# И раскроются крылья. Глава 5

О Э Васильченко

## Глава 5


Мир Гарлен.

Лела.

По дороге, устало перебирая копытами, и понуро опустив к земле морду, бредет чахлая, неброской мышиной масти лошадка, вздымая в воздух клубы въедающейся в кожу и одежду пыли. Она то и дело останавливается, но постоянные тычки накрепко вцепившейся в ее скудную гриву всадницы, заставляют несчастное животное двигаться дальше, шаг за шагом приближаясь к нависающей над долиной границе леса.

В позе девушки, скользит напряжение - о чем говорят, и замершая на прикрепленных у пояса ножнах рука, и всматривающийся, в густую чащу внимательный взгляд. Любой, даже самый незначительный шорох, и она испуганно вздрагивает, напряженно озираясь по сторонам. Ее волнение постепенно передается и лошади, уже без понуканий убыстряющей свой шаг.

Кто она, одинокая странница?

Лела. Да, да, именно так.

Имя, больше похожее на собачью кличку, не очень подходит этой яркой во всех отношениях девушке. Но ей и не нужно другое. Подозреваю, Лелатаина Этель де Бераниз - не каждый даже выговорит, а рыжая его ненавидит с детства, которое не было ни радостным, ни безмятежным.

Всегда занятой отец, не желающий заниматься своими дочерьми, так и не стал ей родным, а мать умерла во время очередных родов.

Как же ей тогда было больно, как она ненавидела отца, виня его в смерти самого дорогого для нее человека. А он, вместо того, чтоб утешить, как-то успокоить озлобившегося ребенка, переложил все вопросы ее воспитания на плечи посторонних людей. Но многочисленные гувернантки, выписываемые им из столицы, надолго не задерживались, не в силах вынести ее чересчур подвижный и озорной характер. Поэтому, большую часть времени, Лела проводила средь деревенской ребятни.

Но и эта, в какой-то степени спокойная жизнь, длилась недолго. По достижении четырнадцати лет, юную графиню, несмотря на всяческие протесты, отправили в славившуюся своей жесткой дисциплиной Высшую Карийскую Академию. Но и это не сломило ее дух, напротив - после семилетнего обучения в родные стены вернулась уверенная в себе молодая женщина.

А дома ее уже ждал неприятный сюрприз. Отец, желая за счет дочери улучшить свое положение в свете, решил выдать ее замуж за престарелого вдовца-герцога, их соседа.

Лела сразу поняла - спорить, пытаться что-то изменить, лишь бесполезная трата времени. Поэтому, тихо собрав свои вещи, она под покровом ночи покинула отчий дом.

Первые месяцы самостоятельной жизни стали для нее сущим адом.

Солидная сумма денег, скромно позаимствованная у благородного родителя, для столицы Карийского государства - Гарны, оказалась ничтожно мала. Но девушка не отчаивалась, не чуралась никакой работы, лишь бы с видом побитой собаки не возвращаться в отчий дом. И вот, однажды, ей улыбнулась удача.

В тот день Лела возвращалась домой довольно поздно. На улицах мерцающими светляками уже горели фонари, а все добропорядочные жители города давно сидели по своим уютным норкам.

Крадясь по опустевшим улочкам, девушка старательно держалась скупой тени нависающих над дорогой домов. Попадаться на глаза ночным обитателям Гарны, ей совсем не хотелось, и она отчаянно молила богов о защите. Может, те и вправду вняли ее молитвам, а может, ей просто повезло, но до центральной площади она добралась без приключений, а свернув в торговый квартал, и вовсе облегченно вздохнула. Этот район, населенный богатыми купцами и зажиточными ремесленниками, и днем, и ночью охраняемый наемной стражей, считался самым безопасным в городе. Поэтому и соседствующая с ним улица Росса, где Лела снимала недорогую комнату, особо беспокойной не была.

И вот торговый квартал позади, а за поворотом уже виднеются каменные стены ставшего почти родным дома.

- А-ах, - донесся из темноты бокового проулка едва слышный жалобный стон.

Юркнув в тень соседнего здания, девушка настороженно замерла.

Врожденное чувство самосохранения, присущее всем людям, кричало об опасности, умоляло бежать, в то время как сострадание прочно держало на месте. И кто знает, какое б из чувств в итоге пересилило, не реши все судьба.

