Яковлев Александр Николаевич: другие произведения.

Генерал-Адмирал.Продолжение. Часть1

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 6.52*17  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Продолжение серии книг Генерал-Адмирал, Романа Злотникова(кстати очень рекомендую). 1931 год. Россия выиграла Первую Мировую войну. Экономическое, научное и культурное развитие страны делает её реальным лидером мира. Однако идет Великая Депрессия и впереди еще более тяжелые испытания. Выстоит ли страна без своего доброго гения - Великого Князя Алексея Александровича? И что это будет за страна? P.S. Очень нужна конструктивная критика, не сочтите за труд... Спасибо.


   Глава 1.
  
   Павел был счастлив.
   Самолет медленно, как-то даже невесомо плыл над солнечными полями. Огромное небо безмятежной синевой растекалось за иллюминатором и только где-то у самого горизонта мутнело и смазывалось. Далеко внизу тянулась лента имперского тракта, пересекаемая развязкой. Россыпью точек копошились люди-букашки.
   Павел уже знал, что в Москве, куда он возвращался из отпуска, на столе у декана, лежит одна небольшая, но весьма ценная бумага. Немного слов и два из них волшебных - "Направление" и "Красноярск". Направление - Красноярск. Он повторял эти слова про себя, наслаждался ими, вдыхал их. Послушайте, как звучит - "Красно-ярск"! Столица самолетного мира! Город будущего! Сосредоточие науки!
   Нет, не зря! Всё было не зря! С раннего детства влюбленный в технику и авиацию, наперекор родительской воле ушел он в Можайский Воздухоплавательный Институт. Грыз зубодробительные формулы ночами, подрабатывал где придется и снова атаковал такую неуступчивую науку. Учеба давалась тяжело, непонятно, по капле. Но далась, и затем, в аспирантуре, в приинститутской мастерской, стала воплощаться в дерево и металл. Именно это больше всего любил Павел - момент воплощения идеи в твердую материю. И потому стал конструктором. Да, пускай это звание пока только так сказать аванс, но ведь это только начало! Ему 26, он молод и настойчив, на курсе был среди первых и, внимание, барабанная дробь, на имя декана пришло личное приглашение в конструкторское Бюро Сикорского!! В БС!! В Красноярск! Лично его! В авиационное эльдорадо! Конструкторские бюро, заводы, мастерские, лаборатории... Безграничные перспективы...
   Главное стало ближе. Цель жизни. Павел удовлетворенно откинулся на спинку кресла и конечно не видел ни крохотной искры внизу, ни засуетившихся черных точек. Впереди его ждала такая бесконечно прекрасная, интересная, неизведанная Вселенная. Он был счастлив.
  
   ***
  
   "... сгинела!"
   Оцепенение прошло и Федор Тимофеевич неловко толкнул стоящего перед ним поляка в спину. Как будто именно от этого толчка мир вдруг завертелся вокруг него бешеным калейдоскопом. Кто-то хватал террориста, бил, кричал, кто-то бежал к Князю. Лишь Федор Тимофеевич стоял, замерев в бессильной испарине. "Как же так, почему, он же всё видел..." Еще когда националист нервно потянул руку из кармана, он ведь уже тогда почувствовал, догадался, узрел, чем всё кончится. Узрел и... был парализован. "Зачем?!". "Зачем этот молодой человек, красивый и похоже неглупый, которому жить да жить, человек, вот сейчас, сию секунду, превратит другого живого человека в кусок мертвого мяса. Чудовищный же абсурд! Не в бою, не в припадке ярости, а вот так?? Зачем?". А когда мозг вынырнул из секундного замешательства и отдал первый, пока еще вялый, сонный приказ мышцам, боёк уже ударил в капсюль...
   Кто-то в очередной раз толкнул Федора и он, едва ли очнувшись, побрел к своей машине. "Как же так. Он ведь мог успеть, всего один толчок в локоть и он спас бы человеческую жизнь, а то и две. Мог. Но оцепенел. Не вовремя, как всегда у меня получается. Как всегда...".
   Князя он недолюбливал, это да. За многое, в том числе и за эту его привычку урвать рубль везде, где только можно, например как вот на этой самой плате за проезд по тракту. Ведь по сути же - плата за воздух! А множество других примеров, когда Князь, имея гигантское (так никем точно и не разведанное) состояние - вполне мог сделать то или иное предприятие бесплатным, но не делал этого? Нет, Князь определенно не был образцом для Федора, но чтоб вот так... "Ну ведь мог же..." Запахнувшись в свою теплую шубу, уселся в машину, но вместо того, чтобы трогаться, закурил. Пошел снег, плотными, громадными хлопьями, а он всё сидел и сидел, уставившись сквозь залепленное стекло и думал. Рассыпавшийся мир его требовал обратной сборки.
  
   ***
   В одна тысяча девятьсот тридцать первом году Российская Империя была огромным, богатым, устойчивым государством. Протянувшаяся на гигантские расстояния - от северного Груманта (Шпицбергена) до островов в Эгейском море, от Кракова до Марианских островов на востоке она была домом для 280 миллионов своих поданных. Отдаленные углы связывали железные дороги, морские и воздушные пути. Работали заводы, лаборатории, университеты, каналы, банки, частные лавочки и конторы. Крестьяне пахали землю, учителя учили, недовольные митинговали, политические партии и газеты сходились в жестоких баталиях. Люди всё так же влюблялись, женились, страдали, работали, вдохновлялись. Переселенцы двигались во всех направлениях, студенты поступали в ВУЗы, ученые открывали новые явления и материалы. Ледоколы пробивали Северный морской путь, электростанции давали ток, войска тренировались, строились корабли и верфи. Созревал хлеб, ловилась рыба, варилась сталь.
   Начало ХХ века оказалось благосклонным к России. Выигранная довольно легко Русско-Японская война не только принесла в казну репарационные платежи, не только Маньчжурию, но и сплотила общество, показала верность текущего курса и вообще крепость устоев. Начавшееся было брожение быстро улеглось, к тому же карательные меры против смутьянов и зачинщиков принесли свои плоды. Любители "великих потрясений", кто отправился крепить мощь государства на северных рубежах, кто сбежал поближе к хозяевам, в уютную и безопасную Европу. Реформирование церкви путем отделения её от государства, социальные законы, экономический рост также способствовали успокоению общества. Рост же охватил все сферы экономики - промышленные предприятия и целые кусты заводов росли как грибы и в Европейской части и на Урале и в Сибири и на Дальнем Востоке. Все новые рекорды ставило сельское хозяйство, причем обоих типов - и общинное, получившее название общхозов, и частное - "крепышей".
   Разразившаяся Мировая Война могла бы похоронить все эти великие достижения, но и тут Господь не оставил в беде. Потери были хоть и велики, но всёж намного меньше, чем у других участников бойни. Выйдя и здесь победителем, Россия приобрела не только такие территории как Проливы, Армянское нагорье, Танзанию, но и самое главное - сумела распорядится своей победой. Почти вся Восточная Европа, половина новоиспеченных арабских государств - оказалась привязана к ней, причем сугубо добровольно, на взаимовыгодной основе и равноправными отношениями. Даже экономика бывшего противника, Германии, путем длительной дипломатической и финансовой работы оказалась в итоге настолько интегрирована с российской, в том числе, путем взаимного обмена активами, что о возможном противостоянии в будущем даже и подумать было нельзя. Нечего и говорить, что такое взаимное проникновение и опыление самым благотворным образом сказалось на обеих странах. Послевоенная Европа []
   Кроме того, послевоенное неустройство в Европе привело к мощнейшему потоку эмигрантов в Россию. Представители всех стран и народов, а за все годы это до 10 миллионов, расселились, конечно, на необъятной территории, но, главным образом, благодаря переселенческим программам правительства, за Уралом - в Сибири и на Дальнем Востоке. Обычно в путь в чужие края пускаются люди решительные, предприимчивые, а значит, Россия получила очень качественный "человеческий материал". Эти люди, стремясь к собственному благополучию, к собственным достижениям, будут дополнительно раскручивать маховик того общества в котором живут. И не только в экономической сфере.
   В направлении переселенческих потоков самое деятельное участие принимал Великий Князь Алексей Александрович, для друзей просто Алексей, для прочих - Князь. Хотя проще было бы сказать в чём он не принимал участия. Это его стараниями и средствами был освоен огромный черноземный район от Барнаула до Магнтитогорска. Сейчас это единый экономический район, включающий миллионы гектар распаханной земли, лесополосы, даже целые рукотворные леса, а также заводы, рудники, университеты. С населением 15 миллионов человек, этот район стал мощнейшей опорой Российской экономике, Акмолинск - носящий теперь название Алексеев, стал центром т.н. Алексеевского экономического района. Переименование города в свою честь - это наименьшее, что заслужил этот человек.
   С его подачи была организованы Физический и Радиотехнический университеты, новый тип начальной школы, европейский голливуд - Одесские кинематографические студии, реформированы Армия и Флот, и многое, очень многое другое. Для обычного человека - даже слишком многое. Но, видимо он был совсем необычным. Последним его делом стал запуск строительства Имперских трактов - автомобильных дорог с твердым покрытием. К несчастью последим.
   Но не один Князь радел о развитии страны, так что Империя расцветала, становилась сильнее, умнее, богаче. По экономическому развитию прочно встала на второе место в мире и уверенно догоняла США. Такими темпами потеснить заносчивых янки должны были в течении ближайших 10-15 лет. Если конечно в эти годы ничего не случится... Промышленные районы России []
   Но даже огромное, сильное дерево, может, тем не менее, зачахнуть от расплодившегося жука или погибнуть в бурю. Бывало уже в истории, когда могучие империи рушились неотвратимо, государства- победители спустя двадцать лет подчинялись побежденным, когда безумная толпа, жаждущая всё больших и больших благ подмывала основы и гибла вместе со своим царством... Ничто не может быть устойчивым в этом мире, нет однозначных рецептов "спасения отечества". Когда всё - и вокруг и изнутри, постоянно меняется, проверяет державу на прочность, когда соседи перенимают твои приёмы и технологии. Когда то, что раньше давало тебе неизмеримое преимущество, теперь обыденность даже для самых неразвитых. Вчера погашенные очаги крамолы, сегодня вновь греют недовольных. Навечно, казалось, усмиренные окраины, опять выгадывают - где посытнее кормят...
   Всё этот изменчивое, бурлящее, противоречивее существо под названием Империя - требовало неусыпной заботы, контроля, и просто титанического труда. Труда миллионов, а лучше вообще большинства населения. Ведь когда большинство наоборот начинает страну растаскивать - жить ей остается недолго. И среди этих цементирующих миллионов всегда есть точки кристаллизации - люди, движимые идеей, люди, собирающие вокруг себя многих, создатели и властители дум.
  
