Annotation

      На тротуар из кустов буквально выпал худой паренек лет десяти, в великоватой одежде, что сидела на нем мешком. Приземлившись на четыре кости, он тут же вскочил, отряхнул ладони и колени, посмотрел назад, деловито поправив очки-велосипеды, и, не задерживаясь, рванул вдоль по улице. Спустя десяток секунд, кусты буквально проломили трое парней, чуть постарше на вид. Один худой и высокий, второй наоборот, словно для контраста, роста небольшого, но похожий на обезьяну из-за покатого лба и длинных рук, ну и да, лицо просило кирпича. Третий был вообще непомерно толст, особенно для своего возраста, он сипло дышал, показывая, что проблемы со здоровьем уже имеются.

      — Вон он! — злобно воскликнул длинный, показывая на улепетывающего очкарика.

      Парни тут же устремились следом.

      — Поттер, я убью тебя! — взбешенно орал толстяк.

      Убегающий ничего не ответил, лишь радостно ухмыльнулся. Вот он добежал до дома с довольно высоким деревянным забором и, с силой оттолкнувшись ногами от земли, уцепился за край. Подтянувшись, он перелез через преграду и спрыгнул с другой стороны.

      — Здравствуйте, мистер Гапни! — весело крикнул парень, проходя быстрым шагом через сад.

      Старик, типаж «профессор», то есть ухоженная борода, с проседью, как и волосы на голове, морщинистое худое лицо, довольно большой мясистый нос, одетый в старомодную, когда-то белую, а теперь серую рубашку, сидящий в кресле-качалке на крыльце, опустил газету, что держал в руках, и, покачав головой, по-доброму усмехнулся, проследив взглядом поверх очков за парнем.

      — Гарри, приходи вечером, я нашел у себя очень хорошую книгу! — крикнул старик.

      — Непременно, мистер Гапни! — ответил Гарри, заразительно улыбнувшись в ответ.

      Пройдя до калитки, с задней стороны сада, парень открыл ее и осторожно выглянул на улицу.

      «Как всегда, все трое побежали в обход. Это уже становится неинтересно».

      — Вот он! — вдруг раздался полный торжества крик. — Дадли, Бадди, сюда!

      Орал Лени, тот самый долговязый парень, с узким костистым лицом. Он очень походил на свою мать, мисс Луин. И какой мужик позарился на эти два метра костей? Лени был под стать остальной «команде Дадли». То есть туповат, трусоват и ненавидел тех, кто учился лучше него. Но был весьма развит физически, Гарри уже успел испытать крепость его кулаков и повторить этот опыт не торопился. Поэтому он, не дожидаясь пока до Лени дойдет, что жертва не будет тупо стоять, устремился далее по маршруту, то есть в парк. Да, у него уже был наработан маршрут из школы домой. Сейчас, конечно, было лето, но сути это не меняло. Ну и (Гарри похихикал про себя) вряд ли Дадли и компания так быстро успокоятся после того, что случилось. А вышло на редкость забавно. Пока эти трое придурков наслаждались страхом младших (они даже не замечали, что те нет-нет, да прыскают, детишки-то Гарри видели), Гарри натянул позади них толстую леску. Ну, а потом стандартный прием. И когда они перестанут вестись на это? Ведь уже даже Гарри это слегка поднадоело. Всего-то стоило назвать Лени аистом, Дадли бегемотом, а Бадди предложить банан, как те ринулись на него со всем пылом… Чтобы дружно проверить глубину канавы. И чего так было ругаться? Дождей уже относительно давно не было, сухо там. Ну, почти. Ага, вот и то дерево. Главное самому сейчас не лохануться.

     Гарри перемахнул натянутую поперек тропинки очередную леску. Добежав до точки, он обернулся. Ну, наконец-то! Заметили! Уже хотелось повесить на леску флажки! А сколько счастья было на их лицах, когда они ВСЕ, ВТРОЕМ, перепрыгнули ловушку. Вот так же, наверное, выглядели первобытные люди, когда впервые применили палку, как оружие.

      Преследующие сбавили ход, когда увидели, что объект их внимания, спокойно стоит и дожидается их. При этом так ехидно улыбаясь. Парни заозирались по сторонам, ища подвох.

      — Подходите ближе, ближе! — произнес Гарри, подзывая недругов рукой.

      Троица вообще остановилась, справедливо полагая, что ничего хорошего с ними не случится, если они попробуют подойти.

      — Поттер, скотина, когда-нибудь мы тебя поймаем! — зло выкрикнул Дадли.

      — Так вот он я! — откликнулся Гарри. — Приди и возьми!

      Зло сплюнул Лени.

      — Ничего, вот вернешься домой, я тебе все припомню! — выплюнул слова Дадли.

      — Давно что ли памперсы не носил? — усмехнулся Гарри.

      — О чем это он, Дадли? — спросил Бадди-орангутанг.

      — Неважно! — рыкнул Дадли. — Пошли отсюда!

      Одарив Гарри злобными взглядами, преследователи удалились неспешным шагом, чтобы показать, что на самом деле они просто не стали связываться, а не испугались. А между тем, они свободно могли подойти, никаких ловушек между ними и Гарри не было. Сегодня.

     

     

     * * *

     

      — Еще раз добрый день, — произнес Гарри, подходя к веранде дома мистера Гапни.

     Старик, отложивший газету еще когда заметил подходящего мальчика, внимательно оглядел его.

      — Снова не догнали? — поинтересовался он.

      Гарри, улыбнувшись, отрицательно мотнул головой. Он извлек из сумки книгу и подал ее старику (сумку он благоразумно спрятал до того, как пошел на детскую площадку)

      — Мистер Гарт, — кивнул мальчик на книгу. — Рекомендует провести тщательную подготовку перед началом битвы.

      — Ты в самом деле, читал эту книгу? — слегка удивился мистер Гапни.

      — Не скажу, что в ней увлекательный сюжет, — ответил Гарри. — Но мне было интересно. А еще она отлично вводит в сон.

      — Я тоже ее так иногда использую, — усмехнулся мужчина и, покряхтывая, поднялся. — Пойдем, Мардж уже, наверное, испекла пирог. Будешь?

      — Пирог миссис Гапни?! — в голосе парня прорезалось возмущение от такого практически святотатственного вопроса…

     

      …На самом деле, вокруг всегда найдутся нормальные люди. Конечно, если запереться в скорлупе ненависти или выключить мозги, чтобы сбежать от реальности, то они не появятся. Вот чета Гапни. Сухой и желчный старик Теодор Гапни, поймал Гарри за тем, что тот тырит яблоки. Голод, понимаете ли, не тетка. До этого дети воровали из азарта, по приколу. А наказание мистера Гапни заключалось в том, что он заставлял съедать ворованное. А как бы за этим Гарри яблочки и брал. Старик отпустил его, так как съесть яблоки было условием получения свободы. А потом Гарри, идя прошлой осенью со школы, увидел, как мистер Гапни красит забор. Старик делал это явно с неохотой, очень не торопясь. И когда тот ушел, поставив банки с краской сразу за калиткой, у Гарри созрел план отличной шутки.

      В лучших традициях Тома Сойера, пока мужчина обедал, Гарри докрасил забор. И не только забор. Он и ручку калитки покрасил. И вот Гапни выходит, сначала с недоумением смотрит на свою руку, замаранную в краске. Потом поднимает глаза. Эх, жаль, что тут пока нет мобил с фотокамерами! Лицо мужчины в этот момент стало бы мемом! Гапни дошел до забора, и, видимо, не веря собственным глазам, потрогал его. В этот момент Гарри тихо ржал в кустах. Потом мужчина дошел до надписи, сделанной Гарри. «Спасибо за яблоки, было очень вкусно!». Ах да, у Гапни был характерный жест, подмеченный Гарри еще тогда, в момент наказания. Он так по бороде своей проводил, когда задумывался. Вот и сейчас он сделал то же самое… И чертыхнулся. Гарри кулак практически в рот засунул, чтобы не выдать себя ржачем…

     

      —…Приятного аппетита, Гарри, — миссис Гапни поставила перед парнем тарелку с двумя большими кусками пирога и большую чашку чая.

      — Спасибо, миссис Гапни! — прозвенел в гостиной радостный голос мальчика.

      Мистер Гапни добродушно усмехнулся и было потянулся к бороде… А ее не было. Да-да, ее пришлось тогда обстричь. Кстати, мужчине шла именно короткая борода, а то с длинной он выглядел, как глубокий старик. А теперь пусть и в возрасте, но вполне еще крепкий мужчина!

      Ах, эти яблочные пироги от Гапни! Гарри аж глаза закатил, когда откусил. Чуть с кислинкой, сочные! Манна небесная! То-то старик так яблоки стережет!

      — Миссис Гапни, как же вкусно! — возопил Гарри.

      — Не разговаривай с набитым ртом, Гарри, — ответила Мардж Гапни, улыбаясь при этом. — И не торопись. И вообще, почему ты опять сгорбился?

      — Простите, — улыбнулся мальчик и выпрямился.

      — Гарри, хорошие манеры, это очень важно, — произнесла женщина. — Даже если ты и не бываешь в высшем обществе, нужно уметь вести себя за столом и вообще.

      Мистер Гапни посмеиваясь в бороду, отпил чаю. Их сын уже давно выпорхнул из родительского гнезда. И теперь нереализованную заботу Мардж выплескивала на этого паренька. А тот и рад стараться. Хороший мальчик, знания впитывает как губка. Вот и сейчас он выпрямился. А потом подскочил и отодвинул стул.

      — Хорошо, Гарри, — кивнула Мардж, садясь. — Вижу, ты делаешь успехи.

      — За ваши пироги, миссис Гапни, я готов продать душу! — улыбнулся Гарри.

      Женщина польщенно улыбнулась в ответ.

     

     

     * * *

     

      Гарри не торопясь шел по тротуару. Плотно набитый живот настраивал на оптимистический лад, и даже предстоящее рандеву с опекунами и их сыночком не могло испортить хорошего настроения. Проходя мимо детской площадки, Гарри увидел сломанную скамейку. Видать, Дадли с дружками, не выместив зло на нем, сделали виноватой скамейку. Надеюсь, только ее, если они что-то сделали детям… Ух и веселая жизнь им предстоит! Парень свернул с тротуара. Так, они ее только вывернули из земли. Гарри попробовал поднять. Ну же! Парень напрягся изо всех сил. А, пошла!

      — Ого, да ты силен! — раздался сзади мужской голос.

      Гарри обернулся и увидел стоящего позади него мистера Вилкинсона. Здоровый, медведеобразный мужчина, стоял с ломом на плече, а на его лице было написано удивление.

      — Это как это ты? — мужчина подошел ближе. — Я поднять не смог!

      Гарри удивился в ответ.

      — Не знаю, — задумчиво произнес он. — Мне просто очень хотелось ее поднять.

      Мистер Вилкинсон покачал скамейку, которая встала в то место, откуда была выворочена.

      — Может вы ее сдвинули, а я просто уже подтолкнул? — предположил парень.

      — Ну, — мужчина посмотрел на Гарри. — Может быть. Ладно, ты иди, я тут сам закончу.

      — Ага! — улыбнулся парень.

      Вот еще один человек. Именно он сделал эту площадку. И теперь вся детвора с улицы проводила время на его участке. Однажды он поймал Дадли с дружками и хорошенько надрал им уши. Тетя даже разбираться бегала (естественно, дядя этого как бы не заметил, ну еще бы). Визжала сиреной, пока мужчина не показал на окно. Ах да, Гарри тут слегка помог. Окошко высадил так, что подумали на Дадли. После этого пару недель кузен и компания обходили площадку стороной, и до сих пор, если машина мистера Вилкинсона стояла возле дома, подходить опасались.

      Да, вот уехать бы в какую-нибудь школу-интернат и не видеть эти мерзкие рожи! И чего они так за него вцепились? Они же искренне недолюбливают его? Впрочем, это чувство взаимное. Наверное, какие-то деньги получают. За деньги дядя, наверное, вытерпит соседство с сатаной, даже если тот будет устраивать ежедневные оргии с его женой.

      Вот и «дом, милый дом». Гарри вздохнув, поднялся на крыльцо.

      — И где ты шляешься?! — встретил его визг тети. — Кто за тебя будет домашнюю работу делать, лентяй?!

      — Добрый вечер, тетя, — миролюбиво ответил парень, снимая ботинки.

      «Черт, опять отвалилась, — подумал он, смотря на ботинок, точнее на опять отошедшую подошву. — Снова шить придется».

      — И долго ты там, на ботинки свои пялиться будешь? — тетя уперла руки в бока.

      «У нее точно недотрах. Все же симптомы на лицо, — подумал Гарри. — Завела бы себе любовника, что ли? Дядя-то, понятно, наверное, и забыл, как его член выглядит».

      — Уже иду, тетя! — ответил парень, снимая куртку.

      Он не повесил ее на вешалку, а, проходя мимо своей комнаты под лестницей, забросил одежду туда. Дадли, тупая скотина, мог спрятать ее. Пару раз Гарри уже делал пробежку до школы в одной кофте. Впрочем, потом Дадли сделал то же самое, но возвращаясь домой.

      Сегодня гора посуды была чуть больше. И хвала богам, он пришел позже ужина. Наблюдать за приемом пищи Дурслями, то еще испытание. Особенно на контрасте с Гапни. Было полное ощущение, что стоишь в свинарнике. Только тетя как-то сдерживалась, а Дадли с дядей прямо-таки накидывались на еду, Гарри иногда казалось, что еще чуть-чуть и они начнут драться за очередную ложку салата. Буквально минут через десять после старта пустели тарелки с супом (глубокие и большие, словно тазики), горы салата исчезали с такой скоростью, словно они торопились на поезд. А потом происходила ежедневная сцена. Сначала дядя, сыто отдуваясь, откидывался на спинку стула и, пардон, пердел. Тетя возмущенно реагировала, а затем с другого конца стола следовало рыгание Дадли. Каждый чертов день. Словно какой-то ритуал. Потом следовало покрикивание со стороны дяди на Гарри, традиционное напоминание, что он тратит огромные деньги на его содержание. Восхищенный взгляд тети на Дадличка. Потом следовал подробный рассказ дяди о прошедшем дне, вплоть до того, что он ловко сэкономил деньги, сходив в туалет на работе, а, значит, не потратил воду и туалетную бумагу дома…

      — Поттер! — раздалось сзади шипение Дадли.

      Гарри покосился назад. Да, кузен, все-таки, сын своего отца, видимо по молодости дядя все же исполнял свои супружеские обязанности. Дадли так же сильно щурится, когда злится. И нос морщит тоже характерно.

      — Ну чего тебе? — равнодушно спросил Гарри.

      — Ты покойник, Поттер! — прошипел снова Дадли и кинулся на парня.

      Ага, сейчас. Гарри даже с некоторой ленцой увернулся, пригибаясь, чтобы не попасть под растопыренные руки кузена. Да, бить Дадличка нельзя, тетя со свету сживет, если синяк увидит. А то бы сейчас чьи-то почки в трусы-то бы вывалились! Загремели тарелки, кузен с его слоновьей грацией, естественно, не успел затормозить.

      — Что там у вас происходит?! — раздался взволнованный голос Петуньи.

      — Тетя, ничего страшного! — ответил громко Гарри.

      Тетя, тем не менее, буквально влетела на кухню.

      — Просто Дадли хотел мне помочь, тетя, — сделал виноватое лицо Гарри. — Не ругай его, пожалуйста!

      Дадли ошеломленно захлопал глазами, пялясь на кузена. А Гарри мило улыбнулся в ответ.

      — Ох, Дадли! — Петунья взмахнула руками и заквохтала. — Ты такой у меня молодец! Но Гарри должен сам делать свою работу! Пойдем, я поменяю тебе кофту.

      В глазах Дадли промелькнула тоска. Он знал, что мать так просто не отстанет. Наверняка сейчас загонит под горячий душ, чтобы мальчик не простыл. А у Петуньи еще, похоже, комплекс матери, в смысле, что она сама моет своего сына. В общем, часик точно Дадли обеспечено пристальное внимание тети. Классика. Уже ведь не первый раз такое происходит, а до этого дебила все никак не доходит. Посмеиваясь, Гарри повернулся к мойке.

     

     

     * * *

     

      Очнулся Гарри тогда, когда в его каморке погас свет и за стенкой раздалось ворчание дяди. Со вздохом парень отложил книгу. Жаль, она интересная оказалась. Почему-то раньше ему не попадалась эта книга Джека Лондона. Странно, рассказы его читал, а на «Мартина Идена» как-то даже не глянул. А роман, определенно, еще круче.

      Парень вытянулся на койке. Ноги почти уперлись в дверь. М-да, а когда он еще вырастет, что придется дверь не закрывать? Или выпилить отверстие специально под ноги? Да, чтобы дядю удар хватил? Идет он такой, утром и опа, ноги из двери торчат. Гарри хихикнул.

      Каникулы. Самое, наверное, скучное время года. Во время учебы удается пообщаться с другими детьми, а сейчас только с теми, кто живет недалеко. Да и то, многие из них уезжали во время каникул. Но ничего, можно и со взрослыми отлично проводить время, вот как сегодня.

      «Жаль, что днюха летом, даже не с кем отпраздновать. Блин, а завтра еще в этот зоопарк с родственничками переться! Может напакостить, чтобы дома оставили? Хотя нет, это же типа статусное мероприятие. Его обязательно возьмут, чтобы перед соседями сыграть в заботливых опекунов, типа никто не знает, как на самом деле дела обстоят».

     Гарри заложил руки за голову. На днях он увидел несколько документов, которые просматривал дядя. Похоже, скоро его все-таки сплавят в какую-нибудь школу-интернат. Поскорее бы. Уже реально заколебало тут жить. Мать их, как не надоедает день за днем только и делать, что экономить? Причем на какой-то херне, простите за французский. Покупать подгнившие овощи, самую дешевую туалетную бумагу (в которой, черт побери, втулка, наверное, толще слоя бумаги!), мыло, которое больше похоже на кусок пемзы. Дядя еще каждый месяц выезжал в коммунальную компанию, разбираться со счетами.

      Парень зевнул и, сняв очки, положил их на полку над головой.

      «Когда-то это кончится, — подумал он. — Может быть, я еще буду вспоминать это время с ностальгией. Даже немного жаль их. Ну вот что ждет Дадли? Он же не принц. Папа его не Рокфеллер. Какая девушка захочет… да хотя бы просто поговорить с ним? Утырок же, прости господи. Маменькин сынок в кубе! Хамло, свинья, ну и внешне совсем не Ален Делон. Так и будет жить с родителями, высасывая все больше денег. Как бы… Чего не сделал, такие вот и попадают потом в криминальную хронику…»

     

     

     * * *

     

      — Ура, мы едем в зоопарк! — раздался радостный вопль.

      Гарри открыл глаза. В этот момент сверху посыпалась пыль.

      — Просыпайся, Гарри! — раздавался ор Дадли, одновременно с глухими ударами сверху.

      — Вот баран, — проворчал Гарри, стряхивая пыль с одеяла.

      — Эй, просыпайся, просыпайся!!! — Дадли забарабанил в дверь. — Гарри, просыпайся, просыпайся!!!

      А у Гарри возникло острое желание открыть дверь с ноги.

      — Гарри, вставай, просыпайся, Гарри! — не успокаивался кузен.

      — Вот же дебила кусок, — поморщился Гарри.

      — Гарри, Гарри! — орал Дадли.

      А Гарри стало интересно. Догадается или нет кузен открыть дверь? Или ему просто нравится именно барабанить? О, ноги пошли в ход.

      — Дадли, не ломай дверь, — раздался голос дяди.

      — Но папа, Гарри никак не просыпается! — плаксиво ответил Дадли.

      — Гарри! — громко произнес дядя. — Быстро встал! Уже скоро завтрак! Сын, пошли в гостиную. Гарри, живо!

      — Но, папа!

      Удаляющиеся шаги. Гарри сел на кровати и открыл дверь.

      «Мать и почему я снова такой рахит? — подумал он, выходя и закрывая за собой дверь. — Все у меня через задницу! Нет, чтобы витязем стать или, я не знаю, могучим чародеем! Нет же…»

      Гарри вздохнул, увидев свое отражение в стекле двери.

      «Опять скелетина, в чем душа-то держится? И даже очки есть, да еще и круглые. Типа, а давай сделаем еще прикольнее и посмотрим, как он сейчас вывернется? Прошлого раза что ли не хватило? И вообще, какой смысл было в этого парня запихивать? Да еще и в Англию! Но хоть английский теперь, на уровне носителя, ха-ха!»

      — Ох, а вот и наш дорогой именинник! — в кухне раздавался радостно-визгливый голос тети.

      — С днем рождения, сын! — вторил дядя.

      Гарри открыл дверь в кухню.

      — А-ля-ля! — тетя, воркуя, потерлась носами с сыном.

      «О боги, очередная сцена высокой любви. Как же это зае… надоело!»

      — А ты приготовь нам завтрак, — однако, как резко у тети меняется тон.

      — Да-да, — Гарри прошел к плите.

      — И смотри, чтобы не подгорело! — напутствовала тетя.

      «Вот еще поязвишь и подгорит» — усмехнулся про себя Гарри.

      Тем временем Петунья закрыла ладонями глаза Дадли и повела его к куче подарков.

      — Я хочу, чтобы все было идеально! — ворковала тетя. — В день рождения моего Дадлика!

      — Пошевеливайся, принеси мне кофе! — рыкнул Вернон Дурсль.

      — Уже лечу, — ответил Гарри.

      «Только перо в задницу вставлю»

      — Они великолепны, правда!? — это Петунья довела сына до подарков.

      Дадли замер, беззвучно шевеля губами.

      «О боги, ты бы еще пальцы загибать начал!» — покачал головой Гарри.

      — Почему подарков только тридцать шесть? — мрачно поинтересовался Дадли.

      «Да, определенно не хватает мозгов! Прости, Гудвин в отпуске!»

      — Ваш кофе, мистер Дурсль, — Гарри поставил чашку перед дядей. — Что-нибудь еще?

      «Например, яду? Хотя…»

      — А мне плевать, что они больше! — орал Дадли.

      — Подожди, дорогой, — успокаивала разошедшегося недоросля Петунья. — Вот что мы сделаем. Когда поедем в зоопарк, купим еще два подарка! Ты доволен, малыш?

      «Что, неужели мы все-таки заедем в Изумрудный город?»

     

     

     * * *

     

      Дурсли, как обычно, собирались долго. Пока Дадличка нарядят, пока тетя поохает, какой он красивый. Да, как будто борова в костюмчик нарядили. Блин, лучше бы они подарили сыночку абонемент в фитнес-клуб и чай для похудания.

      Из соседнего дома вышла девушка, лет двадцати. Мэри Боунс.

      «Ох, красива, черт меня дери. Да, а мне десять. Ну, одиннадцать почти. А все-таки гормоны и в самом деле серьезная штука! Вот смотрю на красотку… Не, все ок, она мне нравится. Но как-то… Вежливо».

      — Добрый день, Мэри! — улыбаясь, помахал рукой Гарри.

      — О, Гарри, привет! — улыбнулась девушка.

      — Хорошо выглядишь, Мэри! — продолжал парень. — Будь мне хотя бы шестнадцать, я бы тебя отбил у твоего парня!

      — Спасибо, Гарри! — весело ответила Мэри. — Жаль, что тебе не шестнадцать!

      — И мне жаль, — парень подошел ближе.

      — Гарри, ты где шляешься опять? — проревел из дома старший Дурсль.

      — Как всегда, только заговоришь с красивой девушкой, — вздохнул Гарри. — Прости, Мэри, у дяди опять приступ боязни открытого пространства. Пойду, выведу его, а то бедняга так и будет стоять возле дверей.

      Девушка захихикала. А Гарри, махнув рукой, подошел к дому. В этот момент Дурсли, наконец-то, вывалили наружу. Дадли, проходя мимо, толкнул Гарри плечом.

      «Запишем» — сощурился тот.

      Тетя открыла переднюю пассажирскую дверь. Гарри, вздохнув, пошел к задней, вслед за кузеном. И тут дядя, внезапно, захлопнул дверь перед его носом.

      — Предупреждаю тебя, — произнес Вернон, превратив глаза в щелочки.

      Интересно, он думает, что так страшнее выглядит, что ли? Выходит карикатурно.

      — Любое баловство, хоть какое-то, — продолжал дядя, помахивая перед лицом Гарри ключом от машины. — И ты не будешь есть целую неделю. Садись.

      «Ну да, как же без ЦУ» — покачал головой Гарри.

     

     

     * * *

     

      «Скажите мне, какой интерес ходить и пялиться на змей? — думал Гарри, прислонившись к столбу. — Никогда этого не понимал. Ну, капец».

      Гарри приложил руку к лицу, когда Дадли принялся яростно стучать в стекло и требовать, чтобы змея начала ползать.

      «Человек может уехать из деревни. Но вот деревня из человека… — парень покачал головой. — Надеюсь, меня не загребут вместе с ними?»

      — Неинтересно! — громогласно заявил Дадли. — Она не ползает!

      «Зато некоторые макаки, наверное, отлично развлекают местных обитателей!» — хмыкнул Гарри.

      Нет, ну право слово. Остальные посетители спокойно ходят, смотрят. Даже дети. А Дадли выделяется, кусок фанеры, мля!

      «Петунья, ты что, реально слепая? Ты же натурально дегенерата растишь! Он скоро срать начнет прямо на ходу! Потому что захочет и все тут! Сука, как же они меня бесят! Дал же бог родственничков! Лучше бы в приют отдали».

      Вернон все-таки соображает. Вон сунул сыну булку какую-то. Но сделал только хуже. Люди вокруг стали обходить чету Дурслей по широкой дуге. Еще бы, вы бы тоже постарались держаться на расстоянии от человека, который запихнул в рот булку целиком, а потом, роняя на землю непережеванные куски, пытался ее проглотить.

      — Дадличек, вот, запей! — буквально пропела Петунья, подавая сыну бутылку с водой.

      «Меня сейчас стошнит! Блин, налейте в корыто, так ему будет гораздо удобнее! И привычнее».

      Гарри отошел подальше. Встав спиной к одному из закрытых стеклом отсеков, он оперся локтями на перила и прикрыл глаза.

      «Когда же уже закончится этот «праздник»? Такое ощущение, что меня пригласили в фильм ужасов… И как-то слишком уж затянули со вступлением. Где уже этот маньяк? Убейте, блин, меня!»

      Парень тяжело вздохнул.

      «Эх, вот бы камеру мне. Снимал бы, да выкладывал на ютуб. Реально бы денег поднял. За кретинами всегда интересно наблюдать. Боги, еще столько интернет ждать! Надеюсь, тут все также будет? Сколько это получается? Так, сейчас девяносто первый… Так, а у нас появился в году восьмом. Тут, наверное, пораньше… Допустим, в пятом. Мать моя женщина, еще четырнадцать лет! Мне уже… двадцать пять будет. А не, норм. Там мне уже тридцатник был. Вот интересно, а если я поеду сейчас в Россию… а нет, тут еще вроде СССР… Короче, встречу ли я себя? Вот и бы проверил, тот же самый это мир или параллельный».

      Петунья слегка покраснела и что-то сказала, явно укоряюще, Дадли. А тот осклабился своей улыбкой идиота. Стоявшие невдалеке две девочки переглянулись, потом обернулись на семейство Дурслей и, зажав носики, отошли подальше. Гарри закатил глаза.

      «Валить! Куда угодно, только подальше от этих клоунов! А то не дай бог, еще заразишься!»

      Гарри отвернулся от этого зрелища.

      — Видишь, — сказал он змее. — С какими придурками приходиться жить. Ты, наверное, таких тут немало видишь, а?

      Змея слегка приподнялась, будто вслушиваясь в речь Гарри. А тот прислонился лбом к стеклу.

      — Мне надо в туалет! — раздалось сзади громогласное требование, капризным голосом.

      «Чтоб тебя там смыло! Ух, бля!»

      Гарри отпрянул от стекла, потому что змея внезапно оказалась прямо перед его носом, отделенная лишь стеклом. Она внимательно так смотрела на парня, покачивая хвостом.

      — Ничего себе! — парня аж в холодный пот бросило. — Блин! Хорош пугать!

      — Гарри Поттер! — раздался взвизг тети.

      — О, неужели, — выдохнул Гарри и усмехнулся. — Ладно, пока!

      Он повернулся, чтобы уйти…

      — Прос-с-стите, — раздался чей-то тихий шипящий голос. — До с-с-свидания!

      Парень обернулся. Змея в этот момент уже уползала. Гарри обвел глазами окрестности. Люди были довольно далеко. Что за приколы?

      — Похоже, я схожу с ума, — провел ладонью по лбу Гарри.

     

     

     * * *

     

      Гарри вошел в гостиную. Дяде внезапно захотелось о чем-то побеседовать.

      — Иди сюда, Гарри, — произнес дядя.

      Рядом с ним сидела Петунья. Какая-то больно радостная, словно Дадли в отряд космонавтов пригласили.

      — Гарри, — дядя тоже прямо-таки лучился добродушием. — Ты уже достаточно взрослый…

      «Начало необычное. Особенно для Дурсля. Что-то тут нечисто»

      — Скажу напрямую, — продолжал Вернон. — Этой осенью ты поедешь учиться сюда.

      И дядя протянул Гарри какой-то буклет. Тот взял его.

      «Woodhouse Grove School. Частная школа-пансион…»

      Гарри, не веря своему счастью, поднял глаза на дядю. И тот, видимо, не понял, отчего парень смотрит на него таким слегка ошеломленным взглядом.

      — Что? — резковато спросил он. — Это хорошая школа! Вполне на уровне и к тому же недорогая!

      «А, вот в чем его интерес. Наверняка выбрал самую дешевую! Да и пофиг! Когда вещи собирать?!»

      — И когда? — спросил парень.

      — Сразу как тебе исполниться одиннадцать, — ответил Вернон Дурсль. — У них есть летние курсы. Видишь, Гарри, как я забочусь о тебе! Плачу за твое обучение!

      «И вот это меня и настораживает. Что за аттракцион невиданной щедрости?»

      — Ага, спасибо, — произнес парень.

      — Гарри будет жить в приюте! — заглянул в гостиную младший Ду… рсль. — В приюте! И никаких чудес!

      «Да, кстати, мне же нужно попрощаться будет!» — чуть улыбнулся Гарри.

      Звякнула шторка письменного ящика на входной двери. Парень на автомате пошел за почтой. И тут, внезапно, дядя вскочил и пронесся к двери скорым поездом.

      «Что это с ним?» — удивленно проводил Вернона взглядом Гарри…

     

      …Гарри, домыв посуду, шел в свою комнату. Был уже довольно поздний вечер. Дядя зачем-то растопил камин, и это в июле-то! Они вообще на пару с тетей в последнее время себя странно ведут. Почти не кричат. Но определенно на взводе.

      Вернон, когда Гарри проходил мимо, обернулся и улыбнулся какой-то подленькой улыбочкой. И кинул в огонь какие-то письма.

      «Да, это вовремя я отсюда сматываюсь, — подумал парень. — У него же явно не все дома!»

      Гарри хмыкнул и прошел к двери своего закутка. По пути глянул на входную дверь, к которой был наискось прикручен деревянный брусок, пересекающий щель почтового ящика. Это дядя сегодня утром, хихикая как идиот, прикрутил на саморезы, приговаривая, что вот теперь письма никак не смогут прийти. В общем, клиническая картина вырисовывалась какая-то пугающая. Свалить бы до того, как Вернона увезут в соответствующее учреждение.

      — А-а! — раздался крик дяди, когда Гарри уже был в своей комнатушке.

      «Блин, неужели уже началось?»

      Парень осторожно выглянул за дверь. От входной двери пронесся Вернон Дурсль, с натурально охапкой писем. Гарри захлопнул дверь и поискал, чем бы ее зафиксировать.

     

     

     * * *

     

      «Они окончательно еб… лись!» — думал Гарри, смотря на хижину, в которую тащил их Дурсль.

      Какая-то натурально лачуга. Серые доски, щели. Нихрена себе домик у моря! Будто дядя его лично и делал, у него руки, как из задницы, даже гвоздь в стену вбить нормально не может. Между тем погода становилась все хуже. Явно скоро польет дождь. Гарри поежился от весьма бодрящего ветерка.

      — Я не хочу тут жить! — заныл Дадли, и Гарри впервые в жизни был с ним солидарен.

      — Это всего на четыре дня! — дядя продолжал напрягать.

      Его движения были какие-то резкие, порывистые. Впрочем, тетя убежала недалеко. Она сейчас проигнорировала жалобы сыночка! Вот это реально чудо!

      — Мама, поедем обратно! — ныл Дадли.

      — А ну-ка тихо! — рыкнул старший Дурсль. — Сказано же, на четыре дня!

      На Гарри навьючили сумки. Но Вернон и тетя тоже тащили багаж. И это было удивительно. Они так спешили в этот дом… Причем на их лицах нет-нет, да промелькивал испуг.

      «Опа! Ы-ы-ы!»

      Это Гарри наступил на шнурки, что тащились за ботинками Дадли. Мама не завязала же! Толстяк, естественно, тут же навернулся, да еще так удачно, прямо лицом в грязь.

      — Мама, мне Гарри подножку поставил! — заверещал Дадли.

      И тут Гарри, уже приготовившийся к наезду, удивленно вскинул брови. Петунья, ни слова не говоря, подняла сына, засунула шнурки в ботинки и подтолкнула Дадли к хижине.

      — Давайте быстро в дом! — сказала она.

      Оба парня неверяще смотрели вслед взрослым. Дадли обернулся на Гарри. И на его лице пропечатался испуг, когда он увидел довольную, злую и предвкушающую такую усмешку на лице кузена. Толстяк тут же заторопился вслед за родителями.

      «Интересно, дядя что, от кредиторов бегает? — думал Гарри, идя в хижину. — Странно это все. Чтобы Дурсль кому-то задолжал? Хрень какая-то».

      Когда парень уже вошел в дом, по крыше забарабанили первые капли.

      Дождь пошел серьезный, не сильный, но сразу понятно, что надолго. Как-то быстро навалилась ночь, но вне города всегда так. Убогая обстановка только подчеркивала общую нервозность. Дядя, всегда буквально источавший довольство собой, был какой-то злобно задумчивый. Тетя иногда вскидывала голову и прислушивалась к чему-то. Дадли сейчас был самый спокойный, но сидел не за столом, а в углу и грыз кральку копченой колбасы.

      «Что-то мне все больше кажется, — думал Гарри. — Что на улице гораздо уютнее».

      Парень посмотрел в окно. Снаружи было ничего не видно, лишь лицо парня отражалось в грязном стекле.

      «Давненько тут не убирали» — подумал Гарри, проведя пальцем.

      Он вытер грязный палец о штаны. В этот момент беззвучно сверкнула молния, осветив на краткий миг окрестности. Следом раскатисто рыкнул гром. Хорошо бабахнуло! Черт, как бы крышу у этого… строения не сняло!

      — Гарри, отойди от окна! — нервно выдала тетя.

      Парень обернулся на них. Самое странное, что его лично совершенно не напрягало, ни ненастье, ни мрачность атмосферы. Честно говоря, ему нравилось это состояние Дурслей. Обстановка? Комната под лестницей, тоже, знаете ли, не номер люкс.

      «Кстати, а почему, раз уж так стало надо уехать, мы не остались в той гостинице? Родственнички выбежали из нее, словно за номер душой расплатиться предложили».

      Гарри отошел от окна. В комнате стояла какая-то звенящая тишина, разбавляемая только шелестом струй, да непрерывным стуком капель по крыше. От двери ощутимо тянуло прохладой и запахом дождя. Так-то довольно свежо!

      — Может разжечь камин? — предложил парень.

      Дядя с тетей синхронно вздрогнули и с каким-то чуть не ужасом посмотрели на Гарри.

      «Чего?» — недоуменно подумал тот, слегка приподняв бровь.

      — Всё, все спать! — голос Вернона был громкий… и какой-то напряженный.

      Он тут же встал из-за стола и, бросив странный взгляд на племянника, поднялся наверх по скрипучей лестнице, прихватив длинный сверток, что стоял у стены. Петунья, вообще ни на кого не посмотрев, юркнула следом за мужем.

      «Да что с ними не так?» — Гарри наморщил лоб, смотря им вслед.

      Тут Дадли, с удивительным для него проворством, занял единственный диван. Собственно, на него никто и не надеялся, но эта опаска Дадли Гарри понравилась. Похоже, и до этого дятла начало кое-что доходить.

      «Да ну похрен! Что, мне тут сейчас окочуриться от холода?!»

      — Эй, ты чего там делаешь? — спросил с дивана Дадли.

      — А что, непонятно? — ответил вопросом Гарри.

      Он вытащил из газеты дяди, которую тот так и не стал читать, пару листов и, подойдя к камину, присел на корточки. Сложив поленья так, чтобы образовалась этакая пещерка, он сунул туда скомканную в трубочку газету. Спички, здоровые такие, длинные, лежали на приступке, сверху то есть. Кажется, они называются охотничьими. Гарри чиркнул спичкой и поджег бумагу.

      — Папа не разрешил это делать! — снова встрял кузен.

      — Слушай, спи уже, — ответил Гарри.

      Дадли, удивленный таким его тоном, замолк.

      — Слышь, Дадли, — произнес Гарри. — Что происходит, а?

      Кузен откликнулся не сразу.

      — Это все из-за тебя! — пришел ответ, наполненный злобой.

      — Из-за меня? — удивился Гарри.

      — Да! — Дадли сел на кровати. — Если бы не ты!..

      Тут в дверь неожиданно и очень уверенно так, даже не постучали, а натурально загрохотали.

      «Так, похоже, те, от кого мы тут прячемся, все-таки нас нашли».

      — Кто там?! — раздался сверху визгливый голос тети.

      Гарри вскинул голову и увидел… Дядю с ружьем наперевес! Зажегся свет и тут дверь сотряс сильный удар. Еще один. Гарри подтянул к себе кочергу. От следующего удара с жалобным каким-то звоном отлетела задвижка… А дверь вообще рухнула внутрь дома!

      «Мать моя!» — сглотнул Гарри, увидев в дверном проеме здоровую фигуру.

      Незваный гость шагнул внутрь.

      «Пора валить» — со всей четкостью понял Гарри, увидев косматого мужика, который вошел внутрь так, будто натягивал на себя эту хижину. Парень потихоньку стал смещаться в сторону окна.

      — Уходите! Я буду стрелять! — в голосе дяди мало того прослеживались истеричные нотки, так в конце он еще и петуха дал.

      «Ну, черт побери, тут окна, похоже, серьезнее дверей!» — оценил тем временем Гарри оконную раму.

      Тут гость вышел на свет.

      «Мама дорогая!» — оценил Гарри увиденное.

      Мужик был мало того огромен, до кучи, имел бороду, да такую, что любой байкер бы любимый мотоцикл отдал. На нем был длинный плащ, такого размера, что в нем подозревался чехол для танка! А в руках небольшой зонтик. Точнее, зонт-то был нормального размера, просто на фоне владельца он реально смотрелся детским.

      — Я извиняюсь, — прогудел мужчина.

      Совершенно не обращая внимания на Дурслей, он, пройдя внутрь, обернулся, наклонился и, подняв дверь, прислонил ее к косяку. Шум дождя стал тише.

      — Я не знаю, кто вы, сэр! — Вернон Дурсль заговорил на диво уверенным голосом. — И кто вам дал право врываться сюда!..

      Тут мужик как-то резво, особенно для своей комплекции, шагнул к дяде и просто вытащил ружье у него из рук. Скрежет металла, и гость вернул дяде его ружье… с завязанным в узел стволом.

      — Заткнись, Дурсль, — посоветовал великан, а потом посмотрел на отчаянно пытающего слиться со стеной Дадли. — Здравствуй, Гарри. Тебя и не узнать совсем. В последний раз мы виделись, когда ты был еще в пеленках.

      «Опачки!» — Гарри, естественно, не стал стоять на виду, а спрятался за выступ камина и слушал оттуда.

      — С последней нашей встречи ты здорово изменился, — продолжал рокотать мужчина, при этом в его тоне не прослеживалась злость или что-то типа того.

      Наоборот! В голосе гостя явственно звучали такие… Добродушные, что ли нотки!

      — Особенно в талии, — чуть хохотнул мужчина.

      — Я… я… — проблеял Дадли.

      — Что? — спросил мужчина.

      — Я не Гарри! — буквально пропищал кузен и, сука, посмотрел прямо на Гарри.

      «Ну, бля!» — подумал тот, осторожно выходя из своего укрытия.

      — Да, — сказал великан. — А я уж думал, что с годами зрение подводит меня. Да, теперь сомнений нет. Ты так похож на своего отца, Гарри. Прямо вылитый Джеймс. А глаза как у матери.

      — Простите, сэр, — произнес Гарри, заинтересовавшись. — Вы знали моих родителей?

      — Знал? — мужчина явно возбудился и Гарри на всякий случай попятился. — Знал ли я Джеймса и Лили?! Они были моими друзьями! Ну почти. Твоя мать, Гарри, вообще ко всем относилась с душой…

      — С душой?! — внезапно взвизгнула тетя и, отодвинув в сторону все еще ошарашено смотрящего на ружье мужа, в каком припадке смелости спустилась вниз. — Она была ненормальная! Как уехала в этот проклятый Хогвартс! Каждое лето она приезжала домой и с ней все носились, как с каким-то чудом! И все время, Лили то, Лили это! Только я знала ей настоящую цену! Она была чудовищем, настоящим чудовищем! А родители ей гордились, будто она стала королевой Англии! Ненавижу!!!

      Петунья сверкала глазами, совершенно безбоязненно стоя напротив огромного мужика.

      — А потом в школе она встретила этого Поттера! Они уехали вместе и поженились, и у них родился… Этот! — Петунья ткнула в сторону Гарри. — И, конечно же, я знала, что он будет такой же, такой же странный, такой же… ненормальный! А потом, видите ли, их убили!!! А нам сунули этого… этого!!!

      «О, а тут клиника, я гляжу, — Гарри покачал головой. — Похоже, кое-кто бывал в местах, где стены обиты мягким. Так, стоп. Убили?».

      Дядя, видимо, тоже воодушевившись, спустился вниз и, наставив живот на великана, попытался изобразить из себя мужчину. Вышло… Забавно. На гостя явно не действовали его глаза-щелочки и суровый вид на одутловатом лице.

      — Я бы попросил вас покинуть этот дом! — заявил Дурсль. — Это частные владения! Немедленно!

      Великан явно развеселился, смотря на эту парочку. Бабенка с бигудями в волосах (вот это реально Гарри никогда не понимал, неужели она считала, что вьющиеся волосы превратят ее в красотку?), дядя со стоящей пыром прической и изображающий какого-то языческого божка.

      — О, грозный магл собирается остановить меня? — поинтересовался гость и, утратив веселость, навис над Дурслями.

      «Атмосфера перестает быть томной!»

      — Эй, давайте все успокоимся! — поспешно заговорил Гарри и, посмотрев на гостя, спросил. — Для начала, как вас зовут, уважаемый?

      — А, конечно, ты же был совсем маленький и не помнишь меня, — великан вдруг как-то резко подобрел. — Я Рубеус Хагрид, смотритель садов и хранитель ключей Хогвартса. Зови меня просто Хагрид, Гарри. Меня все так зовут.

      — Ну, мое имя, вы, судя по всему, знаете, — произнес парень. — Теперь давайте по порядку…

      — Ох, я совсем забыл! — Хагрид хлопнул себя по лбу… И дядя с тетей побледнели от этого хлопка, который чуть не поднял пыль во всем доме. — У тебя же сегодня день рождения, Гарри!

      Он пошарился в карманах своего необъятного плаща и извлек на свет божий картонную коробку.

      — Вот, — улыбнулся мужчина. — Сам испек. Только я, похоже, немного сел на него. Но ведь из-за этого он не стал менее вкусным, не правда ли?

      — А, спасибо, — озадаченно произнес Гарри, принимая подарок.

      — Открой его, — Хагрид сейчас выглядел, ну чисто как подросток. — Я написал там…

      Гарри открыл коробку.

      «С днем рождения, Гарри» — было написано на шоколадном фоне зеленым кремом.

      — Мне приятно, — вежливо улыбнулся парень, кладя коробку на небольшой столик, рядом с диваном. — Спасибо.

      — Я очень рад, что тебе понравилось, Гарри! — расцвел великан.

      «Так, похоже, у меня с ним прокачана симпатия».

      — Дадли, я запрещаю тебе брать то, что даст этот человек! — дядя опять попытался задействовать яйца.

      — Да с чего это я должен что-то давать этому свину?! — возмутился Хагрид.

      — Не смейте так говорить о нашем сыне! — это уже не выдержала тетя.

      — Но он же толстый, как будто его надули, как лягушку! — выдал великан.

      — Вы не имеете права! Я… — воинственно заявила Петунья.

      И тут Хагриду видимо надоели эти визги.

      — А ну-ка замолчали! — рявкнул он, да так, что Дадли испуганно заголосил, и из того угла, куда он забился, совершенно явственно мерзко запахло.

      Гарри и сам слегка стреманулся, только на одной воле заставив себя остаться на месте. Тетя рефлекторно спряталась за мужа… который и сам сейчас страстно желал куда-нибудь спрятаться. Старший Дурсль как-то разом вспотел, как будто его водой облили.

      — Так-то лучше, — проворчал Хагрид и посмотрел на Гарри. — Прости, я тебя не слишком напугал?

      — Да чуть в штаны не наложил, — честно признался парень.

      Тут запах из угла дошел и до Хагрида. Мужчина поморщился.

      — А кто-то, все-таки, наложил, — произнес он. — Надо же, как ядрено. Даже в зверинцах Хогвартса пахнет поприятнее. А ты храбр, Гарри. Прямо, как твои родители!

      Великан растроганно вздохнул.

      — Эм, а вы не могли бы рассказать про них? — спросил Гарри.

      — А ты что, ничего не знаешь? — удивился Хагрид.

      — Только то, что они погибли в автокатастрофе, — ответил парень, не став добавлять слова Вернона и Петуньи, что родители были пьяные, под наркотой и вообще были чуть не воплощением всех пороков.

      Просто зная этих… людей, он подозревал, что в их рассказах немало откровенного вранья!

      — В автокатастрофе?! — опять возмутился Хагрид и смерил Дурслей уничтожающим взглядом.

      — А что мы могли еще сказать? — пискнула Петунья из-за спины мужа.

      — Правду!!! — загремел Хагрид. — Как вы могли… То есть Гарри не знает ничего?! Вообще ничего?!

      Вернон побледнел, как покойник, а потом резко побагровел. Как бы его удар не хватил!

      — Да, он не знает! — а тетя ничего, держится. — Мы хотели воспитать Гарри нормальным! Без этих ваших… ваших!

      — Молчать!!! — рявкнул великан.

      «Кого-то сейчас побьют» — со странным спокойствием подумал Гарри.

      — Вы! Чертовы маглы! Как вы могли, не рассказать Гарри о том, кто он?! — Хагрид, такое ощущение, становился все больше.

      Стук упавшего тела. Ага, минус один, тетя ушла в перезагрузку. Ага, а дядя все-таки покрепче оказался, кто бы мог подумать. Но… Гарри поморщился, увидев на штанах Дурсля расплывающееся темное пятно. Сброс напряжения, так сказать, все-таки произошел. Так, и кто же были родители?

      — Хагрид, — снова обратил на себя внимание великана Гарри. — Так кем же были мои родители?

      Мужчина, грозно сопя, еще подавил старшего Дурсля аурой физического превосходства, а потом посмотрел на парня… И улыбнулся!

      «Что-то больно подвижная у него психика!» — с опаской подумал Гарри.

      — Они были волшебниками, Гарри, — произнес Хагрид. — И ты, Гарри, ты тоже волшебник!

      Парень некоторое время смотрел на великана. На его лицо, помимо воли, выползло недоверчивое выражение.

      «Так, а, похоже, товарищ-то, был соседом по палате с тетей!»

      — Отлично, — выдохнул Гарри.

      «Не будем его злить! А то, как разойдется!»

      — Хорошо, волшебники так волшебники, — миролюбиво произнес парень. — А… Ну, какие? Там огня или воды?

      Хагрид недоуменно посмотрел на него. А потом расхохотался.

      — Ну, ты даешь, Гарри! — сквозь смех, произнес он. — Хорошая шутка! Волшебник воды!

      «Рад, что тебе весело. Блин, что-то мне моя комната под лестницей все больше нравится».

      — Гарри, не бывает таких волшебников, — заговорил Хагрид. — Конечно, маги могут управлять стихиями, но такого деления нет. Есть анимаги, колдомедики. Некроманты, не к ночи упомянутые. Нет, кому-то нравится больше со стихийными началами возиться, но только если сил маловато.

      — Ну, а мои мама и папа? — Гарри продолжал заговаривать зубы мужчине, чтобы тот опять не пошел на баррикады.

      — О, они были очень сильными волшебниками, — ответил грустно Хагрид. — Отец, защищая тебя, в одиночку разобрался с четырьмя Пожирателями. Но… Тот-Кого-Нельзя-Называть убил его. Как и твою маму. Эх, прошло столько лет, а все еще так тяжело про это говорить…

      — Тот-Кого-Нельзя-Называть? — вычленил странный термин Гарри.

      — Мы так зовем его, — ответил Хагрид.

      Он легко, одной рукой, пододвинул довольно массивный диван поближе к камину и уселся на него. Вернон, видя, что на него больше не обращают внимание, тихонько стал отходить ближе к Дадли. И поморщился от запашка.

      — Ты не знаешь, поэтому я скажу его имя, — Хагрид сморщился, будто съел что-то мерзкое. — Волан-де-Морт, будь проклято это имя! Очень могучий темный маг был.

      «Твою же мать! Это что, какое-то ток-шоу? Что за ролевые игры? Какой к дьяволу, темный маг? А может, я сейчас тупо сплю?»

      Тем временем Хагрид достал откуда-то пакет с сосисками.

      — Пока летел к тебе, проголодался, — извиняющимся голосом пробасил мужчина. — Далеко же вы забрались. Ох! Я совсем забыл! Вот, это тебе, Гарри!

      Великан протянул парню конверт. Какого-то странного, слегка желтоватого цвета. На нем не было никаких марок и вообще изображений. Витиевато выведенные буквы сообщали, что получатель сего письма есть мистер Гарри Поттер и проживает вышеозначенный господин… В хижине у моря.

      «Что за бред?» — нахмурился парень и вскрыл конверт.

     

     

      ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»

      Директор: Альбус Дамблдор

      Кавалер ордена Мерлина I степени,

      Великий волшебник, Верховный чародей Визенгамота, Президент

      Международной конфедерации магов.

     

      Дорогой мистер Поттер!

     

      Мы рады сообщить Вам, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс».

      Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов.

      Занятия начинаются 1 сентября. Ждем вашу сову не позднее 15 августа.

     

      Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл, заместитель директора.

     

     

      «Шизофрения продолжала прогрессировать» — думал Гарри, читая письмо.

     

      — Он не поедет туда! — о, похоже, у дяди накопилось немного смелости. — Я не собираюсь платить какому-то старому шарлатану за то, что он будет обучать каким-то фокусам!

      «Ну, вот какого хрена?! Только же успокоил этого байкера! Похоже, у кого-то отключился инстинкт самосохранения!»

      Между тем Хагрид насупился и поднялся с дивана.

      — Никто! — хижину снова потряс его громогласный голос. — Никто не смеет говорить плохо в моем присутствии об АЛЬБУСЕ ДАМБЛДОРЕ!

      При этом он достал свой зонт и тыкал им в сторону Дурсля.

      «Похоже, это его кумир» — пришла мысль Гарри.

      Тут из угла пахнуло новым «свежачком». Дядя вжался в стену, похоже, сильно раскаиваясь, что вообще что-то сказал. А Гарри поймал себя на том, что его буквально распирает злорадство.

      — Клянусь яйцом дракона, это просто уже невозможно! — Хагрид направил зонт в сторону Дадли. — Экс-куро!

      И тут Гарри открыл рот. Хагрид, одновременно с произнесением этого слова, изобразил кончиком зонта сначала круг, а потом что-то вроде буквы «S». Раздался легкий треск. И в комнате запахло… клубничным мылом.

      — Ну вот, так-то лучше! — удовлетворенно произнес великан, пряча зонт.

      — А-а-а! — из угла буквально вырвался Дадли…

      Пижама на нем имела странный вид. Все, что было ниже пояса, отсутствовало. Сверкая голой задницей, кузен рванул по лестнице наверх, продолжая подвывать.

      — Так, Гарри, — произнес Хагрид, как ни в чем не бывало.

      Он достал старомодные часы, ну те, которые носят в кармашке и открыл крышку.

      — Ого, уже столько времени прошло! — произнес великан. — Нам надо поспешить!

      — Куда? — спросил Гарри первое, что пришло в голову.

      — Купить тебе все, что необходимо для учебы, конечно! — с воодушевлением произнес Хагрид. — Давай, собирайся!

      Тут вся соль ситуации, наконец, добралась до мозга Гарри.

      — Твою мать, что это было?! — придушенно произнес он.

      — Ого, какие слова ты знаешь, — с неудовольствием произнес Хагрид, многообещающе посмотрев на Вернона.

      — Какие, к дьяволу слова, ебаться в кружку?! — Гарри реально затрясло. — Что это вообще, нахрен было?! Что за пиздец случился с одеждой?!

      Хагрид удивленно смотрел на парня, даже рот приоткрыл. А потом он шагнул к какому-то взъерошенному парню. Тот отшатнулся, глаза его были круглыми.

      — Слышь, иди в жопу! — пятился Гарри. — Никуда я с тобой не поеду!

      — Гарри! Ты чего, Гарри?! — недоумевал Хагрид, протягивая руку.

      — Отвали! — парень явно впал в шок. — Не подходи!

      Прямо на глазах дяди и Хагрида, в руку Гарри сама собой скакнула кочерга.

      — О, боги! — теперь уже и великан заволновался. — Гарри! Успокойся!..

     

      … Старая хижина, которая уже стояла здесь не один десяток лет, а может и всю сотню, будто подпрыгнула на месте. Зазвенели стекла, а через вход, доламывая дверь, буквально вылетел наружу здоровый мужик.

      Хагрид сел и потряс головой. А потом вдруг улыбнулся.

      — Хороший волшебник получится, — произнес он и повторил слово, которое произнес Гарри. — Пиздец? Хе. В кружку? Хе.

      С кряхтением, мужчина встал и, подойдя к дверному проему, осторожно заглянул внутрь. Вернон Дурсль все же превысил свой порог восприимчивости и, мирно съехав по стене, сидел, уронив голову на грудь. А в начале полосы обломков (да-да, диван, все же, не уцелел), стоял Гарри и с крайне охреневшим видом, смотрел на собственную вытянутую вперед руку.

      — Мать моя женщина, — сдавленно произнес он.

      — Как я и говорил, — Хагрид осторожно вошел внутрь. — Ты волшебник, Гарри.

      — Вот это номер! — на губах парня появилась слабая улыбка. — Вот это нежданчик! Нихрена себе! Да я, блять, гребаный маг!!! Сраный, чертов волшебник!

      Хагрид, слегка улыбаясь и одновременно морщась от бранных слов, подошел ближе.

      — Гарри ты это… — негромко сказал он. — Только в Хогвартсе так не ругайся, хорошо?

      — Чего? — парень, похоже, не слышал мужчину, пребывая в возбужденном состоянии.

      В этот момент Хагрид что-то кинул под ноги Гарри. Раздался звук, будто кто-то большой, прямо-таки огромный, с силой втянул в себя в воздух. И парень, не успев даже удивиться, закатил глаза и повалился на землю.

      — Чертовы Дурсли, — проворчал Хагрид, поднимая Гарри. — А если бы за Гарри пришел кто-то не такой большой?

      С парнем на руках, Хагрид вышел из хижины и растворился в ночи. А еще минут через десять, в хижину зашли два человека. Одеты они были странно. В длиннополые старомодные плащи, высокие сапоги.

      — Какая бурная реакция, — заговорил один, причем женским голосом. — Похоже, из маглорожденных. Но силен. А я думала, с чего это Хагрида отправили.

      — Давай закончим быстрее и пойдем, выпьем, — ответил второй юношеским голосом. — Проклятый ветер все тепло выдул, пока шли.

      — И кто же тебе мешал позаботиться о себе? — с насмешкой спросила женщина, доставая палочку.

      — То есть приказ о скрытном наблюдении так, бумажка? — язвительно ответил напарник.

      — Просто одеться потеплее, не пробовал? — с иронией заметила женщина. — О-о-бли-ви-эйт!

     

     

     * * *

     

      «Где это я?» — Гарри, открыв глаза, увидел совершенно незнакомую обстановку.

      Небольшая комната, он лежит на кровати. Сев, парень огляделся. Хм, похоже на номер в гостинице. Две кровати, стол у стены, по бокам от него кресла, с вытертой обивкой. Рядом с кроватями небольшие обшарпанные тумбочки. Какие-то блевотного цвета занавески, застиранные просто в смерть.

      Парень провел рукой по салфетке, на тумбочке, где был логотип «У железной дороги». Оригинальное название. А, вроде же сюда он заезжал с Дурслями...

      — Ты уже проснулся, Гарри? — раздался голос от двери.

      Парень вздрогнул.

      — Как ты себя чувствуешь? — спросил Хагрид, проходя в комнату. — Вот, я тебе тут завтрак принес.

      Мужчина поставил на стол поднос. Гарри настороженно наблюдал за великаном. Он, кстати, все так же продолжал рассекать в этом своем безразмерном плаще.

      — Бывало и хуже, — ответил парень, чувствуя слабость в теле.

      Хагрид с виноватым видом посмотрел на него. А потом сел на жалобно скрипнувшее кресло возле стола.

      — Ты уж прости, что пришлось тебя усыпить, — заговорил мужчина. — Но ты был сильно удивлен и не контролировал свою силу.

      Гарри молча слушал его.

      — Ты не сердишься на меня? — великан, похоже, и впрямь переживал.

      — Конечно, нет, — ответил парень. — Значит, все это правда? Я волшебник?

      — Да, Гарри, — кивнул Хагрид. — И ты будешь учиться в школе чародейства и волшебства, то есть в «Хогвартсе»!

      — Ничего себе подача, — вздохнул Гарри.

      Встав, он подошел к столу, сел в кресло. И подтянул к себе поднос. Так, какие-то булочки, чай.

      — Ешь, и поедем, — произнес Хагрид.

      — Куда? — спросил Гарри, беря булочку.

      — Купить все необходимое для учебы, — ответил мужчина. — У тебя к письму прилагается список.

      Гарри некоторое время пялился на булку, а потом откусил.

      — И что, много нас таких? — спросил он, прожевав кусок.

      — Не очень, — ответил Хагрид. — Я, честно говоря, даже и не знаю сколько.

      — А где это можно узнать? — спросил парень.

      — Вот в школе тебе и расскажут, — ответил мужчина.

      — В школе, значит, — повторил парень. — Ладно.

      — С тобой точно все в порядке? — забеспокоился Хагрид, при виде задумчивого подопечного.

      — Хм, нет, конечно, — ответил тот. — Не каждый день, знаешь ли, узнаешь, что ты какой-то там маг. Но я привыкну. Вот если бы сказали, что я пид…

      Тут парень опомнился и кинул взгляд на Хагрида.

      — В общем, привыкну, — сказал он и откусил еще кусок.

      Прожевав его, он отхлебнул чаю. М-да, похоже, тут не знают, что пакетики одноразовые.

      — Хагрид, расскажи мне о маме с папой, — попросил парень.

      Мужчина явно смутился.

      — Ну, я рассказчик так себе, — ответил он. — Они были хорошие. Директору помогали. Тебя сильно любили. Твоя мать собой пожертвовала, чтобы спасти тебя.

      Гарри приподнял бровь.

      — Помнишь, я рассказывал тебе о темном волшебнике? — Хагрид посмотрел на парня.

      Тот кивнул в ответ.

      — В ту ночь, Тот-Кого-Нельзя-Называть, явился в ваш дом, в Годриковой Впадине, чтобы убить тебя, Гарри, — мрачно заговорил Хагрид. — Ваш дом защищало мощное заклятье, но один из тех, кому твои родители доверяли, предал их…

      — Так, подожди, — остановил мужчину Гарри. — Мне сколько было?

      — Год, — ответил Хагрид.

      — Не понял, с чего какому-то коз… магу, понадобилось убивать ребенка? — спросил парень, хмуря лоб.

      — Это все из-за пророчества, — печально произнес Хагрид. — Было предсказано, что мальчик, родившийся в ночь 31 июля, сможет убить темного лорда. Поэтому…

      — Стоп-стоп, — опять тормознул рассказ парень. — То есть из-за какого-то сра… предсказания, вот так взяли и пошли кого-то убивать?

      — В нашем мире, Гарри, — Хагрид погладил бороду. — Есть такие маги, которые на самом деле могут видеть будущее.

      — А этот, ну Кого-Нельзя, он что, был типа маньяка? — поинтересовался Гарри. — Ходил и втихаря всех мочил?

      — Мочил? — не понял мужчина.

      — Ну, убивал, — уточнил парень.

      — А. Нет, Тот-Кого-Нельзя-Называть, он собрал вокруг себя много сторонников, — Хагрид тяжело вздохнул. — Твои родители, множество других светлых волшебников объединились уже против них, во главе с Альбусом Дамблдором. Силы были примерно равны. Много тогда погибло волшебников…

      «Темные, светлые. Что за рыцарский роман?»

      — Хм, раз этот нига был таким крутым, — заговорил Гарри. — Как же тогда я выжил?

      — А вот этого никто не знает, Гарри, — ответил Хагрид. — Факт в том, что Тот-Кого-Нельзя-Называть пропал. Нашли только тебя. Я нашел.

      — О, спасибо, — кивнул парень.

      — Не за что, Гарри! — Хагрид расплылся в улыбке. — Так вот. Этого мага не было уже там. А у тебя на лбу остался шрам.

      — Что? — удивился парень, рефлекторно коснувшись шрама. — А мне говорили, что это из-за аварии.

      — Нет, Гарри, — ответил мужчина. — Это последствия того, что в тебя попала Авада Кедавра Во… Того-Кого-Нельзя-Называть. А он побил многих сильных волшебников. Но тебя убить не смог, хотя очень хотел. Так что ты знаменитость, Гарри.

      — В смысле? — не понял парень.

      — Тебя многие знают, Гарри, — произнес Хагрид. — Так что не удивляйся.

      — Чем дальше в лес… — Гарри опять вздохнул. — Я не знаю никого, а меня многие. Я худею, дорогая редакция.

      — Гарри, тебе не надо худеть, ты и так тощий! — забеспокоился Хагрид.

      — Да это так, образное выражение, — усмехнулся парень.

      — А! Ну тогда ладно, — успокоился мужчина.

     

     

     * * *

     

      Гарри вместе с Хагридом (то есть, конечно, наоборот) вышли из гостиницы. Странно, но, похоже, плату с них не взяли. Н-да, магия, волшебство, чудеса! А деньги есть деньги.

      Они вышли к дороге и Хагрид, вытащив опять свой зонт, взмахнул им… А потом бросил на землю. И все.

      — Эм, а что ты сейчас сделал, Хагрид? — поинтересовался Гарри.

      — Вызвал наш автобус, — ответил мужчина.

      — В смысле? — не понял парень.

      — Сейчас сам все увидишь, — улыбнулся Хагрид.

      «Ну ок» — Гарри пока стал озираться по сторонам.

      Он же особо нигде не был. В Англии. Ну что сказать… Собственно, потерял немного. Если Литл-Уингинг был застроен частными домами и напоминал этакую буколическую картинку, то это место было насквозь функциональным. Напротив гостиницы был бетонный забор. Пахло, почему-то сырым металлом и чем-то смоляным.

      — А вот и он! — радостно произнес Хагрид.

      Гарри посмотрел в ту же сторону, что и мужчина… Как раз в тот момент, когда невдалеке прямо в воздухе, проявился… автобус! Фиолетовый… и древний. Когда он доехал до ожидающих его пассажиров, то проявился полностью. Гарри сглотнул.

      «Тихо, тихо! Это всего лишь… Мать его, появившийся из воздуха автобус!»

      — Добрый день, — это заговорил стоящий на задней площадке довольно молодой человек, одетый в слегка растрепанную одежду, с фуражкой на голове и сумкой на пузе. Точнее, просто спереди, парень был тощий. — Меня зовут Стенли Шанпайк и сегодня я обслуживаю этот маршрут.

      — Добрый день! — воодушевленно поприветствовал Хагрид.

      — А, хранитель ключей Хогвартса, — в голосе Стенли промелькнула радость.

      Еле заметная.

      — А это Гарри Поттер! — тут же спалил к чертям всю контору Хагрид.

      — Что, правда? — вот теперь кондуктор заинтересовался.

      Он сошел с площадки и подошел к Гарри.

      — Я очень рад познакомиться с вами, мистер Поттер, — улыбнулся Стенли. — Прошу же, садитесь! Сегодняшняя поездка для вас бесплатная!

      — Эм, — парень еще не очень отошел от появления транспортного средства. — Спасибо.

      Стенли усмехнулся и громко произнес, как будто тут толпа народа стояла в ожидании.

      — Автобус отправляется, прошу всех садиться!

      Гарри поспешил вслед за Хагридом. Кстати, тот как-то быстро так приземлился в одно из кресел. Гарри сел в другое. Стенли же встал у стекла, разделяющего салон и кабину водителя и постучал в него.

      — Эрни, поехали! — Гарри вздрогнул, когда странное украшение на переднем стекле, в виде сушеной головы, внезапно заорало…

     

      —…Дырявый котел! — объявил Стенли.

      — Спасибо, Стенли! — ответил Хагрид. — Гарри, пора выходить.

      — Ага, — слабым голосом ответил тот.

      Ух, что за чертова колесница! Сначала парень едва не обделался, когда эта шайтан-арба рванула вперед, да так, будто у нее вместо нормального ДВС маршевые ракетные двигатели! Гарри, чудом удержавшийся на сидении, с расширенными от страха глазами смотрел, как автобус несется прямо в стену! И тормозить не собирается!

      А потом была гонка на магистрали. Автобус лихо лавировал между машинами (причем, по встречке тоже!), резко поворачивал, в общем, было полное ощущение, что Гарри проходит программу подготовки летчика-истребителя! Один раз он все-таки вылетел из кресла… Его поймал Хагрид и усадил обратно. При этом Стенли продолжал как ни в чем не бывало, спокойно стоять! Да еще и с Хагридом беседовать!..

     

      Гарри слез на землю и с трудом подавил желание поцеловать твердь, а потом стал глубоко дышать, чтобы завтрак не покинул его. Пока парень приходил в себя, этот дикий автобус снова сорвался с места… и исчез.

      «Нихрена себе тут общественный транспорт!» — Гарри распрямился и огляделся.

      Они сейчас стояли на совершенно обычной городской улице. Точнее, на торговой улице. На первых этажах домов тут располагались магазинчики.

      «Кстати, список» — Гарри достал письмо, извлек из него второй лист и принялся читать.

     

      Студентам-первокурсникам требуется:

      Три простых рабочих мантии (черных).

      Одна простая остроконечная шляпа (черная) на каждый день…

     

      Гарри в этом месте хихикнул, представив себя в такой шляпе. А потом смех прошел. А ведь… Это Англия. Если уж в этой школе такая форма, ее РЕАЛЬНО придется носить!

     

      Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала).

     

      «Из чего?»

     

      Один зимний плащ (черный, застежки серебряные).

      Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента.

     

      «Родной казармой пахнуло как!»

     

      Каждому студенту полагается иметь следующие книги:

      «Курсическая книга заговоров и заклинаний» (первый курс). Миранда Гуссокл

      «История магии». Батильда Бэгшот

      «Теория магии». Адальберт Уоффлинг

      «Пособие по трансфигурации для начинающих». Эмерик Свитч

      «Тысяча магических растений и грибов». Филли-да Спора

      «Магические отвары и зелья». Жиг Мышъякофф

      «Фантастические звери: места обитания». Ньют Саламандер

      «Темные силы: пособие по самозащите». Квентин Тримбл

     

      «Нифига себе списочек! Тут только самоучителя начинающего темного властелина не хватает!»

     

      Также полагается иметь:

      1 волшебную палочку,

      1 котел (оловянный, стандартный размер №2)

      1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов,

      1 телескоп

      1 медные весы.

      Студенты также могут привезти с собой сову, или кошку, или жабу.

     

      Напоминаем родителям, что первокурсникам не положено иметь собственной метлы!

     

      Дочитав, Гарри потер лоб. Потом закусил губу. Хрюкнул.

      — Хагрид, — спросил парень. — А волшебники… Ху-у! Что, на самом деле, летают на метлах, варят зелья и колдуют волшебной палочкой?!

      — Конечно, — просто ответил мужчина, даже не поняв иронии.

      — Ну да, — хмыкнул парень. — Конечно. Сварим зелье, на метлу и ну палочкой…

      «Это какая-то гребаная хрень!»

      — И что, вот это все можно купить? — недоверчиво спросил Гарри.

      — Да! — уверенно ответил Хагрид и склонившись негромко добавил. — Если, конечно, знаешь где.

      — Что, и волшебную палочку? — не унимался парень.

      — Да, у Олливандера, — произнес Хагрид. — А, вот мы и пришли. Дырявый котел!

      Гарри посмотрел вперед. Среди красивых витрин имелось… Это. Черные облупленные стены, никаких окон. На вывеске рядом с сим заведением был нарисован, собственно, котел.

      «Ребята совсем не палятся!»

      — Идем, Гарри, — улыбнулся Хагрид. — Пора тебе увидеть твой мир!

      В задымленной зале сидели личности, одетые соответственно заявленной эпохе. На женщинах длинные платья и разнообразного вида шляпки. Мужчины в костюмах-тройках, ну таких, с жилетом и тоже все поголовно в головных уборах. Шляпы, береты. А еще многие были наряжены в длинные плащи.

      «Тут что, не в курсе, что как бы двадцатый век на дворе? — думал парень, удивленно осматриваясь. — Или тут принято вот так косплеить?».

      — О, Хагрид! — радостно произнес стоящий за стойкой мужчина. — Тебе как обычно?

      «О, я смотрю, кое-кто тут завсегдатай!»

      — Нет, спасибо, Том, — пробасил великан. — Я сегодня при исполнении. Вот, помогаю юному Гарри купить школьные принадлежности.

      Бармен вдруг поменялся в лице и буквально впился взглядом в парня. Тот даже поежился.

      — Бог мой! — воскликнул Том. — Так ведь это же Гарри Поттер. В моем баре!

      Непрерывный, как шум моря, гул голосов внезапно стих. И на Гарри скрестились множество взглядов.

      — Это он? — раздавались шепотки. — Тот самый?

      «Ну, спасибо, Хагрид!»

      — С возвращением, мистер Поттер, — рядом привстал мужчина, и приподнял шляпу.

      Он взял парня за руку и энергично потряс.

      — Дорис Крокфорд, мистер Поттер, — с воодушевлением произнесла надтреснутым голосом пожилая женщина, сидящая у стойки. — Не могу поверить, что, наконец, встретилась с вами!

      И все в таком же духе. Пока они шли через бар, Гарри еще пару дюжин раз поприветствовали, кто-то руку пожимал, кто-то просто касался.

      «Чувствую себя прямо рок-звездой!»

      В конце концов, они прошли через бар и оказались в небольшой, совершенно пустой комнате, с ободранными до кирпичей стенами.

      — Слушай, Хагрид, — произнес Гарри. — Можно тебя кое о чем попросить?

      — Конечно, Гарри, — прогудел мужчина.

      — Ты не мог бы не говорить всем мое имя? — поморщился парень. — Знаешь, я не люблю быть на виду и все-такое.

      — Хе. Хорошо. Понимаю, — кивнул Хагрид.

      — Кстати, где это мы? — спросил Гарри.

      — Мы? — мужчина улыбнулся. — Мы у входа в Косой Переулок.

      — У входа? — парень посмотрел по сторонам.

      — Гарри, не забывай, это волшебный мир! — добродушно прогудел Хагрид.

      Он достал зонт и стукнул им по нескольким кирпичам. Раздался множественный такой шорох, словно кто-то тер друг об друга кирпичи… И стена внезапно пропала. Гарри с большим трудом удержал на месте челюсть.

      «Я когда-нибудь к такому привыкну?» — пораженно подумал он, смотря в проход.

      — Добро пожаловать, Гарри! — радостно как-то произнес Хагрид. — Косой Переулок. Место, где можно купить все! Ну, или почти все.

      И он шагнул в проход. Гарри, немного поколебавшись, шагнул за ним.

      — Кстати, я тоже хотел тебя кое о чем попросить, Гарри, — заговорил великан, когда парень его догнал. — То, что произошло в той хижине. Не нужно про это рассказывать, хорошо?

      — Почему? — поинтересовался Гарри.

      — Потому что нам, волшебникам, нельзя колдовать при маглах, — ответил Хагрид. — Запомни, кстати. Или за тобой придут авроры и оштрафуют.

      — Авроры? — переспросил Гарри.

      — Да, — кивнул великан. — Это что-то типа полиции. Следят за порядком и все-такое.

      — А, понял, — ответил парень.

      Между тем, косплей вокруг становился все жестче. Если раньше дело касалось только одежды, то теперь это перекинулось и на здания. Полное погружение в прошлое. Довольно узкая улочка была наполнена многочисленным людом, которые смотрели в витрины, выходили и входили в лавки (язык не поворачивался называть эти заведения магазинами), разговаривали друг с другом. При этом не было никого в современной одежде! Парень опять почувствовал себя пугалом.

      — Эм, Хагрид, — позвал великана Гарри. — Один момент. А денег-то у меня нет. На что я буду покупать все?

      — О, за это не волнуйся, Гарри! — ответил Хагрид. — Твои родители оставили тебе достаточно денег! И сейчас мы за ними зайдем!

      — В смысле? Куда зайдем? — опять не понял парень.

      — В банк Гринготтс, конечно! — ответил великан. — В нем хранят свои деньги все волшебники!

      «Кхм, тут в средневековье и банк есть?»

      Идя по переулку, Гарри начал понимать, почему его назвали Косым. Похоже, народ тут окончательно рехнулся на оригинальности и намеренно делал здания как можно более неправильно. Вот только на кой-делать, например, стены так, будто они вот-вот обвалятся? Или делать рамы в доме разной формы?

      В ближайшей витрине блестели на солнце надраенными боками самые натуральные котлы.

      «Котлы. Все размеры. Медь, бронза, олово, серебро. Самопомешивающиеся и разборные» — гласила висевшая над ними табличка.

      — Вот тут самые хорошие, — заметил Хагрид. — И цены нормальные.

      Они шли дальше. Парень только вскидывал бровь, видя очередной наряд местного обитателя. Кстати, похоже, остроконечные шляпы тут в моде. А вот Гарри едва сдерживал хихикание, когда видел очередную поделку какого-то безумного шляпника. Похоже, чем длиннее шляпа, тем было круче.

      «Да уж, мода никогда не руководствуется здравым смыслом. Надеюсь, тут мужики нормальные трусы носят, а не стринги какие-нибудь? Хм. Надеюсь, вообще носят?».

      — А вот тут можно купить перья и чернила, — ткнул великан в очередную витрину.

      «Чё? Какие перья?»

      — Хагрид, а зачем мне перья? — поинтересовался Гарри.

      — Ну тебе же надо будет много писать, — слегка удивленно пояснил Хагрид. — Поверь, в Хогвартсе много пишут! Так что советую купить сразу три или четыре пера.

      — В смысле пера? — не унимался парень. — А что, шариковые ручки не подходят?

      — Я не сильно в этом разбираюсь, Гарри, — ответил мужчина. — Но, насколько я знаю, они в школе не пишут.

      Гарри задрал брови чуть не в волосы.

      — Ладно, проехали, — произнес он. — Разберемся.

      «Что там может не писать? Трубка и шарик?»

      Вскоре они подошли к странному зданию, стоявшему прямо посередине улицы. То есть улицы в этом месте уходили направо и налево по диагонали, как это бывает, например, в Питере. По местной традиции, изначально вроде бы серьезное здание, внушало опасение за своих хозяев, потому как колонны у него стояли вкривь и вкось.

      — Вот здесь твои деньги, Гарри! — ухмыльнувшись, произнес Хагрид. — Волшебный банк Гринготтс! Надежней места нет, за исключением, может быть, Хогвартса.

      Но здание было здоровым, возвышаясь над местными магазинчиками. А у входа стоял странный уродливый карлик, в алой с позолотой униформе швейцара.

      — Ты только не бойся, Гарри, — говорил Хагрид, пока они подходили. — Но держат этот Гринготтс гоблины.

      — Ничего себе! — снова удивился парень. — В смысле, это маленькие люди или другая раса?

      — Гоблины это гоблины, Гарри, — ответил великан. — Сейчас сам все увидишь.

      Гарри хмыкнул. Когда они подошли, швейцар молча открыл перед ними двери. И они попали в длинный зал. От входа, образуя широкий коридор, стояли высокие столы, за которыми чинно сидели существа, с огромными для их маленьких тел головами. Уши как у летучих мышей, большой рот, длинный крючковатый нос. В общем, красавчики. Эти самые существа деловито перебирали бумаги, пересчитывали монеты, в общем, плодотворно трудились, не обращая внимания на Хагрида и Гарри.

      — Гоблины хоть умные, Гарри, — негромко произнес Хагрид. — Но не очень дружелюбные существа. Так что не пытайся с ними поговорить.

      — Да как бы и не горел желанием, — пробормотал Гарри.

      Тем временем они подошли к столу, что находился в конце этого зала. За ним натурально восседал еще один гоблин, всем своим видом показывавший, что он тут главный. Он что-то быстро писал в гроссбухе, что лежал перед ним. На здоровом шнобеле гоблина, поблескивали изящной оправой очки-половинки. Хагрид прокашлялся, привлекая его внимание.

      — Мистер Гарри Поттер, — с чувством произнес Хагрид, когда гоблин оторвался от книги и посмотрел на него, — желает снять свои деньги.

      Гоблин глянул на него и, не торопясь, воткнул перо в чернильницу.

      — О, мда, — произнес он хриплым голосом и приподнявшись, посмотрел на Гарри. — А у мистера Гарри Поттера есть его ключ?

      — Ох, он, кажется, у меня, — спохватился Хагрид и стал рыться в своих карманах. — Вот он, маленький негодник!

      Гарри увидел небольшой золотой ключик.

      — И еще, — произнес великан и подал гоблину конверт, перевязанный бечевкой. — Послание от профессора Дамблдора. Я должен забрать, вы знаете что, в хранилище вы знаете каком.

      «М-да, словесный шифр тут на уровне детского сада».

      — Все ясно! — отчеканил гоблин и позвонил в колольчик, стоявший на столе.

      На этот звон откуда-то сбоку явился еще один гоблин.

      — Проводи мистера Гарри Поттера в его хранилище, — произнес главный гоблин. — А вы, мистер Хагрид, следуйте за мной.

      Великан наклонился к Гарри и подал ему ключ.

      — Только много не бери, — напуствовал он. — Двадцати галлеонов тебе вполне хватит.

      — Галлеонов? — опять удивился Гарри.

      Но Хагрид уже распрямился и пошел вслед за главный гоблином.

      «Черт, опять какие-то непонятки!»

     

     

     * * *

     

      Гоблин привел Гарри в какую-то натурально пещеру. Контраст с банковским залом был просто поразительный. Парень-то ожидал спуститься в хранилище, а тут вот такой поворот.

      Они прошли по довольно узкому проходу в другую пещеру, на этот раз просто потрясающе огромную. Гарри даже рот приоткрыл, когда посмотрел наверх. Потолок пещеры терялся в полумраке.

      «Что за черт? Мы спустились-то дай бог, на пару десятков метров!»

      — Прошу вас, — проскрипел гоблин, показывая Гарри на…

      Тележку. Стоящую на рельсах. Парень приподнял брови. Между рельсами был провал! То есть рельсы были закреплены на стенках просто очуметь какого глубокого ущелья!

     Пересилив себя, Гарри залез в тележку и сел на одно из двух сидений. Гоблин сел на лавку впереди телеги и сдвинул вперед огромный рычаг. Тележка практически беззвучно и плавно так, покатилась вперед.

      По бокам Гарри, пока ехали, видел солидные железные двери, которые бы сделали честь любому банку. А они проехали чуть не полсотни таких! Наконец, телега остановилась и гоблин ловко так вылез, с фонарем в руках. Фонарь был тоже антуражный, то есть такая немаленькая коробка, с кольцом сверху.

      — Прошу вас, — пригласил гоблин.

      Гарри очнулся и осторожно вылез.

      «Блин, интересно, сколько тут лететь? — подумал он, посмотрев вниз.

      — Ваш ключ, пожалуйста, — проскрипел гоблин.

      Гарри молча подал ключик. Провожатый подошел к двери, отодвинул в сторону круглую крышку и вставил ключ в скважину. За дверями что-то много раз металлически звякнуло, а потом дверь медленно открылась. Гоблин же демонстративно отошел в сторону.

      «Нихера себе!» — Гарри буквально пригвоздило к полу, когда он увидел содержимое открывшейся комнаты.

      Прямо посредине имелась огромная, отливающая золотом гора, из хреновой кучи составленных столбиками золотых монет.

      «Тысяча чертей, я ж богат! Я офигенно, до отвращения богат!»

      — Если вам нужен мешочек под монеты, то вы можете взять у меня, — произнес гоблин.

      — А? А, да, спасибо, — кивнул Гарри.

