Иванович Юрий: другие произведения.

Невменяемый колдун. Все части с Эпилогом.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 6.60*201  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Что может быть прекрасней сказки? Только новая сказка! И новый мир! И новые разумные существа, живущие в этом Мире Тройной Радуги, и новые приключения! В новой сказке тоже бывает боль, обида, ненависть и разочарование. Но всё таки больше в ней любви, отваги, справедливости и великого самопожертвования. И, конечно же, великих дел которые по плечу только самым целеустремлённым, неординарным и жертвенным личностям. Пока ещё молодой Кремон просто сильный и перспективный воин и никто не знает что ждёт его в скором будующем: неприметная, банальная гибель или сияющий ореол истинного героя, но свои первые шаги на пути к славе он уже сделал.... (Книга окончена, продолжение следует....)


Невменяемый колдун

  
  
  

ПРОЛОГ

ДАВНЫМ-ДАВНО, ТЫСЯЧУ ЛЕТ НАЗАД....

   Хранитель от расы сорфитов чувствовал себя плохо. И не мог понять: то ли это от старости, то ли от ледяного, пронизывающего ветра. От которого не спасала даже теплая шерстяная мантия, прикрывающая тело почти до половины. Сорфит рассеянно слушал скороговорку своего коллеги из расы тагов и мысленно удивлялся: почему тому совсем не холодно? Хотя одет миниатюрный Хранитель был намного лучше и компактнее: куртка на меховой подкладке, толстые штаны и громоздкие валенки с каучуковыми подошвами. Вот, правда, его тщедушное тельце мотало ветром из стороны в сторону. Но таги не обращал на непогоду внимания, только изредка приседая при особо сильном порыве студенящего ветра, да часто хватаясь за пытающуюся улететь шапку. Сорфит ещё раз задумался над тем, почему его тело так стало мерзнуть. Такое большое и толстое? Может жировая прокладка стала тоньше за последний год? Да нет, вроде....
   Таги тем временем продолжал уже длившийся бесконечно спор;
   - Поэтому я буду категорически настаивать на том, что бы магическую Настройку проводили в двадцатилетнем возрасте! И как только наступит лето, созову анклав Эль-Митоланов! Буду требовать отмены Настройки в десятилетнем возрасте. Слишком рано! Дети вырастают безответственными, неприспособленными! Пусть бы они поборолись за право стать избранным в более зрелом возрасте! Тогда и проигравшие принесут своей настойчивостью ощутимую пользу обществу! А четыре года вполне хватит для начального, теоретического обучения!
   - Вряд ли анклав отменит вековые традиции! - устало заметил сорфит. - Но ты, конечно, имеешь право попробовать....
   - Почему только я?! Если ты меня поддержишь, половина победы будет обеспечена! Ведь когда-то ты был пассивным сторонником этой реформы.
   - О-хо-хо! Когда это было! - огромное тело хранителя затряслось от смеха и тут же, без перехода содрогнулось от холода. - Слушай, тебе не кажется, что эта зима особенно холодна?
   - Эта? - маленький таги недоумённо осмотрел горы, плотно обступившие почти идеально круглую, хоть и огромную полянку. - Нисколько! Такая же зима как всегда! Смотри даже снега намного меньше, чем обычно!
   - Почему же я мёрзну? - сорфит приподнял голову повыше. - И какой то ледок в мозгу мешает думать....
   - Это у тебя от старости! - авторитетно заявил таги и неожиданно замолотил кулаками по туловищу своего огромного коллеги. - Хочешь, я тебе согревающий массаж сделаю?!
   - Хочу! Но только не здесь, а в пещере! Скорей бы туда вернуться! Где же они? Долго нам ещё здесь торчать? - заметив, что маленький массажист совсем запыхался от усердия, добавил: - Ой, мне уже жарко! Кончай меня избивать! Умоляю!
   - Жарко ему! Да ты и не почувствовал моей заботы и дружеского участия! Зато я: точно согрелся. Можно ждать..., хотя! Мне кажется, они уже идут!
   В тот же момент из-под снега на краю полянки вынырнула голова сорфита, покрытая блестящим шлемом. За головой показалось шесть ловких передних конечностей, отбрасывающие снег. А за ними и всё длинное туловище увешанного доспехами воина. Не обращая внимания на хранителей, он ловко откатился в сторону и встал в боевую стойку. Следом за ним из дыры выскочило ещё с десяток крупных и тренированных бойцов. Они рассеялись по периметру полянки и заняли оборонительную позицию. Тут же стали появляться и маленькие таги-воины. Каждый с магическим арбалетом, несущим на концах метательных игл смертельный яд для любого врага с горячей или холодной кровью. И только когда маленькие стрелки заняли все стратегически выгодные позиции, из подземного хода появилось несколько сорфитов и тагов более преклонного возраста и в одеяниях Эль-Митоланов. Каждый по очереди подходил к Хранителям и тепло здоровался, обмениваясь несколькими фразами.
   - Привет вам от всего конклава!
   - Мечтаем его увидеть в полном составе очень скоро!
   - Вам тут некоторые гостинцы передали...
   - Хорошо, что хоть сами дошли, а то от холода мы уже замерзать стали....
   - Такой как ты замёрзнет! Вот таги жалко....
   - Да ему хоть бы что, словно гремучки напился!
   - И почему так долго?
   - Завал по дороге пришлось разбирать....
   - Готовы принимать молодёжь?
   - Только к этому весь год и готовимся!
   - Этот год необычный: по решению конклава решено удвоить количество инициированных. Поэтому выбрано двести детей для Настройки. Надо восполнить позапрошлогодние потери....
   - Понятно.... Тогда выводите детей! Они хоть тепло одеты?
   - Зря беспокоишься! Ведь совсем не холодно!
   - И вам?! Странно, что ж меня тогда так морозит?
   - Идём за Сферой! - поторопил коллегу Хранитель-таги. - Быстрей начнём, быстрей ты у меня на массажном столе окажешься!
   Гости посмеялись над Хранителями стариками, но проводили их уважительными поклонами голов. А затем бросились к выбирающимся из подземного хода детям. Хоть те и были измучены длительным и тяжёлым путешествием, но заснеженная полянка вызвала у них целый фейерверк веселья и радости. Эль-Митоланы не успевали их построить в организованные колонны перед центральным возвышением полянки. Дети бросались друг в друга снежками, толкались, боролись с визгом и радостными криками. Маленькие таги вскакивали на шеи мощным сорфитам и, сталкиваясь на встречных курсах, валились в снег. Становилось страшно от подобных игрищ и казалось, что хоть одного таги, но обязательно раздавят тяжёлые тела их во много раз больших товарищей сорфитов.
   Но через десять минут, когда Хранители вышли с драгоценной ношей из своей пещеры, дети всё-таки стояли в чём-то напоминающем нестройное каре вокруг возвышения. Пострадавших не было. Смешки и переговоры стихали, лица детей становились всё более серьёзными и приличествующими моменту. Сейчас свершится то, о чём мечтает каждый ребёнок в Сорфитовых Долинах. Свершится Великое Чудо, меняющее всю их жизнь. На детские головы будет возложена магическая Сфера, и она произведёт Настройку их организмов на магическое восприятие тайн мироздания. А когда им исполнится двадцать четыре года, произойдет Всплеск, и они смогут стать полноправными и великими Эль-Митоланами.
   Хранители величественно поднялись на возвышение в центре поляны, и сорфит кивнул своему коллеге, что бы тот сказал речь. А сам, в который уж раз удивился донимающему его холоду. "Что со мной? У меня такое было только перед сражением с армией драконов в молодости. Тогда те напали внезапно, и мой внутренний голос предупредил холодом. Может и сейчас?! - глаза сорфита быстро остекленели от магического транса, и разум мысленно воспарил проникающим зрением над скалами, непроходимой стеной окружившими священную полянку. Никого! Только чёрные камни, покрученные стволы низкорослых сосен, да белые снежные сугробы между ними. - Может драконы обошли стену заклятия?! - не открывая глаза, он тщательно осмотрел всё видимое небо до горизонтов. - Тоже никого! Значит, мёрзну я от старости! - его взгляд прояснился и остановился на верхушке одной из окружающих скал, да там и застыл. До слуха доносились пафосные высказывания Хранителя-таги:
   - Наше государство единственное по силе своей невероятной дружбы между двумя разумными нациями! Убейте любого, кто посмеет сеять вражду между таги и сорфитами! Наше единение вечно! И да будет так во все времена!!!
   Таги выкрикнул последнее слово торжественной речи и удивлённо оглянулся на замершего коллегу. Затем зашипел вполголоса:
   - Так и будешь стоять камнем, или дашь Сферу мне для наложения?!
   - Ах да, конечно, извини..., - сорфит сморгнул глазами и собрался передать бережно поддерживаемую Сферу в маленькие ручки своего коллеги. Но тут же его взгляд встревожено метнулся опять к верхушке скалы. Ему показалось, что она дрогнула. И точно: скала наклонялась всё больше и больше, грозя рухнуть вниз, на поляну. Напрягая зрение, сорфит различил копошащиеся возле верхушки уродливые цилиндры.
   - Тревога! - изо всех сил выдохнуло его внезапно охрипшее горло. - Колабы! Нас окружают колабы!
   В полной тишине эти хриплые крики прозвучали чёрным предзнаменованием. Но их тут же заглушил грохот рушащихся скал.
  

(Прим. Ред.: Нам пришлось вести с очевидцем этих

Событий настоящую

Войну, пока мы заставили его перевести все меры длины,

Веса и времени в приемлемые для нас понятия.

А то у него и неделя из шести дней состоит

И час на сто минут делился

И в сутках тех часов не как во всех нормальных мирах....

А кто, на сколько прыгнул, или с какой скоростью ехал,

Вам, уважаемые читатели, пришлось бы высчитывать

С логарифмической линейкой.

Зато сейчас можете читать и не отвлекаться на ненужный никому

Сравнительный анализ).

  

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПУТНИК

  
   Буря разразилась ужасная. Целые тучи пыли, песка и даже мел-ких камней носились в воздухе, пытаясь одновременно лишить и слуха, и зрения. Это вдобавок к тому, что невозможно стало дышать под многослой-ной по-лотняной повязкой, которую Кремон поспешно водрузил на рот и нос при первых шквальных порывах ветра. И что с самого начала показалось стран-ным, так это невероятно усилившаяся жара. Будто бы смерч принёсся с са-мого центра дьявольски раскалённой пустыни. По спине противно стекали ручейки пота, и ткань одежды стала создавать мерзкий парниковый эффект.
   "Не хватает только грома с молниями и дождя! - с обозлением подумал Кремон. Он пригнул лицо к самой земле и почти на четвереньках лихора-дочно пытался найти хоть какое-то мало-мальски пригодное укрытие - Если это случится, я на все сто буду уверен в неприродной подоплёке этой невесть откуда взявшейся бури!"
   И будто подслушав его опасения, громыхнул раскат грома, за ним тут же второй, но уже ближе. Яркая вспышка молнии выхватила из сгущаю-щейся, чуть ли не полной мглы, безумную свистопляску кружащихся пред-метов, среди которых промелькнуло даже несколько больших веток.
   "Ого! - Кремон от злости заскрипел песком на зубах. - На кого это ни-спослали такие мытарства! Да и кто, интересно, имеет в своей власти такие силы? О, дьявол! - он больно ударился о выступающий край скалы, ведь руки были заняты обшариванием поверхности. - Кажется, что-то нашёл! По крайней мере, с боков буду защищён!"
   Он с трудом втиснулся в узкую расщелину между камнями, волоча за со-бой сброшенный со спины рюкзак. Затем быстро расстегнул на своём вме-стилище багажа соединительную молнию, раскрыл, увеличивая по площади вдвое. Немного повозился, но выставил таки свой рюкзак над головой и упёр краями в скальные выступы. Уселся спиной в глубину выемки, поджал ко-лени вплотную к лицу и опустил крышку своего защитного сооружения почти до голени. Теперь открытыми для разбушевавшейся стихии оставались только ступни. Но они были защищены, пожалуй, лучше, чем все остальные части тела. Ботинки из толстой кожи с высокими бортами на носках были оторо-чены стальными пластинами. Широкие, утеплённые языки, зашнурованные блестящей полустальной лентой, могли выдержать даже приличный удар саблей. Не то, что дробь летающих мелких камней. Разве что огромная ветка рухнет..., да ещё прямо комлем..., да ещё и по любимому мозолю. Но тут уж как повезёт: от всего не застрахуешься. И так хорошо, что не получил повре-ждений, попав в это "наказание природы-матушки". А иначе как наказанием, это и на-звать было трудно.
   Ведь ещё полчаса назад Кремон и не предполагал, что может оказаться в эпицентре такой свирепой бури. Он прошёл последнюю седловину и окинул взо-ром открывшуюся, слегка извивающуюся долину, которую предстояло пере-сечь. Где-то там, в её конце, за несколькими большими холмами находи-лось селение Агван - цель его длительного путешествия. Именно там он на-деялся найти то, что искал, разрешить все свои сомнения, вопросы и чаяния. Светило сол-нышко, пели птицы, по белеющей пустынной дороге промелькнула тень бе-гущего зайца. Дул лёгкий ветерок и под звон цикад Кремон, взбодрённый близостью финиша, весело стал спускаться в долину. От прилива хорошего настроения стал напевать фривольную песенку о желании каждого путешественника везде встречать гостеприимный очаг, вкусную еду и некапризных, ласковых женщин. И представить себе не мог, что с ним случится всего лишь через пару километ-ров. Теперь приходилось вжиматься между камнями словно улитка в рако-вину и ждать чем всё это закончится.
   Внезапно хлынуло как из ведра. Потоки воды плотным слоем окутали тело Кремона и пытались буквально вымыть из временного убежища. Парень изо всех сил держал спасительный рюкзак над головой. Создавалось впечат-ле-ние, будто кто-то с садистским удовольствием колотит сверху кувалдой, а кто-то другой, в то же время, хочет поднять рюкзак над скалами вместе с це-пляющимся за него человеком. Кремон, хоть и обладал недюжинной силой, стал задумываться: "Долго ли я ещё продержусь? Полчаса - точно! Постара-юсь! А долго ли ещё будет продолжаться эта разгулявшаяся стихия? Мг-м! Если судить по её нереальности - то недолго. Ведь даже самые великие маги не могут творить подобное больше чем минут двадцать. Значит, продержусь! Если..., если это только это - не конец света!"
  
  

АГВАН

  
   Сидевшие в зале посетители неспешно попивали свои напитки и насто-роженно прислушивались к тому, что происходило снаружи. Порой их не-громкие разговоры прерывались слишком уж натужным порывом ветра, со-трясавшего весь трактир до основания или неожиданно громким раскатом грома. При этом они испуганно втягивали головы в плечи, замирали, а затем, возобновив затаённое дыхание, вновь продолжали свой диалог:
   - Вот это да! Прям - светопреставление!
   - Не на шутку это он разошёлся! Да и не к добру!
   - А может просто балует?
   - Ещё чего?! Ты ведь знаешь, балует он по-другому. А здесь не иначе, как злой на кого-то жутко!
   - Вот и я того же мнения. На моём веку я такой бури и не припомню. Во, во даёт! - старикага, седой как лунь, но с бычьей ещё фигурой и огром-ным красным носом на топорно сделанном лице, предупреждающе поднял вверх указательный палец. - Того и гляди все ставни повышибает. О! А сей-час, слышите? Уже и дождь пошёл! Вы себе только представьте, что в долине де-лается!
   - Может выйти и посмотреть: чётам творится? - бесшабашно пробасил сидящий рядом детина. Личиком он был похож на старика, только выглядел лет на сорок моложе. В ответ дедуля со всего маху заехал ему кулачищем в плечо. Но тот даже не пошатнулся.
   - Закрой рот, Бабу! - беззлобно стал настаивать старик молодого собу-тыльника. - Учишь вас, учишь..., - он ещё раз замахнулся, намереваясь пока-зать всю глубину своего педагогического таланта, но так и замер с отведён-ной назад рукой. Ибо в этот момент всё крепкое, бревенчатое здание трак-тира так тряхнуло, что раздался треск ломающейся не то балки, не то кровли, а с потолка посыпались пыль и песок. Одно из стёкол лопнуло, и осколки со звоном посыпались на подоконник. Все опять застыли, прикрывая свои ста-каны ладонями. Первым заговорил Бабу:
   - Ты, Берки, хоть мне и родня, но руки то не распускай! У меня ведь они тоже есть!
   - Только попробуй, сразу повыдергаю! - любовно заворчал старикан.
   - Кто, ты?! - заржал Бабу. - Да с тебя уже песок сыпется! - он заглянул в свою огромную кружку и, скривившись, выплеснул замусоренные остатки. - Эй! Хозяин! Ну-ка налей нам своего знаменитого крепчайшего пойла! И всем тоже - я угощаю!
   Все оживлённо и радостно зашевелились, протягивая свои кружки трак-тирщику, который, обходя посетителей одновременно из двух полутора-лит-ровых бутылок, наливал каждому грамм по двести прозрачной, слегка ок-ра-шенной в лиловый цвет жидкости.
   - И себе налей! - продолжал молодой детина. Потом поднял свою кружку над головой. - Давайте выпьем за самых сильных и великих!
   Присутствующие одобрительно закивали головами и приложились ка-ж-дый к своей посудине. Через пару секунд раздались хрипловатые покрях-ты-вания и уханья, перемежающиеся с междометиями:
   - Кхе, кхе! Да-а! Сила! Во, скатэк! Пробирает!
   Затем разговор вновь возобновился. После нескольких, ничего не зна-ча-щих фраз, кто-то вернулся к прерванной теме?
   - Интересно, на кого это Эль-Митолан так ополчился?
   - Если тому или тем повезёт - скоро узнаем, - последовал чей-то фило-софский ответ.
   - А может, протектор просто ошибся, и в долине никого нет?
   - Вряд ли.... Зачем тогда затевать такой шум?
   - А может это королевская конная гвардия? - слишком уж оживлённо вы-сказал предположение совершенно лысый, худой мужчина средних лет. На его лице как-то неестественно выделялись огромные чёрные глаза. Тут же все взоры устремились на него. После минутного молчания старик Берки спросил подозрительно мягким голосом:
   - Лаен! Дорогой! А зачем тебе понадобились королевские гвардейцы?
   - Ну как же, - лысый рассеяно крутил в руках пустую кружку, пытаясь скрыть сожаление по поводу своего предыдущего высказывания. Но уши и кожа на голове заметно порозовели. - Вполне нормальное явление! Ведь раньше они часто к нам приезжали. То, патрулируя, то, сопровождая сбор-щиков налогов....
   - Э-э! Да ты соскучился по пустому карману?! - Бабу повернулся к сво-ему деду: - Правильно ты говорил: дураками не рождаются! Ими становятся!
   От раздавшихся в трактире смешков объект недвусмысленной издёвки бросил на молодого детинушку взгляд полный ненависти и злости. Дедуган это заметил и пояснил мысли внука:
   - Нам сейчас живётся намного спокойнее и богаче. Десять лет мы нахо-димся под покровительством и защитой великого Хлеби, пусть живёт он и здравствует вечно! И всё это время платим только половину из того, что с нас сдирали раньше....
   - Но ведь платим мы не королю! - перебил его выкриком лысый.
   - Да, платим мы Эль-Митолану. Но ведь согласно королевскому указу! А уж как он распоряжается полученными средствами - не наше дело. Может он прямиком отправляет их к королевскому казначею?! Или сам тратит по раз-решению короля! Или ты, Лаен, имеешь что-то против его высочайших ука-зов?
   - Да нет..., - лысый явно смутился. - Но почему бы здесь и не появиться гвардейцам? Может, они гонятся за разбойниками? Или за....
   Он неопределённо покрутил в воздухе пальцами и вдруг заткнулся гото-вым сорваться словом. Потому как все присутствующие уставились на него недобрыми и тяжёлыми взглядами.
   - М-да! - Берки оборвал затянувшуюся паузу. - Ты действительно приду-рок! Разбойники обходят нашу долину десятой дорогой! Для великого кол-дуна пара пустяков установить вокруг охранный периметр. И гнать отсюда всех нежелательных гостей. Но я ему посоветую ещё кое-кого выгнать по-дальше. Дабы не портил добрым людям их небольшую торговлю! - при этом седой дед поднялся с лавки и грозно навис над столом. - Ты ведь не имел в виду наши невинные попытки подработать?!
   Теперь Лаен выглядел испуганным. Он прислушался к почти затихшей буре за стенами трактира и поспешно отправился к выходу. На ходу пригова-ривая:
   - Ну что ты, Берки! Я же сам, такой как все! Тоже люблю заработать пару лишних монет. Ой! Мне ведь дома надо быть! Совсем забыл семена для по-сева замочить!
   Дверь за ним громко хлопнула. При этом кое-кто успел заметить, что от бури снаружи остался лишь моросящий, затихающий дождик. И Бабу крик-нул жизнерадостным басом:
   - Хозяин! Открывай жалюзи! Хватит уже при лампах томиться!
   Трактирщик бросился выполнять просьбу клиента, а дед последнего мед-ленно уселся на место и поднял вверх руку. Призывая к всеобщему внима-нию.
   - Значит, такие дела у нас творятся! Как видите: могут возникнуть и не-приятности! Поэтому мы их должны предвидеть и предотвратить заранее.
   - Да какие неприятности могут быть от этого козла?! - выкрикнул кто-то. - Никто ничего не знает, да и доказать почти невозможно!
   - Вот именно почти! Неужели вы думаете, что великий Хлеби ни о чём не догадывается?! С его то возможностями?!
   - Ну..., он ведь вроде за нас?! - раздался неуверенный голос.
   - Вроде!!! - перекривил его Берки. - А ты в этом уверен?! А что ты сде-лал для такой уверенности?! Ни-че-го! За хорошее к себе отношение надо всегда говорить спасибо! И не только! Я тут уже говорил со многими, и все согласились. Поэтому ещё раз хочу напомнить: надо собрать с каждого пере-возчика небольшую сумму и вручить нашему благодетелю. И нам будет спо-койнее и ему приятнее.
   - А кто не захочет отстегнуть договорённую сумму? Такие как Лаен, на-пример?
   - Ну что ж! Это их личное дело! - при этом седой старик недобро заулыбался: - После того как я сделаю подношение великому Хлеби, я добавлю картонку с именами тех, кто слишком жадничает. Вроде и мелочь, а подействовать должна.
   В трактире раздались одобрительные возгласы и покашливания. Только Бабу спросил с сомнением:
   - Дед, а ты уверен, что Хлеби тебе при этом голову не оторвёт?
   - Риск конечно есть! Но ты ведь знаешь внучок, что от подарков отказы-ваться не принято. Даже ... среди Эль-Митоланов.
   - Правильно, Берки! - поддержал деда кучерявый парень, сидящий за со-седним столом. - Ты первым начинал наши поездки, ты наш староста, тебе и знать лучше: что делать дальше! Эй! Хозяин! Ну-ка ещё раз пройдись по нашим кружкам со своим знаменитым напитком! Теперь я всех угощаю!
  
  

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГОСТЬ

   Последние капли дождя всё ещё пытались смыть грязные разводы с оде-жды и выполоскать застрявший в волосах песок, когда взору Кремона нако-нец-то открылся вид на посёлок. Добротные дома стояли преимущественно в разброс, не придерживаясь целесообразности улиц. И в большинстве своём прятались среди обильной зелени деревьев и кустарников. Каменные здания возвышались на два, а порой и на три этажа и были покрыты зеленоватой че-репицей из знаменитой лиодской глины, которая преобладала в данной мест-ности. Хоть кое-где и виднелись старые избы, сложенные из толстенных, почерневших от времени брё-вен, но весь вид посёлка говорил о достатке и по-спешном улучшении жилищных условий. На окраинах выделялись недавно возведённые новые, роскошные здания, и ещё несколько находилось в процессе по-стройки. В центре посёлка, на внушительной площади виднелись непонятные сооружения, издали неузнаваемые для Кремона.
   Строительный материал местные жители не возили издалека, а брали под боком. Вернее: с двух боков. Так как слева отсутствовала добрая половина внушительного холма. Из которого брали лиодскую глину. Там же стояли и огромные сараи перемежающиеся толстыми трубами печей обжига.
   Справа через небольшое пространство ухоженных полей пролегала ши-рокая мощёная дорога местного значения. И упиралась она через метров пятьсот в хаотические скальные нагромождения. Которые словно хребет ис-полинского животного, тянулись вдаль и плавно изгибаясь вправо, уходили к подножию дальних гор. И в эти скальные нагромождения аккуратными дырами вгрыза-лось несколько карьеров, в которых производили обработку камня.
   Сразу за поселением, почти соприкасаясь со скалами, возвышался самый большой и примечательный дом. Скорей даже не дом, а нечто похожее на ак-куратный замок. Хоть он по площади и уступал некоторым большим зданиям Агвана, но в высоту достигал четырёх этажей. Мало того, на боковых стенах замка прочно стояли две стройные башни, завершающиеся стремительными тонкими шпилями. На каждом из шпилей лениво колыхалось по яркому, большому флагу. Один пурпурно-синий, с белой короной в центре - официальный стяг королевства Энормия. И второй - белый. Разделённый поперечными золотыми и продольными чёр-ными полосками на квадраты. Этот флаг, принадлежащий клану Эль-Мито-ланов, наискосок пересекала изломанная красная молния. Отличительный знак живущего здесь колдуна.
   Чуть в глубине, как бы на задних дворах виднелось одноэтажное, широко раскинувшееся здание. Нечто среднее между конюшней и гигантским амбаром. Весьма щедро облепленное со всех сторон низкорослыми, скорей всего фруктовыми, деревьями.
   И сразу за замком долина красиво расходилась в стороны и сказочно делилась надвое чуть ли не идеально ровной и широкой дорогой. Левую половину занимали обильно зеленеющие невысоким кустарником поля, а правую чарующая голубизна прекрасного и спокойного озера. Оно уходило вдаль, огибало одиноко торчащие из воды скалы, затем более крупные острова и терялось где-то вдали между огромными, покрытых густым лесом, крутыми горами.
   Дождь прекратился полностью. В тот же момент из-за расходящихся туч вырвалось дневное светило и озарило долину ярким светом. Кремон тут же остановился и замер в восхищении. И в его мыслях проскользнули ниточки хорошей зависти: "Да! Весьма недурственное местечко! И ведь какое обширное наше королевство, и мест, сколько в нём прекрасных, но эту долину можно смело включать в сотню самых красивых! Недаром Эль-Митолан Хлеби выбрал это место для своего уединения! Видать, не чужды колдуну "порывы страждущей души скормить глазам земли родной очарованье!"
   Кремон усмехнулся своим мыслям и попытке как всегда сложить их в рифмованные строчки. Встряхнулся и бодро прошагал оставшийся спуск. На границе посёлка он бегло провел глазами по торчащему у обочины высокому валуну и прочитал выбитую на срезанной гладкой поверхности надпись: АГВАН. И чуть ниже: "Протекторат королевского Эль-Митолана". И первым зданием после граничного камня возвышалось внушительное строение трактира и прилегающие к нему с обеих сторон двухэтажные коттеджи. В одном явно можно было снять комнату, а во втором скорей всего жили сам хозяин, его семья, а может и помощники. Задние дворы огораживались высоким забором, который путник рассмотрел ещё с вершины холма.
   "Ну что ж! - подумал Кремон. - После такого длительного и трудного путешествия не стоит жадничать. Организм следует накормить хоть изредка. Тем более что предстоит важная встреча. И не гоже заявляться пред очи Эль-Митолана на голодный желудок. Заодно разведаю обстановку. Поболтаю с местными жителями, узнаю, как они относятся к своему покровителю и протектору".
   В тот же момент дверь трактира открылась и выпустила наружу невзрачного мужичка с яйцеподобной головой. Он тут же устремился к посёлку, лишь несколько раз оглянувшись на трактир то ли со злобой, то ли с испугом. Но изголодавшийся парень не обратил на него особого внимания, сдерживая болевые позывы от доносящихся по воздуху запахов горячей пищи.
   Он подошёл к прочной деревянной двери и первым делом прислушался. Изнутри слышался гул голосов, и даже выкрики какого-то спора. Но так как явного шума драки не намечалось, Кремон напустил на лицо как можно более дружелюбную улыбку и решительно вошёл вовнутрь. При его появлении все звуки стихли, как по мановению волшебной палочки и человек двадцать уставилось на него как на привидение. Не смутившись подобным приемом, путник громко поздоровался, прошёл к свободному столу, скинул с плеч свой огромный рюкзак и поставил его под стол. Затем снял куртку, повесил её на спинку стула и сам с удовольствием на него уселся. И только потом обратился в сторону стойки:
   - Хозяин! Мне для начала самую большую кружку пива! - а когда напиток оказался у него в руках сразу выпил чуть ли не половину. Затем чуть перевёл дух и заказал яичницу с беконом, грибную подливу со сметаной и две порции жареного картофеля. О чём тут громким голосом дублировалось в сторону кухни. Когда хозяин трактира уже собирался от него отходить, парень немного понизил голос и спросил:
   - А что, у вас гости только раз в году заходят?
   - Да нет! - возразил хозяин. - Очень часто бывает и местным посидеть негде!
   - Тогда почему все так на меня смотрят?
   - Хм! - хозяин укоризненно обвёл посетителей взглядом и те стали отворачиваться, напуская на лица притворное равнодушие. Но дальше хозяин продолжил весьма громко: - Вы ведь по Лиодской дороге пришли?
   - Конечно!
   - А ведь в той стороне такая буря недавно была, что и сюда своим краем достала. Чуть трактир не развалила. Как же вы там прошли?
   - В самый разгар бури, - улыбнулся Кремон. - Я сидел в расщелине между камнями как улитка и прикрывался сверху моим рюкзаком! Только это меня и спасло! Такого ужаса мне и в кошмарном сне присниться не могло! Часто у вас такие катаклизмы случаются?
   - Да нет! - хозяин ещё раз выразительно хмыкнул. - На моём веку - такое явление - впервые. Но дед мне рассказывал, что лет сорок назад подобное событие произошло при прежнем Эль-Митолане. Тогда по Лиодской дороге в нашу сторону двигалось целое стадо разбойников на ездовых похасах. И колдун их всех уничтожил подобной бурей. Потом целую неделю наши жители собирали оружие, вещи и сбрую по долине. И в целях санитарии закапывали разлагающиеся останки грабителей.
   - Ого! - воскликнул новый посетитель. И обвёл остальных честными глазами. - Но хочу вас обрадовать: за мной не ехали ни разбойники, ни кто-либо ещё! Так что опасаться вам некого!
   И откинулся на спинку стула, расстёгивая нижнюю стёганую куртку и рубашку под ней. При этом от разгорячённого тела стал поднимать парок: ведь совсем недавно Кремон промок до последней нитки. Даже в ботинках подозрительно хлюпало и он пожалел, что не догадался хоть немного обсохнуть на околице. Тем временем, на его последнее утверждение откликнулся один из самых здоровенных молодчиков расположившихся в зале трактира:
   - А мы и не опасаемся! Наоборот: лишние трофеи нам бы не помешали!
   - А разве подобные трофеи не принадлежат Эль-Митолану?
   В ответ заговорил седой старик, чуть меньше по комплекции, чем его собутыльник:
   - Ты я вижу ..., э-э?
   - Меня зовут Кремон! - ответил гость, чуть привставая с места в знак уважения к возрасту дедугана.
   - Кремон значит?! - ухмыльнулся тот. - Но в законах хорошо разбираешься! Действительно: прошлый колдун забрал себе пять шестых всех собранных трофеев....
   - По тем же законам мог и всё забрать.
   - Мог! - согласился старик. Но дальше продолжил с некоторой озлобленностью: - Но ведь каждый Эль-Митолан сам вправе назначать величину податей! А наш ныне здравствующий покровитель давно огласил, что только треть с подобного дела должна быть доставлена ему.
   - Добрый, однако, он у вас! - воскликнул путник и принюхался к только что поставленной перед ним огромной тарелке. - И кормят здесь очень хорошо! Пахнет, по крайней мере, просто отменно!
   - Ну, для чужаков он не такой уж и добрый! - тихо пробурчал старик себе под нос, но Кремон, обладающий невероятным слухом, прекрасно расслышал каждое слово. Не желая выдавать своей чрезмерной заинтересованности, он склонился над тарелкой и принялся насыщать свой организм. Да и желудок вряд ли бы перенёс дальнейшее воздержание.
  
  

НАСТОЙЧИВОСТЬ

  
   За всё оставшееся время позднего обеда, с Кремоном больше никто и словом не перекинулся. Хотя разговоры в трактире возобновились. А кое-где даже послышались громкие голоса спорщиков. Но как гость не прислушивался: важного для себя ничего не услыхал. Посетители лишь и говорили о сваловом масле, да о способах его выращивания и сборки. Если чем Агван и славился во всём королевстве Энормия, то только идущим отсюда нескончаемым потоком смазочного вещества, которое использовалось во всех мало-мальски трущихся частях механизмов. Масло добывали из плодов низкорослого однолетнего кустарника с помощью прессов и отвозили в бочках в самый крупный близкорасположенный город Лиод. А уж оттуда смазка расходилась по всему королевству в таре разного формата.
   Что характерно: посёлок Агван стал завоёвывать общий рынок совсем недавно. И не только вследствие более низкой цены на сваловое масло, но и, самое главное, благодаря гораздо лучшему качеству продукта. По последним слухам в Агване можно было даже устроиться два раза в год на сезонную уборку кустарника, его посев или операции связанные с прополкой и отжимом. В те времена сюда приходили толпы желающих подзаработать.
   Но сейчас был не сезон, да и Кремон пришёл совсем по другому делу. Тщательно доев с тарелок последние остатки, он вновь подозвал хозяина.
   - Спасибо! Вкусно накормили! Сколько с меня за такое удовольствие?
   - Одна десятая стаса!
   - Получите! - Кремон постарался не выдать своего удовлетворения при расчёте: в Лиоде с него бы взяли две десятины, а в столице и все три! На всякий случай он поинтересовался: - А сколько стоит у вас место на ночь?
   - Один стас! - невозмутимо ответил хозяин. Заметив, что глаза у посетителя начинают округляться: поспешно добавил: - Завтрак за счёт заведения. Если пожелаете целую комнату - это стоит три стаса.
   - Ещё раз спасибо! Теперь я в курсе ваших расценок за постой. Такие же, как в столице! Всего хорошего! - видно было, что хозяин так и порывается спросить о причине прибытия в их посёлок, но Кремон не доставил ему такой возможности. Проворно вскочил, подхватил верхнюю одежду и рюкзак и поспешно вышел на улицу. Там даже не останавливаясь, вскинул свой багаж на плечи и, размахивая подсыхающей курткой, отправился на противоположную оконечность посёлка. Совсем не обращая внимания на физиономии нескольких посетителей, которые буквально прилипли изнутри к трактирным окнам.
   Чуть ли не час ему понадобилось для пересечения посёлка. Может он и раньше добрался бы до своей цели, но минут десять он потратил на центральной площади, уставившись на замеченные ещё издали странные сооружения. При ближайшем рассмотрении они оказались каруселями весьма оригинальной конструкции. Там же располагалась и ещё одна, в виде парных сидений расположенных на продолговатой площадке в форме восьмёрки. Если систему их движения можно было просчитать, то уж диковинное сооружение из узких и странно расположенных полос железа путник оглядел с явным удивлением. Даже в столице он не наблюдал подобного. "Местные затейники резвятся! - подумал он, отправляясь в дальнейший путь и покачивая головой. - Это ж, сколько им железа на это извести довелось!"
   Дойдя до дома-замка, Кремон остановился перед совершенно неожиданной преградой. Поперёк дороги нависал широкий брус метров четыре длины и перекрывал проход на высоте пояса. Окрашен брус был как обыкновенный пограничный шлагбаум. И словно издеваясь над здравым рассудком, рядом стоял несуразный деревянный грибок, в тени которого в плетёном кресле расселся худощавого вида пожилой мужчина. Его торчащие в разные стороны усы выказывали явное неудовольствие, а мелькающая перед носом мухобойка пыталась отогнать назойливую мошку. К шляпке грибка прислонялось внушительное боевое копьё, а через поручень кресла свешивались ножны с широким мечом. При виде путника мужчина попытался изобразить подобие улыбки на своём лице, но дружелюбнее оно от этого не стало.
   - Здравствуйте! - поприветствовал его Кремон. - Я по важному делу к господину Эль-Митолану!
   - Здравствуйте! - последовал чопорный ответ хорошо поставленным голосом. Но обладатель этого голоса даже не удосужился привстать. - Эль-Митолан не принимает! Велено никого не пускать! Прощайте!
   - Но тогда доложите обо мне....
   - Велено ни о ком не докладывать!
   - Может, вы соблаговолите хотя бы передать господину Хлеби письмо от его старого товарища?
   - Велено никаких писем не передавать!
   - А если.....
   - А если будут надоедать, велено припугнуть магическим наказанием! - мужчина указал мухобойкой себе за спину и с рычащими нотками произнёс; - А вы знаете, как опасно для здоровья злить нашего Эль-Митолана?!!!
   - Странно! - воскликнул Кремон. - Я ведь не сделал ничего плохого! Пусть только прочитает письмо, которое ему я доставил и перекинется со мной несколькими словами.
   - Ничего не знаю! - воскликнул привратник, глядя гостю за спину и добрея на глазах. - Но проход к замку закрыт!
   Обернулся и Кремон на раздавшийся сзади шум. И вскоре с ним поравнялась миловидная девушка, на голове которой красовался залихватский беретик белого цвета. Весьма контрастируя с вьющимися и чёрными как смоль волосами. За собой девушка тянула двухколёсную тележку с десятилитровым бидоном. Девушка кратко поздоровалась и, не останавливаясь, прошла под неожиданно поднявшимся перед ней шлагбаумом. Который сразу же за ней и закрылся. При этом привратник не сделал ни единого движения. Если не считать жонглирование мухобойкой. Кремон высказал вслух своё удивление:
   - Говорите проход закрыт, а народ так и шастает!
   - Эта девушка - молочница! Для неё проход всегда открыт! Она идёт в замок по делу.
   - Так ведь и я туда стремлюсь не из праздного любопытства!
   - Молодой человек! - привратник не ругался и не сердился, а говорил даже с некоторым сочувствием: - Вам нужны неприятности? Вы так небрежно отнеситесь к собственному здоровью? Вам же сказано; нельзя!
   - То есть, за шлагбаумом находится запретная зона? - гость снял с плеч рюкзак, установил его в небольшой выемке и накрыл сверху курткой.
   - Конечно..., запретная..., - усы привратника немного сникли, а глаза заблестели настороженно.
   - Хорошо! Тогда я подожду Эль-Митолана здесь! - Кремон разминочным шагом принялся расхаживать вдоль шлагбаума. - Дело у меня важное, так просто я отсюда не уйду. Всё равно его постараюсь увидеть лично! Или дождусь приглашения на разговор.
   - Ха-ха! Можете ждать сколько угодно! Он порой месяцами из дому не выходит!
   - Значит, буду ждать месяцами!!
   - От скуки не умрёте? - привратник не сдержал снисходительной усмешки. Теперь засмеялся Кремон:
   - Думающий человек не соскучится со своими мыслями. Тем более и вы, господин..., - он остановился и вопросительно уставился на усача.
   - Меня зовут Коперрульф! - представился тот.
   - Тем более что и вы, господин Коперрульф не откажетесь просто поболтать с одиноким путником, одолевшим пешком просто неимоверное расстояние. Разрешите и мне представиться: Кремон!
   - Хочу отметить, господин... Кремон! - привратник встал со своего плетеного кресла и оказался, чуть ли не под два метра ростом. - Что времени на праздную болтовню у меня нет!
   Он взял своё копьё, поправил перевязь с мечом и стал разворачиваться с явным намерением уйти в замок. Но всё-таки повернулся на возмущённый выкрик:
   - Как?! Вы так просто покинете свой пост?!
   - Я свою работу выполнил: предупредил заблудившегося странника! А раз на сегодня других в округе не имеется, то чего мне здесь рассиживаться?
   - Господин Коперрульф! - взмолился парень. - Но вы хоть письмо передайте! Для вас это не трудно! Пожалуйста!
   - Не велено! - жёстко отрубил привратник, резко развернулся и чуть ли не строевым шагом отправился в сторону замка. Во всей его фигуре, походке и движениях чувствовалась военная выправка.
   "Не иначе как отслуживший контракт чин сержантского состава! - подумал Кремон, глядя ему вслед. - Меня предупредил - и свободен! Эль-Митолан, конечно же, поставил сеть наблюдения, или ещё чего помудрёней. И видеть меня, по всей вероятности не хочет! А если ту бурю, он именно на меня наслал, то скорей всего и не захочет! Вот только непонятно: почему? Я ведь ему не враг, враждебных действий в его сторону не принимал, на его наследство не претендую.... Что ж такого придумать? Хоть бы письмо он прочитал! Там ведь всё объясняется!"
   Проводив взглядом привратника, почти скрывшегося в замке, он увидел, как из противоположного крыла вылетела недавняя молочница и заспешила в посёлок. Она шла налегке, и может, поэтому шлагбаум её не признал: остался лежать недвижимо. Но девушка совершенно не смутилась, просто поднырнула под разрисованный брус, почти не задерживая своего движения. Вот только глазки непроизвольно скосила в сторону одиноко стоящего парня. И тот тут же этим воспользовался:
   - Извините! Вы не подскажете мне: Эль-Митолан сейчас дома или нет?
   - А разве Коперрульф вам не сказал? - видно было, что молочница не прочь поболтать и никуда не спешит. Глаза её тщательно осматривали путника с ног до головы, не пропуская даже маленьких деталей.
   - Уважаемый привратник сослался на непомерную занятость и поспешил в замок, так и не успев со мной наговориться! - не моргнув глазом, выдал Кремон. - А так как дело у меня очень важное, то я намерен ждать до победного конца.
   - А разве вы не предупредили о своём прибытии? - удивилась девушка. - В другом случае господин Хлеби не принимает.
   - А как же мне предупредить, - он в удивлении развёл руками. - Если Коперрульф даже письмо передать не захотел?!
   Девушка на мгновение задумалась, потом сказала;
   - По личным делам к нашему хозяину ходят только такие личности, как он. Эль-Митоланы. Правда приезжают они в повозках и каретах, а не приходят пешком!
   - Разве я похож на волшебника? - от всего сердца рассмеялся Кремон. - И неужели ваш хозяин не может принять простого человека по личному делу?
   - Простого человека? - переспросила чернокудрая молочница. - Насколько я успела прослышать, то этот простой человек вышел из невероятной бури без малейшей царапинки.
   "Ого! - воскликнул Кремон про себя. - Похоже, новости здесь расходятся так, словно все жители телепаты!" А вслух сказал:
   - Мне невероятно повезло во время бури: спрятался в расщелине между камнями и прикрылся сверху рюкзаком. Если бы не это - вряд ли бы я спасся в том ужасе!
   - Даже в посёлке кое-где окна выбило ветром! - поддержала его собеседница с широко раскрытыми глазами. - А что же тогда в долине творилось?
   - Почти ничего не видел, только и заметил при вспышках молнии, что целые деревья летали и скалы ворочались!
   - Страшно было?
   - Не то слово! - воскликнул парень, зябко поведя плечами. - Уже и не верил, что выживу....
   - Натерпелся бедняга..., - в тоне девушки явно проскользнуло сочувствие.
   - Да ерунда! - Кремон улыбнулся как можно радостней. - Уже всё в прошлом! Вы бы мне лучше подсказали, как с Эль-Митоланом встретиться?
   - А нет ничего проще! - она беззаботно указала в сторону дома. - Идите и стучитесь в дверь.
   - А как же шлагбаум? - опешил он.
   - Не обращайте на него внимания! Он только для виду стоит! А Коперрульф иногда возле него прогуливается. Все путники идут к дому запросто.
   - Гм-м! - парень смутился и посмотрел на девушку с недоверием. - Но меня вроде как предупредили.... И запретили проходить....
   - Ну и что? Рискните! Или вы боитесь?
   - Я то? Да не боюсь.... Но ведь границы надо уважать....
   - Попробуйте! А чуть что, сошлётесь на мой совет, а я сошлюсь на своё незнание и желание помочь усталому путнику.
   Кремон с минуту смотрел на девушку с подозрением, но весь её вид говорил о чистосердечном желании помочь и душевном участии. Тогда парень тяжело вздохнул и подошёл к шлагбауму. Но не стал сразу под него подныривать, а протянул вперёд руку. Та уперлась во что-то невидимое. Понимающе хмыкнув, парень обошёл преграду слева, но и там стояла невидимая стена. Уже с улыбкой он подошёл к брусу с правой стороны и, глядя на девушку, попытался нащупать барьер. Мол, смотри! И здесь не пройти! Но рука неожиданно подалась в пустоту. Кремон сделал непроизвольный шаг, сохраняя равновесие и в тот же миг его тело сковало невидимыми клещами. Затем подняло вверх, подержало какое-то мгновение в воздухе и с ускорением понесло в сторону озера. Траектория при этом вела по восходящей линии. Но лишь только он долетел до береговой черты, невидимые силы его отпустили и уже по ниспадающей наклонной, он скрылся в фонтанах водных брызг под поверхностью.
   Купаться не входило в его планы. К тому же одежда ещё не окончательно высохла после обеденной бури. Но вода приятно освежила, взбодрила запарившееся тело и ласково сомкнулась над головой. Досадуя на себя, что послушался глупую девчонку, Кремон неторопливо развернулся ногами вниз и с удивлением отметил, что касается ими дна. Встав во весь рост, он полностью выставил голову над поверхностью. И тут же услышал заливистый смех молочницы, которая подбежала к самому берегу. Сфокусировав на проказнице взгляд, он пошёл прямо к ней, помогая себе руками преодолевать сопротивление воды. Но, выйдя почти полностью, успокоился совершенно и вместо ругани ответил миролюбиво и с самоиронией;
   - Сам виноват! Не надо было вас слушать! С Эль-Митоланами шутки плохи! Теперь вот надо одежду сушить! А ведь солнце скоро сядет...
   - Да и вы меня извините! - девушка всеми силами сдерживала рвущийся наружу смех. - Мне первый раз в жизни довелось видеть, как человек кувыркаясь, летит так далеко, и так... красиво, ха-ха, падает в воду!
   - Рад, что вам так весело! Хоть что-то в этой ситуации приятно!
   - Зато теперь я точно знаю, что вы не волшебник! Потому как в противном случае вы вырвались бы из силы стихий!
   - Да полно вам издеваться! Какой с меня колдун?!
   Вернувшись к рюкзаку, Кремон с какой-то мстительностью стал снимать с себя одежды. Девушка же ничуть этого не смутилась, скорей удивилась:
   - Может вам лучше отправиться в гостиницу?
   - К сожалению, мои средства довольно таки ограничены! А я не знаю, сколько времени понадобится на ожидание возле этого шлагбаума!
   - Вы собираетесь здесь ночевать?!
   - Конечно! У меня непромокаемая накидка, закутаюсь в неё с головой. Ночи сейчас тёплые....
   Кремон снял уже рубашку, выкрутил её и разложил на высокой придорожной траве для просушки. Затем снял пояс с двумя непритязательными на вид кинжалами и собрался снимать брюки. Но девушка смотрела на него весьма отстранённо и равнодушно. Что слегка укололо самолюбие. Да и странно было подобное бесстыдство со стороны простой молочницы. Своей мускулатурой Кремон гордился не без основания и знал, что у любой девушки загорались глаза, а щёки покрывались румянцем только при одном виде его рельефно очерченной груди, твёрдого как сталь живота, и вздутых как канаты мускул на руках. Эта же молочница словно и не замечала такого красивого тела. Но вот на нерешительность при снятии брюк, внимание обратила. И, словно спохватившись, воскликнула:
   - Ой! Я же свой берет забыла!
   Тут и Кремон обратил внимание на отсутствие головного убора, но выкрикнул совершенно другое:
   - Умоляю! Занесите письмо в дом и отдайте Эль-Митолану!
   Девушка замерла в нерешительности:
   - Даже не знаю...
   - Ну что вам стоит?! Вы же его не боитесь?!
   - Ещё как боюсь! - воскликнула девушка. - Я его и вижу то редко. Вот разве домохозяйка с ним в родственных отношениях. Вроде как тётей ему приходится. Если попросить, может она ему за ужином и передаст ваше письмо....
   - Вы меня просто спасли! - восклицал Кремон ей в ответ, поспешно роясь в своём рюкзаке. - Я давно вам простил, что по вашей вине искупался так несвоевременно. Даже представить не можете: как вы меня выручаете! Небо послало вас мне на удачу!
   Письмо, тщательно завёрнутое в непромокаемый желудок какого-то животного, торжественно перешло в женские ручки. И хозяйка этих ручек чуть ли не бегом кинулась в сторону замка.
   Парень времени тоже не терял. Достал сухие штаны, переоделся, выкрутил и разложил подсыхать мокрые. И принялся ходить вдоль шлагбаума, преследуя две цели: согреться и сделать физическую разминку. Окна замка наблюдали за ним с полным равнодушием. Но вот с какими мыслями наблюдали за парнем обитатели этого замка, догадаться было невозможно.
   Через минут двадцать показалась и девушка. Она везла облегчившийся бидон и красовалась своим белым беретом. Но когда поравнялась со шлагбаумом, повела себя довольно странно. Опустив взгляд себе под ноги, она буквально пронеслась мимо застывшего в удивлении Кремона. Он только и успел крикнуть ей вслед:
   - Письмо передали?!
   Но, похоже, своим вопросом он ещё больше испугал несчастную молочницу. С её стороны послышалось лишь сдавленное: "Да!" и она припустила в сторону посёлка с совсем невероятной скоростью. Грохот откинувшейся крышки бидона разносился по округе словно зловещее предупреждение.
   Озадаченно покрутив головой, Кремон вернулся к наблюдению за замком. Продолжив согреваться равномерным шагом. Через час такого бесцельного брожения он обратил внимания на садящееся за горы светило и, схватив свои одежды, стал вращать их для усиленной просушки. Спать в мокрой рубашке не хотелось. Тем более что приходилось осознавать и смиряться с неприятной мыслью: в дом его и не думают пускать.
   "А в гостиницу и не пойду! Всё равно дождусь этого странного Эль-Митолана! Но зачем он запугал бедную молочницу? Мне она показалась довольно смелой и независимой. Даже доброй. А как изменилась за десять минут! Бедняжка! Неужели он такой мерзкий и взбалмошный? Или к старости совсем разум потерял?"
   С такими мыслями встретил закат солнца, недавно прибывший путник. Со стороны он выглядел вообще смешно: бегает туда и обратно, а в руках крутит, словно лопасти мельницы свои одежды! И преднамеренно играет красивыми мускулами. Может, кого соблазняет? Или тайные сигналы подаёт?
  