   ***
   Одним из таких опорных узлов, хотя никогда и не думал о себе так высокопарно, был Константин Алексеевич Краев. В данный момент он вполне по простонародному чертыхался, балансируя босиком на хвое с ветками, в камуфляжной куртке, однако без штанов. Кои он и пытался сейчас выжать хоть как-то. Да, что ни говори, болотце попалось славное, провалился почитай по пояс, хорошо хоть сапоги там не оставил. И снасти. Вот снасти он себе бы не простил. Любовно подобранные, доделанные "под себя". Константин не был заядлым рыбаком - времени не хватало, но когда получалось вырваться, он отдавался этому занятию самозабвенно. Вот и сейчас, закончив дела в Новгороде, по пути в столицу завернул на проселочную дорогу, проехал еще километров десять, и, переодевшись, пошел по азимуту. Всё как учили в армии, по компасу, сверяясь каждые 50 шагов, в направлении глухого озерца, найденного им на карте. Озеро было в нехоженой чащобе и сулило интересный улов. И всё бы ничего, если бы не эта болотина. Когда ноги в сапогах начали проваливаться по щиколотку - поворачивать не захотел, из чистого упрямства. Так и пёр буром, уходя всё глубже, почти до пояса дошло, но выбрался, почти выполз на сухое. Вот уже и озеро вдали за стволами заблестело. Об обратной дороге думать не хотелось.
   Вышел на бережок, удивительно сухой и чистый, расстелил штаны на солнышке, сразу закинул удочки, и не торопясь принялся раскладывать костерок, ставить чай. Именно эта неторопливая размеренность рыбалки и нравилась Константину больше всего. Делаешь простые движения автоматически, а сам плывешь неспешно своею мыслью без определенной цели, как рыба в тихой воде, слегка двигая хвостом. Когда-то приходят интересные идеи, иногда с улыбкой оглядываешься назад. Сейчас, например, поплыли воспоминания. А воспоминаний хватало, за последний без малого год чего только не произошло, хватило б и на три. С момента несчастной гибели Князя события понеслись лихим галопом.
   Первыми зашевелились англичане, что, кстати, косвенно указывало на их причастность. Закручивание гаек в Царстве Польском, неизбежное после теракта, использовалось ими для нагнетания ненависти к центральной власти. Уж на таких-то операциях джентльмены с острова не одну собаку съели. Всё как обычно - статьи в газетенках, выступления, провокации. Всё конечно не от своего имени, а от имени "патриотов" и "истинных демократов". В итоге притушенная ситуация снова стала накаляться, брожения усилились. Экономическая депрессия, понятно, отнюдь не способствовала решению вопроса.
   Также английская агентура, похоже, полезла в Среднюю Азию. С теми же, надо полагать намерениями. А вот это было уже совсем нехорошо. После окончания Большой Игры, разграничив сферы влияния, великие державы в основном соблюдали соглашения, как гласные, так и негласные. Теперь, очевидно, наступал новый виток противостояния. А к чему это приведет в конечном итоге, можно было даже не гадать. И так всё уже давно ясно. Но всё же, хоть и уверен в результате, надо вновь запрячь своих аналитиков, привлечь еще дежневских, потом вместе засесть за результаты, потерять несколько тысяч нервных клеток, вывести наиболее вероятные исходы и, сообразно им, продолжать действовать. Продолжать, ибо работа эта ведется уже не первый год, а Князем - не первое десятилетие. И готовиться. Готовиться к самому своему главному экзамену.
   Кроме того, прибавилось и внутренних проблем. Сразу несколько крупных миллионщиков попытались, не светясь конечно, провести в Думе закон об увеличении рабочего дня и отмене гарантий увольняемым рабочим. Ну, так ведь Депрессия же! Можно не сомневаться, что у господ были продуманы и дальнейшие шаги по облегчению своей нелегкой доли и увеличению возможностей. Пришлось срочно объяснять неразумным, почему временная выгода в дальнейшем обернется большими потерями и чем могут закончиться социальные игры. Сам император вмешался, намекнув на события начала века. Тогда некоторые особо умные тоже пытались воспользоваться экономической ситуацией и нагнуть страну удобным для себя образом. Попытка не получилась настолько болезненно, что то поколение капиталистов к этому вопросу уже не возвращалось никогда. Теперь же, одного авторитета Николая хватило, чтоб ретивые утихли сразу, а те, кто за ними стоял - совсем ушли в тень... Но вот надолго ли? Стоит им снова почувствовать слабину, тут же навострятся делить пирог.
   А ведь еще продолжалась Её Величество Депрессия. Не убивающая, но и не дающая вздохнуть полной грудью. Не инфаркт, но зубная тянущая боль. Несмотря на все усилия, перелома ситуации достичь пока не удалось. Рост безработицы, хоть и медленный, продолжался, производство ужималось, а те, кому уже некуда было ужаться - разорялись. Дефляция обесценивала работу крестьян, перепроизводство забивало склады. Худшее было в том, что, выхода из ситуации не видел никто. Лучшие экономические умы бились в дискуссиях, создавали очередные теории, но как всё это перевести на практику, и при этом не угробить окончательно страну? Нет, меры, конечно предпринимались, взять хотя бы то же строительство Имперских Трактов, затеянное еще Князем. Большое число рабочих мест, гигантское потребление материалов - но эффект в масштабе страны толи потерялся, толи не было его совсем. А скорее он еще и не дошел до счетоводов. В общем, как обычно в экономике, ничего не понятно, советов больше чем толку, и только время покажет, что было эффективно. Но тогда уже будет поздно, действовать-то нужно уже сейчас.
   Финансовые меры стабилизации сбили, конечно же, первую волну, но вот дальше что-то мало помогали. Банки продолжали вяло трепыхаться на дне, подумывая лишь о своем спасении, о развитии речь и не шла. К тому же, некоторые из них оказались склонны к авантюрам, только успевай их придерживать. А то не ровен час сами рухнут, и других за собой потащат. Так что здесь еще работы было - непочатый край. Министры и финансисты, конечно, пытались, каждый в своем секторе, что-то сделать, но в разнобой и неуверенно. Теперь требовалось выбрать единственно верное направление, поддержать всеми своими возможностями, и тогда, возможно, раскрутится гигантский маховик имперской экономики.
   Еще в этот безумный год необходимо было перетряхнуть и структурировать все активы, доставшиеся в наследство царевичу Алексею. Сын Николая Второго, Императора Всероссийского, в будущем должен был вступить на престол, но сейчас был лишь частным и весьма молодым лицом. Несмотря на то, что Князь последовательно избавлялся от многих своих предприятий, на данный момент оставалось еще немало заводов, торговых компаний, кораблей, лабораторий, фондов, других организаций. Константин, назначенный высочайшим указом управляющим всей этой необъятной организации, первое время просто похоронился в бумагах. И как только шеф умудрялся управлять этим запутанным клубком экономических и человеческих отношений, да еще в столь преклонном возрасте? А ведь до начала распродажи этот клубочек был раз в семь больше! Что ни говори, Князь был действительно управленец от Бога. Плюс колоссальный опыт. Константин мог лишь надеяться когда-нибудь достичь трети такого уровня. Целый год он выстраивал, встречался, уговаривал, увольнял, давил, договаривался, подписывал, подчинял, мотался по стране, спал на ходу, совершал ошибки, принимал удачные и неудачные решения. И вот теперь можно было сказать, что в "Структуре" (как её называли посвященные) всё более менее устаканилось, и пора было запускать новые проекты и расширять старые.
   Вообще наследство от шефа досталось первосортное. Как раз именно то, что надо для выполнения поставленной задачи. Финансовые средства - гигантские. Царевич Алексей был по факту самым богатым человеком планеты, хотя знали об этом немногие, уж больно хитро всё было распределено и попрятано. Звонкими титулами пусть балуются Рокфеллеры и прочие, а в нашем деле признаться в этом - это только нажить себе еще несколько непримиримых конкурентов, в том числе среди других держав. А зачем? Совершенно не зачем! Но, кроме того, финансами и активами требовалось максимально эффективно распоряжаться. А значит нужны кадры. Вот тут-то и был зарыт самый главный клад Князя. Десятки тысяч высокопрофессиональных сотрудников - те же финансисты, управляющие, ученые, инженеры, учителя, офицеры работали в "Структуре", не догадываясь впрочем о названии головной организации. За десятилетия непрерывного выращивания кадров, система отшлифовалась почти до идеальной гладкости. Нужные люди приходили ото всюду - из Университетов, Рабочих Факультетов, Общества Вспомоществования Сиротам, коммерческих компаний. И начинали постепенное продвижение по невидимой даже им лестнице. Отсеивались, проверялись на "вшивость", дообучались, набирались опыта, тренировались, падали и поднимались, всё под заботливым, но справедливым приглядом кадровой службы Князя. Теперь для решения практически любой задачи имелись руки и головы, лучшие в стране и, скорее всего в мире. Кадровый резерв был огромен, и это было самым важным, из того, что перешло под управление Константину. И вместе с уже перечисленным - лабораториями, опытными заводами, фабриками, составлял огромную и эффективную инфраструктуру.
   Но и задачи стояли теперь перед ним... Ух какие задачи! Это было именно то, чего всегда желал Константин - трудная, близкая к невозможной, самая высокая вершина, которую он только в состоянии покорить. А на меньшее размениваться уже неинтересно. Какая радость в том , чтоб забраться на такой близкий и уютный холмик, если мощность твоего духа способна плавить лёд восьмитысячников? И такую невероятную задачу Константин себе поставил. Такую же гигантскую и необъятную как Россия. И даже больше. Это будет интересно.
  