      Гоблин достал небольшой кожаный мешок, похожий на кисет и протянул его парню. Тот на негнувшихся ногах вошел в комнату и провел рукой по монетам.

      «Это все мое! Моя прелесть!»

      — Как закончите, постучите в дверь! — произнес гоблин.

      — Что? — обернулся парень.

      И тут дверь с лязгом захлопнулась.

      «Надеюсь, меня выпустят?»

      Гарри вновь повернулся к золотым. Это были довольно современные монеты, явно отчеканенные машинным способом. Все одинакового размера и формы. Парень осторожно взял одну из монет. С одной стороны имелось изображение, судя по всему, дракона. А с другой чей-то фейс, в профиль.

      «unum galleon» — прочитал Гарри на стороне с драконом, а с другой — «Gringotts»

      «Двадцать? Не, возьмем побольше, — подумал парень и стал аккуратно, чтобы не развалить кучу, брать монеты.

      Насчитав полтинник, он остановился.

      «Думаю, пока хватит. Черт, вот что мне мешало цены посмотреть? Но Хагрид говорил о двадцати… Ладно, еще десяток и хорош».

      Мешочек, так же как и кисет, имел завязку. Затянув его, парень с ухмылкой покачал им.

      «А мне все больше начинает тут нравиться!» — скользнула довольная мысль…

     

      … Они уже сошли с тележки и двигались обратно в зал, как Гарри пришло в голову поинтересоваться, собственно, у банковского служащего, о номинале денег.

      — Простите, уважаемый, — произнес Гарри. — А вы не могли бы ответить на несколько вопросов?

      — Только если они не касаются банковской тайны, — ответил гоблин.

      — Ага. Ну так вот, — Гарри собрался с мыслями. — А вы обмениваете… ну, галлеоны на фунты?

      — Конечно, — уверенно ответил гоблин. — Курс на сегодня пять фунтов пятьдесят три пенса.

      — Благодарю, — кивнул Гарри. — А галлеоны, они как размениваются? Я просто жил среди маглов.

      — Ничего, сэр, — ответил гоблин. — Разменный курс на сегодняшний день таков: один галлеон равняется семнадцати серебряным сиклям или четыреста девяносто трем бронзовым кнатам.

      — А один сикль — это сколько кнатов? — уточнил парень.

      — Один сикль — это двадцать девять кнатов, — ответил гоблин.

      «Ага, ну примерно я понял. То есть если пересчитать, то хлеб будет стоить что-то примерно… — Гарри задумался, подсчитывая. — Так, я в последний раз покупал булку по девяносто пенсов… то есть где-то пятая часть галлеона… Так, что там, семнадцать на пять… где-то три сикля. Кстати, у меня сейчас получается с собой где-то… м-м… триста фунтов. Ну, не сказать, чтобы уж сильно много. Хотя, надо сориентироваться по ценам. Да и банк под землю не провалится, как выйду. Не хватит, можно и вернуться. Кстати».

      — А чтобы получить деньги, обязательно каждый раз спускаться к своему сейфу? — спросил Гарри.

      — Нет, не обязательно сэр, — ответил гоблин. — Вы можете подойти к кассирам.

      Они уже вышли, тем временем в зал и гоблин указал на несколько дверей, получается, справа от главного гоблина.

      — И вам вынесут требуемую сумму, — продолжил гоблин. — Если, конечно, она у вас имеется.

      — Все понятно, спасибо, — кивнул Гарри.

      Кстати, Хагрид уже стоял здесь.

      — Все в порядке, Гарри? — прогудел великан.

      — В полном, Хагрид! — улыбнулся парень. — Ну что, ударим шоппингом по этому захолустью?

      — Э? Чем ударим, Гарри? — недоуменно спросил Хагрид.

      — Слушай, ну ты совсем же отстал от жизни! — усмехнулся Гарри. — Я как-нибудь тебе расскажу, как базарят правильные пацаны!

     

     

     * * *

     

      Закупаться Гарри решил прямо по списку. То есть первая лавка, в которую они пошли, была та, где продают одежду. Над дверями лавки висели ножницы, а надпись большими золотыми буквами на витриной сообщала, что они зашли в лавку «Madam Malkin’s Robes for all Occasions».

      «Робы на все случаи жизни» — ухмыльнувшись, перевел про себя Гарри.

      В лавке было довольно много народу. Несколько мужчин, с несчастным видом, подпирали стены (сразу видно счастливых женатиков!), пара молодых девушек, хихикая, стояли у витрины, где на манекене было выставлено белое, явно свадебное платье.

      Сразу вслед за Гарри и Хагридом, в лавку вошла девочка, примерно такого же возраста, как и Гарри, с копной каштановых волос. Она с решительным видом стремительно прямо-таки ворвалась внутрь, за ней не торопясь шли мужчина и женщина, судя по некоторой схожести лиц с девочкой, отец и мать.

      — Вот это да! — произнес мужчина. — Прямо театральный гардероб!

      — Папа! — возмущенно сказала девочка. — Не позорь меня!

      Кстати, все они были одеты в обычную, то есть магловскую одежду и у Гарри слегка отлегло на душе. Не он один тут пугало! Кстати…

      Гарри прошел к витринам. Так, что тут у нас? Мантия. Синяя. Подкладка из шелка. Наложенные чары сохранности. Два галлеона. Однако! Но раз вывешена на отдельной витрине, значит это, так сказать, товар убер-люкс. Нам такое ни к чему…

      — Слушай, Гарри, — прогудел рядом Хагрид. — Ничего, если я пойду, пропущу стаканчик? Эти поездки на телегах в Гринготтсе, всегда вызывают у меня тошноту.

      — Конечно, Хагрид, думаю, я справлюсь, — улыбнулся Гарри.

      — Если что, я в Дырявом Котле, — произнес Хагрид.

      — Добрый день! — рядом с Гарри буквально материализовалась дородная женщина, невысокого роста, с высокой прической и в розовом платье.

      Парень даже вздрогнул. Тем временем звякнула дверь, выпустив Хагрида.

      — И вам, — ответил он. — Вы знаете…

      — Вижу-вижу! — широко улыбнулась женщина. — Вы собираетесь в Хогвартс, не так ли?

      — Точно так, — кивнул Гарри. — Вот…

      Он достал список, но женщина замахала руками.

      — Ой, я помню это до последней буквы! — сказала она. — Давайте так, вам набор подороже или классический?

      — А какие цены? — поинтересовался парень.

      — Классический стоит три галлеона и десять сиклей, — ответила женщина. — А подороже семь галлеонов.

      «Так-то пофиг, но почему бы и нет? В кои-то веки можно не экономить»

      — Давайте подороже, — ответил Гарри. — И… простите, я не знаю, как вас зовут…

      — Ох, мадам Малкин, конечно! — ответила, улыбнувшись женщина. — Просто я уже так привыкла, что меня все знают, что не представилась.

      — Мадам Малкин, мне бы еще, помимо школьной, повседневную одежду присмотреть, — ответил парень. — Магловскую вы не продаете?

      — Конечно, продаем! — даже как-то возмущенно заявила женщина. — В лавке мадам Малкин вы найдете любую одежду, какую захотите!

      — О, вот и отлично! — улыбнулся Гарри. — Тогда давайте подберем что-нибудь не кричащее, классику, рубашки там, штаны, куртку, но хорошего качества.

      — Как я люблю таких клиентов! — явно обрадовалась мадам Малкин. — Прошу вас, пройдемте в примерочную и подберем для вас все необходимое!

      — Конечно, — кивнул Гарри.

      Идя за хозяйкой лавки, парень прошел мимо той семьи, что пришла следом за ним. Девочка, нахмурившись, слушала мать. Отец с независимым видом стоял рядом и слегка улыбался. Когда девочка обратила внимание на Гарри, тот вежливо склонил голову. Этот жест, которому его учила миссис Гапни вышел как-то непринужденно, сам собой. Девочка в ответ удивленно посмотрела на него, вскинув бровь.

      «Похоже, из маглов» — подумал Гарри.

     

     

     * * *

     

      Этот черный, классический костюм, глянулся Гарри прям сразу. Он только галстук не стал надевать, это ему показалось перебором. А вот плащ накинул, несмотря на теплое время года. А все потому, что мадам Малкин горячо так уверяла, что ему будет совсем не жарко и что-то там говорила о специальных чарах.

      Итого, в ростовом зеркале отражался уже практически юноша, в строгом костюме, в длинном черном же плаще. Очки только выбивались из общего стиля, да слегка спутанная копна волос.

      — Мадам Малкин, — произнес Гарри. — А вы не могли бы посоветовать место, где я мог бы привести в порядок голову?

      Размягченная платежеспособностью клиента, хозяйка, ответила немедленно.

      — Ох, конечно, мистер… — она сделала паузу.

      — Поттер, — ответил Гарри и, повинуясь проказливому чертенку внутри, добавил. — Гарри Поттер.

      Реакция женщины его позабавила. Мадам Малкин уронила прямо на землю вещь, что держала в руках, ее глаза округлились.

      — М-м-мистер Поттер? — сипло произнесла она. — Гарри Поттер?

      — Ага, он самый, — ответил парень. — Так все же, как насчет моего вопроса?

      «Э-э, парень, да тебе, похоже, начинает нравиться твоя слава!»

      Женщина некоторое время стояла столбом, а потом, мотнув головой, глубоко вздохнула.

      — Надо же! — пробормотала она. — Сам Гарри Поттер, в моей лавке!

      — Мадам Малкин? — напомнил о своем присутствии парень.

      — Ой! Простите мистер Поттер! — очнулась женщина. — Конечно, я могу посоветовать!..

     

      … Щеголять в костюме и плаще, Гарри все же посчитал неуместным. Или это просто в нем так глубоко магл сидит? В общем, ограничился брюками и белой рубашкой. Ну, а что, тоже вполне себе классика. И всяко лучше, чем безразмерные рубахи от Дадли и такие же штаны, которые приходилось стягивать ремнем, чтобы не спадывали, отчего они напоминали потом шаровары. А теперь нормальная, по размеру одежда. Кстати, в лавке имелась очень удобная функция, как-то доставка товара на дом… «Лично в руки». Это что же, курьер будет под дверью сидеть, дожидаясь возвращения покупателя домой? Или опять какая-то магия?

      Кстати, заведение, которое посоветовала мадам Малкин, находилось тут же, но почти возле Дырявого Котла. На вывеске почему-то была изображена овца. Но это была определенно парикмахерская, хоть дверь и была почти треугольной формы. Вывеска рядом с ней говорила, что здесь парикмахерская «Кудряшка», коей владеет мисс Шир.

      «Так, потратили шестнадцать галлеонов, то есть почти… -м-м… сто фунтов. Вот это я вошел во вкус! Так мне и той комнатки не хватит! Но разик-то можно».

      Когда Гарри открыл дверь, вместо звона колокольчика, раздалось блеяние овцы. Что вызывало нехорошие ассоциации. О маркетинге тут, похоже, не слышали. Зал был несколько необычный. Кресла были настолько монументальные, что они нормально бы смотрелись в качестве трона. Переносного. Кстати, их было всего два. Напротив кресел имелось зеркало во всю стену.

      — О, добрый день! — в зал буквально выбежала молодая девушка, со странной прической.

      Пол-головы у нее было синей, а вторая половина волос была заплетена в косички… Гарри опустил глаза, потому как эти косички… заканчивались практически у щиколоток девушки.

      — Добрый день, — произнес он, слегка удивившись. — Мне бы привести голову в порядок.

     «Да и вам бы не помешало!»

      — О, тогда вы зашли именно туда, куда нужно! — с воодушевлением воскликнула девушка. — Прошу же, садитесь!

      Гарри прошел и сел в кресло. Тут же из стопки на столике под зеркалом, вспорхнула простыня и парень даже не успел испугаться, как она накрыла его по горло.

      — Итак! — улыбаясь несколько напрягающей улыбкой, воскликнула девушка. — Что бы хотели? Даже не так! Кем вы себя хотите ощущать?

      — Хм, дайте подумать, — Гарри наморщил лоб. — Я не хочу особо выделяться, так что какая-нибудь классическая прическа.

      — Хорошо! — воскликнула дама, и зеркало напротив Гарри внезапно пошло волнами, как поверхность воды.

      Через секунду оно разгладилось и в нем снова появилось изображение Гарри. Вот только уже с другой прической. Парень даже потрогал голову. А нет, здесь все также.

      — Ну как вам? — спросила парикмахерша.

      Кстати, в зеркале она сейчас была какой-то прямо изысканной леди, в темно-синем и довольно откровенном вечернем платье. Гарри некоторое время удивленно пялился.

      «А почему тогда в магазине одежды такого нет? — подумал он. — Как удобно!»

      Сейчас он видел просто коротко подстриженного себя. Ничего такого.

      — Извините, а можно еще какой-нибудь вариант посмотреть? — спросил Гарри.

      — О, конечно! — жизнерадостно воскликнула дама.

      — Тогда, как насчет того, чтобы я выглядел… как аристократ? — выдал парень.

      Зеркало вновь пошло рябью. И спустя секунду в нем опять появилось изображение. На этот раз на голове у Гарри было все зализано, причем волосы были длинные и зачесаны назад. И одежда, до кучи, сменилась. Он сидел там, в зеркале, в старомодном черном костюме (ну как старомодном, тут такие носили сплошь и рядом). Рядом с креслом стояла белая трость, а на столике под зеркалом лежал небрежно так брошенный плащ.

      — Ох, ну вы выглядите сейчас, будто Лорд! — пропела девушка.

      — Забавно, — хмыкнул Гарри…

     

      … Спустя полчаса, оставив десять сиклей, Гарри вышел наружу. Волосы его были очень коротко подстрижены по бокам, сверху же были немного длиннее. В общем, ничего экстравагантного, хотя мисс Шип и пыталась его подбить на светлый колер.

      — Так, что там дальше? — с энтузиазмом произнес Гарри, доставая список…

     

      Книжный магазин назывался «Флориш и Блоттс». На витрине у него стояли здоровые и явно древние фолианты. Об открытии двери, хвала богам, просигнализировал обычный колокольчик, а не какое-нибудь мычание коровы. Войдя, Гарри попал в совершенно обычный книжный магазин… начала двадцатого века. Обилие лакированного дерева, на второй этаж вела красивая такая лестница, с перилами. И везде книги. Много книг! Гарри слегка улыбнулся и втянул носом неповторимый запах, который всегда обитает в этих вместилищах мудрости.

      «Ну, думаю, со списком будет так же, как в лавке одежды. А вот какие книги есть в магазине для волшебников, это интересно!»

      Он прошел прямо, туда под лестницу, где стояли стеллажи с книгами. Кстати, народу тут было относительно немного. Ну да, это же не продуктовый, хе-хе.

      «Как давно я, оказывается, в книжном не был. Хм, а ведь ТУТ я не был ни разу. А ТАМ уже давно перешел в Сеть, — думал Гарри, скользя взглядом по корешкам книг. — О, бытовые заклинания?»

      Он потянул руку и внезапно столкнулся с другой рукой. Поглядев вбок, он увидел ту самую каштановолосую девочку, которую видел в магазине.

      — О, простите, — слегка улыбнулся Гарри. — Я, честное слово, не заметил, что вас тоже заинтересовала эта книга.

      Девчонка сверкнула глазами и отдернула руку. Гарри же снял книгу с полки.

      — Вот, прошу, — произнес он.

      — А как же т… вы? — спросила девочка.

      — Ну, я уверен, что она тут не одна, — ответил Гарри.

      — Сомневаюсь, — ответила девочка. — Книга явно не новая.

      — Хм, логично, — произнес Гарри. — Тогда, может, спросим у продавца? И если она одна, я уступлю ее вам.

      — Что-то вы щедрый! — фыркнула девочка.

      — Что вы, — усмехнулся Гарри. — Вы же будете учиться в Хогвартсе?

      — Да, — слегка удивилась собеседница. — А как т… вы догадались?

      — Если вам удобнее, давайте перейдем на «ты»? — предложил парень.

      Девочка тряхнула своей непослушной копной волос.

      — Давай! — по ее губам проскользнула улыбка. — Кстати, я Гермиона. Гермиона Грейнджер! И я в самом деле поеду этой осенью в Хогвартс!

      — Гарри Поттер, — ответил слегка опасливо парень.

      Но в этот раз не сработало. Гермиона просто приняла к сведенью, что его так зовут.

      — Так как ты догадался? — спросила она с энтузиазмом.

      — Ты одета как магл, — ответил Гарри, на что Гермиона слегка нахмурилась. — А находишься в Косом Переулке. В лавке мадам Малкин ты смотрела на мантии и колпаки. Причем, явно со скепсисом это делала. А потом я тебя здесь встречаю, причем…

      Он кивнул на книгу в руках у девочки.

      — Ты явно интересуешься заклинаниями, — продолжил Гарри. — При этом ты моего возраста.

      — Ну, ты прямо Шерлок Холмс! — улыбнулась Гермиона.

      — Так вот, если книга одна, — сказал Гарри. — То ты просто дашь мне ее почитать в Хогвартсе. Идет?

      — Ха, идет! — воскликнула девочка…

     

      … Книга оказалась, к счастью, не в единственном экземпляре. И здесь тоже имелась услуга доставки, поэтому Гарри не пришлось тащить с собой кучу книг. Собственно, как и его новой знакомой. Правда, когда пришла пора расплачиваться, ей пришлось сбегать куда-то, видимо, до родителей. И она потом с некоторым удивлением смотрела на то, как Гарри сам платит.

      — Тебе родители доверяют такую сумму? — с удивлением произнесла она, увидев кошель в руках парня.

      — Все проще, — ответил тот, улыбнувшись продавцу. — У меня их просто нет.

      — Как нет? — удивилась Гермиона.

      — Вот так, — спокойно ответил Гарри. — Они погибли. Давно.

      Гермиона замолчала, хмуря брови.

      — Слушай, как ты смотришь на то, чтобы продолжить наше знакомство в кафе? — спросил Гарри.

      Гермиона кинула на него задумчивый взгляд.

      — Ладно! — слегка улыбнулась она.

      Они вышли на улицу.

      — Кажется, я там видел какую-то чайную, — сказал Гарри, махнув рукой. — Пойдем?

      — Ой, я только родителей предупрежу, хорошо? — выпалила девочка и слегка зарделась.

      — Хорошо, я тут тогда подожду, — ответил парень.

      Гермиона просветлела лицом и убежала. Гарри флегматично огляделся вокруг. Хм, кажется или народу еще больше стало?

      — Так, так, — раздался мужской голос.

      Гарри обернулся на звук. Рядом стояла Гермиона, потупившись в землю, а за ней мужчина и женщина, те самые, с которыми она была в магазине.

      — Значит, вот этот мальчик пригласил тебя в кафе? — добродушно улыбнулся мужчина.

      Гермиона кинула на Гарри смущенный взгляд.

      — Добрый день, сэр! — улыбнулся парень. — Меня зовут Гарри Поттер. И да, я пригласил вашу дочь в кафе и немного поболтать. Ведь мы будем вместе учиться.

      Мужчина хмыкнул.

      — Вместе учиться, значит? — произнес он.

      — Дорогой, ну пусть дети пообщаются, — произнесла женщина. — У нашей дочери и так немного друзей!

      Гермиона при этих словах вспыхнула, как маков цвет.

      — Да я и не против, — усмехнулся мужчина. — Главное, чтобы мы знали, куда пойдут.

      — Это недалеко, сэр, — произнес Гарри и вспомнив название кафе, сказал. — Кафе-мороженое Фортескью!

      — Хорошо, хорошо, — поднял руки мужчина.

      — И, конечно, все расходы я беру на себя, — добавил Гарри.

      Мужчина приподнял брови…

     

      —…Прости, — сдавленным голосом произнесла Гермиона, когда они остались одни и пошли в кафе. — Папа… Он…

      — Да все нормально, — успокоил ее Гарри. — Они просто волнуются о тебе, только и всего.

      Девочка бросила на парня слегка удивленный взгляд.

      — Это здорово, когда о тебе есть кому волноваться, — добавил парень и, чтобы не нагонять тоску, сразу перевел тему. — А ты уже все необходимое купила?

      — Нет, только одежду и книги, — ответила Гермиона. — А ты?

      — И я так же, — улыбнулся Гарри. — Как ты смотришь на то, чтобы после кафе вместе пройтись по магазинам?

      — Хорошо! — кивнула Гермиона.

      Они дошли до кафе. Его витрина была на удивление нормальных очертаний, только такое ощущение, вот-вот выпадет наружу. Когда они зашли внутрь, то Гермиона сразу же пошла к стойке. Гарри, как и положено кавалеру, степенно проследовал за ней.

      Взяв по порции, они устроились за одним из столиков.

      — Слушай, — заговорила девочка. — Так ты ведь тоже одет не как все тут!

      Она обвела ложечкой окрестности.

      — Я вырос среди маглов, — с улыбкой ответил Гарри.

      — Вот как?! — явно обрадовалась Гермиона. — А выглядишь так, будто для тебя это все не в новинку!

      — О, видела бы ты мое лицо, когда я в первый раз увидел Косой Переулок, — усмехнулся Гарри. — Я практически ощущал челюстью землю!

      Девочка прыснула.

      — Ты так смешно говоришь! — сказала весело она. — Слушай… А ты, ну… Богат, да?

      — Скажем так, не беден, — ответил Гарри, впервые в жизни ощущая этакое ленивое чувство наличия финансов.

      — А как ты понял, что являешься магом? — спросила Гермиона.

      — А ты? — перевел стрелки Гарри.

      — Ну мама мне рассказывала, что я с детства была такой, — ответила девочка. — Рядом со мной постоянно происходили какие-то чудеса. То игрушки сами собой в руках оказывались. То что-нибудь падало. А недавно меня…

      Тут Гермиона помрачнела.

      — В общем, сильно разозлили, — продолжила она. — И я…

      Она поковырялась в мороженом.

      — В общем, сломала несколько столов и окон, — нехотя выдала она. — Тогда-то в первый раз я и узнала, что являюсь волшебницей. А потом пришло письмо из Хогвартса!

      Гермиона широко улыбнулась.

      — А ты как узнал? — спросила она.

      — А, ну со мной было практически то же самое, — ответил Гарри. — Спонтанный выплеск силы. Сломал диван и дверь. И вот, тоже готовлюсь ехать в школу.

      — А твои… — тут девочка споткнулась, вспомнив слова Гарри о родителях.

      — Мои опекуны, — пришел ей на помощь парень. — Они этому, скажем так, не рады. Они считают, что я болен.

      Гермиона опять нахмурилась.

      — Но почему? — воскликнула она. — Это же так здорово!

      — Да черт с ними! — усмехнулся Гарри. — Я буду волшебником! И пусть они считают все, что хотят!

      Гермиона невольно улыбнулась следом.

      — Слушай, — понизил голос парень, создавая этакую доверительную атмосферу. — А ты не знаешь, мы реально будем учиться варить зелья?

      — Насколько я поняла, да, — ответила Гермиона. — Знаешь, я вообще считаю, что многое из того, что было описано в сказках, есть или было на самом деле!

      — Да, например, волшебные палочки! — хихикул Гарри.

      Гермиона улыбнулась следом.

      — Интересно, а вот ковры-самолеты? — произнес парень. — Это тоже не выдумка?

      — Если и есть, то скорее всего не у нас, — ответила Гермиона. — Это же восточные сказки. У нас метлы!

      — Вот этого я тоже не понимаю, — Гарри с задумчивым видом зачерпнул уже слегка подтаявшее мороженое. — Как можно сидеть на палке? Вот ковер, еще туда сюда.

      — Думаю, мы просто многого не знаем, — сказала девочка и с воодушевлением добавила. — Но скоро узнаем!

     

     

     * * *

     

      Лавка волшебных палочек напоминала склад забытых вещей. Везде пыль и даже паутина имелась. Гермиона удивленно оглядывалась.

      — Эй, есть кто-нибудь?! — громко сказал Гарри.

      На его голос откуда-то из-за стеллажей, верхом на передвижной лестнице выехал пожилой мужчина, с копной седых волос на голове. Его одежда была потрепанной, кое-где заштопанной, а то и вовсе с дырками. Некогда белые манжеты рукавов старомодной рубашки (это когда они, манжеты, закрывают кисти), теперь были серые.

      — О, мистер Гарри Поттер! — расплылся в улыбке старик. — И мисс Грейнджер! Рад вас видеть!

      — Откуда вы знаете мое имя? — удивилась девочка.

      — О, я многое знаю, — загадочно улыбнулся мужчина. — Добро пожаловать в лавку Олливандера. Это, собственно, я.

      Во время этой речи мужчина спустился с лестницы и подошел к детям.

      — Давайте сначала подберем палочку для вас, мисс Грейнджер, — сказал он. — Вы не против, мистер Поттер?

      — О, конечно нет, — улыбнулся тот.

      — Итак, начнем, — потер руки мистер Олливандер. — Вы же правша, мисс Грейнджер?

      Гермиона молча кивнула. А мужчина некоторое время пристально смотрел на нее, будто пытаясь задавить взглядом. Девочка кинула на Гарри обеспокоенный взгляд. Тот ободряюще улыбнулся в ответ.

      — Так, мне стало ясно, — мужчина кивнул и как-то стремительно скрылся за стеллажом.

      Вскоре он вернулся, держа в руках небольшую коробку. Открыв ее, он развернул пергамент и достал… да, самую что ни на есть палочку.

      — Вот, попробуйте, мисс Грейнджер, — произнес мужчина, протягивая палочку Гермионе.

      Та несмело взяла ее.

      — Ну же, взмахните! — сказал мужчина.

      Девочка пожала плечами и махнула палочкой. Коробку натурально сдуло из рук мужчины.

      — Немного не то! — ничуть не огорчился тот и снова скрылся в недрах лавки.

      Гермиона опасливо положила палочку на стойку.

      — Вот, попробуйте эту, мисс Грейнджер! — вернулся Олливандер. — Древко из винограда, сердцевина — сердечная жила дракона. Вам должно подойти!

      Он открыл коробку и, достав палочку, протянул ее Гермионе. Та взяла ее. Вздохнула. И опасливо взмахнула. И в этот момент палочка сверкнула ослепительным белым светом. Девочка с большим трудом сдержалась, чтобы не бросить ее.

      — Ну вот, то, что нужно! — обрадовался Олливандер. — Теперь с вами, мистер Поттер!

      Он подошел к парню и уставился на него странным немигающим взглядом.

      — Интересно, — негромко произнес он, наконец. — Ваше магическое тело, мистер Поттер… Никогда такого не видел, а я, смею заметить, видел не мало!

      «Магическое тело? — нахмурился Гарри. — А это что за зверь?»

      — Но это не значит, что я не смогу подобрать вам палочку! — улыбнулся мужчина.

      В этот раз он не стал убегать за стойку, а полез по лестнице на второй этаж.

      — Так, так, — бормотал он, проводя рукой вдоль коробок с палочками. — Нет, не то, все не то!

      Мужчина слетел вниз, то есть буквально, почти не касаясь ступенек, и унесся куда-то вглубь лавки. Послышался грохот и приглушенные ругательства. Гарри с Гермионой переглянулись.

      — Вот! — откуда снизу и прямо сразу за стойкой, вынырнул Олливандер, заставив парня с девочкой отшатнуться.

      На волосах у мужчины была паутина, одно плечо было в пыли. И самое главное, в глазах был какой-то нездоровый блеск. В мгновение ока он открыл коробку и чуть ли не воткнул в руки Гарри палочку. Цвета она была темного и была не прямой, а слегка загибалась.

      — Бук и волос фестрала, — прохрипел Оллинвандер, буквально пожирая глазами палочку. — Этой палочке уже больше трехсот лет! Три столетия она ищет своего хозяина! Однажды даже была продана, но покупатель вернул ее уже на следующий день. Ну же, мистер Поттер, взмахните ею!

      Гарри взглянул на хозяина лавки. Потом на Гермиону. Поднял руку…

      Лавка Олливандера. Гарри, Гермиона, мистер Олливандер.

     

      Громкий хлопок и со стеллажей ливнем посыпались коробки, а из них, в свою очередь, стали вылетать палочки. Вместе с этим всех присутствующих буквально ослепила яркая вспышка.

      — Извините, — изумленно пробормотал Гарри, когда зрение к нему вернулось.

      Гермиона, подняв брови, пошевелила ногой завал из палочек и коробок, в которых она оказалась.

      — Ничего, ничего! — Олливандер улыбнулся. — Главное, что палочка признала вас, мистер Поттер! Знаете, я за них переживаю, как за детей! Поэтому, когда они долго лежат тут, без хозяина, это очень меня огорчает!

      — Ну, тогда, сколько с нас? — спросил Гарри.

      — О, вы платите и за даму? — чуть улыбнулся Олливандер. — Давайте посчитаем. Двенадцать галлеонов за палочку мисс Грейнджер и три за вашу, мистер Поттер.

      — Гарри, ты чего, я сама заплачу! — возмутилась Гермиона.

      — Да зачем тебе бегать до родителей? — ответил парень. — Вот пойдем дальше закупаться, там и отдашь.

      — А, ну тогда ладно, — успокоилась девочка.

      Гарри, шурша при каждом шаге раздвигаемыми по пути коробками и палочками, подошел к стойке и достал кошель.

      — Мистер Олливандер, — спросил он. — А почему моя палочка настолько дешевле?

      — Это цена, назначенная моим прадедом, — ответил мужчина. — Раз он считал, что она стоит вот столько, значит, имел на то причины.

      — Понятно, — Гарри выложил перед Олливандером пятнадцать золотых монет. — Спасибо и еще раз извините за причиненный беспорядок.

      — Не стоит беспокоиться! — улыбнулся мужчина. — Это просто палочкам надоело лежать!

      «А я смотрю, тут кукушка у многих… того, из гнезда вылетела».

      Дети, осторожно ступая, чтобы не сломать какую-нибудь палочку, вышли из магазина.

      — Слушай, Гермиона, — задумчиво произнес Гарри. — У тебя иногда не возникает ощущения, что местные, как бы это помягче, слегка не в себе?

      Девочка посмотрела на парня и слегка улыбнулась.

      — Возникает, — ответила она. — Может потому, что мы к этому не привыкли?

      — Да, наверное, — кивнул Гарри. — Ну что, пойдем за перьями и чернилами?

      — Да, идем, — тряхнула головой Гермиона.

      И они пошагали по улице.

      — Кстати, все хотел сказать, — улыбнулся парень. — У тебя шикарные волосы.

      — Гарри, ну вот зачем ты так? — девочка даже остановилась. — Думаешь, я не знаю, что выгляжу лохматой?

      — Лохматой? — удивился парень, оборачиваясь. — Нет, я сказал ровно то, что подумал.

      Гермиона смерила парня недоверчивым взглядом.

      — Ты… правда так считаешь? — тихо спросила она. — Тебе на самом деле нравится?

      — А почему я должен считать по-другому? — ответил недоуменно Гарри.

      Гермиона как-то грустно улыбнулась.

      — Странный ты, Гарри, — сказала она и уже нормальным, даже веселым голосом продолжила. — Слушай, а ты не знаешь, почему нужно именно перья покупать?

      — В душе не е… — Гарри споткнулся, опять поймав себя на мате. — В смысле, без понятия.

      «Блин, да что со мной? Вроде ранее так не рвалось из меня рабоче-крестьянское!»

      — Я никогда не писала чернилами, да еще пером, — говорила дальше Гермиона.

      — Знаешь, я собираюсь прихватить с собой нормальных ручек, — произнес парень. — Хоть мне и сказали, что они там не пишут, но я все же попробую.

      — Ну, это не по правилам, получается, наверное, — неуверенно произнесла девочка. — Может, в Хогвартсе такие требования?

      — Да, может, ты и права, — откликнулся Гарри. — Там форма — колпаки и мантии. Так что вполне может быть, что и перья — одно из правил обучения. Вот, например, в русской армии, нельзя отдавать честь, если на тебе нет головного убора. Тоже как бы странная традиция, но ей следуют.

      Гермиона удивленно посмотрела на парня.

      — В общем, пойдем, купим эти самые перья, — сказал Гарри. — Но ручки я все равно захвачу. Если нельзя пользоваться, не буду.

      — Слушай, а ты откуда про русскую армию-то это знаешь? — спросила Гермиона.

      — Так это, читать люблю, — ответил парень. — У меня знакомые есть, семья Гапни, так у них много книг!

      — Я тоже много читаю! — обрадовалась Гермиона. — Слушай, а что ты еще читал?

      — Да много чего, так сразу и не вспомнить, — ответил Гарри.

      — Ну, хотя бы последнее, — не успокаивалась девочка.

      — Последнее? — Гарри наморщил лоб. — Ну, совсем последнее, это «Мартин Иден» Джека Лондона. Знаешь такое?

      — Конечно! — воскликнула Гермиона. — Я все его книги прочла! Я очень быстро читаю!

      Тут она смутилась, видимо оттого, что прихвастнула.

      — Ну, это же прекрасно, — спокойно прокомментировал Гарри. — Значит, мы всегда можем найти тему для беседы. А то я, признаться, как-то неуютно ощущаю себя здесь, среди всех этих волшебников и чудес. Вдвоем-то проще будет привыкнуть.

      — Да, я тоже будто попала на другую планету! — с облегчением произнесла Гермиона.

     

     

     * * *

     

      Возле магазина письменных принадлежностей Гермиону встретили родители. Они, слегка подтрунивая, спросили девочку о проведенном времени. На что вскинувшая подбородок Гермиона, продемонстрировала им волшебную палочку и сказала, что взяла в долг у Гарри деньги на ее покупку. Ее отец немедленно расплатился, поблагодарив парня за заботу.

      — Ладно, Гермиона, — произнес Гарри, видя, что родители намерены дальше ее сопровождать. — Мне уже нужно идти. Можно номер твоего телефона? На всякий случай.

      — Конечно, — в голосе Гермионы все еще звучал вызов.

      Ее родители ласково улыбались, когда дочь писала Гарри на оборотной стороне листка со списком свой номер.

      — Спасибо, Гермиона, — поблагодарил тот. — Я обязательно позвоню. Мистер Грейнджер, миссис Грейнджер.

      Гарри поочередно кивнул головой взрослым и удалился.

      — Герми, а кто этот парень, вообще? — спросила миссис Грейнджер у дочери. — Он что, сын волшебников?

      — Мам, ну с чего ты это взяла? — хмуро ответила девочка. — Гарри обычный. Он тоже рос среди…

      Тут Гермиона запнулась.

      — В общем, в обычной семье, не волшебной, — закончила она фразу.

      — А по нему не скажешь, — это уже мистер Грейнджер вставил свои пять кнатов. — Такое ощущение, что он среди пэров вырос. Ладно, что там тебе еще нужно купить, дочь?

      — Нам сюда, — Гермиона кивнула в сторону лавки с письменными принадлежностями.

     

     

     * * *

     

      До дома Дурслей, то есть до соответствующей остановки общественного транспорта, Хагрид и Гарри доехали на обычном автобусе. И у Гарри возник вопрос, почему нельзя было это сделать и в первый раз, когда до «Дырявого Котла» ехали? Зачем было проводить испытания вестибулярного аппарата в том симуляторе воздушного боя?

      — Значит так, Гарри, — произнес Хагрид. — Я приду за тобой тридцать первого августа. Вещи, которые ты купил, прибудут сразу в Хогвартс, так что не волнуйся.

      «Ну, кроме одежды и книг» — мысленно поправил его Гарри.

      — Эх не хочется мне с тобой расставаться, Гарри, — растроганно произнес Хагрид. — Но ничего не поделаешь.

      — Слушай, Хагрид, — парня мучил один вопрос. — А Дурсли… Как мне с ними теперь, после того, что произошло?

      — О, за это не переживай, — улыбнулся великан. — Они ничего не будут помнить.

      — Как это? — удивился Гарри.

      В его голове промелькнула картинка, с двумя мужиками в черных очках, которые хотят проверить глазное дно.

      — Магия способна на многое, Гарри, — ответил Хагрид. — Вот будешь учиться, все узнаешь.

      — Ну, — Гарри вздохнул. — Тогда ладно.

      — Что же, до свидания, Гарри, — грустно произнес великан.

      — До свидания, Хагрид, — ответил парень. — Жаль, что ты не можешь остаться. Ты классный.

      — Классный? — не понял мужчина.

      — То есть хороший, добрый и веселый, — пояснил Гарри.

      — Вот оно что. Хе. Спасибо, Гарри, — улыбнулся Хагрид.

      Он поднял руку в знак прощания и, развернувшись, пошел по тротуару.

      — Классный? Хе, — бормотал он. — Значит, я классный! Надо запомнить.

      Гарри некоторое время смотрел ему вслед, а потом пошел знакомой дорогой до места проживания.

      «Забыли? — думал он. — Интересно, а что они забыли? Только беседу с Хагридом? Или то, что он сделал? Вопрос. Кстати, еще как-то нужно будет объяснить откуда взялись вещи и книги… А, собственно, с какого я должен это объяснять? Ладно, сначала разберемся, что они помнят. Но в любом случае, хрен им больше, а не побегушки! Теперь у меня есть свой лом!»

      Парень погладил куртку, во внутреннем кармане которой лежала палочка. Эту куртку, кстати, он купил в одном из магазинов обычного Лондона. Просто надо было проверить деньги, которые выдали в Гринготтсе. А тут на улице как-то прохладно стало, вот и закупился по случаю.

      Кстати, было уже довольно поздно (для парня его возраста). В автобусе часы показывали начало девятого. Странно было видеть, после всего, что произошло, совершенно обычную жизнь, обычный город. Людей, которые и не подозревали, что буквально рядом, а не где-то на другой планете, есть радикально отличающийся мир, где имеются гоблины, маги. М-да, варящие зелья и колдующие волшебной палочкой. Это было забавное ощущение, чувствовать свою принадлежность к тайне.

      — О, привет, Гарри, — поприветствовал его мистер Вилкинсон и, приподняв бровь, оценил взглядом одетого с иголочки парня. — А ты чего такой нарядный?

      — Так это, — тут Гарри ткнуло весельем. — На свидание ходил.

      — На свидание? — удивился еще больше мужчина. — Ну… Ну ты даешь!

      — А то! — гордо задрал подбородок парень.

      Вилкинсон проводил его взглядом и покачал головой.

      «Как быстро дети сейчас растут. Я в его годы думал только о великах, да футболе!» — подумал мужчина.

      А Гарри шел дальше. Вот странно, еще буквально несколько дней назад он страстно желал отсюда уехать. А теперь на душе как-то нехорошо, словно он кого-то предает.

      «Все-таки, человек - странная скотина, — думал парень. — Вот вроде будет же определенно лучше, но ностальгия по привычному укладу все равно пришла. Даже как-то грустно, что я не смогу приходить зимним вечером к Гапни, попить чаю с пирогом. Или поиграть в снежки с детворой. И школьных знакомых, скорее всего, увижу только случайно».

      А вот и дом Дурслей. Машина стояла на месте, значит, они уже приехали обратно. Гарри подошел к крыльцу. Вздохнул.

      — Мистер Поттер? — раздался голос рядом, чуть не в ухо.

      — Ух, сука! — отпрянул парень.

      Рядом обнаружился молодой парень, лет восемнадцати. Одет он был странно. В смысле, так-то нормально, серые брюки, клетчатая рубашка… Но зачем ему шарф? Летом?

      — А ты кто такой? — невежливо спросил Гарри, которого все еще потряхивало.

      — Ансон Керри, — представился парень, слегка улыбнувшись, видимо, радуясь реакции Гарри. — Доставка «Из рук в руки». Вот, ваш товар, мистер Поттер.

      Парень вручил Гарри не очень большую металлическую коробку.

      «Эм. Какого хрена? Где книги? — нахмурился парень и тут заметил эту усмешку на губах курьера. — Смешно тебе. Ну ты не того решил разыграть!»

      — Простите, а из какого магазина доставка? — спросил Гарри.

      — Из лавки мадам Малкин и из книжного магазина «Флориш и Блоттс» — ответил курьер.

      Гарри изобразил на лице недоумение.

      — Вы что-то путаете, — произнес он. — Я не знаю таких магазинов и ничего в них не заказывал.

      — Простите, мистер Поттер, — улыбнулся парень. — Но у меня четкие инструкции.

      Парень достал откуда-то сзади самый натуральный свиток. Он сам собой развернулся в его руках…

      — Ого, как это? — притворно удивился Гарри. — Что, там какая-то пружинка, да?

      В глазах курьера мелькнула тень сомнения.

      — М-м, вот, — произнес он. — Комплект ученический. Три черных мантии, одна черная остроконечная шляпа, одна пара защитных перчаток из кожи дракона, один зимний плащ, черный, застежки серебряные. Это заказ из лавки мадам Малкин. Все верно?

      — Слушай, не знаю, что это за шутки, — произнес Гарри, усмехнувшись. — Но вот эту лабуду я точно нигде не заказывал. Особенно колпак и перчатки… Из кожи дракона?

      Гарри изобразил на лице насмешку.

      — А эта лавка, что типа магазина приколов, да? — спросил он.

      Курьер уже явно забеспокоился.

      — Простите, — пробормотал он. — Но у меня точный адрес…

      — Ладно, давай сюда, — сжалился Гарри. — Все верно.

      Парень вскинул на него удивленный взгляд.

      — А нефиг было меня пугать, — добавил Гарри. — Прикалываться я тоже умею.

      — Простите! — выдохнул курьер и подал свиток. — Вот тут, распишитесь!

      — Чем? — спросил Гарри, показывая пустую руку.

      — Ах да, конечно, — парень подал… перо.

      Гарри с сомнением посмотрел на сей девайс.

      «Ну, если он так уверен…»

      А перо оставляло на бумаге вполне нормальный след. Черкнув свою подпись, Гарри подал свиток курьеру.

      — Вот, пожалуйста, — произнес он. — Спасибо.

      — Вам спасибо, мистер Поттер, — слабо улыбнулся курьер. — Еще раз простите!

      — Да ладно, — махнул рукой Гарри.

      Он поднялся на крыльцо, достал ключ.

      «Ладно, поехали»

      Замок провернулся, как обычно, слегка закусывая. Дверь открылась. В коридоре, как всегда, было темно, экономия. Гарри привычно скинул туфли у ступеньки… Новенькие, черные туфли. Как непривычно было видеть красивую обувь, на месте растоптанного, чиненного-перечиненного барахла. И дырки на носках не нужно было прятать.

      В доме было странно тихо. Гарри, закинув коробку в свою комнату, вошел на кухню. Никого. Куда все подевались? О, записка.

      «Гарри. Пока мы отдыхаем, не вздумай ничего и никого притащить домой. Еды тебе должно хватить, так что денег оставлять не стали. Мы приедем первого сентября, документы твои лежат в твоей комнате, в папке, там же и билет на поезд. Не забудь, тридцать первого августа, ты уже должен быть в Вудхаус Грув. Дядя приедет второго, привезет твою форму».

      Судя по аккуратному, даже какому-то приторно-правильному почерку, писала Петунья. А еще, похоже, они реально не помнили, что произошло в хижине у моря и куда поедет учиться Гарри. Тут парень улыбнулся. Это что же, получается, он почти месяц будет один?! Вот оно, поперло так поперло!

     

     

     * * *

     

      Две недели спустя. Дом Дурслей.

     

      Ну, конечно, практика гораздо веселее теории. Особенно, когда эта самая теория (это Гарри о книге «Теория магии». Адальберта Уоффлинга) изложена весьма поверхностно. Если сравнивать, это если бы электрический ток объясняли бы в духе: «Приложите руку к оголенному проводу, а другую к другому проводу. То, что вы сейчас ощущаете и есть ток». Да, вот так, буквально. Этот самый Адальберт не объяснял, а предлагал ощутить. «Возьмите в руку палочку. Проведите ею плавно горизонтально земле. Возможно не с первого раза, но вы ощутите легкое сопротивление. Это есть магическое поле. Оно существует повсюду и именно через него маги проецируют свою силу на реальность». И все! А что конкретно есть это самое поле?! Разновидность электрического или что? На что воздействуют маги? Нет, дальше автор уходит на полкниги в приведение примеров магического действия. Потом, как подготовить себя к взаимодействию с полем. Нет, инфа, конечно нужная. Например, Адальберт довольно подробно останавливается на теории Жестов.

      Что такое Жест? Первое движение — это очерчивание зоны, в которой будет происходить заклинание. Чаще всего это шар. То есть следует круговое движение палочкой, при этом следует четко представить перед собой этот самый воображаемый шар. Далее, в появившемся шаре (он реально появлялся, едва видимое нечто, Гарри даже, поначалу, щупать его пытался), следует указать канал или каналы проистечения силы (вот что это? Куда и откуда? Что в нем проистекает?). Далее следует Действие.

      Зона не всегда именно шар. Есть так называемые направленные заклинания, обычно боевые, которые ведут к выбросу силы (или, например, какого-то материала, воды, земли, воздуха) в точке фокуса. И снова вопрос. Как заклинание подхватывает этот самый материал? Почему именно, например, воду собирает, а не гребет все подряд? Вопросы, одни вопросы.

      Нет, понятно, что детям не нужно знать столь глубоко. Никто же не будет в здравом уме объяснять ребенку, что вода это соединение водорода и кислорода. Будут говорить, что она жидкая, какую пить можно, какую нельзя. Что есть речка, в ней можно утонуть. Понятно… Но все равно раздражает.

      Так вот, Действие - это, цитата, наполнение магом, пропущенной через себя Силой, созданного им канала. Нет, так-то понятно и логично. Маглы (что-то больно быстро произошло привыкание к этому термину) когда учат ребенка писать, не объясняют устройство шариковой ручки. Так и тут. Сделай вот так, получится вот это. Многократно проверенный метод, который ложится в основу дальнейшего обучения.

      Например, подготовка к заклинанию. Нужно сосредоточиться на том, что вы хотите сделать. Представить результат (а волшебникам, похоже, без хорошего образного мышления, просто никак). Глубоко вздохнуть и, ощутив ток силы в солнечное сплетение, направить его в ведущую руку или руку с акцептором (упоминалось, что это может быть не только палочка, но например, посох или даже клинок, такое широко практиковалось в средневековье). Гарри несколько дней только с первым этапом мучился. Что значит, представить результат того, чего ты никогда не видел?

      «А тем, кто живет среди волшебников, с этим гораздо проще, получается. Можно просто попросить родственников продемонстрировать».

      Потом пара дней с тем, чтобы ощутить этот самый ток силы в солнечное сплетение. Скорее всего, это происходила определенная настройка, а этот самый ток на самом деле есть всегда. Дней через десять все получилось как-то само собой. И ток почувствовался легко и сразу. И получилось его направить в руку. М-да, а тетя будет удивлена отсутствием пары горшков с цветами…

      Дальнейшие эксперименты Гарри проводил на улице, на заднем дворе. И правильно сделал, потому что во время тренировки с Жестами что-то случилось, и этот самый шар зоны взял и выкопал в земле яму. Круглую такую, ровную, словно на задний двор рухнул металлический шар. Гарри пришлось заравнивать ямку.

      Кстати, он только потом вспомнил слова Хагрида о том, что нельзя колдовать в обычном мире. Но он вроде как и не колдовал? Да и никто не пришел. Видимо, есть какой-то критерий, под пониманием процесса колдования. Что-то типа четкого фиксируемого уровня применения силы. Или мощности? Тем более он не заходил дальше Жеста. До сего дня.

      Итак, Действие. Наполнение канала силой происходит не разом. Адальберт сообщает, что есть три четко выделяемых этапа. Первый, закрепление канала. Он производится очень слабым вливанием силы, иначе канал просто сгорит и произойдет лишь громкий хлопок… или, если влито было очень много, то взрыв. Второй этап, наполнение канала. Третий, собственно, требуемое действие. Первый этап обычно четко ощущаем, второй и третий почти сливаются. Для помощи в регулировании проистечения силы служат Слова.

      Произносимое Слово, согласно выше изложенному, обычно делится на два или три слога. Первый слог затяжной, произносится на вдохе. Второй, если он последний, говорится на выдохе и с чувством, то есть громко. Если он в середине, то произносится на дополнительном вдохе и на постоянном уровне громкости. А после него орут третий. Трехслоговые Слова характерны для сложных заклинаний.

      Есть еще двух, трехсловные заклинания. Больше, это уже Обряд. Правила там такие. Первое слово есть собственно заклинание. Второе слово — усиление. Маг вливает дополнительную силу в канал. А если есть третье слово, то это значит, что требуется задать некие условия, например, избирательность или наоборот, расширение зоны воздействия. Но тут Адальберт упомянул, что существуют многословные заклинания, которые не подпадают под эти правила. Обычно это древние заклятья или авторские. То есть те, которые волшебник придумал исключительно для себя.

      Вообще, как понял Гарри, Слова — это есть определенные вешки для мозга. Трудно представить, например… Ну что… Да вот, струю воды, крича «Рамштайн!». Другое дело, что многие приведенные названия заклинаний имеют латинское происхождение. Что как бы намекает, что магией люди балуются весьма давно. Нет, есть и вполне понятные (сразу понятные), английские названия. Но раз уж закрепилось латинское Слово (или на другом языке) заморачиваться с переводом, при этом подгоняя новое Слово к заклинанию, вряд ли кто-то будет. Разве что особо упоротые патриоты…

     

      …К воскресенью второй недели Гарри добрался до книжки с бытовыми заклинаниями. И в ней нашел то, которое использовал Хагрид. А именно «Экскуро». В описании говорилось, что оно применяется для очистки твердых предметов, от жидкостей и мелких частиц. Также заклинание применяется в медицинских целях, для промывки ран… и опустошении кишечника. Типа, на живую плоть, то есть на организм, имеющий собственное биополе (значит, все-таки оно реально есть?), заклинание не действует.

      «Интересно, а как тогда им кишечник прочищают? — подумал Гарри, и ему в голову тут же пришел способ.

      Палочка. Отверстие.

      «Тьфу, не дай бог испытать такое! Да и как? Палочкой же махать надо. Наверное, просто убирают результат применения слабительного».

      Итак, заклинание «Экскуро». Зона действия — шар. Максимальный радиус шара, без применения усиления типа «максима» три фута два дюйма, то есть метр. Гарри в качестве объекта эксперимента, использовал белый силикатный кирпич (ну какой уж нашел), облитый водой и посыпанный землей.

      Ну что, ток в солнышке. Силу в палочку. Парень очертил шар. В появившейся зоне заклинания, вывел букву «S». Такая форма канала была у этого заклинания.

      — Э-э-экс, — еле видимый след от палочки внутри шара слегка осветился желтым. — Куро!

      Яркая вспышка, глухой «бумк», и ослепленный Гарри почувствовал, как его отрывает о земли и уносит назад.

      — А, черт! — произнес он, потирая, пардон, зад, пострадавший при приземлении на вымощенную камнем дорожку.

      В воздухе витала мелкодисперсная пыль, и парень, хватанув ее, немедленно закашлялся. Вскочив, он отбежал подальше. Сняв очки, Гарри, вытер слезящиеся глаза и, прищурившись, глядел на место действия.

      «Что-то пошло не так!» — несмотря на явную неудачу, настроение у Гарри было почему-то такое… Игриво-радостное.

      Вскоре пыль улеглась, покрыв траву белой пудрой. На месте, где лежал кирпич, появился ровный черный круг.

      «Черт, опять маскировать придется, — подумал Гарри. — М-да, хорошо, что я Акцио не попробовал. Словить зубами кирпич — то еще удовольствие».

     

     

     * * *

     

      Гарри поливал траву из шланга, чтобы смыть пыль и для того, чтобы кусок газона, вырезанный чуть дальше, прижился. А еще он забавлялся тем, что рукой отклонял струю воды. Обнаружилось это случайно. Направляешь ток силы в руку, без палочки, и происходит вот такая ерунда.

      Звонок в дверь раздался неожиданно. Гарри положил шланг, закрыл воду и поспешил к входу.

      На пороге обнаружились полицейские. Мужчина и женщина, при полной форме и в этих таксистских фуражках. А у калитки стоял патрульный автомобиль.

      — Добрый день, — коснулся фуражки мужчина. — Могу я увидеть взрослых?

      — Простите, сэр, — ответил Гарри. — Но они… сегодня отъехали до позднего вечера.

      Полицейские смерили парня подозрительными взглядами.

      — Ваши соседи жаловались на громкий звук, похожий на взрыв, — заговорил бобби.

      «Ну да, это же Англия. У нас бы только пришли сами позырить, что это там хлопнуло. А тут сразу стук».

      Кстати, Гарри сейчас выглядел, как мукомол. То есть присыпанный белым. Поэтому он сделал виноватое лицо и пролепетал.

      — Это… Это я, — выдохнул он. — У дяди было немного цемента и я решил… ну… в общем…

      Споткнулся Гарри на самом деле, лихорадочно придумывая, что могло хлопнуть.

      — В общем, накачал матрас, ну плавательный такой… — парень сделал щенячьи глаза. — А сверху цемент… ну чтобы, как настоящий взрыв…

      «Ой, лажа! Ой, не верю!»

      — Хм, — мужчина заколебался.

      — Я уже все убираю, честно! — пролепетал Гарри.

      Тут улыбнулась женщина, тронув напарника за локоть.

      — Что же, давай, убирай! — произнесла она. — И больше так не делай, хорошо?

      Парень активно закивал головой. Мужчина смерил парня прищуренным взглядом.

      «Прокатило!» — с облегчением выдохнул Гарри.

      Он уже хотел закрыть дверь, как его остановил мужской голос.

      — Мистер Гарри Поттер?

      Парень обреченно повернулся на звук. Полицейские уже вышли со двора и сели в машину. А возле двери стоял мужчина, в длинном светлом плаще, с каким-то землистым цветом лица и в шляпе-котелке. Черты его лица были какие-то словно размытые, совершенно невыразительные. Мужчина приоткрыл полу плаща, показывая большой значок, закрепленный над карманом светло-коричневого пиджака.

      — Министерство Магии, отдел надзора и контроля, — произнес мужчина. — Меня зовут Ник Гарет. Я здесь по поводу совершения магического действия.

      — Вы аврор, да? — уточнил Гарри.

      — Совершенно верно, мистер Поттер…

     

      …Они сидели в гостиной, мужчина на стуле, где обычно находилась Петунья, Гарри на том, где сидел Дадли.

      — Значит, это было бытовое заклинание, мистер Поттер? — спрашивал мужчина.

      — Да, — ответил Гарри, смотря, как мужчина что-то записывает в странном блокноте.

      Он (блокнот) был довольно длинный, как стандартный лист А4, но узкий, с ладонь. При этом имел толстенную кожаную обложку, на лицевой стороне которой имелась круглая эмблема, размером с галлеон (около трех сантиметров). В середине была оттиснута буква «М», а кругу шла надпись «Ministry of Magic».

      — Какое заклинание вы использовали, мистер Поттер? — спросил Гарет.

      — Экскуро, — мрачно ответил Гарри.

      — Экскуро, — повторил мужчина, записывая. — Что же, мистер Поттер. Ввиду того, что вы раньше не привлекались к ответственности за нарушение Статута о Секретности, а также то, что вы несовершеннолетний, штраф будет предъявлен символический, размером в один галлеон.

      «Ничего себе символический!»

      — Уведомление о наложении будет направлено вам по почте, — произнес мужчина. — При его уплате в течение двух дней с момента получения уведомления, вы можете воспользоваться правом погасить только половину суммы.

      — Эм, а могу я сразу внести деньги? — спросил Гарри.

      Мужчина чуть шевельнул бровью. Он положил блокнот на стол (при этом закрыв его) и достал небольшую… коробочку?.. в общем, что-то похожее на футляр для очков. С одной стороны у этого футляра имелась прорезь.

      — Как я и говорил, оплата в течении двух дней составляет половину суммы, то есть девять сиклей, — произнес аврор.

      «Хм, и тут нае… жульничество. Округлили-то в свою сторону!».

      — Сейчас я принесу, — произнес Гарри, вставая…

     

      —…Все, оплата внесена, — произнес мужчина, когда последняя серебряная монета провалилась в прорезь.

      Он взял блокнот, что-то черканул там. А потом достал, прямо из него, вполне себе полноразмерный лист.

      — Вот, ваше уведомление, — произнес мужчина. — Уже погашенное.

      Гарри пробежался по листку. В шапке было обозначено это самое министерство, далее было прописано кто, кого и где. Потом посередине крупно «Уведомление» и, собственно, что произошло.

      Ниже были даты. Время произошедшего, время фиксации, время получения и время оплаты. Совершенно обычный официальный документ, разве что он был целиком написан от руки, правда, очень красивым почерком. И когда Гарри взял лист в руки, по диагонали появилась красная надпись «ПОГАШЕНО».

      — Спасибо за содействие, — сухо и официально произнес мужчина, поднимаясь.

      — Да, — только и ответил Гарри.

      Мужчина коснулся шляпы кончиками пальцем… И будто втянулся в точку с легким хлопком. Парень ошарашено выпучил глаза.

      — Чертова магия! — пробормотал он.

     

     

     * * *

     

      Внизу раздался звонок телефона. Гермиона, увлеченная чтением, даже не обратила на него внимания. Но вскоре раздались шаги и стук в дверь.

      — Герми, там тебе звонят! — громко сказала мама. — Гарри Поттер!

      Девочка слегка вздрогнула и подняла голову. Честно говоря, за книгами, она несколько забыла того странного парня. И вот он звонит, как и обещал.

     Гермиона спустилась вниз и взяла трубку, лежащую рядом с телефоном.

      — Алло? — сказала она, почему-то слегка опасаясь.

      — Привет, — раздался ответ. — Как дела?

      — Нормально, а у тебя? — ответила девочка.

      — Да вот, читаю то, что купили, — ответил Гарри. — Кое-что уже пробую.

      — Правда?! — удивилась Гермиона.

      — Да, только пока мало, что получается, — ответил парень. — Я кирпич только в пыль размолол. Экскуро.

      Девочка удивленно округлила глаза, слушая парня.

      — В общем, Гермиона, — говорил дальше Гарри. — Ты не против, если я приеду в гости? Может вдвоем мы разберемся, почему у меня не выходит так, как написано?

      — Конечно! То есть я буду… — девочка запнулась, глубоко вздохнула и, взяв себя в руки, спокойно ответила. — Да, приезжай.

      — Ты только адрес свой подскажи, а то в прошлый раз я его так и не спросил, — произнес Гарри…

     

      … Гермиона положила трубку на рычаг и посмотрела в зеркало. Коснулась ладонью волос.

      «У тебя шикарные волосы» — вспомнила она слова Гарри и слегка смутилась.

      — Ну что? — мама выглянула в коридор. — О чем вы говорили?

      — Гарри хочет приехать в гости, — ответила Гермиона. — Завтра.

      — О, так это же хорошо! Дорогой! — женщина скрылась в гостиной. — Надо съездить в магазин, я приготовлю чего-нибудь вкусное!

      — Хорошо, — донесся глухой ответ папы. — Только давай не сегодня, а завтра с утра, ладно?

      — Ну, дорогой! — в голосе мамы послышались ласковые нотки. — Давай сегодня?

      Некоторое время в гостиной молчали. А потом папа произнес:

      — Умеешь ты уговаривать, — проскользнули в его голосе веселые нотки. — Ладно, собирайся.

     

     

     * * *

     

      Эх, как было проще с развитой сетью Интернета! Можно было с мобилы заказать такси, не общаясь с оператором. А теперь уже три человека посоветовали мальчику не баловаться, иначе они обратятся в полицию. Можно было, конечно, доехать и на автобусе, но вот захотелось именно на такси. И малый возраст не сможет помешать желанию комфорта!

      Делов-то, дойти до дома Гапни. Миссис Гапни слегка приподняла брови, выслушав просьбу Гарри.

      — Как далеко, — сказала она, услышав адрес. — А тебе, зачем туда надо, Гарри?

      — Я осенью уезжаю учиться в частную школу, — ответил парень. — И случайно, когда учебники покупал, познакомился с будущей одноклассницей. И обещал в гости прийти.

      — Обещание нужно выполнять, — улыбнулась миссис Гапни и сняла трубку.

      Потом, когда приехала машина, она лично посадила в нее парня и сама назвала водителю адрес. Чем избавила Гарри от необходимости что-то выдумывать насчет того, как это так, какой-то пацан один в такси по Лондону рассекает. Это вам не Россия девяностых, когда всем на все было положить. Хотя иногда и бесит это постоянное повальное занудство.

      Одет был Гарри опять в рубашку, заправленную в серые брюки. Куртка, которую из-за палочки тоже пришлось взять, лежала на сидении рядом. Наряд простой, но материал был реально хороший, на самом деле. Вот теперь парень понимал, почему богатеи предпочитают дорогие ткани. Рубашка нигде не терла, тело под ней не потело, едва выйдешь на солнце или вот как сейчас, в душной машине (водила что, боится простудиться? Зачем он все окна закрыл?). Штаны тоже были на высоте. Не мялись, стоило присесть на пять минут, не топорщились забавно в районе ширинки. Ну и вообще, прикосновение одежды к телу было как ласка. А не проверка кожи на длительное трение.

      «Вот так к хорошему привыкнешь, а потом обычная одежда рубищем покажется. Но. Да наплевать. К чему мы только не привыкали, с чем только не мирились! Пока идет в руки само, будем пользоваться! Побарахтаться в дерьме всегда успеем!».

      Гарри улыбнулся и посмотрел в окно. Да, все-таки, как ни крути, заметно, что Лондон был центром самой огромной империи. Тут все было как-то на уровне. Прошлое плавно перетекало в настоящее. Асфальт главных улиц, сочетался с мощеными мостовыми улиц для пешеходов. Все, что надо побелено, покрашено. Все аккуратно и благолепно. И это только пригород. Пару раз Гарри бывал в Сити, вот там царство стекла и бетона, полный хайтек повсюду. Ну как хайтек… Для конца восьмидесятых. Его поэтому особенно и не впечатлило, он видал уровень куда круче.

      «А вскоре я вообще натурально в прошлое попаду, — думал парень, вспоминая Косой Переулок. — Причем фэнтезийное. Ну, надо же, как меня закинуло. Все думал, как выбраться с этого минусового уровня, а оказался сразу в козырях, причем вообще в другой колоде».

      Выехав из Лондона, такси покатило опять по пригороду. Вот только чем дальше, тем круче были дома. И машины возле этих домов. Да, это вам не Литтл Уингинг. Там средний класс максимум, а тут сразу видно, живут люди состоятельные. Дома большие, двух-трехэтажные. Живые изгороди, классические английские газоны.

      «Как получить классический английский газон? — вспомнилось Гарри. — Все просто. Нужно регулярно стричь траву… Лет триста».

      Улицы становились все уже. Здесь автобус, к примеру, явно не протиснется. Впрочем, вряд ли местные жители пользуются общественным транспортом. Такси свернуло и буквально сразу затормозило.

      — Приехали, — буркнул водитель.

      «У него что, проблемы с желудком? Или банальная зависть к людям, что сюда приезжают?»

      — Вот, возьмите, — сказал Гарри, протягивая пятидесятифунтовую банкноту и с каким-то злорадством добавил, — сдачи не надо.

      Прихватив куртку, которую, чтобы не забыть, он постоянно держал в руке, (еще не хватало ее, в смысле палочку, профукать!) Гарри вылез из машины и с удовольствием вдохнул свежий, после духоты в такси, воздух. Водила, зыркнув на Гарри злобным взглядом, уехал.

      «А я смотрю, Гермиона тоже не бедствует» — подумал парень, осматривая дом, адрес которого сказала девочка.

      Три этажа, в смысле два полноценных и один чердачный. Сам дом из красного кирпича. К входной двери вела дорожка, по бокам которой росла живая изгородь. Зелени вокруг было вообще очень много. Гарри, повесив куртку на руку, не спеша подошел к входной двери.

      «Хм, даже тут все в стиле» — подумал он, увидев дверной звонок в виде бронзовой полусферы, по центру которой имелась такая же, то есть с металлической поверхностью, кнопка.

      — Доброе утро, миссис Грейнджер, — произнес Гарри, когда ему открыли дверь, и вежливо улыбнулся. — Вы прекрасно выглядите!

      — Спасибо, Гарри, — произнесла, улыбнувшись, женщина. — Проходи.

      Гарри вошел внутрь. Куртку у него сразу забрали и повесили на вешалку, рядом с дверью.

      — Вот тапочки, Гарри, — произнесла миссис Грейнджер, показывая на просто идеально белую обувь.

      «Похоже, даже новую» — заметил парень.

      Он снял ботинки у входа и надел тапки.

      — Проходи, Гермиона сейчас спустится, — улыбнулась миссис Грейнджер, показывая на гостиную.

      — Благодарю, — кивнул Гарри и прошел куда указали.

      Гостиная оказалась большой и светлой. Это ощущение усиливало окно во всю стену, выходящее на задний двор. Справа от входа стояли шкафы с книгами. Кстати, в задней части комнаты, там, где было окно, было сделано что-то типа этакой веранды. Комната как бы выдавалась наружу, а ощущение беседки создавалось большими окнами. Там стоял столик и три стула.

      Напротив входа имелся традиционный камин, вокруг него опять же два кресла и небольшой диванчик. Между ними маленький круглый стол. В одном из кресел сидел отец Гермионы.

      — А, вот и Гарри! — мужчина отложил газету и так слегка с прищуром глянул на парня.

      — Добрый день, сэр, — кивнул Гарри, подойдя ближе.

      — Все-таки решился прийти в гости? — тон мужчины был добродушным. — А женщины еще со вчера готовятся к твоему приезду!

      — Джон! — раздался слегка возмущенный голос миссис Грейнджер.

      — Все, молчу-молчу, — усмехнулся мужчина и, привстав, подал Гарри руку.

      Парень пожал ее и слегка улыбнулся в ответ. И присел на кресло, когда мужчина сделал приглашающий жест.

      — Значит, ты тоже волшебник, Гарри? — спросил мистер Грейнджер.

      — Так вышло, — ответил Гарри.

      Мужчина чуть приподнял бровь.

      — То есть ты не знал, что им являешься? — уточнил он.

      — Абсолютно и полностью, — усмехнулся парень. — Мои родственники, скажем так, люди прагматичные и не приветствуют… игру воображения.

      — Мы тоже не предполагали, что существует что-то такое, — вздохнул мужчина. — Но факты — вещь упрямая. И я верю, что моя дочь сможет достойно все это изучить и принять. Она всегда стремится быть лучшей!

      В голосе мистера Грейнджера прозвучала гордость.

      — Хорошая черта, — заметил Гарри. — Я, признаться, этим похвастаться не могу. Иногда мне просто лень.

      — Ну, тогда тебе повезло! — усмехнулся мужчина. — Или наоборот, не повезло. Моя дочь, когда хочет что-то узнать, способна уговорить Тауэр рассказать свою историю.

      — Я предпочту думать, что мне все-таки повезло, — улыбнулся Гарри.

      «Черт, и сколько мы тут еще будет куртуазничать? Могут ведь и щекотливые вопросы последовать!»

      — А вот и моя дочь! — мужчина широко улыбнулся.

      «Вовремя» — с облегчением подумал Гарри, вставая.

      — Красавица! Да, Гарри? — произнес мистер Грейнджер.

      А Гарри смотрел на девочку. В сиреневом легком платье до колен, пышная прическа... И, похоже, она была слегка смущена.

      «Пока еще не сильно видно, но клянусь своей треуголкой, скоро бутон расцветет! А уж волосам как будут завидовать! Надо же какие сильные!»

      — Не могу с вами не согласиться, сэр! — искренне ответил Гарри.

      Хогвартс. Кабинет директора.

     

      https://www.youtube.com/watch?v=yvJne1065Ew

      Иоганн Штраус, вальс «Весенние голоса».

      (Лично мне этот вариант исполнения нравится больше всего, звучит наиболее приближенно к тому, что я слушал вживую, и под него реально можно вальсировать).

     

      Старый патефон, разливая по кабинету мелодию, дарил какое-то по-настоящему светлое настроение. Минерва МакГонагалл, зашедшая в кабинет директора вообще-то по делу, сначала из вежливости не стала сразу отрывать профессора от прослушивания, а потом и сама несколько поддалась ностальгии.

      Во времена ее обучения она могла попасть на бал только здесь. Это было время, когда военная форма была настолько популярна, что многие родители учеников приходили в ней. Только что закончилась эта бойня в Европе, будущее казалось светлым и чистым…

      Второй раз на бал ее вытащила Августа. Минерва, помня свои переживания на Осеннем балу, идти не хотела, но уже тогда настойчивая и упорная Лонгботтом неделю буквально преследовала ее и даже заказала платье. Это было первое ее Рождество, встреченное не с семьей…

      И это была словно история из романа. Она попала из скромного домика священника, прямиком во дворец. Красивые платья, улыбки и смех. Хоть Минерва и не танцевала (как, впрочем, и большинство первокурсников), но ученики старших курсов и даже некоторые преподаватели, с удовольствием погружались в чудесный мир музыки и кружились по залу. А над ними кружились привидения, словно отражение в воде праздничного зала. Никогда после Хогвартса, Минерва больше не чувствовала этой по-настоящему праздничной атмосферы…

     

      — Ох, Минерва! — Дамблдор улыбнулся, заметив декана Гриффиндора. — И давно вы ждете?

      — Ничего, Альбус, — мягко ответила женщина. — Я тоже, признаться, заслушалась.

      — Да, музыка нашей молодости, — произнес директор. — Когда все еще были… живы и впереди была вся жизнь.

      По губам мужчины скользнула грустная улыбка.

      — Я впервые услышала этот вальс здесь, — ответила Минерва. — Первый курс, Осенний бал.

      — Да, девочка Мини, которая боялась, что кто-нибудь запачкает ее платье, — улыбнулся Дамблдор.

      — Так ведь и запачкали, — улыбка Минервы тоже вышла слегка грустной. — Это негодяй Корвус Лейстрейндж все же уронил на него торт.

      — Августа потом нашла тебя в туалете, — вздохнул директор. — С огромной дырой в подоле.

      — Кто же знал, что Экскуро даст такой эффект? — вздохнула Минерва. — Спасибо Филиусу, он уже тогда знал немало… чтобы понять, что сам не справится.

      Дамблдор усмехнулся. Игла на патефоне сама приподнялась и легла рядом с пластинкой.

      — Присаживайся, Минерва, — произнес он. — Я же вижу, ты опять пришла поговорить о чем-то очень необходимом.

      Декан Гриффиндора прошла к стулу и присела на него.

      — Альбус, в этом году будет еще больше детей, не из старых семей, — заговорила Минерва. — Мы получили уже больше десятка извещений из Министерства, о нарушении Статута именно будущими первокурсниками.

      — Ты же знаешь, Минерва, — с некоторой досадой произнес директор. — Я уже не один раз выносил на повестку предложение об организации дополнительных летних курсов и о создании младшей школы при Хогвартсе. Но старым семьям неинтересно тратить на это деньги, а Министерство просто топит это начинание в ворохах бумаг. Как всегда. Они задумаются только тогда, когда произойдет что-нибудь очень плохое.

      — Тут речь о детях, а не о том, какое еще заклинание выглядит опасным, — резковато произнесла Минерва. — Если Визенгамот и Министерство настолько инертны, то может быть стоит поднять вопрос о правомерности наложения наказания для таких случаев? Язык денег они понимают куда лучше, особенно министерские.

      — Ты же знаешь, что произойдет дальше, — вздохнул Дамблдор. — Сначала запретят продавать книги и палочки детям не из семей волшебников. Но они же не остановятся только на этом запрете. Наверняка дело дойдет до антимагических браслетов.

      — И потом родители могут задуматься, куда же они отправляют своих детей, — закончила за директора МакГонагалл. — После этого же останется только сменить мантии на полосатые робы и набивать номера на запястьях.

      — И многие «чистокровные» поддержат их в этом начинании, — в голосе директора прозвучал сарказм. — Ровно то же самое происходило в Германии. И теперь Нейшванштейн лишь музей.

      — Но что-то же нужно делать, Альбус, — с тревогой в голосе произнесла Минерва. — Несчастные случаи уже были.

      — Среди… маглорожденных, — последнее слово Дамблдор произнес с мрачностью. — Ты же знаешь, никто из старых семей даже не почешется по этому поводу.

      — Возможно… тогда стоит попросить… кого-то помоложе? — сказала МакГонагалл. — Кто не будет оглядываться на бюрократию и не подвержен влиянию… родословной?

      — А кто будет приглядывать уже за ними? — вздохнул Дамблдор. — К тому же тех, кто смог бы, их очень мало и это не решит проблему. Они не смогут наблюдать двадцать четыре часа в сутки. Это проблема, если угодно, поколения. Как в свое время это было с тем, что принимали детей только из семей волшебников.

      — То есть ничего не делать? — нахмурилась МакГонагалл. — Ждать, пока очередной случай закончится чьей-нибудь смертью?

      Директор тяжело вздохнул. Он поднялся со стула и подошел к окну.

      — За то время, пока я преподаю и руковожу Хогвартсом, — произнес он. — Погибли шестьдесят четыре ученика. В месте, где столько взрослых и более старших учеников. Дуэли, самоубийства, убийства. Неудачные самостоятельные эксперименты. Если закрыть Хогвартс, станет легче?

      — Но это…

      — Минерва, — прервал ее Дамблдор. — Можно сейчас долго рассуждать об этом, но реальность такова, что мы пока ничего не можем с этим сделать. Разве что ухудшить ситуацию. Да, пока мы будем просто ждать. Пока не сменится само мышление, пока волшебников не из старых семей, не станет больше. А пока я буду пытаться протащить через министерство и Визенгамот свои предложения и не дать им пойти по легкому пути запретов. Наверняка и ты не успокоишься. Но главное в этом деле — не навредить. Потому что альтернативой будет уменьшение числа учеников. Причем именно тех, кто наиболее талантлив.

      — Я все равно не могу согласиться с этим, — упрямо произнесла Минерва.

      — Ну, если бы ты соглашалась, — ответил Дамблдор, улыбнувшись. — То не была бы Минервой МакГонагалл.

     

     

     * * *

     

      Дом Грейнджеров.

     

      Гермиона с Гарри ушли наверх, в ее комнату, а миссис Грейнджер подошла к мужу.

      — И как тебе этот мальчик? — спросила она.

      — Трудно сказать что-то определенное после короткой беседы, — ответил мужчина. — Не тушуется. Вот взгляд у него какой-то… Слишком взрослый, что ли. Но может это из-за того, что он без родителей остался.

      Миссис Грейнджер некоторое время молчала, крутя в голове мысли и впечатления.

      — Пойду, проветрю гостевую комнату, — сказала она. — А то мы ее уже месяц не открывали.

      — Подслушивать будешь? — хитро сощурился мужчина. — Вдруг этот парень к нашей Герми приставать начнет?

      — Да ну, скажешь тоже, им же по одиннадцать! — улыбнулась миссис Грейнджер.

      — Потом расскажешь, — сказал мистер Грейнджер, возвращаясь к газете.

      Женщина улыбнулась и ушла наверх.

     

     

     * * *

     

      Комната Гермионы Грейнджер

     

      http://multifandom.ru/pic/201505/1024x600/multifandom.ru-808.jpg

      — Проходи, — сказала Гермиона, входя в свою комнату.

      Ну что сказать, обычная комната. Не очень большая (хотя если сравнивать с той, где обитал Гарри, просто дворцовая палата), кровать, рядом с ней, в изножье… хм, сундук. Письменный стол. Пустой, компов тут еще нет. Музыкальный центр. Ну и много книг. Они лежали аккуратными стопками на полке, что тянулась по стене возле кровати, а потом, делая поворот в углу, доходила до окна, где стоял письменный стол. Художественные книги и явно какие-то справочники. Несколько школьных учебников. Рядом с кроватью стопка книг для Хогвартса. Кстати, «Бытовые заклинания» была верхней и в ней торчала закладка.

      Тут Гарри заметил одну книгу, которая ему досталась в свое время в виде… мусора. Буквально. Парень подобрал этот самоучитель французского у мусорного бачка. Куча страниц в нем отсутствовала (даже большая часть), но кое-что почерпнуть удалось. Хм, кажется, будто это было давным-давно, а всего лишь полгода прошло.

      — О, ты тоже учишь французский? — заметила интерес парня Гермиона.

      — Скажем так, пытаюсь, — улыбнулся Гарри. — А ты?

      — Я уже много слов знаю, — гордо заявила девочка.

      — Вот, если в Хогвартсе скучно будет, потренируемся, — усмехнулся парень.

     Тем временем Гермиона развернула стул, что стоял за письменным столом.

      — Садись, — сказала она.

      — Спасибо, — кивнул Гарри и прошел к стулу.

      Гермиона проводила его взглядом.

      — А ты всегда такой вежливый? — спросила она и чертыхнулась. — Прости… Просто я… Такое ощущение, будто мы давно знакомы и я говорю, что думаю. Странно, да?

      — Да я не против, — улыбнулся Гарри.

      Гермиона посмотрела на него и улыбнулась.

      — Знаешь… — произнесла она и запнулась. — Гарри… Ладно, ничего.

      Она отвернулась и взяла книгу с бытовыми заклинаниями.

      — Я прочитала, ну про заклинание, про которое ты говорил, — заговорила она. — В общем, мне оно не показалось сложным…

      — Не, подожди, — остановил ее Гарри. — Ты пробовала вообще колдовать? В смысле, Теорию Магии прочла?

      — Конечно, — с серьезным видом произнесла Гермиона. — Даже… попробовала.

      — И что разбила? — улыбнулся Гарри.

      Гермиона невольно улыбнулась в ответ.

      — Вазу, — ответила она. — Вот тут стояла.

      Она коснулась рукой полки, возле которой находилась.

      — Потом на улицу выходила, — добавила она.

      — Я тоже так сделал, — ответил парень. — Потом пришлось газон восстанавливать.

      — И что ты понял? — с воодушевлением произнесла Гермиона и в ее глазах появилась натурально жажда!

      — Ну, зону действия, которая шар, я теперь активирую легко, — произнес Гарри. — У меня, как я думаю, проблема со вторым этапом, с наполнением канала силой.

      Девочка слегка округлила глаза, слушая парня. Ей слегка было… непривычно, что кто-то… Был столь же настойчив в учебе. Она же знала, что Гарри до того понятия о магии не имел, то есть был в том же положении, что и она сама.

      — Кстати, ты сами заклинания не применяла? — спросил Гарри.

      — Пока еще нет, — ответила девочка.

      — И не стоит, — криво усмехнулся Гарри. — Ты про авроров знаешь?

      — Они что-то типа полиции, да? — ответила Гермиона.

      — А также следят, чтобы маги не нарушали правила и не колдовали среди обычных людей, — уточнил парень. — Я вот уже нарвался на штраф.

      — Тебя оштрафовали? — удивилась девочка. — Но за что?

      — За нарушение Статута о Секретности, — ответил Гарри. — Это когда я Экскуро пытался применить. Как-то так получилось, что у меня взрыв произошел. И тут же явился аврор. Так что учти это, штраф один галлеон. И то потому, что я в первый раз.

      Гермиона задумалась.

      — И как же мы тогда должны тренироваться? — спросила озадаченно она.

      — Знаешь, я до того весьма активно баловался, — ответил Гарри. — Думаю тут дело в том, чтобы заклинание сильным не было и чтобы немаги нас не заметили.

      — А родители? — уточнила Гермиона.

      — Ну, они-то в курсе у тебя, — ответил Гарри уверенным тоном. — На меня же соседи пожаловались.

      — Тогда, — Гермиона открыла книгу на закладке. — Как насчет Репаро? Чинит мелкие предметы. Думаю, это заклинание не сильное.

      — Я думал Экскуро тоже не сильное, — ответил парень, с некоторой опаской. — А грохнуло так, будто бомба взорвалась!

      — У Репаро шар двадцать сантиметров максимум, — возразила Гермиона.

      — Так подожди, делись информацией, — остановил ее Гарри.

      Девочка недоуменно посмотрела на него.

      — Хорошо, я начну первый, — произнес Гарри. — Ты прочла, что написано в книге про Экскуро?

      Разумеется, Гермиона утвердительно кивнула.

      — Есть некоторый момент, — продолжил парень. — Похоже, при сильном загрязнении ткани, заклинание воспринимает ее как мусор, то есть тоже убирает.

      Девочка удивленно вскинула брови.

      — Я видел, как это заклинание применяют, — пояснил Гарри.

      — Хм, вот как, понятно, — кивнула Гермиона. — Но я знаю про Репаро только то, что написано в книге.

      — Знаешь, я думаю, что даже один и тот же текст, разные люди могут воспринять по-своему, — ответил парень. — Ты что поняла?

      — Репаро можно восстановить недавно сломанную вещь, которая может поместиться в Зону Действия заклинания, — заговорила Гермиона. — Им не получится воздействовать на живую ткань. Большой объект можно восстановить по частям. Если был какой-то дефект до разрушения, он останется.

      — То есть, получается каким-то образом объект восстанавливается до того состояния в котором был, — задумчиво произнес Гарри. — Интересно, как задается именно та временная точка, в которой объект был целым?

      — Я… — девочка нахмурилась. — Как-то… не думала об этом.

      — Да это я так, просто размышляю, — откликнулся Гарри. — Так что?..

      Он наклонился ближе в Гермионе.

      — Попробуем? — тихо произнес он.

      Та заколебалась. А потом решительно тряхнула головой.

      — Давай! — так же негромко ответила она.

      — Делай ты, я хочу посмотреть со стороны, — деловито произнес Гарри. — Так, надо сделать так, чтобы поменьше, если что, было… ну, проблем. Я возьму?

      Гарри кивнул на карандаши в стакане, который стоял на столе. Гермиона слегка улыбнулась и кивнула. А потом достала, почему-то из-под подушки, палочку. Тем временем парень вытащил один из карандашей и с легким треском сломал его.