  

ЭЛЬ-МИТОЛАН

   "Хотя кого он может соблазнять? - размышлял Хлеби, стоя возле окна своего кабинета. - Солнце почти село, луны ещё не взошли, из посёлка его никто не видит.... Тайные сигналы? Кому?! Никого чужого я не фиксирую намного дальше, чем предел видимости! Кто-то из своих жителей с ним в сговоре? Такое может быть! Слишком многие и слишком часто ездят в последнее время в Лиод. Да и не только туда. Столица Плада тоже могла вскружить голову.... Могла какая-то гниль и завестись. Зря я откладывал подробные проверки на лояльность! Зря! А теперь вот думай, сомневайся.... О! Одеваться начал. А ночи то ведь уже прохладные.... Кстати! Если он решил здесь и ночевать, то я ему устрою комфортный сон! Что б в свежести лучше дремалось, я его небольшим морозцем прикрою! Ха-ха! Авось замёрзнет до утра: одной проблемой станет меньше! Или какой болар прилетит на его голову.... Хотя.... С его то силой?! Что такой Эль-Митолан здесь делает?! И почему так себя ведёт?! Странно! Очень всё это странно!"
   Хозяин кабинета поднял к глазам всё ещё запечатанное письмо и стал пристально его разглядывать. Затем закрыл глаза, положил послание между ладоней и погрузился в созерцании предмета астральным зрением. Через минуту разочарованно вздохнул и вновь взглянул через окно. В тот же момент раздался тройной стук в дверь.
   - Заходи тётя! - он знал, что так стучит только она. - Ты что-то хотела?
   - Это не я хотела, а ты! - возразила заглянувшая в кабинет бойкая и подвижная старушенция. - Ужин уже на столе, а ты даже на удары часов внимания не обращаешь!
   - Действительно! Что-то я задумался! - Хлеби сунул письмо в карман и спустился за своей тётей по винтовой лестнице прямо в столовую. Посреди главного зала, чуть ли не во всю длину, протянулся огромный стол из полированного дуба. Вдоль него по бокам выстроилось тридцать роскошных стульев из такого же тускло отсвечивающего материала. Но накрыт стол был только на три персоны. Хотя расставленными там блюдами могло насытиться пятеро, а то семь, восемь человек.
   При виде спустившегося сверху хозяина замка, от расписного окна отделилась высокая и подтянутая фигура привратника.
   - А этот малый всё ещё бродит возле шлагбаума! - сказал он с нотками сочувствия в голосе. - И в гостиницу даже не собирается.
   - Это его личное горе! - беззаботно пробормотал Эль-Митолан, устремляясь на запах пищи. - Ох, как я голоден! Всё-таки аппетит приходит ко мне при виде еды!
   Он уселся во главе стола. Слева от него умостилась сухонькая и чопорная тётя-домохозяйка. Со своей хрупкой статурой, она почти не выделялась на фоне огромной, нависшей спинки стула. И это при том, то она всегда садилась на плотную и внушительную подушку. Справа чинно уселся привратник, вернее, как его часто именовали в замке: военный маршал посёлка Агван. Всегда страшно гордящийся подобной привилегией.
   Хлеби разлил из небольшой бутылки густое белое вино. Себе в уникальную чашу, украшенную драгоценными камнями, воину - в высокий серебряный незатейливый кубок, и тёте - в маленькую хрустальную рюмочку. Та строго поджала губы при этом и укоризненно покачала головой. Но ничего так и не сказала. Молча и аккуратно соприкоснулась рюмочкой с кубками мужчин и первой сделала маленький глоточек. Остальные не церемонясь, выпили до дна и все дружно приступили к ужину. Некоторое время стояла полная тишина. Нарушаемая лишь звоном столовых приборов. Из-за своей комплекции старушка насытилась первой и отложила вилку с ножом в сторону. Аккуратно вытерла рот салфеткой и откинулась на спинку стула. Несколько минут понаблюдала за увлечённо ужинающими мужчинами, а потом спросила:
   - Может и тому парню вынести чего-то перекусить?
   Хлеби замер с полным ртом и воззрился на тётушку. Отрицательно мотнул головой и продолжил жевать пищу. Лишь когда запил вновь налитым вином, заговорил:
   - Конечно, в трактире не подают таких изысканных и вкусных блюд, какие ты умеешь готовить. Но и там кормят вполне сносно.
   - А если у него нет денег?
   - Да, он говорил о своих стеснённых финансовых обстоятельствах....
   - Тем более! Неужели к старости лет ты становишься скрягой?
   - Вот уж нет, - Эль-Митолан улыбнулся. - Подобные обвинения не в мою сторону. А вот насчёт старости.... Это самое тяжёлое и несмываемое оскорбление! Если бы ты была мужчиной, мы бы уже с тобой дрались!
   - Тебе бы только драться! - но за сарказмом тётушки слышалась нескрываемая любовь к своему племяннику. Она и сама могла подраться с любым, кто бы посмел сказать, что Хлеби выглядит стариком. В свои шестьдесят два года он смотрелся лет на тридцать шесть, максимум на сорок. Лицо свежее, почти без единой морщинки. На голове изящная и модная прическа, в которой не найдешь седого волоска. Всё тело подтянуто, крепко сбито, плечи широкие, руки сильные.... В общем: красавец мужчина! Только.... Тётя тяжело вздохнула.... Почему он себе жену не ищет? Даже не собирается! И на подобные вопросы, ну никак не реагирует....
   - Не вздыхай тётушка, этот парень с голоду не помрёт! И скорей всего он совсем не тот, за кого пытается себя выдать!
   - Да я не по нём вздыхаю.... Хоть и он интересен: как это не тот? Вроде с виду парень как парень....
   - Ага! Вот именно: только с виду! А к вашему сведению он по силе такой же Эль-Митолан, как и я! - заметив вытянувшиеся от удивления лица своих сотрапезников, Хлеби со значением добавил: - А может даже гораздо сильней, чем я! И вот скажите мне: что он здесь делает? Без приглашения? Неизвестно откуда? Да ещё и притворяется простым парнем? А сам даже Щитом не прикроется?! И ведь на полного идиота не смахивает! Зачем он здесь? Только для того, что бы письмо мне передать? Ха! Так я и поверил!!!
   Наступила долгая пауза, в продолжении которой разгорячённый хозяин опять разлил вино себе и привратнику и без тоста размашисто выпил. Затем продолжил:
   - Я ведь его ещё издалека заметил. Послал запрос: он не отвечает. Второй запрос: тоже молчит. Последнее предупреждение: он продолжает идти к моим границам. Тогда я его бурей и прикрыл. Думал он её отшвырнет играючись. Но этого не произошло. Там его и накрыло. Среди стихии его и след пропал. Ну, думаю, может каким камнем и пригвоздило в голову?! Смотрю: выходит! Целехонький! И в трактир, как ни в чём не бывало.... Знаете, всякое бывает.... Но такое поведение весьма и весьма подозрительно!
   - Потому то ты бедную молочницу на кухне и продержал полчаса?
   - Конечно! Хотелось самому и с близкого расстояния присмотреться к нему внимательней....
   - А бедная девушка теперь побоится молоко сюда приносить! Ладно, ладно! Я её успокоила, как могла.... Ты хоть письмо то прочитал? - с неожиданным пристрастием спросила тётя.
   - Не успел. Как раз собирался, когда ты меня к ужину позвала. - Хлеби достал письмо из кармана и задумчиво стал осматривать со всех сторон.
   - Письмо с сюрпризами? - настороженно спросил Коперрульф.
   - Да нет! Я его уже проверил....
   - Ну так читай! - не выдержала тётушка. - Или давай я почитаю!
   И неожиданно получила послание в протянутую ладошку. Тут же решительно взрезала ножом непромокаемую защиту, развернула свёрнутый в трубочку длинный листок и вопросительно взглянула на племянника. Получив от него утвердительный кивок, приступила к чтению.
   - "Уважаемый Эль-Митолан Хлеби Избавляющий! Пишет вам ваш старый и всегда искренний друг, всегдашний почитатель ваших талантов и постоянный приверженец ваших взглядов. Судьба разлучила нас давно, но я питаю надежду, что вы не забыли те несколько лет, что мы провели с вами в далёкой крепости Чальшаг, обороняя рубежи нашего королевства. И помните непоседливого лейтенанта Кралси, который часто вас подбивал на бесшабашные гулянки в близлежащих городках...."
   - Кралси?! - радостно воскликнул Хлеби и нетерпеливо потянулся к письму. - Конечно я его помню!
   - Имей выдержку! - осадила его тётя с видом оскорблённого достоинства. - И веди себя соответственно, когда дама читает вслух!
   - Ладно тётя, читай дальше! - разрешил хозяин и кратко пояснил сотрапезникам: - Я тогда только стал Эль-Митоланом, и мы вместе служили возле Альтурских гор. Ох, и весёлое было время! Есть что вспомнить!
   - Вижу, что много времени я потеряла в твоей молодости для твоего воспитания! - не преминула бросить упрёк тётушка и, не обращая внимания на притворно сдвинутые в гневе брови племянника, церемонно продолжила чтение:
   - "...за что не умеющее мыслить раскрепощённо наше начальство иногда изрядно на нас сердилось..." - Ага! - тётушка многозначительно покивала головой: - Я себе могу представить как ваше несчастное начальство "сердилось"! - а затем продолжила чтение:
   - "...Тридцать пять лет прошло с тех пор, но воспоминания мои свежи о том прекрасном времени и часто рассказываю о наших приключениях моим малолетним внукам. А как они смеются, слушая рассказ про найденные нами в подвале бочки! Вы бы только их слышали!"
   Тётушка опять отвлеклась от чтения письма, удивлённо повернувшись к племяннику. Тот вёл себя совсем несолидно: тихо хихикал, подпрыгивая на стуле и молотя кулаками по собственным коленкам. Затем замахал ладонями: читай, мол, дальше!
   - "...Надеюсь, что вы находитесь в полном здравии и прекрасном расположении духа! Чего и желаю вам в дальнейшем на долгие и мирные годы.
   А осмелился я вас побеспокоить по одному, весьма важному для меня вопросу. В котором я просто обязан принять самое непосредственное участие. Но вначале, с вашего разрешения, мне хотелось немного рассказать предысторию всего происходящего.
   Двадцать лет назад мне предложили место в столичной комендатуре и, сами понимаете, было бы глупо отказаться на моём месте. К тому времени я дослужился до звания майор, имел жену и двух прелестных дочерей четырёх и восьми лет. Скитание по крепостям и гарнизонам особенно не нравилось моей дражайшей половине, так что перевод в столицу пришёлся как нельзя кстати. Да и дочерям появилась возможность дать желаемое образование и предоставить более высокий уровень жизни. Поселились мы в Парковом районе, совсем рядом с Центральным рынком и в первые дни буквально блаженствовали в роскоши, безопасности, ознакомлением с красотами столицы. Что чуть не привело к непредвидимой трагедии. Прогуливаясь по Парку, мы зашли в зону искусственных водоёмов, небольших водопадов и показательных творений разумных существ, которые действуют с помощью движения воды. Да вы и сами наверняка бывали в этом чудесном и волшебном месте Плады. Там и случилось несчастье. Мы потеряли бдительность и не заметили, как меньшая дочь отошла в сторону, затерялась среди гуляющих и решила пошалить на узеньком мостике возле макета мельницы в натуральную величину. Доски оказались скользкими от мокрых брызг, и она сорвалась в глубокий колодец для слива воды. Которая откачивалась оттуда насосами через донное отверстие. Ребёнка тут же присосало к нижней решетке, и всплыть она не сумела бы, даже умея плавать. При первых же криках свидетелей в колодец решительно бросился какой-то мужчина и через две минуты выбрался на поверхность вместе с ребенком. А там уже их вытащили руки других спасателей. Не знаю, как удалось тому мужчине вырваться к свету дня сквозь засасывающий вниз поток воды. Потом он мне рассказал, что держал мою дочь зубами за платье, а сам упирался руками и ногами в противоположные стенки колодца.
   Что я могу сказать ещё? Благодарность наша этому человеку не знала, да и не будет знать границ. Оказалось, что живут они в соседнем доме. И торгуют верхней одеждой и кожаной фурнитурой на Центральном рынке. Мы стали дружить семьями. Наши дочери и его сын тоже провели своё детство на радость нам дружно, словно родные. И на данный момент, этот мужчина и его сын для нас самые родные и близкие люди.
   Я говорю только о мужчине, потому как его прекрасная и добрейшая жена ушла из этой жизни при весьма трагических и печальных обстоятельствах. Четыре года назад она решила проведать своих престарелых родителей и отправилась на край нашего королевства, к Альтурским горам. Как раз туда, где по странному совпадению, мы с вами, уважаемый Эль-Митолан, несли в молодости службу. Фактически она и раньше предпринимала подобные путешествия. Чуть ли не каждый год. И делала это она всегда с сопровождающими, ибо закупала по дороге много тканей, кожи и сопутствующих в швейной промышленности изделий. И всегда её поездки оканчивались успешно. Но не в тот раз. Лишь одному из воинов сопровождения удалось спастись от внезапной пиратской атаки целой шайки лишённых всякого человеколюбия драконов. Они черной тучей пали на небольшой караван, убили защищающихся, схватили животных и даже трупы людей и скрылись в направлении гор. Воину удалось спрятаться от смерти в узкой дыре, напоминающей ход в жилище сорфита. И только после нескольких часов он осмелился выползти на поверхность.
   Вот так погибла хозяйка каравана. А её муж с той поры пребывает в безутешном горе. И только его сын, и дружба с нами удерживают несчастного в этом мире. Мы надеемся, что со временем боль утраты отпустит его окаменевшее сердце.
   Но и это всё - только предыстория собственно к главной моей просьбе. С которой я и осмелился к вам обратиться.
   Речь идёт о сыне того человека, который спас в своё время мою дочь. Зовут этого славного мальчика Кремон. Что в переводе с древнесумского обозначает "не любящий знаний". Но в том то и заключается весь парадокс, что Кремон с самого детства просто обожал учиться. Хочу ещё раз вам напомнить, что взрослел он на моих глазах, отношусь к нему как к сыну и кому уж как не мне лучше всех знать о его достоинствах и недостатках. Конечно, парень иногда проказничал, влезал в разные приключения, бывал и не раз битым... Мало того, он почти всегда тащил за собой моих дочерей, за что ему доставалось в особенности и по отдельному прейскуранту. Но всегда и во всех ситуациях он вёл себя достойно, твёрдо держал данное слово, был честен, справедлив и горой стоял за невинно обиженных.
   А с восьми лет за ним стали замечать склонности и к магическому совершенствованию. Кому как не вам, уважаемый Хлеби, знать обо всех тех маленьких признаках, по которым в детстве определяют будущего Эль-Митолана. В случае с Кремоном это были два следующих магических действа: он мог быстро заживлять на себе наружные раны и вызывать продолжительный понос у всех тех, кто ему не понравился. Можете себе представить, каким наказанием он слыл среди своих недругов?! И как нетрудно догадаться: именно из-за своего второго дара!
   Когда погибла его горячо любимая всеми мать, Кремон поклялся страшной клятвой, что найдёт обидчиков и безжалостно им отомстит. От немедленного похода в Альтурские горы его сдержали только наши общие уговоры. Нам удалось его убедить, что когда ему исполнится двадцать четыре года и произойдёт Всплеск, ему будет намного проще совершить задуманное. Парень внял голосу разума и провёл четыре года в непрекращающихся тренировках для своего тела, в постоянном углублении своих знаний и методическим усовершенствованиям в изучении боевых заклинаний. Которые он вызубривал впрок, запасая их на то время, когда он станет Эль-Митоланом. Обучался он сразу у трёх столичных специалистов, имена которых вам наверняка знакомы. Они даже согласились провести обряд преобразования крови, который необходимо проводить после Всплеска. О них вы можете спросить непосредственно у моего визави.
   И вот Кремону исполнилось двадцать четыре года. Мы все ждали этого дня: он с нетерпением, мы со страхом. Справедливо опасаясь, что он тут же устремится к объекту намеченной мести и подвергнет свою жизнь смертельной опасности. Хотя лелеяли надежду, что ещё несколько лет он потратит на усовершенствование своего дара и изучение связанных с ним возможностей. А там глядишь и королевский полк Эль-Митоланов им заинтересуется и привлечёт к службе на благо отечества. Но дни шли за днями, а Всплеск так и не произошёл! Его учителя после нескольких месяцев пришли к неутешительному выводу: Кремону никогда не стать Эль-Митоланом! Сказать вам, что парень был опечален и расстроен таким приговором: значит, ничего не сказать! Он был несколько дней в шоке после этого. Но оправился от него довольно-таки быстро и решительно стал собираться в дорогу. Решив пусть даже ценой своей жизни, но доставить предерзким драконам наибольшие неприятности. Готовясь сражаться с этими отродьями разумной жизни простым оружием, как простой воин. После этого горе моё стало безмерным.
   И у меня остался только один выход, уважаемый Эль-Митолан. Обратиться к вам и вашей жизненной мудрости. Уже если и вы не сможете остановить опрометчивого и самонадеянного воина, то хоть сможете прочитать ему хотя бы несколько лекций о повадках и характере этих разумных летающих дьяволов. Ведь лучшего знатока, чем вы, вряд ли найдешь не только в нашем королевстве, но и во всём огромном мире. С огромными трудами мне удалось вырвать у Кремона обещание посетить вас по дороге к Альтурским горам и передать это письмо. Он обещал продолжить свой дальнейший путь только после разговора с вами. Умоляю вас не отказать в моей просьбе! Прошу за Кремона как за собственного сына и надеюсь на вашу давнюю доброжелательность и расположение к старому сослуживцу!
   На сим прощаюсь с вами, господин Хлеби! Ещё раз желаю вам отменного здравия и благополучия! Искренне ваш, полковник Кралси!"
   - Ниже стоит дата и подпись..., - тётушка бережно положила письмо на край стола и ожидающе посмотрела на племянника.
   - Ну Кралси, молодец! - воскликнул тот, стараясь не смотреть ей в глаза. - Точно уйдёт на пенсию генералом! И заслуженно! Уж таких вояк редко встретишь!
   Затем решительно подошёл к окну и уставился быстро стекленеющими глазами в чернеющую пустоту. Снаружи уже стояла полная ночь, и только в стороне посёлка мелькало разноцветье огней на улицах, да выделялись прямоугольники освещённых окон. Несколько минут Хлеби стоял недвижимо, словно и не дышал. Вторя ему, непроизвольно сдерживали своё дыхание тётушка и дворецкий. Но вот фигура у окна шевельнулась и повернулась к ним с улыбкой.
   - Наш гость весьма комфортно разместился в посадке между домом и посёлком. Сделал для себя небольшое углубление под самым толстым стволом, обложился по бокам и даже укрылся сверху большими ветками сушняка. Весьма изобретательно связал некоторые комли прочными верёвками. Так что к нему никто не подойдёт незамеченным. От неожиданного нападения болара он тоже прекрасно застрахован. А если он знает об отсутствии здесь диких и опасных хищников, то наверняка уже давно спит.
   - А дальше? - тоном вредной учительницы спросила тётушка.
   - Мы тоже последуем его позитивному примеру! Ведь совсем необязательно мне выходить в ночь, что бы пожелать ему спокойной ночи. Я ведь не так дурно воспитан!
   - Вот именно...!
   - Для твоего спокойствия тётушка, - с непререкаемостью в голосе перебил её Эль-Митолан, - Я обещаю, что не пошлю на него освежающую благодать заснеженных вершин, как собирался сделать раньше. Пусть помучается в тепле! Мне ещё надо кое-что просмотреть на ночь..., - он сгрёб на ходу со стола письмо и стал подниматься по лесенке в кабинет. - Всем спокойной ночи!
   Оставшись наедине с привратником, старушка осуждающе мотнула головой:
   - Что скажешь, Коперрульф? Ничего за ночь с ребёнком не случится?
   - О! Тот парень уже давно не ребёнок! - при этом воин довольно зашевелил своими усищами. - Нравятся мне такие настойчивые ребята! Он, мне кажется, и во льдах не замёрзнет и в огне не сгорит! А уж в воде он точно не тонет!
  
  

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ПРОВЕРКИ

   При всём неудобстве для тела, ночь Кремон провёл спокойно. И даже умудрился прилично выспаться. Лишь один раз его побеспокоил шум и писк сцепившихся рядом двух зверьков. Размером с крыс, те что-то не поделили и устроили между собой потасовку. Парень ловко метнул в проём между ветками заранее приготовленный камень, и вспугнутая живность уже не мешала спать до самого утра. Даже луны, спрятавшись за облаками, не беспокоили своими цветовыми гаммами. А перед утренней зарёй, лишь только небо над зубьями скал стало светлеть, он резво вскочил, сделал согревающую разминку и побежал к озеру за водой. Затем вскипятил её в большой алюминиевой кружке с помощью топливной таблетки, которую в народе называли не иначе как "мушка".
   "Эх, жалко, что у меня и мушки то кончаются! - сокрушался Кремон, глядя на быстро закипающую воду. - Будем надеяться, что в местной лавке они тоже продаются. Уж этим то товаром Морское королевство все страны забросало! Даже рыбой и продуктами из неё они так не торгуют, как этими таблетками из спрессованных водорослей. Поговаривают, что не только сорфиты и таги пользуются мушками, но и колабы заказывают их целыми караванами.... Интересно, как они их поджигают? Неужели действительно: помогают друг другу? - Кремон усмехнулся своим мыслям и насыпал в кипяток по щепотке травы из трёх разных коробочек. - Что только об этих колабах не рассказывают! Но лишь начинаешь выпытывать подробности - никто их лично никогда и не встречал. Хотя Ледонское представительство в столице целых три особи возглавляет, а вот поди ж ты, так и не удосужился ни разу в жизни полюбоваться на этих монстров. Может оно и к лучшему? Я ведь не с ними воевать иду, а с драконами. А уж эти твари понятно как мушки используют! И не смотря на строгий запрет и таможенные кордоны, жарко горящие таблетки всё равно достигают Альтурские горы в немерянных количествах. Правда, дядя Кралси всегда упорно доказывал, что таблетки к драконам попадают с другой стороны, через территорию Баронства Радуги. Там у них вооружённый нейтралитет, но торговля "мушками" всё равно ведётся полным ходом. И все международные соглашения нарушаются без зазрения совести. Вот бы добраться до этих баронов остолопов! Да наказать их как следует за подобную жадность и неразборчивость. Из-за них столько людей невинных пострадало!!!"
   Кремон от злости заскрипел зубами и пролил немного чая себе на колено. Чувствительная боль от горячего напитка заставила отвлечься от нахлынувших резко эмоций, сконцентрироваться и взять себя в руки. Уже не отвлекаясь, парень допил быстро свой чай и бросил взгляд в сторону замковых окон. Ещё ни одно из них не светилось в рассветной мгле. Решив, что время у него ещё есть, решительно оголил торс и принялся делать утренний цикл специальных упражнений.
   Через час с четвертью Кремон уже сидел на обочине возле самого шлагбаума и сосредоточенно вчитывался в строчки небольшой, но солидной толщины книжки. Устроился он на принесённой с собой коряге, сидеть на которой вначале было весьма проблематично. Но когда пригрело вынырнувшее из-за скал светило, подложенная в развилку веток куртка помогла создать чуть ли не комфортабельное сиденье. Сидеть было удобно, читать интересно, поэтому он не сразу обратил внимания на приближающего привратника. Лишь только когда раздались преднамеренно громкие шаги, поднял голову и придал лицу вежливое ожидание. Видимо поэтому подошедший и поздоровался первым:
   - Доброе утро, ...молодой путник!
   - И вам доброе утро, - парень выделил паузу голосом, - ...Пожилой охранник!
   Тот хмыкнул от такого ответа, но усы затопорщились в улыбке.
   - Между прочим, я вчера так и не познакомился с тобой как следует. Здесь я нахожусь на должности дворецкого, по приказу Эль-Митолана. Но мне больше нравится должность начальника охраны. Всё-таки всю свою прошлую жизни я провёл в войске. А ныне отставной капитан королевской кавалерии.
   - Признаться, выправка ваша военная сразу видна.
   - Что так рано встаёшь? Аль бессонница покоя не даёт?
   - Да нет, выспался прекрасно! Это уже вашему возрасту бессонница больше присуща!
   - Моему?! - переспросил, всё-таки возмущаясь, привратник. - Да я бы ещё час как минимум спал спокойным сном! Это из-за тебя Эль-Митолан меня ни свет, ни заря разбудил! Поди, говорит, глянь на того парня, что вчера письмо передал: замерз, поди, насмерть или дикие звери его доедают....
   Кремон радостно улыбнулся, обратив своё внимание только на упоминание с письмом:
   - Так он всё-таки прочитал послание от дяди Кралси?
   - Прочитал! И в связи с этим приглашает тебя на разговор! Но! - он величественно ударил копьём о каменное покрытие дороги. - У него есть подозрения, что ты не тот за кого себя выдаёшь. Поэтому он примет тебя с одним условием: ты чистосердечно ответишь на все его вопросы.
   - Согласен! - парень поднялся и недоумённо пожал плечами. - Я бы и так ему всё рассказал...
   - Но вопросы тебе Эль-Митолан будет задавать под воздействием Сонного Покрывала! Согласен ли ты на это?
   Кремон немного смутился, но сразу же с вызовом поднял подбородок:
   - Согласен! Мне нечего скрывать!
   - Тогда милости прошу в резиденцию господина Эль-Митолана Хлеби Избавляющего! - торжественно произнёс Коперрульф. И уже стал поворачиваться, когда заметил, что парень с сожалением посмотрел на корягу, которую пришлось волочь от самой рощи. И снисходительно, через плечо, добавил: - Дрова можешь взять с собой! На кухне они пригодятся!
   Кремон в порыве веселья показал в спину привратнику язык, сунул книгу за пазуху, а рюкзак вместе с курткой пристроил за плечи. Затем, сдерживая смех, ловко взгромоздил корягу сверху своего багажа. И придерживая её за свисающий сук, бодро зашагал вслед за привратником.
   А на крыльце громадного дома уже выстроилась делегация встречающих. Хозяина вряд ли можно было спутать с кем-либо, тем более что внушительный мужчина, стоящий впереди всех полностью соответствовал тому описанию, которое предоставил дядя Кралси. Разве только выглядел намного моложе, чем предполагалось. Всё-таки обладание тайнами мироздания даёт важные преимущества перед простыми смертными. А уж о долголетии самых знаменитых Эль-Митоланов вообще ходили немыслимые слухи.
   Слева от Хлеби стояла невысокая и хрупкая старушка. Очевидно та самая управительница, на которую ссылалась молочница. Выражение её лица было умильно радостным, словно она встречала дорогого и давно ожидаемого родственника. А когда Кремон присмотрелся к её глазам, то всё волнение словно рукой сняло. И он почувствовал себя как дома.
   За их спинами маячили две женщины похожие на друг друга словно два колобка-близнеца и подвижный мужичок с блестящей лысиной. Видимо вспомогательный состав кухни, прачечной и огорода. А сбоку от крыльца, сложив руки на груди, степенно возвышалось двое крупных мужчин. По специфической одежде и головным уборам, а также по витым кнутам у пояса можно было догадаться, что это конюшие или нечто среднее между егерем и лесничим.
   - Добро пожаловать, господин Кремон! - громко поздоровался Эль-Митолан.
   Заплетающимся языком Кремон ответил на приветствие, кося глазами по сторонам, и не решаясь сбросить корягу с плеч на идеально чистые плиты двора. Он в душе отчаянно ругал себя за ребячество и не знал, как выйти из создавшегося положения. Оглянувшийся Коперрульф только сейчас обратил внимания, как буквально воспринял его шутку приглашённый парень. И попытался оправдаться:
   - Я не успел сказать молодому человеку, что стульев у вас хватает.
   - Мебель в доме - не помеха! - добродушно засмеялся Хлеби. И не успел Кремон среагировать, как коряга вырвалась у него из рук, взлетела в воздух и плавно перелетела к торцу здания. Где благополучно затаилась под самой стеной. С таким видом, словно там и выросла.
   - Прошу в дом! - хозяин приглашающим жестом вывел почти всех присутствующих из ступора. Видимо не только гость наблюдал подобную картину впервые, но и домочадцев с челядью не слишком баловали магическими аттракционами. - Завтрак уже подан на стол! Небось, проголодались с дороги?
   Делая вид, что не замечает ехидных ноток в вопросе, Кремон степенно ответил:
   - Вообще-то я уже плотно позавтракал! Но не смею отказаться от такого щедрого приглашения и с удовольствием составлю вам компанию за столом!
   Теперь уже Эль-Митолан сделал вид, что не замечает сарказма в словах гостя. Когда все вошли, он представил свою тётушку:
   - Хранительница моего домашнего очага и лучший специалист в кулинарии, госпожа Анна!
   - Желаю вам здравствовать, госпожа! - Кремон с почтительным полупоклоном поцеловал даме ручку. И та тут же потянула его за стол.
   - Ни к чему эти излишние церемонии! Тем более, когда блюда теряют свой аромат и внутреннее тепло! Садитесь возле меня, молодой человек!
   И не спрашивая даже мнение гостя, принялась накладывать ему и блинчики, и сыр, и нарезанную тонко копчёную колбасу. А уж от наставленного на красивой скатерти разнообразного печенья и разноцветного мармелада, у гостя вообще глаза разбегались. От такого обильного угощения даже у хозяина вырвалось восклицание:
   - И мы должны всё это съесть?!
   - Вы - как хотите! А вот гость - обязательно! В дальней дороге аппетит нарастает пропорционально пройденному расстоянию.
   - Так я ведь уже..., - попытался напомнить о своём "завтраке" Кремон.
   - Такой молодой и здоровый мужчина как вы, - безапелляционно перебила его управительница замка. - Должен без труда съедать три подобных завтрака! Или у вас нелады со здоровьем?
   - Да нет, судьба милует!
   - Тогда не отвлекайтесь на разговоры! По традиции за нашим столом только я имею право разговаривать и рассказывать последние новости.
   В ответ на это изречение Эль-Митолан возмущённо хмыкнул. Но возражать не стал. Возможно из-за огромного блинчика с творогом, который он чуть ли не целиком засунул в рот перед тётушкиной фразой. А возможно и из-за её укоризненного и строгого взгляда. Которым она заодно, разгладила и топорщащиеся усы Коперрульфа. Привратник, пытаясь скрыть улыбку, наскоро наложил кусок колбасы на полоску сыра и отправил в рот. Не стал больше ждать приглашений и Кремон. Хотя и старался сдерживать своё желание глотать всё подряд не разжёвывая. Всё-таки дальняя дорога изрядно опустошила его кошелёк. И, как следствие, вымотала его внутренние резервы организма. И сейчас естество отчаянно требовало пополнения в виде калорий и витаминов. Все двадцать дней путешествия из столицы в Агван приходилось жутко экономить средства. И только несколько раз удалось хорошо и сытно поесть. А тут такое, давно забытое изобилие!
   Прошло уже минут двадцать, а Кремон всё никак не мог насытиться. Более того, ему лишь стало казаться, что он только-только "заморил червячка". Это, естественно не осталось незамеченным, но Эль-Митолан проявил истинное чувство такта и принялся вполголоса обсуждать с Коперрульфом якобы очень важные и срочные проблемы, связанные с ездовыми животными. Они поочерёдно прикладывались к пузатым кружкам с горячим чаем и, казалось, совершенно забыли про гостя.
   - И всё-таки не хочется мне ездовых похасов продавать. Лучше уж несколько старых лошадей....
   - Да вы что?! - Коперрульф так нахмурил брови, что показалось будет ругать своего работодателя. - Самых обученных и выдрессированных животных?! И на ком ездить тогда соизволите? На похасах?
   - Но ведь раньше ездили! И никто не гнушался промчаться с ветерком!
   - Сравнили! У лошади скорость в полтора раза выше!
   - Зато выносливость меньше! Похас может сутки везти не останавливаясь! Ведь подсчитано, что за это время он пройдёт путь больший, чем лошадь.
   - Ага! Путь то больший, но и съесть ему надо потом в три раза больше! Так что провианту в дальней дороге на похасов не напасёшься. Да и сами посудите: ведь недаром вся личная охрана всех почти королей только на конях и гарцует! И красиво, и быстро и удобно. В нашей Энормии фактически вся кавалерия уж на конях. Только самая тяжёлая на похасах учения проводит.
   - Если честно, то мне и похасов продавать жалко, - признался Хлеби. - У нас такая сильная и отменная порода получилась....
   - Тогда измените своё решение и достройте новые конюшни.
   - Нет! Ни на метр усадьбу расширять я не намерен!
   - Значит, продавайте только в посёлок. На тех условиях, что обговаривались: чуть дешевле, но без права перепродажи.
   - А может ещё немного подождём?
   - Господин Хлеби! Молодым жеребятам надо много места! Они и так ютятся в немыслимо плохих условиях!
   - Ну, так уж и плохих!
   - Конечно! Для их развития необходимо пространство! И чем больше, тем лучше! И не забывайте: в ближайшие дни ожидается ещё пополнение. Так что советую продать похасов срочно! Прямо сегодня. Я схожу к старосте и до обеда мы всё организуем.
   - Как у вас всё быстро делается!
   - А как вы думали?! Люди уже давно ждут похасов и рассчитывают на существенное подспорье в хозяйстве. Они готовы хорошо заплатить и совсем не против, если мы и дальше будем продолжать селекцию и укрепление выведенной породы.
   - Значит сегодня? И сколько ты наметил на продажу?
   - Восемь. Ну и шесть гужевых, как раньше планировали.
   - Ох! - тяжело вздохнул хозяин замка. - Как бы нам потом не пришлось пожалеть. Ведь похас - самое проверенное и надёжное ездовое животное. Как вспомню, в какие трудные места мы на них доезжали в молодости. А когда мы служили на границе....
   - Кг-кгм! - Коперрульф деликатным кашлем оборвал ненужные воспоминания. - Господин Эль-Митолан. Вы же сами прекрасно знаете - за лошадьми будущее!
   - Думаешь? А мне некие силы приоткрыли совсем другие знания! И лошади в весьма недалёком будущем, возможно, будут заменены гораздо менее приятными штуками..., - Хлеби заметил, что Кремон наконец-то насытился и с затуманенными глазами откинулся на спинку стула. - Хорошо! Продаём! Осталось только утвердить цену.
   - Цена! - воскликнул скептически усатый капитан, находящийся уже давно в отставке, а ныне отрицающий для себя должность дворецкого. - Наши красавцы стоят гораздо больше, чем триста тридцать и шестьсот стасов!
   - Но мы будем исходить из средних цен! - твёрдо возразил хозяин.
   - Значит, вы хотите продавать гужевых за триста, а ездовых по пятьсот пятьдесят?
   - Выходит что так! Примерно десять процентов сбрасываем. Но зато все похасы останутся под боком!
   - Да они бы и так остались! - Коперрульф так расстроился, что чуть не хныкал. - Вы же чуть ли не тысячу стасов теряете!
   - А тебе то что?! Ведь деньги то мои!- Эль-Митолан засмеялся и дружески похлопал своего дворецкого по плечу. - Может мы сейчас немного потеряем, зато потом вернём сторицей!
   - Ага, потом! Да мало ли что потом может случиться?!
   - Вот именно! Может мы ещё и обрадуемся, что так выгодно продали! Всё! Не горячись! А иди в посёлок и обо всём договаривайся! - после этих слов хозяин встал, давая понять, что обсуждение текущих дел окончено. За ним поднялись и все остальные, поблагодарив тётушку Анну за превосходный завтрак. - А мы с господином Кремоном пройдём в мой кабинет и побеседуем с глазу на глаз. И пока мы сами не спустимся вниз, прошу нас не беспокоить. Пройдите сюда!
   И он ладонью указал Кремону на лестницу.
   В кабинете они уселись напротив друг друга в два глубоких кресла и Эль-Митолан начал без предисловий.
   - Раз вы пришли сюда, значит, вы согласны ответить на все мои вопросы честно и открыто?
   - Да!
   - В том числе и под Сонным покрывалом?
   - Да!
   - И не боитесь, что выйдут наружу ваши плохие поступки или деяния?
   - Вряд ли! Чем-то осудительным я не занимался в своей жизни..., - Кремон на минутку задумался. - Разве что только всплывёт нечто из моих детских шалостей, в которых меня в своё время не уличили? Так это не страшно: я бы и сам признался. Хоть... и со стыдом. Да и вам, какой смысл интересоваться такими мелочами? Да ещё потом кому-то рассказывать?
   - Конечно, никакого смысла! Хочу только предупредить: кое-какие подозрения в вашу сторону у меня имеются.
   - Тогда быстрей спрашивайте. Надеюсь, что мои ответы развеют все ваши сомнения и опасения.
   - Начнём без Сонного покрывала. Потом если сомнения останутся, я их проверю повторными вопросами.
   Гость в ответ только утвердительно кивнул головой, и хозяину замка подспудно захотелось не разочароваться в этом симпатичном и открытом молодом человеке. Он настроил своё внутреннее восприятие на эмоциональный фон и сразу заметил добровольное желание к сотрудничеству у собеседника. Если бы тот стал врать или увиливать от прямого вопроса, он бы распознал это и без магических средств и раритетов стационарной активности. К которым и относилось Сонное покрывало.
   - Как тебя звать?
   - Кремон.
   - Ты любишь вишнёвый компот?
   - Обожаю!
   - Имел ли ты своего коня?
   - Не довелось.
   - Как зовут твоего отца?
   - Дарел.
   - Сколько тебе лет? В том числе и неполных?
   - Двадцать четыре года и семь месяцев!
   - Ты любил женщину?
   - Скорей нет, чем да.
   - А сексом со сколькими занимался?
   - Мг-м..., - короткая пауза в ответе, - С шестью.
   - В каком возрасте это случилось впервые?
   - В шестнадцать.
   - Ты Эль-Митолан?
   - Нет.... Увы! Не получилось....
   - Умирая с голода, ты сможешь зарезать похаса?
   - Наверное....
   - А человека?
   - Никогда!
   - А таги или сорфита?
   - Тем более! Никогда....
   - Сколь дней ты добирался сюда из Лиода?
   - Четыре дня.
   - А от столицы?
   - Двадцать.
   - И всё время пешком?
   - Первые семь дней на верховом похасе.
   - И куда он пропал?
   - На переправе возле Сиконей водный пьенте сильно ударил паром. Похасы занервничали и несколько сорвалось с привязи. Снесли загороду, и попали пьенте на обед. В том числе и мой.
   - Сколько яблок можешь съесть за один раз?
   - Семь, восемь, может десять....
   Вопросы сыпались один за другим. В них не было ни последовательности, ни единой системы. А порой отсутствовала всякая логика и трудно было уловить хоть какой-то смысл. Но Кремон старался отвечать быстро, без особых раздумий, или явно видимых колебаний. И совершенно не волновался. Наоборот он успокоился впервые за долгое время и ему казалось, что всё вокруг прекрасно. Жизнь легка, проста и приятна. Возможно, виной этому был сытый, довольно урчащий желудок, но даже мысли о необходимости идти и сражаться с ненавистными драконами отступили куда-то на задний план.
   Конечно, идти придётся! И очень скоро. Но не сию минуту, а может даже, и не в сей день. В этот день можно отдохнуть и набраться сил. А уж тогда....
   - За какой луной ты больше любишь наблюдать?
   - За Маргой.
   - Почему?
   - Потому что она желтая в середине и имеет более таинственный вид.
   - Ты веришь в то, что там могут жить разумные существа?
   - На Марге? Вряд ли.... А вот на Сапфире - точно живут! Он ведь синий из-за океанов, значит там полно жизни!
   - Ладно! - Эль-Митолан резко встал и решительно прошёлся несколько раз по кабинету, разминая затёкшие ноги. - Последние вопросы - не считаются. Они чисто академического характера.
   - Между прочим, весьма важные вопросы! - возразил Кремон. - Очень жаль, что на раскрытие этих тайн не брошены все современные силы науки.
   - Да?! - хозяин замка неожиданно остановился перед гостем.- Я тебе это высказывание очень скоро припомню! Возможно..... Но сейчас давай закончим нашу беседу. - Он опять заходил между столом и высокими этажерками с книгами. - Насколько я могу судить, ты откровенен и честен. Но несколько тёмных пятен в твоей биографии всё-таки есть....
   - Может вы просто не все вопросы задали?
   - Да нет.... Тут дело в другом.... Возможно, ты и сам этого не помнишь.
   - Своей памятью я горжусь небезосновательно! - похвастался Кремон.
   - Вот это я и хочу проверить с помощью Сонного покрывала. Но вначале ты мне разъяснишь маленькую деталь из своего путешествия. Сам я уже всё понял, но хочу только твоих подтверждений. Внимательно вдумайся и вспомни обо всём, что произошло с тобой по дороге с Лиода. Особенно позавчерашний день. Вспомнил?
   - Прекрасно, каждую деталь!
   - Тогда с самого утра и как можно подробнее!
   - Ночевал я на хуторе у одних очень бедных земледельцев. Видимо только недавно получили надел земли. Они меня впустили в амбар. Утром пригласили позавтракать, но мне стало неудобно и я отказался. Хотя они всё-таки заставили взять в дорогу кусок вяленого мяса, полбуханки хлеба и две луковицы. Пройдя кусок невысокого подлеска, я не выдержал и сделал привал возле ручья. Стыдно признаться, но все свои запасы пищи я съел, даже не заметив. И те, что мне дали, и те, что у меня были. И самое странное - мой и без того зверский голод только усилился. Хотя еды мне хватило бы дня на два. Хорошо хоть вода имелась в избытке. Сколько я её выпил - уже и не помню. Но не буду же у ручья весь день торчать. И вот чем дальше я иду, тем всё голодней становлюсь. Первый раз в жизни со мной такое приключилось. И воду их фляги допил - не помогает. Кусок кожаной рукавицы отрезал и стал грызть - не помогает. А дорога то глухая, ездят редко, хоть и считается самая короткая. Лишь к вечеру я рассчитывал до одного селения дойти. Иду, жую твёрдую кожу и мычу нечто вроде песни....
   - А почему охотиться не стал?
   - Местность там не лесная, да и лука с собой я не брал. А сидеть с кинжалами в засаде я не смог: так меня всего от голода скрутило, что хоть волком вой. И пришла мне в голову мысль, что место там очень плохое. Ведь бывает так?
   - Да уж, - охотно согласился Эль-Митолан - Чего только на этой земле не встретишь....
   - И решил я свою силу воли проверить! Кожу выплюнул и чуть ли не бегом! Со всей силы! Назло голоду! Час быстрым шагом, второй.... Круги перед глазами, во внутренностях огонь плещется, а в ушах словно шум прибоя громыхает.... И когда ноги стали заплетаться, понял: больше не смогу! Пару раз даже споткнулся.... И вдруг, словно солнце из-за туч выглянуло! Голод пропал! Да так неожиданно и легко, словно его и не было! Какое снизошло на меня облегчение! Вы бы только знали! Мало того: я почувствовал себя совершенно сытым.... Да, да! Не смейтесь! Конечно не таким как сейчас, но есть не хотелось совершенно! И даже сама мысль об ужине мне казалась неприятной. Поэтому в селении я даже не ел. Просто выспался без сновидений. И утром мне даже пить не захотелось. Так и дошёл до Агвана. Без единой крошки! Только после урагана мне вновь захотелось подкрепиться и я в ваш трактир зашёл.
   - Да..., -протянул хозяин дома с многозначительным видом. - Теперь мне многое становится понятным....
   - И мне тоже..., - таким же тоном протянул гость. - Извините за откровенность, но я ведь ещё вчера понял, чьих это рук дело. Но если с грозой и ураганом более менее всё понятно.... То скажите мне: зачем же вы так меня голодом морили? Такие бесчеловечные опыты могли бы запросто нарушить психику более впечатлительного путешественника.
   - Ха-ха-ха! - весело засмеялся Эль-Митолан. - А как ты догадался по поводу урагана?
   - Для этого не обязательно быть королевским дознавателем.... Достаточно просто смотреть по сторонам и прислушиваться к внутренним чувствам.
   - Ты не представляешь, как близко находишься возле разгадки своего голодного приключения. Но я тебе обещаю просветить по этому вопросу сразу после покрывала. Готов?
   - Да я то готов. - Кремон немного сконфузился, но всё-таки попросил: - Если вы узнаете что-либо важное, касающееся меня, то как вы это потом используете?
   Хозяин кабинета уже достал из инкрустированного серебром ларца лёгкую и прозрачную шаль и приготовился набросить на голову парня. На мгновение он замер, раздумывая. Но потом сказал с твёрдостью в голосе:
   - Не знаю. Но обещаю, что во вред тебе это не пойдёт!
   Вместо ответа гость только покорно закрыл глаза. Хотя делать это было совсем необязательно. Хоть покрывало и называлось Сонным, оно не вводило разумное существо в сон, а только отключало непосредственно сознание. Все остальные функции мозга продолжали действовать, даже память. После включения сознания индивидуум вполне сносно помнил все вопросы и свои ответы. И если был в чём-то виновен, то прекрасно осознавал своё разоблачение. Подобные магические покрывала имелись у каждого королевского дознавателя в крупных городах и в центральных региональных судах. Ходили, правда, легенды, что "великие" преступники и покрывало обманывали, но у знающих людей такие россказни кроме улыбки ничего не вызывали. Хотя трудности при дознании возникали регулярно. И в первую очередь это зависело от правильной постановки вопросов. Если подозреваемый не связывал вопросов с непосредственно преступлением, то и ответить не мог по существу. А значит, не каждый судья имел доступ и право употреблять такое могучее оружие при дознании.
   Откуда Сонное покрывало имелось у Эль-Митолана Хлеби, вряд ли кто мог догадаться. Хотя каждый на его месте стремился к подобной собственности. И почитал бы за счастье иметь её в своей сокровищнице. Но если кто-то хоть немного разбирался в предметном волшебстве, то он прекрасно знал также и о необычайно высокой стоимости магической вещи такой огромной силы. Подобные раритеты создавались изредка и лишь совместными усилиями нескольких Эль-Митоланов. Как минимум трёх одновременно. И почти всегда по заказу высших королевских сановников.
   Хозяин замка отошёл от замершего под покрывалом Кремона и вновь уселся на своё кресло. И опять последовали вопросы. Вот только ответы на некоторые из них следовали уже с большим опозданием. Словно память для этого погружалась в немыслимые глубины.
   - Ты меня слышишь?
   - Да.
   - Открой глаза. Видишь меня?
   - Да.
   - Как тебя зовут?
   - Кремон.
   - У тебя был ещё один отец?
   - ...Был.
   - Как его звали?
   - ...Фолг.
   - И какого он рода?
   - ...Не знаю
   - А первую мать ты помнишь?
   - Нет,
   - У тебя была только одна мать?
   - Да.
   - Как зовут второго отца.
   - Дарел
   - Как выглядел твой первый отец?
   - ...Большой и ...добрый.
   - Он погиб?
   - Не знаю.
   - Что ты помнишь из последней вашей встречи?
   - ...Сильный грохот.... Стремительный полёт.... Пыль.... И страх....
   - Сколько лет тебе уже тогда было?
   - Не знаю.
   - Ты уже мог ходить?
   - Да.
   - Ты уже мог тогда читать?
   - Нет.
   - А как тебя звал первый отец?
   - ...Не помню....
   - Или он тоже звал тебя Кремон?
   - ...Не помню....
   - Отец Фолг носил боевое оружие?
   Ещё больше трёх часов Эль-Митолан задавал очень похожие вопросы. Порой, только переставляя в них слова с места на место. Наконец и он явно зашёл в тупик, не зная о чём спросить ещё. С минуту поразмышляв над последним ответом гостя, он решительно встал и снял Сонное покрывало.
   Почти сразу взгляд молодого мужчины стал осознанным. Но ещё минут пять он не проронил ни слова, прокручивая в памяти все свои ответы. Хозяин кабинета ему не мешал, внимательно наблюдая за всей гаммой чувств, которые проявлялись на лице гостя во время этого мыслительного процесса. И ожидая вполне закономерного вопроса:
   - Выходит..., у меня в раннем детстве был другой отец?
   - Скорей всего.
   - То есть - наличие отца Фолга ещё не доказанный факт?
   - Вполне возможно. Дело в том, - Хлеби пустился в пояснения, - Что Сонное покрывало открывает порой такие воспоминания, которые человек не вспомнил бы даже под страшными пытками. Но в то же время и оно не всесильно. Как ты сам понял, некоторые фрагменты твоего раннего детства и ему, оказалось, восстановить не под силу. Возможно ты тогда находился просто под опекой некоего Фолга, ошибочно принимая его расположение за отцовские чувства. Или это один из ближайших родственников: дядя, дед, которые всегда о тебе заботились. Может они, и погибли на твоих глазах, но в твоей памяти этот момент отсутствует. Хочу особо выделить: это не значит, что этого момента в твоей жизни не было! Поэтому окончательный ответ на твой вопрос может дать только твой отец Дарел.
   - Он? - Кремон в сомнении покачал головой. - Даже не знаю: после пропажи матери в его психике произошли некоторые изменения....
   - Полковник Кралси мне написал об этом. Видимо Дарел очень любил свою жену?
   - Невероятно! Тем более что это действительно самая добрая и милейшая женщина в мире.... Поэтому отец так тяжело перенёс это трагическое известие....
   - А что говорит о его здоровье лечащий специалист?
   - Самочувствие отца явно пошло на поправку. Особенно в последние месяцы. Всё чаще к нему возвращаются моменты полного просветления. Омрачённого, правда тоской и тихою грустью. Он даже провожал меня, когда я уходил из дому. Уговаривал остаться с ним и не подвергать свою жизнь опасностям.
   - Значит, если ты спросишь в благоприятный момент, то можешь рассчитывать на откровенность и чистосердечный рассказ о твоём детстве?
   - Вполне! Никогда в жизни он не уходил от прямых и конкретных вопросов.
   - Хорошо! Этот момент ты выяснишь очень скоро! - заметив, что гость хочет что-то возразить, Эль-Митолан остановил его поднятой ладонью: - А сейчас я тебе объясню все последующие годы твоей жизни. Вполне естественно базирующихся на тех знаниях, что дало нам Сонное покрывало. И тех событиях, которые произошли в последние дни. Во-первых: и это самое важное! Мы понимаем, что дата твоего рождения, записанная в твоих документах явно ошибочная! И двадцать четыре года тебе исполнилось только два дня назад!
   - Не может быть! - воскликнул Кремон.
   - На это свидетельствуют все факты! - так как гость смотрел на него с недоверием, Хлеби продолжил: - Именно два дня назад ты прочувствовал Предвестники Всплеска: голод и сытость!
   - Разве бывают такие Предвестники?! - в словах Кремона слышалось нескрываемое изумление. - Почти всегда Всплеск предвещают непомерная сонливость и последующая необъяснимая бодрость. За редкими исключениями....
   - Вот именно: исключениями! Мне самому досталось одно из таких: я чуть ли не день плакал от грусти, а потом смеялся как умалишённый. И твой случай как-то раз упоминался в аналогах.
   - Так что же это получается?! - гость вскочил на ноги, сжимая кулаки от волнения и покрываясь на лбу мелкими капельками пота. Лицо его с пугающей быстротой становилось то бледным, то излишне красным. Хозяин дома тоже встал и положил руки на плечи молодого мужчины. Затем, глядя ему прямо в глаза, торжественно произнёс:
   - Получается, что ты теперь один из нас! Добро пожаловать в общество Эль-Митоланов! - после этих слов глаза Кремона опасно заблестели и стали наполняться влагой. Но тут же озабоченные складки прорезали его лоб, а голос выдал ещё большее волнение:
   - Но ведь в течении трёх дней после Всплеска надо пройти обряд воспламенения?!
   - Конечно! И ты его пройдёшь этой ночью!
   - Но ведь для этого необходимо присутствие трёх Эль-Митоланов?!
   - Естественно! Я тоже помню о такой мелочи....
   - Но где же мы их найдём? Успеем добраться до Лиода?
   - Ещё чего?! Переться в такую даль! Мне и здесь неплохо!
   - Значит, у вас будут сегодня гости? Да ещё и Эль-Митоланы?
   - Будут. Но это уже мои проблемы! И давай сразу договоримся: у меня имеется очень много тайн, в которые я не хочу посвящать никого. Даже своего нового ученика. Ты ведь собираешься просить у меня наставничества?
   - Да конечно, - смутился Кремон, - Просто всё так неожиданно на меня свалилось..., - он прокашлялся и заговорил официальное прошение: - Прошу вас, уважаемый Эль-Митолан Хлеби Избавляющий быть моим наставником! И обязуюсь в случае вашего согласия, выполнять все ваши требования и распоряжения!
   - Я согласен взять в ученики Эль-Митолана Кремона и после обряда Воспламенения обязуюсь обучать его обладанию тайнами мироздания в течение года с сего момента. После этого он вправе закончить обучение, продолжить его или выбрать иного наставника.
   - Благодарю вас, наставник! - новоиспеченный ученик встал на одно колено и прикоснулся лбом к ладони своего учителя. Тот поощрительно похлопал его другой рукой по плечу и заставил подняться на ноги:
   - Только не забывай: в некоторые секреты я тебя допускать не буду! Может со временем, и то не во все..., - Хлеби улыбнулся: - Ведь обязался выполнять все мои требования и распоряжения?
   - И нарушать свои обязательства я не собираюсь! - Кремон через силу тоже попытался улыбнуться: - Подобной чёрной неблагодарности вы от меня не дождётесь!
   - Ну вот и прекрасно! После такой продолжительной и эмоциональной беседы я чувствую невероятный голод. Уверен, что нас уже ждут к обеду и только мой приказ удерживает тётушку от вторжения в эту комнату. Да и ты наверняка успел проголодаться?
   - После такого обильного завтрака на три дня можно забыть о пище телесной и вкушать только духовную!
   - Только не говори таких сентенций тётушке! А то она не поймёт! Решит, что невкусно приготовлено и страшно расстроится! - Хозяин дома подошёл к двери, открыл её и пропустил гостя на выход: - Спускайся в зал, а я задержусь на десять минут. Надо пригласить моих друзей на ночной обряд Воспламенения. Так внизу и скажи: я сам спущусь через десять минут!
   - Хорошо, наставник! - Кремон стал спускаться по лестнице, а перед его памятью мелькали хаотичные воспоминания сегодняшнего дня.
   "Неужели я стал Эль-Митоланом?! И даже получил в наставники самого Хлеби?! Пусть даст судьба здоровья и много лет жизни дяде Кралси за его невероятную предусмотрительность и безграничное ко мне расположение! Ведь только он и смог уговорить меня не идти прямиком в Альтурские горы. И только по его настоянию я оказался здесь.... А что же с отцом? Неужели он мне неродной? Или у меня действительно был когда-то наставник Фолг? Странно! Мне никогда не рассказывали о таком. Даже имени такого нет среди родственников. Ни среди живых, ни среди умерших...."
  
