось вязать к сове. А они кусючие птицы!..

- Надо с ними поласковее обращаться было. И все-таки, как ты попал в Большой зал? Я очень сомневаюсь, что ты был тем сундучком.

- Был. Для разнообразия можно и сундуком стать. Меня ваш профессор по трансфигурации заколдовала, да так, что принять свою нормальную форму я мог только тогда, когда сундук бы открыли. Свет и дым - это для вида.

Паша осмотрелся в поисках чего-то и выпустил зеленую искру. Через секунду из соседней комнаты поплыли поднос, чашки, чайник и сахарница.

- Сюда мы телепортировались?

- Предугадав твою реакцию, на меня наложили заклинание порт ключа. Оказывается, только для этого были сняты ограничение замка на телепортацию.

- Специально для меня?! Неужели конкурс был подстроен? А я уже подумал, что большинству понравился мой костюм...

- Ничего не подстроено. Меня только за минут пять до объявления результатов трансформировали и принесли. Не знаю, как они это устроили...

- Все равно остается ощущение обманутости, но... - Дима довольно улыбнулся над кружкой чая, - я рад, что ты тут...

- Я тоже...

Они оба обменялись довольно-подозрительными взглядами и разом засмеялись. Паша так хохотал, что разлил на себя горячий чай. Диму это рассмешило еще больше. Шипя, Паша произнес заклинание, и искра высушила одежду.

- Будешь колдовать только кольцом?

- Не, у меня и палочка есть. Я просто еще к ней не привык. Я помню: тебя тут возвышают, думая, что ты колдуешь без палочки. Кстати, а это случайно был не тот Питерсон о котором ты мне писал?

- Тот?

- Вампир?

- Имя его, а под маску я не заглядывал. Стараюсь его избегать.

- Так дела не делаются! Надо прямо ему все сказать!..

- Ха. Я ему не только говорил, но еще давал пощечины, заезжал в челюсть и даже раз дрался.

- А все остальное, значит, не однократно было. Тогда предлагаю тебе другой подход: у тебя есть девушка, и ты ее любишь!

- На девушку он не купится. Не могу же я после трех месяцев обучения внезапно взять и влюбиться в свою сокурсницу!..

- Другой кандидатуры нет?

- Я таких не вижу.

- Тогда следующий вариант: у тебя есть парень!

- Очень смешно!..

- Я серьезно.

- Допустим. И кого же ты хочешь записать ко мне в "парни"? Винс на такое не пойдет...

- Он перед тобой, - Паша широко развел руки. - И не скажешь, что "вдруг влюбился". Никто же не знает про наши отношения.

- Я как-то упоминал, что ты - мой друг.

- Кому?

- Его сокурснице.

- "Дружбу" можно толковать по-разному, - Паша подпер рукой подбородок и игриво захлопал ресницами. - Твоему Винсу можно будет все рассказать.

- Он не "мой".

- Допустим...

- Не будем допускать. Он не "МОЙ"!

- Но не "мой" же!..

- На что ты намекаешь?! Ты что ревнуешь?..

- Я? Ревную?! Да какое! Мне абсолютно наплевать, что теперь с ним ты проводишь все свое время, как когда-то со мной...

- Ревнуешь.

- Обязательно нас познакомишь.

Оба рассмеялись, но мгновенно затихли, когда раздался увесистый стук шагов.

- Что это?

- Мне сказали, что если кто-то будет направляться ко мне, комната предупредит.

- Можно ли это считать предупреждением?

- Думаю, - в дверь с силой постучали, - да.

Поднявшись со своего места, Паша бросил пару искорок. Первая убрала поднос с сервизом. Вторая зажгла камин. Третья притушила свет.

- Сядь на диван и в случаи чего - подыграй мне, - он показал Диме молчать и направился к двери.

Стук уже повторялся в третий раз. Паша открыл дверь и облокотился на косяк, закрывая проход, но давая Диме увидеть пришедшего. Это был высокий парень с темными волосами и злыми карими глазами, ноздри на неправильно зажившем носу были расширены от того же чувства, а руки сложены на груди.

- Я вас слушаю, дорогой полночный гость?..

- Вот именно - уже поздно. Все студенты должны находиться в своих кроватях. Я, как староста, пришел выполнить свой долг.

- Насколько мне известно, - Паша рукой преградил вход Питерсону. - В уставе школы сказано: "студенты должны находиться в постелях", но не указано, в каких именно. Этой ночью я любезно предоставлю Мистеру Загорному половину моей кровати, - Питер хотел что-то сказать, но Паша его быстро остановил. - Если вас это по-прежнему беспокоит, то директор Хогвардса сама дала мне такое разрешение...

- Ты!..

- Вы. Я - магспирант Тибидохса, прибывший по приглашению начальства Хогвардса для перекрестного обучения. Так что отныне прошу называть меня Павлом Николаевичем. Моя деятельность не связала лично с вами, так что прошу больше не тревожить меня в моих апартаментах.

- И все же вы намерены оставить Загорного у себя на эту ночь, как это?!..

- "Оставить"? Я что какая-то вещь?! - двое стоящих у двери перевели взгляд на Диму. - Я сам с радостью останусь. Здесь намного просторней гостиной Гриффиндора, да и кровать тут значительно больше, чем для двоих.

Дима сделал мудрый ход и, когда вошел Питерсон, улегся на диван спиной к двери. Он не мог видеть лица Питера, но мог скрыть свое. После своих слов он блаженно потянулся и запрокинул голову, немного свесившись с подлокотника дивана. Теперь он мог видеть перевернутого довольно улыбающегося Пашу и недоумевающего и удивленного Питера. Для большего эффекта, Дима согнул одну ногу в колене и закинул на нее другую, не сводя, как он предполагал, игривого взгляда с парней.

- Как уже сказал мой друг, - последнее слово было произнесено с явным подтекстом, - студент и магспирант никак не связаны, так что нет ничего непростительного, если я останусь тут...

- И все-таки!..

- Не забывай, что я тоже староста, так что могу в полной мере оценить свои действия.

- Вы его слышали. А теперь попрошу вас удалиться. И ему и мне завтра рано вставать. Возможно, еще увидимся...

Паша уже начал закрывать дверь, но Питер перехватил его за локоть и резко подтянул к себе.

- Мы еще посмотрим: кто кого!.. - гриффиндорец сказал это так, что бы Дима ничего не услышал.

- Несомненно, - Паша закрыл дверь и подошел к другу, став над ним, упершись руками по обе стороны от его головы. - Как он узнал, что ты здесь?

Дима сел и непонимающе посмотрел на друга.

- А разве у тебя комната никак не обозначена?

- Нет. Простая дверь, пока даже без надписи...

- Тогда это странно...

- Спишь на диване.

- Ну, уж нет!

- Ладно, тогда иди выбирай себе половину, а я в душ. Как-то странно чувствую себя после бытия сундуком...


***


Знакомство Винса с Пашей прошло интересным образом. На следующее утро первый заявился в гости, а второй открыл ему дверь в одних спальных шортах. Подсластило ситуацию то, что из глубины комнаты донесся недовольный голос Димы с фразой: "Иди сюда, а то я сам не могу...". На самом деле это было продолжением спора о том, чтобы рыться в вещах Паши, но Винс же этого не знал. Покраснев и попытавшись побыстрее ретироваться, гость развернулся, но был быстро втянут в комнату. Дверь захлопнулась, щелкнул замок, немного встревожив Винса. Паша приобнял слизеринца за плечи и поволок во вторую дверь.

- Паша Ветреный. Можно просто Паша.

- Винс Маклакенс.

- О, Винс. Хорошо, что ты заскочил. Нужно тебе кое-что рассказать.

Дима был уже одет в форму и что-то искал в открытом шкафу. Комната, которая была спальней временного гостя Хогвардса, была большой до безобразия. Огромная, даже не двух, а трех спальная кровать, занавешенная отдельной шторой, широкое окно высотой от пола до потолка, шкаф во всю стену, состоящий из разных отделений и заполненный непонятно чем, резная дверь в ванную, где забыли выключить свет, а сквозь щели виднелось что-то сверкающее. Винс с сомнением осмотрел раздвинутые шторы и смятую постель. Однако он не увидел костюма ангела, в котором Дима провел вчерашний вечер.

- Винс, это Паша - мой школьный друг.

- Я уже догадался...

- Ладно, вы тут общайтесь, а я в душ, - Паша отпустил Винса и направился в приоткрытую дверь.

Дима рассказал другу о своем плане и полюбопытствовал, как все закончилось. Оказалось, что после их исчезновения, директор объявила о последнем танце и потом отправила всех спать. Винс не заметил, когда ушел Питерсон, так как сам немного переживал за друга. Директор все же не могла устроить что-то не безопасное для жизни, да и он видел, что Дима сам бросился в объятья Паши. Слизеринец рассказал, что веселье в башне продолжалось еще довольно долго, но он отправился спать, так как не горел большим желанием праздновать с гриффиндорцами. Перо, полученное как приз, Винс так и не испытал. И, воспользовавшись моментом, пока Паша засел в ванной, Дима нашел листок бумаги и Маклакенс достал из внутреннего кармана красное перо. Самое интересное было то, что перо было твердое словно камень. Чернил на кончике не было, но как только Винс поставил его на бумагу - сделал красную кляксу.

- И как им пользовать?

- Попробуй подумать о конкретном человеке.

Винс закрыл глаза, и перо в его руке моментально начало выводить что-то на бумаге. Несколько корявых слов и слизеринец открыл глаза. Красными чернилами по белому пергаменту было выведено три слова: симпатия, интерес, любопытство.

- И о ком ты думал?

- О тебе.

- Значит... наверное, это перо пишет чувства, которые человек испытывает в момент, его применения... Я так думаю.

- Теперь попробуй ты, - Винс протянул перо, и Димина рука вывела еще несколько слов. - О ком подумал?

- О Паше. Наслаждение, расслабленность, довольство. Похоже, ему нравиться душ...

Так они еще несколько раз испытали перо в действии. Результаты они могли проверить только на друг друге, так что должной информации это им не принесло. Через какое-то время Дима начал стучать в ванную, утверждая, что они уже почти опоздали на завтрак и вскоре могут опоздать на первый урок. Парни могли уйти и без Паши, но придуманный ими вчера план требовал появление Димы вместе со своим "другом". Как-то выманив его из ванной, они уже были готовы выходить, но Паша начал снова рыться в своих вещах. Он достал какой-то плоский предмет и бросил его Винсу. Маклакенс начала с любопытством разглядывать непонятную вещь.

- Что это?

Дима стоял рядом и довольно заулыбался, а ведь он о таком не подумал.

- Зудильник.

Винс еще раз покрутил плоский гладкий диск потускневшего бронзового цвета.

- И? Мне это ничего не говорит?..

- Для связи. Если он будет вибрировать и издавать отвратительно-громкие звуки, поводи пальцем против часовой стрелки по его поверхности.

- Я тебе потом расскажу. Идем.


***


Это утро отличилось тем, что Дима получил кучу сов. Письма в основном были любовные, с различными предложениями и приглашениями на встречи. Большая часть была подписана, но встречались и анонимки. Одно письмо отличалось от других и гласило: "Нужно поговорить. Сегодня в девять часов возле аудитории для трансфигурации...". Дима с какой-то странной заинетересованостью посмотрел на лист пергамента: подписи нет, почерк был явно изменен магическим методом, а сова была школьная. Возможно, это и было что-то несущественное или же просто метод заманить туда Диму, но парень все равно был заинтригован. Просто в других письмах было написано, что отправитель конкретно хотел от слизеринца и как (иногда в каких позах). Это короткое письмо заинтриговало парня, и он пока не мог решить, как поступить. Положив пергамент во внутренний карман, Дима продолжил разбирать "макулатура".

Уроки сегодня не принесли ничего особо интересного. Большинство студентов до сих пор отходили от вчерашнего празновства и спали просто на партах. Такое общее состояние студентов не особо радовало преподавателей, но поделать они с этим ничего не могли. Сонливость привела к тому, что на Гербологии один из студентов заснул возле растения, намеревавшегося закусить им перед основным блюдом. Еще сегодня было Прорицание, где профессор Дример учила студентов гадать на ближайшее будущее. Дима успел сделать расклад Синди, которому та очень обрадовалась. Девушка же долго возилась и не сумела окончить свою работу. Парень только и узнал: "встреча... (отсутствие предсказание) ... враг/друг".

За обедом Дима показывал самые интересные письма Винсу, когда в окно внезапно влетела бурая сова и приземлилась на преподавательский стол. Паша с интересом разглядывал птицу, пока сидящий рядом Дроклов не намекнул забрать письмо. Сова улетела, и два слизеринца уже было вернулись к своему прежнему занятию, когда гудение зала заглушил голос вопиллера.

- Если ты не оставишь Диму в покоя, то ты очень сильно об этом пожалеешь!

Дима резко оглянулся на преподавательский стол, где Паша с интересом разглядывал горевшие красные кусочки бумажки. Дроклов рядом с ним выглядел недовольным и с призрением смотрел на небольшой костерок у них на столе.

- Паша попал, - прошептал Винс.

- Все так будут думать.

Паша кивнул на фразу Дроклова и, поднявшись со своего места, направился к Слизеринскому столу. Остановился возле Димы, нагнулся и шепнул на ухо:

- Встань и подыграй мне.

Дима поднялся со своего места, и Паша незамедлительно впился в его губы поцелуем (легким, но эффектным). Винс не находил себя от удивления. По залу же прокатились возгласы удивления. Так же резко прервав поцелуй, Паша взял друга за руку и повел из зала. Остановились они только в одной из ниш, где их никто не мог увидеть.

- Как это понимать?!

- Ты знаешь типа с крашеными светлыми волосами, сидящего за правым средним столом?

- А?

- Когда я тебя поцеловал, он чуть не взорвался от злости. Думаю, это он прислал ту штуку.

- Все равно не вижу причины, чтобы меня целовать!

- Я все же предпочитаю знать угрожающих мне людей в лицо. А ты подумай о хорошей стороне случившегося...

- Теперь все будут думать, что я голубой!

- Но ведь теперь Питерсон будет уверен в том, что ты со мной. Ну? Тогда увидимся позже! В случаи чего связывайся со мной по зудильнику. В пределах школы они работают...


## Глава 16. Слизеринцы просят


- Значит, я опять все неправильно понял?!

- В смысле 'опять'?..

- Когда меня Паша встретил только в шортах, то я подумал, что ты 'не только спал с ним в одной кровати'...

- Да ну тебя!

Дима с Винсом под плащом-невидимкой направлялись на четвертый этаж к кабинету трансфигурации. Загорный хотел посмотреть: кому же нужно будет с ним "поговорить". Они вышли немного раньше, чтобы подождать отправителя и, в случаи чего, не подавать голос.

Слизеринцы пришли за пятнадцать минут, до назначенного времени встречи, и, разумеется, никого не обнаружили. Выбрав себе местечко поудобней, они сели на пол, облокотившись на стену.

- И все-таки, что у тебя с Пашей?

- Первое, мы с ним просто друзья в самом обычном толковании этого слова. И второе, почему тебя это так заботит?

Дима не видел лица друга, так что не мог сказать, почему он молчал.

- Просто... мне интересно... - Винс какое-то время помолчал. - Понимаешь... я ведь еще девственник, а ты...

- Тебя волнует, что ты еще не лишился девственности?

- В общем... да.

- Было бы из-за чего волноваться.

- А... как это у тебя было в первый раз?

Теперь уж Дима замолчал.

- Если вкратце, то неожиданно. Не хочу я вдаваться в подробности той ночи, но сказать могу вот что... не спеши лишиться девственности - это не главное в жизни.

- Очень ты мне помог...

- А должен был?

Они переглянулись и покатились со смеху. Дима еще хотел что-то добавить, когда осознал, что они уже были не в нише, над ними стоят две темные фигуры и плащ больше не скрывал их от окружения.

- Дима, а ты пришел не один...

Слизеринец даже не успел выкрикнуть защитное заклинание, когда бледно-голубой луч поразил его в лоб.


***


Голова гудела, когда Винс открыл глаза. Он очнулся на том же месте, где обрывались его воспоминания. От натиска последних, нахлынул новый приступ боли. Слизеринец сел и взялся за голову. Его пальцы нащупали какую-то корку. Осторожно пройдясь по ней, он застонал от боли, когда его пальцы нащупали что-то влажное. В коридоре было темно, так что вещество выделялось темным пятном на светлой коже.

Винс сделал вдох и выдох, прежде чем снова открыть глаза. Про свою рану он моментально забыл, не увидев рядом с собой Диму. Плащ-невидимка лежал у его ног, но друга нигде не было. Слизеринец вскочил на ноги, от чего у него мгновенно потемнело в глазах. Устояв, он быстро осмотрел коридор и заглянул в аудитории рядом с этим местом.

Уже определенно была глубокая ночь, и Винс растерялся в том, что ему следует делать. Он мог пойти будить кого-то из преподавателей и утверждать, что Дима пропал. Это было глупо. Сеять панику из-за одного студента. Вспомнив про подарок, полученный этим утром, Винс достал зудильник. Дима упоминал, что это для связи, но как же им пользоваться?! Слизеринец попробовал несколько комбинаций, но ничего не происходило. Выругавшись, он запихнул зудильник в карман, подхватил плащ и направился в сторону лестницы. Был еще вариант пойти будить Пашу, но сложно было сказать: смог бы он чем-то помочь. У Винса был другой план, который ему не нравился, но который определенно должен был сработать.

Почти выкрикнув сонному портрету пароль, Винс помчался в спальню шестого курса Гриффиндора. Он за считанные секунды преодолел пустую гостиную, ступеньки наверх и ворвался в спальню мальчиков. Слизеринец мгновенно убедился, что кровать Димы пустует. А ведь он еще надеялся увидеть друга там. Бросив плащ в сторону, Винс подскочил к кровати Питерсона и начал трясти его за плечи.

- Питерсон, проснись! Проснись! - Винс залепил Питеру пощечину.

Гриффиндорец, наконец, начал подавать признаки сознательности, когда Винса внезапно подхватили сзади под руки, оттащив назад.

- Что ты творишь, Маклакенс?! С ума, что ли, сошел?

- Пусти! С Димой беда! Нужна...

- С Димой беда? - Питер моментально вскочил с кровати и стал рядом.

Винс прекратил вырываться и подался вперед.

- Меня оглушили, а Диму куда-то забрали!

- Куда забрали?

- Откуда же мне знать?!

Питер схватил палочку и запустил два бледно-голубые луча в кровати Тома и Джереми, а потом пробормотал заклинание зажжения света. Привыкнув к яркому свету, он в ужасе сделал шаг назад.

- Винс, да у тебя кровь!

- Где? - Стив быстро отпустил слизеринца и развернул к себе. - Вот черт! - он одним движением посадил Винса на свою кровать и направился к шкафу.

Маклакенс позволил усадить себя, так как на него накатилась новая волна боли. Он закрыл руками глаза. Слова давались ему с трудом, но он старался.

- Питерсон, ты сумел найти Диму, когда его вчера телопортировали из Большого зала. Найди его и сейчас, - Винс сглотнул, - прошу!..

Питер аж поперхнулся воздухом, а Стив чуть не выронил то, что держал в руках.

- Да, я могу его найти, - Питер полез под кровать. - Что вы вообще там делали?

- Дима получил письмо с просьбой о встрече ради разговора. Мы пошли вместе, взяв твой плащ, прокололись и выдали себя. Я помню, как ему в лоб направили палочку... Ай! Что ты делаешь?!

- Или сиди смирно, или ложись. Твою рану нужно обработать.

- Плевать мне на мою рану. Нужно найти Диму!

- Ложись! - Стив не очень ласково, но осторожно повалил Винса на постель и сел рядом, обрабатывая рану каким-то зельем.

- Торжественно клянусь, что не замышляю ничего хорошего!

- Что?..

- Лежи, не двигайся! Или мне тебя заклинанием пригвоздить?

Пока Стив занимался обработкой раны Винса, Питер искал на карте Мародеров следы с флажком "Дмитрий Загорный". Гриффиндорец убедился, что Димы не было ни в башни, ни в подземельях, ни в двух других гостиных. Дальше он начал просматривать этаж за этажом. Он уже начал думать, что пропустил нужную табличку, когда наткнулся на отпечатки Димы. Радоваться было не чему, так как рядом с ним в одной аудитории находились две пары следов с флажками: "Остин Хорн" и "Грегор Хорн".


***


Дима резко открыл глаза и сел. Он помнил, где был, но не понимал, где находится. Помещение было похоже на импровизированную спальню: большая гора подушек, укрытая покрывалом, несколько больших старинных светильников в углах "кровати" и несколько столов, сдвинутых у противоположной стены, и накрытых таким же покрывалом. В комнате никого не было. Почесав затылок, Дима слез с "кровати" и направился к одной из двух дверей. Рывок на себя - заперто. Порывшись в карманах, он обнаружил пропажу палочки. Кольца тоже не оказалось. Паршиво. Или тот, кто его сюда припер, знал о магии кольца или же просто снял, чтобы изучить получше.

Прокрутив все варианты, Дима приложился плечом на дверь. Никакого эффекта. Он попытался еще раз - тоже ничего. Сделав шаг назад, парень попытался выбить дверь ногой, но тоже не достиг желаемого результата. 'Черт!.. Надо больше времени уделять силовым тренировкам'. Физически Дима был хорошо сложен, изворотлив и гибок, но силы ему часто не хватало. Он уже хотел попытаться еще раз, но услышал скрип давно не смазываемой двери. Слизеринец обернулся и замер, осознав величину проблемы.

Из-за двери появился парень, которого Дима встретил в ванной старости, а следом за ним его зеркальная копия, хотя... не совсем зеркальная. Если бы они быстро передвигались, то разницу было бы почти невозможно увидеть. И все же сейчас слизеринец не мог сказать, кого из этих двух он встречал раньше.

- Our sleeping beauty is already awake...

- We suppose you doesn't mine that we borough some of your things, - они разом продемонстрировали палочку, кольцо и зудильник.

- Your wand is nothing special.

- Your ring is something what you need to communicate with everyone. That's what we think.

- And this, - один из братьев продемонстрировал зудильник, - we can't even figure out what is it for.

- Вот дибилы, - Дима взялся за голову рукой и помотал ею из стороны в сторону. - Я, - рука на груди, - вас, - палец в сторону их двоих, - не понимаю, - палец на ухо и крестик двумя руками.

Братья переглянулись и снова посмотрели на Диму. Слизеринец закатил глаза и указал пальцем на кольцо, а потом сделал манящий жест. Стоящий справа, направился вперед и передал кольцо Диме. Рывком выхватив предложенный перстень, Загорный надел его на палец, но пока не спешил пускать в ход магию искр. Не просто же так ему пока не дают палочку и зудильник.

- Какого вам надо? Куда вы дели Винса?

- Все же для общения, - подходивший, сделал шаг назад.

- Поговорить хотели - говорите! - получив кольцо, Дима обрел уверенность и перешел в наступление.

- Что это? - один брат снова приподнял зудильник.

- Вы не могли видеть это раньше, значит, к разговору оно отношение не имеет. Не тяните время, а то у меня терпение не резиновое.

- Ладно, - братья снова встали рядом. - Я - Остин Хорн.

- Я - Грегор Хорн.

Дима скрестил руки на груди и ничего не ответил. 'Значит, Винс был прав на счет этих двух...'

- Мы просили о встрече, так как хотели поговорить и...

- Поговорить, значит? - перебил Грегора Дима. - Никогда не знал, что ради разговора собеседника нужно разоружить и отобрать сомнительные вещи!

- Это вынужденная предосторожность.

- Да уж, а в ванной это тоже была 'предосторожность', - Дима посмотрел на того, что назвался Остином. - Скажу честно - вы мне не нравитесь. Оба. Если вы сейчас же не вернете мне мои вещи и не выложите причину, по которой позвали меня сюда, я сам заберу свое и уберусь отсюда.

- Мы слышали, что ты можешь колдовать без палочки...

- Но разве такое возможно?..

- А вы проверьте, - Дима выпрямил руки, немного разведя их в стороны, демонстрируя ладони.

- Ладно, мы хотели спросить тебя...

- Что у тебя с этим магспирантом из Тибидохса?

- А как вы думаете? - Дима довольно улыбнулся, а братья переглянулись. - Вот. Именно то, о чем вы подумали.

- Тогда откажись от него.

- Порви с ним.

- И зачем мне это? - 'Слышал бы меня Паша...'

- Стань нашим.

- Зачем тебе он один...

- ...когда нас двое?

- Вы уж простите, но я не просто так выбрал Пашу. Почему вы думаете, что можете превзойти его?.. - Дима осекся, увидев два одинаково-похотливых взгляда, устремленные на него.

- Нас двое, - их голоса слились.

- Ну и?..

- Мы докажем, что лучше этого магспиранта.

Мгновение и Дима ощутил, как в голове зазвенело. Это фраза повторялась и повторялась, словно эхо. Он почти осел на пол, но две пары рук подхватили его, не давая упасть. Звон прошел. Дима отнял руки от висков и хотел встать. Тут-то он и понял, что почти не контролирует свое тело. Дыхание участилось и ему стало очень жарко. Хотелось в душ... под холодную воду... что бы ушло это наваждение... это. Черт! Дима стиснул зубы. Что они сделали с ним? С его телом?

- Что вы сделали?!.. - даже слова давались с большим трудом.

- Мы помогли тебе расслабиться.

- Мы знаем, насколько ты можешь быть агрессивным.

- Подонки...

Дима спиной чувствовал мягкость импровизированной кровати. Он ощутил руки на своей груди, но сделать с этим ничего не мог. Попытка сказать что-то обернулась очередной неудачей.

- Не беспокойся...

- Сейчас тебе станет легче...

Поцелуй. А ведь это почти то, чего ему сейчас хотелось. Дима поддался вперед. Их языки начали борьбу за превосходство. Этот танец на мгновение успокоил слизеринца, но в следующую секунду, когда он освободился от своей мантии, огонь запылал в нем с новой силой. Дима поддался вперед, прижимая свое тело к чужому, возвращая поцелую. Ему пришлось отстраниться, чтобы снять рубашку, которая только мешала. Контакт голой кожи привел парня в еще больший восторг. Его хотели уложить, но он не дался. Такой жар невозможно обуздать, если просто лежишь. Дима перехватил руку и повел ее в обратном направлении. Он уперся коленом в подушки, а руками в чьи-то плечи. Сейчас ему было все равно кто, где и зачем. Слизеринец делал то, что хотел, а остальное уже было не важно. Он ощутил касание губ к своей спине. Это было настолько приятно, что Дима прогнулся от удовольствия. И все же он не собирался просто наслаждаться происходящим - он намеривался получить максимум удовольствия.


***


Ощутив укол беспокойства, Питер прибавил ходу. Он прыжками преодолел несколько пролетов и побежал по темному коридору. Сейчас гриффиндорец создавал столько шума, что даже плащ-невидимка не спас бы, наткнись он на смотрителя.

Найдя местонахождения Димы, он быстро подхватил плащ и выбежал из комнаты. Возможно, это было немного не разумно оставить Винса на попечение Стива, но больше ничего не оставалось. Его друг хоть и был вспыльчивым, но нападать на раненого не стал бы. Не в его это правилах. И все же?.. Раненым был Маклакенс! Тут уж ничего нельзя было обещать. В его присутствии Винс вел себя податливо, но что же будет, если их оставить одних?.. 'Ну... в крайнем случаи придется лечить обоих. Не поубивают же они друг друга?..'.

Преодолев еще коридор, Питер подбежал к нужной аудитории. Дернул за ручку - заперто. А чего, собственно, еще следовало ожидать? Сделав шаг назад, гриффиндорец стянул с себя плащ и направил палочку на замок.

- Гетронум!

Изобретенное им все отпирающее заклятие на Чарах сработало безотказно. Распахнув дверь, Питер ворвался в помещение и замер на пороге. Направляясь сюда, он готовил себя к возможности увидеть такое, но гриффиндорец все же оказался не способным воспринять увиденную картину. Шок захлестнул Питера, и теперь он засомневался в правильности своих действий.

Привлеченный резким звуком, Дима на секунду поднял глаза, но быстро вернулся к своему прежнему занятию. Этого мгновения хватило Питерсону сполна. Он увидел то, что следовало, и поднял свою палочку.

- Петрификус тотало! Петрификус тотало!

Два луча поразили братьев Хорн. Тот, что находился сверху, не удержался и свалился на пол. Второй же остался лежать под внезапно выгнувшимся Димой. Надавив на грудь одного из братьев, слизеринец поморщился и поднялся с кровати. Медленно и изящно, словно кошка, голый до пояса Дима направился в сторону Питера. Гриффиндорец смотрел в эти затуманенные глаза и не мог понять, что с ним сделали эти двое.

- Дима, что с тобой такое? Ты...

Даже не обращая внимания на слова, Дима подошел ближе и впился в губы Питера обжигающим поцелуем. Прижимаясь плотнее, слизеринец заставил Питерсона сделать шаг назад и упереться спиной в дверь. Пользуясь замешательством жертвы, Дима обвил одну руку вокруг шеи Питера, а второй зарылся в его волосы. Такому напору не возможно было сопротивляться. Питерсон обнял слизеринца за талию и попытался перехватить инициативу, но у него ничего не получилось. Дима своим языком вытворял такое, что кружилась голова.

"Это неправильно! Это не он!" - Питер резко отстранился, ударившись головой об дверь. Диму, однако, это не смутило, и он снова полез целоваться.

- Дима, посмотри на меня! Это я - Питер!

- Питер, - повторил Дима и на мгновение замер. - Ты хочешь меня... Я это чувствую, - насмешливая улыбка. - Вот тут... - Рука Димы легла на пах Питера. - Так что не сопротивляйся и будь паинькой...

Еще один невообразимый поцелуй. Питерсон не сразу понял, что рука Димы расстегнула его ширинку и проникла внутрь.

- Что ты делаешь?! - Питерсон отпихнул Диму от себя.

- Я хочу помочь тебе получить удовольствие...

- Хочешь удовольствия?! Так ты его получишь!


## Глава 17. Последствия прошлого


Следующее утро началось с глубочайшего шока. Дима все помнил. ВСЕ! Он вскочил с кровати и умчался в ванную. Парень не верил и не хотел верить отражению. Шею и грудь покрывали лиловые засосы. Ему хотелось разбить зеркало, чтобы не видеть всего этого. Хотело избавиться от ощущение чужих пальцев, блуждавших по его телу, легких и дерзких поцелуев, покрывавших его кожу. Таким грязным Дима еще никогда себя не ощущал. На глазах наворачивались слезы боли и обиды. Даже не снимая джинсы, он залез в душ и включил воду. Ноги его не держали. Он осел на плитку, обнимая свои плечи, которые содрогались при каждом всхлипе. Ледяная вода смешивалась со слезами и текла вниз. Было холодно, но этот холод был ничем в сравнение с болью в груди.

- Что ты творишь?! Ты же заболеешь!

Вода теплеет, но Диме все равно. Он закрылся от всего вокруг, поглощенный своей болью. Теплые руки обнимаю его, вырывая из собственных мыслей. Парень чувствует, как намокает одежда того, кто пытается его успокоить. А ведь действует. Все же могло обернуться еще хуже. Дима это понимает, и всхлипы стают все реже и реже. Он разжимает руки, прислоняется к мокрой одежде и обхватывает спину своего успокоителя. Все могло обернуться значительно хуже, если бы эти близнецы добились своего. Немного отстранившись, Дима находить то, что искал. Ему хотелось немножко радости. И он ее взял, запичятлив поцелуй на губах Питера. Пусть это он - тот, кто даже не скрывает своего желания обладать им, кто почти заявил свои права на него, кто вчера дал его телу разрядку. Но он тот, кто бросился его спасать, кто не идет напролом, кто вчера не воспользовался своим шансом поиметь его.

Это просто поцелуй. Небольшая доза счастья, которую Дима может позволить себе взять за свои страдания. Пусть это парень. Пусть Питерсон. Пусть потом он пожалеет об этом. После него все вернется на свои места. Дима так решил и так будет...


***


- Профессор, вы тут? Вы не отвечали, так что мы?..

Дима с Винсом пришли в назначенное время и место... вроде. Больше дверей с пылающими зелеными факелами они не нашли. Помещение было меньше предыдущих апартаментов профессора Дроклова и по тому казалось еще больше заставленным. Видимо, профессор постарался унести из подземелий все, и поплатился за это свободным местом. В середине комнаты стоял стол с большим котлом, к которому слизеринцы и направились. На столе еще лежала доска, два ножа и несколько коробочек. В самом котле было пусто.

- А нам можно тут находиться, если его нет?

- Сказал прийти - мы пришли.

Из центральной комнаты вели три двери: выход, спальня и еще одна. Поскольку дверь в комнату с кроватью была приоткрыта, парни позволили себе туда заглянуть. Однако они были разочарованы - то была обычная спальня. Их надежды увидеть что-то действительно стоящее не оправдались. Единственное, что указывало на хозяина комнаты - было обилие зеленого цвета.

Закрыв дверь, Дима и Винс переглянулись, а потом вместе перевели взгляды на третью дверь. Они хотели уже постучать, но услышали доносящиеся из-за нее голоса. Один было еле слышно, а другой играл на повышенных тонах и явно принадлежал Дроклову. Почувствовал неладно, Дима отстранился, потянув за собой друга - правильно сделал. Дверь резко распахнулась, ударив шкаф с мелкими сосудами. Вместе с дверью в помещение влетел Лимпфон, приземлившийся на пятую точку, обижено потирая ушибленную голову. В дверях моментально появился хозяин апартаментов. Если сказать, что профессор Дроклов был в ярости - значит, ничего не сказать. Волосы были распущены и падали на лицо, кожа пылала в приступе бешенства, глаза метали молнии. Казалось, что если к нему поднести бумагу, то она определенно вспыхнула бы. Было видно - преподаватель еле сдерживал себя. Упираясь в дверные косяки, он прерывисто дышал. Студентов он даже не замечал.

Профессор Лимпфон же смотрелся тоже совсем иначе, сидя на каменном полу у ног Дроклова. Он выглядел довольным, хотя у него и была разбита губа, а рукой он держался за живот. В остальном - почти как обычно: величественен и спокойнен. Он оказался значительно наблюдательней, так как почти сразу подмигнул двум слизеринцам. Лимпфон уже хотел что-то сказать, но Дроклов его опередил:

- Подумай дважды, прежде чем сказать что-то еще! - его речь была похожа на шипение.

- Гектор, ты...

- Подумай!.. - огонь в глазах Дроклова стал еще выразительней.

Лимпфон только тяжело вздохнул, поднимаясь с пола. Он скрестил руки на груди и закрыл глаза, задумавшись. Повисла тишина. Дроклов не своди глаз с Лимфона, второй стоял не двигался, а Дима и Винс смотрели то на одного, то на другого преподавателя.

- Ладно, - Лимпфон довольно улыбнулся.

- Ч?.. - Дроклов разом выпал в осадок.

- Ладно. Я принимаю твои условия, но!.. - он ткнул в Дроклова пальцем. - Я волен использовать все средства, которые посчитаю нужными! - Лимпфон подошел и, приобняв Диму за плечи, направился к выходу. - Так что Диму я забираю.

Уходя, Дима увидел побледневшего и встревоженного Дроклова, который был готов сорваться с места и броситься вдогонку, но так этого и не сделал.


***


- Что нужно было Лимпфону? - задал вопрос только пришедшему Диме.

- Он просил кровь дракона...

- Зачем она ему?

- Не знаю, но не к добру это все. Кровь дракона применяется только в особо сложный и сильнодействующих зельях... - Дима сел рядом с Винсом на свою кровать. - А почему ты здесь?

- Тебя жду. Да и Чарем попросил "погулять".

- Профессор так быстро тебя отпустил?

- Он взял твои ингредиенты и кое-что у меня, - Винс продемонстрировал указательный палец. - Кровь девственника. А потом отпустил. После вашего ухода он был таким серьезным, решительным...

- Что же между ними произошло?..

- Что между ними произошло? - перекривил чей-то голос. - А с вами-то что такое?!

Слизеринцы разом осмотрели комнату - вроде, никого. Однако балдахин второй корова на противоположном конце комнаты распахнулся. Том, похоже, не спал - дремал. Так что, наверное, слышал их разговор. Гриффиндорец направился к ним и, разглядывая двух парне, прислонился к кровати Стива.

- Что с вам-то такое? - уже беспокойней повторил он. - Я вас не понимаю. Что вы себе думаете?.. - слизеринцы только непонимающе переглянулись. - Вот ты, Загорный. Все же знают, что у тебя с этим магспирантом ничего нет, да и не с кем другим тоже. Почему же ты отвергаешь Питера? Оправдываешься тем, что он парень? Да на это уже давным-давно всем плевать. В конце же концов, хоть тебя и определили на Слизерин, ты не такой уж и темный. И все равно водишь Питера за нос!

- Думаешь мне нравиться, что он за мной бегает? Да я бы с радостью послал его куда подальше, вот только он никак этого не поймет.

- Так оборви его надежду. Скажи ему все прямо, - Том прыснул, будто говорил понятные ребенку вещи. - А ты, Маклакенс. Ты вообще какой-то неправильный. Должен признать, что ты не такая скотина, каким я тебя считал.

- Я должен считать это комплиментом?..

- Вообще, что в последнее время происходит? Вы со Стивом объявили перемирье? Не ругаетесь, не конфликтуете - это более чем странно! Ты нарушаешь все мои представления о слизеринцах.

- Это плохо или хорошо? - обратился Винс к Диме. Второй пожал плечами.

- Более того. Ты любезничаешь со Сьюзан, и она отвечает тебе тем же. Вам двоим. Лучше бы вы оказали типичными слизеринцами, тогда этот разговор никогда не состоялся бы, не возникло бы проблем и может даже жили б мы спокойной жизнь.

- Спокойно мы бы точно не жили.

- Потому, что вы бы нас все равно доставали.

- Возможно, да. Возможно, нет. Вы же не можете с уверенностью сказать, как бы жизнь сложилась...

Отстранившись от кровати, Том вышел, больше ничего не сказав. Оставшись одни, слизеринцы еще секунду размышляли над его словами.

- А ведь он в какой-то степени прав. Нужно сказать Питерсону с глазу на глаз, что между нами ничего быть не может...

- А что он про меня сказал?! Какое я вообще отношение имею к тому, что Оувинс стал каким-то более покладистым и не лезет ко мне? Жить только легче стало. Да и что плохого в дружбе со Сьюзан?..


***


За ужином Вирджиния объявила, что слизеринцы могут возвращаться в свои прежние спальни. Крайний правый стол был неописуемо рад. Однако хорошая новость была подпорчена плохой. В Хогсмите было совершено зверское убийство волшебницы. Эксперты из Министерства утверждали, что это дело даже не рук, а лап какого-то существа. Директор посоветовала студентам быть бдительными и не покидать пределы школьной территории.

После слов Вирджинии в зал влетела сова, что немало встревожило преподавателей, ожидавших неизвестно чего. И все же сова была школьная и приземлилась на Гриффиндорский стол. Питерсон снял письмо и отпустил птицу. Зал молчал, наблюдая за действиями студента. Питер не подал виду, прочел письмо, допил содержимое своего кубка и покинул зал. Многие еще долго смотрели ему вслед прежде, чем вернуться к своим прежним занятиям.

Дима всматривался в ночное небо над Хогвардсом. Невообразимо холодно, но ему лень спускаться за теплой мантией. Наверное, скоро уже пойдет снег, покрыв землю белоснежным покрывалом. А, ведь, он любит снег. Рожденному зимой сложно ее не любить.

Тут было так тихо и спокойно, что Дима уже почти пожалел о своем поступке. После ужина он зашел в башню Гриффиндора, но ни его кровати, ни его вещей уже там не было. Наверное, эльфы успели все перенести и вернуть на прежние места. Обидно. Из-за такой поспешности он теперь стоит и мерзнет. И все равно это к лучшему.

Дверь за спиной скрипнула. Тихий цокот каблуков, заглушаемый порывом ветра. Дима разворачивается. А Питерсон все же надел мантию потеплее. Наверное, он не понаслышке знает, что в это время года на Астрономической башне волчий холод.

Они стоят и смотрят друг на друга. Питер ждет, а Дима не знает, как начать.

- Думаю, ты звал меня не в любви признаваться, - Питерсон чем-то не доволен.

- Типун тебе на язык. Я позвал тебя, чтобы сказать оставить меня в покое. Я не испытываю к тебе ничего, так что дай мне нормально жить.

- Не испытываешь, значит?.. - Питерсон действительно чем-то раздражен и видно это очень сильно. Он делает шаг навстречу, продолжая говорить: - Очень подходящий момент для такого заявление, но вот что я тебе скажу, - Питер подходит все ближе, а у Димы за спиной перила и пропасть. - Ты должен что-то чувствовать по отношению ко мне: злость, привязанность, ненависть или отвращение. Что-то но не ничего! - он уперся руками в перила по обе стороны от Димы, нависая над ним. - Так что такие слова меня совершенно не устраивают. И знаешь, что...

- Ты не Питерсон.

- А?..

- Ты не Питер Питерсон, который учиться в этой школе. Кто ты?

Питерсон отстраняется и заливается отвратительным смехом, от которого мурашки по коже бегут.

- А какое это имеет значение? - это улыбка психопата, но не Питерсона.

Пальцы на его руках удлиняются, наращивая длинные когти.

- Зачем тебе я?

- Не будь настолько высокого мнения о себе...

- Но ведь тебе нужен я.

Лжепитерсон оскаливает острые клыки, но Дима стоит не двигается.

- Скажи: ты боишься смерти?

- Кто ты, чудовище?..

Существо бросилось вперед, но Дима оказался быстрее, призвав свой защитный щит. Когти и зубы заскрипели, оставляя на защите царапины. Парень поморщился и выхватил палочку.

- Асио метла!

- Думаешь, эта защита тебя спасет?

Дима только хмуро улыбается. Те же слова, произнесенные другим телом. Сегодня у него есть палочка, но это существо не его прежний противник. Чудовище с новой силой впивается в щит. Парень чувствует эти новые царапины, но руку не опускает.

- Прости, но я не сражаюсь с тем, чего не понимаю. Прощай.

Делая усилие, Дима убирает защиту и перепрыгивает через поручни. Метла как раз кстати. Он устремляется вниз, надеясь быстрее достигнуть земли. Все внутри холодеет, когда он слышит шелест крыльев. Дима оглядывается - так оно и есть. Это существо мчится за ним, распахнув черные ободранные крылья. Не самое приятное зрелище.

Налегая на метлу, слизеринец ускоряется, резко сворачивая вправо от стены. Существо устремляется за ним. "Только бы получилось!.." - Дима сворачивает у самой двери и летит к входу. Он слышит смех сзади себя, но не обращает на него внимания. Остаются считанные метры до дверей, и тут он резко тормозит, разворачивается и вызывает щит. Громкий треск. Он оступается, но держится на ногах. Существо падает наземь с осколками щита и пытается подняться. Не теряя зря времени, Дима бежит к входу. У Хогвардса слишком мощная защита, чтобы впустить такую мрась внутрь. Вверх подниматься нет сил. Дима направляется в кабинет Дроклова. Если это существо кто-то пронесет или проведет внутрь, то начнутся очень серьезные проблемы.


***


В голове туман, давящий на мозги. Думать совсем не хочется. Да и зачем? Лежишь себе на мягкой постели и ни о чем не думаешь. Хотя... если думаешь о мягкости постели, то это уже мысль. Значит, все же думать не лень. Скорее просто не хочется задумываться о чем-то важном. Например, о поджидающей тебя за порогом школы смерти!

- Лежи. Сказали, что тебе нужно отдохнуть...

- Где могильник?

- Кто?

- Могильник. Существо призываемое при жизни, чтобы умертвить человека, ставшего причиной смерти призывающего.

- Что это еще за существо?

- Видимо, Лестерсон призвал могильника, а я причина его кончины. Это очень темная магия. Да и плата велика...

- И какова же плата?

- Душа призывавшего будет находиться в рабстве на протяжении сотни лет.

- Почему же тебя до сих пор не нагнала эта хрень?

- Наверное, не мог меня найти или у него еще с кем-то договор. Кстати, могильник может менять обличия, так что не ведись у любого на поводу.

- И как же тебе быть? Можно ли избавиться от этого могильника?

- Запросто, - Дима снова откинулся на подушку. - Они существа практичные. Нужно просто предложить сделку выгоднее.

- Какую?

- Вечное рабство души - тут-то он не откажет. Хотя можно сойтись и на меньшей цифре... - как-то слишком добродушно это прозвучало.

- Ты меня пугаешь...

- А как бы ты себя чувствовал, Винс, если бы по твоим пятам шла смерть, и ты ничего с этим не мог поделать?..

- Разве нет другого способа?

Дима пожал плечами.

- Могильник не может убить никого, кроме "причины". Так что мне придется держаться в стенах школы...

Винс замолчал, не зная, что сказать. И все же решил перевести разговор немного в другое русло.

- На тебе ни царапины, но ты слаб. Что там произошло?

- Царапины нет. Есть осколки, но они внутри. Могильник разбил мою защиту. Теперь я как раненое животное зализываю раны, а это существо мечется в приделах школы.

- Как это "разбило"?

Дима грустно улыбнулся.

- В дребезги. Я теперь не могу призвать свой щит. Пока не могу. Мне нужно время, чтобы восстановится, а пока... я беспомощен. Магию применять могу, но это заберет сил больше обычного и замедлит восстановление.

- Так ты же?..

- Винс, я сейчас ни на что не способен. Прости, что обо мне беспокоился. Идти спать, я тоже бы не отказался.

- Если ты не заметил, то теперь ты живешь не один.

- В каком смысле?

- Я попросил, чтобы меня подселили к тебе. Так что, в случаи чего, я рядом.

- Спасибо, Винс.

- Не за что. О, и еще. Тебя Питерсон искал. Ты же назначил ему встречу. Он не смог попасть на площадку, но слышал ваш разговор.

- Пусть отдыхает. Я уже не намерен разговаривать с ним сегодня...

- Так я, что ли зря тут жду?

Винс с перепугу отшатнулся, когда Питерсон материализовался из воздуха.

- Ты все слышал, значит, все знаешь. Можешь быть свободен!.. - Дима повернулся и уткнулся лицом в подушку.

- Я бы все-таки хотел с тобой поговорить...

- Хочешь поговорить - говори с Винсом или найди кого-то другого. Я безумно хочу, - протяжный зевок, - спать. И больше не входи в комнаты без спросу.

- Но, Дима...

- Иди уже!.. - Дима сжал руками подушку.

Питер сделал шаг к кровати, но путь ему мгновенно преградил Винс. Слизеринец указал на дверь. Питерсон видел, как прерывисто дышит Дима, но настаивать не стал. Даже если в прошлый раз, Питер помог ему угомонить боль, то эту он решил принять самостоятельно. Надо уважать выбор другого. Питерсон направился к двери, набрасывая на плечи плащ. Сейчас Дима не примет его утешение, но может позже он примет помощь?


## Глава 18. Исполнение желания


- Что вы знаете о могильниках?

- О могилах?!

- Нет, могильниках. Что вам о них известно?

- Это существа, призываемые очень сильной темной магией.

- Это я уже знаю.

- Мои познания на этом заканчиваются, - Сьюзан вернулась к своему прежнему занятию.

Гриффиндорцы сидели теперь уже в только их гостиной возле камина. Начинало холодать и студенты подсознательно тянулись к теплу. Многие сейчас отсутствовали по причине позднего часа.

Питер, войдя через портрет, сразу же направился к Элиз и Сьюзан. Девушки спокойно беседовали, не смотря на то, что Стефи держала в руках книгу и бегала глазами по строкам.

- А где можно узнать о них больше?

- Полагаю в запретной секции. Такое в пределах школьной программы не учат. А зачем тебе это?

- Мне нужно знать: как избавиться от преследования могильника.

- Можно попытаться договориться с ним, - Питер развернулся на звук голоса. - Простите, что вмешиваюсь в разговор, но я услышал знакомые слова и мне просто стало интересно, - Бред Тогерти подошел ближе и облокотился на одно из кресел. - Кого ты уже успел отправить на тот свет? - в его словах не было сарказма - только интерес.

- Не я.

- Дима? - Бред взялся рукой за подбородок. - Скверно дело.

- Так ты чем-то помочь можешь?

- Думаю, да, - он полез в карман и вытащил позолоченный компас. - Одевайся теплее - придется прогуляться.

Питер бы никогда не сказал, что они с Тогерти были друзьями. Знакомыми - да, но никогда подолгу не общались. Питерсон знал, что Бред учился выше среднего и что он не играл в квиддичь. На этом его познания об этом человеке заканчивались. Неожиданностью для него стало, с какой решительностью он вызвался помочь Загорному. Питер не мог с уверенностью сказать, знакомы ли они. Возможно, просто Бред был таким человеком, что не оставил бы человека в беде, пусть то даже слизеринец.

- Почему ты хочешь ему помочь?

Они шли промерзшей земле. Вскоре уже будет отбой и с каждым шагом они повышали вероятность того, что им могло перепасть. Гулять в такое время на улице было не разумно, но что тут поделаешь. Компас, который Бред держал перед собой, усердно показывал в сторону Запретного леса. Тучи закрывали небо, но никто из них не спешил зажигать палочки. Бред лишь изредка поглядывал на дорогу и еще реже резко немного менял направление.

- А ты? - Тогерти на секунду остановился и продолжил путь, повернув немного вправо.

- У меня личные мотивы.

- У меня тоже.

Такой ответ Питера не устроил.

- Ты хоть с ним знаком?

- А ты?

- Я знаком.

- Я тоже.

- У тебя на него виды?

- А у тебя?

- Почему ты отвечаешь вопросом на вопрос?

- Хочу услышать ответ на твой же вопрос.

- Странный ты.

- Взаимно.

- Я-то странный?

- А я?

- Вот снова. Ты отвечаешь вопросом на вопрос.

- А ты рвешься помочь слизеринцу, которого преследует могильник. И кто из нас странный?

- Ты. Я хочу помочь человеку, попавшему в беду.

- Ты же это не бескорыстно делаешь.

- Почему же? Я же за это у него ничего не потребую.

- Ты же сам сказал, что у тебя личные мотивы.

- Так у тебя, ведь, тоже.

- Мои мотивы отличаются от твоих.

- Почему ты так решил?

- Ты поинтересовался, если у меня на него виды. Это не простое любопытство.

- Допустим. Тогда каковы твои мотивы?

- А твои?

- Ты же только что сам сказал.

- Я сделал предположение и не сказал ничего конкретного.

- Ладно. Я имею на него виды. Что теперь?

- А я хочу, что бы он стал мне другом.

- С чего это вдруг?

- Он мне симпатичен, - Бред резко стал. - Мы на месте.

Они стояли у входа в Запретный лес. Там было даже темнее, чем вне его. Странный шелест листьев, которые уже должны были осыпаться, глухое завывание ветра, где-то треснула ветка. Местечко не из таких, где бы хотелось прогуляться на ночь глядя.

- И что дальше?

- Будем призывать могильника, - Тогерьти спрятал компас, достал палочку, присел и начал что-то чертить на земле.

- Призывать?! Ты владеешь темной магией?

- Мы будем его призывать, а не вызывать - это две совершенно разные вещи. Для вызова нужны знания темной магии, а призывать можно лишь, когда могильник не далеко. Тут любая магия сойдет, - он приступил к выведению каких-то символов в круге на земле.

- А откуда ты столько знаешь о могильниках?

- А ты?

- Разве я много знаю?

- Знаешь же что-то.

- Я слышал, как про них Дима рассказывал.

- Не хорошо подсушивать.

- С чего ты взял, что я подслушивал.

- Только предположение, которое ты только что подтвердил.

- Ты не ответил на мой вопрос.

- Мой дядя тоже стал причиной смерти одного очень злопамятного старика. Вот и пришлось всеми силами искать способ отделаться от преследователя.

- А разве нам не нужно было взять Диму с собой?

- Ни в коем случаи, - еще одна закрученная руна. - Могильник бы не упустил возможности прикончить его на месте. Готово, - Бред поднялся на ноги и повернулся к Питеру. - Насколько сильно ты хочешь помочь Диме?

- На столько, на сколько возможно.

Тогерти кивнул и направился в обратном направлении. Питер непонимающе бросился за ним, но Бред резко остановился, выбросив руку с палочкой вперед.

- Осортемус Инканаптикум Ваульез Дертешоо! - с его полочки сорвалась жирная святящаяся сфера и направилась к рисунку на земле. - Говорить буду я.

Сфера растеклась по узору, и он засиял бледно бирюзовым. Питер поморщился от яркого света, а Бред и бровью не повел. Было бы уместней, если бы в этот момент земля вздрогнула, но все осталось спокойным. Вот только усилился шелест листвы. Через пять секунд между стволов показалось существо. Оно было ростом с высокого человека. Руки были до колен, оканчивающиеся острыми блестящими когтями. Ноги были массивными и тоже с когтями, но уже немного короче. За спиной у существа было два черных крыла, но выглядели они, скорее, как две рваные тряпки. Кожа была серой и местами пупырчатая. На талии весел обрывок ткани, немного схожий с крыльями. Существо стаяло ссутулившись, но передвигалось довольно быстро. Могильник встал в пределы нарисованного круга и осмотрел пришедших.

- Какая честь. Питерсон. Однако приятней было выглядеть тобой, чем видеть тебя сейчас...

- Молчи, - Бред говорил и выписывал в воздухе руны палочкой. - Я призвал тебя не для того, что бы слушать. Я призвал тебя, что бы ты слушал меня, - три последовательные руны вспыхнули каждая своим цветом. - Ты должен убить Загорного Диму, который послужил смертью Лестерсона, но ты этого не сделаешь, - он послал три руны в могильника и принялся чертить новые. - Вместо этого ты отпустишь душу Лестерсона и дашь покой Загорному.

- Ха. И зачем же...

- Иначе я разорву договор, который ты заключил с Фредом Маэтли.

- У тебя нет...

- Повторяю. Я разорву договор Маэтли. У меня есть такое право, и ты это знаешь. Принимаешь ли ты такое условие?

- Принимаю.

Один из коготков отрос, и могильник полоснул им по своей руке. Зеленая жижа начала вытекать из пореза. Первая капля, упавшая на рисунок погасила его. Бред опустил палочку, спрятав ее в карман. Могильник кровожадно улыбнулся и бросился на гриффиндорцев. Питерсон отшатнулся, параллельно стараясь достать палочку, но не удержал равновесие и повалился наземь. Тогерти так и остался стоять неподвижно, когда когти могильника замерли в сантиметре от его лица. Парень повернулся к Питеру и подал ему руку.

- Теперь Дима может спать спокойно. Только нужно повременить пару дней.

Могильник недовольно спрятал когти и, взмахнув крыльями, взмыл в хмурое небо.

- А зачем ты меня с собой брал?

- Негоже студенту гулять одному в столь поздний час. Да и в компании всегда веселей...


***


- Как тренировка?

Неумолимо близилось рождество, а с ним и матч между Рейвенкло и Слизерином. За последнюю неделю участились тренировки и Оскар подолгу не отпускал игроков со стадиона. Его рвение было понятно. Рейвенкло - это не Хаффлпаф. Эта команда и уровнем подготовки была выше, и составом команды лучше. Кто-то на тренировке обмолвился: "Что же он с нами сделает, когда с Гриффиндором играть будем?!". Капитан требовал отработать все заговоренные пасы, чтобы все знали скрытые знаки, а желательно - понимали без слов и жестов.

Рвение у Оскара было не отбавляй по тому, что в начале сезона Гриффиндор разгромил Рейвенкло с колосальным разрывом. Сомнений, кто победит в схватке Хуффлпафа и Гриффиндора, не было. Так что оставалось только зарабатывать очки.

Ответив на вопрос жестом "нормально", Дима завалился на свою кровать лицом в подушку. Магией он по-прежнему не пользовался, да и осадок физической слабости остался. К игре, которая должна была состояться завтра, должно попустить. Хорошо хоть ему не нужно будет заговаривать пасы.

- Сегодня тебя искал Питерсон, а потом Тогерти.

- Тогерти?

- Да, он сказал, передать: "Ничего не бойся и ступай свободно". Что это может означать?

- Не знаю, - Дима приподнялся на локтях.

- Может он это про могильника?

- Я ему ничего не говорил.

- Но Питерсон слышал, а сегодня они оба тебя искали.

- Не хочется, но надо пойти узнать, - Дима недовольно сел. - Как думаешь: гриффиндорцы успели поменять пароль?

- Пойдешь прямо к ним в гостиную?

- А что я там не видел. Пойдешь со мной?

- Пошел бы, но мне нужно это до завтра дочитать, - Винс извиняющееся поднял книгу.

- Ладно, - Дима подошел к шкафу и достал что-то. - Увидимся.

Затворив за собой дверь, Дима спустился по лестнице и только потом начал водить пальцем по зудильнику.

- Паша?

- А? Дима, - в блюдце почти сразу показалась физиономия друга. - Ты выглядишь каким-то вялым.

- Я только что с тренировки.

- Все равно. Обычно ты более бодрый. Точно все в порядке?

- Нормально. Ты узнал то, что я тебя просил?

- Узнал, но мало. Можно попытаться договориться с могильником, пригрозил разорвать более выгодную сделку, но только если у тебя есть на это право.

- Мне такое не подходит...

- И еще. Я попытался сегодня обнаружить могильника, но он оказался за пределами школы, так что найти мне его не удалось.

- Возможно, отлетел по другим делам, - Дима попытался улыбнуться.

- Не делай так. С тобой точно что-то не так и это не из-за переутомления или могильника. Расказывай!

- Да нормально все.

- Ну смотри мне, - изображение Паши погрозило пальцем.

Дима улыбнулся уже по-настоящему и стер изображение. Он действительно чувствовал себя более слабым, чем обычно. И все же он списывал это на восстановление магической силы.

- Победа в руках, - Дима как раз вышел из-за угла, когда услышал голос.

Он увидел, как младшекурстник скрылся за портретом. Пароль они все же изменили, но теперь это не проблема.

- О, Загорный, давно я тебя уже не видела. Пароль?

- Победа в руках.

- Проходи.

Портрет отъехал вверх, открывая проход в гостиную. Сразу стало слышно шум и гам. Было еще довольно рано, так что мало кто из гриффиндорцев сидел по своим комнатам. Не хотелось привлекать к себе лишнего внимания, но что уж тут поделаешь. Перешагивая порог, Дима повлек за собой почти мгновенно затихание всех присутствующих. Стараясь, сохранять непоколебимость, он осмотрел присутствующих. Бреда среди них не было. Слизеринец направился к ближнему пятикурснику.

- Где Бред Тогерти?

- У себя, наверное, - неуверенно ответил гриффиндорец.

Дима направился к лестнице, когда его окликнула Сьюзан. Он сделал приветный жест и, игнорируя все направленные на него взгляды, пошел в комнату семикурсников. В коридоре ему встретился только Камистер. Дима глянул на него и постучал в дверь.

- Случайно дверью не ошибся?

Дима недовольно на него зыркнул и, даже не услышав ответа, вошел. В комнате стоял полумрак. Слизеринцу даже показалось, что тут никого нет.

- Генри, ты ли?

- Нет. Это Дима.

- О, Дима, - Бред выглянул из-за балдахина. - Проходи, присаживайся. Думаю, тебе передали, что я сказал...

- Да, Винс передал, но я ничего не понял. Что ты имел в виду? - Дима подошел и сел рядом на кровать.

- Ничего не бойся и ступай свободно. Что тут не понятно?

- Чего мне бояться?

- А разве Питерсон не подслушал про могильника?

Только упомянули и дверь без стука распахнулась. Питер вошел, оглядываясь в поисках чего-то или кого-то.

- Дима, ты здесь?

Бред привлек внимание Димы, положив палец ему на губы, показывая молчать, а другой рукой - забираться на кровать с ногами.

- Пришел бы он - я бы заметил, - Тогерти легко задвинул балдахин, скрывая Диму.

- Очень смешно. Мне Том сказал, что он сюда зашел.

- Не слышал я Тома, но Димы здесь не было.

- Зачем ты вообще без света сидишь?

Дима хотел что-то сказать, но Бред остановил его тем же жестом. Свет зажегся и Загорный увидел, что балдахин оставлял за собой полумрак. Он услышал шаги приближение к кровати и подвинулся к краю. Питерсон немного отдернул балдахин и сел на кровать, спиной к Диме.

- А зачем ты его зажигаешь? Мне и без света все хорошо было видно.

- Странный ты.

- А ты? Пришел, как только услышал, что Дима был здесь. Но, если верить словам Камистера, он пришел же не к тебе.

- Я хотел бы с ним поговорить.

- Я тоже.

- Так, где он? - Питер осмотрел комнату.

- Где-то.

- Не мудри, Бред. Я знаю, что он здесь. У меня есть надежный источник.

- Камистер?

- Надежнее.

- Ладно. Признаю: Дима в этой комнате. Что теперь?

Питер поднялся с кровати и пошел осматривать кровати. Дима не понимал такого маневра. Он глянул на Тогерти, но гриффиндорец только подмигнул ему и кивнул в сторону Питерсона.

- Куда ты его дел?

- Ты так интересно ставишь вопрос.

- Дима-а-а, ты где-е-е?

Слизеринцу стало не по себе.

- Видишь. Он тебе не отвечает - значит, говорить с тобой не желает.

- Но я все равно хочу с ним поговорить.

Бред посмотрел на Диму, давая ему права выбора. Слизеринец решил не сразу. Он еще раз посмотрел в направлении предполагаемого места нахождения Питера и поднялся на ноги, не слезая с кровати. Рывком распахнув балдахин, Дима подался вперед, держась руками за столбы.

- Питерсон, какого ты пришел? Я хотел поговорить с Бредом, а ты нам мешаешь! Убираться по-хорошему! У меня завтра игра и я не намерен сегодня подрывать свои нервы!..

- Ты чего? - Питер казался пораженным до глубины души. Он подошел ближе и стал у ног слизеринца. Сейчас его глаза находились на уровне Дименой груди.

- Я чего?! Ты постоянно ищешь со мной встречи! Чего ты добиваешься? Хочешь заполучить меня? Так знай: этого никогда не будет! - Дима видел, как исказилось лицо Питера, но не остановился. - И мне все равно, что ты по этому поводу думаешь. Уж прости, но ты мне совершенно не нравишься!..

- Почему?..

- Да по тому, что ты меня домогаешься, как девчонки! У меня есть достоинство и я намерен!..

- А ведь он только хотел сказать, что теперь тебе не стоит бояться могильника.

- Что?..

- Он участвовал в договоре с могильником, преследовавшим тебя.

- Помогал.

- Основную работу сделал я, но без него ничего бы не получилось...

Диму будто переклинило. Гнев как рукой сняло. Он посмотрел сначала на Бреда, который подтвердительно кивнул, а потом на Питера, который так и остался стоять у его ног. У Загорного на лице читалась тревога, смешанная с облегчением. Он шагнул вперед, спускаясь на пол, став почти вплотную к Питеру. Секунду колебавшись, Дима взял его за кофту и прислонился головой к его груди.

- Спасибо, - будто глухой звук.

Питерсон хотел обнять Диму, но он быстро отстранился, направившись к Бреду.

- Спасибо. Чем я могу отплатить за такой поступок? - обращался он только к Тогерти.

Бред довольно улыбнулся и поманил слизеринца к себе. Взяв его за мантию, он подвинулся к его уху и что-то тихо прошептал. Дима отстранился, непонимающе на него поглядывая.

- И это все?

- Поверь, это не мало.

- Тогда я согласен, - они улыбнулись друг другу, и Дима быстро направился к двери. - Увидимся, - и он покинул комнату.

- Что ты у него попросил?

Бред только довольно улыбнулся и откинулся на подушку.


## Глава 19. Скрытые чувства


- Всемогущий Мерлин, что тут твориться?! Я понимаю, что победа над Рейвенкло - это праздник, но не до такой же степени!

Декан Слизерина был откровенно в шоке. То, что он увидел, зайдя в гостиную своего факультета, не подавалось никакому описанию. Если говорить мягко, то это можно было назвать все общей попойкой со всеми вытекающими последствиями, да еще и в самом разгаре. Студенты уже прошли этап безобидных тостов, но еще не дошли до драк, пошлых игр и безграничного безобразия, хотя уже было на что посмотреть. Дроклов не стал вмешиваться - сами потом поплатятся за свои действия. Декан лишь убедился, что в этом "шабаше" не принимали участия младшие курсы. Нескольких студентов все же пришлось отправить спать.

Дроклов осмотрелся, но причина, которая привела его сюда, наглухо отсутствовала. Он отыскал уже хорошо принявшею на душу Бет, яро спорившею с Синди, и задал интересующий его вопрос:

- Где Дима?

- Дима? Он... - она осмотрела зал, - был тут... Я его видела...

- Он ушел на поле, - сообщила Линда, сидевшая рядом и выглядящая более-менее трезвой.

- На поле?

- Что ему там понадобилось в такое-то время?

- Не знаю...

- Они с Винсом ушли. Возможно, и не на поле...

Ушли они все же на поле. Вызудильнили Пашу и отправились. Возможно, они туда бы и не поперлись, но это была идея Димы на его, уже к тому времени, не трезвую голову. Ему внезапно очень захотелось полетать. Винс, не особый любитель полетов и метел, поддержал эту идею с небывалым для него рвением. Стоит ли заметить, что до этого состояния их споили их же сокурсники в лице Нельсона и Чарема. Паша даже немного обиделся, что не мог присутствовать на таком бурном праздновании. Но он быстро обмяк, когда парни предложили ему прихваченную бутылку вина (он бы предпочел покрепче, но тоже неплохо вышло).

Дима взял свою метлу, Винс выбрал себе один из Нимбусов, Паша вскочил на свою швабру, захваченную из Тибидохса, и они втроем взмыли в небо. Они взяли несколько мячей и начали ими перебрасываться, стараясь сбить друг друга наземь. Потом они играть в квача, уразнообразили игру заклятиями, а потом и вовсе устроили перегоны с препятствиями. Со стороны это смотрелось слегка нелепо и по-детски. Винс хуже всех держался на метле и несколько раз был близок к падению, хотя чудом возвращал телу равновесие. Паша, возможно, только в меру меньше выпитого летал относительно хорошо. По Диме же было видно, что он пьян. Парень что только не делал, но ровно на метле лететь не мог. Он летал и зигзагами, верх ногами и делал по несколько мертвых петель подряд.

Уже давно стемнело, но это не особо мешало троим друзьям ориентироваться в пространстве. Друг друга они видели, когда подлетали очень близко, но им этого вполне хватало. Так что было не удивительно, что никто из троих не заметил наблюдающую за ними игрищами фигуру. Дроклов заметил почти сразу. Прислонившись с боку к трибунам, темная фигура скрестила руки на груди и беззвучно наблюдала за разворачиющимися баталиями. Декан уже было поспешил к тени, но его внезапно кто-то тронул за правое плечо. Профессор глянул туда, но там никого не было. Он повернул голову налево и мгновенно схлопотал поцелуй. Легкое касание губ и осмелившийся на такое быстро отстранился, избегая летящей руки.

- Я же говорил так не делать! - Дроклов сжал кулаки и недовольно посмотрел на Лимпфона.

- Прости, не удержался, - бывший гриффиндорец довольно развел руками. - И что же ты делаешь тут в столь поздний час?

- Ищу своих студентов, чего бы и тебе советовал.

- О. Так мы тут неспроста встретились. Я вот тоже за Питером пришел.

- Питером? - Дроклов глянул на темную фигуру у трибун, - "Похож...". - Неужели он?..

- Похоже на то.

Злость Дроклова как ветром сдуло. Он грустным взглядом смотрел на одинокую фигуру. В такие моменты ему становилось грустно, так как его поглощали воспоминания. Не разделенная любовь. А ведь он тоже был тогда школьником, делал все, чтобы предмет обожания обратил на него внимания. Тогда это было не сложно, но эффекта от этого не было. Между ними всегда, словно запрет проскакивало: "Слизеринец". Дроклов лишь гордился тем, что принадлежал к этому факультету, но так считал только он (ну и другие его сокурсники).

И однажды Гектор не выдержал. Он отвел свою любовь в сторону и признался: " Катрен, я тебя люблю!..". Сколько он себя готовил и настраивал, сколько нервничал и переживал. И что он получил взамен? Поцелуй, а потом незабываемую ночь. В те мгновения Гектор был счастлив, но оно продлилось не долго. Холодное одинокое утро. Он пошел к Катрену, но гриффиндорец только посмеялся над ним. Это был удар. Гектор к тому времени уже не был девственником, но тогда он впервые полюбил.

После той раны, Дроклов больше никогда не влюблялся по-настоящему. У него было множество свиданий на одну ночь, легких влюбленностей на несколько встреч, но не любви. Тогда еще, он даже был готов поддаться на уговоры Волтера, но в самый последний момент оказалось, что он знал о случившемся. Это и провело черту.

Отбросив воспоминания, Дроклов сообразил, что Лимпфон учтиво обнимает его за талию, прижимая его спину к своей груди. Было приятно. Просыпалось чувство защищенности, но Гектор верил, что оно обманчиво.

- Что ты делаешь? - Лимпфон уткнулся носом в его волосы.

- Похоже, ты снова вспоминаешь тот случай. Ты выглядел таким одиноким...

- Возможно, - в такие моменты Дроклов никогда не смотрел в зеркало. - Но это не означает, что меня нужно обнимать. Ты же знаешь, как я это не люблю!..

- Но ведь наш уговор все еще в силе? - Гектор почувствовал теплое дыхание на своем ухе.

- В силе, но это ничего не значит.

- Пока не значит, - Липмфон рывком развернул Гектора к себе, взяв за плечи и всмотревшись в глаза. - Но вскоре ты поймешь.

- Очень в этом...

Зачем заканчивать эту фразу? Лимпфон тоже так посчитал и поэтому заткнул Дроклова поцелуем. Один поцелуй он мог вытерпеть. Получив свободу, Гектор отклонился.

- Больше так не делай.

- Еще сделаю. Еще много, много раз...

Дроклов хотел ему возразить, но замер, когда перед его лицом проплыла маленькая снежинка. Он посмотрел вверх и увидел полчище, приближающее к земле. Мгновенно послышались одобрительные возгласы с поля. Теперь парни гонялись за снежинками. Питерсон тоже протянул руку, ловя первый снег. Дроклов грустно улыбнулся, но был выведен из этого состояния еще одним поцелуем.


***


Сутра Дима попытался вспомнить анти похмельное заклинание. Не получилось. Пришлось искать блокнот. После душа и немного магии он почувствовал себя будто переродившемся. Он запустил зеленую искру в постанывающего Винса и сел за стол. Было неумолимо рано, но спать уже не хотелось. Он мало что помнил со вчерашнего: вечеринку, спиртное, поле и снег. В последнем можно было еще раз убедиться, глянув в окно. Дима намеривался написать письмо домой. Родители ждали его на каникулы, и он не собирался их огорчать. Вчера так же выяснилось, что каждое Рождество проходит бал, и он захотел остаться. Дима написал, что католическое Рождество проведет в школе, а на Новый год уже будет дома. Винс говорил, что обычно мало кто оставался в школе на праздники. Он сам намеривался съездить домой, хотя говорил об этом только как возможной вероятности.

Оставив Винса приводить себя в порядок, Дима отправился в совятню. Ему казалось, что значительно похолодало. Землю уже покрывал тонкое покрывало снега, но он еще мог растаять. Дима любовался окрестностями, пока Тройсен сам не вылетел и не ущипнул его за руку.

- А тебе ж не холодно, - обижено сказал слизеринец, привязывая письмо.

Второе письмо сестре он намеревался отправить школьной совой. Издевательство над птицей, но что тут поделаешь? Он выбрал пернатое повнушительнее и привязал к ее лапке конвертик.

- Тоже письма отсылаешь? - Дима развернулся и увидел в проеме Бреда. - Уезжаешь на каникулы?

- Да и да. Поеду домой.

- Я вот тоже собираюсь, - Тогерти поднял руку и на нее мгновенно сел огромный рябой филин.

Пока спускались на завтрак, они обсудили вчерашнюю игру. Бред подивился тому, что Дима рассказал про драконобол, в который играл дома, и сказал, что хотел бы на такое посмотреть. Винс, уже при параде, встретил их у входа в большой зал. Он тоже подключился к рассказу об их вечерних похождениях. Они еще немного постояли, привлекая всеобщее внимание, а потом разошлись по своим столам. Диму и Винса встретили удивленные взгляды одногруппников.

- Вы только что общались с Тогерти?

- А что? Прикольный парень, - Дима спокойно сел возле Бет и начал расспрашивать об окончании вечеринки.

Оказалось, что заходил профессор Дроклов, но никак не постарался прекратить творившееся, по словам Нэт, безобразие. Хотя, уже когда веселье плавно перетекло в блаженный сон, он вернулся и начал отправлять всех спать. Дроклов даже балы не снимал. Казалось, что его мысли занимало что-то другое, но не хватало им еще разборок на свои не трезвые головы.

- Студенты, - Вирджиния поднялась со своего места, - я хочу сделать объявление на счет приближающихся каникул. Первое, все, кто уезжает, не забудьте уведомить своих деканов в письменной форме, - зал недовольно зашумел. - И второе, поскольку предыдущее Рождество прошло не настолько ожидано, как вы того желали...

- А что было? - уточнил Дима.

- Нудно.

- ...в этом году мы решили дать студентам возможность самим выбрать метод празднования, - зал зашумел уже веселее. - От факультета принимаются четыре предложения, соответственно от четвертого, пятого, шестого и седьмого курсов. Все предложения будут вывешены на стендах, и по результатам вашего голосования будет выбран метод время провождения. В подробности я посвящу старост на собрании, которое состоится у меня в кабинете, - она глянула на часы, - через десять минут. Не опаздывать, - и директор пропала из зала с негромким "пф".

