Рокова Яна
Четыре грани 2.2

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Типография Новый формат: Издать свою книгу
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    18.12.2011 ЧАСТЬ ВТОРАЯ. (ЧЕРНОВИК)
    Читайте, пожалуйста, аннотацию в тексте. Настойчивая просьба - всех, кого не устраивает или раздражает данная тема, идите... мимо, не беспокойте автора и не беспокойтесь сами.
    Проект, не имеющий отношения к "Сказке".
    Извините, без вычитки, за указание на "очепятки" буду очень признательна :-))
    Спасибо, мой лю ЗКП, laki
    Аффтор ждет ваших комментариев:-)))
    КОММЕНТАРИИ ПРИВЕТСТВУЮТСЯ ЗДЕСЬ :-)
  
  
  ВНИМАНИЕ! ATTENTION! ACHTUNG!
   УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ, ПРОТИВНИКИ ОТНОШЕНИЙ М+М, а так же М+Ж+М, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ЧИТАЙТЕ ДАННУЮ СТРАНИЦУ - НЕ РАССТРАИВАЙТЕСЬ САМИ И, ПО ВОЗМОЖНОСТИ, НЕ РАССТРАИВАЙТЕ АФФТОРА.
  
  УВЕРЕНА, ЧТО НА СИ МНОЖЕСТВО ПРОИЗВЕДЕНИЙ, СПОСОБНЫХ ДОСТАВИТЬ ВАМ РАДОСТЬ И УДОВОЛЬСТВИЕ, А НЕ ГАДЛИВОЕ ПОСЛЕВКУСИЕ ОТ ПРОЧИТАННОГО.
  
   ЛИЦАМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ, НЕОБХОДИМО НАЖАТЬ КРЕСТИК В ПРАВОМ ВЕРХНЕМ УГЛУ МОНИТОРА
  
  СПАСИБО ЗА ПОНИМАНИЕ,
  ВАШ АФФТАР :-))
  
   ЧЕТЫРЕ ГРАНИ
  
   ЧАСТЬ 2.2
  
  
  23.
  
  
  Шамиль не ожидал, что в крепость он приедет за невестой, а не по торговым делам. Парень был далеко не беден, у них с Ильясом даже одна повозка товара своя в караване пришла, и деньги он не один год собирал, как и любой, на будущее, чтобы жена ни в чем нужды не знала. Но, чтобы сейчас было все, согласно традициям, следовало где-то занять недостающее на выкуп за невесту, на праздничный той - на стол надо обязательно поставить не просто обильный обед с вином, но и несколько, приготовленных на открытом огне, барашков или телят. Неважно, что расходы у него получаются двойные, у себя все равно еще раз придется проставляться, но доверчиво прижавшаяся к нему девушка стоила и большего. Расходы Шамиля совершенно не смущали. На свадебный наряд для невесты хватит и того, что у него с собой, а вот на выкуп надо будет забрать у брата свою долю или попросить у вождя....
  
  Впрочем, мысли о насущных проблемах присутствовали фоном, потому что голова кружилась в сладком дурмане аромата золотой копны густых волос сидевшей перед ним, теперь уже его невесты.
  
  У выезда из ворот их нагнал один из сородичей:
  - Даут велел передать, что здесь обо всем позаботится! И спросить, тебе сейчас-то денег хватит?
  - Ого! Благодарю! Сейчас-то есть, но вот...
  - Не волнуйся! Тагир уже в курсе, сказал, что все будет, как положено, и с ним рассчитаешься по возвращении.
  - Само собой! А ты далеко ли?
  - Я Ильяса предупрежу, без его помощи ты сегодня не справишься.
  - Великие Духи! Я твой должник!- просиял Шамиль.
  - Сочтемся! - лихо подмигнул посыльный, пришпоривая коня. - В таком деле помощь в радость. Глядишь, в следующий раз и мне повезет.
  
  Фелиска не совсем поняла, о чем толковали мужчины, но, судя по довольному лицу выдохнувшего облегченно Шамиля, догадалась, что ему сообщили приятную новость об устранении каких-то проблем.
  
  Всадник быстро скрылся вдалеке, а им торопиться было некуда... предстоящий Обряд немного пугал, но все-таки волнение было предвкушающим, и Фелиска сама не знала, чего больше хочется - то ли, чтобы все поскорее прошло, то ли, чтобы не заканчивалось это 'сейчас'...
  
  ***
  
  - Фелисонька, ясонька моя, счастье мое долгожданное... - тихо ворковал Шамиль на ушко прильнувшей к его груди девушке, бережно обнимая ее, выезжая за ворота.
  
  Конечно, когда первый шок прошел и облегчение оттого, что ее позор и предательство жениха отошли на второй план, теперь пришла очередь приятного волнения, не испортить бы впечатление что-то сделав не так, как должно. Шамиль им с Антигой предыдущим вечером многое успел рассказать о житье-бытье жен варваров, но вот, например, детали предстоящего Обряда, который для обоих был впервые, пугал, пусть и должен был пройти по законам ее страны. Да еще и ночь впереди с мужчиной... С настоящим мужчиной, а там уже по его законам... какие они?
  Шамиль, словно чувствуя, утешал:
  - Не переживай, мое сокровище. Все расскажу, подскажу, не бойся, ясонька моя, мы сумеем понять друг друга и все сделаем правильно, никто нас не осудит...
  
  Степняк очень нравился девушке, но все же пока был немного чужим, и слегка давил своим авторитетом и этим своим спокойствием. Она немного терялась, не хотелось выглядеть в его глазах какой-то запуганной девочкой. Очень хотелось ни в чем, ни в чем его не разочаровать... предостаточно самого главного... того, что досталось Мартину...
  
  - Ты не верь никому, что у нас суровый край... - продолжал увещевать варвар. - Может быть, он кажется таким посторонним, тем, кто не живет в Степи постоянно, кто бывает проездом. Это наш дом... И я научу тебя видеть насколько он прекрасен, ты обязательно его полюбишь... Степь достаточно щедра с теми, кто готов принять ее строгую красоту...
  - Я верю...
  - Хорошо, - улыбался Шамиль, прижимаясь губами к золотистой макушке. - Представляешь простирающуюся до самого горизонта прелестную широкую долину, а вдалеке, в сиреневой дымке виднеются горы с ледяными ручьями чистейшей, как слезы, воды... Ты была когда-нибудь в настоящих горах?
  Фелиска помотала головой.
  - Я тебе обязательно покажу их, - пообещал Шамиль. - Если не захочешь подниматься по крутым склонам... у подножия тоже очень красиво... Я все для тебя сделаю, желанная моя...
  Фелиска счастливо куталась в эти обещания, убаюкивающие ее сознание, приносящие уверенность, что все теперь будет просто здорово.
  - Расскажи еще про степь, - тихо попросила она, побаиваясь, что он захочет, чтобы теперь она рассказала о родном доме... А что рассказывать-то? Пока Фелиска по оставленному в прошлом не тосковала. И, лучше времени, чем проведенное в Замке лаэра, пожалуй, и не было...
  - Конечно расскажу... Вольный ветер играет с травами, пригибая к земле седые стебли ковыля, а воздух такой хмельной... и кажется, что кровь вскипает в жилах от этого простора, мощи и силы... И пульс учащенно бьется дробью топота табунов, резвящихся на воле...
  Фелиска подозревала, что у парня был явный талант сказителя, потому что так поэтично Мартин ей никогда ни о чем не рассказывал, даже когда упрашивал...
  Тут девушка нахмурилась, отгоняя невольные воспоминания, расстроившие ее, и снова сосредоточилась на завораживающем голосе того, кто теперь с нею по жизни будет идти рука об руку...
  - А знаешь, как прекрасен яркий солнечный день, когда кажется, что все вокруг залито теплым золотом, а небо такое высокое, почти бездонное... ты себе представить не можешь, до чего красивы закаты, здесь таких не бывает... Я лучше тебе покажу потом, - улыбнулся парень, решив, что ночей им на жаркую или нежную любовь хватит, а поначалу и впрямь стоит заставить девушку полюбить его край... надо же добавить и романтики к их такой скорой свадьбе...
  - А по весне степь расцвечивается пестрым ковром красных и жёлтых тюльпанов и ветерок ласково льнет к лицу своей прохладой и манит поиграть с ним наперегонки... душа поет и стремится ввысь, как жаворонок, и сердце тает... И голова кружится от дурмана пряного аромата перезревшего разнотравья летом...
  Фелиска слушала чудесную сказку, будто наяву представляя эту красоту, уже заочно начиная влюбляться в край, где пройдет ее дальнейшая жизнь совместно с человеком, который обещает дать ей все это... и уже начала представлять себе, что же она подарит ему взамен? Хватит ли у нее умения удержать такого мужчину рядом... а уж как она будет стараться... и детишки у них будут самыми замечательными, и в доме будет всегда тепло, светло и уютно... да и вообще, сделает все-все, как ему захочется... пусть только сбудется все, о чем мечтается сейчас...
  - Когда я увидел тебя, - продолжил Шамиль, - понял, что я всего лишь птица с одним крылом, мне уже не взлететь в небо, если тебя со мной не будет... ты нужна мне, радость моя... Хочется постоянно видеть твою солнечную улыбку, блеск в твоих глазах...
  Фелиска млела, чувствуя, как замирает сердечко...
  - Мы теперь вместе, милая, я никому не позволю тебя обидеть, и если слезы прольются из твоих очей, то лишь от счастья, ясонька моя... Ты полюбишь меня так же?
  Девушка понимала, что он ждет определенного ответа, но ведь она еще недавно, забыв обо всем, помчалась навстречу Мартину, услышав, что он вернулся... Как она признается? Поверит ли Шамиль? Не покажется ли ему такой ответ именно сейчас неискренним?
  Она лишь кивнула, смущаясь, чтобы не нарушать этой гармонии и тихой радости из-за вплетающихся в порывы ласкового ветерка его слов признания...
  - Не бойся, тебя никто не обидит, худого слова не скажет... моя семья очень хорошая, они обязательно примут тебя, раз я сделал свой выбор... таур одобрил, а его слово много значит... Буду любить тебя, усажу на свои колени, буду любоваться тобой, нежить и дарить ласки, чтобы твои щечки расцветали, чтобы ты помнила каждое мгновение, и если придется идти в поход, чтобы не тосковала, а ждала встречи, греясь воспоминаниями... Я для тебя живу, дышу тобою... В буйстве зелени и весеннем шуме, журчании ручьев, в теплом шёпоте трав и цветов - всюду только ты, моя любимая... и знойным летним днем и в прохладном сумраке ночи, и в гомоне птичьих трелей буду помнить жар твоего тела и твой задорный смех, ты одна для меня в целом мире... И когда листва поменяет цвет и шершавый багряно-желтый ковер укроет землю, и когда пушистый снег под белыми покрывалами скроет все, чтобы схоронить от лютой стужи... все мои мечты и помыслы будут с тобою... У нас будут прекрасные детки, пусть дочери будут похожи на тебя, такие же красивые, сияющие рыжими солнышками, а сыновья - на меня... Ты согласна?
  - Да... конечно, - растрогано прошептала девушка.
  - Я тебя никогда не предам, буду любить до последнего вздоха... я хочу засыпать, обнимая тебя, счастливую и уставшую от моих ласк, и утром будить поцелуями нежными, прижимать к себе, заберу твою печаль и боль, и не дам причинить тебе неприятности снова. В доме - ты будешь моей женщиной, моей хозяйкой, матерью моих детей, хранительницей очага, любимая зоренька... И я, твой мужчина, не допущу на наш порог никакие беды и несчастья, поверь мне, ясонька, нежная моя, ласковая...
  
