Кьяза: другие произведения.

Любовница

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 7.41*59  Ваша оценка:
  • Аннотация:


    Думаете, буду оправдываться? Нет. От таких предложений не отказываются. Это шанс, это выигрыш в лотерее. Это проклятье и смертный приговор. .
    Предусмотрен BAD-END, и ничего не меняется. Полностью к книге. Жанр Эротика добавлен из-за тематики и нескольких встречающихся слов опрежделенного терминологии, но принятых на СИ описаний подробностей в чистом виде нет. Ничего хорошего и легкого здесь не будет. Я садистки буду издеваться надо всеми героями, без логики, без причин. Этакая сублимация тайных наклонностей


    Большое спасибо автору обложки Lady Fenix.

    Не нарушайте авторские права

  Любовница.
  Пролог.
  Думаете буду оправдываться? Нет. От таких предложений не отказываются. Это шанс, это выигрыш в лотерее. Это проклятье и смертный приговор. В нашем чопорном обществе у императора должна быть любовница, хоть это и противоречит закону и даже более, уголовно наказуемо, вплоть до смертной казни.. Но разве императора это беспокоит? Постельная игрушка должна быть. Это как статусный предмет, словно любовница положена по обеспечению. Знаете, такой документ - права и обязанности императора. Ну так вот. Император вправе и обязан иметь любовницу, Вдобавок к жене и детям. Жена делает вид, что ничего не знает. Император тоже делает вид, что он не в курсе, что жена все знает. Вас презирает общество, вас ненавидит императрица, над вами смеются коллеги-придворные. Вы - изгой, предмет мебели, имеющий разум. С вами смиряются и боятся, потому что пока вы в фаворе, то можете уничтожить любого, если император вами доволен. Пока он доволен. Но вы ему нужны ночью.
  А днем... Прикрывая слабость и прихоть, вы в приказном порядке еще числитесь любовницей премьер-министра. Потому что императрица не оставляет надежды вас поймать с поличным с собственным мужем. А в этом случае путь один - на плаху. Чопорное, высокоморальное лицемерное общество.
  Я являюсь служащей протокольного отдела, в мои обязанности входит... Раньше входило организационное обеспечение рабочих встреч, теперь же я обязана быть всегда готова, для вида продолжая заниматься тем же, но серьезных поручений мне уже не дают, потому что со мной в команде работать особо и не хотят.
  Я вздохнула и поправила волосы. Мода и придворный этикет позволяли свободно распущенные волосы, закрепленные лентой или шляпкой, однако я предпочитала строгие укладки, тем более волосы обрезала давно, в надежде, что это оттолкнет императора, ведь все его любовницы были с пышными шевелюрами. Гладкое каре, холодные волны цвета платины. Как же он тогда бушевал - я думала, он ударит. Нет, сдержался, успокоился. Больно не было, но было страшно в ту ночь. А потом он сам напоминал о том, что пора в парикмахерскую.
  Нежная кожа, четкие линии бровей, удлиненный овал, красивые губы в красной помаде. Я идеальна, если бы не печаль в голубых глазах.
  Тонкая талия еще больше подчеркивалась широким поясом пышной белой юбки чуть ниже колена, с черной атласной бейкой по карманам. Черная блузка с вырезом сердечком, скромным и коротким рукавом. Черные туфли, черные перчатки и короткий теплый жакет белого цвета. Шляпка таблетка. Через полчаса начнется рабочий день, я должна успеть к Эргу на ежедневный утренний спектакль. Вся моя жизнь последний год просто игра.
  Я подхватила сумочку и вышла в коридор. Мне положены отдельные апартаменты размером с однокомнатную квартирку, как многим, у кого ненормированный день. Многие на выходных уходили в город к родственникам, я же оставалась в резиденции. На дверях защита, я под постоянным наблюдением, нет, император знал, что я не сбегу, что меня не тронут, пока он благосклонен. Мне не к кому уезжать. Семьи нет, друзей тоже.
  Прошлась по коридорам и вышла в сад. Весеннее солнце пригревало, в воздухе витал легкий аромат цветов. Птицы, не знавшие забот, пели и их трели согревали сердце. Невольно замедлила шаг и улыбнулась.
  -- Ты редко улыбаешься, Аззи.
  - Доброе утро, премьер-министр, - я присела тут же в реверансе и склонила голову.
  - Аззи, перестань, не переигрывай, - Эрг Дюэль недовольно поморщился, затем протянул белый ирис, - я угадал с цветком, тебе идет.
  - Переигрываю или недоигрываю?
  Он взял руку и вежливо поднес к губам, затем положил себе на локоть.
  -- Давай прогуляемся, Аззи. Время до утреннего выхода императора есть.
  Ты завтракала?
  Я кивнула, примериваясь к широкому шагу премьер-министра, в котором так и не искореняется бывший военный. Он заметил и сбавил темп, поглаживая мою руку по перчатке.
  -- Этого будет достаточно?
  -- Достаточно. Императрица уже наблюдает за нами. Вечером только загляни ко мне в кабинет, но так, чтобы тебя видели ее свита.
  -- Как скажете, господин Дюэль.
  - Ты продолжаешь тренировки? Как здоровье?
  -- Спасибо, все в порядке. Врачи говорят, что я в хорошей физической форме.
  -- Пилюли принимаешь? Как реакция?
  - Адаптировалась. Спасибо, что вступились тогда перед Его величеством, когда было совсем плохо.
  - Это было в наших интересах. Тебя дважды пытались отравить. Кстати, у меня тебе новое лакомство.
  Премьер-министр достал из кармана бонбоньерку, перевязанную атласной ленточкой. Слегка закусила губу, заставила себя радостно засиять и поднявшись на цыпочках, едва коснулась губами гладковыбритой щеки политика:
  -- Вы так милы! Вечно балуете меня.
  Он усмехнулся, отвесил легкий поклон, затем вновь водрузил мою ладошку на локоть:
  -- Умница. Схема та же. Начинай с маленьких доз и внимательно отслеживай состояние здоровья. У тебя неделя.
  -- А если опять станет плохо, а Его величество... - я многозначительно замолчала.
  -- Его величество тоже утром получил от меня эту новинку. Я смогу лишь неделю сдерживать каналы распространения нового яда, затем атаки возобновятся. Противоядие уже ищут, но пока его нет.
  - А Ее величество?
  - Тебе не стоит забивать голову чужими проблемами, о безопасности первых лиц страны позаботились.
  - Хорошо, - мы уже дошли до рабочего корпуса.
  Эрг помог мне подняться по лестнице, придерживая за руку, затем открыл дверь. Мы оба делаем шаг и склоняем голову.
  -- Ваше величество.
  Императрица Рендина презрительно оглядела меня, затем перевела взгляд на премьер министра. Как быстро высокомерный взгляд сменился на ласковый:
  -- Господин Дюэль, вы ранняя птичка.
  -- Сегодня хорошая погода, Ваше величество. Решил прогуляться перед работой. Азиэль любезно составила мне компанию.
  - Да у нас Ринтар вообще безотказная. И слишком легкомысленная для девицы.
  Я промолчала, проглотив обидную фразу и смешки свиты.
  -- Не думаю, что мое общество может скомпрометировать Азиэль Ринтар. А при дворе так мало умных собеседников, умеющих поддержать разговор об искусстве.
  -- И в каком же искусстве разбирается Ринтар?
  -- В живописи. Особенно в пейзажистах золотого времени.
  Императрица хмыкнула и отправилась вниз, за ней же устремилась свита. Премьер министр посторонился, словно невзначай заслоняя меня от проходивших. Милый пустяк, но на сегодня я была избавлена от случайных толчков, которые неизбежны, когда девушки из свиты проходили мимо меня. Так они смелели лишь в присутствии императрицы.
  -- Пойдем, Аззи, я угощу тебя чаем.
  Эрг сказал это чуть громче, чем требовала ситуация. Легкий шум голосов подтвердил, что стрела достигла цели.
  -- Мне надо в приемную.
  -- Не надо. Его величество прислал вызов, он ждет нас в моем кабинете. И да, чай уже подали.
  Коридоры оживали, по ним сновали служащие, курьеры, сотрудники, посетители. Премьер-министр спокойно вел меня сквозь людей, отмахиваясь от своих подчиненных. Наконец его крыло, в приемной к нему навстречу устремилась было секретарь но при виде меня остановилась:
  -- Господин Дюэль, там...
  - Я в курсе, все в порядке. Подготовьте документы. Аззи, тебе чай или кофе?
  - Чай, Эрг. А если это будет цветочный напиток, которым нас угощал посол Тиркании, я буду счастлива.
  - Как мало тебе надо для счастья. Эдва, чай из Тиркании, мне просто чай и нашему гостю тоже. И сладости госпоже Ринтар.
  Он увлек меня, недовольно бурча:
  -- Не дразни его, ты подписала смертный приговор послу.
  -- Эрг, но...
  -- Все в твоих руках. Ваше величество.
  В кресле хозяина сидел император. Молча, он сверлил нас взглядом, не предвещавшим ничего хорошего. И вновь поклон, короткий, больше дань правилам этикета. Я ждала когда меня позовут и рассматривала мужчину. Сказать, что он был груб или несдержан, не могла. Император Валакании Канст Второй был видным мужчиной. Престол он занял совсем юным, сразу окунаясь в дрязги и подковерную борьбу. Выжил ли он, не будь рядом Эрга Дюэля - не знаю. Именно под неусыпным контролем и при помощи подсказок премьер министра он вывел страну из кризиса. Жесткий, потому что иначе нельзя, не терпевший отказа, он добивался результатом при помощи кнута. Удивительно, но в народе властного императора побаивались и боготворили.
  Династический брак император заключил в возрасте двадцати лет, взяв в жены принцессу Тиркании. У отца Рендины больше не было детей, но именно Тиркания вошла в состав империи после смерти правителя. Наместничал в относительно независимом государстве младший брат Канста - Аргид.
  Рендина подарила мужу двойняшек, дочь и сына, после чего нейтральные отношения между супругами охладели. Видимость счастливой пары поддерживали для публики и на официальных приемах. А вне их ночи император предпочитал проводить с фаворитками. Моими предшественницами. Увы, нравы, уклад жизни в империи и характер императора сыграл не последнюю роль, чтото существовании любовниц как бы знали, но доказать не могли. А когда доказательства появлялись - любовницы или таинственным образом исчезали, чтобы позже их тела находили на пустырях, либо откровенно осуждались на казнь за измену. Ни одна из моих предшественниц не выжила, в самый последний момент император самоустранялся из судьбы бывшей любовнице.
  Наверно каждая из них хотела жить. Любая мечтала о семье, о будущем о детях. Увы, внимание императора звучало приговором с отсрочкой исполнения, пока венценосный любовник не охладеет. Может поэтому они жили, окунаясь в омут с головой?
  Я долгожитель в статусе, уже год, как я любовница. Сколько мне осталось? День? Неделя? Месяц?
  Открылась дверь, я вздрогнула, испуганно оборачиваясь. Бледная Эдва внесла поднос и поставила на край стола. Эрг Дюэль сделал быстрый жест, словно выгонял секретаря. Та тут же исчезла.
  -- Азиэль, приготовь чай.
  Отложила в сторону сумочку, сняла перчатки. Премьер министр устроился в кресле напротив императора. Мужчины хранили молчание, пока я разливала чай по чашкам:
  -- Ваше величество, какой вам чай?
  - Из Тиркании, - голос слегка смягчился, появились легкие бархатные нотки. Император следил за моими движениями, Эрг наблюдал за разыгрываемой сценкой утренней идиллии. Никто из нас пока не знал правила игры.
  Белый фарфор, серебряная ложечка отмерила сахар. Сверху на горку песчинок, соперничающих в белизне со стенками чашки, тонкой струйкой горячий напиток цвета камня гелиодора разбивал белизну, словно магией растворяя кристаллы. Легкий цветочный аромат поплыл по комнате. Я осторожно помешала напиток, затем налила уже себе, без сахара. Чашку Эрга вместе с его напитком осторожно пододвинула премьер министру - он любил крепкие напитки, поэтому обычно ждал минут десять, пока чай не становился темным будто сама ночь.
  Взяла чашку императора и поднесла к нему. Он тут же перехватил ее, ловя и меня за руку.
  -- Азиэль, что ты говорила про посла Тиркании?
  Я бросила быстрый взгляд на Эрга Дюэля, и тот лишь пожал плечами, оставляя мне возможность самой выпутываться из сетей ревности императора.
  -- Ваше величество, я говорила о чае. Утром в саду распустившиеся цветы напомнили мне о нем. Просто когда премьер-министр спросил какой я хочу чай, то постаралась максимально точно описать напиток. Самым лучшим нас угощал посол после одной из встреч.
  - Ты потом встречалась с ним?
  -- Нет, Ваше величество.
  -- Хорошо. Эрг, я насчет яда, что ты сегодня выдал. Мне нужны сведения, откуда он пришел. И да, Азиэле дали?
  - Да, Ваше величество, передал на утренней прогулке. Азиэль, сейчас прими первую горошинку.
  Я послушно достала бонбоньерку и открыла ее. Всякий новый яд пугал меня, особенно в первый прием. Кто знает - безопасная там доза или от меня избавляются?
  И не выпить не могла, один раз я уже пренебрегла рекомендациями, и едва не погибла. Я вспомнила свое первое отравление, спасло меня тогда лишь то, что Эрг был в том самом коридоре, где я потеряла сознание. Уже в больнице, когда меня откачали, меня навестили император и премьер-министр. Нет, они не повышали голос, но я вжалась в угол кровати, боясь даже дышать. А потом Дюэль держал меня, сжимая так, что я не могла шевелиться, а император разжал зубы и бросил первую терапевтическую дозу яда. Синяки на руках, которые мне просто выломали, чтобы я не сопротивлялась, сходили месяц. Месяц прятала ото всех руки и принимала яд. А потом вторая попытка отравления, когда император с премьер-министром были в отъезде. Я лежала на полу и ревела от боли и от облегчения. Да, меня рвало, да, все внутри горело, словно я проглотила раскаленный металл, но я жива. Жива!!!! Утром меня нашли под дверью без сил. Поднявшийся скандал, последовавшие увольнения в охране и зачистки среди придворных врачей заставил убийц затаиться. И придраться и обвинить императора в измене тоже не получилось - нашел меня Эрг Дюэль. Говорят, он нес меня на руках по жилому корпусу к личному доктору Его величества. Не помню, под утро, обессилев от боли я банально забылась. Почему он не воспользовался порталом? С того вечера я стала любовницей Дюэля. Это плохо, но не так наказуемо. Да, репутации пришел окончательный конец, однако премьер министр не был женат, как и я не была замужем, а значит, ничего смертельного. Просто легкомысленная особа. Статус пассии премьер-министра давал мне привилегии, чем не преминул воспользоваться император. Уже нас двоих официально приглашали на мероприятия как пару. Лишь императрица не принимала игру, упорно игнорируя меня, либо развлекаясь за мой счет. Однако покушения прекратились. Не сумев меня убрать, меня предпочли не замечать, так я стала изгоем.
  Наверно я могла воспользоваться ситуацией, требовать, получать дивиденды от своего положения.,стереть с лица земли обидчиков. Думаю, что ни император, ни премьер-министр не отказали бы мне на первое время. Но это шаг к петле. Поэтому я предпочла стать тенью, играя навязанные роли и оставаясь любовницей двух первых лиц государства.
  -- Азиэль, выпей яд.
  Голос императора вернул в действительность, он сам стоял напротив меня, протягивая руку, на которой лежало драже. Послушно взяла и положила в рот.
  -- О чем ты задумалась?
  -- Это пятый яд за три месяца, я опасаюсь, что однажды я не смогу побороть отраву.
  - С тобой ничего не случится, пока я рядом, - император склонился, беря мое лицо в ладони.
  Теплое прикосновение, его глаза так близко, что я теряюсь в серых омутах. Тихий шорох и Дюэль тактично исчезает.
  -- Ты плохо выглядишь, Аззи.
  -- Не спалось, наверно, меняется погода.
  - Или опять я не дал отдохнуть?
  - Ваше величество, я не жалуюсь.
  - Ты никогда не жалуешься. Но эта не смиренная покорность. Это немой бунт. Тебе плохо со мной?
  - Нет.
  - Как ты себя чувствуешь?
  Я прислушалась к ощущениям. Легкое головокружение, небольшая тошнота и слабость. Организм боролся с ядом и побеждал.
  -- Пока в пределах нормы, - уклончиво ответила.
  -- Аззи, - император не сдержал порыв и поцеловал.
  Он не был груб. Он никогда не был груб, не в его правилах принуждать женщину. Он привык получать что хочет, но наедине... Император умел разжечь огонь желания, он дарил тепло и нежность, не раз я засыпала у него на груди, доверчиво прижимаясь. Ночью он словно околдовывал меня и я забывала обо всем, нуждаясь в тепле и внимании. Но утро вновь возвращало с небес на землю, император исчезал, чтобы вновь не замечать, пока не наступит ночь.
  --- Я приду сегодня. Аззи, я уезжаю на два дня. Прошу тебя, от Эрга ни на шаг.
  -- Куда вы? Это не опасно? - помимо воли я рискнула задать вопрос.
  - Все нормально, я отлучусь на границу с Ирдархом. Ты переживаешь за меня?
  -- В горах неспокойно.
  - Не бойся, Аззи, со мной ничего не случится.
  Он вновь потянулся к моим губам, но вдруг резко выпрямился и в тот же момент на пороге возник премьер-министр.
  -- Императрица будет здесь через минуту. Уходите, Ваше величество.
  -- За нее головой отвечаешь, - император разжал пальцы, практически отталкивая меня и исчез в мгновенном портале.
  - Азиэль, - скомандовал Эрг, бросая на стол альбом пейзажистов золотого времени.
  Я стремительно подскочила к нему. Меня тут же усадили на стол рядом с книгой, раздвигая колени. Одна рука смяла юбку, обнажая ногу почти до бедра., второй он прижал меня к себе склоняясь словно в поцелуе. Я обвила его за шею руками, прижимаясь всем телом. Со стороны все выглядело как страсть между двумя. Легкое нажатие пальцем на чувствительное место и с моих губ срывается стон, пусть от боли, со стороны незаметно.
  -- Ну знаете ли, - возмутилась императрица, распахивая дверь, - ты, Ринтар, перешла все границы.
  Эрг невозмутимо отстранился, поправляя на мне юбку и снимая со стола. Затем повернулся к императрице:
  -- Ваше величество, чем обязан?
  -- Премьер-министр, какой пример подает молодому поколению эта девица?!
  - Ваше величество, мы взрослые люди и сами разберемся в наших отношениях. госпожа Ринтар не замужем, я тоже не женат, насилия нет. Немного увлеклись, но как то мало людей в империи, которые могут войти в мой кабинет без стука.
  Старательно разыгрывая смущенный вид, незаметно поправила одежду, прикрывая юбкой третью чашку. Император должен быть вне подозрений, скандал и последующий за ним развод может развязать войну с Тирканией и другими соседними государствами, сделав младшего брата заложником.
  Императрица хлопнула дверью, отсекая от нас свиту.
  -- Где он?
  - Кто, Ваше величество?
  - Канст. Думаете я не знаю, что вы прикрываете его? - у императрицы сдали нервы.
  - Простите, Ваше величество, я человек старой закалки, новомодные игры втроем не понимаю и не принимаю. Здесь я и моя...подруга. У вашего супруга нет времени и желания нам мешать, еще ранним утром я передал ему бумаги по Ирдарху, он их изучал. Где сейчас Его величество, не знаю.
  - Подружка-подушка. Это вы забываетесь, господин Дюэль. Вам не гадко пользоваться ею? А ты, Ринтар, хочешь разделить судьбу всех грелок чужих постелей?
  - Ваше величество, беспричинное оскорбление поданной не красит вас. Вы пытаетесь обвинить меня рогатости? Вы понимаете, что на территории империи это серьезное обвинение, и на него не распространяется презумпция невиновности, и если вы не предоставите доказательств, то можете лишиться всего?
  Дюэль держал меня за своей спиной, и я продолжала молчать. Легкий ветерок и теплая волна воздуха по руке сообщили об использовании магии, украдкой брошенный взгляд подтвердил - чашка императора исчезла.
  Я облегченно перевела дух.
  -- Да как вы смеете!
  -- Ваше величество, я вынужден защищаться и защищать честь важной для меня особы. И я обязан уберечь вас от ошибки.
  Она гневно развернулась на каблуках, однако Эрг добавил в спину:
  -- Ваше величество, надеюсь, что столь мелкая размолвка с вами не заденет Азиэль. Я бы очень сильно расстроился, если с ней что-либо случится.
  -- Вы мне угрожаете?
  - Нет, прошу лишь присмотреть, чтобы глупцы, желающие выслужиться, не навредили госпоже Ринтар. К сожалению, волнения последних дней сделали вас рассеянной, а недалекие умы не правильно истолкуют произошедшее. Вы же умная женщина, вы сумеете мне помочь.
  - Хорошо,- сквозь зубы процедила она и вышла, громко хлопнув дверью.
  Премьер-министр повернулся ко мне.
  -- Прости, Аззи, особого выбора не было.
  - Я понимаю. Я могу идти?
  - Допивай чай, потом да. С представителями Тиркании сведи контакты к минимуму. Нам конфликты сейчас ни к чему.
  - Я организую встречу по вопросам общей безопасности.
  - Тебя переведут. Иди. Альбом забери.
  А вот теперь улыбка на губах, желательно слегка мечтательную, легкое смущение на лице. Перчатки на руках, сумочка и альманах. Быстрый взгляд в зеркало. чтобы создать иллюзию, что я боюсь небрежности в одежде, провести по волосам, будто приглаживая. Нежно пропеть разъяренному секретарю:
  -- Спасибо за чай.
  И дальше по коридорам. Я только что вышла от любимого, мне было хорошо, у меня приятные воспоминания. И вот так каждый день с небольшими вариациями. Коллеги улыбаются вежливо, легкие поклоны и смешки, тычки в спину. Все хорошо, это мой путь, моя жизнь. Ведь я жива, а это главное.
  Меня перевели на архивную работу в протокольном отделе, оставив жалованье прежним. Наши кумушки за чашкой чая уже судачили, что некоторые стыд потеряли и мой моральный облик не соответствует высокому уровню их отдела. Обсудить успели все, от моих нарядов до цвета волос. Я молча забрала папки и подшитые протоколы, чтобы спокойно уйти на новое место работы.
  Маленький кабинет огорчил, но окно во всю стену с видом на сад тут же подняло настроение. Быстро положив материал на край стола, я сбегала на свое прежнее рабочее место, где быстро собрала милые сердцу мелочи - перьевые ручки, чайную пару, записные книжки, и прочие канцелярские принадлежности. Вновь выслушала о жадности и бесстыдстве.
  Уже в новом кабинете, когда разложила всю необходимую мелочь по местам, я вздохнула. Потихоньку подходило время обеда, а это значит, что сейчас будет очередная волна ненависти. Идти? Или остаться здесь. заменив обед чаем со сдобой.
  Потолстеть я тоже пробовала, но нервы не помогли в безрассудной идеи. Однако император по-своему понял мое увлечение выпечкой. Теперь каждый день в обед у меня в столе появлялись небольшие корзинки с выпечкой. О небеса!!! Меня же перевели!!! Там сидит теперь Гарит, самая главная сплетница отдела.
  Я подскочила и попала в капкан рук. В тот же миг свет исчез, я лишь успела услышать, как хлопнуло рама, и легкий шорох ткани сообщил, что занавески опущены.
  -- Аззи, что у тебя с Эргом? - император сжимал меня так, что дышать было сложно.
  -- Ваше величество, ничего. Мы играли.
  -- Ты стонала в его руках.
  Изловчившись, я надавила на ту же самую точку. Мужчина рыкнул.
  -- Ваше величество, вы тоже стонали, но была ли вам приятна такая ласка? Пустите, мне больно.
  -- Пообедаешь со мной?
  В темноте не было видно его лица, но я все равно силилась разглядеть его глаза.
  -- Ваше величество, Ее величество сегодня утром едва не застала нас вместе. Вы готовы так рисковать ради меня?
  - Она не найдет. Мы будем обедать у себя.
  Значит, одним обедом не ограничиться. Отказать я не могла, только попросить:
  -- Пожалуйста, позвольте мне раздеться самой.
  -- Я буду осторожен.
  *****
  Император уехал, у меня была ночь полная свободного одиночества. И завтра я буду засыпать одна. Появилось свободное время, которое могла посвятить книгам, а если учесть, что еще один день отсутствия императора выпал на общий выходной, то я с книгой устроилась в саду резиденции. Премьер министр настоял, чтобы я была на виду, так ему легче было присматривать за мной. Затишье в попытках устранить меня вкупе с моих долгожительством в тяжком статусе, наводили на мысль, что скоро грянет буря.
  В саду гуляли шумные стайки мои ровесниц. Они радостно переговаривались, кокетничая с молодыми людьми, что ответно красовались перед девушками. Открыто, не таясь. Максимум кино, проводить под ручку домой. А дальше родители решат их судьбу. Проверят на порядочность девицу, на благонадежность молодого человека, сговорятся и осенью будут свадьбы. Группы молодых людей заметила меня, девушки тут же вздернули носик, а молодые люди оценивали.
  Я усмехнулась и вернулась к книге. Можно фыркать сколько угодно, никто не застрахован от пристального внимания императора.
  
  
  Глава 1.
  Тогда тоже была весна. Я молодая и окрыленная, мне предложили работать в резиденции в протокольном отделе. Тогда тоже была суббота. Мы с подружками гуляли в саду. Мне нравился один молодой человек и он даже пригласил меня в кино вечером на романтическую комедию. Я решала сложную женскую задачу - что надеть, чтобы быть идеальной. Я выросла в приюте и поэтому внимание молодого человека из хорошей семьи льстило.
  Императора мы заметили не сразу, пока он не подошел слишком близко. Он остановился, улыбаясь:
  -- Какие цветы распустились в нашем саду.
  -- Ваше величество, - мы тут испуганно склонились перед монархом.
   Случайно или намеренно, он стоял возле меня почти вплотную, и отойти мне не было куда. Он задал ничего не значащий вопрос, интересуясь настроением, завязал разговор ни очем. Исподволь я разглядывала императора, предпочитая молчать. Передо мной стоял красивый мужчина. Резкие черты лица, словно скульптор высек из камня, темно-русые волосы зачесанные назад. Я заметила что серые глаза монарха, удивительного оттенка стали, также внимательно следят за мной. Он задавал вопросы другим, слушал их ответы, но взгляда не отводил. Я вновь беспомощно огляделась, пытаясь найти пути отступления от такого пристального внимания. Но увы, подруги стояли плотной стеной, словно прятались за мной.
  -- Вы молчите, - он обратился ко мне, - это чисто северная черта?
  -- Простите, Ваше величество? - не поняла я.
  -- Ваша внешность наводит на мысль, что вы из предгорных районов, граничащих с Ирдархом. Вы родились на севере?
  -- Не знаю. Сколько себя помню, всегда жила в столице.
  -- А родители?
  - Я их не знаю.
  - Простите, мне жаль. Я не хотел обидеть вас.
  Я не успела ничего ответить, как мою руку поднесли к губам. Кожу опалили дыханием, пальцы слегка сжали. Я застыла, боясь пошевелиться.
  -- Надеюсь, вы на меня не сердитесь, госпожа...
  - Азиэль, - прошептала, качая головой, словно отказываясь верить в происходящее.
  -- Азиэль Ринтар, Ваше величество, - прошипели подруги в спину.
  - Удачного дня, юные красавицы, - улыбнулся император, - до свидания, Азиэль Ринтар.
  Он ушел не оглядываясь, а подруги тотчас задергали меня:
  -- Аззи, как ты могла заигрывать с императором? Он же женат!
  -- Я не заигрывала, я отвечала на вопросы.
  - Ты назвала имя, в нарушении всех правил этикета. Это недостойное поведение!
  - Но я же ничего не сделала, - попытки оправдаться терпели крах.
  -- Девочки, ну подумайте сами, откуда Аззи могла знать. Она просто испугалась, - вступилась за меня Патти, - император все понял и не обиделся.
  -- Но он сказал Аззи 'до свидания'. как будто он назначил встречу. Будто она его любовница.
  Все резко притихли. Я побледнела и отчаянно замотала головой.
  -- Нет-нет, этого не может быть. Я сегодня иду в кино с Гаем. А завтра мы обедаем с его родителями.
  Все переглянулись и тут же перевели разговор на другую тему. А вечером я ждала на площади у кинотеатра Гая. На мне было платье по последней моде, с пышной юбкой, широким поясом, подчеркивающим талию и скромным верхом, которые украшали рукава фонарики и белый отложной воротничок. Ткань нежного голубого цвета лишь добавлял всему облику целомудренности. Как и положены - тонкие перчатки, туфельки и шляпка. Гай опаздывал, и я притоптывала каблуком, ожидая его.
  -- Он не придет, - тихий мужской голос за спиной вынудил резко развернуться, отчего юбка метнулась в вихре ветра.
  За спиной стоял мужчина средних лет. Виски уже тронула седина. Вопреки правилам приличия он был без шляпы. Черный костюм-тройка, черная рубашка, галстук. Он внимательно смотрел на меня темными глазами. На лице нельзя было прочитать ни одной эмоции, как и положено высокопоставленному чиновнику. Он стоял и изучал меня, затем тихо спросил:
  -- Азиэль Ринтар?
  - Да.
  - Эрг Дюэль, премьер-министр Валакании. Идемте со мной.
  -- Но я жду. Мой жених сейчас должен подойти...
  - Ваш бывший жених. Идемте. Его величество хочет увидеться с вами.
  -Но я..
  - Азиэль, - вздохнул он, подходя ближе, - ты же понимаешь, что от такого не отказываются?
  - Я закричу, - я поспешно отступила назад.
  - Это не поможет, ты знаешь, что я маг. Со стороны прохожие видят, как ты встретилась со своим молодым человеком и сейчас мило беседуете. Нас никто не слышит. Я не хочу применить силу.
  Вместо ответа я бросилась бежать. Увы, сбежать от мага - нереально. Пара шагов и я провалилась в портал, чтобы оказаться в большой комнате с накрытым столом на две персоны. В двери в соседнюю комнату виднелась кровать.
  -- Сбежать не получится, мы посреди пустыни Вьетар. Ты знаешь так называемые нулевые зоны? Дом расположен в одной из них. Никто вас не найдет, никто не помешает, никто не увидит. Азиэль, послушай меня. В твоих интересах выслушать и как можно быстрее принять действительность. Император не причинит тебе боль, но и не отпустит. Пока он заинтересован в тебе, бояться нечего. Он также не заинтересован в обнародовании вашей связи. Более того... Ты помнишь дело красотки Бенриль?
  -- Её казнили за измену, - мой голос дрогнул, осознавая масштаб катастрофы.
  -- А что говорят в народе?
  -- Она была любовницей императора, их застала императрица, и Его Величество отрекся от нее, говоря что его оговорили. Следствие подтвердило невиновность императора
  - Почти правда. Бенриль решила, что она может диктовать свои условия и вмешиваться в политику. Император дважды намекал, что от нее ждут другого, но девушка не вняла. Пришлось избавиться.
  -- Отпустите меня, - взмолилась я, - я же ничего плохо не сделала.
  -- Азиэль, избавь меня от истерик. Соберись и выслушай. Будь послушной, не играй на нервах императора, не лезь в политику, не проси, не болтай лишнего - тебя не тронут, если спросят - отрицай, если угрожают, не реагируй и говори мне. Никаких сплетен, никаких подружкам по секрету. Если хоть кто-то узнает, что ты любовница - то за твою жизнь я не дам и ломаного гроша. Император будет все отрицать, более того, тебя обвинят в соблазнении и проституции. Не перечь императору, это в твоих интересах. Неудобства положения с лихвой компенсируются. Насколько я помню, ты работаешь в протокольном отделе. Дополнительное медицинское обслуживание, которое ты будешь оплачивать, однако суммы вернуться в черную. Так же в конверте ты будешь получать материальную компенсацию моральных издержек. Плюс подарки, приятные сюрпризы, тем более Его величество сам маг, так что внакладе не останешься.
  -- А если бы на моем месте была ваша дочь, вы так же бы ее продали? - я не хотела верить в циничные слова.
  Он немного помолчал, затем сказал:
  -- Азиэль, не взывай к совести. Я выполняю приказ императора. И мне выгодно, чтобы он был удовлетворен. Его величество молодой мужчина с нормальными потребностями. Азиэль, не сопротивляйся. Ты же умная девочка и понимаешь, что уже все решено и твое мнение мало кого интересует.
  - У меня жених, я мечтала о семье.
  - Мне жаль, - равнодушно ответил премьер-министр.
  Поняв, что тюремщика не разжалобить, я посмотрела на окно.
  -- Повторюсь, мы в центре пустыни Вьетар. Окна зачарованы, ножи на столе тоже. Не ты первая, не ты последняя. Избавь меня от лицемерного стыда и ложной оскорбленной невинности. Попытки суицида ни к чему не приведут, лишь платье помнешь.
  На лестнице послышались шаги. Премьер-министр поднялся со стула и склонился:
  -- Ваше величество.
  Я не шевелилась, лишь стиснула губы. Император метнул на меня быстрый взгляд и тут же повернулся к премьер-министру. Тот протянул папку:
  -- Она действительно сирота и родители неизвестны. Ее нашли на пороге приюта. Никаких опознавательных знаков не было. Здорова, проблем с законом не было. Гай Трессель, которого Азиэль называла женихом, таковым не является. Он помолвлен с дочерью компаньона отца, а с Ринтар развлекался.
  - То есть никаких родственников, что захотят получить профиты?
  - Да, Ваше величество, все чисто.
  - Вы врете!!! Гай не мог! - не удержалась я.
  - Госпожа Ринтар, просто так на вечерний сеанс не зовут, - безразлично произнес Эрг Дюэль, - пожалуйста, вот бронь номера гостиницы на сегодняшнюю ночь на ваше имя, вот рецепт, по которому Гай Трессель купил сегодня легкое наркотическое вещество. А это конфеты, где наркотик был обнаружен. Доза минимальна, просто чтобы слегка вскружить вам голову и добиться сговорчивости.
  Он спокойно протянул мне бумаги, но я отвела руку. Поверила? Наверно, да. Им нет смысла меня обманывать, чтобы добиться расположения, они просто возьмут что надо. Но сам факт подействовал как отрезвляющая пощечина. Под насторожеными взглядами мужчин, я положила на стул сумку, сняла шляпку и перчатки. Эмоции отключились, я двигалась как кукла. Хотя почему как? Теперь я кукла, игрушка Его величества. Эрг Дюэль прав - от таких предложений не отказываются, шанса у меня не было никакого. Может и хорошо, что он так холоден? С момента, как Его величество принял решение, мой путь на плаху начался. Чтобы не говорил премьер-министр, ни одна из любовниц императора не осталась в живых, а значит кто сказал, что для меня сделают исключение. К чему истерить? Я уже мертва, а у трупа нет эмоций, чувств и воли. Есть только одна техническая проблема. Я не знала, что мне теперь делать.
  -- Азиель? - тихо позвал император.
  -- Скажите, что я должна сделать? Я не знаю. У меня ... у меня нет опыта в таких делах.
  Император недоумевающе посмотрел на Дюэля.
  -- Госпожа Ринтар - девственница, Ваше величество, - глухо сказал премьер-министр и исчез в портале.
  Император прикрыл дверь, подошел к столу, разливая по тонким бокалам шампанского. Один он вручил мне.
  -- Пей.
  - Я не пью алкоголь.
  - Теперь пьешь. Давай.
  Под тяжелым его взглядом я поднесла бокал и сделала маленький глоток.
  -- До дна, Азиэль.
  Страх и отчаяние забили вкус напитка, я испуганно выпила залпом и закашлялась. Император тотчас подхватил меня, усаживая на стул:
  -- Давай поговорим, Азиэль. Познакомимся поближе.
  -- Как скажете, Ваше величество, - тепло разлилось по телу, голова слегка закружилась.
   Мне хотелось чтобы все уже случилось. Страх перед неизвестностью пугал больше, чем то, что должно произойти.
  -- Скажи, как ты попала в протокольный отдел?
  - После колледжа пришло распределение. Меня вообще после приюта должны были направить в провинцию Каск, секретарем в местную администрацию, но одна из девушек вышла замуж и направили меня.
  -- Вот так просто?
  - Я закончила колледж с отличием.
  -- Умница и красавица. Ты благодарила директора за назначение?
  -- Я соблюла все правила приличия, Ваше величество.
  Голова шумела, мне казалось, что я взлетала. Император уже сидел на соседнем стуле, придвинув его вплотную. Его рука опиралась на спинку моего стула. Он протянул еще шампанское:
  -- Как именно? Расскажи мне, Азиэль.
  - Я подарила ему трилогию по психологии магии. Он писал диссертацию по этой теме.
  - И только?
  - Да, Ваше величество.
  - Пей, Аззи.
  Еще пара глотков шампанского Император думал, задумчиво играя моими волосами, пропуская их сквозь пальцы. Когда он распустил их? Я сжалась и он заметил это.
  -- Как вы познакомились с Гаем?
  -- На выпускном. Он проводил после меня до комнаты, я жила на территории колледжа. Затем периодически мы встречались. Недавно он сделал предложение. Хотел с родителями познакомить, - я всхлипнула и жалобно посмотрела на императора, - это правда?
  - Правда, Аззи. Пей.
  Он долил шампанское, но я упрямо мотнула головой:
  -- Простите, Ваше величество, но...
  -- Пей, Аззи. Шампанское освобождает.
  Ну да, коварное игристое сыграла надо мной злую шутку. Император задавал вопросы, подливал искрящий напиток. Я отвечала. Когда я забылась - не знаю. Последние вопросы доносились сквозь туман. Кажется, он спрашивал как я себя чувствую.
  Очнулась я в своих апартаментах. Полностью одетая, я лежала поверх одеяла и прислушивалась к ощущением. Голова слегка кружилась, хотелось пить. Хорошо, что сегодня воскресенье. Я осторожно поднялась, в комнате никого не было, только на подоконнике лежал конверт. Медленно подошла и вскрыла письмо. 'Притязаний больше нет'.
  
