Яворская Елена Валерьевна: другие произведения.

Черновик. Мы вернемся!.. Глава 7

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Читай и публикуй на Author.Today
 Ваша оценка:

  7.
  
  
   - Ну почему лето всегда так быстро кончается? - заунывным голосом вопрошала Катюшка в первый же учебный день. Опять вот занятия, домашние задания, отметки...
   - А ты не забыла, что восьмой класс - это все-таки восьмой класс? К тому же ты пионервожатая, и из редсовета тебя никто не исключал. За всеми этими заботами и не заметишь, как учебный год пройдет.
   Гюнтер как всегда оказался прав - учебный год промчался со скоростью курьерского поезда. Катюшка рисовала в стенгазету карикатуры на отстающих, пела вместе с пионерами "Взвейтесь кострами..." - да так, что Галина Михайловна выглядывала из своего кабинета в другом конце коридора и просила перенести репетиции во двор. А еще подтягивала по русскому языку двух девчонок из своего класса. А еще ругалась до хрипоты с Жоркой Старченко, секретарем школьной комсомольской организации, из-за того, что он вздумал проводить субботник в дождливый день. А еще взялась вместе со школьной самодеятельностью за постановку "Разбойников" на немецком языке...
   - Все-то ты успеваешь, - беззлобно посмеивался Гюнтер. - Только вот Зоя Кузьминична по-прежнему тебе больше четверки не ставит!
   Гюнтер оставался первым учеником в их классе. А в этом году он - кто бы сомневался! - стал секретарем комсомольской организации класса.
   И вновь цвела сирень в школьном дворе. И вновь школа была переполнена тревожным ожиданием экзаменов и радостным ожиданием каникул.
   Нет, подобная мысль могла прийти в голову только маме! В самом конце учебного года, когда все без исключения испытывают к учебникам если не любовь, то хотя бы уважение, она вдруг решила отправиться с обоими восьмыми классами в областной центр, на экскурсию.
   - Весна ведь ждать не будет, - поделилась она соображениями с Катюшкой и Гюнтером.
   - Да мы не возражаем, - сказала Катюшка.
   - И даже одобряем, - подхватил Гюнтер.
   - Только некоторые беспокоятся, что за отметки, - добавила Катюшка.
   - А вы? - мама поглядела насмешливо, испытующе.
   - Не-а! - Катюшка вздернула подбородок.
   - Такие храбрые?
   - Нет, просто у нас все по плану, - Катюшка и Гюнтер весело переглянулись.
   Даже погода оказалась заодно с мамой - подарила в конце мая такой денек, будто бы до срока настал июль. Все - даже Гюнтер! - единодушно согласились, что сидеть в такой день над книгами и тетрадями просто невозможно.
   - Не обольщайтесь, дорогие мои, - Ольга Вячеславовна одарила экскурсантов самой учительской из своих улыбок. - Цель нашей поездки - не увеселительная прогулка, а обогащение разума и чувств.
   - Кто бы сомневался, - на ухо Гюнтеру прокомментировала Катюшка. - Счастье будет, если все, что мы сегодня услышим, к вечеру не перемешается в наших бедных, усталых головах!
   Но настроение все равно было преотличным.
   Дружно погрузились в вагон, сгрудились в одном углу, усевшись тесно-тесно, чтобы можно было переговариваться всем одновременно.
   - Только не галдеть! - предупредила Ольга Вячеславовна, мгновенно разгадав суть маневра.
   - А можно мы петь будем? - звонко, перекрывая нарождающийся шум, выкрикнула Танечка Русанова.
   - Можно, только тихонечко, людям не мешайте.
   - Да разве песней можно кому-нибудь помешать? - немедленно возразил Гарик. - Ольга Вячеславовна, вы же сами говорили: песни для того и придуманы были, чтобы помогать людям и в труде и в отдыхе. Говорили же?
   - Говорила, говорила! - сдалась мама, и все же напомнила:
   - Тихонечко.
   Танюша начала свою любимую:
  
   Дан приказ ему на запад,
   Ей - в другую сторону,
   Уходили комсомольцы
   На гражданскую войну...
  