  

КОННАЯ ПРОГУЛКА

  
   Возле огромного стола в зале хлопотали обе женщины из прислуги, почти закончив сервировку и расстановку холодных блюд. Тётушка Анна руководила ими так, словно они накрывали для самого короля, а, увидев сошедшего вниз гостя, всплеснула руками:
   - Наконец то! О чём так долго можно беседовать?
   - Да мы и успели то поговорить только о главном.
   - И что же это такое?
   - Господин Хлеби объявил меня Эль-Митоланом и согласился стать моим наставником! - при этом на лице Кремона читалось и восхищение и не до конца осознанное понимание случившегося.
   - Как я рада за вас! - воскликнула тётушка Анна.
   - Примите и мои поздравления, господин Эль-Митолан! - Коперрульф поднялся из кресла возле камина, и они обменялись крепким рукопожатием. При этом гость немного смутился:
   - Прошу вас не обращаться ко мне так официально.... Хотя бы на время моего ученичества. Я буду чувствовать себя легче и естественней, если вы будете называть меня просто Кремон.
   - Хорошо, Кремон! - тут же согласилась тётушка. - Но почему не спускается мой племянник? - услышав, что тот будет через десять минут дала команду прислуге нести первое блюдо и указала на стул рядом со своим. - Раз ты теперь ученик, то это будет твоё постоянное место. Мне будет удобнее за тобой ухаживать.
   - Да уж, будет кому подкладывать в тарелку! - хмыкнул Коперрульф.
   - Конечно! - домоправительница строго посмотрела на дворецкого. - Молодой человек явно лучше воспитан и не станет возражать, если дама за ним поухаживает за столом. Ты не представляешь, Кремон, как они вдвоем ко мне относятся! Установили правило, по которому я не имею права ничего класть в их тарелки! Ссылаясь на то, что не хотят никого утруждать!
   - Да я тоже..., - начал было Кремон, но старушка даже не дала ему договорить и перебила, сердито блестя глазами:
   - Надеюсь, я не ошиблась в вашей благовоспитанности, господин Эль-Митолан?! - приняв растерянное молчание парня за согласие, он вздохнула с удовлетворением: - Вот и прекрасно! У нас есть несколько минут и я покажу тебе твою комнату. Это здесь, прямо по коридору.
   Оглянувшись на веселящегося дворецкого, Кремон направился по коридору вслед за тётушкой. Пройдя несколько дверей, она открыла последнюю из них справа и по-хозяйски обвела рукой:
   - Обстановка довольно скромная, но если хочешь поставим тебе любую мебель. Вот здесь ванная комната, вот здесь туалет. Халаты, пижама, запасные одеяла и полотенца. У тебя ещё три минуты, прошу к столу не опаздывать!
   С этими словами она как вихрь пронеслась по комнате, что-то поправляя и подравнивая, и выскочила в коридор. Кремон не стал присматриваться слишком к обстановке, лишь отметив, что его рюкзак находится здесь же, на широкой тумбочке возле двери. А сразу поспешил в туалет по давно назревшим надобностям. Затем умыл наскоро лицо и, чувствуя, что явно не уложился в отведённые ему три минуты, побежал в столовую.
   И только во время обеда он понял, почему ухмылялся дворецкий. Тётушка Анна только тем и занималась за столом, что подкладывала новому жителю подопечного ей дома все, на что падал её взгляд. Нельзя было сказать, что Кремон съел мало, или ел без аппетита. Наоборот: всё было превосходно приготовлено и просто поражало своими вкусовыми качествами. Но ведь и желудок то не безразмерный. Вначале пришлось расстегнуть на две дырочки ремень, потом чуть ли не полуразлечься на стуле, а потом вообще оставить попытки что-либо проглотить. Откушанная пища буквально стояла в горле и норовила выпасть обратно при малейшем наклоне вперёд. Но домоправительница и не думала прекращать свои "ухаживания". Лишь только её подопечный на мгновение закрыл глаза при тяжком вздохе, как его тарелка тут же наполнилась полусладким блюдом состоящего из тёртых яблок с изюмом, со сметаной и под шоколадом. Глаза Кремона открылись и тут же расширились от ужаса. И с такой мольбой посмотрели на хозяина дома, что тот не выдержал, сжалился над свои учеником. Справедливо полагая, что умирать тому от переедания ещё рановато:
   - Так, заканчиваем обед! Дел у нас невпроворот. Идём в конюшню! - И первым поспешил к одному из выходов, ведущих во внутренние помещения. Не обращая внимания на причитания тётушки:
   - А пудинг?! А кисель?! А соки?! Куда ж ты тянешь голодного человека?!
   - Нет что вы! Я сыт! Огромное спасибо, всё было очень вкусно! - зачастил словами Кремон, торопясь за своим наставником и опасаясь как бы его вновь, силой не усадили за стол.
   Пока мужчины проходили мимо большой кухни, кладовых, ведущих куда-то вниз и вверх лестниц, Хлеби давал краткие пояснения, перемежая их добродушными подтруниваниями:
   - Вот здесь у нас и готовят все те удовольствия, от которых ты не мог отказаться за столом. Понравилось? Да, с моей тётушкой ты быстро станешь весьма солидным и весомым мужчиной. Там у меня подвалы с вином, в подвалах справа - моя нижняя лаборатория. Так, кстати и будем проводить ночное Воспламенение. Если сил у тебя конечно хватит! Но я думаю, за ужином тётушка вниманием тебе не обойдёт. Поможет подкрепиться!
   - Умоляю..., - Кремон печально схватился за живот, но договорить ему не дали.
   - ...Умолять будешь её! Она у нас строгая! Но если сильно попросишь, всегда даст добавки! - и хозяин дома вместе с дворецким весело заржали, видя с каким ужасом молодой человек оглянулся назад. - Здесь сауна и небольшой бассейн с холодной водой. А эта дверь ведёт на внутренний двор. Расположение дома выучить в первую очередь: помнить все коридоры и двери с закрытыми глазами. Место у нас хоть и спокойное, но бдительности терять не стоит. Коперрульф тебя ознакомит со всеми сигналами тревоги и действиями после них. Как мой ученик в случае опасности ты тоже встаёшь на охрану посёлка. Сейчас мы выберем тебе коня, какой тебе понравится. Или ты предпочитаешь похаса?
   В этот момент они вошли в огромное и приземистое здание конюшен. И остановились у вольеров с похасами. Которые сразу зашевелились в стойлах, поднимая головы и поглядывая на мужчин большими и добрыми глазами. С первого взгляда видны была необычность их породы. И не только благодаря ярко жёлтой окраске густого меха. Но и внушительной высоте в холке. На спину такого похаса вряд ли запрыгнет без стремян даже тренированный наездник. Мощные, мохнатые ноги завершались большими утолщениями внизу величиной с голову взрослого человека. Считалось что чем большие эти утолщения, тем животное выносливей и работоспособней. И похасы Эль-Митолана выглядели в этом плане просто превосходно. И не только в этом: их головы находились немного выше над туловищем, и это сразу бросалось в глаза. Особенно опытному наезднику.
   - Какие они высокие! И шеи длинные! - выразил свой восторг Кремон. - Неужели они достают до земли?!
   - О! До этого ещё далеко! - но в ответе Коперрульфа послышались и гордость и надежда одновременно. - Но дело к этому идёт....
   - Надо только почаще привязывать их за хвост и тянуть при этом за уши! - пошутил хозяин дома и засмеялся. Очевидно вспомнив поговорку: "Если хочешь остаться без рук, потяни похаса за уши!"
   Во все времена пытались вывести новую породу с более длинной шеей. Но до сих пор это так никому и не удалось. Из-за этой особенности строения тела похасы могли употреблять в корм только кустарники, низкие ветви деревьев или очень высокую траву. Чем оставались в очень большой зависимости от человека. В диком состоянии животные быстро слабели от голода и оказывались лёгкой добычей хищников. Из-за короткой шеи похасы не могли поднять пропитание с земли, разве что передними ногами, с неимоверным трудом, становясь на колени.
   - Ну что, понравились? - Хлеби подтолкнул залюбовавшегося на животных Кремона. - Выбираешь себе сразу?
   - Хотелось бы ещё и лошадей посмотреть..., - ответил тот, пытаясь рассмотреть вторую половину конюшен.
   - Тогда пошли смотреть! А управлять ими умеешь?
   - Конечно! Дядя Кралси меня постоянно брал с собой в конюшни королевской кавалерии. И даже хвастался моими успехами перед нашими соседями.
   - Да?! Ну, раз он хвастался, тогда тебя не надо будет поднимать с земли и лечить ушибы! Уж он то точно был одним из самых первых наездников и почитателей лошадей. Как по мне, то я бы до сих пор разводил только похасов. Если бы не Коперрульф! Вот он - настоящий фанат конепроизводства.
   - Да и вы уже давно ко мне присоединились! - возразил дворецкий. - Последние годы только на Смелом выезжаете на прогулку.
   - Конечно! Разве откажешь себе в удовольствии промчаться на таком красавце! - воскликнул хозяин замка, входя в стойло и здороваясь со стройным животным, которое радостно заржало при его появлении. Сразу было видно, что человек и конь очень дружат: Хлеби гладил скакуна по шее и скармливал что-то припасённое заранее со стола.
   Коперрульф не останавливаясь тянул молодого Эль-Митолана дальше:
   - А вот это моя кобылка! Смотри, какая прелесть! Полночь - называется. Из-за синих и темно-жёлтых пятен окраски. Она ещё жеребёнком мне из-за цвета понравилась. А умная какая, ты б только знал! Её даже жеребцы слушаются!
   - Не может быть! - засомневался улыбающийся Кремон. И сразу получил возмущённый ответ:
   - Ещё как может! - затем Коперрульф махнул рукой приближающемуся конюху: - Эй, Дани, помоги господину Эль-Митолану осмотреть и выбрать для себя личную лошадь! Он теперь будет жить у нас и должен иметь подходящий выезд. Сразу и оседлай для первой прогулки и знакомства....
   Но Кремон его уже не слышал Он, чуть ли не вприпрыжку стал обходить и осматривать все стойла. Чувствуя, как от радости колотится сердце и ноги подпрыгивают от нетерпения. Ещё совсем недавно он и представить не мог, что у него будет своя собственный лошадь! Пусть временно, пусть только на один год! Пока, на один, а там видно будет. Но своя! С которой он обязательно постарается подружиться! И ведь есть из чего выбирать: даже при беглом и невнимательном просмотре он насчитал более двадцати взрослых и обученных под седло животных. Это - не считая молодняка, который носился по закрытому вольеру. Два раза он обошёл конюшню, не решаясь сделать окончательный выбор. Но ещё с первого раза уделяя всё своё внимание только к одному стойлу. Там стоял великолепный жеребец совершенно чёрной масти и казалось совершенно не реагировал на нового человека. Когда Кремон был поблизости, то даже отворачивался словно стесняясь. Но когда парень уходил к дальним вольерам, украдкой выглядывал из своей загородки. Словно присматривался и приценивался он, а не к нему.
   Уже проходя по третьему кругу, Кремон окончательно решился и остановился напротив чёрного. Стал медленно протягивать руку к загривку, как бы не обращая внимания на предупреждающий выкрик конюха:
   - Господин...!
   И в последнее мгновение отдёрнул руку от громко щёлкнувших зубов выбранного им коня.
   - Ах, ты..., - но достать коротким хлыстом провинившееся животное конюх не смог: то преспокойно отошло в угол и снова приняло вид невинной скромности и целомудрия. - Самый вредный конь на конюшне! - пожаловался Дани. - Что он только не вытворяет! Господин Эль-Митолан его и продать уже решил, да господин дворецкий хочет сберечь для потомства.
   - И как же зовут этого хулигана?
   - Зовут так же, как он и выглядит: Торнадо!
   - В таком случае оседлайте мне именно его!
   - Но, господин..., - растерялся конюх. - Этот конь вряд ли вам понравится для прогулок....
   - Седлай! Хочу посмотреть его в деле! Может он просто от скуки дебоширит? Попробую его перевоспитать.
   - Да уж кто только не пробовал..., - пробормотал Дани, снимая седло со стены и заходя в вольер. - Всех то куснуть, то сбросить пытается. Уж больно он вредный!
   На удивление с полным равнодушием конь дал себя оседлать, накинуть и затянуть узду. Но когда вышли в проход между вольерами, неожиданно рванул с места в галоп. Спеша вырваться на пространство и там порезвиться. Вот только конюх был парень не промах, да и характер своего подопечного знал прекрасно. Он просто повис на узде и Торнадо остановился как вкопанный.
   - Вот так он всегда! - Дани замахнулся на коня, но не ударил. - Вы уж смотрите за каждым его движением!
   - Постараюсь! - пообещал Кремон, надевая на обувь позванивающие шпоры из тусклой меди. Затем взял хлыст из рук конюха и ловко взлетел в седло. - А что он любит из подарков?
   - А ничего! - с досадой бросил конюх, продолжая вести коня за повод к выходу, где уже гарцевали на своих любимчиках хозяин замка и его дворецкий. - Чем его только не угощали! Слопает, а потом за руку куснуть пытается!
   - А как он к хлебу относится?
   - Равнодушен.
   - А к моркови?
   - Не любит.
   - Сахар ест?
   - По настроению.
   - А рыбы давать не пробовали?
   - Он ведь не кошка! - обиделся конюх.
   - Один конь любил корень петрушки....
   - Этот даже запаха петрушки не переносит!
   - Странный он какой-то! - воскликнул удивлённый Кремон.
   - Не странный, а вредный! И кличку ему надо было дать "Вредный"!
   Когда они появились из конюшни, остальные наездники так и замерли. Даже их кони уставились на своего товарища с удивлением. На немой вопрос, конюх пожал плечами, как бы снимая с себя всю ответственность:
   - Я предупредил господина....
   - Раз предупредил, тогда поехали! Йё-хой! - выкрикнул залихватски Хлеби. Но тут же осадил своего коня, что-то вспомнив, и достал у себя из кармана широкую черную ленту. Видимо Дани прекрасно знал о её назначении, так как уверенно и ловко обвязал этой лентой шею Торнадо. И тут же кавалькада из трёх всадников тронулась в путь. Выехав с внутреннего двора, сквозь разошедшиеся створки ворот, они неспешной рысью проехали мимо нескольких возделанных полей, узкое пространство между памятным грибком и не менее памятным озером и подковы коней звонко застучали по каменной дороге, разделяющей долину на две части. Сразу налево отходила хорошо укатанная грунтовая дорога и терялась среди круто вздымающихся холмов. Хотя издалека, с окраины посёлка, эти холмы вначале показались Кремону намного ниже, чем на самом деле.
   - Это Южная дорога! - пояснил Коперрульф скача вровень с молодым Эль-Митоланом. - Она ведёт почти рядом с границей до самой реки Юзва. Где-то на середине этой дороги стоит небольшой городок Черби. Но так как оттуда до Лиода такое же расстояние, как и от нас, то этой дорогой почти никто из путешественников и не пользуется. Только наши земледельцы, лесорубы, да редкие торговцы. Чаще всего наши прогулки проходят именно в том направлении: намного интереснее и увлекательней. А вдоль озера пейзаж слегка однообразный. Зато воздух бодрит, особенно в жаркую пору.
   Кремон слушал ничего пока для него не значащие сведения вполуха. А сам почти всё внимание сосредоточил на поведении коня. Опыт у него, благодаря дяде Кралси был отменный, но именно поэтому он не доверял Торнадо полностью. Уже слишком тот слушался и безропотно выполнял любые команды. А уж показывать свой норов и совсем не собирался. Даже шпоры ещё ни разу применить не пришлось. Будто они знакомы с самого детства и смирней коняги не сыщешь в целом королевстве.
   Заметив, как скачущий рядом всадник крепко сжимает поводья, дворецкий одобрительно кивнул:
   - Правильно! Эта скотина только и ждёт, когда ты расслабишься хоть на секунду. Если бы не его породистая осанка и грациозность, давно бы продали первому встречному!
   - Зато как легко и плавно идёт! - не сдержался от заслуженной похвалы Кремон. - Будто и нет на нём седла с наездником!
   - Да, красив скакун! И силы в нём так и играют! Но насколько прекрасный он имеет вид, настолько и несносный характер. А наказаний, сколько на его шею досталось - не сосчитать. И всё без толку! Только коварней пакости выдумывает.
   Немного вырвавшийся вперёд Хлеби, остановился возле трёхметрового столба, аккуратно выложенного из резаного камня. Когда спутники его догнали, он пояснил специально для своего ученика:
   - Это маяк внутреннего охранного полукруга. Через пять километров находится такой же, но уже внешнего контура. По два подобных расположено на Южной и Лиодской дороге. И четыре на тайных лесных тропах между ними. Мой дом расположен в самом центре полукруга. Раз в месяц каждый такой маяк надо осмотреть и добавить силы проницания. Скорей всего на тебя ляжет ответственность за эти мероприятия.
   Кремон прекрасно знал, что в охранном периметре не может быть внутренних раскрытых углов, поэтому решил блеснуть своей осведомлённостью:
   - Значит с другой стороны у вас второй периметр?
   - Зачем же тратить столько энергии зря? Ведь там непроходимые скалы!
   - Ну и что? Опытному отряду не составит большого труда их преодолеть.
   - На этот случай у меня там расположено несколько очень опасных и коварных ловушек.
   - Вряд ли это остановит умелых скалолазов, несущих с собой соответствующие приборы и защитные амулеты. Да и с озера злоумышленники могут незаметно подкрасться.
   - С озера? - с иронией переспросил Хлеби. - Это озеро вдаётся глубоко в Сорфитовые долины. И ни один сорфит, а уж тем более таги, не пересёчёт на этом озере намеченную границу.
   - Но ведь граница для того и сделана, что бы её нарушать.... - его ученик явно сомневался.
   - За двести лет сорфиты и таги ни разу не нарушили условия договора!
   - Но ведь может некая угроза просто пройти через их территорию?
   - Ни одно разумное существо не может пройти через их государство! Даже драконы не залетают в их воздушное пространство. Возле Альтурских гор сорфитяне повесили такое сильное боевое заклятие, что перепонки у небесных разбойников моментально превращаются в мыльную бумагу и те просто-напросто разбиваются при падении.
   - Я слышал об этом, но всегда сомневался в действенности такого заклятия. Но раз вы говорите....
   - Вот и правильно, не сомневайся!
   - А почему же тогда мы не соорудим такую же защиту на своей границе?! - голос Кремона неожиданно задрожал. - Сколько невинных жертв удалось бы спасти!
   - Я тебя понимаю и тоже когда-то задавался этим же вопросом. Но дело в том, что заклятие это древнее, ему уже тысяча лет. И как оно действует, остаётся большой загадкой нашего времени. В том числе для самих сорфитов и тагов. Ходит только легенда, что при сотворении этого заклятия погибло сто лучших магов из их числа.
   - Вот это да! - воскликнул молодой парень в изумлении. - Так много?! И это притом, что Эль-Митоланы в Сорфитовых долинах вообще большая редкость. Поговаривают даже, что там началось некое вырождение среди обладающих тайнами мироздания.
   - А тебе известно, что раньше у них было Эль-Митоланов больше, чем во всём мире?
   - Первый раз слышу!
   - Тем не менее - это чистая правда. Ладно, - Хлеби ещё раз полюбовался окрестностями и повернул своего коня. - Едем обратно к замку. Надо провести целую серию приготовлений к обряду. Да и с гостями мне хочется поболтать.
   - Разве мы ждём гостей? - удивился дворецкий.
   - Инкогнито приедут два моих старых друга! - многозначительно ответил хозяин замка. - Ты ведь знаешь, они не любят шума и тётушкиных угощений!
   - А-а! Ну да..., ну да..., - не менее туманно подтвердил Коперрульф, исподтишка бросая косой взгляд на Кремона. Тот заметил странные интонации, но виду не подал, продолжая внимательно следить за своим конём. Торнадо отрешённо перебирал ногами, видимо со скорбью осознав, что такого опытного наездника ему не одолеть. "Не стоит даже пытаться: вон как сидит уверенно в седле! Как цепко держит поводья и красиво держит прямую спину! С таким седоком лучше не капризничать: живо окровавит бока колючими шпорами, да отстегает хлыстом по чём попало". Так думал конь. Вернее Кремон решил, что конь думает именно так, и улыбнулся с превосходством.
  
  

ПРИВЫКАНИЕ К ДОМУ

   Усадьбы достигли неспешным прогулочным аллюром, болтая о пустяках и поясняя местные традиции. И опять при их приближении створки ворот разъехались в стороны. Словно имели собственные глаза или их тянули за невидимые верёвки. Кремона это удивило и он попытался рассмотреть, что приводит створки в движение. И вот тут случалось неожиданное. Неожиданное для отвлёкшегося Кремона. Так как пакостный Торнадо ожидал подобного момента с самого начала прогулки.
   Конь чуть ли не со старта резко прыгнул вперёд. При этом наездник вполне естественно откинулся, прогнувшись назад. Всеми силами пытаясь подать своё тело на место. И тут же конь резко остановился, да ещё вдобавок низко пригнул шею. Если бы Кремон не потерял бдительность, то возможно и усидел бы в седле. А так он со всей силой инерции перекувыркнулся через голову Торнадо и грохнулся пятой точкой о грунт. Вот только уздечку он так и не выпустил. И это могло оказаться роковым как для него, так и трагическим для коня. Ибо тот резко поджал задние ноги под корпус и собрался совершить высокий и сильный прыжок. В данной ситуации, если бы Кремон не отпустил повод, то все конская туша могла навалиться на него при неудавшемся прыжке. Вдобавок рот и губы коня были бы основательно изуродованы. Эти соображения молнией пронеслись в мозгу неудачливого наездника и он тот час отпустил натягивающуюся уздечку.
   Освободившийся Торнадо в высоком прыжке перемахнул лежащего на земле человека и, взбрыкивая игриво копытами, понёсся по малому кругу. Сменив направление бега, он вихрем проскакал сквозь ещё раскрытые створки ворот и с победным ржанием устремился к озеру. Но тут то его и настигла справедливая кара. Хозяин замка выкрикнул нечто, очень похожее на ругательство, и конь остановился, вспахивая копытами землю. Изо всех сил он принялся бешено мотать головой, вместо весёлого ржания послышался прерывающийся храп, а передние ноги подогнулись и туловище рухнуло на колени. Завидная предусмотрительность и завязанная вокруг конской шеи чёрная лента весьма пригодилась. Даже создалось мнение, что лента подействовала слишком жестоко. Ещё мгновение и животное завалилось бы набок из-за сотрясающей всё тело агонии. Но Коперрульф уже находился рядом и крепко схватил узду. В тот же момент чёрная лента перестала сковывать движения коня и тот медленно поднялся. Дворецкий подвёл Торнадо к воротам и передал на руки подскочившего конюха. И животное послушно пошло за тем. Но с таким несчастным и обиженным видом, словно несправедливо побитая собака. И хоть голова была наклонена чуть ли не до самой земли, в глазах отчётливо виднелись крупные слёзы.
   - Ты как? - резко спросил Хлеби спешиваясь
   - Вроде всё цело..., - Кремон поднявшись, делал наклоны в стороны и ощупывая рёбра.
   - Всё равно: сегодня же этого придурка продать! Надоели уже его выходки! Пусть его запрягут в телегу или пахать заставят! И не возражай!
   Последнее приказание относилось к дворецкому, который долго что-то порывался сказать, а потом безнадёжно махнул рукой:
   - Чего уж.... Продадим....
   Кремон ещё раз глянул вслед скрывающемуся в конюшне Торнадо, и сердце неожиданно кольнула острая жалость.
   - Господин наставник! Можно мне одну просьбу высказать?
   - Зачем так официально? Высказывай сразу!
   - Дайте мне, пожалуйста, три дня и отложите на это время продажу Торнадо. Я постараюсь с ним найти общий язык.
   - Оно тебе надо? - в голосе Хлеби слышался мрачный пессимизм. - Выбирай любого другого коня и конец всей проблемы!
   - Действительно! - поддержал хозяина и Коперрульф. - Не стоит с таким даже возиться!
   - Но ведь он самый красивый! И самый выносливый! Мне его жалко! А вам нет?
   - Видишь ли, - хозяин замка со всей серьёзностью посмотрел своему ученику в глаза. - По большому счёту здоровье даже неопытного Эль-Митолана намного дороже самого лучшего скакуна.
   - Но я не собираюсь больше рисковать и заниматься опасными скачками, навязыванием своей воли или жёсткими наказаниями. Я просто хочу с ним пообщаться, погулять по двору, даже почистить щеткой. Дядя Кралси всегда утверждал, что к любой лошади можно найти свой подход. И мне бы хотелось попробовать. Можно?
   Некоторое время Хлеби смотрел на Кремона тяжёлым взглядом, потом повернул голову с немым вопросом к Коперрульфу. Но тот только пошевелил обвисшими усами и слегка пожал плечами.
   - Так и быть!- наконец решился наставник. - Дам тебе три дня. Но! Если сам получишь повреждения: сильно пожалеешь о своей самонадеянности! Не хочу сильно тебя пугать, но последствия будут для тебя плачевны.
   - Спасибо! - повеселел Кремон. - Постараюсь не доводить себя до слёз!
   - Да уж постарайся! - съязвил Хлеби и стал отдавать распоряжения: - До конца дня - свободное время. Обустраивайся, приведи себя в полный порядок. Поможешь ему, Коперрульф, подобрать несколько комплектов одежды. На ужин меня не искать и не ждать! За час до полуночи находиться в главном зале и быть готовым к обряду! Так, что ещё...?
   - Через час придут жители посёлка покупать похасов, - напомнил дворецкий. - Вы будете присутствовать?
   - Нет, я буду занят. Тем более что ты и сам прекрасно справишься. Больше просьб и напоминаний нет? Тогда занимайтесь своими делами!
   И хозяин замка быстрыми шагами отправился во внутренние помещения. Коперрульф, до того державший Смелого и Полночь за поводья, передал их вернувшемуся конюху и потянул нового жильца за собой.
   - Давай сразу решим вопрос с одеждой, и я займусь похасами. Нам сюда!
   В огромной кладовой чего только не было. Скорей она напоминала приличный склад солидного магазина. На стеллажах до самого потолка теснились тюки, коробки, ящики и россыпи всякой мелочи. Но дворецкий, похоже, прекрасно ориентировался во всём этом нагромождении.
   - Вот тебе трое брюк, держи! Размер ботинок, какой? Прекрасно! Таких у нас полно! Бери эти, эти и эти! Что, эти тоже нравятся? Бери! Да, и тапочки возьми две пары. Домоправительница страшно ругается, когда кто-нибудь ночью громыхает железными ботинками. С её то бессонницей?! Ха-ха! Теперь рубашки: раз..., пять! Хватит? Куртка, ещё одна, свитер, второй. Ага! Ремни! Какой приглянулся? Ещё бы! Только лучшее! Бери пять! Здесь майки, трусы и носки. По пачке хватит для начала.
   Всё отобранное он взваливал на вытянутые руки Кремона и под конец тот уже ничего перед собой не мог видеть. Пришлось взмолиться:
   - Зачем мне столько?! Я ведь могу каждый вечер постирать и на следующий день одеть снова.
   - Ещё чего?! - возмутился дворецкий. - А прачка тогда чем заниматься будет?! Наш Эль-Митолан на сей счёт категоричен: рабочие места надо создавать по мере возможностей. А если уж они созданы - использовать со всей целесообразностью. Тем более что он обещал так загрузить тебя обучением уже в первую неделю, что с ног будешь валиться от усталости.
   - Так и обещал? Когда же это он успел?
   - Зря не веришь! Ещё утром, до завтрака, когда за тобой посылал! - Коперрульф важно надул щёки и, пытаясь сымитировать хозяина, изменил голос: - Я сделаю из этого парня великого Эль-Митолана! Но он не раз ещё заплачет и горько пожалеет, что подался к такому строгому наставнику!
   - Не такой уж я и плакса! - хмыкнул Кремон.
   - Да и он, не такой строгий, каким пытается казаться! - в тон ему ответил дворецкий. И подвёл итог: - Одежду получил, на довольствие поставлен: иди, обживай комнату. Ужин через два часа. Опаздывать не рекомендую!
   - Это я уже понял. Только хотелось бы самому накладывать себе в тарелку....
   - Имеешь полное право! - заверил нового соседа по дому Коперрульф и выпустил из кладовой-склада. Затем провёл до самой комнаты и помог открыть дверь. - Но как это сделать - решай сам! Пусть лучше тётушка Анна денёк позлится сразу, чем потом привыкнет и будет обижаться месяц! Понял? Тогда, до скорого!
   И побежал на внутренний двор, где уже топталось человек двадцать жителей посёлка. Постояв пару минут у окна, Кремон разглядел и узнал среди них нескольких человек, которых он видел вчера в трактире. Затем спохватился и принялся раскладывать вещи. Вполне резонно решив, что ещё успеет присмотреться к местным обитателям.
   Первым делом он выложил все свои вещи из огромного рюкзака, который сослужил ему такую хорошую службу на длинном пути. Разложил каждую вещь на удобное место на полках или в ящиках прикроватной тумбочки. Отложил ношеную одежду для стирки. Тщательно осмотрел ботинки и остался доволен их внешним видом. Сам рюкзак нуждался лишь в небольшой починке, возле соединения с лямкой. Игла с ниткой у него была. А время найдётся чуть позже.
   В данную минуту его интересовало только одно: как можно быстрее окунуться в ванну с горячей водой. И осуществить желанное омовение, о котором мечтал все двадцать дней путешествия. Поэтому и устремился в то место, которое заметил ещё перед обедом, когда кратко осматривал комнату. Сама ванна была так огромна, что в ней свободно могли барахтаться два, а то и три человека. Даже в столице не у каждого богатого человека можно было найти нечто подобное. Кремон заулыбался, вспомнив, как в детстве он купался в одной ванне со своими названными сёстрами, дочерьми дяди Кралси. И что они вытворяли: воду потом приходилось с пола собирать совками.
   Горячая вода хлынула из крана с таким напором, что необъятная ёмкость стало заполняться прямо на глазах. Очнувшись от изумления, Кремон сбросил с себя одежду, разобрался в многочисленных банках с мыльными растворами и специальными добавками и, чуть ли не вскрикивая от опекающих прикосновений жидкости, улёгся в ванну. Через несколько минут он уже перекрыл кран и ловил шапки мыльной пены, безудержно вываливающейся на пол. Слишком не переживая по этому поводу: в углу ванной комнаты виднелась блестящая решёточка для стока. Так что возиться долго с уборкой не придётся. Быстро вымыл голову, подложил под неё лохматую мочалку и замер. Прислушиваясь как тело от удовольствия теряет чувствительность, в то же время, внутреннее давление крови явно усиливалось. Как постепенно разогревалась его кровь, так же постепенно его мысли ускорялись от давних воспоминаний к сегодняшнему дню. И Кремон прокручивал эти воспоминания перед мысленным взором, словно вехи длительного пути.
   Вот мать его купает. Тоже в ванне, только поменьше. Вот он пришёл с огромным синяком под глазом. Первый раз, в шесть лет. Потом чуть позже, синяков было не сосчитать. Царапины, разбитая губа. Выбитый зуб.... Благо, что молочный. Вывихи, ушибы, шишки.... И каждый раз именно мать снимала боль, лечила, ругала и утешала одновременно. Именно мать и заметила, что после таких "боевых" стычек с обидчиками раны на теле сына затягивались слишком быстро и неестественно. Особо и лекарств не надо было. А вот сами обидчики страдали неимоверно: по нескольку дней после столкновений у них наблюдались жуткие расстройства желудков. И тем, как раз, никакие медицинские препараты не помогали. Лишь со временем, некоторые матери догадались о причине недугов и сразу тащили страдавших поносом к Эль-Митолану-врачу. Только тот мог снять наложенный недуг. Не особо вдаваясь в причины и поиски человека наложившего заклятие.
   Именно мать сопоставила все наблюдения и отвела мальчика на пробу выявления Признаков. И с девяти лет, на год раньше, чем другие в подобных случаях, Кремон стал жить ожиданием чуда. Ожиданием превращения себя в немыслимое и волшебное существо, могущее повелевать стихиями, материей и пространством.
   А когда ему исполнилось двадцать, случилась беда с матерью. Отец забросил все дела, фактически обанкротился, и если бы не всемерная поддержка дядя Кралси и всей его семьи, то и дома пришлось бы лишиться. Хоть для Кремона это ничего не значило: месть вытеснила из его жизни даже заботу об отце. Месть и ожидание своего часа наступления могущества.
   И вот ему двадцать четыре. А Всплеска нет! Месяц, два, три.... И потянулись дни полные отчаяния: он остался таким же, как большинство. Оставалось одно: отомстить наибольшему количеству драконов и умереть в последней, кровавой схватке. И снова помог дядя Кралси. Вернее просто заставил изменить маршрут и сделать огромный крюк к селению Агван.
   И вот чудо свершилось: он стал Эль-Митоланом! Пока ещё не полным, пока ещё не пользующимся своим могуществом. Но до ночи он сможет вытерпеть. А в полночь всё и свершится окончательно! После всех разочарований, чёрной безысходности и злого пессимизма ему отчаянно хотелось жить, учиться и бороться с новыми силами против ненавистного врага. Совершить нечто такое, от чего раз и навсегда в мире наступит вечная справедливость и восторжествует непоколебимый мир.
   "...Сегодня в полночь.... Странно, кто же приедет в гости к хозяину замка? Так поздно? Да ещё инкогнито? Да ещё осмелится отказаться от тётушкиных угощений?! Неужели в окрестностях живут отшельники Эль-Митоланы?
   Ничего! Лишь только сила вольётся в моё тело, я попробую изученный заочно метод связи с себе подобными. И если те будут без блокирующих щитов, запросто увижу их приблизительные контуры. А может и лица удастся рассмотреть. Наставник не задал вопросов по поводу моего предварительного обучения. И не догадывается о моих полученных теоретических знаниях. А значит, запрета на подобные попытки скорей всего не последует. Разве можно себе представить, что ученик умеет делать нечто подобное? И весьма бы удивился, если бы узнал: КТО мои первые наставники. Хотя и те отзывались о Хлеби с восторгом и почтением. Правда никто так и не смог сказать: почему такой знаменитый Эль-Митолан оказался в далёкой глуши? Ссылка это или добровольное затворничество? Многие говорили, что Хлеби был очень близок с королём, но лет десять назад впал в немилость и без особого шума изгнан из столицы. Но дядя Кралси на подобные высказывания презрительно фыркал и глубокомысленно изрекал, что таких людей изгонять опасно для государства. Их, мол, или награждают, или.... И после этих слов делал выразительный жест по горлу....
   ...Да! И выглядит здешний хозяин так, словно находится на заслуженной и почётной пенсии. Хотя, какая может быть пенсия? В его возрасте только, только входят во вкус своей работы. И набирают самый верхний предел своего магического потенциала. Но почему же тогда он здесь находится? В столице у него намного больше шансов достичь чего угодно.... Кстати, а чего ему угодно? Вот этого я и не знаю.... А интересно бы узнать...."
   Кремон пошевелился в ванне и с удивлением отметил весьма остывшую воду. Тут же добавил горячей. Во весь напор. Вновь отогрелся и принялся ожесточённо тереть мочалкой раскисшее от долгого лежания в воде тело. Хоть часов рядом не было, внутреннее чувство позволяло предполагать, что до ужина ещё время есть. В оставшееся полчаса он успел всё: и побриться, и подровнять ножницами неровно торчащие волосы, и одеться в свежую, приятно радующую новизной, одежду.
   И ровно без трёх минут восемь спустился в гостиный зал. Никого там не было, но стол уже накрыли и сервировали на четыре персоны. Хоть хозяин и предупреждал о своём отсутствии. Несколько блюд пряталось под плотно накрытыми крышками. Остальное место занимали салаты, залитые маринадом кусочки рыбы и большая ваза жареных грибов. Грибы Кремон просто ненавидел и ужаснулся при мысли, что тётушка станет упрашивать попробовать хоть ложечку. Выход напросился сам: быстро поменять место приёма пищи. Не раздумывая больше ни секунды, Кремон переставил свои приборы и тарелки с бокалами на правую сторону стола. Рядом с местом дворецкого. Лишь только он это сделал, появился и Коперрульф. Довольно улыбаясь, он сильно потёр ладони и быстро уселся на своё место. Немного с удивлением кося глазами на садящегося рядом ученика. Затем принюхался к рыбе и радостно крякнул, заметив вазу с грибами:
   - Обожаю! Язык можно проглотить!
   - А я вот наоборот: смотреть на них не могу, - признался его новый сосед по столу. - Пожалуй, единственное, что претит моему организму.
   - Странно....
   - Мама рассказывала, что в трёхлетнем возрасте, когда мы были на пикнике в лесу, я нашёл и чуть ли не полностью съел огромный и очень красивый мухомор....
   Последнюю фразу услышала вошедшая в зал тётушка Анна. Она поставила на стол ещё две вазочки с вареньем и всплеснула ладонями:
   - Почему за тобой никто не смотрел?!
   - А я никуда и не отходил: сидел радом с родителями, дотянулся до соседнего куста, понравился грибок яркой шляпкой. Я то всего этого не помню, мать рассказывала. Но зато теперь впихнуть в меня гриб можно только после моей смерти....
   - Поэтому ты и пересел от меня на другую сторону? - строго спросила домоправительница. - Я что, садистка? Насильница?!
   - Да нет..., - надо было срочно вспомнить ещё одну причину для самовольства. - Просто у нас в семье всегда правая половина стола отдавалась мужчинам, а левая исключительно женщинам.
   - Только что придумал?! - продолжала обижаться тётушка.
   - Да нет, правда! - хорошо хоть врать не приходилось: такой обычай действительно практиковался у них дома. Да и на большинстве застолий столицы. Видимо это и тётушка знала. Потому как смиренно вздохнула и уселась на свой стул с подушкой.
   - Ладно! Но если будешь кушать мало, я не поленюсь прийти к тебе на помощь! Не стесняйся, бери всё, что тебе нравится! А ты чего такой довольный? - обратилась она к дворецкому.
   - По двум причинам: из-за грибов, - он навалил в свою тарелку больше половины прожаренного с луком лакомства. - И торги прошли успешно. Даже не просто успешно, ибо при таких ценах нас просто ограбили. А просто очень интересно и поучительно.
   - Можешь и нам рассказать, - милостиво разрешила домоправительница. И тут же строго добавила: - Только не с полным ртом! Так и подавиться недолго.
   - Ещё бы! Такая вкуснотища! Так вот: желающих купить оказалось в три раза больше, чем животных выставленных на продажу.
   - И все они пришли? - удивился Кремон. - То-то я слышал какой-то шум толпы, когда купался в ванне. Думал: показалось.
   - Точно: толпа! Чуть ли не весь посёлок привалил. Я даже растерялся поначалу. Хорошо, что староста уже давно всё продумал и весь процесс торга свёлся к обыкновенному розыгрышу лотерей. Или жребия, как вам будет угодно. Кому выпало счастье, платил денежки и уводил купленное животное. Но и это не всё! Берки оставил за собой лично право продать трёх похасов по его усмотрению. В самом начале одного верхового он купил для поселковой управы. Хоть и вызвал этим небольшое волнение и ворчание. Ведь и пиявке понятно, кто им будет пользоваться. Но вот два гужевых похаса он распределил весьма справедливо: одного вдове, у которой четверо детей подрастают. А второго самой многодетной семье: у них там двенадцать наследников наплодилось. Мало того оплату произвёл из своего кармана, обязав вдову и многодетного отца оплатить долг в течении года. Справедливость получила всестороннее признание и одобрение. Впоследствии лотерею разыграли вообще празднично: под довольный смех и шутки.
   Так что этот Берки: весьма умнейший мужик. Недаром наш Эль-Митолан его поддерживает!
   Коперрульф рассказывал не спеша, делая солидные паузы для поглощения своих любимых грибов. Кремон тоже не отставал, хотя, садясь за стол совсем не чувствовал голода. Но здоровый молодой организм перестраивался моментально: недавнее голодание осталось в забытом прошлом и началось усиленное привыкание к изобилию. Тётушка Анна, ревниво наблюдающая за сотрапезниками, осталась, в общем-то, довольна. Но так и не смогла удержаться от чрезмерной заботы:
   - А почему ты не ешь десерт! Он тебе не нравится?
   - Ну что вы! - воскликнул Кремон, но тут же спохватился и пошёл на попятную. Переживая, что его опять начнут угощать насильно. - Просто на ужин я стараюсь не есть много сладостей. Потом спать тяжело....
   - Наоборот: - приятные сны будут сниться! - не сдавалась старушка.
   - И сегодня лечь придётся слишком поздно, - напомнил кандидат в Эль-Митоланы. - Как бы наставник не обругал за обжорство.
   - В нашем роду все добрые! - тётушка Анна гордо выставила подбородок вперёд. - И мой племянник - не исключение! Он всегда настаивает, что бы в доме все были сыты. Итак, говори: что будешь на сладкое?
   - Ну..., я даже не знаю, - Кремон панически обвёл взглядом тарелки и блюда с десертом.
   - Может, хочешь чего-то, что здесь не хватает?
   - Вообще-то..., - Кремон ухватился за спасительную мысль, спешно вспоминая то, что ему действительно очень нравилось. А то вдруг сейчас это и подадут?! - Я самого детства просто обожаю вишнёвый мармелад.
   - Надо же! - на лицо хозяйки набежала хмурая тень досады. - А вот его то, как раз здесь и нет....
   - Не важно! Я ведь знаю, какая это редкость....
   - Я сказала; здесь нет! В смысле: на этом столе! Но мне кажется....
   Тётушка говорила последнее предложение в стремительном движении в сторону кухни. А последние слова так и не удалось расслышать. Коперрульф погладил себя по слегка выпирающему животику и миролюбиво пробормотал:
   - О! Если тебе повезёт, может она и вишнёвый найдёт.
   - У неё что: есть всё? - Кремон с недоверием выделил последнее слово.
   - Раз в две недели, - стал подробно пояснять дворецкий, - Из Лиода доставляется две, три телеги товаров. Любых, которые мы посчитаем нужным иметь в доме. Эль-Митолан делает заказы в своей отрасли. Я - то, что считаю нужным для замка и его отличной функциональности. А уж тётушка Анна даёт порой немыслимые списки, как на продукты, так и на готовые кулинарные изделия. А раз в два месяца или отправляется караван, или доверенное лицо с деньгами в столицу. И уже оттуда идёт доставка того, что нельзя купить поблизости. Порой пять, а то и шесть телег за один раз прибывает. Так что, молодой человек, деликатесов у нас хватает. Если что, не стыдно будет самого короля принять. Да ещё и со всей свитой....
   - Ну да, - хмыкнул Кремон. - Попрётся он на эту тихую окраину!
   - А я и не говорил о его приезде! - обиделся дворецкий. - Лишь утверждаю, что мы готовы к любому визиту.
   В этот момент в зал вошла счастливо улыбающаяся домоправительница. В руках у неё красовалась большая коробка с красиво уложенным в ней мармеладом разной формы.
   - Вот! И знала, что найду! - она торжественно поставила коробку перед Кремоном. - Угощайся!
   - Ой, спасибо! - от души обрадовался тот. - Прямо сказка из счастливого детства!
   - Вот видишь?! А как на вкус? - она с материнской улыбкой смотрела, как парень с блаженством перекатывает мармелад во рту.
   - Не выдержу! Объемся! И помру молодым!
   - Не молодым, а юным! - наставительно произнёс Коперрульф, вставая и выходя из-за стола. - Молодой - это я! Спасибо за ужин! Пойду, пройдусь по конюшням.
   - И я с вами! - тоже вскочил Кремон.
   - А мармелад?! - воскликнула домоправительница. И решительно добавила: - Тогда бери с собой!
   - С удовольствием! - парень схватил коробку и галантно поцеловал тётушкину ручку. - Огромное спасибо за ужин. А уж за вишнёвое удовольствие, даже не знаю, что и сказать.....
   - Ничего не говори, - заулыбалась она ему вслед. - Просто кушай на здоровье!
  
  
  

ТОРНАДО И ВОСПЛАМЕНЕНИЕ

   Оказавшись в конюшнях, Кремон сразу же отстал от Коперрульфа и направился к стойлу с понравившимся ему красавцем. Держа коробку с угощением под мышкой и время от времени доставая оттуда очередной лакомый кусочек. Когда подошёл ближе, с удивлением заметил, что конь ушёл вглубь и там прижался к задней стенке.
   - Смотри на него! Даже здороваться не хочет! - возмутился он на такое поведение коня. Но тот на это никак не среагировал. Наоборот делал упорно вид, что в конюшне он сам одинёшенек. - Да ты ещё может на меня и обижаешься?
   Торнадо скосил на посетителя глаз.
   - Неужели? За то, что меня сбросил, вроде как я обижаться должен!
   Конь шумно фыркнул и презрительно хлестнул хвостом себя по боку.
   - Смотри на него! Он хулиганит, а потом ещё и обижается! Скажи спасибо, что тебя не продали! А то уже сегодня бы плуг таскал!
   Животное в ответ опять изобразило полное равнодушие.
   - Да-а! Ты я вижу капризный до неприличия! Но когда тебя запрягут в телегу, характер твой изменится кардинально!
   Неожиданно Торнадо повернул в сторону человека голову и внимательно посмотрел на него двумя глазами.
   - Конечно! Ты ещё скажи, что исправишься и больше так не будешь! - иронизировал Кремон, непроизвольно протягивая пустую ладонь в сторону коня. Но тот вдруг сделал два шага в его направлении и наклонился к ладони. Парень сдержал готовую отдёрнуться руку лишь большим усилием воли. Уже мысленно представляя наказания, которые падут на его голову от Эль-Митолана за полученную травму. Но Торнадо лишь прикоснулся к руке носом и, сделав ещё шаг, потянулся к лицу человека.
   - Да ты никак целоваться лезешь? - опешил Кремон и от напряжения даже дышать перестал. Но опять ничего плохого не произошло. Конь словно проверял: нет ли у человека плохого запаха изо рта. - Да нет, с зубами у меня всё в порядке! И не дыши на меня так сильно! Или это у тебя такая манера пугать людей?!
   Торнадо естественно не отвечал, но продолжал разглядывать визитёра то одним, то другим глазом и тщательно принюхиваться. А потом резко ткнул мордой под мышку Кремона. Парень в тот же момент догадался, что так заинтересовало коня.
   - Мармелад! Или тебе нравится вишнёвый запах?! Так бы сразу и сказал! Сейчас я тебе дам на пробу!
   Он достал из коробки кусок мармелада и подал угощение на протянутой ладони. Конь взглянул на него с подозрением, ещё раз тщательно понюхал, а потом осторожно подхватил губами. Было понятно, что раньше он такого не ел и пробует впервые. С минуту Кремон напряжённо ждал реакции от животного. Но когда тот опять шумно фыркнул и требовательно потянулся к коробке, с облегчением засмеялся:
   - Вот, оказывается, какой ты сладкоежка! Такой же, как и я! Давай, пробуй ещё! Если тебе это понравится, я готов вообще его не есть! Вкусно?! Ещё бы! Сам оторваться не могу! На ещё! Надо же! Э! Стоп, стоп! А целоваться то зачем?! Ведь я на мармелад и не похож!
   Когда через полтора часа дворецкий вышел их конюшен, то с удивлением заметил прогуливающуюся парочку. Но если в сгущающихся сумерках узнавание Кремона выглядело вполне естественно, то, разглядев рядом с ним Торнадо, Коперрульф несказанно изумился. Они вдвоём прохаживались по периметру внутреннего двора и парень что-то рассказывал явно весёлое: ибо часто смеялся сам и его смех перебивало довольное конское фырканье.
   - Вот и не верь после этого в чудеса! - пробормотал дворецкий себе под нос. Направляясь к дому, он постоянно оглядывался на человека с животным. - А ведь такого красавца чуть не продали!!!
  