      — Я словно в лаборатории, эксперимент провожу! — слегка нервно хихикнула Гермиона.

      Гарри улыбнулся.

      — Хм, мисс Грейнджер! — Гарри подметил под столом мусорное ведро.

     Пустое кстати. Поэтому он перевернул его и поставил на пол. На донышко поместил обломки карандаша.

      — Объект прима семнадцать готов, — произнес он. — Время, одиннадцать часов, две минуты, восемнадцатое августа, девяносто первого года. Эксперимент номер один. Восстановление объекта.

      Девочка хихикнула.

      — Мисс Грейнджер, давайте серьезнее, — притворно строго пожурил Гарри. — Начинайте эксперимент.

      — Конечно, профессор Поттер, — подхватила шутку Гермиона.

      А потом подняла руку с палочкой. Глубоко вздохнула. Круговое движение палочкой.

      «Ага, а чужой шар не видно, — подметил Гарри. — То есть, увидеть заготовку заклинания нельзя».

      Тем временем палочка Гермионы описала фигуру, похожую на треугольник.

      — Все путем, давай, — подбодрил Гарри, когда девочка слегка растерянно посмотрела на него.

      Гермиона кивнула и выдохнула.

      — Ре-е-е, — буква «р» на вдохе почти смазалась. — Паро!

      Негромкий щелчок, как от небольшого электрического разряда, повисла легкая дымка. Гарри на рефлексах во время этого отодвинулся подальше, помня свой опыт. Дымка быстро рассеялась и дети увидели… совершенно целый карандаш!

      — У меня получилось, — изумленно пробормотала Гермиона. — У меня получилось, Гарри!

      — Да, как ни обидно это признавать, — ответил парень, наклонившись над карандашом.

      Он взял его в руки, попробовал на прочность.

      — А почему обидно? — не поняла девочка.

      — Ну, у меня-то не получилось, — улыбнувшись, пояснил Гарри и поднял карандаш, словно знамя. — Ну что же, поздравляю вас, мисс Грейнджер, вы волшебница!

      Гермиона польщено улыбнулась.

      — А теперь давай подождем, не придет ли сюда аврор, — сказал парень.

      На лице девочки появился страх. Она испуганно посмотрела на дверь.

      — Не переживай, — сказал Гарри. — Если что, скажем, что это я колдовал. Мне уже не привыкать.

     

     

     * * *

     

      Вечер того же дня.

     

      В сопровождении семьи Грейнджер Гарри вышел из дверей их дома.

      — Все будет в порядке, Гарри? — с опасением спросил мистер Грейнджер, смотря на ожидающее такси.

      — Да, конечно, — кивнул парень. — Меня встретят.

      — Гарри, позвони, когда приедешь домой, — произнесла миссис Грейнджер.

      — Хорошо, — чуть улыбнулся парень и перевел взгляд на Гермиону. — Герми, было очень интересно, спасибо.

      Девочка улыбнулась. Гарри чуть склонил голову и, развернувшись, пошел к машине. Хлопнула дверь.

      — А вы хорошо поладили, Герми, — с улыбкой произнесла миссис Грейнджер.

      — Просто Гарри тоже любит учиться, — ответила девочка.

      — Две перчатки нашли друг друга, — усмехнулся мистер Грейнджер. — Я уже заранее сочувствую вашим учителям. Ладно, пойдемте в дом.

      Гермиона сразу же поднялась в свою комнату (потому что была еще куча непрочитанных книг!), а взрослые прошли в гостиную.

      — Она вся в тебя, Мари, — произнес мужчина, заняв одно из кресел перед камином. — Я словно снова вижу ту девочку, которая отчитала меня за грязные ботинки.

      — Ну, Гарри пришел в чистых, — улыбнулась женщина.

      — Да, тут он меня обошел, — усмехнулся мистер Грейнджер. — Ну и?

      — Что и? — слегка улыбнулась миссис Грейнджер. — Они на самом деле обсуждали книги и какие-то заклинания.

      Женщина помотала головой.

      — Знаешь, несмотря на то, что я видела все собственными глазами, — продолжила она. — Мне все равно… не верится.

      — Наша дочь и должна была стать необычным человеком, — уверенно ответил мужчина.

      — Знаешь, иногда я даже немного, совсем чуть-чуть ревную, — снова улыбнулась миссис Грейнджер.

     

     

     * * *

     

      https://www.youtube.com/watch?v=ZuI61cTNbAk (Sting — Shape of My Heart)

     

      Такси ехало по вечернему городу. А в голове было удивительно пусто. Видимо Гарри сегодня досыта наговорился. По его губам скользила время от времени легкая улыбка, когда он вспоминал серьезное личико в обрамлении каштановых волос.

      «Может, то, что было до того, это было испытанием или скорее закалкой? Зачем-то же я появился здесь?»

      Перед взором промелькнули картинки совсем другой жизни. Когда он приходил в комнату общаги и часто даже не успевал раздеться. Вонючая канава с ледяной водой, яростные крики и выстрелы. Переезд в другой город, из-за страха, что бывшие подельники выдадут его. И снова бесконечная вереница серых дней, разбавляемых только дешевым спиртом, потому что по-другому уже не удавалось отрубиться. Какие-то лежанки в подсобках, ободранные стены общаг. Шмары, по-другому не сказать, которые раздвигали ноги за бутылку пива.

      Но он снова и снова улыбался своему отражению в зеркале. Иногда кривясь от боли, из-за того, что лицо было похоже на отбивную.

      Он не помнил все точно. Эти вспышки-картинки, вот что ему досталось от того человека, который вышел из ворот интерната солнечным июньским днем, сжимая в руке аттестат. Видимо, вот такие яркие воспоминания, ну или значимые воспоминания только и остались. Как он смог накопить денег на тот киоск, торгующий кассетами и дисками? Но ощущение именно своей собственности было уверенное.

      Он даже не знал, что осталось от того него и что теперь уже приобретено здесь. Да что там, он осознал, что все эти сны не просто сны, лет в девять. Как-то опа и понял, что ему на самом деле уже за тридцать. И все, что преподают в школе, для него уже не новость. И что читать его тянет уже не сказки.

      Возможно, надо было по-другому себя вести. Но вместе с воспоминаниями пришла и усталость. Ему больше не хотелось никуда карабкаться. Раздвигать локтями. Может быть для девятилетнего мальчика жизнь у Дурслей показалась бы тяжелой, но Гарри… Да, Гарри, ему нравилось свое имя. Так вот, он можно сказать отдыхал. Иногда отпускал живущего в душе каждого взрослого ребенка… Да, возможно он делал это чаще, чем нужно, добирая тех ощущений, которых было мало ТАМ.

      Со взрослыми, понятно, он сходился легче, чем с детьми. Он не афишировал своих мыслей, предпочитая слушать. Вообще, люди относятся к тем, кто их выслушал, с симпатией. Так было с семьей Гапни. С мистером Вилкинсоном, жена которого умерла при родах. С Мэри, которую бросил парень. С другой стороны Гарри даже не пытался наладить отношения с Дурслями, ему просто не нравились эти люди. В них всегда ощущалась эта гадкая обывательская злоба. Эти бесконечные обсуждения соседей и покупателей (Дурсль-старший держал магазинчик по продаже строительного электроинструмента, что было удивительно с его антиталантом к любой деятельности руками. У Гарри было подозрение, что Вернон или получил его в наследство, или еще как-то, но точно не сам заработал). Жалобы дяди, что люди жадные и нельзя сделать такие цены, которые он хочет. Ну и да, Гарри откровенно презирал их за то, что они буквально гробят своего собственного ребенка, потакая ему во всем. С другой стороны, несмотря на обстоятельства, Дурсли все-таки худо-бедно содержали его. Так что парень просто терпел. До поры.

      «Вот только такой поворот был… Да как можно было предугадать, что Так все повернется? Волшебники, палочки…»

      Гарри на автомате пощупал свою палочку, лежащую во внутреннем кармане куртки.

      «Интересно, а… ТАМ… Было это? Может я, как в той книжке, оказался в параллельном мире? Да, только уж больно он похож. СССР тут тоже распался и даже Боря-алкаш имеется».

      Гарри вспомнил, как видел по телевизору до боли знакомые лица, которые были моложе тех, которые запомнились ему. А еще он четко понял, что не хотел бы снова оказаться там. Может быть, этому виной были те годы прошлой юности, когда слово «патриот» было практически ругательством? Или то, что квартиры, полагающиеся им, интернатовцам, были попросту украдены… В общем, особо нежных чувств к бывшей родине Гарри не испытывал. Как, кстати, и к нынешней. Отбило это ему видать, напрочь.

      — Что? — спросил он, когда водитель произнес что-то.

      — Восемнадцать фунтов и шестнадцать пенсов, — повторил мужчина.

      О, оказывается Гарри так задумался, что не заметил, как уже приехали. Парень вытащил из кармана банкноты, нашел двадцатку и протянул водителю.

      — Сдачи не надо, сэр, — сказал он и вышел из машины…

     

      … — Да, слушаю! — раздался в трубке голос Гермионы.

      «Хм, она что, у телефона патрулировала?»

      — Герми, я дома, — произнес Гарри.

      — Хорошо, — ответила девочка.

      — Что, сейчас читать пойдешь? — усмехнулся парень. — Или ты уже?

      — М-м… Да я пока ждала… — Гермиона явно сейчас чертыхнулась. — То есть я проходила мимо, а тут ты звонишь!

      — Ты главное, новых заклинаний сама не пробуй, — произнес Гарри с улыбкой. — Кто знает, как они могут сработать.

      — И ты тоже, — ответила девочка. — А то опять оштрафуют.

      — Да, я даже с Репаро пока повременю, — произнес парень. — Может это только ты такая уникальная? А я опять чего-нибудь сломаю.

      Они немного помолчали.

      — Герми, — произнес парень. — Я приеду к тебе на следующих выходных?

      — Ну… Ладно, — ответила девочка.

     

     

     * * *

     

      31 августа.

     

      Забавно, что Гарри, позвонив накануне Гермионе с целью договориться встретиться на вокзале (оказывается, в Хогвартс они поедут на поезде! Это парень узнал от родителей Гермионы), проболтал с ней целый час. Герми прочитала «Историю магии» и стыковала изложенное там, с тем, что она узнала по обычной истории в школе. Гарри опять поразился, как же много она напихала себе в голову. С одной стороны это хорошо, что она такая любознательная, с другой, он помнил одну женщину, которая имела три вышки за плечами, преподавала в институте. Так вот эта женщина взяла и вышла в окно. Восьмого этажа. И никто не понимал, почему она это сделала. Возможно оттого, что ей было банально не с кем нормально поговорить? Вот Герми, только зацепи тему, которую она знает, нарвешься на лекцию. Это была, скажем так, не сильно приятная ее черта. Люди не любят, когда их поучают. Опять же, если Гермиона узнает, что кто-то знает больше нее, то всё, не отпустит, пока не выпотрошит. Проверено лично!

      С другой стороны, Гарри она нравилась именно за эту целеустремленность. Когда человек чем-то увлечен, это уже заявка на неординарность. Вопрос о том, как это воспринимают окружающие - второй. Кстати, Гермиона, кроме шуток, кое-что выписывала из книг в тетрадь. Реально, в толстую такую, чуть не как те гроссбухи, что Гарри видел в Гринготтсе. Это может показаться этаким… комплексом заучки, пока Гермиона Грейнджер не начнет ЦИТИРОВАТЬ книгу. И можно сколько угодно подхихикивать над ней, но она-то помнит. Да, иногда это бесит окружающих, но так происходит с любым человеком, который в чем-то сильно талантлив…

      В дверь громко постучали. Именно постучали, а не позвонили. Поэтому Гарри подхватил сумку, в которую положил ту удивительную металлическую коробку (в которую влазили все книги, одежда, но только те, которые в ней были) и еще несколько вещей. Потом огляделся.

      «Ну, вот и все» — подумал он.

      — Здравствуй, Гарри! — улыбнулся Хагрид, когда парень открыл дверь. — Ты готов?

      — Всегда готов! — улыбнулся парень.

      Он вышел, закрыл дверь. Немного подумал. И, нагнувшись, вытащил один из камней дорожки.

      — Все, пошли! — произнес он, спрятав ключ под камнем и распрямившись.

      Хагрид молча протянул руку. Гарри, слегка удивившись, взялся за нее. И в следующее мгновение его обдало ледяным ветром. Резко замутило и парня будто враз стиснуло со всех сторон и начало давить… и тут же прошло. Хагрид убрал что-то в карман и улыбнулся Гарри. Тот же глубоко дышал сейчас, чтобы завтрак наружу не полез.

      — По первости всегда мутит, — слегка виновато произнес Хагрид. — Потом привыкнешь!

      «Хорошо хоть… зад не болит, — скользнула мысль у парня. — С такими напутствиями».

      Он огляделся и обнаружил, что они стоят… в каком-то общественном туалете.

      — Где это мы, Хагрид? — спросил Гарри.

      — Вокзал Кингс-Кросс, — ответил великан. — Сегодня отсюда отходит «Хогвартс-экспресс»!

      — А сколько времени? — поинтересовался парень.

      — Половина девятого, Гарри, — пробасил Хагрид. — Не волнуйся, мы успеем, поезд отходит в десять. Так что еще можно пройтись, купить тебе сладостей в дорогу.

      — Лучше бы пирожков, — ответил парень. — В общем, посерьезнее что-нибудь. А, кстати, сколько ехать?

      Великан на это широко улыбнулся.

      — Семь часов, — ответил он. — А ты прямо как я, Гарри! Я тоже люблю поесть!

      — Ну, так, это же нормально для мужчины, да? — усмехнулся парень.

      — Конечно! — воодушевился Хагрид. — Тебе вообще бы надо откормиться, вон ты какой тощий! Пойдем, посмотрим, что тут продается!

     

     

     * * *

     

      — Надеюсь, это не розыгрыш, — произнес мистер Грейнджер.

      — Дорогой, наверняка это какая-то специальная платформа, — откликнулась миссис Грейнджер.

      Гермиона же в который раз посмотрела на часики, которые в прошлом году ей подарили на день рождения. Уже половина десятого.

      — И у кого спросить, куда идти? — недоуменно произнес мистер Грейнджер, когда они подошли к выходам на платформы.

      — Гермиона! — раздался сзади окрик.

      — Ага, а вот и наш… — мужчина осекся, увидев грозный взгляд дочери. — Вот и Гарри! Кто это с ним?

      Гарри, одетый так же, как и обычно, то есть темные брюки, белая рубашка и темно-синяя куртка, шел к ним, в сопровождении очень большого мужчины… какого-то сомнительного вида.

      — Здравствуйте! — весело поздоровался парень. — Позвольте представить, Рубеус Хагрид, смотритель садов и хранитель ключей Хогвартса.

      — О, Гарри, ты запомнил? — обрадовался его сопровождающий.

      — Джон Грейнджер, — поздоровался отец Гермионы. — Моя жена, Мари Грейнджер.

      На его лице было написано легкое удивление, когда он оценил габариты нового знакомого. И интерес, смешанный с недоумением.

      — Очень рад, — прогудел Хагрид.

      В этот момент мимо них прошла довольно шумная компания. Причем, видимо, это была одна семья, так как у них у всех были рыжие волосы.

      — Лучше нам поспешить, — произнес Хагрид. — Хоть отправление только через полчаса, но купе лучше занимать уже сейчас.

     

     

     * * *

     

      Хагрид не пошел на саму платформу, сказавшись занятым. Он сдал их какому-то солидному осанистому мужчине, в железнодорожной форме чуть не прошлого века и, помахав рукой, удалился.

      Несмотря на реставрацию, вокзал Кингс-Кросс по-прежнему выглядел так, что легко верилось, что от этих платформ когда-то отходили паровозы. Желтоватые кирпичи стен хранили память о том времени, когда Великобритания еще была Империей. Сейчас возле платформ стояли современные поезда…

      «Кстати, а куда мы идем?»

      — Прошу сюда, — указал железнодорожник Гарри и Гермионе.

      Дети синхронно уставились на него, как на… очень странного человека. Потому как указывал работник железнодорожного транспорта на торец стены, разделяющей две платформы, девять и десять. Но в этот момент мимо них прошли двое парней, лет шестнадцати, с огромными сумками. Они, даже не прервав разговора и не притормозив… вошли прямо в стену.

      — К сожалению, барьер пропустит только тех, у кого есть билет, — заметил железнодорожник.

      Таковые были только у Гарри и Гермионы. Поэтому парень отошел в сторону, не став мешать подруге прощаться с родителями.

      «Странно, но мне… завидно?» — думал Гарри, смотря, как миссис Грейнджер сначала что-то говорила дочери, потом погладила ее по голове и прижала к себе.

      О, опять это рыжее семейство. Женщина под сорок, рядом с ней девочка на пару лет младше Гарри. Впереди идущий парень уже практически взрослый, два близнеца-подростка и еще один паренек. Было видно, что семья явно не шикует, одежда довольно поношенная, дешевая. А еще все они катили тележки с пожитками.

      — Рон, не отставай! — громко командовала дама, ведя за руку девочку.

      Впереди идущий парень смерил Гарри пристальным взглядом и слегка скривился. Вот они дошли до прохода на платформу.

      — Перси, ты первый! — распорядилась дама.

      Тот самый парень, что оглядывал Гарри, без слов тут же прошел в стену.

      — Фред, ты следующий! — сказала женщина ближайшему близнецу.

      — Фред не он, а я! — возмутился второй близнец.

      — И вы, мадам, еще называетесь нашей мамой? — укоризненно произнес первый близнец.

      — Ох, прости, Джордж, — сделала виноватое лицо женщина.

      Тем временем первый близнец встал напротив стены.

      — Я пошутил! Я Фред! — улыбнулся он и заехал в стену.

      Вслед за ним забежал и второй.

      «И что, вообще никто не заметил, что люди в стене исчезают?» — Гарри смотрел на лица вокруг.

      Но да, вообще никто ничего не замечал. Более того, так получалось, что люди не проходили в этот проход между платформами. Вот до него и после, активно пользовались. А мимо этого проходили, как будто мимо стены. Пока Гарри наблюдал, последний рыжий ушел в стену.

      — Мам, ну когда же я поеду в Хогвартс? — спросила девочка у матери.

      — Вот еще немного подрастешь и поедешь! — улыбнулась женщина.

      Когда они проходили мимо, девочка взглянула на Гарри и в ее глазах промелькнуло какое-то странное выражение. Словно она не могла вспомнить.

      — Пойдем? — это подошла Гермиона.

      Глаза девочки были слегка припухшие. Ее родители, стоявшие невдалеке, смотрели на дочь с тоской. Мистер Грейнджер обнимал жену за плечи.

      — Да, конечно, — ответил Гарри.

     

     

     * * *

     

      Когда они вышли на платформу, Гермиона едва удержалась от того, чтобы притормозить и пропустить Гарри вперед. Еще Косой Переулок был весьма свеж в памяти, как место, где было очень много странных людей. А здесь…

      Буквально рядом с Гарри и Гермионой появилась парочка. Пожилая женщина, одетая, видимо, по моде начала века. На ее голове был странный головной убор, из которого торчала птичья голова. Рядом с ней, как-то понуро шел пухловатый круглощекий мальчик, в свитере и брюках.

      — Бабушка, я, похоже, опять потерял жабу, — бормотал парень.

      — Ох, Невилл! — старушка покачала головой. — Не волнуйся, она сама найдется!

      Обернувшись, Гермиона увидела сплошную стену. Вообще, эта платформа, она, кажется…

      — Гарри, тут нет выходов, — озадаченно произнесла девочка.

      — Ну, это логично, — откликнулся тот. — Знаешь, после всего, я даже не уверен, что мы все еще в Лондоне.

      Мимо озирающихся подростков прошли трое самых настоящих аристократов. Мужчина, с длинными явно ухоженными светлыми волосами, буквально выступал, словно он, по меньшей мере, принц. Нельзя было не признать, выглядел мужчина эффектно. Длинное черное пальто, в руке трость с серебряной рукоятью. Этот человек был олицетворением понятия «аристократ».

      Идущая рядом с ним женщина внушала не меньше. Та же гордая осанка и слегка приподнятый подбородок. Волосы двух цветов, белый и угольно-черный, так же как у мужчины, ниспадали на плечи и казалось, что никакой ветер не посмеет тронуть эту прическу.

      Мальчик, этакая молодая копия мужчины, тоже беловолосый, в строгом черном костюме и, конечно, черном длинном пальто, кинул взгляд на Гарри и Гермиону и задрал подбородок еще выше.

      — Пойдем, — отчего-то негромко произнес Гарри.

      Гермиона молча кивнула. Кстати, многие здесь, так же, как и они, были лишь с сумками. Но так же немало было тех, кто толкал тележку. Со стороны последних Гарри заметил тоскливые, а иногда и откровенно завистливые взгляды.

      — Почему маглы уже давно используют бумажные деньги? — услышал он, проходя мимо женщины, мужчины и светловолосой девочки, — а мы все еще таскаем это железо?

     Возмущалась как раз девочка.

      — Дафна, — мягко ответила женщина. — Кошель не такой уж тяжелый…

      Кстати, а возле платформы стоял настоящий ало-черный паровоз! Он попыхивал паром и дымом, рядом с ним ходил мужчина в черном комбинезоне. На паровом котле имелась табличка «Hogwarts Express». Вагоны поезда были натурально старинные, словно сошедшие прямиком с исторических хроник. Они гордо отсвечивали деревянными лакированными бортами, не желая уступать рельсы современным металлическим «скотовозам». Гарри заметил, что большинство пассажиров их с Герми возраста целенаправленно идут в хвост состава. В какой-то момент его едва не задавил тележкой рыжий парень. А, это один из той многочисленной семьи…

      — Простите! — парень смутился.

      — Ничего, — слегка улыбнулся в ответ Гарри.

      — Простите, в этом я виновата, — произнесла девушка, лет четырнадцати, с фиолетовыми волосами. — Это я нечаянно толкнула.

      И прямо на глазах ее волосы стали ярко алыми. Девушка явно смутилась и поспешила удалиться. Гарри поглядел ей вслед.

      «И кого тут только нет!»

      — Рон, давай быстрее, — от последнего вагона, без окон, который был, видимо, багажным, рыжему парню махал брат.

      Фред или Джордж.

      — Прошу, — Гарри склонил голову, приглашая Гермиону в вагон.

      Та слегка улыбнулась.

      — Ой! — послышался ее удивленный возглас.

      Гарри поспешил следом и увидел, что девочка стоит перед огромной жабой, которая с флегматичным видом изучала входящих детей.

      — Похоже, жаба нашлась, — заметил Гарри. — Пойдем, поищем свободное купе.

      Хогвартс-Экспресс. Гермиона Грейнджер, Гарри Поттер.

     

      Нет, все-таки старые вагоны — это круто. Конечно, если они не только старые, но и исправные. Всюду полированное дерево и этот запах… Забавно, но тут не должно же пахнуть, как в библиотеке? А этот звук шагов, когда идешь по коридору, будто по паркету во дворце! Такой деликатный стук подошв, как покашливание дворецкого.

      Но вот тот момент, что двери в купе со стеклами, это… своеобразно. В том смысле, а зачем тогда вообще нужны двери? Но искать свободное купе так удобно, не нужно открывать дверь каждого. Ага, вот.

      — Прошу, — Гарри открыл дверь и Гермиона, кивнув, зашла внутрь.

      Купе тоже было все в таком же, псевдо-старинном стиле. Обивка сидений, не вульгарный кожзам, а тканевая, будто заходишь не в купе, а в салон (в смысле место сбора уважаемых людей). Парень даже слегка пожалел, что не курит, ибо сейчас здесь не хватает только запаха хорошего табака и будет полная аутентичность. Да, сразу было понятно, что за учебное заведение этот Хогвартс. Вряд ли там будут кровати из фанеры и закусочная быстрого питания.

      Гарри, не став закрывать дверь, зашел следом за Гермионой. Он с некоторым трудом закинул свою поклажу на полку (что-то он кажется переборщил с припасами!) и тронул девочку за плечо.

      — Давай свою сумку, — произнес он.

      Гермиона кинула на него какой-то слегка удивленный взгляд, но с ношей рассталась. Кстати, Гарри, когда разбирался с багажом, заметил, что на окне двери имеется штора, то есть зря он разорялся, все приличия соблюдены. Тем временем Гермиона, подогнув юбку, присела на сидение. Гарри скользнул взглядом по девочке. Серая юбка, белая блузка, застегнутая на все пуговицы, сверху серая же курточка. Похоже, подруга была строга даже в одежде. Тут девочка посмотрела на парня, и тот улыбнулся. Гермиона слегка смутилась и отвела взгляд. Гарри сел на сидение напротив.

      — Гарри, — заговорила Гермиона, опять как-то странно посмотрев на парня. — Скажи… А твои родители…

      Девочка вздохнула.

      — Ничего, прости, — сказала она.

      — Да говори уже, — произнес Гарри. — Что ты хотела узнать?

      Гермиона заговорила не сразу, смотря в пол.

      — Просто я вчера прочитала… — начала она. — В общем, Гарри, ты, правда, тот самый Гарри Поттер?

      — Мальчик-который-выжил, мальчик-со-шрамом? — уточнил Гарри, вспомнив именования, которыми его поминали в «Дырявом Котле».

      Гермиона молча кивнула.

      — Да, тот самый, — усмехнулся парень. — Надеюсь, ты не будешь просить у меня автограф?

      Девочка слабо улыбнулась.

      — Я просто в первый раз рядом с человеком, — произнесла она. — Про которого написано в книге.

      — Ну и как ощущения? — поинтересовался Гарри.

      — Я… не знаю, — пожала плечами Гермиона. — Все вроде как обычно.

      — Уизли, ищи себе другое купе! — донеслось из коридора.

      Гарри и Гермиона посмотрели в сторону двери. Как раз в этот момент к ним заглянул явно упавший духом рыжий парень, тот самый, который едва не проехался своей тележкой по Гарри. Брови у него были сложены домиком, губы поджаты в гримасе обиды.

      — Простите, — пробормотал он. — У вас есть свободные места?

      — Есть, — хмыкнул Гарри. — Прошу.

      Паренек просветлел лицом и как-то боком зашел в купе. В руках он держал полиэтиленовый пакет, в котором были, кажется, бутерброды. Сев на сидении рядом с Гарри, он уставился в пол и пробормотал:

      — Простите, просто все купе уже заняты.

      — Ничего, все в порядке, — усмехнулся Гарри. — Меня зовут Гарри.

      — А я Рон, — парень говорил негромко, словно стесняясь. — Рон Уизли.

      — Гермиона Грейнджер, — представил Гарри подругу.

      Та слегка кивнула.

      — Простите, у вас?.. — в дверях появился еще один страдалец, с картонной коробкой под мышкой.

      На этот раз это был тот круглощекий парнишка, что потерял жабу. Вид он имел растерянный, а волосы на его голове были растрепаны. Часть их смешно стояла пыром.

      — Есть места, заходи! — прервал его Гарри. — А тебя, кажется, Невилл зовут?

      — Невилл Лонгботтом, — пробормотал тот.

      — Гарри, Гермиона, Рон, — представил себя и остальных Гарри. — Ты жабу-то нашел?

      — А? Да, вот она, — потряс коробкой Невилл и оттуда донеслось раздраженное «Куа».

      В этот момент раздался долгий высокий свист, вагон дрогнул, и вокзал стал медленно уплывать назад.

      — Ну, вот и началось наше путешествие, — произнес Гарри. — Ну, что же давайте знакомиться поближе? Я вырос среди маглов, так что не особо в чем тут разбираюсь, поэтому надеюсь на вашу помощь. Вы-то из семей волшебников, как я понял. Вы знаете, куда мы едем?

      — Мне братья рассказывали, что Хогвартс находится в Шотландии, — ответил Рон.

      — О, всегда хотел там побывать, — заметил Гарри. — Надеюсь, учеников отпускают на прогулки!

      — Я бы не стала на это рассчитывать, — произнесла Гермиона.

      Гарри так иронично-добродушно посмотрел на нее. В голосе девочки сейчас явственно прозвучали высокомерные нотки. Ну да, чтобы Грейнджер не прочитала что-нибудь важное, типа правил.

      — Первокурсникам, то есть нам, запрещено покидать пределы Хогвартса, — продолжала Герми.

      — Ну что же, думаю, мы и внутри не заскучаем, — усмехнулся Гарри. — Наверняка в Хогвартсе есть какие-нибудь кружки по интересам.

      — Про это ничего не написано, — задумчиво произнесла Гермиона.

      — Ну, тогда давай про то, что написано, — сказал Гарри. — Только Герми, ты уж давай в общем пока, без подробностей.

      Девочка как-то строго посмотрела на него.

      — Кхм, — прокашлялась она (а все-таки нервничает!). — Хогвартс — это школа, в которой обучаются одаренные дети Великобритании и Ирландии. Основана около тысячи лет назад четырьмя волшебниками, Салазаром Слизерином, Годриком Гриффиндором, Хельгой Хаффлпафф и Ровеной Рэйвенкло.

      — О, и факультеты сейчас так называются, — заметил Рон.

      Гермиона смерила парня прищуренным взглядом.

      — Да, именно так, — буквально отчеканила она. — В Хогвартсе четыре факультета, Слизерин, Гриффиндор, Хаффлпафф и Рэйвенкло. И уже сегодня, когда мы приедем в Хогвартс, нас распределят по ним.

      — В смысле распределят? — спросил Гарри. — Без желания?

      — Распределять будет, как я поняла, магический предмет, называемый Распределяющей Шляпой, — ответила Гермиона.

      — Мне братья рассказывали, — произнес Рон. — Что это реально шляпа. Ее надевают на голову и она говорит, на каком факультете ты будешь учиться.

      — Все у этих магов, не как у людей, — заметил Гарри. — А кого хоть готовят на факультетах? В смысле, чем они различаются?

      — Знаешь, Гарри, — Герми посмотрела в окно. — Я так и не поняла, чем отличаются факультеты. Ну, кроме формы и места проживания.

      — На Слизерин идут хитрые, — вдруг тихо произнес Невилл. — На Рэйвенкло умные.

      — А остальные что, дураки получаются? — поднял бровь Гарри.

      — Не знаю, — пожал плечами Невилл. — Мне бабушка это рассказывала.

      — А мои все на Гриффиндоре учились, — заметил Рон. — И родители и братья. И я тоже, скорее всего, попаду туда.

      Гарри и Гермиона переглянулись.

      — Мне кажется, что это деление, больше традиция, — сказала девочка. — Потому что при основании было четыре учителя, которые отбирали тех учеников, которые им лично нравятся.

      — Откуда ты это знаешь? — удивился Рон.

      — Это написано в «Истории Магии», — поучительным тоном заявила Гермиона.

      — Ты что, прочла ее всю? — удивился Уизли.

      — Конечно! — гордо вскинула подбородок девочка. — Я прочла почти все учебники, которые были в списке!

      — Гермиона очень быстро читает, — заметил Гарри. — Я вот до «Истории Магии» так и не добрался. Меня зелья увлекли, честно говоря. А потом трансфигурация.

      — А мне эта книга по зельям, — заметила Гермиона. — Показалась похожей на поваренную книгу. А я не люблю готовить.

      — Но трансфигурация-то крутая штука? — произнес Гарри. — И ее хотя бы можно объяснить научно. В определенной мере, конечно.

      — А вы что, родственники? — спросил Рон, удивленно переводя взгляд с Гермионы на Гарри.

      — Нет, — это, улыбнувшись, ответил уже Гарри. — Мы познакомились, когда книги в Косом переулке покупали.

      Поезд, тем временем, уже проехал пригород Лондона. За окном пролетали зеленые луга и небольшие рощи. Вот экспресс пролетел мимо платформы, где стояли люди.

      — Интересно, а почему никто не обращает внимания на наш поезд? — произнес Гарри. — Вот сейчас, даже не посмотрели в нашу сторону. Нас не видят, что ли?

      Гарри посмотрел на попутчиков. Рон пожал плечами. Гермиона задумалась и Гарри, будто наяву услышал шелест страниц ее воображаемого блокнота, куда она записывает вопросы, на которые хотела бы получить ответ. Невилл смотрел вообще в другую сторону, в окно в коридоре.

      — Наверняка работает какое-то заклинание, — заговорила Гермиона. — Я читала, что обычные люди на месте Хогвартса видят лишь развалины.

      — Я даже не могу представить, какое же это заклинание должно быть, — задумчиво произнес Гарри. — Чтобы скрыть целый поезд. Причем не только от людей, но и от приборов. А еще сделать так, чтобы экспресс с другим составом не столкнулся. Чтобы стрелки по пути были правильно переведены.

      Тут в их купе как-то стремительно зашла, буквально забежала девчонка. В коричневой юбке до колена, кремовой блузке с короткими рукавами. Она поправила светлые волосы, оглядела присутствующих.

      — Прошу прощения, — девочка хмурилась. — Я не хотела навязываться, но могу я немного побыть в вашем купе?

      — А что случилось, мисс… — заговорил Гарри.

      — Дафна Гринграсс, — представилась гостья. — Просто в нашем купе… скажем так, атмосфера стала отвратительной.

      Гарри слегка приподнял брови.

      — Я не против, — произнес он. — А вы?

      Он оглядел других. Рон помотал головой, Гермиона бросила взгляд на Дафну и промолчала. А Невилл, рядом с которым Дафна и присела, отчего-то слегка покраснел.

      — Что ж, возражений нет, — улыбнулся Гарри. — Меня зовут Гарри.

      Он сделал жест в сторону Герми.

      — Гермиона Грейнджер, — кивок в сторону рыжего. — Рон Уизли. Рядом с вами, Невилл Лонгботтом.

      Тут Рон внимательно смотревший на Гарри, а точнее на его лоб, произнес:

      — Гарри, а твоя фамилия не Поттер? — спросил он.

      Тот только вздохнул. Что-то эта сомнительная слава начала докучать.

      — Да, Поттер, — произнес он.

      — Тот самый? — удивленно произнес Рон.

      — Я не тот маньяк, про которого все говорят, — мрачно пошутил Гарри.

     Рон, Невилл и Дафна недоуменно посмотрели на него. Одна Гермиона, уже немного знающая Гарри, слегка улыбнулась.

      — Давайте не будем про это, хорошо? — попросил парень. — Эта слава… Ладно бы я ее лично заслужил. В общем, мне не очень приятно, когда про это говорят. Вообще, давайте лучше продолжим про Хогвартс. Про Слизерин и Рэвенкло мы уже выяснили. А кого берут на Гриффиндор, Рон?

      — А что сразу я? — удивился тот.

      — Ты сам сказал, что у тебя там все учились, — пояснил Гарри. — Наверняка же они говорили что-нибудь.

      — Ну, я не знаю, — смутился Уизли. — Я как-то не интересовался.

      — Годрика Гриффиндора часто попрекали тем, что он слишком много времени проводил среди маглов, — заговорила вдруг Дафна. — Он часто дрался на дуэлях, как магических, так и обычных. Поэтому на Гриффиндор берут тех, кто не слишком задумывается о богатстве, власти или своей силе, как волшебника. То есть людей храбрых, деятельных… и прожорливых.

      Все несколько мгновений переваривали сказанное Дафной. Гермиона хмурилась, так как… ну кто-то же знает больше нее! Невилл и Рон просто удивленно пялились. А Гарри улыбнулся.

      — И откуда такие сведения? — спросил он.

      — Меня этим лет с семи пичкают, — ответила Дафна.

      Тут Невилл согласно кивнул.

      — А про другие факультеты не расскажете? — спросил Гарри.

      — Слизерин был очень честолюбив, скрытен и любил узнавать слухи, — пожав плечами, продолжила Дафна. — Окружал себя красивыми вещами… и был очень самолюбив. Поэтому на его факультет берут красивых, хитрых и изворотливых.

      — Хм, то есть аристократов, — задумчиво добавил Гарри.

      Дафна с интересом посмотрела на него.

      — А Хаффлпафф? — спросил парень.

      — Хельга Хаффлпафф была всеобщая мамочка, — ответила Дафна. — Именно ее стараниями по большей части, Хогвартс такой, какой он есть. Хаффлпафф была очень сильна именно в прикладной магии, то есть той, которая помогает делать жизнь намного удобнее.

      — Дайте угадаю, на этот факультет берут самых спокойных, — произнес Гарри. — То есть тех, кто намерен просто хорошо, долго и уверенно жить?

      Дафна улыбнулась, а в ее глазах промелькнул интерес.

      — Интересно, кто же была Ровена Рэйвенкло? — спросил парень.

      — Если хочется постичь саму суть магии, — ответила Дафна. — То вам на факультет ее имени. Ровена Рэйвенкло всю жизнь провела в изысканиях. Нет такой области магического знания, где эта волшебница не внесла свою лепту.

      Дафна говорила, а Гарри все думал о том, что она же словно по заученному шпарит. Это ж сколько ей раз об этом рассказывали, раз она, не задумываясь, выдает слова, вообще несколько сложные для девчонки ее лет?

      — Вместе с тем, те, кто идут на Рэйвенкло, кроме ума должны обладать хорошим чувством юмора, упорством и хладнокровием, — закончила Дафна.

      «Герми злится!» — усмехнулся про себя Гарри, смотря на подругу, которая, хмурясь, изучала пол.

      — Не, я на Гриффиндор хочу, — произнес Рон. — Я поесть люблю.

      В купе повисла какая-то напряженная тишина.

      — А вы, Дафна, на какой факультет нацелились? — спросил Гарри.

      (вариант для ярых и требовательных знатоков английского, которых очень волнует вопрос «ты-вы» — And you, Miss Daphne, which faculty are you targeting?).

      — Вообще-то это не очень прилично спрашивать, — заметила та.

      — О, простите тогда, — слегка улыбнулся Гарри. — Кстати, насчет поесть.

      Гарри встал.

      — Рон, прими, — произнес он, стаскивая свою сумку.

      Тот протянул руки и охнул, почувствовав вес.

      — Гарри, ты что, книги с собой взял? — спросил он.

      — Нет, Рон, — ответил Гарри и расстегнул сумку.

      Рон заглянул туда. И так предвкушающее улыбнулся. И тут же помрачнел. А в сумке лежала курица. В смысле куриные ножки в картонной коробке. А тяжелой сумка была из-за банок с «Coca Cola»

      — Надеюсь, вы не заставите меня, не очень сильного человека, — улыбнулся Гарри. — Тащить всю эту тяжесть в Хогвартс? Кстати, Рон, я видел там у тебя бутерброды? Я хлеб просто забыл купить.

      — Да! — просветлел лицом Рон, доставая свой пакет.

      — Ну что же, давайте отметим начало нашего обучения! — Гарри слегка поморщился. — М-м, как плохо, что у нас нет стола. Неудобно будет. Ну да ладно. Рон, подвинься.

      Тот с готовностью пересел в угол купе.

      — Сладости! Кто желает купить сладости! — донесся громкий, но дребезжащий голос.

      Через некоторое время в проеме двери в их купе, появилась пожилая женщина, толкающая тележку.

      — Не желаете купить сладкого в дорогу? — спросила она, посмотрев в купе.

      — Простите, — Гарри пришла в голову отличная идея. — А сколько будет стоить аренда вашей тележки? Разумеется, мы купим все, что на ней есть!

     

     

     * * *

     

      Женщина, торгующая сладостями, отдала тележку просто так. Рон, как ближе всех сидящий к выходу, радостно помог закатить ее (в смысле тележку, а не женщину) в купе. Женщина, забрав два галлеона, было пообещала занести сдачу, но Гарри, естественно, (если уж принялись тратить деньги, нужно соответствовать этому образу до конца!) только улыбнулся и махнул рукой.

      — Рон, давай сладкое пока уберем, — сказал Гарри. — Оставим его на десерт.

     Коробки и упаковки со сладостями, сложили на сидение в углу у окна. А на тележке оказались картонная коробка с куриными ножками, бумажный пакет с булочками и десять красных банок газировки. Рон пристроил с краю свои бутерброды. Удивил Невилл, достав из своей не сильно большой сумки немаленький такой пирог.

      — Бабушка пекла, — с теплом произнес он. — С рыбой, как я люблю.

      — Хорошая у тебя бабушка! — усмехнулся Гарри. — Герми, я же знаю, твоя мама сто процентов тебя хорошо снабдила! Сумка у тебя тоже тяжелая.

      Та криво улыбнулась и кивнула.

      — Рон! Помоги! — осклабился Гарри.

      На столе появилась стеклянная литровая бутыль, с чем-то типа морса, стопка бутербродов (с ветчинкой, вроде бы!) и завернутые в фольгу куски пирога с изюмом (Гарри уверенно опознал ту вкуснотищу, которой его угощали в доме Грейнджеров).

      — Надеюсь, никто не на диете? — спросил Гарри.

      Улыбнулась на это Дафна. Гарри взял ближайшую банку.

      — Ну и чего все ждем? — поинтересовался он.

      Рон, такое ощущение, только и ждал этих слов, сразу же схватил газировку. Пшик. Гермиона взяла спокойно, Дафна с некоторым изяществом даже. Невилл как-то робко, словно боясь услышать «А ты, куда руки тянешь!».

      — Ну, кампай! — протянул Гарри руку с банкой. — За нас, красивых и умных!

      Народ потянулся к нему, со своими баночками. По губам Дафны все время скользила какая-то удивленная улыбка. Герми коснулась слегка. Рон стукнул так, что из банки чуть плеснуло и из-за этого смутился. Невилл, глядя на это, тоже, как и Гермиона, только обозначил касание.

      — А что значит «кампай»? — спросила Дафна.

      — А, это по-японски, — ответил Гарри, пригубив газировки. — Буквально, «до дна». Тост такой.

      Дафна с недоверчивым каким-то видом посмотрела на парня.

      — Опа, Рон! — Гарри рассмотрел, с чем бутерброды рыжего. — У тебя они что, с мясом?

      — Ну да, — как-то стесняясь, ответил тот. — С холодным.

      — Ну-ка дай заценить! — протянул руку Гарри.

      Рон посмотрел на него слегка удивленно и вытащил из пакета один из бутербродов. Гарри, не чинясь, тут же откусил. Прожевал, запил.

      — Отлично! — прокомментировал он, а потом огляделся и поинтересовался. — А что, все как бедные родственники? Или все сытые? Ладно, мне больше достанется!

      Рон резко кивнув, будто с кем-то соглашаясь, открыл коробку с куриными ножками и развернул пакет, в который они были завернуты. По купе поплыл приятный аромат жареного мяса. Уизли достал ножку. И улыбнулся, будто выиграл в лотерею. Невилл, с каким-то чуть растерянным видом (ну то есть своим обычным) смотрел на него.

      — Герми, тебе подать? — поинтересовался Гарри, кивнув на курицу.

      Гермиона смерила его каким-то странным взглядом и кивнула. Дафна, в глазах которой опять проскочило удивление, наклонилась… и тоже предпочла куриное мясо. А потом как-то весело улыбнулась и откусила, забавно склонив голову набок, а не повернув руку с курицей, которую держала тремя пальцами.

      — Гарри, а ты откуда японский знаешь? — спросил Рон.

      — Да нет, ничего серьезного, — отмахнулся Гарри. — Так, несколько слов. Например, «принцесса» будет «химэ». Я в фильме одном их услышал.

      — Что за фильм? — заинтересовалась Дафна.

      — А. «Сёгун», — ответил Гарри. — Рассказывает о том, как английский моряк то ли в шестнадцатом, то ли в семнадцатом веке попал в Японию. Интересное кино.

      «Вроде оно в восьмидесятых где-то снято. Так что мог вроде посмотреть».

      — Вот было бы интересно, — добавил парень. — Если бы о Хогвартсе кино сняли. Да вот прямо о нас! Этакий, знаете, боевик. Типа, Властелина Колец. Не читали? Герми, кроме тебя, конечно…

     

      —…Я думаю, автор был волшебником, — убежденно говорила Дафна. — Слишком хорошо описана магия. Как его фамилия, еще раз?

      — Толкин. Или Толкейн, — ответил Гарри. — Джон Рональд.

      — Что-то знакомое, — покивала Дафна. — Надо будет проверить. Но забавно, что он эльфов сделал похожими на людей.

      — А что, они не похожи? — поинтересовался Гарри и на удивление Дафны, пояснил. — Я среди маглов вырос.

      — Тогда понятно, — с легким высокомерием сказала Дафна. — Эльфы, это существа где-то чуть больше трех футов ростом. Но уши у них и вправду длинные. Они работают прислугой в домах аристократов. Кстати, в Хогвартсе тоже.

      — Ну, а гномы есть? — спросил Гарри.

      — Наверное, это гоблины, — ответила Гринграсс. — Они тоже мастера хорошие. У нас есть несколько вещей их работы.

      — Дафна! — раздался удивленный возглас.

      В проеме двери стояла девочка, с кудрявыми волосами. Слегка длинноватый нос, высокие скулы, классический овал лица. Чуть вздернутая верхняя губа придавала ей такой, слегка надменный вид

      — А мы думали, куда ты ушла? — продолжила она. — А ты… тут?

      — Здесь гораздо интереснее, чем слушать хвастовство Малфоя, — ответила Дафна. — Они еще там?

      — Нет, уже ушли, — ответила новая знакомая.

      — Ах да, позвольте представить, — произнесла Дафна. — Лаванда Браун.

      — Очень приятно! — улыбнулся Гарри. — Рон, подвинься. Прошу!

      Лаванда чуть приподняла брови, оценивая сначала стол, а потом сидящих вокруг него. А потом, посмотрев на Дафну, прошла в купе.

      — Позвольте представить, — произнес Гарри. — Рядом с вами Рон…

      — Уизли, кто не знает этих рыжих? — закончила за парня Лаванда. — Лонгботтома я тоже знаю.

      — Вот как? — усмехнулся Гарри. — Тогда остаются Гермиона Грейнджер…

      Гарри сделал жест в сторону подруги.

      — И я, — прижал он ладонь к груди. — Странник с севера.

      Рон хихикнул, когда Гарри представился так, как только что рассказывал про одного из героев книги. Гермиона тоже улыбнулась, как и Дафна. Лишь Невилл недоуменно посмотрел на Гарри.

      — Арагорн сын Араторна, — продолжал Поттер. — Но можете звать меня просто Гарри.

      — Я тоже должна смеяться? — осведомилась Лаванда, смотря на улыбающуюся Дафну.

      — Нет, что вы, — усмехнулся Гарри. — Можете просто улыбнуться за компанию…

     

      —…Эльфы? Как люди? — удивленно произнесла Лаванда и хихикнула.

      «Что-то это так их прикалывает. Словно анекдот рассказываешь»

      — Надо будет показать маме с папой! — продолжала веселиться девочка. — Как называется эта книга?

      — Властелин Колец, — ответил Гарри.

      — А вот эти… назгулы, да? — произнесла Дафна. — Очень похожи на дементоров.

      — А это что за существа? — поинтересовался Гарри.

      — Ты что, не знаешь, кто такие дементоры? — удивилась Лаванда. — Из какой дыры ты вылез?

      — Из той же, откуда и ты, — это Гарри слегка разозлил этот постоянный снисходительный тон Браун.

      В ответ на непонимающие взгляды, он скривился.

      — Что, кто-то был рожден как-то иначе? — спросил он.

      Сначала порозовела Гермиона. Потом сощурилась Дафна, следом осуждающе посмотрела Лаванда. Рон аж рот приоткрыл, когда до него дошло. Непонятно было только, что понял Невилл. Причина была простой. Парень клевал носом, явно борясь с Морфеем.

      — Сразу видно, ты жил среди маглов, — сморщила нос Лаванда.

      Гермиона помрачнела. А вот Гарри улыбнулся. Доброй такой, безмятежной улыбкой. Дадли, при виде нее, обычно начинал усиленно смотреть вокруг.

      — Познавательно, — произнес парень. — Значит, среди волшебников это считается плохим?

      — Ну, уж точно не преимуществом, — ответила Лаванда.

      — Волшебный мир, — произнес Гарри, поправив очки. — А все как у людей. Даже, наверное, хорошо, что есть Статут. А то бы нас считали за каких-нибудь мутантов.

      — Мутантов? — удивилась Дафна.

      — Боже, какие вы серые, — покачал головой Гарри. — Что, комиксы про людей Икс тоже не читали? Вы где вообще жили, в Гималаях?

     

     

     * * *

     

      Где-то при обсуждении Росомахи, к ним присоединилась еще одна девочка. Ханна Аббот, так ее представила Дафна. Впрочем, она особо в разговор не лезла (да что там, вообще молчала).

      — Я же говорю, маглы ничего нового придумать не могут! — скептически говорила Лаванда. — Наверняка эти комиксы делал тот, кто знает и видел волшебников!

      — Это вполне возможно, — соглашался Гарри. — Но это не отменяет того факта, что простых людей гораздо больше, чем магов.

      — И что? — с иронией произнесла Браун.

      — Ты знаешь, что такое автоматическое оружие? — поинтересовался Гарри. — Мне так кажется, что вы, волшебники, все еще думаете, что немаги с мечами бегают! Между тем, прячетесь вы, а не маглы!

      — Почему это мы прячемся? — возмутилась Лаванда.

      — А как еще понимать запрет колдовать на людях? — поинтересовался Гарри.

      Браун было открыла рот… И не нашлась что сказать.

      — Ладно, это спор ни о чем, — произнес Поттер. — Вы лучше расскажите, есть какие-то развлечения в Хогвартсе? А то Гермиона говорит, что нам выходить никуда нельзя.

      — Я точно знаю, что играют в квиддич и плюй-камни, — ответил Рон.

      — С этого места поподробнее, — заинтересовался Гарри.

      — О, Дафна, пойдем! — сморщилась Браун. — Вот о чем я не хочу разговаривать, так это о квиддиче! Мне отца дома хватает!

      — Мы действительно пойдем, — улыбнулась Дафна. — Надо уже переодеться в форму.

      Аббот только кивнула и три девочки вышли из купе.

      — Рон, пойдем в коридор, Герми тоже форму надо надеть, — сказал Гарри. — Невилл!

      Поттер растолкал уже основательно так задремавшего Лонгботтома. Паренек дернулся, вскидывая голову и со страхом посмотрел на Гарри.

      — Невилл, пойдем, выйдем в коридор, — произнес Поттер. — Герми переодеться надо.

      Невилл несколько мгновений соображал, что ему сказали, а потом как-то резко кивнул. Парни вышли в коридор. Гарри закрыл дверь и изнутри Гермиона задернула штору.

     А поезд ехал уже по сильно холмистой местности. То и дело вдоль железной дороги попадались самые настоящие каменные заборчики (непонятно, на кой они, максимум до пояса?). А еще там моросил дождь.

      — Мы уже, получается, по Шотландии едем? — спросил Гарри, смотря на небольшое озеро.

      — Да, наверное, — ответил Рон.

     Поезд заехал меж двух холмов, в такой своеобразный полутуннель. Просто стенки выемки для железной дороги, были каменные. Звук от поезда стал громче, отражаясь от них.

      — Так что там за плюй-камни? — спросил Гарри.

      — А, ну это просто, — ответил Рон. — На земле чертится круг. В середине этого круга ямка. Игрокам дается пятнадцать шаров. Возле ямы ставится по два шара каждого игрока и дальше кидают свои шары так, чтобы столкнуть шар противника в яму, но при этом чтобы свой туда не закатился следом.

      — Напоминает бильярд, — усмехнулся Гарри и на вопрос, пропечатавшийся на лице Уизли, пояснил. — Это такая игра.

      — Хм, понятно. Есть еще второй способ, без ямы, — продолжил Рон. — В середине круга ставится пятнадцать шаров. И тебе надо выбить их своим шаром за пределы круга. Тут надо уже палочкой свой шар толкать.

      — То есть? — не понял Гарри. — Буквально? Как кием?

      — А что такое кий? — спросил Рон.

      — Эта такая длинная палка, — пояснил Гарри. — Для бильярда, как раз. Торцом этой палки толкают шары в бильярде.

      Рон как-то недоверчиво покачал головой.

      — Нет, тут надо… — он воровато огляделся и извлек палочку из куртки.

      Она, палочка была слегка… не в кондиции. Какая-то ободранная, словно ее стали обрабатывать, а потом забили на это. Из другого кармана Рон извлек яблоко и не долго думая, положил его на пол.

      — Нужно просто слегка толкнуть, — сосредоточенно произнес он, направляя палочку на яблоко.

      Гарри с интересом смотрел на происходящее. Невилл тоже подошел ближе. Тем временем лицо Рона покраснело, будто он… хе-хе, в туалете тужится. Яблоко дрогнуло, слегка качнулось…

      Раздался хруст и фрукт улетел вдоль по коридору. Донесся смачный такой шлепок. По стеклу двери, ведущей в тамбур расплылась белая масса, которая стала медленно сползать вниз.

      — Нормально, Рон! — практически восхищено произнес Гарри, хлопнув паренька по плечу. — Мне уже начинает нравиться эта игра!

      Тот с досадой поморщился и одновременно улыбнулся. Тут дверь в тамбур открылась и перестук колес стал громче. В коридор зашли трое парней. Впереди шел тот самый блондинчик, которого Гарри видел с родителями на платформе. За ним следовали двое крепких таких парней… с лицами людей, не сильно отягощенных размышлениями о смысле жизни.

      Блондин с некоторым удивлением посмотрел, как на пол с двери шлепнулось то, что осталось от яблока.

      — Уизли, я не знаю, что ты хотел сделать! — произнес он. — Но скорее всего, ты облажался!

      Блондин подошел ближе, окинул презрительным взором Невилла, буквально потоптался взглядом по Рону, насмешливо хмыкнув при виде его палочки. А потом прямо-таки вцепился глазами в лоб Гарри.

      — Я так полагаю, — процедил парень. — Я вижу перед собой Гарри Поттера?

      Гарри с интересом посмотрел на нового персонажа. Естественно, отвечать он ничего не стал. Потому что… Ну вот пришел какой-то перец, мягко говоря невежливо себя ведет. В этом случае придется грубить. Но нарываться на конфликт с отпрыском явно богатого семейства глуповато. По крайней мере, сразу. А так… Невилл и Рон просто знакомые, девушек рядом нет. А блондин меж тем сощурился, не получив ответа.

      — Хм, а я бы не рекомендовал вам находится в обществе…

      — Стоп, — остановил Гарри блондина. — Прежде, чем вы произнесете оскорбления. Хотелось бы узнать ваше имя.

      Атмосфера стремительно начала… густеть, что ли. Двое парней, что пришли с аристократиком, придвинулись ближе. Невилл, стоя у двери в купе, непонимающе хлопал глазами. Рон же явно, скажем деликатно, стушевался.

      — Драко Малфой, — с чувством превосходства, задрав подбородок, произнес блондин. — Рекомендую запомнить!

      «Интересно. Значит тут не принято озвучивать титулы? Или их просто нет?»

      — Мистер Малфой, — произнес Гарри. — Знаете, мне бы не хотелось сейчас услышать грубые слова… даже если они и правда.

      Он улыбнулся.

      — У нас еще будет достаточно времени, — добавил Гарри. — Чтобы высказать свои мнения. Давайте не будем омрачать столь прекрасный день? Тем более, что мы, возможно, будем с вами учиться на одном факультете. Мы же воспитанные люди, давайте не будем переходить на магловский стиль общения?

      Малфой со злым выражением лица, выслушал Поттера. Но на финальной фразе ухмыльнулся.

      — Что ж, — произнес он не торопясь и с поистине королевским великодушием. — Ладно. Повезло тебе, Уизли. Вот только повезет ли так в следующий раз?

      Драко резко кивнул своим… дружкам, телохранителям?.. И прошел по вагону дальше. Рон буквально с ненавистью посмотрел ему вслед. А еще Гарри заметил, что и Невилл проводил эту троицу не очень приятным взором.

      «Вот тебе и сказочный мир».

      Дверь в купе открылась. В проеме предстала Гермиона уже в форме. То есть серая юбка, довольно длинная, ниже колена, белые гольфы, блузка, тоже белая и с галстуком. Поверх нее серый же джемпер. На этом обычная, хоть и строгая одежда заканчивалась. Потому что поверх всего была надета черная мантия.

      — Отлично выглядишь, Герми! — улыбнулся Гарри. — Прямо как волшебница!

      Девочка слегка недоуменно посмотрела на парня.

      — Ох, так ты же и есть волшебница! — усмехнулся Гарри. — Рон, Невилл, идите переодеваться.

      Парни зашли в купе.

      — А ты, Гарри? — спросила Гермиона. — Что, переодеваться не будешь?

      — Да ты знаешь, тут шляются всякие, — ответил парень. — Так что я с тобой тут пока постою.

      Гермиона как-то недоверчиво улыбнулась, смотря на улыбающегося Гарри. А потом подошла к окну.

      — Гарри, — задумчиво произнесла она, смотря на холмистый пейзаж. — Получается, что мы… то есть, я…

      — Да мы, Герми, — откликнулся парень. — Мы. Хоть мои родители и были волшебниками, я тоже, как ты видишь, здесь чужой.

      Гарри вздохнул и встал рядом.

      — И ты знаешь, — произнес он. — Не факт, что это плохо. Да и вообще, ты что, резко в себе разочаровалась? Вот увидишь, мы еще утрем им всем носы. Уж ты-то точно.

      Гермиона бросила на Гарри быстрый взгляд и снова повернулась к окну.

      — Слушай, как ты насчет того, — произнес Гарри. — Чтобы держаться вместе и дальше?

      — Разве мы об этом не договаривались? — удивилась девочка.

      — Я имею в виду распределение, — уточнил парень. — Давай, куда один, туда и второй?

      Гермиона немного подумала, а потом согласно кивнула.

      — Хорошо, — сказала она. — Договорились.

      Когда поезд остановился, Гермиона внезапно испытала…беспокойство. Сердце вдруг сжалось в груди, во рту пересохло. Рон Уизли выбежал из купе практически сразу, Невилл, бросив взгляд на Гарри и Гермиону, неуклюже как-то, боком, держа под мышкой коробку со своей жабой, тоже протиснулся в коридор.

      — Герми? — спросил Гарри, внимательно смотря на девочку.

      — Гарри, — просипела Гермиона. — Мы… Там и вправду…

      Парень мягко улыбнулся и, наклонившись к Гермионе, накрыл лежащие на столе руки девушки своим ладонями.

      — Герми, — заговорил он каким-то ласковым голосом. — Ну, ты-то чего волнуешься? Уж кому надо бояться, так это мне.

      Гермиона недоуменно посмотрела на Гарри.

      — Ты же умница, — голос парня был наполнен искренним теплом. — Это я лентяй и выезжаю только на своей памяти. Но Гермиона Грейнджер, как всегда, станет лучшей. Я в этом полностью уверен.

      Гарри поднял руку и поправил непослушный каштановый локон. Тут Гермиона спохватилась, что она как-то слишком долго смотрит в эти зеленые глаза. Да и вообще лицо парня было уж слишком близко.

      — Пойдем? — тихо спросил он.

      Девочка, слегка порозовев, молча кивнула…

     

      (Я писал под эту музыку:https://www.youtube.com/watch?v=BR-csWS1bcM&list=PLmveqr-34oaF2d0SGpF_duoGp3ECuz3Gt&index=9&t=0s«LAST OF THE MOHICANS ~THE GAEL~Royal Scots Dragoon Guards.»)

     

      …Вещи сложили в странную карету без лошадей. Причем Гарри довольно долго натурально пялился туда, где, собственно, должна была быть эта самая лошадь. Потом они вслед за Хагридом (и как он оказался здесь раньше них? Он же провожал Гарри на вокзале?) пошли со станции. Причем только они одни, то есть первокурсники, все кто постарше уже ушли, причем в другую сторону.

      Великан привел их на берег озера, где возле дощатого причала, стояли лодки.

      — Так, рассаживаемся по лодкам! — прогудел этот великан Хагрид.

      — Хагрид, а это безопасно? — спросил, ну, конечно, Гарри.

      Парень с некоторой опаской смотрел на не такие уж серьезные лодки.

      — О, совершенно, Гарри! — улыбнулся Хагрид, склонившись к парню, добавил гулким шепотом. — Даже если кто-то специально решит искупаться, все равно не утонет.

      — А грести чем? — поинтересовался Гарри.

      — Гарри, — продолжал улыбаться великан. — Садись и все увидишь!

      Парень приподнял бровь.

      — Садимся по четверо! — распрямился Хагрид. — Не пытайтесь сесть пятым, иначе упадете в воду! Как только в лодке оказывается четыре пассажира, она отплывает!

      Народ как-то не торопился на посадку.

      — Герми, пойдем, — произнес Гарри.

      Девочке ничего не оставалось, как пойти за парнем. Он первым осторожно ступил на дно лодки. Та даже не покачнулась, словно на земле стояла.

      — Герми, — Гарри подал Гермионе руку.

      Драко Малфой, с высокомерным выражением лица прошел по поскрипывающим доскам причала, вместе со своими бодигардами, и сел в соседнюю лодку.

      — Мистер Малфой, — заговорил вдруг Гарри. — Вы не подскажете, почему те, кто старше, пошли в другую сторону?

      Блондин смерил Гарри презрительным взглядом.

      — Первокурсники всегда прибывают в Хогвартс на лодках, — буквально процедил он.

      — Это какой-то ритуал? — интересовался дальше Гарри.

      — Это… традиция, — произнес Драко.

      — Можно с вами, мистер Поттер? — возле лодок остановилась Дафна Гринграсс и Ханна Аббот.

      — Конечно, мисс Гринграсс! — парень тут же встал и подал руку сначала одной, а потом другой девочке.

      А вот в лодку к Малфою что-то никто не торопился. Поэтому она осталась у причала, а лодка Гарри и Ко, когда все уселись на лавки, слегка дрогнула и медленно отплыла. Правда тут же остановилась, видимо дожидаясь остальные плавсредства.

      — Всегда любил воду, — произнес Гарри, опуская руку. — Наверное, если бы я не стал волшебником, то пошел бы в моряки.

      Тут руки парня, которую он опустил в воду, что-то коснулось. И раздался еле слышный, но отчетливо дурашливый такой смех. Все пассажиры лодки замерли в удивлении.

      — У меня галлюцинации или в самом деле кто-то смеялся? — поинтересовался Гарри.

      — Я читала, что в Черном Озере обитают русалки, — неуверенно произнесла Гермиона.

      — Русалки, тритоны, водяные чертики, — добавила Дафна. — Мама мне рассказывала, что тут еще есть гигантский кальмар.

      — Оживленно тут, я смотрю, — несколько натужно усмехнулся Гарри.

      И руку из воды убрал. Тем временем к их лодке подплывали остальные. Забавно, но та, где сидел Малфой, все еще стояла у причала. Сам блондин сидел с независимым гордым видом. Между тем на причале, кроме Хагрида, уже никого не осталось. А вот и он сел в последнюю пустую лодку.

      — А красиво тут, — заметил Гарри, смотря на холмы.

      С одной стороны бухты они были уже почти темные, солнце уже отбрасывало длинные вечерние тени. По озеру шла легкая рябь и волны посверкивали в лучах светила. Вот лодка с Хагридом заняла место впереди (а с Малфоем позади всех) и вся флотилия тронулась с места. Выйдя из бухты, лодки разошлись в стороны, выстроившись в линию за Хагридом.

      — Эх, сейчас бы мотор помощнее, да прокатиться, чтобы с брызгами! — выдал Гарри, смотря на водную гладь и подставляя лицо свежему ветерку.

      Гермиона с некоторым удивлением посмотрела на него. Сидящая позади них Дафна слегка улыбнулась.

      — А вот и Хогвартс! — с воодушевлением воскликнул Хагрид.

      Лодки выплыли уже на середину озера и все увидели на другой его стороне величественный замок. Шпили его острых башен вонзались в начинающее темнеть небо. Он словно вырастал прямо из скалы…

      «Интересно, насколько я помню, Хогвартсу тысяча брякнула. А выглядит прямо как готический собор. Или это я просто что-то путаю?».

      Все эти прямые линии, стрельчатые окна, башни, словно наконечники копий. Замок, внушая своими размерами, одновременно не подавлял массивностью. А вот сердце от восхищения замирало. На губы сама собой выползала улыбка. Хогвартс встречал своих новых учеников, словно добрый, но строгий дедушка.

      — Гарри! — восхищенно с придыханием произнесла Гермиона. — Как красиво!

      Сидевшая позади Дафна уже в который раз удивленно приподняла бровь. Грейнджер только что накрыла своей ладонью кисть руки парня.

      — Да, Герми, только ради этого вида стоило сюда поехать! — отозвался Гарри, улыбаясь.

      От замка, к небольшому строению у самой воды ломаной линией шла… это стена или такая высокая дорожка? Кстати, строение было в таком же стиле что и остальной ансамбль… и вообще-то было немаленьким! Да, ничего себе тут лодочный сарайчик! Этакая миникрепость… Когда они заплывали внутрь, Гарри увидел, что над входом висит внушительная такая решеточка. Прутья с его руку.

      Лодки с шорохом притирались к каменному пирсу и замирали. Гарри вылез первым и поочередно помог девушкам подняться.

      — Спасибо… Гарри, — улыбнулась Дафна.

      — Ну что, все? — Хагрид стоял у выхода из, хе-хе, сарая. — Вот мы и прибыли. Поднимайтесь наверх, там вас встретят! Удачи!

      Великан посторонился. И первым в проход пошел Малфой со своей братвой. По пути он еще и улыбнулся, такой опять самодовольной улыбочкой.

      Пока они плыли, а потом вылезали из лодок, собирались, начало смеркаться. И когда первокурсники вышли на ведущую наверх… В общем, вышли из сарая, то увидели, что Хогвартс уже стоит весь в огнях. И вдоль дороги, по верху стены, тоже стояли светильники. Причем, они были не похожи на электрические, свет испускали кристаллы.

      — Герми, это… — Гарри поморщился, проходя мимо очередного такого светильника.

      Он потер грудь.

      — Ты ничего не ощущаешь? — спросил парень.

      — Хм, — задумалась Гермиона, прислушиваясь к себе. — М-м… Как будто ветерком обдувает.

      Они прошли мимо очередного «факела».

      — Да, как ветерком, — кивнула девочка.

      — Везет, — проворчал Гарри. — А у меня опять что-то не то.

      Наконец они дошли до самого замка. Народ активно шушукался, восторгаясь… Да всем восторгаясь. Голова толпы втянулась внутрь здания. И враз как-то впереди гомон стих. Гарри зашел внутрь… И сердце в груди как-то сильно застучало, по телу пробежали мурашки.

      «Черт возьми! А это еще что?!»

      Закололо в висках, а еще с чего-то вдруг буквально зажгло лоб, там, где был шрам. В ушах негромко засвистело, как при резком перепаде давления.

      И также внезапно, как навалилось, все отступило. Воздух как-то резко ворвался в легкие, так, что Гарри закашлялся.

      — Гарри, с тобой все в порядке? — встревожено спросила Гермиона.

      Парень слегка дрожащей рукой вытер лоб. Идущие мимо остальные первокурсники с удивлением смотрели на них… Когда это он успел отойти к стене?

      Гарри посмотрел на Герми, на ее встревоженное личико. И слабо улыбнулся.

      — Все-таки магия существует, — произнес он.

      Гермиона удивленно посмотрела на него.

      — Все, пойдем, — сказал парень и кивнул в сторону широкой лестницы.

      Остальные уже поднимались. И Гарри с Гермионой поспешили за ними. Ну как поспешили… Парень поднялся ступенек на десять и почувствовал, что натурально выдыхается. Черт возьми! Словно только что двадцатку пробежал! На Гарри буквально навалилась усталость.

      Стиснув зубы, Гарри, хватаясь за перила, поднялся к остальным. И с облегчением привалился к массивному каменному ограждению лестницы.

      Дальше была довольно широкая площадка. И двери, причем не с банальными стеклами, а самыми настоящими витражами. Словно в церкви. На площадке первокурсников ждала высокая, статная такая дама, в зеленой мантии… И да, в широкополой островерхой шляпе. Похоже, это все-таки часть местной формы. Под мантией у женщины было что-то типа плотной черной рубашки… со стоячим воротом, на котором поблескивала, как это называется… В общем, брошь.

      «Какая рубашка? Это ж платье такое! Жертва цивилизации, блин!»

      — Это она приходила ко мне! — восторженно прошептала прямо в ухо Гарри Гермиона.

      — Добро пожаловать в Хогвартс, — голос женщины звучал торжественно. — Меня зовут профессор Минерва МакГонагалл. Сейчас вы войдете в эти двери и попадете в Большой зал Хогвартса. Именно здесь вы будете завтракать, обедать и ужинать. Здесь же проходят все большие события школы, отмечаются праздники и происходят балы. Сегодня же будет дан торжественный ужин в честь зачисления новых учеников, в вашу честь. Но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьезная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас вторым домом и даже второй семьей. Вы будете вместе учиться, кто-то даже спать в одной спальне и проводить свободное время в общей комнате, специально отведенной для вашего факультета.

      МакГонагалл обвела первокурсников взглядом. Каждый год она встречала новых учеников здесь, у дверей большого зала и каждый год, несмотря на строгий внешний вид, на ее душе было очень радостно. Эти восхищенные, удивленные, растерянные личики, сверкающие глаза! Новые волшебники вступали на свой путь! Кем они станут? По кому-то это видно сразу. Вот стоит наособицу светловолосый мальчик. Очень похожий на своего отца, как внешне, так и жестами. Практически наверняка он пойдет на Слизерин. Или вот девочка, с коротким каре, в чертах которой уже прослеживался… довольно ядовитый характер. Даже сейчас она смотрит вокруг с легким прищуром. Рыжеволосый очередной Уизли. Гермиона Грейнжер и рядом с ней Гарри Поттер… Какой-то он бледный.

      — Факультетов в школе четыре, — продолжила МакГонагалл, — Гриффиндор…

      Тут Минерва слегка поддалась чувству гордости за свой факультет и выделила его паузой.

      — Хаффлпафф, Рэйвенкло и Слизерин, — слова профессора размеренно падали в тишину. — У каждого из них есть своя древняя история и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы.

      При упоминании Слизерина Малфой задрал подбородок, и по его губам скользнула самодовольная улыбка.

      — В нашей школе есть оценки не только для каждого отдельного ученика, но и для факультета в целом, — продолжала МакГонагалл. — Ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, которые начисляют преподаватели и директор. За плохие оценки, нарушения дисциплины, очки вычитаются. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями и привести себя в порядок.

      Она с прищуром посмотрела на Невилла Лонгботтома. Парень, открыв рот, слушал ее, а когда уяснил, что профессор смотрит на него с неодобрением, спохватился и оглядел себя.

      — Простите, — краснея, пробормотал он, застегивая ширинку.

      Вокруг послышалось хихикание. МакГонагалл оглядела остальных и развернувшись, подошла к дверям.

      — Что же, — громко и торжественно произнесла она. — Добро пожаловать!

      Двери сами собой распахнулись, открывая вид на большой, буквально залитый светом зал…

     

      …Странно, но эта странная усталость как-то быстро прошла, словно ничего и не было. И в Большой Зал Гарри входил уже довольно уверенно.

      — Ого, — негромко произнес он.

      А зал недаром назывался именно так. Он реально был очень большим. Четыре длинных, почти во весь зал стола, за которым сидели ученики. А над ними, прямо в воздухе висели горящие свечи! Сотни свечей! И это еще не все! Гарри, посмотрев вверх увидел… Небо! Ночное небо, на котором уже высыпали звезды.

      — Тут что, нет потолка? — ошеломленно произнес он.

      — Я читала про это, — негромко произнесла Гермиона. — Потолок Большого Зала заколдован, чтобы показывать настоящее небо.

      — Впечатляет, — покивал Гарри.

      Они шли по проходу между столов. В торце зала, на небольшом возвышении, имелся еще один стол, за которым сидели взрослые, очевидно преподаватели. По мере приближения к этому столу, ученики, сидящие за столами, становились все моложе. И они все с интересом смотрели на первогодок. Многие улыбались. В общем, атмосфера была довольно светлой и дружелюбной такой.

      За спиной у преподавателей висели зеленые знамена. А прямо за пожилым мужчиной в центре, с длинной седой бородой, висело огромное полотнище со змеей.

      — Знамена Слизерина! — гордо сказал Драко Малфой.

      Наконец они подошли к возвышению. Перед столом преподавателей стоял одинокий стул, на котором лежала старая, явно видавшая лучшие времена, шляпа. Профессор МакГонагалл подошла к преподавательскому столу, где перед директором лежал здоровый такой фолиант. Женщина взяла его (причем, несмотря на внушительный вид сей книжки, она сделала это без напряжения) и повернулась к ученикам. Фолиант сам собой развернулся.

      — Я буду называть имя! — громко сказала МакГонагалл. — Вы проходите к стулу! Итак! Пэнси Паркинсон!

      Не ожидавшая такого девочка удивилась. Ни по имени, ни по фамилии она не была в списке первой (имеется в виду алфавитный порядок). Но МакГонагалл пристально смотрела именно на нее. И девочка, волнуясь взошла на возвышение и подошла к стулу. А профессор, отпустив книгу (да-да, именно отпустив, фолиант остался висеть в воздухе!), подошла к стулу и подняла шляпу.

      — Садись, — с теплом произнесла профессор.

      Пэнси села на стул и МакГонагалл надела ей шляпу на голову…

     

      … Девчонка вздрогнула и посмотрела вверх. Несколько секунд она словно к чему-то прислушивалась.

      — Хогвартс видит сию ученицу на факультете Слизерин! — внезапно заговорила… Шляпа?!

      МакГонагалл тут же сняла шляпу с Паркинсон.

      — Пройди к столу своего факультета, — мягко произнесла профессор, показывая в сторону слизеринцев.

      А да, на торце каждого стола висело полотнище. Слева-направо, если смотреть от стола преподавателей: синее знамя с черным вороном, алое с золотым львом, желтое с бело-черным барсуком и зеленое знамя с белой змеей.

      Пэнси, вымученно улыбнувшись, прошла к столу теперь уже своего факультета. А фолиант тем временем подплыл прямо в руки МакГонагалл.

      — Майкл Корнер! — прозвучало следующее имя.

      Паренек с довольно длинной шевелюрой, явственно вздрогнул и вышел вперед, причем шел так, словно палку проглотил. Ему на голову опустилась Шляпа. И опять реакция, словно парень слышит то, что другие не слышат.

      — Хогвартс видит сего ученика на факультете Рэйвенкло! — возвестила Шляпа.

      Парень облегченно выдохнул и едва не убежал вместе с головным убором, МакГонагалл едва успела прихватить шляпу.

      — Энтони Голдштейн! — объявила профессор следующего.

      Из толпы первокурсников вышел крепкий такой, светловолосый парень. Гарри слегка удивился, ожидая при такой фамилии, скорее щуплого, черноволосого потомка вечно гонимого народа. А на стул сел скорее викинг.

      — Хогвартс видит сего ученика на факультете Рэйвенкло! — объявил головной убор.

      — Рональд Уизли! — произнесла МакГонагалл.

      Рыжий попутчик Гарри вышел на возвышение, сел на стул.

      — Еще один Уизли! — вдруг сразу заговорила шляпа своим скрипучим голосом, едва оказалась на голове Рональда. — Конечно, Гриффиндор!

      Тот просветлел. А его братья, сидящие за столом, заулыбались. И когда Рон подсел к ним, похлопали его по спине, плечам.

      — Гарри Поттер! — прочитала профессор следущее имя.

      И негромкий фон голосов стих. Более того, сокурсники, пока Гарри выходил вперед, с интересом смотрели на него. А еще парень поймал несколько пристальных взглядов преподавателей. Особенно ему уделили внимание двое. Какой-то мрачный, весь в черном и сидящий рядом с ним с тюрбаном на голове.

      Гарри прошел до стула, сел. Шляпа опустилась ему на голову.

      «Гарри Джеймс Поттер, наследник рода Поттер, сын Джеймса и Лили Поттер», — в голове вдруг возник странный голос.

      Он был какой-то такой убаюкиваще-спокойный, но при этом создавалось впечатление, что его произносят одновременно сразу много голосов.

      «В тебе ощущается жажда познания. Также ты целеустремлен и честолюбив. Тебе хочется спокойствия, но не постоянно. Ты прошел через испытания, но они не сломили тебя. Мы предоставляем тебе выбор. Если ты видишь свою жизнь, как лестницу к личному величию, то Слизерин именно то место, где ты сможешь найти тех людей, которые тебе нужны для этого. Если ты желаешь основательности и твердой уверенности в будущем, то Хаффлпафф станет тем фундаментом, который ты заложишь для этого. Если ты хочешь познать мир и себя, узнать, что стоит за всем, что происходит, постичь всю красоту магии, то Рэйвенкло даст тебе все инструменты для этой цели. И, наконец, если твой дух желает увидеть всю необъятность бытия, если ты хочешь жить так, чтобы каждый день ощущать биение жизни и пройти по грани, то…»

      — Львы, — негромко произнес Гарри.

      «Спокойствие всегда будет кем-то нарушено. Величие основано на том, что лестница идет по головам. Знания никто мне не помешает обрести и так. А Гриффиндор мне непонятен. Хочу узнать»

      «Да будет так!» - показалось или в этом голосе прозвучала радость?

      — Хогвартс видит сего ученика на факультете Гриффиндор! — громко объявила шляпа.

      Гарри спокойно встал, положил шляпу на стул и сошел с возвышения. Улыбнувшись по пути Гермионе, Гарри прошел к столу львов. Гриффиндорцы отчего-то очень радостно приветствовали его.

      — Гарри Поттер с нами! — восторженно произнес кто-то.

      — Невилл Лонгботтом! — тем временем объявила МакГонагалл.

      Тот вышел вперед… и едва не пропахал носом пол, запнувшись, когда поднимался на помост. И Гарри мог бы поклясться, что Невилл должен был упасть, но… Видимо, опять магия! Так что он, опять покраснев, сел на стул…

      — Что-то долго, — произнес Гарри.

      — Гарри ты тоже сидел минут десять, — заметил Рон.

      — Чего? — удивленно посмотрел на него Гарри. — Да ну, минуты две!

      — Точно, — произнес один из близнецов.

      — Десять минут, — добавил второй.

      — Не меньше, — закончил первый.

      — Хогвартс видит сего ученика на факультете Гриффиндор! — наконец, громко гаркнула Шляпа.

      Невилл, все так же полыхая щеками, сошел с возвышения. И сел напротив Гарри. И неуверенно улыбнулся.

      — Гермиона Грейнджер! — произнесла МакГонагалл.

      Гарри обернулся. Подруга вышла решительно, села на стул. И опять пауза. Гарри видел, как она что-то сказала. Потом еще что-то.

      — Хогвартс видит сию ученицу на факультете Гриффиндор!

      Гермиона широко улыбнулась. Она встала, отдала шляпу профессору и прошла к столу львов.

      — Герми! — улыбнулся Гарри.

      Девочка села рядом с ним.

      — Ну что, все купе снова вместе? — произнес Гарри.

      — Ага, — ответил Рон. — Вот только еды нет.

      — Слушай, однако, как ты любишь поесть! — усмехнулся Гарри.

      — Он всегда! — со смехом заметил один из близнецов.

      — Что-то ест! — закончил второй.

      — Шоколадку, Ронни? — первый вытащил из кармана батончик.

      — Вкусная! — добавил второй.

      — Сами ешьте! — буркнул Рон.

      — Гарри, — тут же переключили близнецы внимание.

      — Не хочешь шоколада?

      — Судя по реакции Рона, — ответил Гарри. — Вряд ли мне это понравится.

      — Ну-у, — протянул первый.

      — Так совсем неинтересно! — добавил второй.

      — Невилл? — улыбка близнецов была такая искренняя.

      — А ты не хочешь? — что прямо так и хотелось попробовать.

      — Вкусная!

      Тот отрицательно помотал головой…

     

      … Последний ученик встал со стула и сел за стол Хаффлпаффа. А Шляпа прямо со стула внезапно исчезла. Вот так, взяла и пропала! А потом тоже самое сделала книга в руках МакГонагалл. Профессор прошла за стол преподавателей и заняла один из свободных стульев.

      Директор не спеша, величественно поднялся. Да, старик внушал. Прямо вот образец Мага. Ниспадающие на плечи длинные седые волосы, борода, доходившая до пояса. Явно дорогая черно-коричневая мантия, на отворотах которой поблескивали скорее всего драгоценные камни.

      — Друзья! — заговорил Дамблдор. — Хочу поздравить вас с началом нового учебного года!

      В ответ все дружно захлопали. Кто-то даже от избытка чувств выкрикнул «Ю-ху!». Директор некоторое время, с улыбкой на губах смотрел на это выражение радости. А потом поднял руку.

      — Вновь, как и много лет до того, в Хогвартс приехали новые ученики, — продолжил Дамблдор. — И я рад приветствовать их в нашей школе!

      И вновь овации наполнили зал. Директор снова подождал, пока они стихнут и заговорил дальше.

      — Специально для них, а также для некоторых учеников постарше, — Дамблдор посмотрел в сторону стола Гриффиндора и близнецы Уизли вдруг потупили взоры. — Хочу объявить некоторые важные правила. Первое. В Запретном Лесу нельзя находиться без преподавателя. Подчеркну, что неважно, на каком вы находитесь курсе, это правило одинаково для всех! Второе, первому, второму и третьему курсу запрещено покидать Хогвартс, без сопровождения преподавателя или старосты его факультета. Третье, коридор на третьем этаже, по правой стороне, все также закрыт для посещения и не нужно искать способы попасть туда.

      И опять взгляд в сторону гриффиндорцев. Кстати, сидящий невдалеке еще один рыжий, Перси, кажется, очень укоризненно смотрел на братьев.