- А-а-а-ах, - сонную тишину улицы вновь разорвал протяжный стон, и ноги Лелы сами внесли ее в обрушившийся со всех сторон темнотой переулок. Выхватив из ножен клинок, она настороженно заозиралась, пытаясь хоть что-то рассмотреть в непроглядном мраке, но липкая тьма, обволакивая тело плотным кольцом, неизменно одерживала верх. И в этот момент, словно сжалившись над испуганной девушкой, из-за плотных туч на миг выглянула луна, осветив все вокруг серым призрачным светом. Лела посмотрела по сторонам и, содрогнулась.

Земля вокруг была сплошь залита кровью. Кровь струилась по брусчатке, собираясь лужицами под неподвижными телами поверженных людей. Ею были забрызганы белые стены окрестных домов.

Прикрыв ладонью рот, девушка присела, пытаясь усмирить не вовремя взбунтовавшийся желудок, но разливающийся в душном воздухе терпкий аромат смерти, мешал даже просто вздохнуть.

Когда это ей все же удалось, и выворачивающие наизнанку спазмы перестали сотрясать вмиг ослабевшее тело, она с трудом поднялась и, перебарывая гнетущий, цепкими коготками впивающийся в душу, страх, покачиваясь, двинулась дальше, осторожно ступая меж замершими в разных, порой крайне нелепых позах, телами. Перед ней мелькали искаженные гримасами лица, остекленевшими глазами взирающие в бездонные небеса. Некоторые из них наполовину скрывали плотные черные маски, заглядывать по которые совсем не хотелось, некоторые были открыты, и всех их объединяло одно общее качество - полное отсутствие жизни.

Уже вконец отчаявшись найти среди них хоть кого-то живого, у дальней стены, под телами двух, одетых в кожу воинов, Лела наткнулась на лежащего ничком черноволосого мужчину. Впрочем, если бы он не застонал, она б его не заметила.

Оттащив уже начавшие коченеть тела в сторону, она перевернула человека на спину. Несколько микрот растерянно разглядывала пропитанную кровью белую рубаху, не зная, что делать. Лучшим вариантом, конечно же, было бы позвать лекаря, но где его в такое время искать, девушка даже не представляла. Да и оставлять раненого одного, посреди улицы, ей не хотелось. Так ничего и не придумав, она, с кряхтением взвалив отнюдь не легкое тело на плечи, с трудом, постоянно останавливаясь, потащила его к своему дому.

Самым сложным в транспортировке оказалось преодоление двух пролетов ведущей на второй этаж лестницы, и длинный коридор, в самом конце которого находилась ее дверь.

На шум, а как бесшумно протащить по лестнице прилично весившее тело, из своей комнаты выглянула хозяйка. Она застыла в дверях, ошеломленно наблюдая за своей рыжеволосой квартиранткой.

Не обращая на женщину внимания, Лела пинком распахнула дверь, и одним рывком заволокла мужчину внутрь.

Сил затягивать его еще и на кровать у девушки уже не оставалось. Сгрузив бесчувственное тело прямо на пол, и расстегнув тонкую хлопковую рубаху, девушка расстроено вздохнула. Торс мужчины покрывала толстая корка запекшейся крови, и понять, что под ней, было попросту невозможно. Еще раз вздохнув, рыжая вышла в коридор, где ее поджидала уже пришедшая в себя хозяйка.

- Лэри, - закричала та, гневно сверкая глазами, - что вы себе позволяете? Да я...

- Потом, - скривилась Лела, оглушенная ее визгом, - я все вам объясню потом. Скажите лучше, у вас есть таз?

- Есть, в кладовке, - растерянно хлопая глазами, ответила женщина.

Молча развернувшись, Лела бросилась в указанном направлении и, найдя в полутемном, пропахшем застарелой пылью помещении нужную емкость, побежала на кухню.

Набрав из бака еще не успевшей полностью остыть воды, вернулась в комнату и чистой тряпкой, как можно аккуратнее, принялась смывать намертво присохшую к коже кровь, обнажая множество тут же начавших кровоточить, ран.

Впрочем, большинство из них оказались просто порезами. Лишь одна представляла собой серьезную угрозу - колотая рана в районе правого подреберья, для лечения которой требовалось что-то более действенное, нежели обычная перевязка.

