Рокова Яна: другие произведения.

Простая сложная жизнь-3

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    КНИГА 3
    ЗАВЕРШЕНО.
    Ознакомительная часть
    Итак
    Кто бы мог подумать, что минута слабости Оксаны и Артема, расстроенных расставанием со своими любимыми, принесет в их семьи столько хлопот и объяснений с близкими. Ведь порой просто невозможно признаться, о чем они думали, поддаваясь сиюминутному порыву, круто изменившему их дальнейшие планы на ближайшее будущее.
    Проблемы с младшим поколением отодвигают на второй план личную жизнь Анны и Егора. Впрочем, мужчина, сделавший свой сознательный выбор, не теряет надежды... Главное, что Анна рядом и ценит его поддержку в такой трудный для ее семьи период.
    Извините, без вычитки, за указание на "очепятки" буду очень признательна :-))
    Спасибо, мой лю ЗКП, laki
    КОММЕНТАРИИ ПРИВЕТСТВУЮТСЯ ЗДЕСЬ :-)

  
  
  ВНИМАНИЕ! ATTENTION! ACHTUNG!
   УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ, ПРОТИВНИКИ ОТНОШЕНИЙ М+М, а так же М+Ж+М, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ЧИТАЙТЕ ДАННУЮ СТРАНИЦУ - НЕ РАССТРАИВАЙТЕСЬ САМИ И, ПО ВОЗМОЖНОСТИ, НЕ РАССТРАИВАЙТЕ АФФТОРА.
  
  УВЕРЕНА, ЧТО НА СИ МНОЖЕСТВО ПРОИЗВЕДЕНИЙ, СПОСОБНЫХ ДОСТАВИТЬ ВАМ РАДОСТЬ И УДОВОЛЬСТВИЕ, А НЕ ГАДЛИВОЕ ПОСЛЕВКУСИЕ ОТ ПРОЧИТАННОГО.
  
   ЛИЦАМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ, НЕОБХОДИМО НАЖАТЬ КРЕСТИК В ПРАВОМ ВЕРХНЕМ УГЛУ МОНИТОРА
  
  СПАСИБО ЗА ПОНИМАНИЕ,
  ВАШ АФФТАР :-))
  
  

ПСЖ-3 [laki]

  
  
  
ПРОСТАЯ СЛОЖНАЯ ЖИЗНЬ - 3
  
   КНИГА 3
  
  
  
  
  
  
  
  
  ***
  
  Кирилл объявился как-то неожиданно для всех.
  На третий день пребывания Оксаны в клинике, бывший воздыхатель дочери чуть ли не 'оборвал' домашний телефон, последний раз предприняв попытку услышать Ксюшку в половине первого ночи.
  У Ани было такое впечатление, что он просто не верил никому из домочадцев, отвечавших на его звонки, что Ксюхи нет дома.
  Неожиданная активизация Кира заставила Аню нервничать. Она всю голову сломала, размышляя, сообщать ли об этом Оксане или даже не поднимать тему, чтобы не нервировать еще и дочь? Хотя, с другой стороны, скорее всего, Кирилл просто не дозвонился ей на мобильный, поэтому и предпринял попытку связаться по домашнему телефону.
  Следующая пара дней прошла в относительном спокойствии. И Аня уж было решила, что Кирилл снова испарился с горизонта, но оказалось, что она рано сбросила его со счетов.
  Она как раз возвращалась с работы и, выйдя из лифта, нос к носу столкнулась с бывшим парнем своей дочери, поджидавшим Ксюху на их этаже.
  - Добрый вечер, Анна Андреевна, - обрадовался молодой человек. - А Оксана когда появится?
  Чисто выбритое лицо Кира казалось осунувшимся, делая мужественные черты лица еще выразительнее. Темно-карие, немного лихорадочно блестевшие глаза смотрели с затаенной надеждой.
  Анька сглотнула, растерявшись от неожиданности. Несмотря на вроде бы решенный вопрос о свадьбе с Артемом, в том сценарии, который планировал Роман, Кирилла он явно не учел.
  - Оксана... Кирилл, ее нет дома.
  - Я уже понял, второй час тут торчу, - кивнул парень. - И дозвониться не могу. У нее не сменился номер мобильного?
  - Не сменился, - покачала головой Аня, начиная догадываться, что дочь просто не отвечает на его звонки, потому что этому мальчику, к которому до сих пор не равнодушна, будет слишком сложно объяснять ситуацию. И стоит ли объяснять теперь что-либо вообще? Зря она не спросила Оксанку, сразу ли посылать его 'лесом' или объяснить, что поезд ушел и ему не на что надеяться?
  - Кирилл, - замялась Анна. - Я думаю, тебе не стоит ее ждать.
  - Анна Андреевна, - моментально ощетинился парень. - Пожалуйста, только Вы еще не начинайте учить меня уму-разуму. Мы с Ксюхой сами решим, стоит нам встречаться или нет.
  Аня впервые 'давала совет', поэтому удивленно вздернула бровь. Интересно кто это так достал его с поучениями? Вообще-то молодой человек был уравновешен и вел себя сдержано. А тут вдруг моментально завелся. Но почему-то именно сейчас она не смогла удержаться от шпильки:
  - Кирилл, насколько я знаю, расстаться с Оксаной было твоей инициативой. Моя дочь, конечно, не подарочек по характеру, но и играть с ее чувствами непорядочно с твоей стороны.
  - Наша ссора была ошибкой, - нехотя выдавил парень.
  - За ошибки и сиюминутную слабость мы, порой, слишком дорого платим.
  - На эту тему можно написать целый философский трактат, - возразил Кирилл. - Но я все-таки хочу поговорить с Ксюшей. Надеюсь, она поймет. Я люблю ее.
  - Слишком пылкое заявление. Но, боюсь, ты поздновато спохватился, - покачала головой Анна. - Оксаны нет. Извини, и домой тебя я не приглашаю.
  - Ну и ладно. Я тут подожду.
  - Иди домой, Кирилл. Ее не будет сегодня. И в ближайшее время тоже.
  - Тогда скажите, где она? Пожалуйста, мне очень нужно ее увидеть, - переместился парень, загораживая проход к квартире. - Я уже всех подруг на уши поставил. Два дня возле универа дежурил. И не понимаю, что за детский сад такой - все в один голос твердят, что не знают, почему она не выходит ни в одну соц.сеть и не отвечает на телефонные звонки. Я хочу ее увидеть! Какое вам всем дело до того, из-за чего мы поссорились? Мы с ней взрослые люди и с сами разберемся...
  - Кирилл, ты пил сегодня? - догадалась Аня, уловив слабый запах алкоголя, перебитый мятной жвачкой.
  - Я не пьян! Я нормально себя чувствую и твердо стою на ногах. Разве не заметно?
  Кроме того, что он был слишком настойчив в своем желании увидеть Оксанку, и этого едва уловимого запаха, других признаков 'невменяемости' парня Аня отыскать не могла. Поэтому спорить не стала. Тяжело вздохнув, произнесла:
  - Кирилл, поверь, тебе лучше оставь мою дочь в покое.
  - Нет! Где мне ее найти? Анна Андреевна, Вы же знаете, что я не причиню ей вреда. Нам нужно просто поговорить...
  - Она уехала.
  - Во время учебы? Извините, Анна Андреевна. Я вам почему-то не верю, - расстроено произнес парень.
  - Ну и напрасно, - пожала плечами Аня, намереваясь пройти мимо.
  - Это Вы настроили ее против меня?! - в лоб спросил он, снова заступая ей дорогу.
  - Кирилл? Что ты себе позволяешь? - опешила Анна, невольно отступая назад...
  Неизвестно, чем бы все эти препирательства закончились, но тут как раз подоспел Рома.
  Слышал ли он последний обмен фразами, или просто моментально сориентировался, едва выйдя из лифта и увидев расположение участников конфликта интересов, но посчитал уместным вмешаться.
  - Добрый вечер, какие люди!- удивленно присвистнул он, шагнув из распахнутых дверей лифта и оказавшись за спиной у женщины.
  Кирилл смерил мужчину из соседней квартиры тяжелым взглядом, но, видимо, узнал и кивнул, отвечая на приветствие. Однако и не подумал уйти с пути Ксюхиной матери, пока не получит исчерпывающей информации.
  - Ань, какие-то проблемы? - остановился Роман.
  - Да нет, Ром, - почувствовав себя гораздо увереннее, отозвалась Аня. - Все нормально, Кирилл уже уходит.
  - Не ухожу, - покачал головой настырный упрямец. - Скажите мне, где Оксана, и я оставлю Вас в покое. Честное слово.
  - О! Ты еще не в курсе? - вмешался Роман, хищно прищурившись.
  - Не в курсе чего? - напрягся Кир.
  - Ань, ты иди, - мягко подтолкнул Ромка соседку. - Я сейчас сам все подробненько расскажу-объясню.
  - Рома, думаю, нам вообще не стоит вмешиваться... - робко попыталась возразить женщина.
  - Почему же не стоит? А Ксюха тебе сама ничего не объяснила? - резко обратился Роман к парню.
  - Нет. Она даже не отвечает на мои звонки и смс.
  - Чудненько, - удовлетворенно кивнул Тёмкин партнер. - Все, Ань, иди.
  - А при чем тут ты? - заподозрил неладное Кирилл, с вызовом взглянув на холеного красавчика.
  - Рома, только покорректнее, пожалуйста, - попросила Анна, с одной стороны безмерно радующаяся, что не она будет в лицо сообщать новости парню, по которому до сих пор страдает Ксюшка. (Желание поскорее убраться домой и закрыться от проблемы на все замки, было в приоритете). А с другой стороны, почему стало внезапно по-человечески жаль этого поздновато спохватившегося, что не все чувства перегорели, бедолагу. И она переживала теперь за исход объяснений, подозревая, что от Ромы можно ожидать всего чего угодно, когда он стоял на страже своих интересов.
  - Иди уже, Анют, - ободряюще улыбнулся ей сосед. - Видишь, человек очень хочет услышать горькую правду...
  
  Неясное чувство тревоги не дало Ане спокойно заняться домашними делами. Раздевшись в прихожей, он постояла немного, прислушиваясь к доносившимся из-за двух дверей, бубнящим мужским голосам. Что уж так долго надо объяснять, она искренне не понимала. У нее у самой язык не повернулся сказать Киру правду. Но сейчас она корила себя за малодушие. Интересно, в каких выражениях будет изъясняться Роман?
  Анна, конечно, предполагала, что у мужиков на сей счет имеются свои способы. Понятно, зачем ее отослали. Как правило, мужчины стараются прояснить спорные вопросы в отношении женщин без их присутствия. Но все равно что-то ей казалось неправильным.
  Повинуясь наитию, она решительно распахнула входную дверь. Сразу же стал слышен разговор, происходивший на повышенных тонах. И какая-то возня.
  Не слишком хорошо понимая, как она будет разнимать здоровых парней, если дойдет до драки, Анна все-таки поспешила к ним. И успела на кульминационный момент.
  Кир, видимо, слегка переоценил свои силы, рыпнувшись на Рому, уставшему объясняться экивоками и как раз зло выговаривающему бывшему Оксаниному парню, что тот 'просрал' свое счастье. Оба парня стояли вполоборота к Ане на маленькой площадке между лифтами, и, честно сказать, даже не обратили на нежелательных свидетелей никакого внимания. Кирилл выбросил кулак вперед, но Рома как-то ловко увернулся, 'подныривая' и пропуская прямой удар в лицо над правым плечом, и тут же сам врезал противнику левой рукой в область печени.
  Аня (которой показалось, что Ромкин удар был не таким уж сильным, да к тому же сквозь одежду) никогда еще не видела, чтобы человек так моментально утрачивал способность дышать. Судорожно хватая ртом воздух, Кир скрючился в позе эмбриона у ног победителя короткой схватки, готового повторить 'урок', если тот с первого раза не усвоил.
  - Рома, не смей!!! - кинулась Анька к поверженному парню, оттолкнув соседа, который только сейчас обратил на нее внимание. - Кирилл?! Кир, ты как? - попыталась она приподнять молодого человека.
  - Не трогай, ща сам очухается, - авторитетно заявил Ромка, рывком поднимая чуть было не усевшуюся на колени перед корчившимся бедолагой Аньку и оттесняя ее в сторону.
  - Ты сказал, что все объяснишь ему! - в запале оттолкнула Аня его руки. - Языком, блин, а не кулаками!
  - Языку своему я найду лучшее применение, - сердито спошлил Роман.
  - Кирюш? - снова попыталась Аня подойти к парню, который силился перевернуться, чтобы подняться хотя бы на четвереньки.
  Рома вновь не подпустил женщину к 'сопернику' Тёмки.
  - Отойди, Ром! Ему помощь нужна! А если ты что-нибудь повредил? Вдруг у него какая-нибудь патология? Хочешь сесть за превышение самообороны?
  - Да нет у него ничего, - беспечно пожал плечами 'убивец'. - Совсем больных в армию не берут. А насчет того, чтобы не лезть на рожон, если не умеешь ставить блок, так это его проблемы.
  Кирилла вдруг выгнуло и, после нескольких спазмов, стошнило на кафельный пол. (И, кстати, сквозь специфический запах желчи проступил 'аромат' какого-то алкоголя).
  - Господи, - окончательно перепугалась Анька, морщась от зловонного амбре, - если ничего страшного, почему его тошнит?
  - Потому что пить надо меньше! - зло выругался Рома, присаживаясь на корточки рядом со своей жертвой, придерживая его за шкирку.
  - Ты его так совсем удушишь! - негодующе вмешалась Аня, пытаясь обойти с другой стороны и помочь молодому человеку подняться, подхватив его подмышки.
  - Отвали, - просипел Кирилл, пытаясь отпихнуть Ромкины руки.
  - Ладно, не дергайся, - примирительно хмыкнул Ромка, ловко перехватив его, поднимая, чтобы тот не вляпался в собственную блевотину.
  На ногах Кир пока что держаться не мог, пытаясь замутненным от боли взглядом испепелить поддерживающего его противника.
  - Эх, Кирюшка-Кирюшка, - хмыкнул Роман, - с одного раза так и не запомнил, что нельзя расслабляться, если не знаешь потенциал противника? - ехидно подначил он, обозначив движение рукой в предполагаемом ударе.
  - Гни...да! - с чувством ответил Кир, пытаясь воспользоваться подсказкой и прикрыться, изобразив какое-то подобие блока. Но Рома, лишь продемонстрировав деморализованному сопернику, насколько тот сейчас уязвим, уже прекратил паясничать, и действительно теперь почти нежно поддерживал его в вертикальном положении. Если можно было так назвать состояние Кирилла, все еще согнутого пополам.
  - Может, скорую? - суетилась вокруг Аня, не зная, чем помочь.
  - Не надо! - на удивление дружно ответили парни.
  Одной рукой держась за ребра с правой стороны, второй Кир попытался утереть подбородок, испачкав рукав своей куртки.
  - Ты на машине? - уточнил Роман.
  - Нет, - мотнул головой неудачливый визитер.
  - Так и быть, вызову ему такси, - великодушно пообещал Ромка, нажимая кнопку вызова лифта. - Иди домой, Ань. Надеюсь, мальчик все понял.
  - Да по...пошел... ты, - вяло запротестовал Кирилл, пытаясь отпихнуть его и рискуя остаться без надежной опоры.
  Честно сказать, драться 'домашнему мальчику' приходилось не раз. Но как-то бог миловал. Всего однажды он нарвался на такой вот подлый прием, и ощущения были такие же незабываемые от коварного удара. Кириллу казалось, что он вообще никогда не испытывал ничего болезненнее. Ноги подогнулись, в глазах потемнело, и резкая, почти невыносимая боль все остальное просто вытеснила из сознания. Но самое поганое, что он не мог дышать, казалось, всего несколько секунд, а в состоянии шока прошло довольно много времени.
  - Куда ему на такси в таком виде?! - возмутилась Аня. - Помоги ко мне отвести. Пусть хоть отлежится. Я как раз куртку замою.
  - Аня! - закатил глаза Ромка. - Ну откуда в тебе столько сердобольности к сирым и убогим, а?
  - Заткнись! - взъелась Анька на соседа, подхватив Кирилла с другой стороны. - Не хочешь помочь, я сама отведу. Держись, Кирюш, - ободряюще погладила она молодого человека по спине.
  - Да не надо... меня... никуда... - с трудом произнес Кирилл, пытаясь упираться непослушными пока что ногами.
  - Правильно, давай его тут оставим, очухается и сам уйдет, - предложил Рома, но, наткнувшись на свирепый взгляд соседки, поспешил заверить: - Шучу! Кир, ты как?
  - Н-нормально, - процедил парень.
  - Сейчас полежишь немножко, и тогда пойдешь домой, ладно? - немного заискивающе, как неразумному ребенку, пояснила Аня.
  - А Оксана? - сглотнув, вцепился Кир в Анину руку, требуя ответа.
  - Ну вот, он опять за свое! - страдальчески поморщился Роман. - Замуж выходит твоя Оксана!
  - Так это... правда? - убито спросил Кирилл.
  - Да, - кивнула Анька, отводя глаза. Почему-то, несмотря на то, что этот поганец сам отказался от ее дочери, было сейчас неловко. Возможно, будь нынешний жених Ксюхи нормальной ориентации, она бы из женской солидарности и позлорадствовала, что экс-жениху дали отставку. Поздно спохватился!
  Но Анна понимала, что сейчас не может объективно и беспристрастно судить о том, кому из детей стоит посочувствовать. И нужен ли вообще был Оксане такой парень, который сам не знает, чего он хочет? Честно говоря, ей было даже несколько странно, что Кирилл не развернулся сразу и не ушел, услышав, что Ксюха выходит замуж.
  Не иначе задетое самолюбие парня требовало взять реванш и напоследок набить морду хотя бы кому-то, раз Артема не оказалось 'под рукой'.
  - Анна Андреевна, не надо меня к Вам домой. Я тут постою... посижу, - начал плавно оседать Кир, когда Рома с готовностью отпустил его.
  Правда, надо отдать должное соседу - упасть скандалисту не дал, снова перехватил, удержав. Но, скорее, не от избытка душевной доброты, а из-за того, что ахнувшая Анька сама пыталась удержать заваливающегося здоровяка.
  - Пошли уже, герой, - обреченно вздохнул Ромка, которому категорически не нравился весь этот цирк. Но он прекрасно отдавал себе отчет, что Анька ему точно не простит, если он сейчас проявит равнодушие к своей жертве и бросит соседку разбираться с возникшей проблемой один на один. Надо было все-таки сначала увести парня на улицу...
  С одной стороны, Кирилл ему самому ничего плохого не сделал. И Рома даже в какой-то степени понимал мотивы, заставившие экс-бой-френда Ксюхи подкарауливать девчонку. Он сам был таким же идиотом, поджидая Тёмку во время ссоры возле его универа и разыскивая по другим местам, где мог бы встретить своего парня, чтобы помириться. А с другой стороны, Роман не мог простить Киру, что именно из-за его метаний Оксанка искала утешения у своего 'ученика', с которым ее связывали не более чем соседские приятельские отношения и занятия английским языком.
  Если бы Кирилл сразу определился, что именно Оксана - свет в его окошке, то ничего бы не было - ни свадьбы, ни ребенка...
  Но последняя мысль заставила молодого мужчину вздрогнуть и машинально проверить, на месте ли лопатник с заветной 'фоткой' Тёмкиного детеныша.
  - От...вали, - досадуя на вынужденное унижение, заставлявшее его принимать помощь, прошипел Кирилл. - Сволочь...
  - А ты - скотина неблагодарная, - невозмутимо констатировал Роман. - И, между прочим, первый начал, - совсем по-детски (специально акцентируя внимание Ани, которая наверняка потом будет ругаться из-за драки) перевел он стрелки. - И вообще, большой вопрос - кто из нас сволочь. Сначала бросил девчонку, а теперь нагулялся, и мириться пришел?
  - Не твое дело, - буркнул Кирилл, у которого все еще не укладывалось в голове, что Оксана, его Ксюшенька, может выйти замуж за кого-то другого!
  
  ***
  
  От коварного удара, которого он просто-напросто не ожидал от этого мутного родственничка Артема, кажется, уже более-менее оклемался. Но дышать по-прежнему было трудно. Только теперь что-то больно давило в груди, будто он схлопотал не в печень, а в солнечное сплетение. Гнев на ушлого смазливого блондинчика, по-соседски подсуетившегося со своим предложением руки и сердца, обида на предательство Оксаны, так быстро позабывшей, что их многое связывало, захлестнувшая ревность собственника, не желавшего делить ни с кем свою девушку, которую так и не получилось забыть, желание во что бы то ни стало вернуть любовь Ксюхи себе, раздирали парня на части.
  Но в данный момент он не мог даже рьяно сопротивляться оказанию посильной помощи, чтобы не свалиться здесь, прямо перед дверью в квартиру, где живет Оксана (на радость глумящемуся над его состоянием соседу).
  Глупо было подставляться, и злость на оказавшегося более тренированным противника, на котором не сработал отточенный прием, никуда не делась, но здравомыслие подсказывало, что теперь действительно лучше немного хотя бы посидеть, прежде чем отправляться домой. И потом уже думать, как быть дальше. Как там говорят - 'обещал, еще не значит женился'. И вполне вероятно, что Артем окажется более сговорчивым (или менее удачливым в силовых методах внушения), чем его брат, сват или кем там ему Рома приходится. А, может, достаточно будет убедить Оксану, что она не будет ни с кем счастлива, кроме него, и дурацкую свадьбу своей любимой девушки с другим парнем еще можно расстроить.
  Главное, чтобы родители не лезли со своими советами, дескать, зачем тебе нужна чужая невеста? Хватит! Наслушался уже, дурак. Ксюха - не чужая. Она была его! А то, что было у нее с Артемом, придется как-то пережить. Кирилл пока еще не представлял как, но надеялся справиться с этим, главное, вернуть Ксюшку.
  Кир, конечно, здраво оценивал Артема, как нехилого соперника, но просто не мог поверить, что у Оксаны со своим соседом так же все серьезно, как было с ним.
  'А может быть, права была та Тёмкина подружка, которая пыталась предъявить Ксюхе какие-то обвинения, встретив их в кинотеатре? И Оксанка встречалась сразу с ними двумя, мороча головы обоим?' - похолодев, подумал молодой человек.
  Червячок сомнения, начавший грызть еще тогда, несколько месяцев назад, теперь грозил превратиться даже не в ужика, а в полнее себе огромного полоза, как в Сказах Бажова.
  При чем тут ассоциации с народным эпосом, Кириллу задумываться было некогда.
  Сейчас он стоял на таком же распутье, как и тогда, в самый первый день расставания с девушкой.
  С одной стороны присутствовал адреналиновый подъем и какая-то эйфория от обретенного чувства свободы и чувство удовлетворения, что он поступил жестко, по-мужски, поставив подругу 'на место'. А то сколько таких знакомых парочек - девчонке только дай волю, так сядет на шею и ножки свесит. И потом будешь всю жизнь в качестве ездового ишака себя ощущать.
  Но этот же сладкий дурман не позволил сразу заметить, почувствовать огромную сосущую пустоту, что образовалась в душе с исчезновением Оксаны из его жизни.
  Постоянно забывая о том, что они расстались, Кирилл хватался за мобильный, чтобы позвонить ей или проверить, нет ли пропущенных сообщений от любимой. Хотелось поделиться с Ксюшкой новостями, позвать куда-нибудь развлечься или просто побыть вдвоем. А уж как тяжело было справляться с потребностью заняться любовью именно с Оксаной, с которой уютная нежность сменялась сумасшедшей страстью и смелыми экспериментами в постели - и вообще невозможно облечь в словесную форму...
  Только проклятая гордость не позволяла самому себе признаться, что он тоскует, как волк, оставшийся без пары. Мужик же все-таки, а не тряпка! Переживет!
  Стараясь не думать, как и с кем проводит время Оксана, Кирилл и сам пытался отвлечься, понимая, что все познается в сравнении.
  Вот только сравнивать почему-то оказалось слишком трудно. Все те недостатки, которые умиляли в Ксюшке, в других девушках его просто раздражали. Поводы для споров и таких крохотных несерьезных ссор, после которых так сладко мириться, возникали сплошь и рядом, вот только не то что мириться, но и вообще продолжать общение почему-то больше не хотелось. Вроде и девочки были милы и симпатичны, и не глупые курицы, и вообще... Но не то. Все не то. Не было ощущения единения души и помыслов, не хотелось вместе с ними строить даже далекие пока планы на совместное будущее.
  Мать, переживала за него, ругалась, видя, как угасает родная кровиночка. Клялась, что в их семье не было однолюбов, и пусть он себе не придумывает ничего такого сверхъестественного на пустом месте. Дескать, нашел по кому убиваться! Куда торопиться-то? Гуляй, пока молодой. Такой видный парень - только свистни, и десяток невест набежит, можно будет смотрины устраивать.
  Одной вот уже устроила.
  Почему он тогда не пресек в зародыше материнские придирки к Оксанке? То ли хотел посмотреть, как она сама справится, то ли надеялся, что две любимые женщины просто 'притираются' друг к другу... Впрочем, какая теперь разница. В любом случае, не мать прямым текстом сказала, что нужно расстаться и проверить свои чувства...
  Кир подозревал, что и давнишняя подружка семьи, приведи он ее в дом с серьезными намерениями, мать не устроила бы в качестве невестки. Слишком сильно была у родительницы развита материнская ревность, считающая, что еще не родилась та женщина, которая достойна ее сына.
  Но жить с женой ему, а не родителям.
  Оксану заменить оказалось некем. Может быть, прошло недостаточно много времени? Но тогда почему чувства не угасали, а наоборот, становились сильнее, словно проступали новые грани, которые раньше он и вообще не учитывал, принимая как должное, комфортное общение со своей девушкой, считая, что у них так же, как и у остальных определившихся пар - обыденно.
  Оксанка не желала убираться не из головы, не из сердца. Тусовки с друзьями приносили лишь короткое забвение, и в то же время заставляли острее чувствовать свое одиночество среди толпы веселящихся приятелей.
  Пить с горя Кирилл не начал лишь потому, что считал это признаком слабости, недостойным настоящего мужчины. Только сегодня позволил себе немного, чтобы не отрываться от коллектива, празднующего прибавление в семействе у начальника отдела. О чем уже здорово пожалел, виня именно эти несчастные пару рюмок дорогого коньяка, затормозивших его реакцию, и заставивших опозориться перед потенциальной тещей.
  Надо было все-таки как следует закусывать халявное угощение, а не запивать соком.
  А заодно теперь можно было бы уехать на собственной машине, а не ужасаться мысленно поездке на общественном транспорте.
  Впрочем, это уже детали...
  
  В качестве лекарства от своего сердечного недуга, Кирилл попробовал даже просто переспать с какой-нибудь сговорчивой девушкой, не заморачиваясь долгими отношениями. Но, стыдно признаться, фокус сработал на чистой физиологии, подтвердив, что по мужской части все у него функционирует нормально.
  Только вот от такого секса - радости, что называется, ни уму, ни сердцу.
  Для чистоты эксперимента буквально пару недель назад он попробовал поддаться соблазну еще раз. Вернее, мысли об эксперименте пришли уже позже, внезапно навеянные горьким разочарованием, что ошибся, догнав так похожую со спины на Ксюшку совершенно незнакомую девицу, мелькнувшую среди толпы в торговом центре.
  Оба посмеялись неловкому моменту, и девушка даже согласилась на чашку кофе в том же супермаркете в качестве извинения за то, что напугал, 'налетев аки коршун'.
  С ней оказалось интересно. Кир невольно сравнивал ее с Оксаной и находил все больше соответствий своим запросам. Какие-то похожие жесты, располагающая улыбка и мягкий взгляд, в котором нет-нет, да проглядывали лукавые искорки - притягивали, заставляя забыть, что перед ним другая.
  Да и он не мог не почувствовать, что со стороны незнакомки возникла симпатия. И даже предложил девушке подвезти ее с покупками до дома на своей машине.
  Шапочное знакомство продолжилось за чашкой кофе уже на ее кухне в большой трехкомнатной квартире. Благо родители девушки удачно отсутствовали, укатив на отдых куда-то за океан - не то в Доминикану, не то в Панаму - он особо не вникал.
  Честно сказать, Кирилл и сам не понял, специально ли новая подружка опрокинула на него чашку с остатками кофе, чтобы был предлог остаться (не в мокрых же штанах идти домой). Или, в самом деле, неловко повернулась, потянувшись за печеньем к полке шкафчика, который располагался у него над головой. По крайней мере, он смог полюбоваться на приоткрывшуюся полоску голого живота с пирсингом в пупке, прежде чем поймал соблазнительницу за тонкую талию. Не дав ей рухнуть к себе на колени вслед за смахнутой со стола чашкой.
  В принципе, если это и был задуманный трюк, то проделала его девушка мастерски.
  А дальше уже как-то само собой получилось (а он и не верил, что так бывает), что оказались они в одной постели.
  И в чувство его привела звонкая пощечина, за которую он был ей даже благодарен.
  Неудовлетворенное сексуальное желание сразу сошло на нет. Зато появилось другое - вполне себе конкретное - немедленно найти Оксану, чтобы вернуть ее себе. Чтобы не прикрывать глаза, лаская красивых девчонок, и не шептать им на ухо заветное имя, заводясь и одновременно представляя на их месте свою единственную.
  А спустя десять минут после инцидента, усевшись в свою машину, Кирилл уже пробовал оттереть салфеткой мокрое холодное пятно от кофе на испорченных джинсах. Естественно, оно не оттерлось, но он даже был рад, что не согласился постирать штаны, как и предлагала виновница 'аварии', иначе точно пришлось бы оставаться на ночь, в ожидании, пока они просохнут. Все-таки на улице не май месяц.
  Положив руки на руль, Кирилл уронил буйную голову, досадуя на дурацкое происшествие, а потом неожиданно рассмеялся, вспомнив выражение лица девушки, пышущей праведным гневом, но все-таки растерявшейся, когда он поспешно ретировался.
  Как правильно воспитанный молодой человек, он нашел в себе мужество извиниться за досадное недоразумение, и, скорее всего, не был бы вытолкан за дверь оскорбленной хозяйкой, проявив хоть немного фантазии и экспромтом изобразив несчастного страдальца, которого кинула бывшая девушка, чье имя он так неосмотрительно произнес. Говорят, девчонки на такие трюки покупаются на раз.
  Вот только не было никакого желания говорить комплименты и шептать всякие располагающие нежные глупости другим, не Ксюше.
  Спонтанное желание немедленно увидеться с Оксаной было настолько ярким и беспощадным, что он едва вспомнил, что прежде все-таки надо заехать домой и переодеться.
  Уже подъехав к дому Оксаны, Кирилл сообразил, что следует хотя бы выяснить, дома ли она. Но ни на его звонки, ни на смс-ки Ксюшка почему-то не отвечала, заставляя терзаться в недоумении, почему?! Ни на одном форуме в соц.сетях не было ее свежих сообщений, способных прояснить, с кем она общается сейчас.
  Последующие дни после работы Кирилл посветил поискам, побывав везде, где они были когда-то вместе, или там, где она могла бы быть. Общие знакомые и подруги Ксюхи только пожимали плечами, дескать, понятия не имеем, где она сейчас тусуется...
  Потеряв сон и аппетит, накачивая себя энергетиками, он упорно не желал сдаваться.
  И вот уже третий день он планомерно поджидал Ксюшку именно там, где она непременно должна была появиться.
  И даже обрадовался, встретив Анну Андреевну. Мать Оксаны всегда к нему хорошо относилась. Он рассчитывал, что она не откажет ему в любезности 'сдать' дочку. Но жестоко ошибся...
  
  ***
  
  - Ром, прекрати, - попросила Аня, распахивая дверь в свою квартиру. - Давай, Кирюш, аккуратненько. Куртку помогу снять.
  - Я сам... ссспасибо, - неловко отвел он руку, чтобы стянуть испачканную одежду.
  - Больно, Кирилл? - участливо спросила Анна. - Может, все-таки скорую вызовем, пусть осмотрят?
  - Не надо. Пройдет... Уф... - попытался самостоятельно стянуть куртку парень, но получалось не слишком удачно.
  Глядя на его безуспешные попытки, Рома 'сжалился', сдернув с парня полуспущенную до рукавов куртку одним ловким движением.
  - Ёпт! - с чувством выругался Кир, снова складываясь пополам, - ссспасибо.
  - Обращайся, - покровительственно похлопал Ромка его по плечу, невольно заставив склониться еще ниже, и озабоченно обернулся к соседке. - Ну и как ты потом избавляться от трупа будешь? - кивнул он на жертву своих 'доходчивых объяснений'.
  - Тебя позову, - огрызнулась Аня, не заметив, как заледенел внимательный взгляд Романа, прикидывающего, пошутила женщина или всерьез уверена, что у него имеется некий опыт? - Прекрати ерничать, Ром. А то в следующий раз, как Тёмка домой уедет, не рассчитывай в моей квартире на кабинет психологической помощи.
  - Ты не сможешь мне отказать, Ань. У тебя сердце мягкое. Кстати, тебе вместо номера надо красный крест прибить, - указал он на цифры, прибитые на входной двери.
  - Я лучше табличку повешу: 'Не влезай - убьет!' Только вместо черепа твою фотографию вклею. И будешь у меня персона нон грата, - сердито пригрозила Анна.
  - Ладно, не кипятись, - миролюбиво ухмыльнулся Ромка, снова подхватывая под локоток выпрямившегося парня. - Куда сгружать-то?
  - Да отвали, - отпихнув его, привалился Кирилл к косяку. - Анна Андреевна, можно я тут на лавочке посижу? - кивнул он на низенькую скамеечку в прихожей.
  - Нет уж, ты иди, полежи хоть полчасика. Если все пройдет - поедешь домой, - покачала головой Ксюшкина мать.
  - Ань, так быстро, за полчасика, обычно не проходит, - просветил Рома.
  - Спасибо тебе, Ром, решил мою проблему, - досадливо буркнула Анна.
  - Мне остаться? - на всякий случай спросил мужчина.
  - Да не надо, - махнула соседка рукой. - Ты же не будешь больше буянить, Кирюш?
  - Не буду, - покраснел парень. - Извините мою настойчивость, Анна Андреевна. Я уйду...
  - Куда же ты денешься, конечно, уйдешь, - вставил Рома.
  - Я вернусь потом, - с вызовом обернулся к нему Кирилл. - Все равно Ксюху отыщу.
  - Еще огребешь, - мрачно пообещал Роман.
  - Кто знает, - неопределенно ответил Кир, не желая сдаваться.
  - Ну да, ну да, ты просто не рассчитывал, что будешь разговаривать не Аней, а со мной или с Тёмкой, - поддел мужчина.
  - К Артему у меня свои счеты. Ты-то чего лезешь? - недоуменно пожал плечами Кирилл.
  - Так! Все! - постановила Анна, не дав старшему соседу высказаться, какое ему до всего этого дело. - Ром, ты иди пока домой, что ли. Кирюш, пойдем, доведу тебя до постели.
  - Пипец! Егор не видит, - буркнул Ромка, всем своим видом выражая негативное отношение к ситуации.
  - Кстати о Егоре! - обрадовалась Аня, махнув ему рукой, чтобы помог Кириллу дойти до Ксюхиной кровати, одновременно доставая свой мобильник. - Клади прямо поверх покрывала. Сейчас плед найду.
  - Да не надо, что Вы со мной, как с тяжелобольным?! - запротестовал Кир.
  - Надо-надо. А то у меня сердце не на месте, - отмахнулась Анна. И уже в трубку:
  - Алло, Егор, добрый вечер! А ты скоро дома будешь?
  
  - Офигеть, повезло тебе, Кирюха, как в санатории отдохнешь, - хмыкнул Роман, заталкивая его в маленькую комнату и, пожалуй, слишком сильно вцепившись пальцами в предплечье парня, чтобы тот не вздумал расслабляться, помня о том, кто хозяин положения.
  Кирилл только неприязненно высвободился, тяжело рухнув на постель, манившую немного передохнуть. Прошло уже несколько минут после неудачного для него 'спарринга', а он все еще чувствовал себя разбитым не только морально. Живот был напряжен, и до правого бока даже осторожно дотрагиваться все еще было больно.
  - Ага! Отлично! - донесся приближающийся голос Анны, идущей за ними следом. - И чемоданчик свой захвати из машины, ладно?
  - ...
  - Да ничего пока что такого ужасного! По крайней мере, на вид... - покосилась Аня на Кирилла, все еще стесняющегося улечься, как ему предлагали. - Егор, а ты сможешь понять, есть ли повреждения печени?
  - ...
  - Нет, сознание не терял. И не такой уж бледный, - с некоторым сомнением отозвалась женщина, потому что сейчас из-за лихорадочного румянца на скулах Кирилла трудно было понять - 'здоровый' это цвет лица или кровь прилила к щекам парня от злости на неловкую ситуацию. - Только тошнило...
  - ...
  - Температуры вроде нет. Хорошо, сейчас пощупаем и померяем.
  - Ректально? - с интересом прислушиваясь к разговору, уточнил Рома, заставив парня вспыхнуть до корней волос.
  - Все, Ром, испарись! - погрозила соседка шутнику кулаком. - Тихо, тихо! Ложись, Кир. Он пошутил.
  И уже в трубку:
  - Это я не тебе, моя радость. Давай быстрее, я жду! Целую! - деловито попрощалась Аня со своим мужчиной, и снова обратилась с 'пациенту'. - Дотронуться можешь? Не больно? - заставила женщина Кирилла задрать свитер. - Не горячо вокруг? - постеснялась она сама потрогать обнажившийся правый бок молодого человека, впрочем, не столько из-за ложной скромности, запрещающей щупать чужого парня, сколько из опасения нечаянно причинить боль неосторожным движением - она же не врач. - Давай общую температуру померяем?
  - Не надо, Анна Андреевна, - страдальчески сморщился Кирилл, не зная, куда деваться от неловкости.
  Спасибо, что хоть этот чокнутый сосед убрался, перестав язвить и ехидничать, радуясь своему превосходству. А Оксанина мать и впрямь была встревожена, и ему было очень неудобно перед этой доброй, отзывчивой женщиной.
  - Хорошо, тогда отдыхай пока, - вздохнула Аня, понимая, что диагност из нее все равно никакой. - Егор Александрович будет с минуты на минуту, если в пробку не попадет на проспекте. Он - врач. Так что он тогда скажет, можно тебе уже идти домой, или как.
  Убедившись, что Кирилл все-таки улегся, прикрыв за собой дверь, Анька метнулась в туалет взять швабру, чтобы убрать последствия инцидента, но, выйдя в общий коридор, наткнулась на Рому.
  - Ты куда? - удивился сосед.
  - Убрать там все надо, возле лифтов.
  - Вот оклемается и сам все уберет, - бесцеремонно развернул Ромка ее в обратную сторону.
  - Ром, прекрати, - уперлась женщина. - Хорошо будет, если Кирилл сам домой пойдет, и не надо будет ему и впрямь такси вызывать.
  - Ань, ну вот скажи, нафига ты его вообще к себе притащила? Кто он тебе: сват, кум, брат? Он сейчас вообще уже ни с какого бока не касается вас и вашей семьи.
  - Во-первых, парень пришел к Оксане....
  - Бывший парень, - уточнил Роман.
  - Неважно. Я не знаю, что у них там на самом деле произошло...
  - Ну какая теперь разница?! - рассердился Рома. - Если бы Оксанка не была в интересном положении, я бы вообще не лез! Меня бы очень устроило, если бы они с Киром помирились, раз уж у них там какие-то чувства остались! Но теперь-то?
  - Ром, почему ты не допускаешь, что у других людей чувства могут быть не 'какие-то', а самые настоящие? - устало вздохнула Анька, смерив соседа тяжелым взглядом.
  - Да потому что!
  - Очень исчерпывающий ответ, - ехидно заметила она.
  - Ну так все-таки, зачем тебе лишний геморрой, Ань?
  - Не знаю! Как-то вдруг жалко его стало. А вдруг мой Димка тоже так нарвется, а его изобьют и бросят...
  - О, боже! Придумала! - закатил глаза Рома. - Ну что за хрень тебе в голову лезет? Я этого 'Ромео' не избивал, ясно?! Он с одного удара скопытился.
  - Угу, надо уметь так бить... - неодобрительно поджала губы Аня.
  - Ну, если он не умеет защищаться, значит, нечего было выпендриваться, - невозмутимо пожал плечами Ромка. - Должен был сообразить, что я не только в пейнтбол его уделать могу.
  - А Артем смог бы? - вдруг задалась вопросом Анна, испугавшись, что если Кирилл не угомониться, то может сцепиться и с Тёмкой.
  - Думаю, да, - утвердительно кивнул сосед. - Не парься, Ань. Сами разберемся.
  - Не нравится мне все это.
  - Я тоже не в восторге, - честно признался Рома. - Ну да ладно. Иди домой, Анют. Все нормально.
  - А убраться?
  - Я уже уборщицу отловил, благо она практически целыми днями в подсобке у нашего дворника отирается, - хмыкнул Ромка.
  - Блин, неудобно как-то... она только вчера у нас на этаже убиралась.
  - Я за беспокойство ей пару сотен сунул.
  - Ну ладно, - вздохнула Аня. - Тогда я пошла ужин готовить. Мои мужчины скоро домой заявятся.
  - Везет им, - улыбнулся Роман. - Слушай, а, может, ты и нас с Тёмкой на довольствие поставишь?
  - В смысле? - округлились глаза у соседки. - С какой стати? Хотя, Артема, как будущего зятя...
  - А меня? По-соседски? - склонив голову, прищурился Роман, неприятно задетый тем, что Аня его демонстративно проигнорировала.
  - А от тебя у меня почему-то больше неприятностей, чем пользы, - снова тяжело вздохнув, утешающее погладила она его по плечу, - зачем тебя еще и прикармливать?
  - А просто так, как ты любишь, из чувства сострадания и природной женской жалости? - не сдавался Ромка.
  - К сирым и убогим? - съехидничала Анна. - Хотя, в каком-то смысле, тебя можно отнести к убогим...
  - Ну, спасибо тебе, добрая женщина! - обиделся сосед. - Не ожидал...
  - Ладно, Ром, не огорчайся, - рассмеялась Аня. - Я просто боюсь, что моего скромного бюджета не хватит прокормить вас обоих. Не у Егора же просить.
  - Ни у кого ничего просить не надо! Продовольственное обеспечение - за мной. С тебя только готовка. А то как-то заманался я уже целыми днями, как Золушка, у плиты торчать...
  - Отлично придумал! - фыркнула Аня. - А я просто в восторге от своей участи, да? Еще скажи, такая моя тяжкая женская доля.
  - Верно, - нехотя согласился Рома. - В этом смысле я очень даже тебя понимаю. И у меня появилось встречное предложение, Ань. Во-первых, как только Ксюху выписывают, она переезжает к нам и...
  - Погоди торопить события, - осадила Анна. - С чего ты взял, что Оксана согласится? Ей и дома неплохо живется. Зачем ей куда-то переезжать?
  - Я знаю, зачем. И это я беру на себя! - беспечно отозвался мужчина. - И вот тогда...
  - Она вам будет готовить? - скептически выгнула бровь соседка, снова перебивая.
  - Да нет же! Хотя, Ксюшка неплохо готовит... - задумался Рома.
  - Ты со своими махинациями-комбинациями совсем сбрендил! Я не знаю, как дочь теперь доучиваться будет. А ты еще хочешь на нее приготовление еды свалить? - завелась Анька.
  - Ань, ну вот чего ты сразу взъелась-то? Дай сказать!
  - Ну, говори! - заранее нахмурилась Анна.
  - Так! - сосредоточенно потер Роман лоб, и вдруг расплылся в обезоруживающей улыбке:
  - Я придумал!
  - Осенило? - желчно осведомилась соседка.
  - Как обычно, - согласно кивнул мужчина. - Предлагаю готовить по очереди и ходить друг к другу в гости.
  - Хм...
  - Соглашайся, Ань. График сделаем гибким, можно заранее договариваться, у кого будет свободное время или настроение. Давай хотя бы попробуем?
  - Очень сомнительно мне Ваше заманчивое предложение, Роман Сергеевич, - медленно произнесла Аня, не видя явного подвоха. Просто сама по себе идея казалась несколько странной.
  - Ты не пожалеешь! - с воодушевлением подхватил Роман. - И в качестве акта доброй воли, завтра будет моя очередь, хорошо?
  - А сегодня?
  - Ну... если хочешь, можно и сегодня, - слегка сник агитатор. - Но предупреждаю сразу, сегодня готовит Артем.
  - Ладно, сегодня не хочу, - смилостивилась Аня. - И ничего пока не обещаю. Я этот странный момент еще с Пановым обсужу.
  - Ну вот, - хмыкнул Роман. - У вас с Егором уже есть общие темы для семейных обсуждений, а ты все сомневаешься, что он тебя замуж позовет.
  - Звал уже...
  - Да ну?! А ты? - встрепенулся сосед.
  - А я выпросила отсрочку 'на подумать', - опустила голову Аня, словно провинившаяся девочка.
  - На сколько?
  - На неопределенный срок. Как буду готова, сама скажу...
  - Н-да... - сделав вывод, укоризненно покачал головой Роман. - Сочувствую.
  - Кому?
  - Егору, конечно, - расхохотался Ромка. - Ладно, иди уже, готовь свой ужин. А! - спохватился Тёмкин партнер, - если этот деятель там снова буянить начнет, звони.
  - Угу. В стенку постучу, - улыбнулась Аня. - Пока, Ром.
  - Пока...
  