   Катюшка давно заметила: каждый раз, когда Танечка пела, улыбчивое ее личико становилось таким, будто бы это она провожала на войну любимого и сама вот-вот должна была сесть в эшелон. Даже в глазах появлялась отчаянная решимость.
   Гюнтер тоже замечал. И как-то сказал Катюшке:
   - Вы, русские, - удивительный народ. Героический. Вот Таня Русанова, она, наверное, и сама не предполагает, что она - герой, а погляди-ка на нее.
   - Почему это "вы"? - усмехнулась Катюша. - После стольких лет в России тебя тоже можно считать русским.
   И услыхала в ответ серьезное, твердое:
   - Я - германец.
   Гюнтер ни разу не сказал о себе "немец". Почему-то он не принимал этого слова, издревле обозначавшего в России его соотечественников, а еще раньше - всех иноязычных. Наверное, в этом неприятии тоже была частичка национальной гордости Гюнтера...
   Девчонки, а потом и ребята подхватили песню. Как и предполагал Гарик, никто из пассажиров не запротестовал - слушали, улыбались.
   Гарик бросил на Катюшку озорной взгляд.
   - А новую выучила? Ну, про тезку свою, про Катюшу?
   - Ага.
   - А чего помалкиваешь? Запевай!
   - Вместе с Таней, хорошо? Она у нас лучше всех поет. Да не смущайся ты, Танюша, я правду говорю. Гюнтер, подтверди!.. Вот видишь?! Гюнтер ведь никогда не врет.
  
   Расцветали яблони и груши,
   Поплыли туманы над рекой,
   Выходила на берег Катюша,
   На высокий берег на крутой...
  
   Песня разбередила душу. А Катюшка терпеть этого не могла - чтобы кто-то, кроме Гюнтера, конечно, видел ее растроганной.
   - Не понимаю я эту Катюшу, - заявила она. - Боец, значит, родину бережет, а она - только любовь. Нет бы по-настоящему помочь!
   - А я думаю, беречь любовь - тоже подвиг, - вдруг заспорила тихоня Настя Соловьева. - Что бы с бойцом ни случилось - беречь...
   Сказала так строго и решительно, что никто даже не улыбнулся, хотя в классе над Настей посмеивались: все знали, что она тайком вздыхает по Борьке Литовцеву. Катюшка поглядывала на Настю снисходительно: тоже мне, нашла Онегина... А между прочим, Борька и есть Онегин - нахал и задавака. Может, и в летчики решил пойти только для того, чтобы оказаться выше всех. Вот Колька с Гришкой, хоть и подались-то в аэроклуб следом за своим вожаком, и вправду мечтают военными летчиками стать. А Борис... кто его разберет? По крайней мере, ей, Катюшке, дела до него нет. За Настю только обидно.
   - Давайте, чтобы без спору без драки, споем что-нибудь боевое, -предложил неугомонный Гарик.
   - А про Катюшу - разве не боевое? - интересно, какая муха укусила сегодня молчаливую скромницу Настю?
   - Боевое, - не стал спорить Гарик. - Только есть и побоевее.
   И запел:
  
   Там вдали, за рекой
   Засверкали огни,
   В небе ясном заря догорала.
   Сотня юных бойцов
   Из буденовских войск
   На разведку в поля поскакала...
  