- Ну, вот так всегда.

- Лучше ешь. Нам не стоило опаздывать...


***


На краях двух диванов сидели девушки из Рейвенкло и Хаффлпаф и весело переговаривались между собой. Третий диван был занят Питерсоном и Бишоп, чей разговор казался каким-то натянутым. Девушка старалась что-то выведать, а Питер только равнодушно отмахивался. Дима заметил, что с этим гриффиндорцем в последнее время происходило что-то странное. Он бы даже не обратил на это внимание, но с момента их последней встречи, Питерсон не разу к нему ни придрался, ни сказал и слова, ни глянул в его сторону. Это было странно и немного непривычно. Дима уже давно включил события такого рода в каждодневный план, а тут такое. Слизеринец не мог сказать, что его это огорчало, даже наоборот - этого он и добивался. А вот теперь он немного беспокоился за Питерсона. Дима глянул на гриффиндорца, но он не ответил тем же, что, определенно, сделал бы раньше. Отогнав все прочие мысли, парень сосредоточился на вопросе, который ему задавала Бэт.

Вскоре пришли оставшиеся два старосты. Директор появилась из внутренний двери и заняла свое кресло с высокой спинкой.

- Какие у вас будут вопросы?

Это было похоже на блиц-опрос. Старосты начали задавать вопросы. Как только директор заканчивала свой ответ, звучал следующий интересующий аспект. Дима разом притих. Такое общение ему было непривычным, и он предпочел отмалчиваться. Еще одним, кто сидел так же тихо, был Питерсон. Гриффиндорец держал руки на уровне рта, будто не хотел сболтнуть лишнего. Для него это было странно, но что тут сделаешь?

Вирджиния рассказала, что предложения должны быть сформированы до конца этой недели. А потом, впредь до Рождества, будет проходить голосование и за день до празднование будет объявлено предложение, набравшее большее количество голосов. Директор так и не сказала, в каких рамках нужно держаться (как-то туманно она говорила), но уведомила, что преподаватели оставляют за собой право снять предложение, если оно окажется неподобающим.

- Раз больше вопрос нет - вы можете быть свободны, - студенты начали подниматься со своих мест. - А вас, Дима, - директор загадочно улыбнулась, - я попрошу остаться.

Слизеринец замер и бросил удивленный взгляд на Бэт. Девушка только пожала плечами и направилась к выходу. Никто не задерживался и вскоре в кабинете они остались вдвоем.

- Дима, я хотела кое-что спросить. Ты что-нибудь об этом знаешь? - свиток материализовался у нее в руке, и она протянула его парню.

Слизеринец не спеша развернул пергамент и углубился в чтение. Написано было не много:

"В следующем семестре на вашей территории пройдет игра по драконоболу. Убедительно советуем подготовить достойную команду, чтобы не ударить в грязь лицом.

Гронус Мультис, министр магии"

Дима удивленно посмотрел на директора.

- Драконобол?

- Значит, не знаешь, - Вирджиния забрала свиток, и он снова растворился у нее в руке. - Тогда что ты знаешь о Голландских Шипохвостых и Зеленых Румынских драконах?

- Ну, - Дима покопался в памяти, - Шипохвосты более свирепые и опасные по сравнению с Зелеными, но Румынские значительно выносливее и больше, пламя у них горечей и струя длиннее и... а зачем вам это? - ответом была довольная улыбка.

- Приедешь с каникул - сам узнаешь. Думаю в январе работы у старост ненадолго прибавиться, но это ничего. Можешь быть свободен, Дима, - по лицу Вирджинии было видно, что больше узнать ему ничего не удастся.

Слизеринец поднялся со своего места, быстро кивнул и вышел из кабинета. В коридоре никого не было, и никто не встретился ему до самых подземелий. А даже, если и встретился, он его вряд ли бы заметил. Дима был поглощен своми мыслями о прочитанном и услышанном. Ненароком напрашивался очень интересный вопрос: "Неужели в Хогвардсе проведут игру по драконоболу?".


## Глава 20. Вечер превращений


- Я необычайно волнуюсь! Думаешь, наше предложение победит?

- Кто знает. Может и такое случиться...

Дима почти был уверен, что их идея на счет вечеринки нон-стоп в рождественском стиле не обретет такой массовости, как, например, празднование в старинном стиле или в полной темноте. Он вообще не мог понять: как их девчонкам пришло такое в голову. Сам лично Дима в придумывании всего этого участия не брал, а стоило, наверное. Тогда б не стыдно было за своих.

Он даже сначала думал не голосовать, но после подробного изучения всего списка предложений, слизеринец все же сделал свой выбор. Самым интересным ему показалась идея под названием: "Я тут, но тело во-о-он там гуляет". Это было предложено студентами его же факультета, учащихся на седьмом курсе. Все в этой затее вертелось вокруг временного обмена телами. Каждому предлагалось подобрать себе костюм на вечер, выдрать у себя один волос и глотнуть Оборотное зелье. Конечно, предполагалось, что не все согласятся пойти на такое.

Все должно было происходить таким образом: каждый, желающий принять участие в мероприятии, должен был в вечер оглашение результатов отдать один свой волос и получить метку; на следующий день все, получившие метку, должны были предоставить свой костюм на вечер с соответственной подписью; вечером, прейдя в любой одежде, студент выбрал бы себе порцию зелья и получил бы номерок кабинки (которые заранее были б установлены в большом зале), где лежал приготовленный для него наряд; далее все приняли б зелье, переоделись и стали бы другими людьми на этот вечер. Еще в программу включалось массовое разоблачение по окончанию действия зелья. Расписано было красиво, да и про возможности усовершенствованного оборотное зелья Дима тоже знал. Так что его выбор пал именно на этот вариант.

Ужин уже заканчивался, а результаты голосования так и не объявляли. Сегодня у них были последние занятия перед каникулами. И, возможно, некоторые так и не останутся на долгожданный вечер. Сам Дима планировал уехать 26 числа. Парень хотел проделать весь путь домой на метле, но родители ему запретили. Они дали ему четкие указания прибыть в Лондон, где бы его ждал портключ в ближний городок от их загородного домика. Мама очень красочно расписала, как долго его отцу пришлось согласовывать все детали в Министерстве магии. Она не раз полила грязью (в рамках письма матери сыну) всю Английскую власть и сообщила, что Оля решила на эти каникулы остаться в Тибидохсе.

- А теперь то, чего все вы так долго ждали, - директор поднялась со своего места, - результаты вашего голосования, - кубок возле их стола вспыхнул фиолетовым пламенем и выдал обгоревший клочок пергамента. - И завтра мы будем праздновать Рождество, - Вирджиния ловко поймала пергамент, - "Я тут, а тело мое во-о-он там гуляет", предложение студентов Слизерина седьмого курса, - представители идеи радовались больше других. - Руперт Грин, вам слово.

Слизеринец быстро поспешил к преподавательскому столу. Следом за ним шли еще двое студентов с коробкой средних размеров в руках.

- Спасибо вам за выбор, - Грин всем поклонился и подозвал двух своих ассистентов. - Не будем откладывать и сразу перейдем к организационным вопросам. Сейчас, каждый, кто желает принять участие в этом вечере, подходите ко мне или к другим студентам нашего курса, которые сейчас расположатся в других концах зала. Ваша задача будет подойти, выдернуть волос, вписать свое имя в список и получить метку, которая пропадет завтра вечером. А теперь приступим, - Руперт наколдовал себе стул со столом и сел.

Студенты не сразу сориентировались, но уже вскоре потянулись к пунктам записи. Некоторые учащиеся, не желая принимать в этом участие, покидали зал, а студентов младше четвертого курса просто не записывали. Дима и Винс выстояли недолгую очередь (за ними она была куда больше) и подошли к столику. Загорный первым выдернул свой светлый волос и передал его одному из помощников, который аккуратно поместил его в кулечек с номером пятнадцать и положил в коробку. Далее Дима вписал себя в список под тем же номером и подставил руку, на которую с легким касанием опустилась палочка. Немного кольнуло, и на коже проступила темно зеленая метка в виде двух масок: грустной и радостной. Винс проделал ту же процедуру, и они вдвоем направились к себе в комнату выбирать костюмы для своих тел.


***


- Прошу вашу руку, - на входе в зал дежурили двое слизеринцев, проверявших метку каждого. Они убедились в их наличии и пропустили Винса, Диму и Пашу. Парни неторопливо направились к центральному столу, где их ждал консультант. Народу пока было мало, так что спешить особо некуда. Официально вечер начнется только через двадцать минут, так что время еще было.

- Вы помните наш секретный знак?

- Куда уж мы денемся?..

Чтобы узнать друг друга, парни придумали некий узнаваемый, но непонятный для других знак. Провести рукой по волосам, коснуться левого плеча и положить руку на бедро. Они даже несколько раз отрепетировали, чтобы запомнить движения друг друга.

- Итак. Сейчас вы выбираете бокал с зельем и берете номерок, который написан на бумаге под ним. Потом вы направляетесь к кабинке с указанным номером и, прежде чем зайти туда, выпиваете зелье. Открываете дверь и уже внутри принимаете свой временный внешний вид. Одежда уже ждет вас, так что с этим трудности у вас возникнуть не должно. Переодеваетесь, оставляете свою одежду в кабинке и, ровно в семь часов, все кабинки растают, открывая нового вас на обозрение. Будут вопросы?

- А если мне попадется зелье с примесью девичьих волос?

- Значит, на этот вечер - вы станете девушкой.

- Такой ответ мне не очень нравиться.

- Да ладно, Винс. Тебя все равно никто потом не узнает.

- Вам все понятно? Тогда выбирайте, - консультант отошел в сторону, наблюдая за ними и ожидая следующих студентов.

- Была, ни была, - Паша взял ближний бокал и глянул на номер. - 29.

- У меня 65.

- А у меня - 3.

Парни переглянулись.

- Расход.

- Встретимся позже.

Дима направился в ближнюю к входу в зал кабинку. Став перед дверью, он еще раз сверил номера и понюхал зелье. "И кем же я стану, если выпью это?". Он оглянулся, но Паша уже зашел в свою дверь, а Винс как раз за ней скрылся. Дима глубоко вдохнул и поднес бокал к губам. Вкус был неприятным, так что он постарался выпить залпом. Тепло сразу же разлилось по горлу, опускаясь в область живота. Его слабо затошнило, и он быстро шагнул в открывшуюся перед ним дверь. Голова закружилась, и он оперся на столик, где что-то лежало. Было ощутимо, как меняется его тело. Это было странное ощущение. Дима даже не мог сказать, захочет ли он испытать такое вновь. Закрыв глаза и прислушавшись к ощущениям, он ждал окончания его преображения. Первым ощущением стало то, что одежда ему стала немного мала. Для большего эффекта от такой метаморфозы, в кабинке было установлено зеркало в полный рост. Желая, наконец, увидеть, что из этого получилось, Дима повернулся лицом к стеклу.

- Вот черт! Как же так получилось?!

Странно было смотреть в зеркало и видеть не себя, а какую-то смазливую брюнетку с весьма не маленькими объемами. Теперь-то он понял, почему ему так сжало грудь. Дима быстро осмотрел кабинку. На противоположной стене висело темно бордовое платье с очень откровенным вырезом и без шлеек. Парень даже поразился, как такое должно на нем удержаться. Как по зову из ниоткуда появился домовой эльф.

- Вам помочь одеться, леди?

- Э... - Дима даже замялся.

- Я могу помочь вам зашнуровать корсет, накрасить и собрать волосы.

- Думаю... было бы неплохо... - эльф просиял. - Только я тебя позову, когда понадобиться помощь...

- Хорошо, леди, - эльф растаял в воздухе.

- М-да... - Дима снова прислушался к своему высокому голосу.

Он вспомнил, что время то идет. Если выйти в таком виде, то другие смогу сразу же догадаться, что он (хоть и на этот вечер) - девчонка. Дима быстро стянул мантию и заметил, что метка на его руке пропала. Далее последовала очередь, внезапно ставшей такой ненавистной, рубашке. Пуговицы он расстегнул быстро, но снимать не спешил. Зажмурившись, Дима быстро снял и отбросил в сторону белую рубашку. Открыв глаза, он мгновенно покраснел. Ну и наделила природа эту девушку бюстом. Не удержавшись, Дима пощупал свою новую грудь и от этого смутился еще больше. Стараясь не обращать на все это внимание, он быстро снял штаны, белье (которое теперь было совсем не в пору) и принялся одеваться. Потехи судьбы на этом не закончились. Эта девушка носила очень эротичное белье. Оно было красивым, но!.. Дима как-то с осторожностью рассматривал стринги. Ему приходилось видеть их и раньше, а однажды даже снимать, но чтобы самому одевать... Списав все на метаморфозу, он поспешно натянул белье и принялся за платье. Помучавшись немного, Дима все же сумел натянуть его через голову. Корсет был весьма неудобным, да и завязать самому его никак не удавалось. Сдавшись, Дима окликнул эльфа, который появился в следующую секунду.

- Нужна помощь?

Дима безмолвно кивнул и повернулся спиной к эльфу. Талия девушки была тоньше его собственной, но чтобы стягивать еще туже?! Когда все нити были закреплены, парню было уже сложно дышать. "Как они вообще такое носят?!..". Но он все же нашел в себе силы выпрямиться и вдохнуть как можно глубже. Дима сразу почувствовал себя уверенней. Корсет, хоть и сдавливал, но отлично поддерживал объемистую грудь, да и платье сидело отлично.

- Желаете, чтобы я одел вам украшение, уложил волосы и накрасил?

Дима замялся, но все же кивнул. Эльф взобрался на столик и взял в руки увесистые на вид серьги с рубинами. Первой мыслью было, что у него же не проколоты уши, но он быстро опомнился и подошел ближе. Далее последовало ожерелье с такими же камнями, и эльф взялся за прическу. Уложив темные волосы в высокую прическу в виде импровизированного цветка, эльф приступил к макияжу. Он сделал все быстро и качественно, что Дима даже не успел сообразить.

- Все готово, леди. Осталось только надеть туфли.

Дима с неуверенностью глянул на бордовые босоножки на высоком каблуке. Он даже усомнился, сможет ли на таких устоять. Но эльф не дал углубить эту мысль. Он мгновенно оказался у ног Димы, подставляя ему обувь, готовясь ее застегнуть. Обреченно вздохнув, Загорный обул сначала правую, а затем левую ногу. Как и ожидалось: стоять было сложновато. Он сделал шаг и еще один, пытаясь привыкнуть. Сейчас Дима был выше, чем обычно, и это было непривычно. Совладав как-то с равновесием, он даже подумал, что и потанцевать сможет.

Загорный как-то не сразу сообразил, что эльф пропал. Он осмотрелся и увидел, что и его одежда тоже. В следующее мгновение пропала и кабинка. Дима находился в противоположном конце зала. Теперь Пашу и Винса узнать будет намного сложнее...


***


Дима только единожды усомнился в правильности своего голоса, а именно, когда осознал, что стал девушкой. Больше сомнений не возникло. Праздник был в самом разгаре. Поскольку все смешались, и трудно было найти своих знакомых, все веселились и танцевали вперемешку. Дима по привычке даже раз чуть не пригласил девушку на танец. Впрочем, он бы стал не единственным таким. В центре зала уже давно кружились пары как парень-девушка, так парень-парень и девушка-девушка. Дима же предпочел не выдавать в себе парня и только иногда приглашал сам на танец. Предложение он принимал почти от всех. Несколько раз, спохватываясь, он переставал вести в танце, уступая инициативу своему партнеру. Пару раз он видел знакомых, но они его не узнавали. Однажды ему на глаза попалось его тело, которое танцевало с какой-то девушкой.

Дима не однократно проделывал придуманный им же опознавательный знак, но ему никто не отвечал. Ему стало обидно, что нет возможности увидеть Винса или Пашу в виде кого-то другого. Мало кем они могли стать. Дима даже не знал имени той девушки, чей облик принял.

Следующим объявили медленный вальс. Дима уже подбирал себе партнера, когда его внимание привлекла интересная картина. Он снова увидел себя, но уже не в той ситуации, которую можно было просто так воспринять. Тело, принадлежащее ему, танцевало в обнимку с Питерсоном (а точнее с его телом). Они мило улыбались друг другу и о чем-то разговаривали. Это было выше Диминых сил. Он отказал на предложение потанцевать и отошел в сторону, не отрывая глаз от танцующего себя. Уж слишком странно это смотрелось. Танец закончился и, весело посмотрев по сторонам, эти двое поцеловались.

Диму аж перекосило. Он, не отводя взгляда, коснулся своих губ, но быстро отдернул руку. Развернувшись на каблуках и подобрав платье, Дима быстро направился из зала. Это же надо было, что бы его облик достался кому-то такому! И этот кто-то нашел нужного ему человека в облике Питерсона? Такое было вполне возможно, но почему Диме повезло увидеть именно это?

Он быстро направился на улицу. Там без сомнения было холодно, но кольцо было при нем. Дима не собирался расставаться с ним, даже под угрозой разоблачения. Не любил он, когда нельзя воспользоваться магией, да и из разговоров окружающих он бы понял процентов 5-6 - не более.

Утепляющее заклинание (уж изволил заглянуть в записник) продержится минут десять при такой температуре. Ему вполне должно хватить. Зеленая искра и кожу уже не обжигают порывы холодного ветра. А на улице снег. Он тает даже не касаясь его. Не хватало еще платье запачкать. Дима высоко поднимал юбку и груз каблуками в снегу. А может это все же было плохой идеей?

Еще чуть-чуть и он бы повалился в снег, но его осторожно подхватили чьи-то руки.

- Ты в порядке? Тебе не холодно?

- Все нормально, - Дима поспешил высвободиться и повернулся лицом к спасителю.

Парень с его потока - хаффлпафец, хотя... Это и не он. Вот как красиво одет, значит, один из участников вечера.

- Спасибо за помощь, - Дима опустился в реверансе.

- Да не стоит. Небось там тоже нечего делать?

- Да что ты. Просто решила немного свежим воздухом подышать и... - Дима осекся вспомнив увиденную картину. - Я просто увидела себя... с ним. Со стороны мы выглядели такими счастливыми...

- А в жизни не так?

- Куда уж там, - Дима довольно хмыкнул. - Между нами пропасть.

- Может не все так плохо?..

- Я его отвергла, - странно было говорить как от девушки, - несколько раз и он, похоже, наконец это понял. Уже давно не достает меня. Это даже хорошо - именно этого я и добивалась, но... Увидь только что эту радость на наших лицах... Может, я поступаю неправильно? Неужели я разбиваю ему сердце?..

Дима потупил взгляд и ощутил, как его обняли за плечи.

- Похоже, я его понимаю. Мне тоже разбивают сердце...

- Да, но он же...

Часы пробили двенадцать и они разом содрогнулись. Дима отстранился и схватился за живот. Грудь неумолимо сдавило, а в ноги врезались ставшие маленькими босоножки. Заколки, удерживавшие прическу, посыпались на плечи. Но это было ничего с внезапной болью в ушах. Дима упал на колени и взялся за сережки. Из глаз брызнули слезы. Его пальцы нащупали теплую влагу на мочках ушей. Боль стихла, оставив ноющий осадок. Дима поспешил снять серьги и начал массировать мочки. Особого облегчения это не приносило.

Он снова ощутил теплую руку на своем плече и теперь еще и на правой руке. Осторожно, его руку убрали от правого уха, и Дима ощутил касание губ к ноющему месту. Это было так приятно. Язык слизал кровь, оставляя немного влаги. Потом он прошелся по пути, проложенном слезой, и, повернув не сопротивляющегося Диму, коснулся губ. Нежный язык быстро проскользнул внутрь, а его обладатель обнял слизеринца за плечи, прижимая ближе к себе.

Дима отвечал не задумываясь. Он даже на мгновения забыл про все, про холод, ноющую боль и корсет, стягивающий его... Дима резко распахнул глаза, отстраняясь. А ведь уже двенадцать часов - он принял свой нормальный вид, но... Корсет растянулся по швам, и стало еще сложнее дышать, босоножки неумолимо резали, а стринги, как могли, напоминали о себе. Женская грудь у него пропала и на этот месте корсет оттопыривался от тела. А ведь косметика, наверное, по-прежнему на нем. Диму будто ведром холодной воды окатило. Он в ужасе посмотрел на недавнего своего собеседника.

- Питерсон!

Вот так повезло. Вскочив на ноги, подхватив юбку и преодолевая боль в ногах, он понесся к входу. В голове был рой мыслей, но Дима не мог позволить, чтобы его таким увидели. Оказал Питерсону такую честь, но от других стоит скрыться.

Дорога до подземелий никогда еще не была такой долгой. Не обращая на сидящих в гостиной внимание, Дима пронесся в свою комнату и запер дверь. Стянув босоножки, он повалился на кровать. Злость поглотила его всего. Он злился на себя за свою беспечность, за склероз и за чувство, которое только сейчас осознал. Как мог забыть про временные рамки? Как мог позволить себя поцеловать? Как мог привязаться к Питерсону? Да, это была именно привязанность. Ему не хватало, что Питер, после их разговора в спальне Бреда, не доставал его. Он так к этому привык. И только что сам об этом ему сказал. Как мог?

Сжимая покрывала, Дима старался успокоиться. Что же он наделал? Теперь-то Питерсон ему покоя так точно не даст. Но ничего. Послезавтра он уедет домой. Проведет отличные каникулы и все хорошенько обдумает. "Все определенно будет хорошо!". Дима поднялся с кровати и начал расшнуровывать корсет. Ему бы все же хотелось увидеть кого-то еще в женском платье. "Интересно, а оправдался прогноз Винса?.."


## Глава 21. Рождественские сюрпризы


Утро в Гриффиндорской гостиной началось рано и не лучшим образом. Поскольку солнце только пару часов, как взошло, лишь избранные поднялись посмотреть на источник шума. Крик доносился из спальни девушек шестого курса. И странным было то, что мужским.

Проснувшись от непонятного сна, Винс хотел повернуться на другой бок, но не смог. С двух сторон его поджимало что-то теплое, и он явно чувствовал, что одеяла на нем не было. Разлепив глаза, а ведь он хорошо вчера бахнул с телом Нельсона, Винс увидел перед собой что-то рыжее и пушистое. При подробном рассмотрении - это оказалось волосами. Эта мысль быстро привела его в чувства, и он резко сел, оглядывая помещение. Через секунду слизеринец понял, что не столько важно, где он находиться, а кто рядом с ним.

Его мгновенно бросило в краску, когда он увидел нагую Сьюзан лежавшую рядом и обнимавшую его за грудь. На самом Винсе тоже ничего не было, вот только еще одна рука на его талии, которая уж никак не могла принадлежать Элиз. Слизеринец медленно посмотрел на человека по другой бок и не смог сдержать крик. Такой вопль разбудил и Сьюзан и Стива. Гриффиндорцы разом завозились и подняли взгляды на бледного Винса.

- Кто же орет в такую рань?.. - Сьюзан пододвинулась ближе к слизеринцу.

- Спи, Винс, - Стив тоже хотел ложиться, но внезапно его взгляд прояснился и он тоже сел, не сводя взгляда со слизеринца. Пододвинувшись ближе, он нахально улыбнулся и прошептал ему в лицо: - А ведь тебе понравилось!.. - он резко обхватил Винса за грудь и повалил на постель, набрасывая одеяло, которое не сползло только с него.

- Пусти меня! Что ты творишь?! Я же!..

- Какой ты шумный по утрам. С этим надо будет что-нибудь придумать, - Стив приподнялся и закрыл слизеринца поцелуем.


***


- О, наконец, вернулся. И где же ты?.. - Дима мгновенно замолчал и в страхе смотрел на бледного Винса. - Что случилось?

- Думаю, ты заметил, что я тут не ночевал... - Дима не перебивал. - Я провел эту ночь в спальне гриффиндорок шестого курса, вместе со Сьюзан...

- Так тут нет ничего...

- ...и Оувинсом.

У Димы даже челюсть отвалилась, а во рту пересохло.

- А ты уверен... что вы... не?..

- У меня задница болит и это уж точно не из-за какого-то падения! - Винс сел на свою кровать и откинулся назад, закрывая глаза руками. - Что я наделал?..

- Не хочу показаться грубым, но ты, наверное, сам виноват.

- Так оно, наверное, и есть...

Дима уж никак не хотел оказаться на месте своего друга. Видимо, за эту ночь он успел потерять девственность, как с девчонкой, так и с парнем. И все же такое можно пережить. Подумаешь: тебя отымел твой злейший враг. Дима грустно выдохнул и сел на кровать к Винсу.

- Ладно. Хватит раскисать. Вскоре все станет на свои места...

- Не станет!.. - Винс полностью закрыл лицо руками и его голос стал немного приглушенный. - Этим утром, Оувинс сказал, что смысла нам воевать нет. И что лучше он будет иметь меня каждый раз, когда я буду вытворять что-то этакое. И после, - он сделал небольшую паузу, - попытался воплотить эти слова в жизнь, - Винс перевернулся на живот, уткнувшись лицом в покрывало.

Диме сказать было совершенно нечего. Ведь он верил в праведность вражды Винса и Оувинса. Наверное, мало кто мог ожидать такого поворота. Дима тоже откинулся на кровать, подложив руки под голову.

- Если тебя это повеселит, то на вчерашнем праздновании я был девушкой с большой грудью и был вынужден натянуть на себя платье с корсетом, - Винс весело хмыкнул.

- А я был собой. Скучно - тогда еще подумал я. А вот как все обернулось, - он поднял взгляд на Диму. - Что мне делать?

- Смирись. Мало ли что бывает по пьянке, а ведь ты был именно в таком состоянии!..

- А ведь... мне даже понравилось, вот только я не уверен, - он потупил взгляд, смутившись, - с Оувинсом или со Сьюзан, - он окончательно канул в краску.

- В ином случаи я бы посоветовал попробовать еще раз, но с каждым отдельно...

- Не стоит...

- Я тоже так думаю.

Они какое-то время лежали в тишине, стараясь разобраться в своих мыслях. Винса внезапно осенило. Он резко вскочил на ноги.

- Сегодня же Рождество!

- И?

- Подарки! - Винс взял одежду и заперся в ванной и уже оттуда донеслось. - Родители обещали мне сюрприз. Надеюсь это что-то приятное. Блин, - послышался грохот, - как же я хочу побыстрее оказаться дома!


***


Винс был поражен великолепием родительского подарка на Рождество. Это был птенец Граунхарта. Птица была серая и неприглядная, с большим клювом и маленькими крылышками, довольно громко и надоедливо пищала, но Маклакенс был в восторге. На радостях он превратил стопку книжек в жердочку, куда и усадил птенчика, который моментально подозрительно затих. Опустив голову и накрыв ее крылом, он внезапно растворился в воздухе. Винс был довольно поражен, а вот Дима находился в недоумении.

- Куда он делся?

- В смысле "куда"?.. Вот он сидит на жердочке.

- Я его не вижу.

- Я тоже, но он там. Неужели ты не знаешь, что птицы Граунтхард известны способностью менять свою окраску в зависимости от окружающей среды.

- Я вообще про такую птицу впервые слышу.

- А еще они могут говорить и у них отличная память. Вот только учить их надо, - Винс пододвинул стул и уселся на него (слегка поморщившись), рассматривая расплывшегося птенца.

- Как назовешь?

- Не знаю. Может "Ашур"? - Винс вопросительно посмотрел на Диму.

- Тебе выбирать.

- Тогда будешь у меня Ашуром, - он потянул руку и коснулся чего-то невидного. - Интересно, что они мне написали, - Винс быстро вскрыл небольшой конверт, достал письмо и углубился в чтение.

Дима на время оставил его в покое и принялся разгребать свои подарки - чего он точно не ожидал. Сгребши все самое подозрительно и без подписи, парень отделил несколько ярко упакованных коробочек с бантиками. Он удивился, увидев на одной из открыток почерк матери. Взяв подарок в руки, Дима прочел: "А настоящий подарок ждет тебя дома на Новый год". Значит, маленькое такое вступление. Как только Дима снял крышку, из коробочки выпорхнула переливающаяся всеми цветами бабочка и взмыла под потолок. "Ах, мама..." - он улыбался и подставил руку. Мотылек еще немного покружил и приземлился на руку, вспыхнув, он стал узорной многоугольной шкатулкой. Открыв крышку, парень увидел два небольших флакончика со сверкающей розовой жидкостью. Очевидно, это было еще одним изобретением его матери, вот только не понятно каким. Он покрутил коробочку, но никаких указаний по использованию не было. 'Две дозы или для двоих?' - это были два самых очевидных варианта. Мать бы ему плохого не прислала, но без инструкции могло обернуться и так. Закрыв крышку, Дима приступил к распаковке других подарков.

Хорошо, что он позаботился о презентах своим сокурсникам - маленькие такие сферы с заснеженными новогодними елками внутри. Скромно, но никто не обидеться. Все-таки у англичан этот праздник важнее Нового года. Дима тоже получил по подарку от своих одногруппников. Девушки подарили разные декоративные мелочи, а парни отличились, подарив набор для ухода за метлой от всех четверых. Подарок Винса отличился больше других - это было что-то непонятное и в тоже время интересное. По форме оно напоминало сферу, было прозрачным (внутри плавали какие-то мелкие блестящие частички), и удобно помещалось в ладони, но было сложно что-то сказать о его назначении. В нем так же было много отверстий толщиной в мизинец. Дима взболтнул предмет, но частички не изменили траектории, продолжая свое медленное хаотичное движение.

Он повернулся спросить у Винс, что это такое, но слова так и застряли в горле. Его друг сидел верхом на стуле, сложив руки на спинке и опустив голову на них. Его отрешенный взгляд был устремлен в пол, где уж точно ничего интересного не наблюдалось. Письмо лежало рядом с жердочкой, на которой четко просматривался птенец Граунтхарда.

- Винс, что случилось?

Слизеринец вернулся в реальный мир и коротко глянул на Диму.

- Я остаюсь здесь, - он перевел взгляд на Ашура. - Родители уезжают навестить мою бабушку и приглашают меня... Я не хочу туда. Поэтому я остаюсь здесь, - Винс встал и погладил птенца, который воспользовался моментом и перескочил на палец. Парень кротко улыбнулся.

- Не останешься ты тут.

- ?..

- Поехали ко мне домой. Отпразднуем там Новый год, затем мое Рождество. Будет весело. Места у меня хватает.

- Ты серьезно?

- Абсолютно!

Винс довольно улыбнулся и подошел к Диме.

- Тогда хорошо. Спасибо.

- Спасибо, - голосом Винса повторил Ашур.


***


Время до своего отбытия парни провели как два отшельника. Они почти все время сидели в гостиной, рассматривая подарки и сидя у камина с оставшимися друзьями. На обед и ужин они не ходили, ограничившись поздним походом на кухню. Винс снова повеселел, хотя активно отмалчивался о событиях Рождественского вечера. Всего за ночь Ашур подрос на два сантиметра, чему Винс был несказанно рад. Птенец быстро схватывал все слова и иногда воспроизводил их голосом оригинала.

На следующее утро, уже собравшись и полностью подготовившись к отъезду, Винс и Дима отправились на завтрак. В Большом зале значительно уменьшилось количество учащихся. Больше всего опустел стол Слизерина и Гриффиндора, а все только начинают разъезжаться. Дима с радостью отметил, что ни Питерсона, ни Оувинса не было за их столом. Вообще весь шестой курс Гриффиндора отсутствовал. "Наверное, еще вчера съехали... Оно и к лучшему!.."

Зайдя в комнату за Ашуром, они отправились на платформу. Об их вещах должны были позаботиться, а Тройсена Дима уже заранее оповестил и отпустил. На улице было холодно. Шел мелкий снежок, намереваясь еще больше скрыть землю. Дима непроизвольно подумал, что у него холоднее, да и снега метр или даже два будет.

На платформе находились и другие студенты, спешившие домой на праздники. Два слизеринца торопились найти купе, куда были доставлены их вещи. При таком-то количестве уезжающих им должны были б оставить отдельное купе. Так оно и было.

Когда они прибыли в Лондон, до их телепортации оставалось еще два часа. Дима предложил прогуляться по Диагон Аллее. Вещи были оставлены в камерах хранения, а их хозяева отправились по магазинам.

У них оставалось всего полчаса, когда Винс предложил зайти выпить чего-то горячительного. Им попалось вполне приличная кафешка "Сладкий дом". На первом этаже располагался магазин сладостей, тортов и пирожных, а на втором - само кафе. Задержавшись, рассматривая сладости, они еще прикупили конфет и леденцов для себя и Диминой мамы. Потом они поднялись наверх и заняли один из двух свободных столиков возле окна. Рядом с ними мгновенно появилась официантка:

- Чего желаете, господа?..

Дима заказал себе горячий шоколад и одно из пирожных, что присмотрел ранее. Винс заказал кофе и кусок торта. Долго заказа ждать не пришлось. Они только приступили к своим сладостям, когда за соседним столиком, который мгновение тому еще оставался свободным, послышался пораженный визг. Винс даже уронил кусок торта.

- Это же Дмитрий Загорный!

- Да, это он!

Парни непонимающе уставились на двух девушек за соседним столиком. Было очевидно, что они не из Хогвардса. Обе были одеты в одинаковую форму: короткие юбки в складочку черного цвета, темно розовые жилетки, белые блузки, а поверх были одеты темно фиолетовые мантии с вышитой лилией на уровне сердца и такого же цвета высокие ведменские шапки. Девушки казались необыкновенно довольными, а одна из них держала в руках журнал, на обложке которого красовался Дима в костюме ангела. Фотография быстро кружилась в одиноком танце, иногда загадочно поглядывая на читателей.

- Тебя в "Пристрастиях ведьмы" напечатали, - учтиво уведомил Винс.

Девушки невозмутимо поднялись и направились к парням. Не спрашивая разрешения, они уселись на материализовавшиеся стулья.

- Привет. Меня зовут Мелиса, - представилась блондинка с волнистыми волосами.

- А я - Джинни, - уведомила вторая с короткими черными волосами.

- Меня вы знаете, а это - Винс.

- Очень приятно, - мгновенно отозвалась черненькая.

- Взаимно, - Винс показался каким-то удивленным.

- Мы вообще только уточнить хотели. В журналах пишут разное...

- Да и фотографии не редко подделываю.

- Правда ли, что тебе нравятся мальчики?

Дима даже шоколадом подавился и закашлялся. Винса же бросило в смех от такого пораженного лица его друга.

- Мерлин, кто же такое придумал?!

- Да вот... - блондинка открыла журнал примерно на середине.

Дима закашлялся еще сильнее. На странице красовалась фотография с Рождественского вечера, где кто-то в его обличии сначала танцевал с телом Питерсона, а потом слился с ним в поцелуе. Винс удивленно глянул на фотографию.

- Я это пропустил?..

- Это с Рождественского бала!

- Да. Тут так и написано...

- А тут не написано в чем заключалась идея этого вечера?!

- Ну... - девушка просмотрела текст статьи еще раз.

- Так такое было?

- Было, - девушки довольно хлопнули в ладоши, - но это не я.

- Как это?

- Хочешь сказать, что это Оборотное зелье?

- Именно. В тот вечер все присутствовавшие его приняли.

- Как же так, - блондинка, похоже, огорчилась еще больше.

- Дима, а не пора ли нам? - Винс кивнул на часы, висящие в помещении.

- Да. Простите дамы, но нам уже пора, - Дима стремительно поднялся со своего места. - И не верьте желтой прессе.

Винс приклонил голову и последовал за другом.

- Как можно писать такую чушь?!

- Все равно это не правда.

- Не правда - то да, но вот если это прочтет кто-то за пределами школы!..

- Тебя так волнует мнение окружающих?

- Меня волнует состояние мои знакомых, которые выписывают этот и подобные журналы.

Винс только руками развел, ускоряя шаг. Они забрали свои вещи и направились на место встречи с представителем министерства. Пожилой мужчина ждал их в Дырявом котле. Он очень удивился, увидев сразу двух студентов.

- Дмитрий Загорный?

- Да, - Дима поставил свои вещи. - Где портключ?

- Вам к нему нет доступа, пока не подтвердите свою личность, - маг встал со своего места и направился к лестнице.

Они поднялись в просторный кабинет, где за ними мгновенно захлопнулась дверь.

- И как же вы хотите, чтобы я подтвердил свою личность?

- Вот. Прочтите это, - мужчина протянул лист Диме и непонимающе посмотрел на Винса. - А кто вы такой?

- Винсент Маклакенс.

- И что же вы здесь делаете?

- Он со мной, - Дима покрутил пустой листок в руках и коснулся его перстнем - проступили темные чернила.

- У меня распоряжение отправить Дмитрия Загорного домой. Какое же вы к этому имеете отношение?

- Вы свою задачу выполнили - идите, - Дима оторвал взгляд от пергамента.

- Простите?

- "Этот пергамент - портключ, который сработает в три часа дня...". Портключ у меня и он сработает через три минуты. Можете идти.

- У меня распоряжение...

- Как хотите. Винс возьми свои вещи поудобней.

- Что?!

- Он отправляется со мной.

- Такого не было в договоре! Я не позволю.

- Вы так говорите, будто я его не в гости пригласил, а собираюсь украсть...

- Дмитрий Загорный, немедленно отдайте мне пергамент, - мужчина вытащил свою палочку.

- Вы собираетесь применить против меня магию?

- Если потребуется! Отдайте пергамент!

- Ну, уж нет. Я не собираюсь задерживаться в Англии, только по тому, что этого хотите вы! Я отправляюсь домой!.. Винс, давай сюда...

- Я вас предупреждаю!..

- Плевать! - Диму это уже начинало бесить.

- Петрификус Тоталос!

- Блокус!

Магический луч мужчины врезался в зеленоватый щит и растворился.

- Вы применили магию вне школы!

- Я совершенно летний на своей родине и могу пользоваться ею сколько захочу. А вот вы атаковали меня! Я могу и ответить!.. - на губах Димы заиграла пугающая улыбка.

- Вас схватят и!..

- Это вас схватят за нападение на иностранного гостя! Винс!

Маклакенс подскочил к Диме и схватился за пергамент. Листок устремился ввысь, утягивая их с собой. Дима чувствовал тяжесть вещей, но не собирался их отпускать.

Их путешествие было коротким, а приземление мягким. Они завалились в огромный сугроб, который уже точно не могло намести в Англии. Руку запекло, и Дима увидел, как сгорел портключ.

- Где это мы?

- Если я не ошибаюсь... - Дима поднялся на руках. - Мы как-то слишком близко.

- Так, где мы?

Они были возле журчащей речки, частично погребенной подо льдом. Вокруг все было белым бело. Елки занесло до невозможности, а дорога просматривалась только как продолжительное углубление.

- Холодно становиться.

- Да, у нас тут холоднее, чем у вас. Давай поспешим, - Дима быстро выбрался из сугроба и начал искрами вытаскивать их вещи.

- Далеко отсюда до твоего дома?

- Метров двести, - звук упавшего снега и довольное уханье. - Тройсен! Ты уже прилетел!

- Быстро ж он у тебя добрался.

- Сам поражаюсь, - Дима подал руку барахтающемуся Винсу. - Вещи полетят за нами, так что давай быстрее.

- А это правда, что тебе можно пользоваться магией?

- Тут я уже полноценный маг, так что пусть и другие это примут.

- Думаю, у нас будут проблемы.

- Чего это вдруг?

- Ты пошел против указа министерства.

- Разберутся. Неужели они считают, что могут вот так распоряжаться чьими-то жизнями?!..

Через пять минут из-за деревьев показался занесенный снегом дом. Тут уже был глубокий вечер и поэтому в окнах горел свет. Дорожки были расчищены, а во дворе стояла украшенная и заснеженная елка. Дима знал, что в зале у них тоже должна стоять такая. Они постучали в дверь.

- Дима, наконец-то, ты приехал! - Высокая ведьма на вид средних лет в розовом кухонном фартушке бросилась обнимать своего сына. - Как же я давно тебя не видела! Та ты, вроде, и не вырос, - она на мгновение отстранилась и снова припала к Диме. - Почему ты так редко пишешь? Мы же волнуемся!

- Мама, мы?..

Ирина Загорная только сейчас перевела взгляд на стоящего немного дальше парня.

- О, еще гости! Проходите же в дом - не стойте на холоде, - она почти втащила двух парней в дом. - Дима, как я рада, что у тебя появилось столько хороших друзей, что ты пригласил их к нам на Новый год!

- Их? Мама, мы же...

- Привет, Дима, Винс!

Дима и Винс разом побледнели, когда из кухни показались улыбающиеся Питер и Стив.


## Глава 22. Незваные гости


Дима снял свое кольцо и надел на палец Винсу, а сам быстро взял мать за руку и увел в зал. Плотно затворив за собой дверь, он непонимающе уставился на маму.

- Когда они прибыли?

- На два-три часа раньше вас. Ты же сам сказал им ехать вперед и даже нарисовал карту.

- Мама, они с другого факультета и они... Постой. Ты их понимаешь?

- Да, а что?

- Они же англичане.

- Да, но говорят они на русском.

Дима оперся спиной на дверь.

- Мама, я их не приглашал...

- Неужели? А зря. Они такие замечательные ребята! Питер мне помогал на кухне, а Стив очень хорошо разбирается в растениях. Он даже дал мне несколько дельных советов на счет моих грендулов. Они что-то вянуть начали...

- Мама! От них нужно избавиться!

- От грендулов?

- От Питера и Стива!

- Дима, какой же ты несносный! Они же только прибыли. Из далека, а ты хочешь их выгнать?! Разве я тебя таким воспитывала? Это же твои одноклассники...

- Они мне не "одноклассники"!

- Ладно - сокурсники. Велика разница. Чем они тебе не нравятся? Назови хотя бы одну вескую причину! - Ирина демонстративно скрестила руки на груди.

- Питерсон, - Дима осекся, чуть не ляпнув все как было, - с Оувинсом меня достают. Нас достают! Видела того, с кем я прибыл? Вот это Винс - он мне друг, а эти!..

- Если они тебе не друзья, то зачем же они стали тащиться в такую даль, любезничать со мной и хвалить мои пироги?

- Ты их даже пирогами угостила?!

- Да, и они им очень понравились! Да и как они, по-твоему, должны уехать?! Они даже магией пользоваться не могут!

- Они и это тебе сказали?..

- Да, мы с ними очень мило побеседовали...

- Как же ты могла впустить в дом незнакомцев? Как папа такое допустил?..

- Они не незнакомцы, а твои друзья.

- Не друзья они мне!

- А Сережи тут и нет.

- Как нет?

- Сереже нужно было задержаться на работе. Я хотела остаться с ним, но он сказал поехать тебя встретить. А теперь, - она сняла фартух и вручила его Диме, - поскольку тут полон дом народу, я могу отправиться домой и провести время со своим мужем. Оля все равно остается в школе, так что можете оставаться тут на каникулы. Не забудь всех кормить. Питера и Стива я разместила в комнате для гостей, а Винсу можешь предоставить кровать Оли, - Ирина Загорная начала стремительно выпускать красные искры.

- Мама! Вы вернетесь?

- Отдыхайте, детки!..

Дима так и застыл с открытым ртом. Мать бросила его на произвол Питерсона. Такого просто быть не могло, но случилось. Сжав фартух в руке, он резко распахнул дверь и впечатался в стоящего у нее гриффиндорца. Питер мгновенно воспользовался ситуацией и заключил слизеринца в своих объятьях.

- Вот мы и остались одни, Дима, - имя было произнесено как-то на распев, что застало его обладателя врасплох. Держа крепко, Питер уже наклонялся для поцелуя, когда его кто-то двинул в бок, а потом отдернул резко назад. - Что это еще?

Винс появился из неоткуда.

- Как это ты так? - поразился Дима.

- Ашур постарался, - он схватил Диму за руку.

- Ашур? - удивился Питер.

Птица материализовалась на плече у хозяина.

- Так вот ты где!.. - Стив быстро спускался по лестнице.

- Бежим! - Винс схватил Диму за руку и потащил вглубь зала, затворив за собой дверь. - Черт возьми, как же так получилось?! Куда делась твоя мама?

- Отбыла домой.

- Домой? А это что?

- Это наш загородный домик. Похоже, родители не приедут до конца праздников...

- Не приедут?! Скажи, что это шутка! Если бы не Ашур, то Оувинс бы меня уже!..

- Дима, Винс, откройте дверь.

- Что делать будем?

- Я бы с радостью от них отделался.

- За чем же дело стоит?

- Если я их и выставлю за дверь, то им некуда идти. Без магии и карты, они пропадут.

- Лично мне их не жалко!..

- Мне уже тоже. Но я не хочу отвечать за двух замерзших до смерти гриффиндорцев.

- Тогда что делать будем?

- Магия на моей стороне. Попытаемся договориться, - Дима устроился поудобней в кресле (Винс последовал его примеру) и хотел выпустить искру, когда сообразил, что кольцо он одел Винсу. - Питерсон и Оувинс говорят на русском, но вот ты - нет. Надо с этим что-то сделать.

- Я же тебя понимаю.

- Ты будешь понимать меня, если кольцо будет на мне или на тебе. В ином случаи я смогу понимать только отдельные слова твоего английского.

- А как же они тогда говорят?

- Сейчас мы постараемся это выяснить, - Дима забрал свое кольцо и открыл дверь.

Гриффиндорцы сразу же ступили на порог, но остановились, наткнувшись взглядом на поднятую руку с перстнем.

- Нам же нельзя пользоваться магией за пределами Хогвардса?.. - Оувинс сказал это как-то обижено.

- Вам нельзя, а вот мне - можно. Я совершеннолетний и у себя на родине могу делать все, что захочу.

- Блефует?

- Испытай меня, - Дима глянул на Винса, но слизеринец, похоже, все прекрасно понимал. - Садитесь.

Гриффиндорцы переглянулись и направились к дивану.

- Разве так обращаются с гостями?

- С непрошеными - да! Рассказывайте, как вы сюда добрались, - Дима положил руку с перстнем на подлокотник.

- Мы просили разрешения у директора. Она нам карту нарисовала, организовала разрешение из министерства и заколдовала на понимание твоего родного языка. Нас и Винс сейчас должен понимать. Ведь так? - слизеринец недовольно кивнул. - Кстати, твоя мама печет прекрасные пироги.

- Не преплетай сюда мою маму! Вы ее обманули! Сказали, что мои друзья!..

- Такого мы не говорили.

- Мы только сказали, что учимся с тобой в одной школе и приехали тебя навестить.

- Кстати, Винс тут тоже не случайно, - Винс мгновенно встрепенулся. - Мы перехватили твой подарок и дописали в письмо еще пару строчек...

- Твои родители сейчас знают, что тебя пригласил к себе известный Дмитрий Загорный. О, Дима, - Питер ехидно улыбнулся, - ты еще не видел последнего выпуска "Пристрастий ведьмы"?

Дима сначала порозовел от воспоминания, а потом побагровел от злости.

- Значит, видел. Думаю, стоит подтвердить тут статейку настоящими фактами... - Питер немного подвинулся вперед.

Дима уже был готов влепить ему заклинание, когда в соседней комнате раздался громкий звон.

- Что это?

- Короче! - Дима быстро вскочил на ноги. - Если вы позволите себе лишнего, сделаете что-то не так или скажете не то, то моментально окажетесь на улице! И делайте потом что хотите! - он быстро направился к своему чемодану, который продолжал звенеть и ходил ходуном. - Что такое? Паша?

- Привет, - зудильник показал довольное лицо Паши. - Как добрались? У меня тут все замело...

- Добрались нормально, но тут огромная проблема. Даже две!..

- Что еще за?.. - глаза Паши в зудильнике округлились, смотря куда-то за Диму. Проследив за взглядом, слизеринец увидел подсевшего рядом Питерсона. - Где вы?

- У меня. А вот это и есть проблема!

- Никакая я не проблема! - Питер полез к зудильнику, но Дима быстро убрал руки.

- Он и Оувинс приперлись ко мне домой!..

- Так выпри их!

- Я вообще-то все слышу.

- Не могу. Им же даже магией пользоваться нельзя, так еще потеряются.

- А как на это отреагировали твои родители?

Дима отпихнул Питера рукой, но последний успел ее перехватить и не спешил отпускать.

- Они вообще сейчас дома! Пусти! - Дима попытался высвободить руку, но Питер не желал отпускать. - Телепортируй сюда!

- Не надо!

- Не могу. Не сегодня. Если хочешь, я прибуду тридцатого?..

- Давай как можно быстрее!

- Не приезжай!..

- Та двинь их парой троек заклинаний и пусть успокоятся. Мне уже пора. Пока.

- Паша! - зудильник потух.

Дима зло посмотрел на Питерсона, который сейчас возлежал на полу, положив одну руку под голову, а второй переплетя их пальцы. Слизеринец был настолько поражен, что постарался резко отстраниться. Питер отпустил его руку и Дима тоже распластался на полу. Питерсон лишь повернулся на бок и принялся разглядывать слизеринца. Дима отвернулся и увидел, как в зале, не сдвинувшись с места, Винс и Стив сверлили друг друга глазами. Маклакенс смотрел со злостью и опаской, а Оувинс - игриво и довольно. Дима еще раз глянул на Питерсона. Гриффиндорец не скрывая, рассматривал парня с ног до головы. "За что мне такие каникулы?..".


***


- И как же вы собирались уезжать отсюда?

- Нас бы просто телепортировали тринадцатого января. Я говорил, что в министерстве о нас знают.

Решив выплеснуть свою энергию на что-то полезное, Дима принялся мыть посуду (очистительные заклинания плохо выводили жир). Питерсон, облокотившись на тумбочку рядом с умывальником, наблюдал за этим всем процессом. Больше Питер не старался достать Диму, хотя постоянно ходил за ним хвостом. Винса и Стив было решено (Дима решил, а Питер не возражал) оставить пока в зале. Все рано они просто сидели и пялились на друг друга, не произнося и слова.

Загородный дом был приличный по размерам: просторная кухня, зал, три спальни (Димы и Оли, родителей и гостевая) и два туалета (на первом и на втором этажах). Так же к зданию была пристроена оранжерея, где Ирина Загорная держала некоторые из своих растений. Иногда она наведывалась сюда их полить и прибраться в доме. Еще к дому прилагалась большая земляная площадь, где они часто устраивали пикники под открытым небом. Сейчас она была полностью под снегом.

Моя посуду, Дима старался рассудить, как бы ему поступить. С одной стороны хотелось выпереть Питерсона и его друга за дверь - и с проблемой покончено, но и нельзя было так поступить. Во втором случаи пришлось бы стать хозяином в доме и вести себя как подобает с гостями. Такой расклад тоже не очень его устраивал.

- Ты эту тарелку уже минуть пять трешь...

Дима зло глянул на Питера и какое-то мгновение сверлил его взглядом. В ответ он получил только доброжелательный, ожидающий взгляд. Вспыхнув еще больше, Дима вручил Питерсону тарелку в пене.

- Давай тогда ты их будешь мыть, - даже не дождавшись результата, он направвился в зал.

Похоже, Винс и Стив так и не сдвинулись с места. Это было даже поразительно.

- Винс, пошли со мной.

- А? - казалось, будто он вышел из какого-то транса.

- Идем, - Винс поднялся, но его примеру последовал и Стив. - А ты оставайся. Можешь помочь Питерсону, если уж так хочешь. Ему может скучно одному мыть посуду.

Взяв друга за руку, Дима поспешил к лестнице. К этому времени он уже успел перенести их вещи в свою спальню. Туда они и направились.

- Насколько бы это сумасшедше не звучало, но... - Диме даже самому было сложно это признать, - они останутся, - Винс молчал. - Но если они перейдут черту - я могу отправить их куда подальше.

- Почему-то я так и думал, - Винс сел на нижнюю кровать. - И что делать нам?

Комната была не очень большая по размеру. Двухэтажная кровать стояла возле окна. Справа от нее находился стол, заваленный испорченными перьями и немного заляпанный чернилами. По другую сторону располагался шкаф во всю стену. В основном он был закрыт (за дверцами пряталась одежда и постель). На открытых полочках просматривались книги, шкатулка и несколько декоративных дракончиков в просторных клетках (чтобы не гуляли и не жгли книги).

- Надо установить им рамки... и занять работой. Дать какое-то задание. Надо, чтобы у них не было времени на какие-то свои помыслы, - Дима направился к двери. - Располагайся, а я пойду с ними потолкую. Моя кровать сверху.

Придя на кухню, Дима не застал там никого. Он заглянул в коридор и направился в зал. Питерсон обнаружился там, стоя спиной и склонившись над чем-то на столе. Услышав шаги приближения, он повернулся и довольно улыбнулся Диме. После он опять вернулся к своему занятию. Слизеринцу стало интересно. Он подошел ближе и увидел шахматную доску. Это были не магические шахматы - у них была другая изюминка. Каждая фигура была сделана из стекла в форме небольшого бокала. Предполагалось, что когда ты бьешь фигуру противника, ты выпиваешь ее содержимое. Сейчас все фигурки-бокалы были пустыми. Питерсон с интересом рассматривал каждую и ставил на предназначенное для нее место.

- Что ты делаешь?

- Да вот нашел шахматы. Думал сыграть.

- А где Оувинс?

- Пошел спать, - Дима быстро развернулся, но Питер перехватил его за локоть. - Он действительно спать пошел. У него был очень насыщенный день.

- А у тебя?

- А я еще хочу поиграть в шахматы, - Питер доброжелательно улыбнулся и сел на диван. - Сыграем?

Шахматы Дима любил, да и предложение было интересным. Он опустился на противоположный диван.

- А что у вас обычно наливают в эти рюмки?

- Чаще всего водку.

- Это то, что я пил на "дело"? - Дима кивнул. - А сейчас есть?

Слизеринец удивленно вскинул брови.

- Водка есть, но зачем же?..

- Так же интересней будет. Давай еще так: забрав фигуру, выпиваешь и отвечаешь правду на вопрос оппонента. Играем на желание. Идет?

- На желание?

- Скромное. Ничего неприличного, - Питер демонстративно поднял руки. - Так что?

Дима пожал плечами и поднялся. В баре у них должна была быть бутылка водку. Вернувшись назад, он поставил пузатую бутылку на стол. Питерсон критически ее оценил, достал какой-то флакончик с прозрачной жидкостью и принялся откручивать крышку.

- Что ты?..

- Зелье правды. В таких пропорциях оно будет действовать не долго, чтобы никто из нас не врал.

Дима убрал руку, откинувшись на диван. Питерсон аккуратно вылил содержимое своего флакончика в бутылку. Никакой реакции. После он начал разливать получившуюся смесь в фигурки.

- Ходи.

Дима пожал плечами и сделал первый ход пешкой. Он намеривался поставить Питерсону "детский мат" и заставить его что-нибудь (еще не придумал что) сделать. Никак не выказывая своих намерений, Дима сидел с лицом полным безразличия, скрестив руки на груди и наблюдая за шахматной доской. Питер вывел коня. Дима подвинул еще одну пешку, но вот уже после Питерсон сделал весьма неуместный ход, практически подрывая первоначальную стратегию слизеринца. Питер довольно улыбнулся, но Дима на него и не глянул, полностью сосредоточившись на игре.

Молчание длилось до первой забранной фигурой. Дима воспользовался моментом и побил открывшуюся пешку. Он поднес стеклянную фигурку к губам.

- Готовь свой вопрос, - он осушил ее залпом и закашлялся. Жидкость обожгла горло. Это точно была не водка. Неужели отец залил сюда очищенный самогон?! Дима непонимающе посмотрел на бутылку. На вкус это без сомнения была водка, но вот обжигала она сильнее обычного. - Что ты сюда подлил?

- Лишь зелье правды, которое повышает градус спиртного, в котором разбавляется.

- Псих! Такое впечатление, что это спирт, - Дима снова закашлялся, но жжение еще немного оставалось.

- Дима?..

- Что?!

- Тебе я когда-нибудь снился?

- Да, - только ответив, Дима еще больше разозлился на себя за согласие на эту игру. - Я не собираюсь пить это, - он быстро поднялся со своего места.

- Сдаешься?..

- Ты же споить меня хочешь!

- Тогда я признаю свою победу.

- Ну уж нет! - Дима быстро сел. - Твой ход!

Питерсон посмотрел на шахматы и побил слоном пешку Димы. Он поднял бокал и осушил его. Его глаза внезапно округлились и Питер тоже закашлялся. Дима тихо ликовал.

- Действительно еще та вещь, - он поставил першу на стол. - Слушаю.

Дима на мгновение задумался.

- Как вы сюда попали?

- Прибыла сова с письмом из Министерства, где указывалось место нахождение и время действия портключа. Так мы и оказались тут.

- А как вы нашли дорогу сюда?

- Это уже второй вопрос, но я отвечу. Карта была вложена в письмо. Ходи.

Игра возобновилась. Дима старался выработать стратегию действий. Он был следующим, кто побил фигуру противника.

- Насколько часто ты думаешь обо мне?

- Достаточно часто, - откашливаясь, произнес Дима. Это смесь в бокалах была приятной, но горло жгла...

- А у меня идея, - Питер забрал еще пешку. - Кто первый не сможет больше пить - тот и проиграл.

"Я бы сейчас с радостью все это прекратил!" - Дима кивнул.

- Почему ты не вылечишь свой нос?

Питер даже удивился такому вопросу.

- Раньше не излечил - не было кому, а теперь уже никто внимание и не обращает, - он подождал, пока Дима возьмет бокал в виде ладьи. - А как бы я лучше выглядел?

- Наверное, с ровным носом.

Питер довольно ухмыльнулся, отметив про себя, что или Диме придется выполнить желание, или же он будет к тому времени пьяным (что тоже было не плохо). Да и много интересного можно было узнать во время откровенных вопросов. И все же самый интересный вопрос Питерсон оставил на конец. Дима побил еще одну пешку.

- Ты скучал по моим придиркам?

- Да, - Дима выпалил это со злостью, но быстро успокоился. "Надо быстрее заканчивать эту игру, а то мне уже начинает нравиться это все!.." - Ходи, Питер.

Питерсон довольно улыбнулся на звук своего имени и сделал ход конем. Дима недовольно фыркнул, лишившись слона.

- Я тебе действительно нравлюсь или ты просто хочешь меня поиметь?

- Ты мне действительно очень нравишься...

Игра шла в далекий и глухой угол. Оба играли хорошо, но никто из них никак не мог получить преимущество. Фигур они выпили не много, но обжигающая водка все равно сделала свое дело. В конце концов, оба уже пили на автомате, стараясь еще как-то обыграть соперника. Дима каким-то образом отследил удачную комбинацию и поспешил забрать подставившегося коня.

- Ты бы хотел заняться со мной любовью?

- Сексом? С тобой? - Дима уже давно балансировал на грани реальности и какого-то своего мира грез. - Только если ты будешь снизу.

У Питера глаза на лоб полезли. Такого ответа он не ожидал, а ведь Дима не врет. Да и глаза слизеринца это подтверждают. Хотя в трезвом состоянии он такого может и не сказать. Возможно, это только пьяный порыв.

- Так ты будешь ходить?

Не в состоянии сказать что-то путное. Питер оценил ситуацию на шахматной доске. И как он раньше этого не заметил? Взяв ферзя, Питер поставил его на три поля от белого короля.

- Шах и мат.

Дима неуверенно посмотрел на доску, стараясь сфокусировать взгляд. Действительно. Если забрать ферзя Питерсона, то откроется путь для слона. Как же он не уследил?

Опершись одной рукой в диван, а вторую поставить на пол, Дима наклонился вперед.

- Чего же ты хочешь?

- Поцелуй, - Питер поднялся со своего места, но Дима тоже встал.

Воспользовавшись замешательством Питерсона, слизеринец обогнул стол. И толкнул Питера обратно на диван, а потом беспардонно сел ему на колени лицом к лицу. Гриффиндорец хотел что-то сказать, но его остановил приставленный к его губам палец.

- Я сам.

Руками вжимая Питера в диван, Дима припал к его губам. Его язык мгновенно проскользнул к нему в рот и начал срой страстный танец. Желая ощутить еще больше, Питер обнял слизеринца, максимально прижимая его к себе. Дима буквально накидывался на его губы. В этот момент он был главным, а Питерсон добровольно ему подчинялся. На мгновение их губы рассоединились. Дима ринулся вперед, но Питер его придержал.

- Ты же сказал, что согласен на секс, если будешь сверху, но я на такое не согласен!..

- Не обольщайся. Мне просто нравиться целоваться...


***


Дима обнаружил себя в своей Слизеринской спальне. Он недовольно осмотрелся и понял, что тут больше никого не было. Кровать Винса была уже застелена, но солнце только начинало свой восход. Или его друг встал очень рано, или вообще не ложился, или же его тут и не было. Отбросив покрывало, Дима внезапно осознал, что оно красное, а сам он одет в школьную форму при полном параде. Это было странно. Он не помнил, что так ложился... он вообще не помнит, что ложился!

Вскочив с кровати, Дима выглянул в гостиную. Без сомнения было еще ранее утро. Огонь в камине спокойно догорал, а в остальном все было неподвижно. Решив развеять сомнения, слизеринец направился в спальню своих сокурсников. В комнате стоял полумрак. Дима подскочил к первой кровати, надеясь обнаружить там Нельсона. Его рука наткнулась на что-то под одеялом, но это оказалась не аккуратно брошенная подушка.

- Да что это такое? - он проверил другие три кровати. - Где все?..

Дима старался рассудить трезво. Он был в школе, в своей гостиной, но тут был только он один (в этом парень убедился, заглянув в несколько других комнат). Куда все могли деться? Дима не знал, что ему делать и куда идти. Первой мыслью было пойти к декану, но что-то подсказывало, что и его тут не будет. "Это кошмар!.. - а ведь мысль была дельной. - А ведь это вполне может быть кошмаром! Пустая школа и только один я. Хотя... это еще не полноценный кошмар. Тут еще должно появиться какое-то чудище или какой-то маньяк-убийца. Не могу я весь сон просто гулять по школе... Должен же тут быть еще кто-то!.." - Дима направился в Большой зал, надеясь обнаружить там хоть какую-то подсказку.

Войдя в огромные двери, он обнаружил, что столы факультетов были выложены в форме стрелки, указывающей вперед. Вместо стола преподавателей наблюдалась крохотная дверь, куда обычный человек мог войти, только нагнувшись. Дима постоял немного и направился за указателем. Дверь была не заперта. Потянув за ручку в форме змеи, слизеринец нагнулся и заглянул внутрь. По другую сторону двери были узкие ступеньку, чтобы только один мог подняться или спуститься. Еще раз напомнив себе, что это сон, Дима пролез внутрь и начал подниматься по ступенькам. Поразительным было то, что имело место освещение, хотя ни одного светильника не наблюдалось. Потолки тут были средними, но иногда ставали то выше, то ниже. Один раз, по не осмотрительности, Дима стукнулся о потолок и больше не оглядывался назад, стараясь увидеть там что-то важное.

Поднимался он примерно минут семь. На конце лестницы его встретила дверь из гладко-отполированной древесины, ручка которой была большое выступающее кольцо. Как раз на высоте Диминого роста имелся глазок, через который лился белый свет. Слизеринец глянул в него, но ничего толком не увидел. Колеблясь мгновение, он потянул на себя ручку. Из открывшейся двери ему в лицо ударил порыв ветра, наполненный цветочными ароматами. Глаза заслепило, но Дима уже инстинктивно шел вперед. Он услышал, как за ним захлопнулась дверь, и открыл глаза. Огромнейшая цветочная поляна. Казалось, тут были собраны все цвета и оттенки, какие только существовали. Дима покружился и обнаружил, что дверь бесследно пропала (его это как-то не встревожило). Еще он увидел огромное одинокое дерево посреди этого великолепия. В тени массивных веток лежало что-то большое, цвета алой розы. Идти больше было не куда, и слизеринец направился туда.

По мере приближения, Дима увидел, что-то непонятное в тени было чем-то на подобии перины, на которой кто-то возлежал и читал книгу. Подойдя еще ближе, слизеринец понял, что это парень, одетый в черные брюки и белую рубашку. Книгу, которую читал лежавший, Дима никак разглядеть не мог, даже стоя над периной, старалясь прочесть название. Он настолько старался, что всматривался в обложку даже тогда, когда книга летела к земле.

- Прекрасное местечко, не так ли? - Питерсон положил руки под голову и рассматривал голубое небо.

- Где это... мы?

- А это важно?

- Не то, чтобы... Это сон?

- Возможно.

- Реальность?!

- А чем отличается реальность от сна?

- Во сне не бывает больно.

- А можно ли во сне сделать вот так? - Питер перелез на край перины и коснулся губ Димы в легком поцелуе. - Чувствуешь?

- Чувствую... - Дима ущипнул себя за руку и тоже ощутил. - Какой-то очень реальный сон.

- Да ну?.. - Питер взял Диму за руку и втащил на перину. - Раз это сон. То, что ты соберешься делать?

- Не знаю. Может проснуться?..

- И как ты это сделаешь?

- Ну... - Дима всмотрелся в улыбающееся лицо Питерсона, но ответа там не было. - Даже не знаю. Постой. Это мой сон или наш общий?

- А такое бывает?

- Бывает. Вот только ты какой-то... не такой...

- А каким же я должен быть? Я могу быть разным. Ты только скажи... - последнюю фразу он прошептал Диме в губы, не касаясь их.

- Это не ты. Настоящий Питер уже б давно попытался меня поцеловать и все дальше по плану...

- Возможно. Но я тоже Питер Питерсон.

Питер медленно сократил расстояние между ними, соединяя их губы. Нежный продолжительный поцелуй. Дима почти застонал от досады, когда гриффиндорец отстранился. Одарив его очаровательной улыбкой, Питер запустил свою руку в Димины волосы, снова целуя его. Слизеринец задумался только на мгновение. Он подался вперед, обнимая Питера за шею. Чувствовал, как вторая рука гриффиндорца скользит по его спине и плавно опускается на попку, нежно сжимая ее. Это касание было призрачным и внезапно начало набирать реалистичности. Дима по-новому почувствовал поцелуй. Через мгновение все, ранее казавшиеся таким реальным, стало еще более реалистичным. Дима ощутил что-то мягкое под своей щекой и медленно открыл глаза. Перед ним был тот же Питер, что и раньше. Он так же нежно целовал его, а рука, сжимающая пятую точку, очевидно, тоже принадлежала ему. Стараясь снова отдаться ощущениям, Дима хотел опять закрыть глаза, когда понял, что они больше не на прекрасной цветущей поляне. Чуть выше головы Питера виднелись обои и зашторенное окно.

"Все же сон..." - Дима с силой оттолкнулся от Питерсона, мгновенно осознавая всю ситуацию, в которой они находились. Диван был совсем не широкий и слизеринец благополучно грохнулся на пол. Потерев ушибленное место, он перевел взгляд на спящего гриффиндорца. Питерсон, похоже, был недоволен пропажей и принялся нащупывать ее руками. Не обнаружив искомого, он нахмурился и повернулся на другой бок. "А когда спит - даже терпеть не приходиться... - Дима вытер влажные губы рукавом. - М-да. Сон, перетекший в реальность. Нужно с этим заканчивать, так как мне, похоже, нравиться с ним целоваться..." - с этой мыслью Дима поднялся на ноги и отправился в свою кровать, надеясь еще немного поспать.


## Глава 23. Признание на снегу


- Дима... Дима... - слизеринца кто-то тряс за плечо. - Дима... - нагло так вытянули из сна. - Дима... - глаза все же придется открыть. - Дима!..

- Ну, что?..

- Вставай уже. Завтракать пора.

- Я еще спать хочу. Иди сам, - Дима попытался отмахнуться и перевернуться на другой бок - не дали.

- Я боюсь есть еду, приготовленную Питерсоном...

- Так не ешь...

- Дима!

- Дима, - голос доносился откуда-то подальше.

Вместо ответа Дима все-таки повернулся на другой бок - лицом к стене.

- Так дело не пойдет. Я что ли зря готовил?..

Молчание. Может они решат, что он опять заснул, и оставят его в покое?

- Это он после вчерашнего такой. Я тоже долго не мог встать.

- Что это вы вчера делали?..

- В шахматы играли. У него такие шахматы в виде рюмочек. Играли за принципом: что забрал - то и выпил.

- Полагаю, в рюмки вы не шампанское разливали?..

- Очень низко берешь. Водка к повышателем градуса. Ядерная смесь. Он выпил больше.

- И?

- Что "и"?

- Очевидно, что ты его споил. Что дальше было?

- Он проиграл. А играли мы на желание. Он сам наровился его выполнить.

- И что за "желание"?

- Захочет - сам расскажет.

- Что-то мне подсказывает, что...

- Вы еще долго будите тут возиться?!

- Будем применять аналогичный метод пробуждения.

- Отвали, Оувинс!

- Вот надо было вам вчера затевать эту игру?..

Ответа не последовало. Диму уже начали раздражать их голоса. Почему они не могут дать ему поспать?! Да еще этот Питерсон. Мало того, что споил, так еще и целоваться позвал. Еще не только в реальности, но еще и во сне. Надо же было до такого варианта довести...

Полный решимости, Дима поднялся на руках и открыл глаза. Четкой картинки не было. Моргнув пару раз, он увидел перед собой лицо. Еще пару раз - удивленного Питерсона. Не уж-то полез сюда его будить. Не получиться. Резко подавшись вперед, Дима обхватил шею гриффиндорца, потянул назад и немного в сторону. Они благополучно приземлились обратно на постель.

- Дима, это же Питерсон!..

- Нет, Дима. Спать мы сейчас не будем. Хоть потом ты меня в клочья растерзаешь, но тебе придется встать.

Дима почувствовал, как две руки пробрались под него и подтянули к себе. Чувствуя, что лишается опоры, слизеринец еще сильнее прижался к Питеру. Дальше было что-то непонятное: его немного потрясло, потом что-то похожее на падение, а потом все снова выровнялось. Прижимаясь сильнее к теплому телу, Дима даже не старался соображать. Он уже почти снова погрузился в сон, когда его внезапно окатило холодной водой.

- Что за черт?! - он резко распахнул глаза и увидел довольное лицо Питерсона. - Убью!.. - это было даже не предупреждение.

- Думаю, дальше вы сами, - Питер быстро поставил Диму на холодный пол и выбежал из ванной (Стив поспешил последовать за ним).

- Увижу - убью!..

- Вот ты и в себе.

- Винс, если ты не хочешь испытать мой праведный гнев, то лучше принеси мне какую-то одежду!..


***


Дима спускался в кухню с уже поутихшим, но ярким желанием придушить Питерсона. Как можно: из-под теплого одеяла и в ледяной душ?!

- Где эта сволочь?!

Влетела в кухню, Дима мгновенно направил перстень на стоящую там фигуру.

- Зажималус втюрис!

Оказало, что это был Оувинс и он мгновенно подскочил и сжал в объятьях Винса.

- Что ты творишь?! Пусти! Дима!

- Питерсон, куда ты смылся?!

- Он на улице, - Стив непонимающе смотрел на брыкающегося Винса, но руки разжать не мог.

- Ах, так!

Дима подскочил к двери наружу. Пробормотав утеплительное заклинание, он выскочил наружу. Было очевидно, что утро уже подходило к концу. Немало же он проспал. Так ведь проспал бы еще больше, если не разбудили б. Слизеринец направился за глубокими шагами по снегу в обход дома. Стараясь ступать в отпечатки, Дима быстро нагнал Питерсона.

- Иди сюда, гад!

Слизеринец подскочил к весело улыбающемуся Питеру, и хотел было приняться его душить, как гриффиндорец схватил его за руку и развернулся к нему спиной.

- Ей, ты!.. - кольцо аккуратно соскочила с пальца. - Ты!

- Вот теперь мы на равных, - Питер надел кольцо на палец и поднял руку как можно выше. - А тебе не холодно?

- Считаю до трех. Отдай, иначе тут будет действительно зверское убийство. Раз.

- Слушай, ты же думаешь, что я действительно...

- Два.

- ...хотел тебе худшего. Ты же...

- Три!

- Дима?..

Слизеринец толкнул Питер назад, опрокидывая в снег. Схватив его за грудки, он несколько раз приложил его голову об снег. Взяв горсть снега, Дима влепил ее в лицо Питерсону.

- Приятно?! Вот я тебе устрою завтра сутра пораньше!..

- А вот не надо! - Питерсон отпихнул Диму и перекатился, оказавшись сверху. - Меня так Стив разбудил. Ты бы до конца дня провалялся в постели!

- Так Стиву и скажи спасибо! - Дима резко подался вперед, стукнув замешкавшего Питерсона лбом в лоб. - Если еще раз!.. - Дима умолк, ощутив, как прекратилось действие заклинания.

Питерсон хоть куртку успел накинуть, а Дима так и выбежал в домашней одежде (а в доме ж тепло). Все тело пронзили маленькие иголочки, а больше всего они чувствовались на голой шее. Ему было срочно нужно кольцо.

- Что случилось? - Питер не на шутку перепугался таким переменам на лице Димы.

Сглотнув, слизеринец подался вперед, соединяя их губы. Питерсон оторопел и не знал, то ему делать. Дима был настойчив и гриффиндорец сдался без сопротивления. Одной рукой приобняв Диму за спину, поддерживая его на весу, он старался так же страстно отвечать на поцелуй. Слизеринец в тоже время, провел своей холодной ладонью по руке Питерсона, которая упиралась в снег для опоры. Ласково поглаживая ее, Дима осторожно взял пальцами перстень и резко его стянул, отстраняясь. Согнув ногу, он уперся ею гриффиндорцу в грудь и со всей силы отпихнул его от себя.