  Заглянув в комнату, и убедившись, что Кирилл смирно лежит, подтянув к животу ноги, она тихо прикрыла дверь. Егор должен прийти с минуты на минуту. Так что пора заняться ужином, только сначала следует замыть рукав куртки парня, пострадавшего от произвола их соседа. Аню злила и расстраивала вся эта ситуация. Но, с другой стороны, Кирилл действительно нарвался сам, попытавшись разбить лицо Роману. Скорее всего, если бы Ромка не увернулся, пришлось бы ему обращаться в травмпункт со сломанным носом или челюстью.
  Услышав, что открывается входная дверь, Аня бросилась в прихожую, но оказалось, что это заявился сын.
  - У нас что, гости? - удивился Димка, кивнув на чужую куртку в коридорчике.
  - Ну... как бы да, - вздохнула Аня, чмокнув склонившееся дитятко в щеку. - Кирилл.
  - Ды ладно?! - не поверил пацан, разуваясь и снимая верхнюю одежду. - Чего это он приперся?
  - Дим, давай потом, - махнула рукой Анна, собираясь вернуться на кухню. - Он у вас в комнате лежит.
  - Лежит???
  - Ну... - замялась мать. - Они немножко с Ромой поговорили... в общем, давай пока ты от расспросов воздержишься, ладно?
  - Ха! Разговор, видимо, не задался?
  - Дима! - укоризненно покачала головой Анна.
  - Не, а что он теперь-то пришел? - злорадно ухмыльнулся Ксюшкин брат, прекрасно помня, как убивалась сестренка из-за расставания со своим парнем все это время. - Ксюхи-то все равно нет.
  - Дим, - спохватилась Аня, понизив голос до шепота, - не вздумай сказать, что она в больнице. Оксане сейчас противопоказано нервничать. Просто не знаешь где, и все, если спросит.
  - А как же насчет того, что врать нехорошо? - хитро прищурился пацан.
  - Слышал когда-нибудь выражение 'ложь во спасение'?
  - Кого спасаем-то? - хмыкнул сообразительный Дима.
  - Не знаю! - досадливо сморщилась мать. - Может, обоих...
  - Ладно, уговорила, - кивнул мальчишка, направляясь в свою комнату.
  - Может, ты пока на кухне побудешь или у меня?
  - Еще чего, - отказался Димка, сгорая от любопытства, - я хочу своими глазами это увидеть.
  - Сын, как тебе не стыдно?! - возмутилась Анна.
  - А мне-то чего стыдиться? - удивился Димка. - Я и сам хотел ему вмазать. Да только, боюсь, я бы тогда 'отдыхать' отправился.
  - Я тебе вмажу! - погрозила пальцем Анна. - Когда не знаешь доподлинно кто прав, кто виноват в ссоре, лучше не лезь. А то потом помирятся, а ты крайним окажешься. Следует только честь семьи защищать, а в чужие распри лезть нечего.
  - Ну началось, - закатил глаза сын, направляясь в свою комнату и демонстративно выражая свое отношение к поучениям. - Тем более, теперь-то вряд ли помирятся...
  Анна двинулась было за ним, но тут пришел Егор. Она снова метнулась в прихожую встречать любимого мужчину, уповая на то, что уж Панов-то точно сможет определить, есть ли какие-то серьезные внутренние повреждения, или Кир отделался легким ушибом и уязвленным самолюбием.
  
  Выгнав успевшего перекинуться с бывшим другом Оксаны несколькими фразами Димку из комнаты и осмотрев неожиданного пациента, Егор ничего ужасного в состоянии Кирилла, к счастью, не нашел. В принципе, слегка напрягшись после звонка переполошившейся Ани, он и так был уверен, что Рома не идиот, и не стал бы калечить парня.
  Однако Панов посоветовал Кириллу отлежаться, соорудив для него холодный компресс и пообещав, что ближе к ночи сам отвезет его домой. Отпускать парня, все еще чувствующего слабость, Егор не решился.
  
  ***
  
  Отужинав, Димка снова ушел к себе в комнату. Надо было доделывать уроки.
  Оставленная включенной настольная лампа, выхватывала из темноты только часть помещения.
  Покосившись на уснувшего в обнимку с медвежонком Кира, Оксанин брат понимающе усмехнулся. Избавляясь от вещей, которые сестре напоминали о Кирилле, с этой мягкой игрушкой расстаться она так и не смогла. Но он только сейчас вспомнил, что Ксюха вот так же, обняв этого плюшевого медведя, засыпала перед монитором работающего ноута, во время просмотра своих бесконечных сериалов, выдающих то, что у нее очередной период депрессии.
  Отнимать у казавшегося умиротворенным парня игрушку Дима не стал. Достав смартфон, он выставил ночной режим съемки, чтобы вспышка не разбудила Кирилла, и с каким-то мрачным удовлетворением, сделал пару кадров компромата, еще не слишком хорошо представляя себе, кому их можно будет показать. Но почему-то был уверен, что Ксюхе было бы отрадно знать, что ее бывший парень, несмотря на то, что уже давно не ребенок, сентиментально подгреб к себе именно этого медведя, наверное представляя себе, как Оксанка тискала понравившийся его подарок.
  Убрав телефон, Димка уселся доделывать уроки, но тут обнаружилось, что тетрадь по физике куда-то запропастилась.
  Он точно помнил, что вытряхивал все из рюкзака на Ксюхину кровать, придя из школы, и тетрадь ему попадалась.
  И только перед тем, как пойти гулять, чтобы не получить нагоняй от матери, он быстренько сгреб всю кучу и разложил ровной стопочкой на письменном столе.
  Пять раз переложив учебники и тетради с места на место, Дима сообразил, что она просто могла свалиться с кровати, не слишком плотно придвинутой к стене, скользнув в эту щель.
  Перелезать через спящего Кирилла, чтобы проверить свою догадку, он не решился. Тяжело вздохнув, пацан снова достал телефон, и подсвечивая им, будто фонариком, полез под кровать.
  Из находок у него оказалось: три носка (чистые Оксанкины и один его, грязный), пустой пакет из-под семечек, которые мать не разрешала грызть в комнате, какая-то фотка, и наконец-то вожделенная тетрадь по физике. Кроме тетрадки, за кровать, оказывается, свалился и учебник по МХК. Скорее всего, он бы его и не спохватился еще ближайшие три дня.
  Как он ни старался производить свои поиски бесшумно, видимо, шебуршание все-таки разбудило Кирилла.
  - Димон, ты чего там шаришься? - хрипло спросонья, спросил удивленный парень.
  - Тетрадь ищу, - буркнул Анин сын, выгребая все 'сокровища', поднимаясь и отряхиваясь.
  - Оригинально, - хмыкнул Кирилл, тоже осторожно поднимаясь, чтобы сесть.
  С сожалением выпустив из рук мягкую игрушку, хранящую едва уловимый запах его Ксюши, и кряхтя, как старый дед, мающийся ревматизмом, молодой человек сел, опустив ноги на пол. Не сказать, что его самочувствие улучшилось кардинально. В данный момент хотелось поскорее очутиться дома, чтобы по человечески вытянуться на своей кровати и выспаться, прежде чем снова предпринимать попытки поиска Оксаны. О том, чтобы немедленно идти требовать сатисфакции с соседских парней, пока не было и речи.
  Машинально наблюдая за тем, как Ксюхин братец заталкивает носки обратно (только теперь свой - под собственную кровать), Кирилл взял в руку найденную фотку и буквально завис, впившись взглядом в изображенную на ней счастливую парочку вобнимку.
  - Что там? - заглянул Димка и удивленно перевел взгляд на застывшего над снимком Кирилла. - Что ты так уставился-то, это ж вы с Ксюхой? Не узнаешь?
  - Узнаю, - глухо ответил Кир, поднимаясь. - Дим, я заберу ее.
  - Зачем?
  - У меня нет такой.
  - Ну... - задумался Дима, вспомнив, как сестра избавлялась от немногочисленных напечатанных фоток и открыток (наверное, именно в тот день одна нечаянно скользнула за кровать и 'выжила' во время уничтожения), - да забирай! - разрешил он.
  Впрочем, Кириллу и не требовалось разрешения. Он в любом случае не хотел расставаться с этой фоткой, неожиданно испытав новый приступ ностальгии по тому счастливому времени, когда они с Оксаной были вместе.
  - Загостился я у вас, - слегка сконфужено покосился гость на примятое покрывало. - Дим, ты точно не знаешь, где сейчас Ксюха? - испытующе пристально взглянул он на мальчишку.
  - Не знаю! Разбирайтесь сами, - буркнул пацан, отводя глаза.
  - Врешь ведь, - обвиняюще припечатал Кирилл. - Какого фига, Димон? Я люблю твою сестру!
  - Много вас таких 'любителей', - огрызнулся Дима. - А ей потом отдуваться.
  - Ты о чем? - насторожился Кир.
  - Ни о чем! - швырнул Димка найденную тетрадь на письменный стол и вылетел из комнаты, хлопнув дверью.
  Кирилл, как мог, расправил покрывало, сложил выделенный ему сердобольной Анной Андреевной плед и тоже поплелся восвояси. Действительно пора было уже и честь знать.
  
  - Как ты, Кирюш? - из большой комнаты вышла в прихожую Ксюхина мать.
  - Нормально уже. Спасибо, Анна Андреевна, что приютили. Извините меня, пожалуйста, за то, что доставил Вам столько беспокойства.
  - Да ладно, - махнула она рукой. - Не ищи Оксану, Кирилл.
  - Не могу. Она нужна мне, - упрямо насупился парень.
  - Пойдем-ка, я тебя провожу до дома, - появился за спиной Анны Егор Александрович.
  - Да не надо, - покачал головой Кирилл, с трудом втиснувшись в ботинки и натянув подсохшую куртку, на которой не осталось и следа от неприятного происшествия. - У меня есть деньги, я такси возьму.
  - И все-таки я тебя провожу, - чмокнув в щеку расстроенную женщину, решительно засобирался Панов.
  
  ***
  
  Садясь в машину Егора, оба мужчины хранили угрюмое молчание. Сейчас перед Пановым стояла мучительная дилемма - стоит ли объяснять страдающему парню, почему Ксюха выходит замуж или нет. Насколько он понял, о том, что Оксана ждет ребенка, Киру никто так и не сказал. Но имеет ли он право вмешиваться, если ни Аня, ни Рома (который, кажется, вообще, был самой заинтересованной стороной в данном вопросе) этого не сделали?
  С одной стороны, Егор очень сочувствовал парню. Кирилл еще при первой встрече произвел на него благоприятное впечатление. А с другой - здорово раздражал своими не ко времени проснувшимися чувствами. Вдобавок - теперь уже ничего нельзя изменить. Да и ситуация в Аниной семье только-только стабилизировалась, и по многим вопросам удалось прийти к какому-то консенсусу. Но ведь еще столько же проблем пока оставались не разрешенными. И запутывать все происходящее еще хуже, усугубляя положение, Панов так и не решился. Лишь на прощание, крепко пожав руку проигравшему схватку с Ромкой парню руку, Егор обронил:
  - Кирилл, послушай доброго совета, оставь Оксану в покое. И не связывайся с Романом.
  - Почему? При чем тут сосед? - машинально спросил тот.
  - Он слишком свято охраняет интересы Артема... - несколько обтекаемо ответил Егор Александрович.
  Развернувшись, Панов сел в машину, оставив Кира размышлять над его предупреждением в одиночестве.
  Егору хотелось поскорее вернуться домой, где с некоторых пор его с нетерпением ждали, и даже перестали предлагать 'гостевые' тапки, разрешив принести свои.
  Он тогда еще посмеялся, дескать, а почему Аня не преподнесла их в подарок? На что любимая женщина, слегка смутившись, ответила, мол, плохая примета самой покупать приходящему мужчине тапки - уйдет.
  Егор даже не позволил себе рассмеяться нелепому предположению, раз для Ани было важно, чтобы он не уходил.
  А теперь ему требовалось успокоить переживающую за детей Анну. Она уже высказала ему насчет своих сомнений, дескать, что же они все творят? Может, не стоило бы вообще вмешиваться? Ксюшка же до сих пор неравнодушна к Кириллу!
  Егор понимал, что материнское сердце кровью обливается за дочь. Понятно, что Ане хочется счастья для Ксюхи. И она чувствует, что с Артемом девчонке женское счастье не светит. Максимум, на что можно рассчитывать, так на достойное обеспечение Оксаны и ребенка, причем, в ближайшее время - за счет Романа.
  Но им, наверное, все-таки не стоит встревать. Пусть самцы между собой разбираются: одному нужна женщина, другому - наследник.
  Оксана сейчас не в том положении, чтобы поддаваться сиюминутным эмоциям, покупаясь на пылкие заверения бывшего милого друга. Пусть все идет так, как идет...
  
  ***
  
  Возвращалась Оксана из больницы не домой, а сразу в квартиру к соседям.
  Каким образом Роману, уже успевшему слегка изменить интерьер маленькой комнаты, куда надлежало переселиться Ксюхе, удалось уговорить всех, Аня долго пыталась понять. Но ведь не только дочь, но и сама она купилась на жаркие заверения соседа, дескать, это только для того, чтобы у Оксаны была возможность полноценного отдыха и просто свое личное помещение, где Димка не мешал бы сестре.
  Увидев, что достаточно аскетическое убранство комнаты, вполне устраивающее обоих парней, обзавелось обоями, покрывалом на диване и шторами в светло-розовой цветовой гамме с веселенькими цветочками, Анна сначала впала в ступор, а потом долго не могла отсмеяться, прежде чем выдала:
  - Ксюха здесь жить не будет!
  - Почему? - озадачился Рома.
  - Лучше бы ты вернул все, как было, Ром. Честное слово. Не обольщайся, что у нас в детской до сих пор светло-голубые обои с медвежатами на бордюрной ленте. Просто так и не дошли руки переклеить. Ксюха терпеть не может стиль 'барби'. Чья идея-то? - обернулась она к хозяевам квартиры.
  Парни многозначительно переглянулись, но сдавать друг друга не стали.
  
  Два дня у соседей работала целая бригада отделочников (видимо, с работы Романа Сергеевича), и на третий мальчики снова пригласили ее в гости.
  - Мне нравится, - обведя глазами вновь преобразившееся помещение, удовлетворенно кивнула головой Аня, давя в себе чувство необъяснимой зависти. - Но решать Оксане. Если что, я могу переселиться к вам, - пошутила женщина, любуясь салатно-бежевыми тонами, преобладающими теперь.
  Натуральные материалы: дерево, лен, хлопок, бамбук удачно сочетались в интерьере не слишком большого помещения, на удивление грамотно разграничивая зону отдыха и 'офисную' часть с компьютерным столом, где Оксане предстояло сидеть над своими учебниками. Но самое главное, что парни подумали и о том, что со временем здесь можно будет разместить детскую кроватку и столик для пеленания малыша. Пока что на этом месте стояли два удобных кресла.
  Артем только улыбнулся, а Ромка ощутимо напрягся.
  И дальше Анна шутить, обостряя момент, не стала.
  Пожалуй, для старшего соседа и так было нелегко пойти на подобный шаг. Отчего он поступился своими интересами, намеренно ухудшив собственное положение - тут существовало множество предположений, имевших право на существование. Может быть, чтобы у Тёмки не было возможности ночевать отдельно, может для того, чтобы она заткнулась и перестала ворчать о том, что мечтала о собственном закутке личного пространства для каждого из своей семьи. Или чтобы легче контролировать девушку, вынашивающую желанного для него ребенка. А, может из-за Кирилла. Чтобы у парня не оставалось никаких иллюзий насчет того, что он сможет снова добиться Оксаны...
  Аня несколько раз задавалась вопросом, почему вообще Роман Сергеевич поселился в их доме (пусть и кирпичном, с 6-ти метровой лоджией и 8-ми метровой кухней) или не купил себе стандартную 'трешку' вместо 'двушки'. Время от времени на стенде у подъезда дома появлялись предложения варианты о купле-продаже разных квартир. Ведь, наверное, мог себе позволить какую-нибудь современную квартиру-студию, или что-то более престижное?
  А у них - тихий спальный район. Вернее, раньше-то эта местность считалась 'рабочим поселком' в окружении множества ныне не работающих предприятий. Никаких особых развлечений поблизости. Но, может быть, именно это и привлекало соседа? Нет возможности нарваться на кого-либо из нежелательных знакомых. Живут себе два 'родственника' в одной квартире, не замеченные ни в чем предосудительном...
  А поначалу-то и вообще жил один. Много ли холостому мужчине, редко появляющемуся дома, нужно места?
  Хотя Ромка как-то упоминал, что одно время было плоховато с деньгами на личном счете, и слишком напрягали нравоучения родителей, в квартире с которыми (по их настоянию) был до сих пор прописан. Вот, наверное, и 'сбежал' из-под опеки предков, вложив средства во вторичное жилье. Скорее всего, отец запретил ему манипулировать со счетами фирмы, пустив все 'белые' и 'серые' средства в дело. И, судя по всему, это было верным решением. Потому что, несмотря на не слишком стабильное положение в стране, их оборот теперь приносил строительному предприятию устойчивый доход.
  Почему Рома сейчас, вместо того, чтобы форсировать покупку более просторного жилья не идет на этот шаг, тоже можно было предположить, хоть и не наверняка. Скорее всего, он надеялся когда-нибудь достроить свой загородный коттедж, отданный ему отцом на условиях, что он будет доделывать его на собственные средства, а это немалые затраты.
  К тому же Артему еще предстояла армия, так что хоть на год, но Ромка снова останется один. Ну а в данный момент парни жили в свое удовольствие, не отказываясь от недешевых увлечений экстремальными видами спорта.
  И еще Аню почему-то пугала мысль, что соседи, из-за которых она хлебнула лиха, съедут. Ее сейчас вполне устраивало такое положение, что дочь и будущий внук или внучка будет жить рядом, но не в одной с нею квартире. И она сможет помогать по мере сил, не мотаясь куда-то через полгорода.
  Да и вообще сам переезд, как говорят, равняется двум пожарам. А взвинченным нервам виновников перемен и так забот хватает.
  
  ***
  
  Первый день после выписки Оксанки Роману дался нелегко. Все было нормально до того момента, пока чуть не потерявшая дар речи от восторга увиденных преобразований в соседской квартире Ксюха не сходила домой, и не вернулась, захватив необходимые на первое время личные вещи. Ее учебники, ноут, кое-какое барахлишко и даже косметику ребята уже успели перетащить к себе.
  Забрав со своей постели плюшевого медвежонка, Оксана пришла в новый дом, пообещала выйти к ужину, но уселась на своем новом, очень удобном диване, и вдруг неожиданно разрыдалась, обнимая игрушку.
  Почувствовавший неладное Рома заглянул к постоялице, и даже растерялся, не зная, как успокоить расплакавшуюся девушку, на которую снова накатило осознание глубины задницы, в которой она оказалась.
  Самостоятельные попытки привести ее в чувство ни к чему не привели, и Артем, который вообще просто бестолково ошивался вокруг горестной композиции - Ромы и Оксаны, тихо рыдающей у него в объятиях, решил позвать Аню.
  
  Что-то в таком духе Анька и подозревала, удивляясь, как дочь вообще согласилась на подобную авантюру с переселением. Но тут же собралась и отправилась к соседям, застав безрадостную картину - Рома сидел рядом с Оксанкой, мужественно терпя ее нытье. Артем не рисковал лишний раз своим присутствием раздражать невесту. Он уже совался было с утешением и поддержкой, но, поняв, что от его участия ей становится только хуже, окончательно ретировался. И теперь лишь отстраненно наблюдал, стоя в дверях, готовый сбегать за водой или еще за чем-нибудь, типа успокоительного. Только бы не видеть этой истерики на пустом месте. Ему точно так же, как и Ксюхе, было паршиво. Не конкретно от чего-то, а из-за неясного будущего, которое их ожидало. Вот только мальчикам не к лицу лить слезы.
  
  Тёмка посторонился, пропуская Аню в комнату.
  Соседка села рядом с дочерью:
  - Радость моя, ну что теперь-то стряслось? - протянула она девушке руку, в которую та вцепилась, будто тонущий в соломинку.
  Следующие несколько минут, горько всхлипывая, Оксанка обстоятельно перечисляла все свои проблемы, не замечая, как с каждым произнесенным ею словом все тяжелее делается окружающим ее людям.
  - Оксана, не смей думать, что все настолько ужасно, и ваш ребенок никому не нужен! - вдруг строго оборвала ее мать. - Кроха чувствует все эмоции. Особенно твои. Что ты творишь? Все уже случилось. Теперь ты себе не принадлежишь. Это не навсегда. Я понимаю, как тебе тяжело. Но во время беременности у подавляющего большинства женщин многое меняется, причем не только физически, - кивнула она на обозначившийся животик, - но и эмоционально. Происходит серьезная гормональная перестройка организма. На этом фоне и возникают перепады настроения - и периоды эйфории сменяются периодами глубокой грусти и депрессии... Держись, родная моя. Многие через подобное проходят. Это не смертельно. Только не раскисай. Ты не одна.
  Ксюха вдруг высвободилась из объятий мужчины и прижалась к матери, ища утешения. Жаль, нельзя было свои горести соотнести теперь с теми, которые казались актуальными в далеком детстве.
  Неожиданно такое демонстративное предпочтение сорвало какой-то стопор и у Ани, которой также нелегко было мириться с тем, что происходило. Обнявшись, теперь всхлипывали обе.
  - Ну, началось, - закатил Ромка глаза, проклиная свою дурацкую затею с новосельем.
  Все-таки и у него сердце не каменное. И, несмотря на раздражение, этот пассаж, устроенный обеими соседками, отчего-то цеплял за душу, заставляя сочувствовать им в большей степени, чем самому себе. - Девчонки, давайте-ка я лучше сказку почитаю?
  Артем молча ушел в другую комнату, и, рухнув ничком на диван, закрыл глаза... Что же они наделали?
  Видя, что женщины не слишком воодушевились его предложением, Рома все-таки достал с полки привезенный от родителей сборник сказок Пушкина (так как нарыл информацию, что детям даже в материнской утробе уже можно, и даже нужно читать сказки), и уселся обратно, стараясь сохранить невозмутимость.
  При первых же строках, произнесенных с интонацией настоящего чтеца, обе удивленно уставились на Романа, и Оксанка наконец-то выпустила Анину руку, устраиваясь поудобнее на боку и трогательно прижимая к себе плюшевого медвежонка. После тихой истерики Ксюхе почему-то уже не хотелось ужинать, а вот дрема одолевала обессиливший эмоционально организм.
  Аня поцеловала дочь в щеку, тихо поднялась и пошла в ванную умывать заплаканное лицо. Не хотелось расстраивать любимого мужчину, беспокоившегося за нее. Вряд ли Егор уже дома. Он предупредил, что будет поздно, потому что надо заехать к матери.
  Но главное, что этой ночью он будет рядом...
  
  Прежде чем вернуться к себе, Аня заглянула в комнату к Тёмке.
  Острая жалость к парню, чувствующему себя виноватым кругом, не дала спокойно уйти, проявив черствость.
  Пройдя в комнату, она присела рядом, погладила лежавшего юношу по коротко стриженому затылку:
  - Хочешь, я тебе тоже сказку расскажу?
  - Шутишь? - глубоко вздохнул Артем (вместо того, чтобы отодвинуться к стене, освобождая место), машинально двигаясь ближе, чтобы оказаться под защитной теплотой ее ауры, ласковых прикосновений и чувствуя, что почти прощен... опять незаслуженно, не понимая, за что ему эта милость. - Не надо, перебьюсь. Ань, ты меня до сих пор ненавидишь? - рискнул он все-таки взглянуть ей в лицо, мучительно ища ответа.
  - Бог с тобой... - нашла в себе силы улыбнуться Анна. - Ты - отец моего будущего внука.
  - Тем более, классика жанра - непростые отношения тещи и зятя...
  - Отношения строятся людьми, Тёма. И мне тяжело мириться со всей этой ситуацией, и ты невольно остаешься раздражителем. Но... - замолчала она, так и не сказав, что не позволяет его ненавидеть. - Все будет хорошо, Тём, давай верить вместе, что ли...
  Артем судорожно вздохнул:
  - Спасибо... Значит, и для Ромки... так же? - ляпнул он мысль вслух.
  - Как?
  - Как и тебе - на грани?
  - Роман уже свой выбор сделал, разве не очевидно?
  - Не уверен.
  - Не накручивай себя, солнце мое. И так проблем хватает.
  Артем только скептически скривился.
  Аня поняла, что здесь она вряд ли уже чем-то поможет. Тихо поднялась, заглянула в комнату к дочери.
  Ксюха уже спала, заботливо укрытая пушистым пледом в розовато-белый нежный цветочек (единственное, что осталось от предыдущего варианта интерьера обновленной комнаты). Рома сидел над раскрытой книгой с яркими иллюстрациями, уставившись в пространство отсутствующим взглядом.
  Мужчина медленно повернул голову на звук ее шагов. Аня молча поманила его пальцем, предлагая выйти из комнаты. Сосед аккуратно поднялся, чтобы не потревожить спящую девушку, отложил книгу и подошел.
  - Ром, я ушла, ты - за главного, - тихо шепнула она. - И, кстати, Артем тоже нуждается в твоем утешении, - поделилась Анна своими наблюдениями.
  - Я... сейчас... еще немного, и возьму себя в руки, - клятвенно пообещал Ромка.
  - Давай, Ром. Мужайся... - удовлетворенно кивнула соседка, направляясь в прихожую.
  
  ***
  
  Как бы ни было замечательно в клинике у Егора, где Анину дочь продержали ровно две недели, но в районной женской консультации все-таки тоже следовало встать на учет.
  Идти туда одной Оксане очень не хотелось. Но и сопровождающих днем не нашлось. Не отпрашиваться же маме с работы ради такого случая.
  Собиралась она долго и неохотно. И в результате оправилась, только когда до окончания приема оставалось часа полтора.
  Но обиднее всего, что беременных (причем уже не 'немножко', а как положено с огромными животами) собралось достаточно. Так что рассчитывать на прием 'через одного' не приходилось.
  Заняв очередь, Оксана совсем заскучала. Взглянув на время, и отметив, что у Тёмки должны были уже закончиться занятия, набрала его номер.
  Артем посочувствовал ее проблеме, и предложил оказать моральную поддержку. Благо был на мотоцикле, и зависание в 'пробках' по дороге из универа ему не грозило.
  Ксюха оказалась рада и такому. Договорившись с парнем, где он ее сможет найти, она снова отправилась в холл ожидать своей очереди.
  За время ее отсутствия практически ничего не изменилось. По крайней мере, в тот кабинет, в котором принимал ее участковый гинеколог, больше пока еще никто не вошел.
  От нечего делать, Оксанка поизучала висевшие на стенах плакаты, взвесилась на напольных весах, стоявших в уголочке рядом с пальмой. Подивилась, что они показывают практически тот же вес, что и домашние, и снова уселась скучать...
  
  Артем понял, что он здорово погорячился, когда, смело взбежав по лестнице на третий этаж, где располагалось крыло женской консультации, распахнул дверь.
  Он, конечно, примерно предполагал, что здесь могут быть женщины. Но столько за один раз?! Причем большинство были в весьма интересном положении.
  К сожалению, Ксюхи среди сидевших в длинном узком коридоре прямо за дверью не наблюдалось. Видимо, она была в холле, чуть дальше.
  Но все эти тетки от мала до велика сразу же перестали читать, болтать, скучающе медитировать, и заинтересованно уставились на него.
  Тёмке показалось, что ноги приросли к полу, и перестало хватать воздуха.
  В этот момент он отчаянно завидовал Роману, который наверняка бы с независимым видом продефилировал в нужном ему направлении, не обращая внимания на повышенное любопытство дамочек.
  Запросто приезжая навещать Оксану в клинику, где она лежала в одноместной палате, здесь Артем к таким испытаниям оказался не готов.
  Ему казалось, что все они на него глядят и ухмыляются ехидно и презрительно, словно видя его насквозь безо всякого рентгена. И все точно знают, как они с Ксюхой облажались. Это же ведь нарочно не придумаешь - переспать единожды и сразу же заделать ребенка. А вдруг кто-нибудь догадается, что он вообще-то не по женской части?
  Покраснев как спелый помидор, Артем сглотнул и малодушно ретировался обратно, решив, что подождет соседку в общем коридоре. В конце концов, тут одни женщины, не съедят же свою товарку 'по несчастью'.
  
  Усевшись с мрачным видом на свободную банкетку подальше от кабинетов, избегая вопросов, не он ли крайний, парень на всякий случай подобрал длинные ноги, чтобы проходившие мимо люди не спотыкались. Перекинув куртку на колени, водрузив сверху шлем и облокотившись на него, Тёмка погрузился в невеселые раздумья.
  Он до чертиков боялся этой дурацкой свадьбы, где им с Ксюхой предстояло выступать клоунами. Какой идиот придумал такой сложный ритуал создания новой семьи? Впрочем, какая из них семейная пара - одна фикция. Но Рома твердо стоял на том, что должно быть все как положено. И в первую очередь для матери его ребенка, которой нужны лишь положительные эмоции для правильного развития будущего малыша.
  А значит, и белое платье, заказанное по каталогу (который Артему даже не дали полистать), и то еще испытание с выкупом невесты, и ресторан с гостями, и украшенные авто - все у Оксанки должно присутствовать.
  Попытавшейся было возразить девушке (собственно, ради которой все и затевалось), Рома категорично ответил, что, дескать, придется ей немножко потерпеть. Мол, запечатлим это событие для истории в фото и видео-архиве, чтобы удовлетворить всех родственников. Да и будущему детенышу будет что показать, когда подрастет.
  Нафига устраивать весь этот балаган, Оксана с Артемом искренне не понимали. Аня сомневалась. А Егор и Димка (которому, наверное, просто хотелось потусить на подобном празднике) неожиданно поддержали Ромку.
  Так что сами виновники будущего шоу остались в меньшинстве голосов.
  
  Несколько раз в дверь женской консультации кто-то входил, кто-то выходил из нее. Артем каждый раз вскидывал голову, надеясь, что вот-вот выйдет подруга, и можно будет уйти с этого 'поста', но пока что 'невесты' не было...
  
  А Оксанке повезло.
  Вышедшая медсестра, сжалившись над будущими мамашками, объявила, что сейчас по очереди пойдут только беременные.
  В общем, Ксюха не успела озвереть от скуки окончательно, а Артему не пришлось долго ее ждать.
  Получив внушительный список направлений, погрустневшая Оксана вышла из кабинета врача и почти нос к носу столкнулась с бывшей одноклассницей, забегавшей в соседний кабинет отдать обменную карту с отметками.
  - О, Азарова! Сколько лет, сколько зим! - обрадовано воскликнула Людка.
  - Привет, - вынужденно улыбнулась Ксюша, покосившись на солидный животик приятельницы.
  - А ты чего здесь? Тоже беременная, что ли? - выразительно уставилась Люда на едва заметный живот Оксанки.
  - Ну... - неопределенно протянула она.
  - Замуж вышла? - первым делом бесцеремонно поинтересовалась одноклассница, пытаясь разглядеть кольцо на правой руке Оксанки, которую та машинально спрятала за спину, внезапно поняв, что чем дальше, тем таких неудобных вопросов станет больше. И Людкино любопытство еще цветочки. Может быть, не так уж и неправ Рома, сказав, что официальное оформление отношений ради ребенка позволит избежать много неприятных моментов в общении со знакомыми.
  - Практически, - процедила Ксюха.
  - Ха! Как это, 'практически'? Просто залетела, да? А какой срок? Он-то знает? А что мать твоя?
  - Ой, - поморщилась Оксанка от обилия вопросов. - Все в курсе, все счастливы до безобразия. Извини, Люд, мне пора уже... - попробовала она обойти подружку.
  - Да я тоже домой уже, - бодро пристроилась та рядом. - А я почти два года забеременеть не могла. Блин! После двух абортов... - поморщилась она, - вообще уж испугалась, что не получится. Свекруха на меня коситься уже начала недобро. Дескать, не учусь, не работаю, и детей не рожаю. Сижу у Юрасика на шее.
  - Ты все-таки с Юркой?
  - Ну да! Помнишь же, как он меня обхаживал? Родителей в школу вызывали, дескать, ваша девочка ведет аморальный образ жизни, связавшись со взрослым мужиком...
  - Помню, - нехотя подтвердила Ксюха, припоминая, что Людка в то время не только перед будущим мужем хвостом крутила.
  - Ну вот. А потом - раз! И все в порядке, - небрежно похлопала молодая женщина себя по животу. - Ультразвук показал - сына ждем!
  - Поздравляю, - машинально отозвалась Ксюха.
  - А у тебя кто?
  - УЗИ еще не делали, - соврала Оксана. - Вот только направление дали, чтобы на следующую неделю записаться, - кивнула она на пачку бланков в своей руке.
  - Понятно. Значит, недель двадцать, да?
  - Примерно, - уклончиво отозвалась Оксана, досадуя на то, что Людка даже и не думала понижать голоса, выспрашивая и сообщая ненужные остальным присутствующим в коридоре перед кабинетами врачей подробности.
  - А вообще-то, я теперь думаю, что погорячилась, - вдруг призналась приятельница.
  - В смысле?
  - Да рано я замуж выскочила, - вздохнула молодая женщина. - Кругом еще столько парней симпатичных...
  - Ну да, в твоем положении только о свободных парнях и думать теперь, - съехидничала Оксанка.
  - Да ладно! Какие мои годы? - ухмыльнулась бывшая одноклассница. - Кстати, я такого мальчика видела в коридоре - ммм... конфетка! Как раз в моем вкусе...
  К счастью, они уже подошли к дверям, и Оксана лихорадочно придумывала повод, чтобы отвязаться от спутницы и не идти с ней почти до самого дома, выслушивая ее и отвечая на дурацкие вопросы. Она уже даже прикидывала, не соврать ли Людке, что ей срочно нужно записаться к какому-нибудь врачу, благо направлений была целая куча (вдруг там, среди бланков для анализов и впрямь есть список необходимых специалистов).
  Однако лгать ей не пришлось.
  Едва вышли за дверь консультации, как Людка расправила складочки на свободной блузке, слегка маскирующие выпирающий живот, и умильно выдохнула:
  - Глянь-ка - сидит! Вот про него я говорила, - указала она глазами на парня в высоких ботинках, защищающих лодыжки, узких, обтягивающих стройные ноги брюках байкерского комбинезона и яркой толстовке. Куртку от стильного комбеза и шлем он держал на коленях.
  - Извини, Люд, - хмыкнула Ксюха, проследив за ее взглядом. - Этот мальчик занят.
  Оксанка прекрасно отдавала себе отчет в том, что 'занят' Артем отнюдь не ею, даже если будет таковым считаться, когда выдадут Свидетельство о браке, но в данный момент не могла тоже не залюбоваться отцом своего будущего малыша. Хоть мать и язвила про великолепный генетический материал, но донор и впрямь был шикарным.
  - Ты его знаешь?! - удивилась приятельница.
  - Угу, - кивнула Оксана, непроизвольно расплываясь в улыбке.
  И в этот момент Артем среагировал на выходящих из заветной двери, помещение за которой так пугало его скоплением множества беременных теток.
  Подняв голову, он просиял, живо вскакивая.
  - Ксюшонок, ты уже освободилась?! - радостно шагнул он к ней навстречу.
  - Ты иди, Люд, - извиняющее кивнула Оксана. - Меня, оказывается, все-таки встречают.
  - А... Ну да... тогда, пока... - рассеянно отозвалась Людмила, все еще не в состоянии заставить себя отвести взгляд от высокого широкоплечего красавчика, двигающегося с грацией дикого зверя.
  Невысокий, склонный к полноте, с жидкими волосами, грозящими вскорости обнажить проплешину на затылке, Юрасик, конечно же, по сравнению с этим парнем, совсем не котировался... Зато дал ей возможность почти ни в чем себе не отказывать, наслаждаясь свободной жизнью.
  Участь домохозяйки, закончившей лишь одиннадцать классов и быстротечные курсы маникюра (на всякий случай - какая-никакая, а профессия), Людочку вовсе не пугала.
  Главное обеспечить себя надежным тылом в виде наследничка. И никуда Юрка от нее не денется!
  Хорошо, что муж не слишком придирался к не вовремя убранной пыли и тому, что вещи не всегда успевала погладить. Зато готовить любила. Так что, в общем и целом - жили, что называется, душа в душу.
  Вот только уже спускаясь по ступеням вниз, Люда отчего-то мрачно завидовала Азаровой, умудрившейся 'залететь' от симпатичного молодого парня, который не постеснялся прийти вместе с ней в женскую консультацию.
  Насколько она знала, редко кто из мужиков способен на такую жертву для собственных нервов, отчего-то отчаянно стыдясь выдавать свое участие в клепании детишек, с которыми теперь таскались беременные подруги и жены.
  
  ***
  
  По поводу дезертирства Тёмки, который решил отсидеться за дверью, вместо того, что бы отбывать длинную очередь вместе с ней, развлекая, Ксюха, конечно же, не могла не съехидничать, хотя прекрасно понимала, что и так втянула его в не слишком приятную для него ситуацию.
  Пытаясь оправдаться и вымолить прощение, Артем дурашливо каялся, и даже предложил прокатить ее до дома, чтобы загладить свою вину.
  Чувствовала себя Оксана отменно, несмотря на легкую усталость от долгого сидения на казенной мебели мед.учреждения. Поэтому за эту идею уцепилась с огромным энтузиазмом. Да и на мотоцикле ей хотелось прокатиться. Тем более, вскорости это уже невозможно будет сделать из-за все увеличивающегося животика. Все-таки две недели в больнице на уколах витаминчиков явно пошли на пользу их малышу.
  
  ***
  
  Рома, освободившийся сегодня с работы чуть раньше, случайно подъехал к дому одновременно с Артемом и Ксюхой.
  В первый момент он даже глазам своим не поверил - мало ли в Москве по весне появляется байкеров. Но потом лихо зарулил на свое место на стоянке, на ходу ставя блокировку замков на машине, и подскочил к довольной парочке.
  Ксюшка даже еще не успела слезть с мотоцикла, а Роман уже оказался рядом, едва сдерживая нервную дрожь, схватил ее за подмышки и аккуратно снял хрупкую девушку, еле сдерживаясь от того, чтобы не разразиться отборными матерными ругательствами (которыми прорабы у них на стройке гоняют нерадивых рабочих, если горит план).
  - Бестолочи малолетние! - выбрав наиболее лояльный из всех эпитетов, что приходили на ум, высказался мужчина. - Девка только что из больницы! Называется, на сохранении лежала! А он ее на двухколесном монстре покатать решил! У вас вообще-то мозги есть?
  - Прекрати орать на отца моего ребенка! - заступилась Оксанка за потупившегося Артема, до которого, кажется, только что дошло, какой он идиот, что повелся на согласие соседки покататься, пока пузо не мешает.
  - Так и прибил бы! - сердился Рома.
  Кинув ключи от машины, кивнул Артему:
  - Ставь свою бандуру, и документы из машины забери. И в ближайшие полчаса не смей на глаза показываться.
  - Да как скажешь, - недовольно буркнул Тёмка.
  - И ужин на тебе!
  - Так Аня же обещала...
  - Аня еще с работы не вернулась, - отрезал Роман.
  Не слушая оправданий и возражений молодежи, Рома молча схватил девушку в охапку и поволок домой. Вытряхнув из куртки и кроссовок, отвел ее на диван в большой комнате и велел лежать смирно.
  - Я не хочу! - заупрямилась Оксана. - Я в туалет хочу!
  - Ладно, иди и сразу в кровать! - смилостивился Рома, деловито разыскивая тонометр.
  Быстренько сбегав в тубзик и ополоснув руки, Ксюша нехотя вернулась в комнату и уселась на диван, скрестив ноги.
  Рома тут же оказался рядом.
  - Ложись, давай, - велел он. - И рукав закатай.
  
  Но не успел он толком пристроить манжету для измерения давления, как в прихожей раздался звонок.
  Возвратившаяся с работы Аня, увидев, что и машина Ромы, и мотоцикл Артема стоят во дворе, решила заглянуть к соседям.
  - Добрый вечер, как вы тут?
  - Привет, - отозвался Роман, сосредоточенно меряя давление 'пациентке'.
  - Привет, мамуль, - помахала свободной рукой Оксана. - Да вот, Рома в доктора поиграть хочет, - пожаловалась дочь.
  - Ты в консультации-то была?
  - Ага.
  - И что сказали?
  - Все нормально, только снова кучу анализов надо сдать, - поморщилась Ксюшка. - И так всю кровь выкачали. Мне самой мало.
  - Бывает, - хмыкнула Аня. - А нельзя выписку из клиники предъявить?
  - Нет, сказали, что хотя бы при постановке на учет, я должна сдать здесь все анализы и пройти местных специалистов. Да еще и это вот, - дернула она рукой, туго перетянутой манжетой тонометра.
  - Я бы вам обоим таких пилюль прописал! - все еще сердито проворчал Роман, скептически хмурясь, но оставшись удовлетворен результатом замеров.
  
  Пристроив байк на стоянке, забрав документы Ромы и поднявшись в квартиру, Тёмка сразу отправился на кухню, даже не рискуя показываться в комнате, только спросив с порога:
  - Ксю, ты как?
  - Терпимо, - подмигнула ему сообщница.
  