  Фелиска вцепилась в ладонь молодого варвара обеими своими ладошками, больше всего пугаясь мысли о том, что все это лишь чудесный сон, и однажды придется проснуться...
  
  ***
  
  Развлечение в Доме Удовольствия было, конечно, для варваров нечастым, но Ильяс, здраво рассудив, что не последний день на свете живет, решил, что пора и честь знать.
  
  Его товарищ придерживался несколько другой позиции, и Ильяс настаивать не стал - что он, один дорогу до казармы в городе не найдет?
  
  Предупредив сородича, предпочитавшего продолжить, что он уходит, перекинулись с ним парой словечек о сыне коменданта. Решивший остаться варвар сказал, что пока сидел в холле, видел, как Мартин отправился на выход с вещами, и вопросительно взглянул на брата Шамиля.
  Ильяс философски пожал плечами:
  - Молодец, пацан, наконец-то проняло. Но, если честно, ставлю на брата.
  - Аналогично, - ухмыльнулся второй степняк. - Ладно, у меня там красотка заждалась, поди, пока я проветрюсь.
  - Нехорошо заставлять женщину скучать, - хмыкнул Ильяс.
  - Они здесь вряд ли скучают, но ты прав! Бывай!
  - Ага, нескучной ночи!
  Парни понимающе ухмыльнулись друг другу и разошлись...
  
  ***
  
  Проснулся Дерек от ощущения какого-то дискомфорта. На левой руке лежала девица. Справа смачно храпело тело. Судя по выдаваемым знакомым руладам - Сауш приперся к нему под бочок... Или он к нему приперся вместе с этой девкой, впрочем, неважно.
  Надо же, ну почему всегда так? Вроде и хорошо было, особенно с вечера, и девчонки симпатичные, и голова вроде не гудит. Вино все-таки здесь подавали хорошее. Но вот чувство некоей гадливости не оставляло. И никакие термы, в которых отмокали потные после изматывающего секс-марафона тела, не помогали...
  
  Осторожно высвободив конечность из-под сонной девушки, Дерек попробовал переползти через Сауша, но тут же был словлен отточенным жестом - этот бабник, видимо, не любил, когда из его постели кто-то уходил без спросу. Дерек еле успел упереться обеими ладонями рядом с сонной тушкой бойца, чтобы, как при отжимании удерживать вес собственного тела на вытянутых руках.
  
  Не открывая глаз, Сауш попробовал нащупать привычные прелести, недовольно сморщился, но поисков не бросил. Дерек, в первое мгновение просто охренев от подобной бесцеремонности - уж за кем за кем, но за Саушем он точно не замечал интереса к собственной заднице - просто онемел. Но потом, поняв, что друг просто в отключке - чуть не упал сверху, стараясь не ржать в голос. Зато от души ткнул незадачливого любителя полапать чужое тело в ребро, отчего тот мгновенно проснулся и распахнул затуманенные от бессонной ночи глаза:
  - Ты что ох*ел?!!
  - Это ты, мля... ахаха... ох*ел совсем... я ссать хочу, отпусти, а? Не ровен час, кто увидит - не отмоешься! Гыыыы...
  - Ёпт! - опомнился Сауш, брезгливо отдергивая ладони и судорожно вытирая их о простыню. - Тьфу на тебя, присниться же такое. Скажешь кому, убью!
  - Могила! Аха... хаха... - заржал Дерек, перекатываясь на другую сторону, и свалился с кровати. Сауш глумливо заржал. А Дерек, представив, как это выглядит со стороны, все никак не мог встать с четверенек, угорая и над забавным инцидентом, и над собственными бесполезными потугами встать на ноги.
  
  Сонная девушка подняла лохматую голову:
  - Вы чего колобродите, рано же еще? Хватит ржать, господа жеребцы...
  - Спи-спи, киска, - похлопал Сауш девчонку по крутому бедру, облегченно выдохнув, что ладонь почувствовала знакомые ощущения...
  
  ***
  
  Дерек же, вернувшись, побродил по темной комнате, стараясь не наткнуться на расположившиеся в живописном порядке тела товарищей, хотел было прилечь обратно, но передумал.
  Нашел свои штаны, натянул и привычно отправился во двор разминаться.
  Каждый раз, сбрасывая напряжение с этими девицами, тело чувствовало приятную усталость, но вот в мозгах билось противное - зачем? И на душе становилось погано. Да все свои шальные ночи он отдал бы лишь за одну ту, которая была у него по дороге в Замок, когда Тесса была рядом... Просто спала рядышком с ним, рухнувшим, как бревно, а она, словно дикий плющ, оплетала его бесчувственную тушку. А он еще, придурок, раздражался, не понимая ее поведения. Не понимая, отчего он не может ненавидеть жену человека, купившего его, словно вещь, и еще хуже, вещь для особо изощренного употребления. И Рени... мальчишку-задохлика было жаль... знал бы он, что завидовать надо не теперь, а прямо тогда надо было начинать... надо же, какое чудо получилось при должном уходе...
  Впрочем, такой идиллии, что они с Асланом в обнимку читают книжки, Меченый все равно себе представить не мог, как ни старался. Зато слишком четко предполагал, что его ждало бы... Чумная ночь во Дворце Асланова отца все еще хорошо помнилась... И все-таки... Тесса и Аслан были для него самыми близкими людьми, рядом с которыми хотелось оставаться, хотя бы ради мимолетных прикосновений, как тогда, в кладовке, когда Тесса стирала ладошкой муку с его изуродованного лица, или там, в подворотне, где удалось сорвать поцелуй, сладким ядом намертво отравивший его... врезавшийся в память, будто это случилось только что...
  
  Парень облизал губы, провел шершавой ладонью по щеке с безобразными шрамами и горько усмехнулся... а если бы не это? Смог бы он надеяться? Нет... но так хочется помечтать... или снова прикрыть глаза, пусть она придет во сне...
  Нет! Пожалуй, об этом лучше помечтать в казарме, не стоит тащить в подобное заведение даже фантомный облик любимой...
  
  ***
  
  Отсутствие Мартина при побудке не слишком удивило. Парни поржали по поводу того, что все-таки не утерпел женишок, сбежал из-под теплых бочков сонных девок, которых даже не стали будить, собрались и вышли во двор. Сауш приотстал, долго прощаясь с вышедшей проводить желанного клиента заспанной Хозяйкой, вызвав новую волну стеба.
  Но Красавчик лишь сыто жмурился и позевывал, не спеша афишировать, что за нежно-деловые отношения у него с этой женщиной. Да он и сам не мог объяснить. Она настолько отличалась от его Руты, что просто небо и земля, и все же что-то в ней было такое привлекательное - бесстыже-порочное и вместе с тем откровенно-настоящее, что просто крышу сносило... впрочем, наверное, и он нашел какую-то отмычку с сердечку Хозяйки, уже давно и надежно опутанному цепями утрат и разочарований, закрытому на амбарный замок... а вот Саушу, всегда были рады, и вряд ли это было его заслугой, как постоянного клиента, основанной просто на количестве посещений...
  
  Забрав лошадей из казармы, слегка подивились, что конь Мартина на месте, но, подумав, предположили, что он был не слишком-то пьян по сравнению с остальными - значит, хватило ума нанять лошадь в трактире или в Почтовом Доме, двинулись в сторону крепости.
  
