Языков Олег Викторович: другие произведения.

Часть 3. Главы 1-2 от 12.11.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Две первые главы третьей части. Пожалуйста, читайте!


Часть 3-я.

Истребитель истребителей.

Глава 1.

  
   Полковник из Штаба ВВС действительно оказался "настоящим полковником". Закончив беседу, он попрощался со мной, крепко ответив на рукопожатие, и, пока я шел к дверям огромного кабинета, поднял трубку внутреннего телефона: "Коля? Возьми капитана... да... в госпиталь. И все остальное... машина до 17.00. Все, занимайтесь!"
   В приемной меня уже ждал шустрый старший лейтенант-порученец.
   -Капитан Туровцев? Здравия желаю... старший лейтенант Сидоренко, Николай. Очень приятно! Ну, пошли прибарахляться? Товарищ полковник уже распорядился.
   Я своим зрячим правым глазом выразил всю глубину своего интереса и, в то же время, непонимания ситуации.
   -А то, как же! Для фронтовика-героя! Да еще по приказу товарища Сталина! Даже и не думайте, товарищ капитан, даже и не пытайтесь!
   Я продолжал с терпеливой, ласковой улыбкой смотреть на порученца, как бравый солдат Швейк, бывало, смотрел на своего поручика Лукаша. Мой взор выражал глубокий интерес - чего я даже не должен и пытаться? И не будет ли больно?
   -Я это к тому, что вам надо получить талоны на питание, разместиться, приодеться немного... - старлей Коля посмотрел на часы и нахмурил брови, - ...ну что, пошли? Пока все бюрократы на месте?
   Плюнув на все эти тайны мадридского двора, я сказал: "Пошли!" Ближайшее будущее хоть немного, но стало яснее. Надо что-то получить у бюрократов. Что-то получать я очень любил. Особенно - много и бесплатно.
   Почти так оно и оказалось. По уголкам и закоулкам штаба мы бегали едва ли не час. Но все, что нужно, удалось получить. "Вырвать" - как выразился Николай.
   Вырвали мы немало. Талонную книжку на питание в ресторане гостиницы "Метрополь" - это раз.
   -Литера "А", товарищ капитан! - уважительно поцокал языком Коля. - Для высшего комсостава!
   Далее мы собрали ворох каких-то бумажек, по которым на вещевом складе в подвальных помещениях штаба я получил целую кучу барахла - отрез шевиота на парадный китель, отрез на бриджи, новые хромовые сапоги дивной довоенной красоты, фуражку, всю офицерскую ременную сбрую, кобуру (как я не отказывался, все равно - всучили), всякие там пошивочные или подшивочные материалы (приклад, как сказал кладовщик), золотые - наконец-то! - парадные погоны, звездочки, петлицы, белье, нижние рубашки, носки и проч. и проч. Я уже перестал реагировать на все эти сокровища пещеры Лейхтвейса, а Николай все еще что-то метал на расстеленную плащ-палатку (тоже мою!), ставя галочки в каком-то списке. Все! Наконец мы закончили, упаковали ценности в плащ-палатку, и попёрли ее во внутренний двор, к машине.
   -А сейчас - размещаться...