  
  
   Глава 2.
  
  
   "Неизбежность". Именно это слово чаще всего встречалось в отчетах Аналитической Группы. Которые, впрочем, он сам и помогал составлять. Неизбежность. Проси, требуй, взывай, угрожай. Ничего не изменить. Мы все заложники логики событий. Её не сломить, не подкупить. Можно только убить. Убить вместе с носителем.
   Константин Алексеевич мрачно отодвинул листы от себя. Было от чего мрачнеть. Когда-то еще теплилась слабая надежда что вывернутся, переиграют, в конце концов, Господь протянет свою длань и поможет, как это часто бывало в прежни времена. Но нет Князя, и вместе с ним ушла та невероятная удача, что осеняла Империю долгие годы. И теперь путь неизбежности определен...
   "Двое сильнейших всегда вынуждены вступать в конфронтацию. Противоречия слишком велики, игнорирование их так же разрушительно, как и проигрыш в прямом столкновении. Компромисс невозможен, так как противоположная сторона желает "всё или ничего". И не может по своей сути желать иного. Мы должны понимать, что англо-саксонский мир пойдет на всё, даже на риск глобального поражения, но попытаться нас ослабить, раздавить, стереть с карты событий. Они будут действовать уже лишь потому, что будут опасаться того же с нашей стороны."
   Всё верно, противостояние было уже вполне отчетливым. Как в сфере экономики, так уже и в политике и даже в тайных операциях чувствовался рост давления. Хотя чему удивляться - еще Князь говорил о том же. А его прогнозы всегда были точны.
   "- Вот бы мне таких аналитиков как у Шефа" - в который раз с завистью подумал Константин. Но ничего не поделаешь - тайна (даже от него, самого близкого помощника Князя!) этой группы ушла вместе с Алексеем Александровичем. Возможно, потому, что и сами участники этой группы были уже стары - ведь если бы она еще эффективно действовала, то уж Князь точно передал бы её под руку Константина. А если они не стары, может он передал её еще кому-то? Опираясь на свои стратегические выкладки - вполне мог так сделать. Например, для того, чтоб обезопасить её, скрыв в тени. Ведь Константин-то лицо известное, личный советник Императора как-никак, и ниточки от него могут проследить до аналитиков и взять их в оборот. Или для того, чтобы не концентрировать всю информацию в одном человеке, ведь монополия - ослабляет монополиста. Кому же он мог передать группу? Дежневу? Но тот сам выращивал свою, как и Константин, по одному привлекая нужных людей, выращивая в них способности к анализу, к предсказыванию результатов, тренируя. Резкий скачок качества был бы виден сразу, а скрывать его Дежнев бы не стал. Может Рымову? Но и тот здесь себя ни разу не проявил. Вобщем - загадка, каковых было много у покойного Князя.
   Константин вернулся к отчету. Рассмотрел упрощенную схему возможных действий англосаксов. К сожалению и в ней не было сколь-нибудь вероятностно значимых исходов без противостояния. Далее события становились всё менее симпатичными... Холодная дипломатия. Гонка оружия. Вербовка союзников. Раскол планеты на два лагеря. И это еще хорошо, если лагеря, тут как бы вообще одним не остаться, сильная Россия многим глаз колет. Мелкие конфликты. И снова мировая бойня, пока не определится победитель. Неизбежно. Как сказал однажды Князь - нет господа, человечество еще не наигралось в мировые войны. По всему так и выходило.
   Можно было бы конечно еще оттянуть войну лет этак на 20-30, но шеф относительно этого отдельно предупреждал - убойная мощь оружия растет экспоненциально, и кто знает, не превратим ли мы всю планету в пустыню, как это было под Верденом, если дождемся действительно могущественного вооружения? К тому же многие стали прислушиваться к генералу Дуэ, к его просто варварской теории уничтожения городов. Еще немного и у многих стран действительно достанет на это сил. И ума. И к чему придем? Победитель и побежденный будут лежать руинах и медленно умирать. Нет, уж лучше вскрыть нарывающий гнойник сейчас, в ближайшие 10 лет, пока мы может хоть что-то прогнозировать и соответственно готовиться. И готовиться лучше к более менее известному сроку, тогда к нему мы выйдем на пике формы, как спортсмен, который тренируется к определенной дате. Вот для того и нужны аналитики, чтоб максимально точно предсказать момент, когда противостояние перейдет в горячую фазу. Ну, хотя бы с точностью три года на дальности 10 лет и год на дальности 3 года.
   Еще конечно можно было просто сдаться. Отдать одну за другой внешние позиции, отдать экономику, науку и образование. Лечь под победителя. Не воевать и сохранить тем самым сотни тысяч (или миллионы) жизней. Но не принесет ли это страданий и смертей еще больше, чем открытое столкновение? Победители жалеть не будут, возьмут всё что смогут. Разваленная экономика обернется упадком медицины, голодом, ростом криминала. Сейчас, в относительно спокойное время смертность в России составляет 3 млн. человек в год (данные за 1930). А сколько она будет при развале? Четыре миллиона? Пять? Каждый год будут умирать те, кто в иной ситуации был бы жив и здоров. Вот это бойня будет, настоящий конвейер! И так десятилетиями, пока мало-помалу, пользуясь тем, что победители уже и внимания на тебя не обращают, восстанавливать свою силу. И прийти к тому же. Либо ты большой и сильный и не даешь себя трогать, либо маленький и слабый и не нужен никому. Большие и слабые долго не живут - смотрим исторические примеры. Разваливаются с таким треском, что только кровавые ошметки летят.
   А кроме логических аргументов, Константин Алексеевич исповедовал простой принцип - "Русские не сдаются!".
  