  ***
  
  Празднично украшенный город просыпался, постепенно оживая. Службы в Храмах в это утро начались рано - желающих заключить брак на рассвете или на закате светового дня, было предостаточно. И пусть первая волна брачующихся уже прошла, на улицах было много радостных, празднично одетых людей.
  За стенами города в специально обустроенном и подготовленном месте (с временными складами, загонами для скота и прочими постройками), уже вовсю разворачивалась Ярмарка. Эта огромная площадь служила своему прямому назначению лишь для торговли только в праздничные дни - осенью и весной, когда традиционно благодарили Всевидящих за удачное лето или за милость Богов прошедшей зимой. В прочее же время жизнь там замирала в ожидании следующей Ярмарки, и только большие склады использовались круглый год. Сейчас же там можно было оставить под охраной товар, заплатить и получить торговое место под общим навесом.
  
  На выезде из города недалеко от ворот скучали в ожидании жениха с невестой Ильяс и второй варвар, посыльный таура, отправленный не только предупредить, но и помочь с нежданно возникшими хлопотами. Все же за пол дня организовать свадебный той для почти двухсот человек (причем, большинство молодые и здоровые мужчины, не страдающие отсутствием аппетита), нелегкая задача.
  Надо было прикупить барашков и бычков на мясо, да договориться, куда их пригнать. Ну, еще хорошего вина и приобрести кое-чего по мелочи. Остановились здесь, чтобы не искать друг друга им с братом, не плутать среди толпы, и не тратить драгоценного времени даром.
  Варвар был доволен. Правда, ему теперь предстояли закупки - надо проставляться на той (свадебное пиршество), не за счет же Аслана выкручиваться. Лаэр, конечно, не отказал бы, Ильяс был уверен, но и понять чувство командира, у которого так облажался боец, вполне мог. Хотя то, что рассказал ему прибывший из крепости со сногсшибательной новостью товарищ, вообще плохо укладывалось у варвара в голове. Поверить в то, что Инваров сын поступил так подло, не получалось, ну просто не могло вырасти у уважаемого всеми коменданта крепости такого ублюдка...
  
  ***
  
  Возвращавшиеся бойцы не особо крутили головами по сторонам - чего они не видели на этих Ярмарках? Вот, хорошо бы в соревнованиях отличиться, да заслужить обещанную Асланом награду - целых три дня увольнительных в праздничном городе - вот это да! А пока надо постараться по дороге домой прийти в себя, чтобы выветрились из голов остатки похмелья и шальной ночи, утопленной в продажной любви... Ну что ж, не всем же везет, как комендантскому сынку - иметь свою женщину под боком...
  
  Кирей, взяв чуть в сторону, объезжая раскорячившегося мужика с подводой, кляча которого никак не могла развернуться в узком промежутке между уже стоявшими по бокам телегами, недовольно матюгнулся и вскинул голову, прося прощения у Неба. Сегодня не самый лучший день для сквернословия. И вдруг увидел знакомых. Несмотря на яркую пестроту в одежде снующих туда-сюда людей, статные варвары выделялись своей суровой мужской красотой, нарядами, подчеркивающими принадлежность их хозяев к сыновьям Степи, и богато украшенной сбруей породистых коней.
  - О, знакомые все лица! Эй, Сауш, погодь-ка! - окликнул Кирей. - Приколоться хочу!
  Сауш оглянулся, передал остальным, что приотстанут, но бойцы еще не особо торопились (до соревнований время есть), поэтому подъехали перекинуться парой словечек с братом Шамиля все вместе.
  
  - Здорово, парни! Что это вы с утра пораньше здесь отсвечиваете? - радостно осклабился Кирей.
  Ильяс, прикинув, что товарищи Мартина, скорее всего, еще не знают, что Март жену привез, а Шамиль от Фелиски не отступил, и что таур все повернул так, что это братишка, получается, СВОЮ невесту всю ночь караулил, а не пытался чужую своровать, осторожно ответил:
  - Да вот брата с невестой жду...
  - Да ладно?! - удивился Юджин. - Неужто своровал все-таки?
  - И как это Фелиска на такое пошла? - прищурился Кирей.
  - Не, он не воровал. Просватал, - ухмыльнулся Ильяс.
  - В смысле? - озадаченно нахмурился Дерек.
  - А жених-то что? - подал голос один из бойцов.
  - Какой жених? - не удержался от ехидства брат Шамиля.
  - Как это какой?! Мартин! - встрял Сауш.
  - Ах, Мааартин... - специально протянул Ильяс, наслаждаясь моментом. - Так он свою жену сразу после рассвета в крепость привез.
  На некоторое время воцарилась неловкая пауза. Парни молча переглянулись.
  - С утра пораньше... эээ... это никак не Фелиска тогда, - попытался сложить два и два Дерек.
  - Да хорош трендить! - хмыкнул Кирей. - Какая жена? Жрец-то только вечером будет...
  - Неужели кого в борделе подцепил??? - сориентировался Сауш, рассмеявшись шутке.
  - Бу-га-га... - поддержали парни.
  Ильяс тоже улыбался, но в его взгляде, скользящем по прикалывающимся парням, начавшим выдвигать всякие еще более нелепые предположения, было что-то такое, отчего Дерек мгновенно напрягся:
  - Мля! Ильяс?!
  Ильяс тяжело вздохнул, почему-то вот с этим парнем ему ссорится не хотелось, да и смысл скрывать?
  - Я не шучу, Меченый... извини.
  - Твою ж налево! - высказался Дерек. - Как?!
  - Вы чего? - обернулся Юджин на меряющихся взглядами парней.
  - Ёпт... - тихо прошептал Кирей, посерьезнев.
  Может, они и вытрясли бы с Ильяса или с помалкивающего очевидца событий, второго варвара, что там произошло в крепости, пока они все проспали, но тут кто-то присвистнул:
  - Шамиль!
  Обернувшись, ребята увидели, что и впрямь подъехал Шамиль с заробевшей Фелиской, приникшей к широкой груди степняка.
  Конечно, всем просто не терпелось задать девушке или ему самому много-много вопросов и получить на них ясные и четкие ответы, но Шамиль ответил отказом - он не собирался снова расстраивать свою женщину, заставляя ее переживать очередные унизительные и обидные подробности свинского поступка бывшего жениха. Однако, понимая, что друзьями Мартина движет не праздное любопытство, попросил Ильяса постоять с ней в сторонке, пока в двух словах опишет обстановку.
  
  Дереку очень не понравился рассказ степняка, но и не верить, что он обрисовал все так, как увидел и понял сам, оснований не было. Интересно, что скажет на это лаэр? - взглянул он на Сауша, озадаченно чесавшего репу.
  Зато взбледнувший Кирей, не стесняясь прохожих, матерился в голос, предполагая, что скажет комендант, а, в особенности, комендантша...
  Хреново... это не совсем то слово, которое охарактеризовало бы и их положение. Ведь, получается, это они сманили парня отметить... Эх, да кто же знал? В страшном сне такое не могло присниться...
  
  - Ну вот вроде и все... подробностей не знаю, - развел руками Шамиль, немного виновато улыбнувшись, что он неприлично счастлив на фоне остальных.
  
  Дерек его очень хорошо понимал. Его растрогала промелькнувшая фраза, что как только варвар увидел эту девчонку, и она ответила ему, взглянув в глаза - понял, что это его женщина... ну а дальше постарался, чтобы Фелиска это тоже поняла...
  Аслан как-то проболтался, что так же, увидев Тессу, понял, что это его женщина...
  А вот Меченый тоже понимал, что назвать 'своей женщиной' он готов был только Тессу... Но она уже принадлежала варвару.
  И где справедливость?
  
  - А теперь-то вы куда? - задал вопрос Кирей. - Ты ее так, что ли, просто увозишь?
  - А сейчас вот едем в город развлекаться, да кое-что к церемонии Обряда закупить.
  - Ааа...
  Юджин вдруг вспомнил еще об одном важном моменте. Поскольку Фелиска уезжает со степняком, хоть теперь все выглядит в несколько ином свете, но все же было любопытно:
  - Слушай, так Мартину даже на "залить горе" не подкинут? Ну, не сто золотых, конечно, но?
  - А за что? - вздернул точеную бровь Шамиль. - У него не воровали. Он сам себе другую нашел. Теперь уже Фелискиной названной матери откуп платить буду.
  - Ну да, логично... - криво ухмыльнулся Дерек.
  А Сауш вдруг оглянулся на немного нервничавшую в сторонке девушку, и окликнул ее:
  - Фелис? А ты сама-то счастлива?
  - Да! - не задумываясь, кивнула она, и тут же смущенно опустила голову, спрятав лицо в ладошки, вызвав понимающие улыбки парней.
  Шамиль просиял, как новенький золотой:
  - Мы к закату вернемся, как раз к церемонии. Госпожа Антига предупредила, что будет ждать нас в часовне Замка. Так что пока, парни, до назначенного времени!
  - Счастливо!
  - Удачи...
  - Бывай, везунчик! - нестройно попрощались бойцы с варваром.
  