   -Коля, стоп! - взял я ситуацию в свои надежные руки, - а вот с этим не спеши! Ты куда меня планировал засунуть?
   -Известно куда, в наше общежитие!
   -Ага! Пятьсот тараканов на двести постояльцев? Не пойдет! У меня есть жилье в Москве. Погоди... сейчас... а, вот! Малосуздальский переулок, дом 17. Интересно, где это может быть?
   -А вы что, не знаете, где живете? - в легком обалдении уставился на меня Коля.
   -Я сказал, что у меня есть жилье, а не то, что я там когда-либо жил. Кумекай, Николай, шевели извилиной! Это квартира, а точнее - студия, моего знакомого художника. Между прочим - из студии Грекова!
   Но бравому Николаю имя Грекова ни о чем не говорило. Скорее всего, живописи батальной он предпочитал "ню"...
   Где находится искомый Малосуздальский переулок, нас просветил помощник завгара, до войны работавший в Москве таксистом. Оказывается, совершенно рядом с "Метрополем". Вот и отлично! И далеко ходить не надо - все под рукой. Но сначала, по пути, мы заехали в маленькую швейную мастерскую, которая обслуживала огромную армию штабных командиров. Пожилой полный татарин-закройщик, с профессионально прищуренным глазом и десятком воткнутых в закройщицкий фартук булавок, быстро меня обмерил, отошел, еще более прищурился - дальше уже было просто некуда, и спросил: "У вас высокая фигура... длину мундира какую будем делать?" Я показал, попросил не раздувать паруса на бриджах и пришить к ним парные пуговицы под подтяжки, а также попросил заранее проколоть на кителе и заштуковать дырочки под штифты орденов, и мы расстались. На три дня, как сказал меланхоличный закройщик.
   -А вот теперь, Коля, летим искать мой дворец! - с легкой грустью о своем замке на Матери сказал я.
   Дворец оказался так себе. Здание было дореволюционное, красивое, хорошей архитектуры. Но, надо сказать, довольно запущенное. Что поделать - война! Не до ремонтов было. Да и почистить двор и подъезд от мусора не мешало бы. Мы с Колей походили, покричали, вызнали, где можно найти домоуправа и пошли на его розыски. Оказалось - на ее розыски. Пятидесятилетняя живая и бодрая женщина заявила, что она помнит Толеньку Рощина как живого -
   -...тьфу на вас! Он и есть живой и здоровый! - буркнул я...
   ...и что она сделает для его командира...
   ...сослуживца и боевого товарища!
   ...ну да, сослуживца и боевого товарища, все-все... как только взглянет на мое командирское удостоверение! Вот!
   Я с удовольствием смотрел на это чудо в юбке. Какой темперамент! Какая хватка! Интересно, а в молодости мадам не работала вместе с неким Ф.Э. Дзержинским?
   -Да! Совершенно упустил из виду, уважаемая Капитолина Сергеевна! Вот для вас письмо от Рощина, а вот мое удостоверение... из рук, из рук, пожалуйста, а вот командировочное предписание, видите? Достаточно? Вот и хорошо. А вот, кстати, и ключ - Толя дал. Пошли смотреть палаты камены?