- Утиплинус утеплянус! - Дима быстро вскочил на ноги и направил перстень на грустно смотрящего на него Питерсона. - Твое последнее слово?

- Я тебя люблю.

У Димы глаза на лоб полезли, а челюсть отвисла. Он пораженно смотрел на сначала сидящего, а потом поднявшегося на ноги Питера. Руку с перстнем он не убрал, но она уже точно не указывала на гриффиндорца. Питер сделал шаг на встречу, а тому еще один и тут Дима опомнился, отступив на шаг назад. Так они повторили пару раз.

- Насколько бы это необычно не звучало, но это правда. Я тебя люблю, Дима. Ты...

- Стоп! Подумай, что ты говоришь! Это же!..

- Это безответная любовь.

- Вот именно!

- Но не всегда будет так, - Дима даже возразить не смог (а вообще хотел). - Ты уже спокойно можешь меня обнимать и целовать. Вскоре ты поймешь, что и любить меня не так уж страшно. Когда один любит и вкладывает свою любовь в другого, то другой без сомнения полюбит его в ответ. Так устроена жизнь...

- Молчи! Я ничего это не слышал. Договорились? Последних пяти минут просто не было. Я забуду об этом, и мы вернемся к нормальной жизни. Хорошо? А теперь пошли завтракать!..

Дима быстро развернулся и направился в дом, оставив довольно улыбающегося Питера. Гриффиндорец еще больше повеселел и последовал за ним.

Изгоняя все мысли, Дима вошел через парадную дверь. Сбросив промокшие тапочки, он струсил снег и направился на кухню. Питер сбросил куртку и разулся. На кухню ему войти не удалось, так как вход загородил ставший как вкопанный Дима. Питерсон заглянул во внутрь и тоже застыл от удивления.

Увиденная картина лишь немного отличалась от предыдущей, но это "немного" удивляло до невозможности. Оувинсу без магии было не под силу снять обнимальное заклинание, да и Маклакенсу тоже. Так что они так и продолжали стоять, лишь чуть-чуть передвинувшись к окну. Стив, как и раньше, сжимал Винса в объятьях, а второй отвечал почти тем же. И все-таки было необычно видеть, как эти двоя целуются.

- Расжималус! Что вы тут?!..

- О, - Стив пошевелил руками, но не спешил их расцеплять.

Винс, покрасневший от смущение, постарался отстраниться. Получилось это сделать только на расстояние вытянутых рук Оувинса. Заскрипев зубами, слизеринец учтиво наступил ему на ногу.

- Все. Теперь пусти.

- Ладно, ладно. Посмотри, что будет вечером.

После этих слов Винс не на шутку побелел.

- А что будет вечером?

- Увидите. Он проспорил и теперь ему выполнять уговора.

- Вы и поспорить успели? А на что спорили?

- Вернетесь вы через эту дверь или входную. Мой вариант был вторым.

- А целовались вы?..

- Другой спор. Я утверждал, что смогу самостоятельно высвободиться... - Винс уже порозовел, но с опаской смотрел на довольного Стива.


***


- Так ты скажешь, на что вы поспорили? - Винс только еще больше смутился. - Может пойти с тобой?

- Не в коем случаи! Тогда я вообще ничего сделать не смогу!..

- Тогда что?

- Я тебе потом расскажу, - Винс вытолкнул Диму за дверь их комнаты.

- Он еще долго там? - из соседней двери выглянул Оувинс.

- Сколько надо!

Довольное выражение лица Стива только еще больше разозлило Диму. Ему было жуть как интересно узнать на что же они поспорили. Каждый такой вопрос приводил его друга в замешательство и вгонял в краску. "Неужели они поспорили на секс?! - Дима еще раз глянул на дверь своей комнаты. - Винс бы на такое не пошел. Даже в шутку. Тогда что?" - стараясь найти ответ на поставленный вопрос, слизеринец спустился на первый этаж. От досады он думал сделать себе что-то перекусить, но его привлекло огненное мерцание в зале. Направившись туда, Дима увидел: зажженный камин, ранее скрываемый дверками шкафа телевизор, развернутый к нему диван и Питерсона, который что-то искал в шкафу. Гриффиндорец передвинул столик, поставив его перед диваном, и поставил туда поднос с миской попкорна и каким-то светло-желтым напитком. Пользуясь случаем, Дима подошел ближе и тихонько взял стакан. Думая, что это лимонад, слизеринец ошибался. Это было пиво с лимонным привкусом. Дима повертел стаканом в руке, размышляя: понравилось или нет, пока не сообразил, что Питер за ним наблюдает.

- Ну как?

- Пить можно, - Дима сделал еще глоток, Питерсон к тому времени вернулся к рассмотрению коллекции ДиВиДи-дисков.

- А где у вас тут порнография?

Дима даже пивом подавился и закашлялся. Питер казался еще более довольным.

- Шучу, - он снова отвернулся. - Но если серьезно!.. - Питер взял какой-то диск в руку. - О чем этот фильм? "Возвращение в голубую лагуну" называется?..

- Не то, о чем ты подумал!..

- Раз ты знаешь, о чем я думаю. Значит, и ты сам об этом думаешь... - Питерсон казался уж слишком довольным. Диме даже захотелось выплеснуть содержимое стакана на него. От этой блаженной мысли его отвлек звонок в дверь. - Я открою.

- Ей! Это мой дом!.. - Дима поспешил следом.

Питерсон оказался у двери первым и, даже не глядя в глазок, распахнул ее.

- Сюрприз!

Гриффиндорец сделал шаг назад, чтобы удержать равновесие. У него на шее повисла молодая девушка со светло-русыми волосами. Она весело махала нога, так как в таком положении они до пола не доставали. Дима застыл в метре от них и удивленно смотрел на гостью. К этому времени девушка уже нависелась и вернулась на землю, смутно понимая, что что-то не так. Она посмотрела на Питера заинтересовано и непонимающе, потом перевела взгляд на Диму, а потом, снова заулыбавшись, еще раз бросилась обнимать Питерсона с еще большим восторгом.

- Я так и знал! Так и знала! Ты же Питер Питерсон - парень Димы!

Слизеринец чуть в обморок не грохнулся, когда услышал последнюю фразу. А потом была вторая волна осознания, когда он понял, что его сестра радовалось этому. Теперь-то он действительно собирался упасть в обморок, но Оля с радостными криками заключила его в объятьях.

- Я тебя поздравляю с тем, что у тебя появился кто-то постоянный! И это серьезно! Ты даже пригласил его к нам познакомиться с родителями!

Питерсон уже не сдерживал смеха, что только еще больше раззадорило Олю.

- Оля! Он не мой парень!

- Как нет? - девушка на мгновение отстранилась, но почти сразу игриво заулыбалось. - Поняла, ты пока не хочешь говорить со мной об этом. Кстати, а вы уже?..

- Оля! Он вообще мне как враг. Да еще приперся без приглашения! А родители дома остались. Мама была, но топом вернулась.

- Ну, не зря же она оставила вас одних!.. - Оля быстро обратилась к Питеру. - А каким будет твой вариант?

- Мне твой больше нравится.

- Я так и знала! - девушка снова повисла на гриффиндорце, но только уже на руке. - Скажи он - милашка. Вот только вредный!..

- Я не вредный! Да и что ты тут делаешь? Родители писали, что ты осталась в Тибидохсе?..

- Так я вам все-таки мешаю?

- Я несказанно рад твоему приезду, - Дима обнял сестру и тихо прошептал ей на ухо. - Не оставляй нас одних.

- Я же решила сделать сюрприз. С родителями потом свяжусь, а пока пойду разложу вещи. Дим, покорми Джулиса, - она выглянула во двор. - Джулис, давай домой. Там же холодно!..

Она еще раз весело улыбнулась обоим и поспешила наверх. Два чемодана проплыли по воздуху следом за хозяйкой. Питер присвистнул и посмотрел себе под ноги. Пушистый черный кот не малых размеров терся об его ноги, довольно помуркивая.

- Джулис! - Дима подхватил кота на руки. - А я? - кот, мурча, потерся об его подбородок. - Пошли я тебя покормлю.

- Приятная у тебя сестра.

- Подожди делать выводы, она...

- Ухты! - голос Оли доносился со второго этажа.

Парни переглянулись. Осознание пришло одновременно.

- Стив!

- Винс!

Оказавшись на втором этаже, они увидели распахнутую дверь комнаты для гостей, откуда доносились медленно-ритмичная музыка. Туда они направились и застыли на пороге. Оля стояла чуть дальше, прикрывая рот руками (спугнуть, что ли не хотела?). Оувинс лежал на большой двуспальной кровати и непонимающе смотрел на внезапных гостей. Винс стоял на кровати, раздетый до пояса и с расстегнутым ремнем джинсов. В руках у него был натянутый кожаный хлыст, волосы были растрепаны, а зрачки расширены. Сам слизеринец сначала был удивлен появление незнакомой девушки, но увидев Диму и Питера, смутился. Все это происходило под очень интересное музыкальное сопровождение.

- Ну, вот. Все веселье испортили.

Винс зло глянул на Стива, который уже успел спустить ноги с кровати и сесть. Стиснув хлыст, слизеринец со всей силы отбросил его в дальний угол и соскочил на пол. Подхватив рубашку и не глядя на вошедших, он поспешил убраться отсюда. Было слышно, как хлопнула дверь соседней комнаты.

- Ну, что?.. - Стив поднялся с кровати и выключил музыку. - Он проспорил мне стриптиз. Теперь его оттуда не вытащишь. Так что, кому я обязан? - гриффиндрец подошел впритык к Оле.

- Я - Оля Загорная. Его сестра, - девушка ткнула пальцем в Диму.

- Да, сходство заметно. Ну что же. Вы как хотите, а я спать, - Оувинс решительно направился к шкафу.

Дима вытащил разглядывавшую комнату Олю в коридор.

- Это, - слизеринец показал в комнату, - друг Питерсона - Стивенсон Оувинс, который тоже приперся без приглашения. А второй - мой друг - Винс. Поскольку он занял твою кровать, спать тебе придется в родительской спальне, - Дима подошел к двери своей комнаты. - Я тоже спать, так что не шумите, - это он обращался еще и к Питерсону, который тоже был в коридоре.

Дверь захлопнулась, и Оля перевела взгляд на Питера.

- Значит, тебя нравиться мой брат? - кивок в ответ. - Тогда пошли. Кое-что покажу...


## Глава 24. Подлость пернатого


В доме было тихо и спокойно. Винс даже подумал, что все или спят, или куда-то ушли. Диме соответствовал второй вариант. Во всяком случаи Винс не застал его ни в комнате, ни в ванной. Спускаясь по лестнице, он все же услышал шум и направился на кухню. Там обнаружилась вчерашняя девушка, которая сейчас порхала по комнате, выпуская искры, и напевая какой-то непонятный мотив. Винс обратил внимание, что колечко у нее было тонкое и изящное, с нанесенным узором.

Готовка на кухне шла полным ходом. Тесто в миске месилось самостоятельно, а блинчики на сковородке переворачивались, как только получали искру. Черпак летал в воздухе, ожидая искры (приказа) к действию. Девушка следила, чтобы блинчики прожарились, выпускала еще пару искр и перебегала мыть посуду.

Винс подошел ближе и позавидовал, что сестре Димы можно пользоваться магией. Было не сложно догадаться: кто она была такой. Дима рассказывал о своей младшей сестре, а сходство было на лицо. Девушка направилась обратно к плите и только тогда заметила стоящего у стола Винса.

- We weren't introduced. My name is Vincent Maclakens.

- Замечательно. Я - Оля Загорная. С добрым утром. Дима там еще долго спать будет?

- I understand that you are asking something about Dima, but what exactly?.. Well, I haven't seen him since yesterday.

- Я к вам заходила, но вы еще спали. Какие-то вы сони. Завтрак уже почти готов, там что, похоже, придется тех троих будить.

- I couldn't understand a word.

Оля поставила последнюю вымытую тарелку на полку, взяла две другие и направилась к холодильнику, выпустив искру в тарелку с готовыми блинами. Последние переплыли на стол, за который Винс сел несколькими минутами раньше. Девушка закрыла дверцу холодильника и направилась к умывальнику. Параллельно тому, как она брала ложки, к столу поплыли еще три пол-литровые баночки: с белым, светло коричневым и темно-красным содержимым. Оля поставила их тарелки, открыла баночки и засунула в них ложки.

- Выбирай, с чем ты больше любишь: со сметаной, яблочным или клубничным вареньем. Приятного аппетита.

Девушка взяла верхний блин и начала вымазывать его сметаной. Винс понаблюдал за ней, тоже взял блин, сложил его триугольничком и потянулся за яблочным вареньем.

- It's delicious. Dima told me about you, but I thought that I won't see you here.

- Полагаю: тебе нравиться?.. Мне приятно, - Оля довольно улыбнулась, откусывая кусок своего блина, свернутого в трубочку. - Кстати, а что у тебя с тем парнем? Со Стивом?

- Why did you have to mention him right now? But I have to thank you for interrupting us yesterday. If you havn't enter the room, I could only imagine what could have happened.

- Судя по выражению твоего лица, то это не то, что я подумал. Ладно. А как все у Димы с Питером? Ты же его друг и должен знать.

- Better not use this two names is one sentence.

- Видимо, Питер тебе тоже не очень нравиться. Что планируете сегодня делать? Надо будет еще елку установить и нарядить.

- I wander about your New Year. For you it's more important then Christmas. I suppose I have to give him another present but what?..

- Да, о Новом годе. Надо будет, наверное, и вам что-то подарить...

- А вас не смущает то, что вы друг друга не понимаете? - голос принадлежал стоящему в проходе Стиву.

- So what?!

- А что такого?

- А где Дима? - Питер появился следом.

- It's a good thing that not with you.

- Очень смешно.

- А где он?

- Понятия не имею. О, завтрак.

Питер как раз хотел покуситься на блинчики, как в коридоре что-то сверкнуло. Они поспешили на зеленый свет и еще застали Диму только выходящего с телепортационного кокона.

- О, вы уже встали...

- Ты где был? - Оля осмотрела его обычную одежду и сумку в руке.

- Дома. Оля, тебя там тоже хотят видеть.

- А почему сами не прибыли?

Дима недовольно глянул на двух гриффиндорцев.

- Есть причина, - он шагнул вперед и направился наверх. - Оля, на пару слов.

- А вы, - девушка окинула взглядом троих других, - завтракать.


***


Винсу было непривычно видеть такое количество снега. Он то и дело груз в нем. Диму же это забавляло. Раз он не удержался и запустил в друга снежкой. Сила инерции сыграла свое и Винс повалился в сугроб. Дима залился хохотом, но почти сразу получил снежкой точно в лицо. Рот был забит снегом, а кожу кололо множество ледяных иголок. Струсив снег, Дима недовольно посмотрел вперед. К его удивлению Винс только поднимался из снега и лишь благодаря помогавшему Стиву.

- Ей!

- Да! Так не честно, - Питер, стоявший рядом, залепил снежкой другу в бок. - Давай уж два на два! - следующая снежка поцелила в голову.

- Черт возьми! - Винс быстро вскочил и запустил снежкой в Диму. - Холодно же!

- Вот именно! - Стив поспешил ответить снежкой.

Дима уклонился и начал отходить за сугроб, который присмотрел ранее для других целей. За ним мгновенно последовал Питер и вот они уже вдвоем отстреливались. Винс со Стивом тоже времени не теряли, подбирая убежище и себе.

- Ты заходишь справа, а я с лева. Идет?

- Идет.

Дима подивился сговорчивости Питерсона, да и своему настрою. Выскочив из укрытия, ему удалось спрятаться за значительно меньшим сугробом. Питер стал за дерево. Винса со Стивом видно не было. Дима сделал еще пару шагов, параллельно лепя снежку, когда у него за спиной раздался ликующий вопль. Он развернулся и увидел, как на Питера налетели оба противника. Ловя момент, Дима подскочил к Винсу сзади. Быстро отвернув воротник, он сунул туда снежку. Маклакенс завопил и мгновенно отпустил Питерсона. Дима подхватил еще снега, но Стив успел сориентироваться. Он влепил снега Питеру в лицо и толкнул Диму в сугроб. Даже из лежачего положения слизеринец старался попасть в противника снежкой. Питерсону удалось повалить Стива, но не в снег, а на Винса и Диму. Дальнейшее разворачивались в горизонтальной плоскости. Винс, который и так не мог выгрести снег из-за пазухи, старался еще и спихнуть Стива. Диму вжало, но ему удалось схватить чью-то ногу. Оказалось, что он опрокинул Питера, который повалился на кучу сверху. Стив старался или встать, или повернуться лицом к Винсу, сейчас имевшего честь ощущать у себя на груди его зад. Каждый что-то говорил, но никто не мог разобрать что. Питер поднялся, но снова упал, так как ноги попали в какую-то яму. Дима потерял шапку и сейчас снег холоди его шей.

Картина была интересная, но кто-то решил усугубить ситуацию. На четверку внезапно упала большая куча снега. Дима и Винс были почти погребены, хотя недостатка в воздухе они не испытывали. Стив замер, а Питер старался подняться, упершись одной рукой Диме в плечо. Их резко дернуло и каждого потянуло в разные стороны. Дима почувствовал, как выскользает из-под Стива и из сугроба. Он отрусил голову, смутно пока соображая, что висит в воздухе. Перед его взором восстал тепло одетый и закутанный шарфом парень.

- Паша?

- Дед Маразм и Полудурочка! Что вы тут выворяете?

Дима посмотрел на других и обнаружил, что они четверо висят в воздухе над растормошенным снегом. Питерсон висел, будто за шкирку подвешенный, а Стив так вообще верх ногами. Паша закатил глаза и отпустил всех четверых, позволяя упасть на снег (Оувинсу погрузиться в него головой).

- В снежки играем.

- Да, как-то не похоже!..

- Слушай, а тебе-то что до этого? - Стив струшивал снег с волос.

- Меня хоть приглашали, - Паша удачно запустил снежку ему в лоб.

- Просили же не приезжать, - Питеру удалось уклониться от комка снега.

- А я вам презент приволок. Зацените, - Паша отошел, и только теперь можно было увидеть пушистую сосенку средних больших размеров.

- Спасибо. Как узнал?

- Оля попросила. Сказала, что от тебя только сломанных веток можно ожидать, - Паша довольно улыбнулся и запустил зеленой искрой в Винса, которого уже трясло от холода.


***


Оля нашла способ наложить на Винса заклятие понимания (где она его узнала?) и они могли нормально общаться. Этот Новый Год был веселее обычного. Даже несколько "пакостей" со стороны Питерсона и Оувинса не сумели испортить праздник. Они все вместе украшали елку, готовили еду (почти за полным участием Димы, Оли и их мамы, которая все телепортировала), убирали в доме. Было здорово. Паша остался на празднование, а родители так и не появились. Полагаясь на эти аспекты, все шестеро отлично встретили Новый Год.

Утро далось очень тяжело. Голова раскалывалась, и Дима никак не мог сообразить, где он находился. Часы никак не хотели нормально показать время. Они действительно ХОРОШО встретили этот год. Для начала Дима попытался определить в какой плоскости находился. Поерзав он понял, что в вертикальной. Сидел на чем-то теплом и неровном. С одной стороны был камин, а с другой что-то теплое розовое и с красным пятном. Дима хотел снова уснуть, но понял, что с него уже хватит. Искушение все же было велико. Уютно, тепло и пледом укутан. Стоп. Плед прощупывался только с одной стороны. Со стороны чего-то розового тоже была ткань, но другая. Дима сфокусировал взгляд и разглядел расстегнутый воротник. Непонимающе отстранившись, слизеринец всмотрелся в лицо (все же это было оно), узнавая в нем Питерсона. Закатив глаза, он хотел уже подняться, но по всему дому разнесся пронзительный голос Винса: "Неужели опять?!".

Голова снова загудела. "Надо меньше пить!..". Открыв глаза, на этот раз, Дима встретился, наверное, с таким же мутным взглядом, как и у него. Питер улыбнулся и притянул Диму, целуя в губы. Сутра пораньше даже приятно.

- Дима, где тут?.. Дима?

Слизеринец отмахнулся рукой (во всяком случаи попытался) и обнял Питер за шею.

- Дима?

- Дима!

Довольный возглас сестры вернул слизеринца в колею. Он распахнул глаза и резко оттолкнулся от Питерсона. Стало прохладней, что еще больше привело парня в чувства.

- Это ты его так?

Дима непонимающе посмотрел на улыбающуюся Олю, а потом на Питерсона. Он ужаснулся картине: вся шея Питера была покрыта засосами.

- Нет!

- Нет? Да. Да, Дима, - Питер отбросил плед и пополз к нему. - Разве ты не помнишь?.. Ты же еще обещал, - последующее он прошептал на ухо озадаченному Диме, - что в этом новом году мы займемся Этим...

- Я не мог такого пообещать! - Дима попытался отстраниться, но уткнулся спиной в диван, Питер мгновенно оказался рядом, намереваясь его поцеловать.

- Держите его!

Общее внимание привлек доносящийся из холла крик Винса. Сначала в комнату влетел Ашур, а следом и его хозяин. Если птица выглядела по-обычному, то Винс был одет совсем не по-обычному. Босой, с распахнутой рубашкой (если присмотреться, то можно было увидеть мелкие красные пятна) и не застегнутыми джинсами. На его лице сочетались сразу злость, стыд и тревога. Он попытался поймать птицу, но Ашур растворился в воздухе. Винс остановился и осмотрелся по сторонам.

- Стив, - голос был Винса, но имя он тянул в полушепоте.

- Не слушайте! - Винс судорожно разглядывал комнату, заливаясь краской.

- Да... еще!

- Нравиться, Винси? - этот голос уже принадлежал Оувинсу.

- Сильнее! Да... Ах!.. - слова мешались со стонами. Параллельно с речью Винс менялся в оттенках красного.

- Ах, ты проказник!..

- Эта ночь еще только начинается...

- Ашур!

Винс, сгорающий от стыда, осмотрел всех присутствующих. Дима был смущен и удивленно смотрел на друга. Питер, так и не отстранившись от слизеринца, был поражен. Паша, лежавший боком на диване, был в шоке. Щеки Оли пылали, но, похоже, она была приятно удивлена.

- Ничего этого не было!

- О, да!..

В дверном проеме стоял Стив, одетый до пояса и со зловеще-довольной улыбкой. Винс закрыл лицо руками.

- Ты орал: "Неужели снова". Значит, это уже не первый раз?..

Винс обреченно посмотрел на улыбающуюся Олю.


## Глава 25. Блаженные сны


- Питер, может все же в другой раз? Я что-то уже сомневаюсь... - голос Димы был тихим и неуверенным, но это не могло остановить Питерсона от исполнения задуманного.

- Ну, нет. Даже и не думай, что я тебя теперь отпущу!..

Они находились в просторной комнате на мягкой двуспальной кровати. Вокруг стоял полумрак, только свет луны выхватывал отдельные часть пространства. Было тихо. Очень тихо. Питер даже мог различить немного сбитое дыхание слизеринца. Дима спокойно лежал на покрывале, сдвинув руки на груди. В его глазах читалось колебание, нижняя губа была закушена, а щеки, кажись, покрывал румянец. Питер нависал над ним, упершись руками по обе стороны от плеч. Даже если Дима будет протестовать, просить, он его уже не отпустит. Питер так решил и уже ничего не сможет изменить его решения.

И все же, похоже, слизеринец не собирался сопротивляться. Закрыв глаза, он сделал глубокий вдох. Питер уже не сомневался, что на его щеках румянец. Нагнувшись, он соединил их губы в нежном поцелуе. Дима не смело ему ответил, желая углубить поцелуй, но гриффиндорец пока ему этого не позволил. Отстранившись, Питер внимательно всмотрелся в призакрытые глаза слизеринца.

- Будь нежен...

Больше слов не требовалось. Питер притянул Диму к себе, поддерживая его за затылок, параллельно касаясь нежной кожи под футболкой. Погладив живот, Питер провел пальцами по позвоночнику, заставляя Диму выгнуться себе на встречу. Воспользовавшись моментом, гриффиндорец перешел на открывшуюся шею. Мелких поцелуев было не достаточно и, не удержавшись, Питер оставил небольшое красное пятнышко. В этот момент, его руки все больше и больше задирали футболку. На мгновение прекратив поцелуи (показалось или Дима недовольно пискнул?), Питер стянул мешавшую ткань и бросил ее куда подальше. Он аккуратно уложил слизеринца обратно на покрывало и вернулся к своему прежнему занятию. Покрывая поцелуями грудь парня, Питер рукой начал расстегивать застежку на джинсах. Вот уже показалась резинка трусов и, накрывая губы Димы поцелуем, он засунул туда руку. Слизеринец застонал ему в губы, его дыхание моментально сбилось, а лицо покраснело еще сильнее. Питер отстранился, любуясь этой красотой, не прекращая движения рукой.

Гриффиндорец уже еле сдерживал себя, когда его внезапно и нагло прервали не особо сильным ударом по спине. Питер посмотрел налево и увидел довольно посапывающего Стива. Посмотрев вниз, он увидел только смятую простынь. "Вот черт!" - Питерсон зло посмотрел на друга, но тот только еще раз перевернулся, повторно задев его рукой. Недовольный и на грани Питер быстро поднялся с постели и направился в ванную.

Возвращаться к себе в комнату (в постель к Стиву) не хотелось. Было поздно, а поскольку на дворе зима, то и рано назвать это не получалось. В доме было тихо. Еще бы. Это только он не спит в такое время. Питер спустился по лестнице и направился на кухню. Гриффиндорец не придумал ничего лучше, как заглянуть в холодильник. Там обнаружился пакет сока, который он моментально изъял. Сок был персиковым, и его хватило только на один стакан. Пакет учтиво отправился в мусорник, а Питерсон в зал.

В комнате было темно. Шторы учтиво задернуты, чтобы можно было дольше поспать. А ведь правда. Питер всмотрелся в темноту и все-таки смог различить разложенный диван и силуэт на нем. Сев в кресло, Питерсон медленно потягивал свой сок. Дима, как хороший хозяин предложил свою кровать Паше, а сам улегся на диване. Оля ему предлагала спать с ней, но он отказался, аргументировав это чем-то, что прошептал ей на ухо.

Питер сделал еще глоток и чуть не поперхнулся, когда силуэт резко сел. Поджав колени, парень обнял их руками, положив голову на них. Закашлявшись, гриффиндорец привлек внимание к своему присутствию. Силуэт повернул голову, и какое-то время всматривался в темноту.

- Не спиться? - голос Димы.

Питер не нашел, что ответить и просто протянул стакан с соком. Дима непонимающе на него смотрел, но потом все же принял его и допил содержимое. Поставив стакан на отодвинутый столик, слизеринец снова перевел свой взор на сидящего. Он похлопал место рядом с собой, приглашая подсесть. Не видя причин отказывать, Питер так и проступил. Сев боком, гриффиндорец сразу ощутил облокотившегося на него Диму. Чтобы второму было удобней, Питерсон повернулся и вот они уже сидели спина к спине.

- Закрываю глаза и хочу уснуть, но не хочу ни о чем думать. Но если не думаю, то возвращаюсь в тот же сон. В нем даже какой-то сюжет, вроде, есть... Война кланов. Одни одеты в темно-синий, а другие в желтый. То одни нападают, то другие. Что-то завоевуют, отвоевуют и завоевуют вновь. Уже второй раз просыпаюсь, а они все воюют...

- Может, попытайся во сне заключить между ними мир?..

- В этом сне я только наблюдатель, так что и вмешаться не могу. Могу, но для этого нужно подумать другой поворот сюжета, а я просто хочу спать...

- Может тебе выпить зелье для сна без сновидений?

- А у тебя такое есть?

- Можно приготовить.

- Рецепт знаешь?

- Записан.

- Тогда пошли, - Дима отстранился и откинул одеяло. - Надеюсь, у меня в доме есть все, что нужно.

Диван скрипнул и Дима сел редом. Питер не понимающе на него смотрел. Слизеринец отвечал ему взглядом из-под опущеных век. Дима поднялся на ноги и направился из зала, Питер пошел следом и только в кухонном свете смог полностью рассмотреть Загорного. Он попытался сдержаться, но получился сдавленый смех. Увидев недовольный взгляд Димы, Питерсон расмеялся в полную силу. Извеснейший зарубежный маг, предполагаемый темный колдун, Дмитрий Загорный был одет в пижаму с мишками. Симпатичные такие мишки на желтой ткани.

- И что в этом такого?!

- У тебя есть пижама с мишками?.. - Питер никак не мог унять смех.

- Да, есть! И знал бы ты, какая она удобная!..

- Может дашь примерить?

- Обойдешся, - это Дима буркнул, будто восприняв вопрос Питера в серьез.

Зевнув, Дима полез в нижный шкаф и выудил оттуда небольшой котелок. Набрал в него воды и поставил на плету, предворительно разжегши огонь искрой.

- А ты кольцо никогда не снимаешь?

- Снимаю, когда сплю.

- Сегодня ж не снял.

- Сегодня забыл, - определенно это было ложью. - Идем? - Дима направился вверх по лестнице.

Подождав, пока Питер возьмет свой записник (он явно что-то погромил), Дима, протерев глаза, начал вчитываться в плывшие буквы. Согласовав что-то с собой, он направился к себе в комнату. Появившись оттуда, вручил Питерсону небольшую коробочку и направился вниз по лестнице. Оставив ношу на кухне, Питер поспешил за слизеринцем. Дима направлялся в теплицу. Она была огоромной и темной. Гриффиндорец разлечил недалеко какое-то движение и хотел пойти вперед, но ео отдернул Дима, стоявший прямо за дверью.

- Лучше не ходи. Я тебе при свете дня покажу.

- Ловлю на слове. А почему шепотом?

- Не хочу тут все перебудить.

Питер даже сделал шаг назад. А он ведь как-то и не подумал, что тут за растения выращивают. Он же только раз в щелочку видел зеленые насождения.

- Идем, - Дима взял Питер за рукав и потащил из оранжереи.

- А там есть что-то опасное?

- Завтра покажу.

- Так, значит, есть?..

- Не приставай. Не заставляй меня вспоминать все их названия.

Дима снова зевнул, сладко причмокнув. Питер еще раз подивился его смешному виду в этой пижаме с растрепаными волосами и босыми ногами. Вспомнив свой недавний сон, гриффиндорец не смог представить, как стягивает с него этих медвежат. Это было скорее комично, чем эротично. "Надо будет и мне это зелья выпить. Для профилактики!.."

- Читай. А то я плохо сейчас разбираю твой почерк.

- В кипящую воду бросить три горсти сон-травы, щепотку нектара остроуса, плод ложейника, три лепестка красношиповника, корень жасмина, мяту, три глонтера, цветок ночной богини и пять орехов кульмануса, - Питер читал в размереном темпе, а Дима мастерски успевал все добавлять.

- Это все?

- Ждать пока оно станет бледно зеленым и принять пол стакана.

- Долго ждать?

- Не написано.

Питер посмотрел на красно-зелено-серую смесь и мгновенно разуверился в рецепте. Он его еще ни разу не использовал. Определенно ничего не пропустил (убедился в этом при повторном прочтении), но мог же неправильно рецепт переписать. Не на уроке ж проходили. Да и Дима вон, полусонный все это делал, мог же и напутать.

- Что-то не так?

- А если оно приготовлено неправильно?

- Я все ложил, как ты говорил.

- Так может в рецепте ошибка?

- Эти травы не ядовиты и ничего смертельного не сделают. В крайнем случаи Оля вызовет травника или маму.

Дима отложил ложку, которой помешивал зелье и потянулся рукой за блокнотом. С горем пополам, что-то там прочитав, он погасил огонь и полез за стаканом. Питер с удивлением обнаружил, что зелье стало соотвецтвующего цвета.

- Через сколько оно подействует? - Дима черпаком налил себе положеную дозу.

- Не помню.

- Побыстрее бы, - он отложил черпак и поднял стакан на уровень глаз. - За спокойный сон, - глотнув все сразу, Дима отставил емкость. Его взгляд остеклился, а тело напряглось. Он внезапно обмяк, закрывая глаза и падая вперед на Питер.

- Дим, что с тобой? Дим?! - Питер прислушался и услышал тихое сопение. Дима блаженно улыбался во сне. - Подействовало?

Питер посмотрел на котел с удивлением и, подхватив Диму на руки, понес в зал.


***


- А где Дима?

- В оранжерею пошел, - Оля успела двинуть по тянувшейся к закрытой миске руке. - Рано.

Питер недовольно посмотрел на тарелку, использованную как крышку, и отправился в оранжерею. Дверь была немного приоткрыта, и оттуда слышался гул воды.

- Дима, ты тут?

Ответа не послышалось. Открыв дверь полностью, Питер поразился красоте представшей картине. Помещение оказалось еще больше, чем он предполагал. Стеклянный купол показывал светящее солнышко, хотя на улице определенно шел снег. В одном его секторе вились лианы, закрывая часть света. Остальная растительность буйствовала красками. Доминировал зеленый, но и других было не мало. Первым в ряду был большой куст с маленькими синими цветочками, смахивавшими на розы. Растение выглядело вполне безобидно. Питер уже подошел ближе и хотел понюхать цветок, но резкий полчок в бок сбил его с ног. Он услышал резкий звук рассекания воздуха. Теперь куст уже не казался таким красивым. Два больших щупальца-лианы синего цвета в шипах заползали обратно. Как только они скрылись в листве, снова появились цветочки. Питер в ужасе глянул на лежащего на нем Диме.

- Я же говорил, что сам покажу! - похоже, слизеринец был напуган не меньше Питерсона. Он еще быстро пробежался по нему глазами, проверяя нет ли царапин.

- Что это такое?

- Ядощип тропический.

- Обнадеживающее название...

- Обнадежился бы ты, если бы оно тебя зацепило! Определенное количество яда и ты был бы уже мертв.

- Зачем же вы держите такое опасное растение?!

- Оно же такое красивое!.. - Дима попытался скопировать голос своей матери. - Если хочешь остаться в живых - не заходи сюда без меня или Оли.

- Так тут не одно такое растение?!

Дима только хмыкнул (типа: "Ну, ты и наивный") и скатился с Питера. Гриффиндорец хотел подняться на ноги, но Загорный его остановил.

- Оно чувствует потенциальную жертву только на уровне своей листвы, так что лежи, - Дима отполз на два метра и поманил к себе Питера. - Тут оно нас не достанет.

- Так ты покажешь мне, что тут еще есть?

- Попроси Олю.

- Ты дал обещание!..

- Тогда давай позже.

- А сейчас что?

- Я есть хочу.

- Кстати, а вчерашнее зелье помогло?

Дима резко остановился. Питер увидел, что его кулаки сжались.

- Не знаю, что ты дал мне за рецепт, но я видел очень красочные сны!..

- Ты улыбался.

- О, да! - Дима ускорил шаг и вышел из оранжереи, не давая задавать себе больше вопросов.

Этой ночью Диме сны все же снились. Это были прекрасные ведения заснеженных гор, зеленых лугов и прекрасных водопадов. За эту ночь он увидел всю красоту и величие природы мира сего. Это было прекрасно и запоминающееся. Дима еще долго будет помнить этот сон. Сегодня он действительно отдохнул и даже спал дольше обычного. И именно сегодня ему саму захотелось полить все растения (раньше он делал это по маминому поручению). Дима понимал, что ему следовало поблагодарить Питерсона. Он был обязан поблагодарить Питера, но это было сложно. Этой ночью гриффиндорец даже не пытался к нему приставать, даже лишним не обмолвился. Да и те слова, произнесенные на снегу, никак покоя не давали. Неужто правда? "Нет. Просто не думать об этом..." - Дима зашел на кухню и уже в который раз увидел там Олю и Винса. Похоже, эти двое отлично ладили.

В другом углу наблюдался Стив. Дима мысленно поинтересовался, что Оувинс вообще о Винсе думает. Это же не просто жажда секса? "Я бы и сам не прочь... - от мысли его отвлекло приглашение сестры присоединяться к трапезе. - Надо будет об этом подумать. А может спросить? У Винса? А скажет ли? - он глянул на друга. - Я же чисто из интереса. Меня еще с Рождества подмывает спросить. Но не тут же!".

- Значит так! Я уже... О, еда! - Паша появился в проходе и быстро направился к столу.

- Что ты б уже?

- Я уже должен был бы отправляться домой. Меня там ждет незаконченное дело. Да и в Тибидохс мне отправлять надо раньше, чем тебе, - обратился к Оле, - или вам в Хогвардс.

- Так ты уже не приедешь?

- Не на этих каникулах. Да и что ты? Мы же в Тибидохсе почти каждый день видимся!..

- А что за дело?

- Потом расскажу?

- Полагаю не нам?.. - Стив опять оказался за столом.

- А вы к нему отношения никакого и не имеете.

- А Дима имеет?

- Отдаленное, но все же!..

- Жаль, что отправляешься...

- Ничего. Я уверен, что мы до конца этого учебного года еще увидимся.

- Ты это так уверено говоришь, - Паша довольно подмигнул Винсу.

Послышался негромкий стук в стекло, и Дима поспешил открыть окно. В кухню мгновенно влетели две совы: Тройсен и какая-то черная породистая. Вторая птица не спешила протягивать Дима лапку и упорно отползала в сторону.

- Это точно не к тебе, - Стив встал и подошел к сове, но она снова отшатнулась. - Это Глэсин - сова Элиз.

- Вы уже все тут.

Питер появился в проходе и черная сова мгновенно перелетела к нему на плечо. Отдав внушительный по размерам конверт, она вернулась на прежнее место, ожидая чего-то вкусного.

- О, - Дима прочитал имя отправителя - это был Бред. На Новый Год слизеринец получил от него подарок.

- Вот черт! - Питер быстро просматривал какие-то листы, похожие на фотографии. Его зрачки были расширены, а рот так и не закрывался.

- Что там? - Стив подошел ближе, но Питер прижал фотографии к груди, не давая другу их увидеть.

- Прости, но это не для твоих глаз, - он подошел к Диме. - Это лучше посмотреть тебе, но не здесь, - вложив фотографии в конверт, Питер повлек за собой слизеринца.

- Да что там такое?! - Дима был поражен, что позволил Питеру затащить себя в свою комнату.

- Сам посмотри.

Дима выхватил протянутый конверт и вытащил фотографии. На первом снимке был изображен крадущийся по какому-то школьному коридору... ОН. Дима тряхнул головой и еще раз всмотрелся в фото. Хоть освещение и оставляло желать лучшего, это определенно был он. На следующем снимке был изображен он же, перешептывающийся с каким-то студентом (его Дима точно не знал) в пустой аудитории. Третьей снимок ввергал просто в шок. На нем был изображен полуобнаженный Дима в объятьях того же, что и раньше, студента. Следующий кадр: они уже почти полностью голые занимаются понятно чем. Еще снимок: ракурс другой, но по движениям двух фигур было трудно не понять, чем они заняты. Дальше: еще смена ракурса отчетливо видны лица и то, чем эти двое занимаются. Следующий: снова крадущийся Дима.

- Что это за бред?! - слизеринец бросил фотографии на пол. - Кто это? Кто этот второй? Нет, это я знать не очень хочу!

- Не знаю. Элиз пишет, что наткнулась на этих двух случайно ночью. Думала, что это ты и последовала. Фотоаппарат у нее оказался случайно...

- Она уже доложила об этом преподавателям? Они приняли меры?

- Она не знает, кто этот второй. Не имеет смысла говорить только об одном, - Питер потянулся за фотографиями, но Дима поразил их искрой и они вспыхнули. - Зачем?

- Как зачем?! Напиши Элиз, чтобы она разобралась с этим.

- Она считает, что это не ее дело и что "если кто-то хочет отыметь Дмитрия Загорного, то пусть исполняет свои мечты именно таким образом". Тем более что сейчас она уже дома.

- Гады! - Дима хотел растоптать пепел, но подумал, что его потом будет трудно вычищать. - Надо что-то сделать!


## Глава 26. Игра 'Улики'


Паша вскоре уехал и все снова пошло немного наперекосяк. Оля стала больше времени проводить с Питером, у Винса со Стивом появились общие приколы (судя по лицам - очень своеобразные), а Диму начало раздражать практически все.

Дни тянулись, каждый оставляя свой осадок. Самым заметным стал снег, количество которого за окном значительно увеличивалось. Все эти дни Дима ломал голову, ища способ как-то разрешить ситуацию со своим двойником. В голову не приходило ни одной путной мысли, заставляя парня все больше и больше погружаться в раздумья. Сон его снова стал беспокойным, а состояние пасивно-вялым. Почти на любую инициативу он отвечал отказом. Лишь раз Винсу удалось вывести его на морозный воздух и слепить снеговика. Получилась, как Дима сказал, "настоящая снежная баба". Потом последовала война снежек. За всем этим из окна наблюдал Питер, которому было уютней сидеть в тепле ина мягком. Оля на днях вручила ему книгу с огромными рекомендациями. Одно название чего только стоило: "Как соблазнить парня". Питерсон не стал задаваться вопросом: где девушка ее достала, так как мгновенно заинтересовался вторым разделом. Книга была поделена на две части: "Вы - девушка" и "Вы - парень". "Даже такое учли..." - Питеру стало интересно. Он как раз читал про особенности характеров, когда за окном появились двое слизеринцев.

- Даже так?! - а иногда Стив умел подкрадываться незаметно.

Друг гриффиндорец с интересом разглядывал обложку, где был изображен силуэт парня на разноцветном фоне. Потом Стив глянул в окно и довольно улыбнулся какой-то своей мысли.

- Это Олина.

- И пусть, - Стив присел рядом на подоконник. - Дима все никак не попадется на твой шарм? Теряешь форму...

- Очень смешно. Тебе же прекрасно известно: секс - это не главное, чего я от него добиваюсь.

- Между прочим: секс - это не просто так. Им заниматься надо!.. - Питер только недовольно выдохнул. - У меня к тебе просьба.

- Какая?

- Оля сегодня ночует у подруги, так что ее не будет. Мне нужно, чтобы ты сегодня вечером занял Диму. Предложи ему выпить или усади смотреть с тобой фильм. Что-то. Ну и... ложись спать у Димы в комнате... или еще где-то... Испытай эту книгу на практике. Вдруг повезет.

- Скажи, а Винса ты легко уломал на первый раз?

- Он был пьян, и со мной еще была Сьюзан. Это в сравнение не идет. Только не спаивай Диму - в таком состоянии тебе его точно не склонить на свою сторону.

- А сам-то как Винса собираешься склонить? - Питер бросил быстрый взгляд на катающихся по снегу слизеринцев.

- А никак. Нужная атмосфера, соответствующая музыка. Притащу его сюда, а тут уж он сам все поймет. Винс не откажет, может посопротивляться для виду, но я же знаю, что ему это нравиться.

- Вот бы мне твою уверенность. Диму на атмосферу и музыку не купишь. Для него нужно что-то другое, - Питер пролистал пару страниц назад и вчитался. - Интересно тут пишут, но что-то все не то, - Питерсон внезапно чему-то хмыкнул. - Знаешь, что он мне раз по пьяну сказал?

- Ну?

- Что занялся бы со мной сексом, если бы снизу был я.

Питер весело улыбался, а Стив был немного поражен такому признанию. Внезапно у него в голове промелькнула мысль и он поспешил ее высказать.

- Так флаг ему в руки.

- Что?

- Дай инициативу ему. Пусть творит то, что хочет, а в нужный момент ты расставишь все точки над и.

- И как же дать ему эту инициативу?

Стив поднялся со своего места и похлопал по книге в руках друга.

- Соблазни его.


***


- Ты что?!

У Димы даже кастрюла из рук выпала, с громким звуком приземлившись на пол. Но Загорный даже не спешил ее поднимать, и просто стоял, таращась на Винса, который сидел за столом и непонимающе смотрел на друга.

- А что в этом такого?..

- Винс, это же Оувинс! Гриффиндорец, который тебя уже который год достает! Парень в конце до концов!

- Ну и что?.. - Винс нахмурился и убрал руку от лица. - Если мне нравиться... То что в этом такого?..

Дима поставил кастрюлю на место (хоть раньше она и стояла на другой полке) и сел на стул напротив Винса.

- Тебе нужна девушка.

- Я снизу.

- Тем более! Тебе нужно сравнение.

- У меня была девушка. С нами тогда... еще Сью была.

- А ты что-то помнишь?

- Ну...

- Вот видишь!

- Даже если так! Почему я не могу насладиться сексом с кем хочу?!

- А пару дней назад тебя бесила сама такая мысль...

- Сказать по правде: мне и чейчас не очень прильщает мысль, что это Оувисн. Но если отбрость этот факт!.. - Винс довольно перевел взгляд на окно. - Все даже очень хорошо.

- Тебя послушать...

- Ты так говоришь потому, что у тебя самого давно секса не было.

- Что?!

- А разве я не прав? Тебе нужна разрядка...

- И что же ты предлагаешь?! С Питерсоном мне им заниматься, что ли?

- Этого я не говорил, - Винс соединил руки на уровне губ, - но раз ты об этом заговорил...

- Очень смешно, - Дима поднялся со своего места, направляясь к холодильнику, когда в кухню влетел Ашур.

- Может сплетни принес? Давай рассказывай, - Винс подскочил к птичке, но пернатое только вручило ему небольшой клочек бумаги. - Что это? "Предлагаем сыграть в "Улики". В конце игры вас ждет сюрприз. Следующую улику вы найдете под деревом". Под каким деревом?

- На улицу они, наверное, не выходили. Значит, под Новогодним, - Дима повернулся и уточнил. - Под елкой.

- О, так пошли!

- Куда?

- Ну, под елку. Там следующая улика.

- Никуда я не пойду.

- Разве тебе не интересно?

- Нет.

- Пошли, - Винс взял друга за руку и потащил в зал.

Под елкой не обнаружилось ничего похожего на "улику". Дима сел возле елки, а Винс полез под нее, прочесывая нижние ветви. Загорный уже начал думать, что это глупая затея, когда его взгляд наткнулся на небольшую статуэтку-елку на полке шкафа.

- Винс?

Винс что-то пробурчал, и Дима решил пока его не трогать. Поднявшись на ноги, он подошел к шкафу и осмотрел статуэтку - ничего особенного. Взяв ее в руку, Дима посмотрел на подставку и обнаружил приклеенную записку.

- Винс.

- Что?

- "Красиво, но опасно. Придется подкрасться, чтобы не быть атакованным".

- Это ты о че?.. А, - Винс недовольно посмотрел на статуэтку. - И что это вы держите такое опасное?

- Вообще много чего. В оранжерее. Но... думаю они имели в виду ядощип тропический. К нему нужно подходить пригнувшись, так как он атакует на уровне своей листвы.

- В оранжерею?

Винс остался в проходе, пока Дима обыскивал окрестности вокруг прелестного куста. Слизеринец уже лазил на коленях, когда услышал указание посмотреть вверх. Они как-то не сразу заметили ма-а-а-а-аленькую деталь.

- Что там?

- Тебе оттуда не должно быть видно. "Огонь".

- В смысле?

- Вылазь. Это цветы выложены в такое кривое слово.

- Это не цветы, а собрание шипов, - Дима отполз и посмотрел на куст. - Огонь.

- Где огонь?

- В камине.

- Так просто?

- Не думаю, что будет просто.

Так и оказалось. К камине они обнаружили порванный и сожженный лист бумаги, на кусках которого проглядывались какие-то буквы. Они выудили, отрусили все части и принялись собирать пазл. У них сразу же появилась проблема. А точнее - проблема появилась у Димы, которая накладывала последствия на Винса. Послание было написано на английском, но лист был порван и Дима мог понять буквы (иногда слова), только касаясь той или иной части послания. Все он трогать не мог, а когда и пытался разобраться, то тасовал все карты Винсу. Было решено, что "уликой" займется Маклакенс. Пока работа шла, Дима пытался развлекать друга, но это только усугубляло портящиеся настроение Винса, у которого все никак не получалось найти ту или иную часть.

- Все! Слушай: "Если пазл вы собрали, то и найти нужный предмет среди кучи хлама не составить большого труда. Вам нужно послание в залитой бутылке".

- Они на чердак полезли?

- Там у вас бар?

- Нет. Там хлам.

- Так нам же нужна бутылка.

- Которую они, скорее всего, запихнули на чердак.

- Может, проверим бар?

- Давай сразу на чердак.

Это был полный кошмар. Дима знал, что на чердак они сносили все не нужное на случай "а вдруг понадобится?!", но что там уже СТОЛЬКО пыли. Радовало одно - там было не холодно. Темно, но тепло. Винс несколько раз перецеплялся за какие-то выступающие предметы и падал в пыль. Однажды на него даже свалилась гора какого-то тряпья. Дима светил им перстнем, так как за свечами они возвращаться уже не хотели. Хорошо хоть чердак был не очень большим. Они прочесывали участок за участком, на которые условно поделили чердак. Нашли несколько интересных вещей, разграмили пару стопок аккуратно сложеных книг, разбили старую люстру и нашли одну из любимых Диминых игрушек. Они еще долго копались, если бы Винс уже в который раз не перецепился и не свалил гору плохо сложеных вещей. Благо хоть не на него все свалилось. Дима с ужасом обнаружул, что разбилась ваза, которую он раньше даже не видел.

- Надо будет тут убрать... весной.

- А это что? - Винс полез к кастрюле и выудил оттуда поллитровую бутылку с какой-то коричневой жидкостью. - Дим, посвети.

Этикетки не было, но внутри просматривались два маленьких диска.

- Думаешь это то, что мы ищем?

- Сейчас проверим, - Винс выпустил бутылку, и она полетела на пол. В громким звоном стекло встретилось с паркетом, но не разбилось. - Похоже, это для нас.

Выбравшись с чердака два счлизеринца от души посмеялись со своего внешнего вида. Они немного отрусились и направились на кухню.

- Полагаю, надо достать те две штуки внутри.

- Поддерживаю, но как? Бутылку не разбить.

- Тогда попытаемся вылить, - Дима сорвал крышку и перевернул бутылку над умывальником.

- Не то. Надо что-то другое. А если попытаться выпить?

- Ты хочешь попробовать эту смесь? - Дима сомнительно посмотрел на бутылку в его руке.

- Дай попробую, - Винс взял бутылку и приложился к горлу. Прошло лишь мгновение, а он успел не только сделать глоток, но и закашляться. - Это коньяк. Дай лимончик, что ли... - получив требуемое, Висн еще раз посмотрел на бутылку и протянул ее Диме. - Приедеться это выпить.

- Даже и не подумаю. Не собираюсь я напиваться при трезвом, непонятно что делающим, Питере. Кстати! А что сейчас делают они, пока мы тут играем в их игру?!

- Наверное тем, что нам не следует знать, - Винс сделал еще глоток.

- Мне такой ответ совершенно не нравиться. Оли сегодня не будет. Так что они определенно что-то задумали!..

- Брось. Не подожгут же они дом.

- Нет, но могут что-то и похуже сделать.

- Например? Со мной Стив делал уже все, что хотел.

- А со мной?!

- Подумаешь... Будто секс - это так плохо. Ну, переспишь ты с Питером и что? Что измениться?

- Меня поимеет Питерсон!

- Так возьми инициативу. Будь сверху, - еще глоток. Винс настойчиво протянул бутылку другу. - В крайнем случаи магия на твоей стороне.

Дима покосился на бутылку, а потом на друга. "Я боюсь не проконтролировать его или потерять контроль над собой?.." - оставив эту мысль без ответа, он взял бутылку и сделал хороший глоток.

Сидя за кухонным столом и болтая о всякой ерунде, двое слизеринцев прикончили бутылку коньяка. Из них дву Винс был уже не трезвым, а Дима пока только на виселе. Они выпили примерно одинаково, но на первого алкоголь пойдействовал как-то больше.

- И вот тогда мы полезли в подвал. Я говорил, что не стоит...

- Винс. А что теперь? - Дима крутил в руке пустую бутылку с двумя мелкими кругами.

Не долго думая, Винс взям бутылку и приложил ею о креешек стола. Звон стекла и вот у слизеринца в руке только горлышко бутылки. Дима заинтересовано посмотрел на два диска и полез за ними.

- Один мне, - Винс тоже опустился на пол.

- Следующая улика ждет тебя под гостевой кроватью...

- Следующая улика ожидает в шкатулке из ракушек...

Парни переглянулись. Дима поднялся на ноги и направился к двери, но его нагнал Винс, чуть не повалив на пол.

- А где у вас "шкатулка из ракушек"?

- В родительской спальни. Посмотри справа на второй открытой полке.

- А-а-а!..

- Идем.

Дима направился к лестнице, ожидая там друга. С горем пополам они поднялись на второй этаж и посмотрели в разные стороны.

- Тебе туда.

- А тебе туда.

Парни переглянулись и засмеялись. Дима первый направился в своем направлении. Даже без стука, он открыл дверь и вошел в полумрак комнаты. Дима не сразу сообразил, что к чему, так как глаза пошли черными пятнами. Сделав два шага внутрь, он услышал, как за ним захлопнулась дверь. Развернувшись на звук, Дима увидел только темное очертание чужой фигуры, которая в момент оказалась рядом, заключая в объятья и накрывая приоткрытый рот поцелуем. Наконец, сообразив что к чему, Дима вцепился в кофту целующего чуть ниже горла и притянул его к себе ближе, углубляя поцелуй. Его язык быстро проскочил в рот парня, изучяя изнутри. Парень замер, немного ослабив объятья, будто намериваясь отстранить от себя слизеринца.

Дима срузу же отогнал все мысли о том, что это мог быть кто угодно. "Винс ушел в другом направлнии. Значит, это или Питер, или Стив", - слизеринец сам замер. Он разом протрезвел. Отодвинувшись от парня, Дима заглянул в его лицо. Глаза, успевшие привыкнуть к темноте, ясно разлечили черты пренадлежавшие Оувинсу. Они тупо пялились друг на друга. Дима оглянулся и понял, что растеленая кровать, тихая музыка и аромат цветов были приготовлены не для него.

- Дима, а что тут делаешь ТЫ?

- Что это значит? Тут написано, - он продемонстрировал диск, - чтобы я шел сюда.

- Это же не для тебя! Там сзади написано!..

Дима оттолкнул Стива и посмотрел на обратную сторону диска - "Винс".

- О... - слизеринец подошел к двери и выглянул наружу. Как ни странно, но Винс оказался на том же месте возле лестницы. - Винс?..

- Вот так всегда, - Стив направился к Винсу, который уже проявлял ознаки сна. - Блин, сейчас же еще рано! - не долго думая, он подхватил Маклакенса на руки и направился в обратный путь. - А тебе еще игру закончить надо, - сказал он Диме, закрывая за собой дверь.

- Значит, мне стоит наведаться в спалдьню родотелей?.. - Дима с интересом посмотрел на дверь дальше по коридору.


## Глава 27. Письмо из Министерства


Дима стоял перед дверью родительской спальни мучаясь вопросом: зайти или не стоит? Соображать у него сейчас получалось не очень, но он старался. Слизеринец подозревал, что за дверью его поджидает Питерсон и, скорее всего, с такими же намерениями, как и Стив. Он даже был почти уверен, что гриффиндорец учел все возможности развития событий и поворотов ситуации. И все же... Диме было о-о-о-о-очень интересно как именно он все учел и расчитал, как собираеться его увлечь и что собираеться делать потом. Даже не успев удивиться этой мысли, полный предвкушения, Дима открыл дверь и быстро шагнул внутрь комнаты.

Был уже глубокий вечер (или ночь?) и в комнате ничего не было видно. Закрыв дверь, парень по памяти сделал три шага и замер перед родительской кроватью. Было тихо. Только шерудение ковра, создаваемые при каждом шаге слизеринца. Дима замер в ожидании. Ничего не произошло. Поддаваясь какому-то внезапному порыву, он пригнул на кровать. Скрипнула крать, подогнулся матрас и только. Ничего не нащупар руками, Дима перевернулся на спину и попытался рассматреть комнату. Никого. Недоумевая, он сел и зажег свет заклинанием. Действительно в комнате никого не было. Да и обстановка была как обычно. Поклипав глазами, слизеринец перевел взгляд на шкатулку из ракушек, которую он привез матери с моря.

- Проиграный тобою поцелуй... Шахматы?

Дима направился к двери, с опозданием сообразив выключить свет. А ведь он надеялся, что тут его ждал Питер. Тяжело выдохнув, слизелинец направился в зал. Улика могла подойти и Винсу, так как он тоже проиграл поцелуй Стиву, но ведь Оувинс сказал, что этот путь был для Димы. В ином случаи они так был и остались в гостевой комнате, переходя от поцелуя ко всему более серьезному. Почему-то эта мысль не привела парня в какое-то другое состояние, кроме легкого разочерования. А ведь Винс прав. Давно у Димы уже никого не было.

Заглянув в зал, он там тоже никого не обнаружил. Елка мигала цветными фонариками, освещая стены комнаты. Не включая лишний свет, Дима снял коробку с шахматами и аккуратно поставил ее на стол. Чего бы он там не ожидал увидеть, но его надежды не оправдались. Кроме прежних стекляных шахмат-фигур тут находилось записка.

- Ночные зельевары...

Закрыв коробку, Дима направился в кухню. По правде ему эта игра уже начинала надоедать. Хотелось чего-то другого. То, чем принято ночью заниматься. И это был определенно не сон. В своих "уликах" Питерсон делал намеки, но где же он сам прячеться?! Дима уже даже хотел пойти искать затейшика этого всего, если в следующей записке не окажеться чего-то стоящего.

Встав последи кухни, слизеринец осмотрел все помещение. Ну и где его "улика"? Думать сейчас было сложновато, да и мысли постоянно возвращались к одной и той же теме. Решив первым делом заглянуть в котел, Дима попал в точку. На дне была еще записка. Хмуря брови, он вчитался:

- Следуй за признанием... Каким?

Вот теперь-то Дима находился в замешательстве. "Признание... На улицу, что ли, переться?!" - это предположение было мгновенно откинуто. На мороз он сейчас не хотел. Однако желание добить эту игру все-таки остало. Приняв решение помудрее, слизеринец направился на поиски Питерсона.

Решив для начала обыскать первый этаж, он заглянул в коридор, зашел в оранжерею (туда-то ума должно было хватить не лезть) и почтил своим вниманием туалет. В последнем он обнаружил кое-что очень интересное. Их ждакузи было наполнено водой, которая быстро утекала по трубам. Привидений и полтергейстов у них нет. Осталось три варианта: Винс, Стив и Питер. Первые двое могли как обьединиться в один вариант, так вообще сюда не спускаться (может оно им сейчас и не надо?..). Оставался третий вариант. Значит, Диму где-то до ждет чистый и, возможно, еще могрый Питерсон. Прокрутив эту мысль еще раз, Дима заинтересовано улыбнулся.

"Не попреться же он к Оувинсу..." - Дима для страховки заглянул в зал и кухну, перед тем, как направиться вверх по лестнице. Для произведения эффекта еще большей неожиданости (или все равно не получиться?), Дима стал спиной к двери своей комнате.

- Туманус прошмыгус.

Красная искра сорвалась с его перстня и он шагнул в комнату. Стараясь не шуметь, Дима развернулся лицом к окну. Даже темнота в комнате, не скрыла от него стоящую фигуру в слабом ночном свете, активно работающую руками возле головы. Стянув полотенце с еще влажных волос, фигура положиле его на нижнюю кровать, оставшись там и стоять. Не теряя времени и поросчитывая все на ходу, Дима подошел сзади и коснулся влажной кожи. Распознав черты присущие Питеру, слизеринец толкнул его в плечи, мгновенно усаживаясь на его колени. Пользуясь замешательством Питерсона, Дима прижимает его к постели, накрывая рот поцелуем. Привкус зубной пасты у него во рту наводил на мысь, но не то, и влажная кожа под руками. Неужели он спать собирался?! Резко отстранившись, но не отпуская Питера, Дима смотрит в его удивленное лицо.

- Чем заканчиваеться моя часть игры?

- А? - Питер пытался встать, но Дима надавил сильнее. - Может оптустешь меня?

- Ты еще будешь строить из себя девушку-недотрогу? - Дима резко вскочил и одном рывком стянул обернутое вокруг бедер полотенце. Слизеринец недоумевающе смотрел на темные боксерки.

Не произнося и слова, но как-то довольно улыбаясь, Питер поднимаеться с кровати и, упираясь одной рукой в бок, заинтересовано рассматривает Диму.

- Какая раскованость движений. Неужели ты, наконец, решил стать моим?

- Чем заканчиваеться мой круг игры? - Диме не очень понравилась решимость в глазах гриффиндорца, но он не отступился.

- Твоя игра должна была закончиться здесь, - Питер указал на верхнюю кровать. - Там лежит последняя записка.

Дима покосился на кровать, но с места не сдвинулся.

- Что там написано?

- Сам прочти.

- Что там? - Дима сделал шаг к Питеру.

- Прочти.

Подойдя в плотною, Дима всматривался в блестящие глаза Питера. Мыслей не было никаких. Стоял и смотрел. Может у него на лице было что-то написано, но Питерсон как-то разом забеспокоилася. Подскочив на цыпочки, Дима обнял гриффиндорца за шею, соединяя их губы в поцелуе. Не закрывая глаз, он смотрел в карие глаза Питера. Это даже уже не было поцелуем. Скорее противоборством. Питерсон прищурился и прижал Диму плотнее. Резко подхватив слизеринца, он опрокину его на кровать, нависая сверху. Продолжая целовать эти желангные губы, Питер рукой полез под все еще немного пыльную футболку, параллельно устраиваясь между Диминых ног.

- Ну, нет, - Дима уперся правой рукой Питеру в живот. - Пундус храпундус.

Питерсон мгновенно обмяк, заваливаясь на слизеринца. Какое-то миг Дима недоумевал, а потом хлопнул себя по лбу. Вот что значит не совсем трезвая голова - другое же заклинание произнести хотел. Обреченно посмотрев на сопящего гриффиндорца, он начал высвобождаться из-под его тела.

Сделать уже ничего нельзя было, да и все рвение как-то улитучилось. Дима сбросил пыльную одежду и натянул пижаму. Оказавшись на втором этаже, он обнаружил упомянутую ранее "последнюю записку". Предвкушая что-то интересное, Дима развернул бумагу и разачаровано застонал, откидываясь на подушку.

- 'Спокойной ночи'?! И ты действительно ничего не собирался делать?


***


Каникулы добегали к концу, принося с собой все больше и больше снега. Дима даже одним утром не сумел открыть дверь, поэтому вылезал через окно и расчищать дорожки (заклинанием хоть). А в остальном студенты творили почти все, что хотели. Вернулась Оля и всячески одобряла разные начинания, не умалчивая и о своих вариантах времяпровождения.

На следующее утро после игры в "улики" Винс немного смущено рассказал Диме, что теперь он встречается со Стивом. Загорный был, конечно, в шоке, но его друг заверил, что тоже был удивлен такому заявлению сутра пораньше (своему месту нахождения он как-то удивился меньше). Димины попытки опровергнуть такое заявление были оборваны неоспоримым свидетельством Ашура. Оказалось, Стив выбрал подходящий момент для такого предложения. Странно, что Винс в тот момент вообще смог что-то внятно сказать. Пожелав другу "счастья в личной жизни", Дима закрыл тему. Разговор как-то сам не клеился, так что парни разом с интересом обратили внимание на вспышку красного в коридоре.

- Мама?

- Мама! - Оля обняла Ирину Загорную, параллельно затягивая ее в холл.

- Я не надолго. Только хотела убедиться в благополучности моих растений.

- Я пойду с тобой, - Оля пошла следом, и они вдвоем скрылись за дверью оранжереи.

Парни направились в зал и обнаружили там небольшую сову, сидевшую на столе и державшую в клюве почтовый конверт.

- Как она сюда попала? - Дима взял письмо, и сова быстро вылетела через дымоход. - Вот и ответ.

- Печать Министерства магии.

- Мне адресовано. И чего же они хотят?

Дима развернул письмо и поразился первой же фразе.

"Дмитрий Загорный, в связи с умышленным неподчинением приказам Министерства магии и нападением на сотрудника Министерства, въезд в Англию вам запрещен на время ведения следствия. За Винсентом Маклакенсом, которого вы забрали против его воли, будет отправлен отряд авроров, которые и доставят его в школу магии и волшебства Хогвардс. Просим вас не оказывать сопротивления и сотрудничать с нами. Гронус Мультис, министр магии".

Злость захлестнула Диму с полна и он, смяв листок, бросил его в огонь. Слизеринец был готов рвать и метать. И у них хватило наглости написать такую ложь, выдавая ее за чистую правду. Против него еще какое-то расследование ведут. Пнул диван, Дима плюхнулся на подушки, сжав голову руками.

- Что там было написано?

- Меня обвиняют в нападении и неподчинению приказам. Запретили въезд в Англию, - у Димы на губах играла зловещая улыбка, будто он обдумывал что-то не хорошее. - Еще написали, что тебя я почти украл. За тобой явятся авроры, чтобы вернуть в Хогвардс.

- Что?!

- Вот именно! Да и поздновато тогда уж они спохватились.

- Как такое вообще возможно? А как же учеба? Занятия начнутся через три дня. Стива и Питера должны были забрать завтра...

- Власти у вас - отстой! Странная у них политика: сначала сами пригласить на учебу, а потом закрыть въезд в страну.

- Все, я домой, - мама направилась к коридор. - Если что-то понадобиться...

- Все мы знаем, мама! Уже не маленькие.

- До свидания, Ирина.

- Еще увидимся, детки.

Загорную окружил красный кокон и в холе остались только Питер с Олей. Эти двое хотели пойти в зал, но раздался звонок в дверь. Оля поспешила открыть и отшатнулась, когда в дверь ввалилось сразу трое мужчин. Не теряя времени, Дима вскочил с дивана и понесся в холл. В это время Питер заслонил собой Олю и полез в карман. Дима молниеносно подскочил и подпер подбородок первого мужчины перстнем.

- Это он! - мгновенно закричал мужчина.

Оказалось незнакомцев было пятеро. Дима не рассчитал этого и его быстро схватили, заломив руки за спину. Однако хватка на левой руке быстро ослабла, так как Питер подскочил и со всей силы заехал кулаком в морду одному из мужчин.

- Дима! - Винс остановился в метре от всех, не зная как помочь.

- Берите его! - скомандовал главный.

Правостоящий мужчина схватил Винса за запястье и потянул к двери, но он почти моментально упал на пол без возможности пошевелиться.

- Ну не прошеные гости?.. Петрификус Тоталос! - стоя перед ступеньками, Стив поразил уже второго мужчину.

- Пундус храпундус!

Как удачно захватчик держал правую руку. Дима получил свободу и поспешил пригнуться, так как на смену спешил следующий мужчина.

- Ну, нет! Ступерфай! - Питер быстро дернул Диму на себя, оглушая противника.

- Вам же запрещено поль!..

- Замиранус боякус страхус присмыкатус! - Оля выпустила красную искру в главаря и начала медленно подступать к замершему на корточках мужчине. - Как вы посмели врывать в наш дом и нападать на моего брата?! Неужели вы думали, что вас тут ждет "теплый прием"? Теперь вам придется ответить за свои действия!

- Но мы же... - голос значительно ослаб.

- Заткнус свой грязный ротус! - у мужчины во рту появился кляп, и Оля коленом толкнула его на пол. - И что с ними делать будем?

- Связать их надо. Роупунтум! - Питер последовательно указал на каждого из пяти мужчин.

- Но вам же нельзя колдовать?!

Питер переглянулся со Стивом, который неторопливо приближался к месту событий. Они разом полезли в карманы и вытащили что-то, что быстро увеличилось, и развернули пергамент.

- Специальное разрешение...

- ...на применение магии в чрезвычайных ситуациях.

- Выдано и заверено Министерством магии.

- А это как раз подходящий случай, - Стив обнял Винса сзади. - Что им вообще от вас надо было?

Главный немного отошел от устрашающего заклинания и начал ворочаться на полу. Он старательно пытался выплюнуть кляп, но тот держался крепко.

- Они хоть маги?

- Палочки имеются, - Питер забрал палочки у всех пятерых.

Дима присел на цыпочки и вытащил кляп.

- Кто вы и зачем здесь?

- Я - Альман Смизер. Глава аврорского отряда номер пять.

- Ну, и что же вам "аврорам" тут понадобилось?

- Вас отправили за Винсом. Я прав?

- Нам велено доставить Винсента Маклакенса в Хогвардс. А по возможности еще Питера Питерсона и Стивенса Оувинса.

- А нас-то зачем?

- Но зачем заламывать мне руки, будто я какой-то преступник?!

- Ты первым оказал сопротивления. Мы были обязаны...

- Вы ворвались в дом и даже не удосужили себя представиться. А что бы вы сделали, вломись вам в дом пятеро подозрительных мужчин? Сомневаюсь, что вы бы предложили им чаю!..

- У нас приказ...

- А головой думать вы умеете?

- Развяжите нас и тогда мы спокойно поговорим.

- Не собираюсь, - глаза Смизера мгновенно округлились от удивления. - А вдруг вы все же не авроры. Я же не знаю, как вас отличать, - Дима довольно улыбнулся и ждал реакции.

Главный аврор зашевелился, но веревки держали крепко.

- У меня во внутреннем кармане удостоверение, - сдался он.

- А чем вы докажете, что оно настоящее?

Смизер злился не на шутку. Не зря он не любил детей.

- Оно волшебной!

- Но и волшебство подделать можно. Вы на меня напали и ожидаете, что я так запросто поверю вам на слово? - было заметно, что Дима уже издевался.

Питер полез под мантию и выудил упомянутое удостоверение. Выглядело вполне настоящим. Было решено развязать главного, но палочки ему не дали. Четверо авроров остались в холе, а все остальные уселись в зале.

- Вы же понимаете, что нарушаете закон об ограничении использования магии неполнолетним!..

- У нас разрешение из Министерства имеется.

- А у него? - Смизер указал на Винса.

- А он магию и не использовал.

- Род вашей магии мне не понятен, но вы уж точно ею пользовались, - теперь он тыкал в Олю и Диму.

- Разуй глаза. Я совершеннолетний маг - могу пользоваться магией сколько влезет. И неполнолетним у нас магией пользоваться можно. Если ты еще не заметил, то это другая страна! - Дима уже отбросил все приличия и перешел на "ты".

- Однако сейчас ты находишься под опекой нашего Министерства магии!..

- А я магией в вашем понимании не пользовался. Моя палочка лежит на полке, а если применить сыворотку правды, то я не солгу, сказав, что я пользовался магией для защиты.

- Вот так повезло - быть схваченными сборищем детей...

Диме с силой ударил о стол и преклонился, сокращая расстояние между ним и Смизером.

- "Дети" говоришь? А ты попробуй вызвать меня на настоящую дуэль. Ты же не просто так стал главой группы авроров. Ты должен хорошо владеть боевой магией. Только... думаю, ты не захочешь, чтобы твой прах потом сметали твои подопечные?.. - Дима вернулся на свое место и закинул ногу на ногу. - Говори: зачем пришли и убирайтесь.

- Нам велено доставить Винсента Маклакенса, Стивенса Оувинса и Питера Питерсона в Хогвардс.

- И?

Аврор поднялся и посмотрел на трех англичан.

- Следуйте за мной. Мы аппарируем немедленно. Из Лондона вы отправитесь на Хогвардском экспрессе до места назначения.

- Почему сейчас? Нас должны были забрать завтра.

- Ситуация изменилась. Вы отправляетесь немедленно.

- А мне тогда, что прикажите делать?

- Вам въезд в Англию временно закрыт. Мы уведомим Вас...

- А учиться я должен сам?

- Как хотите.

- Вот что я вам скажу и передайте своему Министерству, что они сами меня к себе пригласили, а запускать учебу из-за вашей тупости я не намерен. Хотите вы этого или нет, но я прибуду в Хогвардс на начало нового семестра.

- Если вы это сделаете, то нарушите запрет Министерства магии.

- А ваше Министерство нарушат слово, что дало мне, когда приглашало учиться.

Аврору сказать было нечего. У него был строгий приказ, который он был намерен выполнить любой ценой. Его предупреждали: Загорный колдует без палочки. Такое нельзя было оставлять просто так. Плюс ко всему в этом доме оказалась еще одна ведьма, владеющее без палочковой магией. Не зря же его подчиненные сейчас лежали связанные в холе. Как же Смизер ненавидел детей.

- Идемте.

- Так мы отправляемся? - Винс вопросительно посмотрел на Диму.

- Вы - да, а я прибуду позже.

- Я к вам обращаюсь!

- Да заткнись ты. Ишь, раскомандовался, - странно, что Стива интересовало что-то еще, кроме сидящего рядом Винса.

- А вещи собирать кто будет? Мы же не с пустыми руками сюда приехали, - Питер поднялся со своего места и направился к выходу.

- Ждите их в холе.

Главный аврор недовольно нахмурился, но вышел. Оля проследовала за ним, чтобы проконтролировать.

- Так ты точно приедешь? Может с тобой остаться? - Винса, похоже, не смущал обнимающий его Стив.

- Отправляйтесь. Пусть у вас не возникают конфликты с вашим министерством. Я же не пропаду. Прибуду четырнадцатого вечером, так что ждите. У меня уже есть одна затея на примете...


## Глава 28. Приезд под прикрытием


Теоретически все должно было получиться. Сегодня был последний день каникул, и другие ученики тоже собирались возвращаться в Хогвардс. А такое количество студентов было бы проще всего доставить на поезде. Дима собирался отправиться тем же путем. Чтобы не помешать себе в случаи чего, он заранее договорился с магфиозными купидончиками о доставке его вещей, заплатив им много и вперед. Вещи были уменьшены, чтобы упростить задачу карапузам и чтобы их не засекли (а вдруг?) защитные службы Англии. Тройсен был отправлен в свободный полет. Птица умная - не пропадет. С собой Дима взял деньги, разную нужную мелочь и уменьшенную заклинанием метлу. Парень все же предполагал, что на поезд его могут не пустить и что придется добираться воздухом.