  ***
  
  Когда таур привел под локоток Антигу на кухню, она все никак не могла вначале понять, что именно он ей собирается объяснить про приданое, и продолжала заливается соловьем, мол, тут и Аслан хорошее выделил, и необходимые на первое время в хозяйстве вещи собрали...
  Таур усадил кухарку за стол. А как раз удачно вернулся расторопный посыльный с травами.
  Пришлось объяснять встревоженной волнующейся женщине, что к чему:
  - Успокойтесь, почтеннейшая, - тепло улыбнулся Даут, заливая травки крутым кипятком. - Вот, пять минут и пейте на здоровье... тут ведь какое дело... Вы что же, Шамиля опозорить хотите? - лукаво прищурился он, специально построив фразу таким образом, чтобы она, наконец, его услышала.
  - Как так опозорить? - опешила кухарка от такого заявления в лоб. - Чем это его Фелискино приданное опозорит?! Вещи хоть и простые, не чета господским, но добротные... так и она не госпожа, Шамиль знал... Что опять не во славу Всевидящих? - всполошилась женщина.
  - Да Вы не волнуйтесь... Вот уже можно пить, - определил Даут, взглянув на потемневшую настойку с ароматным запахом степных трав. - Пейте, пейте, пока не остыл, а то весь эффект смажется... - кивнул таур на кружку. - Да вот так... у нас жених невесту берет не за приданое. Женщину в свой дом вводить только потому, что у нее денег много - позор. Женщину любить надо, и то, чем она одарит взамен - любовью, заботой, лаской, детьми... - это и есть самое драгоценное, что она может мужу принести, а не материальное, не вещи... Если Шамиль хоть нитку сверх Фелискиных игрушек да памятных вещиц, что лично ей дарились, возьмет - на всю жизнь опозорится - мол, вот нищим прикидывается, зачем тогда ему женщина, раз он ее обеспечить не в состоянии?
  - Ой... как у вас все сложно-то... вроде и правильно говорите, а все ж как-то... - с сомнением покачала головой Антига. - Так, а как же тогда, какое приданое-то?
  Пришлось объяснять, что у них в Степи, раз забираешь девушку от родителей, так дар родителям вручать надо, да еще и ей самой в подарок деньги дарят. Причем, подарок такой, чтобы если (упаси Великие Духи от такой беды), муж на следующий день шею свернет, молодая вдова первые пять-десять лет прожить без проблем смогла, дите ведь и в первую ночь зачато может быть... как же ей тогда? Вот это все не с потолка притянуто, а всякие случаи в жизни бывают... Тем более, раньше-то, пока часто воевали за соседние территории, так и средь ночи могли в поход собраться, а там уж кто из боя вернется... Не зря все мужчины - воинскому делу с детства обучены, в любой момент готовы свою землю и своих близких от чужих посягательств защищать.
  Антига руками всплеснула:
  - Ох как... ну тогда, конечно, все правильно... не дай Всевидящие. Пусть уж лучше все будет у них безоблачно... Кому они, войны-то эти, нужны? Неужто под этим небом места не хватает для того, чтобы жить да радоваться, детишек растить...
  Таур Даут хоть и не представлял себе такой благостной картины, но с названной матерью Фелиски был согласен, и постарался поскорее договориться о главном.
  
  Опуская подробности, сошлись на том, что растерявшейся от такой щедрости Антиге выделялось двести золотых, что было, конечно, маловато по меркам варваров, но и названной матерью Антига стала недавно. К тому же таур видел, что больше женщина и не возьмет, на эти-то деньги уговорил еле-еле. Самой Фелиске здесь передавалось не меньше пятисот, а по приезду в Степь еще столько же добавится... да при том, что хозяйство-то у Шамиля имеется и всякая утварь, что на первое время необходима, так что действительно чересчур щедрый дар получается...
  Осталось еще понять, как же тогда свадьба? И где молодые ночь-то свою проводить будут, если не в той комнате, что для Фелиски с Мартином готовили? Неужто из-за стола прямо в ночь отправят, до Шамилева-то дома путь не близкий, тогда как их одних отпустить, сопровождение нужно. Да и что это за брачная ночь, если ее не в постели, а в седле провести придется? Не по-людски как-то...
  Даут рассмеялся предположению кухарки.
  - Насчет этого не беспокойтесь, этот вопрос я решу...
  
  ***
  
  Это как раз и было самым сложным. Для этого тауру пришлось идти к Аслану. И хотя, он надеялся, что тот не будет противиться, но все-таки продумывал свою речь, понимая, что бывший его ученик сейчас пребывает не в духе...
  
  ***
  
  Почему-то дорога к родной крепости показалась долгой и нерадостной для возвращавшихся из борделя парней. Отъехав подальше, каждый задумался о произошедшем. Дерек помалкивал. Кирей возмущался и не верил, что Мартин мог залезть на чужую бабу. Юджин тоже подключился к обсуждению, и вскоре оно стало настолько бурным, что переросло чуть ли не в ссору.
  И все же не верилось, что Инваров сын мог опуститься до такого. Может, Шамиль что напутал? Врать-то ни к чему... Тем более, своими глазами видели светящуюся Фелиску с заплаканными глазами и сияющего Шамиля, которому можно позавидовать. Вот его семья-то порадуется! Да и престиж опять же поднимется среди своих...
  
  ***
  
  Аслан, встретив понурившихся сотоварищей виновного во всей неразберихе Мартина, молча обвел их тяжелым взглядом, от которого каждый почувствовал себя виноватым, наверное, не меньше, чем сам Инваров сын.
  Особенно переживал Дерек, которому казалось, что он потерял доверие и уважение лаэра. И нечто еще более важное. Это чувство, что он подвел друга, хотя, ему никто не поручал нянчиться со взрослым парнем, в отличие от первого раза, когда на их с Саушем плечи возложили 'почетную' обязанность познакомить Мартина с прелестями взрослой жизни...
  Однако вместо ожидаемого разноса, девятеро бойцов, расслаблявшихся вместе с парнем, получили устное взыскание и наряд... на свадьбу к другу. И распоряжение привести себя в нормальный вид, поскольку через час уже пора было выдвигаться к месту соревнований.
  
  ***
  
  Соревнования удались.
  Яркое, красочное событие вызвало неподдельный восторг у всех зрителей.
  Еще бы - когда еще можно будет на такое посмотреть! А уж то, что в качестве соревнующихся будут и варвары, делало зрелище незабываемым - доблесть, мастерство несравненного искусства владения оружием и приемами рукопашного боя, физическое совершенство молодых парней, притягивало взгляды собравшихся, особенно гостей лаэра купеческого сословия.
  Хоть и объявлялось, что записаться может любой, в рядах соревнующихся оказались только солдаты Аслана и его сородичи. Охранники, прибывшие вместе со своими хозяевами-купцами лишь завистливо вздыхали, не зная за кого из парней "болеть" - и бойцы лаэра и степняки были бесподобны во всех видах состязаний.
  Посмотреть действительно было на что. Кроме традиционных поединков на мечах, борьбы и стрельбы из луков и арбалетов, в этот раз были еще и скачки, метание ножей, джигитовка.
  
  Однако общий ажиотаж и красочное зрелище не помогло Дереку исправить испорченное настроение.
  Да и судя по виду Аслана, лаэру самому хотелось поучаствовать, чтобы размяться от души, и кому-нибудь (Дерек почему-то смутно ощущал, что если не Маритину, то именно ему), начистить рожу.
  Пожалуй, только варвары выглядели абсолютно довольными. Особенно Шамиль, который ни на шаг не отпускал от себя переодетую в новый богатый наряд Фелиску. А уж как она радовалась, когда он стал лучшим в метании ножей, и искренне по-детски хлопала от восторга в ладоши!
  Правда, самого варвара, как и многих зрителей из числа солдат гарнизона, занимал вопрос: кто-то поддался ему, чтобы поднять авторитет в глазах Фелиски, да в благодарность за то, что девчонку от позора спас, или он сам такой ловкий? Вообще-то к его технике метания ножей претензий не было, но все пятеро, вышедших в финал - двое бойцов Аслана (в числе которых был и Меченый) и трое степняков - оказались на высоте. И до последнего момента было неясно, кто же все-таки выйдет победителем?
  Впрочем, если бы Шамиль даже и не победил, то, судя по внешнему виду, для слега опьяневшей от свалившегося на нее счастья девчонки, и так было хорошо, и он для нее казался самым лучшим.
  
  
  24.
  
  
  Солнце начало клониться к закату и пора было готовиться к предстоящему Обряду Фелиски и Шамиля. Гостей купеческого сословия Аслан провожал сам. Мужчины прощались, все еще восторженно и эмоционально обсуждая соревнования, которые им довелось увидеть, но праздничные мероприятия решили продолжить отмечать в городе. И так уже загостились, пора и честь знать. Тем более, назавтра уже кое-какой товар на Ярмарке самим представлять придется.
  