***

   По-моему, это называется мансарда. В общем и целом - вполне подходяще. Гораздо лучше, чем землянка или, скажем, глинобитный барак, который больше известен чабанам и овцам под гордым именем "кошара".
   Да-а, несколько запущено помещеньице-то... Бардак, одним словом! Пыль, потеки на паркете под окном, какие-то подозрительные пятна на потолке. А так - места много. И света и, что, как говорят, особо ценят художники - воздуха! Правда - несколько затхлого.
   Я подошел к большому окну и, с немалыми усилиями и треском, распахнул створки. Вот так-то лучше! Весна, май! Только-только прошли праздники.
   -Ну, что, товарищ командир? Помощь нужна? - это, естественно, Капитолина.
   -Нужна, Капитолина Сергеевна! Еще как нужна! Мне здесь без женских рук не справиться. Вот, что... Жизнь сейчас нелегкая, вы тут всех знаете. Давайте пригласим три-четыре женщины, убраться, привести студию в порядок, тряпки какие постирать. Вот деньги... Отставить! Вот деньги! Нужно будет еще - скажите. Всем, кто будет работать на уборке помещения - достойно заплатить. Я в армии живу на всем готовом, мне деньги тратить некуда. Да и не на кого... пока. Так что не будем спорить, уважаемая Капитолина Сергеевна! Да и заработают женщины хоть что-нибудь, на чулки там, на сласти... для детей, понятное дело. Ну, что? По рукам? Вот и хорошо. А я сейчас в госпиталь. Сегодня уже не вернусь, так что - давайте, командуйте тут! Ключ оставить? Ах, у вас дубликат? Просто великолепно, тогда - до завтра!
   С тем мы с Николаем, освободившись от узла с барахлом, и отбыли. Машина довезла меня до госпиталя, довольный Коля распрощался, сказал, что ежели что - он в миг и сразу, и исчез в клубе дыма. Ну а я побрел искать глазника или, выражаясь научно, офтальмолога. Вспомнив анекдот про офтальмолога и гинеколога, я фыркнул и пошел бодрее...
   Найдя заведующего соответственного отделения, я представился, показал бумаги и объяснил свою боль и печаль. Это встретило полное понимание, и я тут же был препровожден под белы ручки в смотровую. Там меня бросили в пыточное кресло, немного напоминающее кресло зубного врача, и надо мной склонились две головы. Одна принадлежала жгуче-черному армянину в белой шапочке, а другая - прекрасной незнакомке с голубыми глазами. Почему я говорю про глаза? А просто - все остальное скрывалось под белой марлевой повязкой. Как паранджа, прости господи! Вот, что они - армяне эти, - со своими прелестными ассистентками делают!
   Девушка начала осторожно снимать с меня повязку, а врач отвернулся и забрякал какими-то медицинскими инструментами на блестящем лотке. Началось! Сердце сжалось от испуга. Страсть не люблю больницы.
   -Так, так, так... Где это вас, дарагой мой, так приложило?
   Таиться от славных представителей советской медицины я не стал и выложил все, как на духу.
   Неожиданно, приговор был мягок и щадящь. Все в полку с моим ушибом было сделано правильно. Теперь нужно было только время. Я ощутил гордость за нашего военврача и санинструктора Верочку. Впрочем, некие процедуры не помешали бы... Вы где остановились, и какие у вас планы на вечер?
   Я честно сказал, что никаких планов у меня нет, а в жилье я еще не въехал. Оказалось, что это то, что доктор прописал! Причем - буквально! Доктор что-то мне прописал и в госпитале я проведу время до завтрашнего обеда. А чтобы мне не было скучно, придется испытать на моем ушибе несколько новых процедур.
   Чтобы избавиться от уродского синяка я был готов босиком ходить по углям, а не только млеть под ловкими пальчиками красивой девушки, которая втирала мне какую-то мазь, и я с радостью согласился. Таким образом, я и переночевал в госпитале, будучи прогрет и усыплен целебным синим светом лампы...
   В общем, в мансарду я поднимался почти другим человеком. Повязка была снята за ненадобностью, а глаз прикрывала небольшая марлевая салфетка на лейкопластыре. Да и ту через день-другой можно было снимать. Вот, что значит наша передовая военная медицина!
   Открыв своим ключом дверь, я просто обмер! Студию было не узнать! Даже цветы стояли в какой-то вазе. Воздух был свежим и чистым - машин-то в военной Москве поубавилось значительно, да и что им делать в нашем переулке? Вся студия сверкала чистотой, даже потолок освежили побелкой. Вот молодцы! С меня причитается новоселье, и никаких отказов я не принимаю!