Попрощавшись с родителями, которым он заранее ничего не рассказал, и Олей, которая сегодня отлетала в Тибидохс, Дима еще раз проверил наличие всего нужного. Он отошел в коридор и поднял перстень, прижимая его к груди. Раньше слизеринцу приходилось телепортироваться от силы два-три раза, но все пока проходило успешно. Он произнес заклинание и закружился на месте словно заведенная юла. Зеленые искры начали стремительно облеплять его мантию, создавая кокон. Секунда и вот уже Димы не видно, вторая - вспышка, третья - пустой коридор.

Быстро струшивая искры, Дмитрий Загорный направился вперед, чтобы затеряться в толпе Диагон Аллеи. Он специально выбрал это место телепортации, чтобы не привлекать много внимания. Мало ли кто живет в Англии. Дима стремительно продвигался вперед еще какое-то время. Потом он замедлил шаг и нажал оглядываться по сторонам. Парень хотел убедиться, что вокруг нет авроров, которые б могли его задержать. Если он заявил, что явиться в Англию, чтобы ему там не предписывали, то игнорировать такое Министерство не должно было.

Вокруг было как обычно много народу, так что судить про авроров под прикрытием было не просто. Лишь несколько раз Дима взглядом выцепил подозрительных людей, которых, на всякий случай, обошел стороной. Он постепенно продвигался к выходу в не магический Лондон через "Дырявый котел". Без сомнения там должен был кто-то быть. Так оно и оказалось. В баре сидело всего несколько посетителей, а у входной двери стояло двое подозрительных мужчин в темных мантиях. Их нужно было обезвредить не привлекающим внимание и не вызывающим подозрения способом. Стоя за колонной, Дима указал кольцом в их сторону.

- Голодронус голодрыгус, - две искры незаметно поразили двух мужчин.

Секунд пять ничего не происходило. Потом двое магов начали ерзать на своих местах и поглядывать в сторону бара. Один что-то нашептал другому и отошел. Оставшийся один долго там не простоял, направившись следом к барной стойке. Будто только что появившись из прохода, Дима прошел возле противоположной стены заведения и выскользнул на улицу. Если маги и обратили внимание на скрип двери, то сейчас им было не до этого.

Среди маглов тоже могли скрываться замаскированные авроры, так что Дима старался не терять бдительности. Он быстро добрался до вокзала, где его уже поджидал целый отряд авроров. Надеявшийся все же пройти незамеченным, Дима направился в мужской туалет. Закрывшись в кабинке, он достал небольшой флакончик с мало приятным зельем. Другие варианты казались хуже. Вытащив пробку, Дима выпил приготовленное еще в школе Оборотное зелье. Хорошо все же быть в хороших отношениях с преподавателем зельеделия. Сдерживая тошноту, Дима выдержал все метаморфозы и вышел к зеркалу. Хорошо, что для своего превращения выбрал Винса - одежда сидит почти так же.

Авроры так и не обратили внимания, что такой студент еще позавчера отбыл в Хогвардс. Дима купил себе билет и поспешил на платформу 9 и 3/4. Там авроров было не меньше и тут они себя уже не скрывали. Как-то это было не продумано. Родители то и дело поглядывали на магов в темных мантиях, отводя своих детей подальше. "Подумать только: из-за меня устроили такой переполох..." - Дима тоже обошел авроров, будто они были какой-то подозрительной группировкой, и поспешил зайти в вагон. Поскольку еще было относительно рано, и он был без вещей, свободное купе нашлось почти сразу. Зелье должно было действовать часа два - достаточно, чтобы поезд двинулся. На случай, если с ними в сопровождение отправят авроров, у Димы было припасено еще два таких флакона.

- Привет, Дима.

Слизаринца будто молнией пронзило. Он медленно повернул голову и посмотрел на того, что так легко его опознал. В дверном проеме стоял Бред Тогерти. Дима непонимающе его осмотрел, глянул на свою руку - кольца видно не было. Гриффиндорец же затащил свои вещи и начал складывать их на верхних полках. Закончив с этим, он опустился по другую сторону от стола и довольно улыбнулся.

- Как ты узнал... что это я?

- Я не знал, - Бред просиял. - Только догадывался, а ты уж сам подтвердил своей реакцией и вопросом.

Дима недовольно откинулся на спинку сидения и осмотрел купе.

- Ты не хочешь спросить: почему я скрываюсь под внешностью Винса?

- А я знаю.

- Знаешь или догадываешься?

- Знаю, что Министерство тебе временно закрыло въезд в Англию, что открыла на тебя дело, что обвиняет во всякой лжи и что ты ни за что не пропустишь начала учебного года.

- Откуда ты это знаешь?

- У меня папа в Министерстве работает. Так же я знаю, что учиться тебя пригласили не из "благодарности", а чтобы не упускать из виду. Министерство о тебе высокого, но не очень хорошего, мнения.

- Что ты этим хочешь сказать?

- Как они говорят: "Если проблему нельзя устранить, то надо не допустить ее рост".

- То есть я - проблема?

- Это не мои слова. Просто в Министерстве не приветствуется использование запретных заклятий.

- Но ведь я не их и не использовал.

- Я это знаю.

- Откуда?

- Ты только что подтвердил мою догадку. Ты используешь другую магии, колдуешь без палочки и уж тем более ты - иностранец. На тебя наложено заклятие переводчика, так как языка нашего ты не понимаешь. А использовать заклинания страны, языка которого ты не понимаешь... глупо. А ты далеко не глуп, раз сумел выстоять перед темным магом, использовавшего магию другого рода.

Дима всматривался в этого гриффиндорца, который спас ему жизнь и попросил лишь дружбу в ответ. "Может для меня дружба - обычное дело. Возможно, он не способен найти себе друзей, а может... он не хочет дружить с первым встречным?.." - Бред выглядел вполне спокойным, но Дима видел, что он улыбается глазами.

- Скажи, а как твой отец относиться ко мне?

- Он сказал, чтобы я держался от тебя подальше.


***


К ним в купе только раз хотели подсесть, но увидев весело общающегося гриффиндорца и слизеринца, решили этого не делать. Авроров запустили только перед самым отбытием. Они заглянули в каждое купе и остались довольны своей работой. Задание "не допустить Дмитрия Загорного на Хогвардский экспресс" выполнено.

Через два часа Дима снова стал собой и вскоре к ним начали заглядывать, здороваясь. Прошла женщина со сладостями и вскоре в коридоре промелькнул профессор Дроклов. Его заметил Бред и чему-то весело улыбнулся. Когда Дима выглянул в коридор, то своего декана уже не увидел. На вопрос чему Тогерти улыбался, он ответил, что скоро сам узнает.

Их дорога было безоблачной и лишенной проблем. Наверное, авроры всерьез решили, что Димы нет в поезде, и принялись отслеживать другие пути перемещения. Чтобы избежать быстрой огласке о его прибытии, Дима решил повременить со сходом на платформу. Бред правильно сказал, что не только у него родители в Министерстве работают. Тогерти вызвался подождать с ним, так как спешить действительно было некуда. На платформе оставалось лишь несколько человек, которые спешили занять места в каретах и поскорее оказаться в Хогвардсе (и на ужине).

Дима не сразу понял, что тащило карету. Он всматривался в темноту и совсем не ожидал, что это существо подойдет сзади. Отскочив, слизеринец всмотрелся в странное существо.

- Что это?

- Сэстралы - существа хорошие, но не все знают о их существовании.

- Почему это?

- Их видят только те, кто видел смерть, - Бред на мгновение помрачнел, но быстро вернулся в свою положительную манеру.

Диму подмывало спросить, но он сдержал свой вопрос, и просто залез в карету. Путь через лес не побуждал никаких положительных эмоций. С разных сторон постоянно что-то шуршало, хрустело или трескало, двигалось и сверкало глазами. По коже пробежали мурашки, но Бред выглядел вполне спокойным. Дима задумался над этим и понял, что бояться было действительно нечего. Директор и преподавательский состав бы не дал всем этим тварям зацепить детей. Скорее всего, на эту дорогу было наложено какое-то отпугивающее или защитное заклятие.

Возле входа им никто не встретился, и они спокойно вошли внутрь. Бред был уверен, что его вещи доставят, и предложил сразу же направиться в Большой зал. У самых дверей Тогерти даже немного затормозил, будто пропуская Диму вперед. Слизеринец мигом почувствовал подвох, но ходу не замедлил. Они прошли в открытые двери, входя в полную тишину.

- Вот видите студенты. Даже запрет Министерства не помеха, если человек хочет учиться, - Вирджиния, которая до этого стояла у помоста, зааплодировала.

Ее мгновенно подхватил Дроклов и Винс. Потом поднялся весь шестой курс Слизерина, несколько рейвенкловцев, хаффлпафцев и Питерсон. Дальше начали подниматься остальные. Бред тоже зааплодировал и отошел в сторону своего стола. Дима замер как вкопанный. Такого приема он точно не ожидал. Парень вообще рассчитывал прийти и занять свое место, а тут такое.

Скорее всего он бы еще долго так стоял, если бы директор глазами не указала ему на Слизеринский стол. Дима сглотнул и направился к своим. Вирджиния снова призвала всем к вниманию.

- Этот семестр обещает быть не менее напряженным, чем предыдущий, так что не спешите расслабляться. В связи с некоторыми событиями, оставшиеся матчи по квиддичу будут проведены в течении двух последующих недель, - зал загалдел в непонимании. - Первым пройдет матч Рейвенкло и Гриффиндор, потом Хаффлпаф и Рейвенкло, а потом Гриффиндор и Слизерин. Детали этого расклада я поясню старостам на собрании, которое состоится через полчаса.


***


- Как ты думаешь: почему возникла необходимость так потеснить квиддитч?

- Не имею ни малейшего понятия.

Бет рассказала Диме, что почти всем было известно про его поездку домой и про предъявленное обвинение в Министерстве. Лично она в это не верила. Им Винс успел рассказать, как все было на самом деле. Однако вот девушка сомневалась, что Дима все же прибудет. Сама Бет бы ни за что не нарушила такого рода указ из Министерства. Девушка еще успела расспросить про само прибытие, пока Диму кто-то резко не отдернул назад. С поразительно скоростью его затащили в стенную нишу, скрывая от взгляда прохожих.

- С возвращением.

По голосу Дима понял кто перед ним. Его догадку подтвердили губы, накрывшие его собственные. Приятно, но момент не подходящий. Дима ощутимо укусил Питера за нижнюю губу, надеясь, что он отстранится. Гриффиндорец был настойчивым и дал Загорному волю минутой позже. Питерсон немного обижено смотрел на Диму, отвечавшего ему недовольным взглядом.

Не говоря ни слова, слизеринец вывернулся из удерживавших его рук и вышел из ниши. Каникулы прошли, а он так и не сумел основательно оценить эту ситуацию. Теперь в нем боролись два противоречивых чувства: вернуться и повторить, и проигнорировать этот инцидент, поспешив в кабинет директора. Дима замер на месте. Медленно, он заглянул через плечо и увидел только вышедшего Питерсона. Было видно, что тот ожидал чего-то другого от своих действий. Ускорив шаг, слизеринец был уже почто уверен, что опоздал.

Оказалось, что нет. Директора пришлось ждать еще минут десять. Когда же она появилась, то выглядела немного измученной. Заняв свое место, Вирджиния сразу же перешла к делу.

- Только что министр уведомил меня, что на территории нашей школы будет проведен дружеский матч по драконоболу.

- С кем? - не выдержал Дима.

Директор ему весело подмигнула.

- Со студентами Тибидохса.

Все старосты с интересом посмотрели на Диму. Слизеринец же выглядел пораженным до глубины души.

- Профессор Вольви, но ведь никто из нас не умеет играть в... драконобол, - Перси Данлоу, староста Рейвенкло, произнес последнее слово с каким-то благоговением.

- Вот почему мы сократили время проведение матчей по квиддитчу. Министерство рассчитывает, что мы одержим победу. Игра пройдет в мае, так что тренировки нашей команды по драконоболу будут усиленными.

- А как мы собираемся набрать команду.

- Мы пригласили специалиста по этой игре. Он должен будет отобрать хорошую команду из всех желающих.

- Но ведь нас может тренировать Дима, - Бет глянула на слизеринца. - Он не по наслышке все знает и сможет...

- Нет. Тут постает вопрос этики. Диме будет предложен выбор: играть за нас или присоединиться к команде Тибидохса. Отвечать сейчас не надо. Дима, можешь подумать и сказать после вручения кубка по квиддитчу.

Слизеринец кивнул и мгновенно поник. Это действительно была дилемма. Выступить за тех, с кем уже полгода бок-о-бок учится, и играет в квиддитчь, или за тех, с кем учился и играл на протяжении пяти лет. С одной стороны он уже и тут прижился, а состав Тибидохской команды поменялся, но!.. Один аргумент был сильнее других: он не сможет пойти против Огонька.

- А дракон у нас есть?

- Ко времени начала тренировок будет.

- А как быть с квиддитчем?

- Игры будут проводиться в последующие три субботы. Потом будет церемония награждения и уже в воскресенье будет проведен набор в команду по драконоболу.

В Министерстве были решены еще не все вопросы, что Вирджиния и сообщила старостам. Требовалось частое ее присутствие. Староста Хаффлпаф обмолвилась, что не знает почти ничего о драконоболе. Директор попросила Диму рассказать, как можно подробней. Загорный так и сделал. Он лишь не упоминал про заговоренные пасы и различные уловки игроков.

В свою гостиную Дима возвращался не в лучшем расположении духа.

- Так ты будешь играть за нас или вернешься в предыдущую команду?

- Доиграем сначала квиддитч, а потом уже будь что будет.


## Глава 29. Два дракона


Диме не спалось. Сегодня должен был состояться решающий матч между Слизерином и Гриффиндором, а ему постоянно снилось что-то непонятное. Во сне игра шла полным ходом, он гонялся за снитчем, который почему-то был птичкой, а голы летели только так, вот только было не понятно в чьи ворота. Потом внезапно обрывалось тарахтение комментатора, и звучал уже другой голос:

"Да что вы делаете?! Так же не играют!"

И на поле появлялись драконы. Прям вот так из неоткуда. Дима оказывался между лап дракона соперников и старался вылететь. Снитч взмыл вверх, к морде, и потом был нещадно сожжен потоком пламени. Тут Дима и терялся. Ловить ему было больше нечего, а о конце игры оповещать не собирались. Осматриваясь, Дима понимал, что на поле остался только он и два (незнакомых) дракона. Все бы ничего, да вот только "ворота" это тоже понимали. Свирепее на глазах, они устремлялись к единственному игроку.

Просыпался Дима уже третий раз. Теперь все кончилось на том, что его сейчас разорвут на маленьких слизеринцев. Он сидел и старался отдышаться. Глянул на Винса, который спал как младенец, после того как его сокомнатник долго и нудно сидел в библиотеке услышав: "Погуляешь немного?". Если подумать (с точки зрения слизеринца), то видеть Стива Оувинса так часто у себя в гостиной уже входит в обыденность.

Сбросив одеяло, Дима свесил ноги и взглядом поискал тапочки. Нечего морозить ноги в этих ледяных подземельях. Набросив мантию на плечи, слизеринец покинул свою комнату и, через минуту, гостиную. В голове крутилось злосчастное: "а может все же не надо?", но Дима загонял его подальше. Он знал, что этот его поход может потом вылезти ему боком, но попробовать стоило. Раз обстоятельства так сложились, то делать что-то надо.

В коридорах подземелий было сыро, темно и холод - как всегда. Эти подземелья могли одним своим видом нагнать на маглов страх такой величины, что они бы тут больше не появились. Для человека самым страшным всегда будет оставаться его воображение. Маги знаю чего можно ожидать от существ, обитающих в замке. Дима уже давно потерял последние не хорошие ощущения, появлявшиеся при прогулке по подземельям. Слизеринец неплохо выучил основные проходы, так что в свете палочки не нуждался.

Оказавшись возле двери кабинета своего декана, Дима постучал трижды. Он рассчитывал, что преподаватель спит (три часа ночи). Но дверь все же открылась. Даже не глядя на хозяина, Дима поспешил войти. Развернувшись к двери, он замер не в состоянии сказать то, что собирался. Перед ним стоял профессор Лимпфон.

- Профессор?.. - слизеринец в непонимании посмотрел на халат в маленьких сопящих львятах.

- Дима, а ведь студентам запрещено разгуливать по замку в такое время.

Димы быстро выхватил палочку, но профессор сделал тоже самое. Так они стояли, рассматривая друг друга. Волосы Липмфона были растрепаны сильнее обычного, на одной руке были небольшие продольные покраснения, будто от царапин, а на второй... Дима даже сделал шаг вперед, чтобы рассмотреть колечко на безымянном пальце левой руки. С еще большим интересом он посмотрел в глаза профессору.

- Итак, зачем ты сюда пришел?

- У меня кошмары, а завтра игра. Хотел попросить у профессора Дроклова зелье для снов без сновидений.

- Думаю, я смогу тебе помочь, - Лимпфон убрал свою палочку и подошел к одной из полок. - Вот. Только не думай, что я тебя отравить хочу. Это действительно нужное зелье.

Дима с сомнением посмотрел на преподавателя, но протянутый флакон принял.

- Я все же хотел переговорить с профессором Дрокловом.

- Боюсь, он сейчас спит, а будить его я не советую.

- И все же, - Дима направился к двери спальни, но путь ему преградил Лимпфон. - Я настаиваю.

- Я тоже, - казалось его ничем не сдвинуть.

- Я завтра же расскажу профессору, что вы лазили у него в кабинете.

- Хорошо. Хорошо. Только, думаю, он удивлен не будет. Иди, - Лимпфон подтолкнул Диму к двери, поспешно закрывая ее перед его носом.

Дима отошел на расстояние нескольких метров, но в ближайшие десять минут Лимпфон так и не появился. Окончательно решая зайти сутра к Дроклову, слизеринец направился обратно в кровать.


***


- Здравствуйте! Здравствуйте! Я рад приветствовать всех на решающем матче по квиддитчу! Как всем известно: сегодня играет Гриффиндор против Слизерина. Разрыв у них не большой, так что даже небольшое преимущество может стать решающим.

Дима вслушивался в комментарии Джереми Стефолтона и ждал оглашения их выхода. Стратегия их была проста: поймать снитч, как можно быстрее, пока команда старается набрать побольше очков. Простоту задания усложнял валивший с неба снег. Таких больших снежинок уже давно никто не видел. При полете они залепляли лицо и снижали до нуля любые попытки ориентироваться.

- Принес, - к ним со всех ног бежал их отбивала.

- Отлично!

Оскар вскочил со своего места и выхватил небольшой пакет. Он быстро выудил специальные летные очки и критически их осмотрел. Довольно улыбнувшись, Оскар начал раздавать такую пару каждому.

- Теперь-то видно будет немного лучше, - капитан команды оставил себе пару и сейчас одевал. - На них наложено отталкивающее заклятие, так что протирать их не будет нужды, - он осмотрел всю команду через толстые стекла. - А теперь вперед. Уже время выхода.

- И вот команды появляются на поле! М-да, скажу я вам. Погода сегодня не летная. Вижу, что у команд уже возникла проблема. Похоже, игроки не рассчитали расстояние и получилось столкновение. Но оно быстро разрешилось с появлением на поле мистера Тимора.

- Я жду от вас по истине красивой игры!

- Гретхем Лакронельский перевернулся бы в своем родовом склепе, дойди это до его ушей! Комментатора на мыло! - по всему стадиону разнесся задорный девичий голос. - Следуя международным стандартам всех наземных, подземных, воздушных, водных и подводных магических игр, представляю вам полный состав двух команд. Гриффиндор. Ворота охраняет Девид Флотер. Лично не знакома, но, наверное, фигура не значительная. Загонщики: Стив Оувинс, Том Камистер и Питер Питерсон. Друзья не разлей вода! Немало от них натерпелся Хогвардс, да и кто знает чего еще ожидать. Питерсон, кстати, еще и капитан. Так что, Питер, покажи как надо играть! А мы пойдем дальше по списку. Отбивалы: Виктория Фопертон и Хелен Ларн. Девушки работают в паре и уже не единожды отправляли игроков-соперников поваляться в писке, в снегу и поплескаться в калюжах. Так держать девушки! Побольше бы нас таких. Оканчиваю представление команды на ловце. Дана Кловер. Только в начале этого года ее приняли в команду и она уже успела показать себя с лучшей стороны. Не одного снитча не упущено, не пропущено. Мо-ло-дец! Не буду вас томить и представлю команду соперника. Слизерин! В роли вратаря у нас Бред Симусент. Я не зря использовала словосочетание "в роли", так как вратарь из него, скажу вам по секрету, не очень. Но он лучший вратарь из Слизеринцев! Был бы кандидат получше, уже б давно поменяли. Загонщики: Джим Скримжер, Кейт Варсон и Джуди Лернис. Ребята устоявшиеся и хорошо сработавшиеся. Им только дай в руки квоффл и вратарь становиться секундной помехой. Отбивалы: Оскар Шильстон и Мелани Петрон. Поговаривают, что их соединяют не только биты и бладжеры, но это к матчу не относиться! Оскар - капитан команды Слизерина, если кто еще не знает. И, наконец, ловец! Зачисленный только в этом году и мгновенно принятый в команду. Четыре года назад вошедший в магический спорт, через драконобол, звезда Тибидохса в общении с огнедышащими драконами, фигура номер один в Министерском отделе Тайн и единственный с кем я знакома не по сухим выдержкам из файлов - Дмитрий Загорный!

Дима лишь закатил глаза и поднял руку с перстнем, выпуская строенную зеленую искру. Она быстро разрослась, разделилась и взмыла ввысь. В снежном небе ярким зеленым светом очертился выворачивающийся дракон. Не успели зрители удивиться и налюбоваться, как в пару к нему добавился зеркальный красный дракон. Животные пришли в движение, пытаясь схватить друг друга зубами, хлопая крыльями и взмахивая хвостами. В конце они замерли и засверкали, став собранием зеленых и красных искр. И прямо в это облако искр, влетела фигура на рычащем устройстве, разгоняя двух таюших драконов.

- Сегодня матч будут комментировать двое: Дрежеми Стефолтон, который, очевидно, делает это из любви к игре, и я - Катерина Гребнова - игровой комментатор магических игр международного уровня, которой это не просто нравиться, а она этим живет!

Девушка сделала круг по стадиону и взмыла над центром круга, в который были выстроены игроки. Она величественно восседала на небольшом пылесосе самой новой игровой модели - "Поймай, если сможешь-7". Катя гордилась этой маленькой прелестью и заправляла ее только отборной русалочьей чешуей с примесью перхоти барабашек, которой сейчас немного присыпало Мистера Тимора под ней. Изящно перебросив ноги на правую сторону, она уперлась одной рукой в блестящий синий корпус, а в другой держала трубу. Высокие сапоги по колено и кожаные перчатки по локоть, утепленные игральные шорты, свитер с эмблемой Международного общества магических игр и длинный темный плащ, развевающийся на легком ветерке. Длинные русые волосы стянуты в тугой хвост, глаза скрыты за всевидящими очками, в ухе наушник, возле рта серебряный микрофон.

- Джем, что же ты замолчал? На играх ты поразговорчивей был. Тут такая красивая девушка к тебе в напарницы по делу пожаловала, а ты даже разговор поддержать не можешь.

- А мы продолжаем!

- Мы не продолжаем, а зависли на месте. Полагаю, пора и мячи выпускать. Игра сама по себе не начнется. Я правильно говорю, Мистер Тимор?

- И мячи, наконец, выпущены! Квоффл перехватывает Питерсон!

- Вот так молодец! А все остальные пока занимают выгодные позиции. Вратари начинают разминаться, так как они порядком долго ждут. Снитч пропадает в неизвестности, даже я не могу увидеть его из-за валящегося снега.

- Он делает пас Тому. Том пасует Стиву и они втроем устремляются к кольцу.

- Бред, если что, Питер любит бросать в левое кольцо.

- Пас Питеру и первый гол. Гриффиндор открывает счет! 10:00 в пользу Гриффиндора!

- Бред, я же говорила, ну да ничего. То, что не понял на лекции, поймешь на экзамене.

- Симусент пасует Варсон. Она делает резкий ход вниз, избегая столкновения с бладжером.

- Кейт делает пас Джуди, а Джуди быстро перебрасывает квоффл Джиму. Девушки обходят Оувинса, а Джим дает ему прямой пас. Я бы поразилась, не поймай Стив его. Он его ловит, но потом мгновенно получает им по спине и падает с метлы. Голову дам на отсечение, что это Дима привез в эту туманную страну технологию заговоренного паса. Джим снова хватает квоффл и, подлетая почти вплотную, пасует появившемуся снизу Питеру. Ого! Питерсон расколдовывает квоффл! Неужто в команде появилась утечка информации? Ой, а на трибунах потасовка.

- Мерлин, если меня не подвело зрение, то профессор Липфон получил заклинание Далорвал от профессора Дроклова. Неужели декан Слизерина нашел "утечку"?..

- Милые бранятся - только тешатся. Похоже, профессор Лимпфон не увидит окончание матча.

- Питер пасует Тому.

- Но лишь двадцать сантиметров разделяет его и квоффл, когда Тома сбивает бладжер так удачно отправленный Мелани.

- Квоффл перехватывает Скримжер и пасует Лернис.

- А пока девушки показывают парням, как нужно играть, обратим внимание на другой конец поля. Я не могу понять, но Дана там носиться из стороны в сторону. Дима висит чуть ближе к центру и пытается высмотреть снитч. Я его тоже не вижу, но ему виднее. Ловец тут он, а не я.

- Гол. 10:10.

- Девид пасует Питеру, но Кейт перехватывает квоффл и снова забрасывает его в кольцо. 20:10 в пользу Слизерина.

- Слушай, Катерина! Ты за кого болеешь?

- Я и все мои друзья здоровы, так что не за кого. А если ты о игре, то предлагаю тебе обсудить это в более уединенном месте!..

Дима висел в воздухе, пытаясь найти снитч, и старался вслушиваться в коментарии Кати. Сначала он не верил, что это действительно она. Но с каждой новой фразой разубеждался в этом все больше и больше. Его товарищ по команде, лучший друг в лице девушки, первая любовь теперь снова с ним. Но почему? Зачем?

Снег валил не по-детски. С начала матча, казалось, прошел только час, а сугробы увеличились в два с половиной раза. Видимость ухудшалась, так что комментаторские обязанности почти полностью перешли к Кате, которая специально находилась в самой гуще событий, не забывая поддерживать разговор со Стефолтоном. Пару раз бладжеры ударяли не того, а игроки чуть не сталкивались друг с другом. Все обошлось и игра продолжалась с переменным успехом команд. Загонщики, только через раз угадывавшие чужие заговоренные пасы, то и дело валялись в снегу. Вскоре на них столько налипло снега, что они и летать медленней стали, значительно облегчив работу отбивалам. Так счет остановился на 90:60 в пользу Гриффиндора.

- Какие-то вы медленные уже.

- Гол?

- Гол, Джем. Гол в ворота Гриффиндора. 90:70 в пользу Гриффиндора.

Комментаторы разом замолчали.

- Катерина?

- Да тут ничего интересного. Питер сделал пас Тому, но тот не успел перехватить квоффл. Дима, Дана, мы ждем от вас действий.

Действий было ждать неоткуда. Дима уже час даже мельком не видел снитч. Его даже посетила мысль, что маленький золотистый мячик где-то спрятался от такой погоды. Дана летала у своих колец, надеясь там что-то увидеть. Висеть на месте тоже было не лучшей идеей. Какой бы утепленной не была эта форма, холод начинал пробираться под нее. Стряхнув нападавший на него снег, Дима решил сделать круг по полю. Дана никак не отреагировала на его движение, так как Катя на все поле попросила ловцов ускорить поиски.

Пролетая возле места действий загонщиков и отбивал, Диме показалось, что он увидел что-то золотистое. Слизеринец устремился за вспышкой и оказался как раз между Оувинсом и Камистером. Только благодаря шестому чувству он ощутил летящий в него мяч.

- Леос-зафиндилеос, - наугад ляпнул он и оказался прав.

Квоффл лег к нему в руки, и он в замешательстве смотрел на красный увесистый мяч.

- Диме захотелось присоединиться к игре! - Катя мгновенно появилось в двух метрах от него. - Он удачно перехватил пас Стива Тому и теперь думает, что с ним делать. Нарушение тут нет, но если ты попытаешься забросить его в кольцо... Дима, не веси без дела. Хелен вон уже целиться в тебя!

Плюнув на квоффл, Дима сделал резкий ход под Питерсона и передал обычный пас Джуди. На мгновение он поднял глаза вверх и увидел искомое. Снич оказался подлой вещью. Питерсон неудачно сел на заднюю часть своей формы, которая от этого сложилась в подобии сочка. Снитч умостился в этом пространстве, где его ни снег не доставал, ни игроки не замечали. Ускорив ход, Дима нагнал Питера и поравнялся с ним. Именно в этот момент Кейт забила еще один гол и все ожидали действия Девида.

- Дима, за мной соскучился? - Питер мгновенно заметил направлявшегося за ним слизеринца.

- Не за тобой, - не теряя времени, Дима схватил Питера за форму и встряхнул.

- Что ты?.. - Питерсон схватил его за руку и притянул ближе.

- Вот он! - снитч выпорхнул из-под формы. - Пусти!

Питер улыбнулся, быстро соединил их холодные губы и полетел на перехват квоффла.

- О, что мы видим! Тут такие страсти разворачиваются! Жаль, что вы, дорогие зрители, не могли этого видеть... - Катя игриво подмигнула Диме и умчалась вперед.

- Что там, Катерина?

- Это личное. Если ты еще не знаешь, то твой друг тебе сам все расскажет.

- Питер?

- Значит, ты уже знаешь. А тут у нас еще один гол. Джуди сравняла счет 90:90.

Дима бросил быстрый взгляд на удаляющуюся подругу и устремился вперед. Снитч он сумел отыскать. Теперь осталось не упустить. Золотой мячик проворно уворачивался от снежинок, стараясь найти себе новое убежище.

- Не могу в это поверить! Снитч - мяч непредсказуемый. Вместо того, чтобы летать с такой-то скоростью, он предпочел спрятаться под одеждой одного из игроков! Дана, ты как раз хорошо сообразила осмотреться. Дима вон уже нагоняет снитч.

- Загорный заметил снитч?

- А я о чем? Он его не только заметил, но и поймать старается. Ой, а ведь я говорю о прошлом. Он ПЫТАЛСЯ его поймать. Дима уже поймал снитч. Слизерин побеждает со счетом 240:90!

- Победа за Слизерином.

- Домашний кубок по квиддитчу в этом году достается Слизерину! Хип-хип-хорей!

Катя подлетела к ликующему Диме, обняла его, отключила микрофон и схватила за грудки.

- Почему не пишешь, гадость ты шальная? - она быстро поцеловала его в губы.

Дима тоже взял ее за грудки и ответил поцелуем.

- Взаимно!

Девушка расхохоталась. Они разом отпустили друг друга и начали делать сальто назад с оборотом. Уже головой вниз, соединив руки, двое друзей устремились к земле. Это был не вертикальный полет - спаренное падение. Пылесос под Катей гудел, но взлететь сам по себе он бы не смог. Они падали и улыбались друг другу, словно двое сумасшедших. Земля приближалась, а они по-прежнему не расцепляли рук. Уже никакой сугроб б не сумел смягчить такое падение. Лишь когда до поверхности снега оставалось метра два, они расцепили руки и резко вывернули свои полетные приспособления. Когда их ноги зачерпнули снег, оба выпустили строенные искры: Дима зеленые, Катя - красные. Искристые драконы следовали за ними в разные концы поля. В воздухе в одно мгновение уменьшилось снега, взамен опуская на землю темноту. Все вскинули головы и увидели огромного очень темно фиолетового дракона, выпускавшего огненные залпы. Два искристых дракона соединились в тени своего настоящего сородича и распались мелким дождем.

- Уважаемый Хогвардс, а вот собственно и главная причина, по которой я, Магистер Карнуельский и Шульстих Вар здесь. Познакомтесь с Лаувралом!

То ли на звук своего имени, то ли просто так совпало, дракон ответил величественным рыком.


## Глава 30. Заслуженое празднование


- Тост за команду Слизерина. За этих ребят и девчонок, благодаря которым мы сейчас отмечаем победу!

- Ура!

Катя чокнулась со всеми, до кого смогла дотянуться, и залпом выпела содержимое своего бокала. После она плюхнулась на диван между двумя семикурсниками и, хлопая пышными ресницами, попросила налить себе еще. Специально для праздничной вечеринки она преобразилась: меховые шорты сменила мини юбка, свитер - облегающая кофточка с драконом, плащ - на мантию, а волосы она распустила и сейчас они объемными локонами лежали на диване и на правом семикурснике. Девушка казалась уже хорошо под градусом и то и дело провозглашала новый тост. Поскольку все детали по поводу транспортировка и обустраивания дракона были решены, ей было разрешено провести время, где пожелается. Для их делегации, состоящей из трех глав и десяти сопровождающих магов, была выделена Гостевая башня. Лично Дима не знал о наличии такой. Винс в ответ только пожал плечами.

Гуляние шло полным ходом. Младшие курсы были заранее отправлены спать (от греха подальше). Некоторые студенты сами разошлись, но основное количество осталось праздновать. Слизеринцы хорошо "омыли" полученный кубок. Налив внутрь вина, каждый из членов команды сделал по глотку, ну а дальше все желающие.

Музыка внезапно затихла. Все, некоторые со значительным опозданием, посмотрели на вход в гостиную. Профессор Дроклов стоял и осматривал все происходящее со скрещенными руками на груди. Потом он улыбнулся и в его руке появился красивый бокал с вином.

- Выпьем же за лишнее доказательство превосходства Слизерина над Гриффиндором! - профессор направился вглубь зала, чокаясь со всеми, кто подставлял свои бокалы. - Музыку, - Дроклов осушил свой бокал и разбил его о каменный пол (стекло почти сразу растаяло).

Веселье продолжилось, хоть и с большей осторожностью, но с меньшим опасением. Профессор жестом поманил к себе Катю и отошел в сторону.

- Хотел только спросить: насколько ваша делегация тут задержится?

- Завтра мы собираемся осмотреть место, отведеное под строительство стадиона для драконобола, - "алкогольное опьянение" девушки как рукой сняло. - Мы вообще планировали отбыть после обеда.

- До обеда, значит... - Дроклов потер подбородок что-то прикидывая. - Ладно. Хотел только напомнить, что пребывание в чужих спальнях после отбоя не желательно.

- А Диму одолжить можно? Похоже, его комнату освободят не скоро.

- Это как понимать?

- Его сокомнатник - Винс Маклакенс, находясь уже не в трезвом состоянии, уединился там с загонщиком команды соперника - Стивом Оувинсом. Предположительное время их "занятости" - вся ночь.

- М-да, - Дроклов облокотился плечом на стену. - Тогда, если Дима согласен. Я даю разрешение на эту вылазку.

- Здорово! - девушка улыбнулась и подняла левую руку профессора на уровне своих глаз. - Амортан, - она всмотрелась в сверкающий изнутри небольшой камушек в золотом обрамлении кольца, - теперь я понимаю, кого вы поразили заклятием на трибуне во время матча.

Дроклов удивился просвещенности девушки и поспешил убрать руку.

- Он это заслужил!.. - развернувшись, декан покинул гостиную своего факультета.


***


Дима лично убедился в наличии Гостевой башни. И она было гостевой в полном смысле этого слова. Комнаты, открытые двери которых они проходи, были очень разнообразными. От сдержанных традиций английского стиля до экзотических задумок тропиков. Диме даже показалось, что он видел промелькнувший хвост крокодила. Комната Кати была выдержана в восточных традициях: широкая низкая кровать, застеленная розовым шелком, прозрачный балдахин, который собирался сверху в одной точке, создавая подобия шатра, пол, застеленый плетеными коврами, стены расписаные письменами и иллюстрированые разными животными, небольшой камин, огражденный решеткой, и низкий стеклянный столик с подушками вместо стульев. Как Дима подметил: шкафа тут не было. Катя посмеялась и, подойдя к одной стене, открыла дверцы встроенного шкафчика.

- Может тут и потайной ход есть?

- На счет хода не знаю, но ванная скрыта за изображением тигра, - Катя подошла к столику и взяла маленький колокольчик. С мелодичным звоном в комнате появился эльф. - Принесите чаю и пирожных, - поклонившись, слуга пропал. - М-да. Задержись я там еще на дольше - проснулась бы непонятно где, - девушка села на одну из подушек и через секунду появился эльф с подносом. - Спасибо, - Катя обворожительно улыбнулась растаявшему эльфу и начала разливать чай.

Дима сел напротив. Он прекрасно знал, что Катя только казалось пьяной. Ей всегда становилось весело, когда люди вокруг начинали терять трезвость взгляда. Флирт был ее обычной манерой общение. Она бы ни за что не разделила постель с первым встречным. Девушка она была серьезноя, хотя немного ветряная. В Тибидохсе она комментировала матчи, хотела сделать это своей профессией, но Дима не представлял, что всего за полгода, Катя достигнет таких вершин.

- Давай пей, если не хочешь завтра проснуться с чашей осколков вместо головы, - девушка откусила пирожного и замычала от удовольствия. - Какая вкуснотище! Надо будет зачастить к вам с визитами!..

Дима хмыкнул и отпил чай. Хорошо все-таки иметь девушку в друзьях. Теперь завтра (сегодня?) сутра у него не будет нужды вспоминать опохмеляющее заклинание. Благо не только то, что она утянула его с этой вечеринки, но и заранее договорилась с профессором Дрокловым о его пребывании тут. Стив, конечно, сделал некорректно, отрывая пьяного Винса от компании и унося его в их комнату. "Нужно будет потом сказать им пару ласковых по этому поводу..." - Дима тоже взял пирожное, но откусить его не удалось. В дверь настойчиво постучали. У слизеринца появилось странно чувство дэжавю. Катя быстро поднялась со своего места и направилась к двери.

- Скажи честно, а что у тебя с Питером?

- Ты весь Хогвардс изучила?

- Должен же комментатор знать команду, - она лишь довольно улыбнулась. - Так что у тебя с ним?

- Я даже не знаю...

Загадочная улыбка захватила ее губы и глаза. Катя быстро подошла к немного дрожащей под стуком с той стороны двери и резко открыла ее.

- Привет, Питер! - она обхватила его за шею и впилась в губы. - Пока, Питер! - девушка быстро отстранилась и захлопнула дверь прямо перед носом ошарашенного Питерсона.

Щелкнув пальцами, Катя подошла и села на свое место.

- Думаю, я ясно дала ему понять, что на этот вечер ты - мой. Теперь для него этой двери нет.

Дима представил, как Питер удивленно смотрит на гладкую стену, где секунду назад была дверь. Слизеринцу даже на мгновение стало его жаль.

- Наверное, у него на меня какой-то искатель. Когда Паша приезжал на перекрестное обучение, Питер непонятно каким образом нас отыскал.

- Паша приезжал?

- Да, он поступил в магспирантуру Тибидохса.

- Вот шустрый! И ничего мне не сказал.

- Да ты сама хоть кому-то про свои достижения рассказывала?

- Конечно!

- Как-то не убедительно это прозвучало, - Дима вовремя увернулся от пролетевшей мимо ложки и схватил подушку рядом с собой.

Катя подскочила на ноги, сжимая две подушки. Ее счастливая, но подлая, улыбка говорила, что поспать им удастся, если только они внезапно отключаться. Всячески поддерживая такую инициативу, Дима доел последнее пирожное и тоже поднялся на ноги.


***


Питер неистовал возле гладкой каменой стены. "Как можно?!" - он попытался постучать, но под рукой был камень. Чертыхнувшись, он достал карту Мародеров и снова отыскал эту комнату. Само наличие на карте башни, о которой Питер за пять лет обучения, и слова не слышал, говорило, что создатели этой карты отлично изучили Хогвардский замок. Две пары отпечатков "Дмитрий Загорный" и "Екатерина Гребнова" носились по комнате на расстоянии ногтя от "Питера Питерсона". Было необычайно обидно. Лучше бы вместо этой наглой девчонки, его "поприветствовал" Дима. Два отпечатка замерли в глубине комнаты и пока больше не шевелились. Понадеявшись, что они не будут делать ничего выходящего за узкие рамки дружбы, Питер направился в свою гостиную. Поддавшись бушующей в нем злости, он снял по десять очков с третьекурсников Рейвенкло, которые так некстати шатались по темным коридорам. Проходя мимо больничного крыла, он застал выходящего оттуда профессора Лимпфона. Вид у него был значительно хуже обычного. Бледный, он не очень ровно стоял на ногах. Питер даже подумал, что такая жертва не оправдалась. Их команда хоть и получила формулу амулетов для заговоренных пасов, уравнивая шансы команд, но ловец не поймала снич, а загонщики не набрали достаточное число очков для покрытия такой разницы.

- Профессор, вам уже лучше?

Лимпфон встрепенулся, будто он ждал нападения сзади. Хотя, наверное, не ожидал никого встретить, по тому так и среагировал.

- А, это ты Питер. Да, уже лучше. Хотя, сказать по правде, я ожидал чего-то подобного.

- Ожидали? И сознательно на это шли?

- Я хотел уровнять наши шансы на победу. А чего ожидать от Гектора я знал.

- Профессор, а как вам удалось узнать метод создания амулетов?

- Спросил. Гектор мне все так хорошо показал, сделал один при мне, дал подержать, вот только заряжал их Дима. Пришлось обратиться к моим зарубежным друзьям за помощью.

- Но нам это не особо помогло, а вам так навредило.

- Посплю и завтра все пройдет. А Гектор сам придет просить прощение.

Последняя фраза заставила Питера подумать, что его декану заклинание повредило не только физически. Не мог гордый и почти вечно хмурый профессор Дроклов прийти просить прощение у человека, который уже какой-то год портит ему жизнь. "Хотя... в последнее время эти двое себя очень странно ведут. Том рассказывал, что видел Лимпфона в Хогвардс-экспрессе, когда они возвращались в школу. И Хелен говорила, что он уехал сразу после Рождества...". Питер снова осмотрел Лимпфона и только сейчас заметил тонкое золотое кольцо на безымянном пальце левой руки.

- Профессор, вы обручились?

- Да. Давно хотел, но никак шанс не подворачивался, - Лимпфон весело улыбнулся и посмотрел на кольцо. - Иди отсыпайся. Я хочу, чтобы хоть кого-то с моего факультета взяли в команду по драконоболу.

- А вы придете посмотреть?

- На этот отбор придут смотреть все.


***


- Дима, я вижу, что ты уже не спишь! Подъем!

Слизеринец мог только гадать, почему в Тибидохсе к Кате никого не подселяли. Они легли в часов шесть. И как ее голос может быть таким бодрым?!

- Вставай! - с этими словами, она спихнула парня с кровати.

- Как можно?!

- Как нужно! Уже полвосьмого.

- Надеюсь, вечера?

- Утра!

- Так зачем же так рано меня поднимать?!

Дима вскочил на ноги и осмотрел комнату. Если бы он не помнил вчерашних событий, то подумал, что тут прошелся ураган. А может он просто этого не помнит?..

- В девять часов начнется отбор в команду по драконоболу.

- Только не говори, что хочешь туда пройти?

- Я хочу на это посмотреть. И тебе советую. Противника нужно знать в лицо! - она встала на кровати в полный рост и устремила свой решительный взор вдаль.

- А кто тебе сказал, что я буду играть за Тибидохс? Я же выпустился оттуда.

- Вот приглашение, - Катя протянула ему письмо. - Ради этой игры Тибидохс может собрать свой прежний состав. Хогвардсу же позволено приглашать кого-угодно и использовать любые методы для подготовки. У тебя есть два варианта: принять приглашение или не участвовать.

- А почему я не могу выступить за Хогвардс? Я, в конце концов, тут учусь.

- Даже если отбросить все моральные и территориальные принципы, ты не пойдешь против Огненного. Ты его слишком любишь, чтобы предать драконье доверие и бросить ему в глотку мяч. Думаешь, я не знала, что Огненного переправляли к вам? Просто тогда я была слишком занята с подводным многоборством, чтобы прислать тебе весточку.

А ведь Катя говорила правду. Она полночи рассказывала, как ей приходилось вертеться, чтобы заполучить место в Обществе магических игр. С интересом слушала про прошлый семестр в Хогвардсе, Димины приключения и особенности английских магов. Они оба очень изменились за эти полгода, но остались собой. Катя по прежнему ставит карьеру выше личной жизни, а Дима не забыл драконобол и свою любовь к драконам (в частности Огонька).

- Идем.

- Отлично! У тебя есть пять минут, чтобы привести себя в порядок. Я еще хочу попасть на завтрак.

Дима обреченно поплелся в ванную, зная, что Катя уже давно готова и долго ждать не будет.

Когда от выделенного Диме времени оставалось полминуты, в дверь аккуратно постучали. Катя отворила дверь и увидела высокого темноволосого парня в мантии с гербом Гриффиндора.

- Простите за беспокойство, мисс Гребнова. Меня зовут Бред Тогерти. Я, как и вы, прихожусь Диме другом.

- Тогда будем знакомы, Бред, - она подала руку. - Катерина. Можно - Катя.

- Приятно познакомиться, Катя, - Бред взял руку девушки в свою и, нагнувшись, поцеловал.

- О, - Дима появился из ванной. - Бред, привет. Ко мне или к Кате пожаловал?

- К Кате, поскольку, ты у нее.

- Я тебя слушаю, - Дима стал возле Кати, но девушка быстра начала выпихивать его из комнаты.

- Идем.

- Я хотел сказать, что даже если ты на матче по драконоболу примешь сторону Тибидохса, это никак не повлияет на нашу дружбу.

Диму словно током пронзило. Он ведь сам не подумал, что таким образом переходит "в лагерь противника". Может, ему было б лучше не играть?

- И не стоит тебе отказываться от участия.

Дима уже который раз подумал: "а он случайно мысли мои не читает?".

- А ты будешь пробоваться в команду по драконоболу? - Катя встала между парнями, беря их под руки.

- Я об этом не думал, - Бред изобразил задумчивость. - Возможно, стоит.

- Если пройдешь, то в мае я буду вас комментировать.

На удивление в Большом зале было очень мало народу. Было ли настолько рано или все уже успели позавтракать? Подмигнув Диме, Катя позволила Бреду отвести ее к преподавательскому столу, где большая часть стульев тоже была свободна. Слизеринец сел рядом с Нэт и Синди.

- Привет, а где все?

- Ушли на поле. Хотят занять места получше.

- А ты будешь пробоваться в команду?

- Я уже в команде...

- Уже? Отлично!

- Но не Хогвардской.

Девушки замолчали и непонимающе на него посмотрели.

- То есть как?

- Меня пригласили с Тибидохскую команду. Я буду выступать за них.

- Жаль, что ты не за нас.

- Но мы все равно будем за тебя болеть.

- Только за тебя.

- Наши тоже собираются пробоваться в команду. Но, ведь, ты тоже наш.

- Так что наша поддержка тебе обеспечена.

Нэт села по другую сторону от Димы и девушки, будто по команде, обняли его. Сзади присоединились еще одни объятья за шею.

- Мы тебя любим, - пролепетала Катя, трясь о его макушку.

- И никому не отдадим.

- Особенно Питерсону, который сейчас нас испепелит.

Девушки украдкой посмотрели на застывшую у входа в зал фигуру и продолжили тисканье с еще большим рвением. Дима тоже посмотрел на Питерсона и послал ему довольную улыбку. Постояв рядом еще минуту, Том не выдержал и поволок друга на поле.

- Идем? - послышался рядом голос Тогерти.

- Идем, - мгновенно отозвалась Катя, переключаясь с Димы на Бреда.


## Глава 31. Отбор в команду


Низкий и пухленький мужичек с пышной седой кустарностью на лице, стянутый в костюм из кожи болотной саламандры, явно не его размера, поспешно раздавал указания нескольким туманным существам, в которых не многие могли узнать джинов. Катя поспешно сообщила все рядомсидящим, что это Эрнест Оукен - член Международной организации магических игр из института драконобола. Пригласили именно его потому, что сам он был родом из Ирландии и добровольно вызвался обучить "этот сырой материал" драконаболу. Катя не особо хорошо о нем отзывалась, но утверждала, что другие предложенные варианты были не лучше. Сказала еще, что Оукен собирался самостоятельно ухаживать за Лаувралом, лишь иногда прибегая к помощи джинов.

Винс, который встретил их возле входа на трибуны, поинтересовался на счет характера дракона. Рога на голове, нависающие над глазами брови, не очень длинная шея, короткие передние лапы, массивное тело, огромные крылья и длинный оканчивающийся шипами хвост говорили Диме о многом. Но просветила всех Катя. Лауврал был тяжел на подъем и взлетал медленно, был немного неуклюж на земле. Он умел хорошо обороняться и должен был быть очень агрессивным. На стадионе его не было. Дима предположил, что дракона держали в ангаре, который возвели пару дней назад.

Стадион был заполнен не хуже обычного. Отсутствовала делегация (за исключением Кати), директор и несколько преподавателей. Ученики поделились на две группы: те, кто собирались пробоваться в команду, и те, кто хотел на это посмотреть. Бред оставил их еще у входа на стадион, направившись к центру поля, где было уже порядком людей. Учеников еще за ужином предупредили, что эта игра жесткая и обещала общение с огнем в самом прямом смысле. Вирджиния сказала, что возрастных ограничений не было, но ответственность за возможные травмы нес сам студент. Наверное, именно тогда многие отказались от затеи играть в драконобол. И все же сейчас на поле было много народу.

С шестого курса Слизерина Дима и Винс были единственными присутствующим парнями. Бет сказала, что Людвиг выказал желание заняться "чем-то поинтересней". Еще не было видно Чарема, но про него никто не знал.

- Попрошу всеобщего внимания, - Ойкен касался палочкой горла, чтобы его могли слышать все. - Мы начинаем отбор. В команду требуется десять игроков, которые могут ловить мячи, умеют работать в команде и хоть как-то "общаться" с воротами. Будет три отборочных круга, по результатам которых я объявлю прошедших.

Ойкен направился на середину поля. Следом за ним плыли двое джинов с деревянным сундуком. Остановившись ровно посередине, Эрнест осмотрел стадион и, похоже, остался не очень доволен. Оно и не странно. Стадион для квиддитча был почти в два раза меньше поля для драконобола. Надо же двум драконам где-то развернуться.

- На первом этапе мы проверим вашу скорость, ловкость и возможность предугадывать. Взлетайте, - присутствующие послушно оседлали метлы. - В этом сундуке находятся пять мячей разного веса, проворности и предназначения. Их выпустят после моего сигнала. Ваша задача поймать хотя бы один из них. Если вам это удалось, спускайтесь на землю и подходите ко мне. Думаю, все предельно ясно. Итак. Выпускай.

Один из джинов послушно открыл крышку и в воздух взмыли пять мячей. Будто понимая свое положение, они мгновенно разлетелись в разные стороны. Студенты среагировали не сразу, но вскоре разделились на группы погони. Сидевшие на трибунах с интересом наблюдали за происходящим. Дима быстро высмотрел все мячи (на таком расстоянии это было легче легкого). Катя сделала тоже самое, еще она по инерции поднесла руку к лицу, намереваясь включить микрофон. Опомнившись, она глянула на друга, который улыбался досаде на ее лице.

- А вот и первый мяч, - Катя так перегнулась через перила, что Дима бросился затягивать ее назад. - Это Дана - ловец Гриффиндора. Я же говорила, что в этой девушке есть толк.

- Да. У нее Одурительный мяч.

- Это самый маленький по очкам?

- Да.

- А какие еще есть?

- Пламягасительный, Обездвижующий, Перцовый и Чихательный

- И еще двое. Их я не знаю.

- Ден Инер из Рейвенкло и Стен Рейхарн из Хаффлпафа.

Студенты подошли к Ойкену, который им что-то коротко объяснил, взмахнул палочкой и вручил листок бумаги.

Хоть Питерсон и сумел поймать мяч, но он неудачно приземлился в сугроб, чем повлек волну хихиканья. Он тоже подошел и, получив указания, направился к листку, спокойно висевшему в воздухе.

А студенты в воздухе успели немного попритихнуть. Не пойманым оставался Обездвижующий мяч, но он как-то незаметно затерялся среди летавших.

- Остался самый важный мяч - Обездвижующий. Его сложнее всего поймать. Чаще всего именно на нем заканчивается игра.

Без резких выкрутасов или уверток, на снижение пошел Бред Тогерти. Левой рукой он прижимал большой желтый мяч.

- Молодец, парень! Я даже не увидел, когда ты его заметил и схватил. Такая техника очень приветствуется в драконоболе. Иди, запишись.

Бред подошел к листку, где уже были вписаны имена его четырех предшественников. Листок делился на пять колонок: номер, имя студента, мяч, пасование и дракон. Пера не было. Все имена были написаны одинаковым почерком.

- Бред Тогерти.

На листке проступили цифры и буквы. Бреда наградили пятым номером и десятков в колонке "мяч". Ойкен поманил всех пятерых к себе и обратился к остальным.

- Сейчас повторяем то же самое. У кого не получилось помать мяч с первого раза, есть еще второй, третий и так дальше, пока я не остановлю, - Ойкен глянул на стоящих рядом студентов. - Отпускайте.

Так повторили еще семь раз, отобрав сорок студентов. Остальных попросили удалиться. Несколько настойчивых начали упрашивать дать им еще шанс. Ойкен четко объяснил, что возможностей у них было предостаточно. Поле значительно поредело, а список - удлинился. Трибуны тоже немного поредели. Видимо, некоторые посчитали, что ничего более интересного ждать не стоит.

Дима осмотрел прошедших первый этап и отметил, что лишь один загонщик Рейвенкло отсутствовал. Еще прошли все три ловца, несколько Диминых знакомых (в том числе Нельсон и Колин) и другие студенты, имена которых ни о чем особом не говорили.

- Теперь переходим ко второму этапу, - в руке Ойкена появился небольшой гладкий мяч. - Сейчас я намерен проверить ваши навыки пасования и приспособления к случайному партнеру по команде. Я разобью вас на группы, и вы будете играть друг против друга. Вашей задачей будет перехватить мяч у соперников и забросить в одно из колец. Понятно? - студенты зашумели, но четких вопросов не последовало. - Я буду называть четверки игроков. Вы подходите и становитесь по разные стороны от меня. Начнем, - он сверился со списком. - Гретхорн, Зелисир, Питерсон, Карнуоли. Играть вы будете против, - Ойкен будто высматривал там что-то особенное. - Оувинс, Картен, Шульдих и Гор.

Студенты непонимающе переглянулись, но свои места заняли. Не зря, наверное, Ойкен что-то так высматривал в списке. Все группки состояли из членов разных факультетов. Хотел ли он ситуацию "свои против своих"?

- Вот, - Эрнест взмахнул палочкой и одежда студентов окрасилась в красный и желтый. - Теперь взлетайте. Ну, что вы? Давайте. Начали!

Первым сориентировался Питерсон, который и подхватил взмывший в воздух мяч. Он быстро устремился вперед, но перед ним вырос Гор (вроде и из ниоткуда). Сбоку от него как раз появился Оувинс.

- Стив, лови! - мяч попал другу в руки, но Питер почти мгновенно сообразил. - Черт!

- Спасибо, - Стив устремился вниз, но его быстро настиг загонщик Рейвенкло - Карнуоли.

Зрелище было интересным. Игроки путались и постоянно хотели дать пас своим. На третьей паре групп игроки уже сообразили общую затею. Они пасовали временным своим, но сам процесс был вяловатым. Четвертые сыграли живо и быстро, умудрившись забросить не один мяч (как прежнее), а три подряд, не отлетая от колец. Катя выдвинула теорию, что они быстро сработались, так как команда была только из девушек. Винс фыркнул, но Дима согласно кивнул. Он видел, как девушки успели переброситься рядом реплик сразу, только их объединили в команду.

В одну из последних команд был определен Бред. Этот поединок был сыгран быстрее других, так как Тогерти мгновенно поймал мяч, устремившись к кольцу. Соперники попытались его остановить. Он ошарашил их, бросив мяч прямо в руки. Но уже на следующем пасе быстро перехватил его и поспешно забросил в кольцо. Тогерти остался доволен. Питерсон, который стоял внизу, был в шоке, не понимая: как он мог проморгать такого игрока. Поражаться было чему, так как против Бреда играли два загонщика других команд.

Наблюдая за происходящим, Ойкен постоянно сверялся со списком, что-то нашептывая. Ожидавшие студенты попытались глянуть на листок, но Эрнест быстро отправил их на место.

Все ждали, но ничего не происходило. Внезапно требуны начали вскакивать, указывая в сторону Запретного леса. Дима тоже глянул туда и мгновенно вскочил на ноги. В сторону поля джины вели Лауврала в тугом наморднике. Дракон постоянно рвался взлететь, но цепи держали крепко. Предположение, что стадион был малым для такой махины оправдался. Лауврал взмахнул крыльями, перелетел ограждение (раньше его не было, ведь так?) и опустился на снег. Ойкен отвел студентов к сидениям у самых стен (а этих точно не было) и дал сигнал джинам. Туманные существа, не удерживавшие дракона, начали какой-то заурядный танец, который окончился их сходом в плотный круг. Катя объяснила, что таким образом они воздвинули невидимую стену в виде "крыши", чтобы Лауврал не улетел, и оградили ту часть, где находились студенты.

- Дракон - неотъемлемая часть драконобола. Ворота. В игре вашей целью является забросить как можно больше мячей в пасть дракона. И если вы считаете, что не сможете этого сделать, или боитесь, - джины сняли цепи и намордник, что повлекло оглушительный рев Лаурвала и его попытку проглотить туманных джинов, - то лучше уйдите сейчас и не тратьте мое время.

Секунд десять ничего не происходило, но потом студентов шесть стремительно направились к выходу. Первой стал ловец Рейвенкло, кто и запустил механизм. Лауврал снова пронзительно зарычал - еще одна девушка поспешила убраться. Другие оказались более стойкими, хотя на дракона поглядывали с опаской. Были и такие, что смотрели на огромного ящура с интересом и без страха.

- Теперь, - Ойкен специально дождался, пока все отказавшиеся уйдут, - вы будете выходить по одному. Вот мячи, - со взмахом палочки у его ног появилась корзина. - Они не производят никакого эффекта на дракона при взрыве. Если после броска увидите яркую вспышку, значит, вы достигли цели, - Ойкен взял мяч и бросил его Камистеру, стоявшему ближе всех. - Начинайте. Вы можете использовать любые методы и увертки. Пока это позволительно. Только учтите, что когти, шипы, рога у дракона не просто так. Более того: он огнедышащий. Сейчас на нем намордник, который значительно понижает градус пламени. Максимум: вы получите сильные ожоги. Все понятно?

- Стараться попасть ему в пасть?

- Не стараться, а попасть. Другие вопросы? - молчание. - Хорошо. Камистер, начинайте.

Это было интересней всего прочего. Не зря они так долго торчали на стадионе. Трибуны воодушевились и начали болеть за своих сокурсников. Выкрикивали их имена, давали указания и даже старались отвлечь дракона. Но Лауврал решил по иному.

Том выступил не плохо. Он сумел подлететь к морде дракона, но был сбит порывам ветра от внезапного взмаха крыльев. Гриффиндорец хотел снова попробовать, но Ойкен его отозвал, дав понять, что у каждого лишь одна попытка. Другие старались но получилось не на много лучше. Лауврал отмахивался от студентов, будто от надоедливых мух. Но ученики не отступали. Они старались одурачить дракона, подлетая с разных сторон, подкрадываясь сзади и пикируя сверху. Некоторым удавалось достичь результата Тома. Но большинство так и не смогли приблизиться к "воротам" на длину броска. Один студент был настолько неосторожен, что попал под передние лапы дракона. Травма была незначительной (продольная царапина), но Ойкен настоял на посещении медсестры.

С каждой новой неудачей студенты начинали сомневаться в возможность закинуть мяч дракону в пасть. Бред (специально, что ли?) был последним, кому предстояло встретиться с Лаувралом один на один. Он оседлал метлу, взял мяч и начал стремительно кружить вокруг дракона. Змей сначала старался схватить назойливого игрока зубами, но быстро потерял его из виду. Тогерти подловил момент и направился к цели вдоль хребта дракона. Но Лауврал был не прост. Он успел заметить Бреда и, в момент броска, выпустил струю пламени. Трибуны замерли. Зрелище было неожиданное, так как до этого дракон не пременял огонь. Мяч сгорел во мгновение ока, не оставляя и следа. Гриффиндорцу удалось уйти в сторону и избежать ожогов.

На стадион опустилось молчание. Никто так и не смог забросить мяч. Студенты на поле переминались с ноги на ногу, чувствуя себя пораженными. А, может, эта задача вообще была невыполнима?

- Ну да. Мы не смогли забросить ни одного мяча, так как у нас была только одна попытка и нулевой опыт в общении с драконом!

- Вы хотите второй круг, Крут?

- Нет. Я хочу увидеть, как это делают "профессионалы". Загорный, покажи нам как это делается! Ты так много рассказывал про драконобол и твои подвиги. Так покажи: на что ты способен!

- Да! - большая часть парней на стадионе поддержали этот призыв.

При звуке своего имени, Дима был немало удивлен. Ну, рассказывал он про драконобол, но только Винсу, Бреду и старостам. Неужели последние так быстро разнесли его слова своим сокурсникам? Как не бывать, но про "свои подвиги" он не рассказывал старостам. Подслушивал ли их кто-то или сами все придумали?

Стадион с нарастающей силой поддерживал призыв: "Загорный". Дима глянул на сидящих рядом. Винс с интересом наблюдал, сокурсницы с благоговением его разглядывали, а Катя лишь губами поддерживала скандирующих.

- Покажи им на что ты способен, - тихо прошептала она.

Дима с сомнением смотрел на подругу, задавая немой вопрос: "А стоит ли?". Катя кивнула и вскочила на ноги, аплодируя и вопя. Ее мгновенно поддержали сидящие рядом. Решение было принято и без него. Дима довольно вздохнул и поднялся, пробираясь к ступенькам. На удивление остальных, он не собирался спускаться по ступенькам. Дима быстро достал палочку, прошептав: "Асио метла", и направился к краю трибуны. Мгновение и он спрыгнул с перил вниз, где его уже поджидало средство передвижение.

Поскольку на стадион наложили купол, Дима, следуя ранешнему наблюдению, глазами отмерял середину и спикировал вниз. Дырка в преграде была на прежнем месте. Этим он удивил не многих (многие и про купол-то не знали), но оставил с открытыми ртами стоявших на снегу студентов и Ойкена. Подлетев к импровизированной ложе, Дима слез с метлы и подошел к Эрнесту. Мужчина стоял молча, держа в руках мяч.

- Я уже вижу, что ты отдаешь отчет своим действиям.

- Позволите? - Дима немного раздвинул руки и поймал брошенный мяч. Покрутив его, слизеринец быстро снял мантию и бросил ее Бреду. Дима предпочел бы получить еще перчатки, но их неоткуда взять. Окинув стоявших взглядом (выражения их лиц стоили всего этого), он развернулся и снова запрыгнул на метлу.

Лауврал вел себя спокойно, полностью осознавая намеренья парня. Это усложняло ситуацию. Но вариантов не осталось. Придется идти напролом. Дима подлетел ближе и завис на уровне глаз дракона. Два большие золотые блюда, рассеченными сужеными зрачками. Загорный довольно улыбнулся и устремился вперед. Он резко свернул перед самым носом Лауврала, уходя вправо. Дракон ринулся за ним. Фактически, действиями Дима повторял Бреда. Он тоже мельтешил у морды дракона, всячески раздразнивая его. Парень пролетел вдоль хребта Лауврала, стараясь попасть в зону его виденья. Вылетел вперед и резко спикировал вниз, избегая потока пламени. Пролетев между когтистых лап, Дима устремился вверх к драконьей пасти. Лауврал, только выпустивший огонь, набирал воздух для возможного нового залпа. Этим слизеринец и воспользовался, бросая мяч. Вспышка синего.

- Молодец парень, - Ойкен вышел немного вперед. - Один ты работаешь хорошо. Но как на счет соперников? Питерсон, Оувинс, Камистер, не дайте Загорному забросить еще один мяч, - Эрнест сильным броском отправил мяч Диме и поторопил гриффиндорцев жестом.

Возможно, в этом списке было что-то еще. Неспроста Ойкен вызвал трех загонщиков одной команды. Дима с интересом смотрел на оглядывающихся назад гриффиндорцев. Питерсон еще глянул на Диму, улыбаясь, пожимая плечами: "Я это делая только по указанию". "Оправдывается", - весело подумал Загорный, стараясь оценить ситуацию. Трое против одного и недоброжелательно настроенный дракон. Веселья не прибавилось. Ойкен же говорил, что они могут использовать любые методы?

Дима вытащил платок и подбросило его в воздух, отлетая на пару метров. Искра и белая ткань растянулась до размеров простыни, покрывшись красными кружками. Гриффиндорцы замерли в недоумении, но быстро сориентировались, услышав пронзительный рев. Лауврал, как Дима и надеялся, увидел ненавистную расцветку. Дракон рванул вперед, выпуская струю пламени. Том не успел вовремя убраться и ему немного подожгли метлу. "Соперники" бросились в рассыпную. Простыня было сожжена, а Дима как раз получил возможность забросить мяч во все еще открытую пасть. Еще одна вспышка синего.

- Молодец, парень! - Ойкен направился к снижающемуся Диме. - Почему ты не принял участие в отборе? Я прямо сейчас готов зачислить тебя в команду!

- Вы уж простите, но я буду играть за Тибидохс.

- Тогда понятно: откуда у тебя навыки, - Ойкен пожал Диме руку и обратился к остальным. - Теперь вы видите: на что способен один игрок команды, с которой вам предстоит встретиться. Завтра я объявлю результаты отбора и мы начнем усиленные тренировки, - Эрнест взял список и направился к выходу, этим показывая, что отбор окончен.

- Молодец, Дима, - Бред протянул другу мантию, в которую слизеринец с удовольствием завернулся. Февраль-месяц на дворе.

- Загорный, - Дима обернулся и увидел парня, который и позвал его на поле. - Если ты не за нас, значит, ты - против нас!


## Глава 32. Выбор наугад


Для Димы началось самое худшее. Заявление о вступлении в команду соперника разнеслось с молниеносной скоростью. Слова Крута, студента седьмого курса Хаффлпаф, стали почти лозунгом. Если раньше Диму воспринимали как нечто окруженное тайнами, то теперь к этому прибавился вражеский окрас. Значительное большинство учащихся встали на сторону хаффлпафца, который возглавил негласное недружелюбное ополчение. На сторону своего сокурсника встали слизеринцы, хотя некоторые и не поддерживали его стремлений. Возможно, они поступили именно так из-за того, что никто с их факультета не прошел в команду. Вероятность была шесть к сорока, но она не оправдалась. А вот Крут прошел. В списке он числился одним из последних, но все же числился. Факультет поддержал своего товарища, но все-таки предпочел без нужды с ним не общаться (но в каком-либо споре - Загорный и только он). У Димы появился круг сторонников, которые прекрасно понимали его действия и даже стали дружнее чем раньше. В их число вошли шестикурсники Слизерина, некоторые промежуточные знакомые с других курсов, игроки по команде квиддича, Бред Тогерти и, как не странно, шестикурсники Гриффиндора. Последние о своем отношении прямо не заявляли, но не теряли возможности переброситься парой тройкой фраз при случае.

Как Ойкен и обещал, результаты отбора в команду были вывешены на следующее утро. Первым в списке числился Бред Тогерти (Дима порадовался за друга, но запоздало сообразил, что теперь они стали соперниками). За ним шли Питерсон, Камистер и Оувинс. Слаженая работа этих трех гриффиндорцев не скрылась и от Ойкена (или его списка?). После были записаны ловец Рейвенкло - Шарлота Диргони, два загонщика Хаффлпафа - Натали Ройсен и Сильвиа Крентон, рейвенкловцы Дин Тернет и Карл Варол. Последним был Файтон Крут.

За завтраком было много разговоров и веселья. Студенты поздравляли вошедших в команду и успокаивали непрошедших. Слизеринский стол сидел, как ни в чем не бывало. Еще вчера у них в гостиной произошли скромные разборки по этому поводу. Уже тогда студенты морально готовились, что не пройдут (показали они себя не самым лучшим образом). Теперь они собирались поддерживать политику нейтралитета: мы не с вами - играйте сами, а Дима тут ни причем.

Да и если призадуматься, выбранным игрокам можно было и посочувствовать. Тренировки у них должны были проходить четыре раза в неделю: вторник, четверг, пятницу и воскресенье. Первые три дня студенты должны были тренироваться только четыре часа (не считая занятий сутра), а четвертый день предполагалась семичасовая тренировка с перерывом на обед. И это при учете того, что четырем игрокам надо было готовиться к ПАУКу, а одну ждала СОВА.

Занятия проходили вяло, тянулись длительные часы учебы. Дима старался загрузить себя и отгородиться от отвернувшихся товарищей. Катя улетела почти сразу после отбора, обещав извещать его о любых изменениях. А от Грегорья Прокопьевича ничего не было слышно. Именно он отвечал за подготовку команды Тибидохса к предстоящему матчу. Должны же игроки снова собраться на поле и приступить к тренировкам. Команда Хогвардса уже сколько запланировала, а они!.. Когда Дима думал над этим, то понимал, что эта ситуация весьма неудобная. Не мог же он на каждую тренировку летать в Тибидохс (далековато как-то). Не мог и переселиться туда. Не хорошо прерывать учебу, а заочную форму парень никогда не воспринимал (не для него это). Таким же образом не могли переселить сюда членов его команды (смысл где?). И не он один был таков. Большинство его товарищей по игре выпустелись вместе с ним. У них тоже свои дела и своя жизнь. Оправданный ли ход собрать их всех снова? Как управление Тибидохса собирается это все обыграть?

- Дима, может, уже пойдем?

Винс толкнул друга плечом. А ведь Дима уже сколько ковыряет этой суп. Он его вообще ел? Картошки нет - ел.

- Идем. Что у нас сейчас?

- Защита. Потом у тебя руны и все.

- Побыстрее бы.

- Какой-то ты сегодня не веселый.

- Так уж получилось. Не обращай внимания.

До кабинета они добрались без происшествий. Даже странно. Дима уже почти начал привыкать к подколкам со стороны студентов. Он всегда старался ответить достойно, но уже просто... достало!

- Смотрите, кто идет. Загорный. Почему ты еще тут? Разве тебя на тренировки не звали? - сам Файтон Крут изволил обратиться к "звезде зарубежного драконобола".

Видимо у седьмого курса была Защита от темных искусств. Многие его сокурсники, покидая аудиторию, не спешили уходить.

- Крут, твоя зависть моей свободе, только лишний раз показывает - насколько ты бездарен в драконоболе. Если бы я согласился вступить в команду, ты бы смотрел на дракона только со зрительской трибуны.

- Но ты НЕ в команде!..

- Идиот, я в команде, которая в сотню раз получше вашей, - Дима хотел войти в аудиторию, но Крут схватил его за локоть.

- Не советую меня оскорблять!..

Дима выдернул руку и развернулся лицом к собеседнику. Теперь они загораживали проход. Оставшиеся и успевшие войти не выйдут, а стоящие снаружи - не уходят.

- Иначе ты расплачешься и побежишь жаловаться декану?

- Все же прекрасно знают, что ты только притворяешься темным магом, а на самом деле ты ни на что не способен!

- Я притворяюсь "темным магом"? Это новость. Скажи, а может Лари Лестерсон тоже притворяется мертвым? Фаворит среди драконов Тибидохса сжег меня пламенем? Авроры Англии закрывали глаза, когда я проходил мимо них, направляясь сюда? - Дима подошел почти вплотную к Круту. - Так что советую тебе забрать свои слова обратно.

- Свои советы можешь засунуть куда подальше, - Крут одной рукой взял Диму за грудки и приподнял, заставляя встать на цыпочки. - Единственное, что я могу принять от тебя - это...

Диму резко рванули назад. Рывок был настолько сильным, что слизеринец не устоял бы на ногах, не будь за ним преграды.

- Парни, я думаю, вы сказали достаточно и если...

- Питерсон, если ты меня сейчас не отпустишь, то я урою тебя прямо на этом месте!..

Питерсон поспешно отошел от Димы, которого такое действие возмутило больше слов Крута.

- Вот значит каков. Прячешься за спину Питера. Нехорошо, Загорный. Ты бы притащил еще "дракона", может быть он сумел... - хаффлпафец поспешно замер, когда Дима полез во внутренний карман.

Как ни как, но то, что он "прячется за спину Питера" Дима пропустить мимо ушей не мог. Просто не мог. Для него тема Питерсона за последнее время стала весьма болезненной. Дима мог прямо сейчас расквасить Крута по стене или испепелить боевой искрой, но это было бы не благородно. Надо следовать порядкам этикета. Англия, значит, будет действовать по-английски. Дима только хмыкнул, увидев наведенные на него пару палочек друзей Крута. Он со спокойным лицом (чего это стоило?..) достал платок и следом свою палочку. Легкое касание, шепот заклинания и платок становиться перчаткой. Палочку обратно в карман и Дима делает шаг вперед.

- Решим же кто из нас прав, - пощечина перчаткой и она летит к земле. - Время и место?