  Глава 2
  Я не поверила глазам. То есть меня не тронут? Император сжалился? Настроение тут же улучшилось, я быстро привела себя в порядок и поспешила на улицу. Завтракать решила в одном из кофеен столицы за пределами резиденции. Как же меня напугали вчерашние события, что сейчас простое письмо вскружило голову. Я шла по улицам, не замечая косых взглядов. Все хорошо, моя жизнь наладилась, только... Гай. Неужели правда? Я дернула плечом и решительно открыла дверь в небольшую кондитерскую.
  -- Что изволите?- криво улыбнулась за прилавком женщина в строгом платье темно-синего цвета.
  - Шоколад и круассан ванильный, будьте добры.
  - Сейчас вам принесут.
  Холодная вежливость даже не насторожила меня. Я устроилась у окна, размышляя, как же быть с Гаем. Впрочем, если это правда, то думаю он сегодня не придет. Жаль, я купила его маме редкую поваренную книгу, он тогда сказал, что госпожа Трессель о ней мечтала. Сама я была равнодушна к готовке, знала все что необходимо хорошей домохозяйке, но не испытывала радость. Наверно, когда появится любимый человек, который станет мужем, я научусь получать удовольствие от домашнего хозяйства.
  Мне принесли заказ, я тут же расплатилась. Изумительный напиток, густой и ароматный, отвлек от раздумий, я бросила взгляд в окно. На площади тесным кружком собрались мои подруги и их молодые люди. Гай тоже был там. Я поблагодарила хозяйку кондитерской и поспешила к друзьям. Что оттягивать, если можно сейчас все узнать.
  Мое появление заметили. Молодые люди примолкли и следили за моим приближением.
   --Добрый день, - меня насторожило отсутствием улыбок. Осуждение в глазах девушек, некая брезгливость, какие-то похабные взгляды юношей.
  - Азиэль, это правда? - вместо приветствия спросила Патти.
  - Что?
  Вместо ответа она протянула мне газету. На первой полосе наш снимок с императором в саду. Тот самый момент, когда он целовал мне руку. Ракурс снимка был таков, что казалось, что мы одни среди цветов. Заголовок гласил, что у Его величества новая игрушка.
  -- Но вы же были при этом, - прошептала я, с мольбой смотря на подругу, - вы все были при разговоре с императором, ничего предосудительного не было.
  - Только вечером ты не пришла. Наверно была очень занята, - хмыкнул Гай.
  - Я ждала тебя как и договаривались около кинотеатра, но ты сам не пришел, - я смяла газету.
  - А меня задержали и препроводили в участок. Я просил отца предупредить, но он не нашел тебя.
  - За что тебя задержали? - с подозрением спросила его, осознавая, что кошмар не закончился. Он только начинается.
  - Наверно, я мешал кому-то.
  - Как ты могла, Аззи, - упрекнула Патти.
  Что я могла ответить? Правду нельзя, врать не могла.
  -- Прости, Аззи, но мои родители против тебя.
  Они уходили полной компанией, я даже увидела торжествующий взгляд Гая. Сил хватило вздернуть подбородок вверх, выкинуть газету в урну и вернуться в резиденцию. Остаток дня я проревела у себя.
  За рабочую неделю я научилась гордо смотреть вперед и не прятать взгляд. В столовой отдела обедала одна, из чаепитий по утрам меня исключила, а на вечерние тоже не звали. Меня сторонились, за спиной шушукались. Император безмолвствовал, газеты упражнялись в остроумии. Пару раз я сталкивалась с императрицей. Ее величество внимательно изучала меня, когда я замирала склонив голову, затем небрежным жестом отпускала восвояси.
  Спасала работа. У меня согласовывались три рабочих встречи, в них было множество накладок, документы, списки, регламенты менялись ежечасно, а мне приходилось все править. Напрягали только визиты к машинисткам. При моем появлении в зале стрекот резко смолкал, чтобы через секунду начаться с утроенной силой. Девушки не хотели брать работу от меня, но им приходилось. Рукописные тексты они брали с неохотно, двумя пальчиками, словно боялись подхватить заразу. В итоге я перестала снимать на работе перчатки.
  Субботу и воскресенье я провела в магазинах, почти привыкнув к любопытно-брезгливым взглядам. Мой гардероб обогатился перчатками, шляпками с широкими полями и строгими платьями. Я не сумела отказаться от широких юбок, но все лифы были более чем скромного кроя. Воротники под горло, рукава не короче локтя. Я оставила всю зарплату и даже использовала небольшую сумму из отложенных денег.
  Следующая неделя прошла в полном вакууме. Я уже привыкла к косым взглядам, все также гордо выпрямив спину шла через толпы сплетников.
  А вот в пятницу выдержка дала сбой. Меня вызвал начальник Прачрит Дигуэль. Удивительный человек, замкнутый и молчаливый, альбинос. Он владел некоторыми зачатками магии, однако как говорили сплетники, был наполовину ирдархарцем, наполовину валаканцем, так что его умения были нестабильны. Начальник не любил яркий свет, поэтому в кабинете у него всегда был полумрак. Он прекрасно видел в темноте и иногда развлекал нас на собраниях, демонстрируя свое умение.
  -- Да, господин Прачрит.
  - Вас вызывает Ее величество. Идемте, - он был немногословен.
  Подошел к двери, но я не тронулась.
  -- Госпожа Ринтар, что с вами? Вы меня слышали? Идемте, нельзя заставлять императрицу ждать.
  - Я ничего не делала, я ни в чем не виновата. Там были свидетели, император первый заговорил, я лишь отвечала на вопросы. И все, - скороговоркой протарахтела я.
  - Я не читаю газет. Это ваша жизнь, а ваша работа меня устраивает. Идемте. Слезы вытрите, не показывайте слабость.
  Мы шли по коридорам резиденции молча. Встречные также беззвучно отступали в сторону, в зеркалах и стеклах окон я видела, что нам смотрели вслед. Я не удивилась бы, если все знали куда мы идем. Наконец, мы вошли в личные покои императрицы, в гостиную. За нами закрыли дверь и мы замерли на пороге, ожидая появления Ее величества.
  Рендина - единственная наследница правителя Тиркании, номинально государство уже входило в нашу империю, причем это было серьезное приращение территории, едва ли не на четверть от начальной площади. Династический брак был заключен уже при восхождении Канста на престол, таким образом он прекратил вооруженное противостояние между Валаканией и Тирканией. Отец Рендины легко согласился на брак, поскольку был смертельно болен, а других наследников не было. Рендины на тот момент было шестнадцать. Правитель Тиркании сумел выторговать относительный суверенитет своей стране, ограничив власть наместника, которым стал младший брат Канста Аргид советом старейшин. По идее Тиркания еще и выиграла, получив в наместника мага, потому что в правящей ветви магов давно уже не рождалось. Также было оговорено, что наследником в Тиркании станет второй ребенок Канста и Рендины.
  Через три у императорской четы родились двойняшки. А когда детям исполнилось два года и начались истории с любовницами императора. Почему и зачем молодому императору приходилось искать утех на стороне при красивой молодой жене - непонятно. Лично я не понимала, потому что... Просто не понимала.
  А Рендина действительно была красивая. Густые каштановые волосы она тщательно укладывала в затейливые прически, столь искусные, что в свое время они становились главными героями первых страниц газет. Точеные черты лица, большие глаза темного-изумрудного цвета обрамляли пушистые ресницы, губы изящной формы Статная молодая женщина с прекрасной фигурой, с тонкой талией, которую не испортила беременность двойней. Ее величество обладала идеальным чувством вкуса, нередко ее смелые решения в аксессуарах подхватывали модницы империи. Она ввела моду на пышные юбки чуть ниже колен, а после, когда девушки превратились в колокольчики, одной из первых надела платья прямого силуэта, дополнив их жакетами в строгом мужском стиле. Иногда, вне официальных мероприятий ее можно было увидеть и в брючных костюмах, но всегда брюки были широкими и столь изящными в своей дерзости, что императрицы прощали погрешности придворного этикета, имевшего достаточно консервативный взгляд на одежду.
  Открылась еще одна дверь и мы тут же склонились в поклоне. Ее величество, одетая в строгое платье, слегка кивнула нам и тут же обратилась к Прачриту:
  -- Оставьте нас.
  Тот без слов тут же удалился. Императрица переключила внимание на меня. С минуту она изучала, ожидая моей реакции, я же замерла понимая что мне просто повезло, что она не маг, который за километр чувствует малейшее изменение состояния обычного человека. А мне было страшно. Очень страшно, потому что я понимала, что даже такая необычная встреча наедине может стать приговором.
  -- Госпожа Ринтар, я наслышана о том скандале после газетной заметки.
  Я молчала, не поднимая глаза.
  -- Мне жаль, то из-за неосторожного внимания моего супруга вашу репутацию поставили под удар. Я слышала от вас отвернулся жених?
  - Да, Ваше величество.
  -- О чем вы говорили с императором?
  Я пересказала дословно разговор, боясь словом или жестом выдать еще одну встречу. Императрица задумчиво прошлась по комнате, затем устроилась в кресле. жестом показывая мне на соседнее.
  -- Спасибо, Ваше величество, - я предпочла остаться стоять.
  В украшении императрицы я видела зеленый камень и очень боялась, что это изумруд. Камень правды мог вскрыть мои недомолвки, если его делали умельцы из Ирдарха. Ее величество продолжала следить за мной, а затем спросила:
  -- А с премьер-министром вы виделись?
  -- Сейчас готовится встреча по торговым отношениям с Гарустажем с участием премьер-министра, так что мне приходится с ним сталкиваться.
  - Хорошо, идите.
  Меня небрежным жестом отпустили.
  За дверью я почувствовала слабость и может даже бы осела на пол, но вездесущий Прачрит появился словно тень и подхватил за локоть:
  -- Идемте, работы много.
  Словно сорвавшись с цепи, Дигуэль нагружал меня поручениями, не давая спуску. К концу дня у меня уже не было сил переживать из-за разговора. Когда я оторвала взгляд от документов, за окном было уже темно, а ведь в предверии лета дни длинные.
  -- Госпожа Ритнар, к встрече с делегацией из Гарустажа все готово. Я прошу в воскресенье вечером пораньше вернуться из города и еще раз все проверить, и в понедельник в шесть утра быть уже здесь.
  -- Я выходные провожу здесь. Не волнуйтесь, господин Прачрит.
  - Это плохо, вам надо прогуляться. А вечер закончите хорошим вином. Здесь немного и никто не осудит.
  Он поставил на стол небольшую коробку. Я заглянула внутрь - маленькая бутылка вина из провинции Финье, немного сладостей и сыра.
  --Благодарю, господин Прачрит, но девушке не пристало пить вино в одиночестве.
  - Вам нужна компания?
  - Нет, спасибо. Вынуждена отказаться от подарка.
  Он хмыкнул и забрал коробку. Я дождалась, пока начальник уйдет и тоже быстро собралась.
  Поскольку уже установилась теплая погода, то я предпочла выйти из дому рано утром, чтобы погулять по аллеям. Выходить в город мне не надо, а днем в парке слишком много народа. Солнце уже поднялось, и я пряталась под новой широкополой шляпой от палящих лучей. С книгой в руках я дошла до сада и устроилась на одной из скамеек напротив благоухающих клумб. Зачитавшись исторического романа, я не сразу услышала гул машин. Подняв голову заметила как к центральному входу резиденции, напротив которой я сидела подъехал кортеж. Я была достаточно далеко, однако решила уйти подальше, чтобы лишний раз не попадаться императору на глаза. Один раз мне повезло, но сейчас. Увы, не успела. По лестнице уже спускалась императорская чета. Императрица заметила меня. От свиты тут же отделился служащий и поспешил ко мне. Я попыталась сделать вид, что не вижу и устремилась подальше, но меня все равно догнали.
  -- Ее величество хочет поговорить с вами.
  Нервно сглотнув, я пошла за мужчиной. Сердце заходилось в бешеной пляске, я даже не слышала ничего, все звуки разом исчезли, мир сузился до пары на лестнице. Его величество поддерживал супругу под локоть. Я понимала, что императрица пытается устроить очную ставку любовнице и супругу. Но ведь не было ничего!!! Не было!!! За что мне это?! Не дойдя до лестницы, я склонилась в поклоне, пряча глаза под шляпой. На императрице изумрудный гарнитур и темное платье. Я очень надеялась, что геммологи из Ирдарха не приложили к нему руку, иначе ложь станет известна.
  -- Госпожа Ринтар, вы ранняя пташка.
  - Да, Ваши величества.
  - Дорогой, госпоже Ринтар из-за вашего повышенного внимания пришлось несладко последнее время.
  - Рендина, когда людям нечем заняться, они распускают сплетни.
  -- То есть она пострадала беспричинно?
  -- Госпожа Ринтар поступила мудро, не став судиться с газетой из-за слухов. Мне жаль, что искреннее человеческое сочувствие судьбе девушки стало причиной ее одиночества, но думаю, что госпоже Ринтар некрасивая ситуация помогла разобраться кто настоящий друг, а кто лишь шелуха. Но согласен, неудобства должны быть возмещены. Премьер-министр.
  У меня в ушах звенело, я даже не до конца осознавала что говорят, но вокруг щелкали камеры, диалогу венценосной четы все внимали, затаив дыхание.
  -- Я вас понял, Ваше величество, - Эрг Дюэль материализовался у меня за спиной, - к вечеру все будет сделано.
  - Ну вот видите, ваше недоразумение разрешено, - императрица улыбнулась мне.
  - Спасибо, Ваше величество, - я присела в книксене перед императрицей, затем повернулась к императору, - спасибо, Ваше величество, но вы правы, я действительно узнала кто друг, а кто им притворялся. Это самая большая награда.
  Он равнодушно кивнул и помог супруге сесть в автомобиль, уже забыв про меня. Когда автомобиль тронулся, я вздохнула и повернулась, чтобы тут же подпрыгнуть на месте. Премьер-министр стоял почти вплотную, провожая взглядом кортеж. Я ждала.
  -- Последняя фраза была сказана неосмотрительно, - наконец промолвил он, - но вполне понимаю ваши эмоции, госпожа Ринтар, тем более после того подверглись несправедливому гонению со стороны окружения, которые поверили словам газеты. Компенсацию перечислят на ваш счет.
  Он даже не взглянул на меня, а закончив фразу и вовсе повернулся спиной, поднимаясь по ступеням вверх. К нему тут же подскочили журналисты, по лестнице навстречу спешила его секретарь. Обо мне забыли.
  Я медленно пошла в сторону жилых корпусов. Настроение было окончательно испорчено. Осталась хрупкая надежда, что вмешательство императрицы не усугубит ситуацию. Контракт подписан на два года, полгода я уже отработала. Жалованье здесь хорошее и после отработки контракта я смогу купить небольшой домик на берегу океана, как и мечтала. Уеду из столицы, устроюсь на работу в местной администрации, выйду замуж. Этот скандал забудется, а если я буду вести себя тише воды и ниже травы, то о нем никто и не вспомнит.
  Иногда амнистия пострашнее самого приговора. Воскресный день начался с того, что я опять гуляла в саду. Только теперь я выбрала для чтения одну из скамеек в аллеи подальше от резиденции. Но почитать снова не дали.
  -- Привет, Аззи.
  Я подняла глаза. Напротив меня стояла, нервно сцепив в замок руки, Патти. Быстрый взгляд в сторону показал, что все бывшие друзья здесь, только Гай отсутствовал.
  -- Здравствуйте, госпожа Вросстоль, - я не предложила ей сесть и сама не встала, лишь отложила в сторону книгу.
  - Аззи, я понимаю, что ты злишься, но понимаешь, родители...
  - Простите, не понимаю. О чем вы говорите?
  - Я о той глупой заметке. Аззи, понимаешь...
  - Простите, госпожа Вросстоль, а почему вы нарушаете правила этикета? Мы с вами не подруги и на 'ты' не переходили.
  Девушка нервно оглянулась на остальных.
  -- Азиэль, ты шутишь? Ну прости пожалуйста.
  Я опустила глаза. Плохо ли мне было? Да, жутко. Мне было страшно эти две недели. Меня предали друзья, жених оказался негодяем. Из-за статьи, когда журналисты из простого разговора при свидетелях сотворили сенсацию, я едва не лишилась всего. И если бы император действительно сделал бы меня любовницей, но ведь нет. Он же отказался. Предали, именно предали. И сейчас передо мной выбор - простить и вновь жить иллюзией прежней жизни. Потому что я не смогу им доверять, потому что они в первую очередь поверят другим, а не своим глазам и ушам. Потому что так выгодно.
  -- Госпожа Вросстоль, а почему вы сменили гнев на милость?
  - В газете принесли извинения, сказали журналиста уволили. Говорят, что даже императрица...
  Я не дослушала, вырывая у подруги из сумочки газету. На первой странице висело опровержение от главного редактора газеты, где он приносил свои извинения императорской чете за произошедшее, каялся, что не разобрались в ситуации и уверял, что журналиста уволили. Мое имя упоминалось вскользь, в контексте, что поспешили с выводами, приняв простой разговор с сиротой из приюта за нечто из ряда вон выходящее.
  -- Так вы поэтому пришли? - я протянула газету и вернулась к книге.
  Я даже открыла ее на закладке, но потом не выдержала, отшвырнув на землю.
  - Вы все были рядом, вы слышали каждое слово и каждый звук, но поверили газете, - я говорили тихо, сдерживая слезы, давясь рыданиями, - и сейчас вы вновь верите газете, какому-то писаке, но не мне. Сейчас меня оправдали, и вы решили прийти как ни в чем не бывало? Патти, а где ты была, когда мне было плохо? Когда меня все предали? Где? Ты была с теми, кто бросил в меня камень, радостно подавая новые. И ты думала, что я прощу? Обрадуюсь и побегу как собачка? Нет, спасибо. Проживу без вас. Уходи...
  - Но императрица...
  - Уходи! Слышишь?! Убирайся прочь! Видеть вас никого не могу!
  Она отшатнулась, побледнев, но я подхватила книгу и сама бросилась прочь, потому что предательские слезы брызнули из глаз. В след неслись крики:'Сумасшедшая!' но я даже никого не видела.
  Ворвавшись в свою квартиру, упала навзничь на кровать и разрыдалась. Оправдана? Да, но это обернулась даже большими проблемами. Две недели ненависти, сплетен и игнорирования дали свои плоды - я не хотела никого подпускать к себе близко. Еще раз пришлось покинуть квартиру вечером, чтобы проверить готовность к завтрашней встрече.
  Утром я почувствовала оттепель, но она меня раздражала. Меня не сторонились и даже после обеда на столе появилось блюдце со сладостями, которое я отнесла на общий стол. Уже я не хотела примирения, уже мне никто не был нужен. Я перестала верить.
  
  Глава 3.
  Неделя прошла ровно, коллеги поняли и решили соблюдать нейтралитет. В субботу я вновь вышла на работу, доделывая протоколы для сдачи в архив. Кроме меня никто не страдал приступами трудолюбия, так что огромное крыло было безлюдно. Однако я чувствовала себя неуютно. Мне казалось, что за мной наблюдают, слышала непонятные шорохи. Ближе к обеду нервы уже были на пределе. Постоянно оглядываясь, я не могла сосредоточиться. Никого нет, но чувство преследования меня не покидало. Поняв, что работать не получится, я собралась домой. На улице чувство преследования не ослабло. Паранойя нарастала. Закрывшись дома, я устроила генеральную уборку, изматывая себя, но не помогло. Промучавшись бессонницей, прислушиваясь в каждый шорох за окном, я уснула лишь под утро, когда начало светать.
  Встав ближе к обеду, я собрала волю в кулак и собралась в город. Мне надо было купить продукты, тем более компенсацию мне выплатили более чем щедрую. Я вернула взятую из отложенных средств сумму, потом отложила немного на житье, всю оставшиеся деньги тоже добавила к накопленному, приближая мечту. Да, теперь у меня одна цель - свой домик. Как только я смогу ее осуществить, то сбегу отсюда.
  Кондитерская на площади манила открытой верандой и запахами. Решив сначала выпить какао и съесть круассан с ванилью, я смело устроилась за одним из столиков. Появившийся официант бросил на меня любопытный взгляд и принял заказ. Чувство что за мной следят, что с утра притупилось, почему-то вновь обострилось. Списав все на игру нервов и сложность ситуации, в которую попала, я вздохнула и огляделась. Обычный теплый день, гуляющие пары и семейные пары, наслаждавшиеся жизнью. Ухоженные дамы, серьезные мужчины, нарядные детки прогуливались по бульварам. Так тихо , так спокойно.
  Повернулась к своему столу и вздрогнула. Напротив меня сидел Эрг Дюэль.
  -- Ты меня не видишь, не слышишь, не разговариваешь. Только слушаешь и делаешь, как говорю, если конечно хочешь жить.
  Я сглотнула и усилием воли перевела взгляд ему за спину, делая вид, что смотрю на площадь.
  -- Умница. Надеюсь, что все закончится быстро. Сейчас принесут десерт. Если есть хоть малейший запах корицы - не ешь. Впрочем в любом случае не ешь. Просишь упаковать с собой, расплачиваешься и уходишь.
  Краем глаза я следила за премьер-министром. Странно видеть как он сидел, абсолютно не двигаясь, лишь губы слегка шевелились. Задумываться не было времени. Появился официант, неся заказ. Я попыталась благодарно улыбнуться и тут же нос уловил легкий запах корицы. Я почувствовала как кровь отхлынула от лица.
  -- Вам нехорошо? - мою бледность заметил официант.
  - Да, голова закружилась. Кажется, меня продуло. Знаете, заверните мне с собой. Вот деньги. Мне лучше домой пойти.
  - Может, если вы перекусите, станет легче?
  - Азиэль, держи себя в руках, - зашипел премьер-министр.
  - Нет, мне лучше домой дойти. Пожалуйста, упакуйте.
  Официант оставил блюдо на столе и вернулся обратно с коробкой и пакетом. Он недовольно все упаковал и раздраженно протянул мне пакет. Я тут же подскочила, суетливо подхватывая заказ и сумочку.
  -- Вы перчатки забыли, - позвал меня официант, когда я уже дошла до выхода с огороженной террасы. Я подбежала, выхватила забытое, пробормотала слова благодарности и снова выскочила на улицу.
  -- Азиэль, плохая из тебя актриса. Да не оборачивайся ты. Перчатки выкинь! Неспеша идешь в сторону резиденции по улице Вукатель. И не оборачивайся.
  Прогулку нельзя было назвать приятной. Судорожно сжимая сумку, я все порывалась перейти на бег. Эрг Дюэль рычал в спину, не отставая, на мгновение его слова отрезвляли. Однако через минуту я вновь начинала дергаться. В итоге меня схватили за локоть и втолкнули в переулок.
  -- Азиэль, ты привлекаешь к себе внимание, это невыносимо. Приди в себя.
  - Меня хотели отравить? Зачем вы здесь? - меня трясло в нервной дрожи.
  -- Да. Ищу убийц. Дьявол, Азиэль, ты выдала себя. Не думал, что они рискнут напасть открыто.
  Он сдернул с меня шляпу и приказал скинуть туфли. Тянул за руку по лабиринту узких переходов среди домов и строений, нещадно дергая, когда я спотыкалась или притормаживала на повороте. В боку уже кололо от быстрого бега, во рту пересохло. Прическа рассыпалась, и волосы хлестали по лицу, по которому струились струйки пота. Ноги болели, исколотые на камешках и даже осколках стекла, которые изредка встречались на неубранных тротуарах. Премьер-министр отнял у меня ношу, лишь подгонял:
  -- Вперед, Ринтар, быстрее. Я не хочу получить пулю в затылок.
  Еще десять минут и я поняла, что больше не могу. Вдруг плечо обожгло и одновременно я услышала оглушительный грохот выстрела. Премьер министр со всей силы толкнул меня в сторону. Не удержавшись на ногах, я со всей силы впечаталась в каменную стену. Грубый кирпич ободрал другое плечо, тонкая ткань порвалась. Тихо скуля от боли и страха и сползла по стенке вниз. Дюэль взвел пистолет, невесть откуда взявшийся в его руке.
  -- Заткнись, Азиэль.
  Я закусила ободранную руку, испуганно кивая головой. Он удовлетворенно хмыкнул резко вскидывая руку. Выстрел, второй. Я испуганно зажала уши, зажмурила глаза, давясь слезами. Даже не страх. Животный ужас охватил меня. Все стихло также быстро как и началось.
  До моей руки дотронулись. Захрипев, я взмолилась, не открывая глаз:
  -- Отпустите, я ничего не знаю, пожалуйста, не трогайте, я ничего не делала, отпустите.
  - Тише, Азиэль, не кричи. Идем, надо уходить.
  Но я даже не шевельнулась, поэтому премьер-министр приказал:
  -- Глаза открой.
  Он разжал судорогой сведенные руки. Раненное плечо отозвалось резкой болью.
  -- Ты ранена? Идти можешь? Вставай, иначе они вернутся.
  Угроза возымела действие, покачиваясь я поднялась. Но вся сила воли исчезла, когда я увидела в метрах двадцати от нас двух мужчин. Они лежали на мостовой в лужах крови, а вместо голов у них...
  Меня стошнило. Я упала на колени, мужчина лишь успел придержать мои волосы.
  -- Знал бы, что ты такая слабая. Все, пошли.
  Я кивнула, стараясь не смотреть на трупы. И вновь он потянул меня за собой по переплетению переходов.
  -- Соберись, Азиэль. Как только станет безопасно, я уведу тебя порталом.
  Приключения добили меня окончательно. Я безвольной куклой, изредка всхлипывая, шла за ним, механически переставляя ноги. Мелькнула отвлеченная мысль, что завтра я не смогу одеть туфли на работу. Работа. Все происходящее казалось нереальным, но привычная жизнь теперь вообще стала сном. Словно услышав мои мысли, Эрг Дюэль подхватил меня на руки:
  --Пора.
  На мгновение все окружающее нас словно растаяло, подернувшись дымкой, будто глаза слезились. Через секунду меня опустили на пол, немного грубо толкнув в сторону:
  -- Перевязать и привести в порядок. И где мой ужин?
  Мы оказались совершенно в другой комнате, чем я ожидала. За окнами шумел город, и кажется доносились звуки моря. Это точно не дом в нулевом зоне посреди пустыни Вьетар. Оглядевшись, я заметила трех смуглых девушек в национальных одеждах Гарустажа. Панталоны с широкими манжетами на щиколотках из яркого шелка, топ на тонких лямках, сверху полупрозрачный кафтан с высокими боковыми разрезами. Темные волосы девушек заплетены в две косы и украшены лалатиками из жемчуга, бусины которой встречались и среди кос. На ногах удобные балетки, расшитые камнями.
  Две из них тут же подошли ко мне и попытались увести, однако Премьер-министр уже упал в соседнее кресло, устало вытягивая ноги:
  -- У меня на глазах. Джель, Ямиль, быстро.
  Девушки молча поклонились и одна начала стягивать с меня блузку, а вторая исчезла в дальних комнатах. Я не сопротивлялась, тем более плечо ныло, а Дюэль сидел ко мне спиной.
  Третья девушка внесла поднос с едой, и я почувствовала ароматные запахи пряного мяса, свежевыпеченного хлеба и нервно сглотнула. Я наверно, вообще бесчувственная, раз после всего произошедшего испытывала дикий голод.
  -- Тарст! - гаркнул мужчина зло и девушка тут же исчезла, чтобы через мгновение появиться с бокалом красного.
  - Это вино, Азиэль. Джель, одежду ей найди.
  Он залпом выпил бокал и жадно накинулся на еду, не особо заморачиваясь правилами этикета.
  Мне же перевязали раненую руку, обработали ссадины, даже ноги вымыли и одели мягкие тапочки. Вместо разорванной блузки надели такой же топ и еще выдали мягкий палантин, чтобы прикрыть бинты. Пока мне обрабатывали ноги, одна из девушек расчесала волосы и проворно уложила в высокую прическу. За это время премьер-министр съел все, что принесла девушка. Изредка одна из гарустажанок срывалась с места и приносила новые порции разнообразных кушаний, вина.
  -- Азиэль, и тебя накормят. У меня резерв опустошен. Яда точно нет.
  - Почему меня хотели убить? Ведь на меня охотились?
  -- Сначала ты поешь, я сниму блок боли с руки и после этого поговорим. Учти, начнешь истерить - разговора не получится. Актриса из тебя никудышная, но хоть не будь невротичкой.
  Он прислушался и выругался сквозь зубы:
  -- Заходи. Тарст, Кансту ужин принеси.
  Я попыталась вскочить, но не смогла, словно меня привязали к креслу. Появившийся император в парадном кителе замер в дверях, сверля меня тяжелым взглядом.
  -- Вон! - тихо сказал Эрг Дюэль.
  Девушки тут же выскочили из комнаты. Одновременно невидимые путы спали и я смогла пошевелиться, но уже не вскочила, а сильнее вжалась в кресло.
  -- Канст, я истратил на нее весь свой резерв. Ты не мог подождать, пока я объясню правила игры?
  -- У меня полчаса. Рендина резко сменила гнев на милость, не хочется упускать шанс. Какого демона ты притащил ее сюда?
  -- Тогда иди к жене. В полночь все прояснится. Или не хватит времени? - ехидно ухмыльнулся премьер-министр.
  -- Да пошел ты. Накорми, я тоже выжат.
  -- Азиэль, титулы не используем. Сиди смирно и молчи, - небрежно бросил мне премьер-министр через плечо, затем повернулся к императору, - Канст, не подходи к ней, потому что я так и не понял кто.
  Дверь открылась, все три девушки внесли подносы с едой, молчаливо выставили на стол блюда. Одна из них разлила по бокалам вино, поклонилась и также бесшумно исчезла вслед за подругами.
  -- Пей, Азиэль.
  - Нет, - я мотнула головой.
  - Канст использовал гипноз, ничего он не подсыпал в шампанское, - фыркнул премьер-министр
  - Эрг!
  Тот лишь молча склонил голову в наигранном раболепном поклоне и протянул мне бокал. Я взяла и поставила его на пол возле кресла. Меня поняли без слов и подали тарелку, куда положили еды на свой вкус и не дав приборов. За стол не пригласили, они повели тихий разговор, слов я не слышала. Забыв про приличия, ела руками, запивая мясо и овощи вином. Меня ощутимо трясло, плечо разболелось.
  -- Она ранена?
  Бокал вылетел из моих рук, когда император навис надо мной. Я испуганно подняла глаза.
  -- Ее задело пулей. Я же сказал, она выдала себя. В общем тот самый журналист и его брат. Оба были под гипнозом. Мы прошляпили появление еще одного сильного мага.
  - Ты затер следы?
  -- Канст, как ты думаешь, блок боли и переход через портал с одной глупой девчонкой мог выжать меня досуха? Затер, снял ауру, даже подкинул фальшивые улики. Более того официанту почистил память. А завтра собираюсь навестить Тресселя-старшего.
  - Зачем ты притащил ее сюда?
  -- Потому что выбора у нас нет. Теперь нет выбора и у нее. Хотя есть. Азиэль, ты предпочитаешь быть честной и мертвой или все же живой, но любовницей?
  Вот так честно и открыто. Я переводила взгляд с одного мужчины на другого, потом тихо спросила:
  -- Вы это специально подстроили?
  Его величество отошел, быстро допил вино, затем бросил премьер-министру:
  -- Объясни ей все. Мне пора.
  - То есть ты согласен?
  -- А тебе не надоело покупать новый рабынь?
  Эрг Дюэль не ответил, и император вышел из комнаты. Стоило ему уйти, как премьер-министр повернулся ко мне.
  -- Азиэль, подумай сама, нужно ли мне было бросать все, лезть под пули ради того, что Канст может получить по мановению руки. Опять же портить товарный вид игрушки? - он насмешливо осмотрел меня.
  Я поежилась под цепким взглядом, понимая что представляю из себя жалкое зрелище. Эрг Дюэль одобрительно хмыкнул:
  -- Радует, что ты умная девушка. Мда. Я думал, он откажется, но он прав, покупать новых рабынь весьма накладно.
  -- А что происходило с предыдущими?
  -- Не выдерживали напора Канста. В силу его молодости и мощи как мага, он весьма требователен. Сволочь он, образно говоря. Постараюсь все объяснить. В общем Азиэль, выбор у тебя простой. Либо ты соглашаешься и становишься его любовницей, ведешь себя правильно и остаешься жить. Либо я сейчас тебя отправляю домой, но не думаю, что у тебя есть шанс дожить до утра.
  -- Вы так просто это говорите?
  - А ты думаешь, я тебя пожалел? На самом деле тебя попытались убрать те силы, которые давно охотятся на Канста. Не с целью убить, а с целью подставить, потому что убить его чрезвычайно сложно даже мне, а ведь как мага его учил я.
  Он промолчал, затем спросил:
  -- Что ты знаешь о магах? Помимо школьной программы, естественно.
  -- Ну, я...
  -- Понятно. Азиэль, остался последний шанс выйти и не ввязаться во все это.
  - И умереть?
  Премьер- министр раздраженно поставил пустой бокал на стол. Хрупкий сосуд не выдержал встречи со столешницей, разлетаясь вдребезги.
  -- О да, все вы говорите, что жить хочется! Все строят из себя жертв обстоятельств, только в глазах начинают работать калькуляторы выгоды. Сколько ты еще поиграешь в невинную жертву? Рекорд был у Тариссы - одиннадцать месяцев, затем она рискнула требовать у Канста оформить развод с Рендиной, а когда получила ожидаемый ответ, захотела поторговаться с последней. Дура.
  -- Ее нашли отравленной, - прошептала я.
  - Ее предупреждали. Яд был прикрытием, его ввели, когда она уже умерла. Так что не факт, что ты выживешь, если станешь любовницей.
  -- Отсрочка есть. А дальше я что нибудь придумаю. Я жить хочу.
  Премьер министр вновь покосился на меня, затем махнул рукой:
  -- Присаживайся к столу. Нам до полуночи время коротать. И ешь, ты целый день голодная.
  Он дождался, пока я пересяду, даже протянул вилку с ножом:
  -- Извини, запамятовал. В общем все условия те же. Как только ты предашь Канста, то ты мертва.
  -- Я хочу знать, почему убрали остальных любовниц. Что произошло с рабынями? Почему Его ве... Почему Канст нуждается в услугах девушек, если у него такая красивая жена? Расскажите мне, что я должна сделать, чтобы выжить.
  -- Самый простой вопрос про рабынь. Они предпочли покончить с собой, чем разделить ложе с магом. Гарустажанки боятся, что заберут их душу. Иногда они соглашались на одну ночь, но повторно... А в рабынях только местные, которых продают родные, чтобы погасить долги. Насчет остального же. Я расскажу тебе.
  Разговор растянулся на часы. В приюте нам рассказывали, что муж-маг это великая честь и большая ответственность, потому что от спокойствия мага в быту зависит его сила. Девочки шептались по углам о постели, не такой уж наивной я была, знала и об интимной стороне жизни, просто столкнуться не пришлось. К счастью или нет, не знаю. Иногда директор приюта уводила девочек из общей комнаты по вечерам, часто они не возвращались, лишь помощницы собирали их вещи. Уже перейдя в колледж, я встречала некоторых из них, обычно в сопровождении мужа и ребенка.
  Мной спонсоры не интересовались, а в остальном нравы были строгие, мы были под постоянным надзором.
  Эрг Дюэль бесстрастно пояснил, что у любого мага есть определенный резерв сил, у каждого свой. Магические потоки нестабильны, словно закипающее молоко и их контроль отнимает много сил. Очень хорошо помогает выдержка и спокойствие, однако организм реагирует физически на всплески. И если восстановить потерянный резерв помогает восполнение калориев, то гасить откаты помогал секс. А значит для мага жизненно необходима полноценные интимные отношения, потому что потеря контроля смертельно для мага.
  Это знает Канст, Эрг Дюэль и знает Рендина.
  Но это позже, сейчас вернемся к империи. Наряду с жесткой моралью, царящей в обществе, магам в силу их малочисленности, дано послабление. Неженатым разрешено иметь рабынь, несмотря на то, что рабство вне закона. Да, в Валакании маги только мужчины. С учетом того, что любой маг может строить порталы, их дома находяться в Гарустаже, где рабство официально разрешено. Но в Гарустаже столкнулись с суеверием местного населения, которые боялись магов. И это несмотря на близость к странам южного материка, где маги встречаются и среди женщин. Девушки предпочитали покончить жизнь самоубийством, чем разделить ложе с пришельцем, которые, как они думали, могли забрать их душу. Поэтому магам пришлось раскошеливаться на личных рабынь, дома терпимости не спасли, проститутки отказывались обслуживать одаренных.
  Удивительно, но заплаченные деньги делали рабынь сговорчивее. Они выполняли капризы хозяина, и валаканские маги вздохнули свободно. Все, кроме Дюэля.
  Премьер-министра озадачивала ситуация в семье императора. Договорной брак оставался красивой обложкой. После рождения двойняшек императрица ограничила допуск к телу, мотивируя слабостью, недомоганием, усталостью. Чем угодно. лишь бы держать супруга подальше. Врачи болезни не подтверждали, а императрица была не настолько глупой, чтобы полностью отлучить от секса мага, но свести к минимуму, чтобы держать супруга на грани - ей удалось. Тогда и появились любовницы. И тут император попал в собственную ловушку дара мага. Рабыни Дюэля соглашались лишь на одну ночь, и затем премьер -министр находил труп рабыни.
  Что касается любовниц, то по мере развития отношений, когда девушки смелели, им сносило голову от собственной исключительности, и они начинали требовать большего. А начиналось все так же: глазки в пол, возмущение и гнев, слезы. Вот только на поверку наивные девушки оказались не так уж наивны.
  -- У последних я сам проверял медкарты. Они назывались девственницами, а ты ею была и есть.
  -- Но ведь их можно было сослать, вернуть в семью, ну отказать. Но не убивать же!!!
  - Азиэль, ешь сладости и слушай.
  Премьер министр пододвинул ко мне чай и выпечку и продолжил рассказ.
  Увы, императрица решила поймать неверного мужа, чтобы получить развод и вернуться в Тирканию. Или иное, но вот как раз доказательств иного нет. Кроме одного. На тех, кто помогал императора через постель совладать с даром, открылась охота. Когда император дал указание службе безопасности присмотреть за девушкой, то она исчезла через день. Тогда в игру вступил и премьер-министр. Для свидания выбиралась нулевая зона императора в пустыне Вьетар. Бывший военный, сильнейший маг обеспечивал безопасность любовниц императора лично. Потому что ему едва удалось стабилизировать императора, когда тот достиг пика.
  С тех пор идет игра, кто и кого подставит и поймает. Дважды императрица заставала девушек в спальне супруга. Их отдавали под суд и казнили за проституцию.
  Кроме откровенной глупости бывших любовниц, существовала также проблема их родственников, которые рано или поздно узнавали о второй жизни девушек и начинали просить для себя профиты, пытаясь через девушек шантажировать. И вновь в расход шла любовница, тем самым остужая особо рьяных.
  -- А я значит выгодна?
  -- Азиэль, в тебе много что совпало. Но вот твоя нетронутость остановила его. Впрочем, я разделял его подозрительность. Азиэль, не перебивай.
  - Не могу, господин Дюэль!!! Я ничего не понимаю. Просто потому, что оказалась в том саду в неподходящее время.
  - Азиэль, не истери. Иначе насильно напою. Осталось немного.
  Он вздохнул и продолжил. В итоге, они попались в искусно созданную императрицей ловушку. Смешно, сильный маг попался на оборотной стороне своего дара. Он поостерегся связываться с сиротой, наполовину ирдархаркой, боясь, что она подослана императрицей.
  -- Ирдархаркой?
  -- Аззи, ты знаешь главный принцип магии? Это умение нарушать основополагающие законы физики, биологии и химии. Гипноз, порталы, алхимия, возможность управлять физическими состояниями материи. Вот сейчас я использую последнее
  Он даже не пошевелился, однако я почувствовала словно рот заклеили, так уплотнился воздух.
  -- Я не перестарался? Дышать можешь? - он даже поправил на мне съехавший с плеча палантин, - дослушай. Мы подозревали в тебе шпионку императрицы. Однако я присутствовал на твоей аудиенции у Рендины. Ты знаешь, что она пыталась проверить тебя, используя камни, которые ей передал геммолог из Ирдарха. Ты же знаешь, что изумруд - это камень правды, ты инстинктивно держалась от него подальше, но для настоящего артефакта от геммолога расстояние не имеет значение. Камень молчал, признав в тебе уроженку Ирдарха, причем именно из горных районов. Рендина это тоже поняла, у нее остались лишь неподтвержденные догадки о том, что ты встречалась с императором, которые не нашли доказательств. Поэтому тебя решили убрать. И вот тут мы узнали, что за императрицей стоит сильный маг, которого мы не знаем. Напавшие на нас были под гипнозом. В общем, Аззи, мы втроем теперь сильно завязаны.
  Я дернулась и тут же мне вернули дар речи.
  -- Господин Дюэль, а теперь можно задавать вопросы?
  Он утвердительно кивнул. Я открыла рот и поняла одно. Я не готова слышать ответы. Вернее, не так. Я хочу, чтобы на них ответил император.
  -- Азиэль, ты хотела что то спросить?
  - Я могу задавать вопросы Его ве... Кансту?
  - То есть я тебя не устраиваю? Задай этот вопрос Кансту. Но если возникнет желание поговорить на эту тему, то можешь обращаться. Я найду возможность ответить.
  Он лениво хлопнул в ладоши и тут же девушки появились перед нами:
  -- Тарст, убери все тут. Джель, Ямиль подготовьте ванну мне.
  Девушки беззвучно бросились выполнять поручение. Эрг Дюэль налил в небольшой стакан янтарной жидкости и протянул мне.
  -- Я отведу тебя во Вьетар. Дождешься императора там. Будь послушна и он не причинит боль. Выпей, коньяк слегка затуманит разум и не будет так страшно.
  В доме посреди пустыни ничего не изменилось, тишина, окна занавешаны. Премьер-министр оставил меня в той же гостиной и исчез. Я закуталась в палантин и огляделась. Комната была выдержана в светлых бежевых тонах, с отделкой золотом и белым. На столе в серебряном ведерке охлаждалось шампанское, два тонких хрустальных бокала отражались искорки света от люстры. Блюдо с фруктами, даже мандарины не по сезону. Сейчас, оставшись одна, я начала осознавать, что произошло и на что я согласилась. Меня била дрожь, я закусила губу, чтобы успокоиться и перестаралась. Боль и струйка крови по подбородку отрезвили. Я схватила салфетку, промокая ранку. Заглянула в спальню. Кровать, покрытая покрывалом из белого бархата расшитого золотом показалась просто огромной. Светлые оттенки, кипельно белый веяли холодом. На стене обнаружилось огромное зеркало. Я заглянула в него. Покрасневшие глаза, бледное лицо контрастировали с прической, которую мне сделали рабыни премьер-министра. Приспустив с плеч палантин, оглядела перевязанные раны. Жуткое зрелище и жалкое одновременно. Невольно вспомнила фотографии любовниц, которые печатали газеты. Уверенные девушки, красавицы. Ничего общего.
  Я закуталась в шарф и опять осмотрела комнату. Хоть что-нибудь делать, лишь бы не томиться в ожидании, вздрагивая на каждый шорох.
  В найденном шкафу я обнаружила женскую одежду в чехлах и туфли в коробках. Все новое, минимум на любую погоду. Раздраженно хлопнув дверью, обернулась и вздрогнула. В дверях спальни, которую я исследовала, стоял император. Просто стоял и смотрел, даже не мигая. Я привычно склонила голову в поклоне, ожидая его слов, но тягостная тишина не нарушалась. Дерзнула выпрямиться и посмотреть мужчине прямо в глаза. А как должны вести себя любовницы? Сюжеты всех прочитанных романов по злободневной для меня тематике пролетели роем в голове и также моментально испарились. Император усмехнулся, словно мог прочитать мои мысли и сделал шаг в спальню. В его руках были бокалы с шампанским. Я качнула головой в отказе. Тишина уже звенела, играя на нервах. Император отставил алкоголь в сторону. Сделав шаг, он протянул руку ко мне, но я инстинктивно отшатнулась. Еще шаг. Отступая назад, я уперлась спиной в подоконник занавешенного окна. Император тоже затормозил, словно соблюдая некий рубеж. Тишина! Отсутствие звуков, кроме наших шагов, накаляло атмосферу до предела. Вспомнились слова премьер-министра, что пока я интересна императору, я буду жить. Так большая ли плата за то, чтобы завтра проснуться? Так ли важна девичья честь, когда встает вопрос о выживании?
  Император не торопил меня, словно охотник, затаившийся в засаде, он ждал. Я вновь закусила губу и попала в предыдущую ранку. Стало больно. Его величество нахмурился и, протянув руку, приподнял мое лицо, осматривая прокус. Его большой палец осторожно коснулся губы и боль утихла. Я решилась. Задержала дыхание и отпустила палантин. Ткань скользнула с плеч, оголяя перевязку, ссадины и полупрозрачный топ. Император проследил за палантином, затем провел над линией плеч рукой, не касаясь, лишь слегка задерживаясь над наиболее травмированными участками.
  Боль стихла, и я даже согрелась, но все равно стояла, сжавшись. Мужчина сделал шаг вперед, одновременно властно притягивая меня к себе:
  -- Доверься, я не причиню боль, - тихие слова растаяли под потолком, словно мираж. Были ли они произнесены вслух или это плод моего больного воображения - не знаю. Но я благодарна Его величеству, что он больше ничего не говорил. И что действительно наложил блок на боль. А душа... Кого она волнует?
  