Грустно вздохнув, и подавив остро вспыхнувшую в душе жадность, Лела полезла в шкаф и, покопавшись, извлекла из его недр небольшой пузырек. Микрот помедлив, влила его содержимое в приоткрытый рот мужчины и, усевшись на узкую, стоящую под приоткрытым окном кровать, замерла, внимательно наблюдая за раненым.

Вскоре его прерывистое дыхание выровнялось, а землистого цвета лицо приобрело более-менее нормальный оттенок. Да и рана уже не выглядела так жутко, как вначале, ну а мелкие, незначительные и вовсе затянулись. Убедившись, что мужчина умирать пока не собирается, по крайней мере в ближайшее время, Лела, накинув легкий плащ, побежала за стражей. Благо, бежать было не далеко. Всего лишь один квартал, и вот она, караулка.

Вот только стражников, судя по их кислым рожам, появление девушки совсем не обрадовало. К тому же, пузатый бочонок пива, ждущий своего часа под столом, к ночным прогулкам отнюдь не располагал. Но и закрыть глаза на такое происшествие - где это видано, в довольно благополучном районе, можно сказать под носом стражи, режут людей - они не могли. А когда, последовав за девушкой, увидели пострадавшего, возблагодарили богов, заставивших их внять голосу разума.

Молодой лейтенант сразу узнал лежащего на полу человека. Еще бы, сам глава гильдии наемников - таких людей надо знать в лицо.

- Урман, - коротко бросил он капралу, замершему в коридоре, - бегом за лекарем. И в гильдию заскочи. Кидор, Ис, проверьте переулок, вдруг там еще кто живой найдется.

Когда все разошлись выполнять полученные задания, лейтенант переключился на Лелу.

Девушка даже не подозревала, что за столь короткий промежуток времени, можно задать такое количество вопросов. Мужчину интересовало буквально все, каждая мелочь, считать которую важной девушке даже б в голову не пришло. Этот своеобразный допрос прервало только появление капрала, явившегося в сопровождении троих мужчин.

Тот, что постарше, сразу же занялся осмотром раненого, и по односложным репликам, то и дело срывающимся с плотно сжатых губ, несложно было догадаться о его профессии. Закончив осмотр, мужчина повернулся к своим спутникам.

- Все в порядке, лэры. Благодаря вовремя оказанной помощи, - уважительный кивок в сторону девушки, - жизни мэтра ничего не угрожает. Можете хоть сейчас его забирать.

Двое мужчин, с нетерпением ждавшие вердикта лекаря, слаженно кивнули и, подняв раненного на руки, двинулись на выход. А лекарь повернулся к Леле.

- Позвольте узнать ваше имя, уважаемая лэри. Я думаю, лэру Наньези будет интересно узнать, кому он обязан своей жизнью, - поклонившись, произнес он.

- Лелатаина Берениз, - представилась девушка, привычно опуская приставку де.

- Очень приятно, лэри, очень приятно. Не сомневайтесь, ваш благородный поступок не останется без награды. Вы поступили очень благородно, - последовал еще один поклон, - ну а сейчас, позвольте откланяться, вы наверно устали от всех этих переживаний, да и у меня еще есть дела.

Попрощавшись, мужчина вышел, следом за ним ушли и стражники, и Лела, наконец, осталась одна. Вот только отдохнуть ей, сегодня, по-видимому, было не суждено - на пороге комнаты стояла хозяйка. Ее любопытный взгляд красноречиво говорил, что так просто Леле от этой престарелой, любящей неизменно быть в курсе всех мало-мальски важных событий женщины, не избавиться.

Так и оказалась. Проболтав с хозяйкой почти до самого утра, Лела на работу пошла совершенно не выспавшаяся.

Но, слава богам, посетителей в трактире, в тот день было немного, и в перерыве между ними она смогла спокойно подремать в уголке кухни, вместо того, чтоб как угорелой, с подносом мотаться меж дубовых столов.

- Лела, - сквозь дрему донесся до нее крик хозяина, - выйди, к тебе пришли.

Удивленно приподняв бровь, девушка поднялась, и неспешно вышла в зал, даже не представляя, кого там могло принести. Знакомых в Гарне, у нее было немного, а знающих, где она работает, и того меньше.