   ***
   Как и предчувствовал Константин, доклад государю прошел не гладко. Ну как не гладко? Примерно как корабль сквозь шторм пробивается, без особой надежды выжить. Были и громы и молнии, попытки опрокинуть доказательную базу, хитрые вопросы... Вобщем, не сахар.
   С годами характер Императора немало испортился, он стал раздражителен, недоверчив, упрям невпопад. Убедить его становилось всё сложнее, особенно если дело касалось чего-либо нового, непроверенного. Всё чаще он требовал беспрекословного согласия с собой, всё реже менял свою точку зрения. Худо могло прийтись тому, кто пытался навязать своё, не разглядев, что по лицу государя уже поползли красные пятна раздражения. Уже не один достойный советник попал в опалу за свою прямоту. Константину пока удавалось продвигать свои идеи, во многом благодаря тени Князя, который и рекомендовал настоятельно Императору на пост советника именно его. Николай испытывал необычайный пиетет перед Князем и теперь это сильно выручало.
   Но не в этот раз. Вобщем-то с оценкой обстановки государь был в целом согласен, англичан он не любил давно и сильно, и расклад их будущих действий его не сильно удивил. Но вот со стратегическим планом подготовки, не столь очевидным, он был не согласен просто категорически! План этот, разработанный в общих чертах еще в 20-х, носящий рабочее название "Стратегический Концепт", предполагал просто колоссальные затраты. Такие, что уже одни они могли подорвать силы страны не хуже военного поражения. Или не подорвать, тут уж как получится выкрутиться. А кроме того, такая масштабная подготовка, самим фактом своего существования могла спровоцировать глобальный конфликт. Готовиться мощно - плохо, не готовиться - еще хуже. Готовиться кое-как, паллиативно - ни войны, ни мира не выиграешь. Так что государю предстоял нелегкий и неоднозначный выбор, от того он и ярился. Ну а что делать, когда им, царям, было легко?
   В тот вечер так ни к чему и не пришли, но, по крайней мере, Николай не зарубил план полностью. Его величество постановил собрать малый совет через три дня...
  
   ***
   Малый совет состоял всего из пяти человек - Императора, министра иностранных дел Ярвинена, министра финансов Крылатова, конечно же, главнокомандующего Мариненко и личного советника Вязникова. Старые матерые волки. Умные, въедливые, не прощающие ошибок. Константину предстояло выдержать нелегкую битву.
   "Так, посмотрим, кто с нами, а кто против нас..."
   Мариненко - работал с Брусиловым, очень долго, еще с войны. Фанат авиации. Ситуацию понимает чётко. Перспективными исследованиями и военной промышленностью у него занимается дружище Дежнев, так что тут всё надежно.
   Крылатов - стар, консервативен. Берет пример с Витте. Вот только времена уже изменились... Ну, тут тоже всё понятно, будет биться до последнего рубля. И аргументы его сильны - кризис, деньги нужно беречь, и вообще, военным только бы игрушек побольше, да помощнее.
   Вязников - еще старее и консервативнее. Участник войны, уверен в абсолютном превосходстве России. "Пусть только сунутся" - это и точка зрения и план действий. Заставить его мыслить по-новому даже пытаться не будем. Если не будет сильно мешать, и то ладно.
   Ярвинен - относительно молод, восприимчив. Закрыт, невозмутим, сам себе на уме. Ситуацию понимает, но насколько хорошо и как будет действовать - совершенно непредсказуемо.
   -Вы хоть понимаете, молодой человек, что Ваш план просто погубит страну? Депрессия и так душит, а эти расходы просто похоронят её окончательно! - Крылатов бушевал.
   "Без имени-отчества, оскорбляет. Неужели так недооценивает меня, что надеется столь нехитрым образом лишить меня равновесия? Или просто атакует всем подряд?"
   - Похоронят и плитой сверху прижмут! Или втравят нас в войну, которую Вы гипотетически (!) пока предполагаете, и избежать которой на самом деле дешевле, чем Ваши прожекты!
   - Михаил Иванович, мы все прекрасно знаем, как Вы великолепно держите финансы нашего государства. - Взял слово Мариненко. - Благодаря Вам даже в это, столь трудное время, бюджет остается профицитным. Однако стоит заметить, что доброе состояние казны еще никогда не служило само по себе защитой от вторжения извне. Единственный гарант мира - это армия и флот...
   - Никто не сможет помешать нашим войскам выполнить любую поставленную задачу, мой государь. - "Это, естественно, Вязников, льет свою воду... Ну-ну. Теперь я скажу"
   - Как Петр Ильич хорошо помнит, чтобы стать такой непобедимой, наша армия, несколько лет в поте лица готовилась к той войне. Под руководством Великого Князя Алексея. Несмотря на то, что мы только что победили Японию. Мне кажется логичным, повторить тот путь, только в еще более расширенном варианте. Количество будущих противников неизвестно, и, возможно, нам потребуется чрезвычайные усилия для победы.
   - Вот! Насчет противников! - Вязников не унимался. - Кто нам противник? Англия? Всегда предпочитали воевать чужими руками. Франция слишком слаба на роль этих рук. Америка? Не такие они дураки, чтобы воевать через океан против нашей армии. Да и силен у них изоляционизм, не любят они в Европу лезть. Может Вы еще назовете такие "опасные" страны как Италия? - Петр Ильич с усмешкой откинулся на кресле.
   - Изоляционизм лечится за три года правильной рекламной компанией. Мы знаем как это происходит в "истинных демократиях". Да, по отдельности они слабы. Но если все вместе? Усиление России не нравится никому. Скажите мне - тут Константин обратился к Ярвинену - что Вам известно об финансировании Социалистической Партии Франции в последнее время?
   - По нашим данным, оно резко усилилось. Однако это могут быть не только английские деньги, но и итальянские. Как известно, их Коммунистическая партия становится всё более радикальной и Грамши всё чаше говорит об "экспорте" революции. То есть это могут быть просто их собственные идеологические устремления.
   - Или не быть. Новая каша в Европе уже заваривается и всегда найдется желающий постоять у котла. Как бы не получилось, как в прошлый раз с Балканами - генерал как всегда находил самое уязвимое место.
   - Они могут "поджечь" Францию? - впервые за последние пятнадцать минут взял слово государь.
   - Вполне, Ваше Величество - Ярвинен, однако, четко ловит ветер.
   Николай снова замолчал, слушая спор своих подчиненных. Он-то прекрасно понимал, что за решение ему предстоит принять. И что оно будет самым тяжелым в его жизни. Жаль, что он уже не так молод, как перед той войной. Тогда всё было проще...
   Еще после часа бесплодных прений, он объявил:
   - Итак, господа, я выслушал Ваши мнения. Через неделю я вынесу своё решение. Совет окончен.
   "А Ярвинен-то каков,а? Игрок!" - думал Константин, когда все расходились -"Похоже, что уже черезчур увлекся. Больше играет, чем работает. Нехорошо..."
  