  - Ты прикинь, они на мотоцикле катались! - сдал Рома своего парня и Анькину дочь, надеясь на то, что соседка преисполнится справедливого негодования.
  Аня только глубоко, осуждающе вздохнула и покачала головой, глядя как за Ромкиной спиной дочь корчит умильные рожицы.
  - Не, ну ты что, меня не поддержишь? - негодующе засопел Роман.
  - А ты хорошенько пропесочил? - уточнила Анна.
  - Ага, громко орал, - хихикнула Ксюшка. - С чувством так, артистично.
  - Ну тогда я для разнообразия не буду. Ладно, мальчики-девочки, пошла я ужин готовить. У меня сегодня мясо по-чешски намечается. Минут через сорок можете приходить.
  - Ура, мяско мое любимое! - обрадовалась Оксана.
  - А тебе кусок отварного, - осадила ее Аня.
  - Ну, мам!
  - Не мамкай! Родишь, тогда и будешь думать только о себе.
  - Ну можно же без перца и майонеза...
  - И чем тогда будет сильно отличаться от отварного? Ксю, отдыхай, не капризничай, - мягко произнес Рома.
  - Редиски... Мам! Забери меня с собой, мне тут даже вставать не дают! - взмолилась Ксюшка, пытаясь подняться, но Рома среагировал быстрее, строго окинув взглядом сразу же присмиревшую девушку.
  - Радость моя, - хмыкнула Аня, - это теперь ваши семейные разборки...
  - Так я даже еще не замужем! - возмутилась дочь.
  - И что? - парировал Рома. - Раз у тебя напрочь отсутствует элементарный инстинкт самосохранения, не говоря уж о материнском, приходится самому заботиться.
  - Вообще-то я с Ромой согласна. На всякий случай ты пока лучше полежи, - одобрительно кивнула Анна.
  - Да не хочу я лежать! Давайте, я хоть салатик постругаю, а?
  - Сегодня Тёмкина очередь готовить, - покачал головой Рома.
  Мать только пожала плечами, самоустраняясь от обсуждения установленных соседями правил проживания 'коммуной'.
  - Тём! - крикнула она. - Помощь нужна?
  - Да! - обрадовался юноша, опасливо выглядывая с кухни, (где он отсиживался, чтобы лишний раз не мозолить глаза все еще сердитому любовнику). - Я уже картошку почистил. Пойдем к тебе варить?
  - Фига се! - удивилась Ксюха скорости, почему-то вспомнив эпизод из кинофильма 'Любовь и голуби', где будущего новобранца стажировали, проверяя, укладывается ли он по скорости одевания по тревоге, пока горит спичка.
  - Нет уж, сварить картошку вы и сами сможете, - передумала Аня. - Только посолить не забудь, как в прошлый раз.
  - Я уж лучше сам посолю, а то будет, как в позапрошлый, - съехидничал Рома.
  - Я же не специально пересолил! - надулся Артем. - Ань, ну забери меня. Я заодно у Димона уроки проверю.
  - Ты этого гулену сначала домой загони, - вздохнула Анна. - Ладно, мясо сделаю, позову. Я ушла! - сообщила женщина, удаляясь в сторону прихожей.
  - Да как два пальца... - тихо пробормотал раздосадованный Тёмка, вытирая мокрые руки о штаны, чтобы взять мобильник и позвонить пацану, напоминая, что он слегка загулялся.
  Ажиотаж вокруг интересного положения сестры, Дима, за которым на время ослабили контроль, воспринял как глоток живительной свободы, и спешил воспользоваться этим обстоятельством, пока взрослые не опомнились.
  
  Ксюшка отвалилась на подушки, заботливо подсунутые Ромкой ей под спину, хитро прищурилась и, подражая Вовке из Тридевятого царства, завопила:
  - Эй, вы, двое из ларца! Хочу мороженое, хочу пирожное, - начала она загибать пальцы.
  Ромка заржал, и вышел из комнаты. Вернувшись, притащил ей витамины и сок:
  - Березовой каши тебе, а не мороженого. Пей!
  - Эх, изверг... - вздохнула Оксана, покорно, потянувшись за стаканом, и вдруг испуганно ойкнула, хватаясь за живот.
  - Мамочки...
  - Что?! - перепугался не на шутку и так нервничающий из-за безалаберности будущих родителей Роман.
  Присев на корточки рядом с диваном, на котором устроилась девушка, с тревогой заглянул ей в лицо. - Плохо, да? Я скорую вызову, - резко выпрямился мужчина.
  - Стой! - удержала она его за рукав. - Руку дай, - прошептала Ксюшка, сама еще раз трепетно замирая, будто прислушиваясь к чему-то. - Только осторожно. Чувствуешь? - прижала она его ладонь к обтянутому водолазкой животу.
  И была вознаграждена совершенно ошеломленным выражением на лице старшего соседа. Эмоции страха сменились умилением, а в глазах мужчины появился такой неприкрытый восторг, что она сама чуть не прослезилась.
  - Шевелится?
  - Ага, - кивнула девушка. - Наслушался? Кажется все... Блин, уже второй раз за сегодня, - радостно расплылась Оксанка. - Я думала, мне днем показалось...
  Рома сглотнул, нехотя убирая ладонь, и подойдя на цыпочках к двери, крикнул в сторону кухни:
  - Тём, бегом за пирожными и пивом!
  
  ***
  
  - Я тоже буду, - облизнулась Ксюха, внезапно во что бы то ни стало, захотев сделать большой глоток янтарного специфически пахнущего напитка, красиво пенящегося в изогнутом под удобный обхват рукой стакане.
  - Тебе нельзя, Ксюш, - сочувственно покосился Артем на свой стакан. - Хочешь сока?
  - Пива мы хотим! - бережно погладила она свое пузико.
  - Держи, - протянул Рома свой стакан.
  Но не успела обрадованная девушка поднести его к губам, добавил:
  - Завтра пойдешь сдавать анализы, снова найдут какой-нибудь белок или еще какую фигню, и положат на сохранение... Зато я точно буду знать, что ты лежишь в постельке, а не раскатываешь на байке.
  - Блин! Рома! - огорчилась Оксанка, резко убирая протянутую к стакану руку. - Вечно все обломаешь! Не хочу пива... Давайте свой сок...
  - Уверена? - иронично вздернул он бровь.
  - Да!
  - Вот и умничка, - удовлетворенно хмыкнул мужчина, отправляясь на кухню за свежим соком.
  - А я думал, что если беременные что-то хотят, то им легче дать, чем отказать, - удивился Артем Ксюшкиной 'сознательности'. - Железная сила воли! - похвалил он девушку.
  - Но-но, ты погоди ей тут дифирамбы распевать, а то еще сглазишь, - подмигнул партнеру вернувшийся с соком для Оксаны Роман.
  Он подозревал, что пресловутая 'сознательность' и пока что дремлющие материнские инстинкты вовсе ни при чем. Просто Ксюха постепенно проникается ответственностью и пытается понять, что для нее предпочтительнее - перетерпеть или снова оказаться в больнице, где провела всего две недели вместо трех, при досрочной выписке торжественно пообещав соблюдать все рекомендации и предписания врачей. Иначе Егор пригрозил 'забронировать' ей до самых родов постоянную VIP-палату в гинекологическом отделении частной клиники, в которой работал.
  
  ***
  
  Вернувшись в универ, неожиданно соскучившаяся по привычному образу жизни Ксюха попала на подготовку постановки небольшой сценки из сказки на французском языке, приуроченной ко дню открытых дверей для будущих абитуриентов. Участие добровольцев шло в зачет, и она решила не отлынивать, несмотря на свое интересное положение. Благо костюмированная постановка предполагала модель платья с пояском под грудью, удачно маскирующее ее появившийся животик.
  Пока что она обходилась свободными кофточками, кокетливо драпирующими ее беременность, и старалась никому не проболтаться, хотя буквально так и распирало поделиться с подружками новостью. Единственное, что ее останавливало, так это необходимость вранья, без которого и так пикантная история окажется пошлой и вульгарной...
  Главная роль принцессы досталась первой красавице группы - Насте. А Оксане - роль коварной соперницы. Впрочем, она не особо расстраивалась, потому что по сценарию, принцессе полагалось спеть несколько песен в определенной тональности, и вот на это у Оксаны, подозревающей, что именно из-за изменения биохимических факторов, происходящих в ее организме, и пусть пока и незначительного, но смещения диафрагмы, ей не вытянуть достойно вокальную партию.
  У 'соперницы' принцессы было всего две песни, которые как раз теперь 'ложились' на ее теперешний тембр, и не вызывали неприятного ощущения усталости. Рисковать ребенком, с рождением которого Ксюха не просто смирилась, но уже и воспринимала частью себя самой, она не собиралась категорически.
  Принцем должен был выступить единственный, согласившийся поучаствовать в этом балагане одногруппник, едва дотягивающий по своим параметрам до этой почетной роли сказочного похитителя женских сердец. Остальные немногочисленные парни в их группе наотрез отказались исполнять романтическую роль влюбленного идиота, согласившись изображать мужественную свиту в массовке.
  Но к дате назначенного выступления (которая пришлась аккурат на следующий день после бурно отмеченного парнями дня рождения одного из сокурсников), нерадивый актер оказался не в состоянии не то что выступить на сцене, а вообще вспомнить свои реплики. С трудом доползя до университета, чтобы привезти выданный ему реквизит и сделать вид, что он морально поддерживает выступающих, а вовсе не пытается немного вздремнуть, пристроившись в зале на зрительских местах, страдая жутким похмельем.
  Остальные теперь куда больше походили на шайку разбойников, чем на благородную свиту своего сюзерена.
  Расфуфыренные девчонки, с должной ответственностью отнесшиеся к мероприятию, расстраивались недолго, быстренько загримировав одногруппников, благо издалека были не слишком заметны их помятые лица. Правда, не слишком уверенная походка 'благородных рыцарей' походила на сошедших с палубы матросов после долгого плавания, но это детали.
  Гораздо хуже было то обстоятельство, что претендента на главную мужскую роль желающих не нашлось. Как ни уговаривали девушки и хором, и по отдельности, ссылаясь на то, что реплик-то у 'принца' практически нет, а если что забудет, дескать, суфлер подскажет, как ни грозились больше не давать списывать лекции, стесняющиеся облажаться при всем честном народе парни, наотрез отказались замещать товарища. Не помогли и посулы сходить на свидание. И даже обещание, сброситься ради такого случая, и проставить ящик пива.
  
  Оксана жутко опаздывала к началу генеральной репетиции, сердито косясь на старающегося сохранить невозмутимый вид Тёму, сидевшего за рулем Ромкиной машины, на которой он ездил по генеральной доверенности. Из-за аварии, случившейся впереди, они наглухо застряли в пробке. Но Артем все равно не согласился выпустить ее у ближайшего метро, чтобы она толкалась среди толпы народа, добираясь до универа самостоятельно.
  - Я пИсать уже хочу! - возмутилась Ксюшка, страдальчески поморщившись, прикидывая, что несколько рядов авто, плотно 'заперли' их машину так, что даже дверь не откроешь, чтобы выйти. - И это пока только пятый месяц. Что дальше-то будет?
  - Золотко, в следующий раз надевай памперсы. Ну чем я могу тебе помочь? - посочувствовал Артем. - Была б ты парнем, предложил бы бутылку, - кивнул он на полупустую полуторалитровую бутыль чая 'Nestea', как раз с широким горлышком. - Тебе вредно волноваться, Ксю. У нас еще вагон времени. Ну подумаешь, на репетицию опоздаешь. Ты же свой текст помнишь. А здоровье важнее. Не нервничай!
  - Я народ подведу, - огорченно вздохнула Ксюша.
  - Не расстраивайся, пожалуйста...
  - Хорошо тебе говорить, - снова поморщилась она, ерзая, чтобы усесться поудобнее.
  
  Впрочем, у Артема появился повод сожалеть о том, что они все-таки успели, лишь только он вошел вместе с девушкой в маленькую аудиторию, выделенную им под гримерку, таща в руках ее упакованный в чехол наряд.
  - Ксюха, выручай! - не сговариваясь, кинулись к ним девчонки, сходу оценив 'экстерьер' ее спутника, и, словно стая хищников окружив свою жертву, чтобы не имела возможности сбежать.
  Артем, пару раз присутствующий на репетициях, ожидая чтобы забрать Оксану домой, попробовал было отказаться от подобной чести, но Ксюха, воодушевившись идеей фикс, заявила, что, как он справедливо заметил, нервничать ей нельзя, а сейчас получается, на волоске висит их удачное выступление. Впрочем, тут речь шла даже не о неудаче или удаче - просто срывалось мероприятия, от которого зависели 'автоматы' в зачетке по французскому.
  Надо было выручать не только ее одну, а достаточно большой коллектив, причем с которым Артем уже несколько раз встречался, когда Ксюшка таскала его за собой развлечься, развеять тоску.
  
  Увидев, во что его собираются нарядить - Артем поменялся в лице.
  Представить, что он влезет в эти узкие бархатные брючки, едва достающие ему с его ростом до щиколоток (только от долгов бегать), щегольские сапоги (явно маловатые ему, т.к. реквизит подбирали для предыдущего горе-актера) и романтического покроя свободную рубаху (благо, что она действительно была свободной) - он не мог.
  К уговорам подключились и ехидничающие парни, которым заглянувшая кураторша напомнила, что за срыв мероприятия будет наказана вся группа.
  Главным аргументом 'за' стал умоляющий взгляд Ксюшки и ее шантаж-напоминание о том, что нервничать им с детенышем вредно.
  В штаны Тёмка с горем пополам втиснулся, сапоги пришлось одолжить у одного из участников предстоящего шоу. Хорошо, что они были высокими и, как раз стало не видно, что штаны слишком коротки и больше похожи на бриджи. Рубаха оказалась впритык в плечах, пришлось слегка расстегнуть верхнюю пуговицу, чтобы не жала.
  В результате видок у 'принца' получился слегка расхристанный, но вместе с тем необыкновенно романтический.
  
  Пообещав Ксюхе на ушко прибить ее за это, когда родит (Оксана посоветовала записать, чтобы не забыл - ведь еще не скоро), раскрасневшийся как вареный рак под заинтересованными взглядами обоих полов, Артем согласился выступить. Предупредив всех, что, дескать, если облажается - сами виноваты! А сам юноша успокаивал себя мыслью: 'Хорошо хоть несколько минут позора предстоят не в стенах родного университета'.
  
  Зал был в восторге от современной интерпретации сказочной истории. Подбадриваемый аплодисментами, поначалу скованно двигавшийся по сцене Артем вошел в раж, стараясь не смотреть в сторону зала. Выход с репликами 'принца' нашли такой, что более-менее приведенный в чувство студент, который готовил роль, подавал их в микрофон, стоя в кулисах, а грациозно двигавшийся по сцене Тёмка, только имитировал речь, которую не знал.
  Парень почему-то никак не мог заставить себя не коситься в сторону ослепительно-интригующей Оксаны в красивом платье по моде феодальных времен...
  Вот только в самом конце он действительно облажался по полной программе, категорически не сумев побороть в себе иррациональное нежелание целовать постороннюю девчонку, пусть он эту Настю, разодетую, как истинная принцесса, в нежные шелка и бархат со стразами (имитирующими драгоценную вышивку), и видел уже пару раз.
  Под завывания улюлюкающей и гогочущей публики, в финальной сцене Тёмка 'выбрал' коварную соперницу главной героини, безотчетно потянувшись к привычному теплу ауры Анькиной дочери.
  И лишь когда, спасая ситуацию, 'рыцари' ринулись сражаться за сердце оставшейся в одиночестве 'принцессы', Артем смущенно выдавил (обнимая утирающую глаза от смеха Ксюху, понявшую, что вряд ли им поставят зачет, но зато повеселились знатно), на чистейшем французском, которого он не знал:
  - C'est la vie...
  
  Ржали все: и Настя, поначалу слегка обидевшаяся на такой вот пердимонокль, и студенты, и будущие абитуриенты, и присутствующие в зале преподаватели...
  В общем, группе, конечно же, пришлось потом объясняться с куратором, признавая, что они недостаточно ответственно отнеслись к порученному мероприятию.
  Правда, кураторша, втихушку то и дело просматривающая запись представления, ушедшую 'в массы', и любуясь красавчиком, доставшимся ее ученице, договорилась о том, что зачеты поставят всем. Даже страдающему похмельем обалдую, из-за которого и пришлось аврально менять актерский состав.
  
  А Рома долго потом ехидничал, разглядывая своего любовника 'в образе', в коротких роликах (снятых находчивыми студентами с разных ракурсов, и выложившими их в сеть), которые Роману анонимно пришли на электронную почту.
  Потом-то, конечно, Артем взломал адрес 'отправителя', оказавшийся 'левым' Оксанкиным. И теперь строил коварные планы, как отомстить вредной подружке.
  Но пришлось юноше пережить немало ироничных замечаний, когда оба на пару глумились над 'принцем', вынужденным заниматься какими-то бытовыми мелочами, невзирая на то, что 'не царское это дело'...
  Заряд позитивных эмоций благотворно повлиял на Ксюшино настроение.
  Девушка уже представляла себе, как удивятся и, скорее всего, позавидуют девчонки, узнав, что она за этого 'принца' выходит замуж.
  Вот только на самом деле завидовать было нечему. Она хотела получить предложение руки, сердца и 'прочего ливера' совсем от другого парня...
  
  ***
  
  А в тот вечер, когда Артем выступал в необычном для него амплуа, потакая прихотям мамочки своего будущего наследника, Рома вернулся домой рано. Не слишком он любил поездки даже с личным шофером их фирмы, несмотря на его многолетний опыт, предпочитая самолично находиться за рулем, чтобы контролировать ситуацию. Худо-бедно, мужчина еще мирился с тем, когда за руль его машины время от времени усаживался Артем, прекрасно понимая, что парню нужна практика вождения в городе. И как раз сейчас она пригодилась. Хотя, прежде чем вручить Тёмке ключи от машины, на которой тот должен был отвезти Оксану на выступление, Роман Сергеевич долго и нудно инструктировал его, будто в первый раз доверял сопровождать девушку.
  Артем уже мысленно начал сетовать на то, что нельзя Ксюшку прокатать на байке.
  Отправив молодежь восвояси, Рома послонялся по пустой квартире, и собрался позвонить Ане.
  Только на всякий случай решил испросить разрешение на это мероприятие. Нарываться или вставать между Егором и соседкой почему-то больше не хотелось. Он и так до сих пор чувствовал себя неуютно, хотя никто из заинтересованных сторон специально не упоминал о прошлых ошибках.
  
  - Добрый вечер, Ань, - бодро произнес он в трубку.
  - А он добрый? - мрачно ответила Анна, пытающаяся справиться с очередным отчетом, машинально взглянув на время. Часы показывали, что до конца рабочего дня осталось не более часа и двадцати минут. Впрочем, в период отчетности график в их бухгалтерии становился ненормированным.
  - У тебя что-то случилось?
  - У меня случились семейные обстоятельства, которые не дают мне покоя, - принялась вдохновенно перечислять Аня.
  - Ань, я же сказал, не волнуйся, все будет нормально, - поморщился Рома, сомневаясь, а не погорячился ли он, позвонив.
  - Это не нормально, Ром. И ты сам прекрасно понимаешь.
  - Вот только не начинай снова себя накручивать, Анют. Теперь-то уж зачем? Все, насчет наших с тобой семейных неурядиц я понял и проникся. Ну давай, жалуйся дальше.
  - Ага, ладно, - усмехнулась соседка. - Тогда слушай: после очередного обновления 1С поменялся интерфейс, и я трачу уйму времени, чтобы найти, где у меня теперь что находится!
  - Э... - растерялся Рома. - А что, разве нет инструкции в приложении? Наша бухгалтерия вроде не жалуется...
  - Ага, мне сейчас только инструкции читать. Тем более что обновили только часть отчетов. Через пару дней еще добавят, как всегда в конце квартала. А когда я сами отчеты буду делать?! Лучше уж методом тыка, так привычнее, но все равно долго.
  - Ясно, - удовлетворенно хмыкнул Роман. - И это все твои проблемы?
  - Нет. Классная позвонила, снова родителей в школу вызывают. А я не хочу! Только недавно была! Между прочим, по вашей милости.
  - А при чем тут мы-то?
  - А при том, что нечего было моему сыну Тёмкины вещи подсовывать. За неподобающий для школьных занятий вид и ругали, дескать, неужели не можете обеспечить ребенка одеждой в офисном стиле? Не буду же я объяснять, что народ у нас в здании еще и не так в самую жару летом ходит, в тех офисах, чье начальство на кондиционеры не разоряется.
  - Он что, у тебя совсем без головы?
  - Что ты каждый раз спрашиваешь? - раздраженно огрызнулась Аня.
  - Да ладно, не огорчайся. Подумаешь, не смог устоять от искушения покрасоваться перед друзьями-подружками, - понимающе хмыкнул Роман.
  - Видимо, да. Блин, у самого куча барахла!
  - Ань, в таком возрасте хочется привлекать внимание. Чем Димка хуже других?
  - Но он же не девка! И не... кхм...
  - Вот только не надо о нашем дурном влиянии на неокрепшую психику ребенка. Он же, надеюсь, даже не догадывается...
  - Да при чем тут вы? - вздохнула Аня. - Я с мамашками часто общаюсь. У всех почти одно и то же, пацанов как подменили - мальчики не хуже девочек за собой следят.
  - Ну, в таком возрасте достаточно много всяких комплексов и страхов, которые отчасти компенсируются желанием вызывать восхищение в девичьих глазах и самоутверждаться друг перед другом между собой.
  - Да помню я, и в наше время старались следовать веяниям моды, то стрижками, то тряпками эпатировали, если уж не могли поразить привозным шмотьем... Но все-таки это ведь не главное.
  - Однако все равно создает определенное впечатление, помогает чувствовать себя независимо и раскрепощенно.
  - Куда-то мы с тобой не туда уже ушли от темы, - опомнилась Аня. - В общем, не хочу я в школу идти...
  - Ну... пусть отец сходит.
  - Так я и сказала, я - не могу. Пусть Азарову-старшему звонят. Димка уже закидал смс-ками, хочет, чтобы я пошла.
  - Мало ли чего он хочет. А что в этот раз-то натворил?
  - Петарды на крыльце школы взрывали с приятелем.
  - Кхм... - поперхнулся Рома, сдерживая смех, чтобы не раздражать женщину, - ну, это не так страшно...
  - Тебе смешно! - возмутилась Анька. - А я тут вынуждена была лепетать оправдания: и где он их взял, когда после Нового года уже столько времени прошло; и кто его подучил пугать малышню с продленки, дескать, чуть все не оглохли от их визга... Господи, когда только у парня ума прибавится, а? - задала она риторический вопрос.
  - Да не переживай, Ань. Прибавится когда-нибудь.
  - Но в школу-то идти все равно нужно. Азаров, зараза, завтра не может. Ему новую жену с младшеньким надо в какую-то поликлинику сопровождать. Мои-то уже выросли... - убито произнесла Анна.
  - Хочешь, я схожу? - великодушно предложил Роман.
  - Серьезно?
  - Ну...
  - Хочу, конечно! - обрадовано подтвердила Анька, пока он не передумал.
  - Вот... ну ладно, так и быть, схожу, - вздохнул Роман. - Когда надо? С утра могу зайти?
  - Да, вполне нормально будет. Только в качестве кого тебя представить? Впрочем, 'дядей' побудешь.
  - Дядя так дядя, - послушно согласился Рома. В принципе, даже интересно попробовать в роли 'родителя' нашкодившего оболтуса. - Галстук к костюму потребуется?
  - На твое усмотрение, - хихикнула Аня. - Думаю, классная и так очаруется. Главное, директора не соблазняй. Я так понимаю, намечается приватная встреча избранных - директор, классный руководитель, виновники переполоха и их родители.
  - Тьфу-тьфу... - испугался Рома. - Видел я вашего директора у Димки на общем снимке класса.
  - А еще Егор уехал на свою дурацкую конференцию... и обещал у нее остаться переночевать, - уныло пошутила Анна.
  - Ааа, - понимающе протянул Роман Сергеевич. - Так с этого бы сразу и начинала. Ну вот зря ты себе опять придумываешь всякие фантазии. Ань, Егор - человек слова. Если он тебе ничего не обещал, то глупо и надеяться, - честно признался Рома. - Но если пообещал...
  - Мало ли чего он мне обещал...
  - Аня, прекрати его сравнивать со своим Азаровым. Я точно знаю, что он для себя решил.
  - Как ты можешь ручаться за постороннего человека?
  - Я за себя не всегда могу поручиться, а за Панова...
  - Да ладно тебе, Ром...
  - И не думай, что это мужская солидарность или желание выгородить... друга, - слегка запнулся сосед, видимо все-таки припомнив, что у него есть повод сомневаться в том, что по-прежнему может считать себя другом. - А потом, он всего на три дня уехал, Ань. Каких-то несчастных две ночи...
  - Он в Израиль со своей Жанночкой укатил. А откуда ты знаешь, что он вообще уехал?
  - А откуда ты знаешь, что он с Жанной?
  - Ром, у тебя в роду евреи были? Только не спрашивай, были ли у меня... - предупредила Аня. - Йес! - неожиданно радостно воскликнула она (потому что наконец-то нашла в новом интерфейсе бухгалтерской программы, где теперь находится нужная функция).
  - Что там у тебя? - удивился чуть не оглохший собеседник.
  - Все нормально, жизнь налаживается, - рассмеялась Аня, живенько уничтожая мешающиеся ей операции.
  - Ну и слава богу, - облегченно выдохнул Роман. - Так ты не ответила.
  - А... ну я, это... список видела. Он вместе с приглашением прямо на столе валялся. Честное слово! - ляпнула она и только потом сообразила, с какой стати вообще оправдывается?
  Наверное, потому, что увидела этот список, действительно, случайно. Вряд ли Егор имел целью заставить ее поревновать. Но и допустить халатность в том, чтобы нечаянно оконфузиться, оставив компромат и лишний повод для подозрений на видном месте - Панов не мог. Скорее всего, Ромка прав. Егору просто в голову не пришло ничего скрывать.
  Но все-таки Анна ревновала. Душила в себе это разрушающее чувство, пыталась убедить, что она вовсе не собственница. Но безумно скучала по этому мужчине и не хотела, чтобы он спал в чужих постелях. Пусть даже в одиночестве персонального гостиничного номера.
  - Ох, как все запущено, - усмехнулся Рома.
  - Молчи лучше!
  - Молчу, молчу, - дурашливо сымитировал он зашуганного старика из сказки 'Морозко'.
  - То-то же. А чего ты мне вообще-то позвонил? - опомнилась Аня. - Тёмка с Ксюхой уехали?
  - Да уж, наверное, на месте. Только еще не отзванивались. Ты лучше скажи, у тебя все жалобы и пожелания закончились?
  - Шутишь, что ли? Это только навскидку припомнила, - иронично отозвалась Анна. - Из глобальных проблем - у меня еще ужина сегодня нет.
  - Супер! - обрадовался Рома, уже отчаявшийся подвести женщину к тому, что он собирался пригласить ее в ресторан, обещанный едва ли не год назад. Разумеется, с ведома Панова, который все-таки разрешил, хоть и явственно скрипнул зубами. - Ань, ты во сколько заканчиваешь сегодня?
  - Понятия не имею, - вздохнула она. - У нас же отчеты...
  - Ну тогда тем более, хорошо, - пробормотал он. - Так! Сиди там, никуда не уходи, я за тобой заеду.
  - Рома, я начинаю паниковать, - предупредила напрягшаяся Анна. - Что у ТЕБЯ стряслось?
  - Да ничего не стряслось. Просто так.
  - 'Просто так' ты в прошлый раз приглашал меня в кафешку, где мы изображали шпионов. Опять ты со своей паранойей? Что на этот раз? И кто будет ужин готовить?
  - ДетЯм на ужин будет рыба, а мы с тобой идем в ресторан.
  - Издеваешься? Я даже утром голову не мыла.
  - И?
  - Да не люблю я так...
  - Не выдумывай, я тебе ни разу с грязными волосами не видел.
  - Ну они не то что бы сальными паклями висят, просто примялись слегка, утром капюшон набрасывала, пока на работу добиралась... Ром, в ресторан я не готова идти.
  - Поздно, милочка. Считай, что я сегодня освободил тебя от готовки, но всего три стейка запек.
  - Семгу или форель? И когда ты успел?
  - Семгу, она не такая жирная. И... в общем, они сейчас допекаются, а я как раз собираюсь. Димку предупрежу, что сегодня ужинает у нас. Кстати, а чего это он дома сидит, а не усвистел на улицу?
  - Так пролетел же...
  - А, ну точно!
  - Ром, мне не очень хочется идти, потому что...
  - У Егора я благословение получил, - понял правильно Ромка. - Жди!
  - Рома... - простонала Аня в трубку, откуда уже слышались короткие гудки. - Ну какого хрена, а?
  
  Естественно, никто ей не ответил. Анна судорожно набрала номер частной парикмахерской в соседнем с офисом здании.
  - Добрый день, Арам, выручайте, - попросила женщина. - Мытье головы и укладка...
  - ...
  - Хорошо, прямо сейчас бегу! Через три минуты буду, - подскочила Аня с места. - Девчонки, я на двадцать минут испарюсь.
  - Опаньки, Андреевна куда-то опять намылилась...- съехидничал коллега, найдя повод оторваться от проведения накладных и счетов-фактур, высившихся огромной стопкой на краю его стола. - До конца рабочего дня, между прочим, еще дофига времени.
  - Между прочим, ты бы помолчал, сачок, - погрозила Аня единственному среди женского коллектива бухгалтерии парню. - Я все субботы работала, а ты где прошлые две был?
  - У меня уважительная причина! - невозмутимо парировал он.
  - И у меня уважительная! - откликнулась Аня, хватая с вешалки плащик и скрываясь за дверью.
  Вряд ли Рома просто так звал ее. Небось, снова одолели тараканы. У него их, оказывается, тоже полно. И парню непросто мириться с тем, что он собственными руками устраивает свадьбу своего любимого с ее дочерью, как бы Роман ни старался хорохориться перед Тёмкой. Придется поддержать. В конце концов, его принципиальная позиция действительно решила множество казалось бы неразрешимых проблем, свалившихся в одночасье...
  
  ***
  
  Егор тупо пялился в планшет, пытаясь сосредоточиться на последней статье с описанием новейшей методики удаления геморроидалых узлов с минимальным риском при операбельном вмешательстве в организм пациента.
  Аня хоть и иронизировала по поводу того, что можно найти принципиально нового у людей в заднем проходе, но дурашливо, просто подначивая. Видимо, опасаясь пространной лекции-отповеди с приведением серьезных аргументов, благо в данном вопросе он хорошо разбирался.
  Вот сколько раз уже напоминал себе о том, что Ромыч хоть и козел, каких поискать, и другом вроде бы уже не считается, но все равно зачем-то согласился на то, чтобы он позвал Аню на ужин. А теперь переживал, что запустил этого козлика к себе в огород. Скорее всего, мужику просто требуются свободные уши, потому что своими проблемами ему не к кому идти. А с Анной вроде бы объединяют общие. И все равно на душе было неспокойно...
  
  Вообще-то можно было еще посидеть с коллегами в фойе шикарного отеля, в котором они разместились на время короткой командировки, но тратить время на пустой треп не хотелось, и кроме всего прочего одолевали всякие неуместные мысли о сугубо личном...
  Раздавшийся звонок мобильного в тишине гостиничного номера заставил погруженного в себя мужчину вздрогнуть от неожиданности. А затем рывком подняться, чтобы схватить трубку, потому что играла мелодия, установленная на Анины звонки.
  - Аня! - выдохнул он, едва поднеся ее к уху и заранее улыбаясь.
  - Егор... Добрый вечер, радость моя... Я уже дома.
  - Почему ты мне об этом сообщаешь? - машинально взглянул он на часы, прикидывая разницу с Московским временем, и морщась, потому что голос прозвучал сухо, выдавая его недовольство.
  - Ну... - растерялась она, - я надеялась, что ты волнуешься, переживаешь...
  - А должен?
  - Как тебе сказать?
  - Скажи как есть.
  - Ладно, - вздохнула Аня. - Меня бы грела мысль о том, что ты хотя бы чуточку переживаешь не случилось ли со мной чего по дороге из ресторана домой. И самую малость ревнуешь, потому что я ужинала с посторонним мужчиной. И в то же время очень хочется, чтобы ты мне абсолютно доверял, и у тебя не было бы поводов расстраиваться и переживать за надежность тылов. Эк я завернула... - пробормотала она себе под нос. И уже более внятно: - И не заставлял говорить такие вещи!
  - Ты угадала.
  - В смысле?
  - В смысле одного чуть больше, другого чуть меньше, но все ингредиенты перечисленного тобой присутствуют.
  - Егор, ты издеваешься?
  - Ничуть.
  - Зачем ты меня вынуждаешь все время правдиво говорить то, что я думаю?
  - Потому что иначе я начинаю себе придумывать невесть что...
  - Как же мне с тобой непросто.
  - Крепись, родная. Я все равно тебя никому не уступлю.
  - Я тебя тоже люблю, Егор, хоть ты и невыносимый тип.
  В трубке послышался довольный мужской смех.
  И хотя от смягчившегося голоса Панова буквально веяло располагающим теплом, Анька все равно возмутилась:
  - Что такого смешного я сказала? Ты специально меня провоцируешь, да? Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке?
  - Так Ромка тебя не только ужином кормил, но еще и спаивал? - дурашливо негодуя, воскликнул Егор.
  - Еще и сказки рассказывал. Грустные, - призналась Аня. - Хреново ему, Егорушка...
  - Ты его еще пожалей! - зло отозвался Панов. - Что ты от меня хочешь, Аня?
  - Для начала хочу, чтобы ты сейчас был рядом...
  - Я тоже, солнышко моё. Я уже так соскучился! - моментально оттаял мужчина.
  - Потом еще кое-чего хочу... раза два, не больше, а то мне завтра на работу, - невинно перечислила она, но при этом (наверное, представляя процесс), произнесла намек таким сексуальным голосом, что у Егора заныло в паху.
  - Анька, прекрати, иначе мне придется сейчас лезть под ледяной душ и отсиживаться там до посинения, - рассмеялся он.
  - Эх... ну ладно, - не слишком уверенно согласилась она больше не провоцировать любовника. И серьезно произнесла. - Хочу, чтобы ты поговорил с Ромкой, поддержал его. Наверное, не все свои страхи можно выболтать женщине.
  - Анечка... - простонал Панов, - ну почему ты его жалеешь, а не себя? Не Оксану?
  - Наверное, потому что у нас, женщин, психика более гибкая. И стрессовые ситуации мы переносим легче. Оксанку с Тёмкой и их ребенка мне больше всех нас жаль.
  - Вот именно! А тебя еще хватает и на более широкий круг сочувствия. Ну вот в кого ты такая, а?
  - Какая?
  - 'Гибкая'!
  - В маму с папой?
  - Вряд ли... Но как же мне все-таки повезло...
  - Это признание? - кокетливо спросила Анна.
  - Конечно. Даже не сомневайся, - твердо произнес мужчина.
  - Так ты поговоришь с ним, или снова мне придется оказывать этому деятелю моральную поддержку?
  Ответить Егор не успел, потому что в этот момент в дверь его номера требовательно постучали.
  - Аня, одну минуту, - попросил он, открывая.
  На пороге стояла Жанна Аркадьевна с бутылкой местного вина Margalit в одной руке и двумя изящными бокалами в другой.
  - Шалом* (привет!*)... - проворковала она, выразительно помахав бутылкой перед его носом, вынуждая отступить вглубь номера.
  - Эрэв тов* (добрый вечер*) - машинально ответил Панов на приветствие заученной фразой на иврите, но тут же опомнился, - давно не виделись?
  - Уже почти полтора часа, - кивнула она, проходя в номер, будто невзначай, задев его бедром, туго обтянутым узким коротким платьем.
  - Жанна?
  - Ты уже прощаешься? - выразительно кивнула она на зажатый в его руке мобильник.
  - Да, - неохотно выдавил он, поднося трубку к уху и буравя нежданную гостью тяжелым взглядом. - Аня, извини, пожалуйста. Я перезвоню, радость моя. Целую.
  Жанна Аркадьевна довольно улыбнулась, плавно развернувшись на высоких каблуках, танцующей походкой подошла к небольшому столику, поставила бутылку и призывно обернулась.
  Панов оставался стоять на прежнем месте, только сложил на груди руки в отгораживающемся жесте, так и зажимая в ладони телефон.
  - Егор Александрович, так и будете там стоять?
  - А какие будут предложения? - прохладно поинтересовался он.
  - Для начала помогите даме открыть вино.
  - Разве Вам, милая дама, не предложили открыть его в баре? - съехидничал Егор, не двигаясь с места.
  - В баре не продают бутылками. Я не поленилась сходить в местный магазинчик элитных вин. Ну так что? Поможете? - понизив голос до чарующего сексуального шепота, поинтересовалась бывшая любовница.
  - С удовольствием, - кивнул Егор.
  Стремительно шагнув к мини-бару, он достал штопор и ловко перехватил бутылку, умудрившись не коснуться рукой изящных пальчиков Жанны, которыми она намерено придерживала горлышко.
  Умело накрашенные глаза женщины недобро прищурились, но все-таки она не сдавалась, протянув бокал.
  Панов молча налил ей. Жанна поставила второй бокал на столик:
  - Себе тоже налейте, - предложила она, следя за его реакцией в то время, как ее пальчики нежно, медленно и плавно скользили по тонкой ножке бокала вверх-вниз.
  Естественно ее намек не остался незамеченным, но губы Егора лишь тронула едва заметная улыбка. Он просто покачал головой:
  - Благодарю Вас, милая дама, но вынужден отказаться.
  Раньше он не смел игнорировать ее так явно. Но неприятный осадок после расставания постепенно рассеивался, и Жанна хотела взять реванш.
  - Отчего же? Неужели глоток виноградного вина способен навредить Вашему драгоценному здоровью?
  - Не хотелось бы выяснеть это путем эксперимента.
  - Вот как...
  - Жан, ты выбрала не слишком удачное время для ведения светских дискуссий, - прямо высказался Егор, выразительно взглянув на мобильник.
  - Не хочешь заставлять ее нервничать? - правильно оценила она.
  - Не хочу.
  - Твоей нынешней... женщине все равно когда-нибудь придется привыкнуть к тому, что она не единственная.
  - Я не буду тебя разубеждать, Жан.
  - Хм, а меня и не надо ни в чем убеждать. Мы же... друзья?
  - Хорошо, что ты об этом помнишь.
  - Егор, а ты сам-то себе веришь?
  - Она мне верит. И я не намерен обманывать ее доверие. Так более доходчиво?
  - Хм... - залпом осушила Жанна Аркадьевна свой бокал. - Значит, и моя попытка пригласить тебя в качестве кавалера, чтобы сопровождать даму на прогулке по ночному городу, обречена на провал?
  - К сожалению, вынужден отказаться от столь лестного предложения.
  - Отчего же?
  - Перспективы слишком неоднозначны, - кивнул он на бутылку.
  - Скотина ты, Панов! - обиделась Жанна.
  - Милая, разве раньше ты заблуждалась на мой счет?
  - Видимо, да! - с неподдельным вздохом сожаления выдавила Жанна.
  Егор взял бутылку и 'свой' пустой бокал, умудрившись удерживать в одной руке, подошел к женщине и протянул свободную руку.
  - Пойдемте, милая дама, я провожу Вас до дверей.
  - Это уже не смешно, Егор. Красивая женщина вечером сама приходит к тебе в номер...
  - Разве я смею смеяться? - парировал он. - Если тебе так будет легче, то знай - в глубине души я ужасно сожалею, что не могу воспользоваться столь щедрым предложением поистине красивой женщины... - галантно произнес Егор, только Жанне все равно в его тоне почудились издевательские нотки.
  - Все-таки - сволочь, - уныло констатировала она. - Что мне теперь, идти спать в такую рань?
  - Мой совет вряд ли тебе понравится, так что пусть это будет твое решение, - мягко напутствовал Егор, доведя свою гостью до дверей и вручив ей початую бутылку и пустой стакан. - Лайла тов* (доброй ночи*) - поупражнялся он еще раз изъясняться на местном языке.
  Во взгляде, которым окинула его Жанна на прощание, было понамешано столько всяких эмоций, что Панов, прежде чем позвонить Ане, отправился в ванную, желая смыть с себя порчу...
  
  ***
  
  Анька же, невольно понявшая по восклицанию Егора, кто именно приперся к нему в номер, из-за чего он поспешно распрощался с ней, уже легла.
  Поначалу она просто будто ослепла и оглохла оттого, что сбылись ее неясные страхи, а потом словно задеревенела, почему-то уверенная, что он уже не перезвонит сегодня, но отчаянно желавшая услышать родной голос подлого изменщика.
  За что ей такое? Почему ее снова предают? Оказывается, предполагать, что однажды Панов устанет обхаживать ее и снова вспомнит о былых пассиях, было гораздо легче, чем знать наверняка. Жанночка, эта 'Жаба Аркадьевна', действительно была хороша собой, яркой, хищной красотой. Самодостаточна и самоуверенна. Подстать Егору. И на несколько лет моложе... И наверняка, зная Панова, как облупленного, имеет на него влияние. И учитывает его предпочтения в постели...
  А он так же будет нежничать, покрывая ласковыми поцелуями шикарное тело или жадно сминать его ладонями... И так же добиваться следующих раз за разом оргазмов. Панов.... Он такой, ненасытный в постели... Может быть, именно потому, что они не прожили вместе двадцать лет, и пока еще новизна отношений подстегивала сорокалетнего мужчину на героические подвиги, достойные молодого парня...
  
  Анька машинально смыла косметику, и так и улеглась на постель поверх покрывала, не переодеваясь и крепко зажав безмолвный мобильник обеими ладонями. Ей даже дышать было больно.
  Почему-то перед глазами, как живая, стояла та сценка, нечаянно подсмотренная ею почти год назад, когда Панов выходил вслед за своей Жанночкой из ординаторской, плотно и недвусмысленно притираясь к упругой женской попке...
  Анна отчаянно не хотела сейчас ни о чем думать, пытаясь уснуть, но благословенное забвение никак не наступало.
  Обычные посторонние звуки с улицы и из-за стены, где все еще никак не мог угомониться сын, отошли куда-то на задний план. И поэтому звонок, взорвавший тишину квартиры, показался ей каким-то жутко неуместным. В первое мгновение, она просто выпустила завибрировавший телефон из рук, а потом судорожно пыталась прижать его к уху не верх тормашками.
  - Анют...
  - Ты...
  - Конечно, я. А чьего звонка ты еще ждала в такой час? - нарочито строгим голосом сбил Егор ее с толку.
  - Ты один? - вырвался у Ани самый главный вопрос.
  - Как перст, - серьезно ответил Панов. - И весь - твой, родная. Расскажешь, как прошел твой день?...
  
  ***
  
  Засыпала Аня с чувством глубокого удовлетворения, только почему-то вспомнился коротенький эпизод в ресторане, заставивший просить Егора поддержать Ромку.
  