      — Со всеми остальными правилами проживания первокурсников ознакомят старосты факультетов, — продолжал Дамблдор. — А также на каждом уроке, преподаватели разъяснят особенности проведения их занятий и правила нахождения в кабинетах. Особенно это касается аудитории зельеварения.

      Директор обвел зал взглядом и улыбнулся.

      — А сейчас, да начнется пир! — сделал он приглашающий жест в сторону столов.

      И на больших медных блюдах, стоящих посередине столов появилась еда. Нет, не так. Яства!

      — Ну, наконец-то! — потер руки Рон. — Я уже так проголодался!

      А между тем зал наполнила тихая, но отчетливо слышимая мелодия. Гарри, реально вздрогнувший от появления еды, прислушался. И улыбнулся.

      Ученики постарше уже принялись накладывать себе на тарелки с блюд, пока первокурсники удивленно пялились на еду. Гарри поднял бокал, тяжелый такой, тоже медный. В нем плескалась какая-то светлая жидкость. Парень немного отпил.

      — Яблочный сок, — произнес он.

      — Первокурсникам всегда, — заговорил один из близнецов Уизли.

      — Наливают яблочный сок! — добавил второй.

      Рон, который вообще, похоже, не стеснялся, уже наложил себе на тарелку котлет. И одну уже, счастливо так щурясь, наткнул на вилку и поедал.

      — Герми, тебе чего положить? — спросил Гарри у соседки.

      — Хм, мне картошки, — кивнула девочка на блюдо, стоящее перед Гарри.

      Гарри взял тарелку Гермионы и взялся за большую ложку, лежащую рядом с блюдом. И тут внезапно прямо из картошки появилась голова!

      — Да твою мать, срань господня! — вырвалось у Гарри.

      — Добро пожаловать на Гриффиндор! — возопила голова. — А вот ругаться нехорошо!

      Из стола появилась рука и погрозила Гарри пальцем.

      — Добрый вечер, сэр Николас! — произнес Перси Уизли. — Как прошло лето?

      Существо целиком вылезло из стола и чуть отлетев, зависло в воздухе.

      — Плохо! — с сожалением произнес он. — Мою заявку на участие в охоте безголовых опять отклонили!

      Гарри, выдохнув, наклонился к Рону.

      — Слышь, а кто… что это? — тихо спросил он.

      — Это Безголовый Ник! — прошептал Уизли. — Привидение башни Гриффиндора.

      Гарри поперхнулся.

      — Привидение? — сипло спросил он.

      — Ну да, — кивнул Рональд. — Ты никогда не видел привидений?

      — Да… гм… вот, не доводилось как-то, — ответил Гарри, покачав головой.

      Он обратил внимание на Гермиону, которая сидела с абсолютно белым лицом. Гарри осторожно коснулся спины девочки. Герми вздрогнула и испуганным взором посмотрела на парня.

      — Г-г-гарри? Э-т-т… — заикась, произнесла девочка.

      — Это привидение, да, — успокаивающим тоном произнес он. — Мы же в волшебном мире. Здесь они есть.

      Тут раздался девичий визг за соседним столом. Гарри посмотрел в ту сторону…

      А из стен, пола и откуда-то сверху в зале стали появляться еще привидения. В древних одеждах, они стремительно пролетали над столами. Один вообще пронесся над столом Слизерина, размахивая призрачной шпагой и дико гогоча.

      «Интересно, а бог есть?» — почему-то подумал Гарри.

     

     * * *

     

      Каждая спальня представляла собой большую комнату, где стояло три кровати. Возле каждой имелась тумбочка для личных вещей. Окна в спальне были интересные. Они начинались прямо от пола, но шли только до середины стены и были довольно узкие. Кровать была прямо-таки шикарной, большой, практически двуспальной, да еще с пологом. Как говорится, почувствуй себя аристократом. Для вещей имелся шкаф, для каждого жителя комнаты свой.

      Комнату Гарри делил с Роном и Невиллом. Ну, а чего, этих он уже немного знал, так что зачем искать себе других соседей? Парни как-то сразу залегли. Невилл хотя бы одежду аккуратно сложил, а Рон просто покидал вещи на стул и плюхнулся в кровать. А вот Гарри сон отчего-то не шел.

      Кстати, багаж действительно доставили. И вещи лежали в больших сундуках, что стояли в изножьях кроватей. Кроме одежды, конечно. И совы, понятно. Как им сказали, те будут жить в совятне и когда будет нужно отправить кому-нибудь письмо, то их туда проведут. Гарри усмехнулся. Ему было некому отправлять письма. Разве что Дурслям, в порядке стеба. Мол, так и так, дядюшка, тетушка, со мной все ОТЛИЧНО, все просто ЗАМЕЧАТЕЛЬНО, особенно вспоминая вас. Да и передайте Дадлику, что я все помню и обязательно навещу вас и его, чтобы выразить свою горячую благодарность за счастливое безмятежное детство.

      А вообще было как-то поровну на них. Они были в его жизни, скорее всего еще и будут, но уже эпизодически. Все, перевернута страница. Да что там страница, вообще книга закончена. Книга про обычную, серую, скучную жизнь. А теперь просто какой-то фэнтезийный роман! Магия, волшебники. Привидения, живые портреты и лестницы, которые могут изменить свое местоположение!

      «Надеюсь, Гермиона там в порядке?» — пришла мысль.

      Девочка ушла в свою спальню явно в раздрае чувств, с круглыми глазами и с кривой полуулыбкой, застывшей на губах. Налицо был некоторый шок, но сон должен помочь справиться с этим.

      «А сам-то? Едва ж не навернулся, смотря на ту женщину».

      Да, один из портретов почему-то прямо-таки приковал к себе внимание. Там была изображена немного грустная женщина с диадемой в волосах. То есть как изображена, она грустно улыбаясь, смотрела на идущих мимо нее первокурсников… То есть реально смотрела. Иногда склоняя голову и улыбка, то исчезала, то снова скользила по ее губам. И Гарри зачем-то, проходя мимо нее, уважительно склонил голову. А женщина слегка склонила голову в ответ…

      Да, удивительный мир, удивительное место. Гарри смотрел в окно, на озеро, на посверкивающие в лунном свете волны. Легкий сквозняк холодил босые ноги, через приоткрытое окно. Здесь даже пахло как-то по-другому. Не понять чем. Может чередой прошедших лет? Подумать только, этот замок реально стоит тысячу лет. По этим стенам когда-то ходили стражники с мечами. А может даже и ученики дежурили. Интересно, когда-нибудь Хогвартс пытались захватить? Ну не зря же он выстроен в виде замка, вряд ли только из эстетических соображений. Было бы интересно узнать историю этого места.

      — Мама! — вдруг донесся тихий голос Невилла.

      Гарри посмотрел в сторону его кровати. Но больше не было никаких звуков.

      «Он, вроде только про бабушку упоминал? М-да… Не у одного у меня тут, похоже, проблемы с семьей. Ладно я, в памяти только смутные образы, которые не задевают почти».

      Парень втянул носом воздух, глубоко вздохнув. И вздрогнул. Дорожку лунного света пересекла большая и крылатая тень.

     

     * * *

     

      Одна из женских спален Гриффиндора. Гермиона Грейнджер, Лаванда Браун, Парвати Патил.

     

      Гермиона лежала в кровати с открытыми глазами, бездумно смотря в потолок. И ее это не напрягало. Не торопясь скользили в голове мысли, картинки.

      — Эй, Грейнджер! — донесся с соседней койки голос Браун.

      Так вышло, что девочка, которой Гарри… нахамил в поезде, оказалась ее соседкой. Честно говоря, когда выбирали спальню, Гермиона просто прошла в ту, которая попалась ей на глаза.

      — Грейнджер, ты спишь уже? — снова раздался голос Браун.

      — Нет, — ответила Гермиона.

      — О, это хорошо! — обрадовалась Лаванда. — Слушай, а вы с Поттером родственники что ли?

      — Почему ты это решила? — недоуменно спросила Гермиона.

      — Ну, он так делает… — Браун споткнулась. — В общем, заботится как будто.

      Гермиона слегка смутилась. Она уже и сама про это думала. Да, Гарри и в самом деле ведет себя… Словно ему очень не все равно, что с ней происходит.

      — Мы просто друзья, — ответила Гермиона.

      — Просто друзья, значит! — Браун хихикнула. — Слушай, а он тебе нравится?

      — Что? — опешила Гермиона.

      — Гарри нравится тебе? — повторила Лаванда.

      Гермиона даже не нашлась, что ответить. Нравится? Ну да… Но ей почему-то показалось, что Браун спросила про что-то другое.

      — Он просто друг! — наконец ответила Герми.

      — А Поттер знает об этом? — не успокаивалась Лаванда.

      — О чем знает? — уже несколько раздраженно спросила Грейнджер.

      — Что вы просто друзья? — произнесла Браун.

      — Конечно! — бросила Гермиона. — Все, я спать!

      И повернулась спиной к Браун. Вот только перед ее глазами встала картинка, в купе поезда. И добрая такая улыбка на лице Гарри.

      «Что за вопросы вообще!» — возмущенно подумала Гермиона, прогоняя из головы все мысли.

      Дневной свет пробивался через щели между досками стен кладовки. Совсем юная девушка, лет шестнадцати, стоя спиной, натянула обратно лифчик, одернула футболку, задранную в процессе до самой шеи и повернулась. По ее губам скользнула ласковая улыбка.

      — Не говори никому, ладно? — негромко сказала она.

      Он, конечно, покивал со всей страстью. А девушка наклонилась и поцеловала его в губы.

      — Мне было совсем не больно, — сказала она шепотом.

      Она провела рукой по его груди.

      — Спасибо, …

     

      … И опять имя отозвалось взрывом боли в голове. Гарри даже не стал открывать глаза, пережидая этот приступ. И сразу провалился обратно в сон, когда все прошло. Это поначалу он просыпался, теперь просто ждал, когда пройдет. Человек может привыкнуть ко всему…

     

      … Та же девчонка, с веснушками на носу. Вот это он видел четко, а само лицо словно постоянно было не в фокусе.

      — Извини, ладно? — шептала она.

      — За что? — прозвучал его голос.

      — Ну, что не говорю с тобой при всех, — голос виноватый.

      — Я понимаю, — а его голос спокойный. — Мы бы смотрелись очень глупо.

      — Зато я себя такой сукой чувствую, — пробормотала девушка.

      — Мне реально все равно, — ответил он. — Не гоняйся.

      Девушка улыбнулась. А потом смущенно зарделась.

      — Слушай, а сделай мне еще раз так, — попросила она. — Ну… Там.

      — Развратница, — мягко ответил он.

      — Ой, я же не спрашиваю, откуда ты это знаешь! — слегка возмутилась девушка. — Тем более в твоем возрасте!

      — Читаю много, — ответил он и его губы растянула усмешка…

     

      … А она была реально выше его. На полголовы точно. И сильнее. Она буквально уволокла его с дорожки и теперь, прижав к дощатой стене столовой, смотрела со злым таким прищуром.

      — Трахнул ее, да? — прошипела девушка.

      — Еще нет, — спокойно ответил он.

      Руки девушки стиснули его плечи.

      — Значит, все? — скрипнула она зубами.

      — Странно, что ТЫ это спрашиваешь, — произнес он.

      Девушка некоторое время смотрела в его глаза. А потом убрала руки. И по ее губам скользнула грустная улыбка.

      — А ты все-таки… — сказала она и выдохнула. — Глупо все вышло.

      Он отлепился от стены и одернул футболку.

      — Я пойду, — прозвучал его голос. — А то еще заметят нас. Получится еще глупее.

      Девушка сверкнула глазами. И он даже опомниться не успел, как она снова притиснула его к стене и впилась в губы поцелуем.

      — Знаешь, а теперь я готова, чтобы о нас узнали! — с какой-то яростью прошептала она, оторвавшись.

      — Прости, — глухо прозвучал его голос. — Но давай оставим все в прошлом.

      — Да что ты заладил! — девушка уже реально разозлилась. — Не было ничего у меня с этим…

      Он приподнял бровь.

      — Как бы поцелуй, это очень даже чего, — губы скривила злая усмешка. — Тебе вот, почему-то, это не понравилось.

      — А, так ты мне отомстил? — зло произнесла девушка. — Просто отомстил, да?

      — Не буду отрицать, — хмыкнул он. — Но и останавливаться я не намерен. Ждать, когда ты в очередной раз закрутишь с новым… хм… красавчиком, как-то не по мне.

      Девушка смерила его каким-то оценивающим взглядом.

      — Так и она, — в ее голосе прозвучала насмешка. — Может так же…

      — Я знаю, что не Шварценеггер, — усмешка. — Поэтому не парюсь. В мире много девушек. Уверен, среди них найдется та, которой будет хорошо именно со мной.

      Девушка вздрогнула. Рядом раздались чьи-то голоса и она обернулась на звук.

      — Я все же пойду, — и уже было двинулся, как его опять остановили.

      — Подожди, — хрипло произнесла девушка, держа его за плечо. — Давай договоримся.

      — О чем? — слегка удивился он.

      — Давай просто… ну… — девушка зарделась. — Иногда…

      — А зачем? Вряд ли у тебя будут с этим проблемы.

      Зашумела листва. На землю упали первые капли дождя. Невдалеке кто-то взвизгнул.

      — К тому же я не готов делить свою девушку с кем-то, — продолжил он. — Может я и выгляжу, как лошара…

      Девушка закрыла его рот ладошкой. Теплый летний дождик зашумел в листве, забарабанил по крыше.

      — Он вообще не умеет целоваться, — произнесла она. — И сразу полез лапать. Словно я уже ему принадлежу. Чертов пуп земли. Хвастался весь вечер…

      Девушка грустно усмехнулась.

      — И он не умеет так забраться в душу, — добавила она. — Чтобы все внутри замирало. Классная жопа! Вот и все комплименты… Я не… А что потом? Может не он, кто-то другой… Стирать грязные носки и терпеть, как моя мать, пьянки? И синяки замазывать… Не хочу!!!

      Она замолчала, опустив голову. А дождь уже совсем разошелся. Хоть и не ливень, но одежда и ее волосы уже промокли. Он вздохнул и коснулся ее щеки. Со стороны это, наверное, смотрелось странно. Рослая, довольно плечистая (она плаванием занималась) девушка и щуплый парень, явно младше ее. Вон даже ее ладонь больше его.

      — А что, в мире только два парня? — прозвучал его голос. — Этот тебе не понравился, так найдешь другого…

      — Да задрал ты! — внезапно, чуть не рыча, произнесла девушка.

      Она натурально сгребла его и опять прижала к многострадальной стене.

      — Я тебя люблю, придурок! — уже в полный голос, не стесняясь, рявкнула она. — Что, так сложно это понять? Мне что, рот с кислотой вымыть, чтобы ты тут не морщился?! Я целовалась?! А эти девки, что вокруг тебя крутятся?!

      — Какие девки, ты чего? — удивился он.

      — Ты иногда такой тупой! — зло сказала девушка…

     

     

     * * *

     

      Гарри, проснувшись, некоторое время недоуменно пялился вокруг. Как-то не сразу вспомнилось, где он. В ушах все еще шумел летний дождь, а в спине, такое ощущение, все еще сидели занозы. А губы хранили ласковую нежность ее губ…

      И снова эти сны. И зачем было напоминать об этом, он вроде и так это вполне помнил. Имен вот только… М-да. А так летний лагерь и что ему было четырнадцать, а ей семнадцать, в памяти отлично сохранилось.

      Из окна падал свет. Рядом кто-то шумно зевнул. Часы над выходом из спальни показывали семь. Гарри повернул голову и увидел, что Рон тоже проснулся и сидел на кровати, зевая. Да и Невилл уже тер глаза. Интересно. Поэтому староста вчера загадочно усмехаясь, на вопрос Гарри, где бы раздобыть будильник, порекомендовал не волноваться, так как все равно все проснутся в семь? И они таки проснулись. Вряд ли это совпадение.

      — Доброе утро! — произнес он. — Интересный тут будильник, не правда ли?

      — Как рано! — откликнулся Рон. — Сегодня же нет занятий! Можно было дать нам немного поспать!

      Гарри откинул одеяло и сел на кровати. Рон захлопал глазами, смотря на него. А все потому, что Гарри ночью натурально заколебала пижама. И как в ней вообще спят? Вообще, смысл сначала снимать одежду, а потом снова надевать, только другую? В общем, когда штаны пижамы как-то так извернулись, что довольно чувствительно сдавили, пардон, яйца, Гарри избавился от них. А заодно и от верха пижамы тоже.

      — Что-то не так? — поинтересовался он и с ехидцей добавил. — Что, никогда не видели парня в трусах?

      Рон слегка улыбнулся. А Гарри встал, натянул штаны от спортивной формы (магия, не магия, а спортивка остается такой же, то есть трико, футболка и кофта) и накинул на плечи полотенце. Пора было принять утренние процедуры.

      «Типа Англия, типа элитное учебное заведение, — думал Гарри, выходя в коридор. — А все как в обычной общаге. Умывальник общий, туалет тоже. Но нам ли привыкать!»

      По пути он опять наткнулся на несколько удивленных взглядов. Да, все тут были прям как аристо, в этих полосатых пижамах. Да плевать, он эту пижаму надевал в первый и последний раз. Проще тогда уж прямо в одежде завалиться в кровать, разницы никакой.

      Умывальная тут все же была приличнее, чем те, что сохранились в памяти. Ну да, все было просто стерильно чисто, нигде, опять же пардон, не наблевано, нет окурков на подоконнике. Черные с белыми прожилками каменные раковины, начищенные до блеска медные краны. Словно здесь не молодежь учится, а степенные джентльмены за сорок. Даже как-то скучно.

      Гарри усмехнулся своим мыслям и прошел в душевую комнату, что была рядом с умывальником, слева. Справа были туалеты.

      И опять чистота. И пол ровный, без швов, словно сделан из цельного куска скалы. Именно так, потому что под ногами был именно камень, а не бетон. Причем очень гладкий, как плитка. Душевые кабинки были отдельные, то есть полноценная, хоть и небольшая комната и даже дверь имелась. Зайдя внутрь, Гарри задвинул шпингалет (и даже он не простой, а медный, фигурный!) разделся в небольшом предбанничке (да тут просто с жиру бесятся!) и прошел, собственно, в душевую. Да и еще штрих, кабинок было просто до неприличия много! Здесь, на этом этаже башни, где собственно жили первокурсники, которых было (парней) ровно девять, имелось десять кабинок. Жир!

      Мыльно-рыльные средства тоже были в достатке. Не нужно было переть с собой мыло в душ. Все имелось прямо здесь. Причем того же мыла было несколько видов. Так, что тут у нас? Земляничное. Хм, мятное? Попробуем.

      Кстати, не было мочалок. Их заменяли щетки, как для коней, на длинных ручках. О, боги! Да они разной жесткости! Зажрались, воистину зажрались!

      «Все-таки прет, прет отовсюду, что это место пребывания тех, кто имеет деньги. И это… отлично, чего уж стеснятся. Жить в палатке и мыться в реке, конечно, прикольно, но только когда на улице тепло, сухо и спальник вместе с тобой делит красивая девушка. А мы имеем Шотландию, осень и одиннадцать лет. То есть все против прохождения курса выживания. Поэтому будем страдать и преодолевать отвращение к удобствам!».

      Сполоснувшись, Гарри вытерся мягким пушистым (фу-фу, полотенце должно напоминать слегка помятую наждачку!) полотенцем ослепительной белизны. И нахмурился, увидев, что штаны и трусы, сложены аккуратно, а не так, как он их оставлял. Он взял трусы. Чистые. Вот прям даже пахли чем-то цветочным. Да-а! Ох и разбалует Хогвартс! Как потом дальше-то жить?!

      Находясь в отличном настроении, Гарри, насвистывая «Du hast», вышел из душевой. Энергия так и перла, хотелось сотворить что-нибудь этакое! Дверь в душевую комнату распахнулась и в нее буквально влетел Рон… с синим лицом. Ни слова не говоря, он с выпученными глазами влетел в одну из кабинок.

      — What the fuck? — пробормотал Гарри, удивленно приподняв брови.

      — Гарри! — выглянул из двери Рон. — Слушай, не дашь мне полотенца?

      — Да без проблем, — Гарри подошел к рыжему и отдал полотенце. — Что с тобой случилось то?

      — Да это все близнецы! — простонал Рон и скрылся за дверью.

      Гарри покачал головой.

     

     * * *

     

      Мантии — это все-таки круто. Без них просто детишки, а в них прямо ощущаешь себя если не волшебником, то точно не простым быдлом. Опять же палочку удобно с собой таскать.

      — Интересно, когда тут завтрак? — проворчал Рон.

      Лицо он отмыл. Кстати, это братцы что-то сделали с его полотенцем, что оно при намокании начинает мазать синим цветом. Интересно, как они это сделали? Надо будет потом поинтересоваться.

      — У меня в сумке осталась пара булок, — произнес Гарри, перекладывая палочку в мантию. — Будешь? А то испортятся еще.

      — Конечно! — оживился рыжий.

      Гарри повернулся, подошел к сундуку, поднял массивную крышку и извлек из него свою сумку.

      — Держи, — достал он бумажный пакет. — Пакет выбросишь.

      Кстати, в мантии был еще карман для перьев. Буквально. Это он вчера у кого-то из старшекурсников увидел. Интересно, а после, собственно, написания, перо же будет в туши? Хм, поэтому мантии черные?

      — Народ, а этот колпак прям обязательно надевать? — спросил Гарри, увидев сей предмет.

      Рон, уже жующий булку, пожал плечами.

      — Ладно, у Герми спрошу, — произнес Гарри сунув колпак в карман мантии.

      Кстати, хорошие тут карманы, глубокие. Можно много чего в них сунуть… И пронести в них, хе.

      — Слушай Гарри, а Гермиона всегда такая? — спросил с набитым ртом Рон.

      А Поттера при этом аж передернуло. Просто рыжий сейчас так Дадли напомнил.

      — Рон, мать твою, или жуй, или говори, — произнес он.

      — А что такое? — удивленно спросил тот.

      — Да просто ты мне так моего кузена напомнил, — ответил Гарри. — Его постоянно за это свиньей называли.

      Рон слегка покраснел и проглотил кусок.

      — Я не свинья, — тихо, но с протестом в голосе произнес парень.

      И отложил недоеденную булку.

      — А разве я это сказал? — спросил Гарри. — Я просто терпеть не могу своего кузена, а ты мне его напомнил. Прости.

      «Ну, сегодня, мне вроде перья не понадобятся» — тем временем подумал он, вспоминая, что сегодня они будут просто знакомиться с Хогвартсом.

      — Он постоянно так жрет, что изо рта все валится, — говорил дальше Гарри. — Из-за этого я думаю он и толстый. Вот и прозвали его так.

      Он посмотрел на Рона.

      — А ты вроде не толстый? — улыбнулся Гарри. — Так что ты переживаешь?

      Рон с непонимающим видом уставился на него.

      — И вообще, мужик должен много кушать! — добавил Гарри. — Иначе откуда сила?

      Рон неуверенно улыбнулся.

      — Невилл, — Гарри заметил непорядок в одежде у того. — Ты мантию на левую сторону надеваешь.

      — А? Ой, спасибо, — спохватился тот и посетовал. — Со мной всегда так, что-нибудь да забуду!

      — А ты когда выходишь, — посоветовал Гарри. — К зеркалу подойди. И просто постой некоторое время, не торопись. Вспомни, куда ты идешь, все ли взял. Да и одежду огляди. Мне вот помогает.

      Невилл посмотрел на Гарри, стоя с мантией в руках. Задумчиво так поднял глаза к потолку и кивнул.

      — Мне бабушка так же говорит, — произнес он. — Только я… забываю это сделать.

      — Теперь бабушка далеко, — заметил Гарри. — Кстати, народ, как насчет того, чтобы отметить начало учебы?

      Рон, откусивший от булки, поспешно прожевал и спросил:

      — А что ты хочешь сделать?

      Невилл тоже вопросительно уставился на Гарри.

      — Да просто посидеть, вон, булки поесть с чаем, — усмехнулся парень. — В общем, как-то отметить начало.

      — Зачем? — непонимающе спросил Уизли.

      — Чтобы в памяти осталось, — улыбнулся Гарри. — Вот как мы в поезде ехали, ты же не забудешь, верно? А так пригласим девчонок, оттянемся!

      Рон с Невиллом от последней фразы переглянулись.

      — Ну и пока мы тут все не разбросали, — заметил Гарри, усмехнувшись. — Прибираться не надо!

      Рыжий как-то неуверенно кивнул.

     

     

     * * *

     

      Староста, Перси Уизли, ждал их в гостиной. Пока Гарри, Рон и Невилл шли туда, их обгоняли сосредоточенные такие старшекурсники. Куда это они с такими лицами в воскресенье?

      — Доброе утро! — улыбнулся старший Уизли. — Как спалось?

      — Отлично! — ответил Гарри и показал большой палец. — Еще бы мне колыбельную на ночь спели, и был бы полный улет!

      Перси слегка озадаченно посмотрел на него.

      — Сейчас мы все пойдем на завтрак! — громко произнес Перси. — Запоминайте, распорядок дня такой. Завтрак в восемь тридцать. Затем с десяти и до часу дня идут занятия. Потом в час тридцать обед. Затем, с трех часов и до шести снова занятия. Дальше в шесть тридцать ужин и затем свободное время.

      — Привет, Герми, — улыбнувшись, негромко произнес Гарри, подойдя к подруге.

     Та стояла рядом еще с двумя девчонками. Одна была знакомой, та самая Браун, тесен же магический мир! И смуглая девочка с явно восточными чертами лица.

      Гермиона как-то хмуро посмотрела на Гарри.

      — Мисс Браун, — кивнул Гарри.

      Лаванда хмыкнула.

      — Уроки по сорок минут и идут парами, — говорил тем временем Перси. — То есть два урока у одного и того же преподавателя. Но обычно ставят по две пары. То есть до обеда вы занимаетесь у одного преподавателя, после обеда у другого. Между уроками пары перерыв пять минут, между парами перерыв десять. Расписание занятий…

      Перси показал на стену, рядом с выходом из гостиной. Там висел большой такой лист бумаги.

      — Возле выхода, — произнес парень. — Также такое расписание висит в Большом зале, в вестибюле, около учительской и возле каждого кабинета, так что вы всегда можете узнать, какие у вас уроки. Кстати, очень не рекомендую опаздывать. Только первую неделю с вас не будут снимать баллы…

      Тут Гарри дисциплинировано поднял руку.

      — Да, Гарри, — с едва заметным раздражением произнес староста.

      — А вот это соревнование между факультетами, — сказал Поттер. — Процесс мне понятен. Неясны… как это… В общем, как определяется, сколько баллов нужно списать или начислить? И второй вопрос. Победа факультета дает что-то кроме огромной чести?

      — Количество баллов объявляет тот, кто их списал или добавил, — ответил Перси. — Обычно за хорошую отметку идет один балл. За написание и защиту эссе — пять. За победу в квиддиче пятьдесят…

      — В смысле? — не понял Гарри. — А каким боком какая-то игра к учебе? И к дисциплине?

      Перси смерил его прищуренным взглядом.

      — Такова традиция Хогвартса, — ответил он, наконец. — Кстати, если ты вот так же будешь перебивать преподавателя, то, как минимум пятерку, он снимет.

      — Отлично, — поморщился Гарри. — То есть я, например, корячусь, добываю баллы, а кто-то перебил преподавателя и все труды напрасны?

      — Поэтому и важно, чтобы все вели себя нормально! — отрезал Перси. — В этом и смысл соревнования, показать, что твой факультет в целом умнее, дисциплинированнее…

      — И хорошо играет в квиддич, — с иронией добавил Гарри.

      Перси, уже не скрываясь, посмотрел на него тяжелым таким взглядом. А Гарри в ответ лишь криво усмехнулся. Кстати, что-то никто колпак не надел, кроме старосты.

      — Баллы с вас будут снимать за плохие оценки, то есть за незнание, — продолжил распинаться Перси. — За неряшливый вид, за опоздания и неготовность к уроку. Особенно это любит делать профессор Снейп, преподаватель зельеварения. Он же декан Слизерина. Кроме снятия баллов, преподаватели могут назначить другие наказания.

      Перси оглядел посерьезневших первогодок, зацепился взглядом за Гарри и несколько натужно улыбнулся.

      — На самом деле, все не так уж страшно, — произнес он. — Нужно только старательно учиться, следить за собой и не нарушать дисциплину. А теперь пойдемте в Большой Зал.

     

     

     * * *

     

      Сидеть первогодкам опять выпало у самого стола преподавателей. И что-то подсказывало Гарри, что это не просто так. Вряд ли это было большой честью. Волшебники… А неуставные правила есть и тут.

      Завтрак был гораздо скромнее вчерашнего ужина. Ну как скромнее… На блюдах посередине, лежали булочки, с разнообразной начинкой, а перед учениками стояли тарелки с кашей. Да-да, овсяной, сэр. Вместо вчерашних вычурных медных бокалов, имелись белые чашки с чаем.

      Кашу многие отодвинули и поглощали булки. Странно, каша была на самом деле вкусной. Мнение Гарри поддерживал Рон, активно работающий ложкой.

      — Слышь, — спросил его Гарри. — А что все от каши морщатся? Вкусная же?

      Рон пожал плечами.

      — Рон, а ты уже? — произнес один из близнецов.

      — Отмылся? — со смехом закончил второй.

      Рон набычился и сосредоточил внимание на еде.

      — Во, спросить хотел, — перевел взгляд Гарри. — Как вы это сделали?

      — А тебе? — озадаченно спросил один.

      — Это зачем? — добавил второй.

      — Чисто академический интерес, — ответил Гарри. — Реально интересно.

      Парни переглянулись.

      — Это было специальное зелье, — ответил один из близнецов.

      — Надо вымочить в нем полотенце, — произнес второй.

      — А потом тщательно высушить, — добавил первый.

      — Вот оно что, — покивал Гарри. — То есть, вы работаете с зельями?

      — Не только! — улыбнулся ближайший близнец.

      — Мы и с заклинаниями работаем! — добавил второй.

      — И с предметами! — гордо добавил первый.

      — Поэтому вас посадили рядом с первокурсниками? — слегка иронично заметил Гарри.

      — Это все Снейп, — близнецы синхронно помрачнели.

      — Кстати, вы же должны знать, — произнес Гарри. — Хочу вечеринку устроить. Где тут можно еды раздобыть? Ну вот, типа такой, как вчера?

      — Вечеринку? — спросил первый близнец.

      — Еды? — поддержал второй.

      — Ну, да, так сказать, прописаться, — произнес Гарри. — А то как-то скучно получается. Тупо вселились и все.

      Близнецы синхронно распылились в широких улыбках.

      — Вечеринки мы любим! — произнес один.

      — Мы поможем! — добавил второй.

      — Только давайте без синих полотенец и прочего, — предостерег Гарри. — Не хочется, чтобы кто-нибудь затаил обиду.

      — Да не, мы понимаем! — заверил один из близнецов.

      — Мы тут хлопушки сделали, — произнес второй.

      — Красивые! — заметил первый.

      — Надеюсь, они не подожгут чего-нибудь? — спросил Гарри.

      Близнецы даже как-то обиделись.

      — Мы покажем! — произнес один.

      — Они просто радужной пылью стреляют! — добавил второй.

      — А эта пыль потом, например, на еду не осядет? — поинтересовался Гарри.

      — Она просто исчезает! — ответили ему.

      — Наше изобретение! — гордо добавил второй.

      — А деньги-то есть? — спросил первый.

      — А то много еды так просто не дадут, — заметил второй.

      — Ну-у, — протянул Гарри, прикидывая оставшиеся финансы. — Галлеона три, максимум четыре, я выделить могу.

      Рон поперхнулся кашей. У близнецов вытянулись лица.

      — Ну, край пять, — добавил Гарри.

      — Пять? — задушено и опять синхронно произнесли близнецы.

      А потом одновременно сверкнули улыбками.

      — Да на пять! — радостно произнес первый.

      — Мы на весь Гриффиндор вечеринку закатим! — добавил второй.

      «А почему бы и нет? — подумал Гарри. — Что в комнате-то сидеть?»

      — А нам разрешат? — спросил он.

      — МакГонагалл будет только за! — ответил первый.

      — Она еще и сама прийти может! — добавил второй.

      — Сама? — удивился Гарри и посмотрел на профессора, что сидела за столом преподавателей.

      — Она нормальная, — заметил один из близнецов.

      — Строгая, конечно, — сказал второй

      — Но запрещать не будет, — произнес первый.

      — Только спиртное нельзя, — закончил второй и спохватившись, кому он это говорит, слегка смутился.

      — Ну, это понятно, — хмыкнул Гарри. — Я бы удивился, если бы было по-другому. Ладно, потом подробно обсудим.

      Он вернулся к еде.

      — Герми, как устроилась, нормально? — спросил он, у сидящей рядом девочки.

      — Нормально, — ответила та. — Гарри…. Знаешь, я могу и сама нормально со всем разобраться!

      — А я когда-то в этом сомневался? — выгнул бровь парень. — Я так просто спросил, может тебе там надо шкаф передвинуть или еще что-то.

      Гермиона как-то недоверчиво посмотрела на него.

      — Шкаф? — она слегка улыбнулась.

      — Ну, я это, к примеру, — ответил Гарри. — И не сам, конечно, попросил бы кого-нибудь.

      — Так и я бы могла попросить, нет? — иронично сказала Гермиона.

      — Вот зачем ты так? — Гарри усмехнулся. — Дай почувствовать себя муж… в смысле, важным!

      Девочка улыбнулась, когда Гарри сделал нарочито важное лицо. Тут раздался хрустальный такой звон, идущий со стороны учительского стола. Ага, профессор МакГонагалл хочет что-то сказать.

      — После завтрака, первый курс собирается возле выхода из зала! — заговорила женщина. — Старосты проведут вам экскурсию по школе. Курсы с четвертого, напоминаю вам, что вернуться в школу вы должны не позднее девяти часов вечера! Не пять минут десятого и не в десять! А ровно в девять! Если вы опоздали, то вызываете мистера Филча, он определит вам меру наказания. Второй и третий курс, опять же хочу напомнить, что покидать школу вы можете только в сопровождении старост, преподавателей или родителей! Даже ваш родственник курсом старше не может быть сопровождающим, если он не староста.

      — Рон, так у вас бонус, — негромко произнес Гарри. — Перси же староста.

      — Ага, — уныло произнес тот. — Вот только он такой законник, что даже дома постоянно пилит. Зануда.

      — А как его старостой выбрали, — добавил один из близнецов.

      — Так вообще нос задрал, — добавил второй.

      — Бывает, — слегка усмехнулся Гарри.

      Гермиона, слышащая этот разговор слегка нахмурилась.

      — Слушай, Герми, — это Гарри уже к ней наклонился. — Ты же уже наверняка знаешь правила. Просветишь?

      Девочка слегка удивленно посмотрела на него и медленно кивнула. А МакГонагалл уже села.

      — Фред! Или Джордж? — спросил Гарри.

      — Я Джордж, — пояснил ближайший близнец.

      — Да вас мать путает, где уж мне, — отмахнулся Гарри и на вопросительные взоры, пояснил. — Я видел вас на вокзале. Слушай, а кто это мужик в черной мантии?

      — Это Снейп, — ответил Джордж и поморщился.

      — Декан Слизерина, — добавил Фред. — Преподает зельеварение.

      — Тот еще… — закончил Джордж.

      Парень явно сдержал ругательство.

      «Интересно, чего это он на меня так пялится? — подумал Гарри. — Понравился что ли?»

      — А рядом с ним кто? — спросил Гарри.

      — Квирелл, — ответил Фред.

      — Преподает ЗОТИ, — пояснил Джордж.

      — Защиту от темных искусств, — расшифровал Фред на немой вопрос Гарри.

      «И этот тоже прям глаз не сводит, — подумал Поттер. — Тут случаем, не ячейка… этих самых? А то о закрытых школах такие слухи ходят».

      — А наша, что преподает? — спросил Гарри.

      — Трансфигурацию, — ответил Джордж. — Кстати, она анимаг.

      — Так что если увидите большую серую кошку, — усмехнулся Фред.

      — С черными отметинами вокруг глаз… — Джордж многозначительно подмигнул.

      «Не поверю, пока не увижу!» — Гарри посмотрел на декана своего факультета, пытаясь представить, как это человек может превратиться в кошку!

      — А вон тот, небольшого роста? — спросил Гарри, кивая в сторону учительского стола.

     

     

     * * *

     

      Командовал парадом опять Перси. И Гарри слегка улыбнулся этому факту. Просто вот с такими же значками, как у него на груди, он видел еще несколько человек. Только почему-то экскурсию проводит именно, хе-хе, самый рыжий. Кстати, надо мосты навести…

      Гарри, пока все собирались, подошел к Перси.

      — Можно кое-что спросить? — произнес парень.

      Староста смерил его не очень благодушным взглядом и кивнул.

      — Мы хотим вечеринку провести сегодня, — заговорил Гарри. — Но только хотелось бы, знаешь, чтобы проблем не было. Просто посидеть, поговорить.

      — И что ты хочешь от меня? — сузил глаза Перси.

      — Ну, ты же староста, — сказал Гарри. — К кому мне еще подходить? Ты можешь поговорить с деканом, ну и вообще направить дело в нужное русло, чтобы никто палку с весельем не перегнул.

      Перси смерил Гарри подозрительным взглядом.

      — Просто посидеть? — спросил он.

      — Да, — ответил Гарри. — Познакомиться поближе и все такое. Ты вот, наверняка можешь рассказать много чего, раз тебя выбрали экскурсию проводить.

      По губам Перси скользнула было довольная такая улыбка, но он тут же стер ее с лица. Но грудь выпятил.

      — Хорошо, — ответил он. — Только насчет еды с эльфами сам договаривайся.

      — Этим Джордж с Фредом займутся, — ответил Гарри и при виде хмурой гримасы Перси, добавил. — Вот-вот, еще и поэтому я подошел именно к тебе. А то они, ну ты понимаешь…

      На последней фразе Гарри понизил голос до такого доверительного тона. А дальше он достал деньги. Да, он таскал монеты с собой. Да, паранойя.

      — Вот, — сказал парень. — Ты уж прости, что так о твоих братьях, но… Лучше я тебе деньги отдам. А то они, мне кажется, могут увлечься.

      Глаза Перси слегка расширились при виде золотых монет. Он на автомате принял их от Гарри… И только потом спохватился.

      — Ты что! — дрогнувшим голосом произнес Перси. — Зачем мне деньги?! Еще подумают, что я их у тебя вымогаю!

      — Нет, а что такого, доверить общие деньги старосте? — недоуменно спросил Гарри. — Кому тогда еще доверять?

      Перси заколебался, смотря на Поттера.

      — Общие? — спросил он.

      — Ну да, мы тут скинулись, — кивнул Гарри. — Кто смог. Так что, поможешь?

      Перси дернул щекой, смотря на монеты. А потом кивнул.

      — Хорошо, — ответил он, причем твердым таким, уверенным голосом. — С Джорджем и Фредом насчет еды… ну и вообще, я сам поговорю. Только к вашему празднику и остальные наверняка захотят присоединиться.

      — Больше народу, больше веселья! — улыбнулся Гарри.

     

     

     * * *

     

      Перси к делу подошел с практической стороны. Они не пошли любоваться красотами, а сначала в подземелья. Там староста показал им, где располагались учебный класс зельеварения, лабораторные, кабинет Снейпа (их Перси показал), а так же гостиную Слизерина (тут староста, криво усмехнувшись, посоветовал обратиться к друзьям с этого факультета). Далее они поднялись на уровень выше, где имелась кухня (она была, оказывается, прямо под Большим Залом) и коридор, где был вход в помещения Хаффлпафа.

      — Можно вопрос? — сказал Гарри и после кивка Перси продолжил. — На… В смысле, зачем Слизерин и Хаффлпафф в подземелье-то забрались? Как бы сидеть в той же спальне, без окон, та еще обстановочка.

      — Змеи живут под землей, — опять криво ухмыльнулся Перси. — А барсуки, я думаю, просто поближе к кухне расположились. Но у них-то, кстати, окна есть, я там был. Правда маленькие и на уровне земли.

      — Последних одобряю, — кивнул Гарри с улыбкой. — Но все равно хвала Шляпе, что определила на Гриффиндор. Жить семь лет в норе… Это как-то не моё.

      Кстати, первокурсников-гриффиндорцев было девятнадцать человек. То есть девять парней и десять девочек. Гарри заметил, что их больше всех. На Слизерине было где-то пятнадцать. На Хафе с десяток, меньше всех. Вороны забрали четырнадцать, из них парней было трое. Вообще на Рэйвенкло было девчонок заметно больше, чем парней.

      — Перси, а почему так получилось, что у нас третий курс прям совсем небольшой? — спросил Гарри. — Я видел их меньше десятка.

      Перси пожал плечами.

      — В тот год большинство ушло на Слизерин и Рэйвенкло, так бывает, — ответил он. — Так, вот первый этаж! А это кабинет завхоза. Вы его посетите, когда будете отбывать провинность. Кстати, до директора Дамблдора учеников наказывали телесно и делали это здесь. А Филч до сих пор надеется, что так будет снова. У него и кандалы есть.

      — Мерзкий старикашка, — пробормотала Браун.

      — Не вздумайте применить к нему магию! — продолжал староста. — За это могут реально отчислить! У нас в прошлом году одни решили подшутить, заморозили пол. Филч упал и сломал ногу. А шутники потом до самого рождества мыли каждое воскресенье вестибюль. Руками.

      «Я, кажется, догадываюсь, как звали этих шутников», — чуть улыбнулся Гарри.

      Тем временем они вышли в вестибюль.

      — Первый директор Хогвартса, — произнес Перси, кивая в сторону медной статуи…

     

      … После вестибюля, староста показал, где находится учительская. Возле входа туда стояли две каменные горгульи. Намек? На втором этаже был кабинет их декана, профессора МакГонагалл, больничное крыло и видимо одна из достопримечательностей, туалет (бывает же) Плаксы Миртл. Кстати, последняя была привидением. Да вот так просто, тут живет привидение. Сумасшедшие волшебники… Так же Перси показал им вход в кабинет директора, за статуей еще одной горгульи. Ей надо было сказать свое имя и она откроет проход.

      — Дальше вверх по винтовой лестнице, — рассказывал староста. — Сам кабинет в башне.

      Вообще второй и третий этаж были как-то невыразительно разделены. Ох уж эти замки. Скорее это были не этажи, а разные места замка, а третий был лишь чуть выше второго. Здесь были класс ЗОТИ и кабинет преподавателя этого предмета.

      На четвертом этаже расположилась библиотека, учебный зал, где по словам Перси, ученики выполняют «домашние» задания (логично, кстати, не надо далеко за книгами бегать). На этом же, скажем так, уровне (я уже говорил про странное понятие об этажах у строителей?), но в другой стороне был кабинет заклинаний. Кстати, показали им и тот самый Запретный коридор, о котором говорил директор. Вход в него перекрывала совершенно обычная дверь, не знаешь, мимо пройдешь.

      В общем, Перси провел их по всем местам, которые были важны для учебы. Разве что они не пошли в теплицы и в дом Хагрида (на них они посмотрели из окна). И вроде казалось, что они гуляют совсем немного, но незаметно так (по крайней мере для Гарри) подступило время обеда. Так что экскурсия завершилась там, откуда началась.

     

     

     * * *

     

      После обеда они оказались предоставлены самим себе. Не в смысле идите куда хотите, Перси отвел их всех обратно в башню, а там уже что хотите делайте, но пока оставайтесь здесь, чтобы потом не искать вас по всему Хогвартсу.

      Кстати, рыжий староста и в самом деле о чем-то побеседовал с близнецами, а потом они втроем ушли куда-то. Гарри же приземлился на диван в гостиной и с наслаждением вытянул ноги. Рядом устроился Рон.

      — Не знаю, как у других, — сказал Гарри. — Но у нас мне определенно нравится!

      — Да уж, я бы тоже не хотел под землей жить, — кивнул Рон.

      Кстати, камин, напротив которого они сидели, был, похоже вполне настоящим, а не красивой декорацией. Вон и зола имелась, и кочерга закопченная стояла рядом.

      — Гарри, — тихо произнес Невилл, вставший у стены. — А на вечеринку… Я просто никогда не был.

      — Да не парься! — усмехнулся Гарри. — Просто приходи и все. И делай, что хочешь.

      — Эй, Поттер! — тон, с которым к Гарри обратились был какой-то гневный.

      Он обернулся и увидел, что позади стоит Браун и уперев в бока руки.

      — У нас что, и вправду вечеринка будет? — спросила девочка.

      — Ну да, — ответил парень. — А что, какие-то проблемы?

      — А почему ты всем не сказал? — сурово так спросила девчонка. — Или ты не собирался приглашать нас?

      — Я вообще никого не собирался приглашать, — хмыкнул Гарри. — Кто хочет, тот и приходит.

      — Но так же нельзя! — упрямо заявила Браун. — О таком нужно говорить заранее!

      — Так это же вроде не званный вечер, — хмыкнул Гарри. — Просто соберемся, отметим наш приезд сюда.

      — Все равно! — возмущенно сказала Лаванда. — Нам же надо приготовиться, деревенщина!

      — Что, платье надо купить? — недоуменно спросил Гарри.

      Девочка смерила его пристальным взглядом и покачала головой, будто с дебилом разговаривала.

      — Все ясно! — припечатала она и ушла.

      Вскоре все девчонки покинули гостиную.

      — И что это было? — спросил Гарри у Рона.

      Тот сделал непонимающее лицо и пожал плечами.

     

     

     * * *

     

      Инициатива всегда имеет инициатора. Это нехитрая армейская истина опять доказала свою состоятельность. Сейчас они украшали гостиную Гриффиндора… в честь самих себя. И руководила этим не кто-то, а сама МакГонагалл. Деятельность вообще развили бурную. Мало того, что сначала сняли все знамена, а через час, уже выстиранные их пришлось вешать обратно, так еще пришлось двигать мебель. А посередине гостиной появился стол (именно появился. То есть декан что-то сделала и хопа, вот он, стол). Близнецы откуда-то приволокли древний патефон, с пластинками. Гарри едва сдержал матерное восхищение при виде этого предка магнитофонов. Но по словам тех же близнецов Уизли, никакая электрическая аппаратура в Хогвартсе не работала. Точнее работала, но очень недолго. Гарри задумался насчет защиты.

      Приходящих из «увала» остальных гриффиндорцев, едва они пересекали порог родного факультета, с ходу включали в состав устроителей праздника. Похоже, декан под шумок решила провести генеральную уборку, используя вечеринку, как стимул. И ей это удалось, вместо мрачных лиц, народ весело и с огоньком выдраил гостиную. Даже ковер почистили. Кстати, ученики постарше активно пользовались палочками. Например, при перемещении мебели. Вопрос тогда, какого хрена нельзя было сразу привлечь именно их, а заставлять детей двигать врукопашную? Это уже явно проф.деформация, использовать любой повод, чтобы чему-то научить…

      Близнецы притащили какой-то ящик. И еще один ящик, поменьше. И судя по тому, что МакГонагалл что-то делала с ними (ящиками, а не Уизли), она была в курсе, что там.

     Наконец-то удалось увидеть, кто такие эти эльфы. Действительно, ростом с гоблинов, только не такие уродливые, хотя красавчиками их назвать трудно. То-то Браун с Дафной ржали насчет ардовских эльфов. Действительно, если иметь перед глазами вот такой образец длинноухих, то трудно представить их рослыми красавцами. Каждый эльф нес на голове, как индусы-носильщики, по здоровому подносу. Руководил сим процессом важный такой пожилой эльф, в поварском колпаке и белоснежном… мешке. Просто больше всего его одежда походила именно на мешок.

      Перси, кстати, взяли в оборот другие старосты. Они отвели его в уголок и о чем-то тихо расспросили. И рыжий покивал в сторону Гарри.

      Трое, две девушки и рослый парень с гривой черных волос, подошли к Гарри.

      — Привет! — сказала девушка возраста примерно Перси. — Меня зовут Брина Кеннет!

      — Приятно познакомиться, мисс Кеннет, — Гарри слегка склонил голову.

      — Значит, это ты собрал деньги со своих на вечеринку? — спросил парень.

      — Я предложил, поэтому мне и доверили, — чуть усмехнулся Гарри.

      — А мне вот такие деньги в эти годы родители не давали! — улыбнулась вторая девушка.

      — Это очень хорошая идея, Гарри! — сказала Брина. — Спасибо!

      — Обращайтесь, — ответил Гарри. — Кстати, я только предложил, организовали все братья Уизли.

     

     

     * * *

     

      Несмотря на архаичность «аппаратуры», пластинки оказались не с классикой. Хотя, конечно, и не с новинками чартов. Что-то из сороковых, пятидесятых. У Гарри было подозрение, что это коллекция декана.

      Кстати, в ближайшем рассмотрении, то есть не с привычным суровым видом, она не была такой уж прям… Так, за сорок. Кстати, к удивлению Гарри, в гостиной висел именно ее портрет! Оказывается той красоткой, стоящей у окна, была профессор МакГонагалл!

     Народу собралось… Да, наверное, весь Гриффиндор! Человек семьдесят, точно! В гостиной стоял ровный такой гул голосов, то и дело доносились взрывы хохота. Декан, улыбаясь, слушала двух девчонок, с увлечением что-то ей рассказывающих. Рон, похоже, решил сначала пообщаться с едой, вот же «нехват». Опа, Невилл? Вот уж неожиданность, о чем это он с Аббот беседует? Интересно, как это так два молчуна пересеклись?

      — Ого, а что тут происходит?! — в гостиную зашли трое парней.

      Так происходило уже несколько раз. И такая искренняя радость у всех, словно это впервые. Кстати, девушки, приходя, сначала куда-то исчезали, а возвращались… Вроде бы в домашней одежде, но явно прихорошившись. Одногодки Гарри, кстати, то же типа того исполнили, но они еще… просто маленькие.

      «О, что начинают гормоны просыпаться?» — отметил Гарри свой интерес к более старшим девчонкам.

      Гермиона с чего-то все хмурилась. И так в сторонке стояла. Гарри оттолкнулся от стены, к которой привалился и подошел к ней.

      — Герми, ты чего такая серьезная? — спросил он, подойдя к ней.

      Та кинула на парня какой-то злой взгляд.

      — Ничего, — буркнула она.

      — Опа, а вот и наша сладкая парочка! — откуда-то сбоку появилась Браун. — Вы опять воркуете?

      — А тебе что, завидно? — поднял бровь Гарри.

      На лице Лаванды проявилось удивление. А потом так ехидненько улыбнулась.

      — А может и завидно? — сказала она.

      — Ну, так завидуй молча, — посоветовал парень. — Это не самое хорошее качество, знаешь ли.

      Браун опять смерила парня удивленным взглядом. А тот насмешливо улыбался. Лаванда так многообещающе улыбнулась в ответ и, сверкнув глазами, ушла. Тем временем декан встала, взмахнула палочкой. Блюда с едой поднялись над столом и переместились на столики вдоль стен. Рон как-то обиженно проводил их взглядом, но тут же ободрился, увидев, что место назначения было рядом. Большой стол исчез. А на патефоне сменили пластинку.

      — Неожиданно, — прокомментировал Гарри, увидев, как гриффиндорцы стали выходить в центр и под звуки вальса начали вполне уверенно, собственно, вальсировать.

      — Наш декан ведет танцевальный кружок, — это прокомментировал Перси, оказавшийся рядом. — Так что вы тоже будете уметь танцевать. Все гриффиндорцы должны уметь это делать.

      — Что прямо все? — слегка удивился Гарри.

      — Да, причем вам нужно будет научиться к ноябрю, — заметил староста. — К Осеннему балу. Кстати, нужно будет выбрать пару. На бал приходят вдвоем.

      — А что, это так обязательно? — уточнил Гарри.

      — Вам еще нет, — слегка усмехнулся Перси. — А вот постарше… В общем, будет неловко.

      — Герми, ты пойдешь со мной на бал? — тут же спросил Гарри.

      Та опять смерила его странным взглядом. А Перси усмехнулся, глядя на них.

      — Перси, пойдем, потанцуем? — рядом с ним остановилась девушка лет четырнадцати, очень смуглая, с длинными черными волосами.

      И этот уверенный в себе советчик явно смутился. Он, похоже, не ожидал, что его пригласят и чуть не запутался в собственных ногах.

      — Удачи, сэр Уизли! — сказал вслед Гарри.

      Перси искоса глянул на него.

      — Так что, Герми? — снова обратил внимание на подругу парень. — Ты пойдешь со мной на этот бал?

      — Я… — девочка споткнулась, посмотрела на Гарри своими карими глазищами. — Я… подумаю.

      Она опустила взгляд.

      — Я не умею танцевать, — еле слышно добавила она.

      — Я уверен, ты научишься, — усмехнулся Гарри. — Это не так сложно. Главное понять и поймать ритм.

      Гермиона удивленно посмотрела на него.

      — А ты умеешь танцевать? — недоверчиво спросила она.

      — Ну, не то чтобы ах, — ответил Гарри. — У меня практики было очень немного. Очень.

      — Поттер! — раздался торжествующий такой голос.

      — Мисс Браун, это опять вы? — Гарри улыбнулся. — Мы продолжаем разговаривать, простите.

      — Танцуешь, Поттер? — задрав подбородок, спросила Лаванда. — Или ты только свои деревенские танцы, знаешь?

      — Кто-то, смотрю, напрашивается на порку, — вздохнул Гарри. — Ну, пойдемте, раз вы не боитесь за свои ноги. Герми, я недолго.

      В глазах Браун промелькнуло изумление.

      — Мадам, — Гарри подошел к ней, склонил голову и протянул левую руку. — Позвольте пригласить вас на тур?

      Лаванда как-то неуверенно вложила в его ладонь свою кисть. Гарри, улыбаясь, вывел девушку в танцевальную область.

      — Эй, Эрни, Оливер, дайте место юности! — раздались крики.

      — Простите старого солдата, — произнес Гарри, положив Лаванде руку на спину. — Я уже давно не танцевал, так что буду несколько неуклюж.

      Браун ответила ему недоуменным взглядом. А Гарри подождал, пока в мелодии начнется новый период и шагнул назад-влево, увлекая даму за собой…

     

      … Когда мелодия закончилась, раздались аплодисменты. Гарри, который чувствовал сейчас себя так, будто мешки разгружал, вымученно улыбнулся и слегка поклонился. Все-таки удалось не наступить на ногу и не сбиться с ритма. Браун это вам не миссис Гапни, мягко журить не будет.

      — Гарри, неплохо! — дала свою оценку декан, улыбаясь.

      — Надеюсь, вы научите нас танцевать еще лучше! — ответил парень, слегка поклонившись.

      И опять раздались хлопки. Гарри отвел свою даму в сторону.

      — Спасибо, Лаванда! — сказал он, легко улыбнувшись. — Надеюсь, моя неуклюжесть не доставила вам больших хлопот?

      — Нормально, — хмыкнула та и с иронией добавила. — Сэр Поттер!

      Гарри склонил голову. И вернулся к Гермионе, которая задумчиво смотрела на другие пары, вышедшие танцевать.

      — Видишь, Герми, это не сложно, — сказал он. — Конечно, это самый простой вальс, но когда поймешь его, остальные, я думаю, пойдут гораздо легче.

      — А есть другие виды вальса? — спросила девочка.

      — Я, честно говоря, в этом слабо разбираюсь, — чуть виновато улыбнулся Гарри. — Но уверен, МакГонагалл нас всему научит.

      Он сделал паузу, смотря на девочку.

      — Так ты пойдешь со мной на бал? — спросил он и слегка склонился. — Ну, пожалуйста, Герми!

      Губы девочки дрогнули в улыбке, при виде умоляющего выражения лица парня.

      — Ладно-ладно, я пойду с тобой на бал, — ответила она.

     

     

     * * *

     

      Гостиная погрузилась в полумрак. Близнецы, загадочно улыбаясь, подошли к своим ящикам. Вот один из них поднял палочку и взмахнул ею. Несколько мгновений ничего не происходило, кто-то даже хихикнул. И вдруг из ящика вырвался яркий сноп разноцветных искр. В гостиной словно пошел снег, искорки, переливаясь всеми цветами радуги, закружились под невидимым ветром и принялись носиться по комнате. Раздались восхищенные ахи, кто-то даже от избытка чувств выразил свое восхищение немного не литературным словом, отчего профессор строго посмотрела на звук.

      А из ящика повалил розовый дым. Впрочем, он быстро рассеялся без остатка, оставив вместо себя небольшую феечку. Призрачная девчонка улыбнулась и взмахнула палочкой. И из ящика пошел уже черный дым. И он не стал рассеиваться. Из второго ящика ударили тонкие сине-белые лучи, которые принялись, словно на экране, рисовать на облаке дыма изображение.

      Четыре человека, стоящие спиной к зрителям, смотрели на долину среди высоких холмов, рядом с озером. Вот один взмахнул посохом и возле воды появилась глубокая яма. Прямо на глазах она стала деформироваться, от ямы в сторону поползли ходы, один даже залез в озеро. Вот одна из женщин, сделала изящный жест и яму накрыло каменной плитой. Появились невысокие стены откуда-то набежали невысокие существа, видимо эльфы. Вперед выступил мужчина, с гривой черных волос. Он наставил меч и видимо что-то крикнул. И вокруг ямы стали расти стены. Последняя женщина тоже вступила в деятельность и словно грибы после дождя, стали появляться башни… Башни Хогвартса…

     

      … Когда вновь включили свет, гостиную прямо-таки сотрясли овации и крики поддержки. Слегка смущенные братья Уизли раскланялись.

      — Очень хорошо! Джордж, Фред! — декан встала и подошла к близнецам. — Думаю, первые десять, даже двадцать баллов, вы заслужили!

      МакГонагалл, улыбаясь, повернулась к остальным.

      — Прекрасный вечер! — сказала она. — Надеюсь, вы и остальной год проведете так же дружно!

      — Гриффиндор лучший!

      — Вива!

      — Поздравляем!

      — А вам, — декан снова повернулась к близнецам. — Я желаю и дальше применять свою энергию в этом ключе. Наконец-то вы сделали ту шалость, которая приносит всем радость. Молодцы!

      Парни уже вовсе запунцовели…

     

      В десять часов МакГонагалл отправила первый и второй курс в спальни. А остальным посоветовала не засиживаться и напомнила, что завтра уже начинаются уроки. Когда Гарри пожелал Герми спокойной ночи, мимо прошла Браун, опять с какой-то ехидной улыбочкой. Парень кивнул ей, ответив изгибом брови и загадочно улыбнувшись…

     

      — Невилл, — спросил Гарри, когда они оказались в спальне. — А ты о чем весь вечер с Аббот разговаривал?

      Паренек вдруг засмущался. А Рон при этом вопросе даже рот открыл.

      — Мы просто… — еле слышно произнес Невилл. — О травах разговаривали.

      — О чем? — удивился Рон.

      — Поддерживаю! — усмехнулся Гарри. — Как же вы на эту тему-то вышли? Да что там, как вы вообще заговорили?

      — Я наступил ей на ногу, — пробормотал Невилл.

      Рон с Гарри переглянулись.

      — А что, и так можно было? — спросил первое, что пришло в голову, Гарри. — Ну, ты и сердцеед, оказывается!

      — А что это? — не понял Рон.

      — А то, что в отличие от тебя, наш вечно голодный друг, — ответил Гарри. — Невилл умеет, как это… В общем, с девчонками, это самое.

      Он неопределенно покрутил рукой.

      — Чего это? — опять затупил Уизли.

      — Блин, Рон, подрастешь — узнаешь! — усмехнулся Гарри.

      Невилл широко зевнул и тут же, спохватившись, подавил зевок.

      — Ладно, давайте спать, — произнес Гарри. — Завтра у нас уроки, кстати, первый у нашего декана. Так что лучше не опаздывать!

      1 сентября 1991 года. Запретный лес.

     

      По лицу Квиринуса Квирелла буквально стекал пот. Точнее, это имя принадлежало лишь телу. Телу, которое постепенно умирало. Пришлось носить эту дурацкую чалму, чтобы скрыть тот факт, что, во-первых, выпали все волосы, а во-вторых уже начинающий попахивать ожог на макушке.

      Времени оставалось все меньше. Этот мальчишка Квиринус был все-таки магом и неплохим, поэтому сопротивлялся до конца. И хоть это ему не помогло, но вселение прошло не так, как было нужно. К тому же заключенная в Сферу Аль Самани душа Квирелла, видимо, не успокаивалась и приходилось постоянно вливать в нее (Сферу) энергию. Энергию, которая нужна была для поддержания физического и, что особенно важно, магического тела. Пока удавалось объяснить изменения в последнем заболеванием, которое он якобы подхватил, вскрыв старый склеп вампиров в горах Валахии. Кстати, не соврал, такое заболевание он однажды действительно подхватил…

     

      …Мужчина подался вперед, словно кошка в засаде. Вот и он. Осторожно ступая, на поляну вышел единорог. Квирелл приготовил палочку.

      Мужчина вдруг превратился в сгусток дыма и мгновенно переместился на поляну. Единорог, видимо почувствовав чужака, тут же рванул с места. Но преподаватель ЗОТИ материализовался буквально в нескольких метрах от него и из его палочки вырвался зеленый луч Авады. Прекрасное животное, поймав заклинание, тут же покатилось по земле.

     Тяжело дыша, мужчина подошел к убитому единорогу. Он извлек из кармана мантии несколько флаконов, поставил их рядом с телом. Далее он достал нож со странным и к тому же очень коротким лезвием, которое загибалось вниз. Нож засветился синеватым светом, а Квирелл наклонился и с легкостью рассек вену на шее животного…

     

      …Через час он подходил к Хогвартсу со стороны Хогсмита. Когда он прошел через ворота, его внезапно ослепил яркий свет.

      — А, это вы профессор Квирелл, — раздался голос Филча. — Поздновато вы.

      — З-з-засиделся с друз-зьями, — ответил Квирелл, морщась и закрывая лицо рукой. — М-м-мистер Ф-филч, не б-будете вы столь л-любезны, убрать ф-фонарь?

      Раздался скрип и свет пропал. Филч же, прикрывший окошко старого фонаря крышкой, вдруг принюхался.

      — Профессор, лучше проверьте мантию, когда придете, — посоветовал он. — Похоже, кто-то из детишек навесил на вас какое-то заклинание.

      — Д-да? — Квирелл кивнул. — С-с-спасибо.

      — Это моя работа, чтобы все было в порядке! — осклабился завхоз.

      Профессор еще раз кивнул и продолжил путь в школу.

      — Чеснока-то зачем столько жрать? — хмыкнул Филч и снова занял свое место в засаде у ворот.

     

     * * *

     

      2 сентября 1991 года. Хогвартс, спальня Гарри, Рона и Невилла.

     

      Вернувшись из душа, Гарри застал соседей вяло одевающимися.

      — Эй, черепахи! — усмехнулся он. — Ладно Нев, но ты-то, Ронни, что на завтрак не торопишься?

      — Я вчера так объелся, — сонно произнес рыжий. — Что до сих пор сытый.

      — Это тебе только кажется! — Гарри дошел до своей кровати и повесил влажное полотенце на спинку стула. — Уверен, стоит тебе только сесть за стол, твой аппетит вернется! Я верю в тебя! Невилл, ну ты чего?

      Паренек поднял голову на Гарри.

      — Нев, мантия, конечно, прикроет, но думаю рубашку под пиджак надеть все же стоит, — сказал Поттер. — Рон, смотри, как наш Казанова размечтался! Блин, я даже завидую!

      Уизли усмехнулся. Невилл слегка порозовел и, сняв пиджак, потянулся за рубашкой.

      — Слушай, Гарри, — Рон застегнув пуговицы рубашки встал и взял штаны. — А ты где танцевать научился?

      — Есть еще добрые люди, — ответил парень. — Кстати, вы тоже научитесь.

      Рон, засунувший ногу в штанину, удивленно поднял бровь.

      — А, так вы не в курсе? — усмехнулся Гарри. — В ноябре тут дают бал. И к тому времени мы все уже должны уметь танцевать.

      — Правда что ли? — недоверчиво спросил Уизли.

      Невилл тоже смотрел со смесью удивления и смущения.

      — Нет, я только что придумал! — с иронией ответил Гарри. — Сведения точные! Кстати, Ронни, тебе нужно озаботиться парой.

      — Чего? — опять удивился рыжий. — Какой еще парой?

      — Слушай, ты чего такой тугой? — усмехнулся Гарри. — Девчонку надо пригласить. И думаю, лучше это сделать, как можно раньше. Чтобы вместе с ней учиться танцевать.

      Рон несколько мгновений соображал.

      — А что, это обязательно? — спросил он, наконец.

      Гарри едва сдержал несколько раннюю шутку, про то, что можно и парня пригласить, если, так сказать… Да.

      — А с кем ты будешь танцевать, с Невиллом? — поинтересовался он. — Так он, похоже, уже занят. Кстати, Невилл, не забудь пригласить Аббот на бал.

      — Я?! — искренне удивился тот и приобрел крайне растерянный вид.

      — Вот будете снова о своих травах говорить, — посоветовал Гарри. — И спроси между делом. В лоб не надо, может отказаться. Понял?

      Невилл сначала неуверенно кивнул. А потом, видимо, еще больше потерялся. Так как прямо-таки застыл.

      — О, я смотрю, на орбите проблемы, — хмыкнул Гарри. — Невилл, прием!

      Паренек вздрогнул и посмотрел на Гарри.

      — Это хорошо, что ты задумался, — произнес Поттер. — Но загоняться не надо.

      — Чего не надо? — спросил Рон.

      — Постоянно думать об этом, — ответил Гарри. — Нужно просто сказать, что хочешь научиться танцевать и попросить помощи. А когда вы будете вместе учиться, тогда и пригласить на бал.

      Невилл и Рон опять зависли, переваривая слова Гарри.

      — А ты сам-то пригласил? — спросил Рон.

      — Конечно, — кивнул Поттер. — Еще вчера.

      — Это ту, с которой ты танцевал? — усмехнулся Рон.

      — Да ты что, чур меня! — ответил Гарри. — Об язык Браун можно порезаться!

      — Тогда Грейнджер, — уверенно сказал Уизли. — Да?

      — Только трепаться об этом не надо, хорошо? — произнес Гарри. — Давайте разговоры в этой комнате, здесь же и будут оставаться?

      Невилл на это как-то резко кивнул. Рон посмотрел на Гарри задумчивым взглядом.

      — Тогда… — неуверенно произнес он. — Гарри… А кого мне пригласить? И как?

      — Ты меня удивляешь! — откликнулся Поттер. — Я откуда знаю, кто тебе нравится? Давай ты выберешь, а потом мы подумаем, как все провернуть?

      — Хорошо! — просветлел Рон.

      Гарри, застегнувший рубашку, встал. И вздохнул.

      — Невилл, а носки? — спросил Поттер, видя, что тот прошлепал к выходу босиком. — Надо же, как тебя торкнуло!

     

     

     * * *

     

      Первокурсники, в ожидании Перси, столпились возле расписания. В первый день в расписании стояли все предметы. Все восемь. Первым шла трансфигурация, потом зельеварение, следующим заклинания, травология. После обеда ЗОТИ, Астрономия, история магии и последним - полеты на метлах. Да вот именно так и было написано: «полеты на метлах».

      — Вроде Перси говорил, что уроки идут по две пары? — произнес Гарри.

      — Наверное, это ознакомительные уроки, — заметила Гермиона.

      Рон с удивлением покосился на нее. А Гарри покивал.

      — Смотри, а дальше три дня идут «Основы Магии» — заметил Гарри. — А в пятницу практические занятия.

      — Логично, — уверенно ответила Герми, поправив прическу. — Видимо будут давать самую основу, так сказать, азы.

      — Конечно! — с некоторым вызовом заметила Браун. — Не все же умеют даже Шар делать!

      И так снисходительно посмотрела на Гарри. Тот слегка приподнял брови. Гермиона, не оборачиваясь, слегка улыбнулась.

      — Браун, тебя когда-нибудь сожгут на костре, — произнес Гарри, как будто разговаривая с самим собой.

      Первой улыбнулась Гермиона. Затем нахмурилась сама Браун. Усмехнулся Рон.

      — Что ты хочешь этим сказать? — сузила глаза Лаванда.

      — Ничего, — ответил Гарри. — Совсем ничего.

      — Ага, все здесь? — это пришел Перси, а затем посчитал по головам. — Не все. Кого нет?

      — Невилла, сейчас придет, — ответил Гарри.

      — Как же ты не уследил… — Браун явно проглотила какое-то обидное слово.

      — Все путем, — откликнулся Гарри. — Он отошел попудрить носик.

      Раздались смешки. А Лаванда опять нахмурилась.

     

     

     * * *

     

      На завтрак опять была овсяная каша. Но Гарри (который помнил намного более скудное и однообразное меню) и Рона это не смутило. Парни с удовольствием поглощали свою порцию.

      — Зажрались, — комментировал Гарри. — Как будто одни аристократы собрались.

      Рон согласно кивнул. Гермиона кашу тоже ела, но явно без особого аппетита. А Невилл, сидящий напротив, опять о чем-то задумался. Каши в ложку набрал и сидел, пялился на нее.

      — Нев, вызывает центр управления, — сказал Гарри. — Прошу разрешения на стыковку с ложкой.

      Сидящие рядом близнецы хохотнули.

      — Чего это он? — спросил Фред.

      — Задумчивый такой? — добавил Джордж.

      — Парень входит в учебный процесс, — ответил Гарри. — Видите, как сосредоточен.

      Невилл смутился и отправил ложку в рот. Тут Гарри заметил, что Герми выпила весь свой чай. И как только девочка опустила пустую кружку на стол, она исчезла… и появилась вновь, уже снова полная.

      — Круто, — заметил парень. — Интересно, а с пивом такое прокатит?

      После этой фразы на него уставились все сидящие рядом. Браун презрительно фыркнула. А близнецы заулыбались.

      — С грогом и вином, — тихо сказал Фред.

      — Также, — шепотом закончил Джордж.

      — Но вам их нельзя, — добавил Фред.

      — Только шестому и седьмому курсу, — произнес Джоржд.

      — Мы пробовали, — со вздохом добавил Фред.

      — Бокал пустеет, — сказал Джордж.

      — Возрастная дискриминация, — посетовал Гарри. — Как праздник и без…

      Он щелкнул себя по горлу. Гермиона с удивлением посмотрела на него.

      — Деревня! — хмыкнула Браун.

     

     

     * * *

     

      А Гарри еще удивлялся чего это парт так много. Оказывается, уроки проходят сразу у двух факультетов. Сразу вслед за ними в класс трансфигурации пришли слизеринцы. Кстати, это интересно. Зачем тогда вообще разделять на факультеты? Опять традиции?

      — Поттер, — естественно другой парты, кроме как рядом, Малфой выбрать не мог. — Ты все-таки водишься с этим рыжим недоразумением?

      — Доброе утро, мистер Малфой, — вежливо ответил Гарри.

      «Черт, как же не хочется проходить этот измерительный этап».

      На лице у блондина эта презрительная маска, похоже, приклеилась. Он явно хотел сказать что-то еще, но тут в класс вошла МакГонагалл. Она прошла от дверей к своему столу и повернулась.

      — Доброе утро, — поздоровалась декан, смотря одновременно строго и доброжелательно. — Итак, это ваш первый урок в школе чародейства и волшебства Хогвартс. Я буду вести у вас предмет «Трансфигурация и преобразования». Мое имя Минерва МакГонагалл.

      Легкий одобрительный шум прокатился по рядам, где сидели гриффиндорцы. Слизеринцы, конечно, хранили полное молчание.

      — Сегодня у нас вводный урок, — продолжала профессор. — Я расскажу вам о том, что мы будем изучать после того, как вы пройдете подготовительный этап. Да, мистер Малфой?

      — А если кто-то не нуждается в этом подготовительном этапе? — с усмешкой произнес блондин.

      — Этот этап, мистер Малфой, — сухо ответила МакГонагалл. — Приводит учеников школы к единому уровню оперирования магией. Если вы уже достигли подобного уровня, то профессор Бабблинг это увидит.

      Малфой горделиво улыбнулся.

      — Трансфигурация — это наука о том, как при помощи воздействия на материальный предмет, заставить изменить его свои свойства, — продолжала профессор. — Начиная от веса, массы, формы и заканчивая глубокими изменениями во внутреннем строении. Я расскажу вам про основные законы трансфигурации, а также мы изучим простейшие заклинания. В процессе обучения вы будете сдавать два экзамена. Перед рождественскими каникулами - теорию, а в конце года вы должны будете продемонстрировать усвоенные вами практические навыки. Теорию мы будем изучать здесь, а практику проходить в практической комнате по соседству. Если у вас возникнут какие-либо вопросы по моему предмету, то вы можете найти меня в кабинете преподавателя, либо, если я буду отсутствовать, оставить записку. Во внеурочное время вы можете подойти в мою комнату, которая находится рядом со входом на факультет Гриффиндор. В качестве пароля для дверного звонка нужно использовать ваше имя и название факультета. Если есть вопросы задавайте. Да, мистер Поттер?

      — В случае неудачной сдачи экзамена, — произнес Гарри. — Как можно исправить оценку?

      — В этом случае ученик должен лучше подготовиться, — ответила МакГонагалл. — И обратиться к своему декану, для назначения времени повторной сдачи. Далее вам назначается дата экзамена и количество часов исправительных работ. Также преподаватель может установить дополнительные условия для допуска к повторному экзамену.

      — Спасибо, — кивнул Гарри.

      — Так еще есть вопросы? — спросила профессор. — Ну что же…

      По ее губам скользнула едва-едва заметная улыбка. Тридцать пятый раз она начинает учить новых учеников. Те, которых она видела в декабре пятьдесят шестого года, уже отправляют в Хогвартс своих внуков. А еще… Между тем морозным декабрьским понедельником и сегодняшним сентябрьским утром пролегла черная полоса войны. Вот они, дети и внуки, старшие родственники которых находились по разные стороны баррикад. Малфой, Гойл, Крэбб, Нотт. Поттер, Уизли, Лонгботтом. Сейчас они сидят в одном классе… Минерва прогнала из головы посторонние мысли.

      — Итак, что же есть трансфигурация? — заговорила она. — Это один из самых первых видов магии, что освоили люди. С древних времен, среди людей находились такие, которые отличались от своих соплеменников тем, что могли воздействовать на окружающий мир не только физически, но и посредством того, что позже назовут магией. И начиналось все с того, что изменяли форму. С этого начнете и вы. Позже люди обладающие магическим даром, изучая себя и мир вокруг, стали использовать и другие методы. Конечно, тогда не было глубинного понимания того, что они делают. Просто в результате определенных действий получилось так, что изменились другие свойства предметов. Например, вес.

     МакГонагалл достала палочку и взмахнула ею. И один из металлически блестящих шаров, что лежали на столе за ее спиной, взмыл в воздух и приземлился точно в ладонь профессора.

      — Proclivi Sum! — сказала она, сделав Жест палочкой.

      Раздался хруст, шар окутался серебристым светом. И увеличился в размере, примерно раза в два. При этом он потерял металлический блеск и цветом стал напоминать дерево.

      — Изменение веса повлекло за собой и изменение самой сути предмета, — заговорила профессор. — И это один из законов трансфигурации, которые мы будем изучать. Изменяя одно из свойств предмета, вы изменяете и другие. Или тот, который говорит о конечном числе возможных преобразований. Репаро Децем!

      Гарри и Гермиона переглянулись, когда профессор применила знакомое им, но видоизмененное заклинание. А между тем в руке МакГонагалл снова был металлический шар. Только… Немного меньшего размера? А Гарри еще отдавал должное искусности декана, которая, похоже, сформировала область действия заклинания точно по диаметру предмета. Наверное, именно поэтому для демонстрации был выбран объект именно такой формы? А Гермиона вообще не сводила с профессора восторженного взора, буквально пожирая шар в ее руке горящим взором.

      — Получается, он перестал быть металлическим? — шептала она.

     

     

     * * *

     

      МакГонагалл отпустила их на пять минут пораньше, так как следующий предмет в расписании был Зельеварение, до которого еще нужно было дойти. Слизеринцы, конечно, уверенно двинули в сторону лестницы.

      — Магия — это что-то с чем-то, — произнес Гарри, идя вместе со всеми за змеями.

      Гермиона, шагающая рядом и бороздящая взглядом пол, задумчиво покивала.

      — А наша декан впечатляет, да? — продолжал парень. — Недаром она зам.директора. Видела, она использовала заклинание левитации без Слова?

      — Я читала, что не обязательно произносить вслух, — ответила Гермиона. — Вот только как это сделать не поняла. Точнее, там было слишком обще это описано.

      — Ну, это логично, — заметил Гарри. — Наверняка для этого нужно владеть магией гораздо выше среднего.

      — Доброе утро, мистер Поттер! — раздался рядом голос.

      — А, мисс Гринграсс! — улыбнулся Гарри. — Как прошел ваш первый день в школе?

      — Обычно, — пожала плечами девочка. — Нам провели экскурсию и все.

      — И все? — Гарри улыбнулся. — А у нас была вечеринка вчера! Музыка, танцы!

      Дафна чуть приподняла бровь.

      — Танцы? — в разговор вступила еще одна слизеринка.

      М-м, ее вроде Пэнси зовут. Точно, Пэнси Паркинсон. О! Похоже, тут мы имеем дело еще с одной стер… в смысле, очень критичной особой!

      — Наверняка какие-нибудь нелепые магловские ужимки, — тем временем ехидно добавила девочка.

      — Вы, кажется, путаете Гриффиндор с Хаффлпаффом! — раздался сзади не менее ехидный голос Браун. — Между прочим, наш декан является куратором клуба танцев!

      «Черт, дайте мне попкорн!»

      Паркинсон смерила визави таким, слегка презрительным взглядом. А Гарри остро пожалел, что у него нет зеркала заднего вида. Наверняка Браун в долгу не осталась!

      — А слизеринцам уроки танцев не нужны, — ответила Паркинсон.

      — Конечно, сидеть по спальням, можно и без них, — парировала Браун.

      Гарри все-таки обернулся и подмигнул Лаванде.

      — Лаванда, ну зачем ты так жестоко? — произнес он. — Они же не виноваты, что у них такой скучный факультет?

      — Да, в самом деле, — подхватила Браун.

      — Может в следующий раз пригласим их? — произнес Гарри.

      — А и правда, не все же им сидеть в своей норе? — по губам Лаванды пробежала такая усмешечка, что Гарри самому захотелось ей нагрубить.

      — В курятнике, конечно, намного лучше! — не осталась в долгу Паркинсон.

      — Мне кажется, или я слышу зависть? — как бы ни к кому не обращаясь, произнес Гарри.

      — Да чему завидовать? — смерила его взглядом Паркинсон.

      Они как раз спустились в подземелье и Гарри демонстративно огляделся.

      — И точно, чему завидовать? — сказал он. — Лаванда, тут же… полумрак.

      — И ноги мерзнут, — поддакнула та.

      — Просто праздник, а не место! — продолжил Гарри. — А у нас прямо филиал ада.

      — Светло, тепло, — сокрушенно произнесла Браун.

      — Вечеринки всякие, — вздохнул Гарри. — Невыносимые условия!

      Дафна, явно с удовольствием слушавшая эту перепалку, усмехнулась. Паркинсон криво улыбнулась. Многообещающе так.

      — Сейчас мы посмотрим, — произнесла она. — Как вы будете острить с нашим деканом! И он, кстати, курирует не клуб танцулек, а Дуэльный!

      И одарив насмешливой улыбкой, ушла вперед к своим.

      — Приятно было пообщаться, — произнесла с улыбкой Дафна.

      — Всегда пожалуйста… Дафна, — ответил Гарри.

      Гринграсс тоже ушла и парень обернулся к Браун.

      — Напомни мне, с тобой не связываться, — ухмыльнулся он.

      — Кто бы говорил! — ответила девчонка, вернув улыбку.

     

     

     * * *

     

      Сводчатый потолок с сырыми разводами. А еще он низкий. В сравнении с верхними этажами, конечно. Так вполне нормальная высота, не хрущевка, где более-менее высокий человек может при желании слегка подпрыгнуть и достать макушкой до потолка. А так вполне обычный класс, ряды парт, учительский стол на небольшом возвышении. И еще одна толстая тетрадь, даже скорее книга для записей. Точно такая же, как была выдана на трансфигурации. Только здесь на обложке оттиснут (реально оттиснут, рисунок был рельефным) котел и наклоненный над ним флакон. Кстати, тетради берутся не из воздуха, они лежат стопкой в личном сундуке… и каким-то образом перемещаются в соответствующий класс. Хм, удобно, конечно, но если захочется почитать свои записи не только в спальне и профильном кабинете?

      Дверь с грохотом распахнулась и аудиторию буквально влетел мужчина в черной мантии, полы которой эффектно развевались на ходу. Гарри невольно позавидовал. Ну, а чего, круто же? Мужчина имел угольно черные волосы до плеч, немного крючковатый нос придавал его лицу хищное выражение. В образ Черного Властелина отлично вписывались тонкие плотно сжатые губы и бледный цвет лица.

      Дойдя до своего стола, профессор резко развернулся и обвел учеников прищуренным взором. Пауза несколько затянулась, так как мужчина одарил своим тяжелым пронзительным взглядом буквально каждого.

      — Вы находитесь в классе зельеварения, — негромко процедил мужчина. — Меня зовут профессор Северус Снейп. Я преподаю тонкую и точную науку, изучающую изготовление, применение и свойства зелий. Я знаю, что лишь немногие из вас, самые умные, самые дисциплинированные смогут постичь эту науку хотя бы на уровне СОВ.