   За час до полуночи пунктуальный ученик находился в обеденном зале дворца и с нетерпением дожидался появления своего наставника. Прохаживался он в основном возле окон и с удивлением кидал взгляд в сгустившуюся ночную черноту. Слегка расцвечиваемую низко висящими над горизонтом лунами. Но никакого движения на подъездах к замку не наблюдалось. Дорога была пустынна, встречающих тоже не наблюдалось. Может гости приехали чуть раньше? Когда проводились успешные попытки подружиться с Торнадо?
   Кремон замер и внимательно прислушался. Стояла полная тишина. Ну, если не считать естественного шума, несущегося с хозяйственного двора. С кухни тоже не слышалось поспешных приготовлений: скорей всего и кухарка, и прачка уже спали. А домоправительница по слухам вообще рано ложилась. Если её не предупреждали заранее. Коперрульфа Кремон видел мельком, когда тот выходил из конюшен. А вот отсутствие хозяина замка почему-то вызывало наибольшую обеспокоенность. На больших часах в глубине залы минутные стрелки указывали десять минут сверх назначенного времени.
   И тут послышался звук открываемой двери. А затем и приближающихся шагов. Вошедший в зал Эль-Митолан Хлеби, явно красовался особым тёмно-синим костюмом, одеваемым для торжественных мероприятий. А на плечах развевалось белая мантия, поделённая на квадраты золотыми и чёрными полосками. Почти всю её пересекала изломанная красная молния. С горделиво поднятой головой наставник прошествовал к своему ученику и торжественно возложил правую руку ему на плечо:
   - Готов?
   - Уже давно! - но голос при ответе немного сорвался и захрип.
   - Вот и прекрасно! Тогда прими гасящий эликсир! - хозяин замка протянул ученику другой рукой пузатую бутылочку. Поощрительно при этом улыбаясь: - Заодно и горло освежишь!
   Кремон не заставил себя упрашивать дважды. Гасящий эликсир являлся необходимой составляющей обряда Воспламенения. Успокаивал нервную систему, вводил организм в сонливость и позволял легче переносить довольно-таки бурный процесс. Производился он к тому же на основе сладких и алкогольных ингредиентов. И получался весьма приятным на вкус. Бывали, правда, случаи, когда эликсиром не пользовались по тем и ли иным причинам. Но тогда весь обряд проходил в жутких физических болях для ново обращаемого Эль-Митолана.
   Кремон также знал, что эликсир принимают непосредственно на самом ложе, применяемом для Воспламенения, в окружении трёх действительных Эль-Митоланов. Но раз наставник сказал это сделать уже, возражать или расспрашивать об непротокольных изменениях не было малейшего резона. Видимо на то существовали веские причины.
   И действительно, лишь только они двинулись в сторону коридора, Хлеби стал объяснять:
   - Я тебе уже говорил: мои друзья и наши коллеги перебывают здесь тайно. И имеют на это полное право. Но в связи с желанием не раскрывать своего инкогнито, они не хотят быть узнанными впоследствии.
   Они прошли дверь, ведущую в подвалы и стали спускаться по лестнице с деревянными ступенями. Кремон уже стал чувствовать действие эликсира, и поэтому мотнул головой, разгоняя туман в мыслях:
   - Понимаю. Иногда лучше не знать лишнего.
   - Вот именно! Спокойней спать будет!
   Они спустились в подвал и открыли мощную дверь из дубовых досок, окованных железом. За ней открылась ещё одна деревянная лестница, ведущая вниз. На спуске наставник продолжил:
   - Во время обряда сознание почти не работает, но иногда бывают всплески просветления, и ты вполне можешь рассмотреть и запомнить тех, кто тебя будет окружать. Во избежание этого случая я наложу тебе на глаза плотную повязку. И старайся её не трогать.
   - Постараюсь..., - состояние Кремона уже доходило до точки сильного опьянения, поэтому он пытался аккуратно ставить ногу на каждую следующую ступеньку.
   - Мы будем проводить обряд в моей самой нижней лаборатории.
   - Это здесь, что ли? - ученик пытался рассмотреть помещение, в котором они оказались.
   - Нет! - Эль-Митолан Хлеби прошёл дальше не останавливаясь и стал открывать ключом небольшую, но состоящую из кованого листа железа, дверь. За ней показалась ещё одна лестница, но уже вырубленная в камне. Она круто уходила далеко вниз, и только в самом её конце горело яркое пятно света.
   - Вот повязка, надеваю! Как себя чувствуешь?
   - Как мотылёк с нарушенным центром тяжести и потерявший зрение. Но дойти смогу! - заверил Кремон заплетающимся языком.
   - На всякий случай я тебя буду придерживать: ступени здесь довольно крутые. И не трогай повязку!
   Спускались не спеша и в полной тишине, но когда вышли на яркий свет, Кремон сразу почувствовал чьё-то присутствие. Его осторожно уложили на вполне удобное ложе, предварительно раздев до пояса. Хоть в глубоком подвале и чувствовалась освежающая прохлада, действие эликсира сказывалось всё больше и больше. И уже минут через пять готовый к обряду ученик совсем не ощущал своего тела. И лишь по небольшой щекотке на внутренних сторонах ладони и в области ключицы, Кремон понял, что произвели необходимые надрезы.
   А затем огненный смерч ударил по скованному сознанию. Опрокинул его и поволок в пропасть с ледяной мглой, которая в свою очередь без перехода сменилась парализующими вспышками цветных столбов света. Затем подташнивающий полёт в абсолютной пустоте и вновь огненный смерч. Зрительные образы сопровождались серией таких кошмарных, непредсказуемых и странных звуков, что нельзя было и предположить их существования в этом мироздании. И такой калейдоскоп в сознании менялся то с ускорением, то с зависанием в одной из своих ипостасей. Изредка проблески разума возвращались в нечувствительное тело, и тогда Кремон слышал невнятные голоса, нечто твердое под своей спиной и плотную повязку при попытке открыть глаза. Он знал, что обряд продолжается два часа, но и представить себе не мог, насколько долгими покажутся эти часы. Они напоминали собой как минимум сутки и, казалось, не кончатся никогда.
   Но вот калейдоскоп ощущений замер несколько раз более продолжительно, затем потерял синхронность и последовательность, а затем и совсем растаял, рассыпался в прах на страницах времени, истории, естества, но не памяти.
  
   Минут десять он лежал неподвижно, но вполне чётко ощущая каждую клеточку своего тела и прислушиваясь к наступившей полной тишине. Которую нарушил мягкий голос Хлеби:
   - Поздравляю! Отныне ты полноправный член нашего общества Эль-Митоланов! Да будут деяние твои справедливы и служат на пользу разуму! - после этих слов две крепкие руки помогли ему подняться, надеть рубашку и повели к выходу. - Тебе сейчас нужен крепкий и полноценный сон. Завтрашний день - последний день отдыха. А затем приступим к интенсивному и каждодневному обучению. Как себя чувствуешь?
   - Превосходно, наставник! - Кремон отвечал не кривя душой.
   - Это в твоём теле ещё действует остаточная эйфория обряда Воспламенения. Учитывай, что силы твои могут истощиться в любую минуту.
   - Вряд ли, я ведь немало тренировался физически.
   - ТО, что ты прошёл, слишком отличается от простых физических нагрузок.
   Кремон не верил поначалу своему наставнику, но когда они выбрались из глубины подвалов, он еле переставлял ноги. А в свою комнату он входил, чуть ли не с полной помощью хозяина замка. И лишь оказавшись на своей кровати, он расслабленно поблагодарил и тут же погрузился в оздоровительный сон. Тем не менее, дав себе чёткую команду проснуться ровно через час. Это давно выработанное свойство организма он репетировал в последние годы неоднократно. Не подвело умение и сейчас. Он проснулся таки через час, хоть ещё и сильно ослабленный и практически неработоспособный.
   Но волю он собирать в кулак тоже умел. Поэтому сосредоточил все свои усилия на приведение в действие заклятия мысленного слежения. Сосредоточившись, Кремон неожиданно увидел весь мир вокруг себя мерцающим и странно переливающимся несколькими цветами. Хоть глаза у него при этом были плотно закрыты. Усилием воли он привстал, вернее, просто сдвинулся своей сущностью очень легко и невероятно быстро до самой стены и там, словно посмотрел внутрь себя, назад. И увидел своё замершее тело. Поняв, что у него получается, он поспешно бросился в подземные помещения замка. Понимая, сколько неразумно растраченной энергии для этого использует. Ведь опыта практического не было, только теоретические знания. К тому же ему не раз подчёркивали, что первые подобные эксперименты просто срываются и завершаются в самом начале именно из-за неумения новичка использовать свои внутренние силы. И чем глубже он проникал в подземелья, тем больший упадок своих сил чувствовал.
   А когда добрался до самой нижней лаборатории, то вообще не мог ничего рассмотреть в тусклом сгустке тумана. Хотя хорошо помнил, что освещение там прекрасное. Да и гости ещё не ушли. Мало того, судя по голосам, они устроили небольшой пир: с выпивкой и даже с хорошей закуской. Так как совершенно незнакомый трубный голос нахваливал с восхищением:
   - Такие колбасы, как делает твоя тётушка, вряд ли найдешь даже на столичных рынках!
   - Само собой! - подтвердил голос Хлеби. - Но ты ведь помнишь: каких трудов мне стоило уговорить тётушку переехать ко мне?
   - Конечно, помню! Ведь и мне для этого пришлось приложить определённые усилия!
   - А я прямо-таки блаженствую от тех вин, что она делает! - на этот раз раздался голос, принадлежащий скорей всего подростку. - Жаль, что моя комплекция не позволяет пить его бочками!
   - Да ты хочешь совсем разорить мои винные запасы?! - засмеялся Хлеби и послышалось тихое бульканье. - И ведь совсем не похож на пьяницу! Давайте выпьем за новое пополнение!
   - Давайте! - поддержало его два голоса, и наступила короткая пауза. Во время которой Кремон сосредоточил все свои оставшиеся силы и попытался влезть в вязкий сгусток тумана и рассмотреть тех, кто там находился. И тут же раздался обеспокоенный трубный голос:
   - Хо-хо! Нас кто-то "щупает"!!!
   - Не может быть! - воскликнул Хлеби. Сгусток тумана заискрился красными искрами и белым льдом, а потом из него на Кремона стали наползать три пары страшных и демонических глаз. - Ах, он негодник!!! Мальчишка...!!!
   И это были последние слова, которые услышал Кремон, перед тем как провалиться в звенящий и отупляющий мрак небытия.
  
  
  

ТЁТУШКИНЫ ЗАБОТЫ

   Разнесшийся, по всему замку под самое утро шум, разбудил не только Коперрульфа, но и пожилую домоправительницу. Не смотря на свои семьдесят пять лет, тётушка Анна была легка на подъём, и редко когда предавалась старческому брюзжанию. Поэтому она и сейчас вскочила с кровати без раздумий, быстро оделась и, прихватив с собой газовый фонарь, устремилась к источнику шума. Благо последний вроде как находился недалеко: в районе комнаты нового обитателя. Именно оттуда и раздался грохот упавшего на пол таза и перекрыл этим чьи-то попытки ходить по коридору тихо, чуть ли не на цыпочках.
   Первым заметил застывшую в дверях Анну, хозяин замка. И мотнул с прискорбием головой:
   - Разбудили таки?! Всё в порядке тётушка, мы тут сами управимся! Можешь спать и дальше спокойно.
   - Как же! Усну я теперь! - женщина деловито обошла ползающего на четвереньках конюха, собирающего в таз рассыпавшийся лёд, и приблизилась к кровати молодого Эль-Митолана. - А с ним что случилось?
   Хлеби лишь возмущённо фыркнул в ответ и продолжил молчаливо выбирать рукой лёд из почти пустого таза, заворачивать его в чистые тряпки и обкладывать этими свёртками тело своего ученика. Не дождавшись желаемой реакции на свой ответ, тётушка стала закатывать длинные рукава своей кофточки, всем своим видом давая понять, что без её помощи здесь ну никак не обойдутся.
   - Заморозить хочешь? Или опять, какой эксперимент затеяли?
   - "Затеяли"? Да этот самонадеянный ..., - хозяин дома оборвал себя на полуслове и обратился к продолжающему собирать лёд конюху: - Леско! Хватит уже и того, что есть. Давай сюда! А сам иди, протопи, как следует парную. Через часик она нам понадобится.
   И лишь дождавшись, когда конюх вышел, дал выход своему раздражению и гневу:
   - Ты только представляешь, до чего додумался этот молокосос?! Вместо того, что бы спать без задних ног часов десять беспробудно после обряда Воспламенения крови, он решил поэкспериментировать со своим новым даром! И не с чем-то простым, а с самим "отделением сознания". Даже мне это делать сложно без определённой сосредоточенности, а уж в его обессиленном состоянии - и подавно. Но этот нахал умудрился проснуться! Затем "отделить сознание", а потом и пробиваться ко мне в подвалы! Где я как раз..., хм, ...проводил кое-какие опыты. Ко всему прочему этот самонадеянный глупец начисто проигнорировал все те преграды, которые стояли на его пути. А там ведь стояло три уровня пассивной защиты от непрошенных гостей. И этот увалень их проломил с такой инерцией, словно они были из тонкой бумаги. И только в самом низу у него силёнки таки кончились. Да и я помог отшвырнуть его сознание обратно в безрассудное тело. Вот только тело при таких перегрузках подверглось просто невероятному перегреву. И если бы не моя помощь, то к утру бы новоиспечённого Эль-Митолана не осталось бы в живых. Ты себе можешь такое представить?!
   - Конечно, могу! И даже знаю - кто был бы в этом виноват! - Анна помогала своему племяннику делать свёртки со льдом, и Кремона из-за них уже практически не было видно. - Ведь ты всегда стараешься всё сделать сам - и результат не всегда от этого положителен. Почему ты не оставил меня для присмотра за ним?
   - А что бы ты с ним сделала?
   - Не волнуйся! У меня бы он никуда своё сознание "не отделял"!
   - Но ведь такие вещи нельзя рассмотреть простым глазом....
   Диалог прервался появлением на пороге долговязой фигуры Коперрульфа:
   - Господин Эль-Митолан! Обзор местности я произвёл: никаких посторонних объектов или подозрительных передвижений не замечено.
   - Да я вроде, как и не сомневался....
   - А с парнем то что? От холода, небось, уже синий?
   - Да он пока ещё в жару находится. - Хлеби указал на капли воды уже просочившиеся сквозь матрас и падающие на пол. - Простой смертный при такой температуре тела не живёт и трёх минут. А этот...! Смотри, как его тело лёд в воду переплавляет....
   - Всю постель испортили! - тётушка Анна всплеснула своими маленькими ладошками. - А нельзя ли было его как-то более приятным методом в чувство возвращать?
   - Можно! - согласился хозяин дома. - Но зачем мне даром свои силы расходовать? А вдруг как пригодятся срочно для более важного дела? Лёд же - самое действенное средство в таком случае. И почти ничего не стоит....
   - А если он теперь простудится? - не сдавалась домоправительница.
   - Ха! Ты видела когда-нибудь простуженных Эль-Митоланов?!
   - Но ведь он только первый день как....
   - Ничего! Пусть помучается! Будет впредь думать головой, перед тем как что-либо совершать. Да ещё и без моего разрешения. Вот он сейчас остынет, потом замерзать начнёт. Затем спастись попытается из ледяного плена. Глядишь, и выползет из-под мокрых тряпок, стуча зубами.... Вот тогда-то парная ему и пригодится.
   Словно в подтверждение последних слов, из глубины ледяных свёртков послышалось недовольное мычание, и чуть ли не сразу вслед за этим приглушенный крик. Чем-то напоминающий призывы о помощи. Хлеби после этого не смог сдержать довольной улыбки и восхищённых восклицаний:
   - Ну, герой! Ну, силён! Даже не знаю: кто бы так быстро смог восстановиться! И вернуться в сознание!
   - Может надо ему помочь освободиться? - тётушка Анна проявить инициативу не посмела, но уставилась на племянника весьма строго.
   - Обойдётся! - не менее строго ответил тот. - Пусть впредь не создаёт таких ситуаций, и помогать ему не придётся. Да и спать все обитатели дома будут спокойно и сколько положено.
   - Да я и так почти не спала. - Попыталась соврать домоправительница.
   - А мне так вообще положено чаще по тревоге просыпаться! - высказался и Коперрульф. - А то скоро салом стану обрастать....
   - Это вы мне потом расскажете..., - проворчал Хлеби, сгоняя улыбку со своего лица и постепенно добавляя в голос металл. - А теперь будьте добры нас не беспокоить! У нас тут предстоит небольшой разговор по душам!
   Затем наклонился к груде свёртков и гаркнул изо всей силы:
   - Долго ты там ещё будешь отмокать?! Или тебе полную заморозку "включить"? Так это я запросто! Сейчас эти тряпки со льдом окаменеют от мороза! Но тогда детей ты уже точно не сможешь иметь!
   Коперрульфа словно ветром сдуло, а тётушка в дверях всё-таки опасливо обернулась и увидела, как из-под рассыпавшейся груды свёртков показалось трясущееся от холода тело Кремона. При всей своей любви к племяннику, она порой побаивалась вспышек его гнева и прекрасно представляла, что сейчас произойдёт. Да и парень, пусть даже по своей неопытности и незнанию, поступил явно опрометчиво. Не стоило ему так самонадеянно нарушать правила и нормы поведения молодых Эль-Митоланов. Так что новый обитатель замка заслужил хорошего нагоняя.
   Вот только предчувствия на этот раз подвели тётушку Анну. Потому как Кремон получил не просто хороший нагоняй, а немыслимый и страшный скандал. От которого казалось, трясётся весь огромный замок. Уж как Хлеби изгалялся и метал словесные молнии, уж как от топал ногами и размахивал руками, уж какими уничижительными словами он оперировал, что все остальные обитатели постарались в тот момент находиться как можно дальше от разозлённого Эль-Митолана.
   Коперрульф бегом отправился обследовать близлежащие к замку рощицы. Якобы со срочной инспекцией. Конюхи и садовник среди ночи нашли себе весьма важные занятия в самой отдалённой части конюшен. И лишь тётушка Анна с прачкой и кухаркой притаились в огромной кухне и вполголоса, нервно обсуждали, что именно приготовить на завтрак.
   Минут через десять крики немного поутихли, но стали при этом перемещаться в сторону пристроенной во дворе баньки. И услужливое воображение подсказало домоправительнице картину, в которой полуголый Кремон вприпрыжку, босиком мчится в спасительное тепло, а за ним, поддавая ученику скорости пинками, оплеухами и угрозами, рассерженной тучей несётся хозяин замка. Ещё через несколько минут крики смолкли совсем, но учитель и ученик явно остались в баньке вдвоём. И наверняка Хлеби перешёл ко второй части спектакля "Наказание". Уж он то умел обработать любое разумное существо по всем канонам психического воздействия. Но вот если первая часть под названием "Буря" уже пронеслась, а вторая "Разговор по душам" только начиналась, то о третьей новоиспечённый Эль-Митолан ещё не догадывался. А называлась третья часть весьма прозаически: "Сваловый пресс".
   Сама по себе, механическая суть процесса являлась простой и понятной. Хоть и длилась до полутора суток. В специальную, до трёх метров высоты ёмкость засыпали семена свала. На проходящий до самого низа емкости стержень с мелкой резьбой, надевали тяжелую чугунную крышку и с помощью ручного коловорота постепенно опускали пресс, чуть ли не до самого дна. И круг отжимков после этого оставался очень мал, если сравнивать с начальным состоянием семян. В трёхметровой ёмкости оставался круг жмыхов всего лишь двадцать сантиметров высоты. И считалось общеизвестным, что самое ценное и качественное масло выдавливается именно на самых последних сантиметрах опускания пресса. Уникальность отжима свалового масла заключалась ещё и в непрерывности всего процесса. Достаточно было остановить работу коловоротов хоть на один час, как сваловые семена начинали менять структуру, кристаллизоваться и в дальнейшем были годны лишь на выброску.
   В психологическом значении "Сваловый пресс" являлся весьма изощрённым процессом обучения, наказания или ломки воли любого разумного существа. И подразумевал постоянное нагнетание морального, физического и информационного давления. Вплоть до полного и безоговорочного достижения конечного результата.
   Эль-Митолан Хлеби не раз хвастался, что в своё время он лично даже умудрился разработать несколько модификаций "Свалового пресса" и впоследствии прекрасно их использовать по назначению. До сих пор он не показывал свои знания на практике в этом замке. Как-то не на ком было. Но теперь тётушка Анна отчётливо осознала: Кремон станет тем самым семенем свала, которое безжалостный и убеждённый в своей правоте учитель уже бросил под плиту своего воспитательного пресса.
   Тяжело и сочувственно вздохнув, домохозяйка ещё раз прислушалась к звукам на территории замка. "Разговор по душам" проходил совсем неслышно. Тогда Анна решительно встала и велела копошащейся у разделочного стола прислуге:
   - Идемте, красавицы, займёмся уборкой в комнате молодого Эль-Митолана. Матрас там насквозь пропитался водой, и мы лишь общими усилиями сможем его сменить. Да и бардак в помещении успели устроить отменный, а времени у нас скорей всего не так уж много. За мной!
  
   Во время завтрака все сидели за столом долгое время без единого слова. Кремон опасливо косился в сторону своего учителя и чисто машинально наворачивал все, что попадалось ему под руку. Чем вызывал поощрительные взгляды в свою сторону от тётушки Анны.
   Хлеби поглощал завтрак с размеренной сосредоточенностью. Хмуря при этом брови и очень часто фыркая носом от раздражения. Так и казалось, что он набросится на любого, кто осмелится его хотя бы побеспокоить или отвлечь от архиважных мыслей. И искромсает несчастного ножом и вилкой, которыми он орудовал с грацией и естественностью, присущей только сотрапезникам короля.
   Отставной капитан, а ныне дворецкий эль-митолановского замка вообще делал вид, что он сидит за столом в одиночестве. Фигурным ножиком тщательно и красиво намазывал масло на хлеб, затем скрупулёзно выстраивал поверх масла горку из колбасы, сыра, ветчины, тонко нарезанного солёного огурца или свежего помидора, ложки острой приправы или горчицы и аккуратно отправлял бутерброд в рот. Целиком. И пока его пережёвывал, так же неспешно сооружал новое творение бутербродного искусства.
   Сама же домоправительница лишь поочерёдно переводила взгляд с одного мужчины на другого, печально покачивала головой и неслышно вздыхала. Почти ни к чему так и не притронувшись во время завтрака. Лишь время от времени она накалывало острой палочкой очередную оливку и отправляла в рот. Их на столе стояло несколько сортов и видов приготовления, и пожилая женщина никогда себе не отказывала в удовольствии полакомиться очень редкостным в Энормии угощением. Для неё до сих пор оставалось загадкой, откуда в поместье её племянника так много солений и консервов с оливками. Ведь те произрастали лишь в далёкой Менсолонии, да по непроверенным слухам, в одной из сказочных Сорфитовых долин. Ещё в первый свой пробный приезд в Агван, Анна чуть ли не второй раз в жизни попробовала квашеные оливки и восторженно воскликнула:
   - Если здесь кормят такими деликатесами - то я наверняка соглашусь здесь жить!
   На что Хлеби тут же высказался:
   - Обещаю, тётушка, что оливки будут у тебя на столе всегда и не меньше чем пяти сортов!
   И впоследствии ни разу не обманул. Вот только откуда племяннику доставляли такое лакомство, домоправительнице так и не удалось выведать. Хоть за восемь лет от её всё замечающего взгляда в усадьбе не могло скрыться что либо. Но маслины и оливки, регулярно, словно по волшебству пополняли запасы в кладовой, хотя ни разу, ни один караван не доставил их обычным транспортным путём. А на прямые и пристрастные вопросы Хлеби отвечал со смехом:
   - Ну какая тебе разница, откуда они берутся?! Или ты забываешь кто я? Поэтому напоминаю: Эль-Митоланам подвластно всё в нашем мире.
  
   Дворецкий тоже иногда любил приложиться к заморскому лакомству. А вот Кремону они явно не понравились. Потому как пробовал он их с таким видом, словно делал большое одолжение хозяйке стола. А вот Хлеби оливки употреблял лишь совместно со спиртными напитками. Что вообще то и не вызывало у кого-либо никакого удивления. Так как на больших приёмах в королевском дворце этот деликатес подавался именно как оригинальная закуска к горячительным средствам внутреннего вливания.
  
   Лишь под конец завтрака хозяин замка что-то вспомнил и сердитым голосом обратился к своему ученику:
   - Да, кстати! Я ведь совсем забыл спросить: какие олухи тебе научили тем премудростям, которые надо штудировать лишь после Воспламенения?
   - Моими учителями были Эль-Митоланы Карик, Сонный и Витбаль.
   И ответ прозвучал с нескрываемой гордостью. Но Хлеби больше удивили имена. Он даже позволил себе лёгкую улыбку.
   - Вот это да! И Карик, и Сонный - считаются весьма сильными специалистами. Но вот как тебе удалось попасть на занятия к Витбалю?
   - В этом - полная заслуга полковника Кралси. В последние годы он добился в столице определённого для себя положения. Да и при дворе короля он имеет неплохое влияние. Уж не знаю, как он там Витбаля уговорил, но я таки удостоился чести брать у древнего Эль-Митолана уроки. - Кремон тоже что-то вспомнил и с загоревшимися глазами спросил: - А это правда, что ему двести лет?
   - Ха! Точно так же говорили, когда я сам лично у него полгода общую механику изучал. А ему уже тогда было..., - Хлеби пошевелил губами, подсчитывая что-то в уме. - Ну да, правильно! Значит, ему в этом году исполнилось триста одиннадцать лет.
   - Не может быть! - первой воскликнула тётушка, выражая всеобщее удивление.
   - Ещё как может!
   - А почему же тогда, - вступил в разговор и Коперрульф, - Поговаривают, что ему только двести?
   - Ни к чему создавать вокруг себя ненужный ажиотаж. Сам посуди, - стал пояснять Хлеби. - Все люди вокруг тебя живут намного меньше! Так зачем же вызывать в них лишнюю зависть, а потом ещё и бороться с самыми тупыми из этих завистников?
   - Но ведь Эль-Митоланы всесильны. - С пренебрежением фыркнул дворецкий. - Что для него простые людишки-идиоты?
   - Не скажи! Как раз многие Обладающие тайнами Мироздания и поплатились своими жизнями именно потому, что недооценивали окружающих их завистников. Даже старые и опытные, порой погибали в самых глупых и банальных ситуациях. А уж, сколько погибло молодых и самонадеянных! - при этих словах глаза Хлеби вновь сузились от строгости, и повернулись в сторону молодого ученика. - Так что ни в каких ситуациях и никогда не стоит забывать о бдительности и благоразумии!
   - Конечно не стоит! - согласилась домоправительница, пытаясь отвлечь внимание своего племянника. - Но мне вот что интересно: есть ли ещё кто-нибудь из Эль-Митоланов, кто старше этого самого Витбаля?
   - Не меньше десятка! - авторитетно заявил хозяин замка. - Правда в своём большинстве они проживают в глухих, отдалённых поместьях и не слишком то участвуют в общественной жизни. Но есть парочка и в столице. И самый старый среди них - это Эль-Митолан Невменяемый. Даже по приблизительным подсчётам ему около трёхсот восьмидесяти лет. Я говорю "по предварительным" по той причине, что триста сорок лет назад, во время войны с Чингалией были уничтожены или потеряны многие свидетельства о рождении. И большинство данных так и не удалось восстановить в последующее мирное время. А ведь упоминания в летописях об Эль-Митолане с таким именем проскальзывают задолго до его якобы рождения. Но тут доказать ничего нельзя: ведь возможен случай передачи имени по наследству. Поговаривают, что к исчезновению своих регистров приложил руку и сам Невменяемый, ибо с тех пор, по мемуарам тогдашних современников, он явно "помолодел". Так что я бы не удивился, если бы выяснилось, что Невменяемому гораздо больше, чем четыреста лет. Тем более что в последние несколько десятилетий, этот Эль-Митолан явно впал в старческий маразм. А его несуразные выходки прямо-таки будоражат столичную жизнь. Хотя явных обвинений в его сторону выдвинуть не могут: действует он исподтишка, не оставляя малейших следов и полностью отрицая свою вину даже перед лицом короля, который наведался к нему в замок лет десять назад.
   - Почему же остальные ваши коллеги его не приструнят? - задала вполне справедливый вопрос домоправительница.
   - По большому счёту, - улыбнулся Хлеби, - Проделки Невменяемого нам особо и не мешают. Если, конечно, ещё удастся доказать его вину. Потому как поймать такого опытного шутника - дело весьма непростое. И ещё неизвестно чем может ответить наш патриарх на попытки ему помешать. В его многовековом арсенале столько всяких сюрпризов, что осторожность даже просто в его присутствии надо утраивать. Но для этого надо обучиться самодисциплине, умению следить за окружающим пространством и правильной самооценке своих возможностей!
   Заметив, что племянник опять стал заводиться и метать гневные взгляды в сторону своего ученика, тётушка Анна опять попыталась перевести разговор на другое:
   - Между прочим, когда ты собираешься отправлять людей за покупками? У меня уже готовы два больших списка с самым необходимым. И для Лиода и для Плады. Тем более что наши потребности теперь существенно увеличились.
   - Знаю я твои списки: они у тебя всегда безразмерные. Даже после прибытия караванов. Но дело в том, что мне самому необходимо очень много новых веществ не только из Лиода, но и из столицы. Так что приготовьте окончательные списки через неделю. А нам пора! - после этих слов хозяин замка встал, поблагодарил за трапезу и обратился к своему ученику:
   - Ну что ж, господин Кремон! Планировал устроить этот день выходным, для надлежащего отдыха после Воспламенения. Но раз вы полны сил и энергии - то приступим к вашему дальнейшему усовершенствованию. Прямо сейчас. Следуйте за мной!
   И оба Эль-Митолана отправились в сторону подвальных лабораторий. Коперрульф тоже сразу покинул главный зал и поспешил на конюшню: каждый день ожидалось очередное пополнение лошадиного поголовья. А тётушка Анна дав распоряжение убирать со стола, засеменила в свою комнату.
   Усевшись в удобное и мягкое кресло за небольшим письменным столом, домоправительница вначале достала толстую тетрадь и записала прошедшие вчера и сегодня ночью события. Дневник она вела с разрешения своего племянника и делала это больше для того, что бы не забывать, что и когда происходило. Так как в последние годы стала опасаться за свою превосходную память. Затем достала два толстых гроссбуха и углубилась в их изучение. Время от времени записывая отдельные наименования на отдельном листке.
   К заказу новых товаров тётушка Анна относилась со всей ответственностью и большим душевным трепетом. Лишь само представление женщиной тех магазинов, в которых будут покупаться заказанные её товары, приводило в восторг и вызывало ностальгическое умиление. Не то что бы она прожила все восемь лет в замке безвыездно. Раз в год она лично посещала столицу. И пару раз в году руководила караваном, закупающим предметы первой необходимости в Лиоде. Да и в предстоящую поездку она тоже собиралась посетить Пладу. Вот только обстоятельства изменились. Новый обитатель замка явно нуждался в её опеке. Да и племянника по этому же поводу не помешает иногда отвлечь или просто успокоить. Хотя он то, как раз всегда умеет себя сдержать в руках. А если и сердится, то только потому, что так положено в данный момент.
   Анна улыбнулась, вспомнив ночной скандал. Ведь явно племянничек работал на публику. И пытался дать урок строгости несмышлёному парню. А перед этим, пока Кремон был без сознания, просто восхищался силой и умением своего ученика. Но теперь он ему спуску не даст. Вплоть до того гонять будет, что его как наставника ненавидеть станут. Но своего добьётся. Вот только парня жаль. Он ведь и так старательный, сообразительный, уважительный, воспитанный. Зачем же над ним ещё и "Сваловый пресс" устанавливать?
   Домоправительница опять стала перелистывать гроссбух и наткнулась на графу "платья". И саркастически хмыкнула. Ну зачем они ей? С собой привезла ворох, да ещё и после умудрилась прикупить чуть ли не два десятка роскошных и праздничных нарядов. В комплекте со всеми аксессуарами и обувью. Не смогла удержаться, когда их увидела в магазинах и без раздумий тратила все те деньги, которые Хлеби выделял на карманные расходы. А когда их одевать? И по какому случаю? На праздники к ним никто не приезжал, за редким исключением. В посёлок на местные увеселения они ходили поначалу довольно часто, но там себя тётушка чувствовала явно не в своей тарелке. Да и не смотрелись её шикарные наряды среди простого местного убранства. Потому и перестала домоправительница посещать праздники Агвана. Ну, разве что, скрашивала своим присутствием самые важные. Два, максимум три раза в год. Так и висят невостребованные платья в огромных и полупустых шкафах. И отдать их некому.... Не хочет племянник обзавестись хоть одной мало-мальски приличной любовницей. А ведь в их кругу считается вполне нормальным иметь в доме две, а то и три девушки обслуживающих по ночам хозяина в холостяцкой постели. Причём это не считалось зазорным и при существующей жене. Хотя женились Эль-Митоланы лишь в самых крайних случаях. При всём своём могуществе они не могли омолодить простых смертных, а лишь увеличить продолжительность жизни на десять, двадцать лет. Поэтому доживать молодому и полному сил мужчине со старой и дряхлеющей женой, никому не хотелось. А жениться на себе подобной считалось немыслимой роскошью по двум причинам.
   Первая: женщин Эль-Митоланов рождалось в десять раз меньше, чем мужчин. И вторая причина: вряд ли какая супружеская пара выдержит совместное проживание два, а то три века подряд. Разводы, конечно, разрешались и среди Владеющих тайнами Мироздания, но обставлялись такой массой условий, обязательств и запретов, что намного проще было не жениться официально, а беззаботно прожить какое-то время гражданским браком. А потом так же полюбовно разойтись.
   По подозрениям самой тётушки Анны, и по отголоскам тех сплетен, которые в своё время дошли до неё ещё в столице, Хлеби как раз и пострадал из-за очень тесных и пылких отношений с простой девушкой. Хоть та и была со знатного рода. Поговаривали, что он прожил несколько лет с женщиной, которую он просто обожествлял. Но, ко всему прочему, она оказалась на несколько лет его старше. И как только почувствовала у себя первые признаки старения, сразу и навсегда оттолкнула от себя молодого и пылкого Эль-Митолана. Возможно именно после этого Хлеби утратил явный интерес к женщинам. И скорей всего именно поэтому он выбрал это уединённое место для своего последующего проживания
   Может, пройдёт немного времени и Хлеби всё-таки найдёт себе подругу жизни? Ведь живут же некоторые Эль-Митоланы в своих замках в окружении стареющих сыновей и внуков и нисколько этим не огорчаются. Зато время у них проходит весело, радостно и в полной семейной гармонии. Да и среди потомства возможность стать таким же, как мать или отец примерно в три раза выше, чем среди обычных людей. И во всех королевствах, царствах, баронствах и княжествах правители пускаются на любые тяжкие, лишь бы их Эль-Митоланы не вели холостяцкий образ жизни.
   Стареющая женщина в который раз за сегодня тяжко вздохнула и закрыла объёмистые гроссбухи. Если от неё хоть что-то зависело, она бы давно наполнила замок десятком симпатичных и мающихся бездельем девушек. Уж на какую-нибудь молодую красавицу, племянник, обязательно бы польстился. Но он даже невинные намёки на эту тему слушать не хочет. И что только Анна на пару с Коперрульфом не затевали. То вдруг неожиданно собирались приехать с визитом любимые племянницы. То старые подруги решили обязательно приехать в гости со своими молодыми дочерьми, племянницами, внучками или просто соседками. То вдруг проездом ("Очень странно! Откуда и куда они проезжают?!" - восклицал при этом удивлённый хозяин замка) в Агване появлялись далёкие родственники и просто мечтали свидеться с отставным капитаном.
   Во всех случаях Ель-Митолан Агвана отменял их визиты. А если бывало поздно, то арендовал для них гостиницу при трактире и отпускал своих домочадцев в посёлок на любое продолжительное время. Общайтесь мол, и угощайтесь там сколько хотите! Но в замке меня беспокоить не смейте! А потом ещё и добавлял грозно:
   - Ни одна женщина, кроме тебя тётушка и выбранной мною прислуги, не переступить порог моего замка.
   - А если к тебе заявится весь королевский двор? - приводила последний аргумент стареющая домоправительница.
   - Только в этом случае! - соглашался Хлеби.
   Но подобной чести и радости для замка вряд ли можно было дождаться. Анна прекрасно понимала, что в такую глушь король со своей свитой не попрётся ни за какие сокровища мира. Да и не известно ещё было, как он относится к её обожаемому племяннику. А вдруг и вправду отправил в длительное изгнание? Или питает ненависть к своему старому соратнику и вроде даже как другу. Ведь поговаривали, что Хлеби был очень близок к королю. И считался даже чем-то вроде советника. А вот, поди ж ты! Оказался теперь в такой дали, и в полном одиночестве. И как же его на путь истинный подтолкнуть? Хоть бы в посёлке себе кого-нибудь выбрал. Девушки там почти все как на подбор. Даже прежний Эль-Митолан не гнушался Агванских красавиц пригревать на своей кровати. Может, стоит ещё раз самой наведаться в ближайший праздник на центральную площадь Агвана? И присмотреться как можно тщательней? Авось и найдётся несколько особых жемчужин, способных ослепить упрямого племянника. А потом постараться протолкнуть идею о создании ещё двух рабочих мест в замке. Хлеби сам всегда за такое трудоустройство ратует. Глядишь, что и получится.... Как бы там ни было, а попробовать надо!
   После таких, далеко идущих размышлений, тётушка Анна решительно встала и поспешила на кухню с весьма завидной для её возраста скоростью. Позволить себе хоть на минуту опоздать с подачей обеда - она и помыслить не могла.
  
  

НЕВЫНОСИМАЯ НЕДЕЛЯ

   Говорят, что нельзя изжарить яичницу, не разбив при этом яиц. Но ведь яичница может опять таки не получиться и в другом случае, если яйца разбивать с чрезмерным усердием. А то и вообще размазывая со скорлупой по сковородке. От такого блюда не откажется разве что человек, умирающий с голода.
   Но Эль-Митолана Хлеби такие тонкости кулинарии, похоже, не волновали. Он твёрдо вознамерился создать из своего ученика продукт высшего академического искусства. Даже если после создания этот продукт окажется не жизнедеятелен и его придётся заспиртовать, а впоследствии хранить в стеклянной банке. Практически целую неделю Кремон провёл в изнурительных, а порой и весьма болезненных занятиях. Причём круглосуточно. Почти. Ибо спать ему давали лишь по три часа в первые три дня, и по два часа в последующие. В итоге молодой Эль-Митолан стал покачиваться на ходу и не вписываться порой в коридорные повороты. Под глазами у него появились чёрные круги, щёки впали, несмотря даже на резко усилившееся питание. А сами глаза, вернее белки, покрылись густой сетью красных капилляров. Свидетельствующих о непомерном напряжении последних дней. А если вспомнить ещё и о полностью выгоревших волосах на голове, бровях и ресницах, то можно представить с каким содроганием сердобольная тётушка Анна каждый раз встречала нового обитателя замка за столом. Между прочим, волосы у Кремона выгорели не после единичного несчастного случая, а в результате нескольких опасных экспериментов, а впоследствии - и их частом повторении.
   Чему только не учил своего ученика знаменитый Эль-Митолан Хлеби. Причём учил сразу в нескольких направлениях. Совмещая порой практическое занятие с физическими нагрузками и подачей теоретических знаний. Ведь многие секреты среди Эль-Митоланов передавались лишь из уст в уста. Или хранились в тщательно зашифрованном виде, в таких секретных и труднодоступных местах, куда, порой, и сам хозяин не всегда мог добраться. По крайней мере - сразу. Поэтому иметь хорошую память, для колдуна являлось основополагающим и очень важным условием. Без которого невозможно было создать фундамент окончательного мастерства и профессионализма.
   Однажды Коперрульф стал свидетелем такой картины во дворе замка. Кремон с голым торсом приседал восемь раз, потом прыгал на каждой ноге по шесть раз, затем делал два кувырка вперёд и после всего этого начинал все упражнения по новой. И при этом ещё он создавал между своими ладонями весьма сложную, в магическом отношении, Связывающую Паутину и кидал её прицельно на стоящий за двадцать метров манекен. Мало того! Во время всех этих манипуляций своего ученика, стоящий рядом Хлеби менторским тоном зачитывал длинный перечень ингредиентов необходимый для приготовления парализующего раствора для диких животных. Умудряясь вставлять между строками перечня ещё и гневные замечания, насмешки и вопросы по пройденному материалу.
   - ...И лишь после этого аккуратно, по стенке сосуда вливаешь ранее составленный катализатор всего процесса. Если поторопишься - лишишься если не головы, то пальцев однозначно....
   - И почему ты подпрыгнул на левой ноге на один раз меньше?! Повторить!
   - ...Когда раствор окрасится ровным зелёным цветом, его необходимо продержать ровно два часа, строго при температуре девяносто градусов. И лишь после двухчасового охлаждения....
   - Опять ты попасть Паутиной не можешь?! Да тебя бы уж раз сто убили из-за твоей неуклюжести!
   - ...Можно применять раствор для работы. Но следует помнить: срок действия этого средства ограничен пятью сутками. Кстати, сколько грамм измолотого корня дерзанки жёлтой надо всыпать в катализатор?
   - Семьдесят грамм! - без запинки отвечал Кремон, вскакивая одновременно с этим на ноги и кидая разворачивающуюся Связывающую Паутину на стоящий в отдалении манекен.
   - А сколько медного купороса требуется для приготовления предварительного раствора?
   - Двести грамм! - весь мокрый от пота ученик уж прыгал на левой ноге.
   - Выше, выше подпрыгивай! Ты ведь не в классики с девочками играешь?! Через неделю придётся делать такое же упражнение над мелькающими саблями, и тогда точно без ног останешься. Теперь запоминай, как приготовить и закачать в специальную ёмкость Слепящий Газ....
  
   Обычно в таких случаях Коперрульф старался не мешать, а то и вообще не попадаться на глаза. Так как и у него за последние дни забот прибавилось сверх всякого ожидания. Мало того, что за вновь родившимися шестью жеребчиками требовался, чуть ли не ручной уход, так ещё и хозяин замка завалил его непредвиденными заданиями. Вот и сейчас Хлеби вроде бы равнодушно скользнул взглядом по долговязой фигуре своего подчинённого, и сменил задание для Кремона:
   - Теперь приседаешь четыре раза, затем кувырок назад, пять прыжков на правой ноге и восемь на левой. А паутину успевай метать после кувырка!
   И повернул голову в сторону Коперрульфа, который уже вздыхал с облегчением, почти войдя вовнутрь конюшни:
   - Господин дворецкий! Вы мне нужны!
   Дождавшись, когда отставной капитан вернётся к нему быстрым шагом, достал из кармана лёгкой куртки сложенный листок бумаги и вручил со словами:
   - Срочно передайте этот мой заказ кузнецу. Он должен сделать его к середине следующей недели.
   - Вряд ли он справится..., - пробормотал главный и единственный охранник замка, разворачивая бумагу и разглядывая чертёж. - Ведь вы его прямо завалили работой.
   - Пусть возьмёт себе временно ещё двух помощников. Оплату я им гарантирую. - Хлеби заметил, что лицо дворецкого оживилось: - Что? Узнал агрегат для сложных тренировок?
   - Конечно узнал! Это ведь "Истукон". В Высшей королевской школе тоже подобный механический тренажёр есть. Я сам когда-то на нём свою ловкость отрабатывал. Но тут у вас ещё кое-что добавлено....
   - А как же! Всё со временем совершенствуется и усложняется.
   - Но ведь "Истукон" может запросто человека покалечить. - Коперрульф оглянулся на кувыркающегося Кремона и добавил: - Особенно молодого и неопытного....
   - Зато даёт бесценный опыт и уникальную сноровку. У нас в Чальшаге, в своё время, тоже стоял простенький прообраз такого тренажёра. Ты бы знал, как он нам пригодился! Как говорится в старой поговорке пограничников: Тяжело - с "Истуконом", зато справишься с драконом!
   - Не вижу смысла спорить с жизненной правдой. Но у нас в полку к "Истукону" подпускали только мастеров моего уровня. Не ниже.
   - Вот ты этим и займёшься. С первого дня следующей недели. По четыре часа ежедневно будешь учить нашего молодого Эль-Митолана отбиваться от механического чудовища. А к концу третьей недели он будет обязан за десять минут вывести "Истукон" из строя.
   В ответ Коперрульф скорбно возвёл свой взгляд на небо, а потом с большим сомнением перевёл его на подрыгивающего Кремона. Тот уже совершенно мокрый от пота, как раз пытался сбросить со своих пальцев прилипшую и запутавшуюся Паутину.
   - Забыл про дыхание?! - со всей силой и неожиданностью крикнул старший Эль-Митолан. - Лишь твоё дыхание легко и быстро разрушит тобой же созданную Паутину! Дыши, дыши! Не бойся! К твоим губам она не прилипнет! ...А если и прилипнет, то так тебе и надо! Впредь будешь знать, что на пальцы её наматывать не стоит. И бросать сразу же, как внутри заискрится синий огонёк. В каком бы положении ты в то время не находился. Понял?
   - Конечно..., учитель! - подтвердил запыхавшийся Кремон.
   - Ничего, - обратился Хлеби в Коперрульфу. - У него есть упорство. Значит - справится. Езжай к кузнецу.
   И через несколько минут из ворот конюшни, набирая скорость, вынеслась Полночь, увозя на себе привставшего на стременах дворецкого. Кремон с завистью, краем глаза, проводил пронесшуюся с седоком лошадь, и вновь стал прислушиваться к мерному голосу своего учителя. Попробуй тут хоть одно слово пропустить или не запомнить!
   - Итак! В первую очередь необходимо создать саму ёмкость. Для этого, мы сначала берём....
  
   Нельзя сказать, что сам хозяин замка не отдыхал, или не отвлекался по своим делам. Но, отлучаясь от непосредственного наставничества, он давал своему ученику такой перечень заданий, упражнений, а порой и загадок, что тому только оставалось сжимать крепче зубы от злости и безысходности. И сразу же приступать к выполнению. А через несколько дней и злость сменилась лишь тупым отчаянием и продолжающим кипеть в крови упорством. Ко всему прочему голова стала раздуваться от вливающейся в неё информации. Вернее так казалось, ибо, сколько Кремон не присматривался в зеркале к своему отражению, но впирающих через уши мозгов, так и не смог заметить. Вот только голова всё-таки "распухала". Медленно, но уверенно. Но плакаться Кремон и не думал. Дав себе мысленно клятву вынести все трудности первого месяца обучения, чего бы это ему не стоило.
   Парень, конечно, слышал о таких методах муштры среди Эль-Митоланов от своих первых учителей. Но и представить себе не мог, что всё будет в такой грубой, жёсткой, а главное - невыносимой форме. Правда и рассказы эти отличались между собой. Если сравнительно молодой колдун Сонный и его престарелый коллега Витбаль рассказывали о своём курсе "молодого Эль-Митолана" со смехом, удовольствием и с некоторой долей ностальгии, то уж Карик прямо-таки краснел и впадал в бешенство при этих мысленных возвращениях в свою молодость. И вспоминал о своём учителе не иначе как с приставкой-прозвищем "Садист проклятый!" Видимо Карика гоняли примерно так же, а то и похлеще, раз он за сто пятьдесят лет так и не смог забыть, или специально стереть из своей памяти все те тяготы, выпавшие на его плечи из-за тирана-учителя.
   Кремон сделал зарубки на своей памяти, что бы потом, если представится возможность, ещё раз расспросить своих первых учителей и провести сравнительный анализ полученных знаний, умений и навыков. И уже лишь затем решить вопрос о целесообразности подобного обучения. Потому как на данный момент, он с уверенностью считал: над ним попросту издеваются и пытаются привить манеры рабского послушания. И если бы не данное наставнику слово во всём повиноваться во время обучения, парень сразу бы выказал эту свою уверенность вслух. А так чего уж делать?! Любому стыдно признаться в своём неумении, слабости и нерасторопности. А уж Кремону и подавно претили такие признания.
   Поэтому он решил, что скорей упадёт без сознания, чем хоть чем-нибудь: словом, жестом или взглядом потребует к себе поблажки. И даже потерял счёт дням. И в итоге очень сильно удивился, когда наставник однажды, поздно вечером неожиданно объявил:
   - Завтра выходной. Первая неделя обучения закончена. Пока никаких оценок, обобщений или подведений итогов делать не хочу. Да и бессмысленно это. Потому как в дальнейшем нагрузки будут удвоены, а то и утроены. Вот тогда и посмотрим, на что ты годен.
   Но Кремону было всё рано, что удвоится или утроится на следующей неделе, он чуть ли не подпрыгнул на месте от радостного ожидания выходного дня. Плечи его расправились, глаза загорелись, на губах заиграла улыбка и это не скрылось от пристального взгляда учителя:
   - М-да! - пробормотал он почти неслышно. - А энергии то у него ещё порядочно осталось....
   - Значит, я завтра могу прогуляться по окрестностям на Торнадо? - чуть ли не с детским восторгом спросил Кремон.
   - Можешь. Но: в свободное от других обязанностей время.
   Заметив полное непонимание на лице своего ученика, Хлеби с иронией ухмыльнулся и стал объяснять:
   - Жизнь Эль-Митолана самым тесным образом переплетается с судьбами людей, за которых он несёт ответственность порой всю их жизнь. Поэтому тебе необходимо уметь решать все вопросы, связанные с их повседневными заботами. Уметь вершить суд, оказать помощь, выделить и отблагодарить лучших и достойных, наказать, а перед тем найти - виновных. Помимо этого ты никогда не должен полностью изолироваться и от простых житейских радостей, которые волнуют твоих подданных. Например, завтра в посёлке - значительный праздник. И называется он "Посевной". Именно в канун этого праздника, то есть сегодня, надо замочить семена свала. А потом отпраздновать это событие. Только тогда, по местным традициям урожай свала будет весомым и обильным.
   - Да пусть себе празднуют на здоровье. - Кремон с полным равнодушием пожал плечами. - Нам то, что до этого?
   - Раз не понимаешь сейчас - то поймёшь со временем. Да ещё и найдёшь ответ на свой же вопрос самостоятельно. Считай - интеллектуальное задание на завтра ты уже получил. Так, что ещё...? Ага! Ну и утром ко мне на приём записался староста Агвана. Видимо у него ко мне некие дела. Которые мы тоже будем решать сообща. Вот. Оставшееся время можешь использовать по своему усмотрению.
   - А во сколько начинается праздник?
   - Через два часа после обеда.
   - А приём старосты?
   - В девять утра.
   На лице Кремона опять заиграла довольная улыбка. Видимо он сразу просчитал, что времени на общение со своим конём у него таки будет достаточно. Естественно: завтрак можно пропустить. Особенно если встать пораньше и соорудить себе на кухне быструю утреннюю трапезу. Да и с собой на прогулку можно любых разносолов запаковать. Да! И для Торнадо надо будет хоть чего-нибудь сладкого захватить. Вишнёвый мармелад давно кончился, но конь явно принял извинения своего нового хозяина и с непередаваемым великодушием съедал у него с рук сладкое угощение в виде других сортов подобного лакомства. Благо закрома тётушки Анны казались просто неиссякаемыми.
   Как бы ни был Кремон уставшим в эти дни, но обязательно наведывался к Торнадо перед сном хоть на несколько минут. И общение их было просто умильно дружеским. Даже Хлеби, наслушавшись удивлённых комментариев своего дворецкого, как-то раз подслушал и подсмотрел общение Торнадо со своим молодым хозяином. И подсматривал он не при помощи личного своего присутствия, а при помощи "отделённого сознания". Решил так сказать прогуляться, не выходя за двери своего кабинета. Но при этом получился один непонятный казус, который поверг опытного Эль-Митолана в глубокие раздумья. К его сожалению, Кремон находился возле своего коня слишком мало времени и проверить странную догадку, так и не удалось, но Хлеби решил обязательно вернуться к этому моменту и провести соответствующий эксперимент. Но чуть позже. Когда общеобразовательный процесс войдёт в более спокойное русло. И когда появится свободное время у его ученика.
   Но как бы там ни было, неожиданное для всех взаимопонимание строптивого и совершенно скандального по характеру коня с молодым Эль-Митоланом, явилось приятным сюрпризом. Сам же Кремон только и мечтал о том дне, когда он сможет насладиться полным общением с вороным красавцем. И дальняя прогулка для этого годилась как нельзя более кстати. Если же и беседа со старостой не займёт много времени, то и до обеда можно будет посвятить всё время для общения и укреплению дружбы с конём.
   Поэтому парень, хоть и как не был уставший, всё-таки не поленился и сходил в конюшню. Наткнувшись там на бодрствующего конюха, попросил что бы тот разбудил его в пять часов утра в самом обязательном порядке. Можно было не сомневаться и в собственном будильнике, но уж слишком велики были опасения проспать и хоть на час сократить ожидаемую прогулку. Подстраховаться в таком случае никогда не помешает. Затем минуты три просто постоял в стойле рядом с Торнадо, обнимая его за шею и что-то нашёптывая в подрагивающее от удовольствия ухо. Видимо вороной красавец тоже явно застоялся в конюшне. Ведь в последнее время из-за молодого пополнения, конюхи успевали выгулять всех коней не больше чем по часу. А выпускать буйного и недисциплинированного Торнадо в одиночку на территорию выездки - перестали давным-давно. Непредсказуемость и игривое коварство в поведении, прочно закрепилась за прекрасным животным.
   Когда довольный Кремон вприпрыжку помчался в свою комнату мыться и ложиться спать, во внутреннем дворе, почти в полном ночном мраке, встретились две фигуры: мощная и уверенная - хозяина замка и мальчиковая - его вечно всем обеспокоенной тётушки Анны.
   - Надо же! - воскликнул Хлеби. - А ты, почему не спишь?
   - Да вот, хотела твоего ученика тёплыми пирожками угостить. Так ведь его уже и след простыл.
   - Да, шустрый парень! Имеет все шансы стать великим колдуном. Если только..., хм, самонадеянность свою сумеет искоренить.
   - Ну да! Как же ему без уверенности в собственных силах и знаниях великим стать? Ты себя представь в таком положении.
   - Сравнила! Я ведь не стремился с его возраста окончить свою жизнь в борьбе с драконами. А долго и последовательно наращивал своё мастерство, что бы ни один из драконов не смог меня одолеть.
   - Вот именно! Долго! А зачем же ты бедного парня так гоняешь? Вон сегодня он даже поужинать толком не успел! - тихим шёпотом стала возмущаться домоправительница.
   - Да потому и гоняю, что с его способностями он может выдержать и более сильные нагрузки. И только в этом случае сможет стать действительно великим Эль-Митоланом.
   - Смотри, как бы он не надорвался....
   - Ха! - чуть не засмеялся Хлеби. - Да быстрей я выдыхаюсь от такого интенсивного наставничества. И на данный день я очень жалею, что нет поблизости ещё одного, а то и двух Эль-Митоланов. Вот тогда мы бы действительно задали этому Кремону нужное ускорение! Вот тогда бы он по настоящему почувствовал, что такое полный курс молодого колдуна!
   - А как же твои таинственные друзья? - напомнила тётушка Анна. - Попроси ты их о помощи.
   - На эту тему мы уже не раз разговаривали: не могут они появляться здесь официально. Только тайно!
   - Ну хоть бы со мной их познакомил!
   - Тётушка! Да ты понимаешь что такое "тайно"?
   - Конечно! Я бы никому о них не рассказывала. И при встрече делала бы вид, что мы незнакомы. Или ты мне не доверяешь?
   - Ой! Попробовал бы я тебе не доверять! Но если я дал слово, то буду его держать до конца. Даже если ты на меня обидишься и перестанешь готовить мои любимые блинчики.
   - Ну, до такой степени я никогда в жизни не обижусь. Просто мне стыдно, что сама лично не могу поухаживать за твоими гостями и коллегами, не могу толком накрыть вам стол и лично поинтересоваться, что им больше всего нравится.
   - Они с непередаваемым удовольствием поглощают все те блюда, что ты готовишь! - стал заверять племянник, озабоченную женщину. - В последнее своё посещение они прямо таки объелись колбасками, приготовленными по твоему личному рецепту. А уж салаты они не погнушались даже забрать с собой в герметичной стеклянной таре.
   - Да? Приятно слышать. А то я удивилась страшно, когда под утро увидела пустые салатницы. Даже нехорошие мысли появились....
   - Вот такое подумать - вообще кощунство!
   - Но это же только мысли. Кстати, что вы завтра собираетесь делать?
   - Отдыхаем. По мере, конечно, возможностей. У меня с самого утра один опыт запланирован. А Кремон собрался прокататься по округе на своём взбалмошном Торнадо.
   - А завтрак?! - всплеснула ладошками домоправительница.
   - Вряд ли будем присутствовать. А вот по поводу обеда я тебе, возможно, дам отдельные указания. Завтра.
   - Так выходит, парень с утра голодным по округе разъезжать будет?
   - Такой не пропадёт: сам себе что-нибудь на кухне отыщет в дорогу. А если и поголодает - не страшно.
   - Как это не страшно?! Там же у меня ничего нет! - забеспокоилась тётушка Анна. - Достану ка я паштеты, ветчину и вяленое мясо....
   И так, бормоча себе что-то под нос, спешно отправилась в сторону кухни. Даже с племянником не попрощавшись. А тот лишь хмыкнул да успел крикнуть ей вслед:
   - Спокойной ночи, тётя!
   Но в ответ до него донеслось лишь неразборчивое, но явно озабоченное восклицание.
  