  Сначала, пока дожидались заказа, разговор, как обычно в последнее время, зашел о приготовлениях к предстоящей свадьбе Артема и Оксаны. После того, как слегка перекусили, и Рома внезапно спросил, что еще мучает спутницу, Анька неожиданно призналась - Егор намекал на совместного ребенка.
  - И что? - пожал плечами Роман. - По-моему, это нормально, если ваши отношения перешли на закономерный уровень.
  - Рома, это ненормально.
  - А почему - нет?
  - Ты чего, Ром? Только не хватало мне на пару с дочерью... Да собственные родители сожрут, скажут, совсем на старости лет из ума выжила.
  - Ань, ты глупости говоришь. Что на самом деле тебя пугает?
  - Знаю, что и в таком возрасте рожают вполне здоровеньких детишек, к тому же, сознательный шаг позволяет родителям уделять им достаточно времени на воспитание. И детки, как правило, успешно учатся в школе и вообще достаточно целеустремленными получаются.
  - Я явственно слышу 'но', - подбодрил Ромка.
  - Ты прав, это 'но' перевешивает все плюсы. Просто есть несколько хороших знакомых, которые рискнули, и... в общем, дети получились с отклонениями и в физическом, и в умственном развитии, - тяжело вздохнула Анна. - И счастливые семьи перестали быть таковыми. Мужья не выдержали подобного испытания. Финансово помогают несчастным матерям, которые не соглашаются сдавать инвалидов в интернаты, но жить, как прежде, и возвращаться в домашний ад не могут...
  - Действительно серьезное испытание, - согласился Роман.
  - Жаль их всех до безумия. Тут и чувство вины, и разочарование, и крушение всех надежд, и главное - одиночество... Мужики так и не женились... Да и старшим детям несладко. Никого в гости не приведешь, чтобы не было потом неприятных расспросов. И потенциальные друзья-подружки не строят серьезных планов - вдруг это в семьях наследственное? Вот этот пример подспудно жутко пугает, - созналась Аня.
  - Сейчас делают анализы, которые могут выявить аномалии в такой вот возрастной группе риска еще на стадии беременности, чтобы можно было прервать.
  - Надо же, какая осведомленность, - хмыкнула Анька. - Напрашивается вопрос - с какой целью ты интересовался?
  - Да так. А тебе что, салат не нравится? - внезапно перевел он тему, указав на ее почти полную тарелку.
  - Да нет, почему? - пожала соседка плечами. - Нравится.
  - Твое здоровье, - подняв свой бокал, сбил Роман Аньку с крутившейся в голове мысли, которую женщина намеревалась озвучить.
  Разговор на время затих, и Аня уделила пристальное внимание салатику, запивая его вином. Но через какое-то время, подняв голову, поразилась внимательному изучающему взгляду Романа. Решив, что ей почудилось, Анька поспешно опустила глаза, дивясь причудливой игре свето-тени, создающей странную атмосферу в уютном ресторанчике.
  Снова покосилась на спутника и поняла, что ей не кажется, будто Рома 'завис'.
  - Ты чего, Ром? - забеспокоилась она.
  - Вот думаю, - медленно, словно нехотя выговорил сосед, - может, зря я тогда презерватив напяливал, куда бы ты делась...
  Анька, в этот момент пригубившая вино, чуть не подавилась.
  Причем буквально поперхнулась. Во-первых, представила себе такое позорище - как залететь по-глупому от парня-гея, который моложе ее почти на добрый десяток лет. Во-вторых, что же за чудо-юдо у них получилось бы после употребления странной выпивки, после которой и сама не понимала, что вытворяла, перепутав сон с явью? А 'в-третьих' она сразу и не придумала, но заранее перепугалась. Судорожно отставила бокал в сторону и прижала ко рту салфетку.
  - Солнце, да у тебя все признаки панической атаки, - напрягся Рома. - Ань, водички? - приподнялся он со своего места, чтобы постучать ее по спине.
  Аня замотала головой, выставив руку в предупреждающем жесте - не трогай!
  - Кхм... Рома, ты... кхе... идиот... клинический. Кхм-кхм, - подняла она вверх обе руки, потому что напрочь забыла, что при первой помощи в таком случае достаточно лишь задрать кверху лишь одну руку.
  - Ань, ты придуриваешься? - недоуменно спросил Роман, глядя на выступившие слезы, натужно покрасневшее лицо спутницы, пытающейся откашляться, прикрывая рот салфеткой - не поверив в искренность ее демонстративного отношения к данному вопросу.
  Анна промокнула слезящиеся глаза, никак не в состоянии прийти в себя от его идиотской шутки, и смущения, что их парочка привлекает всеобщее внимание.
  - Я тебе этот ресторан кхе... припомню, вредитель. Лучше бы и дальше только обещаниями кормил! Сейчас уже... кхм- кхм... пальцами на нас показывать начнут.
  - Да ладно, Ань, не парься. Мне, например, плевать.
  - Во-во, и я о том же. Кхм... Эгоист ты махровый, Рома. Люди, может, сюда пришли на романтический ужин, а тут такая... кхе... некрасивая сцена, портящая аппетит. Тебе всегда на всех плевать. Так нафига тебе ребенок?
  - Извини, что напугал, Ань, - смерив женщину взглядом, повинился сосед. - Я и забыл, что ты такая впечатлительная.
  - Неудачная шутка, Ром.
  - Угу, шутка, - невесело пробормотал спутник.
  - Угу... 'киргуду', - огрызнулась Анька, передразнивая.
  Что-то в выражении его лица сказало Анне о том, что 'шутки-юмора' в этой шуточке было от силы на треть...
  - Рома, откуда вообще у тебя могла родиться подобная идея? Вино-то вроде слабенькое? - на всякий случай принюхавшись, отодвинула Аня свой недопитый бокал в сторону.
  - Ты, меня прости, Ань. Так что-то накатило... - отвел глаза Рома. - Ты... красивая, хорошая, добрая, отзывчивая, искренняя, теплая, душевная. Ну, не без недостатков, конечно... с тараканами в голове... - разбавил он слегка свои дифирамбы. - И, честно скажу, жить с тобой я бы не стал. Твоих таракашек дрессировать под силу только Панову. Он способен на великие подвиги. Но почему ты исключаешь то, что я могу хотеть иметь детей?
  - Нафига они тебе нужны, Рома? Ты слишком идеализируешь отцовство. А это каторжный труд - растить и воспитывать нового человека. Жить его заботами, радостями и горестями, которые могут тебе показаться смешными и глупыми с высоты прожитых лет, заморачиваться его проблемами, не спать ночами, когда болеет, изменить привычный график свободной жизни, режим дня, круг интересов. А потом наступает один далеко не прекрасный момент, когда оказывается, что ты для самого родного человечка на свете не такой уж авторитет, и вы говорите на разных языках. И ты судорожно ждешь, когда возраст отрицания и максимализма пройдет, и снова можно будет общаться нормально... Хотя, может, у вас, у мужиков немного не так ощущается, как у женщин?
  - Да нет, похоже, наверное, - нехотя согласился Ромка. - Отец мне что-то в том же духе втирал.
  - Но только твои гипертрофированные страхи, сомнения, переживания и все остальное воспринимаются окружающими как самое обыденное... - продолжила Анна. - В общем, тяжко это Рома. Я считаю, в твоем случае, желание поиграть в отца - это утопия чистой воды. Я даже не сомневаюсь, что жена тебе не нужна...
  - Нимб не жмет? - сердито перебил Ромка соседку.
  - Что?
  - Я всегда считал, что без сомнений на свете существуют только праведники. Ты настолько самонадеянна, Ань? - ехидно уточнил он.
  - Прекрати! - отмахнулась женщина. - Ты прекрасно знаешь ответ. Просто высказываю мое мнение.
  - Твое мнение - не истина в высшей инстанции. С твоего позволения, я останусь при своем, - желчно добавил Роман.
  - И все-таки дай мне договорить, - поморщилась Анька, чувствуя, что просто распирает высказаться.
  Сосед развел руками и кивнул, дескать, давай, дерзай.
  - В какой-то мере я понимаю твое желание. Вам, мужикам, удобнее, когда уверены, что осуществили свое предназначение, удовлетворяя свой инстинкт к размножению, так сказать, оставили свой след на земле. Пусть ребенок растет где-то там, главное осознавать, что твое семя не пропало даром. И можно охотиться дальше, это же гораздо интереснее...
  - Ты как-то слишком обобщаешь, свалив все в одну кучу, - недовольно скривился Роман, снова перебив.
  - Тебе нужны конкретные примеры? Да даже далеко ходить не надо - мой бывший выбрал женщину, оставив родных детей...
  - Твой бывший - козел.
  - Но-но, давай без обидных ярлыков.
  - Что, ты уже и его простила? - выразительно закатил глаза Рома, изображая крайнюю степень возмущенного изумления.
  - Не простила, просто мне неприятно осознавать, что была замужем за козлом. Кто же тогда я получаюсь? Так что давай впредь более уважительно об отце моих детей, пожалуйста. И потом, у нас же было с ним что-то хорошее.
  - Ты все-таки непостижимая женщина, Анька.
  - Странно... в твоих устах это почему-то не выглядит комплиментом.
  - А это не комплимент вовсе, а констатация, - съехидничал Роман Сергеевич, кивнув на бокал, - пей, не бойся.
  Аня с сомнением взглянула на бокал, а затем снова на спутника:
  - Я тебе нажаловалась на жизнь, теперь твоя очередь.
  - У меня все просто зае... Извини, - опомнился Рома, что он все-таки не с приятелем по душам треплется. - Все нормально, Анюта.
  - Нет, Ром. Не нормально. Ты сильный духом...
  - И телом, - машинально вставил сосед.
  - Хорошо, согласна, - кивнула Анька. - В здоровом теле - здоровый дух, и все такое. Но именно этот момент и настораживает. Ты не привык жаловаться, потому что некому.
  - С чего такие выводы? - скептически хмыкнул Рома.
  - Вернее, не потому что нет 'свободных ушей', а из-за того, что живешь на два мира. В одном не поймут твою нежную голубую ориентацию, а в другом - твои серьезные намерения насчет семейных ценностей.
  - Зря ты думаешь, что мы с Тёмкой исключение.
  - Да ну, брось. Тем людям, которые тусуются по специфическим клубам на фиг не нужны любовь, верность, дети, какие-то взаимные обязательства. Разве что, это приходит в определенном возрасте?
  - Ты не владеешь вопросом, поэтому эту тему лучше не трогать, - предупредил Роман.
  - Хорошо. Вернемся к нашим баранам, - вздохнула Аня, снова беря в руки бокал с вином. - Друзей, которые тебя поймут и поддержат во всем - раз-два, и обчелся. С Егором уже не так просто поделиться наболевшим. Родителей не станешь расстраивать и не захочешь выслушивать нотации. Остаюсь я. Так что еще мучает тебя, Ром? Кроме упущенного призрачного шанса стать отцом с моей помощью, - ехидно добавила Анька, передернув плечами.
  - Ладно. Уела, - нехотя согласился молодой мужчина. - Это было наивно. Итак... Ты понимаешь, что Артема я Оксанке не отдам насовсем? - в лоб спросил он.
  - Артем - не вещь.
  - Ты зришь в самый корень, - кивнул Роман. - Именно это меня и пугает, Ань. Я боюсь, что своими руками ставлю крест на наших с ним отношениях. Но я не намерен делить своего парня даже с твоей дочерью. Особенно с ней.
  - Скорее всего, твои страхи необоснованны. Ксюха к Тёмке относится как к брату. И, заметь, они оба пошли у тебя на поводу с твоей замечательной идеей насчет брачного союза. Но, положа руку на сердце - в качестве мужа Артем ей не нужен. В общем, если перефразировать - то Оксане нужен не Артем. Кстати, а что не так с моей дочерью?
  - Она твоя дочь.
  - Исчерпывающе, - скептически поджала губы Анна. - Я не отказываюсь, и что с того, что она моя дочь?
  - Догадайся сама.
  - Только не говори, что ты его и ко мне ревнуешь.
  - Не скажу.
  - Ром, это смешно.
  - Ты хотела откровенности? - подался он вперед, буравя ее вызывающим взглядом.
  - 'Н-на, получи!' - дурашливо передразнила соседка, машинально откидываясь на спинку своего стула, чтобы увеличить дистанцию.
  - Не смешнее, чем твои отмазки про возраст, не позволяющий иметь с Паном общих детей, - серьезно произнес Роман.
  - Это не то же самое! - запальчиво возразила Анна. - И Егор меня понимает... - не слишком уверено добавила она.
  - А ты его понимаешь? - словно между прочим, обронил Ромка и, не дав женщине ответить, сменил щекотливую тему. - Еще вина?
  
  ***
  
  До намеченного дня свадьбы оставалось всего ничего. Костюм для жениха и платье, чудесно скрывающее положение невесты, а так же удобные туфли для Оксаны, в которых она не должна бы была устать за целый день - приобретены. Машины для поездки в ЗАГС и по традиционно памятным местам, а так же ресторан для проведения самого застолья - заказаны. Осталось лишь купить кольца, подтвердить количество приглашенных персон и оплатить вторую часть заказа. И пора было уже рассылать оставшиеся приглашения, чтобы заранее уведомленные гости могли скорректировать свои планы на эту дату.
  Оксана до последнего колебалась с тем, приглашать ли отца на свадьбу. Но Анна оставила это решение на совести дочери, молчаливо согласившись с доводами Егора, нечаянно оказавшегося свидетелем их спора.
  Ксюха не хотела сообщать отцу о том, что выходит замуж. Аня покрутила у виска.
  - Ты вообще как себе этот момент представляешь? Думаешь, бабушка Оля сохранит втайне от своего единственного сына подобный секрет? Это некрасиво, Ксюш. Не по-людски как-то.
  - Ну, конечно, очень правильно было заводить вторую семью втайне от первой! - парировала дочь.
  - Ксюш, - тяжело вздохнула Аня, присаживаясь напротив девушки, - тебе, наверное, пока еще тяжело понять или принять, что такие вещи случаются сплошь и рядом. Больно чувствовать себя преданным человеком, которому ты доверял. Но, помнишь, я тебе говорила, что порой отношения просто изживают себя. И моей вины, скорее всего, ничуть не меньше в том, что мы расстались с твоим отцом. Я не настаиваю на том, чтобы ты приглашала его на свадьбу. Тем более с этой его... новой женой, - выдавила Анька. - Но поставить в известность, мне кажется, было бы правильно. Он, в любом случае, хочется тебе того или нет, останется твоим отцом. Не забывай и о том, что твою учебу спонсирует папа.
  - Представляю, что он мне скажет по поводу ребенка в конце четвертого курса, - тоскливо вздохнула Ксюшка.
  - Ну... это да, - не стала отрицать Аня. - Скорее всего, вряд ли обрадуется такой новости. Но его это уже не касается напрямую. Так что подумай, как следует. Жизнь длинная, и неизвестно еще, какой стороной к тебе повернется. Может быть, когда-то и потребуется участие родного по крови человека. Близкими родственниками не разбрасываются. И потом, на свадьбе обычно упоминают о родителях, так что если мы оба будем присутствовать...
  - Кстати, да, - спохватилась Оксана, - интересно, а ты себе как представляешь, что будет и отец, и Егор?
  - Девочки, к вам можно присоединиться, или секретничаете? - заглянул на кухню Панов, услышав упоминание своего имени.
  - Заходите, - пригласила Оксана. - Чай будете?
  - Буду, - согласился мужчина, переведя задумчивый взгляд с одной расстроенной женщины на другую. - О чем спорите? Арбитр нужен?
  - Да так, - отмахнулась Аня, не желая при нем обсуждать семейные проблемы, невольно затрагивающие прошлое.
  - Ну, не знаю, может, и нужен, - протянула Оксана, поднимаясь, чтобы налить чай. - Егор Александрович, можно задать личный вопрос?
  - Спрашивай, - покосившись на Аню, напрягся Панов.
  - Я вот интересуюсь, как Вы себя будете чувствовать, если я на свадьбу приглашу отца? - выдала в лоб Оксана, ставя полную чашку для Егора на стол, и снова опускаясь на свое место.
  - Я не понял, Оксан, - нахмурился Панов, - при чем тут я? Свадьба - твоя. Отец - тоже твой. Право на эту женщину, - приобнял он сидевшую Аню за плечи, - Анатолий потерял. Вряд ли у меня есть повод ревновать. Может быть, немного неприятно встречаться с человеком, которого, скажем так, не слишком уважаю за то, что ушел из семьи. Но с другой стороны - не сделай он этого, вряд ли я мог бы теперь надеяться на то, что мы когда-нибудь поженимся с твоей мамой.
  - Егор, перестань, речь не о нас, - осадила его Аня.
  Оксана ухмыльнулась:
  - Кстати, а когда речь пойдет о вас? - склонив голову к плечу, поинтересовалась девушка.
  - Прекратите оба! - смутилась Аня. - Давай сначала с твоей свадьбой разберемся, а потом уже будем думать, как нам с Егором дальше жить.
  - Ну вот, уже какая-то конкретика, - удовлетворенно улыбнулся Панов, благодарно подмигнув Ксюхе. Но тут же посерьезнел. - А ты вообще-то из каких соображений интересуешься? Если что-то смущает, говори, не стесняйся. Я могу вообще не ходить. К Артему я никакого отношения не имею, а тебя я и дома поздравлю.
  - Но как же, - растерялась Оксана, - разве вы с Тёмкой не друзья?
  - Другом числится Роман, - возразил Егор. - А Артем - просто его парень.
  Аня вздохнула. Одной неосторожной фразой, которую Оксана восприняла совершенно нормально, Панов расставил акценты, невольно выдав свое отношение к соседям. Впрочем, он и не скрывал, что былых дружеских отношений между ним и Ромкой уже никогда не будет. Из-за того, что Тёма умудрился переспать и с ней, и с дочерью, парню, видимо, уже не светит подняться в глазах Егора. А к Роме у него свои счеты. Может быть, так и должно быть? Это она, слабая женщина с мягким сердцем, все время находит в себе силы на понимание и прощение поступков людей, которые стали близкими, и с которыми не может не общаться в силу целого ряда причин. А у таких волевых мужчин, как Панов, совсем другие жизненные принципы. Которые, кстати, он нарушил благодаря ее участию. Плохо это или хорошо - время рассудит...
  Анна опустила свою ладонь поверх Егоровой, лежавшей на ее плече, и задрала голову вверх, чтобы встретиться с ним взглядом, одарив своего мужчину теплой благодарной улыбкой. Пусть знает, что она ценит его за великодушие и умение идти на уступки.
  - Я тоже тебя люблю, - склонившись, шепнул он ей на ушко, заставив вспыхнуть.
  - Эх... - завистливо вздохнула Оксана, любуясь на эту идиллию. - Ну поцелуйтесь уж, что ли... Могу зажмуриться. И, кстати, чай остывает, - кивнула она на Егорову чашку.
  - Извини, Ксюш, - ничуть не смутился Панов, присаживаясь за стол. - Спасибо за чай. Так в чем суть твоей проблемы?
  - Я не хочу приглашать отца.
  - Кхм... - взял паузу Егор, внимательно глядя на девушку. - Это вряд ли мое дело, Оксан. Но, понимаешь, какая штука... Традиции свадебных церемоний уходят корнями в далекое прошлое. Давай сейчас рассматривать счастливый вариант, по которому соединяются, скажем так, два любящих сердца, а не вынужденные изображать жениха и невесту, сведенные вместе обстоятельствами и чувством долга, люди.
  - Хорошо, - согласилась Ксюха, - давайте.
  - Ну так вот. Считается, что во время бракосочетания рождается молодая семья. На этом торжестве присутствуют родные и близкие люди, чтобы разделить с молодоженами первые счастливые моменты их совместной жизни. Гости традиционно поздравляют молодых и высказывают свои пожелания, которые по содержанию могут быть разными, но по своей сути подразумевают нажитый многими поколениями настоящий клад семейной мудрости. В них, как правило, отображается психология семейных отношений в своем идеальном варианте, способная помочь в разрешении различных вопросов, касающихся дальнейших отношений. Естественно, самые родные и близкие и с той, и с другой стороны желают вам всяческих благ искренне и от души. По идее, присутствие обоих родителей жениха и невесты - обязательная традиция. Их напутствия считаются самыми важными. Я не берусь судить, насколько ты глубоко травмирована разводом родителей...
  Оксана неприязненно фыркнула, выражая свой скептицизм.
  - Ну вот и я так думаю, - невозмутимо продолжил Егор, - что не настолько сильно. Просто вы с Димкой не видели, переживал ли, сомневался ли ваш отец, делая выбор... а для нормального мужика, уверяю тебя, тоже не проходит бесследно разрыв отношений с семьей, даже если в ней больше не осталось любви и взаимопонимания... А вот эмоции, боль и слезы матери, близкого тебе человека, с которым ты связана сильнее в силу природных закономерностей, ты наблюдала. И подсознательно заняла ее сторону. Повторяю еще раз - решать тебе. Но я бы не стал лишать отца возможности поздравить и порадоваться счастью единственной дочери. Если ты, конечно, не собираешься рассказывать о подоплеке ваших истинных отношений с Артемом. Вряд ли в таком случае он окажется за тебя рад.
  - Нет, конечно, не собираюсь! - вздрогнула Оксанка, не представляя, как она сможет объяснить то, что случилось.
  - Только сообщать папе будешь сама, - вставила Аня.
  - Мам...
  - Ксюша - это традиция! - отрезала Анька. - Можешь взять с собой Артема, представишь своего жениха...
  - Чтобы испросить у папеньки благословения? - желчно съехидничала дочь.
  - Ну, что-то в этом духе, - кивнула Аня. - В конце концов, может быть, вам повезет, и Толя сам не сочтет нужным свое присутствие...
  - Блин! Я так и знала... - огорчилась Ксюха. - Ладно, пошла я... домой. Тёмку 'порадую'. Пусть морально готовится... Одна я отдуваться не собираюсь.
  - Умница какая, - съехидничала Аня. - Только помни о том, что и Артему потом придется подыграть перед его родителями.
  - Знаешь, как утешить, - досадливо отмахнулась Ксюшка.
  - Кстати, Ксюш, - окликнул девушку Егор, - я все собирался тебе предложить, но как-то не получалось.
  - Что? - заинтересованно остановилась Оксана.
  - Если уж вы собрались и дальше разыгрывать этот спектакль, так проявите артистизм. Понимаю, что для вас с Артемом эта свадьба - совсем не тот повод, чтобы по-настоящему радоваться жизни. Но ты вообще можешь считать это репетицией перед настоящей.
  - Ну да... - грустно усмехнулась Оксанка.
  - Напрасно ты так. Я уверен, что ты обязательно встретишь еще человека, который будет ценить свое счастье. Уважать тебя и любить, как ты того заслуживаешь. Откуда такой скептицизм у красивой, умной девушки? Вот родишь, доучишься, и все у тебя еще будет.
  - Когда именно?
  - Ну, точную дату я тебе сказать не могу. Главное, верь, что все будет хорошо. И Артему скажи, чтобы не маялся дурью. Или пусть признается родителям, что у вас определенная договоренность из-за ребенка. Или не воспринимает это все как личную трагедию. Вот у него-то, скорее всего, повода для того чтобы пойти в ЗАГС с такой красавицей и умницей не будет. В нашей стране брачные союзы гей-пар не регистрируют. Так что... делайте выводы. Устройте себе и гостям настоящий праздник, чтобы было потом приятно вспоминать.
  - Ладно, мы подумаем, - пообещала немного повеселевшая Ксюха. - Пока!
  
  ***
  
  Чтобы не откладывать в долгий ящик объяснения с отцом, Оксана решила назначить ему встречу в ближайшие дни. Артем мужественно согласился ее сопровождать. Только для начала надо было согласовать дату.
  Набрав отцовский номер, Оксана попробовала зайти издалека:
  - Добрый вечер, пап, - поздоровалась она.
  - Что случилось? - встревоженно задал вопрос мужчина вместо ответного приветствия.
  - А почему должно было что-то случиться? - прикинулась девушка удивленной.
  - Сама-то как думаешь? Когда ты мне в последний раз звонила? - язвительно упрекнул Анатолий.
  - Ну... впрочем, ты прав, случилось. Я замуж выхожу! - выпалила она и замерла в ожидании реакции.
  - Во как... - откликнулся мужчина, и после продолжительной паузы, видимо, осмысливая заявление дочери, выдавил, - а с чего такая поспешность? Тебе еще доучиваться почти полтора года, не забыла?
  - Не забыла, - тяжело вздохнула Оксана. - В общем... хотела с тобой встретиться, заодно могу с Тёмкой познакомить.
  - А Тёмка у нас кто?
  - Жених, - терпеливо пояснила Ксюха.
  - Еще интереснее, - подозрительно спокойно протянул мужчина. - Я думал... ты замуж собралась за этого твоего, Кирилла...
  - Нет! - отрезала Оксана. - Так ты хочешь познакомиться с моим будущим мужем или как? - с затаенной надеждой, что отец не сочтет такой пустяк обязательным, задала она вопрос в лоб. - Мы уже заявку подали.
  - Естественно я хочу посмотреть на того, ради кого ты поменяла свои планы, - занервничал Анатолий.
  - Когда?
  - Да хоть сегодня.
  - Сегодня? - растерялась Оксанка, но потом решила, что, пожалуй, это идеальный вариант.
  Мать не обрадуется, если позвать его к ним домой. В квартиру к ребятам приглашать, по понятным причинам, вообще было нельзя. К бабушке Оле - слишком поздновато для незапланированного визита родственников. Да и вообще Ксюху вполне устраивала какая-нибудь нейтральная территория. Если вдруг дойдет до скандала, можно беспрепятственно покинуть место словесных баталий. - А ты где сейчас?
  - На работе.
  - Допоздна сегодня?
  - Да, но у меня в десять перерыв. Минут на сорок примерно.
  - Давай тогда в кафе, которое за прудом. Оно еще сохранилось?
  - Да. По-моему круглосуточно работает. Но до двенадцати ночи точно. А...
  - Не волнуйся, мы на машине.
  - И все-таки, почему вдруг сейчас? Сессия на носу... До лета никак подождать не могли? - задал мучающий его вопрос отец. - Он хоть что из себя представляет? Сколько лет, кем работает?
  - Давай, при встрече, пап, а то нам собраться надо, чтобы по пробкам к десяти успеть добраться... - заюлила Оксана.
  - Может быть, тогда завтра пораньше и поближе к дому? - не слишком уверенно предложил отец. - У меня возникло много вопросов.
  - Нет. Лучше уж сегодня, - решилась Оксана, побоявшись, что, оттягивая встречу, она растеряет весь свой запал и желание объясняться.
  
  Заглянув в комнату к соседям, чтобы ангажировать Тёмку для свидания с родителем, Оксана застала привычную картину. Артем сидел в самом уголочке дивана, пытаясь вникнуть в содержание своих конспектов. А Роман, удобно развалившись на весь диван, и пристроив голову на коленях своего парня, просто тихо млел, из-под полуопущенных ресниц наблюдая за ним.
  В последнюю неделю эта тихая идиллия ей порядком надоела. Потому что умиляла и заставляла чувствовать себя узурпатором, посягнувшим на чужое счастье. А это было неприятно.
  Упрекнуть ребят в том, что, выделив ей целую комнату в безраздельное пользование (о таком раздолье дома она могла бы и не мечтать), и забыли о ней, Ксюха не могла. Они и так непозволительно много времени уделяли ее персоне. И притом обеспечивали ей комфортные условия существования, избавив от домашних обязанностей коммунального проживания. Да еще и баловали в меру своего понимания ее запросов и исходя из интересов малыша, которого она носила под сердцем.
  Совсем недавно, например, Рома отвез обновить гардеробчик.
  Получилось спонтанно. Анна сразу же попыталась настроить на то, что нужно купить что-то более подходящее беременной женщине, но Оксана все откладывала поход в магазин.
  А тут уж вышло само собой.
  
  ***
  
  Собираясь на работу, Рома заглянул к девушке в комнату напомнить, чтобы поторапливалась и обязательно успела нормально позавтракать.
  Тёмка в этот день усвистел рано. У него была нулевая пара. А Рома терпеливо ожидал, пока соседка соберется, чтобы подкинуть ее до универа.
  Честно сказать, расстроенной донельзя Ксюше было не до еды. Она и так не влезала уже ни в одни брюки, и ни в одну юбку (которую приходилось подтягивать под самую грудь, чтобы пояс не передавливал живот). Настроения выходить куда-либо из дома, переодевая удобный спортивный костюмчик или длинную футболку, и облачаться в привычную одежду, не было. Но в университете сегодня надо было непременно показаться, хотя бы на второй-третьей паре.
  И поэтому, мысленно пообещав себе, что завтра-послезавтра обязательно устроит себе вынужденный шоппинг, Оксана теперь усердно втягивала животик, пытаясь уместить его в ставшие тесными джинсы, решив, что под длинным свитером не будет заметно, что ширинка не застегивается до конца. Вот только надо было проковырять новую дырочку на ремешке, которым она собиралась подержать противные штаны, чтобы при ходьбе не пришлось их все время подтягивать или вообще поддерживать.
  Ксюшка так и не узнала, что там Рома себе вообразил, застав ее в такой пикантный момент - полуодетой, готовой расплакаться от огорчения и безуспешно пытающейся справиться с невыполнимой задачей.
  Отругав девчонку за дурость, Роман велел предупредить свою старосту, что она будет только ко второй паре, заставил снова переодеть спортивный костюм и отправился вместе с ней покупать обновки. Правда, сначала заехали в какое-то ателье, где, как оказалось, работал... нет, точнее, творил свои эксклюзивные шедевры Ромкин приятель-модельер.
  
  Первое впечатление от знакомства с грузным, но удивительно подвижным мужчиной, (легко порхавшим по мастерской среди кусков и рулонов тканей, бобин с нитками, манекенов, столов с разложенными выкройками, швейными и оверлочными машинками, и еще какими-то станками непонятного непосвященному человеку назначения, делая замечания мастерам), у Оксаны сложилось неоднозначное. Если рассматривать его черты лица по отдельности - скорее можно было назвать его некрасивым, но общее восприятие вовсе не производило отталкивающего эффекта. Наоборот, его манера поддерживать беседу, завораживающая плавная жестикуляция и радушная улыбка располагали к открытости, заставляли расслабиться. И вообще под конец визита, когда с нее уже аккуратненько, с профессиональной деликатностью сняли необходимые мерки, Ксюха решила для себя, что он очень даже обаятельный.
  Широко известный в узких кругах модельер сначала потрясенно разглядывал спутницу Романа (впрочем, и остальные сотрудники ателье, оказавшиеся молодыми ребятами в весьма экстравагантных нарядах, словно сами подрабатывали моделями на подиуме - тоже были крайне изумлены визитом в их обитель человека женского пола), но, услышав просьбу Ромы придумать что-нибудь именно для будущей мамашки, неожиданно заинтересовался идеей. Причем с азартом, словно бы ему предложили интересную и сложную задачу. Хотя может, так оно и было, по крайней мере, определенно женских нарядов Оксана на манекенах не заметила. Скорее, это огромное помещение студии-ателье напоминало мастерскую изготовления эксклюзивных театральных костюмов.
  - Все будет в лучшем виде, 'рыба мОя', - коверкая слова неправильной расстановкой ударения на манер эксцентричного и тщеславного Милко из телесериала 'Не родись красивой', пошутил 'Мирко', то есть Мирослав, пообещав до конца недели обеспечить Ромкину подопечную интересными дизайнерскими тряпками именно для беременных.
  
  - Как ты думаешь, Ром, он действительно справится? - скептически спросила Оксана, когда они, распрощавшись, вышли на улицу.
  - Уверен, что да. В крайнем случае, подключит свою сестру, она сообразит, что нужно учесть, делая скидку на женскую фигуру. Как закройщица, она, пожалуй, покруче его будет. Только Мирко не проболтайся, что я так считаю.
  - А почему мы приехали сюда, а не к ней?! - удивилась Оксана нелогичности поступка.
  - Ну... - замялся Рома. - Вряд ли я бы мог обратиться к ней так запросто...
  - Вы не представлены друг другу? - съехидничала Ксюха.
  - Наоборот, - поморщился Рома, - мы одно время тесно общались.
  - Насколько тесно?
  - Настолько, насколько может подсказать тебе твое неиспорченное воображение, - ухмыльнулся молодой мужчина.
  - Хм... - подавилась смешком Оксанка. - Ром, а она такая же... большая? - постаралась деликатно охарактеризовать внешность неизвестной особы девушка.
  - Не-а, она, скорее, субтильная, как мальчишка-подросток. Даже не скажешь, что Мирослав и Стаська родные.
  - Все-таки ты извращенец.
  - Еще скажи - педофил, - скривился Роман. - Интересно, кем бы ты меня назвала, если бы я сказал, что она похожа на... ну не знаю, на Памелу Андерсон?
  - Если ты имеешь в виду то время, когда снимался сериал "Спасатели Малибу" - то одобряю твой выбор, - съехидничала Ксюшка. - Но по мне так у Дженифер Лопес фигура все-таки более соответствует идеалам женской красоты. Хотя, на вкус, на цвет... Чем же ты ее так обидел, что теперь даже встречаться боишься?
  - Ничего я не боюсь, - поморщился Рома. - Просто она замуж хотела и детей. А у меня были совсем иные планы. Я и сейчас очень трепетно отношусь к своей свободе.
  - В итоге она замуж-то вышла?
  - Три раза подряд. И родила четверых.
  - Мать моя! - ахнула Ксюшка. - Вот это я понимаю! Человек - сам творец своей мечты! Ром, а у вас хоть чувства-то какие-то были или просто интим?
  - Да какие там чувства? - пожал плечами Роман. - Во-первых, я младше Стаськи лет на шесть. Во-вторых, ей просто нужен был красивый и здоровый племенной самец... Хотя, по словам Мира, последний ее муж страшный, как смертный грех. Но живут душа в душу уже лет десять.
  - Не жалеешь, что не согласился помочь девушке? По крайней мере, сейчас у тебя хотя бы ребенок был. А...
  - Ладно, - жестко перебил любопытную девчонку сосед, - хватит обсуждать мое небезупречное прошлое, поехали теперь в какой-нибудь магазин.
  - Зачем?
  - Купим что-нибудь из тряпок на первое время. Не будешь же ты сидеть дома в ожидании, пока маэстро сотворит свой очередной шедевр? - рассмеялся Рома, уходя от неприятной темы. - Я тут нашел несколько адресов этих, которые для беременных.
  - Давай, в какой поближе. На вторую пару успеть все-таки хочется.
  - А я думал, наоборот, поближе к универу.
  - Без разницы, - согласилась Оксана, усаживаясь в машину.
  
  Слава богу, в первом же магазине, в который они заехали, удалось найти несколько вещей - удобных, практичных и удачно маскирующих интересное положение будущей мамочки, которые устроили придирчивую девушку.
  Пока Ксюха выбирала одежду, Рома 'висел' на телефоне, с комфортом расположившись в одном из низеньких кресел для покупателей. Хотя, скорее всего, кресла предназначались для спутников покупательниц. Потому что самостоятельно подняться с этого удобного с виду предмета мебели без посторонней помощи женщине на приличном сроке беременности было бы крайне затруднительно.
  Насколько Оксана поняла, слушая краем уха содержание беседы, по своему шефу соскучился "любимый" Артемом менеджер. Рома на удивление терпеливо выслушивал информацию и давал своему подчиненному ЦУ. А потом позвонила его секретарша, которая тоже не знала, что отвечать заявившимся с самого утра клиентам. Им, похоже, очень срочно требовалось забрать какие-то документы, которые должен был подписать Роман Сергеевич, а не его отец или кто-либо из заместителей руководства фирмы.
  Но, видимо, и у Ромы был свой предел терпения. В конце концов, он раздраженно предложил своей помощнице собрать все необходимые документы и самой подъехать к нему по этому адресу. Тем более их офис находился не так уж далеко.
  Как потом оказалось, Рома снова воспользовался моментом, совместив рабочий момент с собственным интересом.
  
  Оксанка практически определилась со своим выбором одежды, сделав, наверное, дневную выручку магазину. Подойдя к Роме, который как раз с интересом разглядывал стенд с нижним женским бельем, предложила ему оценить масштаб финансовых затрат. Мало ли, вдруг ее спонсор решит, что надо быть скромнее с запросами.
  Рома обернулся:
  - Ксю, глянь-ка какие труселя интересные, - хмыкнув, указал он на изображение беременных женщин, демонстрирующих нижнее белье на ярких упаковках.
  - Что тут интересного? Специальные, с эффектом поддержки живота. Я и в простых похожу.
  - В этих своих треугольных полосочках? - нахмурился Рома, припомнив, как буквально на днях Оксанка выгребала свои трусики из стиральной машинки, попутно очень эмоционально и доходчиво объясняя Тёмке, что нельзя стирать нижнее женское белье вместе с мужскими носками, несмотря на то, что оно тоже черного цвета. - Нет.
  - Что значит, 'нет'? - изумилась Ксюха.
  - Вам что-нибудь подсказать? - появилась рядом девушка-консультант.
  - Помогите, пожалуйста, определиться с выбором, - обратился к ней Роман, мельком взглянув на вошедшую в двери магазина эффектную молодую женщину с пухлой папкой для документов в руках, рассеянно заозиравшуюся по сторонам, будто не могла понять, что она тут делает. - Насколько я понимаю, простой хлопок предпочтительнее этих вот, с кружавчиками?
  - Ром, прекрати! - прошипела Ксюшка, покраснев. - Я сама разберусь со своими трусами!
  - Вы знаете, здесь представлены очень удачные модели отличного качества. У нас все белье сертифицировано, - защебетала продавщица вроде бы для потенциальной клиентки, но при этом беззастенчиво пожирая глазами Ромку. - Но вообще-то берут в основном не хлопок, а бамбук. Оно по ощущениям очень приятное для кожи, шелковистое такое...
  Ксюша попыталась отойти, чтобы не мешать им общаться, но стоявший позади нее Рома отрезал пути отступления, нагло обняв и демонстративно погладив ее животик:
  - Нам подходят. Покажите, пожалуйста, самые удачные модели, - кивнул он девушке-консультанту. - Так и быть, с цветом можешь определиться сама, - интимно шепнул Ромка в покрасневшее ушко своей 'пленницы', забавляясь реакцией остановившейся неподалеку от них Анжелы, пребывающей в легком шоке. - Извини, радость моя. Я буквально на пять минут отойду. Мне тут по работе кое-какие вопросы решить надо. Расплатишься сама? Держи... - протянул он Ксюхе свою кредитку.
  Оксане очень хотелось пнуть ногой, или хотя бы стукнуть этого интригана. Она уже сообразила, что Рома ведет какую-то свою игру. Но мог бы и предупредить, вместо того, чтобы использовать 'втемную'. Уж, наверное, не отказалась бы подыграть соседу - чего только не сделаешь в благодарность за то, что он столько возится с ее проблемами. Понятно, что Роман Сергеевич старается в первую очередь для своего ненаглядного Тёмочки. Но и ей просто грех было жаловаться за то, что со своей беременностью неожиданно оказалась, как у Христа за пазухой.
  Здраво рассудив, что препираться с Ромкой (решившим, что в ее положении следует носить более удобные трусики, чем те, к которым привыкла), бесполезно, Оксана все-таки соблаговолила взять несколько упаковок.
  
  Девушка на кассе, оценив по карте Visa Platinum перспективную клиентку, разулыбалась настолько радушно, предлагая заполнить какие-то анкеты для будущих скидок, что Ксюхе захотелось предложить ей лимон. Противно было видеть игру этой плохой актрисы. А то она не заметила, пока прогуливалась по магазину, насколько та пренебрежительно и с нескрываемой завистью, скучая в отсутствие других покупателей в столь ранний час, разглядывала их парочку, наверное, представляя именно себя счастливой спутницей этого красавчика. Наивная. Мысли и сердце Романа Сергеевича прочно заняты. Но кассирше необязательно знать, что не ею.
  
  Расплатившись на кассе, нагруженная пакетами с покупками, Оксана обернулась в замешательстве, не зная, стоит ли ей постоять в сторонке, пока Рома уладит какие-то дела со своей помощницей, или, наоборот, обозначить свое присутствие?
  Снова расположившийся в кресле Ромка, будто почувствовав ее взгляд, поднял голову от бумаг, на которых проставлял размашистую подпись, улыбнулся и призывно махнул рукой. Оксана двинулась было в их сторону, но Роман что-то буркнул своей помощнице, отложил непросмотренные документы и, поднявшись, быстро подошел сам:
  - Давай, я возьму, - забрал он у девушки из рук пакеты.
  - Рома, я тебе прибью когда-нибудь, - тихо процедила Анина дочь сквозь зубы, продолжая мило улыбаться. - Твоя, не знаю, кто она тебе там, кажется, готова кого-то придушить, - заметила Оксана прищуренный взгляд глядящей на них в упор молодой женщины, к которой Рома оказался стоящим спиной.
  - Отлично! - обрадовался Роман, заговорщицки подмигнув. - Уповаю на то, что хоть теперь Анжела оставит насчет меня свои матримониальные планы.
  - Надеюсь, ты знакомить нас не собирался? Если что, я - против! Потому что из нас двоих придушить она явно хочет меня.
  - Не обольщайся, Ксюш, - негромко рассмеялся Рома. - Это в мою импровизацию не входило. Боюсь без должной репетиции, мы с тобой ее не проведем. Так что иди в машину. Ключи в кармане, достань сама, - слегка приподнял и отвел в сторону локоть мужчина, чтобы она могла залезть в карман его брюк.
  - А в карман куртки не догадался засунуть? - ехидно поинтересовалась Оксанка, поняв, что он намеренно делает вид, что не может подержать ее покупки одной рукой, чтобы самому достать ключи от машины.
  - Я их специально переложил, в надежде, что трюк удастся, - признался сосед.
  - Ты страшный человек, Ром.
  - Я знаю, так что кредитку не забудь отдать, - самодовольно ухмыльнулся он, разворачиваясь, чтобы вернуться к ожидающей его Анжеле и закончить с подписями на документах.
  
  В ожидании спутника, усевшись в машину, Оксана достала телефон, решив проверить пришедшие сообщения. Одна смс-ка была от Лерки, и две от Кира...
  Радужное настроение, поднявшееся после удачного шоппинга, вмиг испарилось. Очень хотелось все-таки прочитать, что же так настырно Кирилл пытается донести до нее, раз не оставляет попыток дождаться ответа, и бередит сердечко. Но начала все-таки с Леркиного послания. А потом пришел Роман.
  Закинув пакеты с покупками в багажник, он крикнул Анжеле, садившейся в свою машину, что появится на работе в течение часа, и уселся за руль.
  - Ну что, сработало? - поинтересовалась Оксана, поспешно удаляя сообщения от бывшего парня, чтобы не было соблазна прочесть их.
  - Надеюсь, повторной демонстрации в том, что у меня есть личная жизнь, и в услугах Анжелочки я не нуждаюсь, не потребуется, - оптимистично улыбнулся Рома. - Ну что, в универ?
  - Пора бы уже. А то и ко второй паре не успеем, - согласно кивнула Ксюшка.
  