      Он слегка выпятил челюсть, придавливая учеников своей мрачной аурой.

      — До конца первого полугодия, вы будете приходить сюда, — продолжил Снейп. — Я не терплю пропусков, потому что любой пробел в ваших знаниях может привести к негативному исходу практического занятия. В случае непредвиденной ситуации, вы будете обязаны переписать конспект и сдать его знание мне. Также в начале каждого урока я буду задавать вопросы, по пройденному материалу. Выборочно. Мистер Малфой, я сказал что-то смешное?

      — Простите, профессор, — голос блондина был удивительно учтив.

      Хотя, он же их декан, как-никак.

      — Раз вы столь уверенны в себе, мистер Малфой, — произнес Снейп. — Вы наверняка с легкостью сможете перечислить требования, которые предъявляются к ученику, который приходит на практическое занятие?

      — Да, профессор, — ответил Малфой. — Ученик…

      — Отвечая на вопрос, ученик должен встать, — заметил профессор.

      По лицу блондина промелькнула легкая гримаска. Но поднялся он без слов.

      — Ученик, приходя на практическое занятие, должен иметь при себе защитные перчатки, палочку и конспект лекций, — уверенно заговорил Малфой. — Входя в лабораторную комнату, он должен сразу же надеть защитную мантию, а также пройти через Чистый Коридор. Далее он должен подойти к преподавателю и зарегистрироваться в журнале. После чего занять указанное преподавателем место. Ученику запрещается покидать свое место до конца занятия, без разрешения преподавателя, производить любые действия с оборудованием и ингредиентами, а также применять магию в любом виде.

      Закончив, блондин вскинул подбородок и покосился на остальных.

      — Ответ не полон, мистер Малфой, — произнес Снейп, слегка скривив губы. — Ученик, кроме всего прочего, должен приходить на практическое занятие здоровым, как физически, так и магически. При себе он обязан иметь именно СВОЮ палочку и СВОЙ конспект. Так же, будучи слизеринцем, мистер Малфой, вы обязаны пресекать любые действия учеников других факультетов, направленные на нарушения данных требований и являть собой образец их соблюдения. Садитесь.

      Слегка помрачнев, Малфой сел.

      — Мистер Поттер, — внезапно обратился Снейп к Гарри. — Какие требования предъявляются к ученику, при изготовлении зелья?

      Гарри тут же поднялся.

      — Если возможно, я подробно изучу этот вопрос и отвечу на следующем уроке, — ответил парень.

      Профессор смерил его несколько презрительным взглядом.

      — На следующий урок, мистер Поттер, — произнес он в этой своей манере буквально дарить слова. — Я жду от вас знание всех правил, действующих в лаборатории зельеварения. А пока назначаю вам два часа отработки. Сегодня после уроков, жду вас в своем кабинете. Садитесь.

      Гарри с совершенно спокойным лицом, опустился на стул. А по рядам гриффиндорцев пробежал возмущенный ропот.

      — Если кому-то кажется, что мои требования завышены, — Снейп даже голоса не повысил, но его тон был настолько ледяной, что ропот мгновенно угас. — То я уверен домашнее обучение — именно тот путь, который вам подходит.

      Он обвел взглядом притихший класс.

      — В конце этого полугодия вы будете сдавать экзамен по теории, — продолжил профессор. — Я допускаю знание материала только на две оценки…

      Презрение в его голосе сейчас звучало совсем неприкрыто.

      —…Выше ожидаемого и Превосходно, — продолжал Снейп. — В случае получения оценок ниже этого предела, вы обязаны пересдать их, для допуска к практическим занятиям во втором полугодии. В случае трехкратного провала, необходимо будет предварительно пройти в больничное крыло, для проверки наличия мозга. Хотя многим это следовало сделать до поступления сюда. Мистер Уизли, поздно делать это сейчас, тем более, что это производится специальным заклинанием, а не пальцем в носу.

      Среди слизеринцев прокатились смешки. Впрочем, гриффиндорцы тоже заулыбались.

      — В конце года вы будете обязаны показать навыки, — профессор все так же говорил с совершенно непроницаемым лицом. — Которые получите или не получите в ходе практических занятий. Для этого вы должны будете изготовить контрольные зелья. Требования для продолжения изучения моего предмета будут точно такие же. Ваши… поделки, должны иметь должные свойства и эффективность, чтобы получить оценку «Е» или, если случится чудо, «О». На сегодня все. Мистер Поттер, жду вас после занятий.

     

     

     * * *

     

      И опять они пошли на следующий урок вместе. Интересно, зачем было объединять в занятиях два самых больших факультета? Логичнее было «спарить» Гриффиндор с Рэйвенкло или Хафом. Там народу определенно меньше… Да и они приятнее. Хотя, если вспомнить третий курс Грифов…

      — Поттер, я же говорил, общество Уизли на тебя плохо влияет! — язвительно заметил Малфой, когда они вышли коридор.

      Губы блондина изгибала надменная улыбочка.

      — Мистер Малфой, — показательно устало вздохнул Гарри. — Вы повторяетесь.

      — Потому что это правда! — вскинул подбородок Малфой. — Еще немного и твои волосы тоже порыжеют!

      — Это считается смешным? — демонстративно спросил у Рона Гарри.

      Тот, глядя в сторону, пожал плечами. А блондин ухмыльнулся.

      — Как думаешь, Герми, мне пойдет рыжий? — обратился Гарри уже к подруге.

      Та слегка улыбнулась. А на лице Малфоя появилось недоумение.

      — Я думаю, пойдет, — задумчиво сказал Гарри. — Кстати, говорят рыжие самые…

      Он оборвал свою фразу.

      — Ой, тут же дети, — пробормотал он. — Мистер Малфой, кстати, вы с кем идете на бал?

      — Что? Какой бал? — удивился блондин.

      — О боги, вы совсем отстали от жизни в… — Гарри не стал провоцировать Малфоя сравнением их факультета с норой. — Осенний бал, конечно. Вы уже выбрали себе пару?

      — Не беспокойся за меня, Поттер, — презрительно ответил блондин. — Для меня это не проблема!

      — Что ж, рад за вас, — улыбнулся Гарри. — Кстати, вы не могли бы посоветовать мастера, который возьмется за пошив платья?

      Малфой смерил его подозрительным взглядом.

      — Поттер, ты решил идти на бал в платье? — усмехнулся он.

      Рядом с готовностью захихикали его сопровождающие, да и вообще многие, кто слушал этот разговор.

      Гарри широко улыбнулся. Слава богу, этот аристократик все-таки сошел со своей пафосной волны. Немного, но и то хлеб.

      — Это было бы конечно, эпатажно! — ответил Гарри. — Уверен, я доставил бы всем немало веселья! Но я хочу заказать платье для своей пары.

      В этот момент на Гарри в неприятном удивлении уставилась Гермиона.

      — Это что же за вилланку ты выбрал? — ответил Малфой. — Что она не может себе платье купить?

      — Ну почему не может, — ответил Гарри. — У нее обеспеченные родители. Просто хочу сделать подарок. Это же нормально, делать подарки… женщинам?

      — Гарри, я потом дам тебе визитку, — в разговор вступила Дафна. — Но мой тебе совет, не выбирай сам. Пусть лучше твоя… пара сделает это сама.

      — И в мыслях не было соваться в такие дела! — горячо заверил Гарри. — Я что, похож на самоубийцу?

      Гринграсс улыбнулась. Тут руки Гарри коснулась Гермиона. Парень глянул на нее.

      «Так, похоже, меня сейчас будут пропесочивать!» — подумал он и чуть притормозил, пропуская всех вперед.

      — Гарри! — негромко сказала Герми, сверкнув глазами. — А ты не хочешь меня спросить, хочу ли я этого?

      — Прости, я тебя обидел? — сказал парень, подпустив в голос как можно больше тепла. — Я хотел как лучше! Чтобы ну…

      Гарри виновато улыбнулся.

      — Прости, я совсем в этом не разбираюсь, — произнес он. — Я сделал что-то не так?

      Гермиона посмотрела на него злым таким взглядом… И вздохнула.

      — Я уже начинаю жалеть, что согласилась пойти с тобой на бал, — произнесла она. — Знаешь, мне не нравится, что ты об этом на каждом углу кричишь.

      — Герми, но это все равно все узнают, — слегка недоуменно ответил Гарри.

      — Но можно хотя бы не говорить это так часто?! — возмутилась девочка. — И вообще, даже не вздумай мне платье покупать! И так уже…

      Она оборвала фразу и ее щечки слегка порозовели.

      — Герми, я и не хотел, — ответил Гарри. — Я просто хотел узнать для тебя, где это можно сделать.

      — При всех? — сузила глаза Гермиона.

      Гарри вздохнул и почесал в затылке.

      — Ну, прости, я дурак, да, — произнес он. — Не подумав, брякнул. Мир?

      Девочка некоторое время недоверчиво смотрела на него. И опять вздохнула.

      — Визитку не потеряй, — сказала она. — И кстати, там…

      Она показала назад, в сторону кабинета зельеварения.

      — Почему ты не ответил? — спросила Гермиона. — Ты же сам читал мне эти правила?

      Гарри ответил не сразу.

      — А потом? — сказал он. — Ладно, если бы он тебя поднял. А если Рона? Особенно если после тебя и меня. Влепил бы часа четыре. А так…

      Парень легко улыбнулся.

      — К тому же, это шанс поговорить с преподавателем приватно, — добавил он. — Наладить, так сказать, неофициальные отношения. Я, Герми, хочу закончить Хогвартс на «Превосходно». Ты же, наверняка, знаешь, что некоторые учителя могут специально оценки занижать.

      Гермиона слушавшая парня со все большим удивлением, в конце помрачнела.

      — Правда, я не думал, что Снейп влепит мне отработку, — посетовал Гарри и криво улыбнулся. — Тут я промахнулся, да! Я хотел просто показать рвение в учебе. Там, подойти после уроков, спросить про то, что можно еще почитать. Но Черный Властелин оказался крут.

      — Черный Властелин? — подняла брови Гермиона.

      — Ну, реально же круто выглядит? — произнес Гарри. — А эта его мантия? Я такую же хочу!

      — Не знаю, мне показался просто надменным, — хмыкнула девочка.

     

     

     * * *

     

      Предупреждение. У меня вот такой профессор Флитвик:

     

      https://vignette.wikia.nocookie.net/harrypotter/images/1/1c/Filius_Flitwick_battle.jpg/revision/latest?cb=20140331103102&path-prefix=ru

      А этот класс немного отличался. Парты стояли не рядами, а вдоль стен. И преподаватель изначально был здесь. И стоял… на книгах у окна. А еще он был… скромных размеров. Но усы у него были отменные!

      — Проходите, проходите! — радушно произнес преподаватель тонким голосом, жестами приглашая проходить.

      Ученики расселись. И все равно было чувство какой-то неловкости.

      — Меня зовут Филиус Флитвик! — добродушно произнес профессор. — Со мной вы будете изучать искусство соединения Жеста, Действия и Слова! То есть заклинаниям!

      А на книге для записей здесь нарисована палочка и звезды. Кстати.

      — Герми, это про него ты читала? — склонился к подруге Гарри. — Про двадцать восемь дуэлей?

      Гермиона молча кивнула. А Гарри улыбнулся. Но не насмешливо, а так слегка злобно. Флитвик, можно сказать, олицетворение того, как можно использовать магию… и голову.

      — Принцип обучения заклинаниям несколько отличается от того, как вам будут преподавать другие предметы, — говорил профессор. — В зельеварении, трансфигурации важно сначала досконально изучить теорию. Мой же предмет требует больше тренировки. Поэтому, изучив очередное заклинание на первой паре, его особенности и нюансы применения, на второй мы сразу же будем закреплять полученные знания практикой. Поэтому экзамен по заклинаниям будет один, в конце года. Для его успешной сдачи нужно продемонстрировать уверенное владение изученными заклинаниями. Если кто-то хочет дополнительно потренироваться, не нужно подвергать разрушениям ваши спальни. Просто приходите ко мне и тренируйтесь сколько душе угодно!

      — Хорошо, что хоть здесь один экзамен, — проворчал сидящий с другой стороны от Гарри Рон…

     

      … В общем, профессор Флитвик оказался более мягким преподавателем (да, особенно в сравнении со Снейпом!). Жестких требований не выдвигал, гробовой тишины в классе не требовал. И вообще был таким позитивным персонажем. После его предмета объединенная группа гриффиндорцев и слизеринцев посетила аудиторию травологии. Ее преподавала декан Хаффлпаффа, профессор Помона Спраут. Еще один оригинальный преподаватель. В коричневой шляпе-колпаке и такого же цвета мантии, которая явно видала лучшие времена. После изящной МакГонагалл и аскетично черно-белого Снейпа, это смотрелось просто вырви глаз. Изучать на травологии, как это очевидно из названия, предстояло различные растения, места их произрастания (если дикие), особенности ухода, сбора и хранения. Опять два экзамена, теоретический — перед Новым Годом (Тьфу, то есть, конечно, перед Рождеством) и практический — весной, где нужно будет собрать травы по заданному списку…

     

      — Ну, наконец-то обед! — счастливо улыбался Рон. — А то я уже думал тот цветок обглодать!

      — Он всегда такой прожорливый? — поинтересовалась Гермиона.

      — Эй, мисс «я читала»! — огрызнулся рыжий. — Я много думал! Поэтому мне нужно много есть!

      — Ой! — Невилл хлопнул себя по лбу. — Я забыл палочку!

      — Зачем ты вообще ее доставал? — спросил Рон, наморщив лоб.

      — Невилл, иди забери, мы тебя тут подождем, — сказал Гарри.

      Невилл смущенно улыбнулся и чуть не бегом рванул назад.

      — А чего это мы его ждем? — недоуменно произнес Рон. — Я есть хочу!

      — Ронни, ну к дьяволу, ты хочешь потом его по всей школе искать? — ответил Гарри.

      Невилл дошел до двери в кабинет травологии (она была в прямой видимости) и вскоре вышел обратно.

      — А да, — усмехнулся рыжий. — Я и забыл… Ой, надеюсь, это не заразно?

      — Зато Невилл напрочь забывает и то, — заметил Гарри. — О чем мы говорим в спальне. Кстати, Рон, как там с сам-знаешь-чем?

      Уизли сначала недоуменно уставился на Гарри, а потом в его глазах промелькнуло опасение.

      — Я… позже… — тихо произнес он и покосился на Гермиону. — Ну, скажу.

      — Я забрал! — радостно известил Невилл, сияя как новенький галлеон.

      — Отлично! — Гарри показал большой палец. — А теперь хочу пригласить вас в самую важную часть школы! В Большой Зал! Обед ждет нас! Вперед!

      Рон радостно осклабился. Гермиона ограничилась легкой улыбкой.

     

     * * *

     

      Лаванда, нахмурившись, смотрела, как четверка ее одноклассников занимает места за столом. Как обычно, слегка смущенно улыбающийся Лонгботтом, Уизли, который не успел сесть, а глазами уже по столу шарящий. Эта Грейнджер, усевшаяся словно принцесса. И Поттер. Который, заняв свое место, наклонился и что-то сказал Грейнджер, отчего та слегка улыбнулась. Поттер поправил очки.

      — Ну что, воздадим должное искусству поваров! — произнес он. — Рон, а помолиться?

      — Чего? — изумился тот, уже подносивший ко рту ложку с супом.

      — Ах да, не то окно, — ответил странной фразой Поттер и обвел взглядом стол. — Слушай, сюда стоило приехать только из-за меню!

      Уизли согласно усмехнулся. Гарри погрузил ложку в суп и слегка наклонился, неся ее ко рту.

      — Великолепно! — произнес он, проглотив. — Кому тут оставить чаевые?

      — Не переигрывайте, мистер Поттер! — не удержалась от ехидного замечания Лаванда.

      — Ну что вы, Лаванда, я абсолютно искренен! — улыбнулся парень. — Рон, подтверди, вкусно же?

      Уизли поднял большой палец, занятый пережевыванием еды. Грейнджер так легонько, еле заметно, улыбнулась.

      — Кстати, а где близнецы? — поинтересовался Поттер. — Неужели после вчерашнего они зазвездили и теперь не обедают с простыми смертными?

      — Они уже ушли, вместе со старостой, — ответила Лаванда. — Пока вы где-то бродили.

      Тут Гарри посмотрел в сторону стола преподавателей.

      — И декана с директором нет, — задумчиво сказал он. — Похоже, как говорится, парням поперло!

      Тут Лаванда заметила, что Лонгботтом что-то тихо говорит сидящей рядом Аббот. И та, то кивает, то отвечает ему с улыбкой. Браун приподняла бровь.

      Тем временем Поттер допил сок и, поставив бокал на стол, наблюдал за сменой прибора.

      — Блин, интересно, как это сделано? — сказал он. — Ведь как-то точно происходит перемещение.

      — Под нами — кухня, — ответила Гермиона. — И там стоят точные копии этих столов.

      — А заклинание имеет что-то типа датчика на вес, я думаю, — проговорил парень. — Но все равно, поражает. Мне уже не терпится все это разузнать. А еще только второй день!

     

     

     * * *

     

      Квирелл вышел в освещенную часть подземелья и, оглядев себя, поморщился. Вытащив палочку, он очистил заклинанием одежду. И внезапно закашлялся, причем так сильно, что остановиться не мог, по меньшей мере, минуту.

      — Черт возьми, — пробормотал он, увидев кровь на ладони, которой вытер губы.

      Тело уже начало отказывать. Но и торопиться было нельзя. Слегка поморщившись, мужчина достал металлическую фляжку, какую используют для спиртных напитков, откупорил ее и выпил два глотка.

      — Мистер Квирелл, — раздался тихий голос.

      Квиринус поднял глаза и увидел профессора Снейпа, который с презрением смотрел на него.

      — Что вы здесь делаете? — произнес он.

      Квирелл изобразил на лице смущение и притворно неловко запихал фляжку в карман мантии.

      — Э-э, п-п-просто решил… м-м… п-п-прогуляться, — ответил он. — П-п-перед з-занятием.

      — Вы выбрали очень странное место для прогулок, профессор, — последнее слово Снейп произнес с огромной иронией. — К тому же, употребление спиртных напитков в дневное время, вызывает опасения в вашей пригодности к преподаванию.

      — Это не алк-к-коголь, — торопливо заговорил Квирелл. — Это лек-карство.

      — Если вы больны, мистер… профессор, — процедил Снейп. — То может вам стоит подумать о том, чтобы вылечиться?

      — Я уч-чту ваш с-с-совет, — ответил Квирелл и прошел мимо Снейпа.

      Тот слегка посторонился, пропуская, а потом поглядел вслед, сощурившись.

      Редактировать часть

     

      Примечания:

     Весь первый учебный день не влез. Так что продолжение будет в следующей главе. Кстати хотелось бы отметить упорство некоторых товарищей, которые все-таки смогли преодолеть планку в тысячу комментариев к главе! Не знаю, зачем им это, но это не мешает отдать должное их настойчивости))) До встречи в комментариях!

      Вид отсюда, возле выхода к лодочному домику, был шикарный. Ослепительно голубая высь, зеленые холмы. Сегодня почти не было ветра, и зеркало озера выглядело так, словно художник ошибся и нарисовал небо среди холмов.

      «А те, кто строили тут замок, были не дураки позалипать на красивое» — подумал Гарри, наслаждаясь видом.

      Честно говоря, он сейчас слегка нарушил распорядок. Перси сказал, чтобы все ждали в гостиной факультета после обеда. Но парню отчего-то захотелось побыть одному. Гарри слегка улыбнулся. Для него это желание не было удивительным. Иногда оно приходило. Хотелось просто ни о чем не думать. А это среди людей невозможно. Нельзя просто стоять с отсутствующим видом. Точнее можно, но при этом есть большой шанс прослыть странным. Хотя, возможно, здесь этим не удивить. Здесь странных людей полно. Взять хотя бы Снейпа. Мрачный фанатик косплеящий чОрного мага…

      «Интересно, а с каким прибабахом будет учитель по ЗОТИ? Кстати, сколько времени?»

      Гарри зашел в замок, прошел в вестибюль.

      «Да, пора идти, — подумал он. — О часах я как-то не подумал. Кстати, вроде кто-то говорил, что тут можно купить, так сказать, удаленно. Надо прояснить тему. И, кстати, а за деньгами что, снова в Гринготтс переться?».

      Все-таки здесь было непривычно малолюдно. В памяти были коридоры интерната, которые в перемены представляли собой натурально бурлящий котел (и еще вспоминалось желание куда-нибудь смыться, так как вечно он по малолетке выхватывал). Да и начальная школа уже здесь… В общем, Гарри привык к многолюдности. Можно сказать, смирился с этим. А тут… Просторные коридоры, лавки понатыканы всюду… В общем, столько мест, которые ученики просто обязаны были облюбовать. Нет, не то чтобы вообще никого не было. Вот, что-то обсуждая, прошли две девушки лет четырнадцати. Какие-то парни (кстати в мантиях Гриффиндора и Хафа), встав кругом, что-то тихо перетирали, время от времени озираясь с таинственным видом (гадом буду, порнуху смотрят!). Но все равно, оставалось впечатление, что школа рассчитана на куда большее количество народа. Взять хотя бы спальню. В ней свободно можно было поставить с десяток кроватей. А если капитально ужаться (например, использовать простые односпальные кровати, а не эти, прости господи, траходромы), то и еще пяток впихнуть. Однако, живем шикарно. Что?

      Навстречу Гарри из коридора, ведущего в башню, вышел весь класс, во главе с Перси. Он то и посмотрел хмуро на Гарри.

      — Куда ходил? — тихо спросил Рон.

      — Да так, прогулялся, — ответил Гарри. — Заценил местные красоты.

      — Что сделал? — не понял Рон.

      — Попялился на озеро, — ответил Гарри.

      — Зачем? — удивился Уизли.

      — Может это не заметно, но я тонкая личность, — ответил Поттер.

      Сзади раздался характерный такой хмык. Ну, конечно. Браун. О, слизеринцы. Опять с ними, что ли? Малфой одарил презрительным таким взглядом. Ну, хоть что-то в мире постоянно.

      Доведя до кабинета ЗОТИ, Перси как-то подозрительно весело переглянулся с девушкой-старостой со Слизерина. Как-то предвкушающе…

      Хм, странно. Кабинет, как кабинет.

      — Чем тут воняет? — недоуменно произнес Малфой.

      Гарри принюхался. Действительно, попахивает. Чеснок? Парень сел за стол. Хм, класс… Он был совершенно обычный. То есть какой-то безликий. Учительский стол был девственно чист, в классе не было никаких пособий там, плакатов. Вот у МакГонагалл лежали книги на столе и шарики. В аудитории зельеварения на столе преподавателя стояли какие-то колбы, лежали свитки. То есть сразу было видно, обжитое место. Кстати, а где, собственно, препод?

      — Что-то становится скучновато, — заметил Гарри.

      — Гарри, она опять читает! — шепотом заметил Рон, смотря на Гермиону, которая и вправду достала учебник, кстати, по трансфигурации и углубилась в его изучение.

      — И что? — спокойно ответил Гарри. — Правильно делает. Надо было мне тоже взять.

      Уизли смерил его удивленным взглядом.

      — Что? Реально же скучно, — заметил Гарри.

      Рон хмыкнул.

      — Слушай, пока ждем, — заговорил снова Гарри. — Тебе вроде квиддич нравится. Не расскажешь о нем?

      Уизли сначала опять удивился, а потом, видимо вспомнив о том, что Гарри среди маглов жил, откашлялся, будто собрался речь с трибуны толкать и заговорил.

      — В квиддич играют две команды, по семь человек, — тон парня был какой-то… торжественный что ли. — Три охотника, два загонщика, ловец и вратарь. Охотники забрасывают в кольца квоффл. Это мячик, примерно такого размера.

      Рон показал руками шар, сантиметров тридцать в диаметре.

      — Кольца три и их охраняет вратарь. Попадание приносит десять очков, — глаза Уизли заблестели. — Еще по полю летают два бладжера. Они примерно такие же, как и квоффл, только из железа…

      — Из чего? — удивился Гарри.

      — Из железа! — тоном старожила ответил Рон. — Они летают и мешают игрокам. Загонщики должны отбивать их битами, чтобы бладжеры охотников с метел не сбили. Ну и отбивать их можно в противников!

      — Сумасшедшие маги! — пробормотал Поттер, представляя столкновение с металлической чушкой.

      — Еще есть снитч, — Рон показал размер очередного предмета.

      Примерно сантиметров пять шарик.

      — Он золотистый и очень быстро летает, — продолжал Уизли. — Он цель ловцов. Обычно с поимкой снитча игра заканчивается.

      — Значит, поимка снитча нужна для завершения игры? — уточнил Гарри.

      — А еще это приносит сто пятьдесят очков, — улыбнулся Рон.

      — А, вот оно что, — покивал Гарри. — Тогда понятно.

      В этот момент дверь распахнулась и в кабинет зашел мужик. Тот самый, с тюрбаном на башке, что разговаривал со Снейпом. С его появлением запах чеснока нарастил интенсивность.

      — З-з-здравст-твуйте! — улыбка у препода вышла какой-то натужной. — Меня з-з-зовут К-к-квиринусс К-квирелл. Я б-буду в-вести у в-вас З-ЗОТИ.

      «Блин, я не ханжа, но слушать его будет тяжело», — подумал Гарри…

     

      … Предмет «защита от темных искусств» показался Гарри несколько странным. По рассказу профессора Квирела (хм, они реально тут все профессоры? Или это еще один обычай?), он будет преподавать способы защиты от всяческих опасных тварей. Да и рассказывать про них тоже. Где обитают, чем опасны, кто их смог победить и как. Или приручить. М-м-м… Вроде вещь нужная, но Гарри вдруг это показалось таким скучным! Может это из-за того, что так и хочется сказать преподу: «Ну рожай уже!»? Даже Гермиона и та несколько приуныла.

      Один экзамен в конце года. Теоретический. Хотя Гарри, почему-то, ждал, что они должны будут продемонстрировать свои знания, так сказать, на примере. Загнул, конечно. Кто ж позволит ДЕТЯМ махаться с каким-нибудь… жопошилом?

      На выходе из кабинета их ждал неожиданный кайф. Привыкнув к спертому воздуху в кабинете, они только в коридоре прочувствовали, в какой душегубке сидели. Точнее они в полной мере оценили, насколько хорошо, когда в нос не бьет запах чеснока…

     

      …Гарри приподнял брови, когда увидел преподавателя Астрономии. Что сказать… Смуглая дама. Да что там, она черная. Светло-коричневая мантия с отливом. И широкополая шляпа с остроконечной тульей. Она встретила их широкой белозубой улыбкой.

      Звали даму Аврора Синистра. И на Гарри она произвела, как бы это помягче, впечатление слишком позитивного человека. Рассказ о своем предмете у нее занял минут десять. Вообще, Гарри не совсем понял, нах… зачем он вообще нужен. Наблюдение за звездами, вы серьезно? По словам профессора (опять профессора?) астрономия имеет практическое применение при составлении сложных заклинаний, использующих Фигуры, которые имеют большой размер. То есть, чертятся прямо на земле. Так вот, для этих вещей используют ориентирование по сторонам света и, собственно, положение небесных тел. (И это было непонятно, ладно Луна или хотя бы планеты Солнечной системы. Но звезды?) Примечательно, что экзамена по этому предмету не было предусмотрено. Точнее, профессор сказала, что в конце года будет некая контрольная работа, а если быть точнее, защита эссе.

      История магии удивила. Преподавателем оказался призрак. Да-да, кроме шуток. Профессор Бинс. Он явился прямо сквозь стену, причем с таким видом, будто вошел через дверь. Спокойно встал за кафедру и, проговорив то, чему он будет обучать, и в каком виде будет проходить экзамен (опять эссе, про какое-нибудь событие прошлого), так же невозмутимо удалился снова через стену. Собственно, все. Ознакомительный урок по Истории Магии закончился. При этом до его официального окончания осталось двадцать минут. Ученики как-то растерянно переглядывались, явно сбитые с толку таким пассажем.

      — Насколько я помню, следующий урок у нас во внутреннем дворе, — произнес Гарри. — Пошли туда что ли? Чего тут сидеть?

      — Пошли, — тут же согласился Рон.

      Невилл просто кивнул, а вот Гермиона слегка нахмурилась. Гарри наклонился к ней.

      — Почитаешь на свежем воздухе, — тихо произнес он. — Ну, пойдем!

      Девочка, прищурившись, посмотрела на него. И с выражением «ну что с тобой поделать» слегка улыбнулась.

     

     

     * * *

     

      Довольно высокая женщина в черной мантии, с короткими пепельными волосами и пронзительным взглядом необычных желтых глаз стремительным шагом пересекла внутренний двор.

      — Построились! — коротко бросила она, дойдя до учеников.

      Надо отдать должное, слизеринцы сделали это куда быстрее. Ученики с Гриффиндора довольно долго соображали, как это сделать, устроив бестолковую толкучку.

      — Меня зовут Роланда Хуч! — громко и четко произнесла женщина. — Я тренер! Запомните это!

      Мадам Хуч обвела учеников пристальным взглядом, смотря, все ли поняли.

      — Я буду заниматься тем, чтобы не дать вам окончательно захиреть за книгами! — сказала она, заложив руки за спину и вскинув голову.

      «Ну, прямо как наш старшина», — подумал Гарри, давя улыбку.

      Она вытянула в сторону руку. И через несколько секунд откуда-то прилетела метла. Ну как метла… На хоз.инвентарь этот предмет походил только внешне. Прутья толщиной с палец и, похоже, металлические. То есть вряд ли удастся такой метелкой подмести двор. Древко толщиной с руку, формы овальной, передняя часть слегка изогнута. На расстоянии полуметра от якобы метлы, имеется перекрестье, то есть две… м-м… палки по бокам. Значит, вот как ней летают? А Гарри еще думал, как усидеть на этом…

      — Это метла! — что-то тон тренера все больше скатывался к армейскому сленгу.

      То есть объяснялось так, будто окружающие полные дебилы.

      — Она предназначена для перемещения по воздуху! — продолжала мадам Хуч. — Как вы видите, на ней не предусмотрено никаких страховочных приспособлений, то есть с нее вполне реально можно свалиться и убиться к чертям! Поэтому, прежде чем вы подниметесь в воздух на такой метле, вы будете летать на учебных! А если кто-то очень умный, то будет демонстрировать мне свои исключительные навыки на земле!

      И она буквально пригвоздила взглядом Малфоя, который нацепил вид профессионала и уже открыл рот, чтобы облечь свою исключительность в слова. После последних слов Хуч он побледнел, сверля злым взглядом тренера. Впрочем, той это было, похоже, глубоко до лампочки.

      — На наше следующее занятие вы приходите в спортивной форме! — вещала дальше женщина. — Если кого-то увижу в костюме или того хуже, в мантии, выгоню с урока! Если кто-то решит игнорировать посещение тренировок, в смысле занятий, то это дело добровольное. Не хотите поддерживать свою форму здесь, в теплицах и зверинце вы всегда сможете восполнить недостаток физической активности!

     

     

     * * *

     

      Ужин был, конечно, не такой шикарный, как вчера. Но все же вполне-вполне. Огромный бифштекс, в качестве гарнира картошка (жаренная большими ломтиками) и цветная капуста. На больших блюдах лежала мясная нарезка и какие-то булочки. В общем, сытно тут кормят, надо признать.

      Народ явно вел себя расслаблено. Учебный день закончился, можно и побеседовать. Смех слышался намного чаще, чем в обед, преподаватели тоже почти все собрались за своим столом. Гарри, честно говоря, наблюдал за Снейпом. Да, именно потому, что тот слишком много внимания уделял ему. Возможно, это было из-за этой славы, а профессор просто не любит выскочек, в принципе… Судя по тому, как он Малфоя осадил, это в его характере.

      А так, вообще, что мы имеем? Минерва МакГонагалл — дама строгая, даже суровая, но одновременно, как бы это… идущая на контакт. Вечеринка тому подтверждение. Вряд ли к ней можно «подольститься», то есть пойти путем прямой лести. Лучший способ приблизиться — это стать по настоящему профессионалом. То есть даже просто упорная учеба не даст нужного эффекта, нужно прокладывать дорогу именно через занятие чем-то серьезным. И танцы, господа, дадут на этом поприще начальный эффект.

      Далее, наш мрачный повелитель кипящих котлов. Чтобы он не валил по любому удобному поводу, нужно реально ОЧЕНЬ хорошо учиться по его предмету (пометка, здесь можно выполнить попутно квест с Герми… Черт, я не лоликонщик! Но так надо!). Для того, чтобы хорошо учиться, придется регулярно посещать, собственно, этого персонажа… Желательно не в качестве дополнительных рабочих рук!

      Флитвик. Есть мнение, что за его добродушным пофигизмом скрывается очень крутой дяденька. Как-то уж очень уважительно о нем Фред с Джорджем отзывались. «У Флитвика сдают все», — вот их слова. К тому же, он реально маленького роста. То есть, чтобы стать тем, кем он стал, он прошел немало и этот опыт желательно изучить, потому как, братан, мы идем примерно этим же путем. На этом и сойтись. То есть спрашивать советы в ситуациях, когда приходится прыгать выше головы…

      «Боже, какая чушь лезет в башку! Словно описание долбанных героев игры! Да все как обычно! Смотрим и действуем по обстоятельствам. И наслаждаемся жизнью, насколько это возможно! Что, не нажрался этой серьезности ТАМ? В жопу все, просто живем, дышим воздухом, пьем пиво и трахаем… Так, это еще рановато, хе-хе! Кстати, косяк наш, хоть и почти намеренный, но загладить надо…»

     

     

     * * *

     

      Постучавшись, Гарри дождался ответа (голос Снейпа, кстати, прозвучал так, словно он вот, прямо за дверью стоял) и толкнул довольно тяжелую дверь. И его глаза слегка расширились.

      Вдоль всех стен немаленького кабинета стояли стеллажи. И их полки были густо заставлены разнокалиберными банками, колбами и прочей тарой, прозрачной и нет. Кабинет имел «Г»-образную форму, входная дверь была в верхней палочке, сам кабинет шел вправо от входа. В углу буквы «Г» стоял письменный стол, точнее несколько столов, стоящих вокруг массивного стула, на котором сидел Снейп и, держа в руке свиток каким-то небрежным жестом, читал написанное на нем.

      — Мистер Поттер, — спокойно, не отрываясь от чтения, медленно произнес Снейп. — Рад, что не пришлось посылать за вами мистера Филча. Рекомендую надеть то, что находится в шкафу, слева от вас.

      Гарри повернул голову и наткнулся взглядом на стенной шкаф. Открыв его, он увидел что-то типа рабочего комбинезона, то есть штаны и верхняя часть, соединенные вместе и поблескивающие кожей. Но при этом комбез на ощупь был удивительно мягок, Гарри ожидал что-то типа ОЗК. Парень расстегнул мантию…

      — Мистер Поттер, избавьте меня от созерцания вашего неглиже, — произнес профессор. — Переоденетесь в лаборатории.

      В этот момент в дверь постучались.

      — Войдите, — ответил Снейп, не поднимая глаз.

      Дверь распахнулась и в кабинет вошла девушка, с малиновыми волосами. Гарри, не ожидавший такого радикального колера в этих стенах, приподнял брови.

      — А, мисс Тонкс, — лицо профессора не изменило своего каменного выражения, но в голосе проскользнула ирония. — Рад снова видеть вас. Как всегда, вас ждут котлы и посуда. Вот вам помощник на сегодня, мистер Поттер. Покажите ему все.

      Девушка повернула голову, смерила Гарри хмурым взглядом и ни слова не говоря, вышла. Парню ничего не оставалось, как последовать за ней.

      — Войдем, ты налево, я направо, — сказала она. — И не вздумай подсматривать!

      — Да кто бы рвался, — хмыкнул Гарри. — Что я там не видел?

      Тонкс чуть вскинула брови, с удивлением смотря на него. И ее волосы прямо на глазах посерели.

      — А вот такого я не видел! — теперь уже настал черед Гарри удивляться. — Это заклинание или какой-то препарат?

      — Иди переодеваться, — сквозь зубы произнесла Тонкс и рванула дверь.

     

     

     * * *

     

      Гарри вышел из такого предбанника-раздевалки и попал в комнату, где стояло около двадцати больших столов. На каждом имелся относительно небольшой, литров на десять котел, стоящий на чем-то типа-спиртовки, только большой. Кстати, один из столов был, как бы это помягче… обуглен. И котел на нем представлял собой комок смятого металла.

      — Круто, — пробормотал Гарри, представляя себе температуру, при которой мог расплавиться котел. — А профессор-то не шутил.

      — Переоделся? — раздался хмурый голос девушки.

      Гарри поглядел на нее и увидел, что она тоже в такой же спецовке, как и он. М-м… Неплохо этот ОЗК фигуру-то облегает!

      — Где твои перчатки? — поинтересовалась Тонкс.

      — Кто бы сказал, что они понадобятся, — ответил Гарри.

      — Там, возле выхода, в ящике есть, сходи возьми, — сказала девушка.

      Гарри кивнул и сходил за СИЗ. Кстати, фокус, когда он надел перчатки, те буквально прилипли к рукавам. Реально. То есть костюм химзащиты был практически в комплекте, только противогаза не хватало. Капюшон, кстати, имелся.

      — Бери ближайший котел и тащи в мойку, — девушка махнула рукой на дверь, в торце комнаты. — Там разберешься.

      Гарри кивнул и, взяв котелок, попер его к той двери. За ней обнаружилась длинная комната, с большой металлической раковиной вдоль правой стены. Слева имелась натурально ванна, только прямоугольная. Хм, видимо для больших котлов? В том магазине, где покупал свой, Гарри видел котел литров на сто.

      Парень подошел к одному из четырех имеющихся над раковиной кранов, поставил в нее котел, открыл воду. Ага, какая-то зеленая фигня в колбе. Видимо, местный «Фэйри». В комплекте прилагалась жесткая пористая масса, этакая мягкая пемза.

      — Не вздумай лить в котел, — предупредила Тонкс, встав рядом. — Немного на скребок и оттирай. Да, и не вздумай магичить. А то будешь всю неделю котлы мыть.

      — Чисто ради интереса, — Гарри наклонил колбу над скребком. — Почему нельзя очистить магией?

      — Тупой что ли? — буркнула девушка. — В этих котлах не суп варят. Любое воздействие на зелье, может изменить конечный результат.

      — Понятно, — кивнул парень.

      Его котел был внутри покрыт ровным слоем чего-то черного. Но оттиралось относительно легко.

      — Можно узнать твое имя? — спросил Гарри.

      — Зачем тебе? — бросила Тонкс, оттирая свой котел.

      — Вежливость, — пожал плечами Гарри.

      — Нимфадора, — ответила девушка. — Но зови Тонкс.

      — А почему, например, не Нимфа или Дора? — поинтересовался парень.

      Девушка не ответила, но взглядец у нее был мрачноватый. Словно она размышляла, врезать или нет.

      — Работай, давай, — процедила она.

      — А я что делаю? — ответил Гарри. — Скучно просто.

      Он слегка улыбнулся. А руки привычно терли. М-да, рефлексы — могучая вещь. Словно и не было этого всего, школы, магии, а он снова на кухне Дурслей. Даже как-то уютно здесь стало, вот прикол. У него уже точно, «негритянская» деформация. Это когда подходишь к полю и первая мысль о том, сколько же его придется убирать.

      — Прости, а ты на каком курсе? — спросил Гарри.

      — На четвертом, — ответила девушка.

      — А я на первом, — ответил Гарри, чисто из прикола.

      — Я, как бы вижу! — ядовито заметила Тонкс.

      — А на каком факультете? — продолжал парень.

      — А ты не можешь просто помолчать? — спросила девушка. — У меня нет настроения разговаривать.

      — Я не могу вот так, молча с кем-то рядом стоять, — ответил Гарри.

      — Помочь? — в голосе Тонкс проскользнула злость.

      — Что, целоваться будем? — спросил парень.

      Котел девушки звякнул о дно раковины. Она с удивлением смерила Гарри взглядом.

      — Слышь, галстук, а ты не слишком дерзкий? — сощурившись, буквально прошипела девушка.

      — Галстук? — заинтересовался Гарри.

      Тонкс зло ухмыльнулась.

      — Ты что, еще не знаешь? — спросила она. — Так всех перваков называют.

      — Не знал, — ответил Гарри. — А почему именно так?

      — Я что тебе, Бинс, тут лекцию вести? — бросила девушка. — Сам узнавай!

      По губам Гарри скользнула улыбка. А потом он состроил брови домиком и нацепил на лицо умоляющее выражение.

      — Слушай, ну расскажи, а? — сказал он.

      Тонкс покосилась на него… И хмыкнула.

      — Я могу за тебя котел помыть! — внес взятку Гарри, но тут же уточнил. — Один.

      — Ну, ты и приставучий, — проворчала девушка. — Тебя еще не били за это?

      Гарри усмехнулся…

     

      … В общем, тема такая. Как и в любом месте долгого изолированного пребывания людей, в Хоге, естественно, возникла своя неофициальная, конечно, система традиций. Дедовщина, если проще. Итак.

     

      1 курс — Галстуки — первокурсники носят сначала обычные, черные галстуки. После новогодних каникул, если успешно сдал первые экзамены, то дозволяется надеть галстук с цветами факультета. Церемония вручения такого галстука (само собой, строго неофициальная) заключается в том, что перваки должны завязать свой черный галстук на статуях архитектора или первого директора, которые стоят в вестибюле.

     

      2 курс — Шарфы — второкурсники имеют право носить не обычные коричневые шарфы, а шарф опять же цветов своего факультета. Старый шарф нужно сжечь, причем в ночь перед Осенним балом. Традиция полуофициальная, то есть ей не препятствуют преподаватели, после случая, когда с десяток второкурсников-рэйвенкловцев разбились, вылезая из своей башни.

     

      3 курс — Метлы — чтобы стать настоящим третьекурсником, нужно пролететь на метле под Деревянным Мостом… вдвоем. Естественно с девушкой. Или наоборот, с парнем. Обычай пришел из средневековья, когда двое влюбленных таким образом прибыли в Хогвартс. Правда, под мостом они не пролетали, но это уже не важно, не так ли? Кстати, совсем не обязательно, чтобы оба были третьекурсниками. Можно попросить и более старших товарищей так тебя прокатить. Можно и одному, конечно, но тогда жестокая подростковая общественность обязательно будет тебе это вспоминать.

     

      4 курс — Водяные — прозвище связано с тем, что в последний выходной сентября нового учебного года ученики этого курса обязаны окунуться в Черное Озеро (которое в сентябре весьма холодное, это же Шотландия!), конечно, не помогая себе магией. Дойти до озера и вернуться нужно в одной мантии и нижнем белье. Сейчас это, конечно, не так волнительно, а вот в средние века такая прогулка была весьма смелым поступком, примерно как сейчас пройтись голышом.

     

      5 курс — Садовники — прозвище связано с тем, что пятый курс является последним из обязательных. И после сдачи СОВ следует выпускной бал и большая часть учеников заканчивают обучение. А на выпускном частью костюма парней является белый цветок в петлице пиджака, а девушки носят такой же цветок на левой руке, в районе запястья.

     

      Шестой и седьмой курс прозвищ не имеют. Не потому, что не сложилось, а потому, что опять же по традиции, они уже считаются как бы взрослыми, которым не нужны подобные «детские» прозвища. Все ученики этих курсов в обязательном порядке носят значки своих факультетов, на правой стороне мантии. Эти значки они получают на пятом курсе, в последний вечер, через три дня после выпускного бала…

     

      —… И что, ты тоже на метле так пролетела? — спросил Гарри.

      — Пролетела, — вздохнула Тонкс и нахмурила брови.

      — Одна что ли? — слегка иронично произнес парень.

      — Лучше бы одна, — мрачно ответила девушка.

      Тему развивать она явно не горела желанием.

      — Слушай, между нами, — Гарри доверительно так понизил голос. — Перваков гоняют?

      — В смысле? — не поняла девушка.

      — Ну… — Гарри покрутил рукой в перчатке. — Там что-нибудь принести? Или вымыть, постирать…

      — У слизней такое есть, — ответила Тонкс. — У нас… В общем, мало.

      Гарри ополоснул очередной котел, вытер полотенцем, вышел обратно в лабораторную комнату и поставил его на соответствующую полку. Взял с одного из столов следующий и вернулся с ним в мойку, по пути отметив, что осталось полчаса его отработки.

      — Слушай, Нимфа, — девушка слегка поморщилась. — Прости, Тонкс. А когда время закончится, идти отмечаться к Снейпу?

      — Оно закончится, когда мы класс в порядок приведем, — ответила девушка. — Если попробуешь качать права, он просто еще пару часов накинет.

      — Понятно, — усмехнулся Гарри. — Я почему-то так и подумал. А если народу больше? В смысле, если быстрее все сделаем?

      — Да у него этих грязных колб и пробирок на всех учеников хватит! — со злостью ответила девушка. — Лучше вообще поменьше с ним разговаривать. Вот доделаем то, что он сказал, тогда да. Если все хорошо, то под кожу лезть не будет.

      Гарри опустил котел в мойку.

      — А что с тем столом делать? — спросил он. — Который обгорел?

      Цвет волос Тонкс опять стал малиновым.

      — Ничего не надо делать, — пробурчала она. — Пусть так стоит.

      «Типа, пример, что ли? А что, логично».

      Девушка же как-то неловко вытащила котел из мойки и принялась его усиленно вытирать. Гарри покосился на нее.

      «А не ты ли, красавица, сие произведение искусства забабахала?» — слегка улыбнулся он.

      — Тонкс, можно вопрос? — спросил Гарри.

      — Можно подумать, если я скажу «нет», — проворчала девушка. — Ты отстанешь.

      — Ну, расскажи, как ты цвет волос меняешь, а? — выдал парень.

      Тонкс посмотрела на него прищуренным взглядом. И вздохнула.

      — Учись хорошо, ладно? — сказала она. — Не дай бог, с тобой снова на отработку попасть!

      — Не гарантирую, — ухмыльнулся Гарри. — Снейп, похоже, ко мне неровно дышит.

      Тонкс смерила его изучающим таким взором. И улыбнулась. Причем искренне так.

      — Не повезло тебе, — сказала она. — Если Снейп кого-то приметил, то, считай, ты вечный его… помощник.

      — Не все в жизни идет так, как хочется, — философски заметил парень. — Зато общество приятное!

      Видимо, его улыбка при этих словах была слишком характерной, раз на лице Тонкс вылезло недоверчивое такое выражение.

      — Однако, какие детишки пошли… — пробормотала она…

     

      —…Да родилась я такая! — резко ответила девушка, когда разговор в третий раз вернулся к ее особенности. — Что, никогда про метаморфов не слышал что ли?!

      — Неа, я же среди маглов рос, — ответил Гарри. — Значит, ты можешь, ну… и тело изменять?

      — Немного, — ответила Тонкс. — Это чем-то похоже на трансфигурацию. А потом я себя пару дней чувствую как загнанная лошадь.

      Тут она с удивлением посмотрела на Гарри и совершенно явственно на ее лице проступило сожаление о том, что она сказала.

      — Круто, — задумчиво произнес Гарри. — Ты же просто мужская мечта.

      — Чего? — возмутилась Тонкс.

      — Я говорю, завидую твоему будущему мужу, — ответил парень. — Считай, каждый раз с новой… Э-э…

      Гарри спохватился и принялся усердно тереть котел. Девушка несколько мгновений молча сверлила Гарри взглядом. А тот, будто не замечая ее взгляда, прямо-таки весь ушел в чистку.

     

     

     * * *

     

      Нимфадора, ни слова не сказав, только полоснув взглядом, ушла. Гарри, стоя в коридоре у двери кабинета Снейпа, вздохнул.

      «Твою же мать, язык мой, враг мой! — нахмурился он. — Что-то я слишком расслабился!»

      Гарри помотал головой и двинулся в сторону лестницы. Когда он уже подошел к ней, ему навстречу попались трое парней-слизеринцев, лет четырнадцати. Они смерили его насмешливыми взглядами.

      — Снейп с каждым годом все суровее, — произнес один.

      — Да, раньше он, вроде, галстуков в первый день не прессовал! — заметил второй.

      Тут Гарри неожиданно споткнулся, на совершенно ровном месте. Только и успел руки подставить, чтобы фейсом не проверить насколько шершава стена

      — Смотри под ноги, галстук! — пришел насмешливый совет.

      Парни дружно засмеялись и повернули за угол.

      «Русые волосы, карие глаза, курносый, губы тонкие, на правой руке печатка, — Гарри радостно так улыбнулся. — Любит шутить».

      Он выпрямился, отряхнул колено, слегка морщась. И чуть прихрамывая продолжил свой путь…

     

      …В гостиной львов было довольно многолюдно. Часть его сокурсников оккупировали внимание Перси, который что-то им рассказывал. Гарри подошел ближе.

      — В конце вы попробуете несколько простых заклинаний, — говорил староста.

      — Перси, а ты поможешь, если что? — произнесла одна из девочек, Фэй Данбар.

      — Ну, я не смогу вложить свое умение, — ответил старший рыжий. — Все-таки придется научиться самим. Но если потребуется помощь в тренировках, то конечно.

      — Перси, — сказал Гарри. — А ты в прошлом году с кем под мостом пролетел?

      Староста сначала удивленно посмотрел на него, а потом явно смутился.

      — Ну что, Перси! — со смехом заметил один из старших гриффиндорцев, здоровый такой парень, с широким добродушным лицом. — Расскажешь, а? Мне вот тоже интересно, почему это была именно Фелиция Арнхорст!

      Перси окончательно смутился.

      — А ты, кстати, откуда узнал про это? — спросил здоровяк. — И откуда это ты так поздно вернулся?

      — Снейп, — со вздохом ответил Гарри. — Мы котлы с одной девушкой с четвер…

      Парень улыбнулся

      — С одной русалкой, — добавил он. — Котлы мыл, вот и разговорились.

      Здоровяк усмехнулся.

      — Далеко пойдешь, — произнес он. — В первый день нарваться на отработку! Но через это все пройдут. Мы же гриффиндорцы!

     

     

     * * *

     

      Одна из женских спален. Гермиона Грейнджер, Лаванда Браун, Парвати Патил.

     

      Гермиона расчесала волосы и, вздохнув, положила расческу возле зеркала.

      — Слушай, Гермиона, — сказала Лаванда, стоящая уже в одной ночной сорочке. — А ты, правда, идешь на бал с Поттером?

      Герми вздохнула.

      — Да, — хмуро ответила она, подходя к своей кровати.

      Она сняла юбку и аккуратно сложила ее на сундуке возле кровати.

      — А ты что, не хочешь? — усмехнулась Браун.

      Гермиона, расстегивающая рубашку, покосилась на нее.

      — А тебе какое дело? — буркнула она.

      — Никакого, просто нам интересно! — улыбнулась Лаванда и переглянулась с Парвати. — Вы случайно не помолвлены?

      — Что?! — резко спросила Гермиона, повернувшись к Браун. — Ты что несешь? Нам же… Мы…

      — Хотя да, вы же оба… из маглов, — произнесла Лаванда.

      — Ну и что? — не поняла Гермиона.

      Тут Браун как-то невесело усмехнулась.

      — Да просто немного завидую, — ответила она и тут же, прищурившись, добавила. — Кстати, если ты не хочешь идти, я могу тебя заменить!

      — О чем ты? — наморщила лоб Гермиона. — Зачем тебе это?

      На лице Браун пропечаталось раздражение.

      — Знаешь, тоже… — она оборвала себя. — Да просто хочется и все.

      Герми смерила ее недоуменным взглядом.

      — Может тебе лучше спросить об этом у Гарри? — произнесла она.

      Браун насмешливо скривила губы.

      — Мне кажется, я знаю ответ, — с какой-то непонятной интонацией ответила она.

      Она усмехнулась и откинув одеяло, легла в кровать. Гермиона некоторое время смотрела на нее, а потом, фыркнув, повернулась к своей кровати.

      «Из маглов и что?» — недоуменно подумала она.

      Воображаемый дневник ученика школы, ну, наверное, номер один, больше в Англии таких нет, насколько я знаю. В общем, ученика Гарри Поттера.

     

      3 сентября 1991 года. Вторник.

     

      Дорогой дневник… Тьфу, что-то я как девочка-малолетка заговорил. Это что, магия такая? О чем это я? Ах да. Сегодня у нас первый урок по «Основам Магии». Преподает их профессор Батшеда Бабблинг (две «б» в середине), статная такая дама (именно статная, а не полная), с длинными черными волосами (что-то я стал на длинные волосы западать). Кстати, перед началом занятий, профессор что-то делает с прической, естественно при помощи магии, так, что потом волосы не мешают. При этом они не становятся фанерой, просто не падают на лицо. Так вот, у этой дамы характерный такой длинный нос, смуглая кожа и вообще на арабку смахивает. Или еврейку… Не суть, мы не снобы.

      Занимаемся мы всей толпой. То есть все четыре факультета в одном большом классе без парт. Кстати, он же является вотчиной клуба танцев. Помогают профессору Баблинг (черт, БаББлинг) пара десятков семикурсников. Первое упражнение… А нет, сначала была лекция…

     

      — Что есть магия, спорят с начала времен и до сих пор. Быть может когда-нибудь и вы будете разбираться с этим вопросом. Общепринятый термин — магия есть основа мира. То есть в начале всего лежит магия. Энергия, поле, суть мира. Терминов много, главное, что мы, волшебники, можем взаимодействовать с ней. На предметах вы будете изучать различные аспекты применения магии, я же дам вам первоначальные практические основы, необходимые для дальнейшего обучения. Сразу предупреждаю, скорость освоения навыков еще не показатель какой вы волшебник. Примером может быть наш директор. Когда он учился, то освоил практические навыки одним из последних.

      Женщина улыбнулась и достала палочку.

      — Это ваш основной рабочий инструмент, — продолжила она. — Он облегчает взаимодействие с магической энергией. Палочка — это как кисть художника или резец скульптора. Можно обойтись и без нее, но сходный результат будет требовать более длительного времени и большего количества затраченных сил. Сразу оговорюсь, это не единственный инструмент, он просто более универсален. Например, в Японии маги часто используют, так называемые, печати. То есть заклинания, написанные магопроводящим составом на специальной бумаге. Маги Восточной Европы и России используют посохи. В средние века было популярно в качестве акцептора использовать холодное оружие. Суть у всего одна. Не столько облегчить, сколько направить и дозировать применение магии.

      Женщина перевела дух, оглядев стоящих перед ней первокурсников.

      — За время использования и изучения магии, было выработано множество заклинаний, то есть порядка действий волшебника, для получения определенного результата. Именно этот порядок мы и будем изучать…

     

      Итак, первое упражнение. Создать три вида зоны действия. Шар, Воронку и Диск. Шар используется для большинства заклинаний. Воронка для точечно направленных. Диск для тех, энергия которых распределяется по области. По сути, Воронка, как мне думается, используются для боевых заклинаний, Диск — для защитных. Хотя, наверное, есть и вполне мирные (если так можно сказать о магии) заклинания, требующие именно этот вид зоны действия.

      Шар создается круговым движением палочки. При создании Воронки палочка описывает три окружности, каждая следующая меньше предыдущей, то есть спираль. Диск создается почти так же как Шар, только круговое движение описывает больший круг и движение идет не кистью, а от локтя.

      Не скажу, что получилось сходу. Нет, Шар, понятно, сразу, а вот Воронка где-то с десятого раза, Диск вообще только к концу занятия. И да, слизеринцы просто порвали зал. Большинство из них сделало требуемое практически сразу. А остальные чуть погодя. В общем, последние змеи покинули зал где-то к концу третьего урока.

      Старшекурсники и преподаватель ходили и помогали ученикам. Не сказать, что гриффиндорцы были какие-то особо деревянные, просто их было больше всех, а значит, тупо по статистике, тех, у кого вообще не получается, было больше именно у нас…

     

      —… Рон, — заговорил Гарри. — Так, успокойся.

      От того только что отошла девушка-старшекурсница и тот стоял, весь красный. Нет, девушка хорошо объяснила, просто… Ну, похоже, Рон слышал только половину.

      — Гарри, я справлюсь, — пробормотал тот. — Сейчас.

      Но Гарри подошел ближе.

      — Брат, у тебя руки дрожат, — негромко, так что никто не услышал, произнес Гарри. — Ты сейчас даже ложкой мимо рта промажешь. Просто постой, подыши, успокойся.

      — Так, давайте сделаем перерыв! — хлопнув в ладоши, сказала преподаватель. — Перемена!

      — Пошли, — кивнул в сторону двери Гарри.

      Рон тяжело вздохнул.

      — Невилл, тоже успокойся, — сказал Гарри упорно машущему палочкой второму соседу. — Пойдемте, развеемся.

      Парни вышли в коридор.

      — Ронни, слушай, ты такой привередливый, — произнес Гарри, когда они затихарились в одном из многочисленных закутков.

      Уизли удивленно уставился на него.

      — Я про бал, — ответил Гарри. — Ты смотри, всех красивых девчонок разберут.

      Рон некоторое время недоуменно смотрел на товарища. А потом смутился.

      — Да я… — он вздохнул. — Гарри, знаешь… Я, наверное…

      — Вот чего ты начинаешь, а? — поморщился Гарри. — Я ж тебе не невесту выбрать предлагаю! Просто ткни пальцем!

      — Да не знаю я! — в сердцах воскликнул Рон.

      — Тогда тупо по жребию, — хмыкнул Гарри. — Давай, кто из наших сейчас мимо пройдет, ту и пригласишь. Только Герми и Аббот, ну ты понимаешь…

      И Поттер демонстративно так уставился в сторону коридора. Невилл удивленно смотрел за разворачивающимся действом. А потом до Рона дошло, что Гарри, похоже, на полном серьезе!

      — Гарри, не надо! — придушенно и как-то жалостливо сказал Рон.

      — Да ты прав, это было бы грубовато, — как-то сразу согласился Гарри.

      Мимо прошла Браун, смерила взглядом троицу и, фыркнув, задрала подбородок и буквально прошествовала мимо.

      — Рон, ты только что буквально по краю прошел! — хмыкнул Гарри.

      А рыжий вытер со лба, как-то внезапно проступивший пот.

      — Вот бери пример с Невилла! — сказал Гарри. — Стоит, спокойный, как удав!

      — Почему удав? — удивился Рон.

      — А где ты видел нервничающую змею? — спросил Поттер.

      — Я… тоже еще… — тихо произнес Невилл.

      — Ну, парни, это не дело! — протянул Гарри. — Мы гриффиндорцы или где? Значит, сегодня вечером садимся и разрабатываем план.

      — Какой план? — не понял Рон.

      — Захвата мира, конечно, — с покерфейсом заявил Гарри. — Пока начнем с малого, как нам, таким красивым и загадочным, не пролететь с балом. И для уверенности начнем учиться танцевать.

      Рон и Невилл сейчас были как братья-близнецы. Настолько похожими их сделали выражения на лицах.

      — А пока пойдем, поучимся колдовать, — сказал Гарри. — Заболтались мы, перемена закончилась…

     

      — Рон, смотри прямо перед собой, — произнес Гарри. — Вспомни, что тебе говорили. Сначала представь Шар и только потом обрисуй его палочкой.

      — Да как представить, я же его никогда не видел! — с отчаянием прошептал Рон.

      — Закрой глаза, — произнес Гарри и помотал отрицательно головой, при виде подходящего старшекурсника.

      Тот удивленно вскинул брови, но мешать не стал. Подошел к Невиллу. А Уизли некоторое время смотрел на Гарри. Тот совершенно серьезно глядел в ответ. Рон выдохнул, помотал головой. А потом все же сделал то, что говорил Поттер.

      — Медленно глубоко вздохни, — заговорил Гарри.

      — Они смеются, да? — пробормотал Рон.

      — Рон, запомни, — произнес Гарри. — Когда смеются, это хорошо. Значит, не воспринимают тебя всерьез. Тем больше будет у них разочарование.

      Рыжий нахмурил лоб, слушая товарища. А потом вздохнул.

      — Так же медленно выдохни, — сказал Гарри и, дождавшись пока Рон это сделает, продолжил. — Снова вдохни.

      — Ты прям, как… моя мама, — усмехнулся Рон. — Я нормально чувствую магию.

      — За маму ты мне потом еще ответишь, — оскалился Гарри. — Сынок, блин.

      Рон открыл глаза, вытянул палочку и ее кончик описал круг. Раздался треск, будто ломали спички и рядом прямо в воздухе появился дымок, будто кто-то выдохнул туда дым от сигареты.

      — А? — округлил глаза Рон, смотря на то место.

      — Шар был? — спросил Гарри.

      Рон посмотрел на него каким-то недоверчивым взглядом, приоткрыв рот. И еле заметно кивнул.

      — Ну, все, принцип ты ухватил, — хлопнул его по плечу Гарри. — Теперь только тренировка!

      «Да, а самому еще этот Диск делать, сенсей, твою мать! У меня-то в чем проблема? Как всегда, блин, сапожник босой!»…

     

     

     * * *

     

      3 сентября, после обеда.

     

      Оказалось, что я кое-что делал неправильно. Оказывается, мало было представить этот самый Диск и обрисовать его размеры палочкой. Вся фишка оказалась в том, чтобы, зацените, ОЩУТИТЬ, что он появляется. Как объяснила Бабблинг, в этом суть применения Диска, предназначенного для заклинаний, который оказывают одинаковое воздействие на реальность, по всей площади Зоны Действия типа Диск. Походить это самое ощущение должно на то, как будто ты стоишь перед стеной. Хорошо сформированный Диск, должен ощущаться физически, как будто рука проходит сквозь кисель. Мне кажется или местная магия сильно походит на всякие эзотерические практики?

      — При длительной практике, — говорила профессор. — Необходимая Зона Действия заклинания формируется волшебником почти мгновенно.

      А Рон прямо-таки попер вперед. Диск у него получился вообще сходу, даже профессор удивилась. И это при том, что Воронка у него так и продолжала получаться через раз.

      Невилл, зараза, гений доморощенный, как давай штамповать Зоны! А сначала таким криворуком прикидывался! Даже Герми, которая к тому времени, тоже уже довольно уверенно все делала, слегка нахмурилась. Помня свой косяк, я пошел его заглаживать, привлекая девчонку к своему обучению. Хм… Я похоже, реально заимел фетиш по длинным волосам… Не то чтобы прям зациклился, но удовольствие присутствовало. Еле сдержался, чтобы не начать пропускать волосы Герми сквозь пальцы. Мне показалось или я начал, точнее, тело начало реагировать на женщин? Не то чтобы я против, но, блин, рановато! Нам тут магию надо осваивать, в учебу убиваться, а не по бабам бегать!

     

     

     * * *

     

      Тот же день, спальня Гриффиндора. Гарри, Рон и Невилл.

     

      — Ну что, начнем? — произнес Гарри, сидя на стуле возле своего секретера.

     (Наверное, стоит уточнить описание спальни. Кровать, это понятно. В ее изножье стоит сундук с личными вещами, который может открыть только хозяин. Сразу возле кровати оконный проем, рядом с ним что-то типа секретера, который выполняет и роль тумбочки. Возле выхода несколько узких стенных шкафов, сейчас, понятно, заняты три. В них хранятся мантии, как обычные, так и зимняя. Еще в распоряжении ученика имеется два стула, один обычно стоит возле секретера, второй у кровати).

      Он только что вернулся из душа и вытирал волосы. Невилл, читавший книгу (не учебник, их Гарри уже запомнил), поднял глаза. Рон, снимавший пиджак, нахмурился.

      — Зачем нам учиться сейчас? — произнес он. — Сам же говорил, всех будут учить?

      — Рон, что, у тебя привычка такая? — спросил Гарри, — казаться тупее, чем ты есть?

      — А что ты обзываешься? — вскинулся Уизли.

      — А то, что ты сегодня сделал все три формы Зоны, — пояснил Гарри. — Причем быстрее меня. Ты меня больше не обманешь.

      — Когда это я тебя обманывал? — удивился Рон.

      — Да и Невилл тоже хорош, — продолжал Гарри.

      Тот удивленно посмотрел на товарища.

      — Один из себя сельского дурня корчит, — продолжал Поттер. — Второй типа такой скромный, но при этом магией швыряется, как Дамблдор.

      — Я не специально, Гарри! — горячо возразил Невилл. — Оно как-то само раз и получилось!

      — И вовсе я не дурень, — обиженно поджал губы Рон.

      — Вот и нефиг им прикидываться, — усмехнулся Гарри. — Подумай сам. В каком случае над тобой будут смеяться, когда уже что-то умеешь, хотя бы ноги партнерше не отдавить, или когда ты с нуля будешь учиться, м? Или тебе нравится, когда над тобой смеются, Рон? Невилл?

      — Не нравится, — буркнул рыжий.

      Невилл отрицательно помотал головой.

      — Ну, тогда смотрите сюда! — Гарри встал, кинув полотенце на спинку стула. — На самом деле, все просто.

      Он вышел на середину спальни.

      — Смотрите делаем шаг назад и вбок левой, — парень проделал то, что описал. — Одновременно поворачиваемся, делая шаг правой ногой и приставляем левую ногу. Теперь шагаем вперед, снова поворачиваемся и приставляем ногу. Снова назад и вбок. Вперед и вбок.

      Гарри вернулся в исходное положение.

      — Вроде просто все, — сказал Рон.

      — Вся фишка, что делать это нужно синхронно с партнером, — ответил Гарри. — Для этого нужно слушать музыку и все делать под нее. Если хоть один собьется, то это отдавленные ноги.

      — Меня бабушка немного учила, — пробормотал Невилл. — Но я все время в ногах путаюсь.

      — Это дело практики, Нев, — ответил Гарри. — Ну, раз ты уже имеешь представление, то ходи сюда.

      — Зачем? — удивился Лонгботтом.

      — Ну, а как иначе практиковаться, если, собственно, не танцевать? — сказал Гарри. — Давай, давай.

      Невилл отложил книгу и с неуверенным выражением встал.

      — Я буду в качестве девушки, — произнес Гарри. — Рон, будешь ржать, получишь по роже!

      Рыжий и вправду скалился.

      — И парни, — произнес Гарри. — Если хоть кто-то проболтается… Со свету сживу! Кто спросит, учились дома!

      Поттер обвел товарищей предостерегающим взглядом.

      — Так, Невилл, — заговорил Гарри. — Когда приглашаешь…

      Парень слегка склонился и подал левую руку.

      — Рон, запоминаешь? — спросил Гарри. — Твою мать, хорош скалиться!

      — А вы смотритесь! — давя смех, прохрипел рыжий.

      — У нас уже есть девушки, — иронично заметил Гарри.

      Лицо Рона вытянулось. А Поттер ухмыльнулся при этом. Гарри же вложил свою руку в ладонь Невилла.

      — Ну, а вторую? — спросил он у Лонгботтома.

      Тот, слегка порозовев, положил Гарри руку на спину.

      — Так, давай первый шаг, — произнес тот. — Ногу назад и вбок. И раз.

      Невилл сделал требуемое, а Гарри, соответственно, поставил свою ногу, между его ступней…

     

      —…Рон, ты решил мне руку сломать? — иронично произнес Гарри.

      Рон ослабил хватку.

      — Давай еще круг, — произнес Поттер. — Невилл, давай хлопай.

      Под такое своеобразное музыкальное сопровождение, Гарри и Рон медленно прошли круг.

      — Ну вот, запомнил? — спросил Гарри. — Теперь, братва, только практика. Давайте теперь вы, а то я что-то притомился. Рон, пригласи Невилла.

      Рон подошел к сидящему на кровати Неву.

      — Позвольте пригласить вас… — начал он и прыснул.

      У Невилла тоже перекосило лицо, но руку он подал.

      — Рон, когда выводишь даму, — комментировал Гарри. — Руку держи чуть впереди. Да вот так. И встать ты, раз мужчина, то есть ведущий, должен спиной к залу.

      — К какому залу? — недоуменно спросил рыжий.

      — К бальному! — отрезал Гарри. — Не зли меня!

      Парни вышли на середину свободного пространства.

      — И-и, раз! Два! Три! — стал командовать Гарри. — Раз! Два! Три!

      Парни неуклюже прошли круг. Невилл поморщился, когда Рон все-же даванул ему ногу.

      — Мы тут еще поставим Лебединое Озеро! — усмехнулся Гарри. — Ну что замерли? Не верите своему счастью? Погнали дальше!

     

      4 сентября. Среда.

     

      Дорогой дневник. Тьфу, вот привязалось! Так, сегодня мы снова занимаемся в зале. Для начала все снова повторили установку Зон Действия. Почти у всех получилось с первого раза. Гермиона с гордым и независимым видом, все сделала на отлично. Рон слегка закосячил с Воронкой. И да, этот гребаный Диск у меня вышел кривой. Но с третьего раза получилось как надо. По пути возникло желание купить машину лимонов для слизеринцев.

     Сегодня мы изучаем создание канала. Задан был простой — прямая линия. Сначала его нужно было сделать в Шаре, потом, ну понятно. А для того, чтобы создать Канал, требовалось создать нормальную Зону. То есть получилось одновременно повторение вчерашнего урока и обучение новому. На удивление все быстро с этим справились. Хотя, в общем-то, это было несложно.

      После обеда мадам Бабблинг показала нам, то самое пустое заклинание. «Идис». Ну как пустое. Оно производило небольшой толчок. Пока профессор объясняла, старшекурсники вытащили штук двадцать железных таких треног, как для фотоаппарата, только вместо соответствующего прибора был закреплен стеклянный (наверное, стеклянный) шар, сантиметров тридцать в диаметре. Кстати, при установке этих штуковин, старшекурсники пользовались палочками. Да и переносили их тоже не вручную. Удобная штука, эта магия…

     

     * * *

     

      — Знаешь, Рон, — произнес Гарри, когда они возвращались с ужина. — У меня такое ощущение…

      Рыжий шел мрачный. Заклинание у него никак не получалось. Зона формировалась, канал, а потом лишь легкий хлопок. И так раз за разом. Гарри тоже не блеснул, получилось только раза с… в общем, попыток было явно больше двух десятков, но все же в конце в шаре появился синий туман. Гермиона вообще сейчас имела вид победительницы. У нее получилось с первого раза. Ожидаемо, Помнится Репаро у нее тоже вышло отлично, а тут явно проще задача.

      — В общем, Ронни, я думаю дело в твоей палочке, — закончил Гарри. — Она же у тебя…

      — Да, я не покупал ее! — огрызнулся рыжий. — Мама обещала…

      Рон вздохнул.

      — Есть предложение, — произнес Гарри. — Это же неправильно, что у тебя неподходящая палочка. В общем, у меня есть деньги…

      Рон зло так сверкнул глазами.

      — Я не нищий! — буквально прошипел он.

      «Опа, на мозоль попало!»

      — Ронни, ты перепутал, я не Малфой, — ответил Гарри. — Я помочь хочу. И деньги дам в долг.

      Рон, покраснев, шагал рядом, смотря в пол. Невилл деликатно слегка приотстал.

      — Рон, меня, знаешь ли раздражает, — продолжал Гарри. — Что какая-то белобрысая скотина ржет над гриффиндорцем. Тем более, над тобой. Так что я больше не тебе помогаю, а хочу умыть этого придурка. Кстати, за это ты мне поможешь кое с чем.

      — С чем? — мрачно спросил рыжий, покосившись на Гарри.

      — Да знаешь, есть один… слизеринец, — ответил Поттер. — Юморист. Хочу вернуть ему шутку.

      Уизли заколебался, смотря на Гарри.

      — А как мы… ну, мы же здесь, а лавка в Косом? — неуверенно произнес он.

      — О, думаю с этим надо подойти к МакГонагалл, — ответил Гарри. — Собственно, пошли.

      — Сейчас? — удивился Рон.

      — А ты что, свидание запланировал? — усмехнулся Гарри. — Чего тянуть-то? Нев, ты с нами?

     

     

     * * *

     

      Минерва смотрела на троих первокурсников, стоявших перед ней. Лонгботтом, Уизли и Поттер. Безусловно роль заводилы выполнял последний. Вот и сейчас именно он озвучил проблему.

      — Значит, мистеру Уизли нужно купить палочку? — уточнила она.

      — Да, профессор, — ответил Поттер.

      — Согласно правилам, мистер Поттер, — продолжила Минерва. — Ученики должны сделать это до приезда в школу.

      — Мы понимаем, — кивнул Поттер. — Но выяснилось, что палочка Рона ему не подходит. Что мешает ему успешно учиться.

      — И как вы это поняли, мистер Поттер? — едва заметная улыбка тронула губы МакГонагалл.

      — Сегодня у него постоянно срывались заклинания, — ответил Гарри. — Ну и еще то, что палочку он не подбирал, а взял… какая была.

      Уизли при этих словах нахмурился. Профессор строго смотрела на учеников. А потом встала.

      — Что же, хорошо, — произнесла она. — Мистер Уизли, где вы намерены приобрести новую палочку?

      — Думаю, лавка мистера Олливандера отлично подойдет, — ответил вместо него Гарри.

      — А что, мистер Уизли онемел? — спросила МакГонагалл.

      — Я… — Рон запнулся и еле слышно добавил. — Тоже так считаю.

      — Тогда сейчас вы идете к себе, мистер Уизли, — ответила декан. — И готовитесь к поездке.

      — Профессор, мне тоже нужно ехать с ним, — вставил Поттер.

      — Вам тоже нужно сменить палочку? — приподняла бровь МакГонагалл.

      — Нет, просто мне нужно взять деньги из Гринготтса, — ответил Гарри. — Которые я дал в долг Рону.

      — Тогда вы тоже собирайтесь, мистер Поттер, — вынесла решение декан.

     

     

     * * *

     

      5 сентября. Четверг.

     

      Ну что же, дорогой, мать твою за ногу, дневник. Все получилось, как надо. Деньги взяли, Рона порадовали… И приобрели должника. Осталось только повязать кровью, мву-ха-ха-ха! Гм… О чем это я? Ах да, поздравляю вас, теперь ваша банда может состоять из двух человек и теперь между «потрачено» и нами может встать кто-то другой. Теоретически по крайней мере.

      Браун теперь только пялится постоянно, как на новогоднюю елку. Да пошли все к дьяволу, что хочу… и кому хочу, то и покупаю! Да, косяк с платьем загладили, девушка подобрела, все ок. Сережки аккуратные, капельки, с черным камнем. Ювелир, хоть и хапуга, дело знает туго, посоветовал именно то, что надо. Вот странно, и платье — вещь, и серьги тоже. По сути, какая разница, что дарить? Ну да, это из той же оперы, что если девушка просто в нижнем белье, она раздетая, а в купальнике все норм.

      Сегодня выучили две Зоны для заклинаний, которые направляются, собственно, на того, кто их, заклинания, делает. Обратная Воронка и Яйцо. Последнее окружает волшебника. Интересно было оказаться внутри Зоны Действия, ощущается легкое покалывание по всему телу.

      Получается уже очень неплохо. Причем у всех. Но, думаю, это не показатель. Это как с азбукой. Все равно читать, писать все научатся. Но вот писателями или поэтами станут единицы.

      После обеда изучили два заклинания. У одного канал в виде дуги. Слово «Вэйспер». Зона действия воронка. Создает легкий ветерок. И еще одно, уже использующее Диск. Интересно чертится канал. Нужно двумя энергичными взмахами перекрестить реальность. Реально, канал в виде креста. Слово «Клипеум». При активации создается невидимая преграда. Вполне себе такая твердая. Если смотреть через нее, все видится слегка искаженно, как при взгляде через поток теплого воздуха. Интересно, на щитах крестоносцев, случаем, не из-за этого стали кресты рисовать?

      Вечерние занятия танцами также продолжаются. Честно говоря, я и сам скилл улучшил. Правильно говорят, когда учишь и сам быстрее осваиваешь. Рон, по поводу и без повода демонстрирует свою (бу-га-га!) палку…

     

     

     * * *

     

      Так, Невилл пошел сюда, значит идут. Гарри сделал знак Рону. Тот слегка скривился, но на лице было предвкушающее выражение.

      Вся сложность этого плана была в том, что, во-первых, нужно выбрать место действия, во-вторых, продумать план ретирады. Ну и еще нужно было найти тонкую, но достаточно прочную нитку. Причем она должна быть довольно длинной. Фред и Джордж помогли, но поставили условие, что они должны это видеть. Они и помочь хотели уже непосредственно с осуществлением, даже рассказали про соответствующее заклинание, но это не спортивно!

      Вот Нева обогнали те трое. Он роняет книгу, что нес в руках, они оборачиваются на ходу… Как приятно, когда видишь на лице неприятного человека страх! Пусть всего лишь от неожиданности… Да, попали все трое, но война дело такое, без жертв не обходиться. Рон наклонился, перерезая ножницами нитку, привязанную к ноге и Гарри шустро подтянул ее к себе.

      — Под ноги смотреть надо, метелки, — произнес он, проходя мимо встающих слизеринцев.

      И на недоуменные взгляды, одарил их лучезарной улыбкой.

      — Рон, давай, — произнес Гарри, когда завернул за угол, куда уже слинял рыжий.

      Тот подал ножницы. Гарри отстригнул нитку идущую к лодыжке и сунул ее в карман мантии.

      — Ходу, Ронни! — чувствуя какой-то лихой азарт, произнес Гарри, широко улыбаясь.

      «Ха, ну чисто по-детски, но почему-то так приятно!»…

     

      —… Это было весело, — произнес Фред.

      Да, это именно Фред. Он слегка сутулится и прищуривается. У Джорджа небольшой шрам на указательном пальце левой кисти, а еще он так глаза слегка округляет, когда говорит.

      — Дружно завалились, — кивнул Джордж.

      — Только теперь, — сказал Фред.

      — Тебе надо оглядываться, — усмехнулся Джордж.

      — Ну, как-то же надо развлекаться? — улыбнулся Гарри. — Да и бдительность потренирую!

      Близнецы переглянулись.

      — Если что, — произнес Джордж.

      — Обращайся, поможем, — добавил Фред.

     

     

     * * *

     

      Гермиона, от души жахнув дверью, вылетела в коридор. Лаванда зло усмехнулась и встала. Дойдя до места, где Грейнджер швырнула сережки, она нагнулась и подобрала сначала одну, а потом сделав шаг, другую.

      — Лаванда, мне кажется… — начала было Парвати, просидевшая всю перепалку на кровати.

      — И пусть! — оборвала ее Браун. — Если она такая дура…

      Лаванда распрямилась и посмотрела на Парвати. По ее губам змеилась презрительная улыбка.

      — Значит, пойдет на бал одна! — закончила девочка, сжав сережки в руке.

      Парвати наморщила лоб.

      — Я не понимаю, зачем вам этот Поттер сдался? — спросила Парвати.

      Лаванда усмехнулась.

      — Причем тут он? — ответила она. — Меня просто бесит, что этой всезнайке…

      Браун оборвала себя. А потом разжала руку и посмотрела на сережки. Ее глаза сощурились.

      — Она же ничего не поняла, — произнесла Лаванда. — Грейнджер даже не знает, сколько стоят эти сережки.

      — Что, дорогие? — простодушно спросила Парвати.

      Браун усмехнулась.

      — Это не то слово, — ответила Лаванда. — Той же Грейнджер, пусть она трижды богата, такое просто бы не продали…

     

      —… Невилл, а ты прямо актер! — говорил Гарри. — Если бы я не знал, то поверил бы, что ты эту книгу случайно уронил.

      Тот смущенно и одновременно довольно улыбался. Гарри посмотрел на Рона, который опять поглаживал свою новую палочку.

      — Знаешь, Ронни, это уже даже неприлично как-то, — иронично заметил Поттер. — Давай ты это хотя бы у себя делать будешь? Не при всех?

      Невилл слегка улыбнулся, а Уизли, слегка засмущавшись, убрал палочку. Тем временем они дошли до входа в Башню.

      — Добрый вечер, — улыбнулся Гарри Полной Даме. — Прекрасно выглядите!

      — Какие вежливые мальчики, — улыбнулась женщина. — Но пароль все равно сказать надо.

      — Конечно, — кивнул Гарри. — Капут Драконис.

      Женщина слегка улыбнулась и сделала приглашающий жест. С легким скрипом ее портрет вместе с дверью открылся и парни вошли внутрь.

      — Поттер! — навстречу парням буквально летела Гермиона.

      — Опа, — произнес Гарри.

      — Мы пойдем, — ехидно произнес Рон.

      Невилл виновато улыбнулся и пошел за ним.

      — Добрый вечер, Герми, — произнес Гарри.

      — Нам надо поговорить! — сверкая глазами отчеканила Гермиона.

      — Может не здесь? — предложил парень, обводя взглядом гостиную, где сидело довольно много народа.

      Которые при этом заинтересовано так посматривали. Девочка нахмурилась, покосилась в сторону.

      — Хорошо, — отрывисто сказала она. — Пошли.

      И буквально вбежала в коридор, из которого только что пришли парни. Гарри вздохнул и последовал за ней. Они вышли в коридор немного прошли по нему и вышли в небольшой зал перед лестницей. Гермиона все это время как-то сердито и стремительно шла впереди.

      — Гарри, — она так резко остановилась, что парень едва успел затормозить. — Я не хочу, чтобы ты мне что-то дарил.

      — По причине? — поинтересовался парень.

      Гермиона скрипнула зубами и едва не по-строевому повернулась к парню.

      — Потому что все начинают считать, — произнесла она сквозь зубы. — Что мы…

      Она запнулась и слегка порозовела.

      — В общем, что ты мне нравишься! — выпалила она.