   Так и ехали - с песнями, с добродушными спорами. До слез глядели на солнце, смеялись до слез. А солнце било в окна вагона с такой силой, словно хотело ворваться внутрь и присоединиться к веселью.
   ...Целых три часа Катюшка вместе со всеми ходила от памятника к дому, от дома к памятнику, слушала, что рассказывает мама... даже, кажется, запоминала. Одним словом, вела себя идеально.
   И целых три часа ловила выжидательные, опасливые взгляды Гюнтера.
   Впрочем, предложение, которое она наконец высказала, оказалось сравнительно безобидным:
   - Давай сбежим, а? Мы сами вдесятеро больше увидим... ну хорошо, не вдесятеро... впятеро - уж точно!
   Гюнтер укоризненно вздохнул.
   - Ну, ты только представь, как это здорово - заблудиться, а потом найтись!.. А если и не найдемся вовремя, что ж мы, в поезд самостоятельно не сядем, что ли?
   Гюнтер покачал головой, но Катюшка заметила солнечный всплеск в его глазах. Ага, момент выбран правильно!
   - Так идешь? Или я без тебя?
   Гюнтер легонько сжал Катюшкину руку.
   "Жди".
   Не сговариваясь, помедлили, так, чтобы оказаться позади всех.
   Не сговариваясь, укрылись в арке какого-то дома, тоже, может быть, исторического.
   - Ну, дальше-то куда? - спросила Катюша, почему-то продолжая шептать.
   - Как всегда - куда глаза глядят, - с нарочитой беззаботностью отозвался Гюнтер. - Или у тебя есть другие соображения?
   - То-то и оно, у меня - соображения, а у тебя - планы... - польстила Катюшка.
   - Какие планы, о чем ты? Планы, как заблудиться в едва знакомом городе? Нет уж, это по твоей части...
   Увы, Гюнтер совершенно нечувствителен к лести. Между прочим, один из самых больших его недостатков!
   Другой - осмотрительность. Схватил сорвавшуюся с места Катюшку за руку - и не отпустил, так и заставил идти рядом.
   - Не увлекайся. Все-таки почти что незнакомый город.
   - Твоя осторожность порой похожа на трусость, - огрызнулась Катюшка.
   -- А твоя злость - на признание поражения в споре, - незамедлительно парировал Гюнтер.
   -- Я никогда не признаю поражения! - Катюшка вздернула подбородок - и оступилась. Оставалось только втайне порадоваться тому, что Гюнтер держит ее за руку. Катюшка посмотрела в его смеющиеся глаза и, сдаваясь, заговорила о другом:
   -- Ты такой вот правильный, серьезный, ты скажи мне, что может быть лучше свободы? Идти, куда хочешь, дышать весной, говорить о том, что волнует сейчас, в эту вот минуточку, в эту вот секундочку! Если послушать маму, получается, город - сумма достопримечательностей. А разве не интереснее чувствовать, что город - множество людей, которые так же, как ты, дышат сейчас весной и говорят, говорят, говорят о том, что сейчас для них важно?! Понимаешь, Гюнтер, сейчас!
   -- Ольга Вячеславовна рассказывает очень интересно, - заметил Гюнтер, то ли споря с Катюшей, то ли просто поддразнивая.
   -- Подлиза! - Катюшка показала ему кончик языка. - То-то мама всегда ставит тебе только "хорошо" и "отлично"! Даже тогда ставила, когда ты по-русски толком и слова сказать не умел!
   -- Ты любишь рассуждать о храбрости и трусости. А тебе не кажется, что это и есть трусость - скрывать, что ты уважаешь человека? Я уважаю Ольгу Вячеславовну и одобряю то, что она делает.
   Да, Гюнтер любит ясность, и это, безусловно, одно из главных его достоинств.
   - Я согласна, мама здорово рассказывает, и вообще она молодец, но...
   - Но город - прежде всего люди. Ты права, Герда.
   У Катюшки перехватило дыхание - нет слова добрее, чем это имя...
   ...Сказка пришла под Новый Год. Наверное, самое время для сказки. Катюшка затеяла предпраздничную уборку, Гюнтер принялся ей помогать. В недрах письменного стола обнаружилась давняя пропажа - книга с большущими буквами и яркими картинками, по которой Катюшка когда-то училась читать. Сказка о Снежной Королеве. Катюшка хотела отложить в сторону - и почему-то не смогла. Уселась на диван, раскрыла книгу, подвинулась, давая место Гюнтеру. Завороженные, они читали сказку - знакомую и незнакомую. Сказку о красоте - настоящей и поддельной. Сказку о слабости человека во враждебном ему мире и о силе человеческого сердца. О верности, которая могущественнее всего на свете. Два дома напротив. Два сердца рядом.
   Гюнтер взял Катюшкину руку и на мгновение прижал к своей груди.
   - Ты тоже умеешь растапливать лед. Помнишь, пять лет назад?.. Герда.
   Герда. Нет нежности пронзительнее, чем это имя...
   ...Забрели в маленький скверик. В будний день скамейки пустовали. Только на одной сидела бабуля в старомодной шляпке с вуалеткой, бдительно наблюдая за малышом, который стоял в двух шагах и не менее бдительно следил за рыжей кошкой, подкрадывающейся к стайке голубей.
   Катюшка и Гюнтер устроились на соседней скамейке.
   - Забавная сценка, - фыркнула Катюшка. - Как ты думаешь, а кто она, эта бабушка в шляпе?
   - Бабушка, - Гюнтер усмехнулся. Притворяется, что вопроса не понимает!
   - Ну, для своего внука, понятно, бабушка! А вообще? Домохозяйка? Или бухгалтер, как Клавдия Ивановна? А может, актриса?.. - в Катюшкиных глазах светился азарт исследователя, стоящего на пороге поразительного открытия.
   По скверику деловито прошагал высокий мужчина с портфелем.
   - А вот этот дядечка - точно какой-нибудь ответственный работник. Может быть, главный инженер на заводе. Или даже директор.
   - Не знаю, кто он сейчас, но совсем недавно он служил в армии, - сказал Гюнтер. - У него и выправка, и походка военного, причем кадрового. Не исключено, что он и сейчас служит. Ну, например, приехал в отпуск, решает какие-то семейные вопросы.
   - В разведке, что ли, служить готовишься? - спросила Катюшка, почти не тая восхищения.
   - Просто люблю наблюдать. Ты ведь знаешь, я созерцатель. А ты у нас фантазер. Это даже лучше - ты вперед продвигаешься быстрее, у тебя дерзость есть, напор.
   - А у тебя - понимание. Я ведь не всегда сообразить успеваю, мимо чего проскакиваю, - Катюшка засмеялась. - Так, сначала гадостей друг другу наговорили, теперь похвалили друг друга. Дальше-то что?
   А дальше - скверик пересекли, отбивая каблучками дробь, две девушки в светлых платьях. Лица озабоченные, в руках - тугие свитки чертежей.
   - Студентки, - Катюшка вздохнула. - У них экзамены, наверное, уже начались.
   Помолчала, сосредоточенно глядя на рыжую кошку, которая отчаялась добыть себе обед и тешилась теперь единственным доступным без всяких ухищрений удовольствием - грела бока на солнцепеке.
   - Гюнтер, а ты помнишь то стихотворение? Ну, помнишь, я тогда еще поняла его без перевода? В первый раз поняла, помнишь? - Катюшка заглянула Гюнтеру в глаза.
   Она хочет услышать. Это очень, очень важно. Именно сейчас!
  