  ***
  
  - Ром, отпустишь Тёмку со мной сегодня? - заискивающе улыбнулась Оксана. - Я с отцом договорилась. Он нас ждет.
  - Ну раз ты уже договорилась... - нехотя поднялся Роман, давая возможность Артему встать. - Может, мне с вами съездить?
  - В качестве группы поддержки, или прикрытия? - нервно усмехнулся Тёмка.
  - Ну, смотря по обстоятельствам... - замялся Рома, стараясь завуалировать шуткой свое беспокойство за любимого парня, чтобы его предложение не выглядело навязчивой заботой или чрезмерной опекой, ущемляющей достоинство и гордость Артема.
  Почему-то представляя себя на месте Ксюхиного отца, Рома допускал самые непредсказуемые сценарии встречи. Вплоть до того, что Оксанке придется разнимать сцепившихся мужиков.
  - Сам справлюсь, не маленький, - фыркнул Артем, сожалея, что Рома и впрямь не может запретить ему это знакомство с Ксюшиным отцом, о котором был только наслышан.
  - Тогда срочно собирайся, выходим через двадцать минут. Иначе из-за 'пробок' к десяти не успеем! - подбодрила Оксана, отправившись одеваться.
  Больше всего из заказанных у Мирослава обнов ей понравились два шикарно продуманных комбинезончика, сидевших точно по ее фигурке. В одном из которых, джинсовом, можно было расшнуровывать 'корсет' на нужное расстояние и носить всю беременность. И даже после. Удачный крой предполагал, что 'лишняя' ткань просто распределится на животе удобной внутренней складкой под шнуровкой. Никто и не подумает, что это было сшито для беременной женщины. А второй, из свободно струящейся, приятной по ощущениям ткани, предполагал, что в нем не стыдно пойти и на светский раут.
  Неизвестно, подсказывала ли Мирко что-либо его сестра. Или он сам догадался 'подглядеть' в каталогах для беременных женщин пользующиеся спросом модели. Но Оксана осталась очень довольна приобретением.
  
  - Знаешь... мой папа бывает несдержан, может и наорать сгоряча. Ты не принимай близко к сердцу, ладно? - сочла Ксюшка своим долгом предупредить друга перед самым выходом из дома.
  - Ну вот и пусть поорет, - пожал плечами юноша, убирая в карман ключи от Ромкиной машины. - Глядишь, и тебе меньше достанется, - нервно пошутил он.
  - Эх, Тёмыч, жаль, я не могу вместо тебя сходить, - посетовал Рома, глядя на мандражирующую девушку, недовольный тем, что Ксюхе предстоит очередное испытание нервотрепкой. Анька могла бы и сама каким-то образом решить этот вопрос. Тем более, денег у отца на свадьбу Оксанка просить не собиралась. - Короче, Тём, если вдруг и впрямь беседа пойдет на повышенных тонах - Ксюшке там не место, понял? Воспитывать надо было раньше. А теперь уже нечего девке мозги промывать. Помни о том, что она носит ТВОЕГО ребенка. И ты защищаешь интересы СВОЕЙ семьи. Пусть Оксана идет в машину и ждет тебя там. Ну ни пуха вам, - помахал Роман жениху с невестой.
  
  ***
  
  Как ни странно, но к новости, безусловно, слегка шокировавшей бывшего Аниного мужа, Анатолий Викторович отнесся весьма сдержано. Вернее сначала, конечно же, вспылил, поняв, почему нельзя откладывать срок свадьбы:
  - Да вы совсем охренели, ребята? Ты о чем думал?! - стукнув кулаком по столу, вперил он тяжелый взгляд в будущего зятя.
  Несмотря на напутствие Ромы, стойкое осознание того, что они с Ксюшкой уже не несовершеннолетние, и все организационные вопросы со свадьбой вроде бы утряслись благополучным образом, Артем все равно волновался перед встречей с ее отцом. Парень старался сохранить хладнокровие, мысленно накручивая себя, что тот сам не ангел, но от резкой смены тона мужчины сначала побледнел, а затем покрылся нездоровым румянцем. Поднявшись из-за столика, за которым только что расположились, он загородил Оксанку от гнева ее родителя, и постарался спокойно произнести:
  - Да, я виноват. Так получилось. Но теперь уже все равно ничего не изменить. Если Вы хотите лично мне что-то сказать, я готов выслушать. Беременной женщине волноваться вредно. Она может подождать меня в машине.
  - Тёма... - подергала его Ксюха за край карман джинсов, но, видя, что спутник пока что не реагирует, рискнула высунуться из-за его спины:
  - Пап, перестань. Мы оба слегка увлеклись...
  - Я много чего хотел бы тебе сказать именно тебе! - вспылил Анатолий, прожигая Тёмку ненавидящим взглядом. - А от тебя, Оксан, я вообще не ожидал такой безответственности!
  - Будем считать, что разговор не задался, - поднялась девушка, встав рядом с набычившимся Тёмкой. - Извини, что побеспокоили.
  - Сядь! - рявкнул мужчина, заставив дочь вздрогнуть.
  Артем вытащил из кармана ключи от машины и молча протянул спутнице.
  - И ты сядь, - перевел тяжелый взгляд Анатолий на парня.
  Стиснув челюсти и упрямо вздернув подбородок, Артем обнял Оксану со спины, прикрыв ладонями выпирающий животик в ожидании ее решения - уходить им или оставаться.
  - Хватит демонстрировать мне свой норов, - уже более спокойно произнес мужчина, смерив их взглядом, и осознав, что взрослые детки, действительно, могут развернуться и просто уйти. - Наломали дров, бестолочи... Думали я от восторга теперь прыгать буду? Рассказывайте, как дальше жить собираетесь.
  - Ладно, - сдалась Оксанка, почувствовав себя немного увереннее в объятиях друга. - Первую попытку будем считать неудачной, - похлопав Артема по руке, чтобы отпустил, взяла она в руки папку с прейскурантом на предлагаемые напитки, и уселась за столик. - Что именно ты хочешь услышать?
  
  Встречались они в небольшом кафе возле работы Анатолия. Он видел, на какой машине прибыл будущий зять, правильно сопоставил возраст и возможность самостоятельно заработать на такую дорогую игрушку (даже если учесть, что она взята в кредит) и, сделав соответствующие выводы, теперь скептически разглядывал представленного 'жениха'.
  Несмотря на располагающую внешность молодого симпатичного, в меру накаченного парня, которому Оксана доставала едва ли до плеча, Анатолий не мог отделаться от мысли, что ему категорически не нравится этот кандидат. И дело вовсе не в том, что этот красавчик с периферии. Хотя, возможно, именно поэтому паршивец 'забыл' надеть презерватив, чтобы наверняка был повод сделать предложение 'залетевшей' подружке с московской пропиской. Просто такой тип мужчин всегда пользовался вниманием противоположного пола. Пусть даже не с целью выскочить за него замуж, а именно 'поохотиться' и затащить к себе в постель. Сложно представить, что Артем станет каждый раз отбрыкиваться от желающих закрутить с ним хотя бы легкую интрижку. А Ксюха будет ревновать, мучиться, подозревать во всех смертных грехах, и, в конце концов, рано или поздно такая семейная жизнь опостылеет им обоим. Нужно ли его дочери такое 'счастье'?
  Анатолий понимал, что от его желания или нежелания - мнение Оксаны вряд ли изменится, тем более, раз уж они подали заявку. Но как-то странно было смириться с тем, что Ксюха из маленькой девочки превратилась в привлекательную девушку (к этому он тоже долго привыкал), а теперь уже и в женщину, ожидавшую собственного ребенка. Гордость за взрослую красавицу боролась с возмущением, что она еще слишком молода, чтобы устраивать личную жизнь. Образование не закончила. Где и как жить дальше - не определились. И к тому же, осознание собственного возраста, того, что он совсем скоро станет дедом, вносила диссонанс и сумбур в мысли мужчины. Было гораздо приятнее принимать на работе поздравления от коллег, в связи с рождением младшего ребенка, появившегося во втором браке. А вот спустя совсем немного времени проставляться за внука, как-то не совсем то...
  И еще очень неприятно удивило, что Оксана не стала обсуждать финансовую сторону предстоящих расходов. Честно говоря, Анатолий пока и не откладывал денег на подобное мероприятие, хотя отдавал себе отчет в том, что должен будет обеспечить дочь достойным праздником в ее жизни. Но считал, что это событие состоится никак не раньше того, как Оксанка закончит универ.
  - А как же вы обходитесь? - недоуменно поинтересовался Анатолий, буравя взглядом потупившуюся молодежь. - Мать в долги влезла, да? А ко мне обратиться Ане, как всегда, гордость не позволила?
  - Пап, ну не начинай, - поморщилась Оксана. - Давай сейчас не будем о ваших сложных отношениях с мамой, ладно? У тебя теперь другая семья и все такое...
  - Нет, не ладно! - снова разозлился мужчина. - Неважно, сколько у меня семей! Она что, думает, я для своей единственной дочери не найду денег на свадьбу? Впрочем, ладно. Этот вопрос я сам с ней решу. Вы-то сами хорошо подумали? Что-то не выглядите слишком счастливыми...
  - Как ты сам считаешь, стоит ли нам дальше раздумывать? - демонстративно погладила свой животик Оксанка, проигнорировав вопрос по поводу счастья на лицах в преддверии торжественного события.
  - А, ну да... - вздохнул Анатолий. - Посидите здесь минут десять. Я сейчас вернусь, - резко поднялся он из-за столика.
  - Заказать тебе еще кофе?
  - Не надо, - бросил отец, не оборачиваясь.
  - И что это было? - недоуменно посмотрел ему вслед Артем.
  - Кто знает? - пожала плечами спутница. - Я вообще уже с ним сто лет не встречалась. Квитанцию на оплату за семестр у бабушки Оли оставляла и все. Ну и по телефону благодарила за то, что он оплатил.
  - Ксюх, а папа твой тебя все равно любит, - задумчиво протянул Тёмка.
  - Какая разница, кого он любит?! - досадливо поморщилась Оксана. - А потом, чего ему меня не любить? Я - его первенец. К тому же единственная дочь - умница и красавица! - (припомнила она лестные отзывы Егора). - Это сыновей у него теперь двое...
  - Ну не знаю, - посмурнел Тёмка. - Я у своего биологического отца, по слухам, первый и единственный, однако, он меня даже видеть не желает.
  - И ты до сих пор паришься по этому поводу? - несказанно удивилась девушка.
  - Нет, - смутился Артем, - просто...
  - А чего просто-то? Просто кто-то готов к появлению детей, а у кого-то родительские инстинкты атрофированы.
  - Это ты сейчас на меня намекаешь? - тихо спросил юноша. - Потому что Ромка больше радуется нашему ребенку?
  - Да ни на что я не намекаю! Я пытаюсь тебя взбодрить! - фыркнула Оксана.
  - Смешная ты, - улыбнулся Артем, невольно подумав о ее матери. - Это я должен тебя утешать и подбадривать...
  - Кто же тебе мешает? - съехидничала вредная подружка. - Можешь прямо сейчас начинать. Я и не думала, что ты так глубоко переживаешь, что твой настоящий отец не интересуется твоим существованием. Я все время забываю, что у тебя не отец, а отчим.
  - Он мне как отец. А это... ну так... как-то к слову пришлось, - скомкано попытался оправдаться Артем.
  - Да ладно, не переживай, - искренне улыбнулась Ксюша, потрепав его по руке, и прижавшись к плечу, выражая свою поддержку. - Зато мамка моя тебя за что-то любит...
  - Ты так считаешь? - напрягся Артем, чувствуя, как учащенно забился пульс, и от смущения лицо заливается краской.
  Что именно Ксюха вкладывает в это понятие? Она ведь не знает о том, что они с Аней занимались любовью, отдаваясь этой порочной страсти безраздельно до самоотречения...
  Ромка велел забыть ту ночь, но разве такое можно когда-нибудь забыть? И если поначалу он еще мог помечтать... так, гипотетически, беспредметно, что Аня тоже помнила все, и уже не так сильно ужасалась тому, что они вытворяли, то теперь старался гнать прочь подобные мысли. Начав встречаться с Егором, и фактически живя с ним под одной крышей, вряд ли Анне теперь интересны воспоминания о бывших любовниках. И потом, несмотря на то, что соседка его в очередной раз великодушно простила, могла ли она по-настоящему смириться с тем, что он снова нагадил ей в душу, искалечив жизнь ее дочери?
  Артем оттянул горловину свитера, стараясь справиться с накатившим волнением.
  - Жарко? - участливо поинтересовалась Оксана, взглянув на спутника.
  - Да, - кивнул Артем, - что-то душно тут... Хочешь еще сока?
  - Не-а. Хочу определиться, в каком направлении местный сортир, - призналась Оксана, оглядываясь по сторонам.
  - Кто о чем, - усмехнулся Тёмка, чмокнув девушку в щеку. - Туалет при входе, напротив раздевалки. Иди уже, я покараулю столик.
  - Думаешь, его унесут?
  - Думаю, если мы все уйдем, не расплатившись, то наш официант очень расстроится, - указал Артем глазами на косившегося в их сторону парня, обслуживающего эту часть столиков.
  - Ой, у тебя деньги-то есть? - спохватилась Оксана, хватаясь за сумочку. - Мама мне оставила....
  - У меня кредитка есть, - остановил ее Артем. - Иди, не переживай. И, если можно, поскорее, а то твой папа вернется, а я тут один...
  - Я мигом! - пообещала Ксюха.
  
  Анатолий пришел обратно буквально за пару минут до возвращения Оксаны из туалета.
  Мужчины успели обменяться лишь несколькими фразами. Артем признался, что родители проспонсировали его на семьдесят пять тысяч, переведя деньги на следующий же день после его звонка домой.
  
  ***
  
  Честно говоря, Тёмка не ожидал, что, едва услышав о причине скорой свадьбы, мать примется причитать, что же он раньше-то молчал, что встречается с девушкой с серьезными намерениями?! Уж за несколько месяцев они с мужем наскребли бы более приличную сумму. В крайнем случае, продали бы машину. Все равно собирались менять на будущий год.
  Артем, не ожидавший такого поворота событий, потрясенно умолк.
  Наверное, все-таки правильным было его предположение, что родители надеялись на то, что он себе отхватит 'столичную' невесту.
  - Тёма, сынок? Ты чего затих-то? - обеспокоенно спросила мама в трубку. - Я тебя не слышу.
  - Я тут, мам...
  - Ты... расстроился, что так мало, да? - огорченно спросила женщина. - Я понимаю, что по московским меркам - это не деньги... Вы кольца-то уже присмотрели?
  - Нет, мам. С кольцами пока не определились. Но платье Ксюхе купили...
  - Ох! Надеюсь, платье без тебя покупали?
  - Ты тоже в приметы веришь? - улыбнулся Артем.
  - Ну... верю, не верю, - неопределенно протянула она, - но традиции не просто так придумали. Ты только не смотри! Нельзя раньше времени жениху невестино платье видеть.
  - Ладно, не буду, - согласился Артем. Тем более платье Ксюша, от греха подальше, отнесла к Аниным родителям.
  - А ведь и тебе же костюм надо приличный... Что? Тём, вы пока там как-нибудь уж перебейтесь.... Да погоди ты!
  - Что?
  - Я не тебе, сынок. Вот, отец тут под руку бубнит, что в выходные к своей матери съездит, попросит взаймы. Она пенсию сейчас хорошую получает. Так что на книжке-то есть сбережения. Ой! И у дядь Лёши еще можно спросить. Он вроде на новую машину копит-копит, никак не накопит. Все равно, небось, еще не скоро наберет нужную-то сумму. А мы как раз перекантуемся. Только его тоже на свадьбу приглашать придется. А то еще обидится...
  - Мама, не надо! На костюм я себе заработаю сам, честное слово! - чуть не взвыл Артем, даже не представляя, что родители готовы были устроить массовый сбор средств по родственникам (кстати, мать отчима ему даже и родственницей-то не являлась, по сути).
  - Сынок, а, может, вы сюда приедете свадьбу праздновать? В доме-то, правда, много народу не поместится. Но могу договориться с теть Наташей. У нее брат в кафе работает. Может небольшую скидку организовать. Вот только в феврале она племянницу замуж выдавала. Говорит, приличные столы накрывали. У них человек семьдесят было. Все как положено - и закуски, и деликатесы, и жульены, и торт свадебный в три яруса... Правда, кроме водки и шампанского вроде не было ничего. Но так это, свое же можно принести. Я, конечно, не знаю, что столичная молодежь-то нынче предпочитает. Заходила как-то в винный - всякие красивые бутылки заоблачных денег стоят. А по мне, так лучше уж водки нормальной выставить, чтобы всем гостям хватило... Ой, а кого звать-то будем? Со стороны невесты много родственников?
  А потом трубку отобрал отчим, и вопросы вообще посыпались как из рога изобилия. Начиная с того, что из себя представляет его избранница, в смысле, хороша ли собой, кто ее родители, про социальное положение семьи девушки, про то, как она себя чувствует, нося под сердцем ребенка, не обижают ли его будущие родственники? Не гнушаются ли тем, что он не москвич? И прочие, по мелочи...
  На робкую попытку возразить, что пока, дескать, денег дают Оксанины родители, и можно будет вернуть половину со временем, отчим возмутился:
  - Ты у меня один, Артем! Сам знаешь, у меня других детей нет. Что же я на свадьбу единственному сыну денег не наскребу?! По своим соберем, не будем у новых родственников одалживаться. Нехорошо это. Все! И разговор короткий. Разберемся!
  Потом эстафету снова перехватила мать, пообещав поддержать молодую семью дарами сада-огорода, выделить две подушки, туго набитые отборным пухом, и проспонсировать покупку коляски. И только затем мама осторожно спросила, как же теперь его учеба, и где они с Оксаной и малышом собираются жить после рождения ребенка.
  - Ох, мам, давай по порядку... - смирился Артем, устраиваясь поудобнее на диване и показав кулак Роме, пытавшемуся подкрасться к нему с видом змея-искусителя. Прикрыв трубку рукой, Тёмка злобно прошипел:
  - Сгинь!
  - Я осторожненько, - шепнул Ромка, пытаясь пристроиться рядышком.
  - Дай с родителями пообщаться, будь человеком, - взмолился Артем и так не зная, куда деваться от неудобных вопросов и как сказать матери, что не нужно продавать никакую машину и занимать деньги. Было нестерпимо стыдно врать родителям, но и признаваться в том, что свадьба будто бы 'понарошку', он теперь тоже не мог. Слова отчима и забота матери тронули до глубины души. И в горле до сих пор стоял ком. Он еще не представлял себе, как теперь озвучить то, что согласился взять фамилию жены. Не хватало только, чтобы Ромка, пользуясь его занятостью серьезным разговором, залез в штаны и заставил кончить, задыхаясь, словно астматик. То-то родители еще будут переживать, что у него с голосом проблемы, уж не приболел ли?
  Ромка понятливо ухмыльнулся, чмокнул его в макушку и ушел в комнату к Оксане. И буквально через минуту оттуда послышались возмущенные вопли девушки:
  - Рома, мне не до детских сказок! У меня еще три страницы перевода технического текста по немецкому! Я половины слов не встречала... Ладно, чай буду. И бутерброд с икрой тоже... два!
  Артем улыбнулся.
  - Да, мам, ну что тебе еще рассказать?
  - Скажи, сынок, - замялась мама, - а ты-то ее хоть любишь?
  - Почему ты спрашиваешь? - напрягся Тёмка, холодея. Говорят, материнское сердце не обманешь - неужели, почувствовала? И еще стало смешно, потому что мама забыла поинтересоваться, любит ли его невеста? Видимо, априори считала, что от такого "гарного хлопца" невозможно не потерять голову.
  - Не знаю, - смутилась мать... - Как-то не слышу я восторженных ноток в твоем голосе, вроде того 'она у меня такая разэтакая... умница, красавица, хозяюшка...' да не знаю я, чего ты там особенного разглядел? Глаза, фигуру, ножки? Душой-то к ней тянет, сердцем?
  - А! Это... - с облегчением выдохнул Артем, поспешив успокоить родительницу. - Все как ты представила, мам: Ксюха у нас умница, красавица, готовит отлично - пальчики оближешь. И глаза красивые. И фигурка тоже. Только роста мелкого, - не стал он кривить душой.
  - Насчет этого не переживай. Как в народе говорят: маленькая собачка - до старости щенок, - рассмеялась мать. - Зачем тебе гренадерша-то? Главное, чтобы по хозяйству управлялась, дом в чистоте и порядке содержала, вкусной едой баловала, здоровых детишек рожала, и ночью еще силы оставались мужу ласки дарить.
  - Да все нормально, мам. Характер - отличный. В меру вредная. Ну, как все девчонки, сама понимаешь. Но зато отзывчивая, не злопамятная, веселая, общительная, - прикрыв глаза, пытался он припомнить еще что-нибудь про Ксюху, только перед глазами почему-то стояла Аня. - А еще ласковая, нежная, страстная, волнующая... мне рядом с ней на душе тепло становится... Блин! Мам!!! - опомнился Артем, почувствовав себя крайне неловко. - Что ты меня на такие откровения-то разводишь?!
  - Да, ладно-ладно, сынок, не кипятись, - рассмеялась женщина. - Я заслушалась просто.
  - Я самую лучшую тут из московских девчонок выбирал, ясно? - все еще злясь и на мать, и на самого себя за внезапное желание исповедаться в сокровенном, сердито буркнул Тёма. - И очень ее люблю... 'как сестру', - добавил он уже мысленно, теперь ярко представляя себе именно Ксюшку.
  И даже не соврал.
  
  Самым сложным оказалось сказать отчиму о том, что он берет фамилию жены. Жалкий лепет про традиции в семье невесты или ее капризы казался крайне неуместным. Однако других идей у Артема не было. Можно было попробовать объяснить про гипотетические опасения того, что в школе к их с Оксанкой ребенку прилипнет обидная кличка. Но отчим всю жизнь проживший с фамилией Кашкин, вряд ли поймет глубину проблемы.
  Попросив мать еще раз передать трубку отчиму, Артем запинаясь, тщательно подбирая слова, поведал ему про свое решение, уже по гнетущему молчанию с той стороны, понимая, что смертельно обидел человека, заменившего ему родного отца. Пусть резковатого в своих суждениях о смысле жизни, с грубоватыми манерами, но того, кто был рядом в то время, пока он рос и взрослел...
  - Спасибо, сынок. Не ожидал... - наконец выдавил Валерий Николаевич. - Деньги я тебе перешлю, как обычно. До встречи, - сухо попрощался он.
  - Пап, подожди! - воскликнул Артем, приготовившись оправдываться, убеждать, утешать, наконец... но в ответ уже послышались короткие гудки. - Черт! - стиснул Тёмка трубку так, что она едва не треснула.
  Отшвырнув телефон, запищавший, что его следует поставить на зарядку, в угол дивана, юноша согнулся пополам, обхватив голову, не представляя, как все исправить.
  Сколько он так сидел, бездумно раскачиваясь взад-вперед, пытаясь переключиться на что-то позитивное, Артем не засекал. Перед мысленным взором почему-то стояли отрывочные воспоминания детства...
  Как ходил с отчимом на рыбалку, за грибами, а мамка после беззлобно ворчала на 'добытчиков', потому что ей потом полдня приходилось чистить рыбу или возиться с грибами. Вспоминал, как новый мамкин муж учил постоять за себя, уверяя, что за правое дело и схлопотать от более сильного противника не стыдно. Главное, не трусить, малодушно оставаясь в сторонке. Как отчим гордился им, хвастаясь перед своей родней, дескать - вон какой у меня парень растет! - не замечая, как за глаза родственники шептались, дескать, были б свои детки - было б чем гордиться, а так, велика ли заслуга? И почему-то винили мать в том, что отчим оказался однолюбом и дождался-таки, когда она останется одна. Вспоминал, как у них в семье стало весело и уютно с появлением в доме нового папы Валеры.
  Да много чего хорошего Артем успел вспомнить из прошедших тринадцати лет, на протяжении которых Кашкин-старший был рядом. Вот только было и то, что вспоминать совсем не хотелось - это о хлестких высказываниях Валерия Николаевича по поводу разных пидоров-извращенцев, которые не хотят жить по-человечески...
  Артем в который раз уже за последнее время остро сожалел о том, что совесть - это нечто такое эфемерное, нематериальное. И ее нельзя удалить операбельным путем, словно аппендикс или желчный пузырь - практически без ущерба для функционирования остального организма. Сейчас очень не помешала бы обширная блокада. Или хотя бы бутылка водки, чтоб напиться до бесчувствия и забытья.
  Жаль, что это не вариант в его случае. И назавтра с похмелья будет только хуже...
  Артем разогнулся и снова потянулся за телефоном, понимая, что еще не придумал, что сказать отчиму, точнее ОТЦУ, но потребность в том, чтобы его услышали, назрела.
  
  Рома заглянул в комнату как раз в тот момент, когда Тёмка с убитым видом тихо разговаривал с матерью, сообщившей, что, дескать, расстроенный Валера отправился за сигаретами в ближайший ларек...
  Мать также была обескуражена неприятной новостью, которой поделился с ней муж, но видимо, почувствовав, что сыну тоже плохо, пока еще не определилась, чью сторону занимать, поэтому держалась нейтрально.
  - Эта твоя Оксана хоть стоит того, чтобы ты шел у нее на поводу в таком серьезном вопросе? - устало спросила женщина. - Как-то не по-людски это, сынок... Обидно...
  - Наверное, стоит, - тихо прошептал Артем.
  Сказать ему было больше нечего. Мать тоже молчала. Потом в попискивающей трубке что-то зашуршало, видимо, мама прикрывала ее рукой.
  - Отец пришел? - встрепенулся Артем. - Мам, дай ему трубку, пожалуйста.
  - Попробуй завтра позвонить, Тёма, - замялась мать. - Он сразу спать пошел. Говорит, вставать рано...
  - Мам, но...
  - Все, Артем. Утро вечера мудренее. Пойду я к нему. Попробую поговорить. И ты спать ложись. Поздно уже, небось, не высыпаетесь, как следует со своей учебой, да личной жизнью... - отключилась она прежде, чем Артем успел что-либо подтвердить или опровергнуть.
  - Блин! Ксюха, Ксюха... - едва слышно простонал юноша, решительно поднимаясь. - Ну почему же ты - не Аня...
  - Тём, ты чего? - шагнул Рома в комнату, перехватив удрученного парня у порога. - Пошли чай пить?
  - С бутербродами! - добавила Оксанка, выглядывая из-за спины хозяина квартиры.
  - Я лучше кофе. Покрепче, - покачал головой Артем.
  - На ночь? - удивилась девушка.
  - Мне домой надо съездить.
  - Сейчас? - нахмурился Роман. - Что-то случилось?
  - Да. Отец не хочет со мной разговаривать. А я не могу так...
  - Так... - посуровел Рома. - Раз никто не умирает, это может подождать и до завтра. А лучше до выходных. Я тебя на машине отвезу.
  - Ром, на байке я часа за три доберусь, может, чуть раньше. И завтра вернусь уже. Так только один день пропущу в универе...
  - При хорошем раскладе - за три часа, пожалуй, доберешься. Только не забывай, что у вас там не такие трассы, как в Подмосковье.
  - Мне надо, Ром... Правда, - поднял глаза Артем, выдержав пристальный взгляд любовника.
  - Тём... это из-за меня, да? - робко спросила поникшая Оксана, машинально обняв живот... - Из-за свадьбы?
  Впрочем, чему удивляться-то? Какой свекрови или свекру понравится, что невестка такая беспринципная. Несмотря на нынешнюю свободу нравов, наверняка же неприлично считается выходить замуж, когда 'пузо на нос прет'... Пока, правда, почти и незаметно. Да и белое плате такого фасона, что может, не все догадаются. Ну не объяснять же, что на эту свадьбу никто и не рассчитывал...
  - Не из-за свадьбы, - коротко ответил Артем, не взглянув на девушку.
  - А из-за чего?
  - Тебе-то какая разница, Оксан? - раздраженно огрызнулся Тёмка, собравшись пройти в кухню, чтобы заварить себе кофе.
  - Тёмыч? - заступил ему дорогу Роман, молча требуя пояснений.
  - Не из-за свадьбы, - еще раз глухо повторил юноша. - Этому обстоятельству родители как раз несказанно обрадовались. Из-за того, что беру фамилию жены. Отец... в общем, мне надо как-то объяснить ему...
  - И про нас с тобой? - напрягся Роман.
  Артем опустил голову, тяжело вздохнув. Пожалуй, сразу несколько потрясений в один вечер - для родителей это слишком.
  Ромка вздохнул и грустно усмехнулся, принимая 'ответ'.
  - Как твоего отца по отчеству? - вдруг спросила Оксана.
  - Николаевич.
  - Давай я позвоню? - предложила девушка.
  - Зачем? Не стоит, Оксан. Сам разберусь. Тем более, он все равно трубку не возьмет, увидев мой номер...
  - А я со своего позвоню, - решительно выхватив у растерявшегося Артема сотовый телефон из руки, Оксанка быстро ретировалась в свою комнату и захлопнула дверь.
  - Ксюха, не надо! - опомнился Артем, кинувшись вслед за ней, заколотив кулаком в дверь. - Отдай мобилу! Оксан, слышишь?! Чокнутая! Что ты ему скажешь?! Не смей звонить!
  Но Оксана не откликнулась, проворно отыскивая номер Тёмкиного отца в записной книжке его телефона и набирая цифры на своем.
  - Подожди, не вопи, - оттащил его от двери Рома, - ничего ж не слышно, - пояснил он, обнимая раздосадованного, возмущенного самоуправством нахальной девчонки парня.
  - Валерий Николаевич, добрый вечер. Извините, что так поздно Вас беспокою. Это Оксана Азарова... - только и удалось разобрать затаившим дыхание молодым людям, потому что разговаривать Оксанка ушла на лоджию.
  Она и так волновалась, запоздало испугавшись собственной наглости, а тут еще и из-за двери доносились Тёмкины вопли, мешая сосредоточиться на серьезном разговоре. И хоть девушка прекрасно понимала, что от того, полюбят ли ее новые родственники, ей не станет ни горячо, ни холодно (благо живут они за четыреста с лишним верст от Москвы), но Артему портить отношения с родителями не следовало. Нельзя же так по-свински поступить с человеком, который является отцом ее ребенка. Раз уж ее каприз оставить свою девичью фамилию, и навязать ее жениху, то и отдуваться тоже ей.
  - Блин! Не слышно ни фига, - в сердцах хлопнул ладонью по двери Артем. - О! Пусти-ка, - отпихнув Романа, рванул он к окну на кухне. Распахнул его и, высунувшись чуть ли не до половины, пытался теперь по обрывкам долетавших фраз определить характер беседы. Честно говоря, он здорово сомневался, что Оксане удастся убедить отца в необходимости того, чтобы он взял фамилию жены.
  Как нарочно по дороге возле дома ползла уборочная машина, громко шурша по асфальту щетками, создавая достаточно шума, чтобы заглушить Ксюхин голос.
  От досады Артем едва не застонал, витиевато выругавшись и на свою вредную, упрямую невесту, и на дурацкую машину коммунальщиков, и на жизнь в целом. Почему-то едва выпутавшись из одной проблемы, тут же возникали новые... Да еще Ромка в очередной раз утвердился в своем мнении, что связался с трусом, который не в состоянии признаться родителям, что любит парня...
  - Вывалишься, чудовище мое, - подошедший сзади Роман крепко ухватил его за пояс штанов и втянул обратно. - Угомонись. Теперь уж все равно позвонила. Посмотрим, что получится.
  - Я ее придушу, - обреченно прошипел Артем.
  - Я добавлю, - согласно кивнул Роман. - За то, что раздетая на балкон выскочила. На улице не май месяц.
  - О! Кажется заглохла! - встрепенулся Тёмка, внезапно поняв, что на улице стало тихо.
  Уборочная техника и впрямь теперь стояла на месте, тревожно мигая в темноте желтыми огнями.
  Ромка моментально сориентировался, снова для страховки вцепившись в парня обеими руками, потому что Артем опять рыпнулся к окну, и просто завис, не веря своим ушам - Ксюха, оказывается, премиленько беседовала с его отчимом. И, похоже, все самое главное он уже пропустил, потому что беседа явно носила радушный характер, чего юноша никак не мог ожидать после своего разговора.
  Правда, Тёмка мог слышать лишь часть происходившего диалога. И только по фразам Аниной дочери старался догадаться, что отвечал или спрашивал отец.
  - Да нет, что Вы, Валерий Николаевич?! Это я его иногда обижаю... Не нарочно... Ну да, все бывает... Вы не волнуйтесь, мамка моя всегда за Артема заступается, так что... Что? А! - рассмеялась Ксюха. - Да, с тещей, думаю, Тёмке повезло. У Вас замечательный сын. Он Вас очень любит и уважает... Серьезно? Ну тогда Вы не признавайтесь, что я его сдала. Может, когда-нибудь сам дозреет... Он знает... Ужасно переживает. Вы, если хотите, на меня обижайтесь, но...
  Дальше последовала длинная пауза. Видимо, Оксана только слушала, и изнывающий от волнения Артем напрасно напрягал свой слух. Хорошо хоть, что любимый отнесся с пониманием, и не дергал его. Хотя, Роме самому, наверное, было не менее интересно, как Ксюха выкрутится из этой авантюры, которую сама и затеяла. Наконец, он снова услышал голос Оксаны.
  - Да, я с Вами полностью согласна. Это главное... Я потому Вам и звоню, что не могу его отпустить в такую даль на ночь глядя. Сами понимаете, в моем положении... Нет-нет, Вы меня успокоили. Не буду волноваться... Да, честное слово! И Тёмке скажу, чтобы не нервировал... Конечно! Только Вы можете ему сами сказать, что без обиды принимаете его выбор? Боюсь, он меня прибьет за то, что я Вам позвонила... Нет-нет! Шучу. Это образно, - снова рассмеялась Ксюшка. - Я же говорю, это я его иногда нечаянно обижаю. Артем - он славный. Внимательный, ласковый, заботливый, надежный... Я Вам очень благодарна за воспитание сына... Да, сейчас передам ему трубку, - послышался удаляющийся голос девушки.
  Потрясенный Тёмка 'ввалился' обратно в помещение, умудрившись извернуться в объятиях любовника, чтобы оказаться к нему лицом.
  - Ромыч, ты слышал?! Она его уболтала! - недоверчиво пробормотал Артем. - Он хочет со мной говорить.
  Рома улыбнулся, отпуская парня и отступая в сторону.
  - Иди, солнце. Ни пуха! - кивнул он.
  - К черту!
  У двери в комнату невесты Тёмка оказался быстрее нее.
  Оксана опасливо приоткрыла дверь и, протараторив:
  - Тёмочка, это тебя! - сунула ему в руки сотовый и снова попыталась закрыться.
  Но подоспевший Рома оказался проворнее, подставив ногу:
  - Замерзла?! - строго спросил мужчина, краем глаза наблюдая за вцепившимся в телефон Артемом, удаляющимся в большую комнату. Очень хотелось наплевать на тактичность, и услышать, что же скажет отчим самому Тёмке. Но следовало уважать право любимого парня на что-то личное... Пожалуй, только семья каждого из них и была именно таким, личным...
  - Упс... - дурашливо подняла Оксанка руки над головой, сложив 'крышу'. - Не ругайся, Ром. Я 'в домике'.
  - Иди сюда! Я тебе задницу надеру, заодно и отогреешься, - поманил он старательно пытавшуюся изобразить виноватый вид, довольную девушку.
  - Ну честно, не замерзла! Мне до сих пор жарко. Я, между прочим, жутко волновалась! - заканючила Оксана.
  - Ладно, пошли чай пить. А то остыл уже... - все еще недовольно пробурчал Роман, распахивая дверь шире.
  - Имей в виду, меня обижать нельзя, иначе Валерию Николаевичу нажалуюсь, - предупредила Ксюха, прошмыгнув мимо повеселевшего хозяина (на всякий случай прикрывая попу руками, чтобы не схлопотать по ней обидный шлепок от блюстителя интересов ребенка за свою безалаберность и попытку простудиться).
  - С чего это вдруг? - недоверчиво покачал головой Рома.
  - Он сказал, что его невестку обижать нельзя.
  - Раскатала губу! - хмыкнул Рома. - Ты еще не замужем. А, следовательно, не невестка, - поддразнил он.
  - Да без разницы! - беспечно отмахнулась Ксюшка. - Он внука хочет. Правда, на внучку тоже согласился... Так что, будет свадьба или не будет - это принципиального значения не имеет. Для них с женой главное, чтобы Тёмкин ребенок здоровеньким родился... Хочешь, я за тобой поухаживаю? - попыталась подлизаться Оксанка. - Тебе сахара сколько, Ром?
  - Садись уже, сказочница. Я сам за собой поухаживаю. Ты и меня уже заболтала. А с будущей свекровью-то не удалось пообщаться?
  - Ой, нет... мне пока и Тёмкиного папки хватило. Удивляюсь, как он меня сразу не послал.
  - Да он, наверное, просто слова не мог вставить от неожиданности. И, как вежливый человек, перебивать тебя не стал, - съехидничал Рома.
  - Не, ну нормально?! - возмутилась Оксана, надувшись. - Я тут, понимаешь, стараюсь уладить конфликт поколений, а ты вместо благодарности мне гадости говоришь?
  - А кто спровоцировал этот конфликт, радость моя? - насмешливо уставился Рома на девушку, подвигая к ней ближе тарелку с бутербродами, щедро намазанными красной и черной икрой. - Ты думала легко ломать привычные традиции?
  - Ну... - сразу стушевалась она. - Просто... блин, где там Тёмка-то? - живенько свернула Ксюха неприятную тему, попытавшись незаметно перевернуть тарелку к себе той стороной, где лежали бутерброды с красной. - Тёма, иди чай пить. Остыл уже! - крикнула она громко, чтобы он услышал из дальней от кухни комнаты.
  Артем как раз заканчивал говорить с отчимом, прощаясь:
  - Да пап. Обязательно... Да выдумывает она все. Никто меня не обижает. Я тут как сыр в масле... Обязательно передам. Ага... И поцелую. Спокойной ночи... - растроганно пробормотал он, передумав устраивать Ксюхе удушение собственными руками.
  
  - Тёмочка, давай меняться? - заискивающе улыбнулась Оксанка, увидев показавшегося в дверях кухни Артема. - Я тебе один с черной икрой отдам, а ты мне свой - с красной, а?
  - Не-а, все лучшее - женщинам и детям, - усмехнулся парень, подсаживаясь к столу.
  - Ну не люблю я черную икру! - горестно воскликнула Оксанка.
  - Разве тебя здесь кто-то спрашивает, чего ты любишь? - съехидничал Рома. - Ешь давай!
  - Ладно, Ксю, - сжалился Тёмка. - Я тебе просто так отдам. Только сначала съешь свои два с черной.
  - Издеваетесь, да? Я всего два бутера просила!
  - А это - бонус, - нашелся Артем, рассмеявшись. А затем посерьезнел: - Спасибо, тебе, Ксюх...
  - Да ладно, - смутилась девушка, - стоило же попытаться... Главное теперь на свадьбе всех убедить, что мы с тобой просто созданы друг для друга, - грустно вздохнула она.
  - Ага, два сапога - пара, и оба на левую ногу, - ревниво поморщился Рома, понимая, что Оксанка в данном случае права - уж гулять, так гулять! Но все равно ему было немного не по себе от предстоящего спектакля...
  
  ***
  
  Отец выложил перед Оксаной четыре бумажки номиналом по пять тысяч:
  - На карточке пока больше нет, - немного смущенно признался Анатолий Викторович. - Зарплата через три дня...
  - Да не надо, пап, как ты сам-то будешь?
  - Перебьемся. Завтра насчет халтуры поспрашиваю. Вроде должна быть пара проектов. Правда, выездные... Не люблю в передвижной студии работать, - поморщился Анатолий.
  Ксюха вспомнила, как отец, еще живя дома, жаловался, что в напичканном аппаратурой трейлере ему трудно с его высоким ростом, мол, хочется вытянуть затекшие от долгого сидения за пультом ноги, а некуда.
  - Да ладно, пап. Я же говорю, пока что мы сами справляемся, - покривила она душой, мысленно попросив прощения у главного 'спонсора' - Романа Сергеевича. - Я просто хотела поставить тебя в известность.
  - Считай, что поставила, - криво усмехнулся мужчина. - Ты моим родителям уже сказала?
  - Нет. Только маминым. Бабушка Оля и дед Витя пока не в курсе.
  - Они что, тебя не видели? - выразительно покосился он на округлившийся животик дочери. - Сколько уже?
  - Почти пять месяцев.
  - А чего такой маленький? - нахмурился отец.
  - Уже не маленький! Еще две недели назад вообще почти незаметно было. У нас, скорее всего, девочка будет. Правда, на УЗИ так и не удалось разглядеть. Ребеночек как раз перевернулся. А попки у всех одинаковые, - улыбнулась Оксана, нежно погладив свое пузико. - А бабушке Оле пока не афиширую. Но теперь все равно уже скажу. Приглашения буду вручать. Кстати, хотела у тебя спросить... - замолчала она на половине фразы и обернулась к Тёмке, сообразив, что соседу необязательно присутствовать. - Тём, будь другом, оставь нас на пять минут?
  - Конечно, - поднялся Артем. - Пяти минут хватит?
  - Вполне, - кивнула спутница.
  Дождавшись, пока юноша отойдет подальше (он как раз тоже отправился в сторону туалета), Оксана обернулась к отцу:
  - Пап, за деньги тебе, конечно, большое спасибо, но ты, надеюсь, понимаешь, что твою нынешнюю жену я видеть на нашей свадьбе не хочу?
  - Понимаю, - нехотя проглотил условие мужчина. - А мать твоя одна будет?
  - Какое это имеет значение?
  - Думаешь, так правильно? Меня ты приглашаешь без жены, а ее с сожителем? - выдавил он неприязненно.
  - Мы сейчас не морально-этическую сторону вопроса о возможности внебрачных отношений обсуждаем, - зло прищурилась Оксана. - Я очень уважаю Егора... Александровича, - поспешно поправилась она. - И думаю, так будет правильно. Ты ушел...
  - Я не хотел от вас уходить! Аня настояла на разводе. Решила, что вам без меня будет лучше. Я не говорю о тебе, но какого черта она Димке внушает, что я вас бросил?!
  - Ничего она ему не внушает.
  - Ну конечно, - скептически ухмыльнулся мужчина. - А то я не вижу...
  - Тебе в голову не приходит, что Димка уже не маленький мальчик, чтобы поверил матери на слово? Он тоже все понимает. Да и вообще, к чему теперь эти разговоры? Вы бы все равно вместе уже не жили. Вспомни последний год - лаялись по любому поводу, как собаки, которые не могут поделить одну кость. Или вообще не разговаривали. Зачем такие отношения? Счастлив ты теперь со своей...
  - Ксюша! - предупреждающе повысил голос Анатолий.
  - ...новой женой, - продолжила Оксана. - Ну и бог вам судья. Но я эту женщину видеть не хочу!
  - Я понимаю, что тебе тяжело, - вздохнул Анатолий. - И ты все еще меня не простила. Но у тебя, между прочим, брат есть.
  - Я в курсе.
  - Я не про Диму, а его ты даже не видела... - с горечью произнес отец.
  - Мне и одного хватает.
  - Оксан, мы с матерью не вечные. Без родных людей рядом плохо... Ну откуда в тебе столько неприязни к ребенку, который не сделал тебе ничего дурного? Максим тоже твой брат. Родная кровь. Пусть наполовину. Знаешь, какой забавный? - невольно улыбнулся Анатолий, подумав о младшем сынишке. - Хочешь, покажу? - потянулся мужчина достать мобильный телефон.
  - Нет. Этот твой 'забавный' ребенок фактом своего рождения развалил мою семью, - жестко произнесла девушка. - Мы с Димкой были уверены, что у нас есть родной дом, мама и папа, которые всегда будут рядом - НАША семья! А оказалось, что это только иллюзия. Дом вроде бы остался. А все эти сказки про семейные ценности, любовь, супружескую верность, чувство долга, ответственность перед женой и детьми, и прочую лабуду - ерунда!
  - Ксюш, ну что ты как маленькая девочка? - досадливо поморщился мужчина. - В жизни всякое может случиться. Бывают разные обстоятельства... Интересно, как же ты сама-то собираешься замуж с такими мыслями?
  - У меня тоже... обстоятельства, - тяжело вздохнула Оксана, отчасти соглашаясь с отцовскими доводами.
  - Честно говоря, мне уже надоело перед всеми вами оправдываться, - устало произнес Анатолий. - Аня, вон, не долго одна горевала по нашему общему прошлому, почему ты к матери претензии не предъявляешь?
  - А надо? - желчно поинтересовалась Ксюха.
  - Не надо, зачем? - съязвил мужчина. - Разве Анечка может в чем-то быть не права? Это только я - бессовестный негодяй и предатель, бросивший жену и детей. Мне и мать моя уже всю плешь проела, и старший сын - словно не родной, а теперь ты еще? Можем мы хотя бы с тобой, как взрослые люди встретиться, поговорить нормально?
  - О чем? - пожала плечами Оксана. - Кстати! Мне вот очень любопытно - если бы мама не настаивала на разводе, ты бы ушел к своей... нынешней? Или если бы мама позвала обратно сейчас, вернулся?
  Мужчина встрепенулся, но, взглянув в лицо дочери, опустил глаза:
  - Думаешь, оставить одного маленького ребенка легче, чем двоих почти взрослых?
  - Нет. Это выглядело бы еще некрасивее, - вынуждена была признать Оксана. - Мне просто интересно, так... для общего развития, - поспешно пояснила она, - это потому что твоя жена сидит в декрете и совесть не позволяет снова предать, или ты действительно его больше любишь?
  - Я могу не отвечать?
  - Твое право, - махнула Ксюшка маявшемуся неподалеку Артему (который как раз расплачивался за кофе и сок), чтобы он подошел.
  Выяснять больше ничего не хотелось. Наверное, отец поступил мудро, не ответив. Любой ответ Оксану не устроил бы. Потому что, если бы он выбрал ее и Димку - не поверила бы в искренность. А услышать, что Максимка теперь папин любимчик - было бы обидно. Причем, не за себя, а за родного по отцу и матери брата.
  Оксанка не ревновала папу с мамой к Диме. Наверное, есть все-таки своя прелесть в том, что в семье разнополые дети, и им не приходилось доказывать друг другу или родителям, чем девочка лучше мальчика, или наоборот. А вот братьям, пожалуй, пришлось бы посоперничать.
  Теперь можно думать все, что угодно, вплоть до того, что отец привязан ко всем своим отпрыскам одинаково. Но, как ни странно, такой вариант взрослую девушку тоже не устраивал. Все-таки еще слишком живы были ее воспоминания о своем счастливом безоблачном детстве под крылышком обоих родителей, души не чаявших в своей малышке.
  