  Глава 4.
  
  Молчание не прекратилось и потом. Я лежала спиной к мужчине, что осторожно рисовал рукой узоры по плечам и спине сквозь тонкую простынь, в которую я укуталась после всего. Император сдержал слово, больно не было. Лишь опустошение от пройденной грани. Я любовница. Матрас спружинил, Его величество встал. Я не шевелилась, вжимаясь в постель и судорожно перебирая ткань.
  Шелест ткани, звуки застегивающейся молнии. Я слушала каждый шорох, надеясь, что император уйдет и я останусь одна. Увы, мужчина думал иначе. Шаги по комнате. открывающая дверь. Рядом со мной приземляется вешалка с платьем и сверху предметы женского туалета. Понимая, что не отлежаться, с трудом села и, пряча взгляд, качаю головой. Я не надену чужое, хоть немного, но все же остаться собой, сохранить в себе остатки собственной гордости, не превратиться окончательно в куклу. Император подошел к постели и вновь поднимает мою голову за подбородок, заставляя смотреть в глаза. Его эмоции не читались, мои... а разве ему интересно?
  Через мгновение меня укутали в простынь, легко подняли и вот мы уже в моей комнате, где меня бережно усадил на диван. Я настороженно смотрела , как Его величество принес стакан, добавил туда порошок и поставил на стол:
  -- Выпьешь, как я уйду. Мне надо снять с тебя следы моей ауры, будет неприятно.
  -- Что мне делать? - голос не слушался, слегка хрипя.
  - Просто расслабься. Я вернусь вечером, - он слегка улыбнулся.
  По комнате словно прошелся ледяной ветер. Кожу обдало холодом и одновременно заболели все раны. Я прикрыла глаза, стараясь не выдать своего испуга. На фоне дрожи прикосновение горячих губ к виску обожгло. Распахнув глаза, заметила, что осталась одна.
  Добрела до ванной, где сорвала все повязки. Горячая вода обжигала кожу, но согреться я не могла, рана кровоточила и щипала, пока я остервенело скребла тело мылом, давясь рыданиями Да, я выбрала жизнь, но как же самой противно, что я делаю.
  -- Дура! - меня выдернули из под душа и прижали к себе, пока я рыдала, - что ты делаешь, идиотка, раны же воспалятся и перевязка не спасет. Аззи, ты лекарство выпила?
  Премьер-министр завернул меня в полотенце и вытащил в гостиную. Увидев стакан, повторно рыкнул:
  --- Дура. Ты сама согласилась. Пей, идиотка, это обезболивающее.
  Зубы стучали о стакан, но под жестким взглядом Эрга Дюэля я послушно выпила все.
  -- Любое проявление магии на тебе привлечет внимание и оставляет отпечаток ауры того мага, который колдовал, поэтому тебе дали сильнейшее обезболивающее. Я перевяжу тебя сейчас, должно хватить до вечера. К врачам тебе обращаться нельзя.
  - Простите, - я лишь сильнее запахнулась в полотенце, осознавая, что сижу голая перед мужчиной. Премьер-министр вздохнул и достал из принесенного ящика бинты и мазь.
  -- Показывай плечо.
  Он осторожно перебинтовал рану, затем придирчиво осмотрел ссадины на руке, спине. Ноги тоже намазал мазью и натянул носки.
  -- Постарайся поспать, до работы еще есть пять часов.
  Он исчез, не слушая ответа. Я быстро оделась в домашнюю одежду и уснула в кресле.
  А утром порадовалась, что давно ношу закрытую одежду и перчатки. Объемный жакет с прямым платьем ниже колена прикрыли основные царапины и перевязку, при этом нигде не давя. В шкафу нашлись закрытые туфли без каблука из очень мягкой кожи. Я могла идти в них и почти не хромать. И вновь высокая прическа, шляпка, только вместо легкой помады - ярко-красная, которая скрыла прокушенную губу и следы от поцелуев.
  Одна ночь изменила все. Мне так и казалось, что все знают, с кем я ее провела, что в спину хихикают и тыкают. В лицах встречных я видела презрение, любопытство и брезгливость. Любой косой взгляд лишь заставлял выпрямлять спину и идти с гордо поднятой головой. Но все-таки ощущение вины оставалось, было отличие в одиночестве когда по сути оклеветали и сейчас, когда слухи уже имели под собой обоснование. Я училась играть новую роль, договариваясь со своей совестью. Действовал лишь один аргумент - выжить любой ценой.
  За день никто из них не появился, ни даже намека на их присутствие. В попытках успокоиться, я пыталась убедить себя, что все было сном, кошмаром, однако ближе к вечеру вернулась боль в плече. Добравшись до квартиры, рухнула в кресле, пытаясь собраться с силами. Осознавала что сама перебинтоваться не смогу, однако кое-как разделась, потому что даже пошевелить рукой было больно. На бинте проступила кровь. К врачам нельзя, обезболивающих у меня нет. Так сложилось, что я никогда не болела сильно, переломов тоже не было.
  Трикотаж только начинал появляться, поэтому был невероятно дорогой, у меня было несколько топов-маечек. А домашний костюм из широких брюк и жакета не совсем подходил мне сейчас. Впрочем, выбора не было. Понимая что поднимается температура, я добрела до кровати с особым злорадством подумав, что сегодня императору придется довольствоваться привидением и то, если разбудит. Хватило сил завести будильник и залезть под одеяло.
  Разбудили странные ощущения и прохладная рука на лбу. Я не спешила открывать глаза прислушиваясь.
  -- Температура спадает. Что это было?
  - Ваше величество, перенервничала, потом ранение. Я недооценил отравителей, так что маленькую дозу она успела схватить, просто вдыхая аромат. Виноват, забыл, что ее организм не подготовлен. У меня затянулся разговор с Тресселем, поэтому задержался.
  -- А если бы ее нашли?
  - Благодаря очень своевременному вмешательству императрицы, внимание к Азиэль ослабло. Хоть какая-то польза от Ее величества. Ваше величество, я пришел - она спала. Я просто погрузил ее в сон, перевязал и сделал укол с антибиотиком и обезболивающими. Скоро проснется.
  - Пилюли ей дай. Что с Тресселем?
  - Ваше величество, с вашего позволения я подожду, пока Азиэль очнется, думаю она имеет право знать, чем закончилась та заварушка. В порядке хорошего урока. Насчет пилюль... Вы уверены?
  - Эрг, делай, что сказал. Значит, все-таки горная ирдархарка.
  - Только наполовину, но этого достаточно, чтобы быть устойчивой к влиянию камней. Азиэль, хватит притворяться, открывай глаза.
  Послушно открыла глаза и сжалась. Мы были в пустыни Вьетар, в той самой спальне. Я лежала на кровати и судя по ощущениям, на мне лишь белье и длинная рубашка, явно мужская. Плечо почти не болело, на лбу рука императора, сам он сидел рядом на кровати. Эрг Дюэль развалился в кресле напротив, держа в руках чашку.
  -- С возвращением, Аззи, - отсалютовал он мне, - как себя чувствуешь?
  - Лучше, Ваше величество, - склониться в реверансе лежа не получилось, поэтому лишь качнула головой, судорожно вцепляясь в одеяло.
  - Ого, вы ее запугали, - хмыкнул премьер-министр, - вроде вчера Ее величество смилостивилась.
  -- Перед официальном визитом из Керитана? Смешно.
  - Плохо, - покачал головой Дюэль, - но я настаиваю на том, чтобы на неделю Азиэль получила амнистию. Иначе ты ее убьешь раньше времени. Ваше величество, мне жаль, но придется справляться самому. Либо я накладываю блок.
  - Ты мне тоже нужен живой. Решим проблему. Азиэль, ты должна поесть.
  - Я не голодна.
  - Ты будешь много тратить сил. Это приказ.
  Премьер-министр покачал головой, затем достал из внутреннего кармана пиджака небольшую шкатулку, передавая ее императору.
  -- Это яд. Каждое утро принимай по одной горошинке натощак. Ты в состоянии встать? В шкафу одежда, одевайся и выходи в гостиную.
  - Там не моя одежда, - тихо шепнула я, сжимая яд.
  -- Я дважды не повторяю и не заставляй себя ждать, - император встал и не оглядываясь вышел из спальни.
  Премьер- министр проводил его взглядом и повернулся ко мне.
  -- В шкафу твоя одежда, я перенес пару сменных комплектов. Ты затянула с шоком. Не проверяй его на прочность, рискуешь. Азиэль, на тебя открыли охоту. И поверь, смерть в этом случае - лучший выход. Ты наполовину ирдархарка, то есть можешь быть геммологом. Ценная добыча в условиях нежелания последних сотрудничать. Поторопись.
  Он тоже вышел, и из-за двери донеслись мужские голоса, спорившие о чем-то. Я нашла платье рубашку, которое надеялась надеть сама. Увы, у меня не получилось. Раненая рука не поднималась, поэтому я никак не могла натянуть его на себя.
  -- Азиэль, поторопись.
  Меня разобрала злость. На платье, которое не хотело одеваться, на них, для кого я лишь игрушка, предмет мебели, на себя, что трусливо выбрала жизнь. Резко дернула лиф, и ткань затрещала. Идеально! Звук разрывающейся одежды словно ножом вскрыла гнойник. Любовница? Игрушка? Получайте! Та мужская сорочка, которая была на мне, вновь вернулась, я лишь натянула найденные чулки и расчесала волосы.
  Мое появление стало триумфом, ядом боли обливая сердце.
  -- Азиэль? - оба мужчины опешили.
  -- Привыкаю в к новой роли. Вам не нравится? - хотелось сказать насмешливо, однако под конец прорвались истеричные нотки.
   Премьер-министр вздохнул и протянул мне со стола тарелку:
  -- Канст, отойди в сторонку. Барышня переживать изволит, слабачка.
  Я застыла, готовая его убить. Он насильно сунул тарелку в руки:
  -- Разбей.
  Я швырнула тарелку с размаху на пол, однако она упала плашмя и не разбилась.
  --- Да на что ты годна? Даже тарелку разбить не можешь. Думаешь, почему твои предшественницы мертвы? Потому что были такими же квашнями, как и ты. Куклы безмозглые, - откровенно издевался премьер-министр.
  Я подхватила тарелку с пола и швырнула в нагло ухмыляющегося премьер-министра. Он даже не дернулся, лишь лениво отмахнулся, и посудина отлетела в сторону, осыпавшись осколками около стены.
  -Раз-маз-ня, - выдохнул он мне в лицо.
  Я впала в бешенство. Вся злость выплескивалось на премьер-министра, сидевшего в кресле напротив. Я швыряла в него тарелки, бокалы, вилки и ножи, что лежали на столе. Визжа и изрыгая проклятья, а он лишь посмеивался, отбиваясь. Когда я швырнула последний нож, он лишь кивнул, и сзади император скрутил мне руки, вынуждая опуститься на колени, рыдая в голос. Свернувшись клубком, я лежала и рыдала, а мужчины с безразличным видом сидели и ждали. Потихоньку я успокоилась, но вставать не стала.
  -- В чем возникла проблема? - холодно спросил премьер-министр.
  В том что я родилась на свет. Что вся жизнь череда роковых стечений обстоятельств, которые привели к одному, к плахе.
  -- Азиэль. Я. Задал. Вопрос. И почему ты вышла в таком виде?
  - Я не могу одеться сама, - буркнула, вытирая слезы.
  -- Почему? Руки отвалились?
  - Плечо не работает. Я не могу самостоятельно одеться.
  - И это повод для того, чтобы бить посуду? Вставай и садись есть.
  Под пристальными взглядами я села за стол, мне пододвинули тарелку с мясом и овощами.
  -- Азиэль, надо съесть все. С одеждой решим позже.
  Легкий туман в голове после истерик не давал понять, кто из них говорил. Опустошение и головокружение.
  -- Тьма, Эрг, ты перестарался.
  -- Я говорил тебе ее не трогать. Это последствия твоего необдуманного поступка в саду и позже.
  - Значит, ей придется ночевать здесь.
  - Лишь бы императрица тебя не искала. Канст, поешь тоже, ты выложил весь резерв на ее лечение.
  Я подняла на них глаза:
  -- Простите, я сорвалась.
  - Это было ожидаемо, Аззи. Мы сами слегка растерялись в данных событиях. Знаешь, я могу поднять тебе настроение. Приготовь чай, и я расскажу про твоего бывшего, - мягкий тон Эрга Дюэля никак не вязался с тем циником, который недавно оскорблял меня.
  Я встала, стараясь не думать о наряде. Кажется, мир раскололся на жизнь до и после. Расставила чашки, налила чай, подала сначала императору, затем премьер-министру. Привычные движения успокаивали. Эрг Дюэль дождался, пока я сяду, чтобы отставить чашку в сторону и встать:
  -- Сейчас принесу плед, прикроешь колени.
  Рассказ вышел поучительным. Гай рассказал отцу о сцене в саду. Дорд Тресель был совладельцем газет. Ему родилась интересная идея, тем более сын собирался привести меня на воскресный обед, а родители Гая не одобряли мою кандидатуру, тем более уже давно был сговор, что дети компаньонов переженятся. Молодому человеку долго и нудно поясняли все и подсказали простой вариант - потянуло на экзотику? Так воспользуйся и успокойся. Рецепт на наркотическое средство сделал отец, параллельно отдав в газету статью о новой любовнице. Трессель-старший знал, что Его величество игнорирует такие статьи. То есть получилось, что Трессель слегка угадал.
  Когда Его величество изволил обратить на меня внимание, Дюэль первым делом решил устранить Гая. Каково же было удивление премьер-министра, когда молодой человек зашел в аптеку, где купил наркотик, затем посетил кондитерскую. Незамеченный никем Эрг присутствовал при подготовки расслабляющих конфет. Он же и спровоцировал арест Гая на улице. Пострадал также и владелец аптеки, поскольку Дюэль забрал незаметно поддельный рецепт. Трессель не сделал правильных выводов. Как и сын, которого отпустили под залог. Гай, стараясь обелить себя выставил меня в неприглядном свете, многозначительно намекая на то, что у отца точные сведения. Император тоже не спешил давать какие-либо комментарии
  Премьер-министр продолжал наблюдать за мной издали, не вмешиваясь. Вызов к императрице стал интересным поворотом в истории, которую почти удалось замять. Дюэль бросил дела и присутствовал при разговоре. Тогда и обнаружилась моя устойчивость к камням. Когда я ушла - императрица была рассержена, потому что ее в чем-то верные догадки не нашли подтверждения.
  Разговор возле лестницы были очередной проверкой супруга, очной ставкой. И вновь камни молчали. Дальнейшее развитие событий заставило премьер-министра из наблюдателя перейти в непосредственного участника. Ее величество нанесла визит Тресселю-старшему и попеняла на статью, которой и думать забыли. Трессель рассыпался в извинения и под именем главного редактора пишет разоблачающую статью, однако не меняя моего статус, вроде - может и было чего, но нам не известно, а раз не пойман, то не вор. Журналиста, которому просто дали скандальный сюжет, увольняют с хорошим пособием и даже втихую переводят в другое издание, где тот пишет под псевдонимом. Все чисто. Далее премьер стал замечать, что в резиденцию проникла чужая магия. Кто-то следил за никому ненужной сироткой, которая вдруг стала центром дворцовых интриг.
  И вот тут премьер-министр стал серьезно опасаться о том, что они упускают нечто важное. Он доложил императору и они затаились в ожидании следующего шага.
  Ждать пришлось не долго. Сироту решили убрать, надеясь нападением спровоцировать императора. А вот дальше...
  Премьер-министр замолчал и глухо добавил:
  --Тресселя использовали как проводник, потому что он не в состоянии держать под гипнозом двоих. А это значит, что следов мы не найдем, что говорит не только о силе исполнителя как мага, но и об уме. Но результат один. Журналист попытался отравить Азиэль, якобы из чувства мести, но когда не получилось, он вместе с братом перешел к активному преследованию. Внушение было сильным, я не смог его прекратить, пришлось убить. Сами понимаете, мотив - месть, меня вполне устраивал, мне не надо было чтобы узнали о маге. Я перенес Азиэль сюда, вызвав полицию, правда пришлось поплутать, чтобы не засекли всплески магии. Тресселя же я посетил на следующий день, чтобы удостовериться в выводах - его использовали. От него и узнал про визит императрицы.
  -- Что дальше? - император поторопил замолкшего премьер-министра и я вздрогнула, потому что Его величество сидел за мной практически вплотную.
  -- При Азиэль?
  -- Я думаю, ее порадует информация, что Гай наказан.
  -- Да ничего особого. Гай сядет за наркотики. Помолвка с дочерью компаньона расторгнута. Дорду осталось мало. Мой визит засекли и скоро мы узнаем о скоропостижной кончине владельца газеты, тот, кто его использовал, уберет опасного свидетеля. Все имущество отойдет компаньону. Не позавидую я вдове Тресселя.
  - Что за маг? - спросил император
  - Не знаю, Ваше величество. Могу дать лишь небольшую характеристику.
  - Давай.
  -- При Азиэль?
  - Да.
  Я удивленно оглянулась на императора, но тот даже не обратил на меня внимания.
  -- Хотя да, уже не важно. Сильный маг, в сотне лучших материка не засветился, уж их я проверил всех. Лучше всего у него получается ментальная магия - гипноз, внушение, миражи и прочее. Хитер. Безжалостен. Это современный типаж, этика магии им не известна. Искать надо среди политиков, кому выгодно убить Азиэль.
  -- Необученного геммолога с хорошим потенциалом.
  -- Ваше величество, даже в Ирдархе геммологи лишь мужчины. Женщин они не обучают, не больше чем у рядового жителя страны.
  - Всегда можно с чего-то начать. Ирдарх не особо то и делится своими кадрами, хоть мы и предлагаем лучшие условия, а вот с Тирканией у них есть договор на квоту специалистов. Я уверен, что Трессель связан с Рендиной. Она опрометчиво решила убрать Азиэль, сейчас подумает и сыграет иначе.
  -- Что ты поняла, Азиэль? - вдруг спросил меня премьер-министр.
  Вопрос застиг врасплох.
  --- Ее величество хотела меня убить? - тихо спросила я.
  -- Вероятнее всего.
  - За что?
  - По доброте душевной, - хмыкнул император, - у моей супруги хобби такое - убивать красивых девушек.
  - Канст, держи себя в руках, иначе я блокирую тебе способности на неделю.
  -- Приравняю к покушению и арестую тебя.
  - На две недели, - невозмутимо парировал премьер-министр.
  Стул скрипнул и император заметался по комнате.
  -- Могли достать с южного материка?
  -- Нет, Тирк нейтрализует магию. И южанам это не надо. Сейчас надо рассматривать лишь Ирдарх, Тирканию и Керитан.
  -- Брат присылал отчет, там все тихо. Согласен, молчание затянулось, но Рендина не дура, понимает что открыто бунтовать не стоит.
  - Ваше величество. Покушение было в воскресенье, сегодня вечер понедельника, все видели Азиэль в полном здравии, включая императрицу.
  - Я наживка? - мой вопрос остановил перепалку.
  - Да отчасти.
  Опустив голову, я разглядывала пол, когда на плечи легко теплые ладони:
  - С тобой ничего не случится. Это ранение - единственное увечье, которое тебе нанесли.
  Я подняла голову и с изумлением отметила, что премьер-министр исчез. Не получилось отсрочки. Рискнула спросить:
  -- Не случится, пока вы заинтересованы во мне?
  - Что ты хочешь, Азиэль?
  -- Жить. Ваше величество, я выполню ваши желания, но прошу лишь об одном - когда надоем вам, оставьте мне жизнь. Я уеду из столицы, буду молчать, только оставьте жизнь.
  -- Долго ждать придется, Азиэль.
  -- Простите, Ваше величество, мои речи можно отнести к дерзости и неуважению, однако больше года любовницы у вас не задерживались.
  -- Если бы они не переходили границу, длилось бы все дольше. В постели они меня устраивали, а больше и не надо. Аззи, девушки не выдерживали испытания медными трубами. Деньги и практическая безнаказанность лишали их осторожности и благоразумия. Дюэль правильно заметил, скрывать нечего, мы втроем завязаны в один узел, и именно девушки оказывались слабым звеном, которое быстро ржавело и портилось и которое приходилось устранять.
  -- Я поняла.
  -- Умница.Тебе ничто не грозит, пока я рядом и ты послушна. Идем.
  Он первым прошел в спальню, я последовала за ним. Наблюдая как Его величество раздевается, сама потянулась к пуговицам своей рубашки. Выбор сделан, смысл ломаться? Но надо попросить об одном:
  -- Ваше величество, вы можете дать еще обезболивающее для плеча?
  Он обернулся, и я заметила небольшой шрам на груди, возле сердца.
  -- Тебе не потребуется лекарство. Мы проведем ночь вместе, но я не буду принуждать тебя. Совместный сон позволит мне ускорить процесс регенерации ран, при этом не потеряв резерв. Только не снимай рубашку, иначе я не отвечаю за себя.
  Уже в постели он подгреб меня к себе, прижимая к груди:
  --- Спи, Азиэль, сон лечит.
  Плечи укутало теплом, и даже слегка жгло, словно я сидела близко к открытому огню. Десять минут мы лежали тихо, я прислушивалась к спокойному дыханию и понимала, император притворяется.
  -- Вы лечите меня? - отважилась я на вопрос, когда осторожно заглянула ему в лицо и увидела открытые глаза.
  -- Ускоряю регенерацию. Процесс затратный с точки зрения магии, но необходим, потому что ты еле двигаешься, что может вызвать подозрение.
  -- Что будет если не гасить всплески?
  -- Маг сгорает изнутри. Похоже на сумасшествие. Секс не единственный вариант стабилизации, однако самый быстрый, мало затратный и приятный процесс. Есть еще возможность опустошения резерва, но тогда маг становится уязвимым почти на сутки, я говорю про предел. В моем случае неуравновешенность может повлиять на принятие решения, а поскольку я отвечаю за империю, то ошибка может дорого стоить.
  -- Почему я?
  -- Ты мне нравишься, с тобой приятно провести время. Ну и по анкете ты идеально подходишь на эту роль. Нет честолюбивых родственников, высокоморальных родителей. Ты умна и сможешь сохранить тайну. Азиэль, давай заключим сделку. Ты помогаешь мне, я помогаю тебе. Если не предашь меня, то я выполню твое условия, если захочу сменить любовницу.
  -- А императрица?
  - Азиэль, - глаза заледенели, - я хотел дать тебе возможность отдохнуть, но ты решила поиграть в вопросы-ответы? На сегодня хватит, тогда займемся другим, - он заметил, что инстинктивно сжалась и добавил мягче, - поверь, удовольствие от процесса могут получать оба. Разве я обманул тебя вчера и было больно?
  - Нет, Ваше величество, не обманули. Просто...
  -- Твое физическое состояние стабильно, жар больше не вернется. Поверь, тебе понравится. Да и регенерация пойдет быстрее.
  