  - Так, мальчики мои, - Тесса, пригласившая обоих парней почти перед самым Обрядом в спальню, умыкнув их от остальных гостей-варваров, которые тоже пошли "чистить перышки", еле сдерживала довольную улыбку, надеясь, что сюрприз понравится, взяла обоих за руки и подвела к кровати, на которой лежали рубашки, купленные у модистки за бешеные деньги:
  - Можете открывать глаза.
  - Теееесс, - выдохнул Аслан, разулыбавшись, - какая красота... Спасибо, родная...
  - Ой... - Рени выдохнул, не веря, что Тесса им дарит почти одинаковые, практически "уровняв" обоих...
  - Ну, давайте же уже скорее примеряйте, а то мне тоже надо успеть переодеться, а я не могу уйти, хочу посмотреть!
  Аслан живо скинул свою рубаху, хотя она тоже у него была нарядной, но вот эта... из мягкой замши незаурядного серебристо-голубого цвета с вышивкой почти в тон краски... Действительно, великолепна.
  - Мы с тобой, пожалуй, не только жениха затмим, но и невесту, - рассмеявшись, подмигнул лаэр наложнику, надевая свою. А Рени все еще разглаживал ладонями едва заметную вышивку на воротничке черно-синей, переливающейся металлическим блеском рубашки, не решаясь примерить. Приятно было до безобразия и немного неловко... Его одаривают постоянно, а что он может дать взамен своим господам? Только... тут он отчаянно покраснел, припомнив, что происходило утром.
  Вообще-то он весь день периодически то краснел, то бледнел. Накатывало, словно волнами. Хорошо еще в этой суете никому не было до него дела. В другое время, может и обидело бы, словно попользовались и выкинули за ненадобностью... но надо было видеть глаза Аслана, когда он нечаянно ловил на себе его взгляд.
  
   Новость о Фелиске и Шамиле Рени воспринял положительно, но вот о том, как вляпался Мартин... Рени тоже был в шоке, когда узнал, правда, ему сказали не сразу.
  
  Аслан, ушедший на утреннюю тренировку, слегка опоздав 'по уважительной причине', вернулся злым, как песчаный шхесс, которому наступили на хвост. Тесса, уговаривающая тушующегося все утро Рени, чтобы он перестал уже мучиться, удивилась, что же могло случиться, но Аслан живо утянул ее посекретничать, и господа ушли, а его не позвали. А через какое-то время Тесса ушла к Антиге и вернулась уже не такая расстроенная.
  
  А вот Аслан... Казалось, он словно оттаивал, при взгляде на свое Солнышко, столько в нем было всего, что у Рени внутри начинало что-то тихонько трепетать - то ли от смущения, то ли от предвкушения, что будут еще ночи... страшно и стыдно и присутствует что-то такое, чему он еще не мог найти описание...
  Это потом Тесса ему сказала, что Мартин привез жену, когда наложник уже совсем испереживался, что же такого могло произойти и не на него ли сердится Аслан... ну, мало ли, за что?
  Новость была потрясающе неприятной. Лишь на какое-то мгновение в душе появилось что-то вроде злорадства. Но, представив себе, что может испытывать эта мелкая сволочь, неизвестно за что взъевшаяся на него и постоянно отравляющая его жизнь в Замке, хотя Ренальд и так старался не пересекаться с сыном Инвара без необходимости, проявлялось что-то вроде сочувствия. Каково ему теперь перед Фелиской и ребятами, и перед матерью с отцом? А уж как должно быть стыдно перед лаэром... И вот после этого Рени начал уже злиться на себя за свое вечное мягкосердие...
  
  Рубашку наложник натягивал медленно, наслаждаясь ощущением того, что она будто ласкает кожу... это было так... захватывающе, почти так же как утренние прикосновения его хозяев...
  Тесса не утерпела, подошла, помогла застегнуть пуговицы, правда, предварительно, залезла руками под рубаху, провела ладонями по спине, прильнув всем телом, отчего тут же захотелось раздеться совсем и никуда не ходить, но потом девушка потащила его к зеркалу, дав возможность полюбоваться на себя самому.
  Пока парни приводили себя в порядок, хозяйка Замка тоже сбежала переодеваться.
  
  ***
  
  Оставшись наедине с лаэром, Рени занервничал, особенно, когда тот неслышно подошел сзади и остановился в шаге от него, внимательно разглядывая отражение юноши в зеркале. Темный цвет одежды настолько резко контрастировал со светлыми волосами Рени, что казался немного вызывающим, но все равно, чрезвычайно красиво.
  Ренальд, поймав странный взгляд своего господина, тут же отвел глаза и хотел отойти, уступить место, но Аслан неожиданно мягко поймал его в объятия и, развернув к себе, прижал:
  - Рени, Котенок, я тебя пугаю?
  Сказать "да" язык не повернулся, но и то, что это не так, было бы неправдой. Самое лучшее - сбежать, оставив разговор на потом, но Аслан держал крепко. К тому же в груди лаэра так же громко и гулко бухало сердце варвара, как и у него самого. Он тоже почему-то нервничает?
  Рени только помотал головой.
  - Врешь ведь, - тихо упрекнул взрослый парень, прижавшись щекой к виску юноши, заставив его замереть. - Послушай... сегодня суматошный день, я очень огорчен из-за Караскетов... не из-за тебя, наше Солнышко...
  Рени закусил губу, чтобы не расплыться в улыбке, и немного расслабился. Вот так, не насмешливо, Аслан редко называл его "Солнышком", скорее "Мелкий" временами звучало более нежно, проникновенно...
  - Ты привыкнешь... хватит загоняться, Мелкий... прошу тебя, перестань... обещаю, что не буду тебя торопить...
  Сглотнув подступивший к горлу ком, парень неловко обнял Аслана за талию, вцепившись пальцами в мягкую ткань рубахи на спине лаэра, не замечая, что судорожно комкает ее.
  - Хорошо...
  Надо было, наверное, сказать еще что-то, но ни один, ни другой пока не находили слов, да и стоять вот так, приучая себя, что это нормально, не было времени...
   Аслан очень надеялся, что однажды их сокровище перестанет шарахаться от него. Он очень хотел добиться такого же шального блеска в глазах Ренальда, какой у него бывает, когда Рени наедине с Тессой, он и видел-то их только раз, но хватило, чтобы начать завидовать жене. Пусть мальчишка так же захмелеет от его прикосновений, пусть почувствует, как утопает в любви и научится получать от этого удовольствие. С ним не получается по-другому, срываясь на эту безудержную нежность, вместо борьбы и яростного вколачивания, освобождаясь от избытка бурлящего в крови адреналина и страстной похоти, так как с варварами... Хочется, чтобы он не шарахался по углам, пряча глаза, а летал от счастья и пел от радости, тогда уже не надо будет прикидываться и самому, прикрывая их с Тессой. Пусть забудет обиды, боль и страх, отпустив всё былое, негативное, запрятав это в надежный сундук вечности...
  А еще лаэр был безмерно благодарен судьбе за то, что сегодня в крепости оказался его учитель.
  Если бы не утренний разговор с тауром Даутом, еще не известно как бы все обернулось...
  
  ***
  
  Хмурая Тесса, сидевшая напротив мужа, старающегося справиться со вспышками злости из-за взбесившего поступка Мартина, как его эти паршивцы-то подставили, молча поднялась, решив оставить мужчин наедине. Таур благодарно кивнул хозяйке Замка. Все-таки чудесная женщина у Аслана, почти интуитивно угадывает, в какой ситуации следует покрутиться рядом, а когда лучше уйти...
  
  Усевшись на место девушки, не дожидаясь приглашения, Даут с минуту изучал лицо своего бывшего ученика, затем вздохнул:
  - Аслан... ты погоди кипятиться, что-то ты слишком горяч стал, я тебя не такому учил! Брак-то не оспорить сейчас, а вот то, что парень это реально сделал, на такую подлость пошел, может и не так. Я вот все понять пытался, что мне не понравилось. Ты заметил - у него ногти совсем белые... знаю я пару средств, отчего такое произойти могло... вряд ли от волнения... могли и опоить. И, чем злится понапрасну, проверь и разведай все. Если и впрямь опоили, то парень-то просто под руку попался. Тут уже совсем другой расклад, Аслан. И не мне тебе объяснять, что это значит...
  Аслан угрюмо кивнул, соглашаясь по всем пунктам. Сейчас и в самом деле уже бесполезно искать свидетелей, которые были в Почтовом Доме. Проезжие люди останавливались перекантоваться, служащие суетились из-за наплыва народа и тоже могли упустить какие-то детали. А вот на постоялом дворе и завтра спросить не поздно будет... Только он чувствовал, что и там вряд ли найдут какие зацепки. Надо поточнее про этого самого купца разузнать, хотя, вероятность того, что он на самом деле не тот, за кого себя выдает - ничтожна. Все бумаги в порядке. А чужая душа - потемки. Если отец Улиты не только торговлей занимается, то, наверняка, хитрый лис в таких делах поднаторел... впрочем, сегодня все равно уже ничего не сделаешь. Разве что по горячим следам с Мартином выяснить - опоили чем парня или нет? Слишком уж подозрителен временной провал в его памяти.
  - Ну и хорошо, что по этому вопросу мы с тобой к согласию пришли, - кивнул таур. - Только у меня еще одна просьба к тебе имеется.
  Аслан выгнул бровь.
  - Да не волнуйся, я насчет Шамиля с невестой. Раз свадьба их здесь будет, то и ночь молодым где-то провести надо, сам понимаешь.
  - Это да... Но... В ту комнату, что я для Мартина выделил, Шамилю-то жену вести нельзя... я ее как бы Мартину разрешил использовать... да и ему-то сейчас тоже деваться некуда... Вот гадство! - снова завелся лаэр.
   - Даа... эк тебя... - неодобрительно покачал головой Даут, но переубеждать не стал. Пока еще и в самом деле неизвестно, как оно на самом деле было. А не захочет сын коменданта в ту комнату пойти, так и у родителей переночевать может... но из двух зол... пойдет, скорее всего. Эх, Аслан... Знает, как мордой ткнуть побольнее. Да и ученика своего понять можно. Получается, он бесчестье своего бойца с ним вместе делит... - Ну так у тебя крепость-то большая... Не одна комната, небось, есть... Да и не только комната найдется, я думаю...
  - Вижу, ты разговор издалека начал, но понимаю, о чем ты. Домик, что рядом со старой казармой стоит, помнишь? Тот, который для моей матери отец велел построить, когда она сюда перед свадьбой приехала? Подойдет?
  - Да, я именно про него и мыслил, - согласно кивнул довольный таур. - Как раз, женщина из нашего рода была, да возрадуется ее душа в Долине Великих Духов, следовательно, пусть и дальняя родственница Шамилю, но все же. Хуже чем если к себе сразу ввести не может, не в ночь же их, в самом деле, отправлять до дому, ведь не только за женой приехал. Хоть и событие на всю жизнь... Только тогда Шамиль его у тебя купит дня на три, чтобы сделка была честь по чести.
  - Конечно, - улыбнулся Аслан, понимая подноготную такого неразумного, с точки зрения экономии средств, поступка. Тогда дом будет считаться собственностью Шамиля, и окажутся соблюдены условности, а потом он его снова "продаст" бывшему владельцу, вроде как на новое место переезжает и это жилище ему уже не пригодится. - От имени Шамиля выступишь, или его самого подождем?
  - Да нет, зови свидетелей сделку заключить. Ему самому других забот хватит, - улыбнулся облегченно таур.
  