  Ксюха не хотела бы признаваться никому в том, что время от времени она думает об отце. Неужели он сейчас с теми же самыми чувствами гордости и восторженного умиления возится с Максимом, трепетно наблюдая за тем, как подрастает самый младший сын, которого ему родила другая женщина? А вовсе не та, которая когда-то была единственной и желанной, с которой он собирался вместе прожить до глубокой старости...
  С мыслей о родителе она перескакивала на Кира, не понимая, как они могли с ним расстаться, всерьез поругавшись из-за какой-то ерунды. И в то же время прекрасно отдавала себе отчет в том, что так оно даже лучше. Пока не обзавелись собственными детьми и общим бытом...
  Сколько недель она ждала его звонка, попеременно ненавидя и мысленно прощая. А Кирилл все не объявлялся, лишь снился практически каждую ночь...
  Зато названивает теперь, тревожа покой, и заваливает смс-ками, которые девушка методично удаляла от греха подальше, даже не прочитывая, чтобы не соблазняться пустыми надеждами.
  Оксанку глодало чувство чудовищной несправедливости... Но за свои ошибки каждый платит сам. И мать, и отец, каждый по-своему заплатили за то, что не могли сохранить семью. А она расплачивается теперь за то, что предала свою любовь. Или за то, что не смогла выковырять это ненужное уже никому чувство из сердца...
  Впрочем, даже если и был у них с Киром какой-то призрачный шанс на примирение, то теперь его точно нет. Потому что выглядеть в глазах парня, не желающего убираться из мыслей и сердца, жалкой глупой курицей, которая нечаянно залетела от гея, влюбленного в мужчину, доставив не только себе, но и всем окружающим близким людям массу проблем, не хотелось. Отчего-то было очень стыдно за такой вот пассаж. Да и зачем ворошить прошлое, когда нет общего будущего?
  
  В это время зазвонил отцовский мобильный.
  Пока Анатолий скупо что-то отвечал в трубку, Оксана, порывшись в сумочке, достала 'приглашение' и положила перед ним на стол.
  - Это тебе. На одну персону.
  Закончив разговор, мужчина проделал какие-то манипуляции с телефоном, отыскивая нужный файл, и протянул его дочери:
  - Посмотри...
  Оксанка упрямо помотала головой:
  - На СВОЕГО брата я и дома полюбуюсь, а другие мне не интересны, извини.
  Артем успел увидеть изображение смеющегося малыша. Детские фотографии своих детей Аня ему показывала, и в первый момент он даже подумал, что это действительно Димка, но затем вспомнил, что в то время, когда пацану был всего годик, плазменных телевизоров, на фоне которого ребенок был изображен, еще не было. В смысле, наверное, кое у кого уже были, но уж точно не в семьях со средним достатком, в которых двое малолетних детей.
  - И впрямь похож на Димку... - удивленно вырвалось у Артема.
  - Заткнись! - огрызнулась Ксюха, но тут же спохватилась, что сосед не виноват в том, что ей неприятно это сравнение, и налицо явные признаки Азаровской породы, которые, по слухам, проявляются и у этой малявки. Если бы не дурацкая фамилия "Кашкин", удачно рифмующаяся с "какашкиным", точно взяла бы фамилию мужа... - Прости, Тём, - буркнула она. - Что удивительного в том, что дети похожи на своего папашу? И, пап, перестань пытаться нас познакомить! У тебя куча родственников - Азаровых. Вот пусть они с ним и тетешкаются.
  - Действительно, - вздохнул Анатолий. - Родни-то достаточно...
  За столиком повисла гнетущая пауза, но никто не решался прерывать ее первым.
  - Ты или плохо знаешь свою мать, или все еще строишь иллюзии, - наконец тихо произнес мужчина, откладывая в сторону сотовый телефон и беря в руки 'приглашение'.
  - Ты о чем? - не поняла Ксюха.
  - О том, что Аня могла бы... - замолчав, рассеянно вертел он в руках белоснежный прямоугольник мелованного картона с изысканным тиснением каких-то вензелей и контрастно изображенной парой золотых колец, будто не решаясь открыть, чтобы прочитать содержание.
  - Ладно, пап, нам пора... - поднялась Оксана из-за столика, опираясь на протянутую руку Артема.
  - Я позвоню, как соберу еще денег, - ровно, старательно сохраняя нейтральный тон, пообещал Анатолий.
  - Не надо, пап. Спасибо за эти, - подтолкнула девушка своего спутника к выходу.
  - Перестань, Оксан, - с болью в голосе произнес отец, взглянув на нее, будто чего-то ждал. - Дочь все-таки у меня одна. А матери твоей я сам позвоню...
  
  Уже в вестибюле, помогая Оксане надеть куртку, Артем хмуро заметил:
  - Глупо, Ксюш... Зря ты так.
  - Как? - огрызнулась она, чувствуя, что у самой кошки скребут на душе. Может, надо было малодушно оставить пригласительную открытку у отцовских родителей?
  Тёмка молча развернул девушку за плечи, указав сквозь стеклянные двери в зал, где все еще оставался ее отец, замерший над недопитой чашкой двойного черного кофе.
  Анатолий сидел за столиком сгорбившись, поставив локти на стол и опустив голову на сцепленные руки.
  - Считаешь, у тебя есть право судить, кто из твоих родителей больше виноват в том, что ваша семья распалась? Я почему-то представлял твоего отца совсем другим. Думаю, не нам с тобой брать на себя роль третейских судий, Ксюш. Когда мы с тобой разведемся...
  - Погоди, мы еще не успели пожениться, - хмыкнула Оксана.
  - Так вот, когда мы выполним все пункты наших ближайших планов, - допустил язвительную иронию Тёмка, - и ты встретишь человека, от которого у тебя будут другие дети, как наш ребенок будет относиться к брату или сестре?
  - Ты о чем? Я же... - заткнулась Ксюха, видимо, сообразив, какую аналогию Артем провел, став невольным свидетелем ее очень личного разговора с отцом.
  - Ладно, извини, что вмешиваюсь. Это не мое дело, - вздохнув, протянул руку Тёмка, чтобы открыть перед спутницей входную дверь.
  - Блин! - с чувством выругалась Оксана, внезапно почувствовав острое сожаление о своих злых словах, о несдержанности и желчи, выплеснутой ею на отца...
  Да, уходил он из семьи и впрямь тяжело, и наверняка, они с Димкой не знали и половины того, что происходило в тот период между отцом и матерью. И времени вроде бы уже прошло достаточно, чтобы смириться с их разводом... но тогда почему же все равно еще больно за себя, за Димку, за мамку? И больно видеть его таким. Со своим фамильным бзиком о сплоченности кровных уз.
  Оксана не хотела быть похожей на мать, временами просто ужасно злясь на нее за мягкосердечие, за попытки понять и оправдать окружающих ее людей. Еще пять минут назад она была уверена в собственной правоте, подсознательно пытаясь причинить боль человеку, который делал больно ее семье... словно мстя за предательство, за то, что пришлось пережить ей, брату, матери... но слова Артема, постороннего человека, упрекнувшего ее в бездушности, черствости и эгоизме оказались словно отрезвляющей пощечиной... Скорее всего, будь свидетелем ее разговора с отцом Рома, он оказался бы на ее стороне, но перед Тёмкой отчего-то было совестно. Как и перед отцом, снявшим, наверняка последние на сегодняшний день деньги, и вынужденным оправдываться, что пока больше нет. Почему-то вспомнилось, как мать рассказывала о том, что в не слишком легкое для семьи время, папка мог не есть целый день на работе, чтобы на сэкономленные от обедов деньги порадовать ее какой-нибудь игрушкой, вернувшись домой с сюрпризиком для своего "солнышка". Димке посчастливилось родиться и расти в более легкое для семьи в финансовом плане время... Наверное, потому и запросы у братишки были гораздо серьезнее. Он воспринимал подарки как само собой разумеющееся, да еще мог прямо в лоб выдать, дескать, рассчитывал на что-то другое...
  Поддавшись импульсивному чувству, девушка еще раз обернулась на двери, ведущие в зал, и, решительно взглянув на спутника, процедила:
  - Подожди меня еще чуть-чуть, пожалуйста, Тём, - направилась она к занятому отцом столику, бубня себе под нос:
  - Ну не убудет же от меня, в конце концов, а человеку приятно...
  
  Мужчина не обратил внимания на то, что кто-то подошел, и только когда сообразил, что человек не проходит мимо, а чего-то ждет, поднял голову. И удивленно вскинулся:
  - Ксюш...
  - Я передумала. Показывай... брата.
  - Серьезно? - напрягся Анатолий.
  - Мне что, теперь тебя надо упрашивать? - раздраженно произнесла Оксана.
  - Что случилось, Ксюш?
  - Ничего не случилось. В моем положении перемены настроения - это нормально. Так покажешь?
  Лицо Анатолия просветлело, но улыбаться он пока не спешил. Настороженно, будто ожидая подвоха, подвинул дочери свой телефон:
  - Разберешься сама?
  - Надеюсь.
  
  Найдя папку с фотками, Ксюха живо пролистала несколько снимков: Максим с дедом Витей, со своей матерью, и, наконец, один... улыбающийся ясно и солнечно годовалый малыш, восседающий среди ярких игрушек на расстеленном на полу посреди комнаты одеяльце. Довольный жизнью... Хотя, чего ему не радоваться-то? Его крохотный мирок пока что ограничивается скромными запросами: вовремя накормили, сменили памперсы, подсунули новую игрушку. Папа-мама рядом... Сплошная идиллия...
  Машинально девушка пролистнула еще пару файлов, отметив на той, где Макса отец сфотографировал спящим, что мальчишка удивительно похож на родного Димку. Который, порой, раздражал своим хныканьем, требуя внимания родителей к своей персоне, или мешал ей делать уроки. Она тогда училась в начальной школе и очень старалась, чтобы в тетрадках не было помарок. А брат скандалил, еще не слишком твердо держась на ножках, упрямо ковылял к ее письменному столу и лез под руку со своими пластмассовыми игрушками... Но стоило ему уснуть, прикрыв пушистые реснички и раскинув ручки с зажатыми в кулачки ладошками - и тут же накатывало умиление, что-то стискивая в груди от избытка эмоций и ощущения причастности к этому маленькому чуду - ее собственному родному брату!
  А вот над следующей фоткой Оксана буквально зависла, потому что на ней была изображена она сама. Примерно шестилетней давности - то есть вроде бы уже не ребенок, но еще и не полностью оформившаяся взрослая девица. Ксюха прекрасно помнила эту фотку под ёлкой у отцовских родителей, где она дурачилась, как маленькая, чтобы подыграть брату, который в то время еще верил в Деда Мороза. Это было еще 31 декабря. Семейный фотик стараниями любознательного Димки приказал долго жить. И отец снимал их с братом на старенький, дедушки Витин, в который надо было вставлять пленку.
  И только первого января, когда они, чудесно встретив Новый год, вернулись в свою квартиру, под домашней ёлкой папа нашел новенький цифровой Canon с огромным объективом, о котором прожужжал мамке все уши...
  Видимо, он специально отсканировал эту фотку, чтобы "залить" в телефон.
  Оксана сглотнула... Зачем отцу понадобилось хранить это фото в телефоне? Глупо...
  Ей внезапно стало жарко... в груди защемило - никогда уже не будет детства, и таких безоблачных дней, до краев наполненных счастьем, теплом домашнего уюта и ощущением волшебного праздника...
  Скорее всего, Димкина фотография у отца тоже была. Впрочем, он может любоваться и своим младшеньким, представляя себе образ старшего сына. Очень похожи...
  'Интересно, нравится ли такой выкрутас природы его новой жене?' - вдруг с каким-то злорадным удовлетворением подумала Оксана. Но, взглянув на отца, с непроницаемым лицом глядящего на нее в упор, словно пытаясь угадать, о чем она думает, девушка устыдилась.
  Поспешно закрыла все 'окна', и протянула ему телефон, шагнув ближе.
  Анатолий будто только и ждал хотя бы этого крохотного шага навстречу со стороны дочери. Мужчина поспешно встал и порывисто обнял ее. Оксана сначала растерялась от неожиданности, но потом неуверенно обняла его за талию, спрятав лицо на его груди.
  Говорить она не могла, чтобы не разреветься. Да и что тут следовало сказать?
  И отец почему-то молчал, только крепко обнимал и нежно, ласково, как маленькую, гладил по голове...
  - Мне пора... Так и быть, если хочешь, приходи с женой... Маме попытаюсь объяснить... - выдавила Оксанка, смущенно отстранившись.
  Отец не ответил, только кивнул, непонятно с чем соглашаясь - то ли прийти с новой женой, то ли просто принял к сведению, и кивком поблагодарил за великодушный жест.
  - Пока, пап... - круто развернувшись, Ксюха быстро пошла к выходу.
  Эмоции переполняли, да что там - просто раздирали на части. И пока она не была готова озвучить - каких именно было больше.
  - Пока, солнышко, - вздохнул мужчина, убирая телефон в карман и глядя вслед дочери. Его перерыв закончился, пора на работу...
  
  Вылетев из дверей зала, Оксана "зацепила" Артема и потащила его на улицу, прошипев:
  - Пошли!
  - Иду я, иду, это ты бежишь...
  - Доволен? - всхлипнула она, замедляя шаг возле машины. - Тебе надо было на мамке моей жениться!
  - С ума сошла? - чуть не споткнулся Артем.
  - Какого фига ты меня спровоцировал?! - нашла 'крайнего' Оксанка. - Мне же волноваться нельзя, а у меня вон руки трясутся, - пожаловалась она, утирая слезы, которые сами по себе катились, независимо от ее желания.
  Артем подошел ближе, обнял:
  - Чшшш, ничего такого ужасного не произошло, Ксюх... Эй? Ну ты чего? Ксю?
  - Да ну тебя! - всхлипнула подруга, пряча лицо у него на груди. - Я злюсь!
  - На кого? - улыбнулся Артем.
  - На себя, на отца, на тебя!
  - Я-то причем? - изумился парень.
  - Тёма, нельзя так давить на совесть! Я теперь вообще не понимаю, кого предаю...
  - Себя не предавай... Аня поймет. Даже, если сначала обидится. Оксан... нормальные родители не с детьми разводятся, а друг с другом...
  - НОРМАЛЬНЫЕ - вообще не разводятся. И мы с тобой такие же, ненормальные... - грустно всхлипнула она.
  - Не будем разводиться? - напрягся Артем.
  - Испугался? - сквозь слезы, рассмеявшись, съехидничала Оксана.
  - Да ну тебя, - отмахнулся Тёма. - Поехали домой. Ромка там один...
  - Ладно, поехали, - согласилась девушка, садясь в машину и доставая свой мобильник.
  Усевшись на водительское сиденье, Тёмка тоже потянулся за телефоном.
  - Рули давай. Я сама Роме позвоню... отчитаюсь, что мой папа тебе ноги не выдрал за то, что ты мне ребенка заделал.
  - Спасибо, что заступилась, - серьезно кивнул Артем.
  - Какие счеты между своими? - насмешливо улыбнулась Оксана, протянув левую руку в его сторону вверх ладошкой.
  Артем, дурачась, легко ударил по ней, словно закрепляя удачную сделку. И оба заговорщика облегченно рассмеялись, радуясь растаявшей напряженности, грозившей испортить дружеские отношения. Им сейчас никак нельзя конфликтовать друг с другом, чтобы и дальше было легко и просто общаться. Они теперь не только добрые соседи и случайные любовники, но и будущие родители, которые желают своему ребенку безоблачного счастливого детства. Малыш не обязан расплачиваться за их ошибки молодости...
  - Салфетки в бардачке, - улыбнулся Артем, опустив 'козырек' с зеркальцем, чтобы спутница сама увидела свое заплаканное лицо.
  - Упс... - мельком взглянув на свое отражение, поспешно принялась Оксана рыться в бардачке.
  Сначала ей попался моток автомобильных зарядок для мобильников и планшета, потом на колени шлепнулась начатая пачка презервативов, в которой явно уже осталось меньше 12 штук, указанных на упаковке.
  Тёмка смутился, густо покраснев, но Оксана даже не стала ехидничать по поводу соседских стратегических запасов защиты во время их 'экстремального' секса, на которые постоянно натыкалась в самых неожиданных местах и в квартире. Спасибо, что хоть от вида использованных парни ее деликатно избавляли.
  Закинув обратно пачку с презервативами, она наконец-то нашла салфетки. Тщательно вытерев щеки под глазами, девушка обернулась к своему спутнику:
  - Теперь лучше?
  - Гораздо, - кивнул Артем. - Как ты себя чувствуешь? - поправил он на ней ремень безопасности, мимоходом осторожно погладив животик Ксюхи.
  - МЫ чувствуем себя нормально, - благодарно улыбнулась она. - Поехали, Тём. А то Ромка и впрямь там один. Не хочу, чтобы он злился и обижался на меня за то, что я отнимаю ВАШЕ время...
  - Повезло мне... - задумчиво протянул Артем, выруливая со стоянки...
  
  ***
  
  Аня в который раз безуспешно пыталась разбудить ребенка, наверняка полночи игравшего в свои игрушки в телефоне.
  С одной стороны, Димке, оставшемуся полноправным хозяином в своей комнате, которую они делили с сестрой на двоих, сейчас никто не мешал по ночам спать. Над своими домашними заданиями для универа дочь теперь корпела в своих личных апартаментах, великодушно выделенных ей соседями. А с другой - никто и не гонял подростка, напоминая, чтобы немедленно выключал свои игры и ложился спать. Потому что это только с вечера кажется, что спать совершенно не хочется, а вот утром от подушки бывает просто невозможно оторвать тяжелую голову, чтобы на автопилоте отправиться на утренние гигиенические процедуры.
  Нет, Аня, конечно, по мере сил старалась контролировать режим дня своего младшенького. Но и Димка уже наловчился на всякий случай прикидываться сладко спящим, слыша, как кто-то (мама или Егор Александрович) выходит из большой комнаты поздно вечером.
  - Значит так, Дим, - наконец лопнуло Анино терпение, - если не хочешь по-хорошему, буду применять драконовские меры. В одиннадцать вечера просто буду отбирать у тебя сотовый, ясно?
  - Ты что?! - моментально вскинулся подросток. - Я в одиннадцать не буду спать ложиться!
  - А в твоем возрасте положено быть в кровати 23.00!
  - Издеваешься, мам? Да в одиннадцать только-только начинают все в сеть выходить...
  - Ну и пусть себе выходят. Почему в журнале опоздавших ты занимаешь стойкие призовые места? - рассердилась Анька. - В классе двадцать с лишним человек, но тебя отмечают с завидным постоянством! Последнее китайское предупреждение! Если еще хоть раз мне позвонит твоя классная с требованием купить исправный будильник, ночью у тебя телефона не будет, ясно?! А будильник я тебе Ксюхин буду заводить, который и мертвого поднимет.
  - Ну нет уж, этого счастья не надо. Каждый раз с утра такой стресс. В принципе, на то, чтобы в одиннадцать ложиться в кровать, я согласен, - хитро прищурился Димка.
  - Я имела в виду - спать, а не лежа играть, - спохватилась Анна.
  - Хорошо, я подумаю над твоим предложением, только сейчас уже не ругайся, - зевнул мальчишка.
  - Это не предложение, мальчик мой, а ультиматум! - буркнула Аня, успокаиваясь.
  - Ты ущемляешь мои права, лишая возможности выбирать альтернативу, - не собирался, оказывается, сдаваться подросток.
  - А права качать будешь, когда школу закончишь и сможешь сам себя содержать, и ни от кого не зависеть.
  - А как же ювенальные права?
  - Ты можешь на меня пожаловаться, - пожала плечами Анна. - Только имей в виду, что если ты даже передумаешь трепать мои нервы, никто тебе не поверит, что соскучился по извергу-мамаше, поправшей твои права, несчастненький мой. Надеюсь, ты хорошо понимаешь, что соответствующие службы набирают работников, которые хотят получать зарплату и ни в чем себе не отказывать. Естественно, чтобы продемонстрировать свою занятость и нужность, тратя деньги налогоплательщиков, доказательства жестокого обращения в семье и повод для того, чтобы осуществить "изъятие" ребенка, они найдут.
  - Да ладно? - скептически хмыкнул сын.
  - Да-да, зря не веришь. Как-нибудь на досуге поинтересуйся обыденной судебной практикой Запада, регулирующей семейные отношения между детьми и родителями. Например, в холодный день ребёнка нельзя заставить одеться теплей - насилие над его правами. Нельзя запретить есть сладкое перед обедом - попрание его прав. После одиннадцати(!) лет нельзя запретить ребёнку смотреть порнофильмы, это, дескать, нарушение его "права на получение информации". Нельзя повлиять на поведение ребёнка лишением карманных денег - это стеснение финансовой свободы...
  - Ух ты, круто! - развеселился мальчишка.
  - Ага, несказанно повезло детишкам. "Праздник непослушания" Михалкова помнишь? Что из этого вышло, когда детям довелось испытать пьянящее чувство свободы от принятия самостоятельных решений и упразднения правил поведения, которые формировались годами и опытом прошлых поколений? Представь, что, согласно этим ювенальным законам, - поморщилась Аня неприязненно, - родитель, оставивший дома 10-летнего ребёнка под присмотром 15-летней сестры рискует лишиться обоих детей за "недосмотр"?! И это притом, что в таком возрасте уже не только старший ребенок, но и младший в состоянии приготовить себе яичницу, пельмени или пожарить картошки, если уж не справится с супом. Не говорю уж о том, что вполне способен помогать по дому, чтобы получить хоть какие-то навыки самостоятельной жизни. Интересно, как вообще представляют себе эти службы семейную жизнь таких несчастных детей, которые не научились самостоятельно убирать кровать, мыть посуду, ходить за хлебом и молоком в магазин, пылесосить полы или выносить мусор? Думаешь, на следующий день после совершеннолетия, когда родители наконец-то освободятся от своих "обязанностей", молодые люди будут в состоянии оплатить эти "услуги" своей прислуге?! Люди со среднестатистическим доходом такую роскошь себе позволить вряд ли смогут. А если учесть возраст, то студенты и тем более! И как тогда будут договариваться о своих правах и функциональных обязанностях в семье нынешние мальчики-девочки? Оформляя юридически каждый пункт возможной бытовой ситуации?
  - Абсурд какой-то, - нахмурился Дима. - А что это тебя так пробрало?
  - Не знаю, - отмахнулась Аня. - Вчера на статью наткнулась, до сих пор в шоке.
  - А... понятно... Лучше бы свои сказочки писала, пока Егора Александровича не было - ухмыльнулся сынок.
  Аня смутилась. А ведь и впрямь, из-за того, что Егор работал сутки, она не знала, куда себя деть. Нет, как порядочная, села за комп, но потом, ища какую-то информацию, наткнулась на эту статью и просто зависла, не понимая, то ли возмущаться от всей души, то ли не принимать близко к сердцу эти "перегибы".
  - В общем, так! Пока тебя не отобрали - живо встал, умылся, оделся, позавтракал тем, что я приготовила, и марш в школу! И одевайся тепло! - нарочито сердито приказала Аня.
  - Мам, ты сейчас по всем пунктам нарушила мои права! - притворно возмутился ребенок, но, не выдержав, заржал. - Да помню я, помню. И про то, что кровать убрать надо - тоже...
  - Ну слава богу... - вздохнула Анька, глянув на часы.
  Очень хотелось дождаться возвращения Егора, прежде чем уйти на работу.
  
  Панов сегодня сменился рано, и они все-таки успели пересечься, прежде, чем она поехала на работу, а Егор завалился спать поле суточного дежурства.
  Утро было холодным. И мужчина, оставивший машину под их окнами, а не у подъезда, успел пройтись по двору и принести с улицы свежесть нового весеннего дня.
  Аня пока еще никак не могла привыкнуть к недолгим разлукам, и едва заслышав звяканье домофона внизу, кинулась переодевать домашний халатик, чтобы уже потом не тратить ни минутки на сборы, удивляясь самой себе, как это она могла обходиться без этого мужчины раньше. Управилась за три минуты, пока Егор поднимался в лифте. Переоделась, схватила духи, быстренько подушилась и вышла в прихожую, чтобы открыть дверь, встречая дорогого человека.
  Егор, улыбаясь, убрал приготовленные ключи обратно в карман и, перешагнув порог, подхватил кинувшуюся к нему на шею женщину.
  - Я соскучилась, - только и успела прошептать Анька, пока он не накрыл ее губы своими, даря долгий чувственный поцелуй.
  Нежно поглаживая спину, Егор игриво скользнул ладонями на ее ягодицы, мысленно посетовав, что она уже успела переодеться, и до аппетитной попки (под халатиком обычно прикрытой лишь кружевами трусиков), ему не добраться... Несмотря на усталость, почувствовал, как просыпается собственное желание обладать. Но, чтобы самому не было обидно оставаться неудовлетворенным, так как времени на уединение в спальню уже совсем не оставалось, прижал ее плотнее, давая почувствовать это желание.
  По еле сдерживаемому всхлипу поняв, что эффект достигнут, Егор улыбнулся и, наконец, отстранился. Его тело сообщило, как он тоже успел соскучиться, и по-прежнему желает ее. Теперь, по крайней мере, до того, как Анечка окажется на работе и погрузится в рутину своих профессиональных обязанностей, она тоже будет думать о нем...
  - Я еще не завтракала, но у меня есть пятнадцать минут, чтобы посидеть с тобой рядышком. Раздевайся скорее. Я тебе чай сделала.
  - Анют, ну ты же знаешь, по утрам я люблю кофе, - сморщился Панов.
  - Отоспишься, встанешь и выпьешь свой кофе, не волнуйся. Чизкейк будешь?
  - Откуда у нас на завтрак сладости?
  - Ребята вчера готовили, - кивнула Аня на стену, разделяющую ее и прихожую соседских парней, в квартире которых теперь обитала и дочь. - У Ксюхи приступ энтузиазма случился.
  - Ну, не всё же ее мальчикам баловать.
  - Примерно в том же духе они и высказались, - усмехнулась Аня. - Ну давай уже, проходи! Соловья баснями не кормят.
  - Давай лучше я тебя до метро подброшу, пока не переодевался? - спохватился Егор.
  - Не выдумывай, - отказалась Аня. - Я потом стану переживать, сколько времени ты будешь по пробкам обратно добираться.
  - Анют, ты пойми, для меня это нормально - не спать сутками. За много лет я привык к такому режиму.
  - Нет, я на маршрутке прекрасно доберусь. А ты отдыхай. Лучше встретишь меня вечером.
  - Ну смотри, - сдался Егор, который и впрямь уже неосознанно расслабился, добравшись до дома. - Мне бы руки помыть...
  - Только на кухне. Ванна занята. Димку лишь недавно удалось растолкать, - вздохнула Аня.
  Панов неодобрительно покачал головой. Самое интересное, в те дни, когда он был дома, два раза Ане повторять ребенку не приходилось. Полусонный мальчишка без лишних уговоров выползал из-под одеяла и топал умываться. Другое дело, что он еще столько времени потом колобродил по квартире, когда взрослые уходили на работу, что каждый раз опаздывал к первому звонку, после которого считался опоздавшим...
  
  Но не успели они усесться за стол (Аня как раз допивала кофе, на который завистливо косился Егор), как в прихожей раздалась мелодичная трель звонка.
  - Сиди, сиди, я открою, - легко поднялась она, чтобы открыть дверь.
  Оказалось, что пришел Роман. Молодой мужчина пребывал в мрачно-раздраженном состоянии.
  - Привет, Ром, что случилось?
  - Доброе утро, Ань. Пока ничего непоправимого, - буркнул Роман, но, заметив, как у Ани испуганно расширяются глаза, поспешил успокоить. - Ничего серьезного не случилось, честно! Можно у вас шампунь попросить?
  - Эм... - слегка зависла Анька, припоминая, что у соседей в ванной было достаточно всяких гелей и шампуней, а уж после того, как Ксюха переселилась к парням, и вообще глаза разбегались отизобидия вариантов, каким воспользоваться.
  - Проходи, - отступила она от входной двери, приглашающе кивнув.
  - А Егор уже приехал? - замялся Ромка, не желающий, чтобы Пан с утра пораньше застал его у своей женщины. Вряд ли Егор примется воображать что-то лишнее, но зачем создавать прецедент?
  - Приехал. Не бойся, проходи, - понимающе ухмыльнулась соседка. - Стесняюсь спросить, а что случилось с вашими шампунями? - еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, задала она вопрос.
  - Но-но, попрошу без намеков. Запас нормальной смазки пополняется регулярно, - не оценил шутки Рома.
  - Да кто вас знает, может быть, так приспичило...
  - Ань, ну хватит ёрничать! - пресек ее попытки поглумиться над его проблемой сосед.
  - Ладно, как скажешь. Будешь с нами кофе? Я, правда, уже убегаю...
  - Так и нам пора бы выдвигаться, но некоторые... - выразительно кивнул он в сторону своей квартиры, - очень долго намывают свою голову, а потом еще и сушат два часа. У Тёмки сегодня опять 'нулевка', ему пришлось на кухне под краном голову мыть, чтобы не опоздать, - наябедничал Рома на Анину дочь.
  - Как же он без шампуня обошелся?
  - Я не видел.
  - У вас на кухне какое моющее средство, "фери"?
  - А ты что, серьезно думаешь... - замолчал Ромка, видимо, пытаясь вспомнить название средства, затем тяжело вздохнул. - Фери.
  
  - ЗдорОво, Ромыч, - вышел Егор из кухни, услышав разговор. - Чего не проходишь?
  - Я на минутку. За шампунем...
  - Ты по принципу сигарет, что ли - сначала покурим твои, а потом всяк свои? - съехидничал Панов, пожимая протянутую руку молодого мужчины. - Я вот слышал, что по-соседски обычно за солью заходят, ну или за стаканом муки...
  - Ты-то еще не издевайся, - обиделся Рома. - И вообще, твои сведения устарели. Сейчас соседи вообще редко общаются. У нас счастливое исключение.
  - Думаешь, счастливое? - иронично выгнул бровь Егор.
  - Я уже не уверен, - буркнул Роман.
  - Что случилось-то? - поинтересовался старший мужчина.
  - Да Ксюха, блин! Хоть бы дверь не закрывала на замок! Можно подумать, меня возбуждают голые беременные женщины за занавеской... Главное, с вечера вопила, что она первая, а сама еле проснулась, ванну заняла и торчит там уже второй час...
  - Сочувствую, - хлопнул Панов Романа по плечу.
  - Вот поэтому я и не женюсь! Мало мне было с Тёмкой по утрам ванну делить...
  - Ну, допустим, если бы ТЫ женился, Артему-то в твоей ванной делать было нечего, - заметил Егор.
  - Очень смешно, - непроизвольно вздрогнул сосед. - Типун тебе на язык.
  - Да какие проблемы? - пожал плечами Панов, не обидевшись. - Предложи Оксане постричься. Будет за пять минут управляться.
  - Не надо! - практически хором ответили Аня и Рома.
  - Беременным женщинам нельзя стричься, - пояснил Ромка.
  - Ты что, тоже в приметы веришь? - недоуменно взглянул на друга Егор.
  - Ну, - замялся Роман, - верю-не верю... Не рекомендуется.
  - Кем?! - несказанно удивился Панов.
  - Кем-кем - РАМН! - огрызнулся Ромка.
  - В самом деле, - пришла на помощь соседу Аня, - считается, что если будущая мама пострижёт волосы, то это укорачивает ребёнку жизнь или вызывает преждевременные роды. А еще не рекомендуется красить волосы во время беременности, так как пары краски негативно влияют на состояние женщины, и, соответственно, ее малыша.
  - Ребятки, вы меня убили. Оба. Это все бабкины сказки и суеверия! - поднял их на смех Егор. - Вы знаете, что в Китае женщина стрижет волосы сразу, как только узнает о беременности? А ведь каждый третий на Земле - китаец. Делайте выводы сами. Существует, конечно, еще такое мнение, мол, после стрижки волосы начинают бурный рост, на что нужен кальций, который так же необходим для формирования косточек плода. И вроде как на организм беременной женщины увеличивается нагрузка. Но это воздействие настолько минимально, что практически незаметно! Если Ксюшу напрягает внешний вид, или вам с Артемом так сложно мириться с ее прихотью приводить себя в порядок, прежде чем выйти из дома, то нет никаких проблем - пусть стрижется и не парится по этому поводу!
  - Я и не знала про китайцев... - удивленно покачала головой Аня.
  - Про китаянок, - поправил Егор.
  - Да без разницы. В Китае побывать не доводилось.
  - Какие наши годы, радость моя? - улыбнулся Егор. - Давай туда в отпуск съездим? В этой стране есть на что посмотреть, помимо лысых беременных китаянок.
  - Может, как-нибудь и съездим. Только вряд ли в ближайшее время. В этом году придется брать отпуск, когда Оксанка родит...
  - Ладно уж, потерплю как-нибудь, - буркнул пристыженный Рома, - пусть все-таки не стрижется.
  - Я тебя не убедил? - насмешливо поинтересовался Егор. - Или боишься, что китайчонка родит?
  - Береженого бог бережет, - увильнул от ответа Роман. - И твоя шуточка неуместна.
  - Ладно, Ром, подожди пять минут, сейчас Димка выйдет, я тебе дам шампунь, - пообещала Аня, постучав сыну в дверь ванной. - Дим! Вылезай, ты не один в доме! А то позавтракать не успеешь.
  - Ща... - откликнулся подросток, и в самом деле буквально через минуту освободив помещение.
  - Кстати, ты можешь воспользоваться нашей ванной. Я тебе полотенце чистое дам, - великодушно предложила соседка.
  - Да нет, Ань, спасибо. Я уж как-нибудь у себя, - отказался Рома, машинально поскребя потемневший от пробивающейся щетины подбородок. - Побриться бы еще...
  - Слышал, Егор? - обернулась Анька к приобнявшему ее сзади мужчине. - А ты хочешь, чтобы я отрастила волосы. Тогда и у нас такая же 'очередь' по утрам будет.
  - Я готов на жертву вставать на пятнадцать минут раньше...
  - Да ну тебя, - отмахнулась Аня. - Я не готова. Мне-то тогда так же, как Оксанке, пришлось бы не за 10-15 минут управляться, а тоже два часа промывать, просушивать, укладывать... сейчас раз-два - и готово...
  - Ага, живенько так... - иронично хмыкнул Роман, покосившись на соседку. - Блин, проектировщикам, которые придумали, что для семьи одной ванной хватает, головы следует поотрывать.
  - Во-во, ты учти, когда свой дом достраивать будешь... - посоветовал Панов.
  - Я уже учел... У меня и в гостевых комнатах душевые кабины есть, - серьезно кивнул Роман.
  - Рома, раньше люди по утрам не мыли каждый день головы. Честное слово, как сейчас помню. Ни шампуней ежедневных, ни таких мощных фенов и всяких плоек не было. Так что...
  - Мне от этого в данный момент не легче, - пожаловался Ромка, прервав Анины ностальгические воспоминания.
  - Если хочешь, и в самом деле иди, - предложил ему Егор, кивнув на ванную.
  - Нет уж, я лучше тоже... у себя на кухне, - тяжело вздохнул Рома, забирая шампунь. - Спасибо. Я потом занесу.
  - Можешь оставить до вечера. Мы с Димкой уходим, а Егор спать ляжет. Не беспокой его. Кстати, а сколько уже натикало? - спохватилась Аня.
  - Восемь ноль пять.
  - Упс... Мне пора. Дима! Ты позавтракал, собрался?
  - Позавтракал. Кровать заправляю, - отозвался ребенок из комнаты.
  - Молодец, сынок, - машинально похвалила Анька. Метнулась в комнату, схватила сумочку, и снова вышла в прихожую, обуваться.
  Егор потянулся за ее плащиком, чтобы поухаживать, помогая одеться.
  Обернувшись к Ромке, соседка выразительно кивнула ему в сторону входной двери. - Ну иди уже, раз ни помыться, ни кофе не хочешь...
  - О господи, - рассмеялся Рома, закатив глаза и направившись к выходу, крепко зажимая в руке вожделенный шампунь. - Да не смотрю я, не смотрю, прощайтесь. Не нацеловались еще?
  - Не-а, - за двоих ответил Егор, заключая любимую в объятия, и за Аниной спиной показывая заржавшему другу кулак.
  
  - До вечера? - еле нашла Аня в себе силы оторваться. До чего же не хотелось уходить из домашнего уюта, который как-то особенно остро ощущался с возвращением с работы Егора.
  Панов чуть отстранился и молча глядел на нее, улыбаясь, словно видел в ее лице что-то, что она сама не могла разглядеть в отражении зеркала. Покрасневшие глаза мужчины выдавали его бессонную ночь, значит, дежурство было не слишком спокойным, но разве признается? Да и на лице лежала печать усталости. Вот только лучистый взгляд дарил тепло и нежность, так приятно было понимать, что он и в самом деле очень соскучился. И не поленился приехать к ней, а не к себе домой, куда гораздо ближе было добираться от места его работы.
  - Почему ты так смотришь на меня? - немного смущенно спросила Аня. - Опять губы красить надо?
  - Ты и так у меня самая красивая, - покачал головой Панов.
  - Обветрят, потрескаются, как у старшеклассницы... - растерялась она.
  - Тогда крась, - нехотя расцепил он свои руки, лежавшие на ее талии. - Я просто соскучился, и не люблю, когда я прихожу, а ты уходишь, никак наглядеться не могу...
  - Я кровать не убирала, - снова обернулась Аня к мужчине, быстро проведя перед зеркалом помадой по губам.
  - Я позвоню, как проснусь, - пообещал Егор в предвкушении отдыха.
  Ему не нравилось, что Аня уходила, но, с другой стороны, у нее дома было гораздо приятнее нырять в постель, которая, казалось, все еще хранила тепло ее тела... Уж нежный аромат тонких духов или какой-то иной парфюмерии - точно. И почему-то очень нравилось засыпать именно на ее подушке...
  
  За свою холостяцкую жизнь в последние десять лет Егору много раз доводилось засыпать и просыпаться в чужих квартирах и в чужих кроватях. Были и такие, где задерживаться после секса вовсе не хотелось, но ради эксперимента он все-таки пробовал. А вдруг привык бы, компенсируя моральное неудовлетворение комфортной заботой со стороны радушной хозяйки? Но нет... Всё время что-то раздражало, не устраивало, гнало на поиски...
  Наверное, кем-то там, наверху (несмотря на атеистические убеждения Егора), ему было предначертано встретиться с Аней.
  Почему-то нигде он не чувствовал такой уютной теплой ауры, в которой буквально купался здесь - в обычной типовой 'двушке' со стандартной мебелью и вовсе не дизайнерским распределением жилого пространства. Разве что когда-то давно, еще со своей первой женой, с той первой любимой женщиной, которая оставила неизгладимый след в его жизни и подарила сына... Но та боль от расставания уже утихла, зарубцевалась. И теперь Панов был готов попробовать снова примерить на себя роль образцового мужа, главы семейства, взвалив на себя заботу и ответственность за своих близких.
  С уходом законных хозяев на работу и на учебу, Анина квартира погружалась в сонную тишину. За плотно прикрытыми шторами вступал в свои права новый день. А он, блаженно растянувшись на кровати и проваливаясь в сон, мысленно поторапливал наступление вечера. С возвращением любимой женщины с работы, квартира оживала, наполнялась звуками ее легких шагов, мягкого голоса, счастливого смеха, льющейся воды, гремящей на кухне посуды, ароматами готовящейся еды...
  Егор любил наблюдать за тем, как Аня с кажущейся легкостью справляется с традиционно женскими домашними обязанностями. Нравилось даже участвовать, предлагая посильную помощь, хотя она и смеялась, что он больше мешается, время от времени 'распуская руки' и отвлекая. Вот только Панов прекрасно чувствовал, что Анюта и сама была не прочь отвлечься. Особенно, если Димка отсутствовал, уходя на вечернюю тренировку или на прогулку.
  В этом доме Егору было хорошо. Даже легкие перебранки Ани с ее сыном не раздражали. Дима пока еще был сильно привязан к матери, и, как и положено было бы в идеале, совершенно нормально воспринимался Егором частью ее семьи, в которую его пусть пока и не официально, но приняли. Конечно, на взгляд Егора, Анна избаловала младшего ребенка (хотя, скорее всего, всё многочисленное семейство старалось, включая бабушек-дедушек), но, к счастью, подросток рос не глупым, не злобным и не подлым мальчишкой. Может быть, чересчур безалаберным и эгоистичным для своего возраста, но время постепенно исправляло эти изъяны. Егору нравилось общаться с любознательным, ироничным подростком.
  Почему-то все реже хотелось куда-то выбираться по вечерам. И вовсе не потому, что с Аней было скучно посещать светские мероприятия или устранять пробелы в культурно-образовательной программе. Ему с этой женщиной было хорошо и дома: на кухне за столом, ужиная и делясь новостями прошедшего дня или обсуждая какие-то глобальные мировые проблемы; на диване перед телевизором, молча или иронично комментируя происходящее на экране. А самое главное - Панову было упоительно хорошо с Анной в кровати... Хотя, может, это даже и не самое главное. Просто это была ЕГО женщина, рядом с которой Егор мог быть настоящим, не притворяться лучше или хуже, чем есть на самом деле. Присутствие Ани и мобилизовало его, заставляя соответствовать идеалам женских грез, и в то же время помогало расслабиться. Потому что он точно знал - любимая обязательно поймет его слабости и поддержит в трудную минуту...
  Именно поэтому Егора неудержимо тянуло к ней снова и снова. Обыденность совместных будней и ежедневное решение общих бытовых и житейских проблем не напрягали. Анин дом с ее чадами, домочадцами и даже с назойливыми соседями, как-то незаметно стал восприниматься более родным, чем собственная двухкомнатная квартира, находившаяся в единоличном распоряжении. В его доме Егора никто не ждал и не радовался его возвращению. Только перед сложными плановыми операциями он уезжал ночевать к себе. И эту его 'прихоть' Аня тоже воспринимала абсолютно спокойно, не обижаясь и не начиная изводить необоснованными ревнивыми подозрениями...
  