  Глава 5.
  Утром я смогла шевелить рукой. Рана зарубцевалась, и уже не кровоточила. Ссадины на спине тоже не доставляли неудобств. Я покосилась на шкатулку с ядом и осторожно ее открыла. Внутри лежали маленькие горошины, словно бисер. Запаха я не почувствовала. Немного подумав, я запрятала сомнительный подарок поглубже в шкаф.
  Вновь закрытая одежда, перчатки и прямая спина. Ничего не меняется. Моя уже добровольная изоляция давало возможность подумать. Я испытывала животный ужас, когда думала о том, что раскроется связь и от меня отрекутся. Ночи оставляли же двоякие чувства. Первый раз не помню, то ли настолько сильным был шок, то ли император затуманил разум осознанно. А сегодня ночью... Как описать? Водоворот эмоций, противоречивых по своей природе. Грубость и жестокость? Не сказала бы, однако император был слишком настойчив, да он и не слушал возражения, не принимал отказов, для него не было запретных зон или движений, кроме одного - моя боль. Его величество словно сам чувствовал, останавливаясь или ослабляя натиск, даже если я не жаловалась. Мои попытки отмолчаться и терпеть вызывали у него злость, которая выплескивалась в ласках, когда тело предавало разум. И на фоне этого его холодность после всего, когда меня отвели домой, лишь больше обозначал мою роль игрушки.
  Но самое непонятное началось вечером. Император не пришел. Я прождала до полуночи, но никто не появился. На завтра все повторилось, и так продолжалось две недели. Приехала делегация из Керитана. Я была из тех, кто сопровождал встречу. Полное игнорирование, впрочем как и всего обслуживающего персонала, даже потом, когда по традиции премьер-министр зашел поблагодарить за работу. На меня не обратили внимание - дежурная улыбка, высокомерный кивок и все.
  Наши сплетницы вовсю шушукались, что император был слегка взвинчен на переговорах, но это пошло на пользу - посол Керитана подписал все бумаги, кроме... Геммологами пираты делится не стали.
  Пока я готовила протоколы, одна не удержалась и бросила колкую фразу:
  -- Император наверно был бы более спокоен, если бы некоторые не отлынивали от своих новых обязанностей.
  Повисшая тишина заставила оторваться от записей. Все смотрели на меня. Меня же заинтересовал Дигуэль Прачрит, как раз стоявший в дверях. Что-то было не то в облике начальника. Его заметила не только я, но и остальные, однако Гарит не остановили даже шикания:
  -- Азиэль, ты слышала?
  -- Нет, - ответила я и вернулась к бумагам.
  Сплетница хотела возмутиться, однако начальник отмер и тихо окликнул ее:
  -- Госпожа Хитрен, пройдите в мой кабинет.
  Гарит побледнела и бросила на меня взгляд полный ненависти, который я проигнорировала. 'Умница', - шепотом раздался голос в голове. Голос премьер-министра.
  Только неимоверным усилием воли я заставила себя продолжить переписывать протоколы, расшифровывая стенографию. Гарит вернулась через полчаса бледная и поникшая. По обрывкам долетевших фраз я поняла что за ошибки в заполнении документов и нарушение трудового распорядка ее отчитали.
  Вечером по дороге домой я застала возле жилого корпуса Патти и остальных. У меня даже голова закружилась, настолько все было похоже на события почти месячной давности.
  -- Здравствуй, Азиэль.
  -- Добрый вечер, - я настороженно смотрела на них. Неужели она решила повторить попытки примириться?
  - Гая арестовали, - выдохнула она, нервно сжимая сумочку.
  - За что?
  - У него нашли наркотики. В тот вечер, когда вы... когда он не пришел, у него обнаружили коробку конфет, где и нашли наркотики.
  Я сглотнула, развернулась на каблуках и дошла до скамейки, на которую опустилась. Мысли лихорадочно скакали. Факты мне известные, однако что дальше? Зачем они пришли ко мне?
  -- Азиэль, ты же можешь ему помочь, стоит тебе...
  - В конфетах? В тот вечер, когда мы должны были встретиться? - я ухватилась за соломинку.
  -- Да. Аззи, попроси императора...
  - Патти, он шел на свидание с коробкой отравленных конфет. Эти наркотики предназначались мне. Зачем? - растерянность изображать легко, но получится так же убедительно сыграть оскорбленную невинность?
   Ведь я виновата... В чем? В том, что Гай хотел поиграться? По крайней мере император честнее, он не дурманил меня, а открыто обозначил интерес...
  -- Аззи, я...
  -- Он меня хотел отравить? - шепот скрывал интонации, но добавил драматизма.
  - Аззи, я думаю это была шутка, он бы не стал бы. Аззи, его папа слег с инсультом, мама сходит с ума. Ты можешь поговорить с императором или императрицей..
  - А почему я? Запишитесь на прием и расскажите все сами. Патти, почему я должна говорить с Его величеством или императрицей и на каком основании? Кто я им? И почему я должна просить за Гая?
  - Но вы же были помолвлены...
  - Он первым разорвал помолвку и опозорил меня. Нет, Патти. Даже если бы могла повлиять, не стала бы.
  -- Говорят, что ты в милости у императрицы.
  - Знаешь, ты всегда верила другим, а не мне. Пусть те, кто говорят и помогают тебе.
  Встав, я обошла ее по дуге и пошла в сторону подъезда.
  -- Это из-за тебя он попал в тюрьму!
  Я молчала.
  -- Если его отец умрет, его смерть будет на твоей совести!
  'Когда, Патти, когда', - с мазохистским удовольствием мысленно ответила я бывшей подруге, уже зная, что Трессель-старший не поправится. Странно, жалости не было. Две ночи с императором и я стала циничней.
  Уже поужинав, устроилась на диване с книгой. Привычка все равно ждать визита уже укоренилась в вечернем ритуале. После того, как мне рассказали о том, что я наполовину ирдархарка, я увлеклась историей возможной родины, собирая по крупицам скупую информацию о северных соседях империи.
  -- Здравствуй, Азиэль, - появление премьер-министра не заметила и хоть ждала, но все равно испугалась.
  - Добрый вечер, - я замялась, не зная что делать дальше.
  -- Ты мне ничего не хочешь рассказать? - вкрадчиво спросил Эрг Дюэль.
  - Что именно? - не поняла я.
  - Хорошо, тогда переоденься и нас ждут.
  Я недоуменно посмотрела на него. Интересно, чем премьер-министра не устраивало прямое платье синего цвета и туфли на невысоком каблуке.
  -- Азиэль, императору нравятся твои пышные платья. Сделай Его величеству приятное.
  Когда мы появились в домике в пустыне, император раздраженно швырнул вилку на стол.
  -- Почему я так долго жду?
  -- Ваше величество, для женщины она очень быстро переоделась. Я все же предлагаю поужинать.
  Есть не хотелось, поэтому я сидела за столом, ковыряясь в тарелке. Мужчины молчали, либо говорили о непонятных вещах, однако я весь ужин чувствовала их напряжение. Наконец, когда по просьбе императора я приготовила чай, Его величество не выдержал:
  --Ты не хочешь ничего рассказать, Азиэль?
  -- Что именно, Ваше величество?
  - Что сегодня произошло днем?
  - Ничего, - я покачала головой вдыхая странный аромат напитка. Пряный, слегка сладковатый и незнакомый.
  - И ничего не произошло такого, что ты хотела бы рассказать?
  - Нет, ничего.
  Мужчины переглянулись.
  -- Почему ты не пьешь чай?
  -- Странный запах. Что это?
  -- Чай из мха, растущего в Парвильских горах. Яда нет. Кстати, ты принимаешь пилюли?
  - Да, ваше величество, - соврала я, делая себе заметку найти шкатулку и выкинуть необходимое количество горошин.
  - Умница, - похвалил Эрг Дюэль.
  Я вскинула голову и посмотрела на него:
  -- Это были вы?!
  -- Где?
  - У нас в отделе, после встречи. Это был не господин Прачрит.
  Император нахмурился и грозно спросил:
  -- Ну и зачем?
  - Ваше величество, проверял. Легкий морок, затем небольшое внушение Дигуэлю, чтобы доиграл роль и все. Мне нравится реакция Азиэль, врать она, конечно, еще не научилась, но выбрала тактику умолчания, что весьма действенно в нашем случае. Сами понимаете, женский коллектив - это клубок змей. А потом еще и подружка...
  -- Патти тоже были вы? - ужаснулась я.
  Мужчины расхохотались, а я обиделась.
  -- Нет, Аззи, я до такого еще не дошел, но разговор слышал. Мы все ждали, когда ты будешь просить за Гая.
  - А должна?
  Эрг Дюэль вздохнул и поднялся:
  -- В общем я тебе это и говорил, Канст. С вашего позволения, господа.
  Он быстро вышел, а император повернулся ко мне:
  -- Как рука?
  -- Все хорошо.
  - Аззи не обижайся, мы действительно думали, что ты будешь просить за него. Жалость к убогим и подлецам присуща женщинам.
  - Нет, Ваше величество, не буду. Он бы меня не пожалел. Но я действительно хотела вас просить об одном снисхождении.
  -- Каком? - в голосе прорезался металл.
  - А можно и дальше не будет больно? - я покраснела, пряча взгляд, - я понимаю, что есть потребности и иногда возможно... И отказать я не могу, но вы же можете поставить блок на боль?
  -- Это все?
  -- Нет, - я облизала пересохшие губы, потому что дальнейшее требовало немыслимых сил.
  Я не ханжа, но и не распутна. Перешагнуть через себя сложно, но я планировала честно отработать свои условия договора в робкой надежде что император выполнит обещание. То что собиралась сказать ему, вряд ли бы решилась озвучить мужу, однако я не жена. Я игрушка, любовница и должна соответствовать
  -- Слушаю.
  - Расскажите, как вам нравится. Я к сожалению, не имею опыта и возможно делаю ошибки, поэтому прошу понять и...
  -- Все, молчи, - он подавился смешком и попытался сделать серьезный вид, - иди сюда.
  Прижав к себе, он тихо сказал:
  -- Больно не будет. Я не садист и не эгоист. Я не требую чувств, но причинять боль женщине не буду. Постепенно научишься узнавать, как лучше, остальное подскажу. Доверься, и нам обоим будет хорошо. Насчет второй твоей просьбы. Ты все узнаешь, но постепенно. Сейчас мне нравится твоя неискушенность, позже перейдем к более развратным делам. Но твоя инициатива мне нравится. Я могу тебя попросить приходить ко мне в пышных юбках? Ты в них такая воздушная, словно весенний цветок. Именно это привлекло меня в первый раз, когда я увидел тебя в саду.
  -- Хорошо, - его слова смущали, вновь выворачивая меня наизнанку. Я потянулась к застежки блузки, но мои руки отвели:
  -- Я сам буду тебя раздевать. Всегда. Азиэль, останавливай меня, если чувствуешь боль. Две недели воздержания и сегодняшние переговоры вымотали. Я постараюсь контролировать себя, но сама понимаешь. Извини.
  Доверие вещь хрупкая и так просто не дается. Говорят, его надо заслужить. Доверяла ли я императору? Нет. Я поняла, что через меня перешагнут, если ошибусь. А чтобы не ошибиться, нам придется общаться, мне придется верить его словам хотя бы в постели, спрашивать и создавать иллюзию взаимпонимания. Эрг прав, мы втроем сейчас завязаны в один узел. Пытаясь решить внешние проблемы, император упустил из виду внутреннюю угрозу.
  Я слегка расслабилась и сказала:
  -- Хорошо, что завтра выходные. Но почему вы раньше не пришли?
  Мне не ответили. Император был занят важным делом - пытался не запутаться в застежках платья.
  Утром начиналось замечательно. Раны не беспокоили, кроме того, что их надо было скрывать. Красная помада стала для меня уже привычной, она хорошо скрывала измученные поцелуями губы. Немного испортили настроение небольшой конверт с деньгами на столе, словно напоминание о статусе. Помню, как жарко шептал мне на ухо мужчина, как каялся в порче белья.
  Румянец вспыхнул, я быстро спрятала деньги в шкатулку, где откладывала на мечту. Посвятив первую половину дня житейским делам, вечер я провела дома, послушно ожидая. Но никто не пришел. А утром в понедельник на столике обнаружилась корзинка с фруктами и небольшой запиской 'Извини'.
  Я не смогла устоять перед сочными яблоками, съев одно и пару взяв на работу. Ни на императора, ни на премьер-министра не похоже, они появлялись лишь когда им надо, но может теперь все изменилось?
  Затем долго не могла найти перчатки под платье, перерыла весь ящик. На глаза попалась шкатулка с ядом. Я вновь открыла ее и посмотрела на маленькие драже-жемчужинки. Принять? Нет, я боялась. Как и тогда, я боялась, что доза смертельна, все таки у магов иммунитет сильнее обычных людей. Понимая, что надо расспросить о яде, я как могла оттягивала разговор. Все, как только ко мне придут, я все честно расскажу, даже если буду кричать и ругаться.
  Спрятав яд обратно в шкаф, вышла из квартиры. Солнце на улице уже припекало, для утра стояла жаркая погода. Интересно, а что же будет днем, если сейчас так невыносимо душно? Но когда я дошла до рабочего корпуса, почуяла неладное. Даже в прохладе коридоров мне нечем было дышать. Перед глазами все плыло. 'Отравили!' - мысль забилась в голове. Я огляделась, но вокруг никого не было. Собравшись из последних сил, сделала шаг в сторону кабинета, понимая, что мне нужно хоть кого-то найти. Но с каждой секундой становилось хуже. Я вцепилась в стену, но внутри уже разгорался огонь, сжиравший меня. Вдали послышались голоса.
  -- Помогите!- мне казалось, что я кричу, но на самом деле лишь прошептала.
  -- Ринтар! - услышав голоса Дигуэля Прачрита и Эрга Дюэля, я потеряла сознание.
  
  Когда я пришла в сознание, то обнаружила себя в больничной палате. За окном вечерело. Во рту ощущался противный кислый привкус, желудок болел, а сил пошевелиться и встать не было. Словно за мной наблюдали, дверь тут же открылась и появился доктор.
  -- Госпожа Ринтар, добрый вечер. Вы в больнице. Вас доставили с диагнозом отравление.
  Я замерла, боясь даже пошевелиться.
  -- Завтра утром приедет полиция, они хотели бы уточнить, где вы покупали молочную продукцию. Сами понимаете, вы работаете в резиденции и там особые требования к поставщикам. Вообще день выдался веселым, - пожаловался молодой врач, прослушивая пульс, - десять тяжелых отравлений, несколько вполне легких случаев. Вам еще повезло, вас доставили порталом, а не по скорой.
  - Кто? - шепнула я.
  -- Господин Прачрит. Молчите, не тратьте силы, я только осмотрю вас и поставлю капельницу. Завтра утром все расскажете, а сейчас постарайтесь поспать. Уже все хорошо, детоксикацию провели.
  Он действительно быстро осмотрел, поставил капельницу и вышел, приглушая свет.
  Появление премьер-министра и императора я почувствовала с закрытыми глазами.
  -- Открой глаза, Азиэль, - ледяной голос его величества заставил повиноваться, -- ты пьешь яд?
  Я молчала.
  -- Это специальные дозы, которые помогли бы организму начать вырабатывать собственное противоядие и соответственно усиливать сопротивляемость и избежать отравления. Спрашиваю последний раз, Азиэль, ты пьешь данные пилюли? В твоих интересах отвечать честно.
  Собравшись силами, я открыла глаза и отрицательно покачала головой.
  -- Вслух, - приказал он.
  - Нет, Ваше величество.
  - Почему?
  - Я боялась быть отравленной.
  Он замолчал, внимательно осматривая меня. Эрг Дюэль, не проронив ни слова, исчез чтобы через минуту вернуться со шкатулкой в руках.
  -- Вот они, Ваше величество.
   Император внимательно посмотрел на коробочку в его руках.
  -- Азиэль, мне казалось мы достигли договоренностей. И одной из них было сохранение тебе жизни, обеспечение безопасности. Однако твое поведение начинает меня раздражать, - император придвинул стул и сел.
  -- Простите, Ваше величество, - бесцветный тон императора вызывал животный ужас, хотелось сбежать, но не получится, я знала.
  Премьер-министр опирался на изголовье кровати, император сидел напротив, в руке капельница. Его величество перевел взгляд на Эрга Дюэля.
  -- Запоминай, Азиэль, - бесстрастно начал премьер-министр, - ты купила в магазинчике на улице Кустовей творог и молоко. Молоко у тебя скисло, а творогом ты завтракала. Поняла?
  - Но..
  - Я не спрашивал тебя как было на самом деле, я сказал, что ты завтра перескажешь полиции. Ты поняла меня? Последний раз предупреждаю, ты взята для другого, а не думать.
  - Да, - слезы текли по щекам.
  - Откуда корзина?
  - Утром появилась на столе, - я испуганно смотрела на императора, застывшего напротив меня.
  - Ты принимаешь подарки?
  - Я думала, что это от Его величества.
  - Записка была?
  - Да.
  - Что в ней?
  - 'Извини'.
  - Что ты съела?
  - Яблоко.
  Они переглянулись.
  -- Захотелось подарков, Азиэль? - вкрадчиво спросил император.
  -- Нет, Ваше величество.
  - Тогда запомни. Ради капризов глупой девчонки не собираюсь подставляться. Ты еще не заслужила даже медного кольца. И пока приносишь лишь проблемы, за которые я собираюсь спросить с тебя по полной именно тем единственным способом, которым можешь отблагодарить. Хотя сейчас я даже сомневаюсь, что ты и на это способна. Эрг!
  Обидные слова - это обидные слова. Они бьют наотмашь, заставляя глотать их отраву, зная, что твоя жизнь во власти двух мужчин. От них раны не кровоточат, но легче не становится. И когда тебе выворачивают руки, прижимая к кровати так, что даже не можешь пошевелиться - физические страдания все равно не заглушают боль от слов.
  Вот и сейчас. Выдернув иглу из вены, Дюэль скрутил мне руки, сбрасывая на пол перед императором. Я попыталась вырваться, но ослабленная ядом, лишь слабо трепыхнулась на потеху мучителям. Так я и стояла на коленях с заломленными руками, не в силах пошевелиться и ожидая... Чего? Сострадания? Смешно. Смерти? Тоже нет. Хотя да, сейчас хотелось умереть, потому что жизнь в аду уже не казалась привлекательной.
  -- Запомни, Азиэль, твоя жизнь теперь полностью в моей власти. Ты будешь делать то, что я говорю.
  Император подошел, грубо разжал мне рот и бросил одну горошинку на язык. Затем встряхнул, заставляя проглотить.
  -- В твоих интересах быстрее выздороветь, Азиэль. Я больше не намерен с тобой нянчиться.
  Император и премьер-министр ушли точно также, порталом. Привычный холод сообщил, что они тщательно затерли следы, а я осталась лежать на полу, сил встать и дойти до кровати не было.
  Так на полу меня и нашли утром. Охая и ахая, медсестры помогли дойти до кровати, умыли, перевязали. На все расспросы отвечала, что захотела в уборную, встала и не рассчитала силы. Приехавшему комиссару полиции я рассказала все то, что мне приказали, от него же и узнала, что еще несколько человек попали в больницу с такими же диагнозом. Хозяин магазина арестован.
  Выписали меня через день, оставив на больничном еще на две недели. Я пришла в разоренную квартиру, впрочем комиссар предупредил, что у меня проводили обыск, так как я стала первой жертвой недобросовестного продавца. Столь пристальное внимание еще было из-за громкого дела Гая Тресселя, а также слухов в газетах о моей возможной интимной связи с императором и последующим громким разоблачением в клевете, а также убийства журналиста - автора слуха.
  Пилюли я теперь принимала постоянно и каждый вечер с замиранием сердца ждала визита императора. Любой шорох приводил меня в состояние ужаса.
  И когда нервы были на пределе, он пришел сам. Я подпрыгнула с дивана, приседая в низком реверансе. Юбки пышного платья зашуршали.
  -- Встань и иди сюда.
  Молча выполнила приказ. Он обхватил за плечи, и вот мы уже в том доме в пустыне. Вдвоем. На столе только ваза с фруктами и бутылка вина.
  -- Азиэль, ты пьешь яд?
  - Да, Ваше величество.
  - Я говорил, что ты будешь наказана?
  - Да, Ваше величество.
  - Пей вино.
  Я чувствовала, что он взведен до предела, поэтому не стала перечить. Повернулась к императору:
  -- Вам налить, Ваше величество?
  - Нет, я не буду.
  Я молча налила и прежде чем император успел что либо сделать, выпила полный бокал залпом.
  -- Азиэль, да что ж такое?! Мне еще пьяного тела не хватало в постели.
  - Ваше величество, позвольте сказать, - алкоголь согрел и придал смелости, - у вас дети есть, так что женскую физиологию вы знаете. Я не отказываюсь от своих обязательств. Но сегодня как раз такие дни.
  Его величество хмыкнул, сам налил себе вина.
   --Знаешь, Аззи, ты ломаешь мне мозг, хотя твоя задача наоборот - дарить покой и удовольствие. Впрочем, я думаю мы решим эту накладку. Иди сюда.
  Когда я выполнила приказ, он сбросил с себя пиджак.
  -- На колени, Аззи, я сегодня научу тебя альтернативному способу удовлетворения мужчины, - промолвил император, берясь за ремень брюк, - первый раз можешь выплюнуть, но я предпочитаю, чтобы девушка глотала.
  Результатами обучения и закрепления пройденного материала Его величество был доволен. Мы лежали на постели, император раздел меня до пояса и сейчас ласкал плечи и грудь, получая от этого удовольствие. Чувствовала ли что-либо я? Да. Мне нравилось. Физически я ощущала тепло и нежность, но мысли были далеко. Я понимала, что это все лишь напускное, игра.
  -- Аззи, где ты?
  - Здесь, Ваше величество.
  - Телом, Аззи. Где твои мысли?
  - У меня нет никаких мыслей.
  Он резко перевернул меня, так что я теперь лежала на нем, его ладони сжали лицо, не давая возможности отвернуться.
  -- Аззи, слушайся. Если сказал съесть, значит выполняй. Ради твоей же безопасности.
  - Хорошо, Ваше величество.
  Император отпустил меня, слегка сталкивая на постель Сам сел, оборачиваясь на меня:
  -- Ты ночуешь здесь.
  -- Как прикажете.
  Он слишком резко встал, вышел в гостиную. Я направилась следом и застала его наливающим вино.
  -- Ваше величество, я вас расстроила?
  - А тебе это важно? - император резко развернулся ко мне, сверля тяжелым взглядом.
  - Важно. Значит, я не выполняю наши договоренности, раз вы недовольны.
  -- Ты голодна?
  Я задумалась. Есть не особо хотелось, тем более новые познания не добавляли аппетита, но и сказать 'нет' я не могла. А значит, надо все же соглашаться. Да, соглашаться во всем.
  -- Я не отказалась бы от мяса и овощей. Только без соуса.
  - Как скажешь. Надень блузку, иначе я не могу спокойно смотреть на тебя.
  Когда я вернулась в гостиную, на столе уже стояла еда.
  -- Сервируй и присаживайся.
  В руках у него были документы. Пока я накрывала на стол, сервируя с требованиями этикета, он быстро просмотрел все и отложил в сторону. Мнимая семейная идиллия, вот только я полураздета, Его величество не мой муж и на нем нет рубашки. Словно подслушав мысли, он на мгновение скрылся в спальне, чтобы вернуться, на ходу застегивая сорочку.
  -- Думаю, это отчасти моя вина, я не пояснил, - словно не было длительного молчания, вдруг заговорил император, - в одном драже содержится безопасная для организма доза яда. Тебе дали выжимку из всех известных, по идее после первого приема ты должна была почувствовать легкую слабость и расстройство желудка, которые со временем бы прошли. Поэтому я не появлялся первые пару недель. Постепенно организм привыкает к присутствию яда, и при более ударных дозах человек выживает, либо у нас появляется время чтобы его спасти. Эрг в свое время много путешествовал по материку, и даже увлекался ядами. У каждого свой способ развлечения. По сути у него самая богатая коллекция ядов и противоядий к ним, включая бесценный митридатий - универсальный антидот. Любой новый яд попадает к нему и потом готовится противоядие, а также вот эти самые пилюли, которые я тебе дал. Это очень секретная вещь, их принимает лишь моя семья и премьер-министр. Сейчас ты их пьешь?
  - Да, Ваше величество. Но почему?
  -- Откуда такая забота? Скажу сразу, из всех моих любовниц ты первая кто мной так опекается и доставляет столько хлопот. К сожалению, я еще в тебе заинтересован как в возможном геммологе. Дигуэль маг, а больше выходцев из Ирадарха у нас нет, с такой чистотой крови.
  - Но Дигуэль чистокровный ирдархянин...
  - Он маг, а значит не может быть геммологом. Он родился на побережье северного ледяного океана на островах Уирарх.
  - Но, Ваше величество...
  - Аззи, не перебивай. Я тоже мало верю в твои способности, но иного выхода нет, Ирдарх во главе с правителем Унриелем вновь завуалированно отказал в геммологе для империи. Возможно когда мы перейдем к стадии взаимных визитов, я возьму тебя с собой, чтобы проверить твои возможности.
  Я закусила губу, делая вид, что меня интересует содержимое тарелки.
  -- Аззи, ты пьешь противозачаточные?
  - Да, Ваше величество, с момента проявления вашего интереса.
  - Как ты их получила? В аптеках незамужним не продают их.
  - Сиротам их продают без ограничения, я воспользовалась старой справкой.
  - Я думал, ты будешь напуганной, а в тебе говорит здравая рассудительность. Мне это нравится. Что ты хочешь?
  Я неверяще подняла глаза, произнести вслух слова не дал банальный шок. Его величество понял меня по своему.
  -- Только не проси, я не отпущу. Ты меня полностью устраиваешь, а если будешь послушной, то все будет просто великолепно.
  Я вернулась к своей тарелке, пытаясь принять правильное решение. Проверка, несомненно это проверка. мне сегодня дали много конфиденциальной информации, наказали, принудили и сейчас кидают пряник. Что мне делать? Просить нечто материально - это переходить в разряд продажной шлюхи, когда со мной не будут считаться вообще. Сейчас у меня было неясное подозрение, что император, несмотря на кажущуюся жестокость, еще сдерживает себя. Свободу? Мне ясно дали понять, что нет. Но и упускать случая нельзя, потому что гордый отказ тоже ухудшит мое положение, поскольку отвергнув раз, есть шанс больше не получить предложение. Что просить?
  А император ждал.
  -- Ваше величество, я бы хотела немного больше узнать об Ирдархе.
  -- А как это связано с моим предложением? Аззи, я предложил тебе самой выбрать подарок. Хочешь украшения? Или может шубу? А может деньги нужны?
  - Спасибо, нет, сейчас весна, украшения привлекут внимание, а деньги девушкам не дарят.
  -А что же дарят? Наверно, я отстал от моды, погрязнув в управлении государством, но все вышеперечисленное всегда вызывало восторг у любовниц. Так что если хочешь, все устроим, и при этом ни у кого подарок не вызовет подозрение.
  -- Книги, - я стойко проигнорировала реплику о предыдущих девушках, - незамужней девушке моего статуса принято дарить книги, конфеты цветы, Ваше величество.
  -- Азиэль, что ты хочешь?
  - Ваше величество, - я осторожно подбирала слова, - я не хочу компрометировать вас и привлекать внимание. Но в свете рассказанного вами я хотела бы больше узнать об Ирдархе и геммологах. В открытых библиотеках ничего нового, кроме того что мы изучали в школе и колледже, я не нашла. Может у вас есть что-нибудь, что помогло бы мне понять происходящее и возможно помочь в вопросах геммологов.
  Император отодвинул в сторону тарелку, сверля немигающим взглядом. На мгновение у меня закружилась голова, я испуганно вскочила и упала бы, если бы меня тут же не подхватили:
  -- Аззи, не скачи. Это легкий транс. Успокойся, Аззи, не плачь. Книги из личного архива тебе завтра передаст Эрг, На улицу их не бери, чтобы никто не увидел, я же знаю, что любишь читать в саду.
  Я кивнула головой, но слезы предательски бежали по щекам. Император внес меня в спальню и уложил на кровать.
  -- Давай договоримся. Твоя покорность понятна, но раздражает. Тем более я по сути лишил тебя выбора, а значит, должен компенсировать. При остальных, при Эрге, даже когда мы втроем, ты остаешься такой. Но в постели ты можешь возражать. Здесь ты мне равна.
  -- Всегда? - я старалась не реветь.
  -- Ты не можешь отказать в близости, это чревато, но ты можешь отказать в способе получения удовлетворения, в просьбах, в приказах.
  -- Тогда что меняется? - горестно вздохнула я, вызывая у него усмешку.
  - Давай проверим.
  Он отпустил меня, сел и демонстративно потянулся к поясу брюк. Я тут же подскочила:
  -- Ваше величество!
  - Хорошо, как скажешь, - он убрал руки от брюк, вновь обнимая меня, - примерно так. Давай спать. Я устал, да и ты тоже.
  - А домой можно вернуться? - рискнула я попросить.
  - Нет, - резко ответил он, потом смягчился, - ты еще не до конца поправилась, я хочу ускорить регенерацию.
   - А ваша супруга?
  - Моя жена и мои дети тебя не касаются. Ты разделась? Я выключаю свет.
  - Ваше величество, - внутри я тряслась как осиновый лист, понимая, что испытываю терпение, но видно не так много знал о женской физиологии Его величество, - мне надо... Понимаете.
  - Что? - раздраженно он повернулся ко мне, вызывая смущение, потому что спать император предпочитал голым.
  - Просто дни такие.
  - Черт, Азиэль, ну не настолько же надо бояться. Эрг положил в шкаф все что нужно женщинам. Покупали рабыни. Ванная комната там, поторопись.
  Поборов стыд, подошла к шкафу, где действительно нашла все необходимое в запечатанном виде. Через десять минут я присоединилась к императору, но не торопилась лечь, боясь разбудить задремавшего мужчину. Расчесав волосы. осторожно заплела их в длинную косу, чтобы утром не спутались.
  -- Знаешь, это неплохо успокаивает, когда женщина расчесывает волосы. Может дело все в необычном для нашей страны цвете? - голос императора уже не пугал, но я тут же повернулась к нему лицом:
   - Извините, я думала, вы спите.
  -- Я жду, а ты не торопишься. Когда закончится менструация?
  -- Через четыре дня, - вспыхнула я.
  -- Долго. Ложись, Аззи. И запомни, если я захочу сделать подарок, то скажу тебе об этом заранее.
  Утром я проснулась у себя. Одна, укутанная в собственное одеяло. Поскольку больничный еще не закрыли, то на работу не надо идти. Прямо в пижаме я дошла до кухни, чтобы сварить себе кашу, и замерла. Там сидел Эрг Дюэль а на столе был завтрак.
  -- У меня поручение от императора, однако я хотел бы поговорить. Угостишь завтраком?
  - Я же не могу отказать, тем более вы его сами приготовили.
  - У Ямиль лучше всего получаются простые блюда. Расскажи, зачем тебе книги?
  - Я хочу понять про геммологов и предполагаемую родину. Его величество сказал, что вы принесете их.
  Премьер-министр задумчиво кивнул и пододвинул стопку из нескольких томиков:
  -- Пятитомник истории Ирдарха, это прямо из библиотеки правителя. Здесь пара философских трудов геммологов. К сожалению, практического тебе ничего не могу предложить, они не оставляют записи. Странная ты, Аззи. Почему не попросила свободы?
  - Его величество сразу сказал, что не отпустит.
  - Надеешься тогда иначе сыграть?
  - Нет, господин Дюэль. Я понимаю, что придет время, и интерес императора угаснет. Я пытаюсь выжить, и если навыки геммолога мне помогут, то я сделаю все возможное для этого.
  -- Аззи, ты понимаешь, что шантажировать не получится?
  - Да, - я встала чтобы убрать тарелку.
  Достала чашки, заварила свежий чай. Наведя себе слабый напиток, поставила настаиваться для премьер-министра.
  -- Тогда зачем?
  - Я хочу жить. Чай как вы любите.
  - Спасибо, Аззи, - премьер-министр помолчал, затем добавил, - шкатулка с ядами зачарована. Ее можешь увидеть лишь ты, да мы с Его величеством. Так что не бойся, никто не сможет в ней ничего подменить. Я сейчас проверил твое состояние, император опять вложил много сил чтобы ускорить твое выздоровление. Вечером он придет. Там еще одна книжка, мой личный подарок. Не спеши обижаться, женщины из Гарустажа знают толк в искусстве обольщения мужчины, но кроме пособия по соблазнению, там много практических советов. Отдыхай, Аззи.
  
  Глава 6.
  
