J.M.: другие произведения.

Пускай ливень прекратится

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
  • Аннотация:
    Кто настоящий герой?


Пускай ливень прекратится

  
  
   О том, что великий герой Илиниор Смелый везёт в город Лоретт талисман чёрного колдуна Арминорга, все жители знали ещё за неделю до того, как копыта Илиниорова коня переступили городскую черту. Великий герой, отправляясь на очередной великий поединок со злодеем, брал с собой гонцов, которые на обратном пути опережали его и сообщали радостную весть о победе. Да, о победе и никак иначе - великие герои никогда не проигрывают сражений с чёрными колдунами, драконами, вампирами, троллями и прочими отрицательными персонажами.
   Помощник герцогского повара Лаор доброе известие услышал одним из первых. Он как раз шёл на рынок, где ему было велено купить моркови и лука. Продукты поизысканнее, вроде дичи, сыров и вин, для герцогского стола повар выбирал самолично. Но даже герцогский стол не обходится порой без таких прозаических вещей как лук и морковь, покупку которых вполне можно доверить помощнику.
   Лаор преодолел только половину пути, когда когда на дороге появились наездники в богатых парчовых одеждах, верхом на холёных гнедых конях. Вот они остановили своих скакунов, один всадник протрубил в рог, чтобы привлечь внимание прохожих, а второй раскатистым голосом прокричал о поражении колдуна, победе героя и о том, что талисман Арминорга, обладающий огромной магической силой, будет преподнесён в дар герцогу Лоретта.
   Всадники пришпорили лошадей и двинулись дальше - им предстояло объявить новость ещё на многих улицах. А Лаор так и застыл с открытым ртом. Пустая корзина, предназначенная под овощи, выпала из его руки. Перед глазами пронеслись чудесные видения: благородный герой, исполненный величия и силы, готовится к битве, надевает светло-серебряные доспехи, достаёт из ножен сверкающий, как молния, меч. Но готовится и его противник колдун. Творит ужасные заклинания, облачается тёмные латы. И вот - час битвы, два воина, серебряный и чёрный, летят навстречу друг другу, и - гром в небе, и - звон стали...
   - Эй, отдай, отдай! - пронзительный крик на другой стороне улицы.
   Вздрогнул Лаор, очнувшись от грёз наяву, закрутил головой: что случилось, кто кричал? Как будто ребёнок. И точно: большие мальчишки у чумазого малыша заплечный мешок отняли. Малец вокруг них прыгает, размахивает ручонками - а тем только смех. Лезут в мешок поглядеть, чем поживились.
   Куда такое годится - маленьких обижать? Перешёл Лаор улицу, прикрикнул на сорванцов грозно:
   - А ну отдайте сумку!
   Мальчишки не сразу послушали, посмотрели сначала с прищуром, оценивающе: кто это их вздумал учить? Один, рыжий, вихрастый, процедил даже сквозь зубы:
   - А не отдадим - чего нам сделаешь? Может, и сумка-то наша?..
   - Врут, дяденька, не ихняя! - крикнул малыш из-за Лаоровой спины, куда от своих обидчиков спрятался.
   - Ну а вы попробуйте не отдать, - подбоченился Лаор. - Тогда и увидите, чего сделаю.
   Лаор, конечно, никакой не "дяденька", годами не сильно старше задир, но кулаки у него увесистые, плечи широкие. На графской-то кухне не только лук с морковью, но и вёдра с водой, и охапки дров изо дня в день таскать приходится.
   Переглянулись между собой сорванцы. Разумеется, Лаор по-настоящему бы с ними в драку не полез, так, попугал бы только. Но они-то этого не знали, решили не нарываться на неприятности. Бросили сумку на землю - и бежать. Лаор котомку подобрал, отдал чумазому мальцу:
   - На вот, держи.
   - Спасибо, дяденька, - затараторил тот. - У меня там знаете, чего? Туфли, да не для кого-нибудь, а для самой прекрасной дамы Велиолы. Я сапожника Сегорта подмастерье. Хозяин и велел мне заказ Велиолиной горничной снести. Если бы эти гады отобрали, голову бы мне оторвал... Ну, не то что уж совсем голову, а бока намял бы. Он для этих туфель драгоценные каменья заморские специально заказывал!
   - Тебя звать-то как? - прервал Лаор мальчишнику скороговорку.
   - Къергом. Но обычно Кери кличут.
   - А лет тебе сколько? Семь-то есть?
   - Почти восемь уже, дяденька. Это я так, ростом не вышел.
   - Всё равно маловат ты для подмастерья.
   - Да мамка моя - прачка, уж больно небогато живём. Вот и послала меня к Сегорту в ученики, у него харчи бесплатные.
   - А лупит тебя хозяин часто?