  - Суп грибной в холодильнике, - поспешно перечисляла Анна, застегивая плащик, - на второе...
  - Солнце мое, клянусь, я до глубины души тронут твоей заботой, и тем, что ты до сих пор меня балуешь. Но не забывай, что я самостоятельный мужчина и хорошо ориентируюсь в твоем холодильнике, - мягко перебил хозяйку Панов. - Иди, не переживай. Голодным не останусь. И Димку заставлю первое поесть.
  - Спасибо, родной! - благодарно улыбнулась Аня. - Дима, ты снова опоздаешь! - крикнула она громче в сторону маленькой комнаты.
  - Да иду я уже, иду, - волоча за собой рюкзак, показался в прихожей подросток, благоухая изысканным туалетным парфюмом.
  - Сынок, ничего не забыл?
  - Учебники согласно расписанию уроков, тетрадки, пенал, деньги на столовку, Choco Pie, пропуск, телефон заряжен... - методично перечислил пацан.
  - Умничка моя, только рубашку заправь, - все-таки нашла к чему придраться дотошная мать.
  - Не надо, так лучше смотрится, - отмахнулся Димка.
  - Ладно, пижон. Иди сюда, чмокну.
  - Ну мам! - смущенно скривился сын, но все-таки чуть склонился, подставляя щеку для поцелуя.
  - Тебе успехов в учебе, а тебе сладких снов, - попрощалась Анна со своими мужчинами. - Все, я умчалась, пока-пока!
  
  ***
  
  Бабушки-дедушки по-разному отнеслись к новости о том, что любимая внученька выходит замуж на 4-ом курсе университета, причем по такой прозаической причине, как ожидание ребенка, а вовсе не из-за долгой красивой романтической истории любви. Нет, конечно, никто из обладающих знаниями об истиной подоплеке отношений Оксаны и Артема не думал признаваться пожилым людям в том, как вляпались оба 'виновника' переполоха в их семьях. Аня подозревала, что если бы женихом и отцом будущего ребенка оказался Кирилл, это было бы гораздо логичнее, по мнению старших родственников.
  Анины родители (видимо, припомнив, как тяжело пришлось Ане с ее Толиком, когда родилась Ксюшка), распереживались, как же молодежь будет теперь доучиваться, ведь ребенок, который появится в конце лета, будет требовать внимания, а, значит, Ксюхе придется брать академический отпуск. Да и Артему, как мужчине, надо содержать свою семью, а учась на дневном отделении это довольно проблематично. Вставал даже вопрос о том, чтобы Ане совсем бросить работу или найти такую, пусть с минимальным окладом, чтобы только шел трудовой стаж для будущей пенсии. Кто, как не родная мать обязана помогать дочери, раз уж не уберегла девку?
  В принципе, и Анина мать, и ее бывшая свекровь (как потом выяснилось) готовы были побыть няньками правнуку или правнучке, вот только в силу возраста боялись брать ответственность за такую кроху. Ладно бы ребенку было уже года три-четыре...
  Анька молча скрежетала зубами, не находя достойных аргументов для вразумления старшего поколения. Тот факт, что она вовсе не собиралась терять нормальную работу, обеспечивающую ей финансовую независимость, и то, что у нее помимо беременной дочери, не закончившей высшее образование, еще есть сын, которого тоже следует достойно содержать, кажется, никого 'на совете стаи' особенно не интересовал. Мало того, Ане еще досталось и за Егора, с которым она пока что не спешила оформлять официальные отношения.
  Мысленно порадовавшись, что Панова (отправляясь к родителям 'сознаваться' в том, что учудила внучка), они с собой не взяли, хоть в этом вопросе Анька решительно заявила, чтобы мать с отцом не вмешивались в ее личную жизнь. А если уж она и уйдет с работы в декрет, то только по факту рождения собственного ребенка. Правда, она тут же пожалела о своей опрометчивости в высказываниях. Мало того, что возмущенные и перепуганные перспективой родители ее обвинили в недопустимом эгоизме, так еще и наперебой стали уверять, чтобы она выкинула подобные мысли из головы - совсем, что ли, уже с ума сошла - в сорок лет рожать?
  Оксана, как ни странно, оказалась солидарна с Анной, и даже попробовала заступиться за мать, высказавшись, что сейчас и позже рожают. Тем более, если мать выйдет замуж за Егора Александровича, то почему бы им ни обзавестись общим ребенком?
  Собственные страхи и сомнения по поводу нового замужества Ане не хотелось вытаскивать наружу. Пока что ей с Егором было хорошо и так, в гражданском браке. Почему-то казалось, что официоз безнадежно испортит романтический флёр и нарушит хрупкое равновесие, ощущение безграничного счастья, которое буквально затапливало ее сейчас.
  Ей казался ценным именно тот факт, что они с Пановым ничем друг другу не обязаны, не связаны штампами в паспорте, общим имуществом, детьми, и в любой момент могут просто безболезненно (Анька так надеялась) разойтись, если однажды Егору надоест возвращаться к ней. Недавнее упоминание в разговоре с Ромкой о том, понимает ли она, что на самом деле хочется самому Егору, в зависимости от собственного настроения воспринимался то так, то иначе.
  Анне безумно хотелось верить, что ее любовь не омрачится подозрениями (не говоря уж о фактах) в изменах мужчины, захватившем ее сердце. Это слишком унизительно для самолюбия, и к тому же больно восстанавливаться, переживая очередное разочарование. Кредит доверия к сильной половине человечества все-таки даже у нее не безграничный. Но, с другой стороны, Аня давно уже не была наивной девочкой, верившей в любовь до гроба. Понятно же, что даже если Егор действительно подавит свою самцовскую сущность, диктующую мужикам время от времени смотреть на сторону, существует еще множество обстоятельств, которые способны охладить отношения супружеской пары, превратив их тяжкие обязательства, которые окончательно убьют все самое светлое и дорогое.
  Но в данный момент, все-таки хорошо, что Егор не присутствовал при этом разговоре. Потому что родители почему-то извернули это так, будто то ли Панов такой необязательный человек, который вроде бы еще по осени озвучил свои намерения, а теперь пошел на попятный. То ли она, дожив почти до сорока лет, кобенится и капризничает в таком серьезном вопросе, как брак, подавая дурной пример детям. Дескать, вон, даже Анатолий по-честному женился второй раз. Что за распущенность нравов - матери двоих детей жить с мужчиной, который незнамо кем ей приходится?!
  Виновато понурившиеся Оксанка с Артемом старались не встречаться с расстроенной и возмущенной Анной взглядами. Потому что она в данный момент была готова то ли наорать, тыкая их, как нашкодивших щенков носом, дескать, она же с самого первого мгновения предполагала, что так обернется! То ли разреветься от бессилия что-либо объяснить своим родителям, или наговорить им тоже много всяких гадостей, чего просто не могла себе позволить в силу воспитания и уважения к старшему поколению, которому нелегко было мириться и с реалиями настоящего времени. А уж понять ее логическую цепочку рассуждений, согласно которой Анна находила себе оправдания в том, что живет с Пановым вне брака, и того тяжелее.
  В общем, женщине как следует, влетело и за недогляд за дочерью, и за беспутную собственную жизнь.
  Зато самой Оксанке Анины родители сообщили, что так даже лучше (может быть, произнося вслух такие убедительные речи, пожилые пенсионеры успокаивали не столько расстроенную девушку, сколько себя самих). А то, дескать, ишь, нынешняя молодежь моду взяла - сначала учатся, затем на работе карьеру делают, а потом уж о детях думают. Понятно, когда амбиций много и начинают чувствовать свою самостоятельность и независимость, прилично зарабатывая, то потом начинают копаться, перебирая кандидатов: этот не такой, тот не хорош. А семейная жизнь - это не только романтические прогулки под луной, но и серьезное испытание на человечность, постоянная работа над собой, готовность учитывать интересы своей второй половинки, ну и так далее. А то потом и вовсе разочаровываются, потому что идеальных людей без недостатков попросту не существует. Вот и мужики предпочитают холостяцкий образ жизни вместо того, чтобы нести бремя ответственности за семью. И женщины детей рожают "для себя", да еще с кучей болячек, так как к тридцати годам женский организм, особенно у городских жительниц, уже не такой, как у двадцатилетних.
  В общем, в результате встречи, Оксанкины бабушка с дедом с материнской стороны, пообещали, что пока ребятки учатся, будут по мере сил помогать им со своей пенсии и выручать их семейный бюджет дарами урожаев с приусадебного хозяйства.
  Единственное, Аниным родителям почему-то больше по душе был Кирилл, которого они также знали. Правда, тот факт, что Артем из глубинки почему-то примирил их с тем обстоятельством, что Ксюха сменила одного жениха на другого. Возможно, бабушку с дедом подкупило то, что Артем мог поддержать разговор об урожае с подсобного хозяйства, так как его ежегодно призывали к земляным работам дома. И то, что парень не понаслышке знает, что такое крестьянский труд, и умеет держать в руках и топор, и молоток. Может быть, родители Ани мечтали, что внучка с мужем будут приезжать на лето в деревню, и, стало быть, можно будет "припахать" Тёмку к садово-огородным работам и у них. Вон, какой здоровый бугай - и дров наколоть сумеет, и вместе с дедом покосившийся забор сможет подправить...
  Внука Димку на такое 'развлечение' разводить не удавалось. Пацан считал помощь старшим в огороде и по хозяйству тяжкой трудовой повинностью, от которой, к сожалению, никак нельзя было увильнуть, иначе взрослые застыдят. Но энтузиазма и гордого удовлетворения от проделанной работы, избалованный городским комфортом пацан явно не испытывал.
  - Бабуль, спасибо, конечно, - растроганно обняла Оксана бабушку Веру. - Но мы с Тёмкой пока обходимся.
  - Да как же? - удивилась Анина мать, - я помню, сколько всего на свадьбу нужно. Это у матери твоей все было скромненько - время было такое, да и родственники только самые близкие, а остальные приглашенные - дружки-студенты. Много ли можно было собрать?
  - Зато весело было, - вставила Аня.
  - Ну, весело, не спорю, - согласился дед Андрей. - Да только это ж не нами придумано - исстари люди приходят разделить радость, погулять, а заодно и дарят что-то нужное и полезное в бюджет новой семьи. У нас, вон, с матерью еще ложки-вилки со свадьбы хранятся, да лоскутное одеяло живо.
  - Еще про самовар, который на чердаке, вспомни, - вздохнула Аня.
  - Да, а что? Его бы только почистить, да запаять чуток по шву - и хоть сейчас на стол выставляй. Вот помню...
  - А у нас сервиз... Недобитый, - усмехнулась Анна, перебив отца.
  - И хрустальные фужеры, - вспомнила Оксана, - которые ты нам трогать запрещаешь.
  - Ага, надо было их Толе отдать...
  - Не надо. Пусть у нас стоят, - не согласилась Ксюха. - На память.
  
  Несмотря на то, что приняли его вроде бы радушно в доме Аниных родителей, и даже не слишком попеняли им с Оксанкой за безответственное планирование семьи, Артем чувствовал себя сковано и неловко. За Аню, которая была вынуждена прикрывать их, да еще оправдываться за свою собственную личную жизнь, которая, как Тёмке казалось, уж никак не должна была становиться предметом обсуждения, было обидно. Все-таки Анна - самостоятельная взрослая женщина. Впрочем, наверное, все родители одинаковы. Им всегда виднее, как надо правильно жить. И его мать в свое время пилили родственники за то, что не смогла удержать первого мужа и его отца. Вернее, за то, что отхватила себе мужика 'не по зубам'. Надо было сразу выходить замуж за ровню, и не смешить людей...
  
  К счастью, разговор как-то плавно перешел на то, в чем нуждается молодая семья в первую очередь. Андрей Михайлович припомнил какие-то свои первые покупки, пока они еще с Верочкой были молодыми... И Артем попросил Оксаниного деда показать ему хранившийся дома раритетный радиоприемник, за которым пришлось лезть на антресоль.
  Бабушка Вера, решив, что на личную жизнь дочери она попеняет и попозже, переключилась на внучку, воспользовавшись временным отсутствием мужчин, и принявшись выспрашивать про всякие насущные вопросы: ее самочувствие, дальнейшие планы, как она думает называть Артемовых родителей - папа/мама или же по имени-отчеству, про фасон платья. А так же выбрали ли имя будущего сна или дочки, про список приглашенных гостей, программу свадебного мероприятия...
  К счастью, не коснулись очень щекотливого вопроса на тему того, кем же приходится Артему хозяин квартиры, в которой юноша проживает в данное время? И как это 'невеста' до замужества уже перебралась в квартиру к 'жениху'?
  Аня старалась обходить этот момент, да и Оксана с Артемом, по понятным причинам - тоже.
  Расставаясь, дед Андрей все-таки всучил Ксюхе пятитысячную бумажку 'на туфли'.
  Пришлось взять, не рассказывать же дедушке, что туфли, которые выбирал Ромка, стоили гораздо дороже. Оксана искренне не понимала, нафига тратить такие большие деньги, чтобы покрасоваться один день. Она готова была взять 'разовые'. Все равно в белых и на высоких каблуках потом ходить некуда. Хорошо, хоть у этих, которые все-таки купили, была очень удобная колодка, и даже в ее положении существовал огромный шанс, что она не устанет. Но у великодушного спонсора, Романа Сергеевича, видимо, были свои причины для подобной щедрости, о которых можно было только догадываться.
  
  В общем, по общему мнению 'заговорщиков', с облегчением покинувших квартиру Аниных родителей, визит обошелся малой кровью...
  - Мам, а ты серьезно думаешь о том, чтобы завести с Егором ребенка? - не выдержала Оксана, когда они уже ехали в лифте.
  Поочередно взглянув на обоих спутников, и отметив живой интерес на мордашке дочери и странное выражение лица Артема, Анна кивнула.
  - Ну и? - подбодрила дочь.
  - Все, Оксан! Замнём эту тему. Ты правильно сказала, что если бы я вышла замуж, то... Да и вообще, какие могут быть сейчас дети, когда неизвестно, как с внуком будем управляться?
  - Но время-то идет! Возраст все-таки, - не сдавалась девушка. - Тём, скажи!
  Артем только что-то невнятно буркнул - то ли соглашаясь с Оксаной, то ли поддерживая сомнения Ани в целесообразности этого обсуждения.
  - Ксюша, перестань, - отмахнулась Анна, - думай о себе. Кстати, к отцовским родителям сами пойдете. Хватит с меня нравоучений.
  
  Делиться новостями со свекровью Анька не рискнула, выпроводив к Азаровым-старшим невестушку с ее женихом.
  Мать бывшего мужа в тот же вечер позвонила, спросить, не разыгрывают ли ее дети, а затем разобиделась, поняв, что все это время ее водили за нос, в самом начале знакомства с Артемом представив ей парня, как дальнего родственника с Аниной стороны. Целых четыре дня Ольга Игнатьевна не разговаривала с бывшей невесткой, не звонила, и не заходила в гости, соскучившись по любимому внуку.
  Пришлось Ане самой отправляться мириться. Во-первых, она чувствовала себя виноватой за свое враньё. Но кто же знал, что все так обернется? Хотя, наверное, не зря люди подметили, что все тайное когда-нибудь становится явным. Но, следуя этой версии, значит, и про Ромку с Артемом когда-нибудь родне станет все понятно. Какой скандал разразится тогда, ей страшно было вообразить. Даже сейчас Анна не могла рассказать всей правды и объяснить пожилым людям, что так иногда бывает. Извращенцы ли парни, а может, просто несчастные (или, наоборот, счастливые) люди - кто смеет судить их, если они осознанно сделали свой выбор, никого не принуждая шантажом или силой?
  Перед свадьбой дочери не хотелось бы омрачать друг другу настроения.
  Ну, а во-вторых, из-за чего Анька, наступив на горло собственной гордости, отправилась в гости к свекрови 'объясняться' - мать ее бывшего мужа за почти двадцать лет тесного общения, действительно стала близким человеком, которого не хотелось обижать. Сколько раз, несмотря на язвительную, порой, критику Анны, Ольга Игнатьевна все-таки занимала ее сторону в разногласиях с Анатолием, вставая на защиту интересов любимой невестки, вместо того, чтобы традиционно соблюдать круг интересов родного сына.
  В результате Аниного визита холодок обиды со стороны пожилой женщины растаял. И хотя свекровь искренне не понимала, куда Анька смотрела, проворонив дочь (но сейчас уж, как говорится, ничего не поделаешь), теперь почему-то решила, что виновата она сама. Потому что, как мать, плохо воспитала Толика, оставившего первую семью. Но самым поразительным было то, что Ольга Игнатьевна под четвертую рюмочку домашней наливки озвучила свое мнение - Анне надо снова выходить замуж, и не маяться дурью, раздумывая. И родить своему Егору ребенка. Дескать, понятно уже, что хороший мужик попался. Нельзя упускать свой шанс на запоздалое женское счастье...
  
  Хуже всего обстояло дело с бывшим мужем, который прямо высказался по поводу Анькиной безответственности и безнравственности. Причем, как-то все повернул так, что Анна почувствовала себя глубоко оскорбленной. Он, дескать, мужик, что с него взять - кобель. Но она - мать, а уподобилась незнамо кому. И вообще, мол, ей должно быть совестно, что она таким образом ему 'отомстила' за измену. Как она могла наплевать на детей, закрутив собственный роман, и не увидеть, что творилось у нее под носом?!
  Слушать этот полубред из обвинений и ревнивых претензий от человека, с которым теперь ее связывали только общие дети, Ане совершенно не хотелось, но пришлось.
  Толик более предметно расспрашивал о Тёмке: кто такой, откуда, чем по жизни увлекается, какие планы на будущее, как он намерен устраиваться на работу, содержать свою семью? Во сколько выльются расходы на свадьбу, как Оксанка собирается заканчивать университет? Будет ли брать академический отпуск. Кто будет сидеть с ребенком? Живет ли Егор у них и на каком основании? И уделает ли Аня достаточно внимания младшему сыну? Судя по тому, что учудила дочь - на старшую она просто махнула рукой.
  Анна понимала, что не готовый к столь резким переменам в жизни старшего ребенка и вынужденный теперь тщательно и скрупулезно планировать свой семейный бюджет Анатолий, тоже возмущен и растерян. Ему безумно хотелось найти хоть кого-то крайнего для обвинений. По инерции, по многолетней привычке, бывшему мужу снова подвернулась именно она. Ксюха уже взрослая, и не терпит, когда ее начинают прессинговать. Не считая оплаты за обучение, от отца Оксанка уже никак не зависит. Да и на окончание универа, в случае серьезной ссоры с родителем, можно было бы взять кредит.
  Кстати, о кредите. Аня не совсем хорошо себе представляла, как сейчас и под какие гарантии молодые берут деньги на свадьбу в кредит, если они пока что не работают. Но это была хорошая идея. По крайней мере, именно так хоть частично можно было бы объяснить расходы на свадебное мероприятие, большую часть которых взял на себя Роман.
  
  Но и на этом оповещении ближайших родственников о предстоящем торжестве, и общение с ними не закончилось. В пятницу утром на пороге Аниной квартиры объявился младший сосед и нервно сообщил, что его родители собираются приехать в субботу, как положено, знакомиться с семьей невесты.
  Вообще-то Аня подозревала какую-нибудь каверзу в этом духе, и не сказать, чтобы была шокирована новостью, но тоже ощутимо занервничала. Несмотря на то, что дети сходись по предварительной договоренности, и их последующее расставание было практически предрешено, лицом в грязь перед посторонними людьми, которые так же являются бабушкой и дедом ее будущего внука, ударяться не хотелось. Кто знает, как сложится жизнь и как потом придется общаться? А значит, надо соблюсти минимум традиций. И проявить положенное гостеприимство.
  - Не переживай, Тём, что-нибудь придумаем, - выдавила Аня. - Надеюсь, мы не сильно нарушим каноны, если обойдемся простыми посиделками, без всяких там положенных случаю реплик, шуток-прибауток? - уточнила она.
  - Я тоже надеюсь, - не слишком уверенно 'утешил' парень.
  - Честно говоря, я уже толком не помню, как меня сватали...
  - Ань, ты только не переживай. Все уже ведь решено. Вы просто поговорите...
  - Поговорим, Артем. И стол я организую. Вот только ты же понимаешь, что речь наверняка зайдет о свадебных расходах. Что мы будем врать? - глядя в упор, спросила Аня.
  - Я пока не знаю, - честно признался понурившийся юноша. - Мы с Ксюхой по сетям полазили, посмотреть, как обычно такие обряды проходят...
  - И?
  - Она не хочет никаких 'смотрин'. Ань... - переминаясь с ноги на ногу, все-таки озвучил Артем их общее решение, - может, нам сказать, что у нас дополнительные пары в эту субботу?
  - Ну конечно! - возмутилась Анна. - Хочешь это мероприятие на воскресенье перенести? Или, по-вашему, я невесту буду изображать? Не выдумывайте. Как пройдет, так пройдет. В любом случае, это нормальное желание твоих родителей увидеть, кого ты собираешься взять в жены. Что Ксюшка делает?
  - С Ромкой ругается. Он тоже считает, что вы, то есть родители, должны встретиться...
  - Ну вот и передай ей, чтобы морально готовилась. Все, Тём, спасибо, что предупредил. Мне собираться на работу надо. Вечером еще поговорим.
  - Спасибо, Ань, - воспрянул духом парень.
  - Угу, помни мою доброту, - буркнула она, закрывая дверь.
  
  На работе Аня выпросила себе полдня отгула, напрягла своих мужчин (благо, Димка вернулся из школы рано, а у Егора был выходной) с генеральной уборкой, а сама вместе с вернувшейся из универа Ксюхой принялась продумывать праздничное меню и готовить стол. За недостающими продуктами в магазин отослали Артема.
  Решив, что Анатолию все-таки будет уместно поприсутствовать, Анна не прочь была позвать бывшего мужа на эту встречу. Только не знала, как бы потактичнее намекнуть Панову, что им с Азаровым, наверное, все-таки лучше познакомиться (если вообще стоит это сделать) в другой раз, а не одновременно с посторонними людьми. Но Егор и сам поднял эту тему вечером, мягко сообщив, что в субботу ему бы надо заехать к своей матери. Так что, если Аня точно уверена, что обойдется без его моральной поддержки, то он бы предпочел навестить мать.
  
  Сама встреча прошла в довольно позитивном ключе. Родители Тёмки, явившиеся с цветами, тортом, бутылкой дорогого коньяка и огромной сумкой домашних заготовок, заметно волновались.
  Мать Артема, Елена, худенькая милая женщина в нарядном платье, казалась моложе своих лет на фоне мужа - бывшего одноклассника. Отчим Артема, Валерий Николаевич, напротив, оказался крепким, суровым с виду мужчиной, и, как Аня охарактеризовала бы свое первое впечатление - просто воплощением самых ярких образов для художников, рисующих плакаты на рабочую тематику в бывшем СССР. Надень на него робу вместо костюма (в котором тот чувствовал себя заметно неуютно), сунь в руки гаечный ключ - и получится готовый образец основательно стоящего на ногах рабочего человека, знающего себе цену и гарантирующего качественный труд на благо общества.
  Такой вот стереотип, отложившийся с детства. А Артем, наверное, все-таки получился похожим на своего биологического отца.
  Перезнакомившись и усевшись за празднично накрытый стол в комнате, начитавшийся инструкций по соблюдению традиций Артем, объявил собравшимся о своих намерениях. Оксанка неожиданно смущенно зарделась, как и положено настоящей невесте. А уж когда Тёмкины родители подключились к сватовству, с шутками, прибаутками (делая скидку на то, что невеста-то уже в положении), то напряженная было атмосфера, как-то сама собой разрядилась, и завязалась непринужденная, доброжелательная беседа. В ходе которой родители дружно решили перейти на 'ты' для более доверительного и неформального общения.
  Немного посидев со взрослыми за столом, от души поглумившись над сестрой и ее женихом, вынужденными изображать скромную сладкую парочку, Димка сбежал гулять, а родители наконец-то подняли вопрос о совместных затратах на грядущее торжество.
  Аня заметно занервничала, покосившись на бывшего мужа.
  Естественно, Толя не стал игнорировать ее приглашение. Явившись незадолго до приезда Артемовых родителей, он прошелся по квартире, молча надев тапки 'для гостей' и делая для себя какие-то выводы. От комментариев по поводу обнаруженных мужских вещей в квартире бывшей жены, Анатолий благоразумно воздержался.
  
  Как выкручиваться, рассказывая, что дети затеяли скромное торжество, и им хватает на это выделенных родителями средств, когда на свадьбе обнаружится, что затраты-то гораздо серьезнее, не впутывая сюда 'спонсора', Аня не представляла.
  Но тут Артем неожиданно объявил, что ему дал кредит будущий работодатель под совершенно смешные проценты.
  Валерий Николаевич ощутимо напрягся, заподозрив, что парень по незнанию жизни мог попасть в долговую кабалу. Но Тёмка лишь пожал плечами, мол, он этого человека знает, и у него есть все основания доверять ему, так как уже было несколько мелких предварительных заказов на разработку рекламных сайтов для этой компании. Естественно, когда он закончит свое обучение, его обещали взять поначалу не ведущим специалистом, но перспективы объявили хорошие, так что трудоустройство ему обеспечено. И он вполне мог рассчитывать на быструю отдачу долгов.
  Объяснения Артема выглядели вполне убедительно, и Аня лишь на всякий случай уточнила название фирмы. А, услышав, вздохнула с облегчением. Скорее всего, даже если в стране случится кризис и очередной разгул безработицы, Ромка найдет в своей фирме для любимого парня какую-нибудь подходящую должность.
  Толя, неожиданно проявивший сочувствие к будущему зятю, тут же залез в планшет и 'пробил' названную организацию, успокоив Тёмкиных родителей, что это не фирма- 'однодневка', и на рынке строительного бизнеса держится почти уже четверть века, а это приличный срок.
  
  - Тём, ты серьезно подписал какие-то обязательства? - спросила Аня, улучив момент, когда Артем отправился вместе с ней на кухню, помочь отнести поднос с чайными приборами и торт для предстоящего после сытой трапезы чаепития. Оксана было попыталсь сама помочь матери, но Валерий Николаевич, которому невестка пришлась по душе (еще с того памятного разговора про смену фамилии), остановил девушку, намекнув сыну, дескать, нехорошо гонять беременную женщину.
  - На полном серьёзе, - кивнул Артем. - Вчера. Только, честно сказать, не понимаю - это Рома меня так защищает, или пытается гарантировать себе, что я никуда от него не денусь? - вздохнул юноша.
  - Ты обиделся? - сочувственно поинтересовалась Аня, склоняясь ко второй версии.
  - У меня двойственное состояние - с одной стороны приятно, что Ромыч нашел такой выход, с другой обидно - я ведь и так никуда не собираюсь уходить. Мне и самому так было бы гораздо выгоднее. Ненавижу чувствовать себя иждивенцем, - попытался объяснить Артем свою позицию. - Когда это касается меня и Ромки - то тут как бы еще прокатывает... Он столько раз клялся, что ему нравится меня баловать... Типа, он просто проявляет заботу о близком, и за то, что я с ним, ничего сверх ординарного мне не предлагает, что я почти верю. Рома и раньше обещал, что мы вместе с ним будем вкладываться в наш общий бюджет, когда я пойду работать. Но вот этот его альтруизм насчет свадьбы меня пугает. Честно, Ань... Я не знаю, как объяснить... - замялся Артем.
  - Чужая душа - потемки... Но мне кажется, что не стоит тебе заморачиваться по этому поводу. Может быть, Роме просто надо 'расплатиться' за то, что лишает тебя возможности нормальной жизни в традиционном брачном союзе?
  - Да нет...
  - А почему - нет? Ксюшку он поддерживает только из-за того, что она вынашивает ТВОЕГО ребенка, Тём. Я говорила с дочерью на эту тему. Она взрослая девочка, и не обольщается. А Ромка, по-моему, просто очень боится тебя потерять, вот и клинит его устроить вам праздник.
  - Ну, не знаю, - задумался Артем, нахмурившись. - У меня почему-то возникает ассоциация про пир во время чумы...
  - Не поверишь - у меня тоже мелькают подобные мысли. Но если самому Роману нравится так развлекаться, то пусть уж потешится. Хуже, если снова сорвется в запой.
  - Это точно, - передернул плечами Тёма, мысленно отметив, что все-таки надо попытаться выведать у Ромки истинную причину, а не успокаиваться на его версии, что, дескать, столь пышное торжество - только для того, чтобы будущая мамочка ощущала себя комфортно и на память остались красивые фотки с их свадьбы.
  Анна шустро металась по кухне, убирая ненужную посуду и собирая необходимое к чаепитию. Наконец остановилась, заваривая чай.
  - Ты сегодня великолепно выглядишь, - неожиданно признался Артем, оказавшись слишком близко от женщины и сумев различить тонкий аромат ее духов среди витающих в кухне запахов еды, невольно вызвавший неуместные сейчас видения давно минувшего. - Извини, что тебе приходится прикрывать нас.
  - Не подлизывайся, - фыркнула Аня, неосознанно отступив, чтобы увеличить между ними дистанцию, - и не смущай меня.
  - Я думал, женщинам нравятся комплименты, - покраснел Тёмка.
  - Нравятся, - не стала отрицать Анна. Вот только не нравится, когда молодой мальчишка, который вскоре должен стать зятем, волнует что-то внутри. Того, что не должно быть в принципе! Но, вслух, разумеется, в этом она не призналась.
  - Так, чай заварился... - удовлетворенно отметила Аня, ставя заварной чайник на поднос, на котором уже были приготовлены чашки с блюдцами. - Солнце, достань другие чайные ложки, пожалуйста, - попросила она, стараясь, чтобы голос звучал буднично.
  - Праздничные? С верхней полки? - уточнил юноша, мысленно поблагодарив хозяйку за то, что она сменила тему.
  - Да. Табуретку возьми.
  - Я и так достану, - отмахнулся Артем.
  - Аня, помочь чем-нибудь? - спросила Елена, появившаяся в дверях кухни.
  Анька непроизвольно вздрогнула, пытаясь сообразить, когда мать Артема успела бесшумно подойти, и что могла услышать и понять из их тихой беседы на опасную тему.
  - Нет, Леночка, благодарю. У меня, вон, какой удобный помощник, - не могла удержаться Аня от улыбки, кивнув в сторону высокого парня, без лишних усилий дотянувшегося до верхней полки, чтобы снять коробку с не используемыми ежедневно столовыми приборами.
  - Давайте я возьму поднос - он тяжелый, - предложил Артем, намереваясь как можно скорее ретироваться с кухни.
  Он тоже был не слишком рад, что мама так неожиданно оказалась невольным свидетелем их с Аней разговора, и очень надеялся, что она не смогла ничего понять. В крайнем случае, можно сказать, что ей почудилось то, что не могло быть произнесено. Но вот за 'неуважительное' обращение к будущей теще на 'ты' да просто по имени, могло прилететь сразу.
  К счастью, Лена услышала только ту часть диалога, когда Аня просила достать ложки. И теперь уже гораздо более склонна была поверить, что Тёмке с тещей (как уверяла мужа Оксана по телефону), действительно, повезло. Не заметить теплоту в голосе Ксюшиной матери, когда она обращалась к Артему, так легко ориентирующемуся на чужой кухне, Лена не могла.
  Проводив взглядом сына, отправившегося с подносом в комнату, Елена обернулась к хозяйке квартиры:
  - Аня, я хотела извиниться за то, что Тёмка так долго скрывал от нас, что нашел девушку... Мы старались воспитывать его ответственным...
  - Мы с мужем тоже старались правильно воспитывать своих детей, - понимающе кивнула Анна. - Но, видимо, недостаточно.
  - Ой, Анют, да я же не в упрек! - спохватилась Елена смущенно. - Господи, детки-то до свадьбы - дело житейское. Я вот тоже не без греха, неужто буду невестку попрекать? Просто мы с Валерой очень переживаем, как Тёмка тут, в Москве, один... Понимаешь, мой муж... он считает Артема родным сыном. А родной отец...
  - Лена, не переживайте, - улыбнулась Аня, перебивая женщину, поняв, что ей не слишком приятна тема того, что настоящий отец парня даже не интересуется его судьбой. - Тёма здесь не одинок. У него есть друзья, любимый человек, - не соврала Аня, просто не стала расставлять акценты. - И в этом доме, как бы ни сложилось у них с Оксаной, для Артема всегда найдется тарелка супа и место для ночлега. Я почти год знакома с ним. У вас с мужем вырос очень хороший парень. Я бы гордилась таким сыном.
  - Ох, спасибо тебе за добрые слова, - растроганно пробормотала Лена. - Я так рада, что Тёмка попал в хорошую семью...
  - Я тоже рада, - сдержанно вздохнула Аня, смирившись уже с тем, что именно Артем будет отцом ее внука или внучки.
  - Аня, извини, что любопытствую, но я так поняла, что Анатолий...
  - У Толи сейчас другая семья, - поняла ее вопрос Анна. - У меня тоже есть любимый человек. Просто мы посчитали, что на встрече с вами должен присутствовать отец Ксюши.
  - Конечно, это правильно, - поддержала Елена. - Хорошо, что ты не одна, а то я уж грешным делом, переживать начала. Думаю, ну как же так, вроде все при тебе, а... ой, прости, что-то я разболталась совсем... - смущенно умолкла Елена.
  - Да все нормально у нас. Пойдем к столу, а то Оксана там одна мужчин развлекает, - рассмеялась Аня.
  - Анют, давай, я чайник захвачу?
  - Лучше торт возьми. И вон те салфетки. А то на столе закончились, - кивнула хозяйка в сторону начатой пачки салфеток с красивым рисунком, подхватывая электрический чайник и нож для торта.
  
  В то, что 'молодые' сами взяли кредит, и, чтобы показать свою ответственность и самостоятельность, собираются сами же расплачиваться с долгами, взрослые поверили. Причем, Артем явно поднялся в глазах мужчин, оценивших его поступок. От Ксюхи же требовалось родить крепкого, здорового ребенка и обеспечить мужу приятное возвращение в дом, когда он будет отрабатывать потраченное на их свадьбу.
  На осторожные пожелания, мол, может, все-таки им стоит ограничиться более скромным праздником, оба - и Артем, и Ксюшка только вздохнули - от них ничего не зависело. Рома хотел праздника, он его и заказывал. А они были лишь статистами в его постановке.
  Но об этом не стоило распространяться.
  В общем, ничего особенно страшного в этих смотринах и сватовстве не произошло. Вначале немного скованные и напряженные, присматривающиеся друг к другу, родители в целом остались довольны встречей. А все, что осталось за кадром, не имело особого значения.
  Ксюха с Артемом не были похожи на воркующих голубков, зато удивительным образом предугадывали желания (например, передать вот тот салатик, подать салфетку или поменяться соками), продолжали начатые другим фразы... Заподозрить их в том, что будущие родители не столько любовники, сколько близкие друзья, успевшие изучить привычки друг друга, оказалось сложно.
  Анатолий вскоре уехал домой.
  И Артемовы родители, обратные билеты на поезд у которых были лишь на десять вечера, застали возвратившегося от матери Егора. У Елены оказался еще один повод убедиться, что Аня и впрямь не слукавила, что у нее есть любимый человек, при появлении которого она буквально расцвела.
  Познакомившись с еще одним потенциальным родственником с Оксаниной стороны и посидев немного за заново накрытым столом, родители Артема, наконец, собрались откланиваться. Тёмка поехал провожать их на вокзал, а Аня, распрощавшись с будущей родней, которая теперь должна была появиться только накануне свадьбы, вздохнула с облегчением. Еще один предсвадебный этап пройден.
  Оказалось, что она все-таки устала от суеты прошедшего дня. Но надо было еще накормить нагулявшегося сына, убрать со стола, перемыть посуду и остаток вечера можно посвятить Егору.
  Правда, убирать со стола ей не пришлось. Оксанка с Димкой перетаскали всю грязную посуду в кухню, Егор обещал помыть, а ее отправили отдыхать.
  Какое же все-таки счастье иметь взрослых детей и любящего мужчину, готового взять часть домашних забот на себя...
  
  ***
  
  Проводив родителей, Артем вернулся домой, застав на кухне Ксюху, приставшую к Ромке с какой-то анкетой, которую она отыскала в его планшете.
  - Ром, я не хочу есть, - уверяла Оксана. - В меня, наверное, еще теперь дня два ничего не влезет. Мама, если ждет гостей, вечно готовит на целую роту... Ну, давай доделаем, осталось всего четыре вопроса.
  - Ксюш, черная икра - это не еда, а в твоем случае - просто витамины, - терпеливо объяснял Ромка, намазывая хлеб тоненьким слоем сливочного масла, прежде чем выложить на получающиеся бутерброды икру. И игнорируя попытки девушки его протестировать.
  - Белый хлеб есть на ночь вредно, - не сдавалась Оксана.
  - Да какие проблемы? Бери ложку и ешь так! - подвинул Ромка начатую банку черной икры ближе к девушке.
  - А без хлеба я это точно не смогу проглотить! - простонала Ксюха, снова отодвигая дорогой деликатес в сторону. - Я красную люблю. С чего ты взял, что мне надо есть черную икру в таких количествах?
  - Потом что у тебя понижен гемоглобин.
  - Рома, почти у всех беременных понижается гемоглобин... но не всех же пичкают икрой!
  - Ксюх, ну что ты как ребенок? Потому что не все могут себе такое позволить. Я - могу. Еще вопросы есть? Просто так будешь есть или все-таки с хлебом?
  - С хлебом. И с чаем.
  - Чай так и быть сама себе налей. И мне заодно, - великодушно разрешил Ромка, добившись своего.
  - И мне тоже! - появился в дверях Артем.
  - Вот и счастье твое вернулось, - съехидничала Ксюха.
  - Что так долго? - вскочил Ромка навстречу парню. - Все нормально, проводил? Я тебе уже обзвонился.
  - Проводил. Все нормально. Извини, Ромыч, батарея села, - поморщился Артем виновато. - Ксюх, родители мои просили передать, что очень за нас рады.
  - Я старалась понравиться, - улыбнулась девушка. - Кстати, Тём, а какие цветы тебе нравятся?
  - Чего?
  - Ну... какие цветы тебе нравятся?
  - А мне должны нравиться цветы? - завис Артем.
  - А почему бы и нет?
  - Что я, девчонка, что ли?
  - Да причем тут девчонка или нет! Просто ответь на вопрос.
  - Тём, не слушай ее, а то такие глупые вопросы начнет задавать. И вообще, Ксюха, отдавай мой планшет, ты там какую-то дрянь нашла.
  - Не отдам, пока тест не пройдешь,- завредничала Оксана, вцепившись в портативное устройство. - Ты свой вопрос слышал, Ром. У тебя еще четыре пункта. Тём, ну так вспомнил?
  - Блин! Оксан, ну не знаю... Гладиолусы нравятся. А еще у нас на участке такие синенькие растут... Высокие. Бывают разных оттенков - голубые, там, синие, лиловые...
  - Кхм...
  - Что?
  - Нет-нет, ничего, - подавилась Ксюшка смехом.
  - Это она намекает на нашу ориентацию, - просветил Рома, укоризненно покачав головой.
  - Ладно-ладно, не буду, - пообещала Оксана, стараясь прогнать глумливую улыбку. - А как называются, помнишь? Дельфиниум?
  - Кажется, да.
  - Ром? - переключилась Ксюшка на старшего парня.
  - Отстань от меня! У тебя чай остывает и бутерброды обветрятся.
  - Ладно, - отложила Оксана планшет в сторону. - А ты вообще дарил когда-нибудь Тёмке цветы?
  - С какой стати?
  - Просто так, - пожала плечами девушка. - Я вообще удивляюсь такому подходу, что подарить мужчине букет - это что-то вульгарное, с грязным намеком. Почему юбиляру, спортсмену, артисту можно дарить цветы, а просто парню - не прилично?
  - Да не нужны мне никакие цветы! - вспыхнул Артем.
  - А ты здесь не единственный парень, - парировала Оксана. - Ром, а тебе дарили цветы?
  - Один раз.
  - Интересно... - уставился на него Артем.
  - Ничего интересного, - поморщился Ромка. - Цветы и впрямь красивые были. Белые розы и лилии, с какими-то зелеными ветками.
  - Прямо букет невесты... - заметила Ксюша.
  - Угу. Только тот козел, что вздумал мне их преподнести... в общем, послал я его и с цветами, и с его предложениями. И все! Тема закрыта. Пейте чай - и по кроватям.
  - Я еще спать не хочу...
  - У тебя режим, Ксю. Давай, пятнадцать минут на гигиенические процедуры, и приду сказку читать.
  - Господи, и за что мне такое наказание? - закатила глаза Ксюшка. - И, кстати, сегодня Тёмкина очередь.
  - Ага, - подтвердил Артем, зевая.
  Не согласиться с тем, что именно отцу следовало читать книжки будущему ребенку, который, согласно исследованиям ученых, уже способен воспринимать звуки с семнадцатой недели внутриутробного развития, Артем не мог. Только почему-то у Ромки получалось лучше справляться с этой обязанностью - с чувством, с малейшими оттенками интонаций голоса, с расстановкой акцентов. Следуя мыслями за голосом 'диктора', полностью погружающего в повествование, в голове возникали волшебные образы происходящего. А едва Тёмка начинал читать вслух детские сказки, как тут же их обоих с Оксаной разбирала зевота и накатывала дрема.
  - Мы с Тёмычем завтра рано утром на трек собрались. Так что ему тоже спать пора.
  - Вау! А возьмите меня, а? Я никогда на мототреке не была, - загорелась Оксана.
  - Нет, Ксюш. Не обижайся, но там слишком громко. Для ребенка вредны такие децибелы. Ты и дома-то вздрагиваешь, когда под окнами слышишь рёв проезжающего мимо мотоцикла. А там тебе деваться некуда будет.
  - Эх... я так и знала... - понурилась Оксанка.
  - Не расстраивайся, мелкая. Зато завтра ванная в полном твоем распоряжении до обеда.
  - Я как раз к обеду и встану.
  - Я тебя пораньше разбужу, чтобы ты до ночи со своими уроками не затягивала.
  - Только попробуй! - возмутилась Ксюшка, глядя на ухмыляющегося парня. - У меня и так с этим сватовством единственный выходной получился.
  