  Это был день сильных моральных и душевных потрясений. Воспитанная в строгости, с высокими нравственными требованиями о морали, я за день раз тридцать подскакивала и откидывала от себя странную книжку. Началось все мирно, интересные советы по уходу за собой, небольшие хитрости юга. Я зачиталась, отмечая про себя, что можно сделать прямо сейчас, а для чего надо сходить в лавку или на рынок. Один из советов по уходу за волосами я испытала сразу, и накрутив тюрбан для маски, я заварила травяной чай. Перевернула страницу и подскочила. Откровенный рисунок особенностей мужского тела, фотографии и текст... Внутри меня боролись девичья гордость и необходимость, смешанная с любопытством. Не раз я отпрыгивала от бесстыдной книги и металась по комнате, давясь слезами. Нет, я не хочу так, это же... это совершенно недопустимо! В один из таких приступов себя жаления я увидела себя в зеркале. Бледная, с накрученным полотенцем, из под халата торчали острые косточки ключиц. Лихорадочно горевшие глаза светились безумием. Потянувшись к полотенцу, я стащила его, волосы рассыпались слипшимися прядями по плечами, заляпывая светлую ткань одежды темными пятнами и разводами. По-моему поздно кичится гордостью. Между репутацией и жизнью я выбрала последнее, хотя сложно это назвать осознанным выбором. Реалии моей жизни таковы, что мне приходится подстраиваться под обстоятельства. И если отбросить все терзания душевные, то что получаем в чистом остатке? То, что выжить я смогу, лишь сохранив мужской интерес императора как можно дольше. Можно оскорбиться подарком Дюэля, а можно поблагодарить за то, что мужчина попытался помочь мне. Я подошла ближе к зеркалу. Болезнь и треволнения, душевные страдания вымотали меня, я осунулась, кожа потускнела и даже воспалилась. Это работа и это единственный мой шанс выжить. Мое тело и... Я оглянулась на стопку книг. Я не разделяла осторожных надежд императора на возможность мне стать полноценным геммологом, однако упускать такой шанс еще дольше сохранять его интерес - глупо и самоубийственно.
  -- Ты шлюха, ты игрушка. Хочешь жить - делай, учись, не перечь и делай, - с едва скрытым удовольствие от унижения самой себя я выплюнула грубые слова вслух. С какой-то злостью смакуя.
  Увы, слова не помогали, внутренняя брезгливость к самой себе лишь подкидывала дровишки в костер собственной жалости. Вспомнив, что я вчера делала, опрометью выскочила в ванну, полоская с маниакальной одержимостью рот. Понимала, что это психологическое, но тщетно пыталась сохранить чистоту, хотя бы остатки самоуважения.
  Через час я сидела в кресле с бокалом красного вина, кожа горела от того как тщательно ее скребла, пытаясь смыть запах ночи. Хотелось напиться и забыться. Рука сама потянулась к книге, словно мне необходима еще доза откровенного наркотика, чтобы осознать собственную никчемность. Бокал качнулся и упал. Звон стекла отрезвил. Смотря как рубиновая жидкость, словно кровь растекалась под ногами.
  Да что со мной? Накрыло? Я осознала? Своими терзаниями я разрушаю себя изнутри. Остановись, Азиэль, очнись. Поздно!!! Ты ничего не можешь поменять. Хотя нет. Ванна, нож, вены и освобождение от похоти императора. Вот только... Смерть необратима. Не думаю, что кто-нибудь поплачет, или на минуту они почувствуют угрызения совести. Они продолжат жить дальше, найдут новую, более сговорчивую девушку и не перестанут наслаждаться жизнь, дышать, идти к цели.
  -- Не сдамся, - шептала я , глотая слезы, - не дамся. Я выживу, хотя бы чтобы доказать себе, что я сильная.
  Ручеек вина застыл. Я в последний раз вытерла слезы и снова отправилась в ванну. Смывая ледяной струей остатки истерики, я словно отрезала прошлую жизнь, прошлые знания, прошлые ценности, стирая для себя грани приличий. Император - мой хозяин, а значит, будет все как он хочет, я должна суметь его ублажить, тогда вероятность того. что он сдержит слово максимально. Тело, это тело, важно так как я себя ощущаю. а значит, отбросив в сторону все рамки и вбитые в приюте нормы, я должна суметь остаться собой.
  На тело наносился крем, смягчая поврежденные мочалкой участки, волосы осторожно расчесались, старательно подсушивая.
  Когда вечером появился премьер-министр, я была уже тщательным образом собрана. Высокая прическа, на шее нитка жемчуга и коктейльное платье из темно-синего атласа чей воротник мягко обнимал плечи, открывая зону декольте. Пышная юбка еще больше подчеркивала тонкую талию, а перчатки и туфли в тон довершили образ. Эрг Дюэль нахмурился, внимательно смотря на меня:
  -- Аззи, что случилось?
  -- Все хорошо, господин Дюэль, можно я возьму с собой книги?
  - Я не думаю, что у тебя будет на них время.
  -- И все же, - попыталась настоять, - если вы пришли, значит есть вероятность, что вы будете обсуждать дела. Чтобы не мешать вам, я почитаю.
  Он молча кивнул. Я взяла первый том истории Ирдарха и ту самую книжицу, а также небольшой сверток с необходимыми мне личными вещами. Даже зная, что купленными там предметами гигиены никто не пользовался, я не могла перешагнуть через себя.
  Нас ждал накрытый стол. Император стоял у окна, при виде нас оглянулся. Его взгляд медленно скользнул по мне, затем он вопросительно посмотрел на премьер-министра.
  -- Ваше величество, я не в курсе, почему Азиэль вдруг так резко поменяла свои принципы. Возможно, вы вчера были убедительны.
  -- Мне нравится, - решил наконец император, подходя к стулу, - Азиэль, позволь за тобой поухаживать. Ты голодна?
  -- Да, - честно ответила я.
  Незатейливый ужин, высококалорийный, чтобы маги могли восстановить резерв - мясо и овощи, для меня еще добавляли фрукты и сладости. После ужина, когда Эрг достал бумаги, император недовольно поморщился:
  -- Эрг, я устал, давай завтра.
  - Ваше величество, Азиэль взяла с собой книги, а документы не терпят отлагательств. Девушка почитает, пока мы закончим все дела. Зато завтра я готов прикрывать вас на час больше, чтобы компенсировать свое навязчивое присутствие.
  Император махнул рукой, и я послушно исчезла в спальне, оставив по настоянию хозяина дверь открытой. Устроилась на кровати, чтобы меня видели. Читать серьезное не решилось, а вот подарок Дюэля поможет сейчас собраться с духом, особенно если император решит продолжать расширять мой кругозор в амурных делах. Один из вариантов, увиденных в книге, где автор намекает, что он поможет удовлетворить мужчину в случае женского недомогания, меня пугал, но снимать его со счетов я не могла. Тем более там были практические советы, как минимизировать или избежать неудобств при выполнении того или иного способа.
  Мужчины увлеклись разговором, тем более они использовали один из щитов, чтобы их не подслушивали, а я немного увлеклась книгой. Если отключить эмоции, то советы были необходимы. Спина затекла и я попыталась пересесть на кресло, но окрик император вынудил вернуться. Немного подумав, сбросила туфли и отложила перчатки и улеглась на кровати на животе. В конце концов, чего я стесняюсь? Император видел меня разной, а премьер-министр прекрасно знает чем мы занимаемся.
  -- Аззи! - окрик выдернул из чтения.
  - Да, Ваше величество? - испуганно я приподнялась .
  Император стоял на пороге спальни, а премьер-министр сидел в кресле, держа бумаги.
  -- Я трижды тебя звал.
  - Я не слышала, простите.
  - Что ты читаешь, раз не реагируешь ни на что?
  Прежде чем я успела опомниться, он подошел и забрал книгу. Я покраснела и побледнела одновременно, пока император, моментально лишившийся своей невозмутимости с ошеломленным видом перелистывал страницы
  -- Откуда это у тебя? Кто тебе дал пособие для рабыни???
  - Я, Ваше величество, - вздохнул премьер-министр, потирая переносицу.
  -- Зачем, Эрг?
  -- Скажем так, просветиться.
  -- Не лезь не в свое дело.
  -- Уравновешенный император - это мое дело. Девочка не искушена, спросить не у кого. После проведенных с ней ночей результата мы не получили, так что выхода два. Либо заниматься ее образованием, либо найти другую.
  - Эрг, я сам решу!
  -- Я не спорю, Ваше величество, просто помог. Виноват, простите.
  Во время их разговора, я сидела поджав ноги, боясь даже пошевелиться, зная что в гневе император. Но бросив на меня косой взгляд, император со всего размаху вышвырнул книгу из окна.
  -- Моя книга, - не сдержала я возгласа
  - Это было раритетное издание, из личной библиотеки шейха Гарустажа, - философски пожал плечами премьер-министр.
  -- Зачем она тебе, я сам научу, - рыкнул император мне.
  -- Я не успела переписать рецепты успокоительных ванн и другие, - робко сказала понимая, что выгляжу глупо.
  Оглушительный хохот были мне ответом, а через мгновение на колени легла выкинутая книга, горячая и с песчинками в переплете. Император настолько заразительно смеялся, что я не сдержала улыбку.
  -- И вновь признаю свою вину. С ней действительно не соскучишься, - Эрг Дюэль усмехнулся.
  - Да, я никогда не знаю, как и на что она отреагирует, - император словно обсуждал диковинного зверька.
  -- Одни сплошные достоинства. Послушная, умная, повышающая свое образование во всех сферах. Хотя я по-прежнему считаю, что это провальная задумка с камнями.
  -- Послушная, - протянул император и устроился в кресле напротив премьер-министра, - интересно, а есть ли граница послушанию? Аззи, иди сюда.
  Мне не нравился тон, однако я вышла к ним в гостиную. Лица мужчин ничего не выражали. Премьер-министр следил за мной, император же ушел мыслями в себя, затем словно очнулся:
  -- Аззи, я помню, что ты себя сейчас не лучшим образом чувствуешь, женский цикл и все остальное. Книга эта раньше использовали для обучения молоденьких наложниц, чтобы шейх мог получить удовольствие даже от девственницы в независимости от времени суток или ее состояния. Раз зачиталась, то она тебе интересна и что-нибудь ты запомнила. Продемонстрируй.
  Я невольно сглотнула.
  -- Простите, Ваше величество? - рискнула все же уточнить, не понимая происходящего.
  Одно дело наедине с императором, а другое дело когда еще присутствует премьер-министр.
  -- Все очень просто. Сделай приятное премьер-министру. Как я вчера тебя научил.
  Так есть ли предел послушанию? Почему, как только я смиряюсь с ситуацией и даже нахожу в ней какие-то плюсы, судьба вновь переворачивается. Почему я застыла ? Да наверно вот она граница самоуважения, когда ты еще миришься со статусом любовницы, но опуститься до продажной шлюхи? Ведь так легко: подойти, опуститься перед Дюэлем на колени, расстегнуть ему брюки и все сделать, проглотив и семя, и унижение. Но я точно знала, что после этого вернусь и выпью все ядовитые пилюли. Чтобы наверняка не спасли, чтобы больше не вернуться в гостиную, где меня купили, опустив до рабыни.
  -- Аззи, ну что же ты, - вкрадчивый голос императора ворвался в мысли, - у тебя так хорошо вчера получилось. Сделай приятное Дюэлю, отблагодари за книгу. Не бойся, он тоже может быть ласковым.
  Словно ветром из головы исчезли все мысли, лишь появилась одна назойливая. Подойти, опуститься и сделать.
  -- Аззи, будь послушной девочкой. Ты порадуешь меня.
  Обхватив себя руками, словно только так я могла удержаться, изо всех сил замотала головой. Какая мелочь, сделать шаг, тем более меня тянет. Сущий пустяк, но после него я не останусь собой и действительно стану игрушкой. Я еще раз мотнула головой и даже нашла силы сделать шаг назад.
  -- Аззи, удовлетвори Эрга! - император уже приказывал.
  --- Нет! - выкрикнула я, зажмурив глаза, - я только ваша! Лучше убейте!!!
  -- Не усиливай транс, иначе она сойдет с ума, - холодный голос премьер-министра подействовал как ушат воды.
  Я отшатнулась назад и тут же меня подхватили на руки и насильно усадили в кресло:
  -- Пей! - император пытался вручить мне бокал вина, но руки тряслись.
  Я попыталась успокоиться, однако Его величество запрокинул мне голову и насильно влил вина в рот, следя, чтобы не захлебнулась.
  -- Эрг, ты еще сомневаешься?
  -- Устойчивость Азиэль к внушению обусловливается внутренней силой, но никак не ее происхождением, - холодно заметил премьер-министр, - вот только что и кому ты пытался сейчас доказать? Она приняла твой выбор, смирилась, но дальше не шагнет. Заметь, ты жалел ее, гипноз был минимальный. Если бы ты усилил воздействие, она бы все выполнила, гипноз снимает внутренние тормоза, ее бы хватило и на двоих одновременно любым извращенным способом. Но шанс сойти с ума во время воздействия из-за противоречий на бессознательном уровне был максимален. И даже если бы справилась, то утром бы отравилась, благо ты сам дал ей яд. Стоят ли твои опыты таких усилий? Повторюсь, журналист и его брат под воздействием потеряли себя. Если бы их убил не я, то после вывода из транса они бы сами себя убили, мозги там полностью выгорели.
  -- Вспомни, даже такое воздействие других заставляло подчиняться. Да вспомни близняшек, была шикарная ночь. Принеси одеяло.
  - Сам, Канст, она меня не подпустит. Только одновременно вспомни, что Такки и Ринта через месяц продали всю информацию послу Тиркании, тогда ты был на волосок от провала. У Рендины был реальный шанс стать регентом при детях. В случае с близняшками другие исходные данные. Они были готовы к такому развитию сюжета, даже скажем так, всеми частями тела была 'за', а Аззи даже в мыслях не могло такое прийти, она тебя все же идеализирует.
  Пока они говорили, император принес одеяла и укутал меня, пытаясь согреть. Он держал меня на коленях, подавляя любую попытку освободиться от его рук.
  -- Аззи, это откат, немного поморозит и скоро согреешься. Сиди спокойно, больше больно не будет.
  -- За что?
  -- В ситуации, которую тебя поставили сейчас с трансом, был единственно верный ответ и тебе удалось его сделать. Эрг, и все же надо придумать как защитить ее от ментального воздействия.
  -- Никак, Ваше величество. Магов такого уровня, как мы, здесь нет. А остальные даже в худшем случае не достигнут того уровня воздействия, что вы сейчас применили, так что Азиэль справится сама. Ей нужен сердолик или алмаз от геммолога. Важнее, чтобы она не попалась на морок, так что я ищу камень. Я могу идти?
  Он не дождался ответа и исчез. Я вновь попыталась освободиться, но меня лишь сильнее прижали:
  -- Когда я увидел тебя в саду, ты мне показалась слабой и безвольной, идеальная любовница, покорная рабыня. Кто же знал, что за обликом нежного создания, хрупкой мимозы спрятан твердый алмаз. Не дергайся, Азиэль, я снимаю последствия гипноза. Не слушай Эрга, скоро все наладится.
  -- Меня клонит в сон, это нормально?
  - Да, действует откат. Не сопротивляйся, спи.
  - А вы?
  -- А мне полезно немного побыть взвинченным, тем более ты сейчас все равно не можешь помочь.
  Уже на грани сна он тихо шепнул:
  -- Эрг шутник, но он натолкнул меня на интересную мысль. Мы с тобой потом вместе почитаем и посмотрим картинки.
  Утреннее пробуждение застало меня в собственной квартире. Книги лежали рядом, причем в том самом злополучном справочнике я обнаружила несколько закладок. Посмотрела на страницы и вспыхнула, однако убрать не решилась. Нельзя злить императора. Посвятив часть дня домашним делам, после обеда я решила выбраться на прогулку. Свежий воздух хорошо влияет на нервы, успокаивая. А также женщине повышает настроение выбор наряда. Я тщательно уложила волосы под шляпку, накрасилась уже привычной красной помадой. Поскольку император предпочитал видеть меня в более женственных платьях с пышной юбкой, я словно в знак протеста одела костюм светлого серого цвета с юбкой годе ниже колена. Небольшой каблук и перчатки, даже в такую теплую погоду я продолжала прятать руки словно боясь выдать тайну.
  В парке я устроилась в тени и раскрыла книгу. Легкий романчик, который вместо успокоения лишь добавил горечи. Героиню похищают, но все заканчивается хорошо, Хорошо ли? Похититель влюбляется и женится на несчастной. И она его прощает Как она могла? Разве тот, кто издевался, может стать любимым? Он же надругался над ней, опозорил, а она... Хотя чем я лучше? Словно овечка на заклание - терплю и делаю что говорю. Стоит ли жизнь таких жертв? И есть ли у меня хоть один шанс?
  Подул ветер, принеся запах жасмина и корицы. Странное сочетание для парка. я оглянулась и тут же подскочила. По аллее прогуливалась императрица с детьми. Свита чопорно переговаривалась. Гувернантки зорко следили за двойняшками, пока Ее величество с наследниками играла в мяч. Я попыталась скрыться, чтобы меня не заметили, правда на всякий случай все же отвесила реверанс, как и положено по этикету. Сбежать не удалось - меня заметили.
  -- Госпожа Ринтар, - позвала императрица, даже не отрываясь от игры.
  Я осторожно приблизилась и вновь присела в реверансе:
  -- Добрый день, Ваше величество.
  - Вижу вы выздоровели. Ваше отравление вызвало большой переполох в резиденции. Говорят, вы лишились чувств прямо в присутствии премьер-министра?
  Разговор вот без излишних вопросов напугал. Гувернантки тут же увели принца с принцессой в сторону, продолжив игру в мяч, свита тоже оставалась на некотором отдалении от нас, но не настолько, чтобы не слышать наш разговор.
  Я смотрела на императрицу, и уже сейчас мне казалась встреча случайной. Тем более изумруд на шее императрицы очень странно поблескивал, неестественно.
  -- Не знаю, Ваше величество, мне стало плохо, когда я уже вошла в протокольный отдел. Мне было очень плохо.
  -- Сочувствую, - изумруд вновь блеснул. бросая зеленые искры отблесков на песок, - кроме вас пострадало несколько горожан но так серьезно лишь вы. Странно, почему вы покупали молочные продукты так далеко от резиденции? Вам не нравится официальный поставщик двора?
  -- Я просто там проходила мимо и зашла, - мой взгляд не отрывался от изумруда. Что он говорит хозяйке?
  - А мне думалось что вы домоседка, не любите никуда ходить.
  Императрица задумчиво пошла вдоль аллеи, уже забыв, что ее ждали дети. Я была вынуждена идти за ней, тем более неторопливый жест Ее величества заставил меня поторопиться.
  -- Весна пришла, я загулялась, - попыталась я как можно беспечней пожать плечами.
  - Да-да, тепло и сухо, что удивительно для поздней весны. Наверно сезон дождей придется на первый месяц лета.
  -- Возможно, Ваше величество.
  - Летом хочется лета. Берегите себя, иммунитет наверно ослаблен отравлением. Вам бы на море.
  - Увы, Ваше Величество, у меня контракт после колледжа. Но я благодарна Вам за проявленную заботу. Обязательно займусь здоровьем.
  - Да, здоровье важно в наше время.
  Она остановилась бросив быстрый взгляд на играющих детей. Я стояла перед ней, прижимая книгу к себе.
  -- Что вы читаете?
  - Роман, мне посоветовали в книжном магазине.
  Я протянула книгу, мысленно радуясь что историю Ирдарха оставила дома. Ее величество посмотрела и тут же вернула роман со скукой во взгляде.
  -- Предсказуемый финал вас ждет, госпожа Ринтар. Вы слишком наивны и мечтательны. А замуж планируете? Сейчас среди молодежи модны глупые веяния о мнимой свободе.
  -- Да, я хочу семью и детей, но в свете последних событий...
  - Да, вам досталось. Постарайтесь просто держаться подальше от важных персон и ваша репутация восстановится. Вы же умная девушка.
  Она еще раз обернулась и широко улыбнулась:
  -- Простите, госпожа Ринтар. Хотела провести день с детьми.
  Я тут же присела в реверансе и быстро удалилась. Императрице я не поверила. Холодный взгляд Ее величества честно сказал - целью прогулки был разговор.
  На выходе из сада я быстро оглянулась. Императрица быстро уходила в сторону жилых комнат императорской семьи, не обращая внимания на детей, не успевающих за матерью.
  Настроение тут же упало, поэтому вернувшись домой, взялась за историю Ирдарха, решив, что сначала надо что-то узнать о стране, чем лезть в дебри геммологии. Намеки императрицы можно было расценивать по разному - дружеское предупреждение, проверка, попытка разговорить или угрозы. Одно было верно - спокойной жизни мне не будет.
  Нам в школе преподавали что суровые нравы северной страны, а также консервативность взглядов были основной причиной их закрытости. Кроме прочего гряда Парвильских гор надежно отсекала северян от остального мира.
  Однако одно из основных причин отчужденности были именно артель геммологов. И именно она же была их защитой от нападения воинственного соседа Валакании. Нет, попытки завоевать были, однако неприветливая природа, суровые условия жизни и крутой нрав соседей, защищающих с пылом берсерков свою землю, а при пленении предпочитали просто умирать. Молча, без слов. Дети, женщины, старики мужчины. Особенно геммологи. В итоге Ирдарх оставили в покое, предпочитая заключать с ними мирные соглашения. С Тирканией же у Ирдарха были дружеские отношения, потому что пару сотен назад тирканцы помогли предку Рендины, правителю Торету, когда тот заплутав в горах, оказался у соседей, подранный дикими тиграми. Его вылечили, снабдили охраной и помогли вернуться домой. Тогда то и заключила Тиркания и Ирдарх мирный договор, по которому Тиркания поставляла Ирдарху шерсть и хлеб, получая в обмен специалистов геммологов.
  Геммологи... Мужчины, не обладающие даром, однако умеющие самые обычные драгоценные камни превратить в сильнейшие амулеты, артефакты и обереги. тем самым позволяя обычным людям хоть немного коснуться магии. Интересная деталь - правителем Ирдарха мог мужчина с даром мага и без него, в то время если наследник был геммологом, то он автоматически лишался право наследования, но в отношении его детей мораторий не действовал и даже больше, если сын отреченного наследника обладал магическим даром, но не становился геммологом, то он имел приоритет перед детьми действующего правителя. История знала несколько таких хитроумных переплетений рода, однако ни разу в Ирдархе не вспыхивала гражданской войны и не совершались перевороты. Уважение закона здесь было на высочайшем уровне, как и семейные ценности.
  Как влиял район проживания геммолога на его дар, нигде не пояснялось, это считалось нормой. Все геммологи проживали в предножье гор, рядом с местами добычи камней. Основной источник дохода артели, куда кроме самих одареннных, занимавших верхнюю иерархическую ступень, входили и простые люди, занимавшиеся разработкой и обработкой драгоценных камней - ювелиры, подмастерья, шахтеры, и прочая. И опять же, любой одаренный гемолог начинал свой путь с мальчика на побегушках, обязательно сам работал в шахтах и на промывке, и только после вот таких полевых испытаний его начинали учить.
  Я затаив дыхание перелистнула страницу и не сдержала вздоха разочарования. Дальше скупой учебник в бесстрастной форме начинал повествование о сельском хозяйстве страны, вернее о ее почти полном отсутствии и как с этим боролись на протяжении многих веков.. Раздраженно пролистала том до конца, но больше о геммологах ничего не упоминалось. В следующих книгах геммологам тоже отводилось очень мало места, больше вскользь.
  Меня заинтересовала также война, которую остановила женитьба императора. Ирдарх, несмотря на дружбу с Тирканией, после отступления войск империи от гор, не перешел к наступательным боям, только укрепил границу. Тогда же произошел конфликт с отцом Рендины, и геммологи отказались поставлять камни амулеты для магов Тиркании, по сути это стало переломным моментом в войне. Тогда же была расторгнута помолвка Рендины и сына правителя Ирдарха. Удивительно, но почти тотчас наследник женился на дальней родственницы, причем специально подчеркивалось, что причиной расторжения помолвки стали внутрисемейные проблемы в семье правителя Ирдарха.
  Я с удивлением нашла историю ухода с родину Прачрита Дигуэля. И здесь все было не так просто, он каким-то образом был замешан в том самом внутрисемейном скандале. Прачрит был отправлен в изгнание без права возвращения. Провел три года в тюрьмах Валакании, поскольку его подозревали в шпионаже, а потом премьер-министр сделал ему предложение, и он занял свой пост в протокольном отделе. В книге авторы попытались оставаться бесстрастными, но легкий намек, что Дигуэля купили, и теперь он внештатный консультант по Ирдарху, но подтверждения этой информации нет.
  -- Что от тебя хотела моя жена?
  Я подскочила и тут же присела в реверансе.
  -- Ваше величество.
  -- Аззи, я задал вопрос.
  - Не знаю, Ваше величество. Я гуляла в саду и случайно встретилась с Ее величество и вашими детьми, Его высочеством Артимом и Ее высочеством Арлиной.
  -- Ты веришь в случайность?
  -- Ваше величество, я уже ни во что и никому не верю.
  -- Даже мне?
  -- Я надеюсь на ваше великодушие.
  - Аззи, играешь в придворные игры? В твоих интересах быть предельно честной.
  - Я не вру вам, Ваше величество.
  - Но хорошо уходишь от ответов. Ты готова? Книг не бери, сегодня Дюэль не помешает нам.
  Когда мы переместились, император небрежно бросил:
  -- Подожди здесь, - и вышел из гостиной.
  Я оглядела уже привычную обстановку и подошла к окну. Меня предупреждали, что дом зачарован, но надеялась хоть немного увидеть загадочную пустыню. Раздвинуть занавески мне удалось. Открывшуюся панораму многие сочли бы унылой, однако я с восторгом взирала на океан песка, что в лучах заходящего солнца переливался всеми оттенками меда, то тут то там вспыхивая зарницами красного, бордового, янтарного или глубокого фиолетового цветов. Дюны, расчерченные извилистыми линиями, которые нарисовал ветер, походили на волны. Бескрайние просторы, свободные в своей бесконечности. Небо точно также переливалось, словно отражая пустыню, и лишь тонкая линия горизонта была подернута мутной дымкой.
  -- Отойди от окна! Не дури!
  Одновременно с грозным окликом Его величества, меня словно спеленали невидимые путы. Я инстинктивно дернулась и начала заваливаться на бок, не имея даже возможности схватиться за стену или подоконник, потому что руки не слушались. Упасть мне не дали. Император поймал и грубовато оттащил от окна на середину комнаты, откуда достаточно зло толкнул в сторону кресла.
  -- Азиель, ты испытываешь мое терпение!
  -- Ваше величество, я просто смотрела на закат, - воскликнула обиженно, потирая освобожденные руки: хоть и оковы не были видны, но запястья болели.
  - Ни разу не видела солнце? - подозрительно спросил он, поднимая с пола книгу. ту самую.
  - Я нигде кроме столицы и не бывала, Ваше величество. А тут пустыня. Это невообразимо красиво. Простите, я не подумала.
  - С твоей любовь рисковать жизнью, - проворчал он недовольно садясь напротив меня.
  -- Ваше величество, я могу говорить честно?
  - Я говорил, при каком условии выслушаю от тебя критику.
  Я растерянно посмотрела на него, затем перевела взгляд на спальню. Однако, я как то иначе раньше воспринимала его слова о том, что постель - это моя трибуна. все же политики - странные люди. Привстав, я взглядом спросила разрешение и Его величество с усмешкой кивнул, но стоило мне сделать шаг, как иронично добавил:
  -- Если успеешь.
  Не успела. Рванулась, но меня тут же поймали за талию:
  -- С одним условием, Аззи. Ты честно, без ложной скромности покажешь мне то, что для тебя неприемлемо в постели ни в каком виде. Я постараюсь прислушаться к тебе, а заодно покажу что я хочу в обязательном порядке. Как думаешь, нам это поможет более плодотворно сотрудничать?
  - Да, Ваше величество. Только...
  - Я помню, - немного раздраженно сказал он, доводя до постели, - альтернативный вариант меня устроит пока.
  Через пару часов изучения книги с весьма детализированными картинками, с небольшими перерывами, мы вернулись к разговору.
  -- Так что ты хотела честно сказать? - император сквозь полуприкрытые глаза следил за мной, лениво гладя по плечу.
  Мы лежали на кровати. Я попыталась встать, но меня не пустили, лишь подтянули простынь выше, укутывая, от легкого ветерка, что прилетел в распахнутое окно, принося легкую свежесть ночи и запах горячего песка.
  -- Ваше величество, вы подумали, что я хочу выпрыгнуть из окна? - решилась я.
  -- Возможно, - ушел мужчина от прямого ответа.
  -- Просто тогда зачем я пыталась выторговать жизнь, если сейчас ищу способ покончить с ней? Я ни в чем вас не осуждаю, - поспешно добавила, путаясь в словах, потому что мужские пальцы слишком сильно сжали плечо, - просто обстоятельства так складываются, однако я ни о чем таком не думала.
  -- В данный момент ты попыталась сказать, что я страдаю хромой логикой.
  - Простите, Ваше величество.
  -- Хорошо, я тебя понял. Объясни, почему ты вышла из приюта девственницей?
  - Я не интересовала спонсоров, - меня кольнул вопрос, - Ваше величество, а можно еще вопрос?
  - Да.
  -- А у вас есть камень от геммолога?
  - Есть, - я почувствовала как плечо под моей головой словно окаменело.
  - А найдется похожий камень, только обычный?
  -Ты хочешь их сравнить? - усмехнулся он, расслабляясь.
  Ладонь на мгновение замерешевшая, продолжала гладить меня. Странно, я должна была ничего не чувствовать, и даже испытывать отвращение, но вот такие неторопливые движения мужчины успокаивали, а в чем-то даже снимали боль, заставляя забывать все передряги.
  -- Да, просто хочу посмотреть на них, - согласилась я, непроизвольно устраиваясь поудобней. В конце концов после получения желаемого, он мог просто уйти, а ведь остался, лежит рядом.
  - Позже принесу два алмаза, когда решу, что ты уже сможешь заниматься камнями. Аззи, ты не открыла новое, многие пытались анализировать и сравнивать камни. И по магическим характеристикам, и по физическим. Даже пытались проводить химические опыты с камнями. Ничего необычного, кроме того, что огранка камней от геммологов более искусна. Хотя что ждать от прирожденных ювелиров, которые передают свои знания из века в век.
  -- Вы так много знаете о них?
  -- Принеси из гостиной вина и фруктов, они в буфете. Я так понял, что ты читала историю Ирдарха. Лучше его знает Эрг, он участвовал в нескольких атаках в Парвильских горах и сманил Дигуэля. Да уж, наш премьер-министр тот еще оторва был, после тех боев его и заприметил отец, а с учетом способностей мага, то Эрг построил успешную карьеру, начиная как наставник наследника. Однако сегодня он лишь мешать будет, так что сам постараюсь ответить на твои вопросы.
  Когда я вернулась с провиантом и бокалами, император устроился, опираясь на изголовье и начал открывать бутылку вина.
  -- Знаешь, Аззи, думаю, что я нашел интересный вариант подарков, которые ты точно не перепутаешь ни с чьими.
  -- Ваше величество, у меня никого нет, мне никто ничего не дарит.
  - Это очень хорошо, я не собираюсь тебя ни с кем делить. Однако ты перебиваешь меня, я недоволен.
  -- Простите, я проверяю границы разрешенного в постели, - я резво протянула мужчине бутерброд, который сделала из найденного холодного мяса, зелени и сыра.
  - Давай сразу обозначу, что появление другого мужчины, кроме того, которого я одобрю - это повод выкинуть тебя и лишить защиты. Поняла? - он дождался моего утвердительного кивка, и разлил вино по бокалам, - и перестань меня перебивать. Я же могу сменить милость на гнев.
  - Простите, Ваше величество.
  Он забрал бутерброд и переключил внимание на еду. Я отпила немного золотистого напитка. Мягкий слегка терпкий вкус, с нотами меда и цитруса.
  -- Нравится? - подал голос мужчина.
  -- Вкусно, - согласилась я.
  -- Ешь, иначе опьянеешь.
  Я делала бутерброды и слушал рассказ мужчины.
  Не имея возможности получить геммолога, император попытался вырастить своего. Сначала они с Эргом попытались самостоятельно разобраться в особенностей артефактов и амулетов из Ирдарха. Но лабораторные опыты ни к чему не привели. Камни различались лишь огранкой, если обычный был из других районов материка, и были абсолютно идентичны, если ювелирное украшение сделал тоже ирдархянин. Более того, даже подвергнутые серьезным излучениям, камни не теряли своих свойств.
  После серии неудачных экспериментов, император и премьер-министр попытались нелегально купить горных мастеров, но потерпели крах. Точно так же оказались тщетными попытки переманить геммологов из других стран.
  -- А зачем вам геммолог? - решилась я на важный вопрос. Все закуски уже были съедены, остатки вина император уже разлил по бокалам. Мы сидели, опираясь на изголовье.
  -- Магия уходит из мира, Азиэль, - горько усмехнулся он, - прогресс убивает ее, точнее она отмирает, потому что технологии заменяют ее. Мои дети маги, но посредственные, потому что им уже это не надо. И так по угасающей будет дальше. Прогресс не может заменить полностью нашу сущность, хоть и уничтожает ее, а магия должна остаться. Уйдет она, следующими станут геммологи. Не все можно объяснить наукой.
  - Вы теряете силу?
  - Я? Нет. Но я не использую и половины своих возможностей, а меж тем побочные действия ощущаю по полной.
  - Вы не боитесь так прямо мне говорить об этом?
  - Нет, Аззи, наоборот. Рано или поздно на тебя выйдет тот, кто охотится на меня. Попытается перекупить, не важно, деньгами, шантажом или угрозами. Согласись, это реальный шанс выйти на гада.
  - Используя меня в качестве наживки?
  - Аззи, с тобой ничего больше не произойдет.Веди себя хорошо, и никто ничего тебе не сделает, даже Эрг.
  - Мне надо бояться премьер-министра?
   - Нет. Смешная, ты зеваешь. Устала?
  - Простите, Ваше величество.
  - Спи, я все время забываю, что ты не маг и еще не восстановилась. Ты пилюли пьешь?
  - Да. А вы вообще спите?
  Я опустилась на подушку, сворачиваясь калачиком. Император забрал у меня бокал:
  -- При хорошем питании и регулярном сексе маг может бодрствовать до месяца.
  -- Кошмар, - честно сказала я и уснула.
  
  Глава 7.
  
  Дни потекли однообразно. Вечера с императором, иногда он оставался и на ночь, но чаще он уходил, когда я засыпала, и утром домой меня провожал Эрг. Я собиралась, и после чашки кофе уходила на работу, где продолжала существовать в социальном вакууме, иначе мое состояние нельзя было назвать. Болото, тягучей и бескрайнее.Бывшие приятели и знакомые больше не делали попытки сблизиться, новые и не думали заводиться. На работе шушуканье не прекращались, более того, даже усиливались, но стоило мне подойти, как все тут же замирали и тут же находили работу. Дигуэль Прачрит не заострял свое внимание на расколе внутри отдела, однако я все чаще и чаще ловила себя на том, что мне доверяли организацию и сопровождение тех мероприятий, которые не требовали постоянной работы в команде. Унылые будние дни сменяли тоскливые выходные, хотя я уже ловила болезненное удовольствие в одиночестве.
  С Ее величеством было еще несколько 'случайных' встреч. Смысл всех разговоров сводился к одному и тому же - меня жалели и предупреждали об опасности, намекали о том, что я должна покинуть резиденцию. Мое молчание, опущенные вниз глаза и покорность раздражали императрицу. свита же решила что я неплохая мишень для оттачивания остроумия, поэтому сначала исподтишка, затем все открытей и ясней, девушки пытались меня задеть, пока что словесно. Ее величество делала вид, что не замечает, я же боялась открыто привлекать к себе внимание, поэтому молча терпела и постепенно отказалась от прогулок в парке резиденции, чтобы лишний раз не встречаться с Ее величеством и фрейлинами, проводя все свободное время дома и выходя лишь за покупками.
  Его величество так и не принес мне обещанные камни, а напоминать я не рискнула. Зато книгами он меня снабжал исправно. Часто Эрг Дюэль развлекал нас рассказами из своей бурной юности, и император с не меньшим удовольствием, чем я, слушал о событиях, когда ему было около десяти лет.
   Отношение с императором... Мы оба поддерживали иллюзию полной постельной идиллии. Наши тела получали удовлетворение, а душа и сердце... Что чувствовал император, было неизвестно. Я эмоции отключила, не позволяя себе влюбиться. Но сложно признаваться, что вот такое принудительно фаворитство давало и свои положительные стороны для меня. Пусть условно в горизонтальном положении и с раздвинутыми ногами, я была нужна. Да, ублажение императора занимало большую часть времени, хотя и тут все было путанно. Откровенно говоря, мне нравилось, что происходило под одеялом, и если забыть начало, забыть первые издевательства, забыть все, оставив лишь нас двоих - то это был идеал мужчины. Великолепный любовник: жадный, умелый, чуткий и внимательный. От его ласк я сходила с ума, тело предавало совесть и гордость, требуя еще и стремясь отдать больше чем есть. Наивная, мне казалось, что я умела скрывать истинные эмоции, что научилась обманывать, но император был слишком проницателен, но и в тоже время слишком умен, чтобы упрекать меня в фальше. Мы сошлись на молчаливом компромиссе физической связи для здоровья. Но кроме постели были еще и совместные ужины, чаще втроем. Более того, примерно через месяц связи император выпустил меня бродить по дому, и нередко, когда они с премьер-министром брали работу в убежище, император через некоторое время находил меня в библиотеке на первом этаже. Книги, книги, книги. Они стали моими новыми друзьями, моей отдушиной в жизни, где финал был известен, да и срок вполне очевиден. Не найдя ответы на возникшие вопросы, я искала ответы в художественной литературе из Ирдарха, в смежных отраслях. Я даже выучила наизусть справочник ювелира, чем немало позабавила Эрга, который устроил мини-экзамен. Я ответила на все вопросы, чем вызвала задумчивость мужчин. Эрг долго изучал меня, а потом достал из кармана два прозрачных камня.
  -- Что это, Азиэль?
  Я не спешила с ответом, забирая с ладони премьер-министра два ограненных бриллианта. Да мне пришлось учить камни по учебникам, но сейчас сомнения не было - передо мной король драгоценных камней. Я бросила исподлобья взгляд на экзаменаторов, но подсказки не нашла, потому что на лицах мужчин вновь были бесстрастные маски.
  Камни были абсолютно одинаковы, а тонкий узор граней говорил о высоком качестве обработки, то есть к ним приложили руку мастера Ирдарха.
  -- Ну же, Азиэль, - поторопил император.
  -- Подождите, - попросила, внимательно разглядывая камни.
  Оба прохладные и твердые. Я даже подошла к стеклу, и провела по ним бриллиантами, чтобы точно убедиться. Две царапинки на витраже серванта подтвердили догадки.
  -- Ваше величество, она вам мстит порчей имущества, - хмыкнул премьер-министр.
  - Эрг, - одернул его император.
  Я продолжила рассматривать камни, однако ничего во мне не подсказывало, что они чем-то различаются.
  -- Аззи, ну же, - поторопил император.
  -- Я могу задавать вопросы? - рискнула проигнорировать скрытый приказ.
  - Задавай, - кивнул Эрг Дюэль.
  -- А как маги понимают, что камень обладает специфической силой? Ведь геммологи еще и искусные ювелиры и делают не только артефакты и амулеты, но и обычные украшения.
  Премьер-министр не спешил отвечать на вопрос, задумчиво рассматривая меня. Император промолвил:
  -- Мы видим оболочку камня, если геммолог ее не зашифровал. Иногда проверяем опытным путем, что болеее действенный способ.
  - Но это не всегда возможно.
  - Умница, Азиэль, - улыбнулся Эрг Дюэль, - среди геммологов бытует легенда, что если соврать про камень, то умение уйдет. Так что с алмазами?
  Я вернула камни.
  -- Я ничего не заметила, они одинаковые.
  - Они обычные? - допытывался император.
  Я замешкалась с ответом, не понимая, что отвечать.
  -- Азиэль, просто ответь на вопрос, - Его величество даже подался вперед, - нам важно услышать твое мнение.
  - Я ничего не почувствовала, мне кажется они обычные, - решилась я.
  Премьер-министр и император переглянулись.
  -- Азиэль, почему ты так решила?
  - Не знаю. Камни и камни, очень красивая огранка, выдает руку ирдархарцев, но ничего больше.
  Эрг немного подумал, затем снял перстень с сапфиром с руки.
  -- Аззи, а этот?
  И вновь я тщательно рассматривала кольцо, пытаясь хоть что-то почувствовать. Очень искусная огранка, сапфир глубокого синего цвета.
  -- Это белое золото? - спросила я.
  - Платина с палладием.
  Я вновь вернулась к камню. Внешне он был обычным. Я не могла найти ничего такого странного. Впрочем, в своей жизни я мало видела сапфиров, а уж тем более держала в руках. Отличие было в одном. Если алмазы холодили руку, то этот камень был согревал. Может продолжал хранить тепло хозяина?
  --- Аззи, - позвал император.
  -- Он теплый, - промолвила я.
  И вновь мужчины обменялись взглядами. А я поднесла перстень поближе к глазам. Круглый камень, идеальной огранки работы ирдархарского мастера. Почти незаметный рундист и калетта, безупречные грани, оптимальное соотношение короны и павильона. Я держала за обруч, но камень все равно...
  -- Он сохраняет тепло? Это тот самый камень?
  - Который, Аззи?
  -- Имеющий магические свойства, - я подняла глаза на мужчин.
  Эрг протянул руку, но я не спешила расставаться с кольцом. Какая-то внутренняя сила удерживала меня. Император нахмурился.
  - --Азиэль, - его тон похолодел.
  - Не надо, Канст. Аззи, верни кольцо, пожалуйста.
  -- Сапфир больше женский камень, талисман верности и мудрости, счастливой семьи, - прошептала я, борясь с чувствами.
  -- Иногда и камни врут. Его действительно подарила мне девушка, очень давно. Заказала у геммолога, пообещала что станет женой. Так и не стала, испугалась мага.
  -- И вы до сих пор носите? - полюбопытствовала я.
  -- Знаешь, Аззи, у магов есть одна плохая черта. Они по жизни однолюбы. Давая нам возможности и силу, природа наградила большим количеством уязвимости, тем самым сохраняя баланс. Пойду я, молодые люди. Если хочешь, оставь себе, Аззи.
  Я медленно протянула кольцо:
  -- Простите.
  Премьер-министр забрал его и исчез.
  Я испуганно посмотрела на императора, тот лишь улыбнулся:
  -- Первые камни действительно были обычными, а вот перстень Эрга с сюрпризом и даже больше, у него оболочка зашифрована. Но я не знал его истории.
  -- То есть камень не работает?
  -- Мне самому любопытно, спросим Эрга при случае. Ты молодец, Аззи. Что ты хочешь?
  Я недоуменно пожала плечами.
  -- Нет, так не пойдет. Мне хочется тебя порадовать, потому что сегодня ты показала хорошие результаты. Мы с Эргом прекрасно осознаем, что сама ты не разберешься в геммологии, чтобы стать хорошим специалистом, но задатки есть. Сейчас попытаемся ускорить переговоры с Ирдархом, возможно пожертвуем чем-либо, чтобы получить тебе хорошего учителя. Так что ты хочешь?
  - О чем мне нельзя просить, Ваше величество? - произнесла и замерла, боясь дышать. Надежда билась раненной птицей, и впервые я не радовалась ей. Он убьет, убьет все мои порывы, меня не отпустят.
  - Аззи, ты умная девочка, - император развалился в кресле, с усмешкой следя за мной, - ты же понимаешь все, но зачем то тешишь себя надеждой. Откуда столько скрытого мазохизма? Или у тебя есть потребность? Никогда не пробовал себя в этой роли, но ради тебя...
  -- Покажите мне море, - перебила я его, не давая издеваться.
  - Море? - он удивленно выпрямился, подходя.
  -- Вы же можете нас перенести на побережье? Я никогда не видела океан
  Император взял мое лицо в ладони, пытливо глядя в глаза:
   --- Почему океан? Почему не драгоценности, побрякушки и прочие дорогие подарки? Деньги, в конце концов, чтобы отложить их в кубышку на домик? На шаг ближе к мечте. Так почему такой странный выбор?
  - Я не уверена, что мечта о доме сбудется. Но всегда хотела увидеть океан.
  - С тобой ничего не случится, слышишь? - император с особенной злостью встряхнул меня и оттолкнул, - иди переоденься, в Достии сегодня холодно.
  - Простите, Ваше величество? - не поняла я.
  - Ты хотела или нет на побережье? Брюки, удобную обувь и теплый свитер. Вечерами там сильный ветер.
  - Но это же южный континент, за океаном Тирк, - я не верила в его слова. Порталы между материками недоступны, а Достия находится ближе к Южному ледяному океану.
  - Аззи, бегом! - рыкнул император.
  Все так же не веря словам, тем не менее я пулей метнулась наверх в спальню, где хранилась одежда. Широкие шерстяные брюки и тонкая водолазка. Император не дал мне надеть пальто, вместо этого выделил свой толстый и колючий свитер грубой вязки.
  А через минуту мы стояли на небольшом камне и перед нами бушевал океан. Император придерживал меня за талию. Соленые брызги водяной пылью оседали на лице. Промозглый ветер пробирался под свитер, заставляя ежиться от холода, но я не замечала их.
  Океан! Бескрайние взбунтовавшиеся просторы воды неиствовали в сумерках. На небе бесновались неряшливые темные тучи, а внизу им вторили темные волны. Словно сошлись в схватке два неведомых зверя. и каждый ревел и тянул на себя мир.
  -- Аззи, это шторм, надо уйти подальше! - старался перекричать шум волн император.
  - Еще немного, пожалуйста! - взмолилась я.
  -- Сумасшедшая!
  Он не послушал, потащил на руках подальше от камней. И вовремя, одна из волн с хохолком пены яростно налетела на тот обломок скалы, где мы стояли, и с недовольным ворчание откатилась назад. А следом еще одна и еще, словно злые собаки пытались достать нас.
  -- Пойдем, там маяк, спрячемся от непогоды!
  -- Канст, пожалуйста! Еще минуту!
  -- Ты понимаешь, что все может плохо кончиться?
  - Как скажете, - сдалась я, с тоской смотря на бушующий океан.
  Да, опасный, смертельно опасный, но Северный ледяной океан меня подкупал своей свободой.
  Мгновение и мы вновь в доме посреди пустыни Вьетар.
  -- Приведи себя в порядок, - холодно заметил император, сбрасывая на пол мокрую одежду.
  Пока он был в душе, я послушно переоделась. Когда император вернулся, я уже накрыла стол поздним ужином. Бутерброды с холодным мясом и горячий чай с медом, все как любил Его величество.
  -- Спасибо, - поблагодарил он сухо и добавил, - извини, но на берег надвигался ураган, оставаться нельзя было. Если бы не упрямилась, то мы б смотрели на все с маяка.
  - Все равно спасибо, Ваше величество.
  - Иди сюда, - смягчился он и поманил рукой.
  Когда я подошла, он усадил меня к себе на колени:
  -- В следующий раз пойдем в Наур, там теплее, хотя народу больше.
  -- Может не стоит тогда рисковать?
  - Стоит, тебе же понравился северный океан, думаю что и Тирк понравится, тем более сейчас сезон и можно купаться. Хочешь? Вот и договорились, а теперь спать.
  Увы, ни завтра ни после завтра в Наур мы не отправились. Император опять исчез, а через неделю я получила приглашение на летний бал от Дигуэля Прачрита. Я сжимала конверт с серебристым тиснением и смотрела на остальных коллег-счастливиц, которых тоже премировали приглашениями. Гарит, которой не повезло, завистливо процедила:
  -- Ну Ринтар-то понятно, за какие заслуги, правда почему через наш отдел. Это уже ближе к обслуге.
  Прачрит моментально повернулся к ней:
  -- Госпожа Хитрен, вы сомневаетесь в моей объективности по отношению к подчиненным? Вместо того чтобы завидовать, наконец-то занялись бы отчетом. Встреча с Артузским советом аграрников была две недели назад, а ни протокола, ни итогового отчета я не видел.
  Она поспешно уткнулась в бумаги, а я спрятала приглашение в сумочку. После работы, которая затянулась почти до девяти вечера, я робко заглянула в кабинет начальника:
  -- Господин Прачрит, можно?
  -- Госпожа Ринтар, проходите. У вас проблемы?
  - Я насчет приглашения на бал. Мне кажется произошла ошибка.
  - Госпожа Ринтар, меня не интересуют женские разборки, я сам в состоянии решить кто пойдет а кто нет. Лично я доволен вашей работой, и думаю что вы заслужили немного веселья.
  - Веселья?
  - Веселья, госпожа Ринтар. Если вы всегда будете прятаться по углам, то вас не примут, так и будут культивировать в вас синдром жертвы. Понимаете раз в квартал в резиденции ту или иную девушку особенно новеньких записывают в любовницу высокопоставленных политиков. А дальше все зависит от жертвы и ее поведения. Так что сходите и развейтесь. Тем более вы девушка строгих правил, так что я уверен, сможете постоять за себя. Вы меня услышали?
  - Да, господин Прачрит, спасибо.
  - Вот и хорошо. Идите домой, госпожа Ринтар, уже поздно.
  А дома меня ждали. Премьер-министр устроился на кресле в темноте, поэтому когда я включила свет, то подпрыгнула при виде неподвижной фигуры.
  -- Господин Дюэль, вы напугали меня.
  - Аззи, о чем вы говорили с Дигуэлем?
  - О приглашении на бал.
  Эрг с серьезным видом кивнул головой, немного думая, затем спросил:
  -- Ты понимаешь, что играешь с огнем? Тебе нравится испытывать терпение императора?
  -- Я не сделал ничего предосудительного и даже более того пыталась отказаться от приглашения на бал, однако господин Прачрит настаивал на моем присутствии и мне пришлось согласиться, чтобы не привлекать внимание.
  -- Это сезонные приглашение- премирования?
  - Да.
  Я разулась, сняла шляпку и перчатки, затем пошла на кухню. День выдался весьма напряженный, а еще вечернее рандеву. Хорошо что завтра выходные, хотя теперь вместо сна придется потратить их на поиск подходящего для бала наряда. На заказ дорого. Я добрела до кухни.
  -- Приведи себя в порядок, император уже ждет.
  Душ, платье с пышной юбкой, подновить макияж и прическу. Через полчаса я уже стояла перед премьер-министром.
  Через мгновение мы уже были в гостиной на втором этаже особняка во Вьетаре. Император головой ушел в документы:
  -- Аззи, мы с Эрглм уже поужинали. Если хочешь, все на кухне. Я освобожусь через полчаса.
  - Спасибо, я не голодна.
  - Ты допоздна работала и не ела, - упрекнул меня премьер-министр.
  - У меня была булочка. мне хватило.
  Они не ответили, уйдя с головой в обсуждение вопросов. Тихо прошла в спальню и присела на кровать, облокотившись на изголовье. Полчаса ничегонеделания - это подарок. Прикрыв глаза, я и не заметил как уснула.
  