Крут такого поворота не ожидал, но сориентировался быстро. Поднял перчатку и положил себе в карман. Сделав шаг, Файтон будто со скрытым удовлетворением прошептал:

- Десять часов вечера. Зал для дуэлей.

- Винс, станешь моим секундантом?

- Да, - Маклакенс находился сразу за спиной.

- Карл, будешь моим?..

- Да, - высокий с виду парень, отозвался раньше конца вопроса.

- До скорого, Крут.

- Увидимся, Загорный.


***


- Не нравиться мне все это. Почему так поздно? Можно было и пораньше?..

- Сегодня у них тренировка. Да и сомневаюсь, что Крут хотел присутствие зрителей.

- Но они будут. Парни хотели прийти посмотреть, да и Бет, что-то об этом говорила.

- Я бы тоже не хотел присутствие зрителей. В тишине как-то спокойней. Она расслабляет...

- Не время расслабляться. Ты должен пришибить этого!..

- Ради "пришибить" я сегодня заглянул в библиотеку и вычитал несколько подходящих заклинаний.

В коридорах было тихо. До отбоя оставался час, но большинство студентов предпочли находиться в пределах своих гостиных. Может на это Крут и рассчитывал? Хотя вряд ли. Присутствовавшие студенты шестого и седьмого курсов слышали о их дуэли. Так что немного времени надо, чтобы этот слух дошел и до всех остальных. Так и оказалось. Когда Дима с Винсом подходили к залу, там уже горел свет и слышались негромкие разговоры. Народу на трибунах было действительно много. В основном это были шестой и седьмой курс - они все слышали, они и пришли.

Крута еще не было, хотя большинство его сокурсников уже расселись. Казалось, что линии на полу были наведены по-новому. Возможно, это было сделано на каникулах. А может, и нет?..

- Готов, Загорный?

Как и ожидалось, Крут не застав себя долго ждать. Его секундант и он, отделившись от вошедшей группы, направились к центру зала.

На часах все еще значигилось без десяти десять, когда Крут занял свое место у правой стены. Дима не спешил. Он беззаботно разговаривал с Винсом, всячески игнорируя действия противника. Крут сам назначал время, так что пусть ему и следует.

- Может покончим с этим побыстрее?

- Спешишь куда-то?

Винс отрицательно покачал головой и продолжил рассматривать стоявших у Димы за спиной.

- Мне не нравится то, что до отбора в команду Крут никак себя не проявлял. Учился средне, никаких громких скандалов. Я вообще даже не знал: как его зовут.

- И тебе не нравится, что он внезапно стал заметным?

- Нет. То, что я ни могу судить о его настоящих способностях. Он бросил тебе вызов, хотя большинство студентов считает, будто ты темный маг. За полгода ты этого не подтвердил, но и не опровергнул, - Винс заулыбался, увидев выражение лица друга. - Я знаю, что ты не темный! Просто стараюсь рассуждать с позиции постороннего.

- Лучше со своей позиции рассуждай. Что они там делают?

- Стоят. Молчат...

- Загорный, ты что-то тянешь. Боишься?

- Мечтай, - Дима сверился с часами и развернулся. - Можем начинать.

Они направились к центру площадки. Вопреки обычаю Дима не удостоил Крута на кивком, ни рукопожатием. Файтон ответил тем же со злорадной улыбкой на губах. Секунданты переглянулись и кивнули. Парни вытащили палочки и начали расходится в противоположные стороны.

- Готовы? - молчание. - Начали.

На удивление зрителей, ничего не произошло. Парни так и остались стоят в боевых позах молча. Чаще всего противники только и ждут возгласа к началу, чтобы применить магию, а тут ничего. Дима тоже ожидал, что Крут выпустит заклятие первым, и готовился его отразить. Файтон, возможно, ждал ответной милости.

- Что такое, Крут? Ты же так хотел побыстрее начать?..

- А у тебя, что ли кишка тонка, атаковать первому?

- Да пожалуйста. Шарем Умо Стерно!

- Черт возьми! - донеслось с трибуны, когда палочка Димы выпустила толстый синий луч.

Крут, видимо, такого тоже не ожидал. Заклятие было не очень известным и используемым. Оно относилось к разряду высшего уровня, и было призвано замедлять пространство вокруг человека. Файтон дернулся в сторону, но прока никакого. Луч разделился и окутал парня клеткой-шаром.

- Лотерон! Нельмун! Долодаркас!

Это было удивительное зрелище. Крут двигался так же, как обычно, но не мог покинут приделы шара. Заклятия, которые он выпустил тремя световыми лучами медленно двигались в сторону Димы. Загорный улыбался и злорадствовал, но это было только внешне. Внутри он прилагал огромные усилия, чтобы удержать заклинание. Не теряя времени, он выпустил еще пару заклятий, но был вынужден опустить защиту. Сил не хватало. Увернувшись от не на долго "повисших" заклятий Крута, Дима принялся размышлять, что делать дальше. В запасе у него было еще два сильных (да и интересных) заклятия, но очень сомнительно, что он сможет их использовать. Пришлось обойтись заклинаниями по слабее.

- Камулум Имортана!

Круту повезло увернуть от еще нескольких заклинаний. Диме пришлось признать, что Файтон был очень проворен. А может это от того, что попади хоть одно заклятие в цель, ему с большой буквы не поздоровилось бы.

Если сначала дуэль предполагала иметь показушный вариант, то теперь это уже был настоящий бой. Двое соперников использовали всяческие заклинания (даже некоторые не боевые) , надеясь, что они достигнут цели и сделают свое дело. Поединок затягивался. Те несколько заклятий, которыми удалось поразить противника, не могли дать ожиданого результата. В основном переменный успех был на стороне Димы. Ему удалось поразить Крута заклятием временных судорог и еще парой других.

- Загорный, что-то ты плошаешь, - после очередной мимолетной судороги заявил Крут.

- Просто я каждый раз забываю, что передо мной не девушка. И поэтому применяю слабые заклинания.

- Что?! Пертоленом!

У Димы даже глаза на лоб полезли, когда серый луч чудом пролетел в сантиметре от него. Это было боевое заклинание для задержания темных магов. Попади в Диму этот луч - парню бы сломало руку, которой он держал палочку. Слизеринец был настолько ошарашен, что не отправил заклятие в ответ и пропустил еще две штуки.

- Это ты начла. Желудкус черно дырос!

Дима положил палец с кольцом вдоль палочки, давая искре пройтись по гладкому дереву. При достижении кончика, к искре прибавился зеленый луч, вокруг которого она вращалась. Крут отскочить не успел, и его в момент скрутила боль в животе. Согнувшись пополам, Файтон упал на колени и уперся головой в камень пола. Исход поединка был очевиден. Дима направился вперед, но сделал лишь три шага, когда Крут попытался разогнуться и, высвободив руку, потянулся к палочке.

- Вот же гад, - Файтона трясло, но он поднимался на ноги. - Получай. Шалькартамногорт!

- Файтон! - незнакомый женский голос донесся сзади. - Дамидалос Инкарнимум!

Дима не ожидал, что Крут вообще будет двигаться, а он не только поднялся, но и атаковал. За это Файтон был достоин восхищения. Но подлое нападение сзади. А ведь Дима уже поверил, что все будет по-честному. Думать было некогда - оставалось действовать. Заклинаний он не знал и сделал наудачу. Перебрасывая палочку в левую руку, Дима развернулся кольцом к противнику сзади.

- Блокус! Аппоне!

Два заклинания сработали почти одновременно. Заклинание щита работало только на кольцо, а второе - швыряющее - только на палочку. Защита приняла удар и отправила луч обратно (девушка от удивления еле успела увернуться). Второе Димино заклятие встретилось с Крутом на мгновение раньше, но слизеринец даже не увидел, как Крута с силой отбросило назад и как он встретился спиной со стеной. Диму пронзила режущая боль. Он схватился за живот и ощутил горячую влагу. Перед глазами плыли красные круги в переметку с черными. Единственным желание было, чтобы эта резь ушла. Дима уперся руками в пол. Когда он оказался на коленях? Это сейчас не важно. Зажмурившись, Дима попытался успокоить боль, но внезапно стало сложно дышать. Он хрипел и не мог глотнуть воздуха. Попытавшись откашляться, Дима увидел стремительно растущее темно-красное пятно перед ним и ощутил металлический привкус у себя во рту. Сжав зубы, слизеринец попытался прийти в себя, но на него накатилась новая волна боли. Оставшийся свет вокруг поглотила темнота.


## Глава 33. За все придется заплатить


- А чего ты ожидал?

- Ты о чем? - Дима осмотрелся вокруг. - И... ты кто?..

Пустое пространство. Нет ни света, ни темноты. Пустота, какая она есть. Не пугающая и не радующая. Навивает разные мысли. А вокруг никого. Да его тут нет. Это же пустота - тут никого и ничего нет.

- Зачем я здесь?

- А мне-то, откуда знать! - голос из неоткуда и в никуда.

- Кто ты?

- А ты кто?!

- Я - Дмитрий Загорный.

- Это твое имя, но КТО ты?..

- Я - светлый маг.

- И это все?

- Для меня это не мало.

Молчание. Тишина. Глаза видели, но видели пустоту. Они не видели ничего потому, что там ничего нет или потому, что они просто не видят?

Дима попытался открыть глаза. Попытка удалась, но он моментально начал щурится, и хвататься за виски. Яркий свет восходящего солнца был неумолим. Рассвет, значит, и занятия скоро начнутся. И все же Диме было не до них. Он попытался перевернуться на бок, но живот свело. Даже слабая боль сейчас была особо ощутимой. После Дима такой участи не пожелает никому (может, только драгоценному Круту, которому он за это обязан).

Отдышавшись и утихомирив боль в висках и в области живота, слизеринец попытался аккуратно сесть. В таком положении он, наконец, увидел причину своих страданий. Грудь ниже сосков и живот были плотно перетянуты широкими белыми бинтами. Дима непроизвольно вспомнил корсет. Он напряг мышцы и мгновенно об этом пожалел. После этого слизеринец понял, что своими силами он отсюда не уйдет.

- Чертов Крут!..

Откинувшись на подушку, Дима принялся разглядывать все вокруг. Кроме него, никто не посчитал должным лежать в больничном крыле. Даже Файтон, должный был получить не такие и сильные травмы, решил тут не задерживаться. "Гад, - пришло на ум при осмотре пустых кроватей. - Опять я один..." - эта мысль оказалась ложной, так как парень почти сразу заметил вмятину слева от себя и лоскуток темной ткани. Хмыкнув, он потянулся к этому месту и скинул плащ-невидимку.

Питерсон спал. Спал сидя на коленях, положив руки на постель, а голову на них. Дима не стал его будить, удовлетворившись созерцанием такового. Второй раз Загорного угораздило попасть в больничное крыло, и второй раз Питер стерег его сон. Такое обстоятельство игнорировать не получалось. Настолько откровенная забота, а ведь Питер говорил, что любит его. Остановив поток этих мыслей, Дима понял, что любуется спящим Питерсоном. Помотав головой, он устремил свой взор в окно. "Может, стоит его разбудить?.. Нет. Разговаривать с ним я сейчас не хочу. Или хочу? Нет, не хочу! - Дима резко выпрямил ноги и почти спихнул спящего гриффиндорца. - Черт, - Питер пришел в движение. - Черт!" - Дима постарался прикинутся спящим. Додумался же принят такую позу. Разве так спят?!

- Дима?

Ноль эмоций. Слизеринец находился в сидячем положении, облокотившись спиной на подушку, голову склонил на бок и дышал равномерно через немного приоткрытый рот, ноги вытянул, одна из рук положил поверх повязки, а вторую - на одеяло ладонью вверх. Питер сразу отметил, что эта поза была не очень удобная для сна, но... может Дима лучше знать. Протерев глаза, гриффиндорец поднялся на ноги и сел на краешек кровати. Загорный не подавал никаких признаков сознательности, вот только дыхание на секунду прервалось.

- Дима, ты спишь? - ноль эмоций. - Тогда я пойду. Скоро начнутся занятия и мне нужно быть там, - пауза. - И еще.

Слизеринец надеялся, что Питер побыстрее уйдет, но на его удивление этому не было суждено случится так скоро. На его открытую ладонь опустилась теплая рука, а осторожные пальцы взяли его за подбородок, немного поворачивая голову. Теперь Дима старался прикидываться не просто спящим, а очень спящим, спящим очень глубоким сном, ушедшего глубоко в себя с обещанием не скоро вернутся или же просто отключившимся. У него, как он предполагал, это неплохо получалось. Дима даже смог сдержать возглас удивления и не открыть глаз, когда его губ коснулись чужие. "Всего одно касание. Одно нежное касание и я... Нежное?!" - в иной ситуации Дима бы попытался вытрусить эту мысль из головы, хорошенько помотав ею из стороны в сторону, но он остался недвижим. Понимая, что так нельзя. Слизеринец попытался расслабиться и продолжить изображать спящего. Касание было легкое поверхностное, но оно никак не кончалось. Дима заметил, что сдерживает себя, чтобы не ответить на поцелуй. В конце концов, это было приятно! А еще было желание посмотреть в лицо Питеру (это же он?), когда этот наглый гриффиндорец так нежно ласкает его губы. Это желание преодолеть Дима не смог. Медленно приоткрыв оба глаза, он почти моментально их распахнул, встретившись с озорством в устремленных на него глазах Питерсона.

- Я так и думал, - сказал Питер, оторвавшись на мгновение от губ Димы, прежде чем впиться в них страстным поцелуем.

Резкий рывок за руку и Дима, не успевший все понять и осознать, скользнул по постели, принимая горизонтальное положение. Питерсон навис сверху. Упираясь в кровать и плечо Димы, Питер мгновенно углубил поцелуй. Получив ответ, он немного ослабил опору и прижался ближе. Это было ошибкой. Рана, которую скрывали повязки мгновенно дала о себе знать. Дима застонал и забился, с силой отпихнув Питера и схватившись за живот.

- Чертов Крут! - Питер оказался на полу. - Увижу - прибью!..

- Нет, - сквозь зубы, стараясь отдышаться, сказал Дима. - Крута прибью я.


***


- Дима, стой! Дима!

- Он вспорол мне живот! Ты думаешь, что я это просто так оставлю?!

Не обращая внимания на колесящего за ним Винса, Дима высмотрел Крута у стены и еще больше ускорил шаг. Отпихнув какого-то семикурсника, Загорный был уже в метре от цели. Файтон стоял в полуобороте и успел повернуть только голову, когда Дима врезал ему в челюсть, схватил за грудки и с силой припечатал к стене.

- О чем ты думал, подонок?!

Друг Крута хотел вмешаться, но Дима пронзил его таким взглядом, что это желание моментально отпало.

- Ты мог меня убить!

- Как и ты меня!

Крут быстро сориентировался и тоже схватил Диму за грудки, подтягивая к себе и приподнимая, чтобы их глаза находились ближе.

- Ты использовал какое-то непонятное заклинание, а потом швырнул на каменную стену!

- И от чего бы ты умер? От рези в животе или ушиба задницы?!

Отпихнув слизеринца от себя, Крут нанес ему неслабый удар в челюсть. Будто стирая боль, Дима провел рукой по месту удара и хотел применять кольцо. Даже не зная, про эту особенность зарубежного мага, Файтон не дал ему такой возможности. Семикурстник начал наступать.

Дальше все происходило по одному из стандартных планов драк: противники старались наносить удары в самые потенциально болезненные точки, уклоняясь от ответных. Но поскольку это был только рукопашный бой, парням не так часто удавалось уворачиваться. Файтон нанес несколько сильных ударов в область живота, от чего Дима каждый раз кусал губы (не зря медсестра хотела оставить его еще на день). Сам слизеринец целился в голову. У Крута уже была разбита губа, намечался фингал под глазом и постепенно распухала щека. И все это за очень короткий промежуток времени. Когда явился смотритель, попытка разнять двух студентов казалась весьма и весьма малообещающей.

- По двадцать балов со Слизерина и Хаффлпафа за драку. А теперь прекратите!

Будто до двух дерущихся можно было достучаться словами. Дима, который уже прокусил губу, усердно сдерживал любой рвущийся наружу звук.

- Разнимите их! - к кому бы смотритель ни обращался, никто не спешил действовать.

Внезапно Диму рвануло назад и он, сквозь пелену ярости, увидел, как двое студентов схватили Крута за руки и пытались успокоить. Слизеринца тоже держали. Мгновенно оценив удерживавших, он понял, что это не его знакомые. Еще находясь во власти праведного гнева, Дима хотел быть последним, за кем останется слово. Если кто-то посчитал, что для того, чтобы удержать Файтона надо двоя, а для Загорного хватит и одного, то это было глубочайшим заблуждением. Дима мгновенно наступил на ногу удерживавшего его парня (с явным садистским намереньем ее отдавить), рванул руку вперед и резко отвел назад, целясь в солнечное сплетение. Получилось. Еще б не получилось. Парень, который был на полторы головы выше Димы, осел у его ног. Увидев это, Крут рванулся сильнее, но его держали крепко.

Дима сделал два шага к врагу, но его поймала рука и легким движением заставила обернутся вокруг своей оси. Потеряв равновесие, Дима начал валится на бок, но в том направлении оказалась рука, которая подхватила его и притянула к чему-то телу. Другая рука обхватила за талию, заключая слизаринца в нежные объятья.

- Зачем же применять грубую силу. Всегда можно найти решение лучше. Разве я не прав, Дима? - незнакомый голос был будто переполнен добротой и пацифизмом.

- Не лезь, Ларенс! Это тебя не касается!

Дима удивился, когда "Ларенс" перевел левую руку ему на плече и развернул лицом к Круту. В правой руке у парня была палочка (в рукаве он ее прятал, что ли?..), направленная в лицо Файтону.

- Я так не думаю, - даже по интонации чувствовалось, что он улыбался.

- Вы двое, живо к директору! - смотритель был в не себя от ярости (такие типы всегда знают, где их не ждут).

- Позволь, - палочка коснулась губы Димы, и рана быстро затянулась.

- Спасибо...

- Нестер Ларенс.

Парень обворожительно улыбался. Он был на пол головы выше Димы. Его светло-русые волосы спадали на плечи, а серые глаза светились доброжелательностью. Ровные аккуратные черты лица. Весь лик дышит положительностью. Таких людей по праву называют красавцами. В нем не было женственности, но это и не скупая мужская красота. Грань. Не больше. К этой внешности прибавлялась грация движений, нежность касания, очарование голоса. На нем мантия смотрелась ни как накинутая простыня (для некоторых так и напрашивалась это сравнение), а как одежда настоящего мага. Эмблема Рейвенкло. Больше ничего. На поле Дима его ни видел. Этот студент должен быть заметен издалека, но ни в Большом зале, ни в библиотеке, ни в классах Загорный его не видел. Это точно. "Почему эти черты мне знакомы?" - Диму всмотрелся пристальнее, пока Нестер не прикратил улыбаться. Тут-то все стало на свои места. Знал бы Дима: как он выглядел, когда узнал в Нестере Ларенсе второго парня с фотографий.


***


- Их нужно наказать! Устроить драку в стенах!..

- Я уже обо всем знаю. Думаю, я сумею с этим справиться сама.

- Директор, но разве вы сможете?..

- Ужас! - голос донесся с портрета прежнего директора, куда прибавился еще один мужчина. - Студенты третьекурсники где-то нашли навозные бомбы и!..

- Что?! Где они?

- Возле подземелий. Устраивают засаду, наверное...

Смотрителя как ветром сдуло. Извинившись, он поспешил перехватить непослушных учеников. Может еще успеет устроить им выволочку?..

Дверь захлопнулась и в кабинете повисла тишина. Вирджиния продолжала заполнять какой-то документ, пока не обращая внимания на двух студентов. Сейчас они сидели в двух креслах. Привычных диванчиков не было, как и сидения директора. Для других посетителей тоже не было предусмотрено мебели. Похоже, Вирджиния и не собиралась оставлять смотрителя. Скорее всего, студенты-третьекурсники сейчас занимались чем-то другим, но уж никак не навозными бомбами.

- И что мне с вами делать? - Вирджиния отложила перо и встала из-за стола. - Я согласна, что свои разногласия студенты должны решать самостоятельно, но чтобы не доходило до такого. Файтон, запрещенные заклятия на то и запрещенные, чтобы их не использовали. Чего бы вы добились, убив Диму? Пожизненное заключение в Азкабене - это как минимум. А если вспомнить, что он гость иностранный, то не далеко бы и до войны, - директор перешла в другой конец кабинета, так и не глянув на парней.

- Он атаковал меня неизвестным заклятием. Какой-то темной магией.

- Не думаю, что простое заклинание рези в животе можно назвать темным даже в понимании Министерства магии. С позволения Димы, я хочу сообщить вам, что в Тибидохсе не четыре факультета, как в Хогвардсе, а два отделения, - Вирджиния повернулась к ним лицом. - Там учеников обучают светлой и темной магии, - Дима был доволен увидеть пораженное лицо Крута. - У них понятие "темный маг" означает, что человек владеет темной магией. Наших "темных магов" у них называют "злыми волшебниками".

- Тогда не странно, что Загорный так просто пользуется темной магией!

- Боюсь вас огорчить, но максимум, что он делал - прошел через дверь без спросу. Дима окончил светлое отделение. Магию, которую он использует, колдуя без палочки - светлая.

- То, есть вы хотите сказать, что он безобиден? - эта мысль веселила Крута.

- Такого я ни говорила. Файтон, вы должны бы уже знать, что в магии любых народов есть боевые и защитные заклятия. И я уверена: у вас был шанс убедиться в том, что Дима владеет палочкой не хуже нас.

Дима снова улыбнулся, увидев такую досаду и раздражение на лице Крута. Рано обрадовался. Не просто же так и его сюда приволокли.

- Дима, я понимаю, что это уже третье покушение на вашу жизнь, но даже это не повод вправлять мозги методом силы.

Дима чувствовал пристальный взгляд Крута, но активно его игнорировал. Парень не любил, когда его вычитывали (а кто любит?), - так и хотелось вставить слово в свою защиту. К этому моменту он уже успел осознать глубину его поступка - ребячество. Неужели нельзя было придумать ничего, кроме "набить морду немедленно"? А тогда это казалось единственным верным решением. Прав был Винс, когда старался его остановить. Друзей слушать надо.

- Если бы в вашу дуэль не вмешалась Дарла, всего этого можно было бы избежать. Юные сердца, - директор отвернулась к столу и что-то взяла в руку. - Пятьдесят балов с Хаффлпафа за применение запрещенного заклятия. Двадцать со Слизерина за нападение на студента.

Дима и Файтон злобно переглянулись, но слово наперекор директору не сказали. Они отвлеклись, когда Вирджиния снова повернулась к ним лицом. В руке у нее был небольшой сверток бумаги. Когда директор подошла ближе, парни разглядели, что их было два.

- Я назначу вам наказание. Вы будете отбывать его по отдельности. Ни хватало, чтобы вы и там затеяли потасовку, - она протянула два свертка, но в самый последний момент скрестила руки, меняя предметы местами. - Это ваше наказание. Файтон, вы будете отбывать его с Нестером...

- Что?!

- Я что-то не то сказала? - голос на мгновение похолодел.

- Просто... Ларенс... нет, - Крут быстро замялся, уставившись в пол.

- Так вот, вы будете отбывать его с Нестером в зале для дуэлей завтра в восемь часов вечера. Вы не уйдете оттуда, пока не отработаете "наказание", - было в последнем слове что-то не то. - Дима, а вы послезавтра. Место и время то же. Отбывать его вы будете с Питером.

- Нет! - Дима как-то разом побледнел.

- Свертки сами развяжутся, перед входом в зал для дуэлей. Можете идти. Я вас больше не задерживаю.

Крут поспешил удалиться. Дима немного задержался. Это было почти шоковое состояние. Угораздило же его нарваться на наказание 12 февраля.


## Глава 34. Скажи это громче


У вас бывало чувство, что сегодня должно случиться что-то особенное? Необычное? Такое, что не давало вам думать об обыденных вещах, когда вы одевались? Что-то, что будто пробивалось наружу с каждым услышанным словом и звуком? Преследовало вас, куда б вы не пошли?

Именно с таким странным чувством проснулся Дима в день своего наказания. Первая услышанная фраза, а именно: "Доброе утро", произнесенная Винсом, мгновенно натолкнула на мысли совсем противоположного характера. Дальше было хуже. Бывает же, что находишь только один носок из двух. Так Диме пришлось искать не только носок, но и штаны, палочку и галстук (последний так и канул в небытие). Придав себе почти привычный вид (воротник пришлось немного распустить, так как галстук не нашелся даже после повторного обыска), парень наконец засобирался на завтрак.

- Скорее, а то не успеем, - произнесенное Ашуром голосом нипонятно-кого заставило Дима остановиться на мгновение возле птички.

"Попугай" на удивление вымахал. Сейчас он был размером с сокола, но Винс упорно утверждал, что Ашуру еще расти и расти. За месяц птичка успела так освоится в замке, что все чаще от ее можно было услышать самые новые сплетни. Некоторые голоса были узнаваемые, а других парни не знали. Однажды они услышали такое, что несколько дней не могли посмотреть капитану команды по квиддичу прямо в глаза. А еще Стив (Дима подозревал именно его) научил Ашура передавать сообщения. Правду говорил, что птица не глупая. Винс рассказывал, что Ашур всегда дожидался момента, когда его хозяин останется один, и только тогда передавал послание.

Лишь на мгновение показалось, что было в этих словах что-то стоящее. Это чувство быстро улетучилось, когда подошел Висн с вопросом: "Ты что?". Со стороны это смотрелось, как парень, который пялится на необыкновенную птичку.

- Ничего.

До Большого зала добрались без происшествий. Точнее добрался. Винс пропал где-то на середине дороги. Для беспокойства не было причин, так как еще вчера вечером Ашур упомянул о каком-то покушении голосом Стива. Сделал он это только для Димы, перейдя на повествование чего-то другого с появлением в комнате хозяина (не простой, однако, "попугай").

Наткнувшись на пару тройку воркующих парочек (которые сейчас как никогда подпортили настроение), Дима вошел в зал и уселся рядом с Бет. Девушка удостоила его только коротким приветствием, так как спешила дорассказать о-о-о-очень занимательную историю девчонкам сокурсницам. Оставшись сам с собой, Дима начал размышлять о возможном наказании. Как он не пытался, - сверток отказывался разворачиваться. У него даже была мысль попробовать попасть на наказание Крута, но Дима поздно осознал, что нужный момент он упустил. Надеясь хоть по внешнему виду что-то узнать, слизеринец начал обыскивать зал глазами.

Крут, сидевший за соседним столом, обнаружился не сразу. Причиной этому было то, что он сидел согнувшись над тарелкой. Файтон был мрачнее тучи. Таким он не был даже тогда в коридоре, когда их разнимали. Поиски ж Ларенса не увенчались успехом. Смазливый рейвенколовец будто сквозь землю провалися. Может он вообще тут не ест? Не замечал же Дима его раньше...

- О, смотрите!

Дима повернулся на голос и увидел знакомого малыша в красных подтяжках, сумкой не по размеру и крылышками за спиной. Слизеринец уже обрадовался, что ему написали из дома, но это предположение быстро улетучилось. В зал влетел ни один и даже не два купидончика. Небольшая стайка карапузов начала свой быстрый спуск, на скорую руку разбрасывая послания, пакетики и коробочка. Каждый предмет имел свой парашют в сердечки, что обеспечивало сохранность доставки. Один купидончик пролетал и над преподавательским столом. Выбросив несколько конвертов, он остановился над Дрокловым и начал быстро шарить среди посылок и конвертов. Достав еще два послания, карапуз схватил сумку за края и просто перевернул ее верх ногами. Множество маленьких красиво запакованных коробочек полетели на маленьких парашютиках, окружая профессора со всех сторон. Среди этого 'любовного дождика' было только одно послание, которое Дроклов поспешил схватить до его падения. Быстрое движение и конверт пропал в рукаве мантии. Еще одно - все коробочки были сметены во внутренний карман (там у него точно было пятое измерение). Не обращая ни на кого внимания, преподаватель поднялся и быстрым шагом направился из зала. Дима даже подумал, что такое выражение лица никак не подходит полученному количеству подарков.

Не туда смотрел. Когда Загорный изволил повернуться лицо к тарелке, то обнаружил пять коробочек и два послания. Бет всячески старалась рассмотреть имена отправителей (со своими подарками она успела разобраться), но все было анонимно. Оно и к лучшему. Сзади послышался взрыв. Зрелище было еще то. Повезло же кому-то с подарком. Когда Дима обернулся, то увидел огромное красное сердце, в центре которого красовалась симпатичная девушка, посылавшая поцелуи одному краснеющему рейвенкловцу.

Вернувшись в исходное положение, Дима обнаружил, что Бет рассматривает один из его подарков, намериваясь открыть. Отобрав его и спрятав три других в сумку, слизеринец ненароком вспомнил про Винса. Его друг сейчас без сомнения получал свой подарок сполна.

- А где Винс?

- Понятия не имею...

Дима повернулся на какой-то звук и спихнул локтем вилку. В тот момент, когда он нагнулся - над головой что-то просвистело. Небольшая золотистая стрела торчала из поверхности стола и мелко вибрировала. Бет с интересом потянулась, но Дима перехватил ее руку.

- Не трогай, а то влюбишься в первого встречного.

Подозревая худшее, Дима быстро схватил свою сумку и помчался к выходу. Приглашать купидончиков (а сами они сюда редко прилетают) было идеей не лучшей. Карапузы хоть и полезные, но стрелы тоже любят по выпускать. Размять руки, проверить луки так сказать, а многим потом страдать от безответной любви. Не желая влюбляться под принуждением и в первого встречного, Дима поспешил во двор, где у них должен был проходить Уход за магическими существами.


***


"Дима, ты уже давно мне нравишься. Я долго не решалась признаться в своих чувствах. Причиной тому мое смущение и застенчивость. Уверенность пришла ко мне только сегодня. Я наконец смогла тебе открыться.

Не отвергай меня. Ведь я тебя так люблю. Давай сегодня встретимся на астрономической башне после отбоя. Я буду ждать с нетерпением.

Целиком и полностью твоя, Лидия Нарески"

Ниже красовался отпечаток от помады, что еще больше подпортило впечатление от письма. Сложив его по швам, Дима вложил лист бумаги в конверт и оправил в сумку. Еще одно ничего не стоящее письмо. Застенчивая? Ага, щас. Ему бы наказание пережить, а уж потом посмотрим.

Дима сидел на заборе, отгораживавшего двор от небольших домиков и ограждений для животных. Было еще слишком рано для занятия, так что слизеринец находился в гордом одиночестве. Землю еще покрывал пушистый снег. Его было не много - то тут, то там виднелись небольшие кустики травы. Скоро солнце припечет и он растает. Зима уступит весне и все зацветет. Дима вспомнил пение птиц у себя возле загородного домика. Было так приятно вслушиваться в их мелодии, различать отдельных исполнителей и отдыхать душей.

Вернувшись в реальность, Дима тяжело вздохнул и достал одну из четырех подаренных коробочек. Никаких опознавательных знаков. Только купидончики и сердечки на упаковке. Сняв крышку, парень увидел небольшой флакон с прозрачной, переливающей радугой на солнце жидкостью. Еще прилагалась записка, гласившая: "Выпей меня". Ненароком вспоминалась Алиса в стране чудес. Следовать указанию Дима не стал. Лишь открыл крышку и понюхал содержимое. Запаха не было. Да и на вид парень не припоминал ни одного схожего зелья. Пришлось отложить до лучших времен, с намереньем позже зайти к профессору Дроклову.

Во второй коробочке лежал тонкий серебряный браслет. С внутренней стороны была выгравирована надпись: "Когда ты рядом - сердце бьется чаще. Когда тебя нет - оно бьется еще сильнее. Когда мы вместе - наши сердца бьются в одном ритме". Не наблюдалось ни одного заклятия. Чистое серебро и красивые слова. Ни записки, ни приписки. Дима не решился надевать браслет, так как не предполагал с кем это он "вместе".

В третьей коробочке был заготовлен сюрприз. Как только Дима приоткрыл крышку, оттуда вырвался красный дымок и припал к губам парня будто поцелуем. Потом быстро отстранился, сложился в надпись: "Всегда хотел это сделать" и умчался в сторону замка. Все произошло настолько быстро, что Дима толком ничего и не успел сообразить. Лишь немного с запозданием пришел вывод, что дымок (еще и мужского рода) спер (хоть и таким экстравагантным способом) у него поцелуй и, наверное, поспешил вручить его хозяину. В коробочке больше ничего не осталось, и Дима перешел к завершающему презенту.

Больше других по размерам, коробочка была красного цвета с красным бантиком. Будто в предвкушении, Дима медленно потянул за конец ленточки. Отложив ее в сторону, парень осторожно приоткрыл крышку и заглянул внутрь (а вдруг снова что-то вылетит?..). Только что-то маленькое и неподвижное. Сняв крышку полностью, Дима замер будто каменный. Внутри коробки стоял горшочек с маленьким белым подснежником. А ведь еще не сезон. Цветок немного шевелился при резких движениях. Подснежник был еще закрыт, и Диму это натолкнуло на мысль: не замерзнет ли цветок на холоде? Дурень, что вынес его сюда и принялся распаковывать. Часы показывали, что он еще успевал забежать к себе и вернуться к началу занятия. А если бы и не успевал, то пришлось сознательно опоздать. С преподавателем ничего не случиться, а цветок может замерзнуть. Ну снимут с него тех несколько балов. Он все равно вернет их на том же уроке. Не зря Дима перечитал все про шаклоростов, которых они должны были проходить сегодня.


***


У Димы было два варианта, почему он забыл взять сверток. Первый заключался в желании отодвинуть наказание хоть на пару минут. Второй - еще раз полюбоваться подснежником. Сегодня даже в подземельях теплее стало. Будто кто-то для цветка постарался. Дима подумал, что было бы лучше пересадить растение в теплицу, где ему бы оказывали должный уход и предоставили соответствующие климатические условия. Но с другой стороны Дима хотел оставить цветок только себе. Показал Винсу и хватит (Ашур не в счет). Лучше сам узнает у профессора или посмотрит в книгах: как ухаживать за подснежником в домашних/комнатных условиях. Не хотелось думать, что цветку придется рано или поздно отцвести. Дима желал как можно дольше любоваться своим (очевидно еще и первым в этом году) подснежником.

- Так быстро отработал наказание? - Винс удивленно оторвался от книги.

- Если бы. Забыл тот сверток.

- Так и не развернуть?

- Да мне как-то и не особо хочется.

Сначала хотелось, сейчас уже нет. Даже подходя к залу для дуэлей, Дима искал лишний повод задержаться. Повод нашел его сам.

- А вот и еще один. И что у нас сегодня?

Дима покрутился по сторонам, но не смог увидеть говорившую девушку.

- Кто здесь?

- Не обращай внимания. Я тебе не помешаю, - прямо перед носом возникла туманная девушка. Одета она была в школьную форму - ученица, но... не живая.

- Ты призрак?

- Парень, похоже, у тебя что-то плохо с головой, раз ты не можешь отличить человека от призрака.

- Ты была ученицей? - колкость Дима пропустил мимо ушей. - Ты тут?..

- Жила, училась и умерла. Даже не так. Меня убили. Васелиск постарался, - девушка прошла парня насквозь и прислонилась к его спине. - А тебя ведь тоже убить пытались... и не раз.

- Откуда ты знаешь?

- На тебе клеймо. Призраки такое видят.

- Я о таком не знал.

- А мы об этом говорить не любим, - девушка снова появилась перед лицом.

- И что тебе от меня надо?

- Скучно у нас тут порой. Все меня избегают, ни хотят общаться, - похоже, девушка начинала плакать. - Так что приходиться искать развлечение самой. Подглядывать за парочками, искать понимания у младшекурсников, забегать в ванную старост... Кстати, а у тебя неплохое тело.

- Этого еще не хватало. Призрак-извращенец.

- Это еще кто извращенец?! - девушка оказалась очень близко. - Знал бы ты, чем занимаются другие и что при этом говорят!..

- Хоть не про меня?.. - вообще-то этот вопрос был риторическим.

- И про тебя, и про других и просто...

- Этого я уже слышать не хочу.

- Почему ж? Очень интересный набор слов в одном предложении...

- Нет, спасибо, - Дима решительно обогнул призрака и направился дальше по коридору.

- Нет, ну вы посмотрите, - призрак в наглую прошла сквозь него. - Так обращаться с девушкой. Немыслимо!

- Послушай, мне сейчас не до тебя. Между прочим, я наказание отрабатывать иду, так что...

- А я тут, по-твоему, зачем? Вчера было весело, так я и сегодня посмотреть пришла.

- Вчера? Ты видела наказание Крута?

- Не знаю, вроде, так его звали, но зрелище было весьма и весьма интересное. Правда, мне больше понравился второй - Нестер. Такой красивый. О чем еще может мечтать девушка?..

- А в чем заключалось наказание Крута?

- Не знаю. Я пришла уже под конец. Красавчик к этому моменту казался пораженным до глубины души, а второй, стоя на коленях, высказывал все "наболевшее". Даже не зная этих двух, я поняла, что между ними что-то было...

- Мне показалось, что они ненавидят друг друга.

- А я о чем? Я бы охарактеризовала их отношения, как идеальную ненависть. Бывает же такое в природе. Я еще не видела, чтобы двое так не терпели друг друга.

- Как профессор Дроклов Лимпфона?

Девушка фыркнула.

- Ага. Конечно. Эти двое вообще интересные личности. Никогда бы не подумала, что они дойдут до такого логического конца.

- Это как?

- Мне ли тебе рассказывать? - призрак осмотрела Диму. - Да, не мне.

- Почему это?

Дима сделал шаг вперед и увидел тень, проскользнувшую внутрь залы для дуэлей.

- О, а это кто?

- Наверное, Питерсон.

- Да?! - у девушки, казалось, глаза загорелись. - Отлично! - она довольно потерла руки и поспешила к двери.

- Ты чего? - Дима поспешил догнать призрака. Удалось это уже у самой двери.

В ответ девушка только довольно захихикала.

- Я уже предвкушаю отличное зрелище, - по зловеще-довольному лицу девушки Дима понял, что она все знает.

- Нет уж! Я не собираюсь следовать таким правилам игры!

- Да, да. Конечно, - девушка поспешила за дверь и больше не появилась.

Подумав, что не хватало ему еще призрака-извращенца, Дима достал сверток, лента на котором с легкостью ерзала туда-сюда. Все же с интересом, парень развернул "презент" директора. Внутри обнаружилась черная повязка и пробирка с черным содержимым. Доверия не внушало. А ведь призрак ничего не упоминала про повязку у Крута. Снял или не одевал? Неважно. Сжав содержимое свертка в левой руке, Дима повернулся спиной к двери.

- Туманус прошмыгус!

Шаг назад и твердая дверь. Решительный толчок, но дверь не желала его пропускать. Недовольно вздохнув, Дима повернулся лицом и попробовал просто открыть дверь. Тоже ничего. А может не идти? Но вдруг директор узнает? Будет хуже. Ведь так? "Если я переживу этот вечер, то меня уже ничего не испугает!". Первым выбор пал на повязку. Ткань не просвечивалась - плохо. Из-под двери свет тоже не просвечивался - лучше?

- За вашу рассудительность, госпожа Директор, - Дима сорвал пробку и выпил содержимое пробирки.

Содержимое было даже немного приятным на вкус. Отбросив стекло в сторону, Дима не услышал ни треска, ни звука удара. Теперь он перестал видеть и в щели между повязкой и носом. Приходилось ориентировать на звук. Он четко услышал скрип распахнувшейся двери. Глубоко вдохнув, Дима сделал пять шагов вперед. Дверь за ним захлопнулась - путь назад отрезан.

- Ты пришел. Что-то ты долго, - этот голос было сложно перепутать с чьим-то еще.

- Да, я не спешил тебя увидеть.

Дима сделал шаг вперед. По его расчетам Питер находился близко. Хотел сделать и второй, но внезапно он увидел. Это было не обычное зрение. Все предметы в комнате виделись в сине-фиолетовых тонах. Раньше тут были только трибуны. Не было столов, стульев, шкафа и они... не двигались! Дима сделал шаг назад, повернулся и чуть не закричал от ужаса. За ним стояло чудище примерно два метра ростом. У него было много щупалец и зубастое отверстие, которое можно было принять за рот. "Стоп! Меня бы не отправили в помещение со смертельными тварями. Очевидно... это мираж. Круту ж ничего не подсунули!" - но все равно Дима стоял и не двигался. Чудовище будто изучало его. Потом внезапно взвыло и потянуло щупальца. Одно из них обернулось вокруг запястья парня очень ощутимым кольцом.

- Черт! - Дима рванулся, но чудище не пускало. - Гори ты огнище преисподнитском!

Он не видел искры, но уши заложило от пронзительного вопля чудовища. Пламя обхватило существо, и оно отпустило Диму, стараясь сбить огонь. Отскочив назад, слизеринец только сейчас увидел стоявших немного дальше других непонятных существ. Какими-то не дружелюбными казались их клыкастые морды, огромные клешни и шипы по всему телу. Страх накатился новой волной, когда эти новые обитатели зала пришли в движение.

- Кошмар?

- Именно.

Дима повернулся и увидел Питера. Гриффиндорец стоял в самом конце зала. Их разделяла пропасть.

- Скажи, что это все не реально!

- Не могу. Сейчас это реально. Ты должен это чувствовать.

- И что делать? Что мне нужно сделать?

- Иди ко мне.

Дима поспешил вперед, но пропасть между них была тоже вполне реальной. А чудища все приближались.

- Так тут же пропасть!

- Отвечай честно на мои вопросы и с каждым ответом будет появляться одна платформа. В случаи лжи - одна пропадает. И советую тебе не медлить.

- Давай быстрее!

- Что ты чувствуешь ко мне?

- Неприязнь! - платформа появилась и почти сразу пропала. - Что такое?!

- Это не вся правда, - казалось Питер был немного огорчен.

- Что еще за?!

- Говори! - такой тон был Питерсону несвойственен и Диму это напугало.

- Неприязнь и симпатию, - платформа появилась и, вроде, не спешила исчезать.

- Тебе нравится со мной целоваться?

- Что?!

- Дима! - Питер был обеспокоен не на шутку.

Казалось, что Дима скорее отправиться в лапы к чудовищам, чем ответит правдой. Гордость и принципы сражались со страхом. Жуткая смесь. Дима сжал кулаки. Сейчас ему хотелось остаться среди двух огней, и чтобы они не могли его достать. И не мог. Слеза бессилия с примесью страха за свою жизнь. Дима не хотел умирать. Больше всего он ценил жизнь. Не существование, а именно жизнь. А сейчас его сковывали цепи - принципы и мировоззрение. Они полезны, но если их убрать получится сломанный человек. Можно убрать только некоторые, но не все.

- Да, - одна цепь дала трещину.

- Ты когда-нибудь думал о сексе со мной?

Питер его ломал. Ломал часть Димы, специально и в столь специфический способ.

- Да, - трещина стала больше.

- И в каком смысле? С хорошей стороны? - голос Питера был таким осторожно-заинтересованным, таким неподходящим в данной ситуации.

- Да, - цепь не выдержала.

Дима громко всхлипнул. А ведь это больно. Когда тебя, даже только часть тебя, ломают. Так долго он это скрывал, боролся внутри себя, а тут ему приходится говорить все это предмету ненависти и обожания. Слезы уже давно проложили себе путь вниз. Дима осел на плиту. Ему внезапно стало все равно. Он хотел заслонить лицо руками и нащупал эту дурацкую повязку. За чем она вообще нужна?! Одним движением Дима стянул гладкую промокшую ткань и отбросил в сторону. Хотел отбросить, но внезапно увидел гладкий каменный пол залы. Не плиты - пол. В порыве непонимания, слизеринец обернулся назад - никого. Зал был пустым. Впереди, всего в нескольких шагах, Питерсон... и он. Их двое. Никаких чудовищ, мебели и пропастей. Все прояснилось слишком быстро.

- Это была всего лишь иллюзия?! - Дима вскочил на ноги.

- Для тебя это была как вторая реальность, но да. Те чудовища не причинили б тебе никакого вреда. Это все действия зелья.

- Ты?!..

- Все знал, но не мог рассказать.

- Я тебя ненавижу, - Дима сжал кулаки. - Бессовестная скотина. Ты все знал и?.. - плечи вздрогнули в сдержанном рыдании.

- Мне сказали только задавать вопросы.

- Сволочь, - казалось, что весь мир повернулся к нему спиной. - Я тебя ненавижу! Ненавижу! - голос срывался на писк.

- А я ненавижу твое упрямство.

- Скотина, ты еще смеешь ненавидеть меня?! После этого? Ты смеешь... - Дима закрыл глаза, надеясь хоть так избавиться от Питера. - Пошел вон. Уходи!

- Нет. Я не уйду, когда ты...

- Убирайся! - Дима перешел на крик. - Я тебя ненавижу! Слышишь? Ненавижу!

- Скажи это громче!.. Чтобы я поверил.

- Я тебя... - Дима на мгновение заколебался и уже не смог закончить фразу.


## Глава 35. Пошли 'поговорим'


Это было ужасно. Просто кошмар. Дима был взбешен, расстроен и чувствовал себя преданным. Питеру в двух словах объяснили, что слизеринец будет видеть. Сказали, возможно, ожидать неадекватной реакции. Но ничего не предпринимать и только задавать вопросы. Еще он утверждал, что директор велела задавать именно провокационные вопросы: о чем-то личном, скрываемом или о какой-то тайне. Все остальное: чудовища, пропасть, даже варирующий тон гриффиндорца и его гонения - действие зелья. А ведь Питерсон знал, что для прекращения всего того надо было только стянуть повязку. Какая же он скотина.

Дима попытался глубже зарыться в нишу между коленями, хоть так было совсем неудобно. Брюки уже давно промокли от такого потока слез. Досада и предательства - два чувства, которые сейчас разрывали его напополам. В этом трудно было признаться, но до этого Дима доверял Питеру. Не верил, но доверял. Считал, что в случаи чего мог бы попросить помощи и поддержки.

"Ненавижу ли я его?" - в этом слизеринец еще сомневался. Скорее потерял доверие, но ненависть на его место не пришла.

Питерсон хотел оправдаться, старался успокоить, но ничего не получилось. Питер целовал Диму, сцеловывал каждую слезинку, прижимая к себе, в желании уберечь и защитить. Недолго это продолжалось. Дима вырвался и врезал ему в челюсть. Удар был настолько сильный, что Питерсон упал на пол. Обзывая последними словами, Дима утирал слезы, хотел успокоиться и не мог. Питер все выслушал и задал только один вопрос: "Тебе понравился подснежник?". Больше Дима и слова произнести не мог. Только стоял и плакал. Питер хотел подняться, но слизеринец мгновенно отшатнулся. "Я тебя..." - он убежал, даже не закончив фразу.

Винс уже спал, когда Дима ворвался к ним в комнату. Чтобы не тревожить друга, Загорный запустил в него Пундусом. Первым желанием было разбить маленький вазончик на столе. Он даже схватил его в руку, но выпустить уже не смог. Цветок ни в чем не виноват, ведь так? Осторожно поставив горшочек на место, Дима без сил рухнул на кровать. Хотелось лежать. Только чтобы никто его не трогал. Думать не было сил, но мысли, то и дело, раздирали мозг на части. Дима не ощущал себя одним целым - это страшно. Ярость накатывалась потоками и отступала, не давая успокоения.

Понимая, что он этого долго не выдержит, Дима принял единое правильное решение.

- Пундус храпундус, - зеленая искра ударила в грудь, и его окутал сон.


***


Тянулись часы, протекали дни, шли недели. Закончился февраль, а Дима все так же стрался избегать Питерсона. Он много думал и не мог понять своих чувств. Возненавидеть гриффиндорца Дима не смог. Он даже простил ему партнерство в исполнении наказания. Это была идея директора - сложно сказать, что эффективная, но повторно переживать тот страх и ужас не хотелось. Все наладилось уже на следующий день после наказания. Дима проснулся вместе с Винсом и все снова пошло своим чередом. Единственное - Загорный избегал Питера. На общих парах он игнорировал его и даже ни разу не глянул в его сторону. При случайных встречах старался найти обходной путь или побыстрее скрыться в нише. Отсиживался у себя в гостиной или в библиотеке.

- Снова здесь? Что на этот раз? - доброжелательный, относительно знакомый голос.

- Профессор Дроклов задал написать роботу по разновидностям ядов, - Дима оторвался от книги и всмотрелся в прекрасное лицо говорившего.

- И мы это проходили. Можно? - Нестер взялся за спинку стоящего рядом стула.

Дима кивнул и Ларенс присел, положив на стол свою стопку из четырех книг.

- А нам Лимпфон задал написать про оборону в случаи непредвиденной ситуации.

- Это как?

- Он дал нам возможность самим разобраться.

Какое-то время они молчали, изучая каждый свои материалы. Потом они еще какое-то время писали каждый свое, пока тишину не нарушил Нестер.

- Скажи, а было трудно учиться в Тибидохсе по сравнению с Хогвардсом?

- Не намного сложнее. Разные преподаватели, разные методики, разная магия.

- Разная магия?

- Да, у нас с вами разные заклинания, а еще вы колдуете с палочкой.

- А что в палочке такого?

- Должен сказать, что это весьма неудобно. Вот допустим: на тебя напал маг с палочкой. Его уже наготове, твоя - в кармане. У кого больше шансов на победу?

- У напавшего.

- Вот именно. Надо не только успеть вытащить палочку, но и произнести заклинание.

- Вот так? - Дима как-то не усмотрел за быстротой движений Нестера (а он точно двигался?), который уже успел вытащить палочку и приставить к его горлу.

- Да, где-то вот так.

Дима воспользовался моментом и рассмотрел Ларенса. Нестер сидел довольно, но дорожелательно, улыбаясь. Подпирая правой рукой подбородок, во второй держал палочку. Возможно, он был левшей. Дима в прошлый раз на это внимание не обратил. А еще Дима не заметил, что у Нестера было проколото ухо. В большинстве случаев простого серебристого колечка не было бы видно, так как волосы рейвенкловец предпочитал носить распущенными. Сейчас, заправив прядь за ухо, Нестер казался безобидным и немного наивным. Вот только эта палочка...

- Со скоростью у тебя порядок, но что насчет заклинаний? - Дима быстро уперся перстнем в горло Ларенса.

На мгновение Нестер стал весьма и весьма удивленным. Его поразила скорость Димы или же само касание. В мозгу у слизеринеца всплыли фотографии Элиз, которые она сделала на каникулах. "Оригинал всегда лучше", - вспомнил Дима свои любимые слова. Хотел убрать руку, но не сделал этого. Он желал увидеть следующий шаг Нестера.

- Я самый быстрый заклинатель в школе, - на его лице снова появилась улыбка.

- В бою важна не скорость, а качество.

- С этим у меня проблем тоже нет. Проверим? - Нестер сделал нажим на палочку.

- Чем это вы там занимаетесь?!

Из библиотеки их выгнали. Хорошо, что книги разрешили взять с собой. На лестнице они распрощались и разошлись в разные стороны, попутно обещая проверить магические навыки друг друга на практике. С улыбкой на лице Дима отметил, что за после три недели это был их самый продолжительный разговор. Сдизеринец посерьезнел, вспомнив те фотографии. Что это было? За их недолгое время общения Нестер производил только хорошее впечатление, не позволяя себе ничего этакого, и ни разу не показался назойливым. Он действительно был весь из себя положительный. Но фотографии...

У Димы внезапно промелькнула шальная мысль: раз в том безобразии участвовал его двойник, то Ларенс тоже мог быть подставным. 'А смысл?' - напрашивается вполне логичный вопрос. Такая ситуация могла возникнуть в нескольких случаях. Первый. Элиз не заметила в комнате людей, которые тоже снимали весь процесс. Она же их через щелку делала?.. Но тогда откуда взялись разные ракурсы? Не вертелись же те двое в безумном 'ритме страсти'. Даже если и так, то кому нужны такие снимки? Сомнительно, что какие-то извращенцы просто хотели посмотреть на них двоих в паре. Можно было бы шантажировать Диму или Нестера. Первому ничего не предъявляли. А если бы и предъявили, то тут все легко опровергаемо, при условии использования зелья правды.

Второй. Какая-то парочка решила испытать новых ощущений и выпела Оборотного зелья для осуществления задуманного. Но тогда почему именно их? Мало в школе студентов?! О кандидатуре Нестера еще можно поспорить - уникальный красавец, отличный заклинатель (пока еще не успел это наглядно продемонстрировать) и просто хороший парень (такое впечатление уже однозначно закрепилось). А Дима?.. Непонятный иностранец, вокруг которого куча тайн и которого уже не раз хотели убить. Как-то не клеится. Хотя их имитаторы могли, в принципе, быть сторонниками разных идеалов, что и повлияло на разность выбора.

И третий, который настолько прост, насколько бредов. Двое студентов - полные извращенцы, которые занимаются непонятно чем. А данный эпизод стал лищь случайностью, которую Элиз удалось запечатлеть на пленку.

Дима остановился на последней ступеньке. Все равно оно не клеится. Он так просто принял Нестера, что даже не задумывался о других аспектах его жизни. Кто он помимо студента Рейвенкло? Чем увлекается? Откуда родом? Нельзя судить человека, не зная его. Тяжело вздохнув, Дима повернул назад. Он проскочил коридор, где только что скрылся Ларенс, и отправился дальше. Порадовался, что не надо будет делать обход из-за привередливости лестниц, и поспешил в башню Гриффиндора.

Уже идя по коридору, слизеринец подумал, что надо было сначала занести книги, а уже потом рваться просить помощи и искать нужную информацию. Книг было немного - пять штук, весом они были невелики - килограмм восемь, но на пол они упали с таким грохотом и силой, что как-то сразу не поверилось. Именно в тот момент, когда Дима сказал нужный пароль и двинулся вперед, из прохода решил появиться кто-то еще. Выходивший был очень зол: шел он предельно быстро, а при столкновении начал сыпать слабыми (слыхали и похуже) ругательствами. Дима тоже был не рад столкновению. Он упал на пятую точку, а одна книга (как назло, та, что побольше) врезалась ему углом в живот. Другие знания в записях упали по разные стороны от него, отдавая громким эхо (а куда все делись?).

- Смотри куда!.. - говоривший запнулся.

Дима, потиравший ушиб, тоже замер. Подняв глаза, он встретился взглядами с Питерсоном. Молчание затянулось. Питер протянул руку, намереваясь помочь подняться, но Дима оттолкнул ее. Больше не глядя на гриффиндорца, он сел, собрал книги и направился в гостиную. Прижав их поплотнее, Дима не выдержал и обернулся. Питер стоял на том же месте, тупо всматриваясь в место, где только что был слизеринец. Однако, его руки сжались в кулаки и он выпрямился будто по команде 'Смирно!'. Не дожидаясь продолжения, Дима сделал шаг вперед и повернул голову. Книги снова упали, когда Загорный вскрикнул, обнаружив перед собой Сьюзан с Котти на плече.

- Зачем же так пугать?!

- А ты к нам в последнее время не заглядывал, - довольная улыбка внезапно сменилась удивлением, но взгляд был направлен куда-то за спину Димы.

Заметив это, Загорный хотел повернуть только голову, но его внезапно развернули полностью. Сьюзан весело хмыкнула, а Дима успел недовольно вскрикнуть, когда его внезапно потянули за руку и закинули на плечо. Секунда осознания и слизеринец уже начал вовсю сопротивляться, мотая ногами и нанося руками удары по спине Питера.

- Сьюзан, позаботься о книгах, а? Нам нужно серьезно поговорить, - встряхнут Диму и шлепнув его по попе, Питерсон обогнул девушку и направился к лестнице.

Дима взвыл от такой наглости и попытался выскользнуть, но Питер держал крепко. Это было бы не так унизительно, если б не заполненная студентами гостиная. Понимая, как все это выглядит со стороны, и что уже этим вечером об этом будет говорить (знать так точно) почти вся школа. Впившись руками в спину гриффиндорца, Дима старался побыстрее придумать способ хоть немного сгладить свое положение.

- Черт-ос два, Питер! Тридцать баллов с Гриффиндора за прилюдно униженного старосту! - Дима это почти прошипел, но чтобы никто, кроме Питера, это не услышал.

- Плевать. Нам нужно поговорить и мы это сделаем. Если хочешь, то здесь и сейчас!

Это Диму совсем не устраивало. Шел к Бреду, а нарвался на Питерсона. Зря он, что ли, так долго его избегал? Или избегал и напросился? Что-то везет ему сегодня на странных типов. И все же мириться Дима не собирался. Схватившись за плечи, он резро выпрямился. Вот что значит башня - лестница тут круговая. Плюс: Питерсон в детстве не страдал недостатком гормона роста. Ударившись головой, Дима быстро вернулся в исходное положение, схватился за голову и перестал сопротивляться. Но худшее еще было впереди. Питер внезапно сдернул его, перенося на руки.

- Кретин!

- Сам виноват, - сегодня Питерсон даже не собирался быть любезным.

- Пусти! - Дима схватил гриффиндораца за грудки и подтянулся к лицу. - Отпусти меня, слышишь?!

Питерсон лишь довольно улыбнулся и, прижимая руку сильнее, соединил их губы в поцелуе. Дима замычал, но в таком положении ему было неудобно вырываться. Хорошо, что они уже шли по коридору этажа, а то, увидь эту сцену кто-то из студентов Гриффиндора, Загорный бы не пожалел силы вручную прибить Питера на месте. Наконец отстранившись, Дима зло глянул на Питерсона и в шоке окаменел. Сейчас каждая черточка благородного гриффиндорского лица очень ясно выражала, что они вдвоем будут не говорить, а 'говорить'. Было уже нетрудно догадаться, что слова в процессе этого 'разговора' будут неуместны. 'Неужели это все же случиться?..' - Дима побледнел и из всех сил попытался отпихнуть Питера. Питерсон не дал этого сделать. Отпустив ноги слизеринца, развернул его спиной к себе, на мгновение прижал и, открыв дверь своей комнаты, впихнул его внутрь.

Внутри был полумрак, запах воска и роз, идеальная чистота и недвусмысленные звуки с последней кровати. Дима мгновенно все смекнул и залился краской. Питерсон, очевидно, тоже все понял и потянул Загорного обратно. Оказавшись снаружи, Дима воспользовался замешательством Питера и рванул вперед. Погоня была неизбежной и, чтобы не терять драгоценное время, Дима подбежал к двери одной из спален пятикурсников.

- Туманус прошмыгус!

Дима всегда хотел испытать это заклинание не при проходе через предмет, а при прыжке назад. Вот как раз подвернулся хороший шанс. Прыгая спиной на дверь, слизеринец надеялся, что за ней никто не стоял. Хоть заклинание действует только на одну преграду за раз, сбив кого-то, он мог упасть сам, значительно замедлить свое придвижение и подорвать наспех придуманный план побега.

Ощущение прохождения через дверь были намного короче, чем обычно. В момент прыжка Дима сумел заметить приближающегося и немного удивленного Питерсона. Ощутив мгновенное довольство собой, Дима оказался по ту сторону двери. В комнате находились двое студентов, которые были поражены значительно больше, увидев прошедшего через закрытую дверь парня (на призрака он тогда точно не был похож). Сделав быстрый приветный жест, Загорный подбежал к правой стене и также прыгнул на нее спиной, прошептав заклинание. В момент, когда Дима мог слышать уже только стену, он увидел, как открылась дверь.

Оказавшись в комнате шестого курса, Загорный спешил еще больше и старался никак не потревожить уединившихся студентов. Уже в следующей комнате, Дима зацепился за балдахин и больно ударился обо что-то недовольно вскрикнувшее.

- Дима, лучше приходи через дверь.

- Ты что-то сказал? - голос донесся с другой стороны.

- Мысли вслух. Не обращай внимание.

- Бред, откуда ты все?..

- Молчи, - он взял палочку и направил ее на Диму. - Оклумелус Исвазио Лаорунтем.

- Бред, что?! - Диме показалось, будто его накрыли тонкой простынкой.

- Молчи и закрой глаза. Но главное - молчи.

Дима хотел возразить, но дверь с грохотом распахнулась. Догадываясь к чему это, слизеринец хотел вскочить на ноги, но Бред прижал его к постели и приложил палец к губам.

- Питер?

- К вам Загорный не заскакивал? - удачно же слово подобрал.

- Загорный? Нет. Я уже его давно тут не видел.

- Да, что-то он давненько уже не заходит, - Бред показал закрыть глаза и оказался прав.

Дима услышал шорох балдахина и сжался, будто маленький котенок. Шелест страниц книги, которую он увидел в руках Бреда, и тишина.

- Если вдруг увидишь, передай, чтобы зашел. У меня есть кое-что для него.

- И что же? Давай я передам.

- Нет, просили отдать ему лично в руки. Прости, - такое наигранное слово.

- А зачем он тебе нужен? - голос второго семикурсника в комнате.

- Поговорить хотел, - по интонации становилось понятно, что одним разговором он бы не ограничился.

Негромкие шаги, звуки открывшейся двери и захлопнувшейся.

- И все-таки между этими двумя что-то есть.

- Между нами всеми что-то есть.

- Я же не в том смысле.

- Я считаю, что будет лучше предоставить разбираться им самим.

- Всегда ты так. Ладно, я пошел.

- Увидимся, - Бред перевернул страницу.

Дима открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть уходящего семикурсника.

- Нарматум Каприрора.

Дима ощутил, будто с него что-то спало. Он осмотрел себя, но не увидел ничего странного. Перевел взгляд на Бреда, который продолжал читать книгу.

- Что это было?

- Маскировка. Заклинание высокого уровня, но не очень стойкое. Накладывающий его маг должен быть сосредоточен и уверен в себе, иначе оно может иметь очень неприятные последствия. Второе - отменяет действие первого, иначе человек так и останется 'скрытым'.

- И давно ты им пользуешься?

Вместо ответа Бред перевернул несколько страниц назад и показал Диме. На листе было изображено нужное движение руки, а рядом описание заклинания.

- Ты его применил впервые?!

- Зато как вовремя, - Тогерти довольно улыбнулся и отложил книгу на тумбочку. - И как тебя занесло в нашу башню?

- Я шел к тебе, но попал на Питера. В общем... обстоятельства сложились таким образом... что мне пришлось пройти через пару стен.

- Понятно, - это слово было сказано так, будто сам Бред делает это по несколько раз на день. - И зачем я тебе понадобился?

- Ты знаешь Нестера Ларенса?

- Знаю.

- Расскажи мне о нем.

- Выходец из древнего и богатого рода волшебников. Учиться на отлично, но не любит обращать слишком много внимания на свою персону. Очевидно, дома его дополнительно обучали или же у него прирожденный талант, хотя одно другого не исключает...

- Талант к чему?

- К заклинанию. Он делает это быстро, исключительно точно и мастерски правильно. Ему нет равных в магическом бою. Если бы он принимал участие в дуэльных соревнованиях, а как я уже упоминал - он не любит привлекать внимание, то за считанные минуты стал бы победителем.

- А почему он не любит привлекать внимание?

- Ты видел его внешность? Уже в раннем детстве ему оказывали много внимания. Оно ему надоело, так как в большинстве случаев это была фальшь. Теперь Нестер больше ценит свое внимание, чем внимание к нему. В какой-то момент он начал терять интерес к людям, замкнулся в себе, почти впал в депрессию, но все же сумел взять себя в руки и взглянуть на мир по-иному.

- Мне он показался доброжелательным.

- Он всегда такой. Он действительно такой. Учтивый, вежливый и положительный. Просто немного замкнутый и не любит много внимания. После выпуска планирует отправиться в кругосветное путешествие - хочет увидеть мир, - Бред закончил и выжидающе посмотрел на Диму.

- И откуда ты все это знаешь?

- Он мой лучший друг.

У Димы чуть челюсть не отпала. Вроде, такие разные люди, а лучшие друзья. Говорят, что противоположности притягиваются. Но, ведь, и схожие люди как-то сходятся. А в этих двух было что-то особенное - изюминка.

- Раз ты и мой друг, можешь ли ты честно ответить на мой вопрос?

- А ты можешь быть уверен в том, чего не знаешь?

- Это к чему?

- Я не могу обещать правдивого или лживого ответа на вопрос, на который я вообще могу не знать ответ.

- Ага.

- Задавай и я скажу.

- Если у Ларенса на меня... виды?

- Да, - настолько просто это было сказано, что сомнений не возникло.

- И ты мне не говорил?!

- Ты не спрашивал. Вы до недавнего времени и знакомы не были.

- Откуда?..

- Нестер - мой друг.

- Тогда еще вопрос: он оставался на Рождественские каникулы в Хогвардсе?

- Если ты хочешь подвести к: 'не занимался ли он сексом с твоим двойником', то я могу сразу ответить 'да'.

Дима побледнел. Все на самом деле было так.

- Но зачем ему это? Зачем делать что-то подобное с?..

- Он думал, что то был ты. Я узнал об этом после, а то бы сказал, что ты отдыхал в своем загородном домике.

- Он думал, что то я?

- Нестер не спешил посвящать меня в детали, но он пошел на это лишь, думая, что это ты первым делаешь шаг ему навстречу.

- Я бы!..

- Он же этого не знал.

Повисло недолгое молчание. Дима думал над дальнейшим, Бред наблюдал (возможно, не только - так как просто и не скажешь).

- И что теперь? Меня он не интересует в этом плане!..

- Это ваше дело. Если хочешь, вот тебе совет: перебери вещи и зайди к своему декану.

- И?

- Когда переберешь вещи - ответишь на свой вопрос. Даже на два.

- Ты знаешь что-то, что не известно мне?

- Есть и такое, что знаешь только ты, а я в это не просвещен.

- Ладно, а что ты мне должен был передать?

- Вот, - Бред открыл тумбочку и достал кулон-сердечко на длинной цепочке.

- Что это? Откуда это у тебя?

- Знаю, что это непростой кулон, а прислала Катя.

- Тебе? С чего бы это, - Дима рассмотрел сердечко и накинул цепочку на шею, спрятав под одежду. - Тогда я пойду 'перебирать вещи', - Дима слез с кровати и ненароком заглянул во все еще открытую тумбочку. Там лежала стопка конвертов. Отправитель был один и тот же. - Ты переписываешься с Катей?! Она даже мне не пишет!

- А-а, это, - Бред глянул на письма и его улыбка стала шире.


## Глава 36. Записанная жизнь


Уже который раз подозревая, что Бред знает все наперед, Дима извлек небольшую шкатулку и подарочную упаковку. Два зелья, о свойствах и методах, применения которых он до сих пор ничего не узнал. А к кому же пойти, кроме как преподавателю Зельеделия? Ну откуда Бред это знал?!

Решив не тянуть резину в дальний ящик, Дима положил в карман два подарка и отправился к декану. Слизеринец сомневался, что профессор Дроклов мог дать точное определение маминой микстуре, но надеялся хоть примерное описание. О втором зелье Дима был не очень хорошего мнения. Он сомневался, что это что-то полезное или нужное, но проверить все же стоило.

Идя по коридору, Дима задумался и не увидел валявшуюся под ногами книгу. Небольшой предмет со скользящим звуком отлетел в сторону. Вот что, а книги Загорный уважал. Он поспешил поднять и обтрусить утерянную кем-то вещь. Не валяются же книги просто так, да и с неба/потолка не падают (не в его практике так точно). На обложке не было никаких букв, символов или опознавательных знаков. Сам переплет казался старым и невзрачным. Такая вот старая и не часто используемая или относительно новая, но в которую часто заглядывают, книга. Дима открыл первую страницу, надеясь обнаружить название, но там оказался темный отпечаток руки. Для сравнения Загорный приложил свой, но его ладонь была немного меньше. Перелестнув страницу, Дима обнаружил текст, написанный от руки. Первая строка гласила: "Все началось тогда, когда в Клинике акушерства и гинекологии города Лестер родился Я". В ушах зазвенело, а краем глаза Дима заметил изменения вокруг. Глянув перед собой, Загорный был поражен, что вокруг не Хогвардские подземелья, а больничная палата, где несколько врачей суетились возле девушки, глянув на которую можно понять что к чему.

- Тужьтесь, дорогая. Тужьтесь!

- Да хватит уже это повторять! Не видите, что я и так!..

- Последний раз. Давайте еще только раз.

Девушка на кушетке напряглась и в изнеможении упала на подушку. Люди в белых халатах быстро засуетились. Мужчина, в котором узнавался врач, сделал движение рукой и комнату заполонил детский плачь.

- Поздравляем, мэм. У вас мальчик, - медсестра поспешила завернуть малыша в одеяло и протянула женщине.

- Вам муж обрадуется такому ребенку. Редко появляются такие красивые дети.

- У него такой умный взгляд - далеко пойдет.

- Да, он красивее всех. Вот только не надо о моем муже. Я не замужем.

- О, тогда ваш парень?.. - поспешила поправить себя медсестра.

- Его я отшила еще семь месяцев назад. Не хотела, чтобы такой человек был рядом.

Ребенок постепенно успокаивался и начал тянуться ручками. Мама дала ему пальчик, за который он почти сразу взялся.

- Давай его сюда, - медсестра подошла и потянула руки к ребенку. - Вы скоро снова его увидите.

Поняв, что его хотят разделить с мамой, ребенок снова заплакал, но на этот раз голос его стал противным и звенящим. Стены вокруг заходили ходуном, а врач и медсестры осели на колени.

- Достаточно, - ребенок внезапно успокоился и все прекратилось.

Девушка на кушетке непонимающе смотрела на стоящих в дверях двух женщин.

- Здравствуйте, Анна Дроклова. Поздравляем Вас с рождением ребенка.

Анна с интересом смотрела на входящих женщин, подметив, что медперсонал никак не реагирует. Вообще никак.

- Спасибо.

- Мы тут не случайно. Ваш ребенок обладает особыми навыками и способностями. Не такими, как у обычных детей. Видетели, но...

- Маг, - женщины с интересом посмотрели на Анну. - Что вы так удивлены? У моей сестры муж тоже маг. Вот только, Шерон, вроде, был обычным человеком...

- Да так, случается. У родителей без магии в крови может родиться ребенок маг.

- Мы тут, чтобы сообщить вам это. В случаи чего необычного кто-то из наших будет приходить на помощь.

- Видите ли, мы не хотим, чтобы обычные люди знали о нашем существовании.

- Только что ваш сын применил магию. Мы сотрем память об этом инциденте этим людям.

Анна кивнула и попросила передать ей малыша. Одна женщина взялась выполнять просьбу, а вторая - приступила к своей задаче.

- Как его назовете?

- Ну, мне всегда нравилось имя Гектор.

Дима наблюдал, как женщины весело общались, параллельно стирая доктору и медсестрам память. Загорному как-то не верилось, что это маленькое краснощекое существ - его декан. Даже весело становилось от этой мысли. Глянув в книгу, Дима обнаружил, что несколько страниц перелестнулись без его участия. Перевернув еще десяток, он оказался уже в другом месте. Вокруг было светло и красиво. Комната была вся в гирляндах, а вокруг гуляли люди. В центре комнаты обнаружился светловолосый мальчуган в смешном колпаке с надписью: "Именинник". Вокруг него резвилась ребятня.

- Гектор, пришел твой крестный!

Малыш Дроклов подскочил со своего места и понесся к двери.

- Дядя Бен! Тетя Нэтл!

- Привет, Гектор, - молодой мужчина подхватил мальчугана на руки и подбросил. - Ты летишь!..

- Дорогой, пусти ребенка, - супруга забрала ребенка и крепко его обняла. - С днем рождения, Гектор.

- Ан, мы приготовили кое-что особенное. Есть где-то тихое место?

Мать именинника быстро кивнула и повела сестру и ее мужа на кухню. Диме было тоже интересно, и он последовал за ними. Оказалось, что и он может передвигаться. Ради интереса, попытался прикоснуться к одному из гостей, но его рука прошла насквозь. Парень невольно ощутил себя призраком. А ведь он и был призраком - лишь наблюдателем этих событий.

На кухню Дима вошел, когда Бен вручил молодому Дроклову книгу.

- Это не простая книга. Очень редкая вещь. Открой, - ребенок моментально выполнил. - Положи руку на эту страницу, - Гектор выполнил. - Это книга воспоминаний. Теперь она твоя, - на листке остался отпечаток маленькой ладошки. - Тут будут записывать все твои телесные воспоминания. Ты сможешь просмотреть их в любой момент, но только не забывай иногда обновлять их, касанием сюда, - дядя показал на листок с отпечатком.

Довольный Гектор обнял крестного и родную тетю. Поблагодарил их за подарок и протянул маме книгу, попросив положить туда, где ее никто не найдет.

Диме не верилось, что он наблюдает за детством своего декана. С одной стороны это было забавно, а с другой - как-то неудобно. Личные воспоминания. Ничего же не случиться, если он немного посмотрит? Дима не собирался никому рассказывать. Он пролистал несколько страниц вперед, но там была обычная повседневность. В голову пришла мысль о школе и книга на нее среагировала.

- И где эта платформа 9 и 3/4?! Ужас! Кто вообще такое придумал?

- Мама, я думаю, что это где-то между 9 и 10 платформ.

- Я так тоже думаю, но где конкретно?!

Одиннадцатилетний Дроклов, у которого уже начал намечаться отличительный хвост волос (сейчас он был больше похож на хвостик), толкал тележку со своими вещами, с интересом смотря по сторонам. Наверное, ему не часто приходилось бывать на Лондонском вокзале, если вообще приходилось.

- Надо было взять дядю Бена. Он мог бы подсказать.

- Без него справимся!