  ***
  
  Несмотря на то, что утром в воскресенье Оксану все-таки никто будить не решился, проснулась она довольно рано. Попытавшись раскрыть слипшиеся от слез ресницы, девушка недовольно выругалась. Сердце все еще билось в учащенном ритме, задыхаясь от наслаждения и щемящей тоски по ускользнувшему сновидению, кожа под тоненькой, просторной ночнушкой хранила тепло прикосновений того, кто снился каждую ночь - изнурявшего чувственной лаской, державшего за руки, топя в сером омуте долгого взгляда, обещавшего вечное блаженство... Но каждый раз неизменно исчезавшего, растаивая легкой дымкой. Почти каждую ночь - одно и то же. Кирилл...
  Сделав над собой героическое усилие, Ксюша поднялась и поплелась умываться, решив сразу же занялась домашним заданием. Следовало немедленно отвлечься и выкинуть ночные видения из головы прочь. Что бы там они не обещали - это ложь и обман, а суровая реальность отражается в зеркале ванной, занимающем полстены, напоминая округлившимся животом - она ждет ребенка от другого парня. От доброго, отзывчивого, ответственного красавчика. Но не любимого парня.
  Словно подслушав ее невеселые мысли, ребенок обиженно толкнулся, напоминая недовольной жизнью матери, что она не одна.
  - Не переживай, моя ягодка, тебя-то я очень люблю, - прошептала Оксана, умилившись и нежно погладив свой животик ладонями.
  Незаменимая подружка предлагала вечером пойти прогуляться вместе. Хоть они и общались по нескольку раз на дню по сотовой связи и в виртуальном пространстве, все равно в преддверии свадьбы и бурной личной жизни подруги, Ксюхе и Лере было о чем посплетничать с глазу на глаз. К тому же Лерка обещала где-то раздобыть таблицу, согласно которой, зная возраст будущих родителей и примерную дату зачатия, якобы можно было с уверенностью в 98% определить пол ребенка, который Оксана до сих пор не знала.
  
  Немного посидев над заданием и послонявшись по пустой квартире, Ксюха отправилась к матери в надежде полакомиться чем-нибудь, оставшимся со вчерашнего застолья. Сама она вряд ли захотела бы есть, но маленькое чудо, растущее внутри нее, требовало подкрепиться. Причем хотелось именно чего-то такого, из 'запрещенных' беременным продуктов. И вовсе не возникало желания разрушить красивый натюрморт из свежих и уже даже вымытых фруктов в вазе, оставленных для нее ребятами на столе в кухне.
  Оксана старалась не слишком распространяться об условиях своего содержания на иждивении, потому что и так хватало завистливых взглядов от одногруппниц по утрам и после занятий, когда кто-то из парней, в квартире которых она жила, привозил ее к дверям универа или забирал на Ромкиной машине. Она прекрасно понимала, что обязана своими привилегиями ребенку, которого носила под сердцем, и вовсе не обольщалась мечтами о том, что заслуживает повышенного внимания сама по себе, как личность.
  
  В надежде, что в доме матери все еще спят, пользуясь воскресным правом понежиться в кроватях подольше, Оксана аккуратно открыла входную дверь, стараясь не греметь связкой собственных ключей. И на цыпочках пошла в сторону кухни, невольно радуясь, что любимый братец еще дрыхнет. Если Димка застанет ее у холодильника, то потом долго будет издеваться, дескать, все всегда попрекают его за неуемный аппетит, а сама-то?!
  Дверь в кухню была плотно закрыта. Матовое стекло с выпуклым рисунком водяных потеков не позволяло разглядеть силуэты людей, оказавшихся в помещении. И поэтому, тихо распахнув дверь, от неожиданности Оксана замерла на пороге.
  Колоритная парочка, не ожидавшая, что ее застанут врасплох, с упоением целовалась, тесно прильнув друг к другу, и не замечая, что они уже не одни. Кофеварка была заправлена свежей порцией молотого кофе, но включить ее не удосужились, отвлекшись на более интересное занятие. А мать, видимо, полезла в холодильник за сливками (потому что в руках у нее, обвивающих шею мужчины, был пакетик). Вряд ли Егору было комфортно время от времени ощущать прикосновения холодного пакета к шее, но он не роптал. Кстати, руки Панова, вышедшего на кухню в одних боксерах, тоже были заняты. Мужские ладони с упоением исследовали женскую попку, нежно поглаживая и ласково сминая гладкие упругие ягодицы, бесстыже забравшись под задравшийся коротенький халатик.
  Несмотря на то, что Оксана прекрасно понимала, что ничто человеческое и старшему поколению не чуждо, и ханжескими замашками по поводу аморального поведения любящих людей, не страдала, сейчас девушка пребывала в легком ступоре. Почему-то было жутко неловко за взрослых, тискающихся, как влюбленные подростки (скорее всего, подсознательно это их поведение просто не желало отождествляться именно с матерью). И в то же время, смотрелась эта 'композиция' весьма органично, заставляя жутко завидовать такому вот обыденному домашнему счастью. Когда только что поднявшиеся с одной постели люди, которых наверняка прогнал на кухню голод, не насытившись друг другом за ночь, предпочитают сперва удовлетворить желания сердец или чего там еще участвует в процессе, а не примитивные позывы своих голодных желудков...
  Конечно же, представить, что они зайдут дальше, чем поцелуйчики и почти невинное тисканье, когда в соседней комнате мирно дрыхнет подросток, и устроятся на кухонном столе для того, чтобы завершить начатое, Оксана не могла.
  - Кхм... - решила она все-таки обозначить свое присутствие в эгоистичном желании разбить это наваждение, вызывающее ревнивую зависть к чужому счастью. Ей-то не с кем было по утрам целоваться! Да и в другое время суток - тоже. Не в ее положении искать хотя бы временную замену Киру, чтобы выкинуть его, наконец, из своих мыслей. - Доброе утро. Давайте, я хоть пакет подержу...
  - Ой! - пискнула Анька, спрятав лицо на груди Егора, поспешно одернувшего ее халатик, и мгновенно переместившего ладони на талию женщины, но не спешившего отстраняться.
  - Доброе утро, Оксан, - улыбнулся мужчина, кажется, совсем не смутившись. - Мы не слышали, как ты вошла.
  - В следующий раз буду трубить в фанфары. Извините. Я не стала звонить, думала вы еще спите.
  - Можешь просто погромче топать, - вздохнула мать, обернувшись, и со смесью укоризны и вины, взглянув на нее.
  - Договорились, - кивнула Оксана. - Можно мне чем-нибудь попотчеваться из вашего холодильника? Какой-нибудь салатик остался?
  - Конечно! - спохватилась Аня, слегка отстраняясь от своего мужчины. - Будешь с нами завтракать? - сдернув с крючка фартук, сунула она его в руки Егора. (Тот без лишних слов, понятливо, отработанным движением обвязал им талию).
  - Девочки, располагайтесь, - предложил Панов, проходя мимо посторонившейся Оксаны. - Я сейчас вернусь, кофе сварю.
  Ксюха невольно скосила глаза, провожая взглядом подтянутую фигуру полуобнаженного мужчины. Соседи ее бесплатным стриптизом не баловали. То ли стесняясь чужих глаз, то ли оберегая ее от лишних импрессий.
  - Ксюша, - предупреждающе погрозила Анна пальцем. - Не слишком много впечатлений с утра пораньше?
  - Боишься, глаза сломаю? - ухмыльнулась Оксанка, потешаясь над тем, что мать невольно выдала, что ревнует Егора даже к ней.
  - Надо сказать ему, чтобы больше не экспериментировал со своими эксбиционистскими наклонностями, - досадливо пробормотала женщина. - Димка-то точно еще часа два будет дрыхнуть, а тебя мы не ожидали.
  - Сдается мне, что Егор просто хочет привязать тебя покрепче, произведя на тебя незабываемое впечатление, мам, - иронично фыркнула Ксюха. - Тем более, есть чем похвастаться. К сорока годам не у каждого мужчины такое шикарное тело.
  - Да ладно тебе выдумывать-то, - вспыхнула Аня.
  - А чем не вариант? Ты вот почему в таком коротком сексуальном халатике ходишь? Потому что можешь себе это позволить. А если бы страдала целлюлитом, вряд ли бы стала мозолить глаза своему Егору по утрам, и тщательно прикрывала бы проблемные места. Тем более у тебя есть халатик чуток подлиннее. И, кстати, эксбиционизм - это немножко другое.
  - Ну... не знаю, может, ты и права, - вздохнула Анна. - Но в следующий раз все-таки обозначь свой приход погромче, чтобы мы успели сориентироваться. А то до сих пор как-то неловко.
  - Да ладно, мам, забей! - рассмеялась Оксана. - Вы здорово смотритесь вместе.
  - Ксюша, ну что у тебя за слова-паразиты? - поморщилась Аня. - Димку ругаю-ругаю...
  - За собой ты не замечаешь.
  - Да от вас же и нахваталась...
  - Еще раз с добрым утром, - появился на пороге кухни Панов, облаченный в старые джинсы и футболку. Впрочем, простая домашняя футболка тоже красиво облепляла брутальный торс мужчины.
  Оксана подавила ехидную улыбочку и отвела от него взгляд.
  - Я, пожалуй, с вами завтракать не буду. Мам, дай мне каких-нибудь салатиков с собой.
  - Ты бы вчерашними салатиками не увлекалась, Ксюш, - заметил Егор, вспомнив, что надо все-таки включить кофеварку.
  - У меня желудок крепкий, - отмахнулась Оксана. - Если только вы туда кинзы не накидали. До сих пор ее снова не полюбила.
  - Дочь, возьми все, что тебе нравится. В обед доедите. И мясо забери. Я разморозила, хотела борщ сварить, но мы к Егору с ночевкой уедем через час. Покараулишь Димку?
  - Куда ж я денусь? Попасу братца, - вздохнула Оксана. - И первое мне варить? А впрочем, давай. Давно я уже у плиты не стояла. А готовой заправки для борща нет?
  - Там еще полкладовки. Я и сама делала, и бабушка Оля приносила. Возьми любую, - предложила Аня. - Дотащишь за один раз, или помочь?
  - Дотащу, конечно, тут не больше трех килограмм получится. Только дай пакет, во что сложить.
  - Держи. Кажется, твой, - взял Егор яркий пакет, отдельно лежавший на холодильнике, и протянул его девушке. - Только 'студенческий' вынь, красавица. А то потом и не вспомнишь, куда его подевала, - усмехнулся мужчина, еще вчера позабавившись, читая прикольную надпись на синей обложке: 'Студентка, спортсменка, комсомолка и, наконец, просто красавица'. Во времена их обучения в вузах тоже находили повод поразвлекаться, но в основном это были эксклюзивные изделия hand-made. А тут явно дело поставлено на поток. Видимо, есть спрос.
  - О! Точно, мой! - обрадовалась Оксана. - А я была уверена, что "студак" в сумку кинула, а не в пакет. Вот бы завтра обыскалась на входе в универ. Спасибо!
  - Да не за что, - подмигнул Егор.
  
  ***
  
  Борщ успел свариться и даже настояться, а соседи по квартире что-то не слишком торопились вернуться домой.
  Проснувшийся брат честно сдал Оксане оставшиеся недоделанными уроки, был накормлен обедом и отпущен гулять. Она уже успела доделать все свои задания, когда услышала, что в прихожей открывается входная дверь.
  - Ммм, я же говорил, что это у нас так вкусно борщом пахнет! - радостно объявил Рома. - Ксюш, ты дома? Ты не представляешь, какие мы голодные!
  Оксана вышла в прихожую, придерживая свое пузико. Последнее время ей стало казаться, что крохотный человечек внутри нее, начинает бурно реагировать именно на Ромкин голос, проявляя активность или, наоборот, замирая.
  - Привет, гулены.
  - Привет, как вы тут? - положив Тёмкин шлем на тумбочку, Рома протянул руку, молча спрашивая, можно ли погладить ее живот.
  Ксюшка не понимала этой странной зависимости Романа, слегка повернутого на ее беременности, но возражать не стала. Благо не по голому же животу он гладил. Пусть удостоверится, что с детенышем все в порядке.
  - Это тебе! - слегка замявшись, протянул Артем букет и чмокнул девушку в щеку.
  - За то, что борщ сварила? - ехидно поинтересовалась Оксана, бережно приняв цветы и гадая, чтобы этот неожиданный подарок значил. - Благодарю. Руки мойте и идите за стол.
  - Мне бы сначала в душ, - заметил Артем, расстегивая гоночный комбинезон.
  - Давай по-быстрому, - кивнул Рома, убрав ладонь с ее живота. - Ксюш, я, наверное, две порции осилю.
  - Хорошо, - приняла к сведению девушка. - Сейчас организую. Только цветы поставлю. А чего успехами не хвастаетесь? Как ваши гонки прошли?
  - Второе место, - поморщился Тёмка, усевшись на скамеечку в прихожей, чтобы стащить комбез с ног.
  Рома воздержался от комментария, лишь закатил глаза, красноречиво показывая свое отношение к ситуации.
  - Не поняла? Второе место - тоже ведь призовое. Это что, не повод для радости? - искренне удивилась Оксана.
  - Кому как...
  - Тёма, да ты что, расстроился? - подошла Ксюха ближе к парню, чтобы заглянуть ему в лицо. - Посмотри на меня.
  - Ничего я не расстроился, - буркнул Артем, не замечая, что сбоку за его спиной, Рома усиленно кивает, дескать, на самом-то деле расстроился, да еще как.
  - Целых двадцать секунд прос... проиграл, - желчно прокомментировал он.
  - Непомерные амбиции - это плохо, - констатировала Оксана, утешающее погладив жениха по коротко стриженным волосам. - Не переживай, солнце. Сезон только начался.
  - Ты лучше меня успокой, - хмыкнул Роман. - Я, наверное, больше переживаю, пока он по трассе гоняет, как сумасшедший.
  - Кстати, да! - спохватилась Оксана. - Тёма, ты не имеешь права рисковать, потому что тебе еще ребенка воспитывать. Да и Рома может поседеть раньше времени. Нафига тебе седой любовник? Пойдете куда-нибудь вместе, и будут его за папика принимать, бррр...
  - Я учту, Ксю, - вымученно улыбнулся Артем, поднимаясь и направляясь в сторону ванны.
  - Не огорчайся, все равно ты для нас - самый лучший! - крикнула юноше в спину Ксюшка, - правда, Ром?
  - Конечно! Я ему всю обратную дорогу это пытался объяснить.
  - Наверное, придется доказывать, - улыбнулась Оксана. - Мама к Егору уехала. Хочу Лерку позвать с ночевкой. Мы к нам пойдем. Квартира в вашем распоряжении на ночь. Только в моей комнате оргий не устраивайте.
  - Спасибо, Ксюх, - прочувственно отозвался Рома. - С меня причитается.
  - Рома, я с тобой и так не знаю, чем расплачиваться буду, - вздохнула девушка.
  - Тёмку не обижай, - серьезно произнес сосед. - И помни, что я тебе его не уступлю насовсем.
  - Да помню я, помню. Дашь только на свадьбу 'попользоваться'.
  - Не язви, вредина.
  - Не переживай, Ром. Все по-честному, - невесело улыбнулась Оксана.
  - Ксюш, - аккуратно обнял Рома девушку, чтобы не смять букет, который она держала в руках. - Все у тебя еще впереди.
  - Да-да. Будет и на моей улице праздник.
  - Обязательно будет! - торжественно пообещал сосед. - А теперь давай уже, погрей супчику, а?
  
  - Почему ты их здесь поставила? - поинтересовался Рома, зайдя в кухню и увидев букет посреди стола, сервированного к обеду. Осталось лишь разлить по тарелкам разогретый борщ, но сосед ждал Артема, все еще плескавшегося под душем.
  - Ром, скажи честно, это ведь не для меня букет был? - обернулась девушка к смутившемуся парню.
  Она не собиралась уличать ребят, проявив великодушие, и специально пристроила цветы на кухне, чтобы ими могли любоваться все домочадцы. Но раз уж сам спросил, хотела убедиться в своей догадке.
  - Почему ты так решила?
  - Потому что букетик-то явно 'мужской'. И, как я понимаю, ты расслышал вчера про любимые Тёмкины цветы? - кивнула она на лаконично оформленный, но, тем не менее, красивый букет, состоящий из высоких, синих соцветий 'махрового' дельфиниума, коротеньких белых роз и бамбука, с какими-то экзотическими зелеными веточками. - Для гладиолусов, видимо, не сезон?
  - Не сезон, - кивнул он. - Извини, Ксюш. Только Тёмке не говори, что догадалась, - попросил Рома. - Он и так не знал, куда с ним деваться. Хорошо, в лифте вспомнил, какие мы с ним козлы - надо было и тебе букет купить, вот и...
  - Да, ладно, - рассмеялась Оксана. - Я знаю, что вы обо мне время от времени вспоминаете. Ему самому-то хоть понравились?
  - Кажется, да. Только, похоже, я его здорово шокировал.
  - Ну зато будет что вспомнить. Ладно, я забираю один салатик и ухожу. Только не забудьте меня разбудить утром.
  - А ты не забудь, что крайний срок ваших посиделок - двенадцать ночи. Иначе в следующий раз не отпущу. Даже с Леркой.
  - Хорошо, папочка, - хмыкнула Оксана.
  - Ксюха, не наглей! - возмутился Роман. - Я о тебе забочусь, между прочим!
  - Ладно, ладно, прости. Я помню о соблюдении режима. Пока!
  - О! Кстати! - спохватился Рома. - Может быть, ты завтра с утра дома голову помоешь?
  - Хорошая идея, - согласилась Оксана. - Только тогда надо мой фен и плойку забрать. Я не люблю мамкиным пользоваться. И буди пораньше. Лерке же тоже ванная с утра нужна.
  - Ох, девочки, как же у вас сложно жизнь устроена, - посочувствовал Рома не слишком искренне.
  - И не говори, - согласилась Оксанка. - Когда пообедаете, пусть Артем мне фен и плойку занесет, ладно? До завтра!
  
  ***
  
  Последним штрихом перед свадебной кутерьмой был еще разговор Романа с его родителями, на который он отправился без Артема, так как не представлял, как отец с матерью, только-только смирившиеся с тем, что у них теперь два сына, отреагируют на 'измену' Тёмки...
  
  ***
  
  Предупредив отца, что навестит их вечером, Рома купил любимые мамины конфеты и подъехал к дому, пока еще не совсем представляя, в каком тоне пройдет непростое объяснение.
  Возле квартиры привычно потянулся за связкой собственных ключей, но в последний момент передумал, надавив кнопку звонка. Из-за двери доносились вкусные ароматы приправленного пряностями мяса. Голодный желудок свело, Рома сглотнул слюну, и решил, что разговор все-таки стоит отложить на некоторое время, чтобы не портить аппетит ни себе, ни родителям. Вообще-то он надеялся, что информация о прибавлении в их с Тёмкой семействе родителей (особенно маму) обрадует. Вот только сюда плохо вписывалась свадебная церемония, официально делавшая его парня чужим мужем.
  Дверь открыла радостная, разрумянившаяся у плиты мама:
  - Добрый вечер, а мы уж заждались! - выпалила она. - А... ты что, один? - растерянно отодвинула Лидия сына в сторону, чтобы убедиться в том, что Артем стеснительно не прячется за его спиной.
  - Добрый вечер, мам, - хмыкнул Рома, не ожидавший такой прохладной встречи собственной персоны. Обычно мать, не избалованная его визитами, непременно первым делом обнимает, а потом уж начинает разные вопросы задавать.
  - Ну вот, - расстроено произнесла Лидия Николаевна. - Я полдня старалась, думала вас чем-нибудь вкусненьким побаловать... Парень-то тоже, небось, голодный. Ну ладно, Артёмкину порцию с собой заберешь. Рома, а вы не поругались? - спохватилась она.
  - Да нет, мам, все нормально, - поспешил утешить мать Роман, наконец-то перешагнув порог и обняв родительницу. - У него домашних заданий полно. Пусть лучше сейчас сделает, чтобы потом полночи над учебниками не сидеть.
  - Тоже верно, - не слишком удовлетворенно согласилась женщина. - Только как-то неправильно. Семья здесь, а он там один, голодный...
  - Не переживай, мам, он у меня самостоятельный. Если уж не приготовить, то разогреть ужин вполне способен.
  - Ну давай, раздевайся скорее, руки мой, - поторопила Лидия. - Отец вокруг стола уже давно ходит, но я не разрешаю ему кусочничать.
  - Это тебе, - вручил Рома женщине конфеты.
  - Ой, спасибо, сынок. Мои любимые! - обрадовалась мать. - А к чаю у нас сегодня 'берлинское' печенье.
  
  Рома ясно сказал Сергею Романовичу еще днем, что заедет, но отец почему-то был уверен, что ребята нанесут визит вместе. Пришлось второй раз за вечер рассказывать версию того, что у Артема сегодня слишком много университетских заданий, и по гостям разгуливать некогда.
  - Ну ладно, пусть учится. Это же хорошо, когда из-под палки загонять не надо, - одобрительно кивнул Сергей Романович. - У Дубковых, вон, сын уже из второго института вылетает. А они все носятся с ним, как с писаной торбой. И справку ему купили, чтоб в армию не загремел. И все уговаривают его взяться за ум. Пускай бы шел работать, раз учиться не хочет, - пробурчал отец осуждающе.
  - Да сейчас полно таких, непутевых лодырей. Не только у Дубковых. Вон и у соседей наших, с третьего этажа, такой же. Как Галину ни встречу, все жалуется. То одного репетитора сменили парню, то другого. А толку чуть. Самостоятельно тоже трудиться нужно, а то никакие репетиторы не помогут. Ром, ты Артемку поддерживай. Без высшего образования в наше время все-таки трудно.
  - Я помню, мам. И Артем тоже прекрасно это понимает. Кстати, мясо выглядит очень аппетитно, - решил Роман сменить тему, а заодно похвалить старания хозяйки дома.
  - Да ты не смотри на него. Кушай, давай, - довольно улыбнулась Лидия. - И с собой вам еще останется.
  Запеченное в духовке мясо у мамы получилось и впрямь изумительным. Большие, порционные ломтики отбивной свинины укрывал тонкий слой картофеля, вперемешку с грибами и репчатым луком. На каждом куске красовался кружочек помидора, сверху все это было щедро сдобрено тертым сыром, запекшимся золотистой румяной корочкой. И для красоты каждая порция была посыпана свежей зеленью укропа и петрушки. Мясо получилось сочным, нежным, и просто таяло во рту.
  Рома давно уже не баловал Тёмку такими вкусностями. Из-за Оксанки приходилось обходиться блюдами попроще, чтобы не дразнить девчонку, которой не рекомендовалось сейчас употреблять 'вредную' пищу.
  - Салатик попробуй. Сегодня вот этот по новому рецепту делала, - порекомендовала Лидия, кивнув на одну из салатниц.
  Салат с крупными креветками выглядел более заманчиво, чем с отварными телячьими языками, но Ромка предпочел отдать дань более сытному.
  - Обалденный салатик, мам. Я, наверное, весь съем. Мне сегодня за целый день только пару чашек кофе удалось выпить. С утра - на объекте, после обеда по чиновничьим инстанциям пришлось пробежаться, зато наконец-то предварительный план утвердили. Теперь пусть юристы дальше занимаются.
  - Рома, нельзя же так! Я понимаю, что ваша работа - это сплошная нервотрепка, и порой перекусить некогда. Но желудок испортить легко, а вот потом всю жизнь на диетах сидеть будешь. Спроси отца, если мне не веришь!
  - Верю, мам. Отчего же не верить? Давайте, я за вами поухаживаю, - предложил Рома. - Мам, тебе какого салатика положить? А то даже попробовать не достанется.
  - Я напробовалась, пока готовила, - улыбнулась Лидия. - Отцу предложи.
  - Пап, давай свою тарелку. Эх, жаль Тёмки нет. Он хоть ливер и не слишком любит, но от такого салатика точно не отказался бы, - ловко накладывая салат с языками отцу в тарелку, нахваливал Роман стряпню хозяйки. - Мам, может, все-таки соблазнишься, пока я весь не доел?
  - Да ешь на здоровье, - отмахнулась Лидия.
  - Ты мне рецептик дай, я дома такой сварганю.
  - Я тебе ссылку пришлю на тот сайт, где я этот рецепт отыскала. Там столько много всего! А главное, не слишком затратно и вполне доступно. А то, знаешь, иногда такие ингредиенты перечислят - попробуй, отыщи их в наших магазинах. Вот и приходится голову ломать, каким аналогом заменить тот или иной продукт. Но ведь вкус уже не тот будет. И к чему такие вывешивают? - неодобрительно покачала женщина головой.
  - Гурманы, мам.
  - Да ну, - отмахнулась Лидия. - Мне не нравится тратить много времени, отыскивая среди всех этих рецептов для богатых гурманов, по-настоящему достойные. Ну да ладно, ты лучше расскажи, какие новости у вас? Где были, что видели? У Артема ведь сессия скоро. На спорт-то время остается?
  - Сессия только в июне. Правда, в мае будут уже зачеты сдавать. В спорт-клуб ходим регулярно. Хотелось бы чаще, но не получается. А! Мы же в это воскресенье на мототреке были! Тёмка второй пришел, - похвастался Роман победой своего парня.
  - А что ж не первым? - поддел отец с добродушной усмешкой, удивляясь тому, как оживился сын, обрадовавшийся возможности поговорить о своем парне.
  - Ну, в этот раз не первым, в другой раз постарается, - вздохнул Роман. - Ты бы видел, как он расстроился. Каких-то двадцать секунд разницы...
  - Перестань, Сереж! - одернула мужа Лида. - Все равно Артем - молодец! Ты ему передай, пусть не расстраивается. Надеюсь, ты-то не упрекал за то, что не первым пришел?
  - Нет, конечно, - удивился Рома. - Я и так чуть не поседел, пока он там круги наматывал. Спасибо, что не слетел с трассы, сам не покалечился, и байк не угробил. Двое притерлись. Повезло, что 'защита' у них хорошая, отделались легкими ушибами. А железки - дело наживное.
  - Ох, отчаянный он у тебя, - покачала головой Лидия, запоздало переживая. - И какая необходимость, такие экстремальные виды спорта выбирать?
  - А какие надо, мам? Мотоспорт - это азарт, адреналин, драйв, возможность доказать себе и другим, что ты лучший.
  - А если шею свернет, не дай бог? - не сдавалась хозяйка. - Кому этот драйв и адреналин будет нужен?
  - Знаешь, а в шахматы играть - тоже мозги могут набекрень съехать, - парировал Роман, с удивлением поняв, что его самого мать почему-то больше не пилит за увлечения травмоопасными видами спорта, будто в семье действительно появился младший брат.
  - Не выдумывай! Я же не предлагаю твоему парню научиться крестиком вышивать. Но вот плавание там, или теннис? А?
  Мужчины переглянулись и пожали плечами, дескать, тебе не понять, если ты не ощущала этого кайфа.
  - Сколько человек в заезде участвовало? - полюбопытствовал Сергей Романович.
  - В этот раз много - двадцать. Больше мешались друг другу, - поморщился Ромка. - Ладно, мам, про нас все понятно. Вы-то как? А то с отцом-то всё больше по работе общаемся.
  - Да у нас тоже все нормально. Ничего нового. Ты на машине?
  - Да, - кивнул Рома, уплетая за обе щеки и мясо, и салат.
  Сегодня стол и впрямь был сервирован не столь помпезно, как в ожидании первой встречи с избранником сына. И вполне располагал к задушевной беседе в теплой семейной обстановке за ужином.
  - Ну вот, я думала угостить тебя вишневой наливочкой. Мне Маришка всучила. Мать ее невестки сама делает. Вкусная... Надо рецептик попросить. А то тетя Вера вечно летом ведрами вишню сует, куда мне столько? Варенье еще прошлогоднее не доели. Да компота пять банок осталось. Раньше-то еле-еле до марта дотягивали. А теперь уж новый урожай скоро, - посетовала Лидия. - О! Сынок, раз ты на машине, заберешь с собой пару банок. И варенье возьми.
  - Мам, да у нас есть еще. И Тёмкины родители привезли целую сумку всяких разносолов.
  - Они что же, навещали вас? - заинтересовалась Лидия Николаевна.
  Ромка напрягся, поняв, что раньше времени сболтнул лишнего. Хотя, с другой стороны, все равно надо же было с чего-то начинать разговор.
  Прожевав очередной кусок мяса, парень выдавил:
  - Ну... не совсем нас. Понимаете, тут такое дело... Впрочем, давайте, сначала уж поужинаем, а потом будем чай пить...
  - Нет уж, - отложил вилку с ножом отец. - Сказал 'А', говори 'Б'. Что еще за 'такое дело'? Что у вас еще случилось? - нахмурился он.
  - Да что ты к словам придираешься, - заюлил Роман. - Ничего у нас страшного не произошло. Наоборот...
  - Вот теперь и я начинаю нервничать, - заволновалась Лидия. - Как-то ты слишком издалека заходишь.
  - Хорошо! - кивнул Рома, отправляя в рот еще один кусочек мяса, и понимая, что вечер, как говорится, перестает быть томным. - В общем, событие у нас скоро намечается.
  - Не томи, - строго велел отец.
  - У нас с Тёмкой будет ребенок! - выпалил Роман.
  За столом повисла оглушающая тишина. И поэтому сдавленной ойканье матери, изумленно уставившейся на сына, показалось очень громким. Взгляд женщины заметался от одного мужчины к другому. Поверить в такое чудо ей очень хотелось, но что бы это значило? Уж не задумали они усыновление? Кто же разрешит двоим мужикам брать ребенка? Да и куда им? Сами еще не насладились вволю своей грешной любовью, чтобы принимать на себя такой груз ответственности. Но Рома так никогда не шутил, и для розыгрыша было бы слишком жестоко.
  Лидия беспомощно уставилась на сына, молча требуя объясниться.
  - Позволь поинтересоваться, каким это способом он у вас появится? - наконец нарушил отец тишину глухим голосом.
  - Ну, пап, как обычно дети появляются? Родится, конечно. В конце августа.
  - У кого? - еле слышно спросила Лидия.
  - Так! - решительно отрезал Роман еще кусочек от ломтя мяса, отправив его в рот.
  Родители, как завороженные, глядели на него. И Рома понял, что он зря погорячился. Под такими взглядами нежнейший кусочек жаркого грозился встать поперек горла. - Мам, пап, давайте, доедим сначала.
  - Нет, не давайте, - передразнил отец, переглянувшись с матерью. - Выкладывай, что ты опять затеял?
  - Ну почему сразу я? - напрягся Роман.
  - Потому! - отрезал Сергей Романович. - Не мальчишке же твоему могло такое прийти в голову!
  - Ладно... - сдался Ромка. - Вам какую версию - краткую или с подробностями?
  - Давай уже какую-нибудь! - не выдержала мать.
  - Хорошо, тогда краткую... Но начну издалека, - тяжело вздохнул молодой мужчина. - В общем, помните, в прошлом году я немного загулял... Артем ушел, вот и...
  - То есть, вы друг от друга 'погуляли'? - догадался отец.
  - Пап, это даже не измена... поверь...
  - Ну, конечно, мне-то не рассказывай! Я пока еще из ума не выжил, чтобы поверить, будто ребенка могло кому-то ветром надуть. Это ж тебе не ОРЗ подхватить.
  - В общем, ладно, считайте, как хотите, но у Тёмки будет ребенок, - резко объявил Роман.
  - У Артема? - ахнула Лидия Николаевна. - А при чем тут ты?
  - Девчонка...
  - Ах, все-таки, 'девчонка', - нехорошо ухмыльнулся отец. - Значит, не совсем вы еще конченые гомики. А уверял-то, что на баб ничего не шевелится. Дескать, не приставайте вы со своей женитьбой! Чем тебе Анжелка не хороша была?
  - Пап!
  - Сережа! - тоже возмущенно шикнула на мужа Лидия. - Так что там с этой девушкой?
  - Эта девушка, ну то есть женщина, теперь беременна, и ждет малыша. Родители, ну хватит вам на меня смотреть, как на сумасшедшего. У моего Тёмки будет сын или дочь.
  - Это у Артема будет, - трагическим голосом прошептала мать. - А как же ты, Рома? Как же ВЫ?!
  - И что это за девица, откуда она взялась? - снова пошел в атаку отец.
  - А Артем вообще-то уверен, что это его ребенок? - засомневалась Лидия.
  - Мам!
  - А что? Сейчас, знаешь, какие девицы ушлые пошли.
  - По срокам все совпадает. Да Ксюха и не такая, чтобы подобными вещами шутить.
  - Откуда ты знаешь?
  - Знаю, мам. Я ее теперь хорошо знаю.
  - Так вы знакомы, что ли? - снова удивилась женщина.
  - Мам, как ты думаешь? Девушку зовут Оксана, и она переехала к нам.
  - Что?!
  - Ты что там у себя за бордель развел?! - рявкнул отец. - Мало тебе было одного? Так теперь еще и девок натащил в дом?!
  - Пап, прекрати на меня орать! - заледенел голос Романа. - И не стоит нас осуждать, не будучи в теме. Я хочу быть уверен, что Ксюшка нормально выносит Тёмкиного ребенка. Ей нужны положительные эмоции, нормальное питание, режим дня, наконец. Мне так легче контролировать этот процесс. Да и...
  - Господи! Она что согласилась стать суррогатной матерью? Рома! Это чудовищно! - возмутилась Лидия, а потом засыпала вопросами. - Сколько ей лет? Откуда она взялась? Кто ее родители? Что за семья? Может, у нее куча наследственных болячек! Вы хоть проверяли...
  - Мам, ты что?! Успокойся, - одернул мать Роман. - Нет. Речь о суррогатном материнстве не идет. Семья у нее нормальная. Девушка учится еще. На 4-ом курсе. И хотела бы продолжить учебу со своей группой, чтобы не брать академический отпуск. Я и хотел спросить, можем ли мы на вас, точнее на тебя, мам, рассчитывать?
  - На что рассчитывать? - ёкнуло сердечко у Лидии, которая судорожно вспоминала, что именно она просила у Всевышнего, мечтая о маленькой девочке с косичками?
  - На то, что ты будешь помогать нам с ребенком?
  - Я-то при чём, Рома? Кто же мне доверит чужого ребенка? А потом, что это за будущая мать, которая заранее хочет отвязаться от грудного младенца?!
  - Вот, паршивец! - выругался отец, думая о чем-то своем. - Ты, видно и впрямь ослеплен, раз не только своего мальчишку приютил, так еще и девку его на содержание взял. Надо было все-таки мне с ним поговорить по-мужски, раз у тебя язык в заднице застревает, как только речь о твоем Тёмочке заходит! Вот ведь, напасть какая! В парня втюрился так, что совсем мозги в кисель превратились. Да ладно б, еще, просто пользовался, как остальными своими подстилками. Так ведь...
  - Пап, перестань!!! Артем - не остальные! Не надо ничего никому говорить. Ксюхина мать уже все сказала, что она по этому поводу думает. Хватит! Все уже случилось. Все смирились, нашли положительные моменты...
  - Какие?!
  - Как, какие? Оксанке не надо делать аборт на большом сроке...
  - Какой аборт, ты о чем? - схватилась мать за щеки, ужасаясь от одной только мысли о подобном кощунстве.
  - Уже никакой, мам. Это Тёмка с Ксюхой чуть было не удумали, как им безболезненно разбежаться, чтобы не создавать друг другу проблем. Они же не любят друг друга. Просто так получилось. У нее проблемы с ее парнем были. У Артема - со мной. В общем, они один раз всего и... поутешались-то...
  - Это они тебе так представили? - желчно спросил отец, с нескрываемой жалостью глядя на него.
  - Пап, я верю Артему. Да и смысла нет им придумывать. Ксюха, вон, до сих пор по своему бывшему слезы льет. Да и тот деятель тоже 'мириться' приходил. Пришлось спровадить, пока он Оксанку ни на какие глупости не подбил. Ей нельзя волноваться, а то снова в больницу загремит.
  - Ну так и мирились бы на здоровье. Ты-то чего встреваешь?
  - Мне только не хватало, чтобы он сейчас девчонку будоражил и нервы ей трепал. Кир сам пацан еще несамостоятельный, папе с мамой в рот смотрит, нафига ему чужой ребенок?
  - Так, может, ребенок-то этому парню вовсе и не чужой...
  - Это Артемов ребенок! - упрямо повторил Роман. - Тёмка - мой. Значит, и ребенок тоже мой.
  - Рома... - горестно прижала Лидия ладонь к губам, - сынок, да опомнись... Что ж вы делите шкуру неубитого медведя? Девушка может, вообще, кого угодно отцом записать.
  - Пусть только рискнет! Мам, пап, ставлю вас в известность - Артем через неделю женится.
  - Час от часу не легче, - прокомментировал Сергей Романович.
  - Так надо, - укоризненно взглянув на него, пояснил Рома. - Я уже все продумал. Во-первых, ребенок официально будет признан родившимся в законном браке. Во-вторых, Тёмкины родители и дружки всякие успокоятся, что все у него по уму, как у людей - жена, ребенок и всё такое. Ну а в-третьих, девчонку выручаем, не дав взять грех на душу, и развязывая ей руки. Пусть доучивается, если хочет. Насколько я помню, ты всю жизнь учил меня не бегать от подобной ответственности, пап, - с вызовом взглянул Роман на отца. - Артема тоже хорошо воспитывали.
  - Если бы мы вас хорошо воспитывали, то нашли бы вы оба себе по нормальной бабе, строгали бы СОБСТВЕННЫХ детей, и не маялись дурью! - взорвался Сергей Романович. - Мало ли мужиков просто так дружить умеют?! Обязательно, что ли, в одну постель нырять? Не хватает адреналина и, как его... драйва, на ваших мотогонках, горных лыжах или еще черт знает где?! Непременно надо отличиться, да? Хотя, вот, гляжу, Артем-то все-таки в большей степени мужик, чем ты - мой родной сын - моя гордость и надежда! Кем мне гордиться и на кого надеяться в старости, сынок?
  - Сергей, прекрати унижать сына! - вмешалась Лидия. - Не заводись, может, мы что-то не так поняли...
  - В-четвертых, что бы ты сейчас не говорил, пап, - совершенно нейтральным, каким-то неживым голосом, произнес Рома. - Мы с Тёмкой будем вместе. Вопреки досужим сплетникам и завистникам. Короче, назло врагам, - невесело усмехнулся он. - И у вас есть шанс или принять все, как есть, или не вмешиваться в нашу жизнь. Другими внуками я вас вряд ли порадую... Предлагаю любить и жаловать этого.
  - Ох, Ромка, сыночек мой... - всхлипнула Лидия, не выдержав накала противоречивых эмоций.
  - Нет, Лида, ты только глянь! Он все придумал... - продолжал возмущаться Сергей. - Рома - ты авантюрист! Да разве можно подобные комбинации придумывать в таком деле, как человеческие судьбы? Это ведь тебе не схемы отмывания бабла рисовать!
  - Ну так вот, - стараясь не сорваться, продолжал Роман. - Артем с Оксаной распишутся. А потом... ну, может через год, или чуть позже, чуть раньше, они с Ксюхой разведутся.
  - А ребенок? - робко напомнила мать.
  - Ребенка не отдам!
  - Да это же не твой ребенок!
  - Тёмкин. Мы справимся. Если что, няньку наймем.
  - Какую няньку?! Постороннего человека?! Да вы с ума сошли! - возмутилась Лида. - Не знаю, что это за девица вам головы заморочила. А вдруг она аферистка какая-нибудь?
  - Нет, мам. Это моя соседка.
  - Все авантюристки - чьи-нибудь соседки, - не сдавалась мать, не в силах смириться с новостью.
  - Кстати, а она знает про вас? Про ваши голубые отношения? - задал вопрос Сергей.
  - Знает. И мать ее знает.
  - И вот так спокойно...
  - Нет, не спокойно... И мне приходится доказывать всем и вся, что это охрененно здоровский вариант, - тяжело вздохнул Роман. - Мам, пап, ну неужели только Анька и понимает, что я тоже, как бы живой, и умею чувствовать, а?
  - Анька?
  - Анюта. Она же - Анна Андреевна, моя соседка. Она же - мать Оксаны. И, скорее всего, будущая жена Панова.
  - Ох, вы еще и Егора втянули? Но он-то здравомыслящий человек... Как же он-то вляпался во всю эту историю? - поразился отец.
  - Что-то не то вы затеяли. Неправильно это. И мне кажется, девушка эта дурит вас. Или обоих, или тебя в большей степени, - поддержала Лидия Николаевна.
  - В общем, думайте, что хотите. Я задал вопрос.
  - Да тут и думать нечего, - сердито буркнув, Сергей Романович поднялся из-за стола. - Очередную свою блажь потешить захотел? И нас с матерью сюда впутать пытаешься? Хоть бы мать пожалел, знаешь ведь... Эх... да что с тобой говорить, - обреченно махнул рукой мужчина, отправляясь на кухню, "отдышаться".
  - Погоди, сынок, - посмотрев вслед мужу, за которым готова была сорваться, все-таки осталась Лидия за столом. От приятной располагающей атмосферы семейного ужина не осталось и следа. - Нам, действительно, надо все переварить, и подумать. Мне кажется, что ты, в самом деле, не понимаешь, как твоя душещипательная история выглядит со стороны.
  - Думайте, а мне пора, меня Артем ждет. Мам, мясо было восхитительным, и салат тоже удался.
  - А чай как же? - спохватилась хозяйка, хотя, по правде сказать, ей самой уже было совсем не до радушного застолья.
  - В другой раз, мам...
  - Ну тогда, подожди, хоть с собой тебе все соберу... Тебе же теперь такую ораву кормить...
  - Мам, не надо так... Если бы ты познакомилась с Оксаной, сама бы поняла.
  - Надо же, - невесело усмехнулась Лида. - Раньше ты мне не разрешал навещать тебя, чтобы не столкнулась с твоими пассиями.
  - Раньше были те, с кем тебе не следовало знакомиться, мам. Я не их оберегал от твоего праведного гнева, а тебя от лишних впечатлений, которые тебе ни к чему.
  - А сейчас?
  - А сейчас ситуация изменилась. Я не думаю, что встреча с Ксюхой может тебя шокировать или вызвать стойкий негатив.
  Роман поднялся, из-за стола и чуть не столкнулся в дверях комнаты с возвратившимся отцом.
  - Ладно, родители, благодарю за внимание. Спасибо, что выслушали и высказались...
  
  Несмотря на попытки сына, расстроенного визитом, отказаться от "сухого пайка", Лида все равно всучила ему банки с вишневым компотом и вареньем. И еще лоток с оставшимися запеченным мясом.
  
  ***
  
  ***
  
  
  
  
  
  
  
  
  3-я часть романа выложена полностью на сайте "Призрачные миры": ЗДЕСЬ
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"