   - Случается... но это ничего, я привычный. Иногда оно ведь и за дело. Работу там вовремя не закончишь или ещё чего... Но из-за этих дураков если бы под горячую руку попал, обидно было бы. Так что ещё раз благодарствую. Сейчас мне бежать надо: Велиолина горничная, поди, заждалась. Потом, может, ещё когда увидимся, поговорим про разное. С вам разговаривать интересно. Вы слушаете, а другие-то взрослые нет.
   И Кери вприпрыжку припустил в ту сторону, где виднелась над городскими домами верхушка башни, в которой жила прекрасная дама Велиола. Ведь каждая уважающая себя прекрасная дама обязана жить не в тереме и не во дворце, а именно в башне.
   Упоминание о прекрасной даме навело Лаора на романтические мысли. Чего только не рассказывают о Велиоле - и волосы-то у неё как золото, и глаза цвета неба, и грациозна она как... как кто - Лаор забыл, но точно помнил, что грациозна. Наверное, всё это правда, иначе Велиолиной руки не добивались бы ровно по четыре жениха в неделю. Интересно, имел ли хоть один из них честь лицезреть прекрасную даму? Или отказывает женихам она тоже через горничную? Отказывала Велиола так же регулярно по четыре раза в неделю. По-другому быть не может: ведь если прекрасная дама примет предложение, то станет уже не прекрасной дамой, а просто чьей-то женой.
   От мечтаний о Велиоле Лаора отвлекли собственные пустые руки, в которых не хватало корзины для овощей. А, вон она, валяется на той стороне улицы, где он её и обронил. Подобрав корзинку, Лаор продолжил путь... к сожалению, не к логову чёрного колдуна, а всего лишь на городской рынок.
   Но препятствий на этом пути тоже было порядочно. На этот раз внимание Лаора привлёк какой-то писк. Небогато одетый человек, мастеровой или мелкий торговец, спешил своей дорогой, таща за уши зайца.
   - Эй, брат! - окликнул его Лаор. - Откуда это у тебя такой зверь?
   - Да вот, ловец отдал по дешёвке: уж больно тощий. Ну да ничего, жена потушит с картошкой, и тощего за милую душу съедим.
   Лаору сделалось зайца жаль. Из кухонной работы он больше всего не любил, когда приходилось ощипывать и потрошить гусей, кур и уток. Но тех повар Кет приносил с рынка уже со свёрнутыми шеями. А если бы живых, Лаор, может, и работу бы себе другую нашёл.
   - Слушай, продай мне животину. Я тебе вдвое больше, чем ты заплатил, дам.
   - Вдвое?.. - мастеровой озадаченно почесал в затылке. Вот ведь послала судьба недалёкого покупателя: цену-то не узнал, а вдвое сулит! Но сильно много просить мастеровому совесть не позволила. К двойной плате ещё только половину накинул, на том и сошлись.
   Взял Лаор зайца на руки:
   - Ну, не пищи, не дрожи, не будут тебя с картошкой тушить.
   В лес бы выпустить, да вот беда: ловушкой ногу зайцу повредило. Так он на воле не дольше протянет, чем у этого мастерового на кухне.
   Сунул Лаор зверёныша за пазуху, побежал к себе домой - а это не близко. Когда теперь моркови купишь, заругает Кет... Ну, пусть его ругается. Он не то что сапожник Сегорт, рукоприкладства себе не позволяет. А слова - они в одно ухо влетели, в другое вылетели.
   Дома Лаор отыскал Вернику, младшую свою сестрёнку, отдал зайца ей на попечение, наказал лечить и кормить - а та и рада, любит всякое зверьё. То птенца воробьиного подберёт, де червяками выкармливать не брезгует, то белку приручит. А уж котят да щенят в доме всегда полно.
   Уладив заячье дело, со всех ног Лаор бросился на рынок. А оттуда, с полной уже корзиной - к герцогскому замку.
   Повар Кет, конечно, ворчать принялся - не остановишь. Где пропал, на край света, что ли за морковью ходил, вот не успеем вовремя герцогу фаршированных перепелов подать, да то, да сё. Но Лаор помалкивает: перечить - оно себе дороже. А посудомойки, Ненна с Киорой, очень кстати про гонцов, про великого героя да про талисман между собой судачить начали. Кет заинтересовался: какие гонцы, какой талисман? С утра сегодня на кухне, в город не выходил, ничего не слышал. Ненна и Киора сами тоже не выходили, но им кто-то из замковой челяди передал.
   Рассказывает Ненна о колдовских-героических делах, так увлеклась, что, моя нож, палец порезала. Кет заслушался было, но тут сразу к опаздывающим перепелам вернулся. Вспылил, изругался на девушку:
   - У, дура слепая! Как теперь работать будешь? Завязывай свой палец, да смотри, не запачкай ничего.
   - Давай, помогу, - вызвался Лаор. - Я умею, один раз ой как порезался сильно, сам себе руку бинтовал.
   - Помощничек выискался, - пробурчал Кет, - пусть бы сама...
   Но возражать повар всё-таки не стал, так что Лаор крепко забинтовал Неннин палец куском чистой полотняной ткани и пообещал, что сегодня вместо неё поможет Киоре с мытьём посуды.
  