      — А я тебе не нравлюсь? — мягко спросил Гарри.

      — Нет! — сверкнула глазами Гермиона. — То есть… В общем, я не для этого сюда приехала!

      — Хм, понятно, — спокойно ответил Гарри. — Скажи, я что, мешаю тебе учиться?

      — Да, это мне мешает! — отрезала девочка.

      «Сережки сняла. Так. Что же, пора, наверное, показать контраст»

      — Ладно, я понял, — кивнул Гарри. — Если тебе мешает, я не буду это делать.

      Гермиона недоверчиво посмотрела на него.

      — Ну, тогда… — нахмурилась она.

      — Я пойду? — спросил Гарри.

      — Да, — слегка сбитая с толку, ответила Гермиона. — Конечно.

      Парень слегка улыбнулся и пошел обратно в башню.

     

     

     * * *

     

      Гермиона, хмурясь, зашла в спальню. Ее встретили два взгляда. Один ироничный, второй любопытный. Девочка прошла до того места, где кинула сережки и подняла их. Не глядя на соседок, она положила на секретер. Браун, смотря на нее, только покачала головой. А Грейнджер взяла полотенце и не глядя на них вышла.

      Идя по коридору, она вновь прогоняла то, что сказала Гарри. И почему-то, ей не нравилось то, как легко он согласился. Словно она пыталась выломать дверь, а та оказалась открытой.

      «Ну и ладно!» — помотала она головой, прогоняя мысли…

     

      —…Привет! — Гарри вместе с Уизли и Лонгботтомом проходя мимо, как обычно жизнерадостно улыбнулся и махнул рукой.

      А все-таки было неприятно вчера вечером. А сейчас прямо отлегло, Гарри, похоже, и вправду, не обиделся. Гермиона встретилась глазами с Браун и слегка вскинув подбородок, вышла вслед за парнями из гостиной.

      За завтраком тоже ничего не изменилось. Гарри как обычно, сидел рядом.

      — Браун, ты чего такая счастливая? — пошел уже привычный обмен колкостями. — Что, свежего яду завезли?

      — Настроение хорошее, — произнесла та… и слегка сощурившись, посмотрела на Гермиону. — Вот сейчас тебе испорчу и будет еще лучше.

      — Ну, давай, рискни, — хмыкнул Гарри. — Когда я ем, это практически невозможно сделать!

      — Меня вчера спрашивали со Слизерина о тебе, — произнесла Браун.

      — Надеюсь, девчонки? — спросил Гарри.

      — Нет, — ехидно улыбнулась Лаванда. — Два парня с третьего курса.

      — Я смотрю, становится веселее, — ухмыльнулся парень. — Что же…

      В его голосе прозвучал азарт. Он даже ладони потер.

      — Рон, наши друзья не поняли урока, — весело сказал Гарри.

      Уизли промычал что-то невнятное, занятый поглощением еды. Браун приподняла бровь…

     

      Гермиона облегченно выдохнула и опустила палочку. Все получилось с первого раза! Даже Щит.

      — Молодец! — сказала профессор.

      Гермиона улыбнулась, кивнула и вернулась к остальным гриффиндорцам. Ее встретили напряженные лица тех, кто еще не сдал этот экзамен и улыбки тех, кто уже это сделал. И это напряжение, которое преследовало ее со вчера, стало отпускать. Девочка выдохнула и стала наблюдать за теми, кто вышел сейчас сдавать…

     

      … На обеде народ облегченно гомонил. Все-таки, несмотря на то, что Бабблинг говорила, что если не получается сразу, то нужно будет лишь еще немного потренироваться, все равно никому не хотелось быть отстающим.

      — Ну что, народ! — громко сказал Гарри, подняв свою кружку. — Вива нам!

      Первокурсники с готовностью его поддержали радостным гомоном.

      — Мы все красавчики! — продолжал парень. — Лаванда, не морщись и красавицы тоже… тут есть.

      Послышались смешки.

      — Какой тонкий юмор, — с иронией ответила та. — В своей деревне ты самый главный шут?

      — Да ладно, я же видел, ты тоже улыбнулась, — ответил Гарри.

      — А ты что, следишь за мной? — ехидно осведомилась Браун.

      — Я за всеми слежу, — хриплым голосом маньяка ответил Поттер. — Я всегда рядом! Страшно?

      — Ага, очень, — помахала рукой Лаванда.

      — Рон, ну скажи, страшно же? — спросил Гарри у сидящего рядом Уизли.

      — Почти, — ответил тот, явно давя улыбку.

      — Злые вы, уйду я от вас, — вздохнул Гарри. — Стараешься, входишь в образ… И что в ответ? «У тебя почти получилось»…

      Парень в притворной грусти повесил голову.

      — Кстати, — заговорил он, таким тоном, будто ничего не было. — Экзамен мы сдали. А после обеда, чем будем заниматься?

      Уизли пожал плечами.

      — Тогда предлагаю устроить пикник! — сказал Гарри. — Погода сегодня отличная, тепло!

      — И как мы наружу выйдем, вождь? — иронично спросила Браун.

      — Зачем наружу? — удивился Гарри. — Я у лодочного эм… здания, приметил отличное место!

      — Но, наверное, надо разрешения спросить? — произнесла задумчиво Патил.

      — Верьте мне! — стукнул себя в грудь кулаком Гарри. — И я поведу вас!

      — Только не надорвись, — насмешливо прокомментировала Браун.

      — Не подрывай мою веру в себя! — притворно возмутился Гарри.

     

     

     * * *

     

      Минерва, стоя на застекленном балконе, наблюдала через призрачную линзу специального заклятия за первогодками. Конечно, там были старосты, да еще и близнецы увязались, но…

      — На редкость дружные в этом году дети, — раздался на балконе голос директора.

      Минерва оглянулась. Дамблдор подошел ближе.

      — Пожалуй, — коротко ответила женщина.

      Директор подошел ближе.

      — Годрик был бы доволен, — произнес он. — В этом году Распределение было удивительно точным.

      Перед Дамблдором тоже появилась линза. Некоторое время взрослые молча наблюдали за веселящимися детьми.

      — Меня беспокоит Гарри, — произнесла Минерва.

      — Чем же? — спросил Дамблдор, посмотрев на нее.

      — У него, как бы это сказать… — ответила женщина. — Он слишком серьезный. Даже когда улыбается, такое ощущение, что он смотрит, оценивает, как на это реагируют.

      Директор ответил не сразу.

      — А как у него дела с остальными? — спросил он, наконец.

      — Точнее, как у остальных дела с ним, — ответила Минерва, слегка улыбнувшись. — Этот пикник, тоже его идея.

      — Вот как, — погладил бороду Дамблдор. — Что же, это неплохо, что Гарри заводит себе друзей.

      — Если не сказать больше, — заметила Минерва.

      Директор вопросительно поднял брови.

      — Я и сама сначала не поверила, — ответила профессор. — Но потом увидела сама. Гарри явно ухаживает за одной из своих сокурсниц, Гермионой Грейнджер.

      Дамблдор улыбнулся и снова погладил бороду.

      — Не скажу, что это меня очень удивило, — произнес он. — Еще когда я начинал преподавать, вместо ванной для старост были комнаты для женатых учеников. Видимо, Гарри взрослеет раньше своих сверстников.

      Минерва нахмурилась, смотря на своих подопечных.

      — Альбус… — начала было она.

      — Такова реальность, Минерва, — произнес директор. — Мы не можем пройти этот путь за него. А вот помочь можем.

      Женщина тяжело вздохнула. В этот момент со стороны отдыхающих в небо взвились два ярких шара из света. Поднявшись довольно высоко, они лопнули разноцветными огнями.

      — Уизли, — многообещающе произнесла МакГонагалл.

      Вслед за первыми, в небо взмыли еще два шара.

      — Хм, у них определенно получается все лучше и лучше, — добродушно заметил Дамблдор. — В качестве наказания, пусть проверят светильники.

     

     

     * * *

     

      Четверо мужчин осторожно вытащили из небольшого грузовичка увесистый и большой ящик. Они аккуратно поставили его на землю.

      — Сэр? — обратился к странному мужчине в синей чалме, старший. — Что-то еще?

      — Нет, дальше я сам, — ответил тот.

      Старший покосился по сторонам. Чистое поле, только невдалеке, у озера, какие-то развалины.

      — Тогда с вас сто двадцать фунтов, сэр, — спокойно произнес старший.

      — Конечно, — кивнул грузополучатель и полез во внутренний карман…

     

      … Через десять минут грузовик ехал обратно к Гленфиннану, а водитель вяло переругивался с пассажиром, тем самым старшим. Мужчина, вспоминая предков рулевого, недоумевал, как можно так ошибиться в родных местах.

      Суббота 7 сентября 1991 года.

     

      Рон конкретно так вцепился в какого-то парня чуть старше. А вот Гарри эта игра (плюй-камни) как-то вот совсем не глянулась. Вот полностью. По сути, отдаленное подобие бильярда. Просто время убить.

      — Ронни, мы прогуляемся! — громко сказал Гарри.

      Тот в ответ махнул рукой и чуть склонился, вытягивая руку с палочкой и примериваясь с следующему удару.

      — Нев, пойдем, посмотрим что ли теплицы, — сказал Гарри.

      Тот с удивлением посмотрел на товарища.

      — Нужно же знать, куда могут сослать на работы, — ответил тот, криво улыбнувшись. — Ну и просто я в той стороне еще не был.

      — Я тоже, — негромко сказал Невилл.

      — Ну, вот и просветимся, — произнес Гарри и так, доверительно склонившись ближе, добавил. — Это все лучше, чем… м-м… камни пинать.

      Лонгботтом слегка улыбнулся. Он, кстати, даже пробовать не стал играть. То ли вообще не хотел, то ли уже ранее ознакомился.

      — Слушай, ну ты же среди волшебников жил, — спрашивал Гарри, пока они не спеша шли вокруг замка. — Неужели кроме квиддича и этих плевательных камней больше нет никаких развлечений?

      — Я с бабушкой жил, — ответил Невилл. — Общался только с родственниками… Иногда.

      Он кинул какой-то такой взгляд на идущего рядом товарища, словно соображал,

      — Я думал, что не поеду сюда, — закончил он сдавленным тихим голосом.

      — Нев, прости, но я же в этих делах вообще дуб, — сказал Гарри. — А почему ты мог сюда не поехать?

      — Моя способность к магии, — ответил Невилл. — Я думал, что вообще сквиб.

      — А, вот это я знаю, — произнес Гарри. — Это потомок волшебников, который не может или почти не может колдовать, да?

      Лонгботтом молча кивнул.

      — Ну, я-то вообще не знал обо всем этом, — обвел рукой окрестности Поттер.

      Некоторое время парни шли молча.

      — Гарри, — заговорил вдруг Невилл. — А ты скучаешь по родителям?

      И испуганно так посмотрел на товарища, явно пожалев, что спросил это.

      — Я же ни разу их не видел, — ответил Гарри. — В смысле, видел, конечно, но не помню этого.

      Невилл помрачнел лицом и опустил глаза.

      — А я хочу стать колдомедиком, — произнес он глухо.

      — То есть врачом-магом? — уточнил Гарри, не став говорить товарищу, что как-то резко он тему поменял. — Хорошая цель.

      — Да, — откликнулся Невилл.

      — А я вот даже еще не до конца понял, что являюсь волшебником, — улыбнулся Гарри. — Хоть и не раз уже видел доказательство и даже не раз сам его демонстрировал…

     

      —…Эй, ты! — раздался окрик.

      Гарри обернулся. Ага, двое из той троицы шутников, проверивших закон тяготения. На лицах одновременно какая-то злобная радость и презрение.

      — Невилл, сейчас они предложат тебе отойти, — сказал Гарри. — И ты отойдешь.

      Тот бросил на него изумленный взгляд.

      — Только далеко не отходи, — по губам Гарри скользнула зловещая улыбка. — Встань невдалеке и смотри. Лучше всего позади них. Если начнут применять магию, лупи тем, чем можешь.

      — Я только «Идис» и «Вейспер» знаю! — прошептал Нев.

      — Ну что поделать, применяй их, — произнес вполголоса Гарри.

      Двое третьекурсников подошли к парням.

      — Ты Поттер? — спросил один из них.

      Гарри разочарованно выдохнул.

      — А что, без стандартного начала никак? — спросил он.

      — Чего? — не понял спрашивающий.

      — Я говорю, вы совершенно точно знаете, кто я, — пояснил Гарри. — Давайте сразу переходить к сути. Без этих детских заходов.

      — Что-то ты больно… — третьекурсник презрительно оттопыривая губу, сощурившись смотрел на Поттера.

      — Дерзкий галстук, — закончил за него Гарри. — Скажите, а я такой же буду?

      — Какой? — недоуменно спросил сбитый с толку собеседник.

      — Скучный, — ответил Поттер. — Надеюсь, на Гриффиндоре такое не практикуется.

      Он посмотрел на парней перед ним, которые, похоже, несколько растерялись.

      — Ну и? — предложил он продолжить разговор. — Вы подошли спросить мое имя? Если это все, я продолжу прогулку.

      И на самом деле показал, что, вроде как, собирается поворачиваться.

      — Стой, — удержал его за плечо третьекурсник. — Я еще тебя не отпускал.

      — А ты что, моя мамочка? — поинтересовался Гарри. — Или директор?

      — Заткнись, — процедил слизеринец и посмотрев на Невилла добавил. — Исчезни.

      Нев бросил на Гарри вопросительный взгляд. Тот еле заметно кивнул. Лонгботтом отошел в сторону.

      — Ты нам должен, — заговорил третьекурсник.

      — И кому же я задолжал? — поинтересовался Поттер.

      Слизеринец осклабился. А в следующий момент его кулак врезался в живот собеседника. Гарри сложило.

      — Только на язык борзый, — процедил третьекурсник.

      А Гарри, сипло дыша, не разгибаясь, сделал знак уже Невиллу, который уже наставил палочку на ничего не подозревающих слизеринцев. Отдышавшись, Поттер сплюнул на землю.

      «Аристократики!» — скользнула у него злая такая мысль…

     

      …А кабинет директора был довольно оригинальным. Круглая комната с высоким потолком. От дверей нужно было повернуть направо и пройдя мимо шкафов, в которых стояли, видимо, какие-то приборы, подойти к возвышению, где стоял довольно массивный письменный стол. И это еще не все, стол находился в этакой каменной беседке, то есть над ним имелась крыша. За рабочим местом директора были полки с книгами до самого потолка.

      — Стойте здесь, — строго сказала МакГонагалл.

      Четверо участников драки нахмуренно переглянулись. Тот слизеринец, который молчал при разговоре, еще раз попытался отряхнуться. Его одежда и вправду, сейчас имела весьма непрезентабельный вид. Еще бы, трудно сохранить ее чистой, проехавшись на пузе метров пять. Сам Гарри поправил рубашку на груди. Пуговицы того… Его оппонент время от времени морщился, потирая грудь, куда его боднул Поттер. Колени его были зеленые, потому что трудно устоять на ногах, когда тебе яйца на прочность проверяют… МакГонагалл пришла с одной стороны не вовремя, Гарри уже прикидывал, как бы половчее приложить носок ботинка к лицу противника. С другой стороны, его напарник уже достал палочку и это Гарри упустил из виду. Увидел уже тогда, когда их окрикнула декан.

      «Черт, нужно помнить об этом. Это не просто детишки. Это детишки, считай, со стволами».

      Дверь распахнулась, и в кабинет директора зашел профессор Снейп собственной персоной.

      — Мистер Поттер, — произнес он. — Отчего-то я не удивлен.

      Своих он окинул внимательным и таким многообещающим взглядом. Те явственно стушевались, на их лицах пропечаталась досада. А еще несколько удивила реакция МакГонагалл. Она одарила Снейпа весьма недружелюбным таким взглядом.

      Кстати, Невилл единственный, кто сохранил приличный вид. Он-то непосредственно в плотный контакт не вступил. Гарри легонько коснулся скулы, куда его успел приложить противник и поморщился. Хорошо хоть скула, а не глаз…

      Дверь снова открылась, на этот раз, впуская хозяина кабинета. Войдя, директор окинул взором поверх очков присутствующих и слегка улыбнулся.

      — Мистер Поттер, — произнес Дамблдор, сев за стол. — Вы побили негласный рекорд по скорости прихода сюда, из-за нарушения дисциплины. Прошлый, вашего крестного отца, был две недели и держался девятнадцать лет.

      «Крестный? И такой у меня есть, оказывается. Интересно».

      — Что же, результаты ясно видны, — продолжал директор. — Как и сам процесс. Не расскажете нам, что послужило причиной вашего конфликта?

      Гарри честно сделал паузу, предлагая высказаться старшим товарищам. Ну и чтобы прояснить для себя, принято ли тут сразу колоться. Но слизеринцы упорно молчали.

      — Они показывали нам Хогвартс, — заговорил Гарри. — Я спросил про практическое применение заклинаний «Идис» и «Вейспер». И мы несколько увлеклись.

      В глазах Дамблдора явно промелькнули смешинки.

      — Да будет вам известно, мистер Поттер, — процедил Снейп. — Подобные практические занятия должны проводиться в специально отведенных помещениях. За применение магии вне этих помещений, на ученика накладывается наказание.

      — Да мы не хотели доводить до практики, — развел руками в притворном сожалении Гарри. — Как-то само собой вышло. Я сомневался, мне доказывали. Возможно, мы несколько погорячились.

      — Несколько погорячиться, мистер Поттер, — опять ответил Снейп. — Это если бы остановились на словах. Ваши же действия являются грубым нарушением правил.

      — Я сожалею, — скромно потупился парень.

      — Одних сожалений мало, мистер Поттер, — Снейп сверкнул взглядом. — Если подходить к делу формально, то вас и вашего… подельника, можно подвести под исключение.

      — Не будем доводить дело до крайности, профессор, — произнес директор. — Но наказание участники этого… спора должны понести. Мистеру Филчу всегда нужны помощники. Думаю, двух недель работы хватит, чтобы все обдумали свое поведение. После занятий, разумеется.

      Снейп явно был не согласен, но свое мнение оставил при себе. Он коротко кивнул своим подопечным и резко развернувшись, так что мантия взметнулась, как крылья, стремительным шагом покинул кабинет. Слизеринцы поспешили за ним.

      — Гарри, не стоит начинать свой путь волшебника с того, чтобы приобретать себе врагов, — произнес Дамблдор. — Возможно, иногда стоит быть сдержаннее?

      — Извините, директор, — покаялся Гарри.

      «Буду выбирать места поукромнее. Чтобы не спалили», — добавил он, про себя.

      — Можете идти, — сказал директор. — Но в понедельник вы должны явиться после занятий к мистеру Филчу, не забудьте.

      Парни практически синхронно кивнули.

      — Меня все время тянет назвать Гарри Джеймсом, — произнес Дамблдор, слегка улыбнувшись, когда виновники торжества покинули его кабинет. — Такой же упрямый взгляд и дерзость. И за словом в кармане не лезет.

      — Я бы сказала, что он слишком похож на своего отца, — вздохнув, откликнулась декан. — Хорошо, что с ним рядом нет кого-то типа Сириуса Блэка. Иначе бы пришлось отстраивать Хогвартс заново.

     

     * * *

     

      Рон встретил их у самого кабинета директора. На лице Уизли было написано волнение и некоторый стыд.

      — Ну что? — нетерпеливо спросил он.

      — Да выписали две недели отработки, — ухмыльнулся Гарри. — Считай, отделались легким испугом.

      Рон облегченно выдохнул.

      — Кстати, Нев, — Гарри посмотрел на товарища. — Спасибо. И извини за то, что я тебя в это втянул.

      Тот слегка покраснел. Но подбородок приподнял.

      — Ничего, — ответил Лонгботтом и в его голосе проскользнула гордость.

      — Что ж, тогда предлагаю проследовать на ужин, — сказал Гарри. — Но сначала мне надо немного переодеться. Вы идите, я сбегаю до спальни и приду.

      — Вместе пойдем, — буркнул рыжий. — А то вдруг вас еще куда понесет.

      Парни двинули в сторону башни Гриффиндора.

      — Ты смотри, — сказал Гарри Уизли. — Вот так все и начинается. Сначала тянет соблюдать правила. Потом в библиотеку. А потом не заметишь, как стал старостой.

      — Я старостой?! — фыркнул Рон. — Да скорее Гермиона читать перестанет!

      — Эй, ты за языком-то следи, — вроде бы строго сказал Гарри, но Рон лишь усмехнулся.

      — Да-да, как я мог забыть, что вы… — рыжий запнулся, подбирая слова.

      — Ты смотри, еще пара недель отработки меня не испугает, — с притворной угрозой сказал Гарри. — Нам, рецидивистам, человека прихлопнуть, что высморкаться!

      Невилл, шел рядом и едва заметно улыбался, слушая эту пикировку. А в душе парня все играло незнакомое ранее чувство гордости за себя. Впервые в жизни он взял и ответил на грубость силой. И это ощущение ему нравилось. Это было очень необычно, смотреть на себя не со стороны смирения с тем, что он такой, какой есть, а вспоминать тот момент, когда третьекурсника сбило с ног. Оказывается, когда защищаешь кого-то, то решиться на решительные действия намного легче…

     

     * * *

     

      Снейп распекал своих подопечных, применяя свою способность натурально вымораживать помещение ледяным тоном. Слизеринцы, которые сейчас находились в гостиной и слушали своего декана, не могли вспомнить случая, когда профессор применил бы слова из ненормативной лексики. Но он умел так подбирать обычные, что прямо в душу падали… Кирпичами.

      — Я не буду никоим образом наказывать вас за саму драку, — цедил Снейп. — Факт того, что вас, учеников третьего курса, слизеринцев, состоящих в Дуэльном Клубе, смогли застать врасплох первокурсники, которые в магии еще не просто новички, а нули, уже достаточно выразителен. Никогда нельзя недооценивать противника, сколь бы жалким он не казался. Особенно это касается волшебников.

      Ровный невыразительный голос профессора казался каким-то… страшным? Словно он говорил не об этом случае, а о чем-то намного более серьезном. Тишина в гостиной стояла просто гробовая, а между тем тут находилось без малого три десятка человек.

      — Мистер Селвин, — обратился он к тому парню, что и начал весь этот спектакль. — Напомните-ка мне, что должен делать маг, вступая в схватку?

      — Посмотреть по сторонам, — буркнул Берни Селвин.

      — Если вы все помните, мистер Селвин, — теперь в голосе Снейпа явно проскользнула ирония. — Почему же вы оголтело кинулись в бой? Не проконтролировав то, где находится товарищ Поттера?

      Он сделал паузу, смотря на мрачных парней.

      — Позвольте предположить, — продолжил профессор. — Вы посчитали его неопасным? Человека из семьи чистокровных волшебников? Как можно быть настолько тупыми? Мистер Трэверс, не поясните этот момент? Вижу, вы не можете найти слова? Надеюсь, в письменном виде вы будете более красноречивы. К понедельнику будьте любезны, представить мне эссе, с разбором вашего… поединка и с вариантами, как это следовало провести правильно. Мистер Селвин, вас это тоже касается. И если ваши работы хоть немного будут похожи, вы выпуститесь из Хогвартса писателями.

      Снейп развернулся на месте и быстрым шагом вышел из гостиной.

     — Декан в своем стиле, — прокомментировал Маркус Флинт. — Вроде и не наказал, но лучше бы котлы мыть заставил.

      — Да, я как вспомню то эссе по способам опреснения и очистки воды… — добавил Кассиус Уоррингтон. — Б-р-р!

     

     

     * * *

     

      Лаванда с ироничной улыбкой смотрела, как троица парней занимает свои места за столом.

      — Что это с твоим лицом? — поинтересовалась девушка у Поттера. — Неужели кто-то обидел нашего «вождя»?

      — Чтобы меня обидеть, Лаванда, — произнес с усмешкой Гарри. — Надо очень постараться. А вот заинтересовать меня легко.

      — И кто же тебя «заинтересовал»? — спросила Браун.

      — Твои друзья-слизеринцы, — с иронией ответил парень. — Кстати, когда в следующий раз будешь говорить им, где мы, передай, что игр больше не будет.

      — Я с ними после того раза больше не разговаривала, — сузила глаза Лаванда.

      — Тогда это еще интереснее, — произнес Гарри. — Потому что вряд ли они случайно нас нашли.

      — Теория заговора? — насмешливо сказала Браун. — А не слишком ты о себе большого мнения, Поттер?

      — Предпочитаю думать самое плохое, — хмыкнул Гарри. — Потому что тогда все остальное радует.

      Сидящая рядом с ним Гермиона кинула на него, а точнее на ссадину на скуле, быстрый взгляд, но промолчала.

      — Меня другое печалит, — тем временем сказал парень. — Волшебная школа, аристократы и все такое. А нравы, как в рабочем квартале.

      — Ну, тебе-то не привыкать? — язвительно произнесла Лаванда.

      — Да, мне нормально, — кивнул Гарри. — Просто я надеялся, что хоть тут будет этого поменьше. Но, оказалось, что аристократы это такое же быдло, только богаче. Грустненько.

      Парень с сожалением вздохнул.

      — Но теперь я знаю, что можно не стесняться! — ухмыльнулся он.

      — То есть до этого ты скромничал? — иронично отозвалась Браун. — Надеюсь, это будет происходить не в моем присутствии.

      — А вообще могла бы и посочувствовать, — заметил Гарри, беря ложку.

      — Это с чего вдруг? — приподняла бровь Лаванда.

      — Мы все-таки гриффиндорцы и однокурсники, — сказал парень.

      — Да мне иногда самой хочется отправить тебя в больничное крыло, — фыркнула Браун.

      Гарри поднял на нее удивленный взгляд.

      — Неожиданно, — сказал он. — А ты смелая.

      — Чего? — не поняла девушка.

      — Я бы не смог так в открытую признаться, — продолжал парень.

      — В чем? — Браун явно начала злиться.

      — В том, что я тебе нравлюсь, — усмехнулся Гарри, погружая ложку в суп.

      Браун некоторое время удивленно пялилась на парня. Гермиона тоже посмотрела на него изумленно.

      — А тебя не слишком сильно стукнули? — поинтересовалась Лаванда. — Мне кажется, тебе все же стоит показаться врачу.

      — Да ладно, я все понимаю, — ухмыльнулся Гарри. — Не волнуйся, я не собираюсь использовать твои чувства.

      — Поттер, — в голосе девушки уже явственно слышалась угроза. — Я не эти придурки со Слизерина. Я тебя бить не буду…

      — Воу-воу! Давай не при всех! — якобы заволновался Гарри. — Что-то ты сегодня прям разбушевалась!

      На губах Браун появилась такая многообещающая злая улыбка. Она бросила на сидящую рядом с парнем нахохлившуюся какую-то Гермиону снисходительный взгляд и сказала:

      — Значит, нам надо поговорить наедине. После ужина.

      Теперь уже Гарри приподнял брови.

      — И это после того, как ты мне угрожала? — ответил он. — Тебе тогда придется немного подождать. Я хотя бы завещание напишу.

     

     

     * * *

     

      А Браун не шутила. Она действительно захотела поговорить наедине. Хвала богам, что возраст еще не подразумевает всяких волнующих пошлостей при этом. Да, вот только женское правило опаздывать, она соблюдает прям как взрослая. Гарри, сидя на скамейке в коридоре возле вестибюля, зевнул и спохватившись, прикрыл рот рукой.

      — Гарри? — раздался голос.

      Парень поднял глаза. Дафна Гринграсс. И эта стерва с каре, с которой Браун сцепилась тогда. Как ее… Паркинсон.

      — Добрый вечер, — Гарри встал и слегка склонил голову. — Прогулка перед сном?

      Дафна слегка улыбнулась.

      — А ты кого-то ждешь тут? — спросила Гринграсс.

      — Да и, к сожалению, она опаздывает, — чуть улыбнулся Гарри. — Так что спасибо за то, что скрасили мне ожидание.

      — Она? — чуть приподняла брови Дафна. — Ты пришел на свидание?

      — Ну, можно и так сказать, — усмехнулся парень.

      — Скорее всего, над ним подшутили, — ядовито так улыбнулась Пэнси.

      — Вполне возможно, — беззлобно отозвался Гарри. — А может быть просто застеснялась.

      — Это кто это тут застеснялась? — ага, все-таки явилась.

      Браун подошла ближе.

      — Поттер, тебя что, даже на минуту оставить нельзя? — осведомилась она.

      — А ты не рановато начала ревновать? — вернул подачу Гарри.

      — Ревновать? — на лице Лаванды отразилось презрение. — Тебя? Это с чего вдруг?

      — Мы пойдем, — Дафна вежливо улыбнулась.

      — Спасибо за беседу, Дафна, — Гарри прижал руку к груди. — Если что-то будет нужно, я всегда к вашим услугам.

      Девушка кивнула и увела подругу, которая, судя по лицу, явно хотела добавить что-то язвительное.

      «Что-то вокруг меня многовато стерв», — подумал Гарри, смотря им вслед.

      — Ну, насмотрелся? — поинтересовалась Браун, сложив руки на груди.

      — А что, нельзя? — спросил парень. — Мы с тобой вроде не встречаемся, чтобы я верность тут соблюдал.

      — Об этом я и хотела поговорить, — произнесла девушка.

      Гарри удивленно уставился на нее.

      — Пошли, — кивнула Браун в сторону выхода. — Тут могут случиться ненужные свидетели.

      — Заинтриговала, — произнес парень. — Надеюсь, ты меня не в секту будешь вербовать?

      — В секту? — не поняла девушка.

      — Боги, как вы волшебники так ухитряетесь вообще ничего не знать о внешнем мире? — сказал Гарри. — Пойдем, я по пути расскажу тебе, что такое секта в современном мире.

     

     

     * * *

     

      С озера тянуло не прохладой, а натуральным холодом. Солнце уже наполовину скрылось за холмами, и на небе появились первые звезды. Гарри и Браун не спеша шли по дорожке к лодочному зданию.

      — Мой папа никогда не любил эти игры знатных семей, — говорила Лаванда. — Он всегда предпочитал работать, а не надеяться на обещания кого-то. Они с мамой сумели создать небольшую компанию по сбору и хранению ингредиентов для зелий. Ничего запрещенного или опасного. Дела шли хорошо, но двенадцать лет назад моему отцу сделали предложение. Пожиратели Смерти…

      — Судя по твоему тону, он от него отказался? — уточнил Гарри.

      — Да и как показали события, совершенно правильно сделал, — кивнула Браун. — Тогда многие потеряли деньги. И возможности. Папа же сумел расшириться.

      — Так ты богатая наследница? — усмехнулся парень.

      Лаванда скривилась, будто ее матерно обозвали.

      — И теперь эти поклонники Темного Лорда ищут возможность… — девушка запнулась, подыскивая слово.

      — Чтобы твой отец поделился денежкой, — подсказал Гарри.

      — Да, — кивнула Лавадна. — За последний год папа отказался от трех предложений о помолвке.

      — Повезло тебе с отцом, — заметил парень. — Или он ждет более выгодного предложения?

      Браун с некоторым удивлением и… брезгливостью посмотрела на Гарри.

      — Мой папа считает, что союз с любой чистокровной семьей приведет к тому, — Лаванда вздохнула, — что из его бизнеса уйдет часть денег.

      — Ну и от меня-то ты что хочешь? — спросил Гарри. — Если ты так намекаешь о том, чтобы я сделал предложение, то мне не кажется это хорошей идеей. Теперь уже по причине того, что я буду в подчиненном положении.

      Браун сощурившись, смотрела на парня.

      — Гарри, тебе сколько лет на самом деле? — спросила она.

      — Знаешь, ты тоже рассуждаешь не как ребенок, — хмыкнул Гарри.

      — Я сколько себя помню, была рядом с родителями, — ответила девушка. — Когда они ездили в Шотландию, Ирландию, а потом и в Европу. И слушала не сказки, а рассуждения о людях.

      — Так ты получается, и в травах разбираешься? — поинтересовался Гарри.

      — Не надо об этом, — поморщилась Браун. — Не напоминай мне.

      — Ну, так и? — предложил парень перейти к сути.

      — Позавчера Винсент Крэбб предложил пойти с ним на бал, — наморщила нос Лаванда.

      — Поздравляю, — откликнулся Гарри, но посмотрев на кислое лицо девушки, добавил. — Или ты не хочешь?

      — Крэббы союзники Малфоев, которые конкурируют с отцом в делах с редкими ингредиентами, — ответила Браун.

      — Так откажись, — произнес парень. — Не вижу проблемы.

      — Я не могу пойти одна на бал! — воскликнула Лаванда.

      — Найди кого-нибудь другого, — сказал Гарри, пожав плечами.

      — И кто не испугается Крэбба? — поинтересовалась Браун.

      — Тогда иди одна! — хмыкнул Гарри. — Или вообще не ходи, тоже вариант.

      — Там будут мои родители, — мрачно сказала девушка. — В общем, Поттер. Я хочу пойти с тобой!

      Парень удивленно задрал брови.

      — Спасибо, конечно, — произнес он. — Но у меня уже есть пара.

      — Которая от тебя нос воротит? — насмешливо заметила Лаванда.

      — Это наши проблемы, — спокойно ответил парень. — Не нужно в них лезть.

      Они дошли до лодочного здания и вышли на берег озера, где вчера веселились. Девушка, опустив голову, напряженно думала, покусывая нижнюю губу.

      — Тогда, — сказала она. — Я пойду с вами.

      У Гарри аж лицо вытянулось от такого заявления.

      — Это… Кхм, — он даже слов не находил, чтобы ответить. — Думаю, это вряд ли возможно.

      — А что такого? — Лаванда вперила в него пристальный взгляд. — Мне лишь нужно, чтобы Крэбб отстал. И зайти в зал не одной. Потом делайте что хотите!

      — Ты серьезно? — удивленно спросил Гарри. — Браун, я, конечно, человек широких взглядов…

      — Что ты хочешь за это? — деловито так спросила Браун.

      — Прости, а что ты можешь мне дать? — поинтересовался парень.

      — Деньги, — ответила девушка. — У меня с собой семь галлеонов.

      — Мы тоже не бедствуем, знаете ли, — хмыкнул Гарри. — И предлагать деньги, это же моветон.

      — Хочешь, я помогу тебе с Грейнджер? — внесла следующее предложение Лаванда.

      — Уже теплее, но все равно не то, — сощурился Гарри.

      — Тогда сам предложи, — с крайне серьезным выражением лица сказала девушка.

      «А ведь деньги просто лежат. Тупо валяются в банке. А ведь они и кончиться могут. Значит, ингредиенты? Интересно».

      — А расскажи-ка мне подробнее о делах твоего отца, — произнес парень…

     

      …Лаванда зашла в комнату. Грейнджер лежала на кровати и читала очередную книгу. Браун вздохнула и прошла к своему ложу.

      «Только с Гермионой сама договаривайся. Я не самоубийца такое ей предлагать. Но когда будешь говорить, упирай на выгоду. Герми, несмотря на… все, человек довольно практичный».

      Вот только как начать ТАКОЙ разговор? Тем более здесь. Что, опять идти к лодочному зданию? Так поздно уже…

      «Ладно, это не срочно. Еще выдастся момент. А может быть они поссорятся и ничего не надо будет говорить. Кстати… Нет, этот Поттер не дурак, может и догадаться. Тем более, после сегодняшнего разговора. Черт, опять поторопилась! Надо было сначала рассорить их! Хотя… Это могло и не получиться».

      Лаванда бросила задумчивый взгляд на Грейнджер. Кстати, она так и не носит те сережки…

      — Слушай, Грейнджер, — произнесла Браун. — А те сережки…

      Та оторвалась от книги и одарила Лаванду мрачным взглядом.

      — Ты же их все равно не носишь, — сказала Браун. — Может, пока дашь их мне?

      Та долго так смотрела в ответ и ничего не ответив, вернулась к книге. Но ее щеки слегка порозовели. И губы вытянулись в нитку, так плотно она их сжала.

      «Ладно, торопиться не будем».

     

     

     * * *

     

      9 сентября, понедельник.

     

      Что же, сегодня начиналась настоящая учеба. Трансфигурации стояло четыре урока или две пары. И опять их занятия были со слизеринцами.

      — Поттер, ты снова с этим рыжим? — поднял брови Малфой. — Не понимаю, зачем ты это делаешь? Совершенно же бесполезное существо.

      — Вижу ваши выходные прошли скучно, мистер Малфой? — насмешливо ответил Гарри. — Да и не могли бы вы не применять принятый среди слизеринцев обычай унижать друг друга, в адрес приличных людей?

      На лице Малфоя появилось удивленное выражение.

      — У тебя что, голос прорезался? — спросил он, скривив губы. — Учти, со мной твои фокусы не прокатят.

      — Мистер Малфой, — произнес Гарри скучающим тоном. — Вы тоже хотите попасть со мной на отработку?

      Атмосфера между двух групп учеников, стоящих сейчас возле кабинета трансфигурации, существенно похолодела. Рон и Невилл без слов заняли позиции за Гарри.

      — Поттер, ты что, вздумал мне угрожать? — процедил Малфой.

      — Просто вы так упорно нарываетесь на порку, что мне уже надоело, — ответил Гарри. — Я думал, что уж среди людей, которые называют себя аристократами, принято соблюдать нормы приличия. Но, видимо, вы такие же аристократы, как я балерина.

      — Дуэль, — процедил Драко. — Сегодня.

      — Вы уверены в своем решении? — произнес Гарри. — Не хотите взять свои слова назад?

      — Что ты несешь? Какое еще «взять назад»? — буквально выплюнул слова Малфой. — Сегодня вечером ты будешь умолять меня на коленях пощадить тебя!

      — Какая экспрессия, — усмехнулся Гарри. — Но драка ради драки меня не привлекает. Я не намерен поставлятся под наказание, ради чьего-то чувства уязвленного достоинства.

      В коридоре появилась профессор МакГонагалл. Она обвела учеников и особенно стоящих друг напротив друга Малфоя и Поттера подозрительным взглядом.

      — Мистер Поттер, что тут происходит? — строго спросила она.

      — Совершенно ничего, профессор, — улыбнулся Гарри. — Просто разговор.

      — Вынуждена напомнить вам, мистер Поттер, — сказала МакГонагалл. — Что у вас уже есть замечание по дисциплине. И вы еще даже не отбыли за него наказание. Не вынуждайте применять к вам более суровые меры.

      — Мне все предельно ясно, профессор, — кивнул Гарри.

      Женщина смерила его недоверчивым взглядом и, покачав головой, прошла к двери кабинета.

      — Позже я сообщу условия нашей… встречи, — сказал Гарри Малфою. — Надеюсь, вы понимаете, что об этом лучше знать только тем, кто не сможет помешать нам?

      Малфой презрительно усмехнулся в ответ.

     

     

     * * *

     

      Гарри открыл тетрадь и взял перо. Кстати, этот письменный прибор оказался вполне нормальным. Макать его в чернила требовалось редко, по сути это была такой аналог шариковой ручки, необычного дизайна.

      — Изучать предмет, — говорила МакГонагалл. — Мы начнем с самого процесса трансфигурации.

      Она сделала жест, что дальше надо записывать.

      — Трансфигурация — это процесс изменения с помощью магического воздействия свойств предметов. Существует несколько уровней трансфигурации. Макроуровень — это процесс изменения свойств, без изменения внутреннего строения предмета. Под внутренним строением подразумевается то, что, например, деревянный предмет остается деревянным в процессе изменения. То есть на макроуровне могут изменяться такие свойства как размер и форма. Это простейший, начальный уровень.

      МакГонагалл подошла к партам. Естественно Гермиона сидела на одной из первых, то есть и Гарри пришлось сидеть там же. Профессор строго посмотрела на него и продолжила:

      — В противоположность макроуровню, существует микроуровень. Это процесс изменения, затрагивающий такие свойства предметов, как масса, что обычно сопровождается изменением и внутреннего строения вещества. Микро и макроуровни рассматриваются отдельно только в теории, для лучшего понимания самой сути трансфигурации. На практике эти уровни неотделимы. Если макроуровень еще возможно рассматривать отдельно, то изменения на микроуровне всегда затрагивают и макро.

      МакГонагалл подошла к столу. Достав палочку, она сделала какой-то Жест. И над столом появилась большая такая… Иллюзия? Причем на ней что-то происходило. Какие-то… м-м ручейки переливались синим цветом.

      — Это процесс трансфигурации, — произнесла профессор. — Простейшее заклинание «Сектион». Оно приводит к увеличению предмета. Применять его можно только к однородным предметам небольшого размера простейшей формы. Под однородностью понимается более-менее равномерное внутреннее строение предмета. Например, металлический шар.

      МакГонагалл взяла со стола как раз такой предмет. Жест, Слово и осветившись на мгновение синим светом, шарик стал немного больше.

      — Если сейчас взглянуть на шар в мощный микроскоп, — заговорила профессор. — То можно увидеть, что молекулы вещества стоят на большем расстоянии друг от друга, чем до того. Но это изменение поддерживается магической энергией, которая с одной стороны не дает молекулам сдвинуться обратно, с другой удерживает их от еще большего расхождения. Как только эта энергия иссякнет…

      Шар в ее руке сухо треснул и весь покрылся трещинками.

      — Именно этот момент, что предмет по истечении определенного времени, как правило, разрушается, — продолжила профессор. — И побудил магов древности глубоко изучать трансфигурацию. В частности, заклинание «Репаро», явилось одним из последствий этого изучения.

      Профессор применила упомянутое заклинание и шарик снова стал целым. МакГонагалл положила его на стол. Исчезла и иллюзия.

      — Таким образом, в трансфигурации мало знать заклинания, — двинулась дальше лекция. — Конечно, для простейших изменений достаточно четко следовать правилам. Но для более сложных изменений, нужно четко представлять, что конкретно происходит на каждом этапе. Да, мистер Поттер?

      — Профессор, — поднялся Гарри. — То есть, для того, чтобы например, предмет из деревянного стал металлическим, нужно будет держать в голове процесс преобразования молекул дерева, в молекулы, например, меди?

      — Что есть молекула, мистер Поттер? — произнесла МакГонагалл. — Если говорить упрощенно, это связанные определенным образом атомы. Еще в древности маги предположили, что все сущее, что мы видим вокруг, есть определенным образом сложенные одинаковые по строению частицы. Но человек, естественно, не может точно представить, каким образом нужно изменить их положение друг относительно друга, чтобы получить предмет с другими свойствами. Зато волшебник с помощью своих ощущений мог структурировать энергию, воздействующую на предмет, чтобы получить то, что ему нужно.

      — Фактически, нужно подробно представить то, что хочешь? — уточнил Гарри.

      — Для несложных заклинаний этот метод годится, — кивнула МакГонагалл. — Но как вы, к примеру, представите, что железный пруток, стал стальным? Садитесь.

      Гарри кивнул и сел.

      — Мистер Поттер задал правильный вопрос, — продолжила профессор. — Практический. И большинству из вас, настолько подробные знания о том, как происходит процесс трансфигурации не пригодятся. Именно поэтому изучение этого предмета разделено на три части. Базовая, которая будет у вас идти до пятого курса и делающая больше упор на практическую сторону и по окончании которой вы будете сдавать СОВ. Углубленную, которая будет преподаваться на шестом, седьмом курсе и только для тех, кто сдал базовую на оценку не ниже, чем на «Е». И академическую, которая занимается фундаментальным изучением трансфигурации и ее законов. Кстати, один балл Гриффиндору, за похвальное стремление к знаниям.

      «Мелочь, а приятно!» — улыбнулся Гарри.

     

     

     * * *

     

      На перемене, Малфой, бросив на Гарри взгляд победителя, куда-то удалился со своими шестерками.

      — И о чем ты думал? — поинтересовалась Гермиона. — Ты только что получил наказание за ту драку.

      — Знаешь, Герми, — ответил парень. — Я ведь не хотел такого. Честно. Думал, ну хоть здесь-то… Но оказалось, что люди везде люди.

      Грейнджер смерила парня озадаченным взглядом.

      — Если коротко, чтобы дошли слова, нужно постучать по лицу, — добавил Гарри.

      — Нельзя же все переводить на грубую силу! — нахмурилась Гермиона.

      — Да этот урод по-другому не понимает, — это уже вставил комментарий Рон.

      — А вы и не пытались! — отрезала девочка.

      — Ладно, что сделано, то сделано, — примирительно произнес Гарри. — Слушай, Герми. Ты нам не поможешь?

      Грейнджер удивленно вскинула брови.

      — Это чем же? — спросила она. — Малфою подножку поставить?

      — Не, силовой блок я беру на себя, — усмехнулся Гарри. — Просто покараулить. Чтобы снова мне не влететь на отработки. Наверняка же учителя узнают. Вот ты бы и предупредила, если что.

      — То есть ты предлагаешь мне поучаствовать в нарушении правил? — сощурилась Гермиона. — А что, вон Невилл не может постоять?

      — А ты думаешь Малфой один придет? — произнес Гарри. — Кстати, что-то я… Рон, Нев…

      — Я иду с тобой, — ухмыльнулся Рон.

      Невилл кивнул молча, но на его лице была нехарактерное для него решительное выражение.

      — Спасибо! — искренне поблагодарил Гарри. — Если что, лекарства за мой счет!

      — Ничего, что вы правила нарушите? — напомнила Гермиона.

      — Наоборот, Герми, — произнес Гарри. — Я, как никто другой, хочу чтобы они соблюдались. Но, к сожалению, некоторым ученикам почему-то разрешается их нарушать. А если Малфой захочет, к примеру, чтобы ты пошла с ним на бал? А других конкурентов его быки будут просто избивать?

      — Я бы просто никуда не пошла! — фыркнула Гермиона.

      — А почему какой-то белобрысый крысеныш, — Гарри добавил в голос злости. — Может вот так решать, что и кому делать? Мне это не нравится. Мне не нравится, что он Рона оскорбляет каждый раз. Меня вообще достало, что он ведет себя тут, как небожитель. Если его сейчас на место не поставить, то все эти годы он будет меня… нас доставать. Ты же видела, я пытался не конфликтовать. Но Рон прав, некоторые понимают только с пинка.

      — А ты так уверен, что победишь? — иронично сказала Гермиона. — Хоть, признаю, что Малфой тот еще придурок, но он явно не вчера начал изучать магию.

      — Убить он меня не убьет, — слегка улыбнулся парень. — Все остальное решаемо.

      Девушка заколебалась. Тут раздался сигнал к началу урока.

      — Ладно, ты подумай, потом скажешь, хорошо? — сказал Гарри, тепло улыбнувшись.

      Они зашли в класс. А вскоре мимо них прошел Малфой со своими подручными. И так гаденько улыбался, смотря на Гарри. А тот в этот момент изобразил слегка растерянную, но решительную физиономию.

      «Результат битвы всегда решается до ее начала» — всплыли в его голове слова.

      Кому интересно

     

      Расписание занятий

     

      https://pp.userapi.com/c830708/v830708852/139d0c/zdIoqv79E_g.jpg

      9 сентября. После обеда.

     

      Профессор Флитвик, похоже, всегда пребывал в этаком благодушно-активном настроении. Вот и сейчас, увидев входящих учеников, он всплеснул руками и с такой радостью заговорил, словно они ему все по слитку золотому притаранили.

      — Прошу, прошу! — улыбался профессор. — Садитесь поудобнее и начнем наше занятие!

      Малфой за его спиной сделал язвительное такое лицо и покрутил пальцем у виска. Тусящие рядом с ним слизеринцы с готовностью захихикали.

      — Добрый день всем! — сверкнул в очередной раз улыбкой Флитвик. — Надеюсь, все хорошо покушали?

      Народ заулыбался. В сравнении с МакГонагалл (да, а особенно с «ужасом подземелий) профессор казался, прям другом.

      — Как я и говорил при нашем знакомстве, — продолжил Флитвик. — Мой предмет затрагивает более практическую сторону магии. Фактически, я, как с азбукой, познакомлю вас с основными заклинаниями, их историей, развитием и возможностями комбинаций. Но последнее это уже пятый курс. А первый мы будем заниматься тем, что изучим простейшие, базовые формы заклинаний.

      Профессор прошел к стопке из книг… и взмыл в воздух. Не произнеся ни слова и даже не достав палочку. Учеников опахнуло легким ветерком.

      — Сейчас я продемонстрировал вам заклинание левитации, — произнес профессор, утверждаясь на своей своеобразной трибуне. — И его активацию, как вы наверняка заметили, я произвел не используя палочку, Жест, Слово, в общем, обычный порядок применения заклинания. Но при этом требуется приложить энергии, которой бы хватило, чтобы используя это же заклинание, поднять небольшой дом. Итак, первое, о чем мы поговорим, это о способах активации заклинаний.

      С рабочего стола Флитвика взмыл стакан с водой и прилетел точно ему в руку. Мужчина отпил из него и, словно воздушный шарик, толкнул посуду в обратную сторону. Стакан плавно полетел в сторону стола и с легким стуком приземлился на прежнее место.

      — Любая последовательность начинается с того, — продолжил профессор. — Что обозначается зона действия заклинания. Это как холст для художника. В теории, можно рисовать на чем угодно. Но это всегда увеличивает время создания. Не уходя далеко в область сравнений, скажу, что заклинание можно активировать и без обозначения зоны. Но скорее всего вы получите лишь вот это.

      Мужчина взмахнул палочкой (это когда он ее достал?).

      — Люмос!

      Раздался сухой щелчок и перед профессором что-то сверкнуло на миг.

      — Вот так, — улыбнулся он. — Сейчас я впустую потратил энергию. То есть создание зоны действия заклинания — это не моя стариковская блажь, а необходимость. Но создаваться зона может не только непосредственно магом. За это может отвечать заранее зачарованный предмет, магический рисунок или даже живое существо. Но об этом мы будем с вами разговаривать на третьем курсе. Пока же вы должны приобрести необходимые знания, а значит и уверенность в том, что вы без проблем сможете активировать любое заклинание из тех, что мы будем с вами изучать.

      Флитвик описал палочкой окружность и между партами (напомню, здесь они стоят вдоль стен, то есть ученики сидят лицом друг к другу. То есть с одной стороны гриффиндорцы, с другой — слизеринцы) появилась уже практически привычная шарообразная зона действия заклинания. Другой вопрос, что так-то маги не видят зоны друг друга…

      — Зона действия или импульсум, — произнес профессор. — Область реальности, ограниченная имперосом мага. Незнакомые термины! Их лучше записать!

      Ученики прилежно взяли перья и открыли тетради. Впрочем, кое-кто уже давно конспектирует. На лице Гермионы в этот момент промелькнуло выражение некоторого превосходства.

      — Интентио — направленная на что-либо магическая энергия. Интентио может исходить как осознанно, так и спонтанно. От живого существа и от различных предметов, имеющих магический фон.

      — Имперос — упорядоченная магическая энергия, структурированная определенным образом.

      — Импульсум — изолированное от законов мира пространство, ограниченное имперосом мага.

      Флитвик подождал, пока перья в руках учеников оторвутся от тетради. Вот глаза детей поднялись на него. И по его губам скользнула грустная улыбка.

      — Совсем необязательно знать все эти термины наизусть, — произнес профессор. — На экзамене я буду спрашивать не буквальное цитирование моих слов, а понимание. Мисс Грейнджер.

      Мужчина, с доброй улыбкой посмотрел на девочку. Та, с несколько удивленным лицом встала.

      — Скажите, что может сформировать импульсум? — мягко спросил он.

      — Маг, зачарованный предмет или рисунок, — слегка недоумевая, ответила Гермиона.

      — Вам проще запоминать, когда вы записываете? — спросил профессор.

      Девочка неуверенно кивнула. Мужчина показал, что она может садиться.

      — Я не зря обратил ваше внимание на мисс Грейнджер, — продолжил Флитвик. — Вам всем нужно выработать механизм, способ, используя который, вы будете лучше запоминать. Это вам пригодится не только на моем предмете. К примеру, в зельеварении вам много чего придется держать в голове. Маг не всегда может обратиться к литературе, как в процессе изготовления того же зелья, так и особенно при использовании заклинаний.

      «В дуэли» — мысленно добавил мужчина.

     

     

     * * *

     

      Почти семь часов вечера. Спальня Гарри, Рона и Невилла.

     

      По здравому размышлению, выбор места Гарри решил доверить профессионалам. А именно, тем людям, которые много где лазили. То есть — близнецам Уизли. К тому же и парни надежные, не проболтаются… Да и они как бы соучастники получаются. И на стреме они явно лучше постоят. Но Гермиону Гарри тоже решил не отталкивать. Да, именно потому, что требовалось и ее… «повязать кровью!». Ну и чем больше на стороне Гарри будет секундантов, тем благороднее будет себя вести оппонент…

      — Ну что, Нев, — криво улыбнулся Гарри. — Пойдем?

      Да, а перед дуэлью благородным господам предстоит немножко запачкать свои не менее благородные ручки. Невилл, который как и Гарри, уже переоделся в одежду попроще, то есть серые штаны, что-то типа пиджака, тоже серого и с накладными карманами (этот комплект был в сундуке у каждого) слегка улыбнулся в ответ. Рон тоже засобирался, у него своя миссия. А именно, с помощью своих братьев найти укромное местечко для душевной беседы, а потом передать записку Малфою.

      — Рон, а ничего, что я тебя с запиской этой напрягаю? — спросил Гарри.

      Рыжий лишь рукой махнул.

      — Да чего тут сложного? — сказал он. — Увижу какого-нибудь нашего года, да вызову этого белобрысого.

      — Ты только как мы не попади, — хмыкнул Гарри. — А то знаю я тебя! Вежливость, Ронни! Мы ж все-таки не хулиганы какие-то, а маги! А то нас скоро шугаться начнут.

      — Ладно, — осклабился рыжий. — Постараюсь.

     

      … Когда парни проходили гостиную, их неожиданно стали по-доброму так напутствовать.

      — Приветствуем вас, идущие на смерть! — улыбаясь, сказал какой-то крепкий парень лет пятнадцати.

      — Мы добудем себе свободу! — поднял кулак Гарри, ухватив эту гладиаторскую тему.

      Гермиона, которая тоже была здесь, одновременно нахмурилась и улыбнулась. Точнее, она явно пыталась скрыть улыбку за суровым выражением лица. Рон хлопнул друзей по плечам и двинул в сторону близнецов, сидящих у камина.

      Гарри с Невиллом вышли из гостиной в коридор и двинули в сторону спуска на подземные этажи.

      — Нев, — произнес Гарри. — Слушай, а ты знаешь Браунов?

      Парень вопросительно посмотрел на товарища.

      — Поставщиков ингредиентов для зелий, — уточнил Поттер.

      — М-м, — Невилл потер лоб. — А. Да. Мы с бабушкой ходили в их лавку.

      — И как тебе? — продолжил спрашивать Гарри. — Люди серьезные?

      — Бабушка только у них покупает, — ответил Невилл.

      — Ага, — покивал Гарри.

      Невилл слегка озадаченно посмотрел на него, но ничего не сказал. Они подошли к лестнице, что вела вниз на подземные этажи. А навстречу им, как-то тяжело ступая, поднимался профессор Квирелл. И Гарри мог сейчас поклясться, что мужчина глянул на него с ненавистью. Вот прям будто убить хотел и прикидывал, как бы это сделать половчее. Шаркающей походкой мужчина прошел мимо… а парней буквально окутало тяжелым запахом чеснока, какого-то одеколона и… натурально вони. Что Гарри, что Невилла буквально контузило этим запахом.

      — В рот мне ноги! — сипло прокомментировал Гарри, стараясь дышать ртом. — Это что за газовая атака?!

      А еще парень представил, как они будут сидеть на уроке. РЯДОМ вот с этим… человеком. ДВЕ ПАРЫ!!!

      «Что это за прикол? Неужели вот этого… ароматного персонажа нельзя заставить соблюдать элементарные правила гигиены? Хотя… У них тут один из преподов вообще призрак».

      — Но четыре урока! — вслух произнес Гарри.

      На лице Невилла тоже отразилось стойкое нежелание посещать предмет вот такого преподавателя.

      — И эти люди ругают нас за драку? — покачал головой Гарри.

      Своих недавних противников, а теперь товарищей по несчастью, парни увидели издалека. Они стояли возле той самой двери, которую Перси обозначил, как логово зла. То есть кабинет завхоза Филча. Кроме бывших оппонентов, противоположную двери стену подпирала девушка. И эта дама была Поттеру знакома!

      — Нимфа! — улыбнулся Гарри во все зубы. — Какими судьбами?

      Та процедила что-то сквозь зубы. И это что-то вряд ли было одой.

      — А ты-то как здесь очутился, болтун? — произнесла она.

      — Да так, — усмехнулся Гарри. — Вот с этими господами спор у нас вышел. О принципах формирования иерархии.

      Тонкс усмехнулась.

      — Язык у тебя без костей, — заметила она.

      — Так на том и стоим, — Гарри подошел ближе.

      — А это кто? — спросила Тонкс, кивая на Невилла.

      — Невилл Лонгботтом, — представил друга Гарри. — У него тоже было, что сказать в том диспуте.

      Девушка смерила Невилла внимательным таким взглядом. В ее глазах промелькнуло легкое удивление.

      — Послушай совет, — сказала она Невиллу. — Если не хочешь постоянно влетать на отработки, держись от этого типа подальше.

      — Эй, я вообще-то тут! — заметил Поттер.

      — Да уж! Это меня и напрягает! — ответила Тонкс.

      — Так ты скажешь, что натворила? — поинтересовался Гарри.

      — С чего это я должна тебе что-то говорить? — буркнула девушка.

      — Ну, мы же друзья, — ответил Гарри.

      — Чего? — подняла брови Тонкс. — Это когда это мы ими стали?

      — Да ладно, я ж не замуж тебя зову, — сказал парень.

      Девушка поперхнулась. У рядом стоящего Невилла лицо вытянулось так, что в нем можно было заподозрить Бумера.

      — Слышь, Поттер, ты вообще, откуда такой нарисовался? — сипло спросила Тонкс. — Я все понимаю, раннее развитие, но это уже перебор!

      — Суровое детство, — с притворной горечью посетовал Гарри. — Игрушек не было. Если бы не парнем родился, так вообще играть было бы нечем.

      Тонкс некоторое время, сведя брови, соображала над смыслом фразы. А потом ее волосы натурально побелели.

      — О, новый колер, — заметил Гарри. — А это что означает?

      — Поттер! — прошипела Тонкс. — Извращуга малолетний!

      — Просто много знающий, — заметил парень, пожав плечами.

      Невилл, который, похоже, так и не понял скрытого смысла фразы Гарри о детстве, только недоуменно хлопал глазами. В этот момент дверь в кабинет Филча отворилась с противным таким скрипом. И в коридор вышел довольно высокий мужчина. Хотя, сейчас все взрослые кажутся великанами. В полумраке коридора он казался прямо-таки воплощением злодея. На лице, выражение презрения и нетерпимости, на учеников он посмотрел таким взглядом, словно раздумывал, сразу их прибить или довести до озера, чтобы не таскать тела. У него были длинные и какие-то словно слежавшиеся пегие волосы ниже плеч и при этом глубокая такая залысина. Одежда его состояла из длинного плаща (или это было пальто?), какой-то древней жилетки, которая выглядела так, словно ее сделали в средневековье… и с тех пор стирали только по праздникам. Впрочем, как и рубашку. Галстук смотрелся в этой композиции в тему. Такой же потасканный предмет гардероба, словно специально сделанный для инсталляции «средневековый бедный обыватель».

      — Однако, — произнес Гарри. — В зале он как-то поизящнее смотрелся.

      Довершали картинку сапоги, которые чистил, наверное, только тот, кто их сделал. В них были заправлены штаны неопределенного темного цвета.

      — Нарушители! — процедил мужчина, обводя взглядом исподлобья штрафную команду.

      Его буквально пронзающий взгляд остановился на первокурсниках.

      — Поттер, — с каким-то придыханием произнес он. — Весь в отца. Такой же поганец.

      — Уважаемый, — Гарри прям толкнуло высказаться. — За словами следите.

      — Что? — завхоз даже оторопел от этих слов.

      А потом опомнился и шагнул к Гарри.

      — Щенок! — его лицо еще больше сморщилось. — И ты еще смеешь мне указывать?

      Остальные, особенно слизеринцы и Тонкс с обалдением смотрели на Поттера. Правда, они не смелости удивлялись, а словно увидели человека, который решил проверить за сколько секунд он достигнет земли, спрыгнув с замковой башни. А Гарри, подняв голову, смотрел прямо в глаза Филчу. У того дернулись руки, ладони сжались в кулаки.

      «Молодец, Гарри! Мля, осталось только Снейпу похамить и все, карцер наш дом родной!»

      Но марку, раз уж так выступил, пришлось держать. А на губах завхоза расцвела прямо-таки плотоядная улыбка.

      — Что ж, мистер Поттер! — произнес он. — Для вас это будет долгая неделя!

      — Две, — уточнил Гарри. — У меня две недели отработки.

      Филч сверкнул глазами.

      — За мной! — бросил он, не сводя глаз с Поттера.

      А потом резко развернулся и пошел вниз по коридору. Один из слизеринцев беззвучно похлопал в ладоши. Тонкс смотрела на Гарри тоже выразительно так.

      — А ты прямо совсем дурак, — сказала она. — Я даже не знаю, как можно еще больше накосячить.

      — Мы не ищем легких путей! — усмехнулся Гарри.

     

     * * *

     

      Оставив остальных мыть полы, Филч повел Гарри дальше в подземелье. Наконец он остановился и достал внушительную такую связку ключей. Дверка тоже выглядела солидной. Завхоз вставил ключ в скважину и с явным трудом провернул. Скрежетнул замок.

      — Что ж, мистер Поттер, — Филч чуть ли не руки потирал. — Вот и ваше место работы. Давно я хотел прибраться в этой кладовке.

      Гарри заглянул в комнату. По всей комнате стояли какие-то ящики. В углу натурально гора чего-то, в полумраке не разглядеть.

      — Пока вы здесь не уберетесь, мистер Поттер, — произнес Филч. — Я не одобрю окончание вашей отработки. Приступайте.

      Гарри посмотрел на метелку и совок, что ему выдали по пути. А потом на завхоза. И едва сдержался высказаться насчет того, что с фантазией у данного господина печально. Вот он бы вообще лом для подметания выдал. И ложечку чайную, вместо совка. В общем, Филч даже до обычного сержанта-дедушки, еще не дотягивает. А до прапорщика так вообще…

      Завхоз оставил тускло как-то светящий фонарь и ушел. Гарри вышел на середину комнаты, попинал один из ящиков. Тот даже не шелохнулся. Парень поскреб затылок, рассматривая его содержимое. Земля какая-то. И нафига было тащить землю сюда? Он нагнулся и попробовал хотя бы сдвинуть ящик. Раздался треск и Гарри, не ожидавший такого поворота, рухнул вперед… доламывая хрупкое дерево.

      — Ну, отлично, — сморщился парень, приподнявшись на руках и смотря на грязную одежду.

      И даже поговорить не с кем. Все-таки этот Филч та еще скотина!..

     

      …Столовый нож со стуком воткнулся в стенку ящика. Спустя несколько мгновений рядом попытался воткнуться второй. Но лишь бессильно ударился скругленным концом лезвия в дерево и звякнул об пол. Гарри подошел подобрал упавший ножик и с легкостью выдернул воткнувшийся. Судя по тому, что в дереве имелось еще несколько отметин от попадания ножей, парень потренировался немало. Гарри убрал ножи в карман мантии, где лежала палочка. Хорошее место. Кармашек был узкий, ножики не болтались. Но надо было подумать о другом месте хранения… дополнительного оружия. Да и само оружие… Лучше бы найти другое.

      Карман штанов слегка оттягивал небольшой скругленный кусок металла, похожий на гирьку для весов. Парень посмотрел на неярко горящую лампу.

      «Как ни крути, все равно к этому приходит. Маги, не маги… Все одно и тоже. Вот и нефиг придумывать велосипед».

     

     

     * * *

     

      На месте, где лежал старшеклассник осталось пятно крови. А он равнодушно смотрел на буквально сверлящую его взглядом воспитательницу.

      — Все, мне надоело! — цедила женщина, волосы который были убраны в тугой пучок на затылке. — Теперь ты будешь общаться с милицией!

      — Да без проблем, — спокойно ответил он. — Уверены, что будет хуже именно мне?

      — Да ты что, сопляк, совсем уже страх потерял? — верхняя губа женщины слегка вздернулась.

      — Я его и не находил…

     

      …Привычно подложив кофту под зад, он, прижавшись спиной к стене, смотрел в небольшое мутное окошко под потолком. Естественно, это место называлось просто кладовкой. Но по факту оно было именно карцером. И да, конечно, никакой милиции не случилось. Какая к черту, милиция? Парень упал и ударился головой. Даже его кореша скажут именно это…

      В дверь легонько стукнули. Встав, он подошел к двери.

      — Эй, ты как там? — раздался тихий мальчишеский голос.

      — Отлично, пиво и девки! — криво усмехнулся он.

      — Хе! Ладно, я тут тебе пожрать заныкал, — сказали с той стороны.

      Один из углов двери был словно обглодан. Туда-то пакет с едой и пролез.

      — Зачет! — сказал он. — Бухло будет, тоже тащи!

      — Выйдешь, будет! — заверил посетитель. — Спасибо, брат! Черпак совсем уже зае… ал! Пока ты в больничке чалился, думал они меня совсем тут…

      — Ладно, — хмыкнул он. — Машку видел? А то я прям сюда залетел, ничего не успел.

      — Все путем! — горячо заверили его. — Паучиха их сейчас пасет, а так бы она тоже пришла!

      В груди расплылось теплое такое чувство…

     

     

     * * *

     

      … Надо же, пришел. А Гарри думалось, что придется идти самому время спрашивать (а все потому, что кто-то вместо часов сережки купил!). Но нет, Филч с какой-то кошкой на руках, заглянул в комнату… И осклабился. Потому как убран был натурально пятачок возле двери.

      — У меня вопрос, — сказал Гарри. — Всю эту землю, ее что, просто в коридор выкинуть?

      — Ее надо будет аккуратно сложить, — довольным таким голосом произнес завхоз. — Я принесу ящик.

      — Время не подскажете? — спросил парень.

      — На сегодня можешь идти, — милостиво дозволил Филч. — Но завтра…

      «Кайфует что ли? — нахмурился Гарри. — Тоже мне, дама с собачкой!»

      А мужчина прямо-таки светился, смотря на грязного парня.

      «Ну да, кто на что дроч… эм… фапает. Главное, чтобы страсть к грязной одежде не перекинулась на… Мда».

      Филч пропал из дверного проема.

      «Ну что же, — нащупал в кармане железку. — Пора и нам. У нас еще стрелка забита!»

      Парень замер и прислушался. Опять этот шорох. Интересно, что это? Ладно, пофиг…

     

     

     * * *

     

      По коридору Гарри шел с гордо поднятой головой. Тут ведь как. Главное показать, что ты не считаешь это чем-то унизительным. Гарри на самом деле не считал. Ну, а чего, он же не с женой друга кувыркался, работал. Какой тут может быть стыд? Тонкс на это только усмехнулась, но от комментария воздержалась. По этому моменту. Кстати, те двое слизеринцев, как только Филч их отпустил, моментально смылись.

      — Слушай, Поттер, — сказала Нимфа. — Прошу тебя. Держись от меня подальше. Мне и так хватает неприятностей.

      — Вот не умеешь ты качественно веселиться, — ответил Гарри. — Вот посмотри на Невилла. Он просто счастлив!

      Тот посмотрел на Гарри с выражением «Че?»

      — Я вижу, — хмыкнула Тонкс.

      — А в следующий раз мы вообще можем втроем прийти, — сказал Гарри. — А то и вчетвером.

      — Ну, мне-то все равно, — произнесла Тонкс. — А если ты так и будешь отдельно работать, то вообще отлично.

      — Если тебе скучно, я могу замолвить словечко, — усмехнулся Гарри. — Уверен, мне Филч не откажет. Мы же с ним друзья.

      — Я подозреваю, — заметила девушка. — Что когда ты будешь выпускаться, такими друзьями ты обзаведешься везде.

      — Вы меня перехваливаете, — якобы засмущался Гарри.

      И даже ножкой шоркнул в припадке стыдливости. Тонкс хмыкнула.

      — А ты, кстати, на сколько попала? — спросил парень.

      — Ты какой-то чересчур любопытный, — сощурилась девушка.

      — Оттого и знаю много, — парировал Гарри.

      — Как-то слишком много, — с подозрением произнесла Тонкс. — Особенно для малолетки.

      — Может, обсудим это наедине? — предложил парень.

      Девушка подняла брови. А по ее волосам, словно вспышка, пролетел белый цвет.

      — Ага, — скептически произнесла Тонкс. — Иди уже пей свое вечернее молочко и в кроватку!

      — Вот зря ты так, — покачал головой Гарри. — Я можно сказать, от всего сердца. А ты сразу в отказ. Ты совсем не романтичная.

      — О, боги, заткнись, а? — поморщилась девушка.

      И как-то резко развернувшись, ушла, не прощаясь. Гарри хмыкнул, смотря на нее.

     

     

     * * *

     

      Сомневаться Гермиона начала едва она увидела, кто и куда их провожает. Хотя. Она начала сомневаться прямо сразу. И зачем вообще она согласилась пойти? Словно кто-то за язык тянул. Она посмотрела на Гарри. Его лицо было спокойным, словно он шел на очередной урок.

      «Он, наверное, хулиганом был» — подумалось девочке.

      Потом она перевела взгляд на Лонгботтома. Она все не могла представить, что вот этот… вот этот, мог кого-то ударить. На его лице какое-то вечно слегка растерянное выражение. И мантия сидит на нем, словно занавеска.

      Они спустились в подземелье и пошли по коридору.

      — Хм, знал бы, не возвращался, — заметил Гарри. — Я ж как раз тут и отрабатывал.

      — Филч опять заставляет… — спросил Фред.

      — Тут полы мыть? — добавил, не оглядываясь, Джордж.

      — Завтра, — усмехнулся Фред.

      — Ну, или через пару дней, — поддержал Джордж.

      — Пойдете в холл, — кивнул Фред.

      — Статуи натирать! — улыбнулся Джордж.

      — Верю, вы профи! — хмыкнул Гарри.

      Близнецы криво улыбнулись.

      — Здесь, — сказал Фред.

      Гарри подошел к двери, открыл ее и посмотрел в комнату. Абсолютно пустое помещение. В общем, то, что доктор прописал.

      — Мы у лестницы, — произнес Фред.

      — Посторожим, — добавил Джордж.

      Он вытащил из кармана стеклянный шар, с ладонь размером.

      — Если начнет мигать зеленым, — сказал парень, отдавая девайс Гарри.

     — То значит, надо сматываться, — закончил Фред.

      Гермиона проводила взглядом близнецов.

      — Подождем тут, — произнес Гарри. — Чтобы Малфой мимо не пробежал.

      — Гарри, — заговорила девочка. — Ну, какая дуэль, а? Двадцатый век!

      — Ну, хочешь, назови это просто дракой, — пожал плечами Поттер.

      — А не драться нельзя что ли? — сказала Гермиона.

      — Это будет не по понятиям, — ответил Гарри.

      — Не по чему? — не поняла Грейнджер.

      — Неофициальные правила поведения, — пояснил парень.

      — А что официальных правил не хватает что ли? — вот всегда она так делает, слегка склоняет набок голову и прищуривается, когда язвит.

      — Хватает, Герми, — произнес Гарри. — При условии, что все их соблюдают. Скажи мне, почему Малфой может оскорблять Рона… Да и меня тоже?

      — И почему же? — со скепсисом спросила девочка.

      — Это очевидно, — ответил Гарри. — Потому что он из богатой семьи. То есть правила правилами, но почему-то вот… Да ты сама что-то не хамишь всем подряд. Почему? Потому что тебе свободно могут ответить. А Малфою не могут. Хотя он такой же ученик, как ты и я. По правилам Хогвартса.

      — Ну и к чему ты это все сказал? — нетерпеливо произнесла Гермиона.

      — Да ладно, как будто ты не понимаешь, — сказал Гарри. — Просто потому все так, что Малфой может сделать тебе плохо физически. Причем не сам. Это как, правильно?

      Девочка ничего не ответила, но помрачнела.

      — А если, хм, взрослые, — продолжил Гарри. — Не могут обеспечить соблюдение ими же установленных правил…

      Парень вздохнул.

      — Значит, вот такие вот пробелы заполнятся сами, — закончил он.

      Рон и Невилл слушали Гарри с ясно выраженным на лицах непониманием.

      — Кто сильнее — тот и прав, — пояснил Поттер.

      — А, ну так это понятно, — с умным видом произнес Рон.

      — Это… — Гарри прислушался. — Народ, мне одному какие-то шорохи мерещатся?

      Все прислушались.

      — И правда, шуршит что-то, — сказал Уизли, смотря в полумрак коридора.

      — Поттер! — раздался полный самодовольства голос.

      Гарри и товарищи обернулись. Малфой с обычной презрительной миной на лице и двое его бессменных подручных подошли к ним.

      — О, сегодня просто всех тянет прогуляться именно здесь! — усмехнулся Гарри.

      — Чего? — недоуменно спросил Малфой. — Поттер…

      Гарри в этот момент поднял руку. Его собеседник уже явно хотел на это высказаться резко, как…

      — Это еще что? — прокомментировал блондин уже совсем не тихое шуршание.

      — Это оттуда, — напряженным голосом произнес Рон, кивая в сторону совсем дальше уж темного коридора

      — Это нормально? — спросил Гарри. — Тут всегда так?

      На лице Малфоя отразилась неуверенность. А шорохи становились все громче. И явно приближались.

      — Может нам лучше уйти? — голос Гермионы дрогнул.

      Малфой на это задрал подбородок, нарочито небрежным жестом достал палочку.

      — Лю-мос!

      На конце палочки (волшебной) появился яркий шарик. И присутствующие увидели… Отчаянный девичий визг прокатился по коридору.

      — Твою мать!!! — Гарри как-то рефлекторно отшагнул назад, натурально забросив за себя Гермиону.

      Остальные вообще остолбенели. И было от чего! В неестественно ярком свете ученики увидели пауков! Много пауков! На полу, на стенах и даже с потолка поблескивал черными бусинами глаз паучище, размером с небольшую собаку, серо-черный и покрытый шерстью. Раздался какой-то то ли треск, то ли стрекотание и тот, с потолка, ринулся вниз.

      — Идис! — рявкнул Гарри, выхватив палочку.

      «Надо же, получилось» — промелкнула где-то на фоне мысль.

      Траекторию полета паука изменило, и он шлепнулся на пол… перед Невиллом с Роном.

      — Что это за хрень?! — выругался Гарри.

      — Ак-к-к-кромантул… — растерянно прошептал Малфой, пятясь.

      В руку Гарри натурально вцепилась Гермиона. Парень бросил на нее взгляд. Глаза ее сделались вообще огромные, бледная вся… Да чего уж, Гарри и самого потряхивало! Снова стрекотание...

      Гарри только и успел, что рвануть за шиворот остолбеневшего Невилла. Малфой, дернувшийся назад, запнувшись, сел на задницу. А паук, промазавший мимо Нева, прилип к стене, а потом вновь прыгнул. Гарри только и успел, что выставить на его пути палочку.

      — Идис! — отчаянно крикнул он.

      Сухо щелкнуло и паука лишь немного развернуло в воздухе. И он сбил Рона боком.

      — Идис! — это неожиданно вступил в бой Невилл.

      Паука натурально сдуло с рыжего и тот, не вставая, прямо так из положения сидя, ломанулся назад.

      — Клипеум! — перекрестил реальность Гарри.

      Мир перед его взглядом будто подернулся дымкой. И тут же в невидимый щит ударился очередной атакующий паук.

      — Ронни, щит! — Гарри в этот момент дал «петуха», так что его голос прозвучал совсем как девичий визг.

      Но щит поставил не рыжий. Невилл.

      — Твою мать!!! — заорал Гарри. — Что за дерьмо?!

      — Клипеум! — это, наконец, последовал примеру товарищей Рон.

      — Бля, верх! — крикнул Гарри.

      Действительно, с потолка опять целился в них вражина.

      — Хек! — в неверном свете тусклого светильника на миг сверкнул ножик.

      «Интересно. Пролетел» — на автомате заметил Гарри, что нож свободно прошел через его щит. Впрочем, бросок особым успехом не увенчался. Паук хоть и дернулся, но с потолка не упал.

      — Клипеум! — а вот это уже сообразил Малфой.

      Его щит перекрыл дырку. Надо же, а было полное ощущение, что он сейчас свалит. Все-таки с яйцами оказался аристократик.

      — Крэбб! — рявкнул Гарри. — Найди, кого-нибудь. Быстро!

      — Кого? — затупил парень.

      — Гойл, быстро к учителям! — крикнул уже Малфой и отшатнулся, когда сразу три паука влетели в его щит.

      Естественно, щит пропал.

      — Идис! — сбил Гарри одного и буквально проревел мнущемуся Гойлу. — Да быстрее, твою мать!!!

      Черт, а его-то щит при этом тоже пропал! И тут же к парню опять с этим еле слышным стрекотом ринулись акромантулы. Гойл, спотыкаясь, ломанулся назад по коридору.

      — Иктус! — заполошно и высоким таким голоском выкрикнул блондинчик.

      Это было что-то посильнее, паука натурально унесло назад.

      — Клипеум! — Гарри поспешил поставить новый щит.

      И тут он почувствовал, словно только что пару вагонов разгрузил. В одно лицо. Резкая какая-то усталость натурально навалилась на плечи.

      — Клипеум! — это пришла в себя Гермиона, правда колдовала, все так же находясь за Гарри.

      — Малфой! Лучше бей их! — выкрикнул тот. — Ксо, Крэбб! Щит поставь!

      Он указал в сторону Невилла, который натурально уже посерел лицом. Его плечи опустились и он как-то весь сгорбился, но продолжал держать руку с палочкой. Увалень Крэбб шагнул к Лонгботтому, неловко как-то взмахнул палочкой. Еще раз. Раза с третьего перед ним все же появился щит. Невилл качнулся и прислонился к стене, тяжело дыша. Его рука с палочкой повисла плетью.

      В щит, поставленный Гермионой одновременно ударились сразу несколько пауков. Девчонка рефлекторно дернулась, щит, естественно, пропал.

      «Ну пиздец!»

      — Иктус! — уже натурально рыкнул Малфой.

      Что-то совсем, хе-хе, побледнел блондинчик!

      — Идис! — прохрипел Гарри.

      Надо же прошло. Ближайшего паука протащило по полу. Гермиона торопливо взмахнула палочкой, звонко выкрикнув заклинание щита. И тут Гарри только и успел заметить, как что-то мелькнуло сверху. И он буквально заставил себя остаться на месте. Сзади Гермиона… Толчок, резкая боль пронзила вскинутую левую руку.

      — Экскуро!

      Резкий хлопок и одновременно чавкающий такой звук…

      Состояние было странное. Проснувшись, Гермиона долгое время смотрела в потолок, не шевелясь и даже моргая с какой-то неохотой. Она лежала, слушала собственное дыхание…

      «Надо в туалет», — настойчивая мысль пробилась через пелену странной апатии.

      Реальность вокруг кровати заслоняли ширмы. Сев на кровати, девочка долго соображала, что же делать дальше. Мысли почему-то удивительно неохотно рождались в голове. Слегка побаливал затылок. Наконец, сообразив, что неплохо было бы встать, Гермиона поднялась. И опять затупила.

      «В чем это я?» — это она увидела, во что одета.

      Пижама. На ней была пижама. Вот и команда к действию поступила в нещадно тормозящий мозг. Гермиона шагнула между ширмами.

     Это было больничное крыло. Это она помнила, так как находилась в сознании, когда ее сюда принесли. Вспомнился еще почему-то профессор Снейп, пробегающий вон в ту комнату, с огромным чемоданом в руках. Девочка медленно вышла… И опять встала. Куда идти-то, она не знала.

      — Ох, ты куда, милая? — в поле зрения появилась немолодая женщина в странной старомодной одежде.

      — В… — Гермиона запнулась, так как слово, обозначающее цель ее похода, почему-то пропало из памяти.

      — Надо, — сказала, наконец, девочка.

      — Тебе в туалет? — спросила женщина.

      Герми молча кивнула.

      — Надо было позвать, меня, — тепло как-то произнесла женщина. — Пойдем, я провожу тебя. А потом ты снова ляжешь в кроватку, хорошо?

      Девочка посмотрела на собеседницу с выражением непонимания на лице.

      — Это пройдет, — продолжала ворковать та, беря Гермиону под руку. — Это эффект от зелья. Ничего, вот поспишь, и все будет хорошо.

      — Да, — коротко произнесла девочка, послушно идя туда, куда ее вели.

     

     

     * * *

     

      Короткие вскрики в кустах неухоженной части парка, почти леса, глухие звуки ударов. Вот раздался треск веток, кто-то явно упал. В общем, картина привычная для провинциального города в субботу вечером, да еще возле дискотеки.

      Вскоре на тропинке аллеи появились трое молодых парней в военной форме. Один из них приобнял девушку, которая держала руки на груди, прижимая разорванные полы блузки.

      — Вот чепушилы, — ворчал один из парней, здоровый, высокий парень. — Совсем удар не держат. Но вцепился, сука, как пиявка.

      Парень с неудовольствием наблюдал полуоторванный рукав кителя.

      — Ты где живешь? — тем временем, как можно более ласковым тоном спрашивал другой парень, на плечах которого в свете фонарей поблескивали «птички» сержантских лычек. Он и вел девушку. Та при этом вопросе зачем-то опустила голову.

      — Спасибо, — едва слышно произнесла она.