  ***
  
  А на Обряде Аслан и Ренальд действительно выделялись. Сразу видно было, что присутствует знать. Рени было немного неловко, но взгляды гостей-варваров, да и своих ребят невольно заставляли держать спину прямей и подбородок выше. Он принят в Клан, и имеет право находиться здесь, более того, Аслан сказал, что если он не появится, то невольно обидит нового сородича.
  Аслан и обворожительно красивая Тесса (тоже в новом нарядном платье), находились рядом с Тагиром и Даутом, немного в стороне от виновников торжественной церемонии. А Руслан держался возле Ренальда, и под его взглядом наложнику лаэра было особенно неловко. То есть, приятно, конечно, но Рус просто, казалось, иногда забывался, слишком пристально разглядывая его лицо, и переспрашивая, как будто не слыша ответа Рени на какой-то вопрос.
  
  Сам ритуал интересен был обоим парням. Многие мужчины с легкой завистью косились на Шамиля, так удачно приехавшего в гости и нашедшего свою вторую половинку. Расстраивало только то, что не было никого из тех, с кем обычно общался Мартин. Ренальда почему-то огорчало отсутствие Дерека, хотя он сейчас, наверняка бы, не отказался "проехаться" по поводу его неземной красоты и то, что Аслан его балует...
  
  ***
  
  А Дерек в это время тоже праздновал - причем в новой рубахе, которую ему вручил хмурый Аслан, вызвав к себе. Вернее вручил сверток, сказав, что он ему сегодня пригодится, чтобы не одалживаться у Ориса. Хоть сам и не желает видеть Марта, но вот раз не уследили - то пусть Дерек выступает тамадой...
  - Господин лаэр... я не верю, Аслан...
  - Я тоже, иначе он вылетел бы отсюда в двадцать четыре часа, но все факты свидетельствуют против!
  - Надо потрясти слуг на постоялом дворе, в Почтовом Доме, может, кто чего видел интересного...
  - Я знаю... Меня смущает лишь то, что слишком смело держался отец этой девицы, да и сама она не побоялась проверки. Если это авантюра, то хорошего качества, вряд ли они допустили ошибку в мелочах, а если нет... Сссученок!!! Не помнит он сам ничего... Таур дал Мартину какой-то отвар, посмотрим, как подействует. Дауту вот кажется, что просто так память не может отшибить внезапно. Если Караскет был более-менее вменяем, ушел из борделя на своих двоих и сумел найти Почтовый Дом... вряд ли прогулка по свежему воздуху могла повлиять в обратную сторону, так что или догнался где-то, или в самом деле опоили... Но тут я просто не знаю, что делать пока...
  - А как Инвар?...
  - Херово, как еще... Вот Орис пока взял на себя его функции, без энтузиазма, думаю, понимаешь...
  - Ну и как мы пойдем? Все равно, что дразнить быка красной тряпкой...
  - Ты предлагаешь "торжественный день" Мартина совсем проигнорировать? Леший их разберет, что там на самом деле было... Инвар и сам понимает, что вы ни при чем. Раз взрослый - значит, взрослый во всем - или, или...
  - Рен...
  - А при чем тут Ренальд? - перебив, нехорошо сощурился Аслан. - Рен - мой наложник, а не боец, в отличие от остальных, и тебя в том числе!
  - Ну да, ну да... - пробормотал слегка уязвленный Меченый.
  - Все, иди, завтра поговорим на эту тему.
  - Слушаюсь, мой господин! - Дерек развернулся и, чеканя шаг, вышел за дверь. А вот в коридоре, уже подкинув сверток в руках, подумал, а не зашвырнуть бы его куда подальше?
  Он не понимал Аслана. То чуть не с пеной у рта пытается доказать, что Рени достоин большего, то вот так сразу "отделил" его от всех остальных, давая понять, что Мартин должен отвечать за себя, а за Ренальда отвечает он сам, лаэр... Правда, это было продемонстрировано наедине, лишь ему... Зачем? Чтобы побольнее ударить? Глупо же...
  
  ***
  
  Развернув сверток, Дерек долго пялился на содержимое, прежде чем взять в руки красивую, цвета опавшей листвы, замшевую рубаху. Даже не примеряя, он и так видел, что она идеально подойдет на его фигуру... Замша была немного грубее, чем у той, которую мерил он для мужа своей госпожи... но не понять, что они приобретены в одном и том же месте было невозможно...
  - Тесса... - прошептал парень еле слышно.
  Аслан знал... ну да, скорее всего, знал... Иначе можно просто сойти с ума от предположения, что он все-таки значит для любимой чуть больше остальных бойцов... Лучше об этом не думать, хотя просто распирает от избытка эмоций... И в частности таких, когда становится еще более тошно оттого, что вот господа позаботились о своем рабе... а он... он подвел лаэра... Вроде не виноват, да и разговаривал с ним Аслан вполне нормально наедине... Но все равно совестно...
  Но и не надеть эту вещь сейчас, когда она вызывает столько противоречивых ощущений... не будет ли это оскорблением?
  Надо брать себя в руки, о себе подумает на досуге, а сейчас следует идти и получать люлей от Марты и как-то поддержать этого малолетнего кретина, умудрившегося вляпаться по самые уши... В конце концов, это ему и остальным придется потерпеть один вечер. Мартин-то подписался на всю жизнь...
  Дерек надеялся, что возникшая проблема еще может как-то рассосаться, но в последнее время он в чудеса верил все меньше и меньше...
  
  ***
  
  Орису на время пришлось взять на себя обязанности Инвара, который старался поменьше контактировать с посторонними. Да и со своими бы не хотелось лишний раз сталкиваться от такого-то позора. Но ребята отнеслись довольно тактично. Что не говори, а собственный авторитет комендант заслужил, и теперь как раз он и работал на него, отсекая возможные недомолвки и косые взгляды. Мол, яблочко от вишенки недалеко падает...
  
  Когда Антига узнала, что на свадебное пиршество варвары пригнали скотину, и они будут сами готовить, принялась расстраиваться и переживать, что, мол, столько настряпали уже - зачем еще мяса-то? Ну ладно, вино, а все остальное-то куда? Но госпожа Тесса успокоила, сказав, что вон пусть Мартину остается часть. Им-то не до готовки теперь. Невысказанная мысль, может, отметить сразу обе свадьбы, отметалась обеими женщинами интуитивно. Негоже за одним столом бывшим жениху и невесте сидеть, да и народ на Мартина будет косо смотреть.
  
  Марта такой позор из-за предложения восприняла сначала в штыки, а потом все же согласилась. Пусть так... но все равно сына жаль. Да и невестка как-то присмирела, когда отец ее уехал, и девка одна осталась среди чужих людей. До этого-то хоть на дознании и ревела, но видно было, что гонору-то, гонору в ней... А теперь вроде как и впрямь закручинилась по-настоящему. Сердце прямо кровью обливалось, глядеть на натворивших дел детей.
  Раз уж начали не по-людски, так хоть сейчас можно попробовать исправить... пусть уж и у них будет застолье.
  
  ***
  
  Первая половина дня прошла для сына Инвара и Марты в полубредовой дымке странного состояния нереальности происходивших вокруг событий. Отношение к тому, что жених вернулся в качестве мужа, было двояким. Его осуждали и жалели. Сочувствовали и брезгливо кривились. Разговоры были что, мол, Фелиска-то молодец! Поскольку уж лучше с варваром, чем с таким... А она-то всю ночь Мартина высматривала, горемычная.
  Правда, кто-то возразил, что не одна "высматривала", но тут же нашлись и свидетели, что девушка с Шамилем просто всю ночь проболтала...
  
  Дома было не лучше. Мать что-то спрашивала, возмущалась, ругалась, плакала... Отец... не желал с ним даже разговаривать. Молодая жена старалась не попадаться на глаза, отсиживаясь в маленькой комнатке за перегородкой. Но постоянно прятаться не будешь...
  Остро стоял вопрос, где жить?
  
  Мартину казалось, что его затягивает в болото, в какую-то зловонную трясину, и некому протянуть руку помощи. Впрочем, парень уже был близок к состоянию, что - и пусть... пусть все вокруг так же замрет и умрет вместе с ним, захлебнувшись отчаянием - просвета в дальнейшем своем существовании он не видел.
  