- Очевидно, не справитесь.

- Дядя Бен!

Дима обернулся и увидел приближающегося крестника. Он по-прежнему выглядел молодо, хотя (если следовать книге) ему было уже около тридцати.

- Жаль, что Лара пойдет в школу только в следующем году, а то бы вы отправились вместе. Идем?

Гектор специально не дал везти тележку дяде, желая сделать это самому. Дима проследовал с ними до платформы, где уже собралось порядком народу. Бурно распрощавшись со своим единственным сыном, Анна Дроклова пожелала ему успехов и буквально приказала присылать письмо хоть раз в неделю (удвоенный или утроенный прилет сов только приветствовался).

Дима проследовал в купе вслед за Дрокловым. Перелестнув страницу, Загорный увидел едущих в Хогвардст на лодках первокурсников. Гектор развлекал беседой трех девчонок, которые ехали вместе с ним. "Тогда еще он был веселым и общительным", - Дима наблюдал, как его декан все время не замолкал. Он старался познакомиться со всеми, кто был вокруг него. Загорный даже подумал, что именно так ведет себя маг, который жил почти только среди лопухоидов. Лишь во время церемонии распределения, Гектор изволил замолчать. Шапка ни секунды не колебалась, выкрикивая "Слизерин!". Идя к своему столу, Дроклов развел руками, показывая своим новым знакомым, которых определили на другие факультеты, что так уж получилось.

Дима наблюдал за всем этим с неугасающей улыбкой. Он хотел найти кого-то знакомого, но кого он мог тут знать? В мыслях всплыли слова Дроклова про учебу с Лимпфоном. Но декана Гриффиндора тут не было. Они же не были одногодками? Книга снова ожила, перелистывая страницы. Дима видел как быстро сменяются образы перед глазами. Видел отрывками жизнь своего профессора: учебу, досуг, пакости, увлечения, знакомых и просто учащихся вместе. Диме даже однажды показалось, что он видел сон профессора, но не стал на этом останавливать.

Образы замерли, показав тот же Большой зал, но уже через несколько лет. Дима нашел Дроклова. Он вытянулся, отрастил волосы и вообще выглядел старше, чем мгновение назад. В зал как раз вошли новые первогодки. Малыши старались не отставать от уже немолодого преподавателя. Церемония началась как и у Дроклова. Дима предположил, что книга перенесла его на год поступления Лимпфона. Отойдя от стола Слизерина, Загорный направился к первокурсникам, надеясь найти там декана другого факультета. Как он не старался, но никак не мог найти кого-то похожего. Пришлось отойти и ждать.

- Волтер Лимпфон.

Дима вместе со всем залом рассмеялся. Не странно, что он не мог узнать Лимпфона. Маленький мальчик казался обиженным на весь мир: надутые щеки, сжитые губы, опущенные глаза. Теперь Дима понимал, что декан Гриффиндора не укладывает свои волосы специально. Сейчас волосы Лимпфона были очень сильно приглажены заклинанием. Казалось, что на них вылили банку геля. Голова мальчика отливала золотистым в свете свечей. Преподаватель опустил ему на голову шляпу, она выкрикнула "Гриффиндор!" и прилипла. По залу снова прокатилась волна смеха, когда преподаватель принялся дергать шляпу, которая вдруг начала петь немного похабную песню. В результате прическу Лимпфону испортили, зал насмеялся, а преподаватель пошел отчищать шляпу, которая потом еще несколько раз пристала к головам первокурсников.

Директор (какая-то другая женщина) сделала заявление о предполагаемых мероприятиях в этом году, предостерегла первокурсников от разных глупостей и запретила студентам, особенно третьекурсникам (по реакции Дроклова Дима предположил, что именно там он и учился) ходить к Воющей хижине, где в то время проходила реконструкция. Дальше был пир и расход по комнатам. Дима пролистал несколько страниц, но так и не увидел никаких столкновений. Понимая свойства этой книги, Загорный мысленно задал вопрос об этом.

Страницы перелистались и начали показывать короткие отрывки. Он оказался в коридоре, где Дроклов разговаривал с другими студентами, а мимо крича, что они не успеют, промчалась стайка студентов помладше во главе Лимпфона. Следующий эпизод был показан, как разговор Дроклова с одной девушкой (Диме показалось, что он уже видел ее раньше) на поле для квиддича, где эти двое наблюдали за отбором в команду Гриффиндора. Лимпфон оказался среди претендентов, но развязки Дима не увидел. По Диминым подсчетам он пролистал три лета, просматривая мелкие схождения этих двух.

Наконец, книга выдала что-то продолжительное. Это был кабинет, заставленный разными колбами, баночками и бутылочками, котлами и кастрюльками, а еще стол с разбросанными бумагами. Тут было две двери: одна вела в архив (там было огромное количество папок с бумагами), а вторая была закрыта. В комнате находились двое: женщина средних лет и уже очень похожий на себя теперешнего Дроклов. Сходство заключалось в отросших волосах и хмурости. Он стоял, скрестив руки на груди, и размышлял, казалось, о чем-то очень неприятном. Диме было ближе увидеть такого декана, но прежний был как-то веселей и общительней. Вероятно, случилось что-то серьезное за эти несколько прошедших лет.

- Ох уж эти спортсмены! - женщина мастерски смешивала какие-то компоненты в зелье стремительно меняющегося цвета. - Говорила ж я им отменить матч! Где это видано, чтобы в такую погоду играть?! Град, ливень, ветер, а им подавай игру! - женщина подошла к другой полке, достала какой-то корень и вернулась к котлу. - С этим еще ладно. Будет им уроком. Но Дарвинус обалдел! Куда он подевался, когда больничная палата заполнена студентами?! Будто у меня время лишнее есть.

- А разве его еще не уволили? - Дроклов подошел к полке и достал коробку с мелкими сосудами.

- Только обещают. Если так и дальше пойдет, то я лично прополощу ему мозги, - женщина быстро начала разливать варево, а Гектор быстро закупоривать их пробками.

Работали очень слажено. Женщина протягивала руку, а Дроклов что-то постоянно подавал, даже не спрашивая. Они подготовили еще три зелья и достали несколько готовых.

- Все. Я побежала, а то второкурсники уже с ума сходят. Дальше ты сам. Лучше, чтобы все это выпили. Особенно тот, у которого рука сломана. Ну, я уверена, что ты сумеешь их убедить.

Женщина вымыла руки и вышла через вторую дверь. Дроклов взял поднос, выставил на него все нужное, тяжело вздохнув, применил к нему левитацию и вышел в туже дверь.

Обход был очень продуктивным. Оказалось, что накануне было проведена игра в квиддичь. Погода была не то, что не летная, а вообще желательно-домо-сидящая. Из-за плохой видимости многие получили травмы, но самой серьезной оказался перелом. Почти все поголовно чихали, кашляли и лежали с температурой. Настоящий целитель справился бы с этим всем за час. Студенты воспользовались моментом и пропустили занятия.

Медбрат, который постоянно должен быть в больничной палате, совсем не выполнял своих обязанностей. Это был первый такой безответственный год в его практике, но всем уже хватило сполна. Дима понял, что та женщина была преподаватель по Зельеделию. Она могла только помочь ускорить выздоровление, но не вылечить. Видимо, уже тогда Дроклов увлекался зельями и, как старосте, ему было поручено помочь. Он отлично справлялся с этой задачей. Некоторые не хотели принимать зелье - их приходилось "наталкивать" на это. Играли Рейвенкло против Гриффиндора. Сокурсники Дроклова не очень хотели пить эту гадость, но приходилось. Они не противились, хоть и пофыркали ради приличия. К другим приходилось применять менее вежливые формы 'просьбы'.

Дима проследовал в следующую палату, откуда доносился веселый смех. Там обнаружился довольный жизнью Лимпфон, который распинался перед двумя девушками (очевидно, старше его). Выглядел он постарше. Значительно подрос и больше не приглаживал волосы заклинаниями.

- Фрея, Нетели, вы же знаете, что сейчас тут быть нельзя.

- Гектор! - девушки моментально переключались на слизеринца, обняв парня с двух сторон. - Ты еще и за больными тетерь следишь?..

- Ты же ничего не сделаешь с нашим Волли?..

- Девочки, на выход.

- Какой ты у нас строгий сегодня.

- А потом осмотришь и нас? У меня что-то горло болит.

- Да, а у меня насморк начинается.

- Хорошо, но только после занятий.

- Ловим на слове.

- Пока, Гектор.

- Пока, Волли.

Дроклов дождался пока девушки уйдут, и закатил глаза, чем очень удивил Диму. Девушки были очень симпатичными, а он был рад от них избавиться. Нестранно, что он до сих пор не женат.

- Зачем ты их прогнал? Они же ничем не мешают.

Похоже, настроение у Дроклова снова испортилось. Каким-то обреченным он казался. Это у него такая на Лимпфона реакция? Они же никак до этого не конфликтовали. Даже разговаривали только раз. Гектор взял один флакон с подноса.

- У тебя горло болит? По твоей болтовне такого не скажешь.

- Ну, не молчать же с такими девчонками.

- Выпей, - Дроклов хотел откорковать сосуд, но Лимпфон скрестил руки на груди.

- Нет.

- Почему? - заинтересовано-безразличный тон.

- Это определенно какая-то гадость. Зельевары, других не готовят.

- Так говорят только маленькие дети, - Лимпфон обижено нахмурился. - Может тебе сделать его со вкусом лимона или лучше банана?

- Банана, будет лучше.

- Ага, вот уже побежал. Пей, - Дроклов протянул сосуд.

- Заставь меня.

Дима казалось, что Дроклов проклинал все и всех. Он подошел к Лимпфону ближе, критически его осмотрел и тяжело вздохнул.

- Ладно. Сам попросил.

Дроклов вытащил пробку, вылил содержимое себе в рот (Дима был поражен не меньше Лимпфона) и соединил их чубы, заставляя гриффиндорца глотнуть. У Загорного глаза на лоб полезли. А он всегда думал, что Лимпфон начал преставать к Дроклову. Но ни только он не ожидал такого. Волтер был поражен не меньше. Он распахнутыми глазами наблюдал за Гектором, который, будто ни в чем не бывало, вернул все на поднос и собирался уйти.

- Подожди, у меня еще тут что-то непонятное.

Дроклов обернулся и направился обратно (поднос тоже последовал за ним).

- Где?

- Здесь, - Лимпфон показал куда-то себе на грудь.

Гектор подошел ближе. Как только он оказался на достаточном расстоянии, гриффиндорец схватил его за руку и притянул к себе, соединяя их губы уже в настоящем поцелуе. Теперь Дима удивлялся вместе с Дрокловым. Слизеринский декан постарался отодвинуться, но это у него получилась лишь на короткое мгновение. Лимпфон не отпустил руки и не дал Гектору отстраниться надолго. Он снова его притянул, заключил в объятья и повалил на постель. Поднос с грохотом рухнул на пол.

- Черт! Пусти, Волтер!

- Да ладно тебе. Все же знают ту историю.

- Какую историю?

Книга мгновенно среагировала на вопрос Димы и начала листать страницы назад.


## Глава 37. Страх полюбить


"А ведь я действительно его любил..." - единственная фраза написанная другим почерком. И дальше начинается снова все строиться из образов за пределами книги. Дима стоит в одной из спален Слизеринских подземелий. Пять кроватей: четыре пустуют и лишь одна с задернутым балдахином. Слышаться негромкие голоса вперемешку со всхлипами. Дима подходит ближе, чтобы понять. Пройдя сквозь балдахин, он увидел Дроклова, который плакал в объятьях девушки. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять кто она такая. Уже не осталось сомнения - это его близкая подруга. Она была с ним в лодке, ее определили с ним на Слизерин и она следует за ним на протяжении школьных воспоминаний.

- Джил, я идиот.

- Ты не идиот, просто Глорен дебил и кабель.

- Ты мне говорила, а я не слушал.

- Я много чего говорю, но...

- И зачастую права, - Гектор всхлипнул громче. - Я просто тряпка, подстилка...

- Еще раз так скажешь - я тебя удушу!

Вместо ответа Дроклов снова всхлипнул. Вид у него был не из лучших: растрепаные волосы, красные глаза, драная одежда. Внешне ему можно было дать лет четырнадцать.

- Но теперь все так будут говорить. Ты же сама слышала.

- Слышала и не намерена с этим мириться! И ты тоже!!!

Дроклов только сильнее прижался к подруге.

- Это моя вина.

- Нет! Ты всего лишь сказал о своих чувствах.

- И позволил себя изнасиловать и даже заснять это на пленку...

У Димы перехватило дыхание. Губы машинально повторили написанную вручную строку.

- Вызови его на дуэль! Потребуй прилюдного извинения.

- Джил, я - слабак. Я могу только говорить и делать глупости.

- Ты НЕ слабак! - девушка уже чуть сама не плакала, но старалась сдерживаться изо всех сил. - Ты хорошо заклинаешь.

- Для четверокурсника.

- И что? Мы можем подобрать нужное заклинание и...

- Ничего не получиться.

Книга внезапно перевернула еще несколько страниц и показала холл перед Большим залом.

- Дроклов, а ты сегодня свободен? А то от меня ушла девчонка и нужна разрядка, - гриффиндорецы хором заржали.

- Слушай, а двоих за раз можешь? А то я бы тоже не прочь.

- Да, Гектор, я посоветовал тебя всем своим знакомым. Что молчишь? Язык проглотил?

Дроклов давно остановился и сжимал кулаки. Это было низко. Вокруг было полно студентов, которые кидали недоброжелательные и насмешливые взгляды то на гриффиндорцев, то на слизеринца.

- Скоты, - Дима стоял рядом, и только он это услышал.

- Так ты согласен? Ты как больше любишь: с презервативом или без?

Дроклов быстро вытащил палочку и направил ее на группировку.

- О, Гектор надумал шутить, - главный в группе достал свою палочку.

- Опусти палочку, а то еще поранишься.

- Все же прекрасно знают, что ты никудышный колдун. Ты только зелья варить умеешь.

Лицо Гектора было перекошено гневом. Он казался решительным, но его рука дрожала. Внезапно Дроклов отвел палочку в сторону и закрыл глаза. Черты лица разгладились и он приложил палочку ко лбу.

- Наиме. Лерно. Умеме. Оклос. Дрине. Зарбо, - Дроклов сначала говорил тихо, но постепенно повышал голос.

Вокруг него начал чертиться белый сверкающий круг. Дима предпочел немного отойти и наблюдать за этим со стороны. А вот студенты вокруг начали подходить ближе, чтобы разглядеть происходящее. Группа из четырех гриффиндорцев занервничала. Уже все они достали палочки и направили на слизеринца.

- Перн. Шарл. Нуму. Вало. Стер. Карн, - Дроклов открыл глаза.

Круг вспыхнул и погас, уступив место воздуху, который не прекращающим потоком направлялся к потолку. Дроклов был не просто окружен ветром, но и заполонил им круг. В середине тоже появился рисунок, и воздух излился новым потоком. Надо отдать должно Дроклову. Незакрепленную одежду начало разметать, его волосы распутались и белым пламенем стремились ввысь, а он сам даже ни разу не моргнул.

- Что ты творишь?! Прекрати!

- Экспелиамос!

Воздушная стена приняла на себя заклинание и подняло его ввысь, разметая на мелкие искорки. Другие гриффиндорцы тоже начали выпускать заклинания, но все они были разбросаны.

- Нам. Аро. Пру. Шал. Гер. Део, - круг снова окружил огонь, предавая всему этому еще больше эффекта. - Ош. Ур. Ат. Де. Ло. Ер, - ветер прекратился, пламя бросилось в сторону и растаяло.

- Гектор?.. - заводила побледнел.

- К. А. Т. Р. Е. Н, - Дроклов направил палочку на группировку и из нее вырвался толстый зеленый луч.

Гриффиндорцы взвыли и хотели убежать, но не успели. Заклятие настигло их за долю секунду. Все четверо упали на пол и начали корчиться.

- Хватит работать на публику, - голос Дроклова заставлял вспоминать лед. - Это не больно. Отныне у вас больше не будет потребности "расслабиться". Можете обратиться к целителям, но они не сумею вам помочь, - Гектор стал над поверженной четверкой. - И еще. Катрен, ты хреновый любовник!

Спрятав палочку, Дроклов развернулся и направился в Большой зал. Однако туда дойти он не успел. С громким криком к нему бросились девчонки, которые начали хвалить за такой решительный поступок. Благодарить, что, наконец, преподал Глорену давно заслуженный урок. Восхвалять силу и умение ТАК заклинать.

Дима не верил своим ушам и глазам. Такого колдовства он еще никогда не видел. Загорный был полностью согласен с таким наказанием, но считал его слишком жестоким. Он поспешил подойти ближе, так как уже переставал слышать разговор. Однако, внезапно перелестнулась страница и Дима снова увидел спальню.

- Гек, ты был прекрасен! Я даже не знала, что ты знаешь подобные заклинания. Так им и надо!

- Я блефовал.

- Что?..

- Это показуха. На самом деле это лишь набор отрывков разных заклинаний, который мне когда-то показал крестник. Это все для виду.

- Так то, что ты сказал, не правда?

- Я все же внес свою лепту в это. Они действительно стали импотентами, но лишь на месяц. Потом все пройдет. Но сейчас ничем не помочь.

- Тогда ты еще мудро поступил, а то за такое могли и исключить.

- Я не такой тупой. Именно поэтому преподаватели мне ничего не сказала. Они знают, что это все фарс и заклятие временно.

- Так и надо этим четверым! Они же думаю, что это навсегда!..

- Джил?..

- Чт?.. - девушка оборвалась и мгновенно подскочила к другу.

Дима тоже не сразу заметил, что по щекам его декана текли слезы.

- Успокойся. Все позади. Ты отомстил и теперь никто тебе ничего не скажет...

- Пообещай...

- Что? Что пообещать?

- Если я снова влюблюсь, то ты остановишь меня...

- Но вдруг?..

- Пообещай.

- Но почему? Вдруг ты встретишь нужного человека? Вдруг это будет ответная любовь?!

- Джил...

- Нет! Я не буду этого обещать, - у девушки самой уже потекли слезы. - Я не могу...

- Тогда хоть пообещай, что остановишь меня в не том случаи.

- Обещаю.

Книга опять начала листать страницы. Дима вернулся в больничное крыло, где Лимпфон старательно прижимал уже начинающего гневаться Дроклова к кровати. Вспомнив: о чем шла речь, Загорный подошел немного ближе. Теперь он увидел, что декан Гриффиндора начал осознавать свою ошибку, но только начал. Дроклов стиснул зубы и со всей силы отпихнул замешкавшего Лимпфона. Вскочил с кровати и будто пытался испепелить своего 'пациента' взглядом.

- Скотина, ты - сосунок, которому тогда было только двенадцать. И ты еще смеешь заикаться о том, чего не знаешь?!

- Это я сосунок?! - Лимпфон поспешно встал с кровати и направился к слизеринцу.

Дима заметил, что даже с разницей в два года. Лимпфон уже в четырнадцать был выше его декана. Не таким внушительными и боевым, как в настоящее время, но скоро намеривался наверстать.

- Если введешься на поводу у других, то да!

- Ах, так! - Лимпфон хотел схватить Дроклова, но второй вовремя отскочил.

- Если ты сейчас же не ляжешь в постель, я буду вынужден снять с твоего факультета баллы, - таким взглядом можно дырки в стенах сверлить.

- Я лягу, если ты ляжешь со мной!

Дроклов был просто в шоке. Воспользовавшись моментом, гриффиндорец заключил его в объятья и снова поцеловал. Дима даже не знал чему верить. Со стороны это было похоже на ссору двух врагов, но вот Лимпфон уже второй раз требует поцелуй. Однако размышлять на эту тему долго не пришлось. Дроклов резко откинул назад голову и выкрикнул вырубающее заклятие. Волтер обмяк и Гектор не очень аккуратно толкнул его на кровать. Даже не заботясь об одеяле или свисающих ногах, Дроклов коснулся губ, а потом с брезгливой гримасой вытер их. Бросив злой взгляд на Лимпфона, он сказал восстанавливающее заклятие и заклятие левитации. Поднос со всеми ранеестоявшим снова взмыл в воздух. Вот только зелья остались цветными пятнами на полу. Пришлось очистить лужи. Бормоча что-то под нос, Дроклов поспешил обратно в кабинет медбрата.

'Неужели все так и началось?' - книга не стала отвечать на этот вопрос. Дима это понял по тому, что она выждала несколько секунд, прежде чем снова прейти в движение. Дальше снова был калейдоскоп коротких событий, где Лимпфон то и дело старался привлечь внимание, насолить или даже поцеловать Дроклова. Это было забавно. С каждым новым фрагментом Дима думал: добьется ли декан Гриффиндора своего. Пару раз угадал, но в большинстве случаев Гектор давал отпор.

И все же один эпизод заставил Диму задуматься. Книга показала ему уютный дом Дроклова, где он проводил свое лето, помогая маме, практикуясь в зельеделии и встречаясь с друзьями. В том фрагменте Гектор вернулся домой с какой-то прогулки и поспешил войти внутрь. Мамы дома не было, и он направился на кухню. Обнаружив там пирог, Дроклов отрезал себе кусок и сел перед телевизором. Он проклацал пару каналов, пока не наткнулся на какое-то шоу. Диме было не очень интересно, и он хотел отойти, когда в стекло постучали. Повернувшись, Загорный увидел, как его декан поспешил открыть окно красивой сове. Птица влетела внутрь, уселась на стол и начала клевать пирог (он оказался с мясом). Стараясь не мешать сове, Дроклов отвязал письмо и уселся на диван.

На конверте не было отправителя. Дима уже догадался от кого оно, но вот Гектор помешкал. Покрутив конверт в руке, он вскрыл его и достал сложенное письмо. На первой же фразе Дроклов вздрогнул.

'Я люблю тебя. Я знаю, что ты в это не веришь, но это так. Я уже всячески пытался это показать, но ты не веришь. Ты отвергаешь меня, когда я тебя целую. Ты не позволяешь себя обнять. Ты даже присутствия моего не терпишь. А ведь мне больно. Мне больно каждый раз, когда ты так поступаешь.

Иногда мне кажется, что мое сердце сейчас разорвется. Ты так близко, но до тебя не достучаться. Ты словно далекая звезда: тобой можно любоваться всем, но ты недосягаем. Ты холодный словно лед. Дай мне шанс растопить твое сердце...'

Оставалось совсем немного строк, но Дима не сумел их прочесть из-за слез. Он смахнул их и уже не успел прочесть всего остального. Дроклов опустил письмо, и было невидно слов. Загорный понимал, что это не его дело, но он присел, надеясь заглянуть и дочитать, но замер. Лицо его декана было по-прежнему хмурым, но по щекам текли одинокие слезинки.

- Красиво, гад, - Дроклов сжал листок бумаги и вытер бежавшие слезы. - Прости, но я не могу позволить себе любить.

Гектор резко встал со своего места и направился к камину. Заклинанием разжигая огонь, он поднес скомканный листок. Дима хотел воспрепятствовать этому, но что он мог сделать? Он тут только призрак. Листок начал свой полет, но Дроклов мгновенно погасил пламя. Письмо упало на пепел, а декан, наблюдая за этим, осел рядом.

- Не могу...

Дима хотел поднять листок, но книга не дала ему даже дотянуться до него. В мозгу всплыло воспоминание на снегу. Даже в такой обстановке, при таких обстоятельствах...


***


Книга сделала еще одну продолжительную остановку. Диму уже научился их различать, так как повествование снова начиналось из далека. Интересным еще было то, что перед этим эпизодом перелестнулось порядком много страниц. Последнее показанное столкновение кончилось истерикой со стороны Дроклова и парой не очень приятных заклинаний.

Дима увидел уже семнадцатилетнего декана, который готовился к какому-то большому мероприятию. По количеству и тематике украшений Загорный предположил, что это Рождество. Дроклов надевал нарядный белый костюм. Он распустил волосы и одел маску. Теперь-то хоть не было видно не очень положительное настроение Гектора.

- Готов? Тю-у-у. А почему так простенько? - Джил было облачена в костюм морской девы (вот она смотрелась действительно эффектно).

- Не хочу ничего особенного.

- Так я и позволю тебе появиться на нашем последнем балу вот так, - непонятно с какой полоски ткани она достала палочку и направила ее на друга. - Карманермус Инкартана!

Костюм Дроклова стал быстро меняться. Вскоре Гектор стал Зубной феей.

- А получше ничего придумать не могла?

- А, по-моему, тебе очень идут такие маленькие крылышки. Не большие, а именно маленькие.

Дроклов просто опустил руки. Спорить желания не наблюдалось. Он просто положил палочку во внутренний карман и направился к двери.

- Идем?

- Пошли.

На балу Дима шнырял между танцующими парами, стараясь высмотреть Лимпфона, но и не потерять из поля зрения Дроклова. Так он и промотался все время, но усталость не брала. В результате Дима перешел на рассмотрение костюмов, прикидывая, чтобы он мог подобрать себе.

Закончилась музыка, и объявили последний танец. Дима вместе с Дрокловым хотел уйти с площадки, но перед ними внезапно возник Незнакомец в черном.

- Позвольте пригласить вас на танец, фея, - низкий поклон, рука и ожидание.

Мгновение колебаний, Гектор подал руку. За танцем Дима наблюдал без особого интереса. Он не был уверен, что Незнакомец - Лимпфон, и параллельно старался отыскать еще кого-то схожего. Загорный видел, что эти двоя и словом не обмолвились. А когда танец подошел к концу, Незнакомец быстро коснулся легким поцелуем губ Дроклова, прошептал "Прощай" и растаял. Для Димы было неожиданностью это исчезновение. Дроклов же не знал, как реагировать и что делать.

Директор начала говорить последнюю за тот вечер речь, когда Гектор внезапно рванул к выходу. Дима последовал за ним (ему было намного легче пробираться через толпу). Они выбежали в холл и направились на улицу. Дима не чувствовал перемены температур, а Дроклов ее просто не замечал. Загорный внезапно увидел стоящую у стены фигуру. Хотел окликнуть своего декана, но тот рванул в другую сторону. Дима решил проверить и оказался прав. Незнакомец в черном действительно был Лимпфоном. Он стоял тут и мерз, утирая текущие слезы. Загорный хотел побежать за Дрокловым и привести его сюда. Уже даже отбежал, но книга не дала ему сделать это. Значит, в тот вечер они и не встретились. Догадался ли Дроклов: кто то был? Узнал ли голос? Дима не узнал, а у него была отличная память на голоса. Лимпфон сказал "Прощай". Это был их последний школьный бал. Просто не верилось, что тут все закончилось.

Не зря не верилось. Дима вспомнил, что в настоящем они постоянно скандалят. Эти двое встретились позже, но не похоронили ли они свою любовь тут и сейчас? Дима смахнул слезу, смотря в книгу, которая спешила показать еще что-то.


## Глава 38. Килауэарский амортан


Страницы пришли в бешеное движение. Это было второе такое длительное перемещение. Пролистали не год и не два, а пять лет. Дима видел как Дроклов занимался личной практикой дома (даже взрыв успел высмотреть), как снова приехал в Хогвадрс, как встретился уже с Вирджинией, как приступил к работе преподавателя и как, уже в школе, проводил разные опыты. Все это было словно на быстрой промотке. Дима видел, как его декан еще немного подрос и после только наблюдал, как он взрослел, отращивал волосы и становился больше похожим на себя теперешнего.

Следующую остановку книга сделала где-то в конце пятого лета. Дроклов находился в своем кабинете в подземельях замка и разбирал вещи. Поскольку до этого показывался его дом, то Дима предположил, что это перед началом учебного года.

С негромким "пф" из камина вылетел маленький лист бумага и подлетел к лицу преподавателя. "Зайди ко мне", - гласила записка. Без подписи или еще чего-то Дима не смог понять кто отправитель, но Дроклов, похоже, знал. Он расставил привезенные компоненты для зелий на полки и вышел из помещения.

Где-то на полдороги Дима начал догадываться: куда они идут. Поворот на шестом этаже не оставил сомнений. Поднявшись по лестнице в кабинет директора, Дроклов постучал и вошел. Там уже собрался весь преподавательский состав. Они весело беседовали, окружив что-то.

- О, вот и ты, - этой фразой Вирджиния обратила общее внимание на пришедшего.

Толпа расступилась, открывая предмет всеобщего внимания. Дроклов оторопел. Дима уже успел догадаться, кого там увидит. Лимпфон тоже стоял как вкопанный. Если Загорный все правильно понял, то они не виделись и не поддерживали связь на протяжении пяти лет. Он наблюдал, как два преподавателя разглядывают друг друга. Первым пришел в себя Лимпфон:

- Гектор, - он сделал шаг вперед, раскрывая объятья.

Ответ был намного ярче. Дроклов сделал шаг назад и с грохотом захлопнул дверь. Дима, не ожидавший такого, остался по ту другую сторону и поспешил за своим деканом. Он нагнал его на лестнице. Дроклов несся, словно за ним гналась стая волков. Преодолев два лестничных пролета, он бессильно облокотился на стену и сполз на пол. Упершись рукой в лоб, он старался отдышаться. Дима обернулся, но преследования не было. В коридорах вообще никого не было, кроме привидений.

- Черт, - Дима вернулся к своему декану. - Неужели опять?

И действительно началось "опять". Дима прыгал от эпизода к эпизоду. Пролистывал страницу за страницей. Теперь книга начала тормозить чаще. И просматривая все новые столкновения, Дима лишний раз убеждался, что эти двое повзрослели. Дроклов больше не был таким осторожным и нежным мальчиком. Он сознательно шел на риск, будь то эксперимент в его кабинете или же вылазка в ночной город ради свидания вслепую. Принимал все последствия и отвечал за свои действия.

Лимпфон в те моменты, которые показывала книга, вел себя упорно, настырно и с изюминкой, каждый раз стараясь придумать что-то новое. Это не было похоже на игру в Кошки-Мышки. Скорее это было соревнование: кто быстрее сдастся. Прекратит Гектор свои препинание и отбросит все или же Волтер сдастся и оставит свои попытки вернуть былое.

Дима даже раз подумал, что они как малые дети. Они ни разу не поговорили нормально. Если не обстоятельства, то Дроклов начинал вести себя взвинчено, будто у него сразу портилось настроение. Нет, они все же один раз сумели цивилизовано переброситься парой тройкой фраз, но все кончилось, когда Лимпфону внезапно захотелось взять субстанцию очень подозрительного вида. Взрыва не ожидал никто, но последствия были очевидны. Тогда Гектор навсегда запретил трогать что-то в его кабинете (но этот запрет нарушался даже при Диме).

Еще одной интересной деталью было то, что Дима не сразу узнал первокурсников шестилетней давности. Сумел посмеяться почти над всеми знакомыми, так как за время обучения они очень изменились. Иногда наблюдал уроки зельеделия. Видел как скучали почти все гриффиндорцы (Сьюзан все тщательно записывала) и как еще с малых лет профессор Дроклов приучал их к дисциплине на своем уроке.

Казалось, что это могло длиться вечно. Книга показывала, а Дима наблюдал. Иногда это было забавно, временами наводило на определенные мысли, часто трогало за живое. Вскоре в воспоминаниях Дроклова появился и он сам. Большой роли не играл, но мог наблюдать за собой со стороны. Видел даже, как его декан издевался над Лимпфоном, когда Дима поймал его в кабинете.

Книга сделала новую остановку, и Дима оказался в кабинете преподавателя зелий. Тут уже находились эти двое. На начало разговора Загорный не попал, а сразу же окунулся в начало ссоры. Лимпфон упирался спиной в шкаф, бережно, но крепко, прижимая к себе слабо вырывающегося Дроклова. Казалось, что бывший гриффиндорец таким образом развлекался, хотя Дима знал, что все это более, чем серьезно. Гектор же выглядел негодующим и нервным. Его руки впивались в предплечья на его животе, а глаза он старательно закрывал, будто стараясь сконцентрироваться.

- Последнее предупреждение!..

- Почему ты такой холодный? Я люблю тебя, Гектор.

Лимпфон прошептал это тихо на ушко. Дроклова будто молнией поразило. Он вздрогнул, распахнув глаза, и окончательно перестал вырываться. Осторожно, словно в руках у него хрупкая драгоценность, Волтер отпусти одну руки и стянул лоскуток, удерживавший светлые волосы. Белые пряди упали на спину и плечи. Медленно, рукой Лимпфон сдвинул их и припал поцелуем к нежной коже шеи. Дима начал заливаться румянцем, но это быстро прошло. Дроклов будто пришел в себя. Он схватил обе державшие его руки и расцепил их, стараясь высвободиться. Такое действие было неожиданным, и Лимпфон не успел среагировать. Он двинулся вперед, когда Дроклов, упершись руками в стол, старался отдышаться и прийти в себя.

- Гектор.

- Стой, где стоишь!

Волтер не послушался, а, как видел Дима, такое происходило постоянно. Остановившись в сантиметре от желанного, Лимпфон развернул Дроклова к себе и впился в его губы поцелуем.

- Что ты со мной делаешь?.. - вопрос был риторичным и заданным, когда Гектор отодвинул бывшего гриффиндорца на расстояние вытянутой руки.

- Ты уже давно мой...

Вот бывает же момент, когда нужно промолчать. Дима хлопнул себя по лбу, когда Дроклов резко нахмурился.

- Я не твой! - он с силой отпихнул Лимпфона и выпрямился. - Я никогда не стану твоим! Я стану твоим только, если ты достанешь мне амортан!.. - похоже, Гектор сам был удивлен своему выпалу.

- Амортан?

- Амортан! - видимо, он старался ухватиться за эту мысль. - Если ты достанешь его, то я твой во всех отношениях!

- То есть ты хочешь, чтобы я принес тебе амортан, чтобы тогда я смог сделать с тобой все то, что мне захочется?

- Да, - Гектор сложил руки на груди, чем придал себе еще более безразличный вид.

- Гектор, но, ведь, если я захочу, то смогу сделать с тобой все и сейчас!..

Похоже, от одной такой мысли в декане Слизерина просыпался ураган гнева. Такое случалось только раз и Диму угораздило задать вопрос: "С чего это он так?". В ответ книга показала ту ночь, когда Дроклов признавался своей первой любви. Простое, ни к чему не обязывавшее признание. Сказав это, он был настолько смущен, что хотел побыстрее ретироваться. Катрен его не пустил. Он придержал его за руку и, развернув к себе, наградил поцелуем. Все да ничего. Глорен прижал Дроклова к стене и начал снимать с него одежду (Диме даже показалось, что он действует по давно отработанной схеме). Загорный знал, чем все это закончиться, но сделать ничего не мог (даже попытался). Видел слабое сопротивление его декана, дорожки слез. "Все не должно было так случиться", - было записано вручную.

Принуждение. Дима и сам его ненавидел, но, в отличии от Дроклова, ему посчастливилось никогда не испытать его сексуальную сторону. Загорный мог только предполагать, что испытывал его декан в те мгновения.

- Гектор, - казалось, что Волтер был готов воплотить в жизнь свои слова.

Теперь Дроклов действительно стал похож на эмблему своего факультета. Словно загнанная в угол змея, которой предоставили выбор: укусить или погибнуть, он шагнул навстречу своему кату и залепил сильную пощечину. Удар был настолько сильным, что разбил Лимпфону губу (или он сам ее прокусил, когда получил удар). Брызнула кровь и на мгновение Гектор испугался. Но на то оно и мгновение, чтобы не длиться вечно. Даже с разбитой губой, Волтер не прекратил улыбаться. Но это была даже не радость. Дима видел веселье в его глазах. Неужели он действительно так забавляется?

Видимо, Дроклов понял все так же. Дима видел лишь, как он подскочил к Лимпфону и ударил его в живот каким-то заклинанием. Пролетев полметра, бывший гриффиндорец натолкнулся на дверь и вылетел наружу. Тут-то все и стало на свои места. Дима увидел себя и Винса. Тогда они попали на эту ссору, но ничего не поняли.

- Подумай дважды, прежде чем сказать что-то еще!

- Гектор, ты...

- Подумай!..

Все повторялось. Дима снова видел, как Лимпфон поднимался с каменного пола, как отряхнул одежду, как принял свою задумчивую позу.

- Ладно, - его довольная улыбнулся.

- Ч?..

- Ладно. Я принимаю твои условия, но!.. - он ткнул в Дроклова пальцем. - Я волен использовать все средства, которые посчитаю нужными! - Лимпфон подошел и, обняв Диму за плечи, направился к выходу. - Так что Диму я забираю.

Лимпфон согласился на условие достать амортан. Дроклов сам предложил такое, но почему же он тогда такой напуганный? "Что это за камень такой?" - Дима надеялся получить ответ, и он его получил.

Библиотеку он узнал сразу же. За прошедшие годы она ничуть не изменилась. Те же столы, те же полки, вот только снова маленький Дроклов. Слизеринец склонился над огромной книгой и будто окунулся в другой мир. Тут так же было еще несколько студентов, но они не обращали внимания друг на друга. Дима нагнулся, но ему трудно было заглянуть в книгу. Немного помучавшись, он глянул в книгу воспоминаний. Тут записывалось все, кроме мыслей владельца. Лишь иногда Дроклов делал заметки, чтобы помнить.

Зрительная память относилась к телесной, так что на страницах было написано то, что читал Дроклов.

"Амортан - камень огня. Его можно отыскать в пещерах вблизи кратера вулкана. Он редок и всегда находится в очень малом количестве. Именно поэтому первобытные племена использовали его, как доказательство своего мужество или же признаваясь в любви.

Амортан имеет два состояния: активное и пассивное. Оно зависит от места рождения камня. Если вулкан, где он был рожден, активен, то камень имеет светло-красный оттенок и светиться изнут. Если же вулкан потух, то тухнет и камень."

Дима отвлекся, так как Дроклов сидел уже не один. Рядом подсела группа очень заинтересованных в нем девчонок, но слизеринец не обращал на них должного внимания. Он лишь исподлобья глянул на них и, перевернув страницу, вернулся к своему прежнему занятию.

Наверное, книга посчитала, что это было все. Дима опять скакнул через время и оказался на пути к полю для квиддича. Темная ночь. Очень похожая на все другие. Дима хотел поспешить за своим деканом, но увидел крадущуюся сзади тень. Трудно было догадаться: кто это был. Нагнав Дроклова, он увидел троих студентов, которым взбрело в голову поперебрасывать мячи в столь поздний час. "Идиоты..." - промелькнула в мозгу, за секунду до того, как он узнал в этих игроках себя и своих друзей. Он вернулся к декану и проследил за его взглядом. Возле трибун стояла одинокая тень. Диме стало интересно, и он хотел двинуться на разведку, но подошел Лимпфон. Коснувшись плеча Гектора, он обошел его и быстро поцеловал, когда тот развернулся обратно. В этот раз удара ему удалось избежать.

- Я же говорил не делать так! - про себя Дима отметил, что и не раз.

- Прости, не удержался, - "Как и почти во все предыдущие разы...". - И что же ты делаешь тут в столь поздний час?

- Ищу своих студентов, чего бы и тебе советовал.

- О. Так мы тут неспроста встретились. Я вот тоже за Питером пришел.

- Питером?

"Питером?" - Дима осмотрелся по сторонам, но в радиусе видимости была только та тень и они на поле.

- Нежели он?..

- Похоже на то.

Видя временную задумчивость Дроклова и выжидающий взгляд Лимпфона, Дима поспешил к тени возле трибуны. По мере приближения он все больше убеждался в предположении преподавателей. Это действительно оказался Питерсон. Скрестив руки, он оперся о трибуну и молча наблюдал. Став ближе, и проследив за взглядом, Дима понял, что наблюдает он за ним и только за ним. На лице играла слабая улыбка, но глаза были полны грусти. И эта простая картина рвала сердце на части. Постоянно рядом, наблюдая со стороны и лишь иногда вмешивающийся. Внезапно стало так грустно. Дима заморгал и потянулся рукой к Питеру, но она прошла насквозь. "Словно призрак..." - это был единственный раз, как Дима по-настоящему пожалел об этом. Смахнув слезу, Загорный впервые не обратил на это внимание. До него доносились приглушенные голоса двух преподавателей и звуки с поля, но сейчас это было неважно. Еще одно туманное касание правой рукой, остановившееся на щеке гриффиндорца. "Неужели ты действительно любишь меня?.."

- Больше так не делай.

- Еще сделаю. Еще много, много раз...

Пошел снег. Это было так красиво: видеть Питерсона среди Диминого первого английского снега. Питер протянул руку, ловя снег, и прошел ею сквозь грудь слизеренца. Дима улыбнулся и стал на цыпочки. Их губы почти соединились, когда Питер внезапно пропал. Книга листала страницы. Загорный прижал правую руку к груди. На душе стало так пасмурно. Дроклов не нашел Лимпфона на балу, а он не заметил Питера на поле. А если бы все случилось иначе? Заметь Дима тогда Питера, то ничего логического в том состоянии он бы не выдал. Но заметь Дроклов Лимпфона? Это могло сыграть огромнейшею роль. Пять лет порознь и шесть бесплодных. Неужели это ничего в результате не значит?

Дима вытер влагу со щеки и осмотрелся. Он снова оказался в доме Дроклова. Был уже поздний вечер или же ранняя ночь. За окном валил снег, чем еще больше подчеркивал домашний уют. Гектор сидел в кресле у горящего камина и читал какую-то книгу. Дима увидел пару строк, но не нашел в них ничего интересного. Стараясь отвлечься, он сделал несколько шагов в сторону кухни, где промелькнула женщина. Еще одного взгляда хватило, чтобы разглядеть в ней Анну Дроклову. Дима встрепенулся, когда прозвенел звонок.

- Гектор, открой, - а голос этой женщины почти не изменился за столько-то лет.

Дима проследовал к двери и стал рядом, чтобы видеть гостя. На пороге стоял Лимпфон, но его вид вызывал только шок. Слабо кровоточащий порез на щеке, перебинтованная левая рука, порватая одежда местами с темными пятнами, намечающиеся мешки под глазами, голова и плечи в снегу, локтем упирается в дверной проем, а на губах неподражаемо довольная улыбка. Дроклов среагировал быстрее Дима.

- Мерлин, что с тобой случилось?!

Гектор был белый, словно мел, руки тряслись, а глаза были сужены в немом ужасе. Он быстро схватил Лимпфона за рукав правой руки и втащил внутрь. Даже не позаботившись о двери (ее захлопнул Волтер), Дроклов начал быстро осматривать гостя. Дима выдал заключение, что декан Гриффиндора влез непонятно во что, но чрезвычайно опасное. Однако у бывшего слизеринца были другие мысли на этот счет. Он приложил руку ко рту и быстро коснулся раненой щеки.

- Ты все-таки туда полез... - на его глазах проступили слезы. - Ну, зачем ты туда полез?! Неужели ты готов делать все, что я тебе скажу? - это было начало истерики. Дроклов сжал кулаки и легонько ударил ими Лимпфону в грудь. - Ты - идиот... Ты самый большой в этом мире идиот! Черт!..

Гектор схватил его за руку и потащил в комнату, но Лимпфон отказался идти.

- Гектор со мной все в порядке...

- Как с тобой может быть 'все в порядке'?! Неизвестно сколько крови ты потерял! Может ты заразил себя инфекцией! Надо срочно обработать раны!..

- Гектор, раны у меня не смертельные.

- Ну, что ты стоишь?!

- Меня тревожит лишь одно.

- Что?

Дроклов развернулся и замер в новом приступе шока. Лимпфон стал на одно колено и вытащил небольшую красную коробочку в форме сердца. Открыв ее, он представил глазам двум слизеринцев (бывшего и нынешнего) золотое кольцо с инкрустированным светло-красным камнем, внутри которого бушевало неугасающее пламя. Пораженный Гектор перевел заплаканные глаза с кольца на Лимпфона.

- Ты выйдешь за меня замуж?

Казалось, что Дроклов сейчас снова заплачет, но он этого не сделал. Упав рядом на колени, он впился в губы Волтера. Сладкий, присоленный слезами поцелуй. Дима улыбался, смахивая слезу. Он отвернулся, будто оставляя их одних, и увидел Анну, которая стояла в дверном проеме. Женщина молча наблюдала, улыбалась сквозь слезы.

- Откуда?

Дима увидел, что Дроклов на мгновение отстранился от Лимпфона, хотя объятий не расцепил.

- Из Килауэа.

- Ты действительно самый большой в мире идиот!..

- Я знаю. Я знаю...


## Глава 39. В гости на тренировку


Некоторые моменты Дима предпочел пролистнуть самостоятельно. Просто он считал, что в даваться в уж очень интимною часть их отношений не стоит. А еще ему было стыдно. Он чувствовал себя извращенцем, который подглядывает за влюбленной парочкой. Тем более, что только доходило до чего-то серьезного, щеки заливал румянец и он отворачивался. Поскольку не слышать он не мог, то посчитал лучшим перелистывание страниц.

Далеко идти ему не пришлось. Всего за неделю они сумели все подготовить. Было интересно наблюдать за приготовлениями к свадьбе. Казалось, что после предложения для этих двух все прочее стало не особо важным. "Они, наконец, вместе...", - от этой мыслим на глазах Димы снова наворачивались слезы. И не у одного него. Многие из близких друзей и общих знакомых тоже ждали такого конца.

- Хватит уже нервничать, - Джил носилась вокруг Дроклова, осматривая его со всех сторон.

- Да я спокоен, как удав! Вот только...

- Что?

- Хватит мельтешить у меня перед глазами - голова уже болеть начинает!..

- Ах ты! - Джил начала шуточное избиение.

Они находились в небольшой комнате с зеркалами, шкафами и мягким диванчиком у стены. Кроме Гектора и Джил тут больше никого не было. Дроклов был одет в белый костюм, черную рубашку и белую бабочку, которую Джил решила поправить еще раз. Девушка в нежно-розовом платье, на котором красовался большой цветок, видимо, была удостоена чести сведетельницы. Она то и дело носилась из стороны в сторону, стараясь сделать все идеальным и ничего не упустить. Диме показалось, что ее первые слова лучше б адресовать ей самой.

- Уже время, - в комнату заглянул парень в парадно-выходной мантии.

- Уже идем, - Дроклов поднялся со своего места и надел белый цилиндр.

Стоявший в дверях парень зашел внутрь и, подойдя к Гектору, обнял его посильнее. Дроклов ответил на это только легким похлопыванием по спине.

- Как бы мы не старались, ты все равно выбрал его, - "Он сожалеет или радуется?".

- О да, вы та-а-а-ак старались, - Гектор улыбался, а обнимающий его парень начал подло хихикать. - Ладно, хватит. А то все подумают, что все-таки бросили жениха.

К объятьям присоединилась еще и Джил. Это начинало уже затягиваться, пока в комнату снова не заглянул еще один парень.

- Чем это вы тут занимаетесь? Уже все ждут!..

- Ой, какой у нас свидетель нервный, - Джил отстранилась и направилась к новому гостю. - Идем, он уже сейчас, - она обняла юношу за плечи и развернула к выходу. - Лари, ты тоже! - дождавшись второго парня, она вывела их.

Дроклов остался один. Он развернулся к зеркалу и еще раз убедился в идеальности своего внешнего вида. В отражении Дима увидел искреннюю улыбку своего декана. Все остаточные сомнения, будто ветром сдуло.

- Я иду, Волтер.

Дима все-таки не смог сдержать слез. Они вышли, и он увидел Лимпфона. Казалось, что такого счастливого его еще никогда не видели. Одет он был во все белое. Вот только роза была красной (у Гектора она была белой). Встав рядом, Дроклов сжал руку своего жениха.

- Идем, - сколько было в этом одном слове.

Лимпфон будто расцвел, а Дима снова начал тереть глаза. Поспешив за этими двумя, Загорный увидел полный зал гостей, разделенный на две части. Дима узнал родственников Дроклова, некоторых его друзей, на лицах которых тоже сияли улыбки. Небольшая церквушка, с прекрасными витражами, все близкие и дорогие сердцу люди, соответствующая музыка, пара свидетелей и ожидающий священник. Все было так прекрасно. Так трогательно. Так...

- Братья и сестры, сегодня мы собрались здесь, чтобы объединить два любящих сердца: Волтера и Гектора. Дорогие возлюбленные, готовы ли вы, перед лицом Господа, заключить семейный союз и дать клятву веры и верности?

- Да.

- Клянешься ли ты, Гектор, любить и лелеять этого молодого человека в успехе и беде, болезни и здравии, вблизи и на расстоянии? Клянешься ли ты хранить ему верность и почитать до конца своих дней, пока смерть не разлучит вас?

- Клянусь.

- А ты, Волтер?..

- Клянусь.

Священник на мгновение запнулся, но быстро сориентировался.

- Если кто-то считает, что этот брак не может быть заключен, то пусть скажет сейчас или замолчит на веки.

На фоне музыки из зала доносилось лишь хлюпанье носами и шерудение ткани.

- Тогда обменяйтесь кольцами, - Дима снова увидел кольцо с амортаном, которое Дроклов так ни разу и не позволил себе одеть (было видно, что хотел), и такое же золотое кольцо, но уже без камня. - Именем Господа, я объявляю вас мужем и мужем. Можете поцеловаться, - священник захлопнул свою книгу.

Под громкие аплодисменты двое новобрачных слились в нежном поцелуе. Гости поднимались со своих мест, промакивали слезы и приветствовали создание нового союза. Особенно ярко выделялась группа из четырех парней, сидевших со стороны Лимпфона.

Это было действительно великолепно. Стараясь стереть слезы, Дима закрыл книгу и прижал ее к себе. "Бывает же такое!..", - он вытерал слезы, но они выступали снова и снова. По его подсчетам это все случилось за рождественские каникулы. Столько лет ожидания. А ведь действительно? Зачем было медлить? Значит, не зря он так часто видел их вместе. Даже раз застал Лимпфона в комнате Гектора. Все хорошо, что хорошо складывается. Но что же случилось во время последнего матча по квиддичу? Неужели они еще в ссоре? "Но, ведь, они так любят друг друга...".

- Дима?

Загорный глянул перед собой. Сквозь пелену слез он мог видеть очертания человека, но лишь его имя дало ответ на вопрос: кто это был. Догадываясь, что это уже реальность, Дима бросился на шею Питеру. Вытирая слезы о темную мантию, он надеялся, чтобы больше никто не увидел его таким. Пусть лучше его застанут в объятьях гриффиндорца. Питер видел его и не таким. Да и что от него скрывать? Чаша обязана склониться на чью-то сторону. "А есть ли другая сторона?" - Дима немного отодвинулся и всмотрелся в обеспокоенные глаза Питерсона. Губы сами собой расплылись в улыбке.

- Осталась ли она еще?..

- Что?

- Ничего, - по мере возможности, не выпуская книги, Дима прижался сильнее. Руки скользнули под мантию, обнимая Питерсона.

Гриффиндорец находился в ступоре, не зная: что делать и как поступить. К нему жался парень, которого он только что силой почти уложил в постель. Дима плакал, а его улыбка была светлой и веселой. Он убегал от него, а теперь и не думает. Что успело произойти за эти полчаса? "А действительно ли это важно?" - Питер приподнял лицо слизаринца за подбородок, стараясь разглядеть ответ. Дима был похож на сплошное противоречие. "Раз так!..", - отбросив все мысли, Питер наклонился. Однако внезапно радость сменилась недоумением. Питерсон уже было расстроился, но Дима посмотрел куда-то вниз. Гриффиндорец тоже смог различить еле проступающее из под одежды сияние. Размышлять времени не было, так как уже в следующее мгновение ноги оторвались от земли.


***


Это определенно была телепортация, но вот куда? Дима не сразу сообразил, что портом был кулон-сердечко. Бред сказал, что его прислала Катя. А Катя?.. А Катя работает в институте игр и там всего прочего. Еще она его друг. И бывший комментатор их школьной игр в друконобол...

- Дима! - "Вот черт!" - быстро прошептав очищающее заклинание, Дима развернулся на голос.

На него мгновенно налетела пищащая стая и принялась обнимать, тискать и целовать в щеки. Дима с удивлением, да и с огромной радостью, узнал своих бывших сокурсниц. Три девушки были необычайно рады его видеть.

- Почему ты задержался?

- Как у тебя дела?

- Что там в Англии?

Ответить толком ему не дали. Подняв голову, он увидел и нескольких других членов своей команды. А еще тут были Паша с Олей. Эти двое сейчас стояли немного в стороне с совершенно разными выражениями лиц: Паша был в шоке, а Оля необычайно рада. Поскольку смотрели они в одну точку, Дима обернулся посмотреть. А он как-то и забыть успел, с кем секунду назад обнимался в подземельях Хогвардса. Теперь они вместе находились (судя по Паше, Оле и нескольким членам команды) в Тибидохсе.

- Привет, Питер! - Оля повисла на шее гриффиндорца. - Не ждали тебя увидеть, но все равно: "Добро пожаловать"!

Другие присутствующие как-то разом переключились на непонятно откуда взявшегося парня.

- Дима, ну его-то зачем?! - Паша был возмущен и удивлен.

- Случайно так получилось, очевидно...

- Дима, а кто это?

Загорный уже хотел начать объяснять, но Питерсон принялся действовать первым.

- Я Димин однокурсник, студенты другого факультета, - он сделал небольшой поклон и подошел к девушкам. - Питер Питерсон, - он взял руку коротко стриженой блондинки и поцеловал.

- Вера Шторотикова.

- Питер Питерсон, - он подошел к симпатичной брюнетке.

- Даша Цветкова.

- Питер Питерон, - шаг к девушке с рыжими кудрями.

- Настя Новикова.

Парням, которые подошли ближе, он уже не представлялся и только пожимал руки. Они же с интересом его разглядывали и иногда пробовали на крепкость рукопожатия. Таким образом, Питер познакомился со всем составом Тибидохской драконобольной команды. Четверо парней представились по-простому: "Костя Висров", "Андрей Нечаев", "Сережа Смольный" и "Рома Древко". Один из парней, предварительно поправив очки на носу, представился более официально: "Евгением Малком". Питер все же допустил оплошность, но поспешил исправиться. Оказалось, что парень с относительно коротким стайлингом, был девушкой. Имя даже было спорным: "Саша Крато". Одежда тоже не особо выделяла половую принадлежность. Питер начал пожимать руку, но моментально извиняюще поклонился и поцеловал ее. Девушки сразу спросили: как он догадался? Питерсон оправдался, что голос был определенно не мужским. На самом же деле он увидел грудь, но признаваться в этом не стал.

- Знала бы, что Дима возьмет своего парня, - захватила Агнессу с собой, - Саша с довольной улыбкой глянула на Диму.

Вся остальная команда опешила. Дима не ожидал такого поворота и был не в состоянии что-то сказать. Ну, про лесбиянские взгляды Саши он знал, но откуда она взяла про "парня".

- Что вы так поражены? Вы что, газет и журналов не читаете?

- Я не читаю...

- Саша, не стоит верить всей желтой прессе! - Дима встал возле Питера и приподнял его руку за рукав. - Мы просто друзья. Не больше. Ни сейчас, ни в будущем!..

- А-а-а... - с выражением протянули Рома с Сережей.

- Вот как? - голос Питера прозвучал очень близко.

Дима почувствовал, как его схватили за запястье, дернули в бок, заставляя упасть, и поймали на руку. Потом он увидел стремительно приближающееся лицо Питера. От мысли, что сейчас Питерсон поцелует его на глазах у его друзей, к лицу прильнула краска. В попытке не допустить этого, Дима уперся руками ему в плечи. Но, похоже, Питер и не собирался доводить дело до конца.

- А у него на это другое мнение, - голос Жени был каким-то уточняющим.

- Да и Дима перечит своим словам. Вот как покраснел, - Дима видел, как Саша довольно улыбалась.

Загорный хотел возразить, но теперь-то Питер посчитал момент подходящим. Их губы соединились, и гриффиндорец вернул их двух в вертикальное положение.

- Ладно, идем.

- Да, вас уже ждет директор.

- А я всегда знал, что так будет. Помниться ему еще Шальков предсказывал однополую любовь.

- Да, но тогда он, вроде, спал...

- Что?! - Дима на мгновение отстранился, смотря в спины бывшим одноклассникам, но Питер пока еще не был готов его отпустить.


***


Как бы Дима не старался ВСЕ объяснить, на его слова только кивали и поддакивали, будто он занимался уж совсем пропащим делом. Загорный бросил эту затею только тогда, когда Женя (самый рассудительный и серьезный из всех) положил ему руку на плече и сказал: "Не стоит так беспокоиться. Если так суждено, то от этого уже никуда не деться...". Хоть Дима и не был сторонником теории, что судьбу нельзя изменить, он успокоился и больше не поднимал эту тему.

Действительно. Оказалось, что их преподаватель предсказывал ему такое. Задание тогда еще было: сделать расклад на картах Таро, на обычных, глянуть на кофейную гущу, вылить растопленный воск в воду и пустить венок по ручью. На возражение, что последнее только для девушек, преподаватель загадочно улыбнулся и сообщил, что не для всех. Тогда Дима сделал все а-бы-как. Он мало понимал во всем этом гадании, да и в результатах тоже. Хорошо, что ему не нужно было делать прогноз. Это уже была задача преподавателя. И именно в ночь перед парой они праздновали день рождение Паши. Как же не поздравить друга по-настоящему? На следующее утро Дима и отсыпался. Свое предсказание (да и другие тоже) он не услышал, не спросил и не узнал.

Позаботившись о сопровождении (а именно в лице Оли), Дима отправил Питера осматривать Тибидохс, знакомиться с приведеньями и стряхивать пыль с местных достопримечательств. Своей сестре Дима дал строгое указание: не подпускать Питерсона к полю. Объяснил он это тем, что гриффиндорец был игроком команды-соперника, что ему не нужно видеть сам процесс тренировки и что дракон может выйти из-под контроля. Он всячески хотел показать, как он заботиться о несчастном студенте Хогвардса, которого угораздило попасть в другую школу. Получилось хорошо, но только для тех, кто встретился бы с Димой первый раз.

Отделавшись от Питерсона, Загорный должным образом поприветствовал Пашу и отправился с командой к директору. Уже давно не молодой мужичек (никто не мог с уверенностью назвать его точный возраст) поприветствовал их с возвращением в стены Тибидохса. Рассказал насколько он рад, прослезился немножко и закончил свою трогательную речь постановкой цели: "Мы должны выиграть!". Он сказал, что поле в их полном распоряжении, но просил сделать график тренировок. Предложение пало на эту часть суток: конец занятий в Тибидохсе и до пяти часов. Обосновал он это тем, что почти все игроки остались в пределах пяти часовой доступности. Дима находился дальше всех. По подсчетам директора: он спокойно успевал сделать уроки до начала тренировки (всех должны были телепортировать) и возвращался бы к времени отбоя. У других были иные временные полюса, но ни у кого не затягивалось до поздней ночи. График был приемлем всем. С днями тоже особой неразберихи не возникало: вторник, пятница, воскресенье.

Схема была очень простой: в назначенное время у всех срабатывали кулоны, телепортируя их в единственную допустимую комнату; в пять часов все должны были снова быть в той же комнате, чтобы отправиться домой (или кому куда). Всех все устраивало. Единственное что: портал для телепортации открывался дважды на день. Не успел в комнату - жди следующего портала.

Уточнив, что вопросов нет, директор официально передал всю команду Георгию Прокопьевичу. Тренер встретил всех на поле. Горячо приветствовал и тоже сказал, что они обязаны победить. На этот раз игроки поддержали цель с большим энтузиазмом. К тренировке приступили незамедлительно. В отличие от Димы, другие игроки позаботились о средствах передвижения. Вот почему Катя не просила передать пояснения в письме? Или просила? Бред мог и промолчать, основываясь на каких-то своих предположениях о развитии событий. Однако дела обстояли значительно лучше. Оля была уведомлена о грядущих тренировках и попросила родителей прислать Димин пылесос.

- Мой Грязнулис-3600!

Как же давно Дима на нем не летал! Тренер сказал, что пылесос был вычищен, заправлен и готов к немедленному использованию. Дима не заставил всех долго ждать.

Первую тренировку сделали щадительнной. Вспоминали навыки, пасы, финты и уже через пять минут после начала тренировки выпустили дракона. Для занятия взяли не Огонька, дабы не приучать дракона атаковать своих. Начали с одного дракончика, а закончили пятью. Маленькие дракончики так и наровились откусить кусок то игроков, а последние не только избегали этого, но еще и мячи закидывать старались. Оказалось, что даже больше чем за полтора года они (те, которые не практиковались в драконоболе) не стали такими здыхлики, каким предполагали стать. Так они думали до возвращения на твердую землю. Ныло почти все. Но! Теплый освежающий душ, свежая одежда, которую тоже все захватили (а Диме прислали новую), и сытный обедоужин (для кого это был обед, а для кого уже ужин) привели всех в чувство.

Диме было попроще, так как он нагружал себя квиддичем. Не тоже самое, но хоть какая-то альтернатива. И все же было приятно ощутить себя в роли игрока драконоболиста, сидя на своем любимом пылисосике. Хорошо, что Питер не видел: на чем они летают. Его английские стереотипы о метлах тут и близко не стояли. Точно бы парень впал в ступор - пришлось бы откачивать.

- Дима, что это ты все молчишь да молчишь?

- Да, нам же так интересно узнать про твои достижения в английской школе.

- Ну... Все как и здесь: живу, учусь, глупости наживаю.

- И Питеров, - в какой-то степени Паша был прав.

- Ха-ха, - Дима хотел этим высказать свое мнение, но вспомнил про случай с близнецами, Ларенса. - Обо мне там сложилось мнение, что я темный маг. И они восхищаются моей "способностью колдовать без палочки".

- А вот это уже интересней.

- Ты - темный маг? Вот это они загнули!

- Да уж.

- А я слышала, что у них там какая-то другая система. У нас отделения, а у них?..

- Факультеты. Четыре разных факультета. Я не знаю: по каким критериям учащихся распределяют, так как это делает шляпа.

- Шляпа?

- Да, такая не очень новая шляпа. Ее одевают на голову, она с тобой разговаривает и определяет место твоей дальнейшей учебы.

- Странно это как-то...

- Англия.

- Да ты что?! Серьезно? - голос Питера донесся из-за коридора.

- Да говорю тебе! - первой появилась Оля. - О, Дима! Можно тебя на минутку?

Оля осталась стоять в проходе, а вот Питерсон направился к диванам, на которых все сидели. Дима поднялся и, незримо стараясь не столкнуться с Питером, пошел к сестре.

- Что?

Оля утащила его в коридор, убедилась, что их никто не подслушает и только тогда заговорила.

- Угадай, где мы были?

- В подземельях?

- Нет, мы были на вершине жилой башни. И угадай, кого мы видели?

- Раз ты так говоришь, то предполагаю, что нас. И что Питерсон сказал на это?

- Он сначала вообще не понял: на чем вы там летаете. Но его шокировало наличие сразу нескольких драконов.

- Ну, еще бы.

- Когда к вам выпустили пятого, он чуть в обморок не упал. Хотел уже бежать вас спасать. Он еще сказал: "О чем их тренер вообще думает?!".

- Герой, блин. Полез бы он к пяти огнедышащим дракончикам!..

- Думаю, его взволновало не это. Когда выпустили Шартрика, то он сразу попытался тебя проглотить. Я-то не сразу поняла, что тебя, а вот он понял. Видимо, следил только за тобой.

"Следил только за мной? Смотрит только на меня..." - Дима выглянул из-за угла и его взгляд мгновенно был пойман Питеровским. В сознании всплыло признание на снегу, случай на поле. "Почему?.. Почему я не могу с этим смерить? Просто забыть? - Питер послал ему улыбку. - Мне не все равно!..". Вернувшись к сестре, он увидел сияющую счастьем Олю. Секунда замешательства и он понял еще один немало важный факт - глаза ее были золотыми.

- Оля! - Дима чувствовал, как он начал заливаться краской.

- Тебе не все равно! - девушка довольно улыбнулась.

"Хорошо, что она не знает про...", - не успел Дима даже сформулировать смысл, а образы уже самостоятельно обретали жизнь. Всплыл момент их телесной близости, сцена после рождественского превращения, сон, признание, недвусмысленные намеренья и туманный поцелуй. Взглянув в лицо сестре, Дима понял, что теперь ее придется убить. С громким воплем Оля прыгнула ему на шею с поздравлениями.

- Я так и знала! Ни минуты не сомневалась!

- Да тихо ты! Ужас, - жаль, что заклинание проваливания сквозь пол очень длинное и трудно запоминающееся, оно сейчас было бы очень кстати. - Оля, ты!..

Девушка внезапно отлепилась и понеслась к остальным. Подозревая что-то неладно, Дима бросился следом. Правильно подозревал. Оля подлетела к Питеру и, схватив его за руку, довольно произнесла: "Да". Питерсон на мгновение застыл. Члены команды с интересом за ними наблюдали, стараясь это не очень показывать. Не совсем понимая смысл произнесенного, Дима замер в двух метрах от всех. Повернув голову, Питер осмотрел его с ног до головы, и на его губах расцвела улыбка. Было что-то в этой улыбке. Такое наталкивающее на мысль, но порыв быстро прекратился, когда Питерсон отвернулся и продолжил беседу.


## Глава 40. Ночное размышление


Ничего не случилось. Совсем ничего. Диму даже это настораживало. Во время обычной беседы он сидел будто на взрывчатке, а когда его спрашивали, то реагировал не сразу и некоторым надрывом. Вот теперь в голове у него действительно был мысленный хаос. Отобрав у Оли зелье 'Молчание-Золото', он пообещал вернуть перед телетортацией. После, однако, было желание воспользоваться им самим и узнать о чем все-таки думает Питерсон и что означало Олино "Да!". Желание было, но удовлетворить его не удалось.

Хоть за окном день только начинал клониться к вечеру, Дима уже начал чувствовать некую сонливость. Еще бы! На его внутренних часах (которые сейчас идут почти вровень с английскими) было около десяти вечера. Обычно в такое время он не ложиться, но сейчас еще влияла насыщенная тренировка, которых он уже давно не испытывал. Мозг думал о своем, а сознание уже постепенно начинало уплывать. Лежа туловищем на диване, а головой на коленях Веры, Дима постепенно уходил в мир сновидений. Но окончательно там обосноваться ему все же не дали.

- Слушайте, а который час? - как бы между прочим поинтересовался Женя.

- Вот черт! - мало того, что это было оглушительно, так Дима еще полетел вниз от резкого вскакивания Веры. - У меня же еще сегодня встреча. Нельзя, чтобы мы остались тут до завтра или до когда там?

- А я бы с радость задержался, вот только бы меня на пол не сбрасывали... - упасть на пол было не самым лучшим поворотом.

- Ой, Дима, прости, - девушка присела рядом.

- Да, нам уже стоит поспешить. Скоро откроется портал, - голос Саши начал отдаляться. - У меня сегодня на вечер планы, которые о-о-о-очень не хотелось бы пропустить.

- Давайте, давайте!

Дима поднялся на ноги и недовольно потер ушибленный лоб, а потом и затуманенные глаза. Если он поспешит, то уже через какую-то минуту он сможет завалиться спать. Стоп! Минуту?..

- Подождите, на моих часах без одной минуты. Уже секунды пошли.

Все в недоумении посмотрели на часы (у кого они, собственно, были) и ужаснулись.

- Вера, у тебя часы опаздывают!

- У нас меньше минуты!

- Бежим!

Все разом рванули к лестнице. Жаль, что комната с порталом находилась подальше от жилых помещений. Теперь до нее бежать и бежать.

- Вот так всегда! - Дима встряхнулся и рванул следом.

- Пока! Дима, Питер, удачи! - Оля довольно махала ручкой. Паша и некоторые из еще учащихся членов команды сделали так же.

- Поговори еще мне! - бросил Дима на конец, прежде чем скрыться за углом.

Еще этого ему не хватало! Или действительно не хватало? Погнав мысли вон, Дима прибавил ходу и нагнал остальных. Секунды шли, казалось, так быстро, а до комнаты было еще о-го-го сколько. "А что со мной случиться, если я не успею? Ну, пропущу один день занятий - велика проблема. Объясню это тренировками, а это мне позволили. Могу же себе сделать небольшой отгул?.." - посмотрев в спины друзьям, Дима начал немного замедлять ход. Он вообще совсем не был прогульщиком, так что один день ему простят. Уж очень хочется побыть в Тибидохсе и пообщаться с друзьями. Когда его уже было почти незаметно, он остановился и сверился с часами. Без тридцати секунд. Они должны вполне успеть. А он останется и насладиться отдыхом.

Дима дождался десяти часов (часы он переводить не стал), когда его амулет вибранул, но ничего не сделал, и прождал еще несколько секунд. Теперь можно с уверенностью сказать, что он опоздал на портал. Улыбаясь этой мысли, он развернулся и зашагал обратно.

Оля и трое членов команды так и остались сидеть на своих местах, что-то бурно обсуждая. Паша уже успел куда-то уйти, так что не стал свидетелем возвращения "блудного друга".

- Дима?.. - Андрей первым заметил вошедшего.

Мгновенно на Загорного обернулись и трое остальных.

- Ты же должен был отправиться в Хогвардс! Или нет?.. - Костя даже засомневался.

- Да, должен был, но я не успел.

- А другие?

- А другие успели.

- А Питер?

Дима даже запнулся. А ведь о нем он не подумал. У Питерсона же нет амулета телепортации. Получается...

- А мне кажется, что ты специально задержался... - шепот на ухо заставил Диму отскочить в сторону.

- Черт, а про тебя я как-то не подумал!.. - хлопнув себя по лбу, Дима сделал шаг к диванам. - Тогда побудешь еще один день в Тибидохсе.

- Раз так, то проведем его вместе, - не пуская дальше, Питер обнял Диму сзади.


***


Была еще глубокая ночь, а Диме уже казалось, что он отоспался и не мог заставить себя погрузиться в мир Морфея. Обняв колени, он сидел и смотрел в темноту противоположной стороны комнаты.

В связи с возникшим обстоятельством директору нечего не оставалось, кроме как оставить парней до следующего открытия портала, который, как оказалось, работал каждый день в назначенное время. Это легко объяснялось тем, что портал нельзя было настроить по конкретным дням, а вот кулоны для команды можно было. Сказав, что отправит их лично, директор разрешил идти спать. С тому моменту Дима уже был готов уснуть в мягком и достаточно удобном кресле. Чуть не дошло до того, чтобы Питерсон выносил его оттуда на руках.

Диму порадовали, что со времен выпуска, его комната пустовала. Уже обрадовавшегося слизеринца быстро обнадежили, уведомив, что Паше дали отдельную комнату под личное пользование, чтобы никто не мешал учащемуся магспиранту. Пробурчав под нос про "учебу" друга, Загорный узнал еще одну замечательную новость, а именно, что Питер мог занимать вторую кровать в этой же комнате.

Сначала это был шок и страх. Дима только и представлял, что мог сделать с ним Питер, находясь вместе в одной комнате. Некоторые картины он даже с интересом задерживал и старался рассмотреть поподробней, но, осознавая свои действия, гнал их подальше. Потом была ужасная усталость. Диме уже стало все равно: будет Питерсон делать с ним что-то или не будет, лишь бы поспать дал. Ему как-то не пришло в голову, что в случаи "чего-то" поспать удастся не скоро. Немного позже, когда Питер отправился в душ, пришла дикая настороженность и неприкрытое ожидание. Сонливость никуда не ушла, так что пару раз Дима обнаруживал себя на боку. Но ничего из представляемого не произошло. Питер не вышел и не под какой-нибудь дуратской отмазкой не подошел ближе, чтобы потом внезапно наброситься на неспособного сопротивляться Диму и совершить с ним то, о чем он уже давно, по-видимому, мечтал и так понятно намекал. Также он не попытался соблазнить невинного слизеринца, не вытерев должным образом свое тело, повязав полотенце на бедрах, предоставляя возможность созерцать скатывающиеся по его коже капельки влаги. И, конечно же, Питер не предложил поговорить о них и об "этом", что бы привело к непосредственному и ненавязчивому переходу к последнему. Нет, ничего этого не было. Дима был искренне поражен, когда Питерсон пришел в своей клетчатой пижаме с надетым поверх халатом, пожелал спокойной ночи, улыбнулся своим же словам, так как за окном только начинался вечер, снял халат и улегся спать, благополучно повернувшись к Загорному спиной. Глупо хлопая глазами, слизеринец продолжал сидеть на своей постели, медленно осознавая, что произошло, а точнее, что ничего так и не произошло. Приклонив голову на бок, Дима еще пару минут разглядывал спину гриффиндорца, пока сон снова и уже слишком настойчиво не напомнил о себе. Чтобы приглушить свет за окном, пришлось встать и задернуть не пропускающие вообще никакой свет шторы.

Теперь же, проспав даже больше обычного, Дима проснулся посреди ночи. Заставить уснуть он себя не мог (не было такого желания), а делать посреди ночи ничего не хотелось, оставалось только занять себя чем-то не трудоемким. Мысли сами начали лезть в голову. Все события разом нахлынули, и Дима старательно начал растасовывать их по полочкам. Получилась такая себе коллекция обычных, нормальных, нелепых и непонятных ситуаций. Ночью всегда как-то лучше думается. Если с первыми двумя особых проблем не возникало, то последние две заставили Диму обратить свой взор в противоположный конец комнаты. Слизеринец действительно старался понять свое отношение к своему соседу на одну ночь. Это определенно было симпатией и привязанностью, без этого гриффиндорца день мог потерять несколько основных красок, а его признание и поведение в подтверждение этому стало чем-то ожиданным. Дима внезапно выпрямился, осознавая, что он ждет всего этого. Он ждет поцелуя украдкой, тихого шепота на ушко, внезапного объятья сзади, одобряющего слова и... чего-то большего?..