   Тут я заметил большой и уродский телефон. Интересно, а он работает? Нет, тона вызова не слыхать, но телефон "дышит". Значит, его можно подключить. Только вот куда мне звонить? А почему это обязательно я буду звонить? Может быть, мне позвонят! Поскребышев, например...
   Коротко хохотнув, я взял на заметку зайти на телефонную станцию и разобраться с этой проблемкой. Пригодится. Может, я тут задержусь.
   Теперь надо бы решить вопрос и с кормежкой. Та-а-к, что у нас есть? А ничего у нас и нету! С собой в самолет я ничего не брал, пообедали мы с Колей в столовке штаба, вчера вечером и сегодня утром меня, пусть и весьма скромно, покормили в госпитале. А вот где мне обедать? Я порылся в планшете и нашел талонную книжку. Где, где - в Караганде! В "Метрополе" я имею в виду, ведь Коля об этом мне и говорил. А вообще-то, что-нибудь надо купить и в студию. "Приз в студию!" - вспомнил я одного развеселого телеведущего. Правда, в моем случае лучше - "Харч в студию!" придется и этим озаботиться. Да! А где есть харч, не помешает и бутылка-другая чего-нибудь легкого и освежающего... Например - водки и коньяка... Это надо бы оговорить с Капитолиной, она здесь должна все знать.
   Капитолина Сергеевна не подвела. Она пришла с инспекцией как раз перед тем, как я собрался выходить на охоту за пропитанием. Я всячески расшаркался и рассыпался в благодарностях. Причем - абсолютно искренних. Капа была явно тронута. Видимо уже давно капитаны ВВС Красной Армии с орденами на широкой груди не брали ее под локоток и не заглядывали в глаза с искренней благодарностью!
   Моя идея с новосельем после некоторой попытки отпора была принята, я профинансировал затраты на стол и, заодно, попросил прикупить что-нибудь легкое на завтрак - яйца, там, сыр, масло с молоком. Держать все это богатство можно будет в ведре с холодной водой, еще довольно прохладно - за три-пять дней не пропадет. Да я, собственно, и не дам пропасть - все сожру!
   Заодно легко и просто решился вопрос с алкоголем. Профессорская семья из соседнего подъезда получала весьма приличный паек из распределителя. Дед вносил немалый вклад в оборонку, и это высоко ценилось. Так, вот. В этих продуктовых пакетах был и весьма качественный алкоголь - чудесная московская водка и - о чудо! - выдержанный армянский коньяк! Двум старикам это было абсолютно ни к чему, сын воевал на фронте, а его жена вместе с оборонным заводом откочевала на Урал. А вот немного лишних денег старикам бы не помешали. Так что мы с профессором провели взаимовыгодный обмен, благо, что у меня на сберкнижке деньги еще были.
   Жизнь налаживалась! Это я понял, когда сытый и довольный выходил из ресторана "Метрополь". Вот это аттракцион! Честно говоря, я не очень люблю рестораны. Как правило, готовят там не очень, закуски лежалые, рыба пересоленная, а водка... Ну, сами догадаетесь. Да, теплая! И этот шум, бренчание посуды, табачный дым и накатывающий с кухни духан.
   Так вот, "Метрополь" меня, надо сказать, удивил. Особенно своим интерьером. Такого великолепия, зеркал и позолоты я давно не видел! Это было что-то! Похоже на крутую парикмахерскую в Зимнем дворце. Ну - у каждого свой вкус, кому-то, может, и нравится. Да, воздух был, как бы это помягче сказать... не совсем свеж, лязг посуды тоже присутствовал. Как и излишне громкие звуки оркестра. А вот кухня была на высоте. Все было вкусное, свежее, исполнено и сервировано с душой и выдумкой. Опять же - великолепные вина, водки и коньяки. Причем - водка из настоящего зернового спирта "Люкс", а не из производных процесса нефтеперегонки, как в моем недавнем времени. Да и коньяк был выдержанным коньяком, а не виноградным самогоном, подкрашенным марганцовкой. А лососина, грибы, икра! Это сказка! Правда, сказка была не дешевой. Причем - очень не дешевой! Эдак у меня никаких денег не хватит, на такие-то швыряния купюр за роскошный, надо сказать, обед.
   Ну, ничего! С деньгами что-нибудь решим, надо подумать и что-нибудь толкнется в мозг. А потом - у меня же есть талоны. Я их сегодня не использовал, а пошел на разведку. Посмотреть, кто там чего и почем. Вот и посмотрел на две двести. Теперь буду думать. Да и моя полушерстяная, но все же явно полевая форма, в ресторане режет глаз. Тут, если оставить обсуждение костюмов штатских товарищей в стороне, в основном были старшие офицеры и, естественно, в мундирах. Чуть ли не парадных. На широкую ногу живет московское офицерство! Кутить умеет! Интересно, с каких это прибытков?