  Глава 8.
  
  Меня разбудило прикосновение губ ко лбу:
  -- Аззи, ты заболела?
  - Нет, просто устала. Все хорошо, простите.
  -- Я уже в течении часа делаю попытки тебя разбудить.
  - Я не слышала.
  Император кивнул и вернулся к бумагам, оставив меня в недоумении. Я откинула легкое покрывало, которым меня укрыли и вышла в гостиную. Премьер-министра нигде не было.
  -- Я надолго застрял с документами. Найди пока чем заняться.
  - Уже полночь.
  - Не отвлекай меня.
  Не желая мешать, я спустилась вниз, разыскала еду. Почему то раньше у меня не возникало даже вопроса - а как? Как дом остается в чистоте и порядке, как появляется пища? Сделав себе пару бутербродов с холодным мясом вернулась обратно наверх, но стоило поставить тарелку на стол, как один из них исчез, появляясь в руке императора.
  -- Найди внизу белое вино еще.
  Пришлось выполнить приказ, захватив снизу еще провианта, который мы молча уничтожили за полчаса. Через некоторое время я посмотрела на императора, который продолжал изучать документы. Это ненормально так работать, даже с резервом мага. Ему надо отдохнуть, иначе он опять будет раздражительным. Налив в бокал вина, я подошла к нему:
  -- Ваше величество, прервитесь на немного.
  -- Аззи, не мешай.
  -- Буду, - с вызовом сказала я.
  Он удивленно поднял глаза:
  -- Что за бунт?
  -- Это не бунт, я выполняю свои обязанности, - перечить было страшно, но я уже устала мириться с ролью мебели. В конце концов именно для этого меня и взяли.
  - Детка, не зли меня. Ты потребуешься позже.
  Он сделал попытку вернуться к документам, однако я протянула бокал и отняла бумаги. Император принял вино:
  -- Аззи, ты пьяна или осмелела? Мне надо проверить тебя на гипноз?
  -- Нет, Ваше величество, я пытаюсь заставить вас отдохнуть.
  -- Продолжай, мне любопытно.
  Он сел, закинув ногу на ногу, наблюдая за мной. Под его ироничным взглядом я стушевалась, однако было поздно отступать. Зайдя со спины, я положила ладони ему на плечи. Легкий массаж, чтобы расслабился.
  -- Не впечатляет, Аззи, - насмешливо произнес он, однако я чувствовала как напряжение в мышцах постепенно уходит. Император устроился удобнее, слегка откидывая назад голову.
  - До сих пор не впечатляет? - шепнула тихо на ухо, стараясь говорить вкрадчиво.
  - Продолжай, продолжай, - поторопил он.
  - Не спешите.
  Мои руки скользнули ниже по груди, пальцы попытались расстегнуть китель, однако от волнения я замешкалась, и мои ладони тут же поймали и сжали, не давая вырваться:
  -- Аззи, я поражен твоими попытками соблазнить, но остановись, иначе я неприлично рассмеюсь. Ты пока слишком наивна для роли искусительницы. Иди сюда.
  Не отпуская рук, он вынудил меня обойти кресло и сесть к нему на колени.
  -- Все так плохо?
  --- Ну почему же, цели ты добилась, я отложил работу. Однако в будущем не мешай, просто ложись спать.
  -- Сейчас вы меня разбудили.
  -- Чтобы поела и легла спать по-нормальному. Рендина уехала с детьми в загородную резиденцию, так что ты здесь до конца выходных. Я периодически буду исчезать по делам, но хочу, чтобы ты всегда была здесь. Эрг говорил о бале. Ты идешь?
  -- Если вы против, то я останусь.
  - Нет, я за. Эрг обеспечит твою безопасность. Ты идешь одна?
  - У меня нет спутника, Ваше величество.
  - Меня это вполне устраивает. И сразу предупреждаю, я не потерплю кокетства, за любое действие на сторону ты будешь потом наказана. Думай, прежде чем что либо делать.
  - Ваше величество, я не уверена, что смогу заинтересовать мужчин. Но поймите правильно, отказы могут вызвать подозрение императрицы. обещаю вести себя прилично, но...
  - Но ты хочешь танцевать, - усмехнулся император.
  - Если представиться возможность, то мне очень бы хотелось. Однако если вы запретите, то я подчинюсь. Вы важнее.
  - Лицемерка. Хорошо, я тебя предупредил, дальше решай сама. А теперь небольшой мастер-класс по соблазнению, Аззи. Вопреки расхожему мнению, мужчина предпочитает игру и недосказанность, тайну, возможность домыслить. Не открывайся полностью, останься загадкой. Впрочем, ты действительно ларчик с секретом, - за разговором император расстегнул почти все пуговки платья, а значит, время разговоров прошло.
  И вот я стою возле входа в бальной зале, в тени драпировки и цветов. Переливаются огни люстр, играя бликами на хрустале. Солнечные зайчики прыгают по стенам, тяжелым бархатным портьерам, лицам приглашенных. Большая приемная украшена в золотых и темно синих тонах императорского дома, лишь белые пятна орхидей, любимых цветов императрицы разбавляют пафосность ситуации, которая давит на меня. По этикету наряды на балах, если вы не военный и при исполнении, не должны быть выполнены в официальных цветах правящей династии, под запретом и черный. Мужчины в преимущественно белых и серых фраках, дамы в честь летнего бала предпочитали светлые платья. Я остановилась на закрытом платье, не противоречащим правилам. Лиф цвета вайда, нежного сине фиолетово серого цвета, с рукавами три четверти и более чем скромным воротником лодочкой спереди. Сзади вырез был чуть глубже, углом уходя до лопаток. На широкой юбке из белой органзы расцветали большие цветы в тон верху наряда. Белый атлас нижних юбок подсвечивал узор, скрывая скромные белые туфли лодочки. Я отказалась от перчаток, и запястье правой руки украшал подарок императора. Его величество передал через премьер-министра комплект из браслета и сережек из белого золота с иолитами светлого сине-фиолетового оттенка, так хорошо гармонирующих с нарядом. Я долго рассматривала тонкие нити украшений, но ничего не увидела, впрочем Эрг Дюэль подтвердил, что камни обычные. А жаль, иолит обладает способность придавать уверенность и защищать от злых намерений, отводя дурных людей. Самое то, что мне надо на балу.
  -- Госпожа Ринтар, почему прячетесь? Вы прекрасно выглядите, - Прачрит подал мне бокал с шампанским.
  - Спасибо, - улыбнулась я ему, - просто наблюдаю. Очень красиво, прекрасная музыка, настолько все великолепно, что я немного растерялась.
  - Осваивайтесь.
  Он развернулся и поспешил к знакомым. Пока танцев не было, ожидали императорскую чету.
  Работа в протокольном отделе приучила к выдержке, но и вполне торжественные моменты стали для меня обыденными, поэтому появление императора с супругой не вызвало трепета, я машинально склонилась в реверансе, пряча взгляд. Шум немного стих, но потом разговоры продолжились, после милостивого жеста Его величества. Правильно, еще четверть часа на этикетную мелочь, приветствия послов, затем императорская чета откроет бал, а потом. Полчаса нахождения в зале, когда ко мне подошел только начальник, прекрасно дали понять - ни опровержения, ни время не способны оправдать меня. Народ нашел жертву и развлекается. Дамы шушукались, придирчиво оглядывая меня, и их презрительные взгляды оскорбленной добродетели раздражали.
  Молодые люди... Я уверена, что мне сегодня не танцевать. Сальные взгляды и мимолетные прикосновения в толпе, больше похожие на преднамеренное ощупывание, бесили. Да, любовница, завидуйте и мечтайте. Вам не светит!
  Я поставила пустой бокал на поднос проходящего официанта, подхватила белое вино. Проигнорировала пару осуждающих взглядов. Час, максимум час и я смогу уйти незаметно.
  Я видела Патти, ведь ее родители влиятельные люди. Раньше они улыбались мне, и даже искренне сочувствовали судьбе сироты. Только сейчас я поняла цену их искренности. Лицемерие - это норма при дворе. Хотелось даже поблагодарить императора и премьер-министра за то, что своим вторжением в мою жизнь сняли розовые очки. Мир, прогнивший мир. Двойные стандарты. Здесь днем осуждали разврат, предаваясь ему ночью, словно темнота могла их скрыть, а восход очищал грех.
  Я посмотрела на опустевший фужер. К черту, все к черту! По крайней мере император честен со мной, не скрывая своих целей и откровенно говорящий, что ему надо. Небеса, да если так посудить, от него я больше видела участия, чем от окружающих, пусть и меркантильного, но все же интереса в моем состоянии.
  Я потянулась к бокалу красного.
  'Хватит, Аззи'
  Поспешно отдергивая руку, оглянулась. Голос премьер-министра прозвучал, будто он стоял за спиной. Но нет же, Эрг Дюэль небрежно облокотился на тронное кресло императора и развлекал императрицу разговорами. Мотнув головой, чтобы прогнать наваждение, я обратилась к официанту:
  -- Не подскажете, а вода есть?
  - Сию минуту, госпожа, сейчас принесу.
  Он исчез, а за спиной насмешливый женский голосок пропел:
  -- Вода. Она пьет воду. Так жарко, Ринтар?
  Обернувшись, я увидела двух девиц из свиты императрицы.
  --Простите? - решила уточнить я.
  -- Надо же, какая искусно разыгранная невинность, аж скулы от сладости свело, - миниатюрная красавица в белом платье, корсет которого был расшит огненно-алыми маками, мелодично рассмеялась.
  - А вы пробовали ограничить потребление конфет? - зачем я ответила на колкость, не могла понять.
  - О, небеса, Ринтар, какая же ты скучная. Впрочем, наверно у тебя масса других достоинств, скрытых от глаз окружающих.Весьма безвкусным платьем скрыто. Жуть.
  Я отвернулась, тем более официант принес стакан с водой. Спорить не хотелось. Злость, которая еще минуту назад бушевала во мне как Северный ледяной океан, схлынула.
  -- Ринтар, - фрейлина кажется даже топнула ножкой.
  -- Я не знала, что во фрейлины берут девиц без образования, - делая вид, что размышляю вслух, промолвила я, - или может просто девицам не читала курс придворного этикета? Говорят в дальних провинциях есть проблемы с преподавателями манер.
  - А перед кем тут быть вежливым? - фыркнула ее подружка.
  - Неужели сиротка вспомнила правила из приютского учебника? - скептически протянула нахалка
  Я пожала плечами, наблюдая как танцует император с женой. Слаженно, красиво, но холодно.На императоре был темно-синий фрак, белая орденская лента через левое плечо. Он уверенно вел супругу в танц с бесстрастным лицом, хоть и улыбался. Почему? Почему они не хотят договориться? Почему императрица отказывается от такого мужчины? Почему он не делает попыток примириться, не настаивает так, как он обычно поступает в моем случае.
  Императрица в темно синем атласном струящемся платье, которое на тонкой талии перехватывала белая лента. Из драгоценностей бриллиантовый гарнитур, высокая прическа. Само совершенство, и даже беременность двойней не испортило ее фигуру. Что не так? Почему отношения между ними невозможны? Разве она не знает об особенности мужа? Чем он ее обидел? Почему она стремится уничтожить любовниц мужа, хотя сама тоже не жаждет его объятий?
  -- Говорят, Его величество подарил жене знаменитый изумруд Глаз леса. ее величество была счастлива, и даже поцеловала супруга при журналистах.
  -- Да я сама видела. И вообще последнее время император часто задерживается в покоях императрицы вечером.
  Фрейлины не унимались, пытаясь побольнее кольнуть меня.
  Я передала пустой стакан официанту.
  -- Так что , Ринтар продолжай подпирать стенки. Скоро тебя тоже выкинут. Ой!
  -- Кого и куда выкинут, юные госпожи? - премьер министр говорил вполне тихо, однако голос прозвучал слишком неожиданно.
  Я быстро обернулась, приседая в реверансе. Фрейлины тоже склонили головы.
  -- Госпожа Тирон и госпожа Кватрин, ваше поведение недостойно. Насколько я помню, вы еще на испытательном сроке?
  - Да, господин Дюэль.
  - Это хорошо. Я думаю у меня есть что рассказать Ее величеству. Кстати, ваша наставница вас разыскивает, вы забыли свои прямые обязанности.
  Они покраснели, затем еще раз присели в реверансе и даже сделали попытку уйти, но через секунду остановились как вкопанные, совершенно неприлично открыв рот.
  Я тоже едва сумела сдержать изумление, потому что премьер-министр повернулся ко мне, с поклоном протягивая руку:
  -- Я могу пригласить вас на танец, госпожа Ринтар?
  Как завороженная протянула руку, чувствую, что меня словно на аркане притягивали к себе. Меня спасло, что премьер-министр хороший танцор, поскольку я даже не сразу разобралась, что звучит вальс. Бросила испуганный взгляд на Его величество, но император мило беседовал с супругой.
  -- Спокойней, Аззи, нас никто не слышит. - усмехнулся Эрг Дюэль, - ты же хотела потанцевать.
  -- Да, но, - я замялась, - все смотрят.
  - Тебя это пугает? Судя по подслушанному разговору, на тебя смотрели и без танцев.
  я вздохнула и улыбнулась:
  --- Я уже привыкла.
  -- Почему не отвечаете?
  - Любое мое слово переврут и раздуют до безобразия, чтобы я не говорила и не делала. Молчание, хоть это и невежливо, раздражает и выставляет их глупцами.
  -- Тебе не хватает общения? Почему ты не заводишь друзей?
  -- Благодаря вам я узнала цену дружбы при дворе. Наверно я действительно была наивная дурочка, раз раньше не понимала, что меня используют. Больше не хочу.
  -- Аззи, изоляция ни к чему хорошему не приведет.
  -- Но вам это выгодно, господин Дюэль. Мне ничего не надо, а друзья рано или поздно могут начать просить о помощи. Простите, я не должна так говорить, - я тут же опустила взгляд.
  - Почему ты с Эргом откровенней говоришь, чем со мной? - мужские пальцы слегка сильнее сжали ладонь, вынуждая вскинуть голову.
  - Вы?! - в страхе я попыталась отшатнуться, но император держал крепко, - но как?!
  -- Тише, Аззи, - меня еще сильнее прижали к себе, - это личина, морок.
  -- Зачем?!
  -- Умница, что опускаешь титулы. Ты же хотела танцевать.
  - Но разговоры, о нет, - у меня даже закружилась голова, понимая что и кому я наговорила.
  -- Аззи, ничего страшного не произошло. Танец заканчивается. Если что мы говорили с тобой о пейзажистах. Кажется, их Эрг коллекционирует.
  Он с поклоном отвел меня к окну, учтиво прикоснулся губами к тыльной стороне ладони и отошел.
  Все еще в оцепенении я следила за тем, как он подошел к лжеимператору. Вот они втроем разговаривают, и я не знала кто из них кто. Эти отношения, это навязчивое внимание императора и мои слова...
  -- Госпожа Ринтар, позвольте пригласить вас на танец, - за спиной стоял молодой человек, кажется из отдела внешнеэкономических связей.
  - Простите, - я не сразу поняла, что он говорит.
  - Это вы меня простите, не представился. Меня зовут Лорет Миксал, я советник в отделе ВЭД. Подарите танец.
  Вроде вежливый учтивый юноша. но его глаза, с каким-то злорадным огоньком, с нескрываемой похотью.
  --- Прошу прощения, господин Миксал, госпожа Ринтар обещала этот танец мне, -
  Появившийся из ниоткуда Прачрит холодно взглянул на мужчину.
  -- Неужели? - насмешливо протянул юноша.
  - Да, - тихо ответила, разыгрывая смущение. Я была благодарна начальнику за вмешательство, но меня настораживало его внимание.
  Меня вели на середину зала, чтобы потом также уверенно вести в танце.
  -- Госпожа Ринтар, думаю, что вам лучше будет покинуть бал. Выписывая на вас приглашение, мне хотелось немного поднять настроение трудолюбивой сотруднице, однако я совершил ошибку. Боюсь современная молодежь не умеет делать выводы, и ничье вмешательство вам не поможет, даже если Его величество пройдет ментальное сканирование. Увы, я уже рассматривал вариант досрочного окончания контракта, думая дать вам хорошие рекомендации и помочь с трудоустройством. К сожалению, инициатор разрыва контракта должен оплатить ваше обучение в колледже плюс штрафные санкции за досрочное окончание, что сами понимаете ни вам, ни мне не под силу.
  - Спасибо.
  - Не спешите благодарить. Постарайтесь не сдаться и всегда можете рассчитывать на посильную помощь с моей стороны.
  Мы как раз проходили сейчас мимо фрейлин, которые шушукались, показывая на меня.
  -- Да, ваша популярность радует. Отказывайте в танцах, и потом незаметно уходите. Может вас порадует небольшой отпуск? На неделю? Как думаете?
  -- Вы добры, но я вынуждена отклонить предложение.
  -- Почему?
  -- Я недавно на больничном почти месяц находилась.
  -- Как скажете. Спасибо за танец.
  Прачрит проводил меня к нише ближе к выходу, поклонился и тут же исчез. Я рассеянно огляделась. Император танцевал с одной из дам, императрица - с премьер-министром. Я незаметно выскользнула из дверей и отправилась домой.
  Как приятно скинуть туфли, достать все шпильки, которые сдерживают волосы. Увы, долгожданный бал был не в радость. Я оглянулась на стол у окна, который использовала как рабочий. Стопка книг, среди которых Эрг принес мне переводные учебники с другого материка. Да, языки у нас различаются, однако относятся к одной группе, что позволяет хоть с трудом, но читать. Да, самый лучший для меня отдых. Но на душе было горько от очередной грязи. Я заглянула на кухню, где в шкафчике стояла бутылка дорогого вина. В холодильнике нашлась мясная нарезка, я отнесла их в комнату вместе с бокалом на тонкой ножке. Неопределенность в жизни, когда надо мной висит меч сделали меня сибариткой-одиночкой. Я баловала себя гурманскими изысками и могла проводить вечера с бокалом вина, если конечно меня не забирал император., а поскольку так чаще всего и случалось, новый каприз не отнимал много денег. Деньги... Хрустящие купюры и блестящие монеты стали почти смыслом моей жизни, я неистово обманывалась, что как только накоплю нужную сумму - меня отпустят. Словно деньги могли дать жизнь и спасти, очистив совесть. И я искренне надеялась, что сегодня меня не потревожат. Надежды оправдались, я так и уснула в бальном платье с книгой в руках и пустой бутылкой вина на полу.
  
  Глава 9.
  