   Freude, schЖner Gotterfunken,
   Tochter aus Elysium,
   Wir betreten feuertrunken,
   Himmlische, dein Heiligtum.1
  
   Гюнтер говорил тихо-тихо, почти касаясь губами Катюшкиной щеки. Но Катюшке казалось: их слышит весь город. Должен слышать!
  
   Deine Zauber binden wieder,
   Was die Mode streng geteilt,
   Alle Menschen werden Bruder,
   Wo dein sanfter FlЭgel weilt.
  
   - Молодые люди, прошу вас обратить внимание, это общественное место. И к тому же здесь гуляют дети!
   Катюшка не сразу поняла, что гневная реплика обращена к ним. Наверное, и вовсе не поняла бы, если бы вдруг не умолк Гюнтер.
   Бабушка в шляпке с вуалеткой пристально, с демонстративным неодобрением смотрела на них.
   - Целуетесь на скамеечке, ничего вокруг не замечаете. А еще, наверное, комсомольцы!
   Какой на редкость противный голос у этой бабушки!
   Но разве туча может погасить солнце? Только заслонить на время...
   - Комсомольцы! - Катюшка вскочила, с вызовом тряхнула головой и прокричала - так, чтобы слышали город и солнце:
  
   Froh wie seine Sonnen fliegen
   Durch des Himmels pracht'gen Plan,
   Wandelt, Bruder, eure Bahn,
   Freudig wie ein Held zum Siegen.
  
   И, схватив Гюнтера за руку, решительно зашагала прочь.
  - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
   1 Радость, пламя неземное,
   Райский дух, слетевший к нам,
   Опьяненные тобою,
   Мы вошли в твой светлый храм.
  
   Ты сближаешь без усилья
   Всех разрозненных враждой,
   Там, где ты раскинешь крылья,
   Люди - братья меж собой.
  
   3 Как светила по орбите,
   Как герой на смертный бой,
   Братья, в путь идите свой,
   Смело, с радостью идите!
   Ф. Шиллер
  
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  М.Санди "Последняя дочь черной друзы." (Любовное фэнтези) | | А.Анжело "Сандарская академия магии" (Любовное фэнтези) | | Д.Сойфер "Исцеление" (Современный любовный роман) | | А.Миллюр "Сбежать от судьбы или верните нам прошлого ректора!" (Любовное фэнтези) | | Л.Антонова "Академия Демонов" (Любовное фэнтези) | | И.Арьяр "Тирра. Невеста на удачу, или Попаданка против! Интерактивный" (Любовное фэнтези) | | Л.Сокол "Заставь меня влюбиться" (Молодежная проза) | | Л.Тимофеева "Заклятье для неверной жены" (Юмористическое фэнтези) | | В.Лошкарёва "Хозяин волчьей стаи" (Любовная фантастика) | | Л.Антонова "Академия Демонов 2" (Юмористическое фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"