   Ночью, перед тем как заснуть, Лаор всё думал про сражение великого героя с колдуном и про талисман. А ещё про то, что посудомойка Ненна, может быть, не уступает красотой прекрасной даме Велиоле.
  
   ***
   К прибытию великого героя Лоретт подготовился заранее. Были и фанфары, и цветы, которые бросали под ноги Илиниорова коня юные горожанки, и угощение - не только для самого героя, чему лореттцы особенно радовались.
   Завернутый в шёлковую ткань талисман Арминорга герой торжественно передал правителю города герцогу Валенсию. Но это, конечно, не на глазах у публики, а в замке. Поэтому лишь обитатели замка об обстоятельствах этой передачи и знали.
   Слуги шептались, что великий герой с радостью избавился от магического артефакта, а герцог от дара не в большом восторге, но отказаться было неудобно. И придворный белый волшебник Савелиус весь день ходит хмурый. А всё из-за того, и он, и герцог, и даже бесстрашный герой талисмана, созданного чёрным колдуном, немного побаиваются. А может быть, и не немного. Но нельзя же такую вещь просто взять и выбросить куда-нибудь, это же вам не гнилая картофелина. Мало ли какие последствия будут.
   Впрочем, возможно, со временем Арминоргово творение затерялось бы в герцогской сокровищнице без всяких последствий, и о нём бы все благополучно забыли, не случись летом того года дождя, какого не помнили и старики. Лило подряд чуть не целый месяц. Речка Норола, на которой стоял Лоретт, вышла из берегов, и город начало затапливать. Такой напасти жители ещё не ведали. Пока страдало только их имущество, но все понимали: если дождь не прекратится, вода поднимется настолько, что не умеющим плавать придётся или спасаться на лодках, или тонуть.
   Волей-неволей вспомнили о талисмане. Ведь он не просто так, а магический и, наверное, мог бы как-нибудь помочь...
   Герцог Валенсий собрал в замке совет. Самые любопытные из челяди, конечно, не могли пропустить такое событие. Ненна подготовила Лаора пойти посмотреть и послушать, а ему и самому было интересно. Вместе с несколькими другими слугами они спрятались за тяжёлыми бархатными портьерами, во множестве развешанными по стенам парадного зала. Складок на этих портьерах было столько, что человека за ними не заметишь. И дырки для подсматривания, которые кто-то предусмотрительно проделал в ткани, тоже легко маскировались.
   Через одну из таких дырок Лаор и видел, что Арминоргов талисман покоится на бархатной подушке посреди круглого стола. И выглядит этот талисман не очень-то внушительно - похож на обычный стеклянный шар с крупное яблоко размером. Ну разве что время от времени внутри этого шара цветные искорки проскакивают. Но ничего особо зловещего.
   - Я управляю городом, но я не маг, - расхаживая по залу, говорил герцог Валенсий. - Я понятия не имею, как обращаться с колдовскими вещами. Это, Савелиус, твоя работа.
   - Э-ээ... - протянул, теребя длинную седую бороду, придворный волшебник. - Видите ли, ваша светлость, я, конечно, занимаюсь исключительно белым искусством, но опасаюсь, что, стоит мне коснуться талисмана Арминорга, как моя сила вопреки моим намерениям обернётся нам во вред. Вполне вероятно, чёрная воля колдуна до сих пор живёт в этом кристалле... В алхимическом трактате "Архимагусторентиус" есть сведения, которые наводят на такие мысли.
   - Ты опасаешься, опасаешься, без конца опасаешься - я слышал это уже тысячу раз! - досадливо всплеснул руками герцог.
   - А может, Савелиус сделает свой собственный талисман, и дело с концом? - предложил великий герой Илиниор Смелый, которого пригласили на совет. - Или вообще без всяких талисманов остановит дождь...
   Савелиус, который за последнее время, наверное, подобные слова слышал тоже не меньше тысячи раз, поморщился.
   - Э-ээ... Видите ли, в данном случае моего искусства недостаточно. Дождь - это стихия... - волшебник воздел руки и возвёл глаза к потолку. - Моя магия против него бессильна.
   - Магия Арминорга, возможно, тоже, - заметил первый герцогский советник. - Не помогла же она ему победить Илиниора.
   - А нам остановить дождь, возможно, помогла бы, - ворчливо возразил герцог. - Но мы никак не соберёмся это проверить. Потому что боимся. Есть среди нас хотя бы один смелый человек?
   Все взгляды устремились на Илиниора. Тот, сидевший, вольготно развалясь в мягком кресле, выпрямился и как-то настороженно подобрался.