Увидев незнакомого человека, Лела насторожилась. Первая, пришедшая на ум, мысль, взорвалась нахлынувшей паникой - нашли. Нашли, не смотря на все ее попытки затеряться в этом огромном городе.

Но прозвучавшие микрот спустя слова, мигом развеяли вспыхнувшие в душе опасения.

- Лэри, - поклонился мужчина, с интересом рассматривая девушку, - лэр Наньези попросил проводить вас до штаба гильдии. Метр хотел бы лично выразить вам благодарность за свое спасение.

Сказать честно, хоть слова лекаря девушка накануне и восприняла серьезно, но такая оперативность ее немало удивила. Она мельком взглянула на своего хозяина, ожидая увидеть на его обрюзгшем, заросшем многодневной щетиной лице недовольство, обычно выражающееся сжатыми в тонкую полоску губами, но тот, подобострастно склонившись перед незнакомцем, в ее сторону даже не смотрел.

- Лэр Анри, я могу на время отлучиться? - Привлекая к себе внимание шефа, спросила она.

- Идите, лэри, идите, - опомнился мужчина, распрямляясь, - такого человека негоже заставлять ждать.

Реакция хозяина трактира девушку заинтриговала еще больше, но свое удивление она предпочла не показывать.

Юркнув в каморку, выделенную хозяином официанткам, Лела быстро переоделась в свое простенькое, совершенно не бросающееся в глаза серое платье, схватила сумочку, и вернулась в зал.

- Я готова, - произнесла она.

- Тогда, прошу за мной, - галантно поклонился мужчина, еще раз обведя девушку изучающим взглядом.

Выйдя из таверны, они, молча, двинулись в сторону центральной площади.

Идя за своим сопровождающим, девушка гадала, куда он в итоге ее приведет. Она уже поняла, что спасенный ею человек является главой какой-то гильдии, вот только какой, оставалось только гадать.

За размышлениями дорога пролетела незаметно, и вот они уже на площади, совсем недалеко от королевского дворца.

- А вот и гильдейский штаб, - воскликнул проводник, указывая на высокий, в три этажа белый дом.

Лела с интересом рассматривала строение. Она его видела и раньше, только внимания не обращала. Ну, стоит на площади красивое, обнесенное высокой оградой здание. Так и что с того. Здесь таких, пруд пруди.

Парадный вход дома украшали круглые колонны, упирающиеся в широкий балкон, оплетенный вьющимися по всему фасаду растениями. К крыльцу вела мощеная серым камнем подъездная аллея, огибающая множество разбитых перед домом клумб.

Оказавшись в просторном холле, девушка восторженно замерла. Нет, ее поразило не внутреннее убранство дома - к роскоши девушка привыкла с детства, да и особняк ее отца ничуть ему в этом не уступал. Но такого количества скульптур и картин, какие предстали ее глазам здесь, ей видеть еще не приходилось.

Они поднялись на второй этаж, и остановились перед дверью. Провожатый открыл дверь.

- Лэр Наньези, к вам лэри Берениз, - произнес он, уступая девушке дорогу.

- Проходите лэри, проходите.

Лела зашла внутрь просторной комнаты. Справа от двери она увидела стол, за которым сидел спасенный ею мужчина.

- Присаживайтесь, - произнес он, указывая на стоящее напротив стола кресло.

- Присаживайтесь лэри, - кивнул на стоящее перед столом кресло.

Подождал, пока она устроится и продолжил:

- Лери, в первую очередь хочу поблагодарить вас за спасение моей жизни. Ваш поступок достоин всяческой похвалы. И как человек порядочный, хочу вас за это отблагодарить.

Лела уж было открыла рот, чтоб сказать, что ей ничего не надо, что долг каждого гражданина помочь человеку, попавшему в беду, но он ее жестом остановил.

- Хочу извинится, но я позволил себе навести про вас кое какие справки, - продолжил он. - Нет, нет, не пугайтесь, я не собираюсь вмешиваться в вашу жизнь. Сбегать из дома конечно не самый умный поступок, но думаю, раз вы так поступили, на то были веские причины. Так что, сообщать вашим родным место, где вы сейчас находитесь я не собираюсь. Тем более, вы уже совершеннолетняя и имеете право распоряжаться своей жизнью сами.

Выдавив из себя спасибо, Лела немного расслабилась.