  Ближе к вечеру пришла Антига и, пошептавшись о чем-то с матерью, велели ему привести себя в порядок, но для начала дали пару часиков вздремнуть, напоив каким-то горьким отваром, от которого более-менее прояснилось в пустой голове, опухшей от невеселых дум в тщетной попытке понять, как жить дальше?
  
  А потом пришли ребята, помогли подвинуть мебель, притащили столы, праздничную снедь... Разговор не клеился, но его не слишком гнобили, больше сочувствовали.
  И в результате вечером, после состязаний, Мартин тоже отмечал свою свадьбу в крепости, но в самом доме родителей. Конечно, там было не так весело, как на пиру у Шамиля с Фелиской. Но, как ни странно, и к его столу тоже приходили гости-сослуживцы, присаживались ненадолго и желали молодым счастливой жизни - чего только не бывает?
  
  А еще оказалось, вопрос, где молодые проведут первую ночь, уже решен, но для Мартина это было слишком...
  
  ***
  
  Улита кривилась - очень ей не по нраву оказалось на чужом добре первую брачную ночь проводить, и жить в окружении чужих вещей, она бы все тут по-другому устроила... но теперь уж личико кривить было поздно. Отец ей ясно все растолковал - все, теперь она мужняя жена - и точка! А все ее капризы и нежелания отныне побоку. Судьба такая. Он тоже не так все мыслил, но теперь уже не переиграешь - надо приспосабливаться. Жизнь длинная - авось, что и переменится.
  
  Мартин же, возвратившись с праздничного пира, больше похожего на поминки, хоть друзья и постарались немного скрасить его "веселенькую" свадьбу, не знал, куда ему деваться от навязчивого незримого присутствия... любимой бывшей девушки. Только теперь, когда он ее окончательно и бесповоротно потерял, парень вдруг начал понимать, что она ему была нужна - со своей наивностью и простотой, веселым легким характером и оптимистичными взглядами на будущее. Здесь даже запах Фелиски еще сохранился... И все, что она с такой любовью для их будущего гнездышка готовила, а он не особо ценил, стояло по своим местам, и воспринималось теперь чересчур остро. Сердце рвалось на части, дробилось осколками, причиняя физическую боль...
  А на улегшуюся в кровать чужую девушку, свою жену, даже смотреть не хотелось. А уж тем более что-то иметь с ней. Какая брачная ночь, если на нее вообще ничто не шевелилось, кроме ожесточенной досады? Обойдется. Пусть считает, что предыдущая ночь была брачной. Судя по всему и весьма страстной... И хорошо, что он этого кошмара не запомнил.
  
  Спать тоже не хотелось. Но и деваться было некуда.
  Мартин все же улегся на самый краешек широкой кровати, но, поворочавшись некоторое время, встал, оделся и пошел на улицу...
  
  ***
  
  Лишь оказавшись за столом на стороне варваров, довольно далеко от своих господ, Рени пожалел что переоделся. Ему все казалось, что он немного неуместно и как-то чужеродно смотрится в своей шикарной рубахе среди заматеревших мужиков в национальной одежде и увешенных затейливыми атрибутами их принадлежности к сыновьям Степи и "парадным", то есть минимальным набором оружия. Вроде бы и праздник, но все равно они в любой момент готовы к неожиданностям.
  
  Угощение у Шамиля и Фелиски было славное. Тут, хоть и не совсем традиционно, но и Антигино угощение не пропало даром, парни прониклись речью Даута, объяснившего, что, мол, женщина (с помощниками) готовила, старалась, так что надо уважить, отведать. И тушки барашков и молодых бычков, смачно приправленные пряностями, зажаренные прямо здесь же, недалеко от расставленных на открытом воздухе столов, на кострах, тоже были восхитительны. Аппетит у молодых парней, выложившихся на соревнованиях, оказался действительно отменным, судя по тому, как скоро готовые, сочащиеся золотистым жирком, туши начали обнажаться до костей.
  Вино оказалось приятным, но забористым. И хоть Руслан, по меркам варваров, уже в принципе-то взрослый парень, да и Рени они не считали ребенком, но наливали ребятам, чтобы они могли выпить за здоровье молодых, за их счастье и за все пожелания, за что обычно пьют в первых тостах, разбавленное почти вполовину вишневым компотом. Насчет напитка, не содержащего алкоголь, Антига позаботилась, зная, что госпожа Тесса хоть и может пить вино, но предпочитает соки и компоты. Вот заодно и мальчишкам пригодился. А тостов-пожеланий было много: и за славного воина, достойного того, чтобы взять в дом женщину, и за его жену-красавицу, и за то чтобы у Шамиля с Фелиской не только пацаны были, но и дочки тоже. Точнее пожелание, чтобы первой девочка родилась. И, конечно же, благодарили предков за их благосклонность к жениху, и надеялись, что и молодую семью Великие Духи и Всевидящие будут охранять от всех бед и несчастий.
  Рени был этому обстоятельству рад, что вино разбавлено, а вот Рус немного обиженно сопел, что слабенькое. И все увещевания, что им вообще-то пить не положено, пропускал мимо ушей.
  
   Тессу, как хозяйку Замка, попросили тоже высказать свои пожелания, хотя Аслан уже поднимал несколько заздравных тостов, не только от себя лично, но и от своей семьи. Глядя на жениха с невестой (но при этом несколько раз девушка умудрилась скосить глаза на собственного мужа, с улыбкой кивающего в подтверждение произносимых ею фраз), Тесса сказала небольшое напутствие-пожелание:
  - Вы знаете, как часто меняется погода в Природе. Нас радуют ясные дни, но время от времени случаются и бури, и ураганы. Пусть в вашей жизни будет поменьше ненастья, а бури и ураганы никогда не станут разрушительными, лишь привнесут чуточку новизны.
  Любите друг друга, но не превращайте любовь в цепи. Пусть лучше она будет волнующим морем между берегами ваших душ. Горько!!!
   Варвары одобрительно загудели. А Рени опустил глаза... Уж кто-кто, а он-то точно знал, что любовь его хозяев не похожа на оковы...
  
  Немного посидев, почувствовав, как приятное тепло согревает внутренности, отпуская, отодвигая значительные и незначительные проблемы в сторону, Ренальд понял, что надевать верхнюю одежду он не будет. Хотя осенние вечера были прохладными, но сегодняшний день выдался теплым. Жар от костров и растекающееся в желудке тепло не давали замерзнуть.
  
  События неожиданно начавшегося сегодня для Рени утра, парень потихоньку пропускал через призму нового ощущения, что ничего непоправимого пока не произошло. И, раз Аслан пообещал, что не будет настаивать, можно и расслабиться. А еще через некоторое время веселье, радостный гомон, становящиеся все более откровенными шутки и пожелания молодым, и ему добавили куражу. Парень почувствовал, что слабенького напитка ему уже мало... Рус сказал, что раз сегодня праздник, то можно попробовать и настоящего, неразбавленного вина выпить, они уже не дети, в конце концов!
  Стащив незаметно недопитую бутылку, тем более их меняли довольно часто, парни потихоньку улизнули и пошли искать укромный уголок.
  
  Новая порция дала по венам и тут же закружилась голова, колени стали ватными, а время проявилось в каком-то тягучем киселе событий... Рус, сначала вроде бы хорохорившийся, взглянув на впавшего в некоторую прострацию Рена, почувствовал, что влетит именно ему, если что. Подводить своих Руслану категорически не хотелось, и получать втык от Аслана и отца, тем более. А Рени тем временем расстроено начал разглагольствовать, что зря они это затеяли с выпивкой, пытаясь донести до Русика мысль о том, что Мартин, может быть, напился вот так же, и чем закончилось?
  Руслану, потерявшему поначалу некоторую осторожность и уже прикидывающему, нельзя ли воспользоваться вот этим состоянием друг друга, чтобы прояснить некоторую недопонятость их отношений, стало совестно. Чувствуя, что Рен уже начал впадать в панику, потащил его прогуляться по холодку, подальше от общего веселья.
  На половине пути, Руслану пришла мысль, как бы их обоих не пошли разыскивать, и он, велев Рени посидеть немножко где-нибудь в укромном уголочке парка, быстро пошел обратно, чтобы покрутиться на глазах у взрослых.
  
  Укромных мест было не так уж и много, это летом удобно прятаться в зеленых кустиках... А сейчас деревья и кусты были голыми... Сидеть на месте оказалось холодно, и Рени решил прошвырнуться до дома и обратно. Уж на дорожке-то, ведущей к дальней казарме, где расположились варвары, они с Русланом не разминутся.
  
  Юноша шел медленно, вдыхая полной грудью ароматы бархатной ночи, обступившей со всех сторон, как только он отошел подальше от яркого света костров, хотя отголоски шумного празднества доносились и сюда.
  