   - Я... обычно ведь занимаюсь битвами, уважаемые господа. То есть, если нужно победить злодея, дракона или там кого ещё - это всегда пожалуйста. Но магия... поймите правильно - не моя специализация. Я тоже боюсь сделать хуже. И, скажу по секрету, этот талисман... в общем, когда я его сюда вёз, мне показалось, от него исходит... как бы это выразиться - недоброе излучение.
   - Так зачем ты его притащил?! - сдали нервы у придворного мага. - Мы тебя просили? Не просили! И Арминорга убивать не просили, жил он в своих горах и жил! А вам, героям, понимаешь, славы надо!
   - Вот ведь неблагодарность какая вместо "спасибо", - обиделся Илиниор. - Ну, убил, чего после времени речь вести... А талисман этот куда мне было девать?
   - Не знаю и знать не хочу! Забирай и девай куда хочешь! Хоть на край света вези!
   - Тише, тише! - повелительно воздел руку Валенсий. - Не сметь скандалить в моём присутствии! Никто ничего никуда не повезёт. Ты признаёшь, Савелиус, что есть шанс обратить силу талисмана нам на пользу?
   - Шанс есть, признаю, и сочинение "Магусмикон" это подтверждает, - нехотя отозвался волшебник. - Но как нам не вляпаться в другой шанс, менее благоприятный, я не представляю, и в "Магусмиконе" на этот счёт ничего не сказано. Как манипулировать таким талисманом, мне не известно.
   Лаор, наблюдая из-за портьеры, гадал, отчего эти знаменитые, образованные и обладающие властью люди так трусят перед какой-то стекляшкой. Думал-думал, и понял вдруг: им же всем только посочувствовать можно! Великий герой устал от своих побед, очень уж много убил колдунов и драконов, вот теперь ему повсюду "недобрые излучения" и мерещатся. А на самом-то деле чего недоброго в этом блестящем шарике может быть? Ну и что, что колдун его сделал? Колдун сгинул давно.
   Герцог? Ну, тот в градоправительских делах увяз, а дела эти - то казнить кого, то на соседний город войной пойти, то налоги увеличить - не больно приятные. А всего нового, непривычного, необычного опасаться приходится: ну как авторитет городской власти подорвёт? Вот и остерегается Валенсий к колдовской вещи подступиться.
   Придворный волшебник в своей науке, в учёных трактатах запутался. Начитаешься всяких "Архимагусторентиусов" и "Магусмиконов", пожалуй, тоже собственной тени пугаться начнёшь. Как бы эта тень вопреки твоим намерениям чем-нибудь не обернулась.
   Ну а герцогскому советнику страшнее всех: посоветуешь не то - и всё, уже не советник. Может быть даже узник тюрьмы. Или осуждённый на казнь. Вот и осмеливается бедняга только на редкие замечания.
   "Эх, была не была", - решился Лаор, и вышел из-за портьеры. Сбоку вышел, не отдёргивая, чтобы других, кто за ней прятался, не заметили. Ненна аж рот ладонью зажала, чуть не вскрикнула - хотелось недалёкого поварского помощника остановить. А как остановишь, себя не выдав? Что же он такое творит, разве можно вот так на герцогский совет вламываться? Да ему голову отрубить велят!..
   А Лаор не то чтобы так уж рвался своей головой пожертвовать, надеялся, так далеко дело не зайдёт - не настолько важная он птица, не советник же, в самом деле. Ну, плетью приложат, ну со службы выгонят. Так ведь зато прояснится всё... А то и польза получится.
   Пока герцог и все остальные не опомнились, пока таращились на невесть откуда взявшегося посреди зала незваного гостя, Лаор к столу подошёл, да талисман с бархатной подушки и взял.
   Что там Савелиус за умное слово говорил? Ма-ни-пу-ли-ро-вать? Ну, это пусть белые да чёрные колдуны манипулируют, а у кухонных работников всё по-простому.
   - Пускай ливень прекратится, - сказал Лаор.
   И тут же стихло за окном хлюпанье капель и журчанье струй. Дождь закончился.
   Герцог, герой, волшебник и советник переглянулись между собой, не в силах ничего вымолвить. А Лаор произнёс ещё "ой..." - потому что вместо прозрачного шара в его ладони появилась кучка осколков. А ещё через секунду осколки превратились в облачко пара, которое развеялось без следа. Талисман Арминорга, исполнив веление помощника повара, перестал существовать.
   Громко вдохнув и выдохнув, правитель Лоретта подошёл к окну и посмотрел на небо, прояснивающееся от тучевой хмари, которая, казалось ещё минуту назад, не развеется никогда. Потом прокашлялся, повернулся к Лаору и сделал жест, как будто отгонял от лица норовящего ужалить комара.
   - Э-ээ... - было похоже, что говорит не Валенсий, а Савелиус. - Слуга... можешь идти. Ты, кажется, с кухни, да? Возвращайся. Я своей милостью избавляю тебя от наказания за самовольство.
   - Благодарствую, ваша светлость, - поклонился Лаор и выполнил герцогский приказ - отправился в кухню, где его дожидалась гора нечищеных луковиц.
  