      — Вон Олегу спасибо говори, — произнес сержант. — Он увидел.

      Парень кивнул в сторону третьего члена трио. У него на плечах тоже имелись лычки, только младшего сержанта.

      — А хорошо получилось, — криво усмехнулся тот. — Только зубы летели. Только они, похоже, сразу зассали, как Степу увидели.

      — Я бы тоже кирпичей наложил, — усмехнулся парень, обнимающий девушку. — Когда бы из темноты ко мне шкаф вышел.

      — Да что я, я ничего, — прогудел Степан. — Я просто рассердился сильно.

      — Хорошо, что ты был с нами, — произнес сержант. — А то пришлось бы их валить.

      По лицу Олега промелькнуло злое такое выражение.

      — Как бы заяву не накатали, — озабоченно произнес он. — Мой фейс они точно срисовали.

      — Да, ладно, — успокаивающе произнес сержант. — Тут три части еще, кроме нашей. Замаются искать.

      Олег поднял руку, показывая сбитые казанки. Сержант некоторое время смотрел на них.

      — Решаемо, — произнес он. — Устроим залет, Ворона прокачает на кулаках, все такие будем. Да и потом, мокрухи же не было. Что думаешь, менты прям рванут искать каких-то солдат? Ради этих?

      Он мотнул головой, явно показывая туда, откуда они шли. Олег тоже в свою очередь задумался.

      — И какой залет сделать? — спросил он.

      — Ха, следи за руками! — произнес сержант. — Ты разговариваешь с профессионалом по косякам!

      Девушка, слушая этот разговор, слабо улыбнулась. И невольно прижалась плотнее к своему спасителю. Обычные парни… Этот Степан, конечно, на самом деле очень здоровый. Но идущий рядом совсем обычный. Худой, роста среднего. Но, почему-то… Прямо хотелось ему довериться что ли…

      — Как тебя зовут-то, красавица? — спросил парень.

      Девушка спохватилась, увлекшись этим ощущением… надежности?

      — Маша, — тихо ответила она.

      — О как. Везет мне на Маш, — ответил сержант. — А меня Игорь…

     

     

     * * *

     

      Когда Гарри открыл глаза, то первое, что он увидел, это склонившегося над ним кого-то. И он даже не задумался, что делает. Удар под дых, толчок назад, сам в другую сторону, правой рукой зачем-то хлопнув по бедру… Вот только он запутался в простынях и рухнул на пол. Удар прояснил голову.

      «Что?» — парень огляделся.

      Пол. Обычный деревянный… чистый пол. И, кстати…

      «Игорь. Меня звали Игорь Гончаров» — пришла мысль невпопад.

      — Гарри? — раздался сверху донельзя удивленный голос.

      «Так, а это Невилл Лонгботтом. А я в Англии».

      — Добрый день, Нев, — произнес Гарри.

      Он вытащил ноги из комка простыни и сел, прислонившись спиной к стене.

      — Гарри, ты чего? — просипел Рон, пытаясь разогнуться.

      Ему, значит, досталось. Неудобно получилось.

      — Ронни, прости, приснилось что-то, — повинился Гарри. — Я не хотел, честно!

      Рыжий уставился на него с крайне офигевшим выражением лица.

      «А ведь я ствол искал, — подумал Гарри, посмотрев зачем-то на ладонь правой руки. - Надо же...»

      Она, рука, кстати, подрагивала. И вообще, видимо адреналин схлынул, и парня буквально прибило там, где он сидел. А еще он увидел (точнее сначала ощутил), что его левая рука натурально упакована в бинт. Причем какой-то странный. Он твердый был, как гипс. Гарри поскреб его ногтем.

      — Эй, Поттер, ты чего на полу расселся? — раздался наполненный чувством собственной важности голос.

      И этот здесь. Ага, еще и Крэбб заглядывает в проход между кроватями. Не хватает только уголовной морды Гойла. А где?

      — Нев, а с Герми все в порядке? — спросил Гарри.

      — Да, — ответил Невилл. — Что там произошло, я, правда, не знаю.

      «Черт, как хреново-то!» — это Гарри вдогонку к слабости, еще и подташнивать начало. И тут парень увидел, что проблемы у него не только с рукой. Грудь была тоже обернута белыми лентами бинта.

      — Что случилось?! — зазвучал чей-то встревоженный голос.

      Женский, кстати.

      — Где мистер Поттер?! — теперь голос зазвучал одновременно со страхом и строго.

      Гарри поднял руку. Долго держать ее не получилось. Точнее, вообще не получилось, словно он пудовую гирю поднял. Послышались торопливые шаги и в поле зрения появился новый персонаж сценки «долбанутый пациент». Да, вот только эта мадам, похоже, участвует в какой-то соседней ролевке. Причем приличной, а не какой-нибудь хентай. Коричневый костюмчик медсестры с белым передником (не так, ослепительно белым) был аутентичный эпохе, которую там отыгрывают. Век девятнадцатый, кажется. То есть все закрыто под самое горло, юбка длинная. И да, чепчик этот…

      — Что произошло? — спросила женщина, подходя ближе.

      — Я упал с кровати, — криво улыбнулся Гарри. — Приснилось что-то, ну я и рванул.

      Медичка слегка нахмурилась.

      — Мистер Поттер, вы должны прилечь, — строго произнесла она. — Вы еще очень слабы.

      — Это я уже ощутил, — произнес парень.

      Женщина покачала головой, смотря на обмякшего у стены Гарри и… достала палочку откуда-то из недр рукава левой руки. Да, рукава у нее, в смысле у платья, были просто-таки эпические. Длинные такие. Странная мода. Тем временем палочка медика описала полукруг, закончила Жест движением вниз.

      — Вингардиум Левиоса, — произнесла женщина, и Гарри с замиранием сердца ощутил, будто его взяли за одежду и потянули вверх.

      Парень даже не успел, как следует разобраться с ощущениями (струхнул слегка, если честно говорить), а уже очутился в кровати. Медик смерила его строгим взором, убирая палочку.

      — Все, больше я никуда не собираюсь, честно! — состроил брови домиком Гарри.

      А женщина некоторое время смотрела на него и вдруг улыбнулась, по-доброму так.

      — Уж постарайтесь, мистер Поттер, — произнесла она.

     

     

     * * *

     

      Игорь с неудовольствием оглядел себя. Но честно признал (не вслух, конечно), что строгий костюм ему идет.

      — Ты мне нравишься, — из-за плеча выглянула Маша.

      Ну, как из-за плеча. Она все равно была выше его. Теперь не так существенно, но все равно…

      Вот именно. Все равно. Игорь честно не понимал этих осторожных вопросов, не испытывает ли он проблем с тем, что его невеста выше его. И вообще выглядела покрепче. А что поделать? Даже армия не помогла. Это те, кто попробовал его прессануть знали, что лучше не связываться. А чисто со стороны он выглядел хоть и не полным задохликом, но бугаем точно не стал. Ну и что? И это не было актом самоуговора, о нет. Игорь вполне отдавал себе отчет в том, что если бы ему Маша не нравилась… Да, короче, эта девушка теперь принадлежит ему, а кому не нравится, адрес пешего эротического тура всегда можно подсказать.

      Девушка тем временем поправила ему галстук. Кстати, она стояла в одном нижнем белье, свое платье она не желала показывать категорически. На себе. Просто они его вместе покупали, если, конечно, можно называть покупкой тот поход в ад. Игорь приобнял девушку за талию.

      — А меня некоторые до сих пор отговаривают, — с улыбкой произнесла Мария.

      — И что ты отвечаешь? — спросил Игорь.

      — Да мне плевать, — отрубила девушка. — Ты мой и точка.

      — Что-то меня это напрягает, — произнес парень. — Когда это ты стала такой собственницей? А если ты меня бить начнешь?

      — А ты повода не давай и все будет хорошо, — усмехнулась Маша.

      — Да какие поводы, пашем с утра до ночи, — ответил Игорь.

      И он тяжело вздохнул.

      — Если бы не дядька Степы, вообще не знаю, как бы мы увернулись, — добавил парень. — А вообще я думал чем-нибудь другим заняться. Пока кассеты и диски идут, но все равно же это не навсегда.

      Игорь замолк, смотря на свое отражение.

      — Слушай, а может… — парень кивнул в сторону кровати. — В качестве успокоительного, а?

      — Знаешь, иногда мне кажется, — произнесла Мария. — Что ты только про это всегда и думаешь.

      — Можно подумать, ты у меня монашка, — с иронией произнес Игорь…

     

     

     * * *

     

      Гарри открыл глаза. В помещении было темно. В памяти как-то не сохранился момент, когда это он опять уснул. Вроде бы только что общался с той дамой…

      «Мадам Помфри» — вспомнил он рассказ Перси Уизли.

      Он провел ладонью по лицу. Странно, но теперь вспышки боли оттого, что он опять видел во сне кусок своей прошлой жизни не было. А ведь он, наконец-то, вспомнил свое имя. Вот только… Ну вспомнил. Собственно, что это поменяло?

      Он, видимо, как-то не так пошевелил левой рукой, потому что она как-то враз заныла. Не заболела, а именно заныла. Как после перелома. Хотя, наверное, это и было что-то типа того. Только ручку ему перекусили.

      Внезапно захотелось закурить. Желание это Гарри подавил, но усмехнулся. Интересно, как бы на это здесь отреагировали? Одиннацатилетний пацан курит. Кстати, курящих с тех пор как попал сюда, в смысле в Хогвартс, он не видел. Может это здесь не модно? Как бы то ни было, начинать снова Гарри не хотел.

      А его опять начало рубить. И вообще, с ним было явно что-то не то. Столько спать… Видать, чем-то напоили. Гарри зевнул. Ну, да и черт с ним. Почему бы и не подрыхнуть?

     

     

     * * *

     

      Солнце вставало над обреченным городом. Пока еще в полумраке улиц не было видно того запустения и картин конца цивилизации, которые бросаются в глаза при дневном свете.

      Маша стояла тенью у окна. Это был их дом. Честно выстраданный. И теперь ставший их последним пристанищем. Они прекрасно понимали, что жить осталось немного. Слишком много радиации они все хапнули.

      — Я так хотела ребенка от тебя, — глухо произнесла Мария, смотря на светлеющий край неба. — А теперь я даже… Нет, я не рада. Но… Если бы я знала, что наши дети будут жить вот в этом…

      Игорь с трудом встал с кровати, подошел к жене и обнял.

      — Зато мы остались вместе, до самой смерти, как и обещали, — произнес он.

      На стекле окна за по-прежнему красивой, несмотря на болезнь, девушкой, отразился натурально скелет. Одежда висела на Игоре, как на вешалке. Рука, в сравнении с рукой Маши была в два раза меньше, практически кости обернутые кожей. Мужчина провел рукой по ее волосам.

      — Выпадают, — криво усмехнулась девушка, когда в руке мужа остался изрядный клок волос. — Скоро я буду такая же, как ты.

      Череп Игоря уже был почти лысый. А кожа была серого какого-то цвета.

      — Знаешь, — произнес он. — Когда у нас все стало хорошо, я все ждал какого-то подвоха. Не могло быть все настолько удачно. Но время шло… И я почти поверил, что наступила та самая светлая полоса…

      Мужчина прервался.

      — Не слушай меня, — сказал он. — Теперь… Теперь я вижу, что светлая полоса была всегда. Пока ты была рядом.

      Игорь зарылся лицом в волосы жены. Они долго стояли так, мужчина обнимал женщину, солнце не торопясь поднималось по небосводу, равнодушное к людской трагедии.

      — Скажи, — вдруг заговорила Маша. — Только честно. Ты когда-нибудь… ну… с другой…

      — Вот самое время для таких признаний, — ответил Игорь. — Ну, я думаю, ты те шесть лет тоже… Не в монастыре провела.

      Девушка дернула щекой.

      — Всегда думала, — она вздохнула. — Ну, когда говорят, что нужно… В общем, не терять время… что это просто красивые слова. А ведь мы могли бы прожить на шесть лет больше вдвоем.

      — Возможно, — откликнулся мужчина.- А возможно разбежались бы через год. Резка ты была, мать. Ох, резка!

      — Да дурой я была, — резковато ответила Мария. — Все сыто жить хотелось. А потом…

      Она грустно улыбнулась.

      — А потом ты увидела шикарного меня и снова потеряла голову, — нарочито пафосным голосом произнес Игорь.

      — О да, в той фуфайке ты был просто неотразим! — поддержала его Маша. — Как можно было пройти мимо такого мужчины!

      Они еще немного помолчали.

      — Я не хочу остаться одна, — еле слышно сказала девушка. — Пусть даже и ненадолго.

      — Может, прогуляемся? — ответил Игорь. — Я знаю отличное место для пикника.

      Он сейчас с трудом удерживал спокойную мину на лице. Тело будто прошивало электрическими разрядами.

      Мария повернула голову и посмотрела ему прямо в глаза.

      — Да, — ответила она после долгой паузы. — Пойдем…

     

     

     * * *

     

      На следующий день после инцидента. Кабинет директора. Восемь часов утра.

     

      Из камина в директорском кабинете вышел высокий мужчина в длинном старомодном темно-синем плаще с «крыльями», его шею подпирал воротник ослепительно белой рубашки. Однотонный черный галстук, костюм-тройка тоном светлее, чем плащ, серый шарфик. Ему было около пятидесяти, каштановые волосы до плеч уже имели первые седые пряди. А еще мужчина являл собой образец мага-аврора. Суровое, словно высеченное из камня лицо, плотно сжатые тонкие губы, между бровей пролегла глубокая морщина. Взгляд буквально придавливал к земле. В Хогвартс, для расследования происшествия прибыл Руфус Скримджер, глава аврората.

      Вслед за мужчиной прибыли еще два человека. Женщина лет тридцати, с некрасивым вытянутым лицом и каким-то стылым взглядом, одетая в черное длинное кожаное пальто и в строгий брючный черный же костюм. И мужчина в обычном магловском коричневом, явно дешевом костюме, какой-то потрепанный жизнью серый плащ и как бы это помягче… Напоминал своим снулым видом рыбину. Да и вообще выглядел как закоренелый холостяк, давно наплевавший на свой внешний вид. В руках у него был вместительный такой чемодан, словно на контрасте новенький, из черной кожи.

      Следом появились еще четверо. Двое мужчин, две женщины. Синие аврорские мантии с красным кантом по подолу и обшлагам рукавов. Спокойные, даже можно сказать, привычно-равнодушные выражения на лицах. Строгие серые костюмы с галстуками.

      — Доброе утро, Руфус, — произнес директор, сидя за своим столом

      Минерва, стоявшая рядом с директором, лишь слегка склонила голову.

      — Вряд ли его можно назвать добрым, Альбус, — произнес скрипучим голосом Руфус Скримджер.

      — Профессор, проводите уважаемых авроров в коридор, где произошло нападение, — произнес Дамблдор. — И в комнату Квирелла.

      МакГонагалл сделала аврорам жест в сторону двери.

      — Мы подождем за дверью, — произнесла женщина в пальто и они вместе с напарником вышли вслед за ранее ушедшими.

      Скримджер же сел на стул перед директорским столом.

      — Что мне ждать? — спросил глава авроров.

      Дамблдор посмотрел на него поверх очков.

      — Ничего, что станет для тебя открытием, — ответил он. — Ситуация более-менее ясная. Нужно просто зафиксировать произошедшее для отчета попечителям и для Визенгамота.

      — Но то, что ты сказал, — произнес Скримджер. — Прошло столько лет…

      — К сожалению, мы имеем еще один факт использования крестража, — ответил Дамблдор. — Факт печальный и, можно сказать, поучительный. К счастью, нам удалось нейтрализовать причину. Но это не отменяет того, что политика замалчивания приведет к новым печальным последствиям. Мы имели на руках хотя бы представление, что ждать.

      Руфус дернул щекой.

      — Я все равно не смогу сказать, что это был Реддл, — произнес он. — Мне нужны очевидные факты. Причем такие, которые можно трактовать только в одну сторону.

      — Я понимаю и не жду чуда, — ответил Дамблдор. — Я хотя бы смогу выбить средства на обновление и усиление защитных чар Хогвартса. Каким-то образом акромантулы же попали сюда. Надеюсь на твое содействие в этом вопросе.

      — Конечно, — кивнул аврор. — Что же, думаю, пора осмотреть место?

     

     

     * * *

     

      Коридор с акромантулами. Кандас Макмиллан — аврор, Миллард Стоун— аврор, профессор Снейп.

     

      Несмотря на то, что еще даже суток не прошло, запах в коридоре уже стоял тяжелый. Но при этом он был специфический. Не резкий, а именно тяжелый, какой-то обволакивающий, кислый, словно они пришли в капустный погреб. То есть да, неприятный, но не тот запах разложения который ожидается при взгляде на полуобугленные (профессор МакГонагалл предпочитает такую форму заклинаний) тушки пауков. Другие акромантулы выглядели так, словно какой-то маньяк решил с ними позабавиться, прежде чем убить. Это работа равнодушно сейчас смотрящего на них профессора Снейпа. Ну и практически целые — это изящный стиль Флитвика. И, несмотря на якобы показушность, маленький профессор внес немалую лепту в общую победу. Были еще полураздавленные, с дырами, в которые можно руку просунуть и так далее. Это приложили руки другие преподаватели.

      — Спасибо, профессор, — уважительно произнесла Кандас, бывшая слизеринка, когда они пришли на место.

      Невысокая, худая довольно симпатичная девушка, в чертах которой угадывались предки-викинги (например, у нее был широковатый для женщины подбородок, но впечатление от него скрадывалось огромными серыми глазами и классическим «сердечком» губ) смотрела вокруг с некоторой ностальгией.

      А вот слегка пухловатый и до сих пор розовощекий Миллард, учившийся на Рэйвенкло ограничился при встрече с «Ужасом Подземелий» лишь вежливым и довольно быстрым поклоном. Он слегка сутулился, вокруг смотрел с легким прищуром. Внешности он был совершенно тривиальной и незапоминающейся. Если убрать аврорскую мантию, так… рядовой офисный служащий.

      — Ничего, Кандас, — ответил Снейп. — Я вас просто сопроводил, как предписывают правила. Уверен, ты и сама бы прекрасно сюда дошла.

      — Я сказала спасибо и за то, как вы меня подготовили, — ответила Кандас. — Ваш уровень оказался даже немного выше, чем требовалось для поступления на курсы авроров.

      — Приятно слышать, что хоть кто-то использует полученные знания по назначению, — в своей привычной, равнодушной-язвительной манере произнес профессор. — А не украшает дипломом стены.

      Кандас слегка улыбнулась. Декан по-прежнему не изменяет самому себе и частенько высказывает мнение именно о реальном положении дел. Правда в такой манере, что иной раз хочется его прибить…

      Кандас подавила нахлынувшую ностальгию. Это все потом, главное — дело. Она кивнула Милларду, который после этого пошел вперед и приблизилась к тушкам пауков.

      — Мистер Стоун, вполне возможно, что не все акромантулы пошли именно сюда, — произнес Снейп. — Мы нашли еще двоих вне этого места. И дальше по коридору не ходили.

      Его собеседник опять кивнул, давая понять, что учел возможные риски. И достал палочку…

     

      … После подробного осмотра, со вскрытием более-менее сохранившихся акромантулов, Кандас поднялась и вокруг ее кистей исчезло зеленоватое сияние.

      — Они из одного выводка, — произнесла аврор. — Примерно все одного возраста. Ядовитые железы недоразвиты… Вообще они какие-то недоделанные.

      — Обрати внимание, — произнес Снейп. — Они все примерно одного размера.

      — Да, я тоже это заметила, — кивнула Кандас. — Похоже, мы имеем дело со специально выращенными существами. Причем выращенными на скорую руку. Я не вижу матки, вы не находили ее?

      — Нет, — коротко ответил профессор. — И думаю, вряд ли найдем. Иначе акромантулы не стали бы так целенаправленно все куда-то двигаться.

      — Они бы освоили какой-то определенный участок возле матки, — кивнула аврор. — Что у тебя, Миллард?

      Второй аврор, с выражением легкой брезгливости подошел ближе.

      — Они двигались откуда-то из глубины подземелья, — произнес он. — Дождемся остальных и пойдем, осмотрим там все. Профессор, вы были правы, не всех акромантулов удалось убить.

      По лицу Снейпа промелькнуло едва заметное снисходительное выражение. Миллард его даже не заметил, лишь Кандас успела уловить его, потому что знала декана Слизерина, конечно, гораздо лучше…

     

     

     * * *

     

      Проснувшись, Гарри долго лежал с закрытыми глазами. Наконец-то эти вспышки памяти, обрывки образов соединились в цепочку. И… Как-то не стало легче. Скорее наоборот. Особенно та картинка, которая была последней. Лицо Маши. Она улыбалась, целуя его и одновременно по ее щекам катились слезы. Он и раньше помнил этот момент. Буквально с того самого момента, как осознал себя… Собой.

      Рядом раздался негромкий, слегка шаркающий звук шагов, скрип. Гарри открыл глаза. Что-то сейчас не хотелось ни с кем разговаривать. Вот совсем. Ладно. Это просто временная меланхолия. И лечится она методом «через силу».

      — Хай, Рон, — поднял Гарри руку в индейском приветствии.

      — Ага, — парень смотрел на него с легкой опаской.

      — Не, ну ты что, теперь все время это будешь помнить? — спросил Гарри.

      — Так ведь больно было, — рыжий рефлекторно потер живот.

      Кстати, что-то с резкостью. А ну да. Гарри нашел взглядом лежащие на столике рядом очки и водрузил их на место. И огляделся. Все вроде здесь. Невилл, даже блондинчик вон зыркает, а его… гм, объемистый товарищ с каким-то напряжением смотрит в сторону выхода. Гарри тоже посмотрел в ту сторону. Ага. Кажется, подвезли съестное.

      «Ну, наконец-то! Девчонки!» — пришла спонтанная мысль, когда Гарри увидел, кто занимается завтраком.

      Это действительно были девушки, лет четырнадцати-пятнадцати в количестве трех штук. В таких милых белых халатиках, с довольно коротким (ну, относительно мадам Помфри, конечно, чуть выше колена то есть) подолом. Это что, типа визиотерапия что ли? Тьфу, ему же одиннадцать. О, знакомые все люди…

      — Нимфа, я начинаю думать, что ты меня преследуешь! — заявил Гарри с кровати.

      Упомянутая особа, внимательно так ставящая тарелку на столик Рона, вздрогнула и посуда опасно стукнула о столешницу. Она кинула удивленный взгляд на Гарри.

      — А ты тут что делаешь? — спросила она, а ее волосы стали отливать красным.

      Рон в этот момент удивленно посмотрел на товарища, который так свободно беседует с девушкой, которая была старше.

      — Да так, от работы… прячусь, — ответил Гарри.

      Девушка смерила парня недоверчивым таким взглядом. А потом перевела взгляд на Невилла, койка которого стояла дальше. И так характерно выдохнула.

      — Почему-то я не удивлена, — произнесла она и поставила на столик стакан.

      — А ты тут какими судьбами? — спросил Гарри.

      — Ну, ты-то тут валяешься, — ответила Тонкс. — А меня от работы никто не освобождал. Сегодня послали сюда.

      — Что-то рановато для отработки, — удивился парень. — А как же занятия?

      — Так отменили их, — ответила девушка. — По школе авроры рыскают.

      — О как, — хмыкнул Гарри. — А мы ничего так блеснули!

      — Не из-за вас! — насмешливо пояснила Тонкс.

      Тут она с некоторым удивлением посмотрела на буквально накинувшегося на еду Рона. И, покачав головой, выкатила тележку, на которой стояли тарелки в проход и подъехала к Гарри.

      — А из-за кого? — спросил парень.

      — Говорят, что профессор Квирелл умер, — сказала Тонкс.

      — Нихрена себе, — выскочило у Гарри. — Что, серьезно?

      Девушка строго посмотрела на него. И переставила тарелку с супом на столик рядом с кроватью. А потом ее взгляд задержался на запакованную в бинты левую руку Гарри.

      — А вы-то как в том коридоре очутились? — спросила она.

      — Стреляли, — откликнулся Гарри и, видя непонимание на лице Тонкс, вздохнув, добавил. — Да ты знаешь, решили погулять перед сном. Так сказать, подышать свежим воздухом.

      — В подземелье? — усомнилась девушка.

      — Просто я люблю, когда прохладно, но нет ветра, — не моргнув глазом, пояснил парень.

      Тонкс бросила взгляд на Малфоя, который опять нацепил на рожу выражение «Вы все быдло». И по ее лицу скользнуло выражение понимания.

      — Смотрю, тебе понравилось полы драить, — сказала девушка.

      — Ну, не больше, чем тебе, — парировал Гарри с иронией. — Отдай мою еду.

      Он кивнул на оставшиеся тарелки. Тонкс смерила его подозрительным взглядом и молча переставила положенную парню порцию на столик.

      — А как же пожелать приятного аппетита? — сказал Гарри, когда девушка снова взялась за ручку тележки.

      Девушка беззвучно, одними губами произнесла… в общем, послала. Далеко. И сопроводила все это такой улыбкой-оскалом.

      — Никакого уважения герою! — прокомментировал парень. — Все, в следующий раз будем брать оплату вперед.

      Он подвинулся к столику.

      — Кстати, Нимфа, — произнес он как бы невзначай. — Зачетный костюмчик.

      — Что? — девушка резко остановилась и бросила на парня удивленный взгляд.

      — Я говорю, спасибо, очень вкусно! — голос парня был ровным, но к девушке он не поворачивался, пряча усмешку.

      Тонкс смерила его подозрительным взглядом.

     

     

     * * *

     

      …Скримджер только сощурил глаза, когда увидел место происшествия. Туша огромного пса внушала.

      — Как видите, в мотивах Квирелла сомневаться не приходится, — произнес директор, кивая на мертвого пса.

      Тем временем мужчина и женщина, пришедшие со Скримджером, пошли вперед (четверка других авроров отправилась на место боя с пауками и в комнату Квирелла). Мужчина остановился у зверя, поставив рядом с собой чемодан, женщина же пошла дальше. Туда, где кучей тряпья лежал на полу труп. Ее лицо даже не дрогнуло, когда ее ноздрей коснулась смесь «ароматов» чеснока, разложения и горелой ткани. Женщина достала из кармана аврорский блокнот (тот самый, длинный), а ее кисти на миг обволокло каким-то зеленым дымом.

      — Есть предположения, как в Хогвартс проникли акромантулы? — спросил Скримджер.

      — Скорее всего, это дело рук Квирелла, — ответил Дамблдор. — Вряд ли это совпадение.

      — Много учеников пострадало? — поинтересовался аврор.

      — С одной стороны немного, — ответил директор. — С другой стороны — это первокурсники. Хотя именно из-за них акромантулы не расползлись по всей школе.

      Скримджер чуть приподнял бровь.

      — Интересно, — произнес он. — А мне начинало казаться, что молодежь все больше мельчает…

      — Пес, несомненно, убит Непростительным, — заговорил мужчина, осматривающий труп собаки. — Но не сразу. На такую тушу одной Авады маловато.

      Женщина тем временем спокойно раздевала труп бывшего профессора Квирелла. Причем помогала она себе каким-то ножом, похожим на маленький серп (керамбит это был). Ножик этот с легкостью рассекал ткань.

      — Когда это произошло? — спросил тем временем ее напарник каким-то бесцветным голосом, обращаясь куда-то в потолок.

      — Около девяти часов вечера, — ответил директор.

      Мужчина кивнул и прошел к своему чемодану. Когда он подошел, тот взмыл в воздух, поворачиваясь так, будто лежал на столе и открылся. Аврор все с тем же невозмутимым видом достал из него несколько предметов. Хрустальную сферу, раскладную треногу и кипу небольших, с ладонь, бумажных листков, на которых были начерчены странные символы.

      — Хм, ниппонские печати? — заинтересовался директор, видя такие существенные изменения инструментария.

      — Это весьма удобная вещь, — произнес Скримджер. — Работают также, как и куакторы. Но их можно носить с собой довольно большое количество.

      — Но, насколько я помню, эти печати одноразовые? — задумчиво произнес Дамблдор, смотря, как подчиненный главы расклеивает листки по стенам.

      — Куакторы тоже имеют конечный срок использования, — ответил Скримджер. — Но гораздо дороже и самое главное, они громоздкие. А с печатями любой аврор теперь может на скорую руку произвести репродукцию.

      — Глава, — негромко произнесла женщина.

      Директор и Скримджер подошли к ней.

      — Фактически, он был мертв, когда пришел сюда, — заговорила аврор, показывая на ноги Квирелла. — Смотрите, трупные пятна уже как минимум недельной давности.

      Ничуть не смущаясь, она рассекла брюшину. Двое наблюдающих за ней мужчин даже не поморщились. Женщина же раскрыла разрез.

      — Но органы еще более-менее, — сказал она. — Значит, что бы ни овладело им, оно поддерживало жизнь тела искусственно. Судя по отсутствию амулетов и иных характерных предметов, это происходило за счет направленных заклятий или эликсиров. Или того и другого. Хм…

      Женщина нагнулась, присматриваясь к чему-то

      — Директор, были ли сообщения о смерти единорога? — спросила она.

      — Да, кентавры сообщали, что кто-то убил одного, — ответил Дамблдор.

      — Похоже, убийца перед нами, — произнесла аврор. — Смотрите.

      Новое движение ножом, на этот раз он рассек грудину. И женщина, раздвинув ее, показала на будто посеребренный желудок. Легкие тоже покрывала серебристая сетка. Сердце же выглядело так, будто его слегка поджарили.

      — Его не раз запускали заклятьем, — прокомментировала аврор.

      — Я готов, — сказал сзади мужчина.

      Женщина вернула открытые «крылья» грудины трупа на место, сложила в брюшную полость ее содержимое, а затем из ее кармана выскользнула небольшая коробочка, которая тут же открылась. Аврор достала из нее левой рукой две длинные нити, правой взяла палочку. Короткий Жест.

      — Спиралис.

      Первая нить, с металлическим острым наконечником, за несколько мгновений стянула края разреза живота. Затем вторая то же самое сделала с грудной клеткой трупа.

      — Репаро, — сухо бросила женщина, восстанавливая одежду и поднимаясь.

      Она вместе с Скримджером и директором отошла в сторону. А тем временем ее напарник по обследованию подошел к трупу Квирелла и налепил листок ему на лоб. Потом подошел к шару, достал палочку и посмотрел на главу авроров. Скримджер кивнул.

      — Начинаю, — произнес мужчина. — Маркам Дуодецем.

      Шар засветился ровным желтым светом и на существующую реальность наложилась другая, призрачная. В ней Пушок еще живой, лежит на полу и грызет одной из голов какую-то кость. Но вот дверь распахнулась и из темноты коридора прямо в пса прилетел зеленый луч Авады. Зверь замер. В дверь вошел тот, кто сейчас лежал у стены. Лицо его было мертвенно бледным, он сильно припадал на правую ногу. Вот пес встряхнулся и распахнув пасти (видимо рыча), ринулся вперед… И ударился о невидимую преграду… Губы Квирелла зашевелились. Под псом появилось свечение. И тут перед профессором что-то сверкнуло и он улетел к стене. Зверь, скалясь, тряс головами, явно тоже оглушенный.

      Новый зеленый луч, но пес ловко для его туши увернулся и ринулся на нарушителя. Квирелл что-то сделал и зверь вместо того, чтобы разорвать его, впечатался на полном ходу в стену. Тут же палочка профессора выдала белую вспышку и пса отбросило. И снова луч Авады. Но зверь опять поднялся. Еще одна зеленая вспышка. Все, пес замер там, где его нашли.

      Квирелл, хромая, прошел мимо пса. И тут на сцене появились новые действующие лица. Северус Снейп сразу же выдал заклятие, от которого Квирелл, несмотря на то, что явно защитился, пролетел сломанной куклой по коридору. Вторым в запретный коридор зашел директор.

      Квирелл поднялся. Вот только не на ноги, а просто в воздух, словно призрак. На его лице было пугающее выражение. Одна половина как будто поплыла, словно все мыщцы там враз расслабились, а на второй была злобная усмешка.

      — Что он сказал, Альбус? — спросил Скримджер, когда губы Квирелла зашевелились.

      — Ничего существенного, — ответил Дамблдор. — Оскорбления и бахвальство.

      Тем временем директор в репродукции достал палочку. А Снейп ее и не опускал. Вот Квирелл делает Жест и тут же в него прилетают два заклинания. От первого, директорского, перед бывшим профессором проявился щит, который моментально сгорел, причем какими-то лоскутками, как будто он был бумажный. Второе заклинание было Авадой…

     

     

     * * *

     

      Все авроры уже скрылись в камине, унося с собой тело Квирелла, остался только Скримджер. Он подал руку директору.

      — Что ж, Альбус, — произнес он. — Это было самое легкое.

      — Да, — слегка улыбнулся Дамблдор. — Завтра на меня накинутся родители и попечители.

      — Желаю удачи, — кивнул Руфус. — Кстати, эти первокурсники. Если они в будущем изъявят желание стать аврорами... Я бы хотел поговорить с ними.

      — Я передам, Руфус, — ответил директор.

      Глава, слегка склонив голову в сторону МакГонагалл, развернулся и скрылся в ореоле искр. Директор посмотрел ему вслед.

      — Ты все еще считаешь, что так нельзя было поступать? — сказал он.

      Профессор посмотрела на него с суровым таким выражением лица и поджала губы.

      — И как преподаватель ты совершенно права, — продолжил директор. — Я признаю, что Квирелл почти сумел нас обхитрить. Меня, Северуса… Том всегда был изобретателен.

      МакГонагалл вздрогнула и вопросительно посмотрела на Дамблдора.

      — Да, это был он, — со вздохом произнес директор. — Том Реддл.

      Профессор все-таки не удержала лицо.

      — Но… это точно? — спросила она.

      — Он сам об этом сказал, — ответил директор. — Когда понял, что шансов нет.

      — Значит, все-таки он не умер, — МакГонагалл дернула щекой.

      — Я был почти уверен в этом, — ответил Дамблдор. — После того, как Северус рассказал мне о крестраже.

      Профессор неверяще посмотрела на директора.

      — Неужели он все-таки пошел на это? — спросила она дрогнувшим голосом.

      — К сожалению, да, — ответил Дамблдор. — И последствия себя ждать не заставили. Тот Том, которого мы знали, никогда бы не пошел на такой опрометчивый шаг, как пойти лично в дом Поттеров. Очевидно, что его поведение сильно изменилось.

      Директор тяжело вздохнул.

      — И, к сожалению, еще ничего не закончилось, — сказал он. — Пока есть крестраж, Том не покинет это мир. И рано или поздно он сумеет найти способ вернуть себе тело… И поэтому я считаю, что поступаю правильно, Минерва. Этот случай…

      Дамблдор снял очки и потер переносицу.

      — Мы были хоть как-то готовы, — произнес он. — Точно знали хотя бы место, куда он придет. А вот теперь мы уже не знаем, что произойдет далее.

      — А нельзя было поместить камень в другое место? — сухо заметила профессор.

      — В какое, Минерва? — спросил директор. — В министерство? Или отдать какой-нибудь семье, чтобы получить очередных сирот?

      Он положил очки на стол.

      — Не тебе говорить, что идеальных решений не бывает, — сказал он. — И, несмотря на произошедшее, точнее на то, что событие не контролировалось полностью, именно потому, что камень Николаса находится здесь, удалось избежать каких-либо далеко идущих последствий. И у нас, у всех, у меня, у тебя, у Гарри, теперь есть время. А оно играет против Реддла. Вижу, ты все равно считаешь иначе?

      — Да, я не считаю, что жизнь учеников можно использовать, как разменную монету, Альбус, — довольно жестко произнесла МакГонагалл. — С этим я никогда не соглашусь. Пусть даже это будет трижды оправданно. И это мнение я выскажу попечителям.

      — Минерва, — спокойно произнес Дамблдор. — Вспомни, что я сказал тебе, когда ты стала моим заместителем?

      «Всегда будь так же тверда» — вспомнила слова директора Минерва.

      — И это были не просто слова. Директор — это уже не столько воспитатель, сколько политик, — произнес Дамблдор. — Хорошо это или плохо, но это так. И я вынужден принимать решения, которые могут выглядеть и даже быть за рамками морали педагога. Но любое решение несет свои последствия. Например, осуждение. Я к этому готов, поэтому Минерва, я даже настаиваю на том, чтобы ты была объективной, причем именно как мой заместитель и преподаватель.

      — Конечно, — сказала профессор, чуть вскинув подбородок.

      — Думаю, теперь самое время обсудить произошедшее со всеми, — произнес директор.

      Невысокий полный мужчина, с крысиным каким-то лицом и выражением дикого страха на этом самом лице, бежал по улице. Рядом с ним раздался хлопок аппарации и он тут же суетливо повернулся в ту сторону.

      — Авада Кедавра! — не колеблясь, применил он Непростительное заклинание

      Перед мужчиной, с угольно-черными волосами, который и появился рядом с ним, мгновенно выросла стена из земли, в которой увяз ядовито-зеленый луч Авады. Земля осела, подняв тучу пыли.

      — Конфринго! — из пылевого облака вылетел желтый луч и врезался в землю

      Глухо ухнул взрыв и мужчину с крысиным лицом отбросило на каменный забор. Он впечатался в него с влажным хрустом и съехал на землю. А из пыли вышел черногривый.

      — Бомбарда Максима! — в его голосе звенела злость и презрение.

      Перед невысоким мужчиной проявился синий магический щит, но энергия взрыва отбросила его снова на забор, а палочка, сверкнув на солнце, куда-то улетела.

      — Тварь! — буквально выплюнул черногривый, подходя и держа наготове палочку.

      — Пощади! — прохрипел крысинолицый.

      — Они… Они погибли! Все! Все погибли! — наполненные горечью слова падали текстом приговора.

      — Тебя же посадят в Азбакан! — попытался воззвать к здравому смыслу крысеныш.

      — Это будет моя кара! — твердо произнес черногривый. — За то, что поверил тебе! За то, что меня не было рядом!

      — Нет! Я не хотел, Сириус! Меня заставили! — на лице невысокого проступил смертельный ужас.

      — Не смей называть меня по имени, Петтигрю! — с ненавистью ответил Блэк.

      Хлопки аппараций. Вокруг двоих магов появились люди, в синих мантиях.

      — Бросить палочки! — тут же раздался крик.

      — Ультимум спиритум! — одновременно произнес Сириус.

      Его палочка при этом описала круг. Вокруг Петтигрю появился полупрозрачный кокон, и он выпучил глаза в диком ужасе. Мужчина отчаянно пытался вздохнуть, схватившись за горло, его глаза выпучились, словно у жабы.

      — Встретимся в аду, — процедил Блэк, презрительно вздернув верхнюю губу.

      Петтигрю задергался, из его рта вывалился язык. Вот последняя слабая судорога сотрясла его несуразное, веретенообразное тело, взгляд остекленел, а на посиневшем лице навсегда застыла маска ужаса. А в следующий момент Сириуса снесло с ног заклинанием.

     

     

     * * *

     

      Лондон, район Фулхэм. Дом Сириуса Блэка.

     

      — Быстрее, мы еще можем его спасти, — Дамблдор, без своей привычной мантии, в одной белой рубашке, смел со стола бумаги.

      Хагрид осторожно положил на столешницу безвольное тело ребенка. И, отвернувшись, громко шмыгнул носом.

      — Альбус! — в комнату буквально вбежала Минерва МакГонагалл и заметила мальчика на столе. — О боже!

      — Не время для стенаний, Минерва, — зло сказал директор Хогвартса.

      В его руках сверкнул насыщенным алым цветом драгоценный камень. Он задрал майку на ребенке и осторожно, очень плавно, иногда даже останавливаясь, словно преодолевал какое-то сопротивление, положил камень на грудь мальчика.

      — Минерва, одному мне не вытянуть, — произнес Дамлдор. — Хагрид, тоже включайся.

      — Да, сэр! — великан поспешно кивнул. — Конечно! Я готов на все!

      Директор наставил палочку на камень и глубоко вздохнул…

     

      …С первым вздохом ребенка, поток света от бузинной палочки к камню прервался. Дамблдор уронил руку с палочкой и пошатнулся. Хагрид, стоявший рядом со своим зонтом, немедленно придержал директора.

      Выглядел Дамблдор отвратительно. В глазах полопались капилляры, белоснежная борода пропиталась кровью, что вытекла из носа. Лицо было серое, как у тяжелобольного человека.

      Минерва выглядела лучше, но и на ее лице была написана просто смертельная усталость. Только Хагрид выглядел более-менее, но если присмотреться, то лесничий опустил плечи и почему-то моргал чаще, чем это было нужно.

      — И что теперь? — спросила МакГонагалл, опираясь рукой о стол.

      — Длительное воздействие магией может стать для него непоправимым, — еле слышно произнес Дамблдор. — Но и вообще без нее он тоже не может. У него есть родственники среди маглов. Это будет лучше, чем приют. Хагрид…

      Директор на мгновение явно поплыл. Хагрид встревожено подхватил его снова. Но Дамблдор помотал головой, словно приходя в себя после нокдауна и выпрямился.

      — Отнеси его, — неожиданно четко произнес Дамблдор, посмотрев на Хагрида. — Минерва, скажи куда.

      — Да, сэр, — прогудел Рубеус. — Я все сделаю.

     

     

     * * *

     

      Особняк Лейстренджей. День, когда погибли Поттеры.

     

      Хлопок аппарации не особо насторожил теперешних обитателей особняка. На пространство были наложены антиаппарационные чары самим Темным Лордом. Лишь двое, которые присматривали за комнатой для аппарирования обратили внимание на того, кто прибыл и сразу же потеряли интерес. А между тем им нужно было повнимательнее посмотреть на лицо прибывшего Северуса Снейпа.

      — Сектусемпра! — прозвучал в тишине комнаты мертвенно спокойный ледяной голос Снейпа.

      Вспышка, один из охранников даже дернуться не успел, как его натурально расчленило. А на лицо второго охранника буквально плеснуло кровью. Из-за оторопи тот даже не подумал сопротивляться.

      — Протего, — зазвучал тихий голос Снейпа.

      Вокруг него на краткий миг появилось синее сияние.

      — Редукто, — с палочки Северуса слетел синий шар и врезался в теперь уже очевидно бывшего соратника.

      Громко хлопнуло и охранника унесло в коридор. А Снейп, не торопясь вышел вслед за ним из комнаты.

      — Что случи… — на пути ему попался Уолден Макнейр в сопровождении еще троих пожирателей…

     

      … Послышался звон и из окна особняка в ореоле осколков оконного стекла вылетел Макнейр. Извернувшись, он сумел прямо на пути к земле отразить заклинание Снейпа и с треском влетел в кусты…

     

      Северус все с таким же, абсолютно каменным лицом отвернулся от разбитого окна и продолжил свой путь. За спиной у него остались три окровавленных тела. А в сердце было холодно и пусто. Он привычно запретил себе вспоминать о том, что видел в доме Поттеров. Он много о чем запрещал себе думать… Но от этого запрета, его действия не утратили своей резкости. Когда «гвардейцы» Волан-де-Морта: Беллатриса, Долохов, Лейстрейндж-старший, оба Кэрроу, появились на пути Снейпа, он к тому времени без каких-либо колебаний уже расправился с четырьмя пожирателями, что встретились ему по пути.

      — Ты что творишь, Снейп?! — крикнул Амикус Кэрроу.

      Вместо ответа в него прилетел луч Авады. Опытный Амикус успел магией вздернуть перед собой стол. Остальные пожиратели в ответ тоже стали действовать.

      За какой-то десяток секунд комната превратилась в поле боя с применением тяжелого вооружения. Стекла вылетели в самые первые мгновения. Заклятия натурально взрыли пол и теперь доски торчали вверх, словно остатки выбитых зубов. Снейп, естественно, не стоял на месте. Он активно маневрировал, помогая себе магией перемещаться, не гнушался использовать подручные материалы, запуская в противников выбитыми кирпичами и вообще мусором, чередуя это с заклинаниями. В воздухе стояла густая пыль, так что стороны почти не применяли Аваду (она гасилась даже простым пылевым облаком), зато широко применяли другие. В какой-то момент Снейп сумел подловить Долохова своей Сектусемпрой. Тот, конечно, закрылся щитом, но полностью защититься не смог и осел на пол изломанной куклой. Потом Беллатриса, в поистине безумном рывке, смогла приблизиться к бывшему соратнику и буквально в упор разрядилась Бомбардой. Ее и саму задело, а Снейпа откинуло на стену, чем немедленно воспользовались брат и сестра Кэрроу, влепив по тому Конфринго. Первое, от Амикуса, Снейп смог отклонить, но второе от его сестры буквально вбило Снейпа в стену.

      Секунда. Пожиратели замерли, не видя в поднявшейся пыли своего противника. И тут раздался басовитый протяжный металлический звон, словно рельсу переломили.

      — Барьер сломали! — резко сказал Лейстрендж-старший. — Сейчас здесь будут авроры!

      В подтверждение его слов в комнате раздались хлопки аппараций.

      — Авада Кедавра! — истерично выкрикнула Беллатриса, направив палочку в сторону новых действующих лиц.

      — Бомбарда Максима! — это внес свою лепту в веселье зря забытый Снейп.

      Оглушительно хлопнуло. Щит Беллатрису спас, но на ногах она, естественно, не удержалась. Да что там не удержалась, ее буквально подбросило под потолок, а взрывная волна разметала остатки мебели.

      Беллатриса упала на пол комком черной рваной ткани. Керроу переглянулись и, не сговариваясь, аппарировали. Их примеру последовал Лейстрендж… И тут же со стоном выпал обратно в реальность, повалившись на землю. Видимо, авроры уже приняли меры, чтобы преступники не смогли избежать встречи с ними.

      — Всем бросить палочки!!! — раздался оглушительный, явно усиленный магией голос…

     

     

     * * *

     

      Больничное крыло. Около четырех часов дня.

     

      Рон лежал на кровати, тупо пялясь в потолок. Гарри опять вырубился, прямо на середине фразы. Невилл… Тот писал письмо, старательно выводя буквы и смешно высовывая при этом язык. Оставались только Малфой и Грейнджер. И неизвестно, кого лучше сторониться. Рон заложил руки за голову. Нев дописал письмо и пошел отдавать его мадам Помфри.

      — Который час? — раздался сонный голос Гарри.

      Рон повернул голову. Поттер смешно тер глаза… правой рукой.

      — Меня опять, что ли вырубило? — спросил он.

      — Сразу после завтрака, — ответил Уизли. — Ты даже булочку не доел.

      — Надо же, — Гарри, морщась, сел. — Ты все еще обижаешься?

      Рон усмехнулся.

      — Нет, — ответил он.

      Поттер, улыбнувшись в ответ, поднялся.

      — По нужде, это вон туда, да? — кивнул он в сторону дверей.

      — Крайняя от выхода, — уточнил Уизли.

      — Ага, — Гарри сунул ноги в тапочки, стоящие у кровати.

      — О, Поттер! — заговорил Малфой, прищуриваясь. — А я уж думал, ты не проснешься!

      — Не дождешься, — криво усмехнулся Гарри. — Я еще за тебя киселя попью.

      — Киселя? — недоуменно произнес блондин.

      — Забудь, — ответил Поттер и пошаркал в сторону туалета. — Привет, Герми.

      Он кивнул девочке, что читала, судя по цифре «1000» на обложке, про травы. Та посмотрела на парня поверх книги и слегка наклонила голову вбок, словно думала, стоит ли вообще разговаривать. Гарри ответа ждать не стал, а доковылял до двери, открыл ее и зашел. Гермиона еле заметно фыркнула и снова углубилась в чтение. Малфой смотрел вслед Гарри недоуменным взглядом.

      — Причем тут кисель? — произнес он…

     

      …Гарри смотрел в зеркало. Это лицо определенно отличается. Честно говоря, оно симпатичнее того. А может просто моложе. Там-то он привык видеть в зеркале взрослого мужика. Парень наклонил голову над раковиной и неловко умылся одной рукой.

      «И что дальше?» — подумал он, снова смотря в глаза своему отражению.

      Зеленые глаза. Даже как-то дико видеть их у парня. Почему-то. Гарри провел пальцами по холодному стеклу зеркала. Прошлое вставало перед глазами. Детдом. Друзья. Жена. Он помнил кадры из телевизора, показывающие разрушенные города, слепых обожженных людей. А еще он не понимал… Что он делает здесь.

      «Гарри Поттер» — повторил он про себя теперешнее имя.

      Парень глубоко вздохнул. Точнее, он попытался это сделать. В какой-то момент боль предупредила его, что не стоит изображать тут из себя кузнечный мех.

      — Посмотрим, — негромко произнес Гарри. — Поглядим…

     

     

     * * *

     

      Мадам Помфри, привлеченная голосами, заглянула в палату. Дети, даже отпрыск Малфоев, находились все в одном месте. Толс… То есть этот большой мальчик, Крэбб глядел из-за его плеча. Гермиона Грейнджер со снисходительным выражением лица, сидела на кровати рядом с Гарри Поттером.

      — Ага! — воскликнул парень. — Выкружил, все-таки! Нев, пиши!

      Заинтересовавшись, женщина вышла из перевязочной и, используя свой фирменный неслышный шаг, подошла ближе. И увидела характерную такую стопку прямоугольных белых картонок. Несколько штук лежали рядом и на них были нарисованы узнаваемые значки.

      — Так, так, — произнесла мадам Помфри. — И что тут происходит?

      Народ дружно так вздрогнул. На медсестре пересеклись испуганные, недовольные и дерзкий (это Поттер) взгляды.

      — Мы просто играем, — сказал Гарри.

      — Я так понимаю — это карты? — с суровым видом поинтересовалась женщина.

      — Все так, — кивнул Поттер. — Но игра идет не на деньги. Это что-то вроде преферанса. Только проще.

      — Карточные игры запрещены правилами нахождения в больничном крыле, — произнесла мадам Помфри и слегка улыбнулась. — Так что не играйте в них, пожалуйста.

      Женщина развернулась и ушла обратно к себе. Парни и девочка проводили ее недоуменными взглядами. Кроме Гарри.

      — И что это было? — спросил Рон.

      — А это последствия, — произнес Гарри и кивнул рыжему на карты. — Так, теперь ты сидишь на прикупе и раздаешь.

      — Последствия? — не понял Уизли, беря колоду.

      — Мы же всех спасли! — с превосходством заявил Малфой. — Что тут непонятного?

      — Малфой, выключи пафос, ладно? — поморщился Гарри.

      Тот в ответ приподнял подбородок и посмотрел на Поттера с превосходством.

      — Скучная игра, — сказала тут Гермиона. — И какой интерес просто набирать очки?

      — Ну, придумай лучше, — ответил Поттер. — Не в покер же играть? Там реально без денег нет смысла. Можно еще в «Дурака», но там еще больше чистого везения.

      — А что, кроме карт, не во что поиграть? — фыркнула девочка.

      — Предложи, — ответил парень.

      — Ну, у меня дома есть настольные игры, — Гермиона слегка смутилась.

      — Вот именно, — сказал Гарри. — Дома. А тут из чего их делать? Ладно, близнецы есть, хоть это притащили.

      Рон раздал карты, три положил рубашками вверх на табурете, что стоял между кроватями. Гарри поднял розданное ему и слегка прищурился, прикидывая варианты.

      — И что, если есть королева и король, значит это хорошо? — спросила Гермиона, тоже смотря в карты парня.

      — Герми! — возмутился Гарри.

      — Пас! — тут же отреагировал Малфой, хитро улыбнувшись.

      — Вот спасибо! — Гарри с укором посмотрел на девчонку.

      Та в ответ улыбнулась, сверкнув глазами.

     

     

     * * *

     

      Процедурный кабинет больничного крыла. Мадам Помфри, профессор Снейп.

     

      Северус Снейп пришел в больничное крыло с собрания преподавателей вместе с мадам Помфри. Вообще, профессор часто помогал с лечением больных, так это крыло было можно сказать одной из его вотчин. И это было логично, зельевар, то есть маг, который варит зелья в том числе и для применения на людях, обязан в совершенстве знать анатомию.

      — Добрый день, — в процедурную зашел Гарри Поттер.

      — Раздевайтесь, мистер Поттер, — как обычно процедил профессор.

      Парень молча снял накинутый сверху халат, верх пижамы сначала стянул со здоровой руки, а потом аккуратно с больной. Снейп сощурил глаза.

      — Северус, я пока осмотрю остальных, — сказала Помфри.

      — Конечно, Поппи, — ответил Снейп.

      Женщина вышла, а Снейп вдруг сделал Жест палочкой (вот опять, когда они успевают ее достать?) и из халата, брошенного на кушетку, что-то вылетело.

      — Что это, мистер Поттер? — спросил зельевар, когда столовый нож повис прямо перед лицом Гарри.

      — Нож, — спокойно ответил парень.

      — И зачем он вам, мистер Поттер? — поинтересовался мужчина.

      — Как оказалось, профессор, — Гарри посмотрел прямо в глаза Снейпу. — Мне нужно самому заботиться о своей безопасности… и чести здесь.

      Мужчина некоторое время пристально смотрел на парня.

      — Почему именно нож? — спросил Снейп. — Вокруг достаточно предметов, которые можно использовать в том же качестве, не привлекая к себе внимания.

      — Вы позволите? — Гарри кивнул на нож.

      Профессор чуть склонил голову набок, прищуриваясь. И сделал короткий приглашающий жест. Парень взял нож. Короткий замах снизу, нож блеснул и ударился в стену. Конечно, он не воткнулся в камень, но отметина осталась.

      — Репаро, — бросил Снейп, убирая последствия этой демонстрации.

      И смерил Поттера внимательным таким взглядом. Лежащий на полу нож поднялся в воздух и лег на стол рядом со Снейпом.

      — Вернемся к осмотру, мистер Поттер, — произнес профессор. — Не шевелитесь.

      Его палочка описала круг, губы Снейпа шевельнулись и вокруг Гарри появилась полупрозрачная сфера зеленого цвета. Профессор некоторое время напряженно так на что-то смотрел.

      — Вы собирались применить что-то подобное в отношении Драко? — вдруг спросил он.

      Гарри ответил не сразу.

      — Я был бы вынужден так сделать, — ответил он, наконец. — Малфой явно больше меня знает в магии.

      Профессор никак не отреагировал на эти слова. Сфера вокруг Гарри погасла и Снейп сделал знак в сторону одежды.

      — Поттер, — сказал опять как-то неожиданно профессор.

      Парень вопросительно посмотрел на Снейпа. И с некоторым удивлением успел заметить на лице профессора какое-то странное выражение. На краткий миг, но Гарри показалось, что это было выражение боли…

      — Ничего, — бросил Снейп, отворачиваясь. — Вы можете идти.

     

     * * *

     

      Два дня спустя. Гостиная Слизерина. Вечер.

     

      Малфой и Крэбб вслед за Снейпом вошли в гостиную. Все слизеринцы были тут, что было большой редкостью. Снейп вышел на середину.

      — Некоторое время назад, — заговорил он. — Мы обсуждали пример, как не надо вести дуэль. Но жизнь мага состоит не только из дуэлей. Иногда ему приходиться защищать свою жизнь и от опасных животных. Мистер Малфой пример того, зачем магу нужно учиться. Он стоит перед нами, а не лежит в морге. Запомните, знания — это жизнь. В буквальном смысле этого слова, что мистер Малфой и доказал. Он спас себя, спас других учеников. Причем не только тех, кто оказались рядом, но и вообще всех. Благодаря его решительным действиям, акромантулы не расползлись по всей школе.

      Снейп сделал знак.

      — Вива! Вива! Вива! — грохнуло слитное приветствие.

      Драко расплылся в довольной улыбке. И тут за учениками показались две фигуры. Мужчина с длинными белыми волосами и женщина с двухцветной прической.

      — Ваши родители, мистер Малфой, — произнес Снейп. — Хотели бы выразить свою радость лично. Даю вам выходной на завтрашний день.

      Отец и мать Драко подошли ближе. Лицо мужчины было привычно спокойным, но в его глазах было выражение гордости. Женщина же открыто и торжествующе улыбалась.

      — Это было достойно, сын, — сказал Люциус Малфой.

      — Мы так гордимся тобой, Драко! — с теплом произнесла женщина.

      Драко вскинул подбородок и на его губах сама собой появилась широкая улыбка.

     

     * * *

     

      Гостиная Гриффиндора.

     

      Едва Гарри и компания вошли в гостиную, как на них буквально обрушился радостный рев. Грифы самозабвенно орали, приветствуя своих героев. Гарри, криво улыбаясь, помахал рукой. Невилл, с широко открытыми глазами, и, похоже, слегка контуженный, ошеломленно взирал на происходящее. Рон выпятил грудь и вскинул подбородок. Гермиона, как обычно, одновременно хмурилась и улыбалась.

      Народ окружил их, от многочисленных хлопков по плечам, Гарри слегка морщился. А на том месте, где обычно висел… как это… в общем, лента с названием факультета, теперь был транспарант с их именами. Их всех как-то так оттерли друг от друга, народ хотел выразить свою радость каждому. И в какой-то момент Гарри почувствовал на щеке чьи-то губы.

      «Воу!»

      Он повернул голову и увидел веселые глаза Лаванды Браун. Девчонка игриво так улыбнулась и тут же спряталась за другими.

      — Да будет пир! — раздался крик.

      Ага, это близнецы. Ну, кто бы сомневался. Кстати, да, посередине гостиной стоял стол, буквально ломящийся от разносолов. Героев чуть не на руках донесли до почетных мест в начале стола. И это же Гриффиндор. Ученики быстренько подсели к столу. Тут раздался хрустальный звон. С другого торца стола стояла МакГонагалл. Гомон немного поутих, все повернулись в сторону профессора.

      — Гарри, Рон, Невилл, Гермиона, — заговорила женщина. — Для начала, я бы хотела попросить у вас прощения.

      — Да ладно, — пробормотал слегка смущенный парень.

      — Прощения за то, — продолжала МакГонагалл. — Что вам пришлось принять на себя удар такого опасного противника. Вы повели себя как истинные гриффиндорцы! Без сомнения, Годрик Гриффиндор сейчас бы был очень доволен! Вы не отступили перед лицом…

      Тут голос женщины дрогнул.

      — Спасибо вам, — тихо произнесла профессор в наступившей тишине. — Если бы не вы…

      — Вива!!! — рявкнул Джордж Уизли.

      Народ согласно его поддержал, да так, что от рева слегка в ушах заложило…

     

      …Вот что нравилось Гермионе здесь, на Гриффиндоре, так это то, что люди здесь умели веселиться. Никто никого не принуждал к чему-то, атмосфера была по-настоящему теплой. Девочка опять натолкнулась взглядом на Гарри, левая рука которого висела на перевязи. И слегка нахмурилась. В памяти опять всплыл тот хруст костей…

      — Грейнджер, — раздался позади голос.

      Гермиона обернулась и увидела Лаванду Браун. И слегка нахмурилась.

      — Чего тебе? — сухо спросила она.

      — Да ладно, я же извиняться пришла, — сказала Лаванда. — Я была не права и вообще вела себя некрасиво. Мир?

      Грейнджер смерила соседку по комнате подозрительным взглядом.

      — На самом деле, мне просто было завидно, что тебе подарили те серьги, — продолжала Браун. — Они тебе на самом деле очень идут.

      — Это все? — спросила Гермиона.

      Лаванда смерила ее слегка недоуменным взглядом.

      — И как Поттер… общается с тобой? — поинтересовалась она.

      — Что ты имеешь в виду? — сощурилась Грейнджер.

      — То и имею, — слегка улыбнулась Браун. — Короче, Грейнджер. Нам, возможно, жить вместе еще пять лет. И мне не хочется грызться в спальне.

      Гермиона прищурившись посмотрела на соседку. А потом слегка улыбнулась.

      — А еще я знаю кое-что, — загадочным тоном произнесла Браун. — О Поттере. Хочешь расскажу?

      — Что? — Грейнджер спросила это с равнодушным лицом, но в тоне проскользнули заинтересованные нотки.

      — Ну не здесь же это рассказывать, — поиграла бровями Лаванда и кивком указала в сторону выхода в спальни.

     

     

     * * *

     

      Внутренний двор Хогвартса. День спустя. Суббота.

     

      Ученики в парадных мантиях выстраивались буквой «П» вокруг выхода. Хаффлпафф слева, Рэйвенкло справа. А вечные соперники Слизерин и Гриффиндор стояли напротив входа. Вот, наконец, старосты встали впереди и все замерли. А недалеко от четких рядов учеников тоже затихли взрослые.

      Несколько пожилых магов, в роскошных дорогих мантиях и холодными взглядами. Рядом с ними глава аврората с обычным суровым выражением лица. Чета Малфоев, как всегда элегантные, представляли образец понятия «аристократия». То есть хорошо одетые люди, с масками превосходства. Мистер и миссис Уизли в обычной магловской одежде прямо-таки светились от гордости. Рядом с ними стояла Августа Лонгботтом, в глазах которой все еще стояло удивление и нет-нет на ее лице проскальзывало легкое недоумение.

      Из открытых дверей послышалась музыка. Стоящие по бокам от входа барсуки и вороны повернули головы в сторону звука. Звука волынок!

      (https://www.youtube.com/watch?v=kXwftXiWIN0&list=RDQUrfTluJJq4&index=2)

      А музыка становилась все громче. И вот, наконец, во внутренний двор, четко в ногу вышли два десятка мужчин в красивой яркой форме и естественно, в килтах. Большая часть из них активно дула в волынки, трое мужчин, которые шли последними, лупили в барабаны. Музыканты вышли во двор, синхронно завернули вбок и сделав круг, остановились сбоку от входа у стены и тут же музыка стихла. В наступившей тишине из здания, шурша мантиями, вышли преподаватели. Впереди шел, естественно, Альбус Дамблдор. Вот преподаватели остановились, директор вышел вперед.

      «Да, дед толк в пафосе знает» — пришла мысль Гарри, при виде Дамблдора в алой мантии, отделанной золотом.

      И, зная местные нравы, не факт, что это золото было мишурой. Скорее, наоборот.

      — Дорогие ученики! — начал вещать директор. — Сегодня мы все собрались здесь, чтобы отдать должное вашим товарищам! И многие, наверное, хотят спросить, почему мы собрались именно здесь, а не там, где обычно проводятся такие мероприятия.

      Дамблдор обвел строгим взглядом учеников. Тишина в этот момент стояла просто гробовая. Только ветер слегка шумел, развевая флаги на шпилях.

      — Хогвартс не всегда был просто школой, — заговорил директор. — И стены служили ему не только красивыми декорациями, но и вполне серьезной защитой. И ученики, старше тринадцати лет должны были вместе с воинами стоять на стенах в карауле. С тех самых пор и пошла традиция, награждать отличившихся на защите Хогвартса учеников, наравне с воинами, во дворе замка.

      Дамблдор не торопясь извлек палочку. Словно дожидавшись этого действия (а скорее всего, так и было) барабанщики стали негромко отбивать какой-то тревожный ритм. А посередине двора, внутри строя учеников появился полупрозрачный шар. Некоторое время он просто висел, внутри него заклубился молочно-белый дым. А потом этот дым стал проясняться. И тут заиграли волынки (https://www.youtube.com/watch?v=kJaUTXwvy7o)

      Малфой, с перекошенным лицом вскинувший палочку и орущий (сейчас, конечно, этого не было слышно) заклинание. Гарри ставящий щит, эффектно при этом сделавший жест, которые перечеркнул реальность крестом. Отлетающий от его заклинания паук. Невилл, на лице которого было дикое напряжение (это видимо в тот момент, когда он щит держал из последних сил). Гермиона, волосы которой взметнулись, словно у героини фильма, ставит щит. Рон, которого было просто не узнать в этом парне, который с упрямой решительностью смотрит на ударяющихся в его щит акромантулов. Снова Гарри, втыкающий палочку, словно нож в паука, который буквально висит на его руке.

      Гермиона, смотрящая на это, слегка вздрогнула и посмотрела в сторону Гарри, который сейчас стоял среди парней. Она-то прекрасно помнила этот момент. И кто стоял позади Поттера…

      Картинки все мелькали, музыка толкалась в сердца. И на лицах людей промелькивало удивление, уважение, облегчение и страх. Кто-то примерял на себя, как бы он поступил в этой ситуации.

      Шар с картинками, показав напоследок всех действующих лиц, исчез. Вперед выступила Минерва МакГонагалл.

      — Драко Малфой! — громко произнесла она.

      Блондин в легком удивлении поднял брови. Профессор улыбнулась и показала, что парню нужно подойти к ней.

      — Гарри Поттер!

      Гарри вышел из строя гриффиндорцев с уверенным видом… И легкой улыбкой на губах. За три шага до МакГонагалл он зачем-то сделал странную вещь, а именно подошел на прямых ногах, вытянув руки (точнее руку, вторая была на перевязи) по швам. Дойдя до Малфоя, он остановился и повернулся кругом.

      — Гермиона Грейнджер!

      Девушка подошла и встала рядом с Гарри.

      — Рон Уизли!

      Рыжему явно нравилось всеобщее внимание. Он, горделиво вскинув подбородок, прошел до стоящих товарищей.

      — Невилл Лонгботтом!

      На губах Нева, пока он неловко как-то шел к остальным, играла неуверенная смущенная улыбка.

      — Винсент Крэбб!

      Из рядов слизеринцев натурально вывалился пухлый парень и переваливаясь дошел до Малфоя. И даже сейчас он встал не рядом, а чуть-чуть, но позади. С его выходом, волынки плавно стихли. Но барабанщики стали мерно отстукивать, словно метроном.

      — Эти ученики встали на защиту замка и его обитателей! — произнес директор.

      Вроде бы негромко, но его голос словно рядом звучал. Магия.

      — Не заботясь о своем благополучии, не ожидая награды и не прося пощады, они выказали достойное предков своих мужество и решимость перед лицом превосходящего врага! — продолжал Дамблдор. — Отныне и навсегда, Хогвартс стал для них домом, где их всегда ждут! В пределах этих стен, они неподвластны никакому суду, кроме власти главы Хогвартса!

      Вокруг послышались удивленные шепотки. А директор развернулся и подошел к стоящему первым Малфою.

      — Отныне дозволяется тебе, отрок, — голос Дамблдора был наполнен торжественностью. — Пребывать в этих стенах столько, сколько тебе потребуется.

      В взмаху руки директора к нему подплыла небольшая металлическая коробочка, украшенная затейливой чеканкой. Приблизившись, коробочка сама открылась. Дамблдор достал из нее золотой значок в виде змеи — знака Слизерина. Этот значок директор прислонил к мантии, напротив сердца. А когда отпустил руку, знак остался на месте. Дамблдор тепло улыбнулся Драко. И перешел к Крэббу. Повторив фразу насчет полного гостевого допуска, он снова подманил к себе коробочку. И когда змея украсила грудь парня, он как-то неуверенно, удивленно посмотрел на нее и коснулся кончиками пальцев, словно удостоверяясь, что знак настоящий. А Дамблдор, тем временем, дошел до Гарри. И снова официальные слова, коробочка. Но теперь из нее появился знак Гриффиндора.

      — Носи с честью этот знак, Гарри, — произнес директор, улыбнувшись. — И я уверен, ты еще не раз удивишь меня.

      Дамблдор похлопал Гарри по плечу и сдвинулся в сторону Гермионы.

     

     * * *

     

      Вечер. Спальня Гриффиндора. Гарри, Рон и Невилл.

     

      Гарри рассматривал газету, которую недавно доставили Рону. Эти движущиеся картинки… Прям как превью на роликах Ютуба. Которого тут еще нет. А статья была о них. О том, что произошло и про то, как их награждали. Что сказать. Если одним словом, то пафос. Не так. ПАФОС. Так раздули это дело, словно они метеорит сбили. Тут что, не хватает событий, раз этому посвятили аж две первых страницы?

      Гарри посмотрел поверх газеты на Уизли, который повесил парадную мантию в шкаф и теперь стоял, любовался значком на ней. Потом наклонился, подышал на золотого льва и протер его рукавом. Гарри усмехнулся.

      — Рон, — иронично сказал Поттер, возвращаясь к чтению. — Будешь так часто тереть, чеканку сотрешь.

      Уизли слегка покраснел и захлопнул шкаф. Гарри же положил газету на кровать и перелистнул страницу. Все-таки быть одноруким крайне неудобно…

      — Слушай, Гарри, — спросил Рон. — А о чем ты разговаривал со Скримджером?

      Поттер бросил взгляд на рыжего.

      — Да ни о чем особо, — ответил Гарри. — Он просто похвалил меня. Ну и сказал, что если мы захотим стать аврорами, то он этому поможет.

      — Что, правда? — Рон расплылся в улыбке. — Вот здорово!

      — Ты так считаешь? — с легкой усмешкой спросил Гарри.

      — Конечно! — убежденно ответил Уизли. — Авроры же самые крутые!

      — А ты Нев, что думаешь об этом? — спросил Гарри у Лонгботтома.

      — Мои родители были аврорами, — тихо произнес Невилл. — Я… не хочу.

      — Да я тоже как-то пока желанием не горю, — кивнул Гарри.

      Рон удивленно посмотрел на него.

      — Ладно, до этого еще далеко, — усмехнулся Поттер и поднял газету. — Смотри, Ронни.

      На фотографии была сцена, где их фоткали с преподавателями в вестибюле замка. Это же фото сейчас было размещено среди других достижений гриффиндорцев.

      — А ты фотогеничен, — улыбнулся Гарри.

      — Что я? — не понял Рон.

      — На фото хорошо получаешься, — ответил Гарри.

      Он отложил газету и встал.

      — Народ, а у нас же, получается, есть допуск и на кухню? — произнес Гарри.

      Это он сделал вывод из того факта, что дама на портрете теперь пускала их в гостиную без всякого пароля. Естественно, Гарри тут же провел эксперимент и попробовал пройти в гостиную к воронам. Их и туда пустили! Проход просто открылся, без всяких проблем. Кстати, полученное ранее наказание с Невилла и Гарри тоже сняли.

      Рон на слова товарища сначала задумался, а потом просветлел лицом. А в его глазах полыхнуло прямо-таки торжеством.

      — Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросил Гарри.

      — Конечно! — Рон вскочил. — Идем?

      — Рванули! — усмехнулся Гарри. — Что-то я проголодался. За ужином-то так толком и не поели.

      На торжественном ужине их посадили за преподавательский стол. А там, понятно, было бы слегка неловко произвести опустошение.

      — Невилл, ты с нами? — спросил Поттер.

      Лонгботтом махнул рукой.

      — Я лучше посплю, устал, — произнес он.

      — Ладно, мы тебе тоже захватим, — сказал Гарри. — Ну что, мой огненногривый друг? Вперед, навстречу приключениям?

      — А может не надо? — опасливо сказал Рон повернувшись к выходу. — Может просто сходим, поедим?

      — Слушай, ты когда успел стать таким скучным? — спросил Гарри, выходя вслед за Уизли в коридор.

      Дверь захлопнулась, отрезая голоса… Да, друзей. Невилл еле заметно улыбнулся и прилег, прямо так, не раздеваясь. И опять вспомнил удивление и одновременно гордость бабушки, которая раз за разом касалась значка на его мантии. А еще он впервые в жизни увидел ее слезы. Даже когда выяснилось, что он все-таки не сквиб, она не реагировала так. А еще… Перед глазами было тоже удивленное и слегка растерянное лицо Ханны. И Невилл снова улыбнулся.

      15 сентября. Воскресенье. Вечер.

     

      Малфой вошел к кабинет декана и тихо прикрыл дверь. Крестный не любил громких звуков.

      — Уже вернулся? — спросил Снейп, не отрываясь от письма.

      — Да, — ответил Драко. — Вы хотели меня видеть?

      — Мне нужно было с тобой поговорить, — декан указал на стул.

      Драко прошел к столу и присел. Снейп дописал, поставил точку, положил перо на стол. И смерил парня, сидящего перед ним пристальным взглядом.

      — Тебе известно, почему мы с твоим отцом в дружеских отношениях? — спросил профессор.

      — Потому что вы оба служили Темному Лорду? — предположил Драко.

      Снейп посмотрел на парня, как… на нерадивого ученика.

      — Потому что мы оба всегда думаем, перед тем, как что-то говорим, — процедил профессор. — И тем более, перед тем, как что-то делаем.

      Драко смолчал, но удержать спокойное выражение лица не смог и, его губы слегка скривились.

      — Прямо перед тем, — продолжил мужчина. — Как ты решил выяснить свои отношения с Поттером, произошел характерный инцидент, показывающий, что тот из себя представляет. И вместо того, чтоб принять во внимание этот факт, ты просто отбросил его.

      — Я победил бы, — пробурчал Драко.

      Снейп откинулся на спинку кресла и вперил в парня свой фирменный ледяной взгляд.

      — Если ты так уверен в этом, — в его голосе проскользнула ирония. — Значит, ты в достаточной мере изучил своего противника. Расскажи мне о нем.

      — А что там рассказывать? — ответил парень. — Он жил среди маглов.

      — То есть тебе этого хватило? — профессор слегка повысил голос.

      Реально слегка. Если бы это бы другой человек, то этого бы и не заметил никто. Но в устах Снейпа это заставило Малфоя опустить взгляд.

      — И это все, что ты узнал? — иронично произнес Снейп. — А если быть точнее, все, что захотел узнать, не так ли?

      Драко, естественно, смолчал. Лишь только обычно бледные щеки, стали розовыми.

      — Тот факт, что ты Малфой, не делает тебя умнее, Драко, — произнес он. — И ты бы не выиграл эту дуэль.

      Парень недоверчиво посмотрел на крестного.

      — В отличие от тебя, Поттер был готов действовать наверняка, — продолжил профессор и, видя скепсис на лице своего подопечного, уточнил. — Не магией.

      Теперь Малфой удивился.

      — Не магией? — уточнил он.

      — Вот для этого и надо интересоваться своим оппонентом, — произнес Снейп. — Чтобы потом не было обидно за свою глупость. Но раз ты пока не можешь сам применять голову, то придется мне подумать за тебя. Я запрещаю тебе вступать в какие-то конфликты с Поттером. Надеюсь, у тебя хватит ума хотя бы это исполнить?

      — Да, — дернул щекой Малфой. — Я все понял.

      — Надеюсь на это, — сказал профессор. — Можешь идти.

     

     * * *

     

      16 сентября, понедельник. Утро.

     

      Гарри с трудом разлепил глаза. Сонливость в последние дни была вечной спутницей. Но это был один из побочных эффектов тех зелий, которые ему выдали. И не закосить никак, ходить с этой перевязью надоело еще больше. А уж тот же душ принять — это вообще, пусть не эпический, но весьма интересный квест.

      — Найти бы этого живчика, что придумал вставать в семь утра, — проворчал Гарри, сев на кровати. — И дать послушать этот звон. Пару дней.

      Состояние было такое, словно они вчера хорошенько квасили.

      — Согласен, — мрачно отозвался Рон, зевая во весь рот. — Я уже скучаю по больничному крылу.

      — Ты глянь, я даже завидую, — произнес Гарри, кивая в сторону кровати Невилла.

      Ронни поднял голову и глянул на товарища. А тот спал, как будто и не было этого вымораживающего звона, который, казалось, прямо в голове раздавался.

      — Может, пропустим завтрак? — произнес Рон и снова зевнул.

      Гарри с изумлением посмотрел на него. Да что там, уставился!

      — Чего? — нахмурился Уизли. — Можно же потом сходить.

      — На уроках? — иронично спросил Гарри.

      — Ах, да, — с досадой произнес Рон.

      — Однако, как вы расслабились, сэр! — сказал Гарри. — Вы не запамятовали, что мы тут вроде как учимся?

      — Да ладно, — махнул рукой рыжий. — Я просто забыл, что сегодня понедельник.

      — Однако! — хмыкнул Поттер. — Эй, Невилл! Труба зовет!

      В ответ раздалось невнятное бормотание, и парень укрылся одеялом с головой.

      — Это что, бунт? — озадаченно приподнял брови Гарри.

     

     

     * * *

     

      В коробочке, где лежали выданные значки, имелась уменьшенная и упрощенная их копия. К чему это. Оказывается, вот эти маленькие значки (они были размером сантиметр на два) положено носить на повседневной форме. И тут надо было подчеркнуть слово «положено». То есть — это не по желанию. МакГонагалл вчера на это обратила особое внимание. И тут вам не это, придется носить.

      Невилла до трапезной пришлось чуть ли не за руку вести. Он упорно отказывался просыпаться до конца. Когда они дошли до своих мест за столом, Рон, который и направлял товарища по курсу, с облегчением вздохнул и быстро сел на лавку. Невилл тоже сел и буквально через несколько мгновений принялся клевать носом.

      — Вы что, ему ночью спать не давали? — спросила Лаванда, смотря на него.

      — Старые раны не давали ему уснуть! — трагичным полушепотом отозвался Гарри. — Что поделать, у нас, ветеранов, такое бывает.

      — Болтун! — фыркнула Браун, слегка улыбнувшись.

      Гарри усмехнулся в ответ. И посмотрел на Гермиону. И да, он заметил еще на подходе. А девочка на него глядеть избегала, смотря в стол.

      «Ладно, типа я не заметил» — подумал парень, увидев подаренные им сережки на положенном месте.

     

     

     * * *

     

      Троица слизеринцев (точнее Малфой и Крэбб), буквально несли свои значки на груди, да еще с такими пафосными лицами, что так и подмывало сказать какую-нибудь гадость. Но к Гарри Малфой не полез, ограничился кивком. Этакий статус кво, стало быть. Или, скорее, вооруженное перемирие.

      — Мерлин, как же хочется дать ему по башке, — тихо прокомментировал Рон.

      — Как можно так говорить, Ронни, — ответил Гарри. — Не по башке, а в верхнюю часть тела. Мы же, все-таки, культурные люди.

      — Что-то я сомневаюсь! — иронично прокомментировала Браун.

      Гарри покосился на нее. И когда она успела подойти?

      — А подслушивать чужие разговоры нехорошо, — ответил он.

      Лаванда иронично улыбнулась.

      — А не надо говорить в толпе, — ответила она.

      Гарри усмехнулся, смотря на нее.

      — Пойдемте в кабинет, — сказала Гермиона.

      Как обычно четверка расселась по двум соседним партам.

      — Ты вроде не тут сидела? — спросил Гарри, увидев Браун, которая тоже оказалась рядом. — Что, оттуда выгнали?

      — А твое какое дело, Поттер? — сузила глаза Лаванда.

      Тут вошла МакГонагалл, и Гарри не стал отвечать. Профессор остановилась у своего стола, осматривая учеников.

      — Доброе утро, — произнесла она. — Итак, мы с вами продолжаем изучение предмета «Трансфигурация». Но вначале хотелось спросить вас, что вы помните с прошлого урока. Мистер Уизли.

      Рон удивленно вскинул брови.

      — Несмотря на то, что вы носите этот значок, мистер Уизли, — строго сказала МакГонагалл. — Вы, все же, ученик и, когда преподаватель обращается к вам, нужно встать.

      Рон как-то неловко поднялся.

      — Мистер Уизли, не поясните, что затрагивает процесс трансфигурации на макроуровне? — спросила профессор. — Мисс Грейнджер, я прекрасно осведомлена о том, что у вас превосходная память, и вы ответите на этот вопрос. Мне бы хотелось услышать ответ от мистера Уизли.

      Гермиона слегка покраснела и опустила руку.

      — Рыжий попал, — раздался сзади-сбоку шепот.

      Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто это был.

      — Мистер Малфой, — тут же отреагировала МакГонагалл. — А вы, судя по всему, лучше владеете материалом? Тогда не могли бы повторить определение трансфигурации?

      Малфой нехотя встал.

      — Трансфигурация — это изменение свойств предметов, — ответил он.

      — Трансфигурация — это изменение свойств предметов при помощи магического воздействия, мистер Малфой, — поправила профессор. — Это важно, потому что свойства можно изменить не только магией. Садитесь.

      МакГонагалл обратила внимание на Рона.

      — Мистер Уизли, а вам необходимо сосредоточить больше внимание на обучении, — произнесла она. — В конце концов, именно для этого вы приехали в Хогвартс. На следующем уроке я снова буду вас спрашивать, так что будьте любезны подготовиться повторить материал прошлого урока и тот, который мы пройдем сегодня. Садитесь.

      Оглядывая снова учеников, МакГонагалл слегка прищурилась.

      — Любое магическое воздействие, производимое магом имеет свою цель, — заговорила профессор. — Трансфигурацияне является исключением. Есть некий объект.

      Она повернулась и взяла со стола все тот же металлический шар.

      — Для того, чтобы получить именно тот результат, который предполагается, — продолжила она. — Необходимо, чтобы магическая энергия воздействовала с необходимой силой и там, где это нужно. И поэтому, перед любым действием маг должен собрать максимум информации об объекте. В случае однородных предметов простой формы и заклинаний макроуровня, можно лишь точно повторять стандартное заклинание, потому что оно универсально, а внутренняя структура предмета позволяет его применять. Но на практике такого не бывает практически никогда. И тогда маг должен сначала проанализировать структуру предмета. И одним из основных применяемых для этого заклинаний является «Интериус». На практике мы научимся с помощью него определять дефекты и особенности формы предметов. Но это заклинание годится лишь для предметов с однородной внутренней структурой. Например, вот эти парты.

      Профессор подошла к столу, где сидели Гермиона и Гарри и коснулась его.

      — Применив «Интериус» мы сделаем разграничение предмета на разные составляющие, — сказала МакГонагалл. — В результате мы получим направляющие векторы для заклинания трансфигурации, к примеру для «Сектион». Да, мистер Поттер? Сидите.

      Профессор жестом показала, чтобы Гарри не вставал.