  
  

ВЫХОДНОЙ

   Лишь только пальцы конюха осторожно постучались в окно комнаты, как Кремон тут же отозвался:
   - Спасибо! Я уже не сплю!
   И словно метеор вылетел из кровати. Тело, конечно, немного постанывало в местах, которым досталось наибольшее количество нагрузки, но эта боль была быстро проходящая, и не доставляла неприятных ощущений. Наоборот хотелось прогнать её интенсивной разминкой. Которую молодой Эль-Митолан и сделал в бешеном темпе за пять минут. Затем торопливо ополоснулся под душем, растёр себя до красноты огромным полотенцем и оделся в соответствующую предстоящей прогулке одежду.
   И лишь после этого, держа сапоги для верховой езды в руках, на цыпочках понёсся на кухню. Каково же было его удивление, когда он увидел, что стол для прислуги сервирован и накрыт для одного человека. А вынырнувшая из комнаты-пекарни домоправительница несла на подносе несколько тарелок с несколькими сортами горячих колбасок. От их дурманящего запаха, рот Кремона моментально наполнился слюной и ему пришлось порядочно сглотнуть, перед тем как поздороваться:
   - Доброе утро! А вас кто посмел разбудить?
   - И тебе доброе утро! Присаживайся скорей к столу и ешь пока всё ещё горячее. А будить меня никогда и не надо, И так бессонница одолела. А тут выглянула в окно, - стала на ходу сочинять тётушка Анна, - И вижу: Дани по двору ходит да на часы поглядывает. Сразу догадалась, что вставать рано кому-то приспичило. Вот я и завтрак за пять минут приготовила....
   - Да тут...! - Кремон обвёл взглядом стол, прекрасно осознавая, что лишь пятью минутами здесь не обошлось. Но есть действительно хотелось зверски, и он без новых вопросов набросился на обильные яства, запивая всё это горячим, настоянным на травах чаем. Причем, не соблюдая положенной за завтраком последовательности. Творог и сметана чередовались с горячими колбасками. Малиновый пудинг заедался копчёной ветчиной. А морковка, тёртая с чесноком, прекрасно сочеталась с наполненными повидлом блинчиками.
   Домоправительница любовалась отменным аппетитом молодого человека и подливала ему то чай, в огромную кружку, то сметаны, в изящную пиалу, размерами поменьше. Лишь иногда незаметно вздыхая, да покачивая с сочувствием головой. Ведь последняя неделя если не истощила внутренние резервы Кремона чрезмерными нагрузками, то уж точно заставила все органы работать с наивысшей отдачей. А для этого требовалось возмещать очень много потраченной энергии. И в последнее время парень съедал гораздо больше, чем его наставник, дворецкий, да и, пожалуй, оба конюха все вместе взятые. И при этом даже не замечал своей необычной ненасытности, привыкнув в последние дни есть быстро, и всё что попадает на стол в пределах досягаемости руки. Ведь порой Хлеби не церемонился и выгонял ученика из-за стола на очередные учения полуголодным. А может, он делал это и специально: ведь не все тренировки надо проводить на полный желудок.
   Но сейчас Кремон сам остановил себя. Почувствовав, что дышать становится всё тяжелей и тяжелей. И ощутив на лбу выступившую испарину. Несколько раз вздохнув полной грудью, молодой Эль-Митолан встал и решительной произнёс:
   - Всё! Хватит! А то на коня влезть не смогу без лестницы! Спасибо огромное!
   - На здоровье, дорогой. А вот здесь я тебе кое-что с собой собрала....
   И с этими словами тётушка Анна водрузила на край стола битком набитую заплечную сумку. Кремон недоумённо сморгнул и попытался неудачно пошутить:
   - Но я ведь не в Пладу собрался....
   И получил в ответ строгое наставление:
   - Если что-то останется, привезёшь назад. Не вздумай потерять! Вот тебе ещё коробка мармелада, для твоей чёрной бестии. Через неделю будешь иметь и вишнёвый....
   - Спасибо, но может не стоит так .....
   - Не стоит терять свободное время, - перебила его Тётушка Анна. - И тратить его на напрасные споры.
   От нахлынувшего не него чувства благодарности, Кремон неожиданно даже для самого себя наклонился к домоправительнице и поцеловал её в сухую щёку. Затем подхватил сумку с продуктами и бегом покинул кухню. Не замечая, как тётушка Анна поспешно вытирает навернувшиеся на свои глаза слёзы.
  
   Торнадо уже был оседлан расторопным конюхом и нетерпеливо гарцевал в своём стойле. Кремону только что и осталось, как приторочить к седлу сумку с провизией, угостить нового друга горстью мармелада, да и пуститься в путь.
   Маршрут он выбрал для утренней прогулки без сомнений: только по южной дороге. По нескольким причинам. Он там ещё не был. Потом там наверняка не будут путаться под ногами жители посёлка. И ещё потому, что там располагался лес. Старый, большой и с самыми разными, по рассказам Коперрульфа, деревьями. Как по высоте и толщине, так и по видам и породам. Он же и предупреждал, что порой ветви деревьев так смыкаются над дорогой, что ехать приходится даже в середине дня почти в полных сумерках.
   Но такие россказни не пугали. Ведь лес молодой Эль-Митолан просто обожал и в любом из них чувствовал себя как дома. Тем более на полный желудок. Да ещё с недельным запасом продуктом за спиной.
   Вначале они ехали неспешным аллюром. Любуясь восходящим солнцем, и распугивая с дороги мелких грызунов, птичек и один раз неспешного ёжика. Но лишь только высокие холмы остались позади, а дорога стала плавными изгибами теряться порой среди особо густых древесных зарослей, Торнадо словно почувствовал желание всадника и пустился в галоп. Причём развил такую скорость, что у Кремона от сладостного томления и удовольствия сразу захватило дух. А когда он слегка отдышался, то стал от восторга вопить на весь лес что-то несуразное и ничего не значащее.
   И конь тут же ответил ему радостным и громким ржанием. Даже казалось, что животное тоже блаженствует в этой дикой и стремительной скачке. Деревья проносились мимо с такой скоростью, что сливались в одну сплошную стену. А уж рассмотреть возраст или породу, было вообще бесплодным занятием.
   Но, тем не менее, среди мелькающих зёлёных пятен листвы и перемежающих их желтых всполохов света, Кремон отчётливо увидел белое лицо человека с удивлённо вытаращенными глазами.
   Пока он соображал что делать, конь прогалопировал добрых сто метров, по изгибающейся резкой дугой дороге. А ведь ещё бы пришлось потратить время на торможение, полную остановку и возвращение назад. Поэтому возбуждённый наездник опять попустил натянувшиеся было поводья и отогнал нехорошие предчувствия здравым рассуждением:
   "Почему бы людям из посёлка не быть в это время в лесу? Ведь в случае появления чужих личностей, пограничный периметр сработал бы и подал сигнал тревоги. И это вполне естественно, что человек испугался и бросился под спасение деревьев. Ведь при такой скорости мы бы его растоптали в пыль".
   И успокоенный Кремон, вновь подогнал неутомимого Торнадо залихватским свистом.

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

   Не прошло и десяти минут с того момента, как замок остался позади, а не знающий усталости Торнадо уже промчался мимо первого маяка охранного полукруга. Кремон только проводил его внимательным взглядом и вновь стал смотреть на дорогу перед собой. Но темп движения всё-таки сбавил. А потом постепенно перевёл коня на прогулочный шаг. Хотя вороной и всхрапывал от неудовольствия, и даже позволил себе несколько раз требовательно заржать. Но куда спешить? Так ведь и ничего по сторонам заметить не удаётся. К тому же молодой Эль-Митолан решил сразу показать, что не собирается потакать капризам коня или его желаниям поиграться тогда, когда он этого не желает.
   Лес тянулся по сторонам дороги действительно величественный. И на первый взгляд казался даже ухоженным. Скорей всего потому, что жители Агвана постоянно очищали чащу от молодой поросли, вырубали больные и убирали старые деревья. Используя всё это по своему непосредственному назначению. Кое-где в стороны отходили узкие просеки, по которым явно вывозили стволы с внутренних вырубок. Сама основная дорога содержалась в образцовом порядке: почти ровная, лишь с необходимыми в стороны скатами. И вдоль каждой обочины тянулись вполне глубокие канавы с отводами. Так что во время даже самых проливных и затяжных дождей, этой транспортной артерией можно было пользоваться без затруднений.
   К маяку на десятом километре, добирались ещё полчаса. Как обслуживать маяки или даже просто осмотреть всё ли у них в порядке, строгий наставник научить не успел. Но Кремон, тем не менее, тщательно осмотрел трёхметровый каменный столб со всех сторон, и даже встав ногами на седло, заглянул на верхушку. Где ничего кроме мелкого мусора и птичьего помёта не обнаружил. Зато, повернувшись при этом чуть вправо, он за пределами периметра увидел между деревьями пустое пространство. А когда вынесся туда на всём скаку, то попал на огромный заливной луг, в котором трава доходила взрослому человеку по пояс. Но не везде: местами трава была скошена и сохла под восходящим солнцем ровными стежками. А в нескольких местах стояли аккуратные островерхие копны готового сена. И лишь в самом дальнем конце луга, из-за десятка разросшихся фруктовых деревьев виднелась черепичная крыша одинокого, хоть и весьма солидных размеров домика.
   По краю поляны к хутору вела вполне хорошо укатанная дорога, но Кремон решил проехать напрямик и погнал Торнадо по высокой траве неспешным аллюром. Уж слишком ему интересно стало: кто же тут живёт? Или сюда собираются косцы и заготовители сена только в межсезонье? А может и сейчас никого нет дома? Да нет: вон из печной трубы тонкой струйкой вьётся белый дымок, сразу растворяясь среди верхушек вековых деревьев. Лес подступал сзади к дому сплошной стеной. Но на коротком пространстве всё-таки был возведён мощный частокол из брёвен, высотой метра два с половиной. Со стороны луга находились широкие ворота, которые сейчас были распахнуты, и взору сразу открывалось внутреннее убранство очень маленького двора. В котором только что и наличествовали: как колодец, укрытый прочным навесом, да длинные поленицы дров вдоль всего частокола с внутренней стороны.
   То есть сразу бросалось в глаза: никаких излишеств, а уж тем более, подсобного хозяйства, могущего привлечь к себе изголодавшихся кочевников боларов. А если уж те и прилетят, пусть даже целой стаей, и за ночь займут собой всё пространство двора, то при дневном свете справиться с ними будет совсем не сложно. А за одну ночь болары такое прочное здание не проломят.
   Конь с седоком влетел во двор так стремительно, что Кремон успел заметить отпрянувшие от окон человеческие лица. Лихо остановившись, он ловко спрыгнул с седла и подвёл своего вороного к колодцу. Ведра на коловороте не было, да и в воде они пока не нуждались. Поэтому Эль-Митолан достал из седельной сумки кусок ткани и принялся тщательно вытирать спину своего вороного красавца. Изредка посматривая на плотно закрытую дверь, которую явно не спешили открывать. Торнадо ответил на заботу о себе довольным и частым ржанием, а уж когда его новый хозяин накрыл его спину красивой попоной и угостил целой горстью сладкого мармелада, вообще стал показывать своим поведением, что и не подумает отойти ни на шаг. Так и крутился вокруг, норовя водрузить свою огромную голову на плечо человека.
   Кремон же немного подождал для приличия, а потом всё-таки подошёл и постучал рукояткой нагайки по идеально подогнанным доскам двери:
   - Хозяин! Почему гостей не встречаешь?!
   Моментально изнутри послышался напряжённый голос:
   - Извините господин, но мы вас не знаем....
   - Я Эль-Митолан Кремон! Нахожусь в учениках у вашего протектора Хлеби Избавляющего. Или вы и о нём не знаете?
   - Как вы такое могли подумать о нашем покровителе? - раздалось одновременно с шумом отодвигаемого засова. - Да о и вас мы слышали, только никак увидеть здесь не ожидали....
   С последними словами на порог вышел худощавый и поджарый мужчина. Из-за его спины с любопытством выглядывала круглолицая девушка лет восемнадцати. Даже в полумраке прихожей она выглядела довольно привлекательно. Но на свет пока полностью не выходила. На мужчине были высокие сапоги, заправленные в них плотные брюки и кожаная безрукавка на голое тело. Жилистые руки возлежали на широком поясе, к которому были приторочены ножны с длинным и узким обоюдоострым мечом, более смахивающим на рапиру. Чаще всего в народе и среди воинов называемый хостом. Но в умелых руках это оружие было очень опасно как для обнаглевшего болара, так и для любого другого противника.
   Человек сделал шаг от двери, здороваясь кивком головы, и представился:
   - Я Гнат Паласий! У нас всех в роду так старших сыновей называли. И луг наш Паласиевым зовётся. Так возле него и кормимся веками. - Услышав за спиной нетерпеливое покашливание, он не сдержался и сердито нахмурил брови. Но всё-таки чуть посторонился и пробормотал: - А это дочь моя, Лирна....
   Девушка шагнула на свет и без всякого стеснения поздоровалась кивком головы. Не отрывая от гостя такого пристального и откровенно восхищённого взгляда, что Кремон внутренне даже чуть смутился. Поэтому он сразу обратился с просьбой:
   - Нельзя ли водички, коня напоить?
   Пока Гнат Паласий открывал рот для ответа, его дочь уже скрылась в доме и через мгновение вылетела оттуда с пустым ведром. Словно вихрь пронеслась рядом с мужчинами и лишь возле колодца обернулась и улыбнулась светлой и радостной улыбкой. Слыша, как хозяин хутора прерывисто сопит носом, Кремон обернулся к нему и спросил, как ни в чём не бывало:
   - Только сами здесь и живёте?
   - Сейчас да..., - лицу мужчины омрачило давнее переживание. - Жена моя восемь лет как в лесу сгинула....
   - Вот как....
   - Но только недавно старший сын с молодой невесткой в посёлок перебрались, - лицо Гната подобрело моментально и заиграло радостной улыбкой. - Пополнение у них ожидается: внука ждём! В Агване и мой брат, сестра живут со своими семьями. А работать, как правило, сюда собираются. Здесь недалеко ещё три луга находятся, так что забот хватает на всех. И у нас здесь порой такой шум и гам стоит....
   Девушка к этому моменту достала полное ведро воды, поставила его на землю и призывно махнула вороному красавцу. Но Торнадо словно и не заметил приглашения и смотрел только в глаза Кремону. Тогда тот сам подошёл, легко поднял ведро к своим губам и сделал несколько глотков свежей и приятной жидкости. Затем вернул ёмкость на место и полопал коня по блестящей шее:
   - Вкусная, можешь пить. Но смотри - горло не простуди! Слишком уж водичка ледяная, а ты ещё перегретый.
   Торнадо согласно мотнул головой, и лишь после этого приложился к ведру. У девушки и её отца при этом зрелище глаза округлились, а рты приоткрылись от удивления. Безмерно гордясь таким своим взаимопониманием с животным, Кремон решил заполнить возникшую паузу:
   - А болары вас не сильно беспокоят?
   - Так ведь с ними у нас никогда недоразумений не возникало! - заметив, что брови гостя удивлённо вскинулись вверх, Гнат стал объяснять: - Ведь у нас традиции и умения веками накапливались. Всё поведение этих летающих шалопаев мы давным-давно изучили. Самое главное все отходы уносить подальше в лес и там закапывать. Не держать здесь мелкую живность, ну и детей, естественно вечером на открытые пространства не выпускать. С ними надо вести себя как с прирученным волком: никогда не бояться, но всегда быть начеку.
   - Ха! Вы ещё скажете, что и болара можно приручить?
   - Конечно! А вы разве о таком не слышали?
   - Слышал кое-какие байки на эту тему, но видеть не доводилось. Потому и не верю.
   - А зря! - глаза у хозяина хутора загорелись торжеством. - По моему мнению, болары вполне умные существа и с ними можно даже налаживать контакт, знакомиться и приручать.
   Кремон после этих слов со смешком покрутил головой и повернулся к стоящей рядом девушке, как бы ища у неё поддержки:
   - Как можно приручить летающее и безмозглое дерево?
   Но Лирна резко сменила свою обольстительную улыбку на строгую, и глаза её стали иронично-злыми:
   - Можно подумать вы пробовали с ними подружиться!
   - Да какой же в этом смысл? - недоумевал Эль-Митолан. - Ведь они даже не растопку не годятся! Хоть и огня больше всего боятся.
   - Как вы можете такое говорить?! - неожиданно вскипела девушка. - Это же живые существа! А вы их на растопку предлагаете! Наоборот боларов защищать надо! Они же совсем беззащитные! И помогать им надо! А ведь этим не мы должны заниматься, а вы! Эль-Митоланы! Если вы возьмёте боларов под свою защиту, то вскорости сами поймёте: насколько они дружелюбны и добры.
   Кремон от такого напора сразу и не нашёлся что ответить. Зато Торнадо возмущённо фыркнул и шагнул между девушкой и хозяином. По интонации видимо поняв, что незнакомка стала слишком агрессивна. Но Лирна не обратила на коня и малейшего внимания. Гордо развернулась и стремительно скрылась в доме. Гнат виновато улыбался, безуспешно пытаясь скрыть гордость за дочь со своего лица:
   - Извините её за резкость, господин Эль-Митолан. Молода она ещё слишком....
   "Да уж! - подумал Кремон. - Та ещё заноза! Вот уж попадётся кому-то в жёны! Огонь, гром и молнии!" - а вслух сказал:
   - Да ведь я и сам про боларов мало знаю. Но лишь вспомню, как однажды от двух таких зелёных шариков отбивался короткими кинжалами, так сразу перестаю верить их доброте и дружбе.
   - Ну, это бывает. Это у них от одичания и от голода. Те особи, которые живут в стаях, довольно дисциплинированы и никогда на людей не нападают. Даже на детей. А вот те, которых выгнали из стаи, совсем опускаются и своим поведением снискают плохую славу своему виду.
   - Хм! Спорить не могу. Может вы и правы. Но вас послушать, так ещё доказывать начнёте, что они разумны.
   - Доказывать не возьмусь, - с каким-то нежеланием высказался Гнат. - Но такие подозрения, признаюсь, во мне есть....
   - Вы меня прямо заинтриговали! - воскликнул гость, подходя ближе к крыльцу. - Если бы вы мне предоставили хоть малейшие доказательства своей правоты, то я бы обязательно настоял на более подробном изучении этих летающих падальщиков.
   - Да запросто! Вон там..., - вспыхнувшее воодушевление Гната как-то враз угасло, после того как он указал рукой влево, и хуторянин принялся пристально всматриваться в том направлении.
   - Что-то не так? - забеспокоился и Эль-Митолан, поднимаясь на крыльцо и тоже обращая своё взор в сторону вроде бы далёкого и сплошного леса.
   - Там у нас ещё один луг, - стал объяснять хозяин хутора. - И целую ночь оттуда виднелись отблески большого костра.... А сами знаете: ходить по ночам в таких местах небезопасно мирному человеку. Значит это или припозднившиеся путники, или вообще нечто опасное. И скорей всего группа большая. В таких глухих местах надо держать ухо востро. Вам по дороге сюда никто не попадался?
   - Никакой группы людей не видел, - ответил парень, тем не менее, вспоминая о расплывчатом белом пятне среди мелькающих деревьев. - Да и чужих охранный маяк сразу бы заметил.
   - Значит, они вернулись обратно. Или....
   - Так давайте проверим! - бесшабашно воскликнул гость и направился к своему коню. - Делов то! Или боитесь?
   - Да нет, с вами не страшно! - улыбнулся Гнат и минут на пять скрылся в доме. Когда он вышел, то выглядел как королевский копейщик. Отменная кольчуга, бронированная юбка-кельт и шлём с опускающимся забралом. К вооружению он прибавил лишь длинное копьё, да три метательных дротика за спиной. Но больше всего удивила появившаяся за ним Лирна. На ней красовался дорогой и добротный костюм охотницы, усиленный панцирями на груди, плечах и лопатках. За спиной у неё висел полный колчан утяжелённых боевых стрел, а в руках изящный, потрясающей красоты лук. Да плюс ко всему на поясе висело шесть небольших метательных ножей.
   - Ого! Да вы тут не только сено косите! - не сдержал восклицания Кремон.
   - А как же! - в тон ему ответила девушка, деловито запирая дом огромным ключом и вешая его себе на шею. - В остальное время для нас тренировки с оружием - это любимое развлечение.
   Когда они заперли ворота, просто подперев большой балкой снаружи, Гнат сказал:
   - На лугу нас будет хорошо видно. Если они вас ещё раньше не заметили. Но и обходить по лесу нет смысла, далеко.
   - Согласен, держитесь за мной. - Скомандовал Эль-Митолан. - А доедем до леса, тогда рассредоточимся.
   Хоть и был риск, что конь может пострадать в первую очередь при неожиданной атаке, но глупо было бы не воспользоваться имеющимся в наличии колдуна арсеналом боевых знаний. Поэтому ещё за сто метров до кромки леса Кремон выставил перед собой защитное поле, метра три в диаметре. Маловатое, конечно, но вполне пригодное даже для отражения каменного ядра, выпущенного из средней катапульты.
   Вот только все их предосторожности оказались излишними. Когда они сошлись у огромного и давно погасшего кострища, никого поблизости не оказалось. По крайней мере, в пределах прямой видимости. А экспериментировать с "отделённым" сознанием, Кремон всё-таки не решился.
   - Давно уехали! - констатировал Гнат, внимательно присматриваясь к следам. - Ещё на рассвете. А костёр оставили догорать не загасив. Только за это им надо руки ноги поломать! Остатки пиши тоже просто так бросили.... Идиоты явные! И не пешком следовали! Три похаса.... Один гужевой и два верховых.... О! И даже лошадь у них была! Это получается как минимум четыре всадника.... И следы у них явно человеческие....
   - А кто же тут кроме людей шастать бы смог? - удивился Эль-Митолан.
   - Ха! Мой дед рассказывал, что лично однажды столкнулся с сорфитом. Тот семенил куда-то по своим делам, и на испуганного человека не обратил никакого внимания. А мой отец....
   - А мой наставник рассказывал, что сорфиты уже двести лет не переходят границу!
   - Н-да? - с сарказмом переспросил Гнат. - Конечно, он ведь тут давно живёт! Но мой отец ещё и другое видел: два раза драконы здесь появлялись. Один раз двое кружилось над лесом. А через несколько лет после того прежний Эль-Митолан ещё одного выследил в лесу и испепелил на жаркое. Но тот вроде раненый был, и летать не мог. Так его опаленное мясо даже болары есть, почему-то не хотели. Пришлось всей семьёй рыть огромную яму и закапывать эту нечисть.
   - Даже так? - Кремон с напряжением и тщательно осмотрел всё небо вокруг и заскрежетал зубами. - Пусть бы они только появились!
   - Да нет, эти твари только всегда с себе подобными летают. И с людьми им не по пути.
   - Ладно, возвращаемся! - скомандовал Эль-Митолан, после того как хуторянин с дочерью облазили все близлежащие кусты в попытках найти хоть какое-то доказательство или подозрительную улику. Личности людей, ночевавших на лугу, не удалось установить даже приблизительно.
   На лугу все немного расслабились, и девушка вновь украсила своё лицо обворожительной улыбкой. Но хозяин хутора её опередил с вопросом:
   - Так вы действительно хотите посмотреть на тех боларов, которых мы немного приручили?
   - Конечно! А много это займёт времени?
   - Часа два, может меньше. Возле самого дальнего луга целая стая обитает. И мы их даже уже чуток между собой различать стали.
   - Вот как?! Звучит интригующе, но мне обязательно надо к десяти вернуться в замок. Но в следующий раз я специально для этого выберу время и приеду. Договорились?
   - Конечно. Мне кажется, вы не пожалеете!
   Лирна всё-таки не выдержала и заговорила о том, что её волновало гораздо больше в данный момент, чем болары:
   - А вы будете сегодня на празднике? - её явное кокетство смутило, кажется, даже отца. Но Кремону удалось ответить с полным равнодушием:
   - Конечно. Всегда мечтал о таком случае.
   - О! Вы будете в восторге! Там будет очень весело. И угощенья для всех желающих, и танцы, и качели с горками! Туда не только со всех хуторов народ соберётся, но и с соседних посёлков обязательно приедет. Особенно молодёжь. А вы танцевать любите?
   - Хм! Когда-то очень любил. Но уже года четыре, после гибели матери, ни разу не пробовал. Мог и разучиться.
   - Ой, как жалко! - идущая рядом Лирна даже положила руку на стремя всадника. Таким образом выражая своё сочувствие. - Значит, у вас тоже мамы нет.... Но это не значит, что мы не имеем права танцевать.
   - Вообще то да....
   - Поэтому я вас приглашаю на первый танец!
   - Хорошо, - улыбнулся Кремон. - Но если я вам отдавлю пальцы на ногах, чур, потом не обижаться.
   - А это мы ещё посмотрим! - засмеялась девушка. Но её беззаботный смех натолкнул парня на другую мысль:
   - А как же вы в посёлок поедете? Одна? Или с отцом?
   - Ещё чего! - заворчал Гнат. - У меня и так работы невпроворот.... Да и не ходок я по праздникам. Мы себе свои устраиваем, когда вся семья здесь собирается.
   - Так может вам со мной будет безопаснее в Агван добраться? - предложил Эль-Митолан, представив одиноко бредущую девушку по пустынной и тенистой дороге.
   - Я бы с удовольствием! - воскликнула Лирна. - Но через час за мной дядя приедет со своим сыном. На повозке. Мы договорились, что они продуктов привезут и меня заберут. Да и приготовиться мне к празднику надо!
   - Конечно! - встрял её отец в разговор. - Теперь полдня пропадёт даром - только у зеркала и будет прихорашиваться....
   Но говорил он это с такой любовью, что наверняка бы разрешил и неделю дочери ничего по дому не делать. Но девушка явно этим не злоупотребляла:
   - Не волнуйся: обед и ужин я тебе приготовить успею!
   - Да у меня и самого руки имеются....
   Проводив хуторян до самых дверей дома, Кремон тепло попрощался и отправил коня в обратный путь. Теперь он уже внимательно присматривался к зарослям, но никого не заметил. Уже и сам сомневаясь в том, что ему удалось рассмотреть ранним утром человеческое лицо. Вполне возможно, что это было плодом игры теней и его воображения.
   Доехав до маяка на пятом километре, Кремон услышал шум создаваемый громыхающими похасами и повозкой. Само средство транспортировки было весьма высокого качества и не слишком отличалось от себе подобных на столичных улицах. Колёса были на мягком резиновом ходу, а широкие оси поддерживали короб телеги на широко распространившихся в последнее время рессорах. На широком облучке горделиво восседал мужчина, как две капли воды похожий на Гната Паласия. А за его плечами стоял молодой парень, примерно такой же статуры. На плече у него висел лук, а правой рукой он держал короткое копье. Возница тоже был вооружён двумя короткими кинжалами. Даже без расспросов было понятно, что на телеге ехали племянник хуторянина со своим отцом. Поэтому Кремон остановил коня на обочине дороги и поприветствовал проезжающих поднятием левой руки.
   Жители посёлка наверняка узнали молодого Эль-Митолана если не по описаниям очевидцев, то по личному воспоминанию. Ведь Хлеби гонял своего ученика порой и по близлежащим к замку рощицам. А там часто встречались глазеющие на него поселяне. Особенно детей всегда было много.
   Поэтому отец с сыном вежливо склонили головы на ходу и тоже подняли левые руки в знак приветствия. А молодой парень так и не сводил взгляда с Эль-Митолана, пока повозка не скрылась за изгибом дороги.
   Доехав до конца леса, Кремон поехал между ним и холмами влево, пока не выбрал для себя место с представившимся взору очаровательным пейзажем. С вершины высокого холма открывался чудесный вид на озеро, острова на нём и возвышающиеся вдали величественные горы. Возвышенности справа закрывали не только поселок, но и замок. Поэтому создавалось впечатление, что в этом мире нет никого больше на свете. Разве что дорога, разделяющая посадки свалового кустарника от самого озера, напоминала о присутствии человека. Именно в таком месте и мечтал позавтракать Кремон на пару со своим новым четвероногим другом. Да и времени у него было ещё порядочно для этого.
   Ни минуты не сомневаясь, Эль-Митолан снял с коня узду, развязал подпругу и сбросил наземь седло. И сам тут же стал доставать припасы из заботливо собранной тётушкой Анной сумки.
   Торнадо же словно взбесился. Видимо впервые за свою жизнь он оказался без узды и привязи на полной свободе. Смешно взбрыкивая всеми своими ногами и вихляя блестящим корпусом, он стал носиться по всему холму, порой делая такие несуразные и забавные прыжки и кульбиты, что Кремон не выдержал и расхохотался. Подобного представления и ему ни разу в жизни видеть не приходилось.
   Потом Торнадо неожиданно завалился набок и стал перекатываться спиной по весьма густой траве. Видимо и такое удовольствие он получал впервые. И лишь минут через десять, счастливо похрапывая, конь вернулся к своему хозяину и требовательно потянулся мордой к огромному бутерброду в его руке.
   - Надо же! - любовно запричитал Кремон. - Да у тебя спина стала зелёного цвета!
   И получил в ответ довольное подтверждающее ржание. Снова приготовленная тряпка была пущена в ход. Одной рукой парень обтирал вороного от сока раздавленной травы, а другой скармливал ему лакомые кусочки с их общего стола. И при этом так веселился, что со стороны можно было подумать, что он общается сразу с несколькими смешливыми друзьями.
  
   Поэтому в ворота внутреннего двора молодой Эль-Митолан въезжал с такой довольной и счастливой физиономией, что встречающие его конюхи ответили тем же. Их лица тоже непроизвольно расплылись в улыбках. Правда, Леско все-таки решился выразить сомнение:
   - Господин! Неужели вам таки удалось подружиться с этим ...озорником?
   - Конечно! И теперь у меня к вам будет просьба: как только услышите мой свист, сразу седлайте Торнадо и выпускайте из стойла. Договорились?
   - Но..., - развёл Дани руками в недоумении.
   - А с наставником я тоже договорюсь и мы ему это продемонстрируем. Свистеть я буду так....
   От раздавшегося свиста, оба конюха прикрыли уши ладонями, а вороной красавец встал на дыбы. Когда же он вернулся передними копытами на землю, Кремон тут же спрыгнул и передал поводья Дани. Похлопал ласково коня по шее и побежал в сторону замка: у него оставалось лишь пять минут на то, что бы привести себя в порядок перед официальным приёмом старосты.
   - А свистеть парень то, горазд! - с уважением протянул Леско, пытаясь мизинцем левой руки поправить в ухе до сих пор дребезжащую перепонку.
   - И не только свистеть! - согласился с ним другой конюх, почти симметрично ковыряясь пальцем правой руки и в своём ухе.
  
   Молодой Эль-Митолан успел к назначенной встрече буквально в последнюю секунду. Только и успел шепнуть: "Доброе утро!" да пристроиться справа и чуть сзади за строго покосившимся на него хозяином замка. Уже через момент Коперрульф, выряженный в роскошный костюм дворецкого, открыл парадную дверь главного зала и торжественно огласил:
   - Господин староста Агвана, Берки Смилги со своим первым помощником Бабу Смилги!
   И вовнутрь прошли два огромных мужика, немного растерявшиеся от торжественности представления. Одеты они были совершенно одинаково: в добротные костюмы, которые обычно носили управляющие большими поместьями, мэры небольших городков и крупных посёлков. Только на таких силачах, какими выглядели посетители, подобная одежда смотрелась слегка не к месту. Им бы красоваться в кольчугах или мощных доспехах, да размахивать дубинами и длинными мечами на поле брани. А не заниматься общественными делами. И отличались мужчины между собой только разницей в возрасте, которая составляла лет сорок. В обоих Кремон без труда опознал посетителей трактира, в котором он обедал в день своего прибытия в Агван. А одинаковые фамилии лишь подтвердили предположение, вызванное поразительным сходством обоих посетителей, что они не иначе как прямые родственники. Вот только оставалось выяснить степень родства.
   Хозяин замка поздоровался, пригласил садиться и сам, первым разместился за столом. Только теперь он уселся строго посредине длинного стола, а староста, со своим помощником - напротив. Но по их недоумённым взглядам, похоже, они никак не ожидали увидеть за столом ещё и молодого Эль-Митолана. Поэтому Хлеби сразу сделал представление и дал необходимые пояснения:
   - Господин Кремон является человеком Обладающим тайнами Мироздания. И прибыл сюда для принятия моего наставничества в ближайший год. Поэтому во всех случаях моего отсутствия он автоматически принимает узды правления над вверенным мне королём протекторатом и его распоряжения должны выполняться так же беспрекословно. Со временем, возможно, именно Эль-Митолан Кремон займёт место хозяина в этом замке. Вы ведь знаете, что мы служим королевству Энормия именно в тех местах, где наше присутствие наиболее необходимо. Поэтому мой ученик будет принимать самое непосредственное участие во всех проводимых мною мероприятиях по усовершенствованию и защите посёлка Агван.
   После такого обширного представления староста и помощник обменялись уважительными поклонами с молодым Эль-Митоланом, а сам Кремон попытался тщательно скрыть своё удивление по поводу того, что он впоследствии может оказаться преемником великого Хлеби. Хотя, если подумать, все колдуны в своём большинстве находятся на службе у Его Величества и просто обязаны защищать интересы своего королевства Энормия. И весьма часто происходят перестановки в местах дислокации и места жительства очень многих и многих волшебников. Особенно волшебников "молодых", тех, кому ещё не исполнилось восьмидесяти лет.
   - А теперь давайте перейдём непосредственно к теме вашего сегодняшнего визита.
   Похоже, Старший Эль-Митолан тоже был заинтересован не засиживаться долго за столом совещания. Седой староста Берки, по всей видимости, придерживался того же мнения:
   - Постараюсь говорить кратко и только о тех вопросах, которые мы не смогли решить на уровне уполномочий господина дворецкого.
   Старикан говорил слитно, без запинок и чувствовалось, что он не всю свою жизнь провёл в этом далёком, затерянной на самой границе, посёлке. И сразу становилось понятно, почему остальные жители выбрали именно его на самую почётную должность.
   - Но вначале всё-таки хочу поблагодарить вас, господин Эль-Митолан, от имени всех жителей, за очередную распродажу похасов среди нуждающихся посельчан. Тем более что цены всех приятно удивили и порадовали.
   - Не стоит благодарностей, господин староста! - отмахнулся Хлеби. - Это входит в мои непосредственные обязанности: поднимать уровень жизни моих подопечных.
   - Осмелюсь высказаться, что нам несказанно повезло, что вы именно так понимаете свои обязанности.
   Видимо Берки не смог удержаться и таким образом напомнил о предыдущем хозяине этих мест, который скорей всего не был таким поборником повышенного благосостояния. И наверняка не оставил о себе слишком приятных воспоминаний.
   - Мне тоже повезло, что жители посёлка являются людьми мирными и тяготеющими к постоянному труду. Поэтому хочу сообщить: - при этих словах хозяин замка достал из большой папки листок и передал старосте. - Через несколько недель, когда молодняк подрастёт, мы намерены продать вот этих лошадей вместе с подрастающим потомством. Опять-таки, по ценам ниже рыночных, но с условием обязательного сотрудничества в вопросах селекции. Будущие хозяева лошадей не имеют права самостоятельно заниматься скрещиванием пород. Только под нашим контролем и руководством.
   Берки и Бабу переглянулись и не смогли сдержать радостных улыбок. А затем ответили одновременно:
   - Вот здорово!
   От такой непосредственности и Эль-Митоланы заулыбались. Но у помощника старосты вырвался вопрос:
   - Господин протектор! А вам не жалко десять лошадей продавать?
   - Жалко. Но я ведь надеюсь, что они попадут в хорошие руки? - дождавшись утвердительных кивков, Хлеби продолжил: - Тем более что конюшни мои не безразмерные. А к моменту продажи из столицы прибудут ещё десять новых, высокопородистых кобылиц, которые я заказал для улучшения вида. Этот вопрос мы обсудим чуть позже. А теперь выкладывайте ваши проблемы, которые требуют моего участия.
   - Самая главная проблема стара. Мы о ней говорили на прошлой встрече. На сегодняшний день в посёлке десять молодых семей нуждаются в отдельном жилье. Вопрос не стоит смертельно: молодые живут у своей родни. Но вы же сами ратовали за создание ими отдельных хозяйств. Но самое главное: у меня находится ещё двенадцать заполненных формуляров для заключения браков.
   - Так много?! - воскликнул Хлеби. - Вот уж не думал, что в посёлке так много молодёжи!
   - Сегодня на празднике увидите! - пообещал староста. - Тем более что количество этих формуляров ещё не окончательно. Многие невесты и женихи из других посёлков изъявили желание жить здесь. Так что хотите или нет, а места под застройки выделять им придётся.
   - Этот вопрос я тщательно обдумал, согласовал с кем надо и пришёл к выводу, что решить его гораздо проще другим путём.
   Хозяин замка достал ещё несколько листков и передал первый из них старосте. У того глаза стали расширяться так, словно он увидел что-то невообразимое. Его молодой родственник тоже склонился над передаваемыми листками.
   - На этом рисунке, - продолжались пояснения, - Чертёж трёхэтажного здания на девять отдельных квартир. На вот этом рисунке - здание в четыре этажа и квартир здесь уже шестнадцать. А вот это - план и рисунок первой улицы Агвана с домами такого типа.
   - А-а! - разочаровано протянул помощник старосты Бабу. - Разве у нас места не хва....
   И замер на полуслове, округлив глаза от боли. Видимо староста ему так наподдал каблуком по ноге, что у молодого детинушки зубы чуть собственный язык не откусили. Но стон или ругательства он сдержал, лишь в недоумении и полном молчании вызверился на своего старшего родственника. А тот сглотнул слюну от волнения и стал задавать вопросы чуть дрожащим голосом:
   - Если я правильно понял, вы собираетесь возводить целую улицу с многоэтажными домами?
   - Правильно.
   - Со всеми вытекающими из этого инфраструктурами?
   - Естественно.
   - С подачей воды, общей канализацией и единой системой освещения.
   - Конечно! Ведь только в таком случае есть возможность на чердаке здания установить объёмный резервуар со светящимся газом.
   - Но ведь это значит, что статус нашего посёлка....
   Староста видимо был отлично натаскан на самых различных тонкостях в бюрократической машине королевства и теперь просто боялся высказать вслух очевидную догадку. Поэтому Хлеби с уверенностью договорил за него:
   - Статус теперь поменяется: Агван станет городком. А вы из старосты превратитесь в мэра. И возможно даже останетесь им после первых городских выборов.
   - Невероятно! - воскликнул Берки и по-свойски пнул своего помощника кулаком в плечо. - Вот теперь заживём!
   Похоже, и до молодого Бабу стала доходить существенная разница в намечаемом строительстве. Ведь построй они хоть триста отдельных домов, хоть тысячу, но Агван так никогда бы и не стал городом. А при наличии целой улицы городского типа положение кардинально менялось. Как и многие льготы, налоги, финансирование и дальнейшее развитие инфраструктуры населённого пункта. Немного казалось странным, что Эль-Митолан Хлеби добился разрешения на строительство города в таком удалённом от столицы и глухом, во всех отношения районе. Но именно поэтому все присутствующие за столом поняли, что интересы королевства получили некое, новое и непонятное пока направление. Но не воспользоваться таким изменением остолопов не нашлось бы. Вот только Берки опять засомневался. Видимо в уме перебрав с десяток соответствующих параграфов.
   - Но ведь тогда нам необходимо иметь свою промышленность. И производить хоть мало-мальски технологическую продукцию. Ведь добыча свалового масла кустарными методами, вряд ли сможет нас вытянуть на нужный уровень?
   - Конечно не вытянет! - согласился хозяин замка. - Но вот если мы построим большой завод по изготовлению черепицы и прочих подобных изделий из нашей глины, то возьмём первый пункт из двух. А вторым производством может стать предприятие по выпуску тары для свалового масла. Ведь почему вы до сих пор возите его бочками в Лиод? Бабу, отвечай!
   - Только там какой-то умник открыл способ изготовления небьющейся тары. - Молодой помощник при этом досадливо почесал себе волнистые волосы над ухом. - И пакует наше маслице для всей Энормии. И не только! Уже и на экспорт отсылает!
   - Вот именно! Мы тоже постараемся придумать нечто подобное или разгадать уже существующий секрет лиодского промышленника. Тем более, насколько я понял, в Лиоде уже не сильно то и принимают излишки нашего свалового масла?
   - Увы! Даже не знаем, что делать, господин Эль-Митолан. - Берки явно обрадовался, что представилась возможность пожаловаться и на этом направлении. - При наших высокоурожайных сортах мы могли бы уже через год удвоить поставки масла. Но лиодский промышленник нагло заявляет, что ему на жизнь хватает и надрываться из-за нашего чрезмерного желания обогатиться он не собирается. А производство керамической или стеклянной тары сильно поднимет в цене производимое нами сваловое масло.
   - Вот и отлично! - хозяин замка отбарабанил ногтями по столу дробь, а затем прихлопнул ладонью папку. - Значит в нашем распоряжении год. За это время я постараюсь решить вопрос с производством небьющейся тары и запустить первые линии по её производству. Но меня, в этой связи, волнует другой вопрос: как много желающих мы можем отыскать на поселение в нашем городке?
   - Да сколько угодно! - воскликнул староста. - У меня в управе лежит четыреста заявлений от желающих! Не верите?! Сейчас Бабу их принесёт.... Верите? Я и сам не знаю, зачем их собираю, ведь не было у нас такой возможности. Но когда люди приходят на сезонные работы, то я опрашивал самых достойных и трудолюбивых и брал у них заявление.
   - А строители среди них есть?
   - Да чуть ли не каждый второй среди них - это мастеровой или строитель, остающиеся без работы время от времени. А так как заработки у нас в течении месяца сбора всегда гарантированно высокие, то они и предпочитают посещать наш посёлок дважды в году в обязательном порядке. Порой даже оформляя отпуск на основном месте работы. И дорога в обе стороны им окупается. В каждой анкете их специальности идут отдельной графой. И адреса подробные. А с вашей связью вы можете вызвать рабочих в кратчайшие сроки. Завтра же предоставлю вам все данные.
   - Дальновидная предусмотрительность! - похвалил Хлеби, кивая головой. - Думаю, вам грозит до конца жизни оставаться мэром Агвана. А при вашем богатырском здоровье - это ещё лет сорок, не меньше.
   Лицо и уши старика Берки стали пунцовыми от удовольствия и стеснения. Он даже закашлялся от смущения и лишь через некоторое время произнёс:
   - Надеюсь, молодёжь окажется достойней меня и не заставит работать без пенсионного отдыха....
   - Поживём - увидим. Что ещё важного и срочного?
   - Теперь - уже ничего. - Берки радостно похлопал по листкам бумаги с новыми домами и планами. Но тут же посерьёзнел и, прокашлявшись, перешёл к вопросу весьма деликатному, так как с некоторой опаской покосился на Кремона:
   - Разве что осталась одна мелочь....
   Заметив его колебания, хозяин замка напомнил:
   - Вам ведь уже известен статус моего ученика и заместителя.
   - Конечно! Так вот, жители посёлка весьма признательны вам за ту заботу, покровительство и немыслимую помощь, которую оказываете Агвану. А уж те преобразования, которые грядут после сегодняшней беседы, вообще трудно переоценить. Поэтому наш скромный подарок мне кажется просто смехотворным и мизерный по сравнению с тем, чего вы заслуживаете. По поручению всех жителей посёлка я передаю вам эту сумму денег для..., для..., и за ту помощь..., что....
   Берки совсем сбился с мысли и растерянно оглянулся на своего помощника. Но тот видимо вообще был не горазд говорить подобное, поэтому просто вынул из-за пазухи аккуратный свёрток и положил молча перед старостой. Тот лишь тяжело вздохнул и подвинул свёрток старшему Эль-Митолану, приговаривая:
   - Вот.... Это от нас.... Всех.
   - И сколько здесь?! - резко спросил Хлеби.
   - Двадцать пять тысяч..., - после этих слов представители Агвана чуть ли дышать не перестали.
   - Хм! Огромная сумма! - констатировал хозяин замка и подвинул свёрток Кремону: - Пересчитай!
   А сам нервно вновь забарабанил ногтями по столешнице. Пристально при этом глядя на ссутулившегося старосту. Но даже великие маги не могут читать мысли у другого разумного существа. Поэтому раздался конкретный вопрос:
   - И всё-таки: в честь чего?! Конкретно!
   Казалось, Берки ещё больше ссутулился, но отвечать всё-таки было надо:
   - Так ведь, именно благодаря вам, господин Эль-Митолан, мы имеем уникальную возможность выращивать такое качественное масло.... И в таких количествах.... Если бы не вы.... Да вы и сами понимаете....
   - Конечно понимаю! - голос великого колдуна стал чуть менее строгим. - Но раз я к вам не высказываю претензий, значит, можете считать это моим одобрением. Но! Впредь - всегда предварительно решайте подобные вопросы со мной. Или моим заместителем. Или господином Коперрульфом. И не вздумайте наши разговоры о подобном донести до широких масс населения. Пусть продолжают думать, что я до сих пор нахожусь в неведении ваших зимних поездок. Понятно!
   - Конечно! - с облегчением выдохнул староста, немного расправляя плечи. - Такие дела не для всеобщей огласки.
   - А по поводу денег..., - Хлеби вопросительно взглянул на Кремона, как раз окончившего считать крупные банкноты с портретом короля и утвердительно кивнувшего по поводу правильности суммы. - Я решаю, что их надо потратить на нужды населения. И даже уже решил конкретно - как именно. В глубине старой каменоломни есть горячий источник. Из-за которого каменоломня в своё время и перестала разрабатываться. Именно в том месте начнём в следующем месяце строить полный комплекс залов для тренировок со специальными боевыми машинами и спортивными тренажёрами. А также весь набор для водных процедур: бассейны, парные и гидромассажи. Недостающие деньги на постройку изыщем по ходу строительства. Уже завтра постараюсь начать переговоры с соответствующим прорабом-архитектором.
   На какое-то время воцарилось полное молчание. Ни Кремон, ни староста со своим помощником до этого дня в своей жизни не думали, что можно таким образом отказаться от подаренных денег. Да ещё и употребив их с огромной пользой для дарящих. Первым заговорил Берки:
   - Таких комплексов даже в Лиоде нет. Конечно, в столице или больших городах это сейчас модно, но у нас....
   - И у нас будет! Надо же чем-то занять подрастающее поколение? Пусть совершенствуют своё тело, а не бездельем маются. Да и не только молодёжь ведь туда устремиться?
   - Ещё бы! Да за вас теперь люди глотку любому перегрызут! - чуть не подпрыгивал Берки на месте от возбуждения. - И многие помощь в строительстве окажут посильную. Так что построим в рекордные сроки! Не надо будет даже много рабочих нанимать.
   - Рабочих придётся всё равно приглашать. И первый построенный многоэтажный дом на некоторое время будет именно их местом жительства. Ведь и фабрику, и дома, и комплекс должны строить высокопрофессиональные специалисты.
   - Конечно, но и мы ведь тоже можем помочь.
   - Обязательно! Для себя же будете стараться. А вот по поводу увеличения численности населения. - Хлеби сделал внушительную паузу и продолжил с нажимом в голосе: - Мне лично подобным заниматься недосуг, поэтому с сегодняшнего дня вся ответственность за благоприятный климат в Агване ложится на ваши плечи, господин ...мэр! Мы находимся на границе! Пусть границе мирной и спокойной, но я поставлен здесь для усиления нашего королевства. Поэтому не потерплю насильников, преступников и прочей подобной мерзости на вверенном мне участке. О каждом подозрительном или нечестном человеке, докладывайте мне лично, господину Кремону, или всё тому же начальнику стражи, Коперрульфу. И не запускайте это дело. Можете сразу же подобрать к себе в помощники проверенных и надёжных людей. Из них впоследствии сформируем боевую охранную дружину. На постоянной основе и с оплатой их труда из бюджета города. Всё понятно?
   - Ещё бы! Я и сам о таком мечтал, да не осмеливался просить. А вот по поводу подозрительных, так они уже имеются. Вот эти три человека. Здесь же краткие характеристики на них и основные высказывания, по которым можно засомневаться в их лояльности.
   Хозяин замка развернул протянутые ему листы бумаги и бегло прочитал несколько строчек.
   - Ага..., так, так. Вот оно значит как.... Лаен и .... Ладно! Я их всех проверю при первом же свободном времени. Если подозрения подтвердятся, даже допрошу под Сонным Покрывалом. У меня они не побалуют!
   Значит у вас всё?
   - Да, господин Эль-Митолан.
   - Тогда у меня лишь два приказа. Как мы и планировали раньше, вы двое отправитесь с караванами в Лиод и Пладу. В среду. Как обычно - с самого утра. Скорей всего - это будут ваши последние поездки подобного толка. Связь у меня отлажена окончательно, и теперь мы будем лишь встречать караваны со всем заказанным мною.
   - Наконец-то! - вздохнул с облегчением Берки. - Ведь столько времени у меня уходит на эту дорогу!
   - А мне столица нравится! - бесхитростно улыбнулся Бабу. - Жалко, что сопровождать грузы больше не придётся.
   - Ничего! Скоро у нас не хуже чем в столице будет! Да и это не значит, что с некоторыми заданиями я перестану посылать надёжного человека в Пладу. - пообещал хозяин замка и встал. Давая тем самым понять, что встреча закончена. - Все текущие вопросы решайте в обычном порядке. Ты, Бабу, послезавтра вечером явишься ко мне на ужин для подробной консультации. В этот раз у тебя будет гораздо больше заданий. Всего хорошего и до встречи на празднике.
   Когда гости вышли из зала и дверь за ними закрылась, Хлеби расслабленно откинулся на спинку стула и весело подмигнул молчащему Кремону:
   - Ну что, понял причину своего здесь присутствия?
   - Понемногу начинаю понимать. Может к вечеру, и попробую сформулировать ответ на ваше задание. Но вот если бы вы мне ещё и помогли....
   При последней фразе молодой Эль-Митолан красноречиво посмотрел на лежащую перед ним стопку денег. Такой суммы ему ни разу в своей жизни видеть не доводилось, и она его будоражила гораздо больше, чем преобразование посёлка Агван в город. И больше чем неясные намёки на свой возможный пост протектора этой приграничной местности. И даже больше чем отказ его учителя от вполне законного приношения, которые практиковались в подобных ситуациях, когда оберегающий своих подданных Эль-Митолан, не слишком-то обременял народ большими налогами.
   - Если признаться честно, - коротко хохотнул Хлеби, - То я даже сам не ожидал такого подарка. А то бы придумал, возможно, что-то более оригинальное и полезное.
   - Не скажите! Вряд ли что может перекрыть оригинальность строительства целого комплекса, который и в столице считается роскошью.
   - Поверь - есть более нужные направления вложения денег на данный момент. Но с другой стороны: повышение моей популярности среди народа впоследствии даст мне безоговорочную его поддержку.
   - Они готовы и так поддерживать вас во всём. - Кремон позволил себе вежливо улыбнуться, глядя, как Хлеби аккуратно вновь заворачивает свёрток. Тот отрицательно мотнул головой:
   - А вот и нет! Эти деньги мне поднесли по той причине, что бы и дальше закрывал глаза на определённые правонарушения. И компанию этих правонарушений возглавляет не кто иной, как староста Берки.
   - Странно! - удивился ученик, признанию своего учителя. - Вроде он похож на честного и порядочного человека.
   - А он таким и останется. Просто вопрос стоит в том, что считать правонарушением. Если смотреть со стороны коренных жителей, то они во все времена своей истории занимались собирательством и им подобными промыслами. И никогда особо не заботились конкретной границей своего интереса. И имели на это право. Разве запретишь охотнику охотиться в лесу, принадлежащему двум государства? Или ловить рыбу рыбаку в реке, которая служит тоже границей? Вот так и здесь: переходить границу нельзя, и я поставлен на этот пост, что бы не допускать нарушений. Прежний Эль-Митолан следил за этим со всей возможной строгостью. Хоть жители порой роптали и весьма сильно выказывали своё недовольство. Но слишком громко возмущаться не посмели. В тот самый период, когда я ещё не заступил на этот пост, и произошло первое нарушение. Берки, уже тогда бывший старостой, проехал по замёршему озеру далеко в сторону Сорфитовых долин. Зимой, в сильные морозы наши соседи не так активны, поэтому не слишком посматривают в сторону Энормии. Причиной поездки был поиск новых сортов свалового масла, который в Сорфитовых долинах, вообще находится в диком состоянии. Берки видимо руководствовался старыми легендами, а то и конкретным указанием нужного места. Как бы там ни было, но он вернулся с новыми семенами для посева. И на следующий же год получил двойной урожай на участках своей семьи. В следующую зиму он подался в соседнее государство уже с сыновьями. Даже не спросив у меня разрешения. Ещё через год по его следам стали совершать поездки другие жители посёлка. Совершенно игнорируя запреты и королевские указы.
   - А вы об этом знали? - вырвался вопрос у Кремона.
   - Ещё бы!
   - А сорфиты и таги?
   - Естественно!
   - А почему же они не жалуются? - ещё больше удивился парень.
   - Да потому что наши посельчане никуда больше не лезут. Подъезжают к другому берегу и быстренько скашивают заиндевелые кусты свала прямо с семенами. Если бы они ещё чем-то интересовались..... Вот тогда да! Их бы прижали строго. А так им дикого свала не жалко.
   - Если я правильно понял, у вас с обитателями соседней страны постоянные контакты?
   - Да. Но никто, - Хлеби добавил в свой голос строгости, - Не должен пока об этом знать кроме тебя!
   - Понятно! Но тогда и вы наверняка в курсе того, что сорфиты иногда прогуливаются и по нашей территории?
   - И откуда же у тебя такие сведения? - удивился хозяин замка. - Ну-ка выкладывай всё подробно.
   И его ученик быстро и сжато пересказал всё то, что с ним произошло сегодняшним утром. Уделив особое внимание описанию места стоянки неизвестных и рассуждениям Гната. Не забыв упомянуть и о мелькнувшем среди листвы белом лице. И лишь одним предложением, с явным скепсисом отозвался о мнениях хуторянина и его дочери Лирны про некую особую сообразительность боларов.
   Как ни странно, именно по этому поводу наставник заметно оживился и рассказал невероятно древнюю и сказочную легенду.
   - Давным-давно все расы на нашей планете жили дружно и мирно. Мало того, чаще всего самые различные существа жили в одних и тех же местах, в одном городе или посёлке. И вполне гармонично помогали друг другу в быту, экономике и борьбе со стихиями. Порой под одной крышей жили целыми компаниями сорфиты, люди, колабы, таги и сентеги. А на крыше того же здания обитало несколько их друзей драконов. И колабы среди них всегда считались самыми добрыми из-за своей необычайной силы, самопожертвования и порядочности. Обычно такими группами жили взрослые особи, холостяки, которые себе ещё только подыскивали пару. Идентичные компании существовали и среди "прекрасной" половины населения. Лишь когда создавалась новая супружеская пара, молодожёны уходили жить отдельно. Или в новое жильё, или в жильё предоставленное родителями. А на их свадьбе в обязательном порядке гуляли все друзья и подружки по холостяцкой жизни.
   И только летающие деревья - болары, жили отдельно - в небе. Они путешествовали от одной обители разумных существ к другой и осуществляли сверху некий контроль за жителями земли. А в случае глобальных катастроф или стихийных бедствий сами приходили моментально на помощь пострадавшим и вызывали помощь из соседних регионов. Но помимо этого болары ещё и занимались поиском будущих Эль-Митоланов и проводили Магическую настройку. У разумных летающих растений имелся огромный остров, который даже никогда не приземлялся, а постоянно кружил над всей планетой. Именно на этом острове находилась Радужная Сфера, с помощью которой и проводилась Настройка молодых организмов на магическое восприятие тайн мироздания. Старейшие, среди боларов Эль-Митоланы опускались на землю и в торжественной обстановке возлагали Сферу на головы самых достойных представителей молодёжи. Которых отбирали до этого несколько лет колдуны-разведчики. Среди самих боларов, волшебников, в процентном отношении, было больше всего. Каждый пятый. Вот такая существовала картина мира на то время. Правда, я не упомянул ещё несколько разумных рас. Но ты всё равно о них даже не слышал. Но жизнь на нашей планете текла гармонично, сказочно и прекрасно.
   До тех пор, пока однажды не произошла страшная трагедия. Летающий остров был атакован страшным огненным смерчем и, пылая яростным пламенем, рухнул среди местности, которую сегодня называют Альтурскими Горами. Мало того, в месте его падения долгие столетия висело в воздухе туманное сияние и все разумные существа, пытавшиеся в него войти, погибали. Таким образом, на неимоверно долгое время была утеряна Радужная Сфера.
   По неизвестно каким причинам некоторые представители своих рас обвинили других разумных в этой страшной и невосполнимой трагедии. И в течении нескольких лет все земли охватила беспощадная и кровавая межрасовая война. Длившаяся многие десятилетия. В её горниле были уничтожены даже некоторые виды разумных существ.
  