- Вот мы и подошли к вопросу вознаграждения. Я бы мог вам предложить некую сумму, зная ваше нынешнее материальное положение, - сказал он, заставив Лелу покраснеть от стыда, - но это не выход. Поэтому я хочу предложить вам работу. У нас катастрофически не хватает в организации женщин. А заказы довольно часто попадаются такие, что мужчине их выполнить не под силу.

К моменту поступившего предложения Лела окончательно пришла в себя. Конечно же, преждложение оказалось неожиданным, но отказаться от него девушка б не смогла. Это был ее шанс наконец то вылезти из нищеты, на которую она сама себя обрекла. Поэтому, показательно задумавшись совсем не надолго, она согласилась.

С того дня жизнь Лелы кардинально изменилась.

С того дня жизнь девушки постепенно стала налаживаться. Недостатка в заказчиках не было, что позволило ей жить, довольно безбедно и даже купить небольшой дом.

Так что, полученное вскоре известие о смерти отца не заставило девушку вернуться в родовое гнездо. Правда, навестить семью, за которой Лела, не смотря ни на что, соскучала, она собиралась. Но этому желанию, как и многим другим, сбыться было не суждено.

В тот вечер, в тишине занимаемой ею съемной квартиры раздался настойчивый стук в дверь.

Открыв дверь, Лела увидела фигуру, как в кокон закутавшуюся в черный плащ.

- Добрый вечер. - Прозвучал из-под глубокого капюшона приятный мужской голос.

Девушка напряженно вглядывалась в темный провал, но ничего в нем рассмотреть не могла.

- Добрый. - Наконец пробурчала она. - Вам кого?

- Меня послал метр. - Ответил незнакомец, протягивая ей конверт, запечатанный личной печатью шефа, и улыбнувшись, продолжил.

- Заходите, - Лела отступила вглубь прихожей, пропуская нежданного визитера, и направилась в гостиную. Мужчина направился за ней. Коротко осмотрелся, кивнул непонятно чему и уселся на небольшой диванчик у окна.

Опустившись в стоявшее напротив дивана кресло, Лела, сломав печать, вскрыла послание, состоящее всего из нескольких строк.


Уважаемая лэри.

Прошу Вас оказать всяческую помощь этому человеку, невзирая на некоторые странности. От вашего согласия зависит дальнейшая судьба нашей гильдии.

С уважением, лэр Наньез.


- М-да, накрылась моя поездка, - недовольно скривилась рыжая, тяжело вздохнув, и поплелась в гостиную.

- Лэр ...

- Странник - подсказал мужчина.

- Необычно... ну да ладно. Слушаю вас, лэр странник.

- Мне нужно, чтоб вы скопировали в закрытом архиве Гарны один документ.

Бровь девушки удивленно приподнялась.

- Всего лишь?

- Нет, это только первая часть, а об остальном узнаете позже.

Такой расклад Леле не понравился, но письмо мэтра удержало от посылания подозрительного заказчика далеко и надолго.

- Что за документ?

- Свиток ? 2387.

Номер свитка ничего рыжей не дал, ну а мужчина ее просвещать, судя по всему, не собирался. Вместо этого, он, откинув полу плаща, снял с пояса увесистый мешочек, в котором весело позвякивали монеты, и выудил из кармана тонкий белый конверт.

- Небольшой задаток и инструкции. Вскроете после того, как скопируете документ.

Рыжая кивнула.

- Тогда до встречи, - поклонился незнакомец и... исчез.

- И в какое дерьмо я опять вляпываюсь? - Сама себе задала вопрос девушка, смотря на опустевший диван.

На мгновение возникло малодушное желание, изучить содержимое конверта не откладывая, но она его подавила. Лишь спрятала внушающее соблазн послание в ящик секретера, и пересчитала полученный аванс. Не поверила. Пересчитала еще раз. Но пять тысяч кваргов от повторного пересчета никуда не делись, и согретая немалой суммой гонорара девушка отправилась спать.

На следующее утро Лела проснулась рано. Наскоро позавтракав, вышла из дома.

А город жил своей обыденной жизнью. Многочисленные прохожие спешили по своим делам, не обращая на раннюю пташку никакого внимания.

Выйдя на улицу Мастеровых, девушка утонула в потоке людей, который вскоре вынес ее к рынку.