   ***
   - Нет, как хочешь, дяденька, а это несправедливо, - заявил Лаору Кери. - Ну разве герцог не должен был тебя наградить?
   С тех пор как познакомился с Лаором, мальчишка в свободное время часто появлялся неподалёку от герцогской резиденции, там, где в замковой ограде были не бросающиеся в глаза входы-выходы для прислуги. Он поджидал помощника повара, чтобы поболтать, и заодно перезнакомился с другими слугами. Про историю с талисманом и дождём ему рассказала посудомойка Ненна.
   - А, - отмахнулся Лаор. - Дождь закончился - и хорошо. Я же не великий герой, чтобы меня награждать.
   - Ну ладно - награды, но хотя бы правду всем горожанам объявить можно было! Так нет, приписали всё заслугам старого дурака Савелиуса!
   - Ради правды старается Ненна, - улыбнулся Лаор. - Если не все горожане, то половина от неё подробности услышала.
   - И я стараюсь, ты уж не сомневайся, - заверил Кери. - А знаешь, - понизил он голос, - я понял, почему у тебя эта магическая штука так легко сработала. У них у всех, может, и не сработала бы, а то и хуже - вред бы вышел, не зря они трусили. А ты - другое дело.
   - Это почему же?
   - Ну, ты ведь мне тогда помог. И Ненне. И зайца вот спас. У таких обязательно любой талисман, какой бы там злой маг его ни состряпал, хорошо работает. Легко и как надо.
   - Ну, вот уж рассудил, - со смехом покачал головой Лаор. - Тебе бы не к сапожнику, а в школу ходить, премудрости изучать. Глядишь, поумнее Савелиуса бы сделался.
   - Да была охота, - отмахнулся Кери.
   - Кстати, про зайца. - Лаор вручил мальчишке корзину, в которой лежали капустные кочерыжки и несколько морковок. - Будет время, отнеси Вернике.
   - Отнесу, - пообещал Кери. С сестрой Лаора он давно познакомился. - Люблю глядеть, как этот заяц ест. Смешной такой.
   И мальчишка, размахивая корзиной, побежал по улице. А Лаор постоял ещё с минуту, щурясь от яркого солнца и улыбаясь ему, и зашагал к замку, чтобы вернуться на кухню.
  
  
  
  
  
  
  


Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"