   Женщины тоже... Красивых - полно. Но взгляд у них такой, оценивающий... взвешивающий. И улыбки холодные. Я не могу сказать - что это профессионалки, но и любительницами я бы их не назвал. Хищницы - во! Самое точное определение для них будет. Интересные для меня платья, я бы сказал - очень женственные и приятно на женщину взглянуть. Меховые горжетки - так, что ли, они называются? Маленькие кокетливые шляпки, кружевные перчатки, ну - тут я пас. Многие дамы полусвета курят папиросы с длинным мундштуком. Да уж - разврат...
   Но, поймите меня правильно, такими были, конечно, не все! В роскошном зале ресторана я видел и обычные милые женские и девичьи лица, просто эти львицы сразу бросаются в глаза. И, надо сказать, умеют удерживать на себе мужской взор. Ну да ладно. Мне сейчас не до них... Мне бы телефонную станцию найти.
   Неспешным прогулочным шагом я прошел всего-то метров двадцать от дверей ресторана, как...
   -Товарищ капитан! Товарищ капитан! Остановитесь!
   Я недоуменно оглянулся. А-а, офицерский патруль! И встали, засранцы этакие в засаду к кабаку, что бы ноги по длинным московским улицам не бить. Совсем как наши гаишники в кустах. Плохо это, как-то разлагающе Москва на людей действует. Забыл я уже на фронте, что такое каменные джунгли, как любили говорить в советское время те наши загранкорреспонденты, которые при дерьмократах стали это самое советское время активно обгаживать и намекать, что тогда, в загнивающем Лондоне (Париже, Нью-Йорке) они, фактически, боролись с советской властью и против засилья партократии.
   -Товарищ капитан! Прошу предъявить документы! - сурово, по-аракчеевски, уставился на меня старший патруля, артиллерийский майор.
   Я молча достал удостоверение и командировочное предписание. Майор принялся вдумчиво изучать документы, то и дело бросая на меня тяжелый взгляд.
   -Что у вас за оружие?
   Я вздохнул и полез за выпиской из приказа.
   -Наградное оружие, товарищ майор. Это оружие немецкого аса, которого я сбил над Сталинградом.
   -Что вы, капитан, делали в "Метрополе"?
   -Обедал я там, товарищ майор. Обедал по талонам, которые мне выдали в штабе ВВС. Вот, ознакомьтесь.
   -Вы ранены? - продолжал пытать меня майор, по второму разу перебирая мои документы.
   -Это не имеет отношение к делу, товарищ майор! Теперь я хочу спросить - вы удовлетворили свое любопытство? И часто вы тут фронтовиков у кабаков отлавливаете, а?
   Не отвечая на мой выпад, майор попросил предъявить пистолет.
   Я достал "Вальтер" из кобуры, не выпуская его из рук предъявил номер пистолета, а потом и серебряную наградную табличку, приделанную к ствольной коробке умельцами из наших мастерских.
   -Не серчай, капитан! - улыбнулся майор, протягивая мне документы. - И не лезь в бутылку. Вот это видишь? - он постучал пальцем по двум красным полоскам на правой стороне груди.
   -До сих пор вздохнуть полной грудью не могу, пройду метров двести и задыхаюсь. Мы тут в тенечке встали передохнуть, когда ты весь из себя такой красивый в новой форме из ресторана вышел. В полевой форме и пилотке из ресторана "Метрополь"! Ты бы на моем месте не удивился бы? Недавно один наш патруль при проверке таких вот молодых и красивых военных в новенькой форме двух человек ранеными потерял. Нет, не шпионы, шпионы поумнее будут. Жулье это было, хорошо стволов у них не нашлось, одни ножи. Но двух наших порезали.
   -И что?
   -Да ничего... Шлепнули их там же, на месте. Милиция, правда, потом обижалась, но въехала в ситуацию и успокоилась. Забрала жмуриков и укатила их пальчики откатывать.
   -Круто тут у вас!
   -Как ты говоришь? Круто? Нет, это не круто, это грязь и накипь... А круто там, на фронте. Сколько у тебя сбитых?
   -Уже больше пятнадцати...
   Майор понимающе покивал головой.
   -Послали представление?
   -Да вроде послали...
   -Ну, тогда жди, в штабе-то знают, что ты здесь. Выйдет Указ - тут тебе Звезду и вручат! Ну, желаю удачи, капитан! А на проверку не обижайся. Пока!
   -Подождите, ребята! Где тут районная телефонная станция, не подскажете?
   Получив подробные разъяснения как найти связистов, мы откозыряли друг другу и разошлись по своим маршрутам. А он ничего мужик, этот майор. Да, не все тут просто и элементарно, в этой Москве.
  