Там наперебой кричали торговцы, нахваливающие каждый свой товар, а на углу булочной пирожками торговала дородная тетка, утирая лицо грязным носовым платком.

Девушка ускорила шаг, и, миновав южную арку, вышла на Университетскую улицу. Именно здесь, в самом ее сердце, находилась знаменитая на всю империю Карийская библиотека.

Возведенное много веков назад неизвестным зодчим сооружение плохо сочеталось с современной архитектурой.

Высокое пятиэтажное здание, сложенное из нигде ныне не встречающейся породы льдистого камня, издали выглядело хрустальным. Острые башни подпирали шпилями небо, теряясь в веренице убегающих вдаль облаков.

А на входе, величественно сложив за спиной крылья, замерли два каменных грифона.

Миновав широкую арку, Лелатаина оказалась в просторном холле. Найти знакомого, старшего смотрителя этого оплота человеческой мудрости, не составило труда. Его кабинет находился в конце холла, за неприметной, с маленькой табличкой, дверкой.

Подойдя, девушка прислушалась.

Внутри стояла тишина, изредка нарушаемая едва слышным шелестом бумаги.

Негромко постучала.

- Войдите, - донеслось изнутри.

Услышав приятный мужской голос, вошла внутрь.

- Лела! - Воскликнул молодой человек, едва завидев посетительницу. - Какими судьбами?

С Териусом они познакомились не так давно - снимали комнаты у одной хозяйки. И незаметно сдружились.

- Привет Тер, - улыбнулась Лела, - как жизнь?

- Потихоньку. Скучно только. Как ты съехала, и поговорить не с кем. А ты как?

- Лучше, чем было, - усмехнулась девушка, вспомнив, как приходилось выживать совсем недавно, считая жалкие гроши.

- А я-то думаю, куда ты пропала. Хоть вспомнила, наконец.

Лела виновато опустила глаза.

- Прости, работы много было. Да я и сейчас не просто так к тебе. Свиток мне один надо глянуть, а он в закрытом архиве. Выручишь?

- Смотря какой свиток. За некоторые мне и голову оторвать могут.

- Две тыщи триста восемьдесят седьмой.

- Погоди, сейчас гляну.

Териус покопался в своих бумагах, что-то прочитал и хмыкнул.

- С этим помогу. Одного не пойму - зачем он тебе понадобился.

- Извини, не могу сказать.

Ну не говорить же, что она и сама не знает, зачем ее заказчику этот несчастный свиток.

- Ладно, сейчас принесу.

Он на некоторое время исчез в находившейся за спиной дверке, а вернулся уже с документом в руках.

- Держи, - в руки Лелы перекочевал скрученный в трубочку пожелтевший пергамент. - Можешь здесь расположиться, если хочешь, а можешь в читальном зале.

Решив не отвлекать от работы друга, Лела пошла в зал.

Внутри царило умиротворение - лекции у студентов еще не закончились, и нарушать тишину было некому.

Усевшись за один из пустующих столов, Лела развернула свиток. Вопреки ее ожиданиям, вместо секретных сведений, внутри оказалась карта. Нет, не сокровищ, как можно было подумать, а всего лишь никому не интересных Восточных гор. В них не было ничего интересного для империи. Ни больших залежей метала, ни месторождений драгоценных камней. Оставалось только догадываться, для чего она понадобилась нанимателю.

Тщательно скопировав карту, и вернув оригинал смотрителю, девушка вернулась домой.

Теперь пришла очередь конверта.

Проверив его на наличие всяких неприятных сюрпризов, и ничего подозрительного не обнаружив, вскрыла.

На белом листе бумаги мелким, но аккуратным почерком было выведено:

"Кален, постоялый двор "Одинокий волк", трактирщик Бугай".

Лела фыркнула, оценив потрясающее "многословие" нанимателя. Некоторое время пыталась припомнить, где находится этот город, но так и не вспомнив, достала из секретера карту. Разложив ее на столе, окинула взглядом, но пресловутый город попадаться на глаза не желал.

Когда рыжая, уже окончательно потеряв терпение, на чем свет стоит, костерила и карту, и незнакомца, и себя в придачу, опрометчиво принявшую непонятный заказ, Кален наконец нашелся. Только место, в которое ей предстояло отправиться, хорошего настроения не добавляло.

Так и оказалась Лела на давно нехоженой, лесной дороге.