   ***
   Через неделю снова был собран малый совет.
   Рассаживаясь, все переглядывались, пытались угадать, но лицо Императора было непроницаемым. Повисло напряжение.
   - Господа, все Вы понимаете, какая судьбоносная развилка стоит перед нами. Неверный выбор может ввергнуть нашу Родину в неисчислимые страдания. И именно я должен его сделать. Оценив все риски, полагаясь на свой и ваш опыт - я принял решение... -он на мгновение замер, как будто последний раз прокручивал в голове все аргументы -Итак, будем готовимся к худшему.
   Выдох прокатился по кабинету. Теперь всё. Неизбежность уже коснулась своим краешком всех присутствующих. Скоро она опустится на весь мир. И дай Бог вынырнуть из неё победителем.
  
   ***
   Несмотря на то, что Российская Империя управлялась демократически избранным премьер-министром, власть его была далеко не безгранична. Существовала Конституция, парламент, и самое главное - Император. Не являясь непосредственно главой государства, Его Величество, тем не менее, обладал значительными ресурсами для направления общего курса. В России 1931 года установилось некое равновесие - в ведении премьер-министров была стратегия на один-два их срока, может немного дольше, а в руках Императора - десятилетия. И это было логично, ведь Император не может получить в управление страну на время, или каким-то кусочком. Только лишь всю и навсегда. И надо отвечать, если что. Даже если что произойдет спустя двадцать лет после решения. И если не ему, то его детям придется платить по ЕГО счетам. А что спросить с премьера, который уже давно на пенсии?
   Конечно, такой расклад не очень нравился некоторым, однако и огромный моральный авторитет Николая и целая система связей работали на удержание этой схемы. К тому же, пока она себя показывала неплохо - успехи страны тому свидетельство.
   Вот и нынешний премьер-министр, Сергей Банязин, явственно ощущал над собой эту силу. Хоть и не довелось еще столкнуться с ней в противостоянии, т.к. его решения, по -видимому, совпадали с видением Императора, однако - неприятно. Что там будет в дальнейшем? Продолжится ли это благолепие?
   Сергей Иванович вертел перед собой письмо Его Императорского Величества. Мол восхищен банязинской "Новой Программой", желает лично встретится и предложить также свои идеи и дополнения. А дополнения ведь всякие бывают, можно так дополнить, что от первоначального останутся рожки да ножки.
   "Новая Программа" создавалась как ответ непрекращающейся экономической депрессии. Обычные методы что-то не очень помогали, надежных идей на горизонте не просматривалось, потому была собрана специальная комиссия, куда вошли видные ученые, экономисты, предприниматели, даже учителя. И вот, спустя год, после споров, ругани, бессонных ночей, инфарктов, что-то приемлемое и внятное наконец вырисовалось. Была разработано более-менее правдоподобная теория и согласно ей, план мероприятий. Опубликованная в газетах теория - для обкатки и поиска "ляпов", она то и привлекла внимание Императора.
   Интересно, что именно он усмотрел в ней такого далеко-идущего, что решил лично вмешаться? План, например вообще был всего лишь пятилетний, да и тот в самых общих чертах. Что ж, встретимся - увидим.
  
   ***
   "Хорошо, хорошо, это очееень хорошооо", напевал про себя Константин. Настроение было отличное и есть от чего! Тот памятный малый совет закончился принятием верного решения. И более того, императорские советники, те что были первоначально против его плана, хоть и скрипя зубами, но всё же принялись обсуждать детали и выразили готовность приводить его в жизнь. Обошлось без демаршей, отставок и прочих сложностей. Конечно, преданными сторонниками они уже никогда не станут, но и мешать хотя бы будут не сильно.
   А кроме того, совещание с премьер-министром, прошло как нельзя отлично. Кроме Его Величества и Константина, присутствовал и царевич Алексей.
   Стратегический Концепт, составленный группой Константина и описывающий основные действия государства на ближайшие 15 лет, действительно идеологически совпадал с планом премьер-министра по восстановлению экономики. Так же как и там, предполагались гигантские вложения в инфраструктуру, заводы, добывающий сектор. Ну а конкретные направления этих вложений - это детали, которые вполне обсуждаемы. Не будет же премьер против Ангарского каскада? Не пойдет же в конфронтацию из-за расширения уральских заводов? Поддержка Императора стоит очень многого, надо быть круглым дураком, чтобы из-за таких нюансов погубить и свой план и свою карьеру. Банязин дураком не был. А кроме того, его настолько восхитил Стратегический Концепт, сами методы и глубина проработки, что стало понятно - этот человек наш. Полностью.
   ***
  
  
  
  
  
  
   Глава 3.
  
   Здесь, на прогретом солнцем пригорке одуряющее пахло смолой. Легкие просто распирало от свежего воздуха, необъятной шири, от жизненной силы. Хотелось бежать, лететь, плыть - всё одновременно!
   "Какой простор, какой простор! Вот так бы и стоять всю жизнь и смотреть, впитывать, и не в силах впитать всё, кричать от восторга!"
   Под ногами безмятежно расстилалось Байкальское море. С высоты было видно, как налетающий ветер, то там, то здесь рябил поверхность лоскутами. Бесконечная водная даль терялась в полуденном мареве. А за спиной расстилалось темно-зеленое море, лохматое от сопок. Он стоял на границе двух вселенных, был частью обоих. Причем очень необходимой частью, ведь кто-то должен любоваться ими и растворяться в них. Мирозданию нужен Наблюдатель. Здесь, в северном прибайкалье, он был один на десятки километров и выполнял эту роль.
   Именно поэтому он и ушел в картографическую службу, именно поэтому мотался по глухим территориям страны. Матушка до сих пор сокрушается и вздыхает о непутевом своем сыне. Да, конечно из семьи инженеров стать простым картографом, это считай понижение. Ни кола, ни двора. Перекати-поле. А что поделаешь - душе не прикажешь. Рвется она на простор, как парус наполненный свежим ветром. Вот и носит его этим ветром по чащобам да степям. А то что дома своего нет - так то пустое, палатку можно поставить под любой сосной. Только иногда, набежавшая о женитьбе мысль, хмурила лоб. С этим вот сложнее, да. И жениться вроде пора, но не будешь ведь жену по тайге таскать? Да и где её найти, коль большую часть года в экспедициях? Вобщем, этот вопрос оставался темным, непонятным, и он каждый раз с облегчением откладывал его на потом.
   Спускаясь к своему лагерю, он вообще не думал о сложностях, а просто наслаждался миром и покоем.
   Когда уже до костра оставалось метров тридцать, он понял что не один. У костра, чуть сгорбившись, сидела человеческая фигура.
   "Вот тебе и одиночество на десятки километров... Прямо проходной двор какой-то..."
   Молча прошел, сел к костру, поправил котелок на огне и только тогда взглянул в лицо пришельца...
   - Жамса! Ты ли это?! Каким ветром?? Вот это номер!! - радостно хлопнув в ладоши, полез обниматься - Дружище, как же я рад тебя видеть!!
   -Здравствуй Игорь Васильевич, здравствуй!
   После сели спокойно у костра и потекла мирная беседа старых друзей. Жамса был охотником, промышлял разного зверя и всю жизнь провел в тайге.
   - Послушай, дружище, ты ведь был под Нерчинском, как ты здесь оказался??
   - Пришел, однако... - Жамса довольно улыбается, он тоже рад встрече. Морщинки разбегаются ото рта, глаз, кажется, что они тоже смеются, каждая.
   - Пришел он, вы только посмотрите, да тут же две тыщи верст будет! Зачем же?
   - Людей много стало, зверь с Шилки совсем ушел, однако.
   - А чего ж так далеко, иль везде теперь люди?
   - Нет, людей мало, зверя много. Море хотел смотреть.
   - Байкал?
   - Да. Жамса*, а моря не видел. Интересно, однако.
   - Ну и как тебе?
   - Большое! Как тайга! Красивое! Здесь теперь буду - людей мало, зверя много, хорошо!
   Игорь не улыбнулся.
   - Боюсь, друг мой, это ненадолго. Я ведь картограф. А если озаботились точными картами местности, значит что-то затевают, значит строить будут, дороги класть, лес валить...
   Жамса поскучнел. Поворошил угли, вздохнул. Достав нож, стал строгать ветку. Это означало, что крепко и надолго задумался.
   Не перебивая мысли друга, Игорь дождался пока вскипит чай, разлил его по кружкам. Молча, не торопясь, попили.
   - Хороший у тебя котелок, Игорь. Легкий-легкий.
   - Да, это металл такой, алюминий, из него сейчас чего только не делают.
   - И я легкий. Дальше пойду. Тайга большая - неожиданно заключил охотник.
   - Да, Жамса, большая! На наш век хватит! - рассмеялся Игорь. - побродим еще вволю!
  