Глава 2.

   На телефонной станции все решилось просто и быстро. Командовал ею молодой парень в выгоревшей военной форме и без руки. Я представился, объяснил ситуацию, и сказал, что мне было бы намного удобнее, если на период командировки телефон в студии заработал. Деньги я внесу, заложенность, если она есть, я покрою.
   По команде начальника, тетки из абонентского отдела быстро со мной разобрались. Задолженности на Рощине не было, я внес плату за пару месяцев, и меня заверили, что телефон завтра подключат. Заодно, я попросил карандаш и записал свой номер.
   Потом я отправился домой. О, как! Уже домой... Я загрустил. Нет у меня тут дома, тело и то - не мое! Чужой, всем чужой. Да еще и не родившийся. Самозванец, в общем. Ладно, переживем.
   Недалеко от нужного мне переулка я увидел старушку, продающую сирень. Взял, да и купил у нее всю сирень, прямо с ведром. А что? Ведро в хозяйстве необходимая вещь! Будет в чем воды согреть, помыться. Какую-то душевую я там видел. Да, а вот интересно - канализация в доме работает? Не дай бог, с пятого этажа придется в сортир бегать!
   Когда я заявился с ведром сирени в студию, приготовление к пиршеству там почти было завершено. Несколько женщин, в основном среднего возраста и ближе к пятидесяти, хлопотали у стола, заставляя его тарелками с какой-то закусью. На скатерти стояли уже открытые бутылки вина и коньяк.
   -Здравствуйте, девушки! - радостно гаркнул я, вынимая сирень и стряхивая с веток воду. - Давайте за стол! Эх, давно у меня новоселья не было, а ну, принимайте цветы! Это вам... вам и вам... Никого не обидел? Ну, давайте знакомиться. Меня зовут Виктор, фамилия - Туровцев. Я с Толей служу в одном полку. Человек он у нас известный и уважаемый. А когда узнал, что мне надо ехать в командировку в Москву, вручил мне свой ключ и обязал расположиться у него в "студии", как он сказал. Вот, собственно, и все. Вопросы, барышни?
   -А вы, Виктор, летчик?
   -Да, я летчик-истребитель.
   -И сколько вы сбили немецких самолетов?
   -Семнадцать было...
   -Ух, ты! Геройский парень! А в Москву зачем?
   -А вот это, девушки, военная тайна! - ну, не могу же я им сказать, что и сам еще не знаю толком, зачем меня вызвали в столицу.
   -Ну, за стол, за стол! Что тут самое вкусненькое? Кому что наливать? Давайте, не стесняйтесь!
   Стесняться никто и не думал. Я потом понял - женщины просто соскучились по празднику, по мужчине рядом с ними. Чтобы можно было вот так сидеть за столом, накрытым белой крахмальной скатертью, уставленной тарелками с закуской и бутылками с вином, сидеть - и ни о чем не думать, ничего не опасаться. Выпить глоток вина, захмелеть, послушать рассказы о войне, а потом спеть задушевную русскую песню.
   Скоро к нам прибежала целая куча ребятни, малышню начали кормить, стало шумно и весело. Разговор разбился на несколько групп, кто-то уже тихонечко запел, кто-то говорил о своем, о женском. О тяжелой бабьей доле в стране, где идет война.
   Я старался везде успевать - и всучить кусок повкуснее ребятне, и подлить вина женщинам, и предложить чаю дамам постарше. Все шло хорошо. Мы засиделись допоздна, и только необходимость укладывать ребят заставила нас свернуть праздник.
   Женщины моментом перемыли посуду, стряхнули в раскрытое окно скатерть, отодвинули стол к стене. Я даже и вмешаться не успел.
   -Не лезь, Витя! Дай похозяйничать у холостяка!
   -Петровна, ты уж куда? Вот вернется с фронта твой "холостяк", что ему скажешь?
   -Эх, бабы, лишь бы вернулся...
   -Ну, спокойной ночи, Витенька! Спасибо тебе, родной! Спасибо за праздник, за минутку счастья...
   Проводив всех, я еще пару минут бесцельно походил по студии, а потом, застелив тахту свежим бельем, упал и моментально заснул...