  Выходные я встретила в спальне домика пустыни Вьетар. Помявшееся платье, больная голова, на столике возле изголовья обнаружился стакан с водой и шарик с ядом. Я осторожно выглянула в гостиную. Там никого не было. Быстро приведя себя в порядок, я обежала весь дом, но никого не нашла. Застыв перед входной дверью, еще раз воровато оглянулась. Там, за порогом - свобода.
   Крадучись, я подошла и открыла дверь. Горячий воздух едва не сбил с ног. Вокруг дома расположился небольшой оазис. Источник воды, живой ключ бился из невысокой скалы, стекая по светлому камню в озеро с насыщенной голубой водой. Пальмы словно забор окольцовывали пруд. и лишь со стороны окон спальни их не было, открывая вид на пустыню. Сам дом стоял на границе оазиса, крыльцом на озеро. Небольшие заросли острой травы и диковинных цветов словно в зеркале отражались в озере. а за пальмами начиналось царство песка. Бескрайние золотисто-пыльные переливы пустыни, барханы как один похожи друг на друга. Я спустилась с крыльца и даже вздрогнула от неожиданности. Трава, мягкая и пушистая, ковром раскинулась по лужайке. Дорожек не было. И вновь ветер обжег лицо. От яркого солнца краски казались еще насыщенней. Сбросив туфли, каблучки которых утонули в мягком грунте, я приблизилась к берегу озера, осторожно наклонилась и дотронулась до воды. Это неописуемое чувство живительной прохлады под палящими лучами отрезвляло и успокаивало. Дна видно не было. Я опустилась на колени, погружая в ярко-голубую воду руки. Может искупаться? Авдруг там водятся опасные рыбы, например, пираньи. Ятут же отдернула руки и поднялась на ноги. Прожив всю сознательную жизнь в городе, мне стало любопытно. Раз меня еще не разыскивают, то может дойти до границы пустыни и оазиса? Все также босиком я направилась в сторону песка. Жар становился сильнее.
  Я не рискнула выйти из тени пальмовых листьев, боясь палящего солнца, зачарованно смотря на пустыню. Горячий воздух обжигал, не давая дышать. Песок, желтый песок до горизонта слепил, отражая солнце. Застывшие волны далеких барханах завораживали.
  С минуту я стояла, разглядывая просторы. Волосы уже прилипли к вспотевшему лбу, головная боль вернулась и я испугалась, что могу получить солнечный удар, поэтому решила вернуться в дом. Развернувшись, подпрыгнула на месте. Премьер-министр и император стояли на крыльце и пристально следили за мной.
  -- Я погулять вышла, - тихо шепнула, не уверенная что меня услышали.
  - Идем в дом, солнце скоро поднимется в зенит, - премьер-министр первым зашел в дом.
  Я медленно приблизилась к императору:
  -- Ваше величество...
  - Когда я тебя раздевал, ты даже не пошевелилась. А стоило отвлечься на полчаса, как ты уже сбегаешь под палящее солнце. Что за ребячество?
  - Простите. Но почему из окон не виден оазис?
  - Мне так больше нравится. Идем, у меня мало времени.
  На выходных я осталась в коттедже. Оказалось в озере никого хищного не водилось, мне разрешили выходить на рассвете и закате в сад, когда температура была комфортной. Вечером в воскресенье я сидела на краю озера, где был обрывистый берег, опустив ноги в воду. Император появился почти не слышно, с небольшой корзинкой в руках, откуда торчало горлышко бутылки.
  -- Сезон дождей идет к завершению, обошлись мелкими происшествиями, аграрии ликуют. Давай здесь поужинаем.
  - Хорошо, Ваше величество.
  - Вино будешь?
  - Можно воды?
  - Как скажешь.
  Легкий пас, и в руках императора бутылка с водой. Он налил в бокал и протянул мне.
  -- Знаешь, я тут подумал над твоими словами на балу. Твое одиночество ненормально. У предыдущих любовниц были семьи. Поэтому у меня просьба, завтра после работы зайди в зоомагазин на центральной площади.
  - Зачем?
  -- Аззи, вот деньги. Имею я право иногда делать тебе подарки?
  - Ваше величество, не стоит, - я попыталась отказаться взять конверт, но император воткнул его в корзину.
  - Стоит, стоит. Мне хорошо с тобой, все идеально. Кстати, а ты умеешь плавать?
  Я не успела ответить, как вдруг он толкнул меня в озеро. Уйдя с головой под воду, я вынырнула, от злости крича:
  -- Ваше величество, это перебор! А если бы я не могла плавать?!
  - Аззи, ты умеешь сердиться? Это потрясающе и так заводит
  Император сбросил мундир и ботинки и прыгнул следом в воду. Я попыталась уплыть, но Его величество быстро догнал меня, обхватывая руками.
  -- Попалась, рыбка? Тот берег более пологий, а ты обнаженная в воде... Нас ждет незабываемый вечер.
  - Ваше величество, мокро.
  - Аззи, не спорь.
  Понедельник я проработала рассеянно, не вникая в сплетни в отделе. Разговор о бале, кто с кем и сколько танцевал, переглянулся, улыбнулся, многозначительно промолчал, кто в чем был одет, обут, причесан. Благодаря Гарит я узнала, что двух фрейлин отчитали и отправили временно работать горничными. Косые взгляды в свою сторону проигнорировала. Едва дождавшись возможности уйти, я забежала домой, быстро переоделась и отправилась в сторону центральной площади. Опасаясь слежки, я забежала в известную среди придворных галантерейную лавку, где присмотрела и купила новые перчатки и ремешок из яркокрасной кожи. Выйдя из магазинчика, осмотрелась и словно из праздного любопытства пересекла площадь и подошла к зоомагазинчику. Меня смущала слишком большая сумма, которую дал император. Несмело переступив порог, я застыла. Вдоль одной стены располагался огромный аквариум, который был разделен на отдельные камеры. В каждой плавали рыбки. В паре угловых аквариумов находили несколько лягушек и большой хамелеон. С одной стороны в клетках были пестрые хомячки и мышки. Пара котят и щенки располагались напротив, а остальное пространство занимали различные принадлежности для домашних питомцев. Ко мне навстречу спешил пожилой мужчина невысокого роста.
  -- Чем могу помочь юной госпоже?
  - Добрый вечер, я.. Можно я просто посмотрю?
  - Конечно, госпожа, конечно. Кто у вас дома живет?
  - У меня нет мохнатого друга.
  Мужчина покачал лысой головой, нервно поправил галстук:
  -- Посмотрите, госпожа, посмотрите. Вот только котята и щенки у нас привезли к хозяевам. Если у вас не было опыта ухода, то посмотрите на рыбок.
  Я прошла по залу, однако рыбки меня не интересовали, я пыталась отгадать головоломку императора. Охвативший азарт заставил меня еще раз пройтись вдоль аквариумов и клеток. Хозяин магазина тем временем сходил в подсобку и принес еще одну клетку. В ней находился маленький комочек белой шерсти, ни лап ни ушей не было видно, лишь маленький хвостик вилял.
  -- Ой, кто это? - я не могла оторвать взгляд от пушистого чуда.
  - Снежная собака, ирдархский волкодав, госпожа. Вчера прибыл, его заказывали для одного господина, однако тот отказался.
  Комочек тем временем запрыгал по клетке, радостно подвизгивая. Мужчина поставил клетку рядом с остальными щенками и подошел к стойке, чтобы заполнить ценник. Я присела рядом с клеткой. Щенок был абсолютно белый, ни единого пятнышка, даже нос и глазки словно затянулись белой пленкой.
  -- Он болен? - спросила я.
  - Почему? У него все документы в порядке, госпожа, малыш абсолютно здоров.
  - А глаза и нос? Он альбинос?
  -- Нет, что вы - это особенность снежных собак. Малыши, пока не войдут в сознательный возраст, маскируются в снегу, чтобы не стать добычей для волков. Черный нос может выдать животное. Ближе к полугоду нос и глаза темнеют.
  -- Они вырастают большие?
  -- Вполне, госпожа. Собаки очень смышленые, но с ними надо много гулять.
  Он повесил ценник, и я решилась.
  -- Простите, господин, вы можете мне подобрать литературу по воспитанию собаки и все необходимое на первое время. Я хочу купить его.
  - Снежную собаку? Госпожа, я вынужден предупредить, что это очень серьезный шаг. Ваши родители...
  - У меня нет родителей.
  - Простите, а ваш супруг?
  - Я не замужем.
  Он немного помолчал, затем принялся собирать сумку, куда первым делом положил миску, ошейник, намордник, поводок:
  -- Тогда это прекрасный выбор, госпожа. Ирдархский волкодав - самый лучший компаньон для одиноких людей.
  Мне пришлось дождаться, пока господин Ракт закроет магазин, поскольку одна я чбы не донесла ни собаку, ни вещи для него. Он проводил меня до резиденции, пообещал, что проблем с кормом не возникнет и исчез в сгустившихся сумерках.
  Когда мы уже расположились в моей квартиры и шустрый Мак исследовал все уголки комнаты, затем радостно поскакал за мной на кухню, где поскуливая ждал свой ужин. Однако через секунду он насторожился и крадучись направился в сторону гостиной, словно открыл охоту. Я схватила со стола нож и тоже направилась следом, потому что поведение малыша пугало.
  Возле порога Мак, так я назвала малыша, пригнулся и прыгнул в комнату с рыком. больше похожим на писк. Я резко включила свет. На стуле возле стола сидел император, а премьер-министр на корточках уже ласково трепал щенка, который сменил гнев на милость и подставлял брюшка, радостно повизгивая.
  -- Аззи, нож опусти, - усмехнулся император, - все свои.
  Услышав новый голос, Мак извернулся, подскочил, принюхался и бросился к Его величеству. Снежный пес устроил целый кордебалет, смешно подпрыгивая и виляя всей задней частью тела, пытаясь обратить на себя внимания.
  -- Эрг, ты говорил, что они вообще-то злобные псы, хорошие защитники.
  - Ваше величество, это еще ребенок. Месяца через четыре никто и не рискнет приблизиться к Аззи. И дело не в воспитании, хотя ему нужна хорошая дрессура. Они интуитивно понимают намерения человека, прибавьте врожденный эмоциональную и психическую устойчивость породы, его габариты, безупречную реакцию и мы получим идеального телохранителя.
  -- А пуля?
  -- Ваше величество, вы же понимаете, что от пули никто не закроет, если ее пустили из-за угла.
  Эрг подошел и забрал у меня нож.
  -- Это вы привезли Мака в магазин? - я поспешно вытерла руки о фартук, смотря как император почесывает животик щенка, а тот блаженно валялся на его коленях пузом вверх.
  -- Мы заказали его и потом вроде как отказались. Легкое внушение владельцу зоолавки, и он отдал щенка просто случайно зашедшей девушке. Ты назвала его Мак?
  Утвердительно кивнув, я осторожно приблизилась к императору и робко протянула руки. К моему удивлению, мужчина сразу же протянул мне щенка.
  -- Я так понял, что сегодня твои мысли заняты другим, - усмехнулся он, - просто хотел проверить, что все получилось.
  - Спасибо, - поблагодарила я, а щенок лизнул меня белесым языком в нос.
  -- Аззи, на выходных нам предстоит прогуляться по рынкам Керитана. Это связано с камнями, ты поедешь с нами. Надо только решить что делать с Маком.
  -- У меня оставим, - пожал равнодушно плечами Эрг.
  - Хорошо, согласен. Кстати, Эрг, а ты не займешься физической подготовкой Аззи? Она так воинственно размахивала ножом, что я даже на минут испугался.
  Я обиженно подошла к кровати, что скрывалась в нише, и села на нее. Настроение скакало. С одной стороны, замирало от предвкушения прогулки по южным рынкам пиратов. С другой стороны, отношение, когда за меня все решили, раздражало и оскорбляло. Я почти привыкла к жестким высказываниям императора, это стремлении подавить меня, но иногда огонек недовольства проскальзывал.
  -- Ты слышала, Аззи, каждое утро Эрг будет забирать тебя к себе, где будете тренироваться?
  - Хорошо, Ваше величество, - я постаралась погасить раздражение в голосе.
  - Азиэль? Эрг, оставь нас и пса забери.
  -- Не надо, пожалуйста, - взмолилась я, прижимая животное к себе.
  -- Аззи, не спорь.
  Однако я попыталась сопротивляться и даже сильнее чем нужна сжала малыша, что он недовольно пискнул. В тот же миг меня словно парализовало, а через мгновение неведомые силы откинули на кровать. Эрг забрал пса, бросил короткий взгляд на императора и исчез.
  Я разревелась. Уже два с лишним месяца длится мучение, откуда у него такой садизм? Плевать, может и смерть сейчас лучший выход?
  -- Аззи, успокойся, я хотел поговорить.
  Увы, к словам императора я была глуха. Уткнувшись в подушку, я давилась беззвучными рыданиями. Тишина, звуки шагов. Я инстинктивно отдернулась. Вновь тишина.
  -- Аззи, это истерика. Я могу подойти?
  - Верните мне Мака!
  - Тише, не кричи, Эрг его вернет. Мы поговорим и тебе вернут собаку. Аззи!
  Он схватил меня за плечи, прижимая к себе:
  -- Замолчи, немедленно, соседи услышат. Аззи, у тебя срыв. Я наказал тех фрейлин, им нет пути обратно. Так, если ты не успокоишься, я тебя перевезу в нулевую зону и запру в пустыне. Хочешь?
  - С Маком?
  - С Маком, с Маком.
  У меня не было родителей и выросла я в приюте, где меня называли льдышкой. Я не ластилась к воспитателям, и те не настаивали, беспроблемная сирота, невзрачная молчунья их вполне устраивала. И вот сейчас, сидя на коленях у мужчины, я впервые остро ощутила, что это, теплые объятия человека, которому... На короткую минуту я забыла, что из-за его каприза я лишилась немногочисленных друзей, из-за него на меня покушались, что он был жесток, не считался с моими чувствами, обращаясь как с вещью. Сейчас жестокий мучитель качал меня на коленях, успокаивая, и я верила ему, обманываясь иллюзией участия.
  Очарование спало неожиданно, в дверь постучали. Я подскочила, вытирая слезы и беспомощно оглядываясь на императора.
  -- Открой дверь, - меня вытолкали в коридор.
  Легкий холод подтвердил - отпечаток ауры мужчины подчистили. Я добрела до входной двери.
  -- Кто там? - испуг даже не пришлось имитировать, я не знала что меня ждет.
  - Служба безопасности, инспектор Варсит.
  Я открыла дверь. Коме инспектор там было еще два сотрудника. Судорожно сжимая руки у груди, я спросила:
  -- Что случилось, господа?
  - Мы должны осмотреть помещение.
  Я отступила в сторону. Квартира у меня служебная, так что досмотр могли проводить всегда, поскольку требование к чистоплотности в правовом и моральном смысле к придворным были весьма серьезные.
  Два молчаливых сотрудника тут же направились на кухню, а инспектор сверлили взглядом дверь спальни.
  -- Госпожа, понимаю, что нарушаю предписания, однако на данный момент все женщины-сотрудники в отпуске. Формально вы может отказать в досмотре личной комнаты, однако это станет косвенной уликой.
  - А в чем меня обвиняют?
  -- Поступил сигнал, что у вас мужчина.
  Я беспомощно оглянулась на открытую дверь в общий коридор, там уже столпились соседи. Голос у инспектора хорошо поставлен, и вроде ни в чем не обвинил, однако моральный облик придворного....
  -- Хорошо, можете осмотреть комнату.
  Однако господин Варсит не спешил, он преувеличенно внимательно смотрел на собачьи принадлежности.
  -- У вас домашний питомец?
  - Сегодня купила щенка, однако это не запрещено правилами, - я похолодела, ведь Эрг Дюэль забрал пса.
  - И какого?
  - Ирдархского волкодава.
  В общем коридоре ахнули, а инспектор нахмурился:
  -- Это дорогая собака и под заказ.
  -- Я живу одна, у меня нет родственников, так что могла себе купить породистого пса Это преступление?
  - Покажите документы.
  Опять же я могла отказать, но я решила не перечить, тем более продавец все тщательно заполнил и даже выдал справку. что собака от отказника.
  Варсит тут же поскучнел, однако сразу повеселел:
  -- Но я не заметил никакого щенка. Где он?
  -- Он спит в комнате, у него стресс после переезда.
  Блеф? Определенно, но может от меня отстанут? Робкая надежда, что император нашел Эрга, теплилась, но успели ли они переместить Мака? Ведь среди персонала службы безопасности много магов.
  Инспектор уже шагнул в сторону закрытой двери. Я внутренне сжалась, но инспектор озадаченно остановился. За дверью раздался стук лапок и поскуливание. Не веря своему счастью, я чересчур импульсивно бросилась в комнату, подхватывая белоснежного малыша на руки.
  -- Мак, пушистик.
  Щенок воспользовался моментом, облизал меня, а затем наконец заметил гостей. Он в тот же миг ощерился, и начал вырываться из моих рук, пытаясь напасть на сотрудников службы безопасности. И это уже была не игра, как с императором. Пес откровенно гнал мужчин, что выглядело комично с его размером в футбольный мяч.
  -- Однако это серьезный пес, вы отдаете себе отчет, госпожа Ринтар, что вы обязаны водить его на поводке и...
  - Я знаю законы и знаю, где в резиденции псарня, где разрешено выгуливать домашних собак. Если не сложно, господин Варсит, осмотрите спальню. Время позднее, ваше присутствие компрометирует меня перед соседями.
  Инспектор побагровел, а из дверей донесся голос Дигуэля Прачрита:
  -- Почему вы обыскиваете жилище моего сотрудника без уведомления меня? Почему не присутствует представитель службы безопасности женского пола? И что это за животное? Госпожа Ринтар, где вы взяли снежного пса?
  Я терпеливо повторила историю появления Мака. Начальник протокольного отдела кивнул и обернулся на соседей, столпившихся на лестничной площадке, затем обратился к внезапному контроллеру:
  -- Инспектор Варсит, протокол будет подписан завтра у меня. Сейчас прошу освободить дом госпожи Ринтар.
  - Мы еще не осмотрели спальню!
  Прачрит перешагнул порог и подошел к дверям комнаты:
  -- Осматривайте. Я буду свидетелем.
  Я видела, что инспектор был в бешенстве, потому что присутствие постороннего мага спутало его планы. Беглый осмотр комнаты лишь подтвердил мои подозрения.
  -- Это все? - преувеличенно вежливо осведомился господин Прачрит.
  - Да, теперь надо, чтобы госпожа Ринтар подписала протокол. Сейчас мы его составим, - инспектор нахально устроился за моим столом, небрежно сдвинув книги и мелочевку.
  - Мы кажется договорились, что составим протокол завтра, - рассердился начальник.
  - Это нарушение правил. Вы пытаетесь давить на меня.
   Прачрит сжал тонкие губы, сдерживая эмоции, затем все же вошел в комнату, коротко бросая :
  -- Поторопитесь, мы итак злоупотребляем гостеприимством госпожи Ринтар.
  Начальник протокольного отдела устроился в кресле, инспектор строчил текст, его сотрудники встали возле входа в квартиру. Пренебрегая правилами приличия, я с щенком на руках уселась на кровать. Мак пытался играть, я теребила его шерстку, стараясь успокоить. Сейчас, когда Прачрит взял инициативу в свои руки, я осознала, что нас с императором могли застать в весьма недвусмысленном положении, и более того, я запаниковала, ведь проверка могла приходить тогда, когда я была в пустыне. Ведь у них есть право вскрыть дверь даже в отсутствии хозяев.
  -- Прочитайте и распишитесь, госпожа Рантир, - процедил сквозь зубы инспектор.
  Текст был правдив, контроллеры подтверждали, что все чисто. Меня насторожило, что наши фамилии были написаны внизу листа, и между текстом и визами оставалось поле, куда вполне можно было вписать текст любого содержания, тем более дата не стояла
  -- Поторопитесь, госпожа Ринтар.
  Я взяла ручку и вписала сегодняшнее число, перекрываю пустоту на документе, чем вызвала гнев инспектора.
  -- Вы испортили бланк!
  - Перепешите, - Дигуэль Прачрит забрал протокол у меня из рук, быстро пробежался глазами и вернул его инспектору.
  - У меня нет бланков, придется идти в управление.
  -- Мы подождем.
  - Госпожа Ринтар идет с нами.
  - Хорошо, я располагаю свободным временем, - альбиноса было сложно сбить с пути, - госпожа Ринтар, одевайтесь, мы подождем в коридоре.
  - Не положено.
  - Вы готовы жениться на ней? Раз настаиваете на присутствии во время переодевания?
  - Но..
  - Мы подождем снаружи.
  Через пять минут я уже выходила к ожидающим меня мужчинам. Мак разнервничался, поэтому пришлось нацепить на него ошейник и поводок, так как малыш категорически не хотел оставаться один. Инспектор даже заскрипел зубами, но возразить не посмел.
  В управлении было неуютно, серые стены, минимум обстановки и бесконечные ряды папок. Мак прижался к моей ноге, но молчал. Я осталась стоять возле входа в кабинет инспектора, в то время как Прачрит уверенно прошел и устроился возле стола:
  -- Господин Варсит, поторопитесь. У нас завтра утренняя встреча, госпожа Ринтар должна быть на рабочем месте в шесть утра.
  - Придется подождать, - огрызнулся он.
  Дежурный оперативник принес чашку чая начальнику протокольного отдела. Прачрит оглянулся и при виде меня, стоявшей в дверях, нахмурился:
  -- Госпожа Ринтар, проходите.
  Он усадил меня на тот стул, где сидел до этого. Оперативник тут же принес еще один и еще одну чашку. Инспектор проворчал что-то под нос, но не стал возмущаться вслух.
  -- Да, я бы хотел узнать, а по какой причине инициировали проверку?
  - Поступил сигнал.
  --- Звонок?
  - Господин Прачрит, - не выдержал инспектор, - это внутреннее дело. Поступил сигнал, который мы проверили.
  - Нарушив предписания. А если бы госпожа Ринтар уже легла спать? Так телефонограмма или письмо?
  - Мы не имеем право говорить, - упрямо повторил Варсит.
  - Мне?
  - Господин Прачрит, вы выступаете как свидетель, не давите.
  Мак устроился в моих ногах и задремал, проявляя недюжую выдержку для щенка. Мой руководитель тоже примолк, наблюдая за собакой, а инспектор нарочито неторопливо писал протокол. Я украдкой бросила взгляд на часы- уже одиннадцать часов. Как назло, появился оперативник и прошептал что-то инспектору. Тот подскочил, бросая быстрое:
  -- У меня вызов, господин Занк скоро прибудет.
  Я затаила дыхание, понимая, что вызвали начальника внутренней службы безопасности не просто так.
  Инспектор вышел, а Прачрит перевел на меня взгляд:
  -- Госпожа Ринтар, на вашем месте я бы сходил в храм, испил бы святой водицы. Сколько вы у меня работаете?
  - Уже три квартала.
  -- В отпуск не ходила, в крупных тратах не замечена, родственников нет. Ну что ж, у вас вполне могла быть нужная сумма на снежного пса.
  - От него отказались хозяева.
  -- Говорите правду. Я про пса.
  Встреча с господином Занком нельзя было отнести к разряду обнадеживающих. Коренастый аристократ, маг с вечно недовольным лицом неприятного серого оттенка.
  -- Так, так, так, - он просмотрел протокол, затем перевел взгляд на меня, - такая юная девушка, а так часто попадаетесь на аморальных делах. Сразу видно родителей нет.
  -- Доказательства, - вмешался Прачрит.
  - Господин начальник протокольного отдела, вы распустили своих сотрудников. Взять хотя бы историю в саду. Кокетничать с императором наедине, флиртовать с венценосной особой, тем более женатой.
  - Насколько я помню, кроме госпожи Ринтар, там было много девушек, и более того, даже сама императрица дала понять журналистам, что это недоразумение и поклеп, - бесстрастно парировал Прачрит.
  -- Ринтар, - Занк проигнорировал реплику, - о чем вы думали в саду? И потом на лестнице, когда в присутствии императрицы заигрывали с Его величеством?
  Я онемела, потому что уж тот разговор происходил в присутствии большого количества посторонних, и я вообще не смотрела на императора.
  -- Господин Занк, с каких пор начальник службы безопасности основывается на сплетнях фрейлин при расследованиях? - появление Эрга Дюэля было как небесный дар.
  Премьер-министр вошел в сопровождении своего секретаря. Хмуро осмотрел и обратился к вытянувшемуся по струнке Прачриту:
  -- Вы преуменьшили, господин Прачрит, здесь налицо превышение должностных полномочий и нарушение процедуры досмотра. Доброй ночи, госпожа Ринтар.
  -- Вы знакомы, - тут же недобро сощурился начальник службы безопасности.
  -- Имели место несколько встреч. Госпожа в силу обстоятельств оказалась жертвой сплетен, и даже личное вмешательство Ее величества не спасло. Чую, идиоты продолжают выслуживаться. Ну раз в службе безопасности не нашлось женщин для соблюдения всех процедур, то я одолжу вам собственного секретаря. Дамы, прошу.
  Он почти насильно усадил госпожу Жазвет на место Прачрита и махнул коротко рукой.
  -- Где донос?
  - Господин Дюэль, я думаю, что это не входит в сферу ваших интересов.
  -- Я сам буду решать, что входит, а что нет. Телефонограмма или пасквиль?
  Господин Занк скрипел зубами.
  -- Ну же, господин начальник службы безопасности. Посылать к сиротке своих псов с нарушением всех предписаний вы были смелы, а сейчас? Молчите?
  На Занка было страшно смотреть. Он весь побагровел, по лбу струился пот, жилы на шее вздулись. В комнате повисло напряжение, воздух наэлектризовался до предела, так что казалось сейчас все взорвется.
  -- Господин Дюэль, - подал голос Прачрит.
  В тот же миг напряжение спало, Занк осел мешком.
  -- Воздействие магией на лицо при исполнении, - просипел несчастный.
  -- Ну что вы, откуда? Кто подтвердит? Девушки без дара, Прачрит ничего не учуял, а он посильнеее вас будет, ведь так Дигуэль?
  -- Не понимаю, о чем вы, - пожал альбинос плечами.
  -- Я тоже маг.
  -- Занк, не блефуйте. Я хочу знать источник кляузы, - Дюэль отмахнулся от замечание начальника службы безопасности, как от надоедливой мухи
  Ответить никто не успел. Мак, проспавший все под моим стулом, проснулся и тявкнул. Увидев Эрга Дюэля, радостно завилял хвостом и потянулся. Премьер-министр посмотрел на щенка:
  -- Снежный пес? Это откуда у нас? Прачрит, ты завел волкодава?
  -- Это собака госпожи Ринтар, - пояснил Дигуэль.
  - Серьезно? Впрочем собаки лучше людей, - он наклонился к повизгивающему щенку, - я могу его погладить, госпожа Ринтар?
  - Да, господин Дюэль.
  Мак радостно подпрыгнул, шаловливо нападая на руки премьер-министра.
  -- Что за цирк? Почему в управлении животное? - не выдержал Занк.
  - Держи себя в руках. А вот и наши гости, - обрадовался Эрг.
  В дверях стояли те самые подружки с бала в форменной одежде горничной.
  -- И почему я не удивлен, - вздохнул Дюэль, - дамы, вас предупреждали.
  - Что здесь происходит? - появления императрицы явно никто не ждал.
  Мы подскочили и склонили головы. Ее величество вошла, и осмотрев всех, обратилась к премьер-министру:
  -- Господин Дюэль, почему моих девочек привели сюда в столь поздний час?
  -- Ваше величество, вам не стоил приходить сюда. Я уже говорил, что девушки не умеют вести себя в обществе.
  -- В чем их обвиняют? Господин Дюэль, я расстроена.
  -- В ложном навете. К сожалению, я ничего не в силах сделать с глупостью девушек. Максимум не давать ход делу и не поднимать скандал. Их завтра тихо рассчитают. протокол сейчас составят, как залог того, что девочки не проболтаются.
  Императрица нахмурила брови и вдруг заметила меня.
  --Ринтар?! а она что тут делает?
  -- Проверка на аморальность? - Дюэль ничего не успел сделать, как Занк бодро отрапортовал.
  -- Да, опять за старое? - выпад императрицы стал для меня неожиданностью.
  - Простите, ваше величество, осмотр квартиры установил мою невиновность, - я тихо но твердо ответила ей.
  -- Почему во всех скандалах, связанных с моралью, всегда попадаете вы? Ринтар, ваше присутствие при дворе недопустимо.
  -- Меня устраивает работа госпожи Ринтар, - неожиданно вмешался Прачрит, - мне тоже непонятна шумиха вокруг моей соотечественницы, однако ни один из выпадов не имел подтверждения.
  - Дыма без огня не бывает, - парировала императрица.
  -- Да у вас тут целый пожар, - насмешливый голос от двери остудил пыл спорящих.
  -- Ваше величество.
  Единый порыв заставил всех замереть, а император спокойно вошел в комнату.
  -- Ренди, твое присутствие без свиты здесь недопустимо. Иди к себе.
  - Канст, эта девушка не достойна чести работать в резиденции.
  - Вы все были увлечены разговором так, что я успел все выслушать, оставаясь незамеченным. Я недоволен, Рендина, поведением своей супруги. Какой пример вы подаете юным девушкам, Ваше величество?
  - Канст, вы считаете, что я...
  - А что я должен считать, видя вас почти в полночь среди мужчин? Присутствующие барышни не оправдание, тем более одну из них обвиняют в блуде, а две уже показали себя полными дурами. Госпожа Жазвет слишком обожает своего начальника. Кстати, поблагодарите Эрга, его присутствие спасло вас от моего гнева.
  Император не обратил на меня внимание. Он подошел к столу взял протокол, изучая его, затем протянул Эргу:
  -- Из-за этого сыр-бор? Что такого из ряда вон выходящего произошло?
  -- Нарушение процедуры, но я бы даже не обратил внимание, если бы господин Занк так не упрямился в предоставлении первоначальной кляузы. Барышни смелы лишь на бумаге.
  Горничные стояли ни живы ни мертвы. Что же до меня, то я боялась пошевелиться и не поднимала головы, пряча за собой Мака. Где начинался спектакль и где заканчивались реальные события - непонятно.
  Под строгим взглядом Его величества начальник службы безопасности протянул лист бумаги. Император пробежал глазами и присвистнул.
  -- Рендина, ты вступилась за своих горничных, а ты в курсе, что девушки стояли и подслушивали под дверью Ринтар? Услышав мужские голоса в ее квартире, они тут же сообщили об этом в управление. Эрг, ты видел?
  Премьер-министр пробежался глазами по протянутой записке:
  -- У меня вопрос, а что две горничные делали в корпусе для госслужащих под дверью именно госпожи Ринтар, если их как рабочее место, так и комнаты находятся в здании на другом конце?
  -- Мы мимо проходили, когда гуляли, - пискнула одна.
  Прачрит хмыкнул:
  -- Господин Дюэль, простите за вмешательство, однако квартира госпожи Ринтар находится на втором этаже, так что никак мимо гулять они не могли. На площадке, кроме госпожи Ринтар, проживают сотрудники архива - две вдовы почтенного возраста и главный архивариус, мужчина. Вот теперь и мне интересно, у кого гуляли барышни?
  -- Интересный факт. С этим отдельно надо будет разобраться, - Эрг переключился на меня, - однако мужские голоса - серьезное обвинение, тем более услышать их за закрытой дверью квартиры незамужней девушки поздно вечером - вполне подозрительно, тем более весь персонал подписывался под правилами, которые включают и морально-этический портрет придворного.
  'Радио, Аззи, новости' - прошелестел голос.
  Мне не были понятно, откуда появлялись в моей голове фразы, сказанные Дюэлем. Телепатия? Но я же обычный человек, мне такой способ общения недоступен. Или мне все померещилось? Тогда на балу, сейчас, и еще в самом начале. Что это? И если это он, то как он и просто говорит и...
  -- Госпожа Ринтар, я вас спрашиваю, - повысил голос Дюэль.
  Я вздрогнула, пытаясь решить, следовать совету или нет? Что сказать? Как они могли услышать наш разговор с императором? Мы же были в комнате.
  -- Я слушала новости.
  -- Так громко?
  -- Радио на кухне, а я убиралась в комнате, - пояснила я.
  -- В момент осмотра радио молчало, - вмешался Занк.
  -- Потому что Мак уснул, - выдавила я из себя, понимая что звучит нелепо.
  - Кто??? - удивление окружающих было неподдельным.
  Вместо меня ответил щенок. Он тявкнул и завилял хвостом, когда император перевел на него взгляд.
  -- Ирдархский волкодав? Откуда у вас столь редкий пес?
  -- Я купила отказничка в зоомагазине, все документы в порядке.
  - Интересный выбор, госпожа Ринтар. Он вас подпустил? - император присел к малышу и потрепал слегка, - но это слишком серьезная собака для девушки. Отдайте мне его.
  -- Это выбраковка, - недовольно заметила Рендина, - чистокровный ирдархский волкодав не подпускает к себе чужаков, кроме ирдархянина.
  -- Глаза молочные, Рендина. Насколько я знаю, в Тиркании тоже есть снежные псы.
  Я наклонилась и подхватила малыша, испуганно делая шаг назад:
  -- Простите, Ваше величество, это мой пес.
  Мне было страшно. Даже не страх, животный ужас охватил меня всю, но отдать Мака я не могла. В глубине души теплился хрупкий огонек надежды, что император играет роль, что он не заберет подарок назад.
  -- Вы спорите? Ваша участь сейчас незавидна, на вас обвинение в аморальности, а вы не хотите отдать пса?
  -- Ваше величество, я выросла одна, от меня отказались родители. От Мака отказались хозяева. Я не предам его. Вы можете отнять силой, но добровольно я его не отдам.
  Мой голос дрожал от страха, я не верила никому.
  'Тише, Аззи, все хорошо'.
  Император повернулся к остальным.
  -- Я думаю, на этом закончим нашу встречу. Эрг, проследи за тем чтобы хоть сейчас все было правильно. Рендина, идем. Ах да, госпожа Ринтар, берегите собаку, ирдархцы питают слабость к этой породе, что может послужить хорошим бонусом в переговорах.
  Вслед за императорской четой ушли и фрейлины. Через полчаса нам выдали протокол, который я быстро подписала. Часы показывали начало второго. Прачрит потер лоб:
  -- Я провожу вас, госпожа Ринтар, время позднее.
  - Прачрит, ты мне нужен будешь потом, - хмуро промолвил Дюэль, не вставая со стула.
  -- Я вернусь.
  В гробовом молчании меня отвели до дверей квартиры, молча же отвесили поклон и исчезли.
  У меня хватило сил добраться до кровати и уснуть, предварительно поставив будильник на полпятого. Мак нахально забрался на кровать, но прогонять его не стала. Лишь понадеялась, что император сегодня сжалится.
  
  Глава 10.
  
  Проснулась я от рук, что нахально гуляли по телу.
  -- Ваше величество, - тихо пробормотала, понимая, что сил открыть глаза нет.
  - Глазки открой.
  -- Не могу, - честно призналась ему. Сил хватило лишь повернуться и раздвинуть ноги, чтобы мужчине было удобней.
  - Аззи, это уже чересчур.
  Матрас скрипнул, а я через силу поднялась на локтях и открыла глаза, за окном уже рассвело. Император сидел на краю кровати, и по его лицу не было понятно, сердится он или нет.
  -- Простите, - попытки проснуться терпели фиаско.
  -- Не трепыхайся, сегодня необходимости нет. Императрица поняла, что перегнула палку, так что я сыт пока.
  - Вы были очень убедительны в своем праведном возмущении, - пробормотала я, принимая сидячее положение, - Ваше величество, а если нас услышат опять?
  -- А ты думаешь, нас слышали вчера вечером, - ухмыльнулся он, - я похож на идиота, Аззи? Был щит.
  - Совпадение?
  - Нет.
  Он пристально следил за мной, что я даже поежилась от холодного взгляда.
  -- Вы подозреваете меня, - голос дрожал от обиды.
  - Нет, - вдруг ответил он, - Азиэль, с кем ты общалась последнее время?
  -- Ни с кем. Все мое общение лишь вы с господином Дюэлем, да изредка Прачрит.
  -- Я знаю, но вдруг есть что-то что я не заметил?
  -- Ваше величество, не знаю. Будете чай?
  -- Да, сделай завтрак.
  Часы показывали четыре часа. Сил у меня хватило лишь на бутерброды с холодным мясом и крепкий чай. Себе я заварила кофе, после чего рискнула спросить молчаливого императора:
  -- Ваше величество, вас точно не будет разыскивать Ее величество? Еще одного допроса я не выдержу.
  - Ты неплохо держалась. С радио была убедительна. А уж твоя гневная отповедь о псе произвела на всех впечатление. Ты думала что я его отниму?
  Я промолчала, пододвигая к мужчине бутерброды.
  -- Аззи, ирдархский волкодав действительно хороший охранник, и когда меня не будет рядом, он сможет защитить до того момента, пока Эрг до тебя доберется. В общем это мой последний визит к тебе на квартиру. Больше рисковать не готов. Тебя приводить и отводить будет Эрг. После окончания контракта ты уедешь из столицы и будешь жить в моем доме в пустыне Вьетар. Думаю, что к тому времени мы найдем того, кто охотится. И еще на выходных идем по Керитану. Там особое отношение к блондинкам. Поэтому на голове платок, если вдруг что увидишь интересное, напрямую не бери, проси нас. Любое общение с окружающими через нас.
  Он немного помолчал, затем продолжил:
  -- Семьи Тирон и Кватрин принадлежат аристократическим родам, между собой в родстве. Они давно служат империи, Тироны потомственные дипломаты, а Кватрины - по экономическим вопросам были советниками, причем отец Санилы вел Тирканию. Дочки Санила и Аника стали фрейлинами, но карьера их не интересовала, здесь больше подходит термин 'ярмарка невест', им искали подходящую пару. Девочки избалованные, решили выслужиться перед императрицей, высмеяв сироту. Если бы я не захотел развеяться, то сказала ли мне несчастная жертва о оскорблениях? Думаю - нет. Но им не повезло, я под личиной Эрга рассказал об инциденте императрице, Рендине пришлось согласиться, что девушки достойны наказания. По идее это стало вполне серьезным оскорблением двум высокопоставленным семействам, однако все документы оформлены, предписания с выговорами вручены отцам, так что они смирились. Если бы девочки спокойно отработали два месяца, то им бы вернули места фрейлин и на этом инцидент был бы исчерпан. Однако вдруг появляется письменный сигнал и опять о бедной сиротке, которая под наивным видом скрывает аморальное поведение. Совпадение? Глупость? На первый взгляд, девочки решили отомстить: ну проверили бы тебя и все. Однако почему донос именно на то время, когда я у тебя, на досмотр идут с нарушением всех правил, дают протокол, где оставлено место, на котором можно позже дописать что угодно? Сколько тебе дали протоколов в руки на подпись?
  - Один, - честно ответила я.
  - Вот и Прачрит об этом сказал. Тебе повезло, одна из твоих соседок позвонила ему, когда заметила, что тебя обыскивают лишь мужчины. Уже потом Дигуэль заподозрил неладное и вызвал Эрга, а дальше занервничала императрица и вот в управлении безопасности собрался высший свет империи Валакании, а весь переполох учинила маленькая сиротка. Аззи, ты чувствуешь свою значимость?
  -- Ваше величество, а если бы соседка не позвонила?
  - Я уже сказал, что с тобой ничего не случится, - ответил он резко, - тебя бы все равно не дали в обиду. А неприятные моменты ты переживешь.
  - Только из-за мести, глупые девушки попали на увольнение, - вздохнула я.
  - И не только, Аззи, - холодно оборвал меня император, - иногда надо думать. С Занком так не получится, иначе мы разрушим красивую ловушку, которую так старательно нам возводили.
  - Что с ними? - похолодела я.
  -- Они слишком много слышали. А Занк слишком увлекся интригами, манкируя прямыми обязанностями. Тебя проводили, девушки поздно ночью возвращались домой одни.
  - Ваше величество, - я отшатнулась в ужасе мотая головой, не веря в услышанное, - но ведь можно было просто почистить память.
  - Нельзя, - резко ответил он, медленно приближаясь, - нельзя. На ауре остаются белые пятна, и тогда любой маг знает, что человека чистили. Но и это не самое страшное. Личность стирается вместе с памятью.
  - Но они хотя бы останутся жить.
  - Они и так остались жить. Но вот говорить не смогут уже, - он безразлично пожал плечами.
  - Это жестоко, - я давилась слезами.
  -- Жестоко? Это жестоко? Аззи, мою первую любовницу убрали, сымитировав несчастный случай. Она заблудилась в лесу и ее задрал медведь. Во дворец на опознание принесли по частям.
  -- За что???
  -- Помнишь, Эрг говорил про то, что маги - однолюбы? Тогда решили, что если я увижу ее в таком состоянии, то сойду с ума. Расчет был ошибочный, в нашей паре я получал лишь удовольствие, а любила она.
  Я сползла по стенке, задыхаясь. Император присел и подхватил на руки:
  -- С тех пор я поддерживал лишь коммерческие отношения, пытаясь по максимуму обезопасить девушек, которые трудились в постели на благо отечества. Но вот тут сложно не поверить в злой рок - все девицы умирали. И знаешь, одну я скрыл в пустыне Вьетар, вроде все было идеально.
  - И что случилось?
  -- Ты действительно хочешь знать?
  - Не хочу, - я боялась этого человека, для которого была одной из вереницы игрушек, - но мне надо, чтобы выжить.
  Он отнес меня в постель:
  -- На выходных я расскажу тебе все, это будет справедливо. Аззи, я могу убрать до вечера сонливость, подзарядить организм, но это будет выглядеть подозрительно.
  -- А немного? Сегодня встреча с тирканским послом.
  -- Немного можно, однако у меня встречная просьба. Догадываешься?
  - Вы же сыты, Ваше величество, - сквозь слезы улыбнулась я.
  - От деликатеса не откажусь. Ммм, Аззи, у тебя очаровательный ротик.
  - Нас точно не услышат, Ваше величество?
  -Точно, на сейчас меня хватит.
  Я успела выгулять Мака и не опоздать, появившись в кабинете Дигуэля Прачрита ровно в четверть седьмого, уже с документами. Он настороженно посмотрела на меня и тихо промолвил:
  -- Если сегодня управитесь со всем до окончания рабочего дня, то можете уйти раньше.
  Я молча склонила голову в знак того, что услышала. Однако не повезло, после окончания официальной встречи, посол Тиркании заглянул к нам в отдел, мотивируя тем, что раньше знал Прачрита и хотел с ним пообщаться. Нас же угостили знаменитым чаем с цветочных полей недавно присоединенного государства.
  А дома ждал нетерпеливый Мак, несколько луж и сгрызенная пара туфель. Я убралась, выгуляла собаку, даже нашла силы прочитать несколько глав из книги о дрессуре. А после этого уснула на диване с пушистым другом на руках. Где меня и застал звон будильника. Меня не тронули в эту ночь.
  Возле псарни нас поджидал Эрг Дюэль.
  -- Меня не видят, Аззи. Его величеств просил заняться твоей физической подготовкой. Пес - неплохой предлог, поэтому возьми за привычку бегать с ним по утрам. Периодически я буду подсказывать тебе упражнения. Подозрений ты не вызовешь, а все это пригодится.
  Так у меня появилось новое занятие. Если первые дни я проклинала мужчин, то постепенно со временем втянулась. И позже даже стала благодарна за столь насильственное обучение.
  В субботу рано утром мы с Маком развлекались возле пруда, пока солнце еще не залило оазис горячим воздухом. Меня доставили в домик в пустыне и оставили одну еще вчера, и император так и не появлялся. В комнате осталась прогулочная одежда и широкий шарф вместо платка на голову, я же босиком бегала за щенком пытаясь отнять палку.
  -- Аззи, - окликнули меня из окна. Император следил за нами из гостиной.
  -- Доброе утро, Ваше величество. - присела я в реверансе и качнулась. Мак воспользовался тем, что палка была в зоне досягаемости и ухватился за нее, ощутимо дернув.
  - Идем завтракать и пора выдвигаться.
  - А вы не хотите позавтракать у пруда? - набралась я смелости.
  - Ты думаешь? - нахмурился он.
  - Я вам помогу - я поспешила к дому.
  Маги редко используют свой дар в бытовой жизни, но сейчас император уже стоял с небольшим подносом на поляне. Следом появился недовольный Эрг.
  -- Детский сад, - пробурчал он, расставляя на земле чашки.
  Мак тут же сунулся к нему.
  -- Погода хорошая, - попыталась оправдаться я.
  -- Твой пес сейчас все съест, - он подхватил щенка. зажимая подмышкой и выделяя кусок холодного мяса.
  -- Он растет, - сервировать была моя обязанность. так что я уже разливала чай и делала бутерброды, - Ваше величество, я могу задать вопрос?
  - Спрашивай.
  -- А зачем мы идем на рынки Керитана?
  -- Тебе же нужны камни от геммологов, - усмехнулся он.
  - А мы идем за ними? - я даже подскочила, - а как же Мак?
  - Если твой пес перестанет хомячить мой бутерброд, то отправится в мой дом в Гарустаже, рабыни за ним присмотрят, - премьер-министр попытался отнять спорный кусок, но Мак зарычал, не отдавая добычу.
  - А если нет? - я затаила дыхание. Прогулка по Керитану, да еще с Маком...
  - Все равно отправится, - вмешался император, - нам не стоит привлекать внимание к себе. Хватит с нас светловолосой девушки.
  Я поникла, хоть и знала, что за щенком присмотрят. Однако его величество был прав, снежный пес - большая редкость на юге, его обязательно попытаются перекупить или своровать.
  Северное вообще ценилось на побережье пиратов. Светловолосые девушки, натуральные блондинки ценились на вес золота, и это не образное выражение. Однако там можно было найти камни от геммологов, если знать где искать.
  Я продолжала считать всевозможные книги про Ирдарх, больше интуитивно понимая, что от того, смогу ли я разгадать загадку, - зависит моя жизнь. Да, просто любовницу легко пустят в расход, а вот за геммолога думаю они поборются. Но книги не давали подсказок, кроме общих сведений, которые мне рассказали премьер-министр и император. Я узнала, что самоцветы могут усиливать способности магов, но именно те, которые совпадают со свойствами минерала. При этом камень антагонистического действия ослабляет противника. Выходила что природа придумала собственную защиту от магов, но вместе с тем и обладатели камней становились более уязвимей перед магами. Народ Ирдарха были устойчивы к воздействию чужих кристаллов, однако вместе с тем их способности усилялись, и ирдархянин становился слабым магом, если камень его признал. Разные камни вступали в конфликт, поэтому ювелирные изделия от геммологов редко отличались многокаменьем. И только сами мастера могли управлять самоцветами, вплоть до сочетания их между собой.
  -- Аззи, очнись. Ты слышала, что я сказал? - император потрепал меня по плечу.
  - Что? Нет, простите, Ваше величество, - смутилась, понимая, что все прослушала.
  - По именам обращайся, без всяких титулов и господинов. Сможешь?
  - Да, хорошо.
  Мгновение, и мы стояли посреди шумной толпы. Яркие палатки, прилавки прямо посреди заасфальтированной площадки. Разноголосый гам, различные запахи. Я инстинктивно прижалась к императору, оглядываясь по сторонам. Это был восточный базара, знаменитые рынки Керитана, где сплетались южные мотивы, традиции морских гуляк и северный прогресс, технологии. Вон посреди корзин с фруктами на прилавке, застеленными пестрыми лоскутами стояли весы с двумя чашами, на которые дородная хозяйка бросала выщербленные металлические шайбы, заменявшие гирьки. Рядом стоял радиоприемник, откуда неслись восточные мотивы. Чуть дальше в парусиновой палатке воскуривал благовония сухенький старичок в пестром халате пустынника, а на его руке поблескивали наручные часы.
  -- Аззи, все в порядке?
  - Да.
  Меня продолжали держать за плечи, давая оглядеться. Я с любопытством осматривалась, затем тихонько дернула за рукав императора.
  -- Что? - он прервал беседу с премьер-министром.
  - А пираты? - понимала, что глупо прозвучала, однако сейчас мне действительно хотелось увидеть знаменитых пиратов.
  - О женщины, - выдохнул он и огляделся, затем махнул рукой в сторону ларька с рыбой, - вон там.
  Я резво повернулась. Посреди лотков сидел мужчина в тельняшке и чистил рыбу. Обветренное покрасневшее лицо, редкие волосы, торчащие из-под замызганной косынке на голове. Пират чистил рыбу, не обращая внимания суету вокруг. Иногда к нему подходили, он откладывал нож в сторону и поднимался. Меня заинтересовал его орудие труда. Тонкое лезвие слегка изогнутое и костяная ручка.
  -- Мы можем ближе подойти? - спросила я.
  - Не сейчас.
  Мужчины наконец пришли к единому мнению и увлекли меня в сторону длинных каменных рядов. Я послушно направилась следом, и лишь раз оглянулась на пирата. Он стоял посреди своего товара и пристально следил за мной, поигрывая ножом в руке. В навершии рукояти блеснул камень. Странно, ведь прилавок полностью в тени. Я вновь попыталась привлечь внимание императора:
  -- Канст, мы можем вернуться к тому пирату?
  -- Аззи, не сейчас. Нас ждут.
  - Но потом?
  - Подожди, Канст, - вмешался в разговор премьер-министр, - Аззи, это каприз или что-то иное?
  - Там в ноже, камень. Он странный, - я не могла объяснить четко.
  Мужчины притормозили.
  --Где?
  - Там, рыбный ларек.
  Мы вернулись назад, однако возле рыбы крутилась бойкая смуглянка, напевая с акцентом жителей побережья. Того мужчины не было. Я поспешила к девушке. Та увидев нас тут же заулыбалась:
  -- Господа красивые, купите рыбку! Свежая, только поймана!
  - Мужчина, здесь был мужчина, куда он ушел? - спросила я.
  - Деда? Деда в море ночью пойдет. Отдыхает. Зачем он юной белянке? Красавица, купи рыбу.
  Подоспевший император схватил меня за руку:
  -- Аззи, я просил. Что происходит?
  - Простите.
  - Идем.
  Мы подождали, пока Эрг переговорит с девчушкой. Та кокетливо встряхивала головой и яркие серьги задорно звенели. Волосы девушки были спрятаны под аляпистый платок, она лишь стреляла черными глазами на Дюэля.
  Премьер-министр поспешил к нам:
  -- Пирата зовут Санксиль. Ну как пират, скорее коренной житель Керитана. Сейчас промышляет рыбой. Это действительно его внучка, я расспросил ее про нож. Она сказала, что дед с ним не расстается. в общем сегодня его не будет. Где живет, не сказала, так что есть подозрение, что рыбак наш не брезгует контрабандой.
  - Позже заглянем, пока идем.
  Мы шли вдоль рядов, меня крепко держал за руку император. Я вертела головой, стараясь рассмотреть все. Вон почти на полу старушка разложила свой товар - пучки зелени, свежей или сушеной. В маленьких полотняных мешочках возвышались горочки семян. А напротив лавка пряностей, даже до нас долетал невозможный калейдоскоп запахов. Прилавки с товарами для рукоделия, где переливался всеми цветами радуги бисер, соседствовали с витринами, где можно было найти любой мужской инструмент. Вина и соленья, ковры и платки, кружева и стекло, чего тут только не было. Все многообразие товаров органично перекликалось с пестрой одеждой продавцов. Периодически то там, то тут мелькали тельняшки, я старалась рассмотреть коренных жителей, но стоило мне отвлечься, как я натыкалась на кого-нибудь в толпе.
  -- Аззи, какая ты неуклюжая, - проворчал император, уже нахально подтягивая меня к себе вплотную, перехватывая за талию, - хватит спотыкаться.
  - Канст, она впервые выбралась из Валакании, - добродушно усмехнулся Эрг, оттесняя слишком настойчивого продавца шалей, который старался показать мне свой товар, - вспомни себя, когда мы впервые с тобой попали на рынке Керитана.
  - Мне было одиннадцать.
  - Какая разница. Это Керитан.
  Наконец мы зашли в небольшое дом на окраине рынка, хотя мне показалось, что за этим рядом зданий из темного камня, торговля продолжалась. Закопченные потолки, все в паутине, неосвещенный коридор, дверь в конце, такая невысокая, что мужчинам приходится наклоняться, чтобы войти. Контраст с запущенностью при входе в здание и чистотой, в чем-то стерильной, в комнате поражал. По периметру стоял стеклянные витрины, где на белых замшевых подушках лежали разнообразные камни, стояли бокалы и кубки из хрусталя, статуэтки из нефрита и малахита. Высокие потолки, ряд люстр, свет которых отражались в самоцветах.
  -- Дюэль, давненько ты ко мне не заходил. И принц здесь, - скрипучий голос исходил от старичка за одной из стеклянных витрин.
  Я едва сдержала улыбку, косясь на императора, но тот невозмутимо смотрел на хозяина лавки. Возраст говорящего не был понятен. Небольшая сгорбленная фигура, из-под белых свободных одежд виднелись лишь руки, с узловатыми венами под сухой темной кожей. Да и сам говоривший был весь старый, все лицо было исперщено морщинами и старыми шрамами, что темная кожа казалась смятой бумагой. Лишь глаза смотрели пронзительно.
  -- Ирдархарка? Ты не оставил мечты получить геммолога? Женщина вас не спасет.
  -- Тарх, у тебя есть камни? - Дюэль проигнорировал замечание.
  -- Камни... Ну-ка, красотка, иди сюда.
  Он достал из складок одежды мешочек и высыпал небрежно на стекло самоцветы.
  -- Камни не дадут соврать. Принц, отпусти.
  - Тарх, я тебя предупреждал, - бесстрастно перебил его император, затем подтолкнул меня, - Аззи, просто посмотри.
  Я упрямо мотнула головой. Тарх стоял слишком близко, его вид не внушал мне доверия. Еще один толчок в спину и неожиданные слова Дюэля:
  -- Я подойду с ней.
  Премьер-министр действительно встал между мной и хозяином магазина. Тарху это не понравилось, он даже пробурчал что-то нелицеприятное, однако я не обращала внимание.
  Камни. Большие и маленькие, прозрачные и мутные. Алмазы, рубины, изумруды, аметисты, опалы, янтарь и много менее ценных кристаллов зазвенили по стеклу. Я отложила в сторону лунный камень, обработанный в виде кабюшона и посмотрела на императора.
  -- Что? - спросил он.
  -- Все остальное просто камни.
  - А адуляр тебя чем прельстил?
  -- Он тоже обычный, но обрабатывал его ирдархский мастер.
  - Странная девочка, - протянул скрипуче Тарх, - хочешь, я подарю тебе понравившийся камень? Выбери любой.
  На мой вопросительный взгляд император ответил кивком. Я потянулась к лунному камню, но Тарх слишком резво обогнул премьер-министра:
  -- Зачем тебе дешевый камень? Запад Парвильских гор усыпан более крупными образцами. Возьми сапфир или рубин, здесь изумруд есть, в будущем пригодится. Никто не знает, как сложится жизнь.
  -- Адуляр. Я хочу его.
  - В нем нет ничего интересного.
  - И все же я хочу его.
  - Сколько, Тарх? - вмешался в разговор император
  - Пусть берет бесплатно, я обещал, - торговец неторопливо спрятал камень в коробку и протянул мне, однако Дюэль ловко перехватил подарок. Тарх пожал плечами и небрежно сгреб оставшиеся самоцветы в мешочек.
  - У меня нет, того что вам надо. Ирадархяне прознали о твоем интересе, Дюэль. Чем ты им насолил?
  -- Крови и нервов много попортил.
  - Ты или Прачрит?
  -- Я. Идем, Аззи.
  - Новости не хочешь узнать?
  Мужчины замерли, затем Дюэль практически насильно сунул меня в руки императора:
  -- Ждите меня снаружи. Оба.
  - Эрг! - возмутился император.
  - Канст, позже.
  Он догнал нас чуть позже, когда мы вернулись в центр базара.
  -- Канст, у нас...
  - Позже, Эрг, я должен вернуться.
  Я не успела моргнуть глазом, как император исчез.
  -- А разве так можно? - кроме меня никого внезапное исчезновение человека посреди толпы не взволновало. Рынок продолжал жить своей жизнью, не на секунду не замолкая.
  -- Это Керитан, он сам по себе. Хочешь погулять?
  - А можно? - я не верила своим ушам.
  - Можно, - усмехнулся он.
  Замечательная получилась прогулка. Мы насмотрелись на диковинных птиц, я впервые увидела говорящего попугая, маленьких обезьянок без клеток. Старый шарманщик под грозным взором Дюэля дал мне покрутить ручку резной шарманки. Мы ели креветки которые готовили прямо на улице, запивая молодым вином и заедая свежевыпеченным хлебом. Эрг снисходительно пнаблюдал за моим наивным восторгом, покупая различную мелочевку в подарок - шпильки, носовые платки с ажурной, невесомой тесьмой, коралловые бусы. тонкие шарфы и перчатки из кожи. Я пыталась отнекиваться, но он отмахнулся, говоря, что подарки от него подозрений не вызовут, если я буду вести себя благоразумно. Когда вечером мы переместились к нему домой, он просто сбросил пакеты на стол, опускаясь в кресло:
  -- Откуда в тебе столько энергии, Аззи? Я устал.
  -- Не верю, - я подхватила Мака на руки, пока рабыни споро накрывали на стол.
  Щенок радостно повизгивал.
  -- Хорошо, немного утомился. Джель, убери красное вино, белое подай.
  Рабыня молчаливо выполнила наказ.
  -- Забери пакеты Азиэль и сложи все аккуратно.
  - Почему они не говорят? - рискнула спросить премьер-министра, пользуясь его добродушным настроением.
  - Потому что немые. За долги отца им отрезали языки - будничным тоном сообщил Дюэль.
  -- Как???
  - Аззи, не задавай вопросы, если не готова получить ответ.
  Он нахмурился и резко встал:
  -- Пойдем. Мака здесь оставь.
  Мгновение, и я уже в доме посреди пустыни Вьетар. Несмотря на сумерки за окном, свет нигде не горел. На фоне окна темнел силуэт императора. Я присмотрелась, мужчина стоял ко мне спиной, не шевелясь, однако от него просто веяло злобой.
  -- Эрг зря тебя привел.
  - Что-то случилось?
  - Уходи.
  Дельный совет, мне действительно хотелось сбежать, но только где спрятаться в пустыне? Сжав зубы, я подошла и осторожно коснулась плеча.
  -- Аззи, уйди, я могу причинить боль.
  - Вам надо отвлечься. Давайте, я помогу расслабиться.
  Он коротко хохотнул, резко разворачиваясь:
  -- Глупая девчонка. Из тебя никудышная соблазнительница, даже не старайся.
  Его руки сжимали меня так, что дышать стало сложно, но я упрямо провела по груди ладонью, затем несмело вверх по лицу и волосам, словно успокаивая.
  -- Я знаю, Ваше величество. Не прогоняйте, позвольте помочь.
  - И ты не спросишь что случилось?
  - А я должна? Если захотите, вы сами расскажите. Потом.
  Наверно так чувствуют себя саперы. Интуитивно понимала, пока я глажу его, он контролирует свой гнев. Под моими ладонями напряженное тело дрожало, словно готово было взорваться.
  -- Ирдарх разорвал все отношения. У тебя не будет учителя. Граница закрыта.
  - Это временно, Ваше величество. Я в вас верю.
  Кажется, это были последние слова. Инициативу перехватили. Император диктовал свои условия, удовлетворял свои желания, считаясь только со своими потребностями. Я подчинялась, отдавалась, стараясь не думать ни о чем. Просто тела, просто инстинкты, просто два человека. В этом животном танце лишь в одном император оставался верен обещаниям. Больно не было. Я тоже получала физическое удовольствие от того, что хотя бы в постели мы были на равных. Почти.
  