   *Жамса - море, океан (бурят.)
  
   ***
   Красота бывает разной. Красивы женщины, пейзажи, звёздное небо. Красив бывает автомобиль, клинок или дворец. Можно счесть таковыми удачную рифму, ход в шахматной партии, финт фехтовальщика.
   Сейчас перед Константином расстилалась особая красота, красота замысла. Словно тонкая паутинка вьется между силовыми узлами и точками входа, шелковыми нитями соединяет людей, ручейками обозначает финансовые и человеческие потоки. Пульсируют маленькие звезды заводов и электростанций. Кругами по ткани страны расходятся идеи. По магнитным линиям иерархий расходятся приказы и законы. Но так же и стоят черные стены сопротивления. Воронки, засасывающие ручейки. И темные кляксы чужой недоброй воли. И там, и здесь, и вон там целое озерцо... Но всё равно красиво. Очень.
   Объединенный с Банязинским и доработанный Стратегический Концепт (официальная, несекретная его часть так и осталась под названием Новая Программа) включал себя всё. Ну просто решительно всё! И надолго. Начало его лежало естественно в экономике.
   Еще в 1923 господин Кондратьев вывел свою теорию "длинных волн". Вкратце, из неё следовало, что любая экономика подвержена длительным циклам роста и падения производства. Причем по мере включения стран в мировую экономику, тенденция становится всепланетной. Каждая следующая фаза становится всё жестче - за бурным ростом с перекосами и перегревом идет суровая разрушающая посадка. Таким образом, без вмешательства государства, экономика способна сама себя вогнать в резонанс со всеми вытекающими последствиями. Весьма печальными. Вобщем-то, ныне достаточно было выглянуть в окно, чтобы увидеть эти последствия. Для сглаживания этих волн Кондратьев рекомендовал обширные инфраструктурные инвестиции на спаде и притормаживание разогрева на пике. Эта методика получила название Экономика устойчивого развития.
   Во первых, начиная с нового, 1932 года будут введены 5, 10 и 20 летние планы развития. Конечно, государство не может диктовать собственникам предприятий, что именно производить, да это было бы и глупо. Однако задавать направления, обозначать будущие потребности - вполне. Например правительство объявит, что в течении следующих 10 лет планирует построить столько-то километров автодорог, там-то и там-то. И все заинтересованные лица могут начать строить соответствующие заводы. А государство им в этом поможет - землей, специалистами, технологиями. Заодно порекомендует оптимальное количество этих заводов, чтобы конкуренция была б не слишком разорительной.
   Или, например, государство объявит, что через пять лет понадобится особенно большое количество химиков-технологов, а значит институтам рекомендуется увеличить набор на эти специальности и уменьшить на не рекомендованные.
   Двадцатилетние циклы нужны для разработки технологий. Если государство намеренно как минимум двадцать лет вкладываться в развитие, например, ракетных технологий, значит под это можно гораздо смелее открывать лаборатории, готовить кадры - оно окупится.
   Далее, по плану, предполагалось, что в негативной фазе государство будет массивно вкладываться в инфраструктурные проекты - путепроводы, электростанции и сети, градостроительство, порты. Для оживления рынка. Расшивка узких инфраструктурных мест, к тому же, очень пригодится во время фазы подъема. А чтобы экономика опять не перегрелась, правительство будет на фазе подъема наоборот придерживать рынок - процентными ставками, налогами, стимулированием накопления капитала бизнесом и частниками. Таким образом, должен получится хороший, но не сверхбольшой рост, зато стабильный на десятилетия, в среднем в районе 6% в год. Концепция устойчивого экономического развития приводила к спокойному, взвешенному, тщательно продуманному движению вперед. Куда лучше и эффективнее, чем судорожные рывки вперед-назад.
   А что касается борьбы с непосредственно сейчас текущей депрессией - то, как известно - любой кризис это время возможностей. Сложность только в том, чтобы суметь ими воспользоваться.
   В первую очередь было задумано вкладываться в сфере ... человеческого капитала. Именно это является самым ценным, самым выгодным, самым перспективным вложением усилий. Великая депрессия выкинула на улицы миллионы людей. Миллионы рук и голов были свободны и готовы к новому- будь то хоть криминал, хоть модные политические тенденции, хоть освоение новых профессий и навыков. Тяжелая ситуация и срочная необходимость зарабатывать подталкивала людей скорее к быстрым и незаконным методам, чем к чему-то полезному, но в дальней перспективе. Для направления в нужное русло этой гигантской энергии, будут созданы учебно-трудовые отряды. Четыре часа учебы, четыре работы. Оплата невелика, причем половина продуктами питания, но на жизнь хватит. Учить будут в зависимости от специализации отряда - повышение квалификации в своей профессии, изучение новой, общеобразовательные. Будут также дисциплины по организации своего дела. Конечно, не обойдется без политинформации, надо же объяснять людям откуда берутся кризисы, кто в этом виноват, а кто нет и вообще ситуацию в мире. Некоторые отряды будут заниматься подготовкой военно-технических кадров - этот запас никак не помешает, а дообучить их за несколько недель мобилизации будет куда проще.
   Заниматься распределением людей, направлением их в нужные отряды, подготовкой программ будет вновь созданное Бюро Трудоустройства. Организация получалась разносторонняя. Помимо прочего, она займется научной разработкой эффективности труда. Как раз и кандидат есть на руководителя этого отдела, который разрабатывает эту тему давно и тщательно - Гастев Алексей Капитонович. Основной его постулат заключался в том, что любой человек, при тех же навыках и умениях, сможет работать вдвое-втрое эффективнее и жить более полной, насыщенной жизнью, если только грамотно распределит своё время. И это еще без отработки навыков! Согласитесь, очень важная наука для развития человеческого капитала. Да еще и новомодные тейлоризм и фордизм требовали всестороннего изучения и развития...
   ... Кружева паутины плелись всё дальше и дальше, захватывая всё новые сферы, отрасли, группы людей. Всё дальше уходили в будущее нити замыслов, создавая там новые горизонты.
   ***
  