***

   Утром я проверил телефон и с радостью убедился, что он работает. Первым делом я позвонил в приемную полковника из штаба ВВС и попросил связать меня с Николаем. Николая на месте не было, и я попросил соединить меня с полковником.
   -Шустрый ты парень, Туровцев! Мне Николай доложил о квартире. Молодец! Быстро принимаешь решения! А у тебя уже и телефон имеется. Просто - завидный жених! Ну да ладно. Что с глазом? А если нормально, то где-то к десяти жди, тебе позвонят. Номер телефона скажи секретарю. Придет машина - отвезет, куда надо. Все понял? Тогда до связи.
   Я быстренько привел себя в порядок, легко перекусил, благо кое-что осталось со вчерашнего дня. Критически посмотрел на форму - гладить или нет? Решил, что гладить еще рано, а вот сапоги надо привести в должный порядок. Чем и занялся на четверть часа. Потом вспомнив и обругав себя за забывчивость, подшил свежий подворотничок. Все, я готов! Посмотрел на одеколон, подумал и посомневался, потом все же плеснул "тройного" на ладонь и протер лицо и шею. Теперь уж точно готов!
   Как по заказу раздался звонок. Мне назвали номер машины и попросили через пятнадцать минут спуститься во двор. А чего ждать? Пойду-ка я на воздух. Лучше на улице машину подожду.
   Как и говорили, минут через двенадцать к дому подкатила машина. Я оставил детей, с которыми играл, и пошел навстречу какому-то штатскому парню, который вышел из трофейного "Опель-капитана" и неуверенно смотрел на меня.
   -Представьтесь, пожалуйста, молодой человек, - попросил я. - Я - капитан Туровцев, а вы кто?
   Парень суетливо достал какое-то удостоверение и протянул мне.
   -Я начальник группы второго конструкторского отдела, Сергей Крашенинников. Александр Сергеевич попросил меня привезти вас, товарищ Туровцев. Поедем? Товарищи военные прибудут прямо в КБ.
   -Ну, что ж, Сергей, поехали. Да, зови меня Виктором, ладно? Вот и хорошо, давай пять!
   Москву 43-го года я знал плохо. Точнее - никак не знал. Понял, что едем мы к какой-то окраине, западной или северо-западной, что ли. Ехали мы долго, да и скорость машины была 30-40 километров. Да, не "Бугатти-Ваерон", однозначно! Но, помните? Совершенно верно! "Все проходит..."
   Наконец, в каком-то не то запущенном огромном парке, не то в недостаточно прореженном лесу, мы проехали через мощный КПП, разрывающий стену трехметрового зеленого забора, и увидели трех- и четырехэтажные чистые корпуса, покрашенные в светлые тона, асфальтовые дорожки среди зелени, а дальше - высокие и длинные ангары. Это явно была вотчина главного конструктора Александра Сергеевича Яковлева.
   -Вот, Виктор, и наша Контора! Как тебе?
   По тому, с какой гордостью это было сказано, я понял, что начальник группы второго конструкторского отдела Сергей Крашенинников - настоящий фанат своей фирмы. Ну, это же здорово! Не так ли?
  