   Возникла небольшая пауза, которую первым нарушил усмехнувшийся Кремон:
   - Очень интересная сказка. Никогда такой не слышал. Скорей всего её придумали именно колабы. Эти злобные цилиндры мечтают хоть в сказках придать себе надуманную доброту и гуманизм.
   - Да? А я так уверен, что эта легенда правдива от начала до конца.
   - Уверены?! - Кремон смотрел на своего наставника с явным сомнением. - Да то, что вы рассказали, даже в сказке несовместимо слушается. А уж в жизни?! Человек и колаб в одном доме? Да ещё и с драконом дружит? И питается из одного котла вместе с сорфитом? А за ними всеми присматривает "мудрый" болар? Извините, учитель, но даже представить себе такого не могу!
   - Вот в том и вся наша беда: в закостенелости тысячелетних предрассудках и нежелании молодёжи открывать для себя новые грани мира....
   Грусть, прозвучавшая в голосе Хлеби, заставила Кремона тоже задуматься. Но потом он что-то вспомнил:
   - Вообще-то, о Радужной Сфере я слышал в одной из легенд. Неужели она действительно существует?
   - Конечно! После периода жесточайших межрасовых вой драконов тоже почти истребили полностью. Для того, что бы выжить им пришлось адаптироваться к жизни в почти неприступных Альтурских горах. Да и все решили, что эти летающие монстры там вымрут от гибельного туманного сияния. Но драконы выжили и даже сумели организовать некое подобие государства. А со временем и отыскали Радужную Сферу. По некоторым предположением ученых, остров боларов попал совершенно случайно под удар огромного метеорита. Который и принёс за собой некую гибельную для разумных существ субстанцию. А сама Сфера практически неуничтожима, и легко перенесла катаклизм. Когда драконы её отыскали, их государство стало стремительно набирать сила в политическом, экономическом и магическом отношении. Ибо и среди них каждый пятый со временем стал Эль-Митоланом. Но вот возродить давние порядки и проводить Настройки по всему миру драконы не пожелали. Присвоив себе единоличное право пользоваться таинственным и могучим артефактом. И как следствие - новые войны. В ходе которых ещё больше забылась древняя история и сама причина кровопролитных столкновений. И лишь через несколько тысяч лет, сводному отряду сорфитов и таги удалось пробиться по подземным ходам в центр Альтурских гор и в легендарном сражении захватить желанный трофей. Опять на две тысячи лет на планете установилось стойкое перемирие. Лишь два государства - Сорфитовые Долины и Альтурские Горы продолжали непримиримые сражения. Которые закончились самым неожиданным образом: Эль-Митоланы тагов и сорфитов возвели прозрачный заслон на границе с драконьим царством и те никаким образом не могли этот барьер преодолеть. Как ты знаешь, их крылья при этом превращаются в мыльную бумагу. А без крыльев драконы, если не разобьются сразу, превращаются в почти беззащитную жертву.
   Правда при возведении Барьера со стороны Сорфитских Долин погибло более ста лучших и сильных волшебников. Но их количество собирались пополнить в следующем году на церемонии Магической Настройки. Вот только сама церемония была прервана жестоким нападением подкравшихся по горам колабов. Они уничтожили почти всех присутствующих на Священной поляне сорфитов и таги, не пощадив даже детей. И, соответственно, унесли за собой Радужную Сферу. Возжелав самим царствовать на планете и иметь наибольшее количество Эль-Митоланов среди себе подобных.
   - Значит Сфера у них?! - воскликнул Кремон.
   - У них....
   - Почему же они ею не пользуются? Ведь среди них нет магов воспринимающих тайны мироздания!
   - В том то и дело, что есть! - Хлеби для усиления сказанного даже поднял вверх указательный палец. - Мало, но есть! Вот только рождаются они по чистой случайности. Точно также, к примеру, как и среди людей. Только намного реже. А главный парадокс заключается в том, что воспользоваться Сферой, колабам ...не дано!
   - Как так? Почему?
   - Потому как Сфера производит Настройку лишь в том случае, если её надевает на ГОЛОВУ молодой особи Эль-Митолан возрастом не менее ста лет. И! Очень важно: ДВУМЯ руками одновременно.
   - Понял! Ведь у колабов нет головы!
   - Ха! Как ни странно нечто её заменяющее, определённый что ли центр, у колабов есть. Если Сферу возложить именно на это место, то настройка будет произведена.
   - А-а..., с озарением протянул Кремон. - Значит вся проблема колабов в их коротких руках?
   - Вот именно! - с довольной улыбкой подтвердил его наставник. - Ведь руки у них находятся на противоположных торцах их цилиндрического тела. А согнуть цилиндр им удаётся лишь немного. И даже при боевой трансформации рабочие конечности находятся на расстоянии одного метра от друг друга. Лишь младенцы и юные особи колабов способны свернуться рогаликом и схватить себя одной рукой за другую.
   - А если они помогут друг другу?
   - Нет! Сфера включается, только замыкаясь на ОДНОГО Эль-Митолана.
   - Но ведь им может помочь кто угодно! - вдруг додумался Кремон. - И таги, и сорфит, и дракон....
   Не дождавшись продолжения, Хлеби саркастически хмыкнул:
   - Договаривай уже: и человек! Раньше как-то до этого не доходило, слишком уж репутация у колабов была мерзкая. Даже драконы не желали с ними иметь малейших отношений. Но вот в последнее время скорей всего появились предатели - количество магов среди колабов стало резко расти. И хочу тебе открыть большой секрет: именно это и является моей самой большой головной болью.
   - Значит.... Именно поэтому вы здесь и находитесь?
   - Конечно не только! Но и этот вопрос надо кому-то решать.
   - А что нам до далёкой Ледонии колабов?
   - Всё относительно! Кремневая Орда - колабам не нужна. Царство Огов - уже и так под их номинальным управлением. Баронство Радуги, ради лишней монеты для них ещё через свою территорию дорогу проложит. Остаётся только наше направление. Ведь если катки колабов прокатятся по Сорфитским долинам - просторы Энормии станут для них самым лакомым и соблазнительным угощением. И нам лучше поддержать потенциального союзника.
   - Вряд ли люди захотят тесно сотрудничать с сорфитами и тагами....
   - А вот это уже наша задача: провести среди жителей королевства определённую волну агитации за мирное сосуществование и ускоренное развитие отношений с соседями во всех направлениях. Для этого уже написаны нужные книги, придуманы и определённые спектакли, и кукольные представления. С ними уже по всему королевству разъезжают труппы артистов. Началась и активная дипломатическая деятельность. По всем расчётам, к тому времени пока колабы наберут внушительную армию Эль-Митоланов, наши государства легко смогут совместно противостоять любой агрессии.
   - Вот оно, какие дела разворачиваются..., - задумчиво протянул Кремон. - Значит со временем Агвану, или его окрестностям, предстоит стать центром всех отношений между двумя государствами?
   - Центром - вряд ли! Для этого больше подходит город Могевар на реке Юзва. Там ведь даже судоходство может сыграть на руку местным жителям. Но и мы не собираемся плестись в рядах отстающих. Поэтому смена статуса Агвана - самый лучший выход для решения предстоящих проблем. Через пять лет, здесь вырастет добротный город. А через десять - Агван имеет шансы стать крупнее Лиода. При благоприятных обстоятельствах - то и в несколько раз крупнее.
   - Ну и планы у вас: грандиозные!
   - Но ведь осуществимые?
   - Вас послушать - то вполне! - согласился молодой Эль-Митолан. - Только вот все ли жители посёлка захотят менять свой привычный уклад жизни?
   - А они и не заметят! - Хлеби встал и подошёл к окну. - Смотри: только за десять лет посёлок разросся вчетверо. Надо лишь незаметно подталкивать людей в нужном направлении, и со временем они сами будут считать, что хотели прогресса изначально.
   И затем без всякого перехода продолжил:
   - Обед как обычно, но весьма лёгкий. Ведь в посёлке тоже неудобно отказываться от угощений. Ну и за четверть часа до назначенного времени - выёзжаем. Я с тётей еду в карете. Коперрульф на своей Полночи. А ты?
   - Только на Торнадо.
   Заметив, с какой горячность, вставший рядом ученик высказался о своём вороном, Хлеби покрутил головой:
   - У тебя даже глаза загораются, словно два фонаря, когда ты об этом забияке вспоминаешь. Неужели и вправду так подружились?
   - Хотите взглянуть? Только надо выйти на минутку во внутренний двор.
   - Ну пошли.
   Лишь только они вышли из служебных дверей замка, как Кремон оглушительно свистнул, и оба Эль-Митолана замерли в ожидании. В ответ тут же раздалось приглушенное расстоянием, но, тем не менее, явно требовательное ржание. А через две минуты из ворот конюшни вылетел спешно оседланный Торнадо и на бешеной скорости помчался к своему хозяину. Хлеби при таком зрелище невольно сделал два шага назад. А Кремон просто закрыл глаза и с трепетом выставил вперёд руку с кусочком мармелада. Казалось, вороной сейчас снесёт парня, но в последний момент он резко затормозил, чуть ли не садясь крупом на землю. Обдав обоих колдунов облаком пыли. Тут уж и хозяин замка поневоле сморгнул. А когда вновь сфокусировал взгляд на своём воспитаннике, то увидел, что тот одной рукой гладит Торнадо по шее, а второй достаёт из кармана очередную порцию угощения.
   - Всё равно хулиганом остался! - проворчал Хлеби. И получил в ответ насмешливое фырканье. Что напомнило ему о намерении провести повтор одного эксперимента. - Мне кажется этот конь особым чутьём, или как это назвать, владеет. На следующей неделе мы обязательно проверим.
  
   Праздник "Посевной" проводился с неожиданным, как для такого небольшого посёлка размахом. Особенно поражало обилие людей на центральной площади и прилегающих к ней улицам. Мало того, что съехались все обитатели близлежащих хуторов, так ещё и гости из других посёлков приехали целыми обозами. И наверняка все родственники жителей Агвана, которые в последние десятилетия обосновались в дальних местах. Таких как города Могевар, Лиод и даже Сикони. Да что там уездные центры! Как потом похвастался староста: девять человек из самой столицы не поленились проделать такой далёкий путь и проведать землю своих предков.
   Видимо благодаря тому, что все знали почти всех, атмосфера праздника дышала неким особым чувством радостного единения, родственности, семейственности и душевной теплоты. Любой человек, оказавшийся в любом месте праздника, сразу же находил себе с кем поговорить, пошутить, выпить и закусить. Или подключиться к всевозможным турнирам, соревнованиям или иной какой деятельности, в которой можно было похвастаться своей силой, умением, ловкостью и сообразительностью.
   Столы с угощениями, палатки со сладостями, навесы с выпивкой и закуской стояли рядами, островками или красочными вкраплениями среди бурлящего людского водоворота. Причём если возле поселковой управы находилась масса таких мест с совершенно бесплатным угощением, то это совсем не значило, что народ стремился только туда. Наоборот, особенно мужчины, больше проталкивались к навесам, где продавали лучшие сорта выпивки и пахло готовящейся прямо на углях закуской.
   Но наибольшее скопление жителей и гостей наблюдалось вокруг странного и витого сооружения из железа, которое Кремон с недоумением рассматривал ещё при первой своём мимолётном знакомстве с посёлком. Именно там находился внушительный помост, на котором староста терпеливо дожидался подъезжающую с большим трудом карету. В конце-концов протектору пришлось выйти из застрявшего между торговыми точками транспорта и, поддерживая под руку свою домоправительницу, идти пешком к помосту. Дорогу им прокладывал громкими криками одетый в блестящие доспехи главный маршал посёлка Коперрульф. Его любимая лошадь Полночь тоже была задрапирована рыцарскими доспехами, но умудрялась при этом ещё и подпрыгивать вместе с тяжеленным всадником и с показным бешенством грызть удила. Скромно одетый Кремон, завершал квартет почетных гостей праздника на своём Торнадо. Причём конь вёл себя так спокойно и прилежно, что даже не реагировал на непроизвольные похлопывания восхищённых знатоков по шее и по бокам. Видимо весть о самом красивом скакуне, давно опередила его появление на празднике.
   Когда все взошли на помост, гомон на площади почти стих и сотни лиц повернулись в их сторону. Старший Эль-Митолан подвластным только ему умением усилил свой голос так, что, не напрягаясь, сумел донести каждое слово до всех слушателей.
   Долго он не выступал. Лишь поздравил народ с праздником, да объявил о том, что собирает под свои знамена специалистов для большого и грандиозного строительства. Не вдаваясь при этом в конкретные подробности. А затем указал рукой на перекрученныё и переплетённые полосы железа, которые манили к себе своей загадочностью и странностью всех уже не одну неделю.
   - В честь этого праздника сегодня открывается новый аттракцион. Который мы построили на собственные средства и собственными силами. Подобного развлечения не существует во всём мире. Кроме одной таинственной страны.
   На раздавшийся гомон удивления Хлеби ответил с довольной улыбкой:
   - Так мне, по крайней мере, объясняли изобретатели этого чуда. Но с сегодняшнего дня, все желающие смогут пользоваться этим аттракционом за весьма умеренную плату. Ведь однозначно: огромные затраты на его сооружение должны постепенно окупаться. Поэтому прошу готовиться всем желающим: сегодня наше новшество будет работать бесплатно. Прошу первых добровольцев!
   Народ вокруг помоста затих и лишь переглядывался между собой. Тогда Хлеби отправился к широкой и приземистой тележке, которая располагалась с внутренней стороны платформы и стояла на двух тонких, но с определённым рельефом полосках стали. Такие же полоски пронзали все строение во всех направлениях и под разными углами. Кремону тоже пришлось отправиться за учителем, услышав лишь краткий приказ: "За мной!"
   - В обязательном порядке надо сесть, - все свои пояснения главный протектор Агвана сопровождал конкретными действиями на молодом Эль-Митолане. - Затем пристегнуться вот этим широким поясом. Руками надо крепко держаться за вот этот поручень. И, забыв про страх, получать удовольствие! Сейчас мы вам это продемонстрируем!
   Он уселся на вторую скамью сзади и тоже произвёл нужные манипуляции со страховкой. А затем сделал отмашку стоящему где-то сбоку человеку. Тот тут же скрылся под помостом и послышался шелест механического привода. В тот же момент тележка резко дернулась и довольно резво побежала по стальным полоскам. Резко вильнула в сторону, а за тем, ещё более неожиданно, стала, чуть ли не вертикально ползти в гору.
   Ничего не соображающий Кремон почувствовал странное сжатие в желудке и необычную дурноту. Но в тот же момент сзади послышался яростный шёпот:
   - Не вздумай бояться! И не вздумай со страха наградить всех здесь присутствующих поносом! И не вздумай применить всю свою силу для остановки тележки! Тебе это раз плюнуть. Даже непроизвольно. Сосредоточься только на удовольствии! Поверь мне: здесь полная безопасность! Я ведь тоже не собираюсь применять магию. Так что ...держись!
   При последнем пожелании своего учителя Кремон успел подумать:
   "Раньше следовало мне рассказать об этом чуде! Тогда я бы..., - в этот момент тележка достигла наивысшей точки всего сооружения и стала опасно наклоняться вперёд. - ...Я бы тогда ни за что на праздник не явился...!!!"
   На первом спуске сердце молодого Эль-Митолана не билось. Но дикий вопль восторга, который исторгнул сидящий сзади наставник, неожиданно привёл его в чувство и на следующем взлёте он понял суть этого удовольствия: мчаться, словно ветер и радостно кричать! Но лишь только он собрался что-то выдать залихватское, как тележка на всей скорости вильнула в сторону и стала ввинчиваться вниз, словно в воронку. Из горла только что и вырвался, как непонятный писк. Зато уж на третьей дуге спуска молодые лёгкие вытолкнули из себя застоявшийся воздух вместе с торжествующим воплем.
   Когда тележка опять вернулась на прежнее место оба Эль-Митолана встали со своих мест раскрасневшиеся, но с такими довольными улыбками, что со всей площади раздались крики поощрения и аплодисменты. Теперь отовсюду смотрели лишь в их сторону. Были забыты и выпивка, и соревнования, и важные беседы.
   - А сейчас! - Хлеби взглядом остановил своего ученика. - Кто хочет проехать с нами вместе?!
   Его вопрос ещё не отзвучал до конца, как на помост выскочили две фигуры и подбежали к тележке. Первым успел молодой парнишка лет шестнадцати. Хоть губы его дрожали от переживаний, но лицо стало, чуть ли не белым от явной решительности. Вот только вперёд он сесть не осмелился, а сразу стал пристраиваться на задней скамье. Протектор ему помогал, с улыбкой глядя на растерявшегося Кремона. Возле того усаживалась неистово бойкая и невероятно красивая девушка. Которая видимо ничего в жизни бы не испугалась. Ко всему прочему она заговорила с молодым Эль-Митоланом, словно старая знакомая:
   - Господин Кремон! Мне повезло с вами не только первый танец станцевать, но и на чудодейственной тележке прокатиться!
   Только сейчас, присмотревшись, Кремон узнал в шустрой красавице хуторянку Лирну. И у него вырвалось восклицание:
   - Как ты изменилась!
   - Конечно! - согласилась та с весёлым озорством. - На несколько часов постарела!
   Но как она не хорохорилась, после того как тележка стала подниматься резко в гору, закушенная губа выдала панический ужас, который видимо, стал разрастаться в душе с каждым метром высоты. Поэтому молодой Эль-Митолан похлопал ладонью по побелевшим костяшкам пальцев девушки и беззаботно посоветовал:
   - Расслабься! Ты же видела, как нам было здорово. Здесь - почти одно удовольствие. А маленькая ложка страха лишь усиливает это удовольствие.
   Во время сумасшедшего спуска к радостным крикам Эль-Митоланов присоединился неожиданный басок юноши. Но всех перекрывал восторженный вопль Лирны. Причём могло показаться, что она визжит беспрерывно. Но косящий на неё глаза Кремон видел, как вздымается грудь девушки от резких вдохов.
   Когда все четверо выходили из тележки под восхищённый ропот зрителей, Хлеби всё-таки высказался себе под нос:
   - Нет. Так выражать свои восторги - уже слишком! - Но когда увидел выстроившуюся очередь на краю помоста, а в ней большинство девушек, засмеялся: - Но видимо слабый пол намного сильней ощущает радости жизни! А вы, господин староста, не хотите получить удовольствие?
   - Успею! Пусть молодёжь насладится вначале! - при этом Берки как-то слишком строго и неприязненно взглянул на Лирну, но затем поспешил придать лицу самое радостное и счастливое выражение: - А сейчас, дорогие гости, приглашаем вас за праздничный стол. Вон, видите: возле самых больших окон управы он накрыт. Эй! Народ! Расступитесь немного и дайте нам пройти к нашему столу!
   Стоящие вокруг помоста люди благодушно ответили шутками и напоминаниями о диете, но расступились охотно и с уважением. А на своего протектора очень многие вообще смотрели, чуть ли не с обожанием и с восторгом. Видимо авторитет и народная любовь была заслужена Хлеби не на пустом месте, или просто почитанием должности и способностей к волшебству.
   За гостевым столом каждый нашёл себе искомое удовольствие. Тётушка Анна с фанатичностью профессионала стала с самым сосредоточенным видом пробовать каждое находящееся там блюдо. А потом с не меньшей дотошностью выспрашивать у жёнушки старосты и нескольких хозяек рецепты и мелкие секреты приготовления.
   Господин дворецкий видимо первый раз в своей жизни увидел на одном столе сразу четырнадцать различных блюд из грибов, с грибами и в грибах. Особенно Коперрульфу понравились запеченные в духовке большие шляпки шампиньонов. Внутри шляпки начинялись нарезанной кубиками ветчиной, кусочками лука и варёного яйца, и поливалось острой помидорной приправой и растительным маслом. Сверху щедро посыпалось тёртым сыром. И вид, и запах у блюда - были просто потрясающие. Каждый из гостей высказался о печёном чуде с восторгом.
   Главный протектор Агвана между поглощением пищи завяз в бесконечном споре со старостой, главным кузнецом и старшим мастером печей обжига. Насущные проблемы всегда, каждый день на первом плане у любого хозяйственника. И даже выходной, совпавший с праздником, не явился исключением.
   А вот Кремона совершенно неожиданно потянуло на пробу всевозможных спиртных напитков. Больше четырёх лет он себе не позволял чего-либо подобного. Начинал он с самых слабых выпивок, но постепенно добрался до таких крепких, и в таких дозах, что даже наставник покосился на него неодобрительно. Как ни странно чувствовал себя молодой гость превосходно и совершенно трезвым. Находя объяснение этому тем, что последнюю неделю ел так много, что энергия переполняла его. И это несмотря на то, что учитель целыми сутками гонял так нещадно, что порой хотелось упасть и никогда больше не подниматься. Сейчас же выпивка снимала накопившееся напряжение, и мир виделся начинающему Эль-Митолану вообще в радужном и эфемерном свете. Вот только поговорить было не с кем. К сожалению....
   И вдруг:
   - Господин Кремон! Сейчас начнётся первый танец праздника. - Лирна стояла рядом с гостевым столом и вызывающе смотрела на парня. - Пора выполнять обещание и приглашать меня на танец.
   Кремон почувствовал на себе взгляды всех сотрапезников. Но если Хлеби смотрел с весёлым любопытством, его тётушка Анна с поощрением, а закоренелый холостяк Коперрульф с некоторой жалостью, то староста опять выглядел странно недовольным. Отметив это в своей памяти, парень легко вскочил, галантно подставил локоть девушке и с мыслью, что размяться никогда не помешает, поспешил с ней за здание поселковой управы. Там, на большом внутреннем дворе уже настраивали свои музыкальные инструмента члены внушительного сборного оркестра. И лишь только пары выстроились на площади - грянула слаженная музыка и пары понеслись в разудалом танце.
   Во всём королевстве Энормия на подобных праздниках всегда танцевали одно и то же. Особенно в самом начале. Партнёры кружили свих партнерш, одновременно двигаясь по большому кругу. При чём делалось это в быстром ритме и чем большую скорость развивали танцоры, тем большим умением это считалось. При этом главное было - не столкнуться встречным курсом с другой парой.
   Немного запутавшись вначале, Кремон всё-таки уловил ритм, нащупал амплитуду движения и девичью талию, и закружил свою партнёршу в бешеном вихре. Вот только очень часто таки наталкивался на другие пары. Поначалу он списывал это на свою неуклюжесть и потерянные навыки, но постепенно заметил, что его с Лирной постоянно блокируют одни и те же пары. А парни, ведущие своих девушек, так и буравили его тяжёлыми и злобными взглядами. А уж Лирна недоброжелательность поселковых хулиганов заметила сразу. Но, упрямо сжавши губы, старалась делать вид, что столкновения - вполне безобидное дело.
   Только вот молодой Эль-Митолан так не считал. Тем более что удары становились всё более ощутимые и болезненные. Пару раз ему удалось весьма ловко увернуться от несущихся на них танцоров, но в конце танца сразу пять пар их просто-напросто прижали в углу. Удивлённый подобной наглостью, а самое главное бесстрашием парней, Кремон остановился и спросил:
   - Вы чего, ребята, ослепли?!
   В то же мгновение все девушки скользнули за спины парней и они как бы остались на уединённом пятачке. Лишь Лирна стояла рядом и с высокомерием задирала подбородок и выставляла вперёд свою весьма внушительную грудь. Музыканты на какой-то момент стихли, и один из парней, с россыпью веснушек на лице, ответил:
   - Тоже мне - солнце нашлось!
   Видимо из всей компании он был самым отчаянным, хоть и не самым огромным. Но, тем не менее, и его голос немного дрожал от тщательно скрываемого страха. Ведь не каждый день приходится нарываться на грубость с волшебниками. Видать повод был солидный и Кремон уже стал догадываться о его причине. Поэтому спросил со все прощающей и снисходительной улыбкой:
   - Вам что, партнёрш для танца не хватило?
   - Нам то хватило! - с отчаянием смертника рыкнул веснушчатый. - А вот кое-кому хотелось бы с тобой пообщаться чисто по-мужски.
   - Ладно! Когда у меня будет желание - я вам свистну! - ещё раз ухмыльнулся почётный гость праздника. - А теперь раздайтесь в стороны: музыка началась.
   - Боишься?! - дорогу ему резко заступил самый рослый из компании.
   - Кого?! Тебя, что ли?!
   - Не меня! Если ты мужчина, то пройди туда! - здоровяк кивнул головой на приоткрытые ворота огромного сарая, принадлежащего скорей всего управе.
   - Даже интересно стало: кто тут такой отчаянный воду мутит!
   С этими словами Кремон решительно двинулся к сараю. А веснушчатый попытался остановить девушку:
   - Подожди здесь!
   Но та так резко ударила его костяшками пальцев по вытянутой в её сторону руке, что парень ойкнул и отпрянул в сторону. Лирна же опередила ехидно улыбающегося Эль-Митолана и первой проскользнула в сарай.
   - Ах, вот кто здесь! - воскликнула она. - А я то думаю - куда ты подевался?! Видимо не захотел со мной танцевать второй танец?
   В центре открытого пространства стоял нахмуренный и грозный как скала первый помощник старосты Бабу. Увидеть здесь девушку он не ожидал, и ответил с явным раздражением:
   - Я хотел станцевать с тобой первый танец.
   - Если хотел, то почему не пригласил раньше? - Лирна с менторским интонациями упёрлась кулачками в свои прелестные бока. - А ведь если меня пригласили раньше - почему я должна отказываться?
   Стали сразу понятно, почему приятели молодого гиганта пошли так отчаянно на конфронтацию. Видать были лучшими друзьями обиженного Бабу. Да ещё и красавица явно не спешила потушить разгорающийся костёр ревности. И даже не вспомнила, что сама напросилась на первый танец. А ухажёр об этом и не догадывался. Поэтому разозлился ещё больше:
   - Я с самого утра не смог к тебе приехать....
   - И тут не спешил ко мне подойти?!
   - Не хотел мешать твоим развлечениям!
   - Всё равно - помешал! Но если хочешь со мной поговорить - ещё не поздно!
   И рассерженная девушка, виляя бедрами, стремительно вышла из сарая. Похоже было, что Бабу готов броситься за ней со скоростью звука, но теперь он уже не хотел терять своё лицо на виду у своих друзей. Да и молодому волшебнику следовало указать правильное место. Поэтому он резко предложил:
   - Выходи на бой!
   - Шутишь? - удивился Кремон
   - Нисколько! Только если ты не побоишься драться честно, без всяких своих колдовских штучек!
   - Да я и без них с тобой справлюсь!
   - Ребята, слышали? Тогда повесьте платок!
   Бабу явно решил перестраховаться, на случай если Эль-Митолан таки применит нечто из своего боевого арсенала, что не подвластно простому смертному. Поэтому и приготовил простое средство, весьма распространенное в королевстве и продаваемое чуть ли не в каждой аптеке. Большой белый платок, до полуметра на каждой из треугольных сторон окрашивался в жёлтый цвет, если в радиусе десяти метров от него применялась любая магия. Платок был одноразовым средством, и применялся в самых различных сферах жизни населения.
   Сейчас же он должен был послужить лакмусом честной схватки. Один из парней подвесил платок на свисающую с потолка веревку, и вся компания дружно ретировалась за дверь. Пусть уж предполагаемые соперники разбираются между собой сами. И то верно: в скандале участвует хоть и молодой, но всё-таки Эль-Митолан! А вызвавший на дуэль парень ещё моложе, но тоже ведь не последний человек в посёлке. Должность занимает большую. Но вот драться, к сожалению, тоже любит....
   Потому как бросился на своего соперника без раздумий и разведки. С полной уверенностью в своей мощи бугрящихся мускулов в ста тридцати килограммовом теле. Только вот Кремон тоже в физическом плане был превосходным бойцом. Да и годы, проведённые в столичных тренировочных залах боевых искусств, давали неоспоримое преимущество перед любым соперником. А то и двух таких, как этот сельский увалень.
   Вот только увалень оказался несогласным стать мальчиком для битья. Перед самым столкновением с соперником, который уже подумывал присесть и перебросить нападающего через себя, Бабу бросил всю массу своего тела поперёк и вниз. И оба бойца покатились по земле. Кремон крутнулся всем корпусом, вырываясь из удушающего захвата и уже почти поднялся на ноги, как мощнейший удар локтем в лицо приподнял его в воздух и отбросил на добрых три метра. Давно ему так не доставалось! Ещё в полете, он почувствовал, что его глаз так и сыпет вокруг искрами и чуть ли не горящими угольками.
   Но сгруппировался Кремон ещё до падения. Сделав кувырок назад, вскочил на ноги и встретил спешащего к нему Бабу таким нокаутирующим хуком справа, что это сразу решило исход поединка. Оглушенный помощник старосты ещё пронёсся по инерции несколько метров, по дуге забирая влево и со всего маху хлопнулся плашмя об бревенчатую стену сарая. Всё строение даже вздрогнуло от этого. А нокаутированный ударом и столкновением со стеной парень рухнул на спину, как подрубленная вековая сосна. Ровно и красиво. Подняв при этом ещё и облачко пыли.
   В тот же момент в сарай ворвалась рассерженная Лирна. Видимо даже пятёрка парней не смогла её удержать. Девушка собралась явно с кем-то поскандалить, но, заметив бесчувственное тело, запнулась на полуслове и бросилась к нему, упала рядом на колени и стала дрожащими пальцами ощупывать его краснеющее от ударов лицо:
   - Бабу! Милый! Что с тобой?!
   В её голосе было столько переживания, что любому стало бы ясно: кого она предпочитает для своей будущей супружеской жизни. Кремон хоть и не рассчитывал на близость с девушкой, почувствовал странное облегчение в душе. Видимо ему совсем не хотелось одно из двух: либо обижать давно влюблённого в Лирну парня, либо не вступать в конфронтацию с большинством жителей посёлка. Ведь не секрет, как в подобном случае начинаются относиться к чужакам. Будь ты хоть трижды Эль-Митоланом.
   О том, что его любят - понял и пострадавший. Видимо за момент до произнесённых девушкой слов он пришёл в сознание и прекрасно всё услышал. Какое-то время Бабу пытался ещё притворяться отключенным от действительности, но очередные восклицания красавицы вызвали у него непроизвольную, широкую и счастливую улыбку. И он широко открыл глаза со словами:
   - Я тебя тоже люблю!
   Лирна постаралась тут же напустить на себя сердитый вид. Сразу пресекла попытки парня схватить её за руки, вскочила на ноги и с явной ленцой покинула сарай.
   Кремон подошёл к поверженному противнику и подал руку:
   - Вставай! Или устал от любовных переживаний?
   Бабу несколько секунд смотрел на Эль-Митолана с подозрением и ревностью, но, видя доброжелательность и улыбку, принял таки помощь и встал. Кремон всё-таки решил поставить вопрос ребром:
   - А ко мне ты чего решил Лирну приревновать?
   - Зачем ты её приглашал на танец? - опять нахмурился помощник старосты.
   - Она сама мне ещё утром предложила первый танец. Я то ведь ваших традиций не знаю - обидеть тоже отказом не решился.
   - И во время спуска на аттракционе - ты её за руку гладил! - продолжал вспоминать обвинения Бабу.
   - Ха! Да ты знаешь как там страшно? Вот попробуй - а потом говори! Увидел, что Лирна от страха сознание теряет - вот и успокоил дружеским похлопыванием по руке.
   - Дружеским?
   - Слушай, Бабу! Поверь мне: твою девушку отбивать я не собирался. А если уж ты так за ней бегаешь, то почему с самого утра одну оставил? Она ведь вполне имела право развлекаться, как её заблагорассудиться.
   - Да я это..., - помощник старосты немного замялся, но потом таки договорил: - В соседний посёлок ездил. К ювелиру. Колечко заказанное забирал. Хотел Лирне сегодня подарить в знак предложения руки и сердца. Вот оно....
   С этими словами Бабу достал из кармана что-то совершенно расстрощенное и перемолотое и с судорожным всхлипом замер от ужаса:
   - П-поломал...?!!!
   Кремон деловито разгрёб обломки деревянной шкатулки и извлёк на свет весьма красивое золотое колечко с аметистом.
   - Прелесть! - одобрил он украшение. - И ничего оно не поломалось! А шкатулка - ерунда! Ведь кольцо надо на пальце носить.
   - Ты думаешь?
   - Уверен! И чего ты стоишь? Догоняй Лирну и сразу говори: опоздал из-за дальней дороги. Вот тебе подарок! Давай поженимся.
   - Ха! Со стороны всё кажется проще....
   - Или ты трусишь? Как со мной драться так герой, а как в любви признаться - так коленки трясутся?
   - Сравнил! Но..., догонять надо. Ты это, на меня не серчай.... За глаз подбитый....
   - Ерунда, на мне быстро заживает. А вот твоё личико...!
   Бабу тяжело вздохнул и пощупал опухающую скулу, затем лоб и очень осторожно - нос. Поясняя:
   - Он у меня и так картошкой....
   - Неважно! Лирна тебя и так любит. Только поторопись, пока её кто-либо другой на танец не пригласил!
   - Пусть только попробуют! - но после собственной угрозы, Бабу сам же первым и засмеялся. - Хотя.... Ладно! Бегу!
   И он, переваливаясь с ноги на ногу своим огромным телом, устремился к выходу из сарая.
  
  
  

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

   Минут десять Кремон тщательно очищал на себе одежду и приводил свой внешний вид в порядок. Зеркала в помещении не было, так что осмотреть себя со стороны не получалось. Но и без этого чувствовалось, что кожа вокруг левого глаза распухла, и неприятное жжение там усиливается. Но ведь и раньше в подобных случаях парень не обращал внимания на подобные "мелочи" жизни. Благодаря своему уникальному свойству, организм все ранения затягивал за один, максимум два дня. И если бы не вновь заходить в кутерьму праздника....
   К счастью на посёлок уже стали опускаться сумерки, а большие шары со светящимся газом, установленные вразброс по всей площади, ещё только-только начинали разогреваться. Поэтому Кремон с уверенным видом пересёк двор, уже совершенно заполненный веселящейся молодёжью и вернулся за гостевой стол с таким видом, словно никуда и не отлучался. И продолжил насыщаться разносолами.
   Спорщики на хозяйственные темы, казалось, его прихода не заметили. Но староста так и не отводил прищуренного взгляда от молодого Эль-Митолана. А когда, наконец, рассмотрел разливающийся у того под глазом фиолетовый синяк, довольно заулыбался, и не сдержал ехидный вопрос:
   - Понравились вам наши танцы?
   Кремон тоже не сдержал довольную ухмылку: стоит старосте полюбоваться на своего помощника, ехидство у него сразу пропадёт. Видимо старикан потому и посматривал на Лирну с осуждением, что уже давно считал девушку занятой другим ухажёром. И вместо ответа, Кремон спросил сам:
   - А Бабу вам случайно не родственником приходится?
   - Ну да.... Внук он мне.
   - Не помешает посёлку подобная семейственность в управе?
   - Почему же..., - но, похоже, Берки всё-таки растерялся и за поддержкой повернулся к протектору. - Его кандидатуру сам господин Эль-Митолан предложил....
   - А! Ну, если так..., - Кремон налил себе очередную порцию местной водки. - То давайте выпьем за процветание Агвана!
   Его нестройно поддержали, но Хлеби стал пристальней рассматривать своего ученика и тоже обратил внимание на бойцовское "украшение". Не догадываясь, что произошло, он вопросительно взглянул на старосту:
   - Я что-то Бабу и не видел на празднике.
   Но вместо седого Берки, ответил молодой Эль-Митолан:
   - А он жениться собрался. Вот только сомневался: как это лучше сделать. Совета у меня спрашивал....
   - И что?
   - Почему же и не помочь хорошему парню? От всей души поговорили, направил я его, - при этих словах Кремон многозначительно посмотрел на старосту, - На путь истинный. Пошёл дарить Лирне колечко и делать предложение.
   - Значит они с Лирной...? - лицо Хлеби разгладилось от понимания ситуации. - Я и не знал! Может они слишком рано?
   Берки пожал плечами:
   - А разве нас будут спрашивать? Мы в их годы уже имели двойку, тройку детей.... Или это может помешать?
   О чём он спрашивал, никто так и не понял. Тем более что и протектор ответил весьма расплывчато:
   - Поживём - увидим.
  
   В замок вернулись уж поздней ночью. Довольные, сытые и расслабленные. Даже домоправительница охала и придерживала руками отягощённый чрезмерным питанием живот. Лишь при ярком свете гостиной она рассмотрела синяк у Кремона и удивлённо воскликнула:
   - Ой! Что это?
   - Надо же! - запричитал и Хлеби. - И неприятно, и вид портит.... Где-то у меня была мазь: подобные гематомы за пять минут выводит....
   И столько в его голосе слышалось сочувствия и переживания, что Кремон купился и спросил с надеждой:
   - Есть такая мазь?
   - Конечно! Каждый волшебник должен иметь такое средство в запасе.
   Парень уже собрался, было просить чудодейственное средство, но взглянул на тётушку Анна и осёкся. Та знала своего племянника просто отлично и сейчас смотрела на него с таким сарказмом, что стало понятно: не будет для ученика никаких быстро заживляющих лекарств. А Хлеби, так и не дождавшись просьбы, всё-таки высказался:
   - Но мазь мне надо экономить для более важных случаев! Заодно проверим регенерирующие свойства твоего организма. Ведь на этой неделе тебе предстоит очень тяжёлые испытания. При которых и травмы получить можно. Что весьма нежелательно: весь учебный график пойдёт насмарку.
   - Ха! - беззаботно отмахнулся Кремон. - У меня в детстве даже перелом за неделю сросся.
   - Нельзя детство сравнивать с курсом молодого Эль-Митолана! - назидательно молвил Хлеби. - Это тебе не в песочнице играться. И с понедельника ты со мной согласишься....
  