Решив расставить все точки над и, Дима полез к тумбочке и схватил отобранный у Оли флакон. Даже в темноте комнаты, золотистое зелье светилось своим красивым оттенком. Откупорив крышку, он сделал щедрый глоток и подождал, пока зелье подействует. Эффект был ощутим почти мгновенно. Посмотрев в сторону предполагаемого расположения Питерсона, Дима получил мысленную картинку. Сон Питера заключался в прогулке по прекрасному лесу. Действие происходило от первого лица, и было заметно, что гриффиндорец куда-то спешит. Не сильно, но, видимо, желает оказаться там поскорее. На мгновение Дима отвел взгляд и потерял контакт. Спустившись с кровати, он на ощупь обошел тумбочку и приблизился ко второй похожей. Снова посмотрев на Питерсона, Дима оказался уже на цветочной поляне, окруженной стволами многолетних деревьев. Вокруг него, а точнее Питера, летали разные феи. Они словно бабочки порхали от одного цветка к другому, хотя были в несколько раз больше и запросто могли сломать цветок, приземлись они на него. На это было очень приятно смотреть, но Питер пришел сюда не за этим.

"Камела, я пришел, как ты и говорила. Покажись!" - прокомментировать эти слова Дима не мог, подумав, что для этого нужно было смотреть сон с начала.

Изящная фея, летавшая вокруг тюльпана, прервала свое занятие и подлетела ближе.

"Зачем орать? Мог бы и запомнить уже!..", - поправив прическу, которой собственно и не было, фея приняла позу, будто сидит на стуле, хотя все еще продолжала висеть в воздухе, махая крылышками.

Не обращая внимания на начавшийся разговор, Дима руками нащупал край кровати и присел. Поскольку разговор зашел о каких-то цветах, слизеринец не посчитал преступление разбудить Питера прямо сейчас. Легким движением Дима коснулся лица Питерсона и на мгновение вздрогнул вместе с гриффиндорцем. Сон мгновенно помутнел, но не прервался. Продолжая идти по уже другой тропинке, Питер внезапно остановился и развернулся.

"Дима?.." - голос был из сна, но слизеринец ощутил движение губ.

- Питер, - слова в реальности зеркально отразились во сне.

Обернувшись, Питер не увидел никого. Он повторил свой зов, но никто не появился.

- Я тут, - шепча, Дима придвинулся ближе и наклонился.

Сон моментально прервался и в этот момент Загорный ощутил конец действия зелья. Сморгнув, Дима ощутил горячие губы на своих. Легкое касание в полной темноте.

- Дима, ты?..

- Тихо...

Нагнувшись, Дима сам поцеловал Питера. Сначала осторожно, а после уже страстно они слились в игре губ. В этом порыве, Питер не пожелал оставаться в том же положении и, не прерывая поцелуя, переместил их в сидячее положение. В свою очередь Дима с ногами залез на постель и обнял Питерсона за шею.

- Дима?

- Питер.

- Что ты?!.. - Питер запнулся, когда Дима придвинулся к нему вплотную.

- Я же просил тебя помолчать, - прошептав это на ухо, Дима укусил за него же.

Видимо, находясь в шоковом состоянии, Питерсон отстранил Диму от себя на расстоянии вытянутых рук.

- Дима, ты в своем уме?

Теперь уже возмутился Дима.

- Какой же ты непонятливый! - встав на ноги на постели, Дима резко сел Питеру на живот, прижимая его к постели. - Я более чем серьезен!.. - в подтверждение своим словам, слизеринец рванул рубашку Питерсона и, взявшись за края, притянул его немного к себе. - И я не намерен отступать!..

Секундная задержка и Питер тоже схватил Диму за грудки, притягивая его еще ближе.

- Ну, ты сам этого попросил, - короткий поцелуй. - Я покажу тебе: на что я способен.

- Кто еще кому покажет?.. - и Дима первым начал наступление.


## Глава 41. Ночная вылазка


Резко распахнув глаза, Дима так же резко попытался сесть, но его рука, упершись в гладкую ткань, соскользнула, повлек своего хозяина следом. В результате с грохотом на всю комнату Дима оказался на полу, прикрытый сверху теплым пледом. Застонав и потерев ушибленную челюсть, слизеринец быстро вспомнил "о чем это он" и поспешил оказаться на ногах. Теплая ткань соскользнула вниз, но из-за кромешной тьмы парень этого не увидел. Он вообще ничего не мог видеть. Моля небеса, Дима ощупал себя руками и облегченно вздохнул.

- Это все-таки был сон...

Он хотел присесть, но кровать оказалось с другой стороны. Шлепнувшись попой, Дима снова недовольно ойкнул, но подниматься с ровного пола пока не спешил - мало что еще может ожидать его в такой темноте... или кто-то!..

Дима радовался и не мог поверить, что это все было только сном. Казалось, что все так реально. Зелье, сон, поцелуи. Неужели это все же была нелепая постановка его бурной фантазии? Или бурная постановка его нелепой фантазии?..

Тряхнув головой, Дима постарался встряхнуть мысли. Получилось плохо. Он лишь заново начал оценивать уже настоящую ситуацию. Или не настоящую? А вдруг это еще один сон? Вокруг темно, на нем одежда, недавно была кровать, сейчас твердый пол под задницей, но реально ли это? Ущипнув себя, Дима это почувствовал, но не убежденность осталась.

Поднявшись на ноги, он по памяти подошел к занавескам и раздвинул их. Светлее не стало. Луна сегодня (да и на ближайшее время) по другую сторону замка. Глубокая ночь за окном и в Тибидохсе. Ни в одном окошке не горит свет. Уже было настолько поздно, чтобы все легли, но не так рано, чтобы начало светать.

В голову пришла новая мысль: может ли сном быть та реальность, в которой ты четко понимаешь, что она может быть сном, и ты стараешься найти этому подтверждение? Хотя, что может послужить доказательством сна, который полностью основан на реальности всех событий? Взгляд сам нашел раннюю кровать Паши и по совместительству временную кровать Питера. Сможет ли Питерсон из сна подтвердить нереальность всего происходящего, если будет действовать так же как обычно действует его подлинник, не допуская при этом на единой оплошности? Тело действовало быстрее хода мыслей. Дима уже стоял у края кровати (он предполагал, так как видно было не лучше). "Должен же он сделать что-то ему не свойственное!.." - коснувшись одеяла, Загорный потянул его на себя. Никакой реакции не последовало.

- Питер, ты спишь? - в ответ также тишина. - Питер?

Дима протянул руку, но ладонь нащупала только постель. Питерсона на кровати не было.

- Питер? Светус врубайлос.

Комнату осветило, но Дима был один. Две кровати: одна не расстеленная, а другая - не застелена. Похоже, на своей слизеринец так и уснул в одежде, завалившись на бок. Наверное, Питер укрыл его, не предприняв ничего другого, и сам отправился спать. Или он только растелился? Да нет. Смятая простынь, вмятая подушка - кто-то тут точно спал, но куда делся? Зачем Питеру понадобилась идти гулять посреди ночь? Дима чувствовал себя хорошо выспавшимся, может и гриффиндорец тоже? А может он лунатик? И сам даже не подозревает, что где-то сейчас ходит? Глупо как-то звучит. За те несколько раз, что они ночевали вместе (то уже как и когда получалось), то ни разу Питер не вытворял подобного. Что же теперь? Есть ему, что ли, захотелось?

Пока мозг размышлял, ноги уже несли тело к двери. Проходя мимо кровати и упавшего одеяла, Дима подумал о заботе, но мысль быстро отошла на задний план. Оказавшись в коридоре, он услышал тихий плачь. Шальная мысль, что это мог быть Питер, но голос все-таки оказался другим. В отличии от комнаты, на этаже горели притушенные светильники, которые не утруждали себя загораться при появлении кого-то, как это делали светильники коридоров Хогварса. Гулять по школе в такое время было не самой лучшей идеей, но что уж тут поделаешь? Слишком было интересно, хотя больше это чувство походило на беспокойство, куда подевался Питер, да и кто решил поплакать на жилом этаже, а не у себя в комнате? Хоть и существовала вероятность, что его поймает ночной смотритель, наказать Диму никак не могли. Запрети ли бы являться в Тибидохс? Это запросто, но только в свете приближающегося матча школе это не выгодно. Дали бы дополнительную работу? Так ведь он больше тут не учиться. Сами пригласили, так что и флаг им в руки. Да и не делал он ничего подлого или запретного. Дима лишь хотел отыскать Питера, чтобы поинтересоваться: что это ему вдруг захотелось отправиться на прогулку по незнакомой школе ночью одному? Кстати, про незнакомую... А не заблудился ли он? Ведь мог. Еще как мог! На то Питерсон и гриффинорец - честь и гордость, а в истории вляпываются чаще и по гуще других. Во всяком случаи так другие слизеринцы говорят. Сам Дима не проверял, но, похоже, скоро у него будет шанс в этом убедиться. Не покинул же он территорию острова. Заклятия перехода не знает. Или знает? А если не знает и если полетел?

Завернув за угол, плач стал значительно различимей. За секунду до встречи, Дима сообразил, кто это был. Недолеченая Дама парила в воздухе на высоте светильников и тихонько, но с периодическими оглушительными всхлипами, хныкала в такой же призрачный платочек.

Зная, чего можно ожидать, Дима попытался избежать столкновения, но он сделал это слишком поздно.

- Дима... какая встреча!.. неужели ищешь своего любимого?

- Он мне не "любимый", - Дима сразу же спохватился, подтверждая, что он знает о ком идет речь.

- Вот и мой не любимый, - она громко высморкалась и продолжила. - Вот уже который день я обнаруживаю у себя новые болезни и, конечно же, спешу сообщить ему. Видите ли: "Как так? А врачи даже и словом об этом не обмолвились!". Кто меня только не лечил, но все были такими бездарностями. Каждый перенаправлял меня к своему другу или товарищу, который должен был быть лучшим специалистом, чем он сам!.. И что? Они находили специалистов еще более высокого класса, которые тоже ничего сделать не могли. Бездарные у нас тогда были доктора. Я бы и сейчас обратилась, да вот только к кому? К лопухоидам сунешься, так они себя лечиться начнут, а не меня! Как можно вообще отказать такой роскошной даме? Куда ты собрался?! - Дима попытался незаметно удалиться, но от глаз приведенья это не укрылось. - Я ж о чем? Так мой муж несколько раз предлагал мне свой нож. Говорил: "Поверь, самое действенное средство!.." и наглядно показывал как им пользоваться. Так это еще ничего! Сегодня он мне ответил: "Дура ты набитая! что это за болезнь "недомогание печени на основании слишком большого приема лекарств"?! Ты бы еще придумала "запор заднего прохода из-за отсутствия еды в организме"!". Вот же хам! Как он мог? Может меня уже завтра не станет, а он говорит такую чепуху. Ну, где это видано, чтобы у привидения в организме была еда?

- Будто у приведений есть печень?..

- Ты прав. А может это из-за ее отсутствия у меня такое плохое здоровье?

Дима хлопнул себя по лбу, понимая, что сейчас может начаться. Слушать философствование Недолеченой Дамы на тему здоровья приведений ему уж никак не хотелось, так что надо было срубить проблему в корне.

- Ты до этого про Питера говорила?

- Если ты имеешь в виду высокого юношу с темными волосами, сверкающими глазами и сломанным носом?..

- Да.

- Что "да"?

- Да, я его имел в виду.

- Кого? Высокого юношу с темными волосами?..

- Да именно его. Зовут Питер Питерсон и он учиться со мной в одной школе.

- Ты же закончил Тибидохс. Стоп. Тогда что ты вообще сдесь делаешь?!

- Я закончил Тибидохс, но меня пригласили учиться еще и в английскую школу Хогвардс.

- И ты согласился?

- Да.

- После того, как закончил Тибидохс?

- Да.

- Вот же глупец. Зачем тебе еще учиться? Ты - мужчина! Иди работай, зарабатывай деньги, чтобы когда-нибудь жениться на симпатичной вертихвостке, после того, как она тебя хорошенько так окрутит и привяжет к себя нерушимыми узами. И чтобы потом всю жизнь работать и зарабатывать, удовлетворяя все ее желания и потребности, а она тем временем будет ходить по магазинам, ресторанам и мужчинам. И, в конце концов, она найдет себе покрасивей и побогаче, бросив тебя у разбитого корыта. Измученный, выжатый ты сопьешься, окончательно погубив свою жизнь, и закончишь в сточной канаве, куда даже бездомная собака не глянет...

Тирада прекратилась, и повисло молчание.

- Это ты сейчас из своего опыта описала?..

- Как можно?! Я порядочная женщина и остаюсь верна своему мужу! Ценя каждое его начинание, и подбадриваю в сложных ситуациях! Жена - это опора мужчины!

- Тогда почему ты описываешь мне такую... не очень положительную судьбу?

- Да потому, что сейчас такое время! Вот посмотри хотя бы на свою сестру...

- Не приплетай сюда мою сестру!

- Почему же нет? Она так хорошо общается с "твоим", - Дама сделала жест руками, - Питером. Думаю, они сейчас нашли очень интересное занятие только для них двоих!..

- Теперь я понимаю, почему Поручик Ржевский так тебе ответил. Ты кого угодно достанешь!

- Как грубо! Ты!..

- Дрыгус брыгус!

Не успев закончить фразу, Недолеченая Дама растворилась в каменной стене. Дима минуту постоял, восстанавливая дыхание. Это же надо было ляпнуть такое про Олю и Питера! Питер любит его, а Оля знает, что это чувство ответно. Дима даже дышать прекратил. Вдох он сделал лишь потому, что это была жизненая необходимость, а вот моргнуть он так и не смог. Просто замер, как и стоял с рукой, занесенной для поглаживания лба.

Будто потеряв разом все силы, Дима начал клониться назад, пока его спина не коснулась гладкой поверхности стены. После он сполз вниз, поджал колени и обхватил их руками. Воздух был прохладный, а камни холодные, но слизеринцу было сейчас плевать на все. Мыслей вообще не было, а потом в голове случился бум. Дима старался убедить себя в обратном, старался опровергнуть случайный вывод. Мало ли что могло прийти ночью в... выспавшуюся и свежую голову...

- Я влюбился в парня... - прошептал он темноте. - Я влюбился в Питера... - прозвучало еще тише.

Вот теперь действительно наступил провал. Дима не знал, что ему делать и что предпринимать. Прежний мир рухнул из-за одной фразы. Все прежнее, ранее непонятное, начало обретать свои места по праву, но вот все прочее, что раньше было в порядке вещей, затерялось в этой суете. Питер добился своего. Каждым своим действием, словом и жестом он селил в Диму сомнение и некую частичку себя, свою любовь. Все это накапливалось, пока не начало рушить обыденную реальность. А ведь это больно, когда рушиться то, что ты считал обычным явлением. Был бы на его потоке студент Питер Питерсон. Поскольку он учился на другом факультете, у них бы не было совместных интересов, кроме посещения одинаковых занятий. Не было бы всего этого. Был ли бы только два студента разных факультетов. А теперь?..

По щеке скатилась одинокая слезинка. Она была только одна, но сколько эмоций и чувств в нее было вложено. Сколько всего пережитого и случившегося.

- Неужели моя супруга и тебя переманить к себе успела? - голос был Поручика, но Диме было до него фиолетово.

- Дрыгус брыгус!

Приведенье с не очень культурными словами удалилось прочь. Теперь следовало бы ожидать какой-то подколки с его стороны, но это уже будет позже.

Дима нескоро понял, что еще немного, и он отморозит себе что-то очень важное. Поднявшись на ноги, слизеринец решал, что делать дальше. Главным было то, что он сумел себе признаться и признать это признание, но вот что с ним делать? Несмотря на сон, Дима не собирался набрасываться на Питера и тащить его в постель при первой же возможности. Вот будь он девушкой, Дима бы еще поразмыслил над этим вариантом. Но что с парнем делать?

- Хрен с ним!

Развернувшись обратно, Дима направился к себе в комнату. Хочет - пусть бродит по Тибидохсу по ночам - его проблемы. Высказываясь не самыми лестными словами в адрес Питера (а именно он, по мнению Димы, стал причиной возникновения ответного чувства), слизеринец свернул к комнате Оли, убеждая себя в том, что он лишь хочет убедиться в благосостоянии сестры, которую он уже давно не видел.

Надеясь, что Оля не меняла комнаты и что она по-прежнему живет одна, Дима даже без стука прошел сквозь дверь спиной. Там оказалось тихо и темно. За окном только начал намечаться рассвет, но в четырех стенах можно было различить только окно и несколько вазонов на подоконнике. Желая удостовериться, что комната принадлежит сестре (а потом учинять тут Мерлин знает что, зная, что все это ему будет простительно), Дима прошептал: 'Фосфорецелло' и осмотрел близлежащие вещи. Внезапно шорох на кровати и скрип пружин прервал его изучение кофты с сердечком на груди. В комнате кто-то был, но один ли? От этой мысли Дима стало как-то не по себе. Он, конечно же, не хотел заставать в постели у сестры какого-то парня (вариант с девушкой в его голове не укладывался). "А вдруг там Питер?" - почему-то эта мысль возмутила его больше всего. Дима подскочил к кровати и сдернул одеяло, освещая огоньком предоставленную картину. На его действие последовало противодействие: Оля попыталась натянуть одеяло обратно. Девушка спала крепко и одна. Облегченно вздохнув, да и порадовавшись немного, Дима укрыл сестру и отправился на выход.


***


- Ну куда подевался этот придурок?!

Дима уже битый час старался найти Питера. Убедившись, что сестра ничем "таким" с Питерсоном не занимается (в чем Дима собственно и не сомневался!), слизеринцу не давала покоя мысль: "Чем же он тогда занимается?!". Дима даже не думал идти искать Питера - он просто пошел это делать. Обходил этаж за этажом, зал за залом, переходил в другую башню и начинал все заново. Загорный уже начинал мерзнуть, а выход на открытую площадку его почти добил. Проходя коридоры башни приведений, он ненароком чуть не попался прикованному мечу. Вот бы было весело: столько лет учился, ходил и не попадался, а закончил школу и вот тебе! Мысли быстро вернулись к Питеру: "Он же от незнания мог попасться!". Но вокруг не было, ни следов крови, ни бездыханного Питерсона. Маленький камушек с души упал, но их там еще порядком было.

Поиски продолжались, а Питера все нигде не было. За окном уже рассвело, и Дима действительно начинал нервничать. С горем пополам он уже обошел весь замок. Оставалось только податься на улицу. "Или он отправился искать счастья в подвалах?" - намереваясь идти в комнату за теплой одеждой, Дима услышал оглушительный рев. Его было сложно спутать с чем-то другим.

- Огонек...

Дима бегом отправился к ангарам. Выбежав на улицу, его пронзил зверский утренний холод, но заклинание шептать было неудобно и некогда. Сейчас важнее было другое. Питерсон мог подумать, что у них на ангарах наложено тоже заклинание в виде преграды, что свое время в Хогвардсе. Разбирать концепцию: "Питер в гостях у дракона - какого хрена?!" времени тоже было в обрез. Огонек не любит слишком ранних посетителей, а спит он до обеда.

Оказавшись вблизи ангаров, Дима с ужасом обнаружил приоткрытую дверь и услышал уже немного приглушенный рык Огонька. Все внутри похолодело (как и снаружи собственно). За какие-то секунды, преодолев разделявшее их расстояние, слизеринец вскочил в открытую дверь и замер. В ангаре уже действительно было двое: темная фигура и дракон. Первый стоял, намереваясь сделать еще шаг вперед. Второй же поднялся на своих передних лапах и не двусмысленно втягивал в себя воздух.

- Огонек, нет!

Дима выскочил перед Питером, заслоняя его собой, но дракону нужно было выпустить образовавшийся огонь. Понимая это, Загорный схватил гриффиндорца за руку и потянул к выходу. Благо они недалеко отошли. Оказавшись за дверью, Дима всеми силами прижал Питера к металлу. Мгновением позже из щели между дверьми вырвался конец выпущенной струи. Огонек в ангаре снова зарычал, но уже как-то обреченно, будто взывая.

- Идиот! Какого ты поперся посреди ночи к дракон?! - Дима держал Питера за грудки и пытался хоть немного приподнять его над землей.

- Так я думал, что преграда...

- "Думал" ты? А дракона не заботят такие мелочи! Вот взял бы он тебя сейчас и испепелил! Стал бы обгорелой головешкой, - не опуская рук, Дима прислони голову к груди Питера. - А если бы я не успел? Ты бы тут... погиб... - мысли о возможной гибели Питера была настолько горькой. - Идиот!.. Чем ты думал?..

Чувствуя дрожь Димы, то ли от холода, то ли из-за другого, Питер даже не нашел чего сказать. Он просто прижал всхлипывающего слизеринца к себе, надеясь хоть немного согреть и успокоить.


## Глава 42. Обещание на свою голову


- Апчхи!

- Вот! Теперь будешь знать о последствии прогулок сутра пораньше в такой легкой одежде! - Яага заставила Диму проглотить какую-то плохо пахнущую смесь. - А ты!.. - она указала на стоящего у стены Питера. - Вон! Сил моих нет, так еще поспать не дадут. Додумался лезть к чужому дракону, даже не обмазавшись желчью!..

- Чем?

- "Вон" - я сказала! И чтобы впредь не думал лазить к малознакомым огнедышащим ящерам! Понял? - Питер кивнул, но Яаге этот ответ, похоже, не удовлетворил. - Я спросила!..

- Понял.

- Тогда почему еще тут?

- Я тоже пойду, - Дима хотел слезть с кровати, но ведьма одной искрой пригвоздила его к кровати.

- А ты-то куда собрался? Подхватил простуду - вот и будешь лечиться.

Питер все-таки до последнего пытался игнорировать слова юной колдуньи, но она думала иначе. Отойдя в другой конец кабинета, Яаге искрой вышвырнула Питерсона за дверь. Злорадно улыбнувшись, потомственная целительница повернулась к Диме и, мило улыбаясь, направилась к нему, держа в руках сосуд внушительных размеров.

- А может, я все-таки пойду? Мне уже значительно лучше...

- Лучше? Не верю. Мы же только начали. Допрыгался - теперь попрыгаю я. Открывай ротик, - если бы Дима не знал Яагу, то эта обворожительная улыбка могла бы ввести его в заблуждение. - Молодчина, а теперь еще ложечку...

Дима всегда считал, что у Яаге были самые отвратительные целительные зелья (хотя сравнивать было особо не с чем). Только после еще двух других зелий, ведьма, наконец, сняла с него заклятие. Слизеринец хотел уже сматываться, но учтивая колдунья наложила заклятие и на дверь. Попытка покинуть магпункт увенчались безрезультатностью.

- Зачем меня тут держать? Я выпил все, что ты мне дала.

- Но никто же не говорил, что ты выпил все, что я собиралась тебе дать!..

Предвкушая самое худшее, Дима обреченно уселся обратно и был готов исполнять любые поручения. Он прекрасно знал, если не подчиняться Яаге, то из магпунта тебя вынесут.


***


Чувствуя себя здоровым, как никогда, Дима, наконец, покинул магпункт. Ему сегодня неописуемо повезло. Яаге внезапно решила излечить его от всех недуг, которые могли даже только намечаться в будущем. Загорный даже подумал: "Она случайно с Недолеченой дамой в последнее время не переобщалась?..". Названия своих "хвораний" Дима и в помине не знал, но Яаге настаивала, что в ближайшем будущем они могут стать очень и очень серьезными. Несколько раз проклинала Хогвардс, что Диму совсем озадачило. На вопрос: "Школа-то тут причем?", ведьма начала тираду (которую надо было бы записать и издеваться потом над английскими магами) на тему: "Подлые завистники и отвратительные колдуны". Она любезно просветила Диму о том, что на него было наложено порядком так сглазов. Некоторые были слабенькие и вели к мелким неприятностям, которые бы даже не выделились на фоне повседневности. Несколько средних, которые вот-вот бы проявились не самым приятным образом. Пара сильных с отсрочкой, рассчитывались на более поздние периоды учебы. И так же одно проклятие. Кто-то действительно постарался, накладывая столь точное, хоть и не очень сильное заклятие. Яаге даже смогла определительную дату вступления его в действие. По Диминым подсчетам оно попадало примерно на период матча Хогвардс-Тибидохс. Дима все же немного не верил (в отношении сглазов), что англичане такие зависники. Что-то не слишком часто предыдущее события он мог списать на результат вступления сглаза в силу. Яаге пояснила это тем, что почти все эти, включая и проклятия, были наложены в конце января - начале февраля. А именно тогда проходил отбор в команду Хогвардса по драконоболу и признание о принадлежности к другой - Тибидохской. Было немного обидно, так что лечению Дима никак не противился.

В конце концов, когда его аура была "отшлифована до блеска", Дима поспешил в свою комнату. Настроение у него все же было приподнятое. Яаге его так "почистила", что чувствовать себя плохо было невозможно, а еще она развлекала его разговором, рассказывая о событиях, произошедших в Тибидохсе. О приключениях его знакомых, проколов его преподавателей и шутках прочих школьных обитателей. Узнав несколько компрометирующих фактов про сестру, Дима отнес их себе на заметку - мало когда могут пригодиться.

- Питер, ты тут?

В комнате его не оказалось. Пустота и тишина. Хотя не совсем. Дима сразу различил стук в окно. Уже по памяти, Дима мог различить этот звук. Вот только угадал он только в отношении птицы. Глаза на лоб полезли, когда Дима различил в только начинающей буйствовать красками оперенье Ашура. Что-то давно он уже к нему не присматривался, так как это был уже не птенец, а птичка прилично-средних размеров. Да и теперь он был не просто бледно-серым, а начинал обретать красный, желтый и синий оттенки.

Ашур с легкостью впорхнул в открывшееся окно и приземлился на спинку стула. Он, будто с интересом, осмотрел интерьер и остановил взгляд на Диме.

- Дима? - голос принадлежал Винсу.

- Что? - возможно, ответ не требовался, но Диме так было проще. Оставалось впечатление, что он разговаривает со своим другом.

- Дима, выходи. Это не смешно! Блин, уже одиннадцать, а его все нет...

- Возможно, они устроили себе тайное рандеву? - теперь говорил Стив.

- Стив? А ты что?..

- Питера искал. Его тоже до сих пор нет. Учитывая то, что Сьюзан рассказала, я пришел сюда.

- А что она говорила?

- Что Дима приходил к нам в гостиную, зачем не знала, но Питер закинул его на плечо и потащил на второй этаж. Куда тоже не знаю.

- К вам в комнату, наверное.

- Возможно, но тогда ее занимали мы.

- Не помню, чтобы они к нам заходили...

- Заходил кто-то, но быстро убрался. Возможно, то они и были.

- А я такого не помню.

- Вот и хорошо, что смотришь ты только на меня.

Дальше Ашур воспроизвел звук, который напоминал скрип кровати и шелест постели.

- Постой, а вдруг Дима сейчас вернется!..

- Он парень здравый - все поймет и не будет нам мешать...

- Но ему же надо где-то спать! Прекрати!..

- Я не сомневаюсь, что Питер не даст ему этого сделать.

- Стив! Ах... Черт!..

Больше реплик, носящих смысл, не последовало, и Ашур вскоре замолчал. Подождал какой-то реакции, но Дима размышлял о предположениях Стива на их счет.

- Где Дима пропал? - все слова были сказаны разными голосами.

- А?

Видимо Ашур мог воспроизводить не только отдельные фразы, но и конкретные слова.

- Профессор, понеси пирожок домой.

А понимал ли он смысл того, что говорил? Дима хихикал до поры, до времени. Пока Ашур не выдал что-то стоящее.

- Питер, - смысл был и в интонации и паузе, только вот голос был неузнаваем.

- Питер?

- Питер, - но было что-то в этом голосе знакомого. - Я тебя люблю, Питер.

Дима отшатнулся назад. Эта фраза была в одной тональности и один голосом, вот только с одной фразы ли взять? Был ли смысл уточнять у птицы? Дима все же решил это сделать, но вот Ашур внезапно растворился в пространстве. Хлопнув ресницами, Дима осмотрелся по сторонам, но Ашур не появился. А вот дверь распахнулась. На пороге стоял удивленный Питерсон. Оглядевшись, он непонимающе уставился на Диму. На такой взгляд Загорный ответил тем же. Потом Питер доброжелательно улыбнулся и шагнул внутрь. Не видя причин для улыбок, недоумение Димы только усугубилось.

- Тренируешь признание?

- А?!

Питер подошел вплотную к, глупо смотрящему, Диме.

- Я тебя люблю, - Загорный мгновенно почувствовал, что краснеет, и смущенно отвел взгляд, - Питер.

- А?! - Дима посмотрел на Питера, как на полного идиота.

- Ты только что это сказал. Я слышал.

- Это не я говорил.

- Как не ты?.. Тут больше никого нет, а голос я бы не спутал.

- Это так мой голос звучит?

- А?..

- Тут Ашур. Он почему-то маскируется.

- Ашур? Птица Винса? Что бы ей делать здесь? - Питер показывал, что так просто его не провести.

- Сам не знаю почему он тут. Винс его, вроде, не присылал...

- Ага. Сова бы даже так быстро долететь не смогла. А ты говоришь, что тот птенчик сумел бы преодолеть такое расстояние? - Питер приподнял Димин подбородок. - Брось, хватит уже выдумывать...

- Я не выдумываю! Было бы зачем!..

- Ну, а мне хотелось бы верить в первое, - Питер нежно улыбнулся и сблизил их лица.

- Питер, я хочу тебя!..

Теперь-то Дима знал, что прозвучал его голос, но где Ашур набрался такой грамоты?! Неужто хозяин оказывает настолько плохое влияние на питомца? Такие слова Дима точно помнил, что не произносил в одном предложении. А вот в разных?.. В разных точно произносил. Отвлекшись от проклинания милой птички, Дима увидел взгляд Питерсона. Теперь он должен был стать бардовым.

- Ашур! Я тебя прибью! И Винса в придачу, который научил тебя так компоновать слова! - отпихнув пораженного до глубины души Питера, Дима попытался схватить предполагаемую птичку на спинке стула.

- Дима?..

- Ашур?!

- Даже если это он - Ашур произносит то, что слышал, - Питерсон обнял Диму сзади. - А ты получается...

- Этот гад умеет компоновать слова из разных предложений и разных авторов! Только перед твоим приходом он мне это продемонстрировал!..

- Неужели?.. - горячее дыхание обожгло кожу шеи, а от последовавшего поцелуя Дима чуть не взвыл.

- Черт! Питер, он действительно умеет коверкать фразы! - Дима зажмурился и в памяти начал всплывать ночной сон.

- А для меня этого вполне достаточно, - укус за мочку ушка. - Да и твое "сопротивление" говорит совершенно о противоположном...

- Черт...

Диму резко развернули и прижали в продолжительном поцелуе. Это было действительно замечательно. Дима даже сам прижался плотнее, углубляя поцелуй. Все могло бы закончиться на этой положительной и приятной ноте, но Питер посчитал это недостойным завершениям банкета. Его руки начали постепенно опускаться ниже по спине Димы. Одна рука замерла на талии, а вот вторая скользнула в штаны, сжав упругую попку слизеринца. Лично у Загорного сейчас продолжать дальше желания не было, но попытка отстраниться не дала ничего. Пришлось прибегнуть к радикальному способу. Не очень сильно, чтобы было ощутимо, Дима прикусил нижнюю губу Питера. Получив свободу, постарался отскочить подальше.

- Дима! - Питер недовольно тер нижнюю губу.

- Если я тебя люблю, то это не значит, что я так просто соглашусь на секс!

- Любишь?..

- Да, люблю!

Все же обратив внимание на пораженного Питерсона, и вдумавшись в сказанное им сами, Дима схватился за голову и обреченно застонал. Питер сделал шаг на встречу, но слизеринец отскочил назад.

- Стой! Пообещай, что не будешь меня насиловать прямо сейчас!

- Какой ты догадливый!..

Дима сделал еще шаг назад, судорожно ища выход.

- Пообещай, а я пообещаю, что стану твоим, в случаи вашего выигрыша в матче драконобола!

- Но вы играете лучше.

- Будет стимул тренироваться!

- Хорошо. Я обещаю.

- Скажи "Разрази громус"!..

- Разрази громус, - под одеждой сверкнул луч зеленого света.

- Обещаю и я стать твоим, если ваша команда победит в предстоящем матче по драконоболу. Разрази громус!

Перстень выпустил зеленую искру и Дима облегченно вздохнул, но не тут-то было.

- Питер?

- Я пообещал, что не буду тебя насиловать сейчас, но я не обещал, что не попытаюсь тебя соблазнить. А глядя на твое состояние - я не сомневаюсь, что мы прейдем к обоюдному согласию.

Впервые в жизни Дима попытался выговорить формулу прохода сквозь пол вне классной аудитории. Ускоряя свою речь, по мере приближения Питерсона, и параллельно становясь еще больше похожим на редьку, Загорный старался не ошибиться и не сказать лишнего. И впервые в жизни (даже включая попытки на занятиях) у него это получилось. Было плевать куда - только бы не остаться тут. Питер был поражен, когда Дима внезапно вскинул на него взгляд и провалился сквозь пол. Руками прощупав то место, Питерсон разочаровано вздохнул.

- Он обещал, что станет моим, но я не обещал, что до того времени не завладею им целиком и полностью.


***


Оказаться в непонятно какой аудитории было ожидано, но все-таки как-то не продумано. Вокруг было темно и тихо. Виднелись накрытые белыми простынями столы и больше ничего. Включив свет, Дима попытался определить свое место расположения. Высокий потолок, серые стены, несколько накрытых столов и, похоже, диван. Неопознаваемо. Вокруг еще было порядком пыли. Тут определенно уже давненько не прибирались. Обычно же следят даже за неиспользуемыми комнатами. Почему же эту обошли стороной?

Резкий приглушенный скрип вернул парня в реальность. Он посмотрел на "диван", который уже таковым не казался. Простыня вздулась и набирала все более пугающие размеры. Дима как-то не особо хотел узнавать, что именно это было. Его нежелание подкрепилось не тихим, не громким рыком. Снова паникуя, Дима сложил руки перед собой и зашептал заклинание. Раздался уже более настойчивый рык, который сбил всю ворожбу. С ужасом слизеринец отметил, что непонятное постепенно приближается к нему. Теперь-то Загорный думал, что остаться с Питером было бы намного безопасней... и приятней. Обозвав себя за последнюю мысль, Дима пытался произнести заклинание прохождения сквозь пол еще раз. Он добился своего, и каменные плиты снова расступились под ногами. Нечто обижено пискнуло, и вернулась на прежнее место, принимая форму немного странного, да и возможно сломанного, дивана.

Новые стены были не более узнаваемые, но по характерным звукам Диме удалось квалифицировать свое место нахождение. Запустив искру в слишком любопытного болотного хмыря, он попытался зажечь факелы на стенах. Бродить по бесконечным подземельям Тибидохса никогда не было его любимым занятием, но выхода не было. Если Дима намерен попасть в Хогвардс и преступить к занятиям, то следовало поспешить. Непонятно в какой части подземелий он оказался, да и что может ожидать молодого, хоть и уже выучившегося в этой школе, мага за поворотом в темном коридоре...


## Глава 43. Забытый подарок


- Ты что?!..

- Да тихо ты! Сейчас на твой крик сбегутся все ученики, да и преподаватели в придачу!..

Дима рукой заткнул Винсу рот и отвел в первую попавшуюся нишу.

- Я так и знал, что он своего добьется!..

- Да ничего он не добился!

- Ага, а твое поведение тому ни разу не подтверждение. Слушай, я понимаю: личная жизнь и все такое, но что случилось в Тибидохсе?! Если ты мне не расскажешь, то можешь искать себе нового Винса!

- Да ничего не было!

- То есть ты просто так целый день шугаешся при каждом появлении Питера, постоянно проверяешь, есть ли он поблизости и стараешься обходить его стороной. Нет уж! Что-то определенно случилось, и я хочу это знать! Ты говорил, что спас его от дракона, но это не могло стать поводом!..

- Он был готов меня изнасиловать...

- ЧТО?!

- После того, как я сказал, что люблю его.

- А-а-а... - казалось, предыдущий порыв окончательно выветрился.

- Что "А-а-а"?! Он хотел меня изнасиловать!

- Можно считать, что у него была веская на то причина...

- Какая еще причина?! Между прочим, это преступление! За такое его могут упекти в тюрьму.

- Похоже, что ты за него больше волнуешься. Ладно, - Винс обреченно положил руку другу на плечо. - Скажу честно: я о таком ни разу не думал, когда Стив добивался своего. Просто не заморачивайся. Если тебя это так волнует, то Стив мне сказал, что им увеличили число и повысили интенсивность тренировок по драконоболу. Теперь они будут проводить больше времени на поле, чем в стенах замка...

Дима даже похолодел. Винс это мгновенно заметил и поспешил узнать тому причину. От одной мысли про даное обещание у Димы пробегали мурашки, хотя от мысли, что Питер сможет делать с ним все, что захочет, на душе появлялось какое-то смешанное чувство. Становилось ни холодно, ни жарко, но как-то спокойно.

- Я пообещал, что в случаи их победы я стану его.

- Станешь его?.. Это ты, однозначно, хорошо придумал... Если уж так хочешь у тебя есть два варианта: тренировать свою команду, чтобы они не дали спуску им, или же сделать подлость и мешать тренироваться...

- Выбор, однако...

- Дима, у тебя сейчас есть занятия? - Бет была очень запыханной.

- Да, магловеденье.

- Ладно. Ты на него не идешь. Тебя срочно вызывает к себе профессор Дроклов. Я к твоему преподавателю, а ты давай к декану. И лучше не задерживайся. Он был очень злым, когда требовал тебя к себе.

- Да он еще со вчера ходит злой как никогда. Даже не знаю, что с ним случилось.

- Может Лимпфон сделал что-то, что настолько вывело его из себя?

- Скорее всего я знаю в чем причина...

- И в чем же?

- Не важно. Я лучше поспешу, а то вы можете меня больше не увидеть!..


***

Прежде, чем идти к декану, Дима забежал к себе за дневником. Он так же прихватил несколько бутылочек с зельями, о действия которых у него до сих пор не получалось узнать. Подарок на день святого Валентина еще можно было вылить в раковину, не столько любопытно оно было. Но вот подарок матери, без словечка, без подсказки, выбрасывать было как-то неудобно. Экспериментировать на ком-то было не этично, да и мало ли что там.

Оставалось спросить у эксперта. Это можно было бы сделать еще в Тибидохсе, так как зелья тогда были при нем, но Дима ой как не хотел показываться на глаза своему прошлому преподавателю. Уж слишком он был критичен, да и начал бы с лекции о том, какой Дима слабый и несмышленый маг, раз самостоятельно не сумел определить их предназначение. Продолжения не нужно было, так как и этого хватило бы сполна. А учитывая то, что Дима уже не был его учеником, он бы просто покинул кабинет, потеряв даже те незначительно хорошие отношения между ними.

Оставалось три варианта: вылить, экспериментировать и профессор Дроклов. У Димы еще тлела надежда, что, вернув дневник декану, он сумеет смягчить его пыл и получить ответы на свои вопросы.

Стоя перед дверью кабинета, слизеринец уже был готов постучать и войти, как внутри послышался треск стекла и, похоже, в большом объеме. Забыв про приличия, Дима распахнул дверь и вбежал во внутрь.

- Профессор, с вами все в поряд...

Да, было очевидно, что все в полном порядке. Ну, возможно, кроме осколков стекла возле стола, которые, очевидно, несколько минут назад были колбами, мензурками и прочим. А вот их хозяин был в порядке. Даже больше: Лимпфон тоже не вызывал подозрений на какие-либо расстройства. Два преподавателя, Дроклов сидя на своем столе, Лимпфон стоя возле него, забвенно целовались, видимо, не замечая вошедшего. Так Дима думал, параллельно заливаясь краской.

- Дима, - Гектор на мгновение оторвался от своего мужа, - если ты в течении трех секунд не покинешь комнату, я сниму столько балов, что Слизерин уйдет далеко в минус и мне плевать, что это мой собственный факультет!..

Долю мгновения Дима был готов накивать пятами и не рисковать благосостоянием факультета, но решение все же принял другое.

- Профессор, Ваш дневник!..

Дима увидел, как Дроклов замер словно вкопанный, а потом резко развернулся. Лимпфона он из объятий не выпустил, так что второму оставалось только недовольно коситься на студента, в благодарность которому он уже строил самые коварнейшие планы.

- Что с ним?

- Вот он, - Дима протянул небольшую книгу преподавателю.

Во мгновение ока Гектор вывернулся и схватился за книгу. Быстро открыл первую страницу и, очевидно, приложил руку к отпечатку. Лицо его сразу же просветлело и озарилось улыбкой. Он перевел благодарный взгляд на студента.

- Читал, значит...

- Э-э-э...

- Можешь не оправдываться и не искать пояснений. Узнать ты мог только заглянув в середину. Меня интересует только один вопрос, - в глазах преподавателя сверкнул не доброжелательный огонек. - До куда ты прочел?

Дима замялся и понял, что краснеет. Он глянул на Лимпфона, но преподаватель защиты всем своим видом выказывал все, о чем он думал. Глуповато улыбнувшись, Дима произнес:

- Поздравляю с замужеством!..

- О, - Дроклов теперь выглядел заинтересовано. - Спасибо.

- Дима, а ты никуда не спешишь? - по тону голоса, Дима рисовал смутную картину своих потенциальных мучений, если он сейчас не уберется отсюда.

- Профессор, я только хотел спросить, - Дима полез в карман за флаконами.

- Что?

- Если не долго!..

- Что это за зелья? - Дима протянул две субстанции преподавателю.

Бросив быстрый взгляд на со временем принявшее темновато-красный оттенок зелье, Дроклов взял его в руку и испарил.

- Испортившееся приворотное зелье с усиленным эффектом на определенного человека. Пить не советовал бы.

Да уже и нечего было. Со вторым преподаватель возился значительно дольше. Взяв флакончик в руки, он на глаз изучил все такой же розовый цвет содержимого. Не имея возможности также быстро и точно определить зелье, профессор откупорил флакон и вдохнул содержимое. В его глазах блеснула искорка, но он постарался быстренько от нее избавиться, помотав головой из стороны в сторону.

- Этого зелья я не знаю, но могу сказать, что оно имеет свойство прочищать сознание, выделяя самое главное, усиливая это чувство. И, похоже, чувства нравственного характера. Сильнодействующее. Мне хватила небольшого вдоха, чтобы ощутить его эффект. Но для лучшего действия следует принимать внутрь и обязательно разбавлять, а то чувства будут слишком усилены и могут затмить разум, - Дроклов посмотрел на флакончик, подошел к полке и отлил половину себе в пробирку. - Откуда взял? Вещь интересная, - закупорив оставшееся, он протянул флакон Диме, параллельно что-то призывая палочкой.

- Мама прислала. Она занимается этим профессионально.

Лимпфону, очевидно, очень и очень не нравилась завязывающаяся дискуссия. Его хмурые раздумия прервали влетевшие в кабинет две кружки и чайничек.

- А какого его применение?

- Очищает сознания, отшлифовывая нравственные чувства, - видя недоумение на лице студента, он решил пояснить. - Ну... например, можно с его помощью разделить увлечение и любовь, временно усилив это чувство. Если это просто увлечение, которому суждено пройти через пару дней или даже часов, то оно развеется быстрее, не оставив даже осадка. В случаи ж с любовью, оно сделает это чувство более... понятным, возвысит его над другими, - говоря все это, Дроклов одновременно разлил в чашки чай и капнул туда по две капли из своей пробирки.

- А зачем?.. - Дима непонимающе указал на чашки с разбавленным в чае зелье.

- Поэкспериментируем, - Гектор отправил чайник в обратный путь, а сам взял две чашки в руки, протягивая одну Лимпфону. - Будут еще вопросы? - он остановил Волтера, не давая ему пока пить содержимое.

- Нет...

- Тогда теперь попрошу удалиться, так как тут сейчас будут проходить испытания.

- Зелья?

- Это уж потом посмотрим, - Дроклов помахал Диме ручкой и жестом предложил выпить на брудершафт.

Загорный не стал временить. Закрыв за собой дверь, он еще ненадолго задержался. Ему очень хотелось заглянуть еще раз, чтобы увидеть действие зелья, но он прекрасно знал, что ничем хорошим это не закончиться. И все же ответ пришел сам собой. Через секунд десять, как закрылась дверь, снова послышался треск стекла, но уже в большем объеме.


***


- Ты его видишь?

- Нет. Возможно, он еще не пришел...

- Да куда уж!.. Обед уже почти закончился. Он точно не уходил?

- Я не видел. Я его вообще не вижу. Дим, мне неудобно постоянно оборачиваться на их стол! Тем более что с такого расстояния мне плохо видно.

- Капец. И что же делать?

- Это ты меня спрашиваешь?! Это вообще твоя идея!

- Ладно. Наблюдай дальше. Сообщи, если что-то измениться.

- Хорошо.

Дима стер изображение с зудильника и спрятал его в карман. Зря, наверное, он пошел на это. Сейчас Загорный стоял перед точной копией четырех столов большого зала в кухне точно под оригиналами. Тарелки, блюда, кувшины были расставлены с точностью до тех, верхних. Даже если кто-то не очень аккуратно взял куриное крылышко, посуда тут двигалась точно так же. Вот только не было тут тарелок и кубков самих студентов. Домовые эльфы накладывали еду и разливали напитки в общие посудины, что исключало возможность подмешать или подлить что-то кому-то конкретному. Да и делали они это незаметно для окружающих, используя свою магию.

Так что перед Димой предстал выбор: пройтись вдоль всего стола Рейвенкло или же подлить зелье в общий котел.

По сути, этот план был немного неудачным. И начал давать трещины еще в самом начале. Наверное, следовало придумать что-то более действенное, но времени не хватало. Точнее Дима решил, что его в обрез. На кухню слизеринца погнал один случай, который имел место два дня назад: Нестер Ларенс открыто предложил Диме вступить с ним в "отношения". Первой мыслью было, что это он лучше сделает с Питером. Вторая была категоричней косвенно относясь к поднятому вопросу. Заявив свое твердое "нет", Дима поверг Нестера в такое поникшее состояние, что потом полдня ругал себя за те неприятные слова. Мягче он стал или ему нравился Ларенс? Нравился - да, но как человек. Это была симпатия. Теперь стало понятно, что Бред друзей себе не в подворотнях выбирает. На мгновение появилось такое теплое чувство, что есть и у него такой друг.

Впредь испытывая угрызения совести, которые, кстати, прошли на поле для драконобола и немного повредили тренировке, Дима все же решил, что просто так это оставлять нельзя. И поскольку признание было не в любви, а страсти, слизеринец предположил, что с этим можно будет что-то сделать. Как раз кстати Ашур решил воспроизвести недавний разговор Винса, привлекши внимание к себе и полке для флаконов с зельями, которых, кстати, уже скопилась приличное количество и среди которых находился мамин подарок. Детали плана обдумывались и разрабатывались весь последующий день. Было бы глупо подсовывать Нестеру флакон со словами: "Выпей!". Во всяком случаи Дима сомневался, что он выпьет. Пришлось придумывать, как его можно было подлить, или же куда-то подмешать. Действие было запланировано на обед, так как на завтрак все являлись по-разному, а вот на обед более или менее одновременно. Помня слова Бреда, Дима послал в разведку Винса, а сам отправился на кухню. Маклакенс должен был высмотреть Нестера и по зудильнику сообщить примерное его расположение (или точно, если сумел бы). Загорный же в свою очередь собирался подлить немного содержимого из маминого флакона в их общий сосуд. Зелье не смертельно (даже ничего близко), так что соседи по бокам отделались бы легким эмоциональным приливом (или же прозрением).

Но сегодня все шло не так! Начался день пакостно, продолжился неудачно, вот обед, а план почти срывается. Страшно предположить, чего вечером ожидать!..

Не заливать же все кувшины Рейвенкло. Это надолго, а к тому времени Нестер может и уйти. Может подмешать всей школе? Худо им не будет, но наверняка и Ларенс попадет. Решение было близко, но где именно? Тяжело вздохнув, Дима подошел к большим бочкам, на одну из которых облокотился. "А нужно ли все это или я себе на воображал?.." - еще один тяжелый вздох из-за риторичности вопроса. Внезапно Дима услышал бульк у себя за спиной. Он внимательней осмотрел бочку - ничем не примечательная и не выделяющаяся бочка, но внутрь не заглянуть. Еще один бульк. Поискав глазами, слизеринец увидел лестницу-стремянку, которой, очевидно, пользовались домовые эльфы. Парню было интересно, и он взобрался посмотреть. Аккуратно удерживая флакон с зельем в руке, Дима взялся за края бочки и заглянул внутрь. Он ожидал увидеть что-то более впечатляющее. Тыквенный сок, оставшийся почти только на дне, не делал ничего соку не характерного - то есть ничего вообще. Даже наклон головы на бок не помог - ничего не изменилось. Даже обидно стало.

- Что там?.. - шепот на самое ухо так перепугал Диму, что он чуть со стремянки не упал. Хотя упасть Нестер ему бы все равно не дал. Однако резкие движения рук повлекли последствия. Флакон выскользнул и с соответствующим звуком разбился о внутреннею стенку бочки. Розовое содержимое быстро стекло в сок, на мгновение поменяло его цвет, и вернула прежний. И вот в этот момент Дима снова услышал бульк. Теперь он увидел его природу. Количество сока значительно уменьшилось.

- Вот черт!.. - Дима быстро схватился за карман, пытаясь вытащить зудильник, но резкий рывок назад не дал ему этого сделать. Оказавшись в руках Нестер, слизеринец сразу подумал, что план все же провалился.


## Глава 44. Музыкальный заговор


В большом зале действительно происходило что-то невообразимое. Дима сам не понимал зачем туда явился, но то, что он там увидел, стоило того. Вбежав в двери, слизеринец замер на пороге. Даже впечатавшийся сзади Нестер не отвлек его от созерцания всего происходящего.

Очевидно, не все выпели сок с зельем. Именно они сейчас находились в неописуемом шоке, также наблюдая за происходящим вокруг них, хотя некоторые, даже были вовлечены. Кому-то повезло уйти раньше, кому-то - даже не прийти. Остальные же вели себя, мягко сказать, неподобающе - начиная от приличий и до самых откровенных домогательств. В последнем как раз были замечены Винс со Стивом, которым, очевидно, было наплевать на окружающих. Теперь стало понятно, почему Маклакенс не отвечал на позывные зудильника. Другие студенты вели себя примерно так же. Несколько людей сидели с таким глубочайшим непониманием на лицах, будто их мир основательно перевернулся. Мальчики, хотя и девушки, открыто признавались друг другу в любви, обнимались, целовались, приставали, шли дальше и дальше. Даже за преподавательским столом происходило очень интересное зрелище. Конечно, это можно было списать на их возраст, но картину немного менял тот факт, что это были Лимпфон и Дроклов. Остальные преподаватели смотрели на своих коллег с нескрываемым удивлением, но делать что-то не спешили. Для начала они пытались понять, что вообще происходит.

Понимая, что зелье работает, хоть и в немного передозном варианте, Дима решил, что еще не все потеряно. Он подбежал к ближайшему кубку, схватил и понюхал содержимое. Действие было мгновенным. Перед глазами появился легкий туман, через который проступал лишь образ Питера, сердцебиение участилось, а дыхание сбилось. Встряхивая головой, Дима рукой ощутил присутствие Нестера.

- Выпей, - Загорный протянул кубок рядостоящему.

- Что?.. - голос точно принадлежал Ларенсу.

- Пей, а вопросы задашь позже.

Кубок выскользнул из руки. В глазах туман уже рассеялся, хотя образ Питерсона никуда уходить пока не собирался. Дима увидел недоумевающий взгляд Нестера, который смотрел куда-то в пространство. Помня, зачем это все было задумано, слизеринец перешел к последнему пункту.

- Нестер? Нестер!..

- А? Что?..

Запечатлив поцелуй на губах рейвенкловца, Дима окончательно рассеял все ведения.

- Что чувствуешь?

Увидев глубочайшее непонимание на его лице, ответ уже был не нужен.

- Дима...

- Забудь. Ты, наконец, прозрел. Теперь мы можем остаться просто друзьями, - хлопнув Ларенса по плечу, Дима развернулся, думая уходить, но замер, услышав свое имя.

Чувствуя этот леденящий взгляд, Загорный развернулся еще немного и встретился с пламенно ледяными глазами Питера. Очевидно, он тоже соку выпел, вот только чего возжелает после этого. Наверное, увидев стремительно направляющегося Питерсона, единственным правильным решением должно было стать "бежать". Исходя из этого утверждения, Дима сделал неправильный выбор. Будто прикованный взглядом, он не знал что делать. Убеги он сейчас, это бы превратилось в "Поймай меня, Питер, если сможешь" и лишний бы раз подтвердила измену. Но стоило ли говорить об измене, если между ними ничего конкретного не было. Был договор, который ни к чему не обязывал. Еще была любовь. Высказанная, но вот основательно принятая только одной из сторон.

Но здраво рассудив, судя из пламени в этих глазах, то что Питер был готов сделать, он намеривался сделать здесь и сейчас. Все, на что Дима отважился, это сделать шаг назад. Даже не сделай он этого, ситуация мало бы чем изменилась. Кулон на груди легко завибрировал и резко рванул вверх. Заметив это, Питер ускорил шаг, но он все равно не успел. Зачинщика всего этого унесло в Тибидохс на очередную тренировку, оставив Хогвардс самостоятельно разбираться со всеми последствиями.


***

- Плохо это или хорошо?

- Дима? - оказавшийся рядом Женя, подумал, что обращались к нему.

- Нет, ниче. Всем привет!

- Привет!

- Привет.

Они снова были в Тибидохсе, чтобы провести еще одну выматывающую тренировку, призванную улучшить их умения и технику еще хоть на чуть-чуть. В последнее время, когда стало известно об усложнении тренировок их соперников, команда Тибидохса тоже решила не отставать, но пошла другим путем. Вместо того, чтобы повысить требования и пусть игроки достигают их самостоятельно, они решили усложнять свои тренировки постепенно. Каждый раз Григорий Прокопьевич придумывал что-то интересное, что должно было развивать какое-то конкретное качество или все вместе взятое.

- И что же нас ждет сегодня?

- Не знаю, но на вечер мне еще нужны силы, - Саша поправила воротник и обтрусила рукава, будто за время телепортации на них могла налипнуть пыль.

- Григорий Прокопьевич нам ничего не говорил. Сказал только поспешить на стадион, - Сережа пожал плечами и направился к выходу из комнаты.

- Что так сразу? - Саша поспешила оказаться в начале процессии.

- Да. Он сказал, что сегодня у нас будет что-то особое и что оно, скорее всего, займет значительно больше времени.

- Отлично, - Саша недовольно сплеснула рука. - Где я могу переодеться?

Сегодня Саша почему-то была не в своем обычном тренировочном костюме, а в предельно легкой и нарядной одежде. Даже сомнений не возникало, что в облегающих набедренных джинсах и кофте с глубоким вырезом, до локтя свободными рукавами, а ниже тоже облегающими, она моментально замерзнет на густо валящем снаружи снегу. Однако с собой у нее был небольшой рюкзачок, с которым, не очень довольно забросив его на плечо, она умчалась в Димину бывшую комнату. Ждать пришлось недолго. Уже через минут пять она появилась в своих зимних сапожках, плотных шортах до колен, водолазке и перчатках. Рюкзачок теперь был уменьшен и болтался на поясе девушки. Зловеще улыбнувшись, Саша подхватила Женю под локоть и потащила вперед, параллельно расспрашивая и увлекая остальных за собой.

Надев браслеты с утепляющими заклятиями, команда направилась на стадион. Подойдя ближе, они поняли, что что-то было не как всегда. Оглядевшись, никто не нашел тому причину (кто нашел - тому хвала и слава, но промолчали все). Оказавшись уже на поле, они почти никого не увидели. Нет тебе снующих джинов, следивших за драконами, готовившись в любой момент доставить пострадавшего студента в магпункт или помочь в чем тренер Тибидохса попросит. Куда-то они все делись? Сновали туда-сюда только домовые, чего от них в столь холодную погоду не ожидали. Маленькие существа таскали какие-то деревянные детали и металлические предметы. Сложно было сказать, чего они там делали. Дима хотел спросить, но его и команду окликнул Григорий Прокопьевич.

- Поторапливайтесь! И под ноги смотрите! Не наступите на домовых. И не мешайте им!

- Григорий Прокопьевич, а что они делают?

- Выполняют очень важное и серьезное поручение, так что не мешайте им. У них времени в обрез. Да и у нас тоже. До игры осталось всего-ничего!

Уже следуя за тренером к центру поля, Дима понял причину раннего недоумения. Тут было тихо потому, что вблизи стадиона не было драконов. И джины, которые могли б вывести их позже, тоже не присутствовали. Неужели сегодня он не увидет Огонька?..

- А где драконы?

- Сегодня мы будем изучать новую технику, так что пока они нам не понадобятся.

- А что за техника?

- А вот смотри. Гуллис-дуллис, - Григорий Прокопьевич резко развернулся и бросил в Женю мяч.

- Цап-царапс, - он приготовился схватить мяч, но он резко вывернулся и ударил парня в спину, таким образом, очень быстро сблизив его лицо и снег.

- Поняли? - Тренер спокойно поймал мяч и осмотрел команду.

- Ну...

- Я же все правильно сказал. И у Вас не было домыслов менять заклятие!.. - выплюнув снег, Женя приступил к его стряхиванию.

- Да, но в данном случае я мяч не заговаривал Гуллис-дуллисом. Я заговорил его новым способом, к которому ты и все остальные не знаете блока. Сказав знакомое заклятие вслух, я только подкрепил твою веру в отсутствие подвоха.

Команда непонимающе смотрела на тренера, будто задавая вопрос: "И к чему вы клоните?".

- Так вот. Я изобрел новый метод пасования. Поскольку команда Хогвардса, насколько мне известно, овладела заговоренными пасами, нам стоит использовать что-то иное. Таким образом вы сможете перехватывать их пасы и уберечь свои.

- Это, конечно, замечательно, но...

- Никаких "но" быть не может. Если хотите победить, а это игра важна уже не только для наших школ, то следует поднапрячься. Метод сложный, так что начинаем прямо сейчас!

Напор тренера немного пугал членов команды, но делать нечего. Если они хотят повысить свои шансы на победу, то стоит тренироваться, тренироваться и тренироваться. Выстроившись в шеренгу, они ожидали дальнейших указаний.

- В этом пасе тоже три разновидности. Заговор и его снятие происходит с помощью свиста, - Григорий Прокопьевич коротко свистнул и бросил мяч в Андрея. Парень благоразумно увернулся, и мяч упал в снег. - Тоже не плохо, - тренер свистнул уже другую мелодию и поднял мяч, - но ваша задача все же перехватить и забить гол, - вернувшись на прежнее место, он осмотрел свою команду. - Итак, продолжим.

- Григорий Прокопьевич, а я свистеть не умею, - подняв руку, будто на уроке, Женя высказался на счет возникшего препятствия.

- Заклятие можно использовать не только свища. Может вы заметили, но предыдущая мелодия была похоже на Гуллис-дуллис. Это по тому, что я положил их на музыку. Соответственно теперь для вступления заклятия в действие нужно воспроизвести эту мелодию. Делать это можно с помощью свиста, напевания мелодии на мотив "ля-ля-ля" или любым другим способом. Но! Какой метод вы б не использовали, вам придется научиться отличать мелодию во всех ее вариациях. Это понятно?

Теперь на поле повисло молчание. Члены команды про себя обдумывали услышанное, несколько раз поделившись своими домыслами со стоящим рядом.

- Вопрос. Раз заклятия прежние, только в новой интерпретации, можно ли использовать старые сигналы?

- Команде Хогвардса ранее не приходилось играть с нами, - Диме так и хотелось добавить: "Да вообще не приходилось!..", - так что наших сигналов они знать не должны. Можно их немного подправить, чтобы ввести в заблуждение иного, но уже бывалого зрителя. Итак, начнем. Для начала вы должны уловить мелодию. Слушайте внимательно...

Эта тренировка была одной из самых изматывающих, хотя бы по тому, что возьми ты неправильно даже одну ноту - моментально оказываешься в снегу с саднящей какой-то частью тела. Лучший вариант было стараться увернуться, но от обиженного мяча так просто не отделаться. Григорий Прокопьевич заставлял их отрабатывать пасы по множество раз и только к концу разрешил подняться в воздух. Кому-то все же не повезло свалить в сугроб от взбесившегося мяча. Все кончилось тем, что всех отвели в магпункт для профилактики начинавших проявляться синяков. Как назло мячи, будто специально, били в одни и те же места. Интересным было еще и то, что "музыкальный заговор", как его окрестил Женя, усиливал силу удара мяча. Вот все и были очень рады смыться побыстрее с поля и подлечить разболевшиеся места.

Меньше всех доставалось Саша. Она и при первом обучении заговоренным пасам проявила повышенную смышленость, почти безошибочно перехватывала пасы других команд и умудрялась подстроить заклятие под игрока, но сегодня она превзошла сама себя. Ей не только удалось заработать меньше всего ссадин (а если быть точнее - только две), но и неплохо предугадывать мелодию партнера. Наверное, она действительно берегла себя, так как первая подставила Яаге ушибленную спину и бедро. Наверное, у Саши вечером намечалось что-то действительно важное. После она поспешила переодеться в "нарядное" и уже потом ходила из стороны в сторону, с нетерпением дожидаясь времени отправления.

Дима ж наоборот, подлеченный и освеженных, не особо торопился в Хогвардс. У других членов команды впереди еще вечер, а в Англии уже почти ночь. Как только он вернется, то ляжет спать. Можно было бы и тут прилечь, да вот товарищам были даны указания проследить за отправкой Димы домой. Вот как раз домой было бы лучше, чем в Хогвардс. Не такой это уж и дом. Тибидохс значительно ближе. Тут больше друзей, полно знакомых, дружелюбный преподавательский состав, да и бывший недруг давно выпустился. По сравнению с этим, Хогвардс поле боя, где есть твой лагерь, лагерь недругов и нейтральный лагерь. Многих он там не знает, да и сам замок знает плохо. Отправился раз на прогулку ночью - еле дорогу в комнату нашел и то с помощью картин. Тут даже привидения все знакомые, а там? Там много что решает твоя факультетская принадлежность, по которой идет жесткое разделение. Что там хорошего?

- Питер...

- Ты что-то сказал?

- Э-э-э?.. Нет! Ничего.

- Ладно. Нам уже пора в обратный путь! - Саша оттолкнулась от стены и начала поднимать всех задремавших мух. - Давайте! Давайте!


***


Диму телепортировало как обычно - на его кровать. Кто-то умный придумал сделать именно это место пунктом назначение. Даже не нужно ее искать, чтобы завалиться без сил. Достаточно только снять одежду, натянуть пижаму и под одеяло. А потом спать и спать, пока подлый Ашур не начнет их будит отвратительными сутра пораньше звуками. Будто после нечаянно разбитого заклинанием будильника, птичка переняла на себя его роль. В отличие от раздражавшего предмета, Ашуру с возможностью независимого перемещения повезло больше. Все чаще после утренних искристых промахов Дима чувствовал себя мазилой.

Спеша погрузиться в царство сновидений, Дима даже не стал тревожить, очевидно, спящего друга и соседа по комнате. Стянув свитер, слизеринец намеривался бросить его на стул, который был специально приспособлен для после тренировочных часов, но не смог. Предмет одежды Дима запустил в полет, но конечной цели он не достиг. Это парень понял по звуку, задетой натянутой струны, а еще по тому, что прошла мелкая вибрация после приземление свитера на постель.

- А?..

Дима оставил майку в покое и пододвинулся к краю. В комнате было темно, так что ориентироваться приходилось на ощупь и по памяти. Край кровати оказался немного дальше предполагаемого, а еще... еще пальцы попали на что-то непонятное. Сначала Дима в страхе отдернул руку, но услышав тот же звук струны немного успокоился. Касание и он нащупал нить. Удачно он попал в натянутую нитку. Проведя дальше, слизеринец быстро нащупал узелок и пересечение с другой нитью. Следуя уже двумя руками, он понял, что с этой стороны кровати было что-то похожее на сеть, вот только прорези были великоваты для рыбной ловли.

- Фосфорецелло.

Маленький огонек на перстне осветил толстые нити. Казалось, что они были золотыми, хотя трудно было точно сказать при таком-то освещении. Догадка про дыры подтвердилась - они были очень велики. Дима бы в них не пролез, но рыба запросто бы проскользнула. И все же главный вопрос заключался не в структуре этакой золотистой сети, а что она тут вообще делает. Может это очередной сон? До этого его фантазия выдавала и похлеще.

Дима моргнул, и в комнате внезапно вспыхнули свечи. Вокруг кровати были расположены горящие свечи. Это без сомнения было красиво, но вот кто?..

Вскинув перстень на темную фигуру, слизеринец уперся спиной в спинку своей кровати. Непонятная фигура сидела на краю постели и будто смотрела на него. Не ожидая такого, Дима хотел слезть с кровати, чтобы иметь пути к отступлению, но он внезапно заметил одну очень важную вещь: сеть была не только с одной стороны кровати - она была со всех сторон!

- Кто ты?

- А разве ты меня не узнал?

В руках силуэта появилась зажженная свеча. Дима бы не спутал это лицо ни с чьим другим.

- Питер? Что?.. Что случилось? Где я? Что с моей кроватью?.. Это же моя кровать?

- Да, это твоя кровать. Ты у себя в комнате. А что случилось? - Питер протянул вторую руку, проводя пальцами по одной из нитей. - Ничего особенного.

- Да ну?

- Ну да. Это всего-навсего самая прочная на сегодняшний день нить, которую я получил как приз. Не рвется, не прожигается, не режется. Мы с парнями специально проверяли...

- Я чего-то не улавливаю?.. Что ты тут делаешь?

- Это твоя расплата, Дима.

- Да? Что-то я не припоминаю, что был тебе должен.

- Разве? А ты подумай. Я ж догадался: кто подлил всей школе какое-то непонятное зелье.

- Я все еще не вижу связи...

- Не видишь? Я тут специально, чтобы показать тебе эту связь... нашу связь!..

Задув свечку, Питер погрузил свое лицо в темноту, но Дима все равно прекрасно видел начавший приближаться силуэт.


## Глава 45. Сделанный выбор


Первым Диминым порывом было отодвинуться дальше, но за спиной была не только кровать, но и стена. Хрен знает, куда он попадет, воспользовавшись Прошмгусом. Можно было попытаться таким же способом пройти сквозь нити, но Питер все же не дал даже развить эту мысль. Оказавшись так быстро и так близко, он оперся рукой в спинку кровати у самой головы слизеринца и начал уже медленней сокращать растояние.

Мысленно перебирая все потенциальные варианты побега (да хоть и на другой конец кровати), Дима полез за палочкой во внутренний карман. Проследив за этим движением, Питер нежно перехватил его кисть, пальцы которой уже ухватили палочку. Чувствуя себя загнанным в угол, Дима посмотрел перед собой. Их глаза встретились и слизеринец просто не смог отвести взгляда. В этих карих радужках, внутри которых засели черные расширенные зрачки, не было ничего такого и, в тоже время, там сосредоточился целый мир.

Рука с палочкой легко скользнула в сторону в момент, когда их губы слились воедино. Слабое движение, мгновение и негромкий удар дерева о каменный пол. Дима немного съехал вниз. Желая остановить дальнейшее продвижение, он оперся правой рукой о постель. И почти моментально его руку накрыла другая. Поглощенный поцелуем, Дима не сразу осознал, что металлический звук обозначил временно новое месторасположение его кольца. Когда это мысль пришла и обрела осознание, Дима резко отпихнул Питера. Кольца на его пальце действительно не было, палочка еще раньше поздоровалась с полом, но Дима не растерялся и сделал едино-правильный вывод: "Че-е-ерт!".

Внезапно вся ситуация обрела какую-то не очень приятную опись. Он находится в клетке с Питером и без магии. Загорный все больше и больше хотел уже не спать, а быстрее только убраться отсюда. "Где бродит Винс, когда он так нужен?!" - вывернувшись из-под Питера, Дима хотел отодвинуться к другому краю кровати. Сейчас он определенно не смог бы произнести заклинание проваливания сквозь пол, да и пола под ним не наблюдалось. Оставалось пытаться пролезть меж нитями или же найти узелок и развязать это все.

Осуществить задуманное, Диме было не суждено (по крайней мере, не сейчас). Питер перехватил его за пояс посреди кровати и перевернул на спину, припечатав руки своими и оказавшись сверху.

- Питер, это не самая твоя хорошая идея!

- Думаешь?..

Обняв Диму под лопатки, Питер резко притянул его к себе, впиваясь поцелуем в шею. Это было настолько неожиданно и приятно, что Дима не сдержал стона. Быстро закрыв себе рот руками, он чувствовал, как к его лицу подступает краска.

- Я бы хотел услышать это еще раз...

Питер снова занялся чувствительной кожей, определенно оставив там пару засосов. Дима же старался сдержать каждый рвущийся звук. В уголках глаз начали собираться слезинки, но он упрямо молчал. Будто и не обращая на это внимание, Питерсон отвел одну из рук, занося ее над головой Димы.

- Э?.. Э-э-э!..

Таким образом, Питер открыл себе путь к когда-то случайно проколотому ушку, чем незамедлительно воспользовался. Дима уже не сдерживал слов, вцепившись в плечо гриффиндорца.

- Все даже лучше, чем я себе представлял...

- Да ну?! А можно теперь так, как я представлял эту ночь?!..

- Ты же мне ничего не рассказывал...

Питер оторвался от ушка и припал к губам. Отпустив руку слизеринца, он воспользовался своей, чтобы поплотнее притянуть Диму к себе. Сейчас он действительно не хотел его отпускать, боялся потерять. Питерсон очень сомневался в своем решении, но оно не покидало его со времени обеда. Питер не знал, что было в его бокале. Ему было плевать, как то зелье повлияло на остальных. В тот момент он без всяких предубеждений и принципов увидел всю сущность вещей... важных для него.

Возможно, он еще находился под действием этого снадобья. Возможно, уже завтра или даже через несколько минут он пожалеет о содеянном. Возможно. И все же Питер не сомневался лишь в одном: он действительно любил Диму.

Запустив руку под кофту слизеринца, Питерсон почувствовал, как инициативу в поцелуе властно перебирает на себя Дима. Понимая это как сигнал, гриффиндорец приоткрыл глаза. Он хотел увидеть реакцию. Скорее он ожидал закрытые века, но перед ним были зеленые радужки. Сложно было сказать об их настроении.

Страстный поцелуй прервался слабоватой болью. Воспользовавшись эффектом неожиданности, Дима укусил Питера за кончик языка. Гриффиндорец дернулся назад и получил толчок в грудь. Приземлился Питерсон удачно: тело на матрас, голова на подушку. Не давая ему одуматься, Дима уселся сверху, прижимая уже его руки к простыням.

- Послушай, Питер, - голос Димы был каким-то не очень раздраженным - в нем больше проступало недовольство, - ты хоть осознаешь свои действия? А то у меня такое впечатление, что это не совсем ты.

- Не я? - Питер все же ожидал немного другого.

- Да. И если ты сейчас не скажешь что-то убедительное, то мне придется придушить тебя моими собственными руками!..

- Я люблю тебя...

- Не принято!..

- ...за то, что ты такой энергичный и неприступный. Возможно, это больше недостаток, но он мне нравится. Мне нравится, как ты серьезно относишься к поставленным задачам, как общаешься с животными, как краснеешь, когда я говорю тебе что-то с намеком. Ты ставишь цель и, не смотря ни на что, стремишься ее достичь. Ты пробуешь снова и снова, не сдаваясь и не оставляя надежды. Возможно, тебе этого не надо, но я влюбился. Действительно влюбился... в тебя. Я знаю, что тебе не нравится, что я парень. Похоже, тебя вообще угнетает лишь одна мысль, что тебя "хочет парень", - переместив слабо удерживаемые руки вниз, Питер приподнялся на уровень Диминых глаз. - Можешь оттолкнуть меня. Сейчас. Скажи, что ничего такого не хочешь, что ненавидишь или даже игнорируешь меня, что произнесенное тобой "я люблю тебя" - лож, - Питер не мог видеть лицо слизеринца, но и не мог позволить себе коснутся его теперь. - Ну, же Дима. Скажи и я развяжу нити. Я уйду и больше не встану у тебя на дороге. Я могу даже уйти из команды по драконоболу, - никакой реакции. - Вот. Узел находится тут...

Питер потянулся к изголовью, но его руку перехватила другая. Повернув голову, он увидел решительный взгляд. Слезы проложили себе узкие дорожки, но глаза были сухими.

- Дима?..

- Никогда не принимай за меня решение, - он развернул Питера к себе. - Слышишь? Никогда!

Впившись поцелуем в губы, Дима быстро повалил гриффиндорца на постель. Питер хотел что-то сказать по этому поводу, но Загорный просто не дал ему этой возможности. Беря инициативу полностью в свои руки, Дима углубил поцелуй и провел пальцами по груди Питерсона, запуская их под футболку.

- Дима?..

- Это моя комната, моя кровать и мой первый раз с парнем. Я сам буду решать что и как делать!

Отрезая все возражения, Дима взялся за края своей майки и рывком стянул ее.