***

   Через большую, какую-то мрачную приемную мы прошли быстро, и не задерживаясь.
   Двойные двери в кабинет главного конструктора остались позади, и мне открылся огромный, светлый кабинет.
   Из-за большого стола темного дерева с несколькими небольшими моделями самолетов и кучей телефонов поднялся человек в штатском костюме с каким-то усталым лицом. На вид ему было лет сорок. Крупноватые брови делали выражение лица Яковлева не очень-то радостным и дружелюбным. Под глазами лежали тени. Чувствовалось, что работы у мужика много.
   -Здравия желаю, товарищ генерал-майор! Капитан Туровцев прибыл для...
   Закончить я не успел. Яковлев слабо улыбнулся, махнул рукой и проговорил: "Тише, тише, товарищ капитан! Вы нас совсем оглушили! Я знаю, что я генерал, но сейчас, как видите, я одет в цивильное. Так что давайте знакомиться снова - Яковлев, Александр Сергеевич! А вы?"
   -Виктор Михайлович Туровцев. Рад познакомиться, Александр Сергеевич!
   -Взаимно, Виктор Михайлович, взаимно! Мне тоже было интересно увидеться с вами после того, как я прочитал ваше письмо... Вы когда его написали?
   -Точно не помню, Александр Сергеевич, кажется - числа пятнадцатого января. Что-то так.
   -Проходите вот сюда, Виктор Михайлович, садитесь на этот диван, разговор у нас будет долгий. Чаю?
   -Да не откажусь, если разговор будет долгий.
   Мы одновременно рассмеялись. Яковлев прошел к своему столу, что-то нажал. Не успел он вернуться к своему креслу напротив дивана, на котором сидел я, как открылась дверь и девушка в кокетливом фартучке и наколке вкатила симпатичный сервировочный столик, сделанный из алюминиевого профиля. На столике было накрыт маленький чайный набор - чашки, ложки, заварочный чайник, термос с кипятком, вазочки с вареньем, пирожные в корзиночке из металлической сетки. Все аккуратно, красиво и быстро. Да, мне думается, в Конторе, как называют КБ его работники, выработан определенный стиль. И это мне нравится. А столик, наверное, он у своего "друга" Вилли Мессершмитта подсмотрел. Все же по заграницам он поездил, много что видел, много что запомнил.
   -Наливайте себе, Виктор Михайлович, чего вашей душеньке угодно! Берите лимончик... вот - сахар, пирожные.
   -Спасибо, Александр Сергеевич, не хлопочите - я все вижу, а мама меня с руками родила!
   -Вот как! Это здорово! - рассмеялся Яковлев, - а папа позаботился о вашей голове, не так ли?
   -Абсолютно верно! - тут уж рассмеялся я.
   -Пейте, пейте чай, Виктор Михайлович. А я пока вам кое-что скажу.
   Яковлев на минуту задумался.
   -Вы знаете, Виктор Михайлович, как я был удивлен, когда получил ваше письмо. Сказать, что я был сильно удивлен - значит не сказать ничего. У меня даже ворохнулась мысль - а как это может быть? Только что, в декабре 42-го года я и несколько моих самых доверенных людей только задумались о возможности - я подчеркиваю! - о возможности работ по созданию глубоко модифицированного самолета, набросали лишь самые общие наметки, как приходит письмо от никому не известного... Простите, Виктор Михайлович, но это так и есть на самом деле... от никому не известного лейтенанта Туровцева, и нате вам! В его письме, по сути, дана концепция нового истребителя! Как это понимать?
   -Так и надо понимать, - совершенно спокойно заявил я, со вкусом прихлебывая хорошо заваренный, душистый и терпкий чай. - Так это и надо понимать, товарищ главный конструктор, что думали мы об одном и том же. Только вы - как конструктор боевой техники, а я - как специалист, эксплуатирующий эту технику в бою.
   Яковлев в изумлении откинулся в кресле.
   -Да-да, нет тут ничего удивительного, никакой чертовщины и волшебства. Мы действительно думали об одном и том же. По крайней мере - я об этом думал. О том, что мне очень нужен истребитель завоевания господства в воздухе. И что он должен представлять из себя следующее...

***

Глава 3.

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Конструкторское бюро.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) В.Коновалов "Чернокнижник-3. Ключ от преисподней "(ЛитРПГ) В.Чернованова "Невеста Стального принца"(Любовное фэнтези) А.Алиев "Проклятый абитуриент"(Боевое фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"