  Глава 11.
  
  Новость о закрытии границ с Ирдархом взволновала общественность. Об этом трубили все газеты, нез три дня появление начальника вызвало недоумение. Он бегло осмотрел подчинение прекращая говорили по радио, нагнетая обстановку. Отдел гудел, коллеги даже не прикоснулись к бумагам, вновь и вновь обсуждая новость. Лишь появление Прачрита помогло вернуться к работе. Сплетни поутихли, но лишь на время. Однако черных и обратился ко мне:
  -- Госпожа Ринтар, нас вызывают к императору. Захватите свидетельство о рождении.
  - Оно дома, - я нервно сглотнула.
  - Мы зайдем за ним. Собирайте вещи, на сегодня ваша работа закончена.
  Под перешептывание кумушек, я подхватила сумку и поспешила на выход. На улице я отметила, что охрану усилили.
  -- Вы знаете, что Ирдарх прервал дипломатические отношения, которые итак были прохладными, - он говорил отрывисто, оглядываясь по сторонам, - через Аргида правитель Унриель передал, что готовы принять всех своих граждан или полукровок, в ком есть частица Ирдарха. Пока собирают лишь придворных, дадут всем право выбора, хотя некоторых вышлют принудительно. Госпожа Ринтар, я могу говорить откровенно?
  - Да, господин Прачрит.
  Мы уже были дома. Мак радостно прыгал возле меня, я достала документы, и теперь с замиранием сердца ждала, что мне скажут.
  -- Вам нельзя ехать в Ирдарх. Подождите, не перебивайте. На словах будет все красиво. И ровно до того момента, пока вы не пересечете границу. В Ирдархе царит гуманный нацизм, чистокровные ирдархяне имеют больше привилегий, чем полукровки. Строгость нравов северного народа известно, и вы там будете человеком второго сорта.
  - Я поняла вас, господин Прачрит.
  Он хотел что-то добавить, но сдержался, лишь первым вышел из квартиры.
  В приемной императора кроме нас было еще несколько человек, которых объединяло одно - наличие ирдархской крови в той или иной степени. Почему раньше я этого не замечала, хотя сложно отрицать наличие общих черт во внешности.
  Через четверть часа нас приняли. Императорская чета, премьер-министр. Эрг Дюэль зачитал официальное послание:
  -- Господа, хочу вас предупредить, что пока дело не предано огласки. Многие по разным причинам покинули историческую родину, сейчас есть шанс вернуться. Репрессий не обещано, вам помогут устроиться на первое время. Однако решение надо принять именно сейчас. Вопросы есть?
  -- Господин Дюэль, с семьей можно посоветоваться? - спросил один мужчина.
  -- Нет. С момента, как вы покинете зал, запрещено вообще говорить о цели собрания. Если вы принимаете решение, то вас сопровождает сотрудник безопасности. Нам не нужны лишние волнения среди народа.
  Все молчали. А у меня кружилась голова. Вот она, свобода. Выскажи желание и тебя отпустят. Там встретят, помогут. Возможно, найду родственников. Да если даже не найду! Новая чистая жизнь! Без косых взглядов, без ярлыков. Без императора и его принудительной любви! Я даже опустила голову, чтобы никто не заметил лихорадочный блеск в глазах и волнение. Человеком второго сорта? Ерунда. Здесь я вообще изгой. Да, я...
  'Не смей!'
  Голос Эрга Дюэля вновь прозвучал в голове. Наверно, сейчас я узнала, что чувствуют висельники, когда разверзается эшафот. Вот она свобода, протяни руку и коснись ее, но веревка уже перетягивает горло, ломая позвонки и лишая жизни.
  От осознания, что не отпустят, что найдут и насильно вернут, стало обидно до слез. Хотя слово 'обида' не могло описать всю бурю эмоций, что овладела мной. Рабыня. Я все равно что Джель, Ямиль или тарст. Личная рабыня императора. Мое мнение, мое желание ничего не значат, и все эти подачки в виде подарков и прогулок - ни что иное как игра в благородство, забава сильных мира сего.
  От тяжких мыслей отвлекло происходящее. Воздух в зале словно звенел. Приподняв голову я с изумление заметила бледного Прачрита, который не отрываясь смотрел на императора. Бледный альбинос, словно из гипса. Первым заговорил Его величество:
  -- Господин Прачрит, правитель Унриель прислал особое распоряжение для вас. В нем говорится о полной амнистии.
  -- Я польщен оказанной честью, однако мне больше нравится теплый климат Валакании.
  Император кивнул и перевел свой взгляд на остальных, упорно игнорируя меня. Удивительно, но Дигуэль Прачрит даже не смахнул капельки пота, выступившие на лбу. Он продолжал смотреть в одну точку, словно находился под гипнозом. Я почувствовала пристальный взгляд и, повернув голову, встретилась с императрицей глазами. Она застыла, не скрывая своего внимания.
  Тем временем присутствующие единогласно высказали желание уехать, я удивилась такому единодушию. К каждому, кто дал ответ, тут же подходил сотрудник внутренней безопасности, подписывали бумаги и они покидал зал. В итоге остались мы с Прачритом.
  -- Госпожа Ринтар? - Дюэль оценивающе смотрел на меня.
  - Я... - на мгновение перехватило горло.
  Сказать, что уезжаю? Они все продумали, оставив меня напоследок. У меня не было выбора. Как и не было его у остальных, по отношению к которым, я уверена, применили ментальное воздействие, устоять смог лишь Дигуэль Прачрит. Или это тоже была игра?
  -- Ну же, - поторопил премьер-министр.
  - Я остаюсь, - слова приходилось выталкивать из себя.
  Императрица на мгновение позволила себе истинным чувствам прорваться сквозь маску, в глазах мелькнуло злое удивление.
  -- Вы уверены?
  - Я родилась и выросла в Триоле, я считаю себя валаканийкой.
  -- Свободны.
  Император махнул рукой, и мы с начальником, после прощального поклона уже направились к дверям, когда те распахнулись, и церемониймейстер провозгласил:
  -- Наместник Тиркании, Его высочество Аргид.
  И вновь я присела в реверансе перед младшим братом императора. Тот лишь кивнул, обращаясь к альбиносу:
  -- Господин Прачрит, рад видеть. Ну что ж, возвращаетесь на родину?
  - Добрый день, Ваше высочество. Я привык жить здесь.
  Чувствуя себя лишней, я хотела незаметно выскользнуть за дверь, но ее уже закрыли, отрезая пути к отступлению. Быстрые взгляды на премьер-министра и начальника в надежде, что мое нежелательное присутствие заметили, что хоть сейчас я не мебель или предмет интерьера.
  Альбинос тут же повернулся ко мне, делая шаг в сторону двери:
  -- С вашего позволения, Ваше величество.
  Император махнул рукой, отпуская, однако его брат быстро добавил:
  -- Господин Прачрит, я привез новости о вашей семье.
  Начальник протокольного отдела напрягся и быстро вернулся на место, успев сказать мне:
  --Госпожа Ринтар, идите.
  Под пристальные взгляды присутствующих я вышла из зала, изо всех сил стремясь сохранить внешнюю безмятежность.
  В отделе царило оживленное обсуждение последних новостей, подогретое вызовом к императору. Мое возвращение тут же привлекло всеобщее внимание. Однако напрямую спрашивать побоялись, а намеки и нарочито громкие фразы я игнорировала.
  Вечером возле места наших вечерних прогулок нас с Маком поджидал наместник Тиркании Аргид.
  -- Мне было интересно посмотреть на снежного пса в резиденции брата. Вы позволите, госпожа Ринтар?
  - Ваше высочество, я не могу вам запретить гулять.
  -- Вы любезны. Как зовут его?
  -- Мак.
  Настроение щенка настораживало. Обычно игривый, счастливый и довольный жизнью пес сейчас не отходил от меня ни на шаг.
   -- Собака слишком серьезной породы для такой хрупкой девушки.
  - Я справляюсь и мы много занимаемся.
  -- Я вижу. Вы поражаете меня, госпожа Ринтар. Почему вы не уехали?
  -- Я родилась здесь, Ваше высочество.
  Я не могла уйти, но продолжать разговор не хотелось. Агрид же меланхолично рассматривал нас с псом, лениво теребя щенка по загривку. Мак терпел.
  -- Это был шанс начать новую жизнь.
  -- Меня вполне устраивает моя.
  -- Правда? Поразительно. Дело в том, что я в курсе всех сплетен двора. Неужели вас устраивает всеобщий бойкот? Ваше положение?
  -- Не верьте сплетням, Ваше высочество. Их придумали глупые люди, у которых нет собственной жизни.
  -- Думаете? Что ж видимо вас действительно все устраивает, хотя мне в зале показалось, что вы несчастны и тяготитесь собственным положением. Наверно, привиделось с дороги. Что ж, не буду мешать вам наслаждаться жизнью.
  Легкий реверанс с моей стороны и мы с Маком поспешили на вечернюю прогулку и занятия, а его высочество вернулся в резиденцию.
  Наутро я узнала что из тех, в ком была хоть капля крови ирдарханина. остались лишь мы с Прачритом. Император и премьер-министр отказались отвечать на мои осторожные вопросы, предпочитая торопить с изучение камней. Вскоре я и сама забыла и о разговоре с наместником Тиркании и о странном поведении Мака, тем более мой пес подрос, у него почернел нос и глаза, и от мистической внешности ничего не осталось, лишь веселый пушистый друг, который любил и радовался мне.
  Удивительно, малыш Мак стал причиной оттепели в отношении меня с остальных обитателей и сотрудников резиденции. Снежный пес, больше похожий на одуванчик с черными пуговками и носиком всех любил и всем радовался, когда мы выходили на прогулку. Пока еще маленький, он носился по аллеям, заигрывая со всеми, потявкивая на птиц. И несмотря на младые годы, Мак уже разбирался в людях. С императрицей, с которой я обязательно сталкивалась на прогулках по выходным, он был почтителен, но сторонился, словно понимая, что дерзить нельзя. С наследниками Мак играл тоже с опаской, но покорно давал себя гладить.
  ОДнако особенной любовью пес воспылал к императору и премьер-министру. Я часто брала его в пустыню Вьетар, откуда его радостно забирал Эрг к себе в Гарустаж, пока мы с император были заняты. Мне возвращали пса довольного, сонно жмурившегося, с распухшим пузиком, а вся шёрстка благоухала маслами и благовониями. Хорошо хоть рабыни шелковые ленты перестали вплетать.
  Иногда император забирал нас на побережье океана Тирк на пикник. Иллюзия счастливой пары с питомцем, которая согревала мое сердце, когда я возвращалась в реальность, ловя косые взгляды.
  Жизнь перестала казаться мглой, отравленным туманом. Я свыклась с мыслью о статусе, отогреваясь в безусловной любви Мака, и это не понравилось мирозданию.
  Вечером пятницы я спешила домой, где меня ждал Мак. Сейчас обязательная прогулка, а потом... Император обещал, что сегодня мы поедем на ярмарку в Керитан. Еще один самообман, но мне для моих исследований в сфере геммологии нужны камни, а на ярмарке пиратов есть шанс найти нужные. Эрг обещал отдать Мака рабыням на временную передержку, а сам отправиться с нами. Вообще то, что Эрг участвовал в боях у Парвильских гор, нам помогало, он иногда вспоминал интересные факты из общения с ирдархарцами.
  Вопль у моего уха вернул меня из раздумий. Орала Гарит. Ей вторили остальные дамы, с кем мы вышли на крыльцо.
  Я не сразу поняла, что перед нами... А когда пришло осознание, что это Мак... Точнее то, что от него осталось.
  Разделанная тушка, распятой висела на ограде цветника, кровь сочилась со всей поверхности, потому что шкурка, мастерски освежеванная с животного, лежала рядом в виде белоснежного ковра в буро-красной грязи из крови и песка дорожки. Живот Мака был вспорот, кишки высыпались наружу и сизой кучей валялись внизу. Оскал боли на некогда с милой мордашки маленького пса. На шее мразь нацепила любимый ошейник щенка, куда император вплетал защиту.
  А рядом... Кого- то на крыльце стошнило, рядом упали, но я не слышала. Вокруг суетились люди, появились служащие, которые спешно выдергивали гвозди из лап пса. Я стояла и смотрела, не в силах пошевелиться и не в силах ничего не сказать. Кажется, меня звали, меня пытались увести. Вроде я слышала голос Дигуэля Прачрита или Эрга Дюэля. Укол в плечо и спасительная тьма поглотила меня.
  Возвращение в реальность пришла вместе с дикой головной болью, горьким привкусом на языке и воспоминанием о потери. Я дернулась, но меня тут же схватили за плечи, удерживая в постели.
  -- Тихо, девочка, тихо. Нельзя.
  - За что? Он же еще... - хриплые слова сменились рыданиями, словно звуки прорвали плотину.
  - Плачь, девочка, плачь. Слезы защищают тебя.
  Так и протекли полчаса. Я ревела, а неизвестный лишь приговаривал да вытирал соленые потоки на щеках. Наконец, я успокоилась и сфокусировала взгляд. Я была в больничном крыле, в одноместной палате. Рядом с кроватью сидел седой врач. Увидев мой осмысленный взгляд, он вздохнул:
  -- Тебе надо поесть. Потом я сделаю укол.
  - Какой.
  - Снотворное. За твой рассудок переживали. Мне жаль, девочка.
  - Что с Маком?
  Доктор внимательно посмотрел на меня, затем встал. Вернувшись с кружкой откуда шел пар, он постарался меня усадить.
  -- По распоряжению господина Прачрита его похоронили в лесу за резиденцией. Вчера вечером. Когда ты восстановишься, я разрешу тебе туда сходить.
  В руки бульон мне не дали, доктор поил меня сам. Присмотревшись, я заметила, что он не так стар, как мне сначала показалось.
  --Вы из Ирдарха? - спросила, когда он отставил в сторону чашку с остатками бульона.
  -- Полукровка, как и ты, девочка. Меня господин Прачрит вызвал.
  - Спасибо.
  - Помолчи, девочка, я осмотрю тебя.
  От укола я отказалась, даже более того, через час я встала и покинула палату. Доктор был недоволен, но противиться не стал, лишь настоял на таблетках.
  В квартире было непривычно тихо. Ни следов погрома, ни следов взлома, но и вещей Мака не было. Двигаясь медленно, словно любое резкое движение вернет кошмар, я обошла комнаты и кухню. Миска, ошейник, не тот что был на Маке в тот момент, а маленький, и другие мелочи лежали в шкафу, словно кто-то специально убрал чтобы...
  Я вернулась на кухню и выпила таблетки. Предстоящая встреча с императором пугала. То, что она будет очень скоро - я не сомневалась.
  К моменту, когда меня перенесли в домик в пустыне, таблетки подействовали. Способ отправки любимой игрушки императора удивил. За мной никто не приходил. Легкое головокружение и я посреди гостиной, где у окна стоит император. Он посмотрел на меня и едва заметным кивком головы указал на кресло:
  -- Сядь. Ждем Эрга.
  Премьер-министр появился через четверть часа.
  -- Слушаю, - император был немногословен.
  -- Я виноват, Ваше величество, - Эрг Дюэль опустился на колени, - следы ведут в Ирдарх. В свете разрыва отношений не доглядел.
  -- Кто?
  - Не знаю.
  - Я сказал, что всех выслать. Ты оставил Прачрита.
  - А также Азиэль и Рениэля. Последний пришелся кстати, когда Аззи заболела. Два изгнанника и одна сирота. Ваше величество, головой ручаюсь за Дигуэля Прачрита.
  - Эрг, найди. Это вопрос безопасности. Иначе голова полетит.
  Премьер-министр встал и тут же исчез. Император повернулся ко мне:
  -- Я пока не могу сказать, кто лишил тебя собаки.
  Я молчала.
  -- Аззи, мне жаль, что так получилось. Если хочешь, я куплю тебе новую собаку или кота. Хочешь?
  - Мака не вернуть, - невпопад ответила я.
  - Прости.
  Он сделал шаг в мою сторону, однако я проворно отскочила. Не смогу!!! Я не смогу сейчас выполнить свои обязанности. Пусть лучше убьет! Да, так лучше!!!
  -- Нет!
  -- Аззи?
  -- Вы не выполнили свои обязательства, я считаю себя свободной от своих! - слова вылетели и ледяным дождем обдали император.
  - Что?!
  - Как думаешь, Канст, моя кожа украсит сад резиденции?! Или ты именно это мне и приготовил?!
  Таблетки оказались слабыми. Я чувствовала что меня несет, что перехожу границы и возможно сейчас дерзкими, но правдивыми словами подписала себе приговор.
  -- За-мол-чи.
  Медленно, словно придавливая камнями, произнес император. Запал исчез.
  -- Ты забываешь с кем разговариваешь, кто ты на самом деле.
  -- Я идиотка, которая хотела жить.
  - Хотела?
  -- Мне уже все равно.
  Он приблизился, но я отшатнулась:
  -- Нет!
  - Ты уверена? Ты действительно решила, что можешь мне отказать?
  Молчание. Тягостное и ядовитое, лишь мое сердце бешено билось, словно торопя время.
  -- Азиэль, я жду ответа.
  Тишина.
  -- Ты понимаешь, что если это все, то завтра ты не доживешь и до обеда.
  - Вы сами убьете или пришлете премьер-министра? Во сколько мне надо быть готовой?
  На мгновение показалось, что он меня ударит. Наотмашь, со всей силы, чтобы до крови, до адской боли, до потери сознания. Чтобы провалиться в небытие и забыть. И мужчина действительно поднял руку.
  А через секунду меня сшибал с ног дикий соленый ветер. Ледяные брызги моментально замочили одежду, впиваясь иголочками холода в кожу. Император держал меня за руку на каменном утесе над бушующем внизу океаном. Спокойный и невозмутимый взгляд серых глаз был словно продолжением холода дикой природы. Достия, южный ледяной океан. Именно сюда впервые вывез меня Его величество.
  -- Что мне сделать, Аззи?
  - Отпустите руку, Ваше величество. Пожалуйста.
  - Ты упадешь.
  - Наконец-то.
  Меня действительно не страшили дикие волны, что внизу с ожесточенным воем бросались на острые камни. Все мои беды, все мои испытания - в императоре, в его эгоистичной похоти. Если бы не он...
  -- Канст!!!
  Иногда события тянутся словно тягучая смола, вязко и медленно, и ты барахтаешься в этом киселе, не имея возможности их ускорить. Но иногда в короткий, словно выстрел, миг времени вмещается целый калейдоскоп моментов.
  Рывок, и меня прижимают к груди, одновременно пряча от волн. Рывок, у императора отнимают мое тело и я уже лечу в сторону маяка, на песок, крича от ужаса. Удар о жесткую поверхность сбивает дыхание, и я лишь вижу, как император срывается с утеса вниз, на радость голодному шторму.
  -- Ты цела? - Эрг делает шаг в мою сторону.
  - Там же император! Вы псих!!!
  Голос вернулся, я уже сама подскочила и летела к злосчастному обрыву, оттолкнув премьер-министра.
  -- Да чего ему сделается, - буркнул премьер-министр, перехватывая меня, - остынет.
  - Вы убийца!
  - Иначе бы он убил тебя, а меня приказ от его величества.
  - Я сама просила!!!!
  И вновь полет в сторону песка, смягченный невидимой подушкой.
  -- Дура!!
  -- Эрг, полегче, - мокрый император появился за спиной Дюэля, - ты мешаешь.
  -- Вы остыли, Ваше величество? - тот резво развернулся, умудряясь одновременно склонить голову в приветствии и занять стойку на случай, если Его величество решить продолжить нелепый поединок
  - Да, - император отмахнулся от него, как от мухи, и направился ко мне.
  - Забирайте девушку и возвращаемся в тепло.
  -- Нет, - от холода зуб на зуб не попадал, меня колотило от холода, но я упрямо тряхнула головой, хоть ледяной осенний ветер уже пробрался в каждую клеточку тела. Даже более, я попыталась отползти от приближающегося мужчины, но окоченевшие руки и ноги не слушались.
  - Что опять? - процедил император, дергая меня за руку, чтобы встала, - Эрг, дай мундир, я не смогу ее сегодня вылечить.
  -- Поэтому возвращаемся прямо сейчас. Зачем вы здесь?
  - Истерику глушил, - мгновение и тепло от камина в гостиной дома Эрга в Гарустаже обожгло.
  -- Действенно. Джель, Ямиль, приведите Ринтар в порядок. Аззи, поторопись, у меня для тебя кое-что есть.
  Через четверть часа я стояла перед мужчинами. Мокрые волосы рабыни спрятали под платок, из одежды у них нашлась лишь национальная, поэтому на мне была туника с шароварами, удобные туфли без каблука. Мрачный император сидел в кресле и судя по тарелке возле него, к еде даже не притронулся. Эрг стоял за его спиной с бесстрастным видом. Заметив меня тихо произнес:
  -- Прости, Азиэль, я слегка превысил полномочия.
  Я лишь присела в легком реверансе. Ситуация пугала, наряд не добавлял чувства уверенности. Усталость и безразличие накатывала волнами, сменяясь паникой и отчаянием.
  -- Сядь и поешь, Аззи, - голос императора заставил вздрогнуть.
  -- Благодарю, я не хочу.
  -- Ты сейчас можешь выслушать и не впадать в истерики? Временно постарайся держать себя в руках.
  Я кивнула, давая понять, что слова императора услышаны.
  -- Азиэль, с кем ты общалась в последнее время?
  -- Только с вами, с господином Прачритом по работе, - вопрос премьер-министра удивил.
  -- А еще? На прогулках, случайно на улице.
  - С Рендиной несколько раз пересекались в парке. Ваши дети любят... Любили играть с Маком, - голос дрогнул.
  -- Еще.
  - Со служащими, иногда с коллегами. Но это пара фраз. С соседями здоровалась.
  Я тщетно пыталась вспомнить, но все словно в тумане.
  -- О чем вы говорили с Дигуэлем, когда вас вызвали? - премьер-министр не давал погрузиться во вспоминания слишком глубоко.
  Я рассказывала. О том, что мне посоветовали не уезжать. О разговоре с Его высочеством Агридом. Мужчины слушали. Наконец премьер-министр пояснил:
  -- Мак подпустил к себе человека, которого знал. Знал и не опасался.
  - Вы ставили защиту на него, - слова давались с трудом, но шепот они услышали.
  -- Ошейник сняли, Аззи, - мягко сказал император.
  - То есть он подпустил, ему сняли ошейник и... - я подавилась словами.
  - Это был сильный маг, который достал Мака, - император почти насильно усадил меня в кресло, сам устраиваясь на подлокотнике.
  Рука мужчины погладила по волосам, я ощутили легкое покалывание. Мне блокировали эмоции, не давая скатиться в поступающую истерику.
  -- Аззи, нам пришлось перенести все вещи, которые могли вызвать подозрения, в дом в пустыне. Книги, украшения, камни от геммологов.
  -- Камни? - эхом повторила я.
  -- Ну да, адуляр, сердолик, зеленый гранат.
  -- У меня не было зеленого граната, - я испуганно подняла глаза на императора и вскочила, - зеленый полупрозрачный? У меня не было граната, Канст!!! Тем более от геммолога!!!
  - Тише, Аззи, сейчас разберемся, - он поймал меня, усаживая обратно, - Эрг, принеси камни!
  Но премьер министр уже исчез, чтобы вернутся с небольшой шкатулкой. В ней находились те камни, что мне удалось найти на наших редких прогулках. Лунный камень, потом в одном из многочисленных портов Керитана мы выменили сердолик от геммолога на пару равноразмерных бриллиантов. Помню, я тогда шла, боясь дышать, словно у меня отнимут его, настолько казалось неправдой. Эрг пытался несколько раз мне подарить свое кольцо с сапфиром, но я отказывалась, ссылаясь на то, что сапфир не примет. Тогда премьер-министр принес чистый камень от геммолога. Так же в шкатулке была пару колец с янтарем, бусы из султанита, камня хамелеона, покровителя художников и артистов, музыкантов и писателей.
  -- Где? - я вновь подскочила, но император снова удержал, недовольно осаживая.
  Эрг достал и показал небольшой оливково-зеленый камень, слегка мутный
  -- Это не твое?
  -- Нет, - я хотела взять самоцвет, однако Дюэль проворно убрал его подальше.
  -- Ты уверена?
  -- Да, Эрг, дайте его.
  Мужчины обменялись продолжительными взглядами. Я же завороженная смотрела на андрадит. Мне надо только одно проверить. Только одно. Наконец Дюэль протянул мне камень.
  -- Он бракованный.
  Я резко отдернула руку, прошептав:
  -- Пятно, трещина или царапина?
  -- Мутное пятно в центре.
  -- Аззи, что ты знаешь? - резкий голос императора вернул меня в действительность.
  -- Ваше величество. Ошейник снял не маг, - слезы вновь потекли из глаз, однако я постаралась объяснить происходящее, - андрадит - камень обольщения, он притягивает противоположный пол, однако в случае со снежными псами самоцвет... Это что-то вроде гипноза, в момент когда пес взрослеет, он подвержен влиянию камней геммологов, его к ним тянет. Именно поэтому я все камни убрала повыше в шкаф, чтобы Мак их не достал. Андрадит подавил волю и помог снять магию с ошейника, при этом пес добровольно дался в руки, поэтому вы ничего не почуяли, ровно пока камень сохранял на себе защитный контур. Примерно два часа. Далее камень теряет свои свойства на сутки и вот пятно.
  -- Откуда, Аззи?
  -- Про камни меня владелец зоомагазина предупредил. Сказал, что когда псу будет около полугода, он может начать рваться к драгоценностям. А про андрадит... Из ирдархской художественной литературы. Те книги, что вы приносили.
  Эрг Дюэль и император переглянулись. Затем премьер-министр переспросил :
  -- Защитный контур, ты говорила про него.
  -- Это скрытая особенность гранатов. Причем любого. В силу своей структуры они могут удлинять защиту. Я не знаю, как объяснить.
  - Магия камней и магия как таковая несовместимы.
  -- Книги, что вы мне дали, относятся к фантастике. В империи их нет, я проверяла по библиотекам. Я тоже думала, что это сказки, выдумка, но для меня это лишь единственное объяснение. Кто-то знал о такой скрытой особенности андрадита и не забрал его, потому что это женский амулет обольщения. Ведь можно сказать, что я, отчаявшись из-за социальной изоляции, решила таким образом разобраться с одиночеством.
  Император молчал. Эрг крикнул:
  -- Тарст, принеси защитный ошейник.
  Немая рабыня быстро принесла требуемое. Император взял его и кивнул:
  -- Да, именно такая защита и была у Мака.
  - Но это слишком большой размер для щенка, - тихо шепнула я.
  -- Это ошейник рабынь, - Эрг крутил кожаный ремешок с отделкой из переливающихся камней, - они его надевают, когда выходят из дома. Так я смогу отслеживать и управлять ими.
  Он самолично застегнул ошейник на шее Тарст. Затем бросил вопросительный взгляд на императора.
  -- Да, я буду отслеживать, - ответил на молчаливый вопрос Его величество, - пробуем и ментально, и физически.
  -- Может, Аззи лучше уйти? - засомневался Эрг.
  -- Нет. Это ее теория. Она имеет право знать.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Канст второй - император Валакании
  Рендина - принцесса Тиркании, императрица Валакании
  Азиэль Ринтар - сирота из приюта
  Эрг Дюэль - премьер министр Валакании
  Аргид - младший брат Канста, наместник Тиркании
  Дигуэль Прачрит - начальник протокольного отдела, начальник Азиэль
  Гай Трессель - псевдо жених Азиэль, уже бросил ее.
  Патти Вросстоль- бывшая лучшая подруга Азиэль.
  Эдва Жазвет - секретарь Эрга Дюэль.
  Джель, Ямиль и Тарст - рабыни Эрга Дюэля.
  Гарит Хитрен - коллега Азиэль и главная сплетница.
  Унриель Ваксир - правитель Ирдарха.
  Санксиль - пират из Керитана.
  
  Валакания - империя на северном материке мира. На севере граничит с Ирдархом через гряду Парвильских гор. На западе - с Тирканией, через которую выходит на океан Ванг. С востока граничит со странами Кеншвит, Артуз, Гостер и через мыс-провинцию Каск выходит на океан Ванг. На юге граничит с империей Гарустаж, известной своими рабами и также пустыней Вьетар. Пустыня является нейтральной территорией, потому что выжить в ней не реально. Однако в ней существует переплетение магических потоков, которые образуют нулевые зоны. Обнаружить нулевые зоны невозможно, если не вы ее хозяин (тот, который нашел и преобразовал в оазис) , либо вас до нее не допустили.
  В Валакании есть еще три горных гряды - Тиромийские, Чусватские, Белдинские. Также два моря, одно омывает мыс Каск - Филойское, и одно между Гарустажем, Валакании и океана Ванг.
  За пустыней Вьетар и Гарустажем начинается территория пиратов - государство Керитан. Оно словно пояс, оборка перед океаном Тирк, разделяющим материки.
  Далее южный материк в форме кольца, где территория вечной мерзлоты утоплена в южном ледяном океане. На материке располагаются десять государств. Южный материк имеет больше магов среди населения, однако миграции между материками нет особо, хотя торговля открыта.
  Полюсы мира покрытые льдами составляют Южный и Северный ледяные океаны. Они не исследованы до конца.
  
   Империя Валакания состоит из провинций, которые раньше были отдельными государствами. Объединительно-подчинительную политику начал дед Канста, в честь которого императора и назвали. Отец Канста, император Джорст, в отличии от Канста первого использовал завоевательную стратегию, опираясь на военные конфликты. Серьезное сопротивление оказала Тиркания. В одном из сражений правителя Тиркании смертельно ранили. К тому моменту обе страны уже были вымотаны, Канст второй уже взошел на престол, предложил мирное решение вопроса. В качестве "заложников" мирного решения произошел обмен. Рендина вышла замуж за Канста, а Агрид пошел наместником присоединенной Тиркании.
   В отличии от остальных провинций, присоединенных добровольно, Тиркания остается регионом с риском мятежа.
  Переговоры о присоединении Кеншвита, Артуза и Гостера идут, страны настроены миролюбиво, сейчас идет классическая торговля выгодами и потерями в экономическом плане. Осложняется тем, что страны хотят сохранить себя в качестве памятников культурно-этнического наследия, в общем Восток дело тонкое, но мирное.
  Ирдарх полностью автономен, и настроен нейтрально пофигистически. Их не трогают, потому что только в северной стране северного материка есть геммологи. Ценность этих спецов оценил весь мир, кроме того, что это лучшие ювелиры, они могут вытаскивать и активировать магию камней так, что ими могут пользоваться не только ирдархарцы предгорий. С Валаканией Ирдарх в состоянии переговоров, а вот с Тирканией издревна дружил. После присоединения последней отношение между империей и страной геммологов немного испортились, однако сейчас все налаживается.
  Гарустаж, если не считать Керитан с южного материка, единственное государство с относительным рабством. Источник рабов -разный. Часть поставляет Керитан из числа захваченных пленников, за которых не внесли выкуп. Часть продают родственники во временное рабство в счет долгов, срок оговаривается отдельно. Во всем остальном они ничем не отличаются от обычных рабов. Девушки идут или в публичный дом, или рабынями для неженатых магов. Некоторые юноши идут для незамужних магинь.
  
Оценка: 7.41*59  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"