***

Проснулся Питер рано и в хорошем настроении, но обычный распорядок дня (начинавшийся чаще всего с потягивания) быстро свелся на нет. Немного приподнявшись, гриффиндориц ощутил некую тяжесть, удерживавшею его руку. Один взгляд и воспоминания быстро вспыхнули в голове, неким приятным ощущением прокатившись по телу и вызвав легкий румянец. Дима, лежавший рядом и обнимавший его руку, действительно выглядел как ангел, сошедший с небес. Светловолосый, с пышными ресницами, таким спокойствием на лице и беззащитно приоткрытым ротиком Питер его еще никогда не видел. Он не отрицал, что несколько раз подглядывал за ним спящим, но таким Дима уж точно виделся ему впервые. Так не хотелось нарушать его покой, что Питер не стал вставать. Приподнявшись и опершись на спинку кровати, Питерсон немного высвободил руку, но Дима моментально подстроился, чтобы не выпускать ее из своих объятий.

Это было слишком мило. Питер сидел и не мог насмотреться на спящего слизеринца, а с его лица не сползала улыбка. Хотелось остановить это мгновение и остаться в нем подольше. Хотя можно было бы заменить его на такое, где Дима просыпается, счастливо улыбается и лезет целоваться опять и опять. Радостно вздохнув, Питер отклонил голову назад, возвращаясь в события этой ночи.

Его не просто поразили действия Димы - они бросили Питера в такой шок, от которого он долгие две минуты никак отойти не мог. Долгие потому, что слизеринец начал свой одиночный танец - танец соблазнение. Хоть Питер в этом на тот момент совершенно не нуждался, действие захватило его, и именно оно продлило шоковое состояние. Лидирующей позиции Питерсон еще мог ожидать, но вот настолько активного!.. Дима не просто вошел в положение, он сделал это не на шутку быстро и легко. Создалось такое впечатление, что Загорный такое, если не делал, то представлял во всех красках и со всеми выплывающими последствиями. Сейчас по его спящему виду было трудно что-то сказать (кроме милых возгласов, что ли), то ночью он был просто зверем. Может не зря его принимали драконы. Возможно, видели эту сторону слизеринца.

Тем не менее, Питер все же хотел не только ощущать и наблюдать, но и включится в процесс самостоятельно. Он еще одержал верх и прижал Диму к постели. Тогда-то он поразился (даже получил мимолетный испуг) уже в который раз. Сам Питер был рад происходящиму, но его все же смущал тот факт, что он в самое ближайшее время намерен лишить Загорного девственности, хоть и во второй раз. Дима же был на пике удовольствия. Ни капли смущения во взгляде, движениях, сбившейся речи или румянца на щеках не просматривалось. Даже наоборот - похоже, он откровенно наслаждался происходящим: на губах играла озорная улыбка, а глаза, с немного прикрытыми веками, игриво смотрели то сюда, то туда. Видя замешательство на лице Питера, Дима улыбнулся еще шире и, ловя момент, притянул его ближе для нового затяжного поцелуя.

Это можно было еще воспринять более-менее нормально, но вот как Дима раздевал Питера, оставить без внимания уж никак нельзя было. Гриффиндорец вообще не заметил, как это произошло. Про отсутствие одежды он узнал, когда они соприкоснулись кожа к коже. В тот момент это был новое ощущение и новый шок. На мгновение отстранившись, Питер увидел искреннее удивление на лице Димы. Несколько секунд они просто рассматривали друг друга, пока снова не слились в страстном затяжном поцелуе.

Сейчас Питер сидел и вспоминал, как все это должно было происходить в его представлении. Смущенный и скованный Дима на постели, полная темнота и только выхваченные отдельные части лунным светом в окне, попытка со стороны слизеринца прекратить все это и слова успокоения со стороны Питерсона. Ну ничего такого не было!.. Все было намного лучше! До этой ночи Питер считал свое лидерство в процессе обычной и само собой разумеющейся вещью... считал...

Он снова перевел свой взор на Диму. Слизеринец был прекрасен в мире своих грез. "Интересно, а что ему снится?.." - приклонившись ниже, Питер нежно взял его за подбородок, немного приподнял и соединил их губы в легком поцелуе. Дима никак не отреагировал. Не хотелось его будить, но Питерсон все же подложил руку слизеринцу под плечи и приподнял, чтобы они были примерно на ровне. Дима поерзал и покрепче обнял плечо гриффиндорца, но просыпаться, очевидно, пока не спешил. Улыбнувшись, Питер снова его чмокнул и лизнул эти пухленькие губки. На это действие реакция была уже другая. Дима подвигал губами, будто говоря что-то, но звук не воспроизвел. Думая, что Питер просто не услышал, он придвинулся ближе. Очевидно, слизеринец считал, что это было все же недостаточно близко. Он высвободил одну руку и завел ее куда-то Питеру за спину. Гриффиндорец хотел проследить за ее движением, но был привлечен все же высказаными вслух словами.

- Говорю же... - в этот момент его рука легла на затылок, - поцелуй меня!..

Властным движением, Дима притянул голову Питера к себе, не чмокая его, а уже целуя по-настоящему. Питерсон увидел, как веки слизеринца приоткрылись и на него возорились пара лукавых глаз. Не желая упускать такого прямого предложения, Питер обнял Диму, стараясь переиграть в жгучем танце языков.

- Я пытался тебя остановить! Теперь полюбуйся!!!

- Все не так плохо, как ты говоришь.

- Конечно, мистер Спонтанноя-Похоть!.. Может, я ничего в этом и не соображаю, но!..

Если честно, то в этот момент Питеру было искренне плевать на Стива, на Винса и всех прочих, кроме Димы, но вот последний, похоже, считал совсем наоборот. Не чувствуя уже никакого ответного рвения, Питер открыл глаза и увидел суженые зрачки в ободке зеленой радужки, которые смотрели насквозь. Точнее они смотрели на что-то за Питером, совсем не видя гриффиндорца. Потом Дима внезапно сфокусировал взгляд на Питере, выждав секунду, отпихнул его (лишь немножко отодвинул от себя) и обернулся на вошедших. На пороге стояли двое истуканов. Питер отметил, что Винс выглядел более пораженным, чем Стив, стоявший на шаг сзади.

Дверь почти моментально захлопнулась. Питер довольно улыбнулся и уже хотел продолжить начатое, но получил толчок ладонью в лицо.

- Дима?.. - Питер хотел взглянуть слизеринцу в лицо, но его рука и опущенная голова не давала такой возможности.

- Блин. Пора вставать, - Дима отодвинулся еще дальше и осмотрел кровать, а следом комнату. - Где моя одежда? - в этом голосе не было ни нежности, ни скрытой просьбы, лишь обыденный вопрос, требующий ответа.

- Ну... - Питер тоже осмотрелся, пытаясь вспомнить, куда они могли ее деть. - Похоже, мы ее сбросили...

- Отлично, - Дима начал поднимать и моментально скривился и опустился обратно.

- Что такое? - зря Питер спросил.

- Я знал, что все будет именно так!.. Черт! - Дима злостно посмотрел на Питера, пресекая любые попытки как-то помочь. - Теперь я действительно чувствую себя девчонкой, - сделав усилие, слизеринец поднялся на ноги, предусмотрительно прикрывая свою наготу одеялом, которое поспешил обернуть вокруг бедер. - Чего ждешь?! Развязывай эту долбанную клетку, извращенец, - последнее слово Дима добавил, увидев как Питер смотрел на одеяло.

- Что-то не в настроении, - это так огорчило Питера, что он без колебаний подчинился.

Дима промолчал. Он демонстративно смотрел в противоположную сторону, даже не меняя позы. Питер не знал, как реагировать. Такая невообразимая ночь и вот такое обломное утро. Что случилось с тем Димой, которой этой ночью не отпускал его, требуя продолжения. Узелки поддавались не быстро. Питер не спешил, а вот про слизринца было сложно что-то сказать. Питерсон хотел сделать новый заход, но только успел открыть рот.

- Ты еще долго там копаться будешь? - Дима повернулся и поспешил протиснуться в появившееся отверстие.

Нагло отодвинутый Питер был просто в шоке. Он даже не обратил внимания, что остался один и совершенно нагой на кровати. Его взгляд был прикован к быстро отдаляющейся спине Димы.

- Когда я выйду, чтобы ни тебя, ни этой сети не было!

Дима с грохотом захлопнул дверь в ванную, оставив за собой мертвую тишину. Питер еще какое-то время тупился на дверь, но слизеринец так и не вышел. Не понимая уже совершенно ничего, он решил последовать желанию его любимого.


***


Дима оперся о дверь спиной и медленно сполз. Только он хотел сесть, как пятая точка отозвалась уж очень неприятной болью. Пришлось остаться сидеть на корточках, опустив голову на колени.

- Черт!..

Диме хотелось выть на луну. Ночь безумного секса, сон рядом с любимым, пробуждение нежным поцелуем и вот такая боль во всем теле. Такое впечатление, что он не любовью занимался, а под каток попал. Больше всего болела попа. А еще эти отвратительные мысли, проводящие параллели между девушками, лишившихся девственности, и им в данный момент. Знал бы, что придется это пережить, ни за что бы не пошел на это! Или все же пошел бы?..

Но даже не это было самым худшим. Как же Диме не хотелось показывать Питеру, что у него болит ТАМ после собственной же инициативы и после всего, что сам же и вытворял. Тут даже не Питер был зачинщиком. Он только подтолкнул к такому исходу. Питерсон был готов все прекратить, скажи Дима хоть слово (или даже промолчи он в тот момент), но нет же! Надо было набрасываться на него, целовать, раздевать, соблазнять. Назойливо-подлая мысль так и повторяла: "Не удержался...".

Дима поднялся на ноги и ощутил новую волну боли. Ужас-то какой! Желая сделать шаг вперед, он сообразил, что одеяло прижато дверью. Скрепя зубами, Дима сбросил его и шагнул к умывальнику. В зеркале появилось его отражение. Румянец смущение немного контрастировал с расцветшими засосами на шее. Ругнувшись, Дима глянул на другие части тела. Адресовав еще несколько не лестных слов Питеру, слизеринец насчитал девять пятнышек спереди. И это еще не учитывая спину, с которой Питер в какой-то момент слишком долго возился.

Не желая больше видеть виновника всего этого (а он сейчас винил почти во всем себя), Дима залез в ванную и включил горячую воду. Полегчало, но лишь немного. Лучше бы Питера действительно не оказалось в комнате. И Винса тоже. Подумать только, он видел, что они целовались, сидя в одной кровати по пояс голые (хоть одеяло не сползло). Сложно не сопоставить это все. Лучше бы он не спрашивал. И самому не разболтать. Ни трепло же он в конец концов!

Дима опустился по шею в горячую воду. Намочил волосы и положил голову на бортик, всматриваясь в причудливо меняющийся узор плитки.

- И все же хочется с кем-то об этом поговорить...


## Глава 46. Песок невзгод


- Ни вопросов, ни комментариев, ни замечаний. Ничего! - Дима сказал, что отрезал, оставляя Винса с открытым ртом.

- Э-э-э, - очевидно, предполагаемые слова содержали или первое или второе, или третье (если не все вместе).

Дима глянул на мнущегося друга и пересмотрел свои указания. Честно сказать - ему самому хотелось все рассказать. Вот только неудобно как-то было. А если инициатива будет исходить не от него?..

- Если это что-то не пошлое или то, на что я могу ответить, то говори.

Вытерев волосы, Дима повесил полотенце на край кровати и улегся на постель. Сначала лег на спину, но быстро (и так, чтобы не очень подозрительно было) перевернулся на живот. А у них еще и занятия сегодня. Наверное, этот день он вряд ли переживет.

- Почему Питер был таким убитым? - делая вид, что он ничего и не заметил, Винс сел на свою кровать.

- Ну... - думая, как это сказать, Дима решил говорить, как есть. - Я его отправил. Большими буквами указал на дверь...

- Неужели все была настолько плохо? - такое непонятливо-вдумчивое выражение лица нужно было видеть. Дима увидел - секунд десять сказать ничего не мог.

- Да вот именно, что все было великолепно, - теперь-то Винс откровенно демонстрировал искреннее непонимание. - Просто утром все пошло не так.

- А-а-а.

- Не акай!

- Так бы ему и сказал.

- Я ему и сказал!

- Теперь я действительно чувствую себя девчонкой, - из неоткуда повторил Ашур Диминым голосом.

- О, - Винс сразу замялся.

- Не так все было! Ты знаешь, что Ашур может коверкать предложения и создавать новые из отдельных слов?

- Чтобы когда я выйду, ни тебя, ни этой сети тут не было!

- Знаю, - Винс глазами искал своего питомца, - но когда он так делает, то паузы между словами из разных предложений у него больше. Не замечал?

Дима краснел на глазах. Винс вздрогнул - через мгновение у него на плече матереализовалася уже давно не крохотная птичка.

- Нет.

- А я заметил. Вот эти слова ты произнес в одном предложении.

- Даже если так? Знаешь, что он со мной сделал?!

- Судя потому, что я увидел, когда вошел, то мое впечатление глубоко расходится с тем, что ты намереваешься сказать. Хотя результат получается, очевидно, одинаковый.

- Я тут ни причем! Я только и успел, что телепортироваться.

- Ни причем? Дима, - Винс наклонился ближе, - ты хоть знаешь насколько ты "ни причем"? После твоего "не участия" я буду поражен, если больше половины студентов появится на занятиях.

- Кстати, а что было?

- Не о том, но в двух словах. Раскованность, массовые признания и местами разврат. Вот Стив, - Винс отодвинул воротник, показывая два алых засоса, - разврат.

- У меня таких было в десяток раз больше, - Дима сначала сказал, а уже после покраснел.

- Лично я не считал! - поправив, чтобы видно не было, Винс снова принял миротворческий вид. - Конечно, спасибо за такой марафон, но последствия еще долго не сойдут.

- Могу убрать, если хочешь. Я заклинание знаю...

- Вечером, а сейчас не об этом. Питер же тоже попал под влияние зелья. Сам ты тому и виной.

- Я не жалуюсь!

- Ты только людей потом обижаешь.

- Ты, вообще, на чьей стороне?

- Вообще-то на твоей.

- Не видно.

- Не важно, - Винс пересел на кровать друга. - Важно, что ты сам спровоцировал ситуацию.

- Говорю, что я только телепортироваться успел и уже в клетке из не рвущейся нити оказался! Мне даже бежать некуда было.

- Если уж так все плохо было, то приспал бы его.

- Он вытащил мою палочку!.. И кольцо... снял.

- Кольцо, говоришь, снял? - Дима недовольно посмотрел на задумчивого Винса. - Тут уж без твоего позволения не обошлось...

Дима только фыркнул и отвернулся к стене. Лежать на животе ему было тоже не очень удобно - спина болела, но стоять не хотелось.

- Все равно не надо было так с Питером.

- Извращенец, - Ашур, как оказалось, сидевший у уха Димы, поспешил ретироваться.

- Он же не виноват, что действительно в тебя влюбился.

- Слышать от тебя - это как-то странно...

- А от кого ты еще это услышишь?.. - оба выдержали молчание и борьбу взглядов. - Тем не менее, ты должен перед ним извиниться.

- Что?! Ты даже не представляешь!.. Хотя ты представляешь... что он со мной сделал?!

- Насколько я успел его изучить, Питер не тот, кто мог бы тебя "изнасиловать".

- Представь себе!..

- Это моя комната, моя кровать и мой первый раз с парнем. Я сам буду решать что и как делать!

- Ашур!

- Поправка. Питер даже позволил, чтобы инициатива исходила с твоей стороны.

- А с чьей же еще?! Я же парень!

- Странно это слышать, при разговоре об однополой любви.

- Не любви.

- Любви - уж это точно.

- Винс, послушай...

- Лучше ты послушай. Ты сам сказал, что как раз я-то знаю. И я знаю, что первый раз действительно больно. Наутро так точно, так как ночь у меня полностью из головы вылетела. Но потом все проходит, и остаетесь только вы вдвоем. Может еще Ашур, который потом учтиво будет вас подправлять.

- Разумная птичка!..

- Но не это важно! Важно, что вы сделали этот шаг - первый шаг. Самое трудное позади - дальше будет легче. Все у вас наладится.

Винс доброжелательно хлопнул друга по плечу. Дима повернулся и не смог сдержать смех. Маклакенс сидел краснее редьки. Голос его не дрогнул, но вот эмоции были на лицо. Поняв, что Дима заметил, как он действительно чувствовал себя, произнося все это, Винс тоже зашелся хохотом. Отсмеявшись, они обменялись улыбками и Загорный снова погрустнел.

- Даже если все именно так, я до сих пор не знаю: действительно ли я этого хочу? С одной стороны это все слишком очевидно, но с другой - все значительно сложнее.

- Дима...

- Большое спасибо, Винс. Ты настоящий друг, - приподнявшись, Дима заключил его в объятья. - а можно тебя о чем-то спросить?

- Спрашивай.

- Что мне сделать, чтобы эта гребаная задница не болела?!


***


- Входите!

Дима поспешил войти, чтобы его не заметили ни нужные глаза. Затворив за собой дверь, он поспешил к нужной кровати и без лишних слов уселся напротив единственного ответившего и замеченного обитателя. Какое-то время они просто переглядывались. Приятно, что есть человек, с которым и молчать удобно, но лучше бы поскорее изложить цель визита. Видя замешательство Димы, Бред начал первым.

- С Нестером все нормально, хотя сначала он неправильно понял.

- Поймешь тут не правильно!.. Сам-то чем занимался!

- Это его дело, хоть оно и частично касалось тебя.

- "Частично"...

- Тем не менее, Нестер все осмыслил сразу после твоего отбытия. Однако интересный способ дать людям возможность осмыслить ценности.

- Да ну? И что же ты для себя такого осмыслил?

- Я не выпил. Я сразу почувствовал изменения. Нестер бы тоже не выпил, не попроси ты его.

- Его благо, что согласился.

- И что же ты намерен делать дальше?

- Как что? Надо к драконоболу готовиться и...

- Я не об этом.

- Ну... Я, в принципе, думал об этом...

- Какого ты мнения о Нестере?

- Положительно. Очень даже положительного, за исключением тех его пристрастий.

- Ну, этих теперь просто нет. Так что...

- Давай просто будем друзьями, - Дима вздрогнул, когда на его плече легла рука. Обернувшись, слизеринец увидел довольно улыбающегося Ларенса.

- Вот на это я не против, - Дима протянул руку, которую Нестер мгновенно пожал.

- Отлично. Тогда я уже пойду. Увидимся, Бред, Дима.

Загорный заговорил только тогда, когда дверь захлопнулась.

- Ты не мог сказать, что он тут.

- Ты не спросил и я не мешал тебе осмотреться. Да и что такого неизвестного он про себя услышал?

- А может я бы и не про него собирался говорить, а изливать душу или раскрывать секреты.

- Будто он дите маленькое и не знает, что можно рассказывать, а что стоит тихо самому с собой обсуждать.

- Ладно уж. Я узнал, что хотел. Даже больше - еще и расставил все на свои новые места. Так, что я пойду.

- Подожди. Раз уж ты тут, то теперь мне есть, что спросить, - Бред отложил книгу на тумбочку, где Дима снова увидел конверт. - Последние два дня за стеной тут непонятно что происходит.

- Это уж не ко мне, а к шестикурсникам!..

- Дело не в них, а в нем. Слух у меня хороший и я четко отличаю голос Питерсона. И вот я не могу понять, почему ты до сих пор не попросил прощение за свои слова.

- Неужели об этом уже весь Хогвардс знает?! Я ему сказал то, что в злом настроении пришло. Кстати, он тому не малая причина. Да и зачем ты вообще подслушивал?

- Я же сказал, что у меня слух хороший. А про слова - это было лишь предположение, а теперь подтвержденный факт. Тем более я только могу предполагать...

- Не надо.

- Тут уж как получится. Непроизвольная мысль быстрее произвольной.

- Так причем тут я?

- Ты же еще не ответил на мой вопрос. Обошел, но не ответил.

- Я не ответил потому, что это сугубо личное.

- Не аргумент.

- Да потому, что мне стыдно теперь смотреть ему в глаза! Я так себя повел, такого наговорил, что и слова сказать не могу. И после чего? После того, как он мне в любви признавался, после моих действий. Все же это не просто так. Я ведь тоже люблю его.

- О, - Бред выглядел действительно удивленным.

- А ты такого не предполагал?

- Предполагал, но вот не думал, что ты так открыто сможешь это сказать.

- То-то и оно.

- Слушай, может, ты повторишь все, что только что мне сказал, а я приведу Питер послушать?

- Нет уж.

- А если я скажу, что он стоит за тобой под плащом-невидимкой?

У Димы по спине пробежали мурашки. Может же такое быть. От Бреда чего угодно ожидать можно. Обернувшись, слизеринец не увидел никого. Вдруг действительно под плащом прячется?

- Нет его там. Я так сказал. Да и сам подумай: остался бы он просто стоять после всего тобою сказанного?

- Сомневаюсь, - Дима снова распрямил плечи и почувствовал облегчение.

- Вот и я об этом. Даже сейчас, сидя тут и просто приставляя его, ты бы хотел отправиться к нему и высказать все, что о нем думаешь.

- Хорошее предположение.

- Это уже утверждение, - Бред потянулся к тумбочке, вытащил небольшую шкатулку и начал в ней рыться. - Если уж так проблематично... - Бред фразы не окончил, так как в дверь постучали. - Кто там?

- Это Питерсон. Можно войти?

Дима знаками показал, чтобы Бред не давал позволения. Может видеть Питера он бы еще хотел, но вот разговаривать с ним - уж точно желания не было. Просмотрев мини-представление запрето-просьбу руками, семикурсник бросил через плече: "Секундочку".

- Зачем он сюда пришел.

- У меня складывается впечатление, что он тебя чувствует...

- Точно! Он всегда знает, где я нахожусь!.. Что же делать?!

- Не паникуй. Вот, - Бред протянул ему небольшую ракушку продолговатой формы. - Напишешь на ее внутренней стороне все свои невзгоды, сожжешь и развеешь по ветру.

- Сжечь? А не лучше ее раскрошить?

- Ты ее не раскрошишь, а вот полыхает она красиво.

- Причем тут это?! - Дима так и не понял, что Бред так долго выискивал в шкатулке, так как она полностью была забита одинаковыми ракушками. - Как мне отсюда выйти?

- А зачем тебе выходить? И так уже отбываешь. Питер, заходи.

- Бред!..

- Дима?

- Пока, Дима.

Краем глаза, увидев приближающийся силуэт, слизеринец почувствовал тягу в области груди и мгновенно отбыл в Тибидохс. Питер так и остался стоять с вытянутой рукой, а Бред снова взял книгу в руки.

- Полагаю, ты пришел все же ко мне, а не к нему.

- В принципе, да.


***


Стоя на вершине башни Приведений, Дима выпустил маленькую искру в странную ракушку, исписанную изнутри. Предмет сразу вспыхнул желтым пламенем, а ведь слизеринец всегда считал, что минералы плохо горят. Может это даже не минерал, или минерал, но ему не известный. Впрочем, это было не столько важно.

Хоть Дима и хотел попытаться сломать ракушку, он все же не решился и сделал все так, как сказал Тогерти. Действительно полыхала ракушка красиво, быстро оставляя после себя белые песчинки. Казалось, что написанные слова оставались висеть в воздухе, пока огонь не испепелил каждую букву отдельно, оставив песок черного цвета.

Вспыхнув последний раз, огонь принял форму небольшого красного дракончика. Будто на сигнал, вдали отозвался Огонек, не желавший возвращаться в ангар. Улыбка еще долго держалась на губах Димы, прежде чем он нагнулся и сдул черно-белый песок с перил.

- Теперь главное за мной...

- Дима-а-а, ты еще долго? Поторопись, иначе ты снова у нас заночуешь.

- Уже иду, - бросив последний взгляд на заходящее солнце, слизеринец направился к лестнице.


## Глава 47. Решающий матч


- Да, где же они?! - казалось, что Винс себе сейчас все волосы повыдергивает, настолько интенсивно он за них себя тягал при каждом новом слове директрисы, приветствовавшей всех собравшихся.

- Успокойся, а то ты и меня уже нервировать начинаешь, - Стив не мог решить: одеваться ему или все же наблюдать за шагавшим из стороны в сторону слизеринцем.

Хоть раздевалку сделали общую для четырех факультетов, было как-то непривычно видеть всех вместе. Для это матча Хогвардс вообще построил новый стадион на отвесной скале, куда всех доставляли специальные лифты на заклинаниях. Были и посадочные зоны, и ступеньки, но если первые были нужны не всем, то мало кто захотел бы прошагать такое расстояние от низа и до своего места. С местами вообще образовалась проблема. Ученикам, преподавателям и родственникам игроков места были предоставлены бесплатно и в отдельном секторе. Билеты на другие были выставлены на продажу со всеми вытекающими последствиями. Как всегда: желающих было много, мест - мало (или же 'ограниченно количество'). У англичан с этим было строго и поэтому частенько вспыхивали мелкие драки за места, да и за возможность просто попасть на стадион. Министерство специально прислало отряд авроров, которые должны были следить за всеми возникающими беспорядками. Маги свою работу выполняли на половину хорошо, так как зрители тоже не без магии были, да и не хватало их порой в нужной зоне.

Мало кто знал, но на самом деле Министерство отправило не один, а два отряда авроров. У второго состав был подобран значительно профессиональней. Главой был назначен Альман Смизер, которому в подчинение на этот раз дали восьмерых магов высшего ранга. Их главной задачей было проследить за прибытием Тибидохских игроков, а именно проверить всех десятерых на подозрительную магию, предметы, транспортные средства и лишь потом допустить на стадион. Они ответственно патрулировали все потенциальные подходы и радовались такому удачному расположению стадиона. Смизер, ранее довольно потиравший руки, теперь скрипел зубами. Команда из-за рубежа никак не прибывала. Дракона и их тренера специальным эскортом доставили в Англию, но вот игроков никак не было. Мысленно перебирая все варианты, он надеялся, что учел все, и они не проскочат незамеченными.

Как бы ни так, но все уже было готово к началу матча: зрители собраны, драконы подготовлены, и директор Хогвардса уже произносила речь. Нахватало только второй команды. Было два возможных варианта развития событий: пришлось бы дожидаться Тибидохцев или же им могли запросто засчитать поражение. Сейчас даже гости из-за рубежа не могли точно сказать: чему бы в такой ситуации поспособствовал сидящий на трибуне судейства Бессмертник Кощеев. Пожизненный представитель Магшества выглядел довольным, но вот было не понятно чем конкретно.

- Питер, подбодрись! Нам же сейчас рвать их в пух и прах. Подожжем им метлы, а после драконам скормим! Ну, может Диму не скормим... Мало ли как к нему наш дракон отнесется... - Том собравшийся подбодрить товарища, сам впал в состояния задумчивости, чем теперь не очень отличался от Питерсона.

Большинство игроков Хогвардса уже сидели полностью готовые, ожидая своего выхода. Большинству было все равно: прибыла ли команда-соперник или их сбили на полдороги. Девчонки, ожидавшие в другой раздевалке, рвались в бой. Не зря они так усердно и так долго тренировались. Парни же были и не против, засчитай Тибидохсу поражение в связи с не прибытием. Том был единственным, кто так красочно представлял победу над соперниками. Другие, если и представляли, то не показывали этого. Стив был увлечен Винсем, который вместо того, чтобы быть на трибунах, расхаживал тут. Питер выглядел задумчивым - это уже стало привычным за последнее время. Даже друзья не знали, что сказать, хотя, наверное, уже все были осведомлены о причине такого состояния.

- Питер, ты наоборот должен радоваться, - Том вернулся обратно в реальность. - Подумай только: мы выигрываем матч и Дима полностью в ТВОЕМ распоряжении! Сможешь делать с ним ВСЕ, что захочешь! Представь. ВСЕ!

Питер даже не глянул на друга, молча встал и подошел к проходу на поле.

- Мне уже все равно. Победим. Проиграем?.. Теперь нет никакого смысла...

- Не говори так, - сидевший рядом Бред, даже не оторвался от натирания своей метлы. - Смысл есть всегда, просто это мы его не видим.

- Не в этом случаи.

- Сам подумай, - Тогерти отложил метлу и сосредоточился на товарище по команде. - Он не давал тебе никакого повода...

- Он вообще ничего не дал!

- ...его трогать, говорить с ним или даже близко находится.

- Вот именно!

- Почему?

- Да потому, что я ему глубоко безразличен!..

- Не верно. Отношения требуют внимания, а чем ближе отношения, тем больше времени они требуют.

- К чему ты клонишь?

- Он и меня последний месяц не трогает. Подумай: чем мы все в последнее время занимаемся?

- Тренируемся...

- А у меня и еще нескольких экзамены впереди. Думаешь, ты обделен вниманием? Ты просто предоставлен сам себе...

- Бред, он?..

- А вот и наши удальцы! - над стадионом снова прокатился голос Кати, давненько уже ожидавшей в воздухе над полем. - О, что я вижу! Откуда не возьмись появляется отряд авроров и приказывается им снижаться. Чем они уже не угодили, а ведь только прибыли и даже приземлиться с дорожки не успели? Пора бы начинать, так что это может подождать и до конца матча. Молодцы, игроки направляются прямиком на стадион, игнорируя авроров. Ой, они открыли огонь. Будто какие-то заклинания смогут попасть в летящего драконоболиста. Советую воспринимать это как мини-фейерверк.

- Катерина, нам уже следует начинать.

- Да, директор. Хоть вы не мой директор, но могли бы быть.

- Катерина.

- Ладно. Джем, лети сюда. Будем же начинать!


***


С легкостью избегая разноцветных заклинаний, игроки Тибидохса сосредоточились над центром поля, красиво сделали круг почета на потеху зрителям и, выстроившись в цепочку, поочередно влетели на поле через отверстие в центре купола. Сюда уже заклинания не долетали, тщетно разбиваясь о защитный щит.

- А вот и команда-хозяева. Они тоже торопятся начать игру. В глазах рвение и уверенность. Они настроены на победу и в случаи чего будут готовы вырвать ее из лап дракона противников!..

- Джем, уймись. А я хочу уведомить вас, дорогие зрители, что сегодня ваши уши будут слушать не одного, а сразу двух комментаторов. Мы оба находимся на поле в боевой готовности и сможем более интенсивно снабжать вас новостями. Вот только, чтобы не перегружать ваши умы-разумы, говорить мы будем поочередно. Ибо наши рупора действуют за принципом "вкл-выкл" и наоборот. Джем?

- Да, я хочу так же поприветствовать всех собравшихся и пожелать вам веселой игры!

- Игроки, это тонкий намек!

- Не зря же вы преодолели такое расстояние, а некоторые еще и забрались сюда, где непонятно кому пришло в голову строить стадион.

- Нам же, оснащенным летательными средствами, это не грозит. Хотя признаюсь: я долго не могла понять куда лететь и почем ориентироваться. И тем не менее, я здесь и я готова к схватке этих двух замечательнейших команд!

- Джереми, Катерина!

- Простите, профессор.

- Да, простите его за столь малословную речь. А теперь наши игроки! Тибидохс против Хогвардса. Хогвард против Тибидохса. Кто победит - узнаем позже, а вот состав команд мы огласить можем. Начнем-с же!

- Сборная Хогвардса. Первый номер - Бред Тогерти. Лучший игрок по версии отборочного тура.

- Не считая Дмитрия Загорного, который тоже принимал в нем участие, но был уже зачислен в команду Тибидохса.

- Семикурсник Гриффиндора. Очень интересный человек, много знает, мало говорит, имеет очень большие перспективы в будущем. Это первый раз, как он замечен в проявлении особого интереса к спорту.

- А еще он мой парень, сладенький мой, - Катя, пролетавшая как раз мимо, послала воздушный поцелуйчик под бурные возгласы зрителей и удивленные рожи игроков. - Джем, ты продолжай. Подними челюсть и продолжай.

- Ах, да. Второй номер - Питер Питерсон. Шестикурсник Гриффиндора. Загонщик и капитан команды по квиддичу, староста школы и вообще просто примерная для подражания умничка.

- А еще он удачливо придумывает новые заклинания, знает где и кого найти, и даже не подозревает, что его сова уже давно выводит птенцов с неким полярным собратом, - окинув игроков, она добавила. - О, вижу ни только он не знает о последнем.

- Третий номер - Стив Камистер. Шестикурсник Гриффиндора. Загонщик команды по квиддичу. Любит...

- Знаю кого, но не скажу. Может, он сам потом во всеуслышание это объявит.

- Катя!

- Ну, что? Ты слишком нудно рассказываешь.

- Четвертый номер - Том Камистер. Шестикурсник Гриффиндора. Загонщик команды по квиддичу. Любит смотреть на мир через двойное восприятие.

- Его еще называют "истинным гриффиндорцем", так как любит и знает предмет Защиту от темных сил, рассудителен и недолюбливает слизеринцев, но это личное. Вот мне все симпатичны, лишь бы слушали.

- Номер пять - Шарлота Диргони. Пятикурсница Рейвенкло. Ловец команды по квиддичу. Любит животных и все с ними связанное. Номер шесть - Натали Ройсен. Шестикурсница Хаффлпаф. Загонщик команды по квиддичу. Обожает скорость, так что за ней угнаться будет проблема. Номер семь - Сильвиа Крентон. Две подружки, идущие почти вровень. Шестой курс Хаффлпафа. Тоже загонщик команды по квиддичу, - тут Джереми сделал паузу. - Катя, что это ты молчишь?

- А что тут скажешь? Девчонки вперед!

- Номер восемь - Дин Тернет. Семикурсник Рейвенкло. В спорте ранее себя не проявлял...

- Как нет?! А я думала, что донжуанство тоже спортом считать можно!..

- Номер девять - Карл Варол. Семикурсник Рейвенкло.

- Еще один кадр! Вроде и не друзья. Так, встреча от встречи общаются. А занимаются одним и тем же, одним и тем же!..

- И десятый номер - Файтон Крут - последний, кого сочли достойным представлять Хогвардс в этом матче. Семикурсник Хаффлапаф. Ранее в спорте не замечен, но вот очень неплохо владеет боевой магией...

- Но постоянно уступает своему вечному сопернику - Нестеру Ларенсу. Задира и не честно ведет дуэль. Стыд и позор для школы!

- Катя!

- Что?! Ну, конечно! Сборная Тибидохса! В отличие от ваших, у нас игроки идут не по значимости, а в рассыпную. Как уж у кого получилось. Да и представляешь ты не правильно игроков драконобола. Так уж и быть, покажу как надо. Итак, первый номер - Вера Шторотикова. Летает в ступе.

- В чем?! Что это... - похоже, Джереми присмотрелся к другим, - ...за приспособления такие?..

- А что ты хотел? У нас летают кому, на чем удобно. Кому в ступе охота, а кому хоть в тазе! Не отвлекай. Верочка наш полузащитник. Так что кто-то помелом сегодня точно схлопочет. Номер два - Даша Цветикова. Вы не думайте, она цветы только подаренные лично ей любит. Летает на вешалке для одежды. Скажу, что очень даже практично. Удобно и кого-то в полете подцепить можно. Полузащитник. Тритий номер - Настя Новикова. Фамилию не переводите - она так и должна слышатся. Защитник. Летает на пылесосе модели 'Огнеплюй' - 102. Четвертый - Костя Висров. Бороздит воздушные просторы на одиночном каноэ. Даже ни просите - не подкинет, а вот веслом по голове дать может - это у него запросто. Полузащитник. Номер пять - Женя Малков. Евгений, что это вы нас позорите? Почему вы на метле? Отечественная? Так бы сразу и сказал. Метла модели 'Помело'. Нападающий. Шестая по номеру, но не по жизни - Саша Крато. Наша умничка на своем пылесосике 'Мечта'. Любуйтесь и завидуйте. Модель уникальная - сделанная на заказ по личным параметрам игрока. Нападающая. Номер семь - Андрей Нечаев. Защитник. Летает на ракетке для большого тенниса. В случаи чего сможет и мячик отбить и треснуть кого-то. Восемь - Сережа Смольный. Полузащитник. Летает на пылесосе 'Чистота' модели 'Влажная уборка'. Вот он-то сможет почистить дракончику его пекущее горлышко. Девятый номер - Рома Древко. Вот тут фамилия как раз кстати. Летает на швабре модели 'Вертолет' с вертикальной посадкой. Полузащитник, но легко исправляется в нападающего или же в защитника, если того велит случай. И, наконец, номер десять - Дима Загорный. Парень уже почти год живет в Хогвардсе, но играет за своих. Вот это настоящий патриот. Таким и гордится не стыдно. Летает на пылесосе отечественной марки 'Кристалл' модели 'Угонись'. Можете попробовать, но не могу гарантировать, что получится. Нападающий, хоть и очень любит драконов. Так что игроки-соперники можете не волноваться. Он аккуратненько накормит мячиками вашего дракошку и даже проследит, чтобы не подавился.

- Катерина.

- А мы готовы начать. Вон как игрокам уже не терпится действовать. Если вы в ближайшее время не выпустите для них мячи, то они накинутся на друг друга.

- Они вынесли мячи! Отпустите уж драконов и откройте крышку. Всего да ничего.

Ранее летавшие по полю игроки, уже давно выстроились в круг над центром поля и только сигнала дожидались. Периодически помахивая на звук своего имени, или возмущаясь (а все равно этого не слышно) на еще один комментарий Кати, они тихо переговаривались и разглядывали соперников. Команда Хогвардса выстроилась строго по списку, а вот Тибидохцы - в рассыпную. Чтобы запутать противника, что ли? Но они охотно отзывались на слова своего любимого комментатора. Им было весело, что было не маловажно. А вот игроки Хогвардса казались серьезными. Будто это не игра, а бой какой-то. Еще они были немного насупленными в отношении Димы, который все же предпочел остаться со своей прошлой сборной. Из ряда выделялся только Бред, довольно улыбавшийся и не спускавший глаз со своей, как оказалось, девушки. Еще Питерсон, который висел рядом в воздухе, был далек от всего происходящего. Все же вернувшись в реальность, он поднял глаза на команду-противника. Он видел улыбки радости, но на них было плевать. Его волновала только одна улыбка. Может, задумавшись, он не сразу понял, что она адресована именно ему. Окинув всю картину разом, Питер увидел улыбающегося смотрящего на него Диму. Было что-то в этой улыбке особенно. Понимая, что эта улыбка дарована ему одному, Питер посмотрел в глаза, сверкание которых не раз представлял себе в ночи. Сложно было сказать, что скрывалось в тот момент за двумя изумрудами, но и не это было важно. Дима ему подмигнул и Питер не выдержал. Плюя на все, Питерсон быстро сократил между ними расстояние и схватил Загорного за руку, подтягивая его ухо ко рту.

- Наш уговор еще в силе?

- Вот и докажи, что 'да', - так же тихо прошептал Дима, отстраняясь. Улыбка не сходила с его лица и ответная появилась у Питера, такая долгожданная и полная надежды. Она плавно перелилась в подленькую, скрывающую за собой большое пребольшое обещание. Дима ответил тем же. А ведь он тоже не был намерен проигрывать.

- Камперт, Неглас, выпускайте мячи. Начинаем же игру!

Рев освобожденных драконов куда лучше огласил о начале матча, нежели выпущенная в воздух искра. Игроки мгновенно бросились в рассыпную, занимая отведенные зоны и стараясь не упустить стремительные мячи. Однако почти добрую половину игроков (конечно же, Хогвардских) чуть не снесло с намеченного курса порывом ветра. Засидевшись на одном месте, драконы решили размять крылья и преподать урок тому наглецу, что сидел на другом конце стадиона, то есть друг другу. Возле морды Огонька мгновенно возникла Настя, отвлекая внимания и успокаивая. К Лаувралу поспешила Шарлота, но девушка опасалась подлетать слишком близко, так как дракон еще на подлете окинул ее недобрым взглядом. Подоспевший Дин ситуации не поправил и чудом удержался под порывам ново взмаха огромного крыла.

- И вот оно началось! Наконец-то, а то я уже заждалась! Мячи стремительно разлетаются в сторону, стараясь ускользнуть из поля зрение игроков. Однако кругляшей в четыре раза меньше, чем наших удальцов на чем попало. Рано или поздно мы будем наблюдать гол последнего из мячей!

- А пока мы можем наблюдать только за игроками, старающимися усмирить драконов. Эти двое, похоже, раздражены не на шутку!..

- Огонек вон уже готов поразить пламенем любого, на кого укажет Настенька. Вот так пара: красавица и дракон. И не смейте назвать Огонька 'чудовищем'! Если все же надумайте, то так, чтобы он услышал. Будьте уверены - вы его ответ надолго запомните!..

- Мы уже можем видеть, как трое игроков гонятся за чихательным мячом на очень обнадеживающем расстоянии. Бред идет вровень с Женей и Сережей. Похоже, эта погоня затянется надолго. Хотя нет.

- Чихательный мяч сделал обманный маневр вправо, на что Женя с Сережей и повелись! Бред делает вираж и хватает мяч!

- Он быстро устремляется к воротам. Андрей, готовь ракетку!..

- А в подмогу спешат Питер и Стив. Где-то затерялся Том... А нет! Он уже поджидает их. Том, берегись!

- Настя знает, как управлять драконами, да и не только ими. Огонек чуть не поджег Тому одно дорогое сердцу место. Еще бы чуть-чуть и Хогвардский магпункт открыл бы двери для первого пострадавшего. Пока нет, но времени еще полный мешок.

- Бред делает пас Питеру, который быстро передает его Стиву, уворачивается от огненного выпала.

- Ничего. Это только разминка. Настя еще настраивается на игру.

- Поздно скоро настраиваться будет! Стив отводит огонь на себя. Пас Тому, но его перехватывают! Питер?! Что ты у своих забираешь? Кидок!

- Не кидок, а пас Бреду.

- А, да.

- А вот теперь кидок. И гол? Еще нет. Андрей учтиво выбивает мяч почти из пасти Огонька! Молодец!

- Мяч снова у Бреда!

- Женя, как ты не вовремя! Гол. Бред добился своего. Хогвардс открывает счет 0:2.

- Дракон начинает чихать, и уже мало слушается защитников. Андрей спешит отлететь подальше.

- Говорю же, что Настя знает, как с драконами обращаться! Поток случайного пламени все же достигает цели. Метла Тома в огне. Его одежда тоже! Неужели вам никто не говорил, что желчью надо мазаться?! Желчью!

- Похоже, на сегодня игра для него закончена...

- А вот нечего было без дела суетиться! Настя молодец! Она бросается на морду дракона, не давая ему и рта открыть. Женя, линяй! По-твоему для кого она так?! Андрей подхватывает ее пылесос, ожидая чуть ниже в безопасной зоне.

- Пока тут гол забивали, в другой части поля Дима успел схватить пламягасительный мяч. А Костя одурительный! У команды Тибидохса два мяча! Они устремляются к морде Лауврала!

- Дин пытается направлять пламя своего дракона, но, похоже, еще больше дразнит его! Дракон теперь не только не слушается, но и пытается хвостом сбить собственных игроков! Шарлота бросается на Диму, но он делает подскок и быстро оставляет ее позади себя. Ой, нет! Маневр не удался. Лауврал замечает приближение Димы и готов выпустить пламя! Дима!

- Он уже не успеет свернуть! Мяч просто сгорит!

Понимая свою неудавшуюся участь, Дима сделал единственное, что пришло в голову.

- Костя!

Быстро свиснув первый пришедший на ум заговор, он попытался свернуть вниз. Все равно было уже поздно. Дима не видел как Карл, оказавшийся рядом, хотел перехватить мяч, но был мгновенно им сбит. Катя даже в такой момент не упустила сказать подколку в его адрес. А вот Загорному было не до этого. Он увидел острые клыки и вырывающееся пламя. Просто отключив тягу, Дима начал камнем падать вниз, но огонь был быстрее. Самая раскаленная часть струи, безжально сжегшая бы что угодно, прошла совсем рядом. Так что Диме перепала вторая волна. Благо, он был в ней совсем немного. Обтерев обгоревшую желчь на руках, Дима хотел снова прибавить в скорости. Когда пылесос не сработал, он понял, что ему повезло больше пылесоса. Метал смазать чем-то огнестойким в голову же не пришло. Огонь расплавил бак и дно. Быстро соображая, Дима успел прошептать заклинание безопасного приземления и с землей столкнулся только пылесос.

- Похоже, с Димой все в порядке. Он жив! К нему спешат колдомедики, дабы удостоверится в этом.

Дима был готов продолжить игру, но не было на чем. Пустив слезу по пережившему не один матч пылесосу, он выхватил палочку и Люмусом призвал свою метлу. Не обращая внимание на возгласы медиков, вскочил на древко и взмыл ввысь.

- Дима пересел на свою метлу! Он снова в игре!!!

- А Костя не смог удержать двух мячей и одурительный стремительно улепетывает, уводя за собой Файтона. Дин и Карл направляются за пламягасительным!

- Дима прорывается между ними, сбивая их с курсу! Костя быстро уходит вниз и дает ему пас. Теперь они вдвоем направляться к пасти Лауврала!

- Дин и Карл наседают им на хвост. Карл, очевидно, намерен отомстить за отдых на земле.

- Мяч у Димы и он снова летит прямиком в пасть дракона! Они переговариваются. Костя летит в другом направлении. Он вообще отдаляется! Неужели Дима намерен стать закуской для дракона? Дима, не надо! Ты еще нужен команде!

Краем глаза, наблюдая за преследователями, Дима рассчитывал расстояние до пасти и остаток времени. Должно было получиться. Улыбнувшись на позывные Кати, он мысленно бросил, что и не собирается уходить сейчас. Поймав момент, Дима легонько бросил мяч в уже распахнутую пасть, остановил метлу и свесился на руках. Карл как раз бросился за мячом, игнорируя такое странное поведение, а вот Дима воспользовался инерцией и, вскакивая обратно на метлу, со всей силы толкнул его в спину. Ускорение Варолу это не дало, но вот расстроило равновесие окончательно. Влетев следом за мячом, Карла окатило водной магией и дракон рефлекторно его заглотнул. Дима же поспешил ретироваться, а то Лауврал уж слишком лапами размахался.

- Глазам не верю!

- Гол! 3:2 в пользу Тибидохса! Дима - молодчинка! Напомнишь, чтобы я тебя потом расцеловала! Бред, ты же знаешь, что это я по старой дружбе!..

- Команда Хогвардса лишается еще одного игрока. Это уже становится странным!..

- Играть уметь надо! Вон, Питерсон уже битые пять минут за перцовым мячом гоняется, а толку. Ой, толк есть. Он у него.

- Питерсон хватает певцовый мяч! Рядом мгновенно появляются Натали с Сильвией, отбивая выпады со стороны соперников. Девчонки, вы уж постарайтесь!

- Не тут-то было. Костя намеревается протаранить их на своем каноэ, а вот и Вера рядом. Их лучше не злить.

- Сильвию охватывает вихрь и она теряет ориентиры!

- А вот нечего было язык Вере показывать! Думали, что у нее помело простое? Где вы видели простое помелу в купе со ступой?

- Похоже, Костя сейчас протаранит Натали!

- Пусть радуется, что не веслом побьет. Это он еще добренький. Стоп, а где Питер.

- А Питер сражается с нежеланием Огонька глотать мячи и настроем Насти.

- Блин, даже ракеткой его не остановить! А тут еще и Бред.

- Бред берет пас и уходит под дракона. Огонек спешит за ним следом, поливая его огнем, но этому парню хоть бы хны!

- А вот Питер снует над его головой, стараясь привлечь внимание. И ему это удается! Дракон теперь хочет окатить и его огнем. Черт! Мяч он припрятал! Он у него!

- Гол! 3:7 в пользу Хогвардса! Молодец Питер!

- Что молодец?! Вон Огоньку плохо! Настя, сделай что-то, а то он все чаще отвечает на враждебные взгляды с того конца поля. У меня такое впечатление, что они все же не смогут поладить при личной встрече!..

- Да, где же обездвиживающий мяч?! Его хоть выпустили или так и ставили в корзине? - выпускавшие мячи даже специально в корзину заглянули. - Да я вообще так сказал.

- Не знаю где обездвиживающий мяч, но вот Саша уже отловила одурительный и в паре с Ромой сейчас атакует Лауврала! Поосторожней вы двое, а то можно и пострадать возле той зверюги.

- Похоже, Файтон заметил обездвиживающий мяч!..

- Максимум, что он заметит, так это землю под собой, и только, когда упадет в нее лицом!

- А пока Шарлота пытается что-то сделать, дабы не пропустить мяч, то и дело сама уворачивается от когтей и шипов на хвосте. Видимо, защита только раздражает своего подопечного.

- Рому сносит порывом ветра, но он успевает дать пас Саше.

- Пас перехватывает Дин!

- Не может быть! - в подтверждение словам, мяч вырвался и заехал прямо в лицо парню. - Вот так правильнее. Саша ловит посланные ей пас. И устремляется к зубастой, хоть уже и не огнедышащей пасти. Похоже, дракон забыл, что пламени у него больше нет, и снова набирает воздух для нового залпа.

- А нет! Лауврал запрокидывает голову и взлетает выше!

- Саша берегись! Она летит следом!

- Лаурвал выворачивается и намеревается ее проглатить!

- Вскочив на пылесос с ногами, она прыгает в пасть! Саша!

- Вспышка! Гол. 4:7 все еще по-прежнему в пользу Хогвардса. Рома ловит ее пылесос и спешит убраться подальше. Лауврал в ярости. Похоже, магия начала действовать.

- Саша, Саша, мы не забудем твой поступок, но стоил ли он того? Стоп. Похоже, стоил! Лауврал свирепеет и бросается на всех подряд! Шарлота спасается бегством! Дина уже давно не видно, куда же он запропастился?..

- Да. Лауврал разбушевался не на шутку. Черт, ему отвечает Огонек! Похоже, драконы уже на грани!

- Джем! Берегись!

- Что? А-А-А! Он заметил меня! Лауврал несется за мной! Он!..

- Дорогие зрители, похоже, мы лишились одного комментатора. Лауврал, приятного аппетита, что ли. С вами осталась только я, хотя?.. Джем, ты меня слышишь? Джем?

- Да, слышу. Блин, тут горячее и слизко!

- Поправка. Второй комментатор слишком глубоко ушел в события. Как слышно, Джем? Как там другие игроки?

- Слышу превосходно даже без рупора, а вот с Сашей и Карлом проблемы. Похоже, они что-то не поделили. Я попытаюсь их разнять, но сомневаюсь в своих возможностях.

- Даже в животе Лауврала веруют страсти! Джем, как себя чувствуешь, ибо сейчас твой дракон старается пробить щит и полакомится зрителями?

- Изменений не вижу. Все как-то одинаково.

- Хорошо. Оставайся на месте. Сообщай нам, если что-то изменится.

- Куда уж я денусь?..

- А тем временем мы можем наблюдать за последствиями последнего гола. Может, поступок Сашеньки был не столько значительным в плане очков, но действительно результативным. За какие-то минут пять Лауврал лишил нас комментатора и вывел из игры двух игроков. Придется продолжать без Стива и Жени. Старались ребята, но уже ничего не поделаеш. А до сих пор никто не то, что поймать, даже обнаружить обездвиживающий мяч не могут. Действитель, куда он мог подеваться. Джем, ты там поищи. Может, Луаврал его уже давно глотнул, а мы и не хватились.

- Катя, ты была права! Этот Карл настоящий извращенец!

- Саша? А где Джем?

- Рядом он. Куда тут денешься? Что? Не отдам! Дай сюда!

- А пока игроки и комментатор обеспечивают Лаувралу несварение, мы вернемся к общему обзору. У нас все по-прежнему, да вот только с мячиком дело затягивается. Что? Черт! Огонек тоже себя уже не контролирует! Он хочет броситься на Лауврала, висящая на шее Настя его только и сдерживает. О, я вижу обездвиживающий мяч! Нет. Не только я! За ним уже гонится Дима, Файтон, Даша и Сильвиа. Теперь-то они не дадут ему спуску. Ой, драконы уже сближаются!

- Катя, нам тут не комфортно. Что происходит?

- Лауврал решил откусить немного от Огонька. Ничего страшного для вас. А вот, мне лучше убраться!

Драконы точно рассвирепели не на шутку. Лауврал, который и так был агрессивен с самого начала, теперь еще и обезумел под влиянием магии. Огонек перестал чихать, но вот перец из крови не выветрился. Бой был неизбежен. Сложно было сказать: на чьей стороне был перевес. Лауврал, конечно, был массивней, да и броня его была крепче. Но Огонек был в самом рассвете сил, длиннее и намного гибче, чтобы увернуться от зубастых челюстей противника. Пока под угрозой была только Настя, тщетно старавшаяся остановить своего дракона от нападения. К ней на выручку бросился Андрей, который то и дело вертелся неподалеку, мастерски избегая внезапных воздушных потоков. Он поспешил к товарищу на помощь. Однако пока события развивавшиеся на этом фронте, не спешили перетекать в драку. Драконы только примерялись друг к другу, лишь оттягивая момент стычки.

На другом конце поля за обездвиживающим мячом уже гналось шестеро. Другие крутились или где-то рядом, или возле драконов. А желтый шар все никак не хотел сдаваться и постоянно предпринимал все новый вираж или поворот. Сделав новый финт, он резко спикировал вниз, сбив с толку почти всех. Лишь Дима успел свернуть и чудом не столкнулся с Файтоном, который тоже поспешил за мячиком. Катя неугомонно тараторила о стремительно развивающихся событиях то тут, то там, периодически спрашивая мнения Джереми, так не вовремя (или наоборот?) попавшим в желудок Лауврала. Это было не важно. Сейчас надо было поймать мяч и забить гол. Это могло и решило бы весь исход игры. Надо только протянуть руку и!..

- Дима поймал обездвиживающий мяч! Теперь нужно его забить!.. Ну, с этим проблем будет побольше...

Прицепив тяжелую ношу к локтю, Дима вывернулся от Файтона и устремился к драконам. Теперь-то он увидел, что так оживленно комментировала Катя. Драконы уже успели сцепиться и любой ценой желали порвать другого на мелких дракошек. Оценив ситуацию, Дима понял, что сейчас Огоньку было бы легче забить гол, ибо его голова находилась на большем расстоянии от тела, чем Лаувраловская. Последний, вообще слишком часто пускал в ход зубы, чем преграждал путь к так называемым 'воротам'. Крылья, когти и хвосты, которые тоже без дела не висели, надо было считать отнюдь не безобидными. Будь Дима в здравом уме, он бы линял отсюда подальше. Не место человеку в бою таких вот титанов.

- Черт! Дима ускоряется. Он все же намерен забить этот последний мяч! Я конечно за Тибидохс и все такое, но, Дима, ты мне дороже! Сейчас драконов разнимут и мы продолжим. Так что повремени. Повремени, говорю! Блин, - Катя заправила волосы и сама бросилась ему наперерез.

Дима точно был не в своем уме, но отговорить себя уже не мог. Он видел лазейку и намеревался ею воспользоваться. Ему хватит и секунды, что бы только подобраться ближе.

- Дима!

Не обращая внимания на крики, он поддал еще силы и свернул вправо. Когда до драконов уже оставались какие-то пятнадцать метров, перед ним возник Бред. Он стоял на своей метле в полный рост, расправив руки в стороны. Дима потом будет поражаться его мастерству, но сейчас ему на это было плевать.

- Дим, я не дам тебе пройти.

- Уйди, Бред!

- Дима!

Дима был вынужден затормозить и на какую-то секунду обернулся назад. За ним на полных парах несся Питер. Пытался остановить, очевидно, но у Димы на этот счет были другие планы.

- Прости, Бред.

Выждав мгновение, Дима резко вывернул свою метлу вверх. Питер, подоспевший сзади врезался в Бреда, сбив последнего с метлы. Мысленно прося прощение, Загорный полетел к самому куполу, минуя драконов в критичной близости от них. Осталось только выждать момент. 'Вот он!' - Дима спикировал вниз со всей возможной скоростью. Он видел, как к нему на встречу несся Питер, но, не ожидавший пике Питерсон, только сумел проводить слизеринца взглядом. Взмах крыльев и вот Лауврал почти впился в Огонька новым укусом. Вот этот шанс, но расстояние все еще велико. Надо было решаться, а то второго такого укуса Дима не дождется - его просто снесет новым потоком от взмаха крыльев. Бросок и быстрый отход, но Огонек внезапно решил ударить хвостом где-то в эту область.

- Где ты, Дима?! Черт! Я ничего не вижу. Да разнимите кто-нибудь драконов! Туда ринулся Питер! Если драконы внезапно упадут, но Бред этого не переживет! Дима! Что? Где мяч? Вспышка... Вспышка! Лауврал теряет равновесие и падает на землю! Бред! Улетай оттуда! Быстрее!

- Что-то я себя не очень понятно чувствую... Что происходит?..

- Гол, Джем. Гол! Тибидохс побеждает со счетом 14:7! Сборная Тибидохса победила!


## Глава 48. Теперь уж зелено-красный


- Предлагаю выпить за бесстрашие, которое не удержало Сашу от того прыжка дракону в глотку!

- Да, это было нечто. Скажу честно: я очень испугалась за свой пылесос. Надеялась, что Рома все же догадается его поймать, а то я к "Мечте" уже так привыкла!..

- Конечно, додумался! Ты бы мне потом голову откусила, не сделай я этого.

- Это уж точно. Хорошо, что Агнесса мне голову не оторвала.

- Еще оторву. Ты не расслабляйся!..

- Чувствую, что ночка сегодня будет беспокойной...

Команде-победителю было предложено остаться в гостевой башне, да бы на ночь глядя не лететь в такую даль. Все единогласно согласились. Никому не хотелось добиратся почти на ощупь. Заснут и мало в какую гору врежутся. Да и холодно через горы летать. Так что было решено оставаться. Даже Бессмертник Кощеев остался, вот только его и еще нескольких гостей развлекала директор с другими своими подчиненными. А тут шла своя праздничная пьянка.

В башню было благоразумно ограничен вход, дабы все желающие восстановить справедливость нетрадиционными методами остались в не зоны досягаемости. Тибидохцы учтиво приглашали и команду соперников, которые тоже немало сил положили на этот матч. Те, за исключением семикурстников Хаффлпафа и Рейвенкло, согласились. Вот только некоторые тосты они не поддерживали, да и Тибидохцы открыто издевались лишь над отсутствующими. Девушки держались скромнее, а вот Бред пил так, будто сам член зарубежной команды. Катя, успевавшая везде вставить слово, и на шаг от него не отходила, постоянно что-то нашептывая и довольно улыбаясь. Гриффиндорцы шестикурсники тоже держались немного сдержано. Том вот вообще не понимал: зачем его тащили, ведь он совершенно не хотел идти на чужой праздник. А вот Джереми вообще вначале был расстроен, но быстро раскрепостился, когда речь зашла о драконах. Раньше же не верил, что дракон мог кого-то безвредно проглотить. Теперь ему было чем поделиться с остальными.

- Предлагаю выпить за Огонька! Если бы не он, то нам бы самостоятельно пришлось устранять игроков другой команды!

- Меня не устронили! Я просто неудачно свернул!..

- Ага. Дима вон вообще свернуть не мог. В пламя вошел и целым остался. Мгновенно в игру вернулся. Вот только пылесос жалко.

- Да, хорошая вещь была.

- А я помню, как он его впервые приволок на стадион. С таким умным видом вскочил на него и почти моментально упал!

- И я помню! Я тогда еще сам не мог свою первую швабру никак оседлать.

Заметив непонимание на лицах Хогвардцев, Катя начала еще один рассказ из их общего прошлого. Она так же добавила несколько своих деталей и только некоторые из них другие поспешили опровергнуть. Хорошо, что все сидели на мягких матах в комнате восточного стиля, в ином случаи кто-то мог бы и упасть на пол со смеху. Так же все просто хорошо повалялись, заливаясь смехом. Лишь успокоившись, они снова потянулись к своим бокалам.

- А я хочу предложить тост за того, благодаря которому праздник происходит все же на нашей улице.

- Да! За того, кто не побоялся ввязаться в свирепую схватку двух драконов.

- За того, кто себя не щадил, отдавая пас и влетая в поток пламени.

- За тебя, Дима!

- Дима!

- Дима?

- А где он?

- Дима?..

- Питер, ты не знаешь?.. А где Питер?

На мгновение повисла тишина.

- Ну, за Диму, которому сейчас важнее кто-то другой!

- За Диму!

- И Питера! - повисла еще одна пауза.

- И за Питера!


***


- Какой же нудный этот Кощеев! Не будь он представителем Магшества - давно бы отправил ко всем чертям. Стоп. Он же, вроде, бессмертный... И назначен пожизненным представителем... Черт! Неужели я его еще не раз встречу?!

Дроклов стянул полотенце, предоставляя волосам немного подсушиться самостоятельно. Ему казалось, что знакомство с Бессмертником уж точно не пошло на пользу никому. А вот распитие непонятной смеси его приготовление, не имея возможности отказаться или хоть выплеснуть ее куда-нибудь из-за соседства по столу, добила преподавателя окончательно. Даже подбадривающие и намекающие гримасы Лимпфона не вдохновляли. Выдержки не хватало. Просто и даже грубо извинившись, Гектор встал и вышел. Оказавшись за дверью, он просто бегом направился к себе в комнату. Уже тогда профессор понял, что ему предстоит освежить знакомство с "белым братом".

Ванная была самым приятным и правильным решением. Вот только все прошло слишком спокойно. Тайно (узнай кто - ему не жить) Гектор ожидал скрипа двери и Лимпфона на пороге. Не случилось. Надежда начала угасать, когда он вышел в кабинет. Там тоже никого не было. Темно. Лишь стеклянные пробирки отражают тусклый свет палочки и обручальное кольцо неустанно полыхает. Никаких объятий сзади. Никакого внезапного поцелуя в ушко. Неужели Волтер подумал, что ему настолько паршиво и решил не беспокоить? Будто его присутствие беспокойство. Дроклов хохотнул и обнял себя за плечи. Халат все еще держал тепло, но скоро станет прохладней. Уже почти начало лета, а в подземельях по-прежнему холодно. Может отопление провести?

Гектор шагнул в сторону своей комнаты и краем глаза заметил что-то странное. Поднеся палочку ближе, он увидел небольшую коробочку с бантиком на своем столе. Секунд десять поразглядывав ее, Дроклов взялся за бантик. Крышка поднялась вместе со всем остальным. Хмыкнув, он поставил палочку в одну из пробирок и взялся за коробочку двумя руками. Теперь-то крышка поддалась запросто. Убрав ее, Гектор заглянул внутрь. Слишком мало света, чтобы разобрать. Преклонив коробку, тряхнул ее, и на руку выпало содержимое. Легенькое такое. Поднеся ладонь к палочке, Дроклов чуть на пол не грохнулся. На его руке был Шальманаский карний, который еще называли цветком любви. Достаточно редок и трудно доступен, чтобы стать символом такого чувства. Радуясь, что и в этот раз Лимпфон вернулся назад целым и невредимым (он уж точно заметил бы), Гектор аккуратно налил в пробирку воды и опустил туда стебелек цветка. Интересно: сможет ли он вырастить такой же, чтобы самому потом преподнести подарком?

Подойдя к своей двери, Дроклов бросил последний взгляд на полученную прелесть и хотел войти. Он открыл свою дверь лишь чуть-чуть и наружу мгновенно начал вытекать свет свечей. Улыбка стала шире, и он поспешил распахнуть полностью.

- Давно ждешь?

- Да уже и замерзнуть успел.

- А вот не надо делать мне такие прекрасные голые подарки!..

Сбросив уже почти остывший халат, Гектор поспешил к любимому горячему телу, так красиво возлежащему на его кровати.


***


- Питер? - комната отозвалась пустотой. - Серьезно, куда он мог подеваться?..

Это был последний вариант, где Дима намеривался искать Питера, и опять прокол. После такой напряженной игры, бегать по замку в поисках одного конкретного гриффиндораца было одной из самых паршивых идей. Самой паршивой она стала тогда, когда и в спальне Питера не оказалось.

Пройдя вглубь, Дима сел на его кровать и перебрал все варианты еще раз. Вроде ни одного места не упустил, вроде и хорошо смотрел, а может где-то просчитался? Может он не на оном месте стоит, а перемещается?

- Наверное, еще и туда, где я уже был. Что же мне делать? - Дима откинулся на постели и разложил руки. - Неужели это моя награда за столь отчаянный поступок? Да что он вообще...

Рука нащупала какую-то выпуклость между матрасов. Стараясь не упустить этого места, Дима перелез и спустился на пол. Подняв простыню, он увидел торчащий клочок бумаги.

- Что это?

Бумага была старой, пожелтевшей и сложенной несколько раз причудливыми способами. Покрутив ее несколько раз, Дима приложил к ней кольцо. Ничего не произошло. Потом он вспомнил, где находится и достал палочку. Касание ею тоже ничего не дало. Слизеринец уже хотел положить бумагу обратно, но его взгляд увидел стоящую рядом кровать Стива. Смутно что-то припоминая, Дима еще раз посмотрел на листок.

- Винс говорил, что Питер чем-то шуршал и что-то говорил. Что же он говорил?.. - бумага не давала подсказок. - Открой свою тайну?

"А больше ничего не хочешь?" - прописалось и почти сразу исчезло.

- Винс говорил что-то про хорошее или про нехорошее?.. Я не замышляю ничего плохо.

"Вот и иди куда шел!"

- Я не замышляю ничего хорошего.

"Что близкое... Сохатый"

"Но не совсем!.. Мягколап"

- Что же?.. Что еще говорил Винс?.. Клятва? Клятва. Клянусь, что не замышляю ничего хорошего.

"Ладно - сойдет. Лунатик"

Чернила впитались и проступили новые. Дима прочел:

- Карта Мародеров. Создатели: Сохатый, Мягколап, Лунатик и Червихвост. Странно. Это они со мной только что разговаривали?

Развернув бумагу снова, Дима увидел схему первого этажа Хогвардса, передвигающиеся отпечатки ног и плавающие следом записки. Сначала поразившись, а потом, вчитавшись, Дима снова поразился. Довольная улыбка снова играла на его лице - теперь-то он понял: как Питер узнавал про его постоянное место нахождения. Отследив Винса и Стива в своей комнате, Дима понял, что туда дорога ему закрыта, и продолжил поиски. Обнаружилась Гостевая башня, где так и продолжали находиться члены его команды и несколько других игроков. Еще он заметил Бессмертника Кощея, который очень медленно пробирался вдоль восточного коридора на третьем этаже. Больше там никого не наблюдалось, так что останавливаться на этом Дима не стал.

Главная цель до сих пор была не достигнута. Питер продолжал прятаться даже на этой всевидящей карте. Позже стало понятно почему. Питерсон обнаружился идущим от Астрономической башни. Ее Дима проверил чуть ли не первой, так что второй раз туда заглядывать не спешил. Пришлось просмотреть все этажи, а он под самой крышей ходил. Теперь-то найти Питера будет намного проще. Точнее Дима так думал. Питерсон шел вдоль северного коридора на шестом этаже и внезапно остановился. Постоял немного, подошел к стене и пропал. Глаза у слизеринца на лоб точно полезли. Просто так взять и пропасть.

- Как? Куда?!

Больше нигде на карте его видно не было - Дима проверил дважды. Тяжело вздохнув, он понял, что если хочет найти беглеца, то начинать надо с того коридора. Благо, что он в Гриффиндорской башне.


***


Дима уже дважды прошелся вдоль этого коридора и никакого проку. Это лишь еще одна галерея заброшенных картин - короткий путь к кабинету Прорицания. Картины не то, что разговаривать не хотят, - люди на них или отсутствуют, или грубят, отбивая любое желание общаться. Питера и след простыл. Тяжело вздохнув, Дима еще раз сверился с картой. Наблюдая за своими следами, он еще раз шел по коридору. Вот то место, где пропал Питер, но тут лишь голая стена. Не зная что уже предпринять, слизеринец оперся спиной на стену.

- Питер, ну где ты?

Легкий скрежет и кажись стена сзади отошла. Дима отскочил и застыл, наблюдая как гладкий камень (секунду назад точно таким был) преобразовывался в тяжелую деревянную дверь с изображением вьющегося плюща. Он протянул руку, но понял, что ручки не было. Так и застыл стоять на месте, не понимая что делать. Пожав плечами, Дима приложил руку к дереву и попробовал толкнуть. Древесина поддалась. Хмыкнув, Загорный еще немного поднажал и поспешил войти (дверь же может и передумать).

Дима не мог понять: куда попал, и потому не заметил, как дверь за его спиной опять стала каменной стеной. Ему казалось, что он снова в своей комнате, до переезда Винса, вот только... объемом она как-то увеличилась... да и камина со всеми этими картинами не было. Это было слишком странно, чтобы воспринимать все как виделось. Его кровать или же очень удачная копия, была застелена привычным покрывалом со слизеринской змеей и занавешена балдахином; ковер был в точности, как в его комнате, но опять же, размером больше; такой же стол, с книгами, бумагами и перьями, похоже, даже его недоделанная работа по Защите лежала. Вот только окошка под самым потолком не было. Тут окон вообще не наблюдалось. Казалось, что это комната во внутренней части замка находилась. Да еще и этот камин с мягким ковриком... и диван... прям, как у него в загородном домике. Стоп! Точно такие же, как в загородном домике. Даже рамка с общей фотографией есть. Но вот картины. У Димы глаза на лоб полезли. Таких картин он уж точно не мог бы нигде увидеть (тут же смог!..) по той простой причине, что фотографировать в таких ситуациях ЕГО не смог бы никто! Странно было видеть себя улыбающегося на картине метр на полтора, с другой смотрел он же, но уже в форме для квиддича. Другая картина вообще отображала Диму спящего. На еще одной он пытался приготовить какое-то зелье и усердно думал, что делать дальше.

Дима шагнул вглубь, чтобы рассмотреть более мелкие картины, которыми была завешена вся противоположная стена. Пол скрипнул, а потом уже ковер приглушал все движения. В комнате было настолько тихо (только поленья в камине трещали), что слизеринец моментально услышал шорох ткани. Застыв, будто воришка в чужом доме, он наблюдал за кроватью, откуда звук и донесся. Почти сразу раздвинулся балдахин и на Диму выглянул немного растрепанный Питер.

- А я и не знал, что Выручай-комната и людей материализует...

- Ну, не знаю, но мне следовало больших усилий, чтобы тебя разыскать. Вот, - Дима подошел ближе и протянул карту.

- О, а я думал, что она это место не показывает, - Питер забрал карту и, поднявшись с кровати, направился к горящему камину.

- Не показывает, вот мне побегать и пришлось. Знаешь, а ты действительно знаешь эту школу лучше. Я ее почти всю оббежал, прежде чем...

- Зачем ты пришел?

- А?

- Ты меня искал. Нашел. Зачем ты пришел?

- Ты пропал сразу после матча, даже слова не сказал и...

- Потому, что мне нечего сказать! - Питер с силой ударил по каминной полке. - Я проиграл, Дима. Моя команда игру не выиграла, я даже не смог тебя удержать подальше от драконов. Так что мне говорить? Да, я проиграл наш спор. Хм... Не зря я подумал, что это был какой-то неразумный спор. 'Что ты станешь мои', - повторял я. Звучало хорошо, но немного глупо. Да и не я это предложил. Теперь же, когда все позади, я жалею. Все, что между нами было, сводилось к одному дуратскому спору...

- А говорил, что сказать нечего...

- Зачем ты пришел? Чтобы лишний раз напомнить мне, чтоб я оставил тебя в покое? Зачем же?.. Я свое слово держу. И знаешь, что!.. - Питер резко развернулся и не сумел договорить, получив пощечину.

- Вот, значит, каким ты меня видишь?.. Отлично. Спор, говоришь? Так вот, теперь слушай меня!.. - учитывая то, что в силу своего роста Дима не мог приподнять Питера за грудки на уровень своих глаз, он сделал наоборот, - потянув его за них же вниз. - Если ты думаешь, что все сводилось к этому спору, то ты ошибаешься. Если считаешь, что та ночь стала результатом твоих домогательств, то заблуждаешься. И если видишь во мне настольно бесчувственного типа, как этот вот камин, то это твое право. Но никогда. Никогда не смей принимать решение за меня! - рванув в сторону, Дима опрокинул Питера на прикаминный коврик и уселся сверху, не разжимая рук. - Если ты считаешь, что проиграл, то смею тебя заверить - это правда. Ты старался и делал, что мог. Думаешь, я не видел, как ты забил мяч? Да, не видел, но слышал комментарии Кати и на секунду обернулся посмотреть на твое довольное лицо. И то, что ты не сумел удержать меня подальше от драконов полностью моя заслуга, так как когда я в воздухе, я мало думаю куда лечу и почему именно так поступаю. А уж если тебя так беспокоит наш спор, то я прекрасно могу не быть твоим, но тогда тебе придется стать моим, ибо теперь отпускать тебя я не намерен, - склонившись к ошарашенному Питеру, Дима впился в его губы, но прежде, чем гриффинидорец ответил, он отстранился. - Однако если уж тебе так угодно остаться одному в окружении вещей, схожие на мои, то пожалуйста, - резко отпустив кофту Питера, слизеринец почти успел подняться, но его дернули обратно за перехваченное запястье.

- И думаешь, что после такой тирады, я позволю тебе просто так уйти? - дернув сильнее, Питер сам встал и заключил Диму в свои объятья.

- Не думал, но решил проверить. Да и куда ты от меня теперь денешься?..

- Ну... Год нам еще вместе учится, а там уж посмотрим!..

- Ах, ты! Дима ответил на улыбку, но поспешил стереть ее с лица поцелуем. Пока они валялись на полу, заливаясь смехом, комната постепенно менялась. Балдахин и покрывала уже не были зелеными, разбавившись еще и красным, а картины добавили себе персонажа, возможно, местами не очень уместного, но теперь уж точно неотъемлемого.