      — Получается, «Интериус» создает Импульсум по форме объекта? — спросил парень.

      — Нет, мистер Поттер, — ответила профессор. — Заклинание «Интериус» представляет собой череду мало энергетических воздействий на предмет и, если не вдаваться в подробности, оставляет определенные маркеры или, если угодно, пределы действия заклинания трансфигурации. Более подробно этот механизм мы будем с вами изучать через три года. Пока же вы должны понимать, что заклинания типа «Интериус» направляют магическую энергию. Есть также составные заклинания для предметов не только сложной формы, но и неоднородной структуры.

      По губам МакГонагалл при взгляде на Гарри промелькнула едва заметная улыбка. Но сегодня балл за вопрос почему-то не дала. Может из-за того, что Гриффиндор и так пока лидирует? Ведь пятьдесят баллов дали каждому участнику того эпичного махача…

     

     

     * * *

     

      Выходя из кабинета трансфигурации, Гарри ощутил некоторое отупление что ли. Сегодня декан хорошо прошлась по мозгам. Но фокус был в том, что Гарри это понравилось. Может быть, это такой привет из прошлой жизни, где поучиться не удалось? Так сказать, реализация того, что было недоступно.

      — Я чувствую себя бревном, — Рон, морщась, держался за голову. — На последнем уроке уже вообще понимал через раз.

      Невилл тоже выглядел ошарашенно-задумчивым. Лишь Гермиона, естественно, была в своей стихии. Подбородок вверх, щечки бодро розовеют, глаза сверкают. Гарри невольно залюбовался, смотря на подругу в боевом режиме.

      — Герми, ты будешь самостоятельное задание сегодня делать? — спросил парень.

      — Конечно! — тут же ответила девочка.

      — Я с тобой иду, — застолбил за собой возможность Гарри. — Ты не против?

      Гермиона покосилась на него. И по ее губам скользнула понимающая… и снисходительная что ли улыбка.

      — Ладно уж, — вздохнула она, кивнув.

      В ее ушах бликнули на свету черные камешки в сережках.

      — А впереди целая неделя, — произнес Рон с тоской в голосе.

      — Но это же лучше, чем акромантулов месить, — заметил Гарри.

      — Да, — Уизли поежился. — Интересно, а кто у нас будет ЗОТИ преподавать? В расписании никого нет.

      — Доживем до среды, увидим, — отозвался Гарри.

      — Вы чего тут встали? — ехидно поинтересовалась подошедшая Браун.

      — Опять она, — бросил в сторону Рон.

      — Что ты там вякнул, Уизли? — моментально отреагировала Лаванда.

      — Что хочу, то и говорю, — проворчал Рон. — Твое какое дело?

      Браун смерила его удивленно-предвкушающим взглядом. Рыжий ответил взглядом исподлобья. Гарри усмехнулся.

      — Спорим, не подеретесь? — сказал он.

      — Вот еще, — пробурчал Рон. — Еще я с девчонкой не дрался.

      — Да кто тебе позволит то! — фыркнула Браун.

      — Давайте уже пойдем, — произнес Гарри. — Вы можете и по дороге поругаться.

      — Да не хочу я с ней разговаривать, вот еще, — ответил Уизли.

      — Да кто тебе сказал, что с тобой разговаривать будут, Уизли?! — вставила Лаванда.

      Гарри покачал головой и, вздохнув, кивком предложил Гермионе двигаться в сторону трапезной. Та, улыбнувшись уголком рта, кивнула.

     

     

     * * *

     

      16 сентября, понедельник. Вечер. Библиотека.

     

      Несмотря на то, что библиотека была вроде как официальным местом для самостоятельной работы, народу тут было немного. Относительно, конечно. Просто Гарри ожидал увидеть в читальном зале больше занимающихся.

      — Сядем тут, — скомандовала Гермиона, кивая на один из столов.

      — Как скажешь, — ответил парень.

      Невилл с Роном не пошли. Рыжий сказал, что сделает позже, а Нев явно желал поскорее добраться до кровати и просто целенаправленно двинул в сторону гриффиндорской башни. Рубит парня, видимо зелья, которые они тоже все еще пьют, дали на нем вот такой эффект.

      Сумку с учебниками, естественно, тащил Гарри. Гермиона, конечно, поначалу посопротивлялась, но тут парень был непреклонен. Поставив поклажу на стол, Гарри огляделся. Обилие полированного дерева светлых теплых тонов, высокий потолок, стрельчатые окна. Собственно, библиотека представляла собой длинное помещение, разделенное на читальный зал и, собственно, место, где хранятся книги. При входе сначала попадаешь в зал, где стоит два ряда столов, а дальше идут полки.

      — Хорошо, места много, — произнес Гарри, оценивая количество столов.

      Тут, наверное, можно сразу пару курсов усадить. А если вплотнячок, то и еще пару. Гермиона бросила на него взгляд, села на стул и вытащила из сумки учебник по трансфигурации с тетрадью. Гарри занял соседний стул. Так, ну что, задание простое. Прочитать то, что задали и ответить на вопросы в конце. А прочесть надо тему про подготовку объекта воздействия к трансфигурации. Гарри открыл нужную страницу учебника и углубился в чтение…

     

      … Честно говоря, он ожидал какого-нибудь скучного перечня. Но учебник писал человек, явно разбирающийся в том, как нужно подавать материал детям. Каждое указание сопровождалось примером, причем часто смешным. Например, объект трансфигурации следует тщательно изучить на предмет его взаимодействия с чем-нибудь. И тут же пример, когда какой-то незадачливый юный маг, пробуя свои силы в этой сфере, случайно сломал цепь. Цепь, на которой сидел пес. И вместо изучения магии, этот парень потом тренировался в беге. Кстати, этот момент, то есть изучить не только сам предмет, но и поинтересоваться о том, что будет, если в процессе объект сломается, тоже подавался.

      Дописав ответы на вопросы, Гарри слегка улыбнулся, наблюдая за Гермионой. Она старательно выводила буквы, чуть склонив набок голову. Парень подавил внезапно возникшее желание погладить ее по голове. Вряд ли она это оценит. Гермиона дописала, поставила точку и принялась читать, видимо, проверяя на ошибки.

      «И ведь даже нет никаких пошлых мыслей. Видимо и вправду гормоны влияют на голову весьма существенно»

      В то же время у Гарри было совершенно четкое стремление ни в коем случае не отпустить ее от себя. Можно сказать, он уже заранее, ну, не влюбился, но испытывает нежные чувства к Гермионе Грейнджер. К будущей. Странное такое ощущение. Гарри слегка улыбнулся.

      — Ты чего? — вопрос от девочки вырвал его из раздумий.

      Вот черт. Он же не прекращал пялится на нее.

      — Э-э, прости, — слегка сконфуженно улыбнулся Гарри. — Задумался.

      Гермиона посмотрела на него недоуменным взглядом. А потом перевела взор на тетрадь для домашних заданий.

      — Ты уже написал? — удивленно спросила она.

      — В смысле? — не понял парень. — Так мы же для этого сюда и пришли.

      Герми посмотрела на него так, будто впервые видела. А потом мотнула головой, словно увидела что-то странное. Гарри обернулся и посмотрел на часы, которые висели над входом.

      — Слушай, до ужина еще час, — сказал он. — Может, сходим, погуляем?

      — Куда сходим? — не поняла девочка.

      — Да никуда, просто так, — улыбнулся Гарри. — Мы с тобой в последнее время как-то мало общаемся. То занятия, то пауки эти.

      — А здесь поговорить нельзя что ли? — недоуменно спросила Гермиона.

      — Это все не то, — ответил парень. — На ходу лучше разговаривается. И вообще, Герми, в здании мы еще успеем насидеться. Зима впереди, а тут Шотландия.

      Гермиона, смотря на Гарри, нахмурилась.

      — Ну, пожалуйста! — сложил брови домиком парень.

      Губы девочки при виде этого поневоле тронула улыбка.

     

     

     * * *

     

      Гарри заметил эти взгляды учеников постарше, при виде них. Хорошо хоть Гермиона их не понимала. А то бы опять включила берсерка. Парень слегка улыбнулся.

      — Ты не скучаешь по дому? — спросил он.

      Гермиона кинула на него взгляд.

      — А ты? — спросила она в ответ.

      — Мне не по чему скучать, — ответил Гарри. — И не по кому.

      Девочка посмотрела на небо, поверх стены.

      — Немного, — ответила она, наконец. — Иногда хочется с мамой и папой поговорить.

      — Они, кстати, знают, что с тобой произошло? — спросил Гарри.

      Гермиона опять посмотрела на парня.

      — Декан сказала, что лучше им про это не знать, — произнесла она. — Да и как я расскажу им? Мама, папа, меня чуть пауки не съели? Они ведь даже не поверят, что такие вообще существуют.

      — И тебе не нравится, что придется им врать? — произнес Гарри.

      Гермиона вздохнула.

      — Не врать, а молчать, — сказала она.

      Тут она как-то странно посмотрела на парня. Задумчиво так.

      — Я вижу, ты с Браун вроде поладила, — сказал Гарри. — Как ты умудрилась договориться с ней?

      — Мы просто не мешаем друг другу, — ответила Гермиона. — Нам ведь еще долго жить вместе.

      Парень удивленно вскинул брови.

      — Слушай, а о чем вы в спальне разговариваете? — спросил он.

      — А тебе это зачем? — недоуменно спросила Гермиона.

      — Да просто любопытно, — улыбнулся Гарри. — Нас обсуждаете?

      — Вас? — не поняла девочка.

      — Ну, парней, — пояснил парень.

      — Вот еще, — бросила Гермиона, чуть вскинув подбородок. — Что в вас интересного?

      — А мы вас обсуждаем, — сказал Гарри.

      — Ну и о чем вы там говорите? — со скепсисом произнесла девочка.

      — Кому кто нравится, конечно, — ответил парень. — Пойдем сюда.

      Они пошли вдоль здания, в сторону теплиц. Кстати, не они одни тут решили так скрасить время перед ужином. А еще Гарри замечал слегка удивленные взгляды при виде них.

      — А что, больше поговорить не о чем? — спросила Гермиона.

      — Ну почему же, — ответил парень. — Например, недавно мы говорили о том, кто кем стать хочет. Рон вон по аврорам тащится. Невилл хочет врачом стать.

      — А ты? — спросила девочка.

      — А я еще не владею всей информацией, чтобы выбирать, — ответил Гарри. — Они-то среди волшебников жили.

      Гермиона опустила взгляд.

      — Я тоже не знаю, — тихо сказала она. — Здесь все такое… Не такое.

      — Так зачем нам с тобой торопиться? — произнес парень. — Нам еще как минимум пять лет учиться. Но одно мне уже сильно не нравится.

      Гарри поморщился.

      — Что? — спросила девочка.

      — То, как относятся к тем, кто жил не среди волшебников, — ответил парень.

      Девочка задумчиво покивала.

      — Я тоже заметила, — произнесла она.

      — Но ты-то это сможешь перебороть, — улыбнулся Гарри. — Ты же умница!

      Гермиона опять посмотрела на него с удивлением.

      — А что, это же правда, — хмыкнул парень. — Именно поэтому ты мне и нравишься.

      На лице девочки пропечаталось прямо-таки изумление. Она смотрела на Гарри таким взглядом, словно он сказал ей, что является вампиром. А тот ласково улыбнулся ей.

     

     

     * * *

     

      16 сентября, понедельник. Вечер.

     

      Идя с ужина, Гарри поймал себя на мысли… Точнее на чувстве. Ему было хорошо. Спокойно. Словно смотришь бездумно в небо. Все вокруг каким-то странным образом сплелось в это состояние дзена. Даже Браун, которая сегодня оказывается рядом с завидным постоянством, кажется милой в своем стремлении непременно вставить колкость.

      — Народ, — Гарри прервал вялый обмен руганью между Лавандой и Роном (типа «Дебил — сама дура»). — Что-то не хочется идти в башню. Может, сходим куда?

      — Ну и куда же тут можно пойти? — с иронией произнесла Браун.

      — Да все равно куда, — улыбнулся парень. — О, кстати. А почему бы нам не пойти в астрономическую башню? Мне близнецы рассказывали, что там очень красиво.

      — Ночью, — заметила Лаванда.

      — Так вроде уже и сейчас не день, — кивнул в сторону окна Гарри.

      На улице и вправду уже был переходящий в ночь вечер.

      — И что это тебя все время тянет куда-то? — поинтересовалась Браун. — Еще не хватило что ли?

      Она кивнул на все еще висящую в повязке левую руку парня.

      — Нет, хочешь приобщить людей к прекрасному, а они хамят, — Гарри усмехнулся. — Ладно, если никто не хочет, пошли в башню.

      — Я хочу, — внезапно сказала Гермиона.

      Гарри посмотрел на нее. А девочка отвела взгляд, и на ее лице появилось выражение досады.

      «Наверняка сейчас жалеет, что это сказала, — сохраняя на лице спокойствие, про себя усмехнулся парень. — Эта, как ее… Цундере, кажется?»

      — Я не хочу, — заявил Рон. — Что я звезд никогда не видел?

      — «Звезд никогда не видел», — передразнила его Браун. — Ладно, я тоже иду. И вправду, как-то не хочется в башню.

      — Нев? — спросил Гарри.

      Тот смущенно улыбнулся.

      — Я боюсь уснуть прямо там, — тихо ответил он.

      — Ну, тогда, дамы, — Гарри изобразил галатный поклон (по крайней мере, он старался так сделать). — Позвольте проводить вас.

      — А ты сам-то знаешь, куда идти? — насмешливо спросила Лаванда.

      — В общих чертах, — усмехнулся Гарри. — Так что, языка что ли нет? Спросим!

     

     * * *

     

      Гарри огляделся. Стыдно было признавать, но он реально не знал, куда дальше двигать.

      — Ну, следопыт? — поинтересовалась Браун. — И у кого же ты тут спросишь?

      Вокруг и вправду не было никого.

      — А мы что, куда-то торопимся? — ответил Гарри. — Все равно кто-нибудь пройдет.

      — Надеюсь, это не завтра случится, — иронично заметила Лаванда.

      — Нам туда, — вдруг заявила Гермиона и на удивленные взгляды спутников, пояснила. — Я просто прочитала описание.

      — Ну и память у тебя! — улыбнулся Гарри. — Я даже завидую!

      Стоящая за ним Браун слегка поморщилась.

      — У тебя тоже, — ответила Гермиона.

      Парень чуть приподнял брови.

      — Все, пошли! — резковато сказала Гермиона и первая двинула в ту сторону, в которую показывала.

      Гарри слегка улыбнулся и двинулся следом. Браун проводила их внимательным взглядом. И вздохнула.

     

     

     * * *

     

      Кабинет директора.

     

      Щупловатый человек, в довольно поношенной одежде, но опрятно между тем одетый, вышел из камина. На нем был некогда черный, а теперь просто темный костюм, серая рубашка с галстуком. На левой руке он нес свернутый плащ, в другой был кожаный и тоже изрядно побитый жизнью портфель.

      — Добрый вечер, Римус, — произнес директор, сидя на своем месте, за столом.

      А мужчина огляделся.

      — Я уже не думал, что когда-нибудь попаду сюда, — произнес мужчина.

      — Все заканчивается, — ответил Дамблдор. — Прошу.

      Он указал на стул перед столом.

      — В этом кабинете запрещается сидеть, кому-то, кроме директора, — слегка улыбнулся Люпин.

      — На гостей это правило не распространяется, Римус, — ответил Дамблдор. — А ты пока еще гость.

      Римус сел на стул.

      — Значит, Гарри учится здесь? — спросил он.

      — Да, — коротко ответил директор. — И поэтому я прервал твое затворничество. Мальчику нужно помочь. А еще…

      Он сделал жест и откуда-то сверху прямо на стол перед ним опустилась неглубокая, покрытая по ободу искусной чеканкой медная чаша. Директор достал палочку, прикоснулся ею своего виска и вытянул из головы серебристую нить. Чаша сам собой наполнилась темной жидкостью и Дамблдор сбросил нить в нее. Римус некоторое мгновение колебался, смотря на директора, а потом встал, взял чашу в руки и погрузил лицо в жидкость…

     

      …Люпин распрямился, смотря в темную воду. И скрипнул зубами.

      — Значит, он вернулся, — произнес мужчина.

      — Да, — произнес директор.

      Римус поставил чашу на стол. И поднял глаза на Дамблдора. По его тонким губам скользнула зловещая улыбка.

      — И я смогу с ним встретиться, — сказал он.

      — Пока он еще не набрал силы, поэтому вряд ли покажется скоро, — ответил директор. — Но Том был всегда изворотлив. Вряд ли камень Николаса был единственным вариантом.

      Люпин дернул подбородком, словно воротник рубашки его душил. И слегка ослабил узел галстука.

      — Какой Гарри сейчас? — приглушенно спросил он, продолжая стоять.

      — Он копия своего отца, — слегка улыбнулся Дамблдор. — И попал в этот кабинет даже раньше, чем в свое время Сириус.

      По губам Римуса скользнула слабая улыбка.

      — А еще, чтобы отвлечь внимание от себя, — уже серьезно сказал директор. — Реддл протащил в школу выводок акромантулов.

      Люпин сузил глаза.

      — Он все просчитал, — продолжил Дамблдор. — Паника была бы сильная. Вот только на пути пауков встал Гарри с товарищами.

      — Ему же должно быть одиннадцать? — удивился Римус.

      Директор некоторое время смотрел на своего бывшего ученика.

      — Гарри на первом курсе, — произнес он, наконец. — Но все же, именно он и другие первокурсники, защитили Хогвартс. Ничего толком не умея и не зная. Гарри достойный сын своего отца.

      Люпин дернул щекой. На его скулах напряглись желваки, а глаза подозрительно блеснули.

      — Но я… — голос бывшего члена Ордена Феникса, который провел столько опаснейших поединков с пожирателями смерти, пресекся.

      — Северус уже приготовил зелье, — произнес Дамблдор. — Оно лучше того, что ты обычно принимаешь. Не просто усыпляет, а тормозит эффекты ликантропии. Теперь тебе будет не нужно проводить этот день в запертом помещении. Достаточно будет остаться в своей комнате. К сожалению, до конца эффекты оборота этим зельем не подавятся. Но ты будешь оставаться в сознании. Поэтому опасности для учеников не будет.

      Директор замолчал. Римус опустил взгляд.

      — Прошло столько лет, — произнес Люпин, тяжело вздохнув. — Я так хотел увидеть сына Джеймса и Лили.

      — Что же, теперь ты сможешь отдать тот долг, который гнетет тебя, — произнес Дамблдор.

     

     * * *

     

      Астрономическая башня. Гарри, Гермиона и Лаванда.

     

      Из дверей они попали в кромешную темноту. Буквально, Гарри даже руки не видел, которую поднес к лицу. Но два шага и это темнота как-то резко оборвалась. И они замерли в восхищении.

      Пол так и тонул в полумраке. А вокруг рассыпались огоньками мириады звезд. Было полное ощущение, что они стоят где-то в поле, окруженные небесным куполом.

      — Вот это да! — восторженно произнес Гарри.

      На фоне звезд кое-где мелькали чьи-то фигуры. Но эти тени не могли отвлечь от великолепия этого места. По небу тянулась светящаяся полоса Млечного пути, ощущение бесконечности прямо-таки тянуло душу за собой. Гарри сделал несколько шагов вперед и вытянул руку. Все казалось настолько близким, как будто можно было коснуться звезд рукой.

      В бледном сиянии звезд парень видел восхищенное лицо Гермионы. И Лаванда, как ни пыталась сейчас изобразить скепсис, но ее захватило это зрелище.

      «Вот бы сюда сводить Мэри!» — кольнула в сердце неожиданная мысль.

      Гарри грустно улыбнулся. Лицо любимой встало перед глазами, будто наяву. Парень даже попытался коснуться его.

      «Зачем я сюда пришел? Что такого я должен сделать, раз мне дали… это все?»

      В горле встал комок. Парень глубоко вздохнул и закрыл глаза.

      — Гарри? — голос Гермионы вывел его из этого состояния.

      Парень открыл глаза. Девочка смотрела на него как-то встревожено.

      «Вот блин. Расчувствовался», — Гарри ощутил, что его щеки мокрые.

      Браун тоже смотрела на него, с выражением некоторого недоумения.

      — Вот уж не думала, — произнесла она. — Что ты такой чувствительный.

      — У каждого есть свои слабости, — ответил Гарри, криво улыбнувшись. — Мне нравится все прекрасное.

      Лаванда слегка нахмурилась, пытаясь его понять. А парень улыбнулся Гермионе, которая все еще с тревогой смотрела на него.

      — Ладно, может пойдем? — сказал Гарри. — Думаю, на сегодня хватит.

      Он вытер рукавом лицо, стирая следы своих воспоминаний.

      — А зря Рон и Невилл не пошли, — произнес он. — Но ничего. Впереди еще уйма времени!

      17 сентября. Вторник. Кабинет теории травологии.

     

      Помона Спраут, в этой своей смешной шляпке, рассказывала о том, какие правила нужно соблюдать при сборе трав. Казалось бы, ну что тут-то сложного? Оказалось, что не все так просто. Даже взять одежду. Для сбора некоторых трав была необходима защитная мантия, как та, которую используют зельевары. Потом профессор привела пару примеров ингредиентов, собрать которые можно только с помощью пары другой друзей покрепче, владеющих боевой магией. Это либо место опасное, либо… да-да, само растение.

      А так-то все логично излагалось. Для сбора трав… Кстати, оказалось, что все растения в мире, в той или иной мере содержат магию! Так вот. Травы нужно собирать в корзину. Деревянную, конечно. Или во что-нибудь другое, но ни в коем случае нельзя использовать металл. Потому что металлические предметы долго хранят магический фон. Далее, все растения следует промыть, желательно в проточной воде и перебрать. Затем, в зависимости от того, что это за растение (или ингредиент) следует выбрать способ хранения. Например, засушить, переработать в полуфабрикат или использовать специальные заклятия, такие как заморозка или помещение в вакуум (в специальном герметичном сосуде). Есть также растения или ингредиенты, на которые вообще никак нельзя воздействовать (естественно, их нужно быстро использовать) и после сбора следует поместить в такую штуку, напоминающую маленький стеклянный гроб. Спраут ее показала.

      — Вот уж не думал, что нужно столько знать, чтобы заниматься сбором травы, — произнес задумчиво Гарри, когда они шли на обед.

      — Конечно! — Браун (опять она рядом?) задрала подбородок. — Это тебе не кошек гонять!

      — Причем тут кошки? — не понял Гарри.

      — Так во Франции говорят, — ответила Лаванда. — Я часто там с родителями бывала.

      — А ты вообще, где еще была? — спросил Гарри.

      — В Америке, в обеих, — в голосе девочки звучала гордость. — В Африке. Но там мне жутко не понравилось.

      — А здесь нравится? — поинтересовался Поттер.

      — Сойдет, — небрежно бросила Браун. — Вот этого рыжего убрать и вообще отлично будет.

      — Эй! Да это тебя надо убрать! — возмутился Рон.

      — А зачем ты здесь? — фыркнула Лаванда. — Ты все равно только спишь на уроках!

      Рон немного покраснел. Потому как он реально всхрапнул на травологии.

      — А твое-то какое дело? — прошипел он. — Что ты до меня докопалась?

      — Мне просто не нравятся тупые люди, — с гаденькой такой улыбкой ответила Браун.

      — Сама ты тупая! — рыкнул рыжий.

      — Сама ты тупая, — передразнила его Лаванда. — А что, свое придумать уже умишка не хватает?

      — А ты… — Рон покраснел от злости. — А ты стерва, вот!

      — И что? — насмешливо спросила Браун.

      — Галлеон на Рона, — негромко произнес Гарри, слегка склонившись к Гермионе.

      — Давай, — ответила девочка, приподняв бровь.

      — Что давай, еще не конец! — хмыкнул Гарри. — Я верю в Рона. Сейчас у него откроется второе дыхание!

      — Мужа себе не найдешь, вот что! — буркнул Уизли.

      — Ага! — Гарри потер руки. — Я же говорил!

      Браун и Рон как-то так получилось, сейчас шли впереди. Вдвоем. И переругивались.

      — Найду! — огрызнулась Лаванда. — Я красивая!

      — Да в каком месте? — презрительно ответил Рон. — Мне вот вообще не нравишься!

      — А я тебе и не хочу нравиться! — в том же презрительном ключе ответила Браун. — Тоже мне, завидный жених!

      Рон еще больше покраснел. Да уж, у Лаванды не язык, а жало змеиное. Гермиона же протянула руку, сделав ладошку лодочкой.

      — Подожди, сейчас он встанет! — ответил Гарри. — Это только нокдаун!

      — А я буду завидным! — сказал Уизли. — Вот увидишь!

      — Это как же? Ограбишь Гринготтс? — фыркнула Лаванда.

      Рон ничего не ответил, стиснув зубы. Гермиона тронула локтем Гарри и опять протянула руку. Парень вздохнул и полез в карман за монетой.

      — Но вообще-то, — сказал он, кладя монету в ладошку Герми. — Это только первый бой!

      — У тебя так много лишних денег? — усмехнулась Гермиона.

      — В людей нужно верить, Герми, — наставительным тоном произнес Гарри.

      — Вот именно поэтому монета у меня! — сверкнула улыбкой та.

     

     

     * * *

     

      Стоя на лестнице, Римус смотрел, как веселая стайка первокурсников идет в сторону спуска на нижние этажи. На душе у мужчины играла грусть. Гарри был очень похож на своего отца. Вокруг того тоже быстро образовалась компания. Люпин еле заметно улыбнулся и, повернувшись, пошел в сторону своей комнаты.

      А гриффиндорцы, спустившись по лестнице, дошли до класса зельеварения. Здесь уже стояли слизеринцы. Ну, раз они стоят, значит Снейпа еще нет.

      — И как они тут живут? — еле слышно спросил Рон. — Я бы на второй день сбежал из этой ямы.

      — Ну, вот поэтому, Ронни, ты и гриффиндорец, — хмыкнул Гарри.

      Снейп явился как-то внезапно, такое ощущение, что он материализовался прямо тут. Хотя, с этими магами уверенным быть нельзя, что такое невозможно. Профессор молча открыл кабинет и также молча прошел внутрь. Ученики потянулись вслед за ним.

      — Прошу вас, — Гарри улыбнулся Дафне Гринграсс.

      Девочка кивнула в ответ и прошла в кабинет вслед за Гермионой.

      — Ты всегда такой вежливый, Поттер? — спросила Браун.

      — Хочешь, тоже проходи, — усмехнулся Гарри.

      Девочка не преминула воспользоваться приглашением. Вскоре ученики расселись, а Снейп куда-то ушел.

      — Только не затупи опять, Поттер, — произнесла Браун, которая оказалась сидящей впереди.

      — Слушай, Лаванда, я тебя бояться начинаю, — ответил тот. — Ты как так все время рядом оказываешься?

      — Это магия, — усмехнулась та и развернулась, так как профессор уже шел к своему столу.

      — Итак, — без предисловий начал Снейп. — Благодаря недавнему инциденту, вы пропустили занятие. Программа моего предмета составлена так, чтобы дать максимум знаний… тому, кто этого хочет. Иначе говоря, задержки в изучении предмета недопустимы. Поэтому, вашим индивидуальным заданием будет краткое содержание соответствующей главы учебника. Краткое тут ключевое слово. Мне не нужно, чтобы вы просто переписали изложенное. Вы должны прочитать, понять и изложить то, что вы поняли. Вопросы?

      Естественно, ни у кого вопросов не возникло.

      — Хорошо, — процедил профессор. — А сегодня вы узнаете о начальных этапах приготовления любого зелья. Залог успеха начинается с чистой утвари. Мистер Поттер, какие условия нужно соблюдать при очистке оборудования и посуды?

      Гарри поднялся.

      — Первое требование — это соблюдение правил личной безопасности, — заговорил он. — При входе в лабораторию необходимо в обязательном порядке пройти «чистый коридор»…

      — Зачем нужно это делать, мистер Поттер? — слегка сощурился Снейп.

      — Это проистекает из второго требования, — ответил Гарри. — А именно, исключение любого магического воздействия на посуду и приборы.

      — Почему нужно это исключить? — продолжал допрос профессор.

      — Потому что процесс изготовления зелий есть сложная процедура, — ответил Гарри. — И любое, даже малое влияние на него неучтенной магией, может кардинально изменить результат.

      — На самом деле, мистер Поттер, — произнес Снейп. — Это касается только сложных многосоставных зелий. Но это правило нужно соблюдать всегда, даже когда зелье обладает хорошей устойчивостью, чтобы воспитать в себе правильную дисциплину при изготовлении зелий. Вижу физический труд пошел вам на пользу, мистер Поттер. Садитесь.

      Гарри сел.

      — Производя приготовления, — профессор соединил руки перед грудью. — Первое, что нужно сделать, это выбрать тот набор утвари, который вам понадобится. Для начала вы должны выбрать соответствующий котел. Универсальным является оловянный котел на пять литров, которые и был указан в перечне предметов, которые ученики должны иметь при поступлении сюда. Но универсальный не значит пригодный для всего. Есть множество зелий, которые требуют иного. Например, зелье «Костерост», действие которого мистер Поттер ощутил на себе, приготавливается исключительно в медном котле, объемом не меньше десяти литров, для соблюдения нужной пропорции ингредиентов. Также существуют железные, стеклянные, хрустальные котлы и котлы из драгоценных материалов, такие как серебро и золото… Встать!

      Гарри приложил ладонь к лицу. Рон опять задремал. И поэтому, услышав громкий приказ, вскочил прежде, чем включил голову.

      — Мистер Уизли, — зловещим тоном произнес Снейп. — Благодарите недавние обстоятельства и то, что я знаю, что ваша сонливость вызвана побочным эффектом от принимаемых вами зелий. Впредь вы будете нарабатывать навык восприятия информации на отработке. Садитесь и сосредоточьтесь на уроке.

      Под тихие смешки покрасневший Рон сел обратно.

     

     

     * * *

     

      Тот же день. Библиотека.

     

      Крутые штуки, эти тетради для домашних заданий. Оказывается, как только ученик закрывал ее, задание немедленно оказывалось у учителя. Для этого и нужно было подписывать в специальном поле предмет и преподавателя.

      Сегодня к Гарри с Гермионой присоединились Рон, Невилл… И опять Браун. Гарри смерил ее подозрительным взглядом. Кроме того, в библиотеке оказались слизеринцы-первокурсники. Из знакомых присутствовали Дафна и эта ее язвительная подруга.

      — Ронни, а ты что такой кислый? — иронично спросил Гарри. — Где рвение постигать науку?

      Он взял поданную Гермионой книгу по зельям и положил перед собой. Рыжий же смерил Гарри каким-то удивленным взглядом

      — Вот еще, — пробурчал Уизли.

      — Вот так и останешься тупым! — заметила Браун.

      Рон покосился на девочку, сидящую перед Гарри и Гермионой. И на его лице промелькнуло выражение еле сдерживаемого раздражения.

      — Ты что, так и будешь за нами таскаться? — спросил он.

      — За вами? — приподняла брови Браун. — Вообще-то я тут с Гермионой.

      На это уже слегка удивилась та.

      — Может, все-таки, позанимаемся? — внес предложение Гарри. — Задание само собой не сделается.

      Рон покосился уже на него. Причем с таким выражением, словно Гарри предложил побегать голышом между столами. И почему-то понимающе так хмыкнул…

     

      …Собственно, Снейп задал простое задание. А именно, правила поведения в лаборатории, какую одежду должен применять зельевар. Требования, предъявляемые к ученикам, приходящим на практические занятия (это те самые, что Малфой тогда зачитывал). На финише кратко коснулись темы оценки пригодности ингредиентов. Как-то, целостность тары, чтобы пробка, крышка были неповреждены, а также чтобы они были банально не просрочены. И да, оказывается, на каждой таре должна быть соответствующая бирка, с указанием оного.

      Чтобы запомнить, Гарри производил записи по пути. Гермиона иногда косилась на него, но ничего не говорила. Но потом явственно удивилась, когда парень закрыл учебник и принялся строчить в тетрадь для домашних работ, не заглядывая в текст…

     

      … Гарри, сидел прямо на столе, напротив Рона.

      — Да зачем мне это запоминать-то? — ворчал рыжий.

      — Потому что Снейп тебя это спросит, будь уверен, — отвечал Гарри. — Хочешь котлы что ли помыть?

      — Не хочу, — буркнул Рон.

      Он закрыл книгу, прикрыл глаза.

      — При входе в лабораторию нужно надеть защитную мантию и перчатки, — мерно заговорил Уизли. — Далее необходимо пройти через «чистый коридор». Затем нужно пройти к своему столу и ждать указаний преподавателя.

      — Ну, а говорил, никогда не запомню! — хмыкнул Гарри.

      Рон неуверенно улыбнулся.

      — Что нужно проверить, перед тем как использовать ингредиент? — спросил Гарри.

      — Бирку, с указанием даты упаковки или изготовления, — уже уверенно ответил Рон. — Если есть просрок, то нужно об этом сообщить преподавателю.

      — Ага! — улыбнулся Гарри. — Видишь, все просто! Так глядишь старостой станешь, как Перси.

      — Да ну! — фыркнул Рон. — Не хочу я быть старостой!

      — Да тебя никто и не поставит, будь уверен! — заявила Браун.

      Гарри улыбнулся. Вот же заноза! А Рон уже понял, что лучше не связываться. Промолчал.

      — Ладно, пиши, — сказал Гарри, кивая на тетрадь и вставая.

      — Папочка проверил уроки, — язвительно заметила Лаванда.

      — Тебе завидно что ли, Лаванда? — иронично поинтересовался Гарри. — Хочешь, я и у тебя уроки проверю?

      — Обойдусь, — фыркнула Браун.

      Гермиона, глядя на это, улыбнулась, не поднимая головы.

     

     

     * * *

     

      18 сентября. Среда. Кабинет ЗОТИ.

     

      Парни подошли к окну и Гарри залез на подоконник. В смысле сел, конечно. И прикрыл рукой рот, зевая.

      — И кто придумал, что нужно непременно с утра заниматься? — произнес он. — Я бы вот лучше после ужина посидел. А с утра подрых подольше.

      — Гарри, — тихо сказал Невилл, наклоняясь. — У тебя это…

      Он указал взглядом вниз. Гарри недоуменно посмотрел туда же.

      — Опа, — парень спрыгнул с подоконника и, развернувшись спиной, застегнул ширинку. — Спасибо, Нев. Рон, хорош скалиться!

      А рыжий и вправду, широко улыбался.

      — Ты что делаешь? — это подошли Лаванда и Гермиона.

      Спросила, конечно, Браун.

      — Хочешь, покажу? — произнес Гарри.

      — Не надо, — Лаванда скорчила презрительную гримаску.

      Гарри залез обратно на подоконник.

      — Тебе что, лавки мало? — спросила Браун.

      — Люблю быть… сверху, — ухмыльнулся Гарри (вокруг одни дети, никто даже не оценит этой фразы!). — Кто-нибудь видел нового препода по ЗОТИ?

      — Мы в одной башне живем, — ответила опять Лаванда.

      В этот момент к гриффиндорцам присоединились обитатели подземелий.

      — Эй, Малфой! — громко сказал Поттер. — Вы нового учителя по ЗОТИ не видели?

      Да-да, Гарри не собирался тут играть в вооруженное перемирие аристократов. Блондинчик, как обычно идущий с двумя своими сломками, усмехнулся.

      — Нет, — произнес он. — Мне все равно, кто будет преподавать.

      Не останавливаясь, он прошел дальше. Но при этом бросил на Браун какой-то странный взгляд.

      — Скотина! — прошипела девчонка.

      Гермиона с некоторым удивлением посмотрела на соседку.

      — Лаванда, — усмехнулся Гарри. — Ну, зачем же сразу ругаться. О, а вот, кажется и новый профессор.

      Друзья обернулись. К кабинету и в самом деле подходил взрослый. Болезненного вида худой мужчина. С усами.

      — Доброе утро! — учтиво поздоровался он.

      Мужчина дошел до двери и зашел внутрь кабинета.

      — Интересно, — произнес Гарри, смотря вслед.

      — Что интересного? — недоуменно спросил Рон.

      Гарри спрыгнул с подоконника.

      — Да так, — ответил он, поправляя мантию. — Идем, нас ждет гранит науки.

     

     

     * * *

     

      В классе больше не пахло чесноком, что радовало до чрезвычайности. И преподаватель был уже здесь и, слегка улыбаясь, смотрел, как ученики рассаживаются по местам. А вот Гарри слегка напрягся. Просто этот учитель… Вроде бы и не акцентировал внимание на нем, но парень четко ощущал направленное на него внимание.

      — Позвольте представиться, — произнес мужчина. — Меня зовут профессор Римус Люпин. С этого дня я буду преподавать вам защиту от темных искусств.

      Улыбка профессора была доброй. Но Гарри никак не мог избавиться от впечатления, что этот Люпин на него таращится.

      — В части учета успеваемости ничего не изменилось, — продолжал профессор. — Вы также будете должны сдать экзамен в конце учебного года. Но, думаю, я смогу несколько больше познакомить вас с этим не очень приятным аспектом магического мира. И для начала, давайте разберемся с тем, почему ЗОТИ называется так, как называется.

      «Твою мать, он точно на меня пялится»

      Профессор сцепил пальцы перед грудью.

      — К несчастью, некоторое время назад, произошло крайне нехорошее событие, — продолжил Люпин. — Нет нужды подробно расписывать нападение акромантулов, вы и так все знаете. Но это происшествие показатель того, что основы самозащиты от агрессивных существ, а так же от направленной на него магии, необходимо знать каждому волшебнику, даже если он не планирует в будущем становиться аврором, путешествовать или заниматься еще какой-либо деятельностью, связанной с риском. А для того, чтобы защититься, нужно знать, что вам угрожает. Вот для этого и нужен предмет защита от темных искусств. Например, для защиты от акромантулов есть специальное заклинание «Кваниенс Соло». Его бы хватило, чтобы убежать от пауков, если вы видите, что не можете с ними справиться.

      — К сожалению, мы не могли просто убежать, — выдал с места Гарри.

      Люпин посмотрел ему прямо в глаза.

      — Я знаю… Гарри, — произнес он и, улыбнувшись, добавил. — Кстати, этим же заклинанием можно избавиться от, например, клопов. Что крайне полезно для волшебников, которые любят путешествовать или если кто-то просто боится пауков.

      Многие девушки при этих словах оживились.

      — А вы не покажете это заклинание, профессор? — спросил кто-то из них.

      — Оно не такое простое, — ответил Люпин с извиняющейся улыбкой. — Возможно позже. А сегодня мы начнем изучение различных магических существ, которые обитают буквально рядом, какой вред они могут нанести и как защититься от этого.

      Профессор шагнул к своем столу, на котором стояла небольшая коробка. И жестом фокусника извлек из него… что-то. Или, точнее, кого-то. Существо, размером с небольшую собаку. Фиолетового цвета, с большими черными глазами, как у пришельца, рожками на голове и длинными ушами.

      — Корнуоллский Пикси! — произнес Люпин. — По одиночке слабое, хоть и довольно пакостное существо…

     

     

     * * *

     

      Библиотека. После ужина. Гарри, Рон… В общем, вся пятерка.

     

      Гарри распрямился и покрутил головой. Так, конспект по истории готов. Парень покосился на тетрадь сидящей рядом Гермионы. И с завистью вздохнул. Да, у нее почерк заглядение, чуть не каллиграфический, а не то, что у него. Близко медицинский.

      — Черт, зачем мы это вообще переписываем?! — это у Рона сдали нервы.

      — Чтобы получить оценку, — произнес Гарри. — Ронни, не пытайся найти в этом смысл.

      — Но ведь это на самом деле глупо, — заговорила Гермиона. — Зачем просто переписывать то, что уже есть в учебнике? Вот Снейп требует, чтобы написали то, что поняли. Это я понимаю. Но тут…

      Она приподняла учебник и отпустила. Книга хлопнула о стол.

      — Не проще тогда самим заниматься? — добавила девочка. — Даже в астрономии в десять раз больше смысла. Те знания хотя бы как-то можно применить.

      — Я думаю, это нам преподают для расширения кругозора, — ответил Гарри. — Все-таки мы учимся в высшем учебном заведении.

      — О, я отлично расширил кругозор! — мрачно произнес Рон. — Мне прям только и не хватало этого знания, когда какой-то придурок родился.

      — Впервые согласна с рыжим! — Браун с отвращением отодвинула учебник. — Редкостное занудство!

      Рон что-то пробормотал, явно нелестное в адрес Лаванды. Та с злодейской улыбкой покосилась на него.

      — Скучнее только списки ингредиентов, — продолжила Браун. — Но там хотя бы смысл есть.

      — А может смысл в том, — произнес Гарри. — Чтобы мы научились заниматься нудным и неинтересным делом.

      — И что это даст? — спросил Уизли.

      — Развивается терпение и усидчивость, — ответил Поттер. — Вот еще пара конспектов по истории и мы наработаем необходимые мозоли.

      Гарри показал вниз. Браун слегка улыбнулась. Рон скорчил недоуменную гримасу.

      — А знаете, предлагаю размяться, — продолжил Поттер. — И совместить приятное с полезным.

      — Что, опять пойдем в Астрономическую башню? — произнесла с тоской Лаванда. — Я смотрю, тебя зацепило, да?

      — Ты плохо обо мне думаешь, Лаванда, — усмехнулся Гарри.

     

     

     * * *

     

      Размышления тут были такие. Им показали простейшие заклинания. Для чего? Смысла в этом не было. По идее, гораздо лучше дать их попозже, когда в учеников вобъется дисциплина. С этими мыслями Гарри и явился к декану МакГонагалл в обеденный перерыв.

      — Что-то случилось, мистер Поттер? — декан отложила перо и внимательно посмотрела на парня.

      — Я хотел бы спросить, — произнес Гарри. — Вот мы знаем несколько заклинаний. И они нам помогли в том коридоре. А зачем… Ну, нам их показали? У маглов детям не дают настоящее оружие.

      МакГонагалл чуть приподняла брови.

      — Это традиция, Ми… Гарри, — произнесла профессор. — С древних времен маги показывали своим ученикам несколько простых заклинаний, чтобы они в случае чего, могли хотя бы защититься.

      Женщина слегка нахмурилась, раздумывая, стоит ли что-то еще говорить стоящему перед ней мальчику.

      — Как ты уже видел, Гарри, — заговорила она, наконец. — Не всегда все будет безопасно. Даже сейчас. И, к сожалению, даже здесь.

      — Только поэтому? — спросил парень.

      — Хм, — слегка улыбнулась МакГонагалл. — Ну, раз ты об этом задумался… На таких простейших заклинаниях вы привыкаете к магии, привыкаете к тому, что ее можно использовать. Я ответила на твой вопрос?

      — Да, спасибо, профессор, — Гарри тоже чуть улыбнулся. — Я все понял…

     

      … Они дошли до кабинета профессора Флитвика и Гарри уверенно зашел внутрь.

      — Добрый вечер, профессор, — вежливо произнес парень.

      — Добрый, добрый! — улыбнулся маленький профессор. — Что же привело вас в столь позднее время ко мне?

      — Я за разрешением использовать зал для заклинаний, — произнес Гарри.

      Флитвик удивленно посмотрел на парня.

      — Я не против, — ответил профессор. — Но скажи мне, какие заклинания вы хотите попробовать?

      — Те, что давали на теоретической магии, — ответил Гарри.

      — Хм, позволь поинтересоваться… Гарри, — слегка сощурился Флитвик. — Зачем вам это?

      (Так, мне одиннадцать. Попроще)

      — Просто я подумал, — ответил парень. — Что, научившись хорошо применять эти, нам будет легче с другими.

      Профессор слегка улыбнулся.

      — К сожалению, я не могу дать ключ первокурснику, — ответил он. — Не потому, что это нельзя, а потому, что вы еще…. Не так хорошо владеете магией.

      — С нами будут близнецы Уизли, — ответил Гарри. — Просто, они еще не подошли, а то бы ключ взяли они.

      В этот момент в дверь постучали. А потом она приоткрылась и в кабинет заглянул один из близнецов.

      — Тогда не вижу препятствий! — радушно улыбнулся Флитвик. — Вот, пожалуйста.

      На стол перед Гарри лег довольно массивный, но одновременно красивый медный ключ.

      — Когда вы закончите, не нужно искать меня, — сказал профессор. — Впрочем, Уизли знают.

      Гарри вышел из кабинета. На него уставились четыре вопросительных взгляда.

      — Ну что, пошли? — помахал ключом парень.

      — Гарри, если ты сейчас мне все не расскажешь, — твердо произнесла Гермиона. — Я никуда с вами не пойду! Мне прошлого раза хватило!

      — Спокойно, Герми, — усмехнулся Гарри. — В этот раз никаких коридоров, пауков и Малфоев. Все законно.

      — Гарри! — сощурилась девочка.

      — Это проще показать, — произнес парень. — И ты в любой момент можешь уйти.

      Гарри перевел взгляд на Фреда, который держал в руках мешок.

      — Все в порядке, Фред? — спросил он.

      — Да, в полном, — ответил Уизли. — Черт, как ты нас все-таки различаешь?

      — Это магия, — усмехнулся Гарри. — Идем.

     

     

     * * *

     

      Круто иметь в помощниках магов. Близнецы Уизли начертили то, что хотел Гарри буквально минут за десять. И вот на стенах, друг напротив друга, начерчены два больших прямоугольника… размеров с футбольные ворота. Кстати, в этом помещении не было окон, а потолки были довольно высокие (да что там, высоченные), так что проблем не возникло.

      — Сразу говорю, идея еще сырая, — произнес Гарри. — Так что предложения приветствуются.

      — Это что, футбол? — произнесла Гермиона.

      — О, я видела эту игру, — сказала Браун.

      А вот Невилл с Роном глядели недоуменно. И это для Гарри было характерным признаком. Признаком того, что магический мир весьма сильно был на отшибе.

      — Мы тоже видели, — задумчиво сказал Джордж.

      — Эту магловскую игру, — закончил Фред.

      А Гарри подошел к мешку, который Фред положил у стены и вынул из него мяч. Он вышел с ним посередине комнаты, поднял мяч на левой ладони, правой рукой вытаскивая палочку.

      — И-идис!

      Мячик довольно резво улетел вперед и ударился в стену.

      — Идея ясна? — повернулся он к народу. — Каждое попадание мяча в прямоугольник приносит очко. Победит тот, кто наберет больше за определенное время. Все просто.

      — Гарри, а зачем это? — произнес Рон.

      — Братец всегда был, — ухмыльнулся Фред.

      — Не шибко умным, — добавил Джордж.

      — Сейчас все поймешь, Ронни, — сказал Гарри, отходя к одной из стен. — Не хочешь попробовать забить мне гол?

      Рыжий посмотрел зачем-то на остальных. А потом подошел к мячу, которые откатился к стене и вышел с ним туда, где до того стоял Гарри. Достал палочку. А потом на его губах появилась слабая улыбка.

      — На плюй-камни похоже, — сказал он и прицелился, сощурив один глаз.

      Вот Рон поднял палочку…

      — Идис!

      — Клипеум!

      Два заклинания раздались чуть не одновременно. Мяч же, срикошетив от щита Гарри, улетел вверх и вернувшись, со звонким шлепком отскочил от пола.

      — Ну что, Ронни? — усмехнулся Гарри. — Не хочешь сыграть?

      Уизли некоторое время молча смотрел на товарища. А потом на его губах расцвела азартная улыбка.

      — Давай! — радостно произнес он.

      Гарри улыбнулся в ответ. И, стащив мантию, бросил ее на пол, оставшись в одной рубашке.

     

     

     * * *

     

      Слегка возбужденные ученики-первокурсники, шли по коридору. Старшие Уизли сразу же куда-то слиняли, сказавшись сильно занятыми. Вот только по их шальным глазам, Гарри понял, что парни сейчас вернутся в зал.

      — Не, я думаю, если больше участников, — вещал Рон. — Будет не так круто!

      — А если, ну, как в обычном футболе? — задумчиво произнесла Гермиона. — На поле?

      Рыжий явно впал в задумчивость. Про футбол он уже знал.

      — Что делается, Уизли думает! — прокомментировала Браун.

      Но Рон даже не отреагировал на ее реплику.

      — Главное, чтобы игра не потеряла изначального смысла, — сказал свое слово Гарри. — То есть как личное развитие мага, так и работа в команде. То есть, народ, нам нужно это представить, как наше предложение, точнее дополнение к учебе. Иначе не разрешат.

      — Да почему? — слегка возмутился Рон. — Что тут такого-то? Вон, в квиддич же играют!

      — А это уже традиция, Ронни, — ответил Гарри. — А тут новое.

      — Но устала я сильно, — усмехнулась Браун. — Словно по лесу весь день бегала!

      — Я думаю, надо будет ограничить вид заклинаний, — сказала Гермиона. — Ведь старшие знают другие. Как в футболе, в общем. Разные лиги по возрасту.

      — Так, — заговорил Гарри. — Давайте с этим переспим, ага? И подумаем завтра.

      — А что сегодня? — подняла бровь Браун.

      «Вот язва!» — усмехнулся про себя Гарри.

      — А сегодня, Лаванда, — произнес он с иронией. — Надо поторопиться в башню, пока нас Филч не поймал. Вообще-то, уже время ложиться спать.

      И тут все словно только что поняли, что уже довольно поздно. За окнами уже было совершенно темно.

      — Как всегда, — криво усмехнулся Рон. — Только начинается самое интересное, пора спать.

      19 сентября. Четверг.

     

     Обед после ОФП (общефизическая подготовка) залетал во всех так, что блюда пустели, как, хе-хе, по волшебству. Близнецы посмеивались, глядя на первокурсников.

     - Это еще что, - произнес Фред.

     - На третьем курсе, - заговорил Джордж.

     - Нужно будет выбрать, чем будете заниматься, - продолжил Фред.

     - Фехтованием или гимнастикой, - глубокомысленно заметил Джордж.

     - Рекомендую гимнастику.

     - Хуч очень любит.

     - Реалистичное обучение.

     Перваки кинули на них взгляды и вернулись к еде.

     - И зачем мне фехтование с гимнастикой? – спросил Гарри, немного неловко сидя за столом из-за руки на перевязи.

     Кстати, почему-то его из-за нее даже не подумали освободить от беготни. Изверги, что тут говорить.

     - Традиция, - ответил Фред.

     - Да-да, - добавил Джордж.

     - Я худею с такого подхода, - вздохнул Гарри. – И с кем я буду фехтовать там?

     Он кивком показал в сторону окон, имея в виду, видимо, мир за пределами Хогвартса.

     - Ладно, это не к спеху, - подытожил парень.

     - У тебя есть? – заинтересовался Фред.

     - Еще идея? – подхватил Джордж.

     - Пока нет, но что-нибудь придумаю, - Гарри потянулся за булочкой. – Пока нам и того хватит, что вчера делали. Рон ты как, готов познать сегодня горечь поражения?

     - Это фто еще пофнает! – воинственно откликнулся тот, с набитым ртом, тыкая недоеденной булкой в Гарри.

     - Я сегодня просто посмотрю, - отозвалась Браун, морщась. – И так с утра ноги побаливали. А тут еще этот бег сегодня.

     - А говорили, что на метлах летать будем! – поддержал ее Рон осуждающим тоном.

     - Это всегда так, - произнес Джордж.

     - На следующем уроке, - продолжил Фред.

     - Будете по двору ходить.

     - И бегать. С метлами.

     - А это-то зачем? – не поняла Гермиона.

     - Будете учиться, - хмыкнул Джордж.

     - Управлять метлой, - добавил Фред, улыбнувшись.

     - Ничего не понимаю, - нахмурилась Гермиона, покачав головой. – Глупость какая-то.

     

     * * *

     

      Тот же день. После обеда.

     

     Следующим у них стоял удивительно обычный для Хогвартса предмет «Иностранные языки». Даже было интересно, как к делу познания чужой речи подходят маги. И кабинет располагался не где-нибудь в катакомбах или наверху башни, а просто на втором этаже.

     - Может, хотя бы тут не будут заставлять что-то учить? – вздохнул Рон, когда они двигались в сторону кабинета.

     - Как раз наоборот! – насмешливо произнесла Гермиона. – Чужой язык нужно в первую очередь именно учить!

     Уизли только еще раз тяжело вздохнул.

     - Надеюсь, преподавать будет не какая-нибудь МИСС Снейп, - произнес он.

     - Как же тебе тяжело, Уизли! – явно притворно посочувствовала Браун. – Наверное, ты чувствуешь себя лишним в нашей компании!

     - Пока тебя не было, все было нормально, - проворчал Рон.

     Невилл, идущий позади всех, еле заметно улыбнулся, слушая эту пикировку.

     - Вот кстати, - заговорил Гарри. – Лаванда, а ты знаешь какой-нибудь язык?

     - Конечно! – с превосходством ответила девочка. – Французский, испанский. Немного немецкий.

     - Круто, - покивал Гарри. – А мы вот с Герми французский только учим.

     - Я примерно по году жила в Канаде и Аргентине, - заметила Браун. – Пришлось выучить.

     - А чего в Англию-то вернулась? – проворчал Рон. – Жила бы себе там дальше.

     - Уизли, а ты сегодня чего такой смелый? – сощурилась Лаванда.

     Они, вслед за остальными гриффиндорцами, завернули за угол и увидели, что двери в кабинет уже открыты. И туда как раз в этот момент входили слизеринцы.

     Войдя, они увидели немного необычный кабинет. Для начала тут стояли столы, явно рассчитанные на одного ученика. И аудитория была обычная, то есть не амфитеатром. Слизеринцы уже прошли за столы, стоявшие ближе к окнам.

     - Опять ждать? – бросил Рон, не увидев преподавателя.

     - Может, здесь учитель тоже призрак, как Бинс, - произнесла Браун.

     - Уверяю вас, я не призрак! – внезапно раздался веселый и… какой-то игривый женский голос.

     Из двери, которая вела из класса в соседнее помещение, вышла… Хм, довольно эффектная женщина. В отличие от других преподавателей, на ней было темно-фиолетовое платье, что называется, в обтяжку. И фигурка у дамы была весьма ничего! Фиолетовая ткань обтягивала крутые бедра и подчеркивала узкую талию, юбка заужена по низу и доходила лишь до колен. Вырез декольте был скромный, но платье старательно подчеркивало грудь. Размера третьего. Короткая прическа, явно модная, на изящной шейке поблескивала серебряная цепочка, на груди ныряя в декольте. Девочки, ведь даже еще не девушки, а нахмурились синхронно, когда увидели такое воплощение женской красоты. А преподаватель была еще и на редкость красива. Красота ее была европейской, тонкий носик, брови идеальными дугами, высокие скулы, небольшой рот, но губы спелые, словно созревшие вишни. Просто плакатно как-то красива была женщина.

     - Добрый день! – тепло поздоровалась преподаватель.

     И даже улыбка у нее была идеальной. Зубки ровные, небольшие, как жемчуг. И голос приятный такой…

     - Меня зовут Алэйна Дюфур, - продолжала тем временем дама. – И я буду преподавать вам иностранные языки!

     Гарри даже головой помотал. И это еще гормоны не буянят! А с теми, кто постарше как? Отсюда, наверное, после каждого урока кого-нибудь выносят…

     - Предвосхищая возможные вопросы о нужности изучения другого языка, - и опять этот улыбочный залп. – Кроме того, что маги очень часто путешествуют, это еще и значительно развивает мышление, делает его гибким и в целом благотворно влияет на кругозор.

     Женщина сделала паузу, видимо, ожидая все-таки вопроса.

     - И на первом курсе мы с вами изучим французский, мой родной язык, - заговорила преподаватель дальше, продолжая мило улыбаться.

     Даже Малфой вон поплыл. Улыбается в ответ. Интересно – это магия или дама сама по себе так на мужиков действует? Ну, наверное, так просто никто бы не дал применять магию на учениках. Хотя…

     - Каждый ученик, выходящий из Хогвартса, - вещала преподаватель. – Должен знать как минимум два языка. Иностранных, конечно! И знать это имеется в виду, что приехав в другую страну, маг мог понимать и выражать желания, необходимые для нормального существования. Да, мистер Поттер?

     - Простите, что прерываю, - произнес парень, опуская руку. – Но нам не выдали никаких учебников.

     - Учебники для изучения иностранного языка довольно дороги, - с извиняющейся улыбкой произнесла Дюфур. – Поэтому было принято решение, что вы будете заниматься с ними здесь, в аудитории и в читальном зале библиотеки.

     - Спасибо, мисс Дюфур, - кивнул Гарри и заметил, что дама слегка, едва заметно поморщилась.

     Интересно, это такая реакция на факт, что ее называют мисс, а не мадмуазель? Или мисс, а не миссис? Или мисс, а не мадам? Кстати, а почему ее раньше не было видно?

     Тем временем женщина взяла со своего стола палочку, взмахнула ей, и откуда сзади послышалось шуршание. Обернувшись, Гарри (и все остальные) увидели, что из шкафа, стоящего позади парт, вылетели, словно птицы книги, помахивая страницами, как крыльями. Учебники разлетелись по всему кабинету, приземляясь на столах перед учениками.

     «Французский язык. Учебник и словарь» - прочел на обложке витиеватые буквы Гарри.

     - Bonne journée, monsieur Potter! – вдруг донесся из книжки звонкий девичий голосок.

     - Bonne journée… э-э… livre, - слегка ошарашено ответил Гарри.

     - Сначала я хотела бы узнать, может кто-то уже знает французкий или какой-то другой язык, - мисс Дюфур снова одарила учеников улыбкой. – Давайте начнем с вас.

     Женщина обратилась к слизеринке, сидящей за первой партой.

     - Французский, но немного, - ответила та немного смущенным голосом…

     

     …- Мистер Поттер? – дошла очередь до Гарри. – Я слышала, вы уже говорили на французком?

     - Ну, это сильно сказано, что говорил, - ответил парень, покрутив головой (повязка немного натерла). – Но я хочу его изучить так, чтобы разговаривать свободно.

     - Похвальное стремление, мистер Поттер, - улыбнулась Дюфур.

     «Интересно, а у нее щеки потом не болят?»

     - Только английский, - пробурчал Рон, сидящий позади Гарри в ответ на вопросительный взор преподавательницы.

     Хм, похоже, перспектива еще и язык учить отбила в Уизли всякое восхищение. Зато с Гермионы сейчас можно было писать картину «Стремление к знаниям». Или скорее, маньяк дорвавшийся до своих фетишей…

     

     …Гарри открыл учебник с некоторой опаской. Что-то его начинают местные фокусы не радовать, а раздражать. Но, к счастью, книга открылась без каких-то эффектов, буднично.

     - И сегодня мы начнем с азов, - произнесла мисс Дюфур. – А именно с произношения.

     В учебнике были приведены буквы и сочетания букв. А рядом с ними имелись анимированные картинки артикуляции.

     

     * * *

     

     Рон возмущался. Он начал ворчать сразу, как они вышли из кабинета. Похоже, этот предмет переполнил чашу его терпения. Уизли возмущало буквально все. И то, что в этом языке четыре буквы могли обозначать один звук. И то, что требовалось говорить в нос. И вообще лягушатники полные придурки и речь у них, язык сломать можно. И как можно есть лягушек? Что, еды нормальной нет что ли? А еще они носатые.

      В этот монолог даже Браун не решалась вмешаться, справедливо полагая, что сейчас рыжий находится в поиске объекта для вымещения негатива. Поорать Рону требовалось, если короче. Если не более радикально.

     Когда Гермиона, задержавшаяся о чем-то спросить Дюфур, наконец-то вышла из кабинета, все облегченно выдохнули.

     - Грейнджер, можно было и побыстрее! - раздраженно, сквозь зубы процедила Браун.

     - Пойдемте есть! - тут же внес предложение Гарри.

     - Да, я сильно проголодалась! - тут же поддержала Лаванда.

     Даже флегматичный Невилл активно закивал. Гермиона, удивленно вскинув брови, посмотрела вслед буквально рванувшим по коридору друзьям…

     

     … Когда кончилась третья кружка чая, и шестая или седьмая булка улетела в топку, лицо Рона потеряло остроту черт и слегка порозовело.

     - О, кажется, мы снова обрели его, - заметил Гарри, смотря на товарища.

     - Да чего? – Рон смутился от взглядов, что скрестились на нем.

     - Уизли – ты болван, - выдала Браун.

     - Сама такая! - огрызнулся Рон.

     - Да, все пришло в норму, - хмыкнула Лаванда.

     - Я уже говорил, что когда-нибудь маг… простецы тебя на костер определят? – произнес Гарри.

     - Сейчас уже не средневековье, - фыркнула Браун.

     - Думаю, для тебя сделают исключение, - хмыкнул Гарри, откусывая от булки.

     - На себя посмотри, ангел! – иронично парировала Лаванда.

     - Не могу, - Гарри слегка улыбнулся. – Нимб слепит.

     - Как обычно! – усмехнулся Джордж.

     - Вы сегодня пойдете? – спросил Фред.

     - Конечно, - ответил Гарри. – Вот.

     Он похлопал по плечу Рона здоровой рукой.

     - Ваш брат желает познать горечь поражения.

     Младший Уизли со скепсисом хмыкнул, смерив Гарри сощуренным взглядом.

     - К тому же, - продолжил Поттер. – У нас сегодня свободный вечер. Заданий-то нет.

     В этот момент в том конце зала, где сидели старшие ученики Слизерина, послышался какой-то шум и возмущенный голос. Все вытянули шеи, пытаясь рассмотреть, что там происходит. И в этот момент раздался звонкий шлепок и из зала выбежала какая-то девушка.

     - Драма, похоже, - заметил Гарри. – Личная.

     - Это Шафик, - усмехнулся Фред.

     - Пятый раз? – уточнил Джордж.

     - Шестой, - поправил Фред.

     Гарри рассмотрел, наконец, парня, которого сейчас так приласкали. А, классика. Пощечину получил просто-таки картинный светловолосый красавчик, который, похоже, разбил девичье сердце. Магический мир. А подростковые проблемы несоответствия сути с фасадом все те же. И народ, даром что маги, вон как зашептались, захихикали.

     

     * * *

     

     С Роном у Гарри получилась практически ничья. У Поттера хорошо получалось вовремя ставить щит. Рон же весьма наловчился с тем, чтобы перехватывать мяч. Близнецы показали заклинание, которое им показалось весьма к месту. Акцио. Для начала они отрабатывали его. Зона действия у него была обратная воронка, но специфичная, а именно она больше напоминала цилиндр, а не воронку. И притянуть можно только какой-то небольшой и не закрепленный предмет. Но Гарри испытал поистине эйфорию! Жаль, что его поняла только Гермиона, когда воскликнул «Я джедай!».

     Новое заклинание разнообразило игру. Теперь требовалось не только ударить и поставить щит под удар противника, но еще и перехватить отлетевший мяч.

     Невилл удивил другим. Он стал использовать рикошет! И мяч стал прилетать с совершенно неожиданной стороны, что сделало Нева весьма опасным противником. Вообще, любитель травологии действовал в стиле контратаки. То есть он выдерживал несколько ударов, а потом в удобный момент перехватывал мяч… И Рон несколько раз сильно удивился, когда мяч огибал его щит. Кстати, спортивный снаряд пришлось укрепить магией, так как первый они угробили всего за один матч.

     - Мало, - произнес Джордж, смотря за поединком брата и Невилла

     - Да, мало, - покивал Фред, тоже неотрывно следящий за ходом матча.

     - Это вы о чем? – поинтересовался Гарри.

     - Есть заклинания, - ответил Джордж, крутанув палочку между пальцев.

     - Которые можно тут использовать, - добавил Фред.

     - Вы только это, - заметил Гарри. – Из старших курсов-то давайте не будем.

     - Можно и не из старших, - сощурился Джордж.

     - Левиоса, - произнес Фред.

     - Глиссео, - добавил Джордж.

     - Геминас, - ухмыльнулся Фред.

     - Погодите, - остановил близнецов Гарри. – Вы смотрите на это не с той стороны.

     Близнецы с вопросительными выражениями лиц уставились на Поттера.

     - Задача этой игры не выиграть или развлечься, - Гарри поднял палочку. – А научиться пользоваться этим. Пользоваться так, чтобы каждое новое заклинание можно было наложить на базу.

     Джордж и Фред одновременно нахмурили лбы.

     - Интересно, - произнес первым Фред, после паузы.

     - Сам придумал? – добавил Джордж

     Тут со стороны играющих парней донесся полный сожаления и разочарования крик Рона. Похоже, игра закончилась. Причем Рон, победивший Гарри и очень воодушевившейся этой победой, на этот раз потерпел поражение.

     - Хочешь быть аврором? – спросил Джордж.

     - Что-то пока нет желания, - ответил Гарри. – Но и слабаком быть совершенно не хочется. Ладно, Герми, ты готова?

     Рон и Невилл подошли к остальным. Рыжий явно злился, а на губах Лонгботтома гуляла слабая улыбка. Гермиона на вопрос Гарри решительно кивнула.

     Они вышли на «поле». Гарри положил мяч на середине и отошел к своим воротам, доставая палочку. Гермиона, улыбаясь, подняла палочку вверх.

     - Рон, дай сигнал! – крикнул Гарри, тоже подымая руку с палочкой.

     Уизли вышел чуть вперед. Посмотрел на обоих игроков.

     - Начали! – крикнул парень.

     - Акцио! – одновременно выпалили заклинание Гарри и Гермиона.

     На губах девушки скользнула довольная улыбка, когда она успела первой. И она тут же использовала «Идис», чтобы метнуть мяч. Естественно, Гарри успел поставить щит. Но не просто перед собой, а под наклоном и мяч не отскочил от него, а изменил траекторию, пролетев над головой Гарри.

     - Акцио! – подтащил его к себе Гарри и сразу же запулил обратно.

     Рикошетом об пол. Но Гермиона уже была готова к такому развитию событий, тоже, видимо, внимательно наблюдала за ходом поединка Рона и Невилла. А Гарри, заглядевшись на то, как Герми, выбежав вперед, ловко прижала мяч к земле заклинанием щита, чуть улыбнулся. Нет, все-таки мозги у нее работают просто зачетно.

     «Оп!»

     Запоздало поставленный щит не отразил мяч и тот пролетел буквально возле Гарри.

     - Гол! – азартно выкрикнул Рон.

     Гермиона, откинув волосы, победно улыбнулась, отсалютовав палочкой. И Гарри невольно улыбнулся в ответ. Хороша! А еще через пару лет, хотя скорее через пять, так и вовсе.

     

     * * *

     

      20 сентября. Пятница.

     

     Математика, которая у них стояла первой парой, проходила в кабинете нумерологии. Совершенно обычная аудитория-амфитеатр, разве что по стенам были развешаны портреты каких-то магов. И не только. Гарри узнал, например, Пифагора, Евклида и Эйлера. Такие же портреты висели в кабинете математики в его старой школе.

     Преподаватель, довольно рослая женщина за сорок, зашла в кабинет за одну минуту до начала урока. Дойдя до небольшой трибуны, которая стояла рядом с учительским столом, она окинула класс строгим взором.

     - Доброе утро, дети, - заговорила женщина. – Меня зовут Септима Вектор и на этом курсе я буду давать вам знания о мире цифр. А на третьем курсе мы встретимся, если кто-то выберет предмет нумерологии, в качестве дополнительного. Итак.

     Женщина достала палочку, взмахнула ей. И за ее спиной взмыл кусок мела. Он принялся быстро чертить какую-то… схему?

     - Математика занимает в жизни волшебника очень важное место, - заговорила профессор. – Ошибочно полагать, что она понадобиться лишь для того, чтобы посчитать монеты в вашем кошельке.

     Мел продолжал с легким скрипом бегать по доске.

     - Существует, например, целый ряд заклинаний, имеющих сложный рисунок силовых линий, который нельзя воспроизвести с нужной точностью воздействием палочки. Поэтому эти линии предварительно рисуют, либо для того, чтобы повторить их в Зоне Действия заклинания, либо, используя специальные материалы, использовать рисунок в качестве части силовых линий.

     Мел дорисовал рисунок. Круг, в котором была вписана шестиконечная звезда. Из каждой вершины звезды в центр проходили прямые.

     - Перед вашими глазами пример, - мисс Вектор повернулась и подошла к доске. – Это исполнительная часть заклинания «Ауди Дуо Дицере». Используя его, вы можете поговорить с человеком, который находиться на значительном расстоянии от вас. Результат этого заклинания целиком зависит от того, насколько точно вы выполнили рисунок на плоскости и потом в пространстве. Если ошибиться хотя бы на дюйм, то заклинание попросту не сработает. Для того, чтобы правильно вписать звезду в круг есть правило, которое мы с вами будем изучать.

     Взмыла губка, стирая рисунок. А профессор подошла обратно к трибуне. И позволила себе легкую улыбку.

     - По моему предмету не будет зачета или экзамена, - продолжила женщина. – Но я будут в течении учебного года проводить контрольные работы, а также выдавать самостоятельные задания. Из результатов этих работ будет формироваться окончательный балл по предмету. Пересдачу контрольных без веской причины я не провожу, потому что я всегда предварительно даю самостоятельные задания, такие, чтобы вы были готовы к контрольным. Так что рекомендую отнестись к предмету серьезно. И если что-то будет непонятно, то двери моего кабинета всегда открыты.

     

     * * *

     

     Гермионе явно понравился этот предмет. Она прямо-таки цвела, пока профессор повторяла школьный курс. И быстрее всех решила примеры, данные для освежения памяти и выяснения знаний учеников. А вот Рон, как обычно, пыхтел. Хотя большую часть примеров и задач рыжий решил все-таки. Что не мешало ему ворчать всю дорогу, пока они шли на следующий урок, который должен был пройти в библиотеке.

     - Я не пойму, Рон, - произнес Гарри. – Я же видел, ты нормально в этом разбираешься. Ты чего весь изворчался?

     - Я ненавижу математику, - ответил рыжий, шмыгнув носом.

     - Да ты вообще учиться не хочешь, так и скажи, - фыркнула Браун.

     - И что? – покосился на нее Рон, а потом перевел взгляд на Гермиону. – Не всем нравится в книгах копаться.

     - Ага, кто-то только жрать и спать любит, - иронично заметила Лаванда.

     - Может Рон просто не нашел еще такой предмет, - сказал Гарри, – который ему понравится?

     - В Хогвартсе нет теории обжорства, - усмехнулась Браун.

     - А кто-то вчера на ОФП сдох, - теперь в голосе Уизли сквозила ирония.

     - Волшебнику мозги нужнее! - вскинула подбородок Лаванда, слегка зарумянившись.

     Просто она вчера перед пробежкой хвастанула, что ей часто приходилось помогать собирать растения и проводить на ногах целый день. А перешла на шаг уже на третьем круге.

     - Я целый день могу по лесу ходить, - передразнил Лаванду Рон.

     - Уизли, не зли меня! – Браун сощурилась и ее верхняя губа слегка вздернулась.

     - А то что? – насмешливо ответил парень. – Догонишь и побьешь?

     - А вот потом и узнаешь! – нехорошо улыбнулась девочка.

     - Ой, боюсь! – ухмыльнулся Уизли.

     Они дошли до библиотеки.

     - А преподавать будет Пинс, да? – вздохнул Рон.

     - Ну, стоит в расписании она, - ответил Гарри.

     Уизли поежился. Просто он уже столкнулся с библиотекаршей, когда у него книга упала на пол. Почти упала, Невилл удивительно быстро среагировал и поймал книгу у самой земли. Получилась немного комичная ситуация, когда Рону Пинс, шипя словно спускающее колесо, долго рассказывала о правилах обращения с книгами и поведении в библиотеке в общем, а Невилл получил сдержанную похвалу от «мисс Стервятника».

     Друзья расселись за столами.

     - Чего это они такие веселые? – чуть нахмурился Рон, при виде пытающихся сдержать смех слизеринцев.

     Причем хихикали в основном девушки. А вот парни больше кривились.

     - Поржать хотите? – обратился к друзьям Дин Томас.

     И парень положил на стол фотографию. И не просто фотку, а ту, где изображение двигается. Героем искусства ловить моменты стал парень лет шестнадцати, причем почти голый, но с криво висящим на шее галстуком. Судя по этому предмету одежды, он был из слизеринцев…

     - О, так это же ему вчера в зале пощечину залепили, - произнес Рон.

     - Не повезло Шафику, - прокомментировал Гарри.

     Парню и в самом деле не позавидуешь. Он явно старался избежать внимания, потому что бежал по коридору. Гермиона и Лаванда захихикали. Парни тоже улыбнулись, но чувство солидарности не давало совсем уж активно посмеяться над незадачливым парнем.

     - Женское коварство, - произнес Гарри.

     - Зато теперь будет знать, как обманывать! – сквозь смех, произнесла Браун.

     - А что он сделал-то? – спросил Рон.

     - Ты еще маленький такое знать! - фыркнула Лаванда.

     Скрип и покашливание, напоминающее карканье. Гарри здоровой правой рукой смахнул фотку со стола.

     - Что тут происходит? – Пинс будто материализовалась у столов слизеринцев.

     А те, видать, не успели убрать фотографию. Библиотекарша с завидной скоростью схватила ее.

     - Что это такое?! – взвилась Пинс, при этом вполголоса.

     Сейчас она как никогда напоминала птицу. Эта ее шляпа придавала голове еще больше сходство с птичьей. А с профиля ее нос и в самом деле напоминал клюв. Плюс этот странный пушистый шарфик и черная мантия, словно сложенные крылья.

     - Как вы могли принести в храм знаний это непотребство! – разорялась мисс Стервятник.

     - Кар, - тихо добавил Рон, ухмыльнувшись.

     А между тем под раздачу попали Малфой с сотоварищами. Просто они сидели с краю… В общем, невезение в чистом виде.

     - Попали! – все радовался Уизли.

     - Это не мое! – возмутился Малфой.

     - Вы еще смеете отрицать! – это было забавно, как Пинс, не повышая громкости, тем не менее орала. – Вы будете наказаны!

     - За что? – не унимался Драко.

     - Ой, дурак! – приложил ладонь к лицу Рон.

     А Пинс сверкнула глазами, сделав такое лицо, которое бы сделало честь иному темному властелину. Глаза навыкате, верхняя губа вздернута в оскале.

     - Будьте добры явиться вечером к мистеру Филчу, наглец! – отрывисто натурально прокаркала женщина. – И будьте уверены, ваше наказание будет максимальным!

     - Да как вы смеете! – Малфой поднялся, упираясь руками в стол. – Я же сказал, это не мое!

     - Вон отсюда! – крючковатый палец Пинс указал на дверь. – И без вашего декана больше сюда являться не смейте!

     Малфой, побагровев, вскинул подбородок. Он молча вышел в проход между партами и прошел к выходу. Его подручные проследовали за ним. Пинс, тяжело дыша и сверкая глазами, проследила за ними взглядом.

     

     * * *

     

     Урок английского оказался сорван. Пинс пыталась что-то рассказать, но все время съезжала на случившееся, а с этого на правила поведения в библиотеке и вообще в школе. Даже когда прозвенел звонок и ученики стали выходить, она все еще что-то бурчала.

     - Вот и этот белобрысый пол помоет! – с наслаждением произнес Рон. – Просто замечательный день!

     - Надо же, как мало тебе надо для радости, - заметила Браун.

     - А чего, мне плакать что ли? – Уизли даже на подколку Лаванды отреагировал с улыбкой.

     Весь обед Рон поминал случившееся. В конце концов, Гарри попросил товарища уже завершать со злорадством ибо надоело. Но тот, хоть не вслух, но продолжал что-то бормотать и похихикивать. Собственно, понять его можно. Малфой же прям типичный образец аристократа. Богатый, хорошо одетый и не глуп, чтобы не говорили. Ну и да, спесь из него прет, как тесто из кадки. Полная противоположность жизни Рона. Кто из бедняков не радовался бы, если богача внезапно и очень обидно унизили? Верно, все бы также радовались. Так что Малфой заслужил такое отношение со стороны Уизли.

     - Черт, я бы хотел на это посмотреть, - произнес Рон.

     - Без проблем, - заметил Гарри. – Хочешь, я договорюсь? Будешь рядом с ним пол мыть.

     - Э-э… - Уизли нахмурился. – Не, так я не хочу.

     - Так заткнись уже, а, - раздраженно бросила Браун. – Уже достал со своим Малфоем.

     - А что с Малфоем? – спросил Джордж.

     - Да, что с ним? – заинтересовался и Фред.

     - О, боги! – закатила глаза Лаванда. – Короче, я пошла. Мне надоело это слушать. Грейнджер, ты идешь?

     - Да, - ответила та.

     - Куда это вы? – спросил Гарри.

     - А это спрашивать у леди неприлично! – самодовольно усмехнулась Браун.

     Комментарий «Так то у леди» Гарри сдержал при себе. А кто его знает? Что-то ему голым по школе бегать неохота.

     

     * * *

     

      Тот же день. После обеда.

     

     Если вчера на иностранных языках была атака на мужскую половину учащихся, то сегодня на женскую. Преподаватель географии оказался без преувеличения самым настоящим мачо. В смысле испанцем. Матиас Хименес Монтера. Грива черных, как смоль волос. Правильные черты смуглого лица, полные чувственные губы, расстегнутая чуть не до пупа рубашка и кожаные штаны. Ко всему этому мужик был мускулист, имел на щеке небольшой шрам, в общем, явно не кухонный соблазнитель. К тому же он рассказал, что очень много путешествовал. Мерзкий тип, короче. Но предмет подавал интересно, этого у него не отнять. И предмет его был нужный, с этим никто не спорил.

     Последней парой стояла биология и ее преподавала уже знакомая Помона Спраут. Как и все остальные предметы, биология подавалась в ракурсе магического сообщества. Не в смысле архаично, а в практическом смысле. Растения хоть магические, хоть простые, состояли все из тех же клеток. Но принцип существования у них был разный. Вот на этом отличии, в первом приближении, конечно, профессор и остановилась. В качестве самостоятельного она дала задание изучить различие свойств некоторых растений, которые могут встретиться и простецам.

     Кстати, вот этот момент, что преподаватели избегали термина «маглы», наталкивал на мысль, что проблема взаимодействия волшебников и простых людей весьма… запущена. Это как с названием негров, собственно, неграми. Толерантность напоказ, а на самом деле деление на сорта. Конечно, это Гарри не удивило, он на себе ощущал это. А вот Гермиону это явно коробило. Умница она, что тут говорить. Не по годам.

     Тренироваться с мячиком сегодня они дружно решили не ходить. Ну как дружно, большинством голосов, Рон рвался. Но задание само собой не сделается. Так что после ужина они засели в библиотеке.

     Делая самостоятельное задание, они стали свидетелями прихода Малфоя в сопровождении Снейпа. О чем говорил Ужас Подземелий и Пинс они не слышали, но Малфой потом шел явно не радостный…

     

     - Не так, Ронни, - говорил Гарри, когда делали задание по французскому языку. – В нос надо говорить. Вот так. Ё-н. Слышишь, я в нос говорю? Сравни. Ё. И Ё-н.

     - Дурацкий язык! – бурно отреагировал Уизли и прикусил язык.

     Пинс, сидящая за столом, вскинулась и поглядела в их сторону хищным взглядом.

     - Ты точно хочешь помыть пол вместе Малфоем, - прокомментировала Гермиона.

     - А может он помочь ему хочет? – хмыкнула Браун. – Вон весь день только и слышали, Малфой! Малфой!

     - И вовсе я не хочу! – тихо, но с экспрессией отреагировал Уизли.

     - Ладно, думаю на сегодня хватит, - сказал Гарри. – Да и поздно уже.

     Сдав учебники мадам Пинс (а та их при этом, чуть не под микроскопом рассматривала, когда принимала), пятерка двинула в сторону своей башни.

     - Завтра только до обеда учимся, - сказал Рон, зевая во весь рот.

     - Ты бы хоть прикрывал свою… рот, - поморщилась Браун. – Желудок видно.

     - Не нравится, не смотри, - парировал Уизли. – А чем после обеда-то заниматься будем? Не верится, что можно просто ничего не делать.

     - А после обеда у нас занятия в клубе танцев, - ответила Гермиона.

     - Я так и думал! – буквально простонал Рон. – А почему, вообще, я должен туда идти? Я в этом клубе не состою!

     - Ты гриффиндорец, - заметила Лаванда. – Забыл что ли, что говорили на вечеринке?

     - Да помню, помню, - рыжий тяжело вздохнул. – И зачем мне эти танцы, вообще?

     - И это говорит выходец из старого рода, - покачала головой Браун. – Или ты просто танцевать не умеешь, а, Уизли?

     - Почему это не умею! – задрал нос тот, бросив взгляд на Гарри. – Умею! Только…

     - Только? – тут же вцепилась Лаванда.

     - Ну, не очень хорошо, - нехотя произнес Рон.

     - Тогда чего ты возмущаешься? – подняла бровь Браун. – Вот и научишься.

     - Да просто мне это не нравится, вот и все! – поморщился Уизли.

     - Тебе ничего не нравится! – заметила Лаванда. – Кроме еды и кровати!

     - Зато честно, - усмехнулся Гарри.

     Полная Дама без всякого пароля открыла перед ними дверь. Они зашли внутрь. Гостиная была полна народа. Кто-то смеялся, разговаривал. Чай пили. Декан, сидя на диване возле камина, разговаривала о чем-то со старостами.

     - О, а вот и Поттер со своей бандой! - произнес Оливер Вуд, улыбаясь. – У Алисии сегодня день ангела! Присоединяйтесь!

     Рон потер ладони.

     - С удовольствием! – ответил Гарри.