  

УРОКИ ВЫЖИВАНИЯ

   Действительно: с понедельника возражать не было малейшего смысла. Да и желания. Да и времени. Потому как теперь молодого Эль-Митолана тренировало в боевом искусстве сразу два преподавателя. К хозяину замка присоединился господин дворецкий. И они по очереди отходили в сторону лишь по своим, якобы очень срочным делам, а на самом деле посидеть в прохладе салона, попить прохладительных напитков, а то и чуток подкрепиться. Да и понаблюдать в окошко на внутренний двор, где Кремона учили отражать самые опасные и коварные удары меча, алебарды, топора, булавы, да и любого другого вида оружия. Если у молодого ученика что-либо не получалось, показывали ему ошибки в замедленных движениях. А затем часами наращивали темп порой одного и того же движения. При этом обучающий добивался от Кремона полного автоматизма в действиях. Обращая внимание даже на такие мелочи, как движение ступни противника, отведённый локоть или смещение центра тяжести. Лишь только определённая часть тела начинала смещаться, готовя оружие для удара, Эль-Митолана заставляли в ту же тусячную доли секунды предпринимать контр меры.
   Затем во двор выходил отдохнувший напарник по наставничеству и продолжал занятия с новой силой.
   Хорошо хоть Кремон и так к своему возрасту считался одним из лучших бойцов своего района в столице. Там его славно погоняли в своё время. Но больше всего помогало личное желание стать самым лучшим и непобедимым. Ведь предстояло сражаться с самой большой опасностью для человека - драконами. Поэтому в Агване Кремон показал всё, на что был способен и даже немножко больше. И был весьма удивлён, когда ему стали преподавать массу нового до сих пор и не знаного мастерства. И к огромному удивлению, нельзя было сказать однозначно: кто же более артистически справляется с любым видом оружия и ставит против него непревзойденную защиту. И протектор, и дворецкий, по всем признакам сражались с одинаковым и воистину совершенным мастерством.
   Не ожидавший такого высокого класса, в первую очередь от отставного капитана, Кремон во вторник всё-таки нашёл в себе силы поговорить на эту тему во время обеда. На который великодушный Хлеби отводил целый час. О чём скорей всего побеспокоилась тётушка Анна. Сам хозяин замка во вторник не обедал и молодой Эль-Митолан приступил к прямым вопросам:
   - Господин Коперрульф! Вы меня прямо-таки загоняли сегодня! А ведь дядя Кралси разрешал мне тренироваться среди королевских гвардейцев. И мне там не попался ни один наставник, мастерство которого, сравнилось бы с вашим. И посему вполне справедливый вопрос: как произошло, что капитан, владеющим невероятно высоким искусством боя, оказался в отставке?
   - Хм! Это - очень длинная история..., - с вздохом буркнул дворецкий.
   - А я ведь только первое ем! Обед только начался....
   - Значит, ты будешь есть, а я голодать и рассказывать?
   - Зачем волноваться по пустякам! - забегала вокруг мужчин всполошенная домоправительница. - Насыщайся спокойно! Вот и грибы твои любимые - целая ваза. Как тебе запах? А давай я сама расскажу твою историю? Не хуже чем у тебя получится.
   Коперрульф блаженно заулыбался, учуяв запах жареных грибов, и милостиво согласился:
   - Рассказывай! Раз господин Хлеби не запрещал....
   - Мне кажется, там и нет ничего запретного. Да и не для всеобщей огласки разговор. Ты бери ещё суп с фрикадельками! - она большим половником щедро навалила Кремону в тарелку добавки, чуть ли не сплошь состоящей из аккуратных шариков проваренного фарша. - Правда, вкусно? Не разговаривай во время еды! А по поводу нашего бравого военного, то его история заслуживает подробного освещения.
   Тётушка Анна уселась на своё место, напротив мужчин и стала рассказывать:
   - Когда племянничек уговорил меня сюда приехать, дворецкий уже вовсю здесь командовал, и мне даже пришлось с ним чуть ли не драться за свои права. Такой он шустрый стал и всюду распоряжаться хотел. Кому сказано: не разговаривать во время еды?! А ведь за два года до меня, он прибыл в поместье чуть ли не на костылях. Пострадал он где-то на королевской службе. Будучи на то время в звании лейтенанта. Где-то попал в страшную потасовку. На каком-то весьма секретном и опасном задании. Да так пострадал, что вынесли его товарищи только чудом из такого места, о котором он до сих пор и вспоминать не хочет. И наибольшую рану он получил в ногу, возле колена. Как с ним королевские Эль-Митоланы не мучились - ничего сделать не удалось. Чуть ли не беспомощным инвалидом сделался. Указом королевским ему присвоили капитанское звание, да и на пенсию отправили. Мог бы доживать себе безбедно, да не таков наш Ганби. Что? Первый раз его имя услышал? Не любит он его почему-то. Но иногда мы себе позволяем так к нему обращаться по-дружески.
   Заметив на себе удивлённый взгляд Кремона, Коперрульф разрешил:
   - Ладно! Можешь и ты ко мне так обращаться. Только не при посторонних.
   - А почему?
   - Провинция Ошакли, откуда я родом, наводнена Коперрульфами. Но вот имя Ганби - принадлежит лишь одному роду, о котором вспоминать мне сейчас не хочется. Может когда-то я тебе и поведаю страшную историю этого имени, но сейчас мы слушаем другой рассказ.
   - Молча слушаете - и хорошо кушаете! - домоправительница подала весьма внушительную пиалу: - Подливку бери к грибам! Ага! Вот значит наш Ганби и решил, во что бы то ни стало свою ногу восстановить. И чуть ли не всё королевство объехал в поисках того хирурга, который бы взялся его на ноги поставить. Но никто за такую сложную операцию браться не рисковал. Лишь горько качали головами, да ссылались на легенды о том, что лишь маленькие таги, своими волшебными пальчиками могут творить подобные чудеса. Но ведь таги в Энормии не живут! Вот потому и отчаялся Коперрульф и запил горькую. Проклиная свою судьбу и жизнь калеки горемычную. Сам он мне признавался, что в нетрезвом виде мысли ему в голову плохие приходили о ненужности существования и тому подобная чепуха. А тут как раз о нём узнал мой племянник. Его в то время королевским указом сюда отправляли. И он очень усиленно искал такого профессионала, как наш отставной капитан. Встретились они, поговорили, Коперрульф посмеялся над таким предложением и ...поехал сюда для осмотра. Здесь его усыпили одной ночью и провели обследование....
   - В подвале?! - не выдержал заинтригованный Кремон.
   - Где же ещё?! - фыркнула домоправительница. - Только там таинственные друзья с Хлеби и общаются. Наверняка они и коленку Коперрульфу осматривали. И сразу же пообещали: проведут операцию по древним и таинственным методикам. Ко всему прочему племянник пригнал табун лошадей для селекции. А отставной капитан в лошадях души не чаял. Без всяких других условий Ганби на радостях согласился служить в поместье дворецким - хоть до конца жизни....
   - И нисколечко не жалею! - Коперрульф откинулся на спинку стула и удовлетворённо погладил по животу. - Здесь просто здорово!
   - Через месяц сделали операцию. Опять таки - в подвале. А ещё через два месяца главный маршал Агвана приступил к усиленным тренировкам. Как он восстановился - можешь судить сам.
   - Да! Мне такого мастера ещё видеть не доводилось! - признался Кремон - Я хоть намного моложе, но тягаться в искусстве боя пока не могу.
   - Это ещё не всё! - Анна с заговорщеским видом перешла на шёпот: - Я подслушала их разговор утром, перед завтраком, пока ты бегал вокруг замка.
   Она оглянулась на дворецкого, но тот явно не возражал против того, что домоправительница собиралась разгласить. И она продолжила:
   - Хлеби говорил, что нагружать тебя сразу полностью не следует. Достаточно и половинной нагрузки. И лишь к концу третьей недели они тебя возьмут в оборот полностью.
   - Половина?! - расстроенный ученик повернулся к Коперрульфу, который довольно шевелил усищами. - Издеваться над маленьким решили?
   - Зато быстрей вырастешь! - дворецкий налил себе огромную кружку кваса и стал пить. Пряча за ней свой растерянный взгляд. Ведь нельзя сейчас хвалить ученика и рассказывать ему, что другие молодые Эль-Митоланы падают с ног лишь от одной десятой тех нагрузок, которые положено выдерживать к концу всего курса. Да и сам курс рассчитан месяца на четыре. Но гонять Кремона на таких низких оборотах - значило делать парню явные поблажки. Потому Хлеби решил форсировать занятия, будучи уверен в прекрасном состоянии ученика. Добавив:
   - Скоро он нас обоих начнёт побеждать. Вот что тогда делать станем? Глянь, как у него синяк зажил: один день и даже следа не осталось. Мне кажется, он точно так же и свои мускулы регенерирует. И спит вроде несколько часов, а с утра из него дурная энергия так и выплескивается....
   - Как же он так успевает? - поинтересовался тогда дворецкий у хозяина замка.
   - Заметил, сколько он съедает? Мы бы вдвоём от его порции за неделю жиром заплыли, а он.... Хм! Только стройнее и резвее становится.
   Вот и сейчас Коперрульф с лёгкой завистью наблюдал, как молодые зубы Кремона на глазах перемалывали громадный рулончик отборного вяленого мяса. Причём сам владелец этих зубов второй рукой накладывал себе в тарелку с десяток отбивных средних размеров. Причем, делая это чисто автоматически и продолжая живо интересоваться историей местного маршала. Вставляя новые вопросы, лишь только рот немного освобождался от проглатываемой пищи.
   - Войны то давно нет! Где же вас, такого мастера, так покалечило?
   Какое-то время дворецкий сидел молча, очевидно погрузившись в неприятные воспоминания. А затем с сомнением покачал головой:
   - Вряд ли ты поверишь....
   - Вам?! Уверен - вы врать не станете.
   - Да? Ну ладно, тогда скажу. Выполнял я со своей группой, по заданию пограничного ведомства, разведывательный рейд в Гиблые Топи....
   - Куда...?! - Кремон даже жевать перестал от удивления, но высказать возникшие сомнения всё-таки не решился. Хоть по глазам недоверие читалось весьма ясно.
   - Вот видишь! И куда же делась твоя уверенность? - насмешливо пошевелил усами отставной капитан.
   - Извините, я вам верю. Просто как-то такие рейды даже с моими знаниями тех мест, кажутся чем-то нереальным.
   - Для большинства обывателей - да. Нереальным. Но я то сам из тех мест. И легенд с самого детства наслышался много. Да и лично беседовал с двумя промысловиками, которые оттуда живыми вернулись. Они в своё время мне таких ужасов понарассказывали.... Брр! Мурашки по телу шли! И зарекались туда возвращаться даже под угрозой самой страшной казни. Но ведь вышли из Топей! Вырвались благодаря своему отменному воинскому мастерству, физической силе и врождённой сообразительности. Хоть и попутчиков своих всех потеряли. Сейчас эти промысловики стали одними их богатейших людей провинции Ошакли. Но никому не рассказывают каким образом разбогатели. Да и про Гиблые Топи не вспоминают. А со мной делились опытом лишь из-за личного указа короля, в котором мне вменялось собрать группу удальцов и совершить разведывательный рейд по руслу реки Рашега. Ведь её истоки где-то в топях начинаются....
   Кремон успел доесть новую порцию отбивных, пока решился нарушить затянувшееся молчание:
   - Значит, вы зашли очень далеко?
   - Если бы! Вначале всё шло довольно неплохо. Потерь не было, и два Эль-Митолана из прикрытия вполне справлялись с отражением магических атак. А десяток бесподобных ребят под моим командованием успешно добивали кошмарные физические сущности. Но вот на второй день пути.... Такое началось! А когда погибло четверо бойцов и опытнейший Эль-Митолан, я тут же дал команду уходить обратно. До сих пор не верю, что нам это удалось. Ещё двоих потеряли. А остальным вовек благодарен, что сумели меня спасти. А тот волшебник, что остался в живых, тоже сильно пострадал.... Как мне говорили - почти потерял свои способности к восприятию тайн мироздания....
   - Ого!
   - А меня к нему даже не пустили ни разу. Лечат его в госпитале Академии Высших Эль-Митоланов.
   - А с кем же вам пришлось сражаться?!
   Глаза Коперрульфа превратились в две щёлочки, а голос стал сухим и отрывистым:
   - Лучше тебе про этих тварей даже не слышать. Может когда-нибудь, под настроение и поделюсь более подробными воспоминаниями. А сейчас: поел?
   - Э-э..., - Кремон растерянно стал шарить взглядом по столу, соображая, что бы ещё ухватить вкусненького. Но строгая команда подняла его с места:
   - Вставай! За мной! В зале уже наверняка установили "Истукон". Вот он тебя сейчас и погоняет! Слышал про такого?
   - Не только слышал, но в королевской казарме пару раз против него стоял.
   - И как?
   - Не хочу хвастаться, но все меня очень хвалили.
   - Ха! Того Истукона я знаю. А вот твой учитель ещё лучшего сконструировал. Посмотрим, как ты с ним справишься....
   Действительно, глаза молодого Эль-Митолана расширились от удивления, когда он увидел кособокое полумеханическое чудовище. Возле него копошился кузнец со своими помощниками, заканчивая наладку. А рядом стоял хозяин замка, натянув на лицо маску полного равнодушия и скуки. Завидев приблизившегося ученика, он немного оживился и стал давать задания:
   - Твоя задача наносить удары как можно чаще сюда, сюда и в верхнюю часть! - при этих словах он рисовал краской на Истуконе области обязательной атаки. - Но не забывай: вот эта цепь, на уровне плечей, раскрывается с каждым вторым оборотом, чередуясь с аналогичной цепью на уровне колен. Не будешь подпрыгивать или пригибаться - останешься либо без ног, либо без головы. Эти два меча выскакивают в стороны, нанося рубящие и колющие удары. Пока - тоже в определённой последовательности. Кинжалы наносят в основном лишь колющие удары. Но их тут четыре. Причём последний выскакивает сверху вниз и наискосок. Вот эта булава выносится вперёд при вращении и запросто может сломать тебе рёбра. Со временем мы установим на неё длинные шипы. Пока же она будет двигаться в самом медленном и редком из трёх режимов. Этот топор описывает дугу во время отклонения Истукона в противоположную сторону. Некоторые навесные орудия будем добавлять по мере необходимости.
   - Добавлять?! - не выдержал Кремон. - Да с этим монстром никто и так не справится!
   - Уверен? Хм! - Хлеби сбросил с себя тёмный плащ, оставшись в лёгком тренировочной костюме. Выбрал у стойки два средних меча, и провёл с ними несколько серий разминочных упражнений. А затем встал на треугольник атаки возле Истукона и скомандовал кузнецу:
   - Включай!
   В тот же момент искусственный тренажёр вздрогнул и закрутился вокруг своей оси. Лезвия мечей и кинжалов замелькали с безжалостной и непоколебимой уверенностью. Цепи рассекали воздух с неприятным шелестом. И лишь топор выходил из своего желоба с омерзительным лязгом.
   Казалось, что подойти к механическому страшилищу нет и малейшей возможности. Но Хлеби долго не примерялся, поднырнув под летящую в голову цепь, он отвёл от себя удары меча и двух кинжалов и нанёс три мастерских удара по отмеченным участкам. А через какую-то долю мгновения, по тому месту, где он только что находился, пронеслось лезвие топора и второго меча. А Хлеби после этого так же молниеносно повторил атаку. Но уже поменяв последовательность своих ударов по смертельным точкам предполагаемого противника. И опять отскочил от Истукона ещё быстрей, чем атаковал. Затем неспешно вернулся к стенке с оружием и водрузил мечи на место.
   У всех присутствующих на лицах читалось явное восхищение. Даже Коперрульф уважительно крутил головой. А хозяин замка скомандовал своему ученику:
   - Выбирай оружие!
   А когда тот, почёсывая озадаченно бровь, отправился к стенке, наставник незаметно смахнул со лба обильно выступивший пот. Это движение заметил лишь дворецкий, но после этого уже чуть ли не со страхом стал присматриваться к вращающемуся Истукону. Ведь самому тоже придётся демонстрировать подобную ловкость и умение. Чуть позже....
   Молодой Эль-Митолан остановил свой выбор на длинном мече и ещё одном средней длины. Полагая, что это поможет ему пробиться сквозь мелькание грозных лезвий тренажёра. Затем также проделал большую серию разминочных упражнений. Всё время, посматривая на вертящегося монстра и мысленно прокручивая в своём сознании предстоящие движения. Тяжёлый обед мешал так основательно, что Кремон пожалел о своей ненасытности и пообещал себе в следующий раз хотя бы предварительно интересоваться намечаемыми тренировками.
   Наконец он вполне разогрел своё тело и вышел в треугольник атаки. И только тогда окончательно понял, что лёгкость, с которой учитель нанёс "смертельные ранения" Истукону, была лишь кажущейся. При всей своей тренированности, ловкости и проворству, ему таки долго не удавалось прорваться сквозь мельтешение блестящих лезвий и гул шелестящих цепей. Но потом всё-таки извернулся и достал длинным мечом обведённое краской место на корпусе тренажёра. Ободрённый первым успехом он решил приложиться сразу двумя мечами к механическому монстру и пошёл в атаку. Только вдруг понял, что не успевает увернуться от рубящего наискосок меча. Пришлось подставлять свой, более короткий. Но отбить не удалось со всей необходимой силой. Равновесие тут же нарушилось, а синхронность выбилась из амплитуды. И уже от лязгнувшего топора пришлось отбиваться обоими своими мечами. Краем глаза ещё успел выхватить разворачивающуюся в ноги цепь и подпрыгнуть. Как в тот же момент мощнейший удар булавой по руке чуть выше локтя, отбросил Кремона метра на три. Мечи он при этом не выронил, и даже вскочил моментально на ноги, но вот правая рука фактически перестала повиноваться. А уж готовый вырваться крик боли, рванувшей всё тело до пяток, удалось сдержать лишь сжатыми до предела зубами.
   - Как для начала - неплохо! - хозяин замка, надевая свой плащ, повернулся к Коперрульфу. - Но ведь парень совершенно беспомощен! И какие главные ошибки он совершил?
   - Вначале - неправильно выбрал оружие! - опытный воин прекрасно увидел все упущения молодого ученика. - Лёгкими мечами может и проще уколоть противника, на ведь и отразить тяжёлый удар почти невозможно. Поэтому он и замешкался с отходом. А уж забыть про булаву и не увидеть такого тихого и огромного оружия....
   - Конечно! - поддакнул Хлеби. - Хорошо хоть на ней пока шипов нет. Но ведь на то мы здесь и тренируемся, что бы господин Кремон действительно чему-то научился! А с таким учителем как вы, он справится с Истуконом непременно. Продолжайте занятия! Я вас сменю чуть позже.
   - Понял! - ответил Коперрульф уже в спину уходящего хозяина замка и повернулся к Кремону: - Ну что! Рука не сломана?
   - Да нет, вроде..., - молодой Эль-Митолан со страдальческим выражением крутил кистью. - Кости целы....
   - Вот и отлично! Тогда - продолжим!
  
   И адская тренировка продолжилась. А поздним вечером Кремон уже ненавидел бесчувственного Истукона и готов бал разгрызть его зубами. А когда пришедший на очередную смену Хлеби, задумчиво проговорил:
   - Что-то ты сегодня слабо выглядишь...? Давай ка ещё пару часиков подвергнем штурму это безмозглое сооружение. Отрабатывать ловкость гораздо полезнее, чем дрыхнуть на мягкой постели....
   То молодой ученик стал проникаться ненавистью и к своим наставникам. А в голову закралась твёрдая уверенность: над ним просто издеваются! С таким монстром явно надо учиться сражаться постепенно, долгие недели. А его хотят заставить в первый же день показать немыслимое боевое искусство. Как в таком случае называть своих учителей? Правильно: как минимум такими же бездушными Истуконами!
   Вот только вслух таких мыслей не выскажешь. Приходится прятать накапливающуюся обиду. И ...продолжать тренировку. Сжав зубы, смахивая пот, застилающий глаза и не обращая внимания на многочисленные раны, покрывающие тело всё более витиеватым узором.
   Поздней ночью даже Хлеби обратил внимание, а может, только сделал вид, что обратил, на чрезмерное количество ранений. Все они были не опасны, но весьма болезненны и две изрядно кровоточили: колющие удары Истукона оказались самыми неприятными. И прекратил тренировку. Но не обучение!
   - А сейчас мы будем учиться передавать друг другу свою магическую силу. Моей ты всё равно пока воспользоваться на сможешь - и со своей то не знаешь, как обращаться! А вот твоя сила мне может пригодиться. Итак: начнём!
   После подробных инструкций, пошатывающийся от усталости Кремон вложил свою ладонь в руку учителя и в тот же миг, рухнул на пол тренировочного зала.
   - Надо же! - зафыркал от возмущения раздосадованный наставник. - Я ведь тебе пояснил подробно, как сделать так, что бы передать мне лишь магическую силу! А не физическую в придачу! Вставай!
   Он наклонился и приложил руку к голове ученика. От вернувшейся в его тело силы Кремон встрепенулся и неловко вскочил на ноги. Растеряно при этом моргая глазами:
   - Я потерял сознание?!
   - А как ты думаешь? Если будешь и дальше слушать также невнимательно, то тебе грозит терять сознание постоянно. Повторяю во второй раз! Значит концентрируешься....
  
   Во второй раз получилось намного лучше: молодой Эль-Митолан схватился за пирамиду с оружием, но на ногах устоял.
   - О! Теперь то, что надо! - оживился Хлеби. - Главное, что меня интересует: силы у тебя остались ...дойти до кровати?
   - ...Остались....
   - Прекрасно! Тогда иди, отдохни ...пару часиков. На рассвете тебя Коперрульф выведет на разминку. А потом займёмся более подробно и тщательно процессом передачи магической энергии. Совмещая это с необходимыми физическими нагрузками. Возможно, и с Истуконом сделаем перерыв в занятиях. Я тут ещё одно добавление к нему придумал, и завтра кузнец ещё чуток поработает....
   Кремон с трудом открыл всё более тяжелеющие веки и попытался пошутить:
   - Неужели?! Как жаль.... Тогда может, я ещё сегодня с часик на нём потренируюсь?
   Похоже, что наставник юмора не оценил, так как почему-то рассердился и скомандовал:
   - Сказали спать - значит спать!
   И схватив свой плащ, поспешил в подземную лабораторию. Ему прямо-таки не терпелось использовать полученную мощь другого мага для одного весьма сложного эксперимента, который он задумал провести уже давно. А ведь время, уходящее на пустую болтовню, постепенно, но верно распыляло полученную силу в пространстве. И что самое обидное бесполезно! А этот мальчишка ещё на шутки находит силы! Нет! Надо было его без сознания таки оставить: пусть бы здесь и спал в своё удовольствие.
  
  

УТРЕННИЕ ПРОБЕЖКИ

   С утра Коперрульф разбудил Кремона ещё до рассвета, в полной чернильной темноте ночи. То ли у него была бессонница, то ли его кто потревожил слишком рано. Судя по недовольно топорщащимся усам - скорей всего последнее. И нетрудно было догадаться, кто именно осмелился прервать вполне здоровый раньше сон отставного капитана.
   - Пошевеливайтесь, господин Кремон!
   - Да я уже и так готов...!
   - Одеть на себя подкольчужную рубаху. И всё остальное - соответственно! Сегодня разминка будет производиться с полной боевой выкладкой.
   Эль-Митолан незаметно вздохнул, но быстро надел на себя всё требуемое и стал нагружать себя оружием. Возмущаясь молчанием отставного капитана. Тот только одобрительно кивал головой при каждом новом кинжале, мече или другом вида оружия, которые ученик поспешно прикреплял к поясу и специальными карабинами и ремнями по всему телу. Подобные тренировки уже проводились несколько раз, но сегодня маршал превзошёл все мыслимые нагрузки. Лишь когда Кремон прикрепил на левую руку средний щит и со злым блеском в глазах потянулся за огромной алебардой, послышалась короткая команда:
   - Хватит!
   А ведь ученик уже был изрядно мокрый от разогревающегося тела.
   - За мной!
   Коперрульф бежал налегке, с высокомерием посмеиваясь над загруженным, словно гужевой похас, учеником. И давал по ходу пробежки "ценные" указания:
   - Бежим к роще!
   - Булаву подтяни чуть выше! Ведь бедро такого массажа долго не вынесет.
   - Щит сдвинь к самому локтю - не так будет перевешивать.
   - И шлем, почему болтается? Ведь с головой потеряешь!
   - Сколько раз напоминать о дыхании?!
   На последнее замечание Кремон попытался ответить:
   - Так ведь ремешок шлема дышать мешает....
   - Натягивай ремешок опущенной вниз челюстью, но рот не открывай! Носом, носом дыши! Лучше уж задыхаться, чем пучок стрел в голову получить.
   - И быстрей, быстрей двигайся! Мы ведь не на прогулке!
   Парень совсем по волчьи оглянулся на картинно бегущего дворецкого, но скорости прибавил. Про себя задумав хоть на короткое время избавиться от раздражающих нотаций в его адрес. Для этого он, постепенно ускоряясь, добежал до конца рощи, что, в общем, то осталось незамеченным. Но вот когда они стали возвращаться по большой дуге, через поле, разделяющее рощу и посёлок, стал довольно резко прибавлять в скорости. Коперрульф только одобрил такую прыть восклицанием:
   - Вот это - дело!
   Но уже через двадцать метров заметил, что интервал между ним и учеником неуклонно увеличивается. Вначале мастер попытался ускориться, но Кремон продолжал увеличивать отрыв. И Коперрульф почувствовал, что если ещё приложит силы для ускорения, то упадёт на середине дистанции. Панически оглянувшись, он стал прикидывать: не побежать ли обратной дорогой? Ведь так было намного ближе возвратиться к замку. Или может срезать напрямик? Через поле? Но ведь там оросительные каналы, и в темноте обязательно свалишься в один из них. Может окликнуть ученика и заставить делать упражнения на месте? Но, посмотрев в предрассветную мглу, дворецкий различил далеко впереди лишь смутно угадываемую тень.
   - Вот ...! - крепкое словцо вылетело из запыхавшихся уст расстроенного наставника. - Как он меня уделал! Неужели и до замка так доскачет? Похас с ...ами!
   Кремон же нёсся вперёд словно вихрь. В весёлой эйфории почти не чувствуя тяжести своего облачения и не отдавая себе отчёт в том, что в ботинках уже хлюпает пот, обильно стекающий со всего тела.
   "Вот теперь пусть командует, ха-ха, сам собою! - с детской мстительностью думал парень. - А если даже на него болары нападут, то пусть кричит и зовёт на помощь. Вообще то.... Вряд ли он позовёт. Скорей сам им все корни выдернет и оперение поломает. А вот я продолжу тренировку без его нудных указаний!"
   Добежав до замка, Кремон на той же скорости пронёсся по внутреннему двору и сразу пошёл на второй круг. Обычно его прогоняли по маршруту три раза. Так что вряд ли сегодня сделают исключение. Правда, выбежав на дорогу, парень таки сбавил темп. Хоть и продолжал время от времени оглядываться: а вдруг как разозлённый наставник догонит не в меру ретивого ученика?
   Но Коперрульф уже и не помышлял о подобном. Лишь только он вбежал во двор, сразу же устремился к конюшне. Но был остановлен раздавшимся из темноты смешком:
   - Весёлый у вас сегодня марш-бросок!
   - М-да! Веселей - некуда! - дворецкий от досады даже головой покрутил: - Совершенно представить себе такого не мог! Старею, наверное....
   - Ладно, Ганби! Не прибедняйся: всё равно твоей отставки принимать не буду.
   - Так ведь мальчишка совсем - а так легко от меня оторвался!
   - Мальчишка?! - хмыкнул Хлеби. - А ведь и я от тебя точно так же убежать смогу.
   - Хм! Ну, тогда мне остаётся только завидовать любому Эль-Митолану! - признался отставной капитан.
   - Да нет, таких как мы мало. Только вот я бы всю броню и вооружение левитацией поддерживал. А этот молодой ....
   - Похас с ...ами! - подсказал улыбнувшись Коперрульф
   - Ха! Ну да! Этот молодой жеребец всё на своей силушке выносит. И даже не умеет ею, как следует распоряжаться.
   - Если он сейчас не умеет, то, что будет, когда он научится?
   - И мне это весьма интересно! - Хлеби дружески похлопал дворецкого по плечу. - Ладно, пойду, посплю пару часиков. А то увлёкся наблюдением за вами. Продолжай его гонять с применением всей своей выдумки.
   - Постараюсь! - многозначительно ответил Коперрульф.
  
   Через какое-то время во двор, стараясь не лязгать своим оружием, вбежал Кремон. Внимательно осматриваясь на ходу, он победно улыбался и чуть ли не хмыкал от удовольствия. Или отставной капитан тщетно пытается его догнать, или понял свою ненужность на данном этапе обучения и отправился отдыхать. С этими блаженными размышлениями парень ленивой трусцой обогнул замок и отпрянул от раздавшегося крика:
   - Быстрей! Почему ползёшь как улитка?!
   А вслед за этим разнеслось довольное ржание Полночи, которая в любое время суток любила прогуляться по окрестностям вместе со своим седоком. Восседавший в седле Коперрульф, отправил лошадь вплотную за скрипящим зубами учеником и принялся применять обещанную хозяину замка выдумку.
   - Теперь немного смещаем нагрузки: правым боком вперёд. Отлично! Галопируешь лучше моей Полночи.
   - Теперь левым!
   - Сейчас перекинь щит на другую руку.
   - Приготовь топор к бою!
   - Лишь только вбегаем в рощу, отрабатываешь удары на деревьях по команде "Руби!". Но первым делом ударяешь в дерево щитом, как бы отражая атаку противника.
   - Руби! Руби! Руби...!
   - А вот падать не надо! Разве что, уходя с линии обстрела из арбалетов....
   - И тише, тише старайся двигаться! И так весь посёлок наверняка разбудили....
   Молодой Эль-Митолан к концу круга уже чуть ли не падал на заплетающихся ногах и двигался словно сомнамбула. Но услышанное во дворе, заставило его подпрыгнуть от неожиданности:
   - Давно пора нам продлить время тренировок. Да и сил осталось порядочно. Вперёд! На четвёртый круг! Побежали!
   С фатальностью обречённого Кремон выполнил команду, продумывая в голове сладостные планы мести жестоким наставникам.
   "Побежали?! Кто-то себе едет, а вот я бегу. И силы у меня, в отличие от "бодрого" наездника - совсем кончились. Поносом его, что ли наградить? Хм! Хлеби сразу догадается.... А может Полночь пусть помучается? Да нет, жалко лошадку: она то в чём провинилась? Ох! Сейчас грохнусь и не встану...! Что тогда этот маршал делать станет? М-да! Вполне вероятно, что просто так и бросит на дороге.... Может мне сил хватит хоть до рощи добежать?"
   Хватило, как ни странно. И не только до рощи, но и до замка. А вот там вообще случилась неожиданная для всех трансформация. Лишь только Коперрульф дал команду:
   - До завтрака свободен!
   Как усталость, словно рукой сняло. Почти неосознанно Кремон издал свой фирменный свист и стал сбрасывать с себя опостылевшее железо. А когда через две минуты из конюшни вынесся осёдланный Торнадо, ужё бежал ему на встречу. Конь без всякой команды стал закладывать широкую дугу. Лишь чуть сбавив скорость, поравнявшись с хозяином. А Кремон, показал чудеса джигитовки: ухватился за луку седла, несколько раз сильно оттолкнулся ногами от земли, и словно коршун взлетел над вороным. Миг - и конь с наездником скрылись в рассветных сумерках.
   - Да..., - Коперрульф прикрыл отвисшую челюсть и, за неимением других собеседников, обратился к Полночи: - Ты видела? Чудеса! Мне показалось, что он здесь и свалится. Да так и заснёт на земле до завтрака. И когда это они успели такие трюки отработать? Может, и мы потренируемся на досуге вытворять нечто подобное?
   Лошадь укоризненно покосилась одним глазом на своего хозяина и возмущённо всхрапнула. Как бы говоря:
   "За кого ты меня принимаешь?!"
  
  
  

БОЕВОЕ КРЕЩЕНИЕ

   Чуть ли не час, доставшегося ему неожиданно отдыха, Кремон использовал с максимальной пользой. Промчавшись несколько километров вдоль озера на запад, он неожиданно решил искупаться и резко осадил вороного. Быстро расседлал, сам разделся до гола и осторожно стал заходить в весьма холодную воду. Дно под ногами было каменистое и резко уходило на глубину. Когда будоражащая свежесть стала доставать выше колен, Кремон с рычанием бросился в воду головой и бешено заработал руками и ногами. Вынырнув на поверхность, поплыл с наибольшей для него скоростью, делая бешеные гребки и вскрикивая от удовольствия. Оглядываясь изредка на берег, парень увидел, что взволнованное животное мечется по берегу. Не зная видимо, что произошло с хозяином и стоит ли ему помогать. Через минуты две Торнадо всё-таки решил присоединиться к купанию. Но нашёл вход в воду с более пологим дном, чуть в стороне. И уже оттуда, с игривым ржанием устремился вдогонку за человеком.
   Кремон попытался и тут оторваться от преследования, но расстояние стало неуклонно сокращаться. Торнадо на плаву оказался непревзойдённым. И уже через короткое время пофыркивал насмешливо рядом с хозяином.
   - Молодец! Если бы ты и меня научил так быстро плавать! Ну, раз догнал.... Тогда плывём к берегу!
   И придерживаясь за конскую гриву, он поплыл обратно. Вернее даже не поплыл, а лишь старался удержать разворачивающееся тело чуть разведёнными ногами и подгребая второй рукой. Вороной сам, словно не замечая, буксировал хозяина за собой. Вот только пока добрались до берега, парень стал замерзать без интенсивных движений. И выскочив на сушу, пришлось согреваться разминочными движениями и бегать за пытающимся от него увернуться конём.
   Самым неприятным после купания, оказалось, надеть на себя совсем несвежие одежды. После выматывающей тренировки к ним даже не хотелось прикасаться. Кремон записал в своей памяти, как на будущее не повторить подобной ошибки, а пока постарался хоть как-то исправить положение. Для этого он резкими движениями прополоскал одежду в воде несколько минут, затем выкрутил до треску рвущихся волокон и напялил на чистое, после купания, тело. А что бы влажная ткань не холодила тело при встречном ветре, оседлал коня, но не сел на него, а побежал с ним рядом. С удовлетворением замечая, как от разгорячённого тела, сквозь ткань вырываются облачка пара. Торнадо бежал рядом. Лишь иногда резко шарахаясь в сторону, делая смешные взбрыкивания и носясь по зеленеющим склонам холмов. Но каждый раз возвращаясь и утыкаясь мордой в плечо хозяина. Как бы спрашивая разрешения шалить и дальше в том же духе. Кремон ласково хлопал вороного по шей, кричал что-то поощрительное и конь вновь метался по сторонам, наслаждаясь предоставляемой свободой.
   Лишь на виду замка молодой Эль-Митолан лихо вскочил в седло и заставил Торнадо прогалопировать оставшееся расстояние. В конюшне он дал задание подскочившему конюху:
   - Дани! Обязательно приготовь сумку с одеждой для меня и запасной обувью и приторочь к седлу. Пусть всегда будет готова. - Немного подумав, добавил: - И меч средний в чехле тоже всегда к сбруе крепи. Я его под навесом во дворе сейчас оставлю.
   - Хорошо, господин. Тот час сделаю!
   Кремон же попрощался с Торнадо, и заторопился на завтрак. На ходу подбирая сброшенное под стеной впопыхах оружие и доспехи. Относиться к боевому облачению с особой бережностью его приучил ещё дядя Кралси. Так что здешние наставники ещё ни разу не имели повода укорить ученика в оставленном надолго ржаветь мече или в плохо начищенных доспехах.
   Хоть одежда уже почти высохла, Кремон переоделся в чистое и успел к столу как раз в тот момент, когда хозяин замка тянулся рукой за первым кусочком поджаренного хлеба. Дворецкий видимо был более голодным, так как сидел уж с набитым ртом и с равномерностью мельницы пережёвывал первую порцию завтрака.
   - А мы думали, что ты будешь гулять вместо завтрака! - после взаимных приветствий и пожеланий приятного аппетита пошутил Хлеби.
   - Для полного счастья мне осталось ещё только на диету сесть!
   В тон ему ответил Кремон. Чем вызвал за столом у всех разную реакцию. Наставник присмотрелся к заживающему порезу на подбородке:
   - А остальные раны, которые тебе Истукон наделал?
   - Точно так же. Думаю, завтра от них следа не останется.
   - Хорошая прогулка лишь наоборот аппетит прибавляет. - Коперрульф накладывал себе как всегда гигантский бутерброд, тем самым, напоминая всем, что и он с самого утра потратил массу энергии. - И куда ты ездил на Торнадо?
   - Купались. Не доезжая первого маяка.
   - Да? И как водичка?
   - Бодрит!
   Только тётушка Анна не разделяла общего настроения и грустно покачивала головой. Наконец и она высказалась:
   - За последние два дня ты явно похудел.
   - Мм? - удивлённо промычал Кремон с уже набитым ртом.
   - Может, хочешь заказать что-нибудь особенное? Мы можем приготовить что угодно. Что ты больше всего любил в детстве?
   Запив соком проглоченную пищу, парень признался:
   - Да я в детстве такой стол видел только по праздникам! А большинство ваших вкуснейших блюд мне и пробовать то никогда не доводилось. Так что даже при всей своей фантазии и обжорстве я не смог бы попросить чего-либо новенького. А по поводу похудения....
   Он повернулся к хозяину замка и спросил:
   - Чем я буду заниматься после завтрака?
   - Будем кататься на лодке по озеру. Так что можешь подкрепиться, как следует. Гребля - это не бой с Истуконом или бег с полной выкладкой....
   Его ученик в ответ лишь кивал головой, с удвоенной интенсивностью набросившись на ветчину с сыром. Что сразу прибавило настроения и домоправительнице. И она попыталась ввести новое правило:
   - Хорошо бы после каждого приёма пиши часик отдыхать....
   Хлеби от возмущения даже слов не смог найти. Лишь разводил руками да фыркал. А вот дворецкий подошёл к вопросу совсем с другой стороны:
   - И почему же вы, госпожа Анна, никогда не отдыхаете? Ведь как раз у вас имеется такая возможность.
   - В моём возрасте это вредно! - проворчала старушка.
   - А в нашем возрасте тем более вредно много спать! Надо тренировать своё тело постоянно!
   - Ладно, ладно! Тренируйтесь себе на здоровье! Меня это не касается. Гораздо важнее то, что люди уехали за товарами. И в Лиод и в Пладу. Скоро я вам смогу приготовить действительно что-то новенькое.
   - Ещё бы! - Хлеби вскинул брови с явным осуждением. - Такого длинного списка я от тебя ещё не получал ни разу.
   - Зато теперь уж точно не останешься голодным! - ответила ему домоправительница, вставая и отправляясь в сторону кухни.
   - Голодным? - закричал ей вслед племянник. - Да у нас и так все кладовые завалены!
   - Теперь нас больше и запас никогда не повредит! - донеслось от двери утверждение, завершающее маленький диспут. И тем самым, ставя точку на дальнейших возражениях со стороны хозяина замка. Тому только и осталось, что тяжело вздохнуть и произнести:
   - М-да!
   Завтрак немного затянулся из-за десерта, который любили все мужчины. Каждый из них съел творожного пудинга не менее чем две порции, разнообразя лакомство лишь определённым вареньем, джемом или сметаной. Только Кремон свои так никем и не сосчитанные порции пудинга, сметаной не поливал. Весьма по прозаической причине: он ею просто запивал. Для него специально принесли полную кружку сметаны. Очень большую. И она была опустошена с таким удовольствием, что даже несколько насмешек в адрес молодого Эль-Митолана со стороны старших сотрапезников, его не испортили.
   Когда троица вышла во внутренний двор, Хлеби первым делом взглянул в сторону озера и с удовлетворением констатировал:
   - Лодка нас ждёт. Эх! Люблю по водной глади прокатиться!
   - И я обожаю! - вырвалось у Кремона. - Мы раньше очень часто на прудах центрального парка в Пладе катались....
   - Катались? - с каким-то ехидством спросил Коперрульф. - Ну-ну! Уж здесь ты накатаешься...!
   - Чего ты так? - отеческая забота старшего Эль-Митолана показалась слишком наигранной. - Может ему ещё и понравится ...грести....
   Из чего парень сообразил, что на его долю в прогулке будет приходиться мускульная поддержка движения. А кататься будет лишь протектор Агвана. Который сразу и обозначил границы очередной физической разминки, обращаясь к дворецкому:
   - Мы до самого обеда. А ты чем займёшься?
   - Сейчас в посёлок проедусь. Там кобылка у одного селянина должна ожеребиться: гляну на всякий случай. Потом буду нашим молодняком заниматься.
   - Добро! Ну что ученик? Что-то ты сонный слишком.... Давай разминку устроим: к лодке, бегом, марш!
   И сам первый рванул в сторону озера.
   "Обманул! После такого обжорства - мне только бегать осталось!" - мелькнуло в голове у Кремона, и он с тяжёлым вздохом бросился догонять учителя.
   Лодочка оказалась на удивление лёгкой и быстроходной. И скользила по водной глади, словно паучок водомерка: почти не будоража своим движением застывшее зеркало озера. Сказочную тишину нарушали лишь поскрипывание уключин, шелест выдёргиваемых из воды вёсел, да голос Хлеби, который и здесь продолжил учёбу. Попутно вставляя интересные замечания по поводу проплывающих за бортом ландшафтов.
   Вначале, правда, он присматривался к манере гребле своего ученика, но остался, видимо, вполне доволен. Так как замечаний делать не стал. Даже похвалил:
   - Неплохо у тебя получается. А после десятой такой поездки вообще можешь подаваться в рыбацкую артель.
   - Так ведь здесь ловить нельзя. Мне Коперрульф рассказывал....
   - Пока нельзя. Но если договоримся с соседями, договор двухсотлетней давности можно будет пересмотреть. Я пока старосте ничего не говорил: зачем радовать раньше времени. Но вот если вопрос решится, артель будет готова за один день.
   - А что здесь за рыба водится?
   - Настоящее лакомство для гурманов! Тасакья!
   - Хм! Не слышал о такой. Да и, - парень оглянулся по сторонам, - Нет ни одного всплеска на поверхности.
   - О! Тасакья - рыбка глубоководная. А всплывает к воздуху лишь глухой ночью и, в основном, в местах своей постоянной кормёжки. Там где скалы круто сходят в воду. На их подводных склонах растут густые кустарники водорослей анкусалии - некий аналог сухопутного свала. Вот местная рыбка там и кормится. Причём анкусалии растут до глубины в сто метров.
   - Сто метров?! - не поверил Кремон и взглянул за борт в темнеющие глубины. - Здесь же мелко!
   - Хочешь нырнуть? И проверить? - тон, каким были заданы вопросы, моментально напомнил ученику, что его могут заставить толкать лодку вплавь. Не то, что нырять. Поэтому он слишком уж поспешно ответил:
   - Я всегда верю каждому вашему утверждению.
   - Приятно слышать. Но попробуй хоть раз не поверить. Так вот: озеро только в одном месте имеет пологий берег; возле замка. Уже чуть западнее, с того места, где ты сегодня купался, дно уходит вниз всё круче и круче. Сейчас под нами около двухсот метров. Но вот у других берегов глубина доходит до тысячи метров.
   Кремон от услышанной цифры даже сбился с ритма, и весло выскочило из воды слишком рано. Подняв при этом веер брызг, который своим краем зацепил сидящего на корме у руля Хлеби. Лицо учителя осталось бесстрастным, он даже не сделал попыток вытереть капли, лишь продолжил в том же тоне:
   - Конечно: лично я там не нырял. Но для промера глубины - такой необходимости нет. Почти отвесно уходящие вниз скалы изрезаны трещинами, глубоко уходящими в Сорфитовые долины и сплошь заросшие анкусалиями. Можешь себе представить, какие там скопления рыбы.
   - И соседи запросто разрешат нашим людям заниматься ловлей?
   - Конечно, не запросто. Сами они рыбачить не любят, кажется. По крайней мере, здесь промысел наладить не хотят. Но от своей доли не откажутся. Сейчас идут переговоры, что треть всей выловленной рыбы будет сдаваться на их приёмный пункт. Я прикинул: выгода будет огромная. Когда договор будет подписан, с Юзвы нам доставят два баркаса и сети за одну неделю. Две артели организую и все затраты мне окупятся за три, пять месяцев. Представляешь?! И это притом, что мне будет идти лишь одна треть. А последняя треть - будет идти посёлку. Староста если узнает - помрёт от счастья!
   - Такой помрёт.... А вы то с рыбой, что будете делать?
   - Придётся создать ещё три или четыре рабочих места. Да в построенной во-о-н там, - Хлеби указал рукой на горную гряду между лодкой и замком. - Между скал, в заливчике коптильне, непрерывным потоком начнут делать такие вкусные вещи, что Агван сразу прославится лишь из-за этого. Причём учти: половина из переработанного мною улова будет идти в Пладу, к королевскому столу. Чего уставился? Греби, греби! Забыл, наверное, про налоги? В любом государстве они существуют. И вообще! Тебе не холодно?
   - Нет....
   - Странно! При такой гребле другой бы на твоём месте уже бы трясся от холода. А ну, наподдай! Вот так! Ещё больше.... Что ж так слабо? Или позавтракать не довелось? Вот! Уже лучше!
   Кремон налегал на вёсла с такой силой, что могло показаться - он хочет их сломать. Но видимо они были сделаны из особой древесины, а то и усилены чем-то в сердцевине, так как наставник совсем не обеспокоился такой прытью. Наоборот, он попросил прибавить ещё, а затем приступил к отработке учебного задания.
   - Теперь сосредоточься и на счёт передаёшь всю свою магическую сила. И учти - только магическую! Лодка должна и дальше скользить без рывка и замедления! Понял? Приготовились: и раз!
   Хлеби отнял руку от колена своего ученика и посмотрел на свои растопыренные пальцы. А затем стал выкрикивать и восклицать:
   - Да что же это?! Видать у тебя со слухом не в порядке! Я ведь дал команду "передать", а не "поделиться" мизерной толикой. Всю! Ты понимаешь?! Всю силу! А для этого умей моментально отделить своё физическое состояние от мощи Эль-Митолана и отдать последнюю мне. И будь готов сразу же принять её обратно. Понял? Хочу надеяться.... Продолжаем: и раз!
   Крики, порой перемежаемые толикой брани, разносились над озером вместе с поскрипыванием уключин. Наставник показать свою настойчивость в таких делах и отводил приём передачи силы до полного автоматизма. Причём делалось это на такой солидной скорости, что замок почти скрылся на горизонте. Правда Кремон не был уверен, от чего это произошло: то ли от пройденного расстояния, то ли от пота, застилающего глаза. Хлеби и на это обратил внимание. Какое-то время, они занимались созданием силовой линзы на глазах. Которая весьма улучшала зрение и препятствовала засорению глаз любыми мелкими предметами. В том числе и потом.
   Затем вновь продолжали отрабатывать передачу магической энергии. Причём стали отрабатывать и переход всей магической мощи от учителя к ученику.
   В таком интенсивном обучении, совмещённым с тренировкой, они достигли самого большого и высокого острова на озере. Вернее даже не острова, а вертикально стоящей скале высотой метров двести и радиусом около полукилометра. А если представить и глубину, простирающуюся под днищем лодки, то легко можно было вообразить, что это не остров, а огромная свая, которую неизвестный строитель неведомо для чего заколотил в центр озера.
   Здесь Хлеби разрешил немного отдохнуть. И они поплыли почти по инерции.
   При ближайшем рассмотрении оказалось, что возвышающиеся скалы нависают над водой с отрицательным уклоном. А кое-где массы камней так страшно нависали над лодкой, что страшно было взглянуть наверх. И хоть поверхность острова вся казалась исперещенной массой мелких трещин, выбоин и сколов, вряд ли удалось бы взойти на его вершину. Даже имея специальное оборудование. Даже при поддержке хорошо обученных и тренированных скалолазов. Тем более Кремон удивился, когда учитель ткнул указательным пальцем вверх:
   - На этом острове будем устанавливать маяк межгосударственной связи. Планируется провести две линии: здесь и вдоль реки Юзва, через Могевар.
   Видя на лице своего ученика явные сомнения, он добавил со смехом:
   - Да не волнуйся! Если сорвёшься вниз, я тебя подстрахую. Да и падать в воду - вполне приятное дело.
   - Спасибо! Теперь - не волнуюсь! Вы умеете....
   Договорить Кремону не пришлось: на груди его наставника басовито загудел амулет магической связи с центральным маяком на замке. От неожиданности оба Эль-Митолана замерли и побледнели. Но если молодой ещё в чём-то сомневался, то старший сумел выдавить из себя:
   - Нарушен охранный периметр!
   Похоже, и у него подобное известие вызвало оторопь. Но справился он на удивление быстро. Вскочил и уставился в момент застекленевшими зрачками в сторону замка. А затем раздалось его еле слышное бормотание:
   - Группа из десяти особей.... Двигаются с юга.... Их прикрывают два Эль-Митолана щитом невидимости и неопознания.... Если бы не периметр, мы бы их не засекли.... Скорость - ездового похаса.... Проклятье!!! Даже в посёлке никого из воинов почти не осталось! Ушли с караванами!
   При последних словах Кремон одним гребком развернул лодку, и собрался грести так, как не грёб ни разу в жизни. Прекрасно осознавая, что вряд ли они успеют помешать неизвестным атакующим ворваться в замок. Но наставник его остановил:
   - Стой! Табань к скалам! Туда! К той глубокой расщелине!
   Не совсем понимая суть действий протектора, парень, тем не менее, моментально напряг мускулы, и через четыре гребка лодка упёрлась кормой в шершавую поверхность. Хлеби за это время достал их кармана стальную герметическую коробочку в виде кубика и, произведя определённые манипуляции, открыл её. Затем с каким-то трепетом достал из неё шар серого и чуть поблескивающего вещества. Отыскав взглядом нужную расщелину, Эль-Митолан засунул странный шар в самую глубину, а затем скомандовал:
   - Отплывай! Быстрей.... Ещё быстрей.
   Когда между ними и островом образовалась полоска шириной метров пятьсот, поступила новая команда:
   - Стой! А теперь, - наставник посмотрел прямо в глаза Кремона, как бы заставляя его собраться и мобилизоваться. - Ничего не бойся. Произойдёт большой взрыв, но от мелких осколков я поставлю щит. Скала рухнет в воду и в нашу сторону пойдёт волна. Нам надо её "оседлать". Только тогда успеем к замку. Поэтому: лишь только крикну "давай", налегай на вёсла изо всех сил. Я тоже помогу чуть левитацией. Понял?
   - Да!
   Тут же Хлеби повернулся к острову и на его ладони вспыхнул маленький уголёк. Который в среде Эль-Митоланов назывался "Поджигатель" и служил как раз для поджигания чего-либо на определённом расстоянии. Уголёк тут же взлетел, и, роняя иногда искорки, полетел в сторону нависающих над водой скал. Скрылся в той самой расщелине, где остался таинственный серый шар, и в ту же секунду оттуда полыхнуло такое пламя, что Кремон непроизвольно зажмурился. А когда открыл глаза, вокруг лодки щедрой рябью расходились круги от тысяч мелких камней и осколков. Разметанных взрывом. В наступившей тишине показалось, что ничего не произошло, но тут же что-то захрустело, раздался грохот громового разряда, и гигантская глыба оторвалась от стены острова. Вернее даже не глыба, а вся боковая часть скал, нависающая над озером. В какую то секунду показалось, что падающая стена накроет собой и утлую лодчонку с Эль-Митоланами, но она с шумом водопада и гейзером брызг ухнула довольно далеко. В тот же момент послышался крик:
   - Давай!
   Кремон старался изо всех сил. Хлеб уселся на руль, а другой рукой ухватился за доску сидения. Лодка после этого набрала почти немыслимую скорость. Вот только волна, за плечами наставника вздымалась ещё быстрее. Наверное, Хлеби заметил нужный момент по отражениям в зрачках своего ученика, потому как успел крикнуть:
   - Весла вдоль борта и держись!
   И в ту же секунду лодка встала перпендикулярно носом к низу. Казалось невероятным - как они не выпали! Казалось невозможным - как они не кувыркнулись! Казалось подозрительным - как Хлеби справился с управлением лодкой.
   "Наверное, он каждый день так тренируется!" - мелькнула шальная мысль в голове у парня. Но их плавсредство оказалось чуть выше середины гигантской волны и понеслось к берегу с умопомрачительной скоростью.
   Несколько минут оба Эль-Митолана почти не дышали от напряжения и боязни хотя бы качнуть утлое судёнышко, которое словно проваливалось куда-то в пропасть. Хлеби заговорил, лишь с трудом раскрывая плотно сжатые губы:
   - Пол пути уже прошли.... Волна большая - вынесет нас, чуть ли не к замку. Будь готов по команде передать мне всю магическую силу....
   - Хорошо.... - после этих слов, Кремон попробовал осмотреться. Для этого ему пришлось взглянуть куда-то вверх и чуть в сторону. И у него сразу создалось впечатления, что обезумевшая волна разобьёт их лодку о стены замка. С такой громадной скоростью тот приближался. Оставалось надеяться лишь на глазомер протектора. Но и его голова кое-что соображала, подсказав одно верное решение. Парень чуть прокашлялся и со всей силы свистнул своим фирменным свистом. Наверняка его хорошо слышно в конюшне даже с такого расстояния. Хоть повторить на всякий случай тоже стоило. Когда он повернулся к своему наставнику, то прочитал в его глазах уважительное одобрение. В такой момент каждая секунда слишком дорого будет стоить.
   Затем Кремон извернулся со всей возможной осторожностью, встал на колени и принялся во все глаза рассматривать берег. Через две минуты из конюшни вылетел осёдланный Торнадо. Хвост его торчал почти горизонтально, грива развевалась от скорости и скакал конь строго в определённую сторону: к озеру. Видимо ни секунды не сомневаясь: в каком направлении находится его хозяин. Вот только створки ворот не захотели разъезжаться перед конём без наездника. Но вороного это не остановила. Под удивлённое восклицание Хлеби и восторженный вопль Кремона, Торнадо перемахнул изгородь в таком красивом и высоком прыжке, что подобное казалось невероятным. Прыжок увидели и выбежавшие из конюшни Дани и Леско. Успевшие по тревоге вооружиться до зубов. Видимо у них тоже имелся свой небольшой арсенал.
   Оба конюха так и замерли поражённые великолепием прыжка. Но в туже минуту заметили надвигающуюся волну и выкриками попытались вернуть вороного обратно. Кремон тоже забеспокоился, но не смог придумать ничего приемлемого для такого случая, как крикнуть во всю глотку:
   - Домой!
   Торнадо остановился так резко, как умел только он и стал поворачивать голову то одним, то другим глазом рассматривая приближающуюся опасность. Видимо он таки понял, что ему угрожает, и повернул в обратную сторону. Но не вскачь, как до того, а смешно подкидывая крупом из стороны в сторону. Точно так же он вел себя на прогулках, когда хозяин отпускал его порезвиться. Видимо и тут он подумал, что Кремон с ним хочет поиграться такой большой и влажной волной. Когда та уже вышла на берег и пошла по суше, Торнадо резко ускорился, тем не менее, не теряя громадную тень из виду и показывая, что может от неё уйти в любой момент.
   Хлеби оказался прав: волна докатилась лишь до самой ограды внутреннего двора. А вот лодка резко зацепилась за камни, проламывая днище, ещё раньше. Оба Эль-Митолана, словно подкинутые пружиной, взлетели в воздух и шлёпнулись в бурлящую и пенящуюся мусором воду. К сожалению, воды той оказалось лишь по щиколотки, так что приятного оказалось мало. Получилось скорей неудачное приземление, чем мягкое приводнение. Отплёвываясь и потирая ушибленные места, оба волшебника вскочили на ноги и посмотрели в разные стороны.
   Кремон на приближающегося Торнадо, который галопировал по лужам в сторону своего хозяина. А Хлеби в направлении южной дороги, скрывающейся между холмов. Ведь он знал, что именно оттуда сейчас вырвется главная опасность. Но даже он, когда увидел атакующих, на какой-то момент потерял дар речи. Лишь схватил за рукав рубашки своего ученика и резко дёрнул к себе. И лишь затем закричал:
   - Готовься передать мне энергию. Среди них колабы! Три колаба! И..., раз!!!
  