  Начала довольно громкого разговора недалеко от заднего крыльца Замка Ренальд не слышал, да и подойти поближе не рискнул, сойдя с тропинки и остановившись, понадеявшись, что его в темной рубашке не слишком заметно.
  Разговаривали трое. Причем ненавистный голос Мартина он узнал сразу. Тот как раз жаловался (и, наверное, уже не по первому кругу), насколько ему ху*во...
  А двое других ему наперебой давали советы, чтобы он поаккуратнее был насчет внезапного потомства. Не факт, конечно, что у новоявленной жены уже там не завелся кто-то в животе, но если вдруг удастся выяснить, что Мартина подставили с этой свадьбой, при наличии детей, уж точно брак не признают недействительным...
  А то, о чем говорил сам жених, и главное, какой надломленной была интонация голоса младшего Караскета: то срываясь чуть не на крик, то совсем замирая до шепота... и про то, как ему стыдно перед всеми, хоть вешайся, и про то, что он, дурак, не ценил Фелиску... и про то, что он не может находиться рядом с этой своей женой, особенно в той комнате, которую обставляла Фелиска на свой вкус... помогло быстренько выветрить весь хмель из головы наложника. Если бы он был уверен, что Мартин с горя не решит отыграться хотя бы на нем, не просто послав его куда подальше с утешениями, а снова затеяв драку, наверное, Ренальд не удержался бы и вышел... Но Рени сейчас не пугала сама драка. Теперь он не сомневался, что сможет продержаться против сынка Инвара, может быть, еще не одолеть (хотя, как сказать), но очередные разборки? Хватит с Аслана неприятностей на этот день... Да и не тот он человек, которого Мартину, наверное, хотелось бы увидеть... Больше всего несчастного парня расстраивали три вещи - отношение к нему лаэра, потеря невесты (оказывается, любимой), и то, что он подвел родителей... остальное уже было не так важно на этом фоне.
  
  ***
  
  Сауш и Дерек, закончив свою миссию по отбытию "наряда" на свадьбе Мартина, едва только "молодые" отправились в опочивальню, ушли. Им хотелось бы заглянуть к Шамилю, но попадать на глаза к лаэру... нет уж, лучше не сегодня. Продолжать же сидеть за столом, когда жених с невестой удалились, и Марта, изображавшая хоть какую-то радость, устала "держать лицо" и снова расплакалась, было выше их сил. Инвар много пил... и, кажется, никак не мог опьянеть...
  
  Сауш хотел было отправиться повидать Руту и убедиться, что с ней все в порядке, и его будущая невеста сидит себе дома. Но Дерек не пустил, уверив, что на сегодня это не самое лучшее решение, заодно напомнив, что Красавчик пока еще вроде не определился со статусом девушки, судя по нежному прощанию с Хозяйкой борделя.
  - Тьфу на тебя, вечно все опошлишь, - расстроился Сауш, и Дерек искренне изумился:
  - Не, я не могу отбирать у тебя хлеб. По части пошлостей - ты - на первом месте.
  Поржав немного, они отправились дальше. При виде бредущего "в никуда", совершенно потерянного Мартина, Меченый только тихо прошептал:
  - Вот точно говорят: "глупые женятся, а умные выходят замуж..." Страшно мне, что девка-то только прикидывается простушкой... Как-то слишком быстро утешилась, что еще вчера не о нем она мечтала.
  - Это да... Мутная она какая-то, хотя и красивая... Хоть какое-то утешение... - согласился Сауш.
  - Ну что, придется побыть жилетками...
  - А хрен ли нам еще остается? - невесело отозвался Красавчик, прибавляя шаг, потому что Мартин, заметив два силуэта, собрался свернуть куда-то на боковую тропинку. Видеть ему сейчас никого не хотелось...
  
  ***
  
  Рени тяжело вздохнул и побрел обратно, и почти сразу попал на уже волнующегося Руслана, отправившегося на его поиски, не найдя друга на условленном месте:
  - Ну где ты ходишь-то?! Пошли скорее обратно, сейчас интересное начнется!
  - Что? - немного оживился Рени, все еще находясь под тягостным впечатлением от нечаянно услышанного разговора.
  - Проводы жениха и невесты, только перед этим еще будет соревнование - вождь Шамилю определил, какой знак будет разыгрываться.
  - Какой знак?
  - Ну, бляшка такая с камнем, типа подвески. Вот Шамиль нашел себе жену, когда эта штуковина на его одежде была. Значит, считается счастливой. Теперь, кому знак достанется, тот точно жену найдет. Вот эту штуку только сначала своровать надо. Но не просто так, Шамиль, может и смухлевать и поддаться, ее потом еще и выиграть надо.
  - Спарринг будет? - обрадовался Рени.
  - Не, будут, скорее всего, ритуальные танцы, а там уж, кого зрители выберут. Участвовать-то могут только те, кто еще не женат.
  - И ты?
  - Неее... - слегка стушевался Руслан. - Мне еще на приданое копить и копить. Я имею в виду тех, кто уже сейчас мог бы женщину в дом привести... Впрочем, я такой не один из неженатых. Ну ладно, пошли скорее, сам увидишь!
  
  ***
  
  Было действительно весело и очень зрелищно наблюдать за веселой перепалкой претендентов, а потом "болеть" за кого-то из воинов, разыгрывающих последний этап соревнования.
  Высокие, стройные, сильные тела с развитой мускулатурой, бронзовая в отблесках костров кожа, иссиня-черные волосы, смазанные, полные хищной грации движения - не могли оставить сомнения, что каждый из этих молодых мужчин отличный воин и охотник... каждый достоин того, чтобы у него была своя женщина, которую он сможет защитить и обеспечить...
  
  Но Рени больше впечатлился самими проводами жениха и невесты к месту ночевки, преисполненными какой-то торжественности и величия момента. Сопровождать "свидетелями" соблюдения традиций пошли многие, чтобы потом вернуться и продолжить веселиться уже без молодоженов.
  Рени спросил, зачем, и Руслан охотно пояснил:
  - У них - свой праздник, где посторонние не нужны.
  - Это понятно, - фыркнул Ренальд, снова почему-то вспомнив сегодня "третьего" в их с Тессой постели...
  - Ну, а мы, по обычаю, за их счастье и чтобы все получилось - здесь выпьем!
  Тут уж Ренальд и вовсе расхохотался, с трудом представляя, как это у Шамиля может не получиться... но, вспомнив обрывки фраз Мартина, нахмурился... надо же, как все в жизни бывает порой...
  
  Когда все подошли к выкупленному Шамилем у Аслана домику (Руслан уже объяснил, что, мол, не положено чтобы невеста, не став женой, у мужа жила), там пред входом с двух сторон горели костры, чтобы жених с невестой прошли между ними, символически очищая свою душу и тело от всего того, что было "до". На пороге Шамиль снял оружие и передал его Фелиске...
   Рени вытаращил глаза, но Руслан уже шептал на ухо, что, мол, это часть обряда и символ того, что в доме он в полной власти жены.
  Словно подтверждая это, Шамиль преклонил колено со словами ритуальной фразы:
  - Я привел тебя на порог моего дома, который буду защищать от любых невзгод, не щадя своей жизни, но в доме - ты хозяйка, и моя жизнь принадлежит тебе, любимая...
  
  Тесса нахмурилась и, сжав ладонь стоявшего рядом мужа, вопросительно взглянула на него.
  Аслан, благодаря располагающей к благодушию обстановке, немного отошедший от утреннего инцидента, виновато улыбнулся и прошептал, чтобы не привлекать внимания сородичей:
  - Милая... рыбка моя, но я же - лаэр... ты же помнишь, сколько народу было на нашей свадьбе со стороны отца... Ну как ты представляешь себе костры в дворцовых покоях?
  - Угу, угу, - скептически скривилась девушка. - Я так и знала, что меня где-то надули...
  - Радость моя, но если ты настаиваешь, я сегодня же запалю их перед нашей спальней и сдам тебе не только оружие, но и сам сдамся с потрохами, - заискивающе улыбнулся Аслан, чувствуя, что Тесса уже готова рассмеяться, и держится из последних сил, закусив губу. Как-то он не подумал сразу о том, что не все традиции его народа со стороны матери были соблюдены на их свадьбе. Вот теперь жене будет за что его упрекать. Хотя, это даже забавно.
  - Так и быть, потерплю еще несколько дней, пока ты обратно у Шамиля этот домик не выкупишь, - улыбнулась Тесса.
  - Родная моя, - Аслан поднял руку девушки и прижался губами к ее запястью, подарив благодарный чувственный поцелуй. - Я тебя просто обожаю, мое сокровище...
  
  Рени действительно было интересно побывать на таком красочном представлении. И хоть многое было именно ритуальным, обрядовым, словно постановочным, но не покидало ощущение, что эти слова надо произнести и соблюсти выполнение всех действий, чтобы точно быть уверенным, что все сделано правильно, так как завещали предки...
  И еще это наследие степняков напомнило ему о традициях другой страны, о которой он не так давно читал.
  Поделившись своим мнением с Русланом, не поверившим ему, стоя на твердом убеждении, что их народ двигался собственным путем развития, и все передавалось из поколения в поколение, потому что так требовала сама жизнь. Может быть, что-то и отмирало или появлялись какие-то новые незначительные детали, ведь время не стоит на месте, но так, чтобы было настолько похоже еще у кого-то, да тем более у тех, кто живет не по-соседству, волей-неволей перенимая какие-то черты или традиции, молодой варвар не верил.
  Рен тоже завелся:
  - Да я доказать могу! Да нет, я тебе лучше книгу покажу завтра...
  - А чего завтра-то? - съехидничал Русик.
  - А хотя, да... Можно и сегодня... все равно самое интересное уже закончилось, а пить я что-то больше не хочу, - честно признался Рени.
  - Ага, согласен... и мне нормально уже, - покивал головой Руслан.
  
  Парни лишь дождались, пока за молодыми закроется дверь, и взрослые снова потянулись за столы, а юноши, пользуясь радостной суматохой, рванули в замковую библиотеку...
  
  
  
  
  Продолжение следует...
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"