   В соседней комнате кричали дети. Громко, не переставая, как воробьи, только противно. Будь отношения с соседями у Ивана Рубцова получше, может это было бы не так раздражающе. Да и сходить, приструнить, как вариант. Но попробуй, сунься - мадам Гриднева, она же Гидра - сразу включит ультразвуковой аппарат, который неведомо кем встроен в её ротовое отверстие. Децибел этак на 100. Совершенно невозможная баба. Лучше не связываться. Это как с зубной болью - поболит-поболит, глядишь и перестанет. Во - уже кажется стихают... Слава Богу.
   Тонкие стены в общей квартире - всё, что может позволить себе студент из небогатой семьи, которая к тому же живет через полстраны отсюда - под Иркутском. Но это временно. Четвертый курс Радио-Физического Университета закончен, остался еще один, а работа его уже ждет. Даже не смотря на массовую безработицу, специалисты в его сфере ценились на вес золота. Еще бы - Телевидение! Бурно развивающаяся отрасль, вот уже несколько лет как пожар распространяется по города и весям. Да и не зря он вот уже два года отирается вокруг ремцеха Магнитогорской Телестанции, почти бесплатно помогая тамошним мастеровым. И опыта уже поднабрался и зарекомендовал себя. Вон Платон Федорович уже прямо так сказал - ждем, мол, после окончания, и зарплатой не обидим.
   О! Наконец-то, вроде на улицу собрались, отлично! Тишина как минимум до вечера. Что может быть для мальчишек лучше, чем бегать по весенним улицам? Вот и пусть бегают. А мы пока газетку почитаем-с. Прелюбопытная, однако, статья! Про "Новую Программу" Банязина.
   Ну, Кондратьева мы и сами читали, действительно интересно и со многим согласен. А вот какие выводы делает господин Банязин?? Нет, допустим, покупать за госсчет продукцию у крестьян, строить элеваторы и холодильники, чтобы затем потихоньку распродать - это да, польза явная. Цены нужно сбалансировать, так же как и спрос с предложением. Но зачем сейчас строить, например, тракты? Безумные деньги, ресурсы и для кого? Автомобилей-то и сейчас не хватает их загрузить, а со спадом экономики и подавно! Когда эти дороги окупятся? Лет через 20-ть? Даже не смешно. Или вот это: "Преобразование городов". Нет, конечно, асфальтовые и бетонные тротуары Ивану нравились и самому. И проложить их не только на центральных улицах, как сейчас, а вообще везде - идея хорошая. А также перестройка набережных и парков. Но во сколько это обойдется?? Они ж просто похоронят страну расходами. Да еще и массовая перестройка деревянных и "пришедших в негодное состояние зданий". Это вообще за гранью...
   Да, какие-то слишком далеко идущие выводы они сделали из кондратьевских длинных волн. И друзья из экономического кружка также считают. Чем закапывать в землю - денежки следовало бы поберечь, до еще более сложных времён например.
   Ладно, деньги государства (наши налоги между прочим!) оставим пока ему, а сейчас нас свой собственный бюджет интересует. Ибо, как его пополнить, кажется, появилась идея. В одной из заметок газеты было объявление - "приглашаются студенты старших курсов для вольного поиска талантливых детей из провинциальных районов". Суть простая - едешь в какую-либо деревню, находишь ребят посообразительнее, из тех, кто школу закончил, готовишь их и отправляешь в приемную комиссию. Если там сочтут, что парень просто толковый и он сдает экзамен, то получаешь премию - 20 рублей. А ежели не просто, а очень умен - то вообще сто! Этак поднасобрать человек десять, пусть из них шибко умный только один будет (а то и два!), погонять их пару месяцев и, глядишь, рубликов триста получишь. А для студента это ого-го!! Весь год конечно не протянешь, но большую его часть, да плюс подработка... К тому же, Иван уже знал, где тот "провинциальный район", откуда ему взять учеников. Дело в том, что отец прислал денег на дорогу и твердо потребовал исполнения сыновнего долга, хотя бы в части навещения родителей. Иван бы и сам давно уже съездил, но вот деньги... Но теперь всё складывалось как нельзя лучше и кстати. Повидать родителей, помочь по хозяйству, встретить друзей. Посидеть с удочкой на своем старом месте у тихой речки... И где взять способных учеников тоже известно - за шанс вырваться из родной, но такой глухой Кедровки, любой парень ухватится обоими руками. Те же братья Митрохины - куда уж головастее и сообразительнее. С них и начнем. Главное, чтоб уже не успели сообразить и не обосновались в Иркутске...
  
  
  
  
   ***
   Первый вопрос, который необходимо было решить, был банален - деньги. На Новую Программу их требовалось просто гигантское количество, просто невероятное. Ведь кроме инфраструктурных, научных и образовательных программ планировалось еще многое. И самое главное - сельское хозяйство.
   Зерновые (а также мясные, шерстяные, кожевенные и другие) интервенции государства конечно должны были помочь крестьянам переживать острые фазы, но стратегически вопрос не решали.
   Центральные районы по прежнему задыхались от нехватки земли. Несмотря на значительное облегчение положения крестьян в результате отмены выкупных платежей, преобразований Овсинского-Миклашевского, ряда других реформ, ситуация оставалась крайне сложной. Хотя, благодаря развитию железных дорог, системы хранения и распределения зерна, настоящего голода не случалось уже давно, неурожаи всё-таки сильно подкашивали экономическую устойчивость хозяйств, после чего они должны были восстанавливаться долгие годы. А если в эти годы случался новый недород, то разорение грозило многим и многим тысячам крестьян. К тому же, сильно выросшее сначала века население деревень (в том числе благодаря программе семьЯ), обрабатывало ту же землю что и их деды. Интенсификация сельского хозяйства не могла полностью компенсировать этот рост, отток в города, хоть и увеличивающийся всё время, тоже. Так что, если на южно-уральском черноземье крепыши* на обширных наделах чувствовали себя неплохо, то в центральных районах деревня беднела (на душу населения) год от года. Медленно, но стабильно. И с эти надо было что-то делать. Требовалось увеличить сильно замедлившийся поток переселенцев. Годы депрессии опустошили кубышки крестьян и теперь, без этого резерва, им втройне было страшнее срываться в неведомые края. Золотые времена переселения в "Княжью вотчину", когда большая ссуда позволяла сразу крепко встать на ноги, давно миновали. Конечно, и теперь выдавались немалые подъемные, льготы, оказывалась помощь специалистами, но всё же объемы их сильно недотягивали. Ко всему прочему усилились межэтнические противоречия - в Маньчжурии филиппинцы столкнулись с бурами на религиозной почве, в Туркестане азиаты бодались друг с другом и, вместе, против русских. На обширном армянском нагорье подрывали обстановку курды. Освободившись от сурового контроля Стамбула и поднакопив силы, они стали конфликтовать с армянами и русскими. Всё это не могло не сказаться на желании подданных покидать насиженные места.
   Требовалось также создавать целые отрасли экономики, чтобы с толком использовать последствия демографического взрыва. Всё что угодно, лишь бы люди были заняты и их продукция находила спрос.
   А это деньги. Огромные. Даже такое мощное и богатое государство как Россия образца 1932 года не могло просто вот так взять и выделить их. Придется брать понемногу из всех источников, куда получится дотянуться. Да и то не факт что хватит их. Всё-таки риск экономического обрушения под грузом больших трат был, Константин это понимал. Если они не справятся, если не смогут удержаться на узкой тропинке между двумя обрывами, страну ждет крах. И тогда уж точно на неё кинутся все. И большие и малые и союзники и враги. Каждый захочет ущипнуть кусочек этого жирного пирога. Ничего не меняется в этом мире и все ищут свою выгоду. Так что игра предстояла опаснейшая, но и не делать ничего было смерти подобно.
   Вначале конечно придется уйти от профицитного бюджета в приличный минус. Не настолько большой чтобы это стало угрожающим, но инфляция всё же будет. От золотого стандарта отказались уже давно, так что, если удержимся в пределах 5 процентов - уже хлеб. Кстати золотые запасы также придется поуменьшить. Приватизировать некоторые казенные заводы. Оружейные запасы тоже можно пораспродать, всё равно большую часть его надо будет заменить на новейшее перед войной. Сократить частично армию и флот, как это было перед Новой Отечественной Войной.
   ОбщеЕвропейский банк, в котором самая большая доля была у России даст кредиты и будет вкладываться в первую очередь в наши проекты. Но недолго, года три, от силы пять, пока получится отбиваться от логичных вопросов - "А почему это ОБЩЕ-европейский банк работает в основном с одной страной?" Потом придется распределять обратно. Еще можно осторожно позанимать у других - Германии, Франции. Благо госдолг был близок к нулю и в этом был резерв. Частные конторы могут позанимать тоже.
   Но всё это мало, мало. Для надежности, страховки нужно еще. Ищи Костя, ищи! Не даром ты лучший управленец из окружения Князя, не зря он тебе благоволил. Так что не подведи, пусть там, на небесах, он не нахмурится разочарованно.
   Когда-то именно Князь, а точнее его "Общество вспомоществованию сиротам", выдернул его из глубокой беспросветной нищеты, обучил, дал работу. А когда Константин показал успехи, то помогал лично, назначал на самые сложные и интересные участки, делился опытом. Практически он стал его отцом. А Константин ему сыном и приемником. И вот подвести Князя - значит совершить почти предательство.
   Так что - ищи!
  
  
  
   ***
   Война - путь обмана. За две с половиной тысячи лет это утверждение не устарело. Как и то, что подготовка к войне - путь обмана еще большего. Если ты силен, притворись слабым. Если у тебя есть меч - спрячь его до времени. И не в ножны, ибо их тоже видно, а под циновку. А циновку урони, будто невзначай в нужном месте. Да не просто урони, а будто спешил на пожар. Который устроили воры, от которых забор дырявый не помог. Прячь свои ходы за напластованиями ложных мотивов и финтов. Пусть у противника будет минимум три правдивых объяснения твоих действий, а истинное - неправдоподобным четвертым.
   Строительство спецлабораторий, тайных полигонов, особых заводов и всего прочего, что так необходимо в длительной подготовке к войне - нужно маскировать. Но маскировка в том месте, где её отродясь не было - само по себе привлекает любопытных...
   7 ноября 1933 года Никола Тесла, миллиардщик, промышленник и ученый, был сбит автомобилем и скончался, не приходя в сознание. Официальное расследование заключило, что это было случайное дорожное происшествие, однако виновника найти не смогли. Впрочем, неофициальные, более тщательные, проведенные тремя независимыми структурами, в том числе службой внешней разведки, пришли к тому же. Даже нашли невольного убийцу, который осознав содеянное, рванул через полстраны, и почти успешно прятался целый месяц. Огласке факт поимки предавать не стали, но допросили очень тщательно, вплоть до гипноза. Убедившись, что действительно имел место несчастный случай, бедолагу закатали в самый глухой угол карты, для его же блага, а создавшуюся ситуацию решили использовать.
   Конечно, сразу после смерти Теслы сами собой поползли слухи, что это не просто так, за этим стояли какие-то силы. Ведь не может же великий человек просто так, как обычный извозчик, сгинуть ни за грош. К тому же всего полтора года назад убили Великого Князя Алексея. Что-то это обязательно должно значить. Оставалось только эти слухи поддержать и направить в нужное русло.
   Сначала направили так, что мол, Теслой было сделано некое чудо открытие, которое обязательно бы осчастливило простой народ. А Князь был готов вложиться в него своими капиталами. Но некие темные силы секрет выкрали, убедились, что он им принесет сплошное разорение и убили носителей секрета. В подтверждении этой версии также случился пожар в личной лаборатории Теслы, уже не случайный, конечно. И вполне теперь понятно, почему все крупные исследовательские и промышленные компании вдруг резко усилили свои особые отделы и ввели просто драконовские методы защиты от утечек.
   Но серьезные джентльмены ведь не верят слухам, правда? Поэтому, небольшими струйками была пущена информация, что гибель великого ученого и промышленника была вызвана борьбой синдикатов. Тихой, молчаливой, но яростной и беспощадной. Обычное дело для монополий. И усиление контрразведки на предприятиях тому подтверждение. К тому же, в следующем году, будет объявлено о демонополизации крупного бизнеса, что косвенно подтвердит версию о борьбе синдикатов, которая уже начала мешать правительству.
   Затем, этак через годик, совсем уж тоненькая струйка информации донесет любопытным о создании спецлаборатории "Наследие Теслы". В которой реально будет исследоваться нечто ну очень секретное. Взять реально нужную задачу, не требующее больших потоков людей и материалов, направить туда головастых ребят, чье исчезновение не пройдет незамеченным, но по их предыдущим работам нельзя будет отследить направление. Огородить тридцатью заборами - пусть любопытные ходят вокруг и облизываются. И думают - что же там этот Тесла изобрел, черт возьми!
   А в завершении пройдет национальная компания тестирования чиновников на недавно изобретенных детекторах лжи. И тогда "природная" подозрительность русских вообще не будет вызывать удивления.
   Ну и кто после этого сможет смело и уверенно утверждать, что усилившийся контрразведывательный режим есть следствие начала подготовки к войне?
  
   ***
   Лед. Сплошной мороженый лед. Кажется, что он идет прямо до центра планеты. Холодный. Вечный.
   Стылое серое небо. Туманы.
   И только жизнь, упорная, настырная, может разрушить это ледяное однообразие. Зацепиться тонкой корочкой на поверхности, отвоевать, отобрать, выгрызть корнями несколько сантиметров почвы. Закрепиться. И терпеливо ждать Весны.
   Весна в тундре - это взрыв. Только сошел снег, только прогрелась земля - миллионы цветов покрывают бескрайние пространства. Горят разноцветным жаром, радуются солнцу, спешат жить. Солнце почти не сходит с горизонта, откуда-то появляются миллионы птиц. Безумие акварели, праздник жизни, жадный глоток воздуха после долгой зимы - вот что такое весна в тундре.
   Нигде так не видна борьба с энтропией, как здесь. Космический холод пытается привести всё к мертвому знаменателю. А жизнь, собирая по крохам нищие ресурсы, упорядочивает их в клетки, в стебельки, цветы.
   И вот в это тысячелетнее равновесие вторгается человек. С шумом, смехом, лязгом гусениц и вонью соляры, он несет тепло в себе и с собой. Он не зависит от лета и зимы. Его способность создавать новое неизмеримо выше, чем у природы. Но и способность разрушать тоже. Он может вернуть тундре процветание плейстоценовых равнин, а может убить её. Он бог тундры, и она ждет его.
  
   ***
   Федор Тимофеевич задумчиво рассматривал однообразный пейзаж, расстилающийся перед ним. Низкое предзакатное солнце (а в это время года оно всегда такое) холодно освещало снежную пустыню. Тундра спала...
   И что он тут вообще делает? Глушь, снег, почти безлюдные пространства.
   После того памятного дня, когда убили Великого князя Алексея, что-то, в глубине самого его существа как надломилось. Привычная жизнь стала какой-то не такой. Нет, не хуже, а именно странной и непонятной . Своё место в мире уже не казалось таким понятным и прочным, на зависть многих. Старые мечты уже не грели. Одно время он даже подумал, что это старость, но в 30 лет это всё-таки неактуально. Там где было всё чётко и ясно - теперь серела пустота. Тщетно он пытался целый год заливать её книгами, встречами, попойками и женщинами. Пустота, как бездонная, глотала всё и требовала лишь еще больше. Федор Тимофеевич вовремя понял, что надо бежать, просто для начала бежать, чтоб не спиться, не утонуть в этом сером мареве, не раствориться в пустоте. В Санкт-Петербурге не найти было потерянного.
   Восемь месяцев назад прошел клич - А готов ли ты к Северу? Вполне грамотно, уж Федор-то хорошо знал все словесные уловки, в газетах сначала расписали неисчислимые богатства Северов, их необходимость для процветания страны и народа. А потом посетовали, мол, как тяжелы там условия и только самым сильным людям они по плечу. И кто их преодолеет, тот уж точно станет таковым. И будет потом что вспомнить. И чем гордиться.
   А потом всё чаще стали открываться компании с пропиской в ледяных широтах. Железнодорожные. Угольные. Рудные. Открывалось множество вакансий. Большинство конечно требовали инженеров, проходчиков и прочий рабочий люд. Но были и другие. Кафедра приполярного сельского хозяйства. Североморский гидрографический институт. Опытная полярная биологическая лаборатория. Вот в последнюю-то и рискнул податься Федор Тимофеевич, благо первое высшее образование позволяло. Бежать, так бежать, и только не туда где тепло и мягко.
   Он смотрел на красное солнце и, несмотря на стужу, в глубине души его теплилась последняя надежда - за этим длинным закатом придет рассвет. Его рассвет.
  
  
   Вторая часть здесь: http://samlib.ru/j/jakowlew_a_n/pga2.shtml

Оценка: 6.52*17  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"