  

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ

   Благодаря длительным тренировкам передача магической энергией прошла моментально. И не забрала даже капельки физической мощи Кремона. Не касаясь стремян, он вскочил в седло, схватился за узду и развернул коня в сторону предстоящего сражения. С удовлетворением поглаживая рукоятку меча, притороченного к сбруе. И тоже замер на короткое время от невиданного зрелища.
   На них шла в атаку разношерстная ватага явных разбойников. И разношерстная не только из-за разного одеяния на их телах, но и от того, что трое из них были колабами. У которых то ни шерсти, ни волос никогда не было. Только огромная, невероятной прочности, чешуя. Тем более что в данный момент все три колаба трансформировались в боевые колёса и соединились торцевыми сторонами. Превратившись в страшный и всё сминающий на своём пути каток. В таком положении подвижные чешуйки колабов накладывалась одна на другую, и пробить такую защиту нельзя было даже осадным копьём, выпущенным из катапульты. Единственно слабое место катка, с торцов, прикрывало пятеро тяжело вооруженных кавалеристов. С одной стороны двое на лошадях, и с другой трое на похасах. Ещё один наездник на белом скакуне следовал в тылу, сразу за колабами и становилось понятным, что это один из вражеских Эль-Митоланов. Вот только непонятно было: кто же второй маг среди разбойников?
   Кремон ещё раз быстро окинул взглядом всё поле предстоящего боя.
   Хлеби замер рядом, явно сосредотачиваясь на своих предстоящих действиях. Оба конюха приближались вскачь на лучших ездовых похасах и успевали прикрыть своих колдунов намного раньше столкновения с катком. Но больше всего обрадовал блеск стали со стороны посёлка. Оттуда, на полной скорости скакала Полночь, неся на себе облачённого в доспехи Коперрульфа. То ли тот сумел вооружиться в посёлке, то ли всегда отлучался из замка в таком виде. За ним, растянувшись длинной цепочкой и явно отставая, мчалось ещё четыре всадника. Вся эта группа заходила во фланг атакующим разбойникам и чуть с тыла. Но однозначно не успевала к точке решающего столкновения вовремя. Так что обороняющихся воинов, на данный момент, было только четверо. Кремону оставалось запоздало сожалеть, что не довелось увидеть в бою или на тренировках ни Леско, ни Дани. Но вряд ли конюхи лишь ухаживали за вверенными им животными. Судя по их залихватским выкрикам, они нисколько не боялись предстоящего сражения.
   Нападающие сразу же заметили появившихся на берегу Эль-Митоланов, распознали их и сместили направление главного удара именно на них. Прекрасно понимая - кого надо уничтожить в первую очередь. И хрустящий каток даже ощутимо прибавил в скорости, отрываясь от своего бокового прикрытия и намереваясь раскатать в лепёшку трех наездников и замершего, возле обломков лодки, протектора.
   Расстояние между противниками стало сокращаться катастрофически быстро. Кремон взглянул на наставника и с огромным удивлением увидел у того на лице довольную, вернее злорадную улыбку. Не задумываясь о её причине, он попытался создать перед собой хоть мизерное подобие щита, но у него ничего не получилось: магические силы так быстро не восстанавливаются. Тогда он принял правильное решение и стал уходить с линии надвигающегося катка чуть в сторону, вправо. Оба конюха повторили манёвр молодого Эль-Митолана, но сместились влево от протектора. Но колабы явно знали, в ком сосредоточена вся имеющаяся энергия и ни на градус не сместили угол своей атаки.
   Но вот, когда расстояние сократилось до двадцати метров, Хлеби весь напрягся и даже присел. Словно не него навалилась неимоверная тяжесть. В тот же момент несущийся каток подбросило вверх с такой силой, будто он наткнулся на крутой трамплин. Причём трамплин с сильным скосом в сторону. Все три трансформированных колаба неожиданно разъединились в воздухе, но изменить свою траекторию полёта никак не смогли. И по огромной, пологой дуге понеслись в сторону ещё пенящегося озера. Скорей всего они бы упали на мелкое место, но протектор не зря старался: добавив тяжеленному катку дополнительное ускорение левитацией. Все три колаба на лету выходя из режима боевой трансформации и снова превращаясь в длинные, извивающиеся цилиндры, грохнулись в воду.
   Ничего не понимающий Кремон, требовательно взглянул на зашатавшегося Хлеби. Ведь забросить врагов в озеро, не решение всей проблемы. А лишь короткая отсрочка. Почему же он не сжёг огнём хотя бы одного врага? С объединённой силой - это было вполне возможным. Но его наставник трясущейся рукой махнул в сторону других нападающих:
   - Сражайся! Остались только они....
   Другой рукой Хлеби достал из-за пояса кинжал средних размеров. Но при его явной слабости, вряд ли бы он смог им воспользоваться.
   Поэтому Кремон принял ещё чуть влево и тут же сшибся с налетевшей троицей разбойников на похасах. Чуть раньше он услышал звон стали справа: оба конюха стали рубиться с конными наездниками.
   Первым на молодого Эль-Митолана налетел рыжебородый детина с длинным и весьма страшно выглядевшим копьём. Но вот тяжесть этого копья и являлась главным недостатком. Против подвижного и ловкого конника такое оружие являлось слишком неповоротливым. Кремон легко увернулся от острия, подбил локтем древко чуть вверх, и, когда уже почти разминулся с рыжебородым, нанёс укол мечом сопернику прямо в глаз. Самонадеянный копьеносец дальше уже трясся в седле однозначно мёртвым.
   Ещё через секунду Кремон почти распластался на крупе лошади, откинувшись назад. Скорей всего помогла недавняя тренировка с Истуконом. Тяжеленная цепь с ребристым набалдашником на конце, прошуршала у парня над самым носом. А третий разбойник попытался в этот момент разрубить откинувшееся тело Кремона большим, двуручным мечом. Но пока размахивался, замешкался от удара пяткой по локтям и получил режущий удар мечом в живот. Тут же выронил меч, схватил выплывающие наружу внутренности и заорал дурным голосом. Молодой Эль-Митолан только чудом при этом не грохнулся с коня, для придания равновесия подняв ногу, высвобождённую для удара из стремян, чуть ли не в вертикальное положение. Здесь своему наезднику помог Торнадо, который резко повернул в нужную сторону и тут же замер
   А вот разбойник с цепью не стал возвращаться к Кремону, а продолжил движение в сторону более беззащитной и менее вооружённой жертвы. Намереваясь уж об его голову запачкать своё шелестящее оружие кровью. Только недооценивать Хлеби было нельзя. Он, даже находясь в полном бессилии, сумел таки взмахнуть рукой и упасть под ноги несущегося похаса. Животное благополучно его перепрыгнуло, а вот его наездник свалился с седла уже через три метра: в его горле торчала рукоятка кинжала.
   Бой конюхов с двумя другими противниками к тому времени тоже закончился. Но среди грязи и двух поверженных врагов лежал и Леско. А рассвирепевший и окровавленный Дани мчался навстречу с последним разбойником. Тем самым Эль-Митоланом, который прикрывал своих подельщиков с тыла. И колдуном он оказался сильным. А при более благоприятном для него раскладе мог бы, и решить окончательный итог сражения в свою пользу. Он и спешил теперь прямо к Кремону, видимо почувствовав, что он и его наставник бессильны в данную секунду ему противостоять, и намереваясь расправиться с главными врагами. Но разбойнику помешал вначале разозлённый смертью своего товарища конюх. Он нёсся с такой скоростью, что первый огненный шар не сжёг его, а просто отрекошетил в сторону. Обожжённый Дани фактически уже ничего не видел, но с тигриным рыком продолжил двигаться вперёд, занося меч для удара. То ли разбойник нервничал, то ли испугался, но во второй огненный удар он вложил столько силы, что испепелил не только несчастного Дани, но и его похаса. Два пылающих тела рухнули на мокрую землю, своим падением заставив атакующего колдуна отпрянуть в сторону. На это тоже ушли драгоценные секунды. Лишь только он опять взнуздал своего похаса, направляя к гарцующему на коне возле своего наставника Кремону, как сзади раздался угрожающий топот несущегося конника. Пришлось вражескому Эль-Митолану срочно разворачиваться и наносить новый удар, целясь в бесстрашного Коперрульфа. Но ведь недаром дворецкий считался маршалом Агвана и полноценной гвардией местного протектора. Пусть даже находясь в единственном числе. Отставной капитан всегда имел лучшие защитные амулеты, которые не снимал с себя ни днем, ни ночью. И с их помощью мог выдержать любой огненный удар. Один, конечно, но любой почти силы. Поэтому вражеский колдун, даже не успел удивиться, когда из снопа пламени, искр и дыма вылетело точно направленное копьё, вонзилось в грудь и вылезло у него из спины.
   Кремон тут же воспользовался ситуацией. Пока тяжело раненный вражеский Эль-Митолан пытался сконцентрироваться на удалении из своего тела такого огромного инородного предмета, молодой колдун подскочил к нему и на всей скорости отрубил голову.
   И на мгновение замер, осматривая поле боя. Коперрульф с остервенением хлопал по обуглившимся доспехам и на всей скорости продолжал скакать в сторону ...воды. Но это было и понятно: талисманы своё отработали и от ожогов больше не спасали. А ведь одежда в некоторых местах продолжала тлеть.
   Хлеби уже полусидел среди обломков лодки и, похоже, понемногу восстанавливал себе силы. Со стороны посёлка подтягивались отставшие наездники. Помимо этого за ними виднелись ещё несколько всадников, явно запоздавших со сборами и десятка два людей просто бегущих в сторону схватки. У всех имелось оружие.
   Но больше всего Кремона беспокоили заброшенные в озеро колабы. Он проскакал до самой кромки воды и стал с напряжением всматриваться в грязную и до сих пор покрытую рябью воду. Но та и не вздумала вспучиться от выкатывающихся на сушу монстров. И через пару минут молодой Эль-Митолан повернул голову за разъяснениями в сторону своего наставника. Тот уже встал на ноги и, чуть пошатываясь, подходил к краю сильно загрязнённой суши.
   Голос был ещё тих, но слова вполне понятны:
   - Колабы не умеют плавать....
   Ах, вот оно что! Теперь стали понятны воздвигнутый по пути катка трамплин и помогающая полёту левитация. Закинутые на большую глубину колабы просто-напросто задохнулись от недостатка воздуха.
   - Не знал....
   - А кто думал, что такие сведения тебе сейчас пригодятся? Хотя.... Вся моя сила ушла на сдерживание силы этих двух колдунов-разбойников в момент атаки. Да на последний парализующий укол Эль-Митолана колаба. А то бы он ещё чего доброго всплыл при помощи левитации. А вот вся твоя силища ушла на подкидывание этой невероятной массы. Ведь каждый такой монстр весит до пятисот килограмм. Что так смотришь? Не веришь? Вот достанем - можешь взвесить! - Хлеби повернулся к подскакавшим людям из посёлка: - Вы: осмотрите всё здесь! Вы, трое, осмотрите между холмов! Их было десять, значит, одного нет. Поищите!
   - А вдруг это ещё и третий Эль-Митолан? - спросил Кремон напрягаясь.
   - Нет! - короткий кивок в сторону озера, - Второй - был среди них.... Там остался просто кто-то из обычных разумных существ.
   - Надо же! - Кремон до сих пор был весь в пылу схватки, но уже стал думать о другом. - Сразу два колдуна среди разбойников? Сразу три колаба здесь? Да ещё и среди них один владеющий тайнами мироздания? Это что-то невероятное!
   - Ха! Слабо сказано! Подобное - немыслимо! Если бы не твоя мощь и не их самонадеянность, вряд ли бы мы справились.... Ты заметил, сразу после трамплина они разделились? Так вот: это не от толчка. Они хотели разделиться буквально через три, четыре метра. И раздавить тебя, меня и конюхов одновременно.... Да и Коперрульф подоспел в самый последний момент. Опоздай он хоть на три секунды.....
   В этот момент со стороны людей, осматривающих место боя, послышались крики:
   - Господин протектор! Леско жив! Только сильно ранен!
   Оба Эль-Митолана поспешили на крики и стали оказывать помощь отважному конюху. Тот был бледен как бумага и поскрипывал от боли зубами. Но смотрел на своего хозяина с надеждой.
   - Не переживай! Раз до сих пор жив - то умереть я тебе не дам! - пообещал Хлеби и повернулся к Кремону. - Что-то уже насобирал?
   Имелись в виду хоть какие-то крупицы магической энергии.
   - Пустой.... Почти....
   - Давай это "почти" сюда! И ...раз! Ого! Да этого вполне хватит, что бы кровь остановить. Прекрасно! Чувствуется.... Силён ты, парень! А я пустой совсем.... Давайте плащи, делайте носилки с этих обломков и осторожно несём в замок!
   Пока люди метушились выполняя распоряжения протектора, со стороны холмов спустились посланные на разведку всадники, ведущие за собой три тяжело нагруженных припасами похаса.
   - Были стреножены сразу за первым поворотом! - пояснил один из воинов. - Видимо оставили, что б не мешали....
   - Но тут у них кто-то вроде связанный! - добавил второй. - И вроде шевелится.....
   - Освободить!
   Когда команда была выполнена, все на короткий миг замерли, созерцая открывшееся явление. Худощавый мальчонка лет четырнадцати, страшно избитый, весь в синяках, грязный и с жутко неприятным запахом. На жертву разбойников невозможно было смотреть без содрогания и вызывающей слёзы жалости.
   - Ты откуда? - требовательно спросил протектор.
   - Хутор Синашки. В Полнорецком лесу. Всех убили, только нас четверых с собой взяли....
   Похоже, многие знали об этой местности, так как послышались возгласы удивления. Но ещё больший шок люди получили, когда парнишка ответил на второй вопрос:
   - Где же твои три товарища?
   - А их эти твари по дороге съели.... - больше парень не смог вымолвить ни слова. Лишь в изумлённой тишине рухнул на землю, заходясь в истерическом плаче. Хлеби первым бросился к подростку и подхватил на руки почти невесомое тело. Но сам при этом чуть не упал от слабости. Жители посёлка тут же забрали у него ношу и поддержали самого Эль-Митолана.
   - В замок! - скомандовал протектор. - Надо не только Леско, но и парня спасать....
   Кремон так и держал своего Торнадо за узду, и уже собрался следовать вместе со всеми, как вспомнил нечто важное и не сумел сдержать восклицания:
   - Хутор Паласия! Там же люди!
   И через секунду уже сидел в седле, пуская вороного в карьер. Сзади послышались команды Коперрульфа и конское ржание: угнаться за молодым Эль-Митоланом на похасах не представлялось возможности. Лишь четыре всадника на конях таки бросились вслед. Хоть дистанция между ними росла постоянно.
   Но Кремон их не ждал. А Торнадо впервые в своей жизни мчался с такой скоростью, что даже ржать не рискнул от удовольствия и расходуемых усилий. Да и наездник, приподнявшись в стременах, всеми частями тела помогал скакуну нестись как ветер. Да что там ветер! Гораздо быстрее! От встречного движения воздуха Кремон почувствовал, как его одежда сохнет, словно на огромной печи, продуваемой ураганным ветром.
   Когда они выскочили на Паласий луг, бока Торнадо покрылись мылом, а изо рта вырывались хлопья пены. Но сил у вороного оставалось ещё достаточно, так как он понёсся по высокой траве, не снижая скорости.
   Они успели вовремя. Мощное здание усадьбы пылало словно свечка. Все окна снаружи были подпёрты тяжёлыми бревнами, и лишь входная дверь стояла раскрытой настежь. Из неё вылил густыми клубами дым и доносились женские крики о помощи. А напротив дверей, возле вывороченных ворот частокола, на похасе расселся увешанный доспехами мужчина, явно разбойного вида. В руке он держал лук с наложенной на тетиву стрелой, и сразу становилось понятным, почему никто не может вскочить из огня.
   Услышав сзади себя конский топот, мужчина резко развернулся и выпустил стрелу в приближающуюся опасность. Но чуть раньше Кремон обнаружил в себе небольшую толику вернувшейся силы и соорудил перед собой маленький щит. Такое прикрытие было бы бесполезным против выстрелов чуть сбоку или против стрел сразу двух лучников. Но летящие из одной точки стрелы невидимый щит отбивал на удивление отлично. Что озадачило в первую очередь разбойника. Ведь стрелял он, чуть ли не очередью: пока одна стрела находилась в полете, он умудрялся выпустить следующую. И метко стрелял, даже слишком метко. Вот только неподвижность ему явно не помогала. Расстояние между ним и молодым Эль-Митоланов сократилось до удара мечом за восемь стрел, а после этого он рухнул на земь с разрубленным горлом.
   Кремон уже давно понял, что больше врагов здесь нет. Поэтому сразу проскакал к самому крыльцу и спешился прыжком в клубы чёрного дыма. Бросился на четвереньки и прополз вовнутрь несколько метров. И тут наткнулся на судорожно кашляющую Лирну. Она лежала на чём-то блестящем и слезящимися глазами всматривалась в проём света. Левой рукой сжимая выставленный вперёд кинжал.
   - Это я! Разбойник убит! Выходи!
   Девушка радостно вскрикнула и отбросила кинжал в сторону. Но тут же указала на то, что лежало под ней:
   - Выноси отца! Он тяжело ранен....
   - А ты?
   - Ерунда в ногу....
   Но Кремон не стал больше слушать и так удивляясь, почему девушка до сих пор не задохнулась. Схватив её за плечи, он мощным рывком сдвинул красавицу с места, чуть ли не в два прыжка достиг двери и вывалил спасённое тело наружу. Затем пару раз глубоко вдохнул свежего воздуха и вновь бросился в горящий дом. Когда он уже нёс на себе покрытого латами Гната, его одежды стали дымиться в нескольких местах, а в обувь залетело несколько искр с рухнувшей недалеко балки. Повизгивая от боли, он вылетел из горящего дома с ещё большим ускорением.
   В отличие от тела девушки уже более аккуратно уложил бессознательного Гната на травку, возле колодца, и вернулся к Лирне. Та тоже потеряла сознание от такой порции дыма, а может и от удара об землю. Оттащил и ее ближе к отцу и лишь потом принялся тушить на себе тлеющую одежду. Чуть справившись с этой задачей, похлопал девушку по щекам и добился от неё резко открывшихся глаз и хриплых попыток прокашляться. Из её бедра торчал обломок стрелы, что говорило о том, что хуторяне пытались таки вырваться из горящего дома, но лучник разбойников оказался более умелым в ратном деле. Подобный же обломок торчал и из плеча Гната. Но после беглого осмотра Кремон решил, что жизнь мужчины не находится под угрозой. Видимо он потерял сознание от болевого шока. Ведь стрела пробила солидной толщины доспех и вылезла со спины.
   Опять чуть подсобранной энергией молодой Эль-Митолан остановил кровотечения на теле хуторянина и даже успел набрать воды из колодца. А потом уже стал давать распоряжения подоспевшим всадникам.
   Дом спасти не удалось, лишь проследили, что бы огонь не перекинулся на близко стоящий лес. Пока сооружали носилки и трогались в путь, Кремон лично погрузил убитого врага на отловленного похаса. Затем постарался собрать все выпущенные по нему стрелы. Уж слишком они ему показались подозрительными. Таких орудий убийства он прежде никогда не видел. Пусть наставник имеет возможность для более тщательного расследования.
   На пол пути им встретилась спешащая на помощь из Агвана повозка. Она была на мягком ходу, и раненых уложили в более спокойном положении. Лирна всю дорогу только то и делала, что благодарила Кремона за спасение да в десятый раз пересказывала прошедшие события.
   - Они всей бандой окружили дом и предложили выйти. Я, как увидела этих уродливых колабов - первый раз в жизни испугалась так, что от страха чуть не умерла. Отец им ответил самыми нехорошими словами, которые я слышала в своей жизни. А некоторых слов я до сих пор и не знала.... Тогда разбойники подпёрли все окна дома, подожгли хворост в нескольких местах у стен и ускакали в сторону Агвана. Спешили, видимо. Они ведь не знали, что все брёвна пропитаны соком ашпуницы. Ну, того дерева, на котором любят питаться болары. Потому дом так долго и разгорался.... А один разбойник остался перед входом. Отец решил, что в доспехах прорвётся без проблем. Ну и стал выходить. Щитом прикрывался.... Но тот гад ему в плечо с первого выстрела стрелу всадил! Я отца внутрь стала затаскивать, так он и мне в ногу попал.... Ублюдок! И откуда они только взялись?
   - Разберёмся! Протектор так этого не оставит. Хоть и наказывать уже некого - одни трупы.
   - А колабы?
   - Лежат на дне озера. Но сегодня их обязательно достанут. Наставнику они нужны для.... Ну, в общем, это его дело.
  
  
  

РАССЛЕДОВАНИЕ И НОВЫЙ ОБИТАТЕЛЬ ЗАМКА

   До самой поздней ночи все свободные, да и не только, жители посёлка были задействованы в затеянном протектором следствии. В лесу отряды охотников прочёсывали местность в поисках стоянок уничтоженной банды. Целая флотилия наспех сооружённых плотов выплыла на озеро. Новоиспеченные рыбаки подцепляли со дна утонувших колабов и транспортировали не берег. Дальше уж вторая группа доставляла жутко вонючие цилиндры к северной стене замка, заворачивали в специальную ткань и засыпали колотым льдом. Аналогично поступали и с телами остальных разбойников. Трупы колабов протектор решил вскрывать и исследовать чуть позже, когда прибудет вызванная им из Лиода помощь. Несколько человек особо тщательно обыскивали место боя, и собирали все осколки и детали оружия, одежды и прочую мелочь.
   Раненых хуторян разместили в посёлке у родственников с полной уверенностью в их скорейшем выздоровлении. Пришедшему в сознание Гнату даже было обещано в скором времени оказать любую помощь в строительстве нового дома на Паласиевом лугу.
   Леско тоже находился на пути к выздоровлению, хотя и получил очень тяжёлые повреждения во время схватки. За ним постоянно присматривала помощница поселкового лекаря. Для этого специально вселившаяся в одну из свободных комнат.
   Освобождённого из плена парнишку взяла под свою опеку тётушка Анна. Которая сама хваталась за сердце от переживаний за судьбу чуть не съеденного злостными тварями человека. Паренёк только ей и дался в руки, а до того шарахался от всех предложений себя осмотреть, помыться и переодеться. А домоправительница сразу подошла с куском мяса, сунула в грязную ладонь и скомандовала:
   - Ешь!
   А когда испуганные повизгивание сменились громким чавканьем, деликатно взяла парнишку за плечо и повела в сторону кухни со словами:
   - Вначале мы тебя накормим. Хочешь ещё мяса? У меня много есть, сейчас выберу лучшие кусочки....
   - Теперь он под твоей опекой! - крикнул её вслед Хлеби. - Постараемся вернуть сироте радость жизни и заменить погибшую родню. Так что можешь его откармливать как ...Кремона!
   Коперрульф после этого одобрительно закивал головой:
   - Вот это - правильный подход! Накормить вначале надо! А уж потом предлагать помыться и побриться...!
   Судя по тому, что за помощью тётушка ни к кому больше не обращалась, парнишка её слушался и в срочных поправках здоровья не нуждался.
   Сам дворецкий выглядел браво, хоть морщился иногда непроизвольно от прикосновений одежды в местах особо пострадавших от ожогов. Но наложенная целебная мазь, с каждым часом прибавляла ему бодрости и самоуверенности.
   А вот гибель отважного и преданного Дани, огорчила всех очень сильно. Даже Хлеби как-то странно смаргивал, когда тело бесстрашного конюха торжественно вносили во флигель, пристроенный к правому крылу замка и как раз предназначенный для таких церемоний. Попрощаться с Дани пришли фактически все жители посёлка. Родственников у погибшего не оказалось, и поэтому похороны состоялись на следующий день, с утра, под патронатом протектора Агвана. На кладбище Хлеби так красиво говорил об усопшем, что плакали все присутствующие. Затем выступил мужчина, временно замещающий старосту, и предложил от имени всех односельчан, установить гранитный памятник на могиле доблестного Дани.
   После возвращения с кладбища, Хлеби уединился в своей лаборатории, а Кремона отправил сражаться с Истуконом под наставничеством Коперрульфа. Так что к обеду все были порядком вымотаны и взвинчены некоей неопределённостью. Нападение разбойничьей шайки оказалось событием из ряда вон выходящим. Давно уже в провинции Лиод не было подобного криминала. Да и в соседних провинциях - тоже. А уж то, что в банде оказалось три колаба и два Эль-Митолана, взволновало самого короля. И Хлеби имел с ним личную беседу как раз перед обедом через установленную недавно систему связи. Его Величество лично в течении часа выспрашивал все подробности боя, не взирая на неимоверные затраты расходуемой для сеанса связи магической энергии. Ведь для поддержки разговора такой длительности, было задействовано более чем пятьдесят Эль-Митоланов, сменяющих друг друга через каждые пять минут и рассредоточенных на всей длине цепочки от Агвана к столице Плада. Но с этим король даже не подумал считаться. Слишком подозрительным казалось появление такой опаснейшей банды в глухом и почти ничем не примечательном углу королевства Энормия. Да ещё и банды состоящей из колдунов и самых опасных врагов всего живого. Ведь то, что колабы поедают пленённых или только что убитых людей, ни для кого не было секретом. Хоть и не обсуждалось во всеуслышание. Его Величество сообщил, что уже послал министра иностранных дел разбираться с консульством Ледонии. Но вряд ли живущие там три дипломата колаба прольют свет на появление представителей своей расы на далёком пограничье. Но вот некие политические мотивы явно провокационного характера подозревались небезосновательно. Хотя знали об этих мотивах всего несколько человек в Энормии. Поэтому личная беседа монарха и протектора Агвана проходила без единого свидетеля и не могла быть подслушана никоим образом.
   Зато добавила Хлеби новых переживаний и головной боли. Поэтому к столу хозяин замка явился злой, раздражённый и с явным намерением если не сорвать на ком-то своё плохое настроение, то уж поиздеваться точно. Хотя над кем было издеваться? Господин дворецкий и приведший себя в идеальный порядок ученик, стояли у окна и чинно обсуждали недавно закончившуюся тренировку. И на вчерашних героях вымещать зло стало как-то стыдно. Да и король напоследок разговора пообещал передать личные награды для отличившихся воинов. Зато устанавливающая на столе приборы домоправительница, сразу вызвала кривую улыбку у хозяина замка:
   - Тётушка, ты так и норовишь всё сделать по-своему?
   Та повернулась в сторону племянника и спросила с неожиданным высокомерием и апломбом:
   - Ты чем-то недоволен?
   Такая отповедь немного смутила Хлеби, но брови он всё-таки нахмурил:
   - Я вижу: за нашим столом пополнение?
   - Вот именно! И я попрошу вести вас всех во время еды с подобающей вежливостью и воспитанностью!
   - Не за тех нас принимаешь, тётушка! Ты лучше скажи: зачем приборы ставишь возле себя? Ведь Кремон тебе объяснил: мужчины сидят с другой стороны стола. Пусть парень сразу привыкает к самостоятельности и не стоит его кормить с ложечки.
   - Н-да?! - с возрастной вредностью и сарказмом переспросила домоправительница. - Ты ведь пообещал, что мы постараемся заменить собой новую семью для сироты?
   - Конечно....
   - И взвалил на меня личную за это ответственность?
   - Мг-м....
   - И не стыдно теперь мне указывать, кого и куда садить за столом? За которым, кстати, я имею полное право распоряжаться?!
   - Да ладно..., - пошёл на попятную хозяин замка и повернулся за поддержкой к остальным мужчинам. - Я думал заступиться за паренька. Ведь всё равно пересядет, когда ты его перекармливать начнёшь.
   - Как ты во всём любишь быть безапелляционным! - всплеснула ладошками старушка. - А это - по крайней мере, бестактно!
   - Странно: чего это ты на меня так нападаешь? Давайте уж лучше обедать начнём.....
   И стал первым садиться за стол. Уже стоящие возле своих стульев Кремон и Коперрульф последовали его примеру, но старая женщина не сдержалась и воскликнула:
   - Это я нападаю?! Хорошо! Поговорим на эту тему чуть позже!
   И своей стремительной походкой покинула главную залу. Хлеби, словно оправдываясь, пожал плечами:
   - Уже и пошутить нельзя....
   Но лишь мужчины стали накладывать себе в тарелки салаты, как домоправительница вернулась, ведя за собой кого-то за руку. А когда приблизилась к столу, любовно усадила на приготовленное возле себя место ...девушку! Затем, в наступившей мёртвой тишине, торжественно огласила:
   - Прошу любить и жаловать, наш новый член семьи: Мальвика! (ударение на первое "а")
   Все мужчины забыли о времени, обеде, совести и деликатности. Потому как стали так пристрастно, удивлённо и безцеремонно рассматривать усевшееся за стол создание, словно увидели перед собой таинственного и легендарного сентега.
   Как ни казалось странным превращение парнишки в девушку, но бесстрастное зрение подтверждало сей факт. И в первую очередь по явным отличиям на лице. Ещё когда пленник был только освобождён и жутко грязен, сразу бросался в глаза сломанный видимо давно нос. Да не просто сломанный, а впоследствии и неправильно сросшийся и уродливо искривлённый в сторону. Из-за этого, скорей всего, развилось просто неимоверное косоглазие. Хоть в первые минуты, из-за обильного слоя грязи, на это не обращали особого внимания. Но вот нос, был тот самый! Лишь теперь он жутко смотрелся на исцарапанном и покрытом кое-где синяками девичьем личике. Но ещё хуже было заглянуть в глаза несчастной. Они до того странно смотрели и в разные стороны, и в никуда одновременно, что невозможно было понять: на что или на кого они смотрят.
   Ещё при освобождении пленника, мужчины обратили внимание, что у парнишки почти не было волос, лишь несколько непонятных клочьев. То ли так обрезали, то ли выжгли. Но сейчас на девушке был один из роскошных чепчиков тётушки Анны. Что сразу и навсегда меняло половую принадлежность. А если бы кто-то продолжал сомневаться, то простое, но не лишённое некоторого изящества платье, покрывающее её тело, окончательно бы истребило последние сомнения. За столом сидела девушка. Хоть и уродливая, чрезмерно худая и сильно избитая, но - девушка. Сходная ростом с домоправительницей, около ста шестидесяти сантиметров, но несравнимо более юная, примерно лет шестнадцати.
   Первым пришёл в себя Коперрульф. Он закрыл отвисшую челюсть, облизнул пересохшие губы и заговорил:
   - Значит, тебя зовут Мальвика? Очень приятно познакомиться. А меня - Ганби.
   - И мне приятно, - без всякого стеснения отозвалась девушка, - Господин Ганби.
   - Ну, зачем же так высокопарно? - возразил дворецкий. - Обращайся ко мне как-нибудь проще. Скажем..., дядя Ганби....
   - Хорошо....
   - А меня зови просто Кремон! - с улыбкой представился молодой Эль-Митолан. - У меня уже есть две названные сестры, так что буду рад, если ты согласишься стать третьей.
   - Спасибо..., Кремон! - девушка впервые тоже попыталась улыбнуться, но улыбка у неё получилась жалкая и растерянная. - У меня никогда, никого не было из родни....
   - Ну вот! - хозяин замка тоже вышел из оцепенения и возмущённо замотал головой. - Как у нас быстро разбирают все родственные степени! Брат, дядя, и тебя? - он вопросительно взглянул на домоправительницу. Та кокетливо пожала плечиками:
   - Конечно малышка меня называет только тётушкой Анной.
   - А что же мне остаётся?
   Он собрался уже загибать пальцы, перечисляя приемлемые варианты, но девушка неожиданно строго спросила:
   - А сколько вам лет?
   Хлеби на момент запнулся, не решаясь открыть свой истинный возраст. Но когда услышал смешки за столом, признался:
   - Шестьдесят два года.
   - О-о! - протянула явно не ожидавшая такого Мальвика. - Вы мне годитесь только в дедушки....
   - Да? Ладно, тогда так ко мне и обращайся: дедушка Хлеби.
   Девушка недоверчиво повернула свои разбегающиеся глазки к тётушке Анне, как бы спрашивая у неё разрешения на такие вольности, но та лишь рассмеялась:
   - Раз хочет быть дедушкой - на здоровье! Так и называй! И не смотри на него так испуганно, он добрый. Правда, ребята?
   Из ребят первым, бодрым голосом, откликнулся Коперрульф:
   - Ещё бы!
   А вот Кремон немного задержался с ответом, вспомнив тяжкие часы тренировок сегодняшним утром и с внутренним стоном пошевелив ноющими плечами. Но, заметив, что на него все уставились в ожидании подтверждения, выдавил из себя с деланной улыбкой:
   - Добрый - слабо сказано. Не без оснований можно добавить слово "самый". А уж как тренирует....
   - Значит, тебе нравится мой стиль наставничества? - с явным подтекстом спросил хозяин замка.
   - Непременно!
   - И методы тренировок?
   - Вряд ли во всём мире найдутся лучшие!
   - М-да? Приятно слышать....
   - Э-э..., дедушка Хлеби! - неожиданно обратилась девушка к старшему Эль-Митолану, и когда тот поощрительно ей кивнул, спросила:
   - А можно и мне вместе с Кремоном тренироваться?
   Пока мужчины изумлённо переглядывались, тётушка Анна закатила глаза и затараторила:
   - Малышка! Да ты что?! Оно тебе надо? Не женское это дело! Да ты на Кремона взгляни: вечно побитый и поцарапанный ходит. А ведь надо учитывать, что он колдун и все его раны заживают, чуть ли не за один день. Для нас лучшая участь - ведение хозяйства и умение создать домашний уют....
   - Не хочу вести хозяйство! - тихо, но твёрдо ответила девушка.
   - А что же ты хочешь? - спросил Хлеби, ещё пристальнее присматриваясь к хрупкой фигурке.
   - Хочу защищать справедливость и невинно обиженных. А также уметь защитить себя во всех случаях жизни.
   - Хм! Сильно сказано. И хорошо. Но вот по поводу тренировок мы с тобой подумаем чуть позже. По большому счёту я никогда не делал больших различий между женщинами и мужчинами, когда они делают подобный выбор в жизни. Но вот вначале хоть немного поправь своё здоровье, и нарасти мышцы на своём теле. А уж там мы тебе дадим возможность отличиться. Правда, Коперрульф?
   - Конечно! Даже худенькая девушка может стать непреодолимой преградой на пути каждого преступника. И преподнести хороший урок негодяю. Как правило, от такой физически скромной личности никто и не ожидает сопротивления, и потом за это платят большую цену своей кровью. Но господин Хлеби и прав в другом вопросе: доведи вначале своё тело до требуемого уровня. Преодолей начальные этапы самостоятельных тренировок и лишь затем проси наставничества для овладения боевыми искусствами.
   В ответ девушка пообещала мрачным голосом:
   - Я доведу! И преодолею!
   - Странный у нас разговор за столом! - спохватилась тётушка Анна. И тут же стала сердиться: - Всё уже остыло! Разве так можно? Мы старались, готовили..... Или мне лично надо каждого обойти и наложить полную тарелку? Нет? Не надо? Ну, тогда не заставляйте меня нервничать! - и с совсем иными интонациями обратилась к девушке: - А тебе, малышка, что положить? Вот этот заливной язык просто изумительный на вкус. И мягонький....
   Далее все набросились на еду. Причём каждый со своими мыслями.
   "Что это со мной? - удивлялся хозяин замка. - Ну ладно вчера, остался без капли магических сил. Да и без физических тоже. Не смог отличить девочку от мальчика. Так и сегодня смотрю на неё и ничего прощупать в сознании не могу. Ни эмоций распознать, ни желаний, ни то, говорит ли она правду.... Старею, что ли? Рановато, вроде! Неужели девчонка к "непроницаемым" принадлежит? Только этого мне не хватало в моём доме! И опять-таки: почему у меня вырвалось это дурацкое пожелание заменить ей семью? Вполне ведь мог отдать в посёлок в любой большой и дружный дом. Ей бы там жилось намного лучше и глупые мысли о тренировках бы в голову не приходили. Теперь попробуй от неё избавиться, а уж тем более выгнать из замка. Вон как тётушка за неё трясётся. И оно мне надо было? Вот уж влип, так влип! Будто у меня других забот мало...."
   Коперрульфа посетили более грустные раздумья:
   "Гляди-ка, и эта малявка хочет тренироваться и защищать справедливость! Хотя в нашем полку было таких воительниц несколько десятков. И каких прекрасных воительниц! Но.... Лучшей чем покойная Амира, мне так и не довелось встретить. К тому же лучшей во всём. Кто знает, что бы случилось, если бы она так неожиданно не погибла. Между нами явно что-то назревало в самом прекрасном смысле слова. Эх, Амира, Амира.... Почему ты тогда ослушалась и поступила так самонадеянно? Хотела показать мне свою независимость? Свою неустрашимость и невероятную ловкость? И что в итоге? Мне судьбу сломала, и самой не стало в этом мире...."
   "Интересно: отчего это мне хочется каждый раз засмеяться, когда я гляжу на эту девочку? - спрашивал себя уже в который раз Кремон. - Стыдно будет, если не сдержусь. Неужели её уродство такое смешное? Она же в этом не виновата. Наоборот сиротку жалко должно быть, а мне смешно. Может мне просто радостно на неё смотреть? Так и кажется, что вокруг неё порхает светлое и весёлое облачко смеха.... Или это я из-за непосильных тренировок огрубел и в толстокожего солдафона превратился? Скорей всего! Да и вчерашнее сражение у меня, кажется, все силы и здравый рассудок забрало. Хотя, при чём здесь сражение? Наоборот смешливость бы отсутствовала, а мне хихикать хочется. Что за весёлость несвоевременная? И как эта девушка жить дальше будет? В таком виде и на людях не появишься лишний раз. Вообще-то, могут и операцию ей сделать! Даже Коперрульфу ногу отремонтировали, а что уж там про нос говорить. Если Хлеби захочет, он опять таинственных друзей попросит, и нос её подправят. Запросто! А вот глазки..... Да, с ними проблема явная! И куда она сейчас смотрит? Вроде кусок моркови на вилку накалывает, а кажется, что на меня смотрит! И смешно так смотрит...!"
   Домоправительница, зорко и строго следящая за тем, чтобы на вверенном ей фронте не осталось даже частично голодных, испытывала одновременно и жалость, и лёгкое разочарование, и надежду на будущее.
   "Бедная малышка! Какой кошмар ей пришлось перенести. Чуть не съели эти ужасные создания! Но главное - что жива и здорова осталась. Хм! Вот только внешне здоровья то у неё и не видно. А уж личико у несчастной, врагу бы не пожелала! Одно радует: племянник своё слово держит твёрдо. Хоть и сам не ожидал, что приютит особу женского пола под своим крылышком, но назад возврата нет. А со временем может и ещё кто за этим столом постепенно примелькается. Ведь сколько можно без гостей жить в таком огромном замке?! Уж я теперь буду более настойчива в приглашениях. Давно пора себе толковую заместительницу готовить - а это, пожалуй, будет самым лучшим доводом в мою пользу...!"
   Девушка же из всех сил старалась удержать в дрожащих пальцах вилку и смотрела почти всё время в тарелку. При этом она титаническими усилиями прятала свои мысли и не давала им вырваться наружу в виде торопливых вопросов:
   "Неужели я действительно буду здесь жить? И есть за этим столом? И ходить в таком платье? Значит, тётушка Анна не обманывала? Первый человек в моей жизни, которая что-то пообещала сказочное, и оно произошло со мной на самом деле. Неужели хозяин замка, этот моложавый колдун действительно такого ...старшего возраста? И к нему можно будет обращаться словом "дедушка"? И ведь он не рассердился, когда я так к нему обратилась! Значит действительно добрый. А этот усатый дяденька - вообще среди них самый симпатичный. И совсем не страшный. Хотя вчера он так жутко ругался от боли и имел просто устрашающий вид в обгоревших и почерневших доспехах.... Но вот их ученик.... Этот Кремон.... Неужели он тоже колдун? Я таких красавцев в своей жизни даже не видела. Сказал, что будет меня названой сестрой считать. Почему, интересно? Тоже добрый? Но ведь он смотрел на меня и еле сдерживался от смеха! Или улыбался? А чего ему улыбаться? Наверняка только и ждёт случая, что бы рассмеяться мне в лицо или сострить по поводу моего многострадального носа. Такие как он всегда и всё имеют на блюдечке и в готовом виде. А таких сирот как я лишь используют для упражнения в остроумии. У-у! Ненавижу! Опять на меня смотрит.... Может ему язык показать?"
   Когда обед закончился и все стали смотреть на еду с полнейшим равнодушием, хозяин замка стал раздавать задания:
   - Тётушка! Сегодня вечером из Лиода прибудет целая группа специалистов во главе с королевским следователем провинции. Человек пятнадцать, не меньше. Так что бери себе в посёлке помощниц, сколько требуется, но обеспечь нам бесперебойную кормёжку в течение всей ночи. Мы будем работать в той огромной палатке, что ставят сейчас возле трупов разбойников. Да и приготовь все гостевые комнаты. Если кто-нибудь захочет отдохнуть, пусть ему сразу выделяют место.
   - Как же они так быстро из Лиода до нас доберутся? - удивилась старушка, вставая с места и начиная складывать использованные тарелки. Мальвика тут же вскочила тоже и стала её помогать.
   - Для такого случая по всей длине дороги собраны сотни лошадей на подмену. Королевские указы не обсуждаются. Да и трупы колабов уже к завтрашнему вечеру начнут интенсивно разлагаться и для науки потеряют всякую значимость. Так что готовься к неимоверному, по нашим меркам, количеству постояльцев. А ты, малышка, не спеши. Иди сюда! Как себя чувствуешь?
   Девушка оставила тарелки в покое и подошла к старшему Эль-Митолану.
   - Хорошо, господин..., дедушка Хлеби.
   - Прекрасно! Сейчас мы поднимемся наверх, и ты мне подробно расскажешь обо всех своих передвижениях вместе с разбойниками. Каждое слово припомни, каждый запах, каждое их действие. Мне очень важно выяснить, кто это были и почему стремились именно сюда. Понимаешь?
   Девчушка лишь часто и с готовностью закивала головой. Показывая, тем самым, что постарается вспомнить самую мельчайшую подробность. Хоть лицо её, и без того совсем некрасивое, ещё больше скривилось от уродливой гримасы страха и отвращения. Но раз надо, значит надо!
   - Кремон! Ты под присмотром господина дворецкого продолжишь тренировки с Истуконом. До самого ужина. Затем пару часов отдыха и помогаешь встречать гостей. Надеюсь, тебе будет интересно присутствовать при вскрытии и лично изучать внутреннее строение колабов?
   - Ещё бы! - воскликнул парень с восторгом. - Да ради такой возможности я готов хоть неделю сражаться с кем угодно без минуты сна! И любой Эль-Митолан мечтает....
   - Мало ли кто и о чём мечтает! - перебил наставник своего ученика. - Запомните все: никому и никогда не рассказывать о том, что будет здесь происходить этой ночью. Понятно? - дождавшись, пока все не кивнули головами, продолжил: - По некоторым соображениям, лучше не распространяться по поводу вчерашнего нападения. Отголоски, конечно, замять не удастся: слишком много свидетелей, но что удастся сделать в этом направлении, то и сделаем. Всегда говорите, что колабов захоронили в неизвестном месте. С поселковыми активистами я уже поговорил, если кто будет слишком любопытствовать, они будут брать на заметку. К тому же они должны для меня переписать всех поголовно, кто был к моменту нападения в посёлке и чем в тот момент занимался. Не верю я, что разбойники напали спонтанно. Да и на Паласиевом лугу они не стали тратить лишней минуты. Значит - кто-то им подал знак! И не иначе, как предатель из местных жителей. Ничего, выясним.... А посему держите язык за зубами, но уши наготове.
   Вдобавок Хлеби многозначительно оттянул нижнее веко указательным пальцем. Как бы добавляя; и смотрите в оба! А затем резко встал и направился к лестнице. Взмахом руки, увлекая девушку за собой:
   - Пошли, Мальвика.
  
   Начиная с этой минуты, время для Кремона полетело в таком напряжённом режиме, что он опомнился лишь на следующий день. Когда всем обитателям замка удалось собраться за одним столом на ужин. А через окна главного зала ещё виден был подвижный караван, змейкой выползающий из Агвана. Кавалькада всадников проезжала как раз возле трактира, в котором молодой Эль-Митолан обедал когда-то после страшной бури.
   Никто из представителей Лиода не захотел оставаться на ночь и злоупотреблять гостеприимством хозяина. А может быть, и остались бы: ведь всю ночь и почти весь день все работали, не покладая рук и не смыкая глаз. Но королевский следователь, с весьма запоминающимся и боевым именем Гром, и с не менее запоминающейся громадной внешностью, лишь зычно скомандовал:
   - По коням!
   Как весь его многочисленный отряд бросился выполнять команду. Пряча на лицах разочарование и желание свалиться спать там, где стоишь. Причём стоило отметить, что помимо следователя в группе из двадцати трёх человек находилось ещё три Эль-Митолана. И самому древнему среди них было, чуть ли не восемьдесят лет. А ведь впереди их ещё ждала дорога длиной не менее суток! Но роптать никто не вздумал, видимо дисциплина сказывалась и боевая выучка. Пока седлали отдохнувших коней и выводили их из конюшни, старший следователь Лиода стал тепло прощаться с Хлеби, его учеником и отставным капитаном.
   - До сих пор не верю, что вам удалось справиться с этими бестиями! Только то, чем был нафарширован их Эль-Митолан, приводит в ужас. Таким древним и опасным оружием они могли вас ликвидировать играючись.
   - Пожадничали, видимо, - улыбнулся Хлеби. - Хотели сохранить уникальный артефакт и растоптать нас малой кровью. Если бы не их самонадеянность, и мощь Кремона....
   - Да, ты парень, молодец! - Гром поощрительно двинул молодого Эль-Митолана кулачищем по плечу. - Раз уж тебя сам Хлеби хвалит, то далеко пойдёшь....
   - Если грибами не объемся! - в тон ему подхватил Кремон.
   - Как? Не понял. Какие грибы? - заморгал следователь в недоумении глазами.
   - А это он в детстве мухоморами питался, - стал пояснять Коперрульф. - Вот с тех пор только их и боится.
   - Шутники! - хохотнул Гром. - Кстати, капитан! Если надумаешь получить более солидное жалование, переходи в мою команду.
   - А с чего ты взял, что он у меня меньше получает? - хмыкнул Хлеби. - Он ведь в Агване на должности маршала.
   - Да-а?
   - Плюс надбавки за должности дворецкого, старшего конюшего, начальника дворцовой охраны....
   - Понял ...и осознал. - Гром тяжело вздохнул и почесал затылок. - А это.... Твоему маршалу заместитель не нужен?
   - Почему бы и нет. Если колдун молодой, перспективный, да ещё и по твоей рекомендации....
   - О-о! Да мне самому такие бойцы нужны! Я тебе о себе намекал.
   - О себе? - Хлеби разочаровано хмыкнул. - Нет, ты слишком командовать любишь. Какому маршалу такой заместитель нужен? А моему - тем более!
   - Ладно. Подождём немного. Может, скоро сам просить будешь.
   Гром явно намекал на разговор, который у них состоялся во время обеда. Они находились в кабинете лишь вдвоём, поэтому успели обговорить очень многое. И предстоящее переустройство Агвана в город. И даже возможно, устройство здесь нового, приграничного центра новой провинции. А ведь тогда придётся набирать и команду быстрого реагирования наподобие той, что возглавлял Гром в Лиоде. Но оба Эль-Митолана прекрасно осознавали, что такие крупные перемены произойдут ещё не скоро. Зато могли оперировать своими знаниями во взаимных шутках. Хотя шутить себе позволял королевский следователь Лиода, крайне редко. Вот и сейчас, заметив, что все члены отряда уже в сёдлах, он моментально подобрался, а лицо словно окаменело:
   - И этого вашего Лаена обязательно разыщем. Никуда эта гнида от нашего правосудия не денется. До встречи!
  
   И вот, провожая отряд взглядом по далёкой околице Агвана, хозяин замка недовольно проворчал:
   - А ведь стоило сразу обратить внимание на тот небольшой список неблагонадёжных жителей, который мне передал староста на последнем нашем совещании. В нём Лаен стоял на первом месте. Допроси я его вовремя - сейчас бы проблем было меньше.
   - А может и больше? - стал рассуждать Кремон. - Вспугнули бы банду, они бы и затаились. Или в других местах бед бы наделали. А так мы их успокоили навечно.
   - Так ведь только чудом успокоили! - стал горячиться Хлеби. - Они ведь могла весь посёлок с землёй сровнять! Повезло нам невероятно! Ты это понимаешь?!
   - Ну....
   - Вижу: не понимаешь. Ладно, сейчас ужинаем, а потом соберёмся у меня в кабинете и я тебе растолкую всё до конца. Да и наш маршал тебе кое-что расскажет. И тогда решим окончательно: что в ближайшие дни предстоит делать.
   После этих слов мужчины замолчали, а женщинам и так никто слова не давал. Кушали в полной тишине, и Кремону было так намного легче прокручивать в памяти картинки последних событий. То, что он узнал о строении колабов, потрясло даже его громадное воображение. Эти чудовища имели цилиндрические тела до пяти метров в длину и одного метра в диаметре. С каждого торца у них было по одной гибкой конечности с шестью пальцами, которыми колабы могли орудовать не только снаружи своего тела, но и внутри оного. Среди толщи мускул, сухожилий и переплетённых кожных наростов внутри чудовищ имелось до десятка "карманов" разной величины. В которых хранились самые необходимые вещи, оружие, лекарства или запасы питания. Как ни странно, но и внутри их конечности не могли достать друг до друга, как и снаружи. Зрение, как таковое у колабов отсутствовало полностью. И пользовались они сонарным устройством, которое действовало с помощью инфразвука. Помимо этого, в центре их туловища, во вместительной роговой оболочке, находился главный орган согласования с окружающей средой. И Хлеби пояснил, что орган называется эходал. Эходал плавал в пространстве, полностью заполненном розовой жидкостью и напоминал по виду большую кружку с солидно утяжелённой ручкой. Именно тяжёлая ручка позволяла эходалу держаться всегда в вертикальном положении. И "смотреть" при этом в нужную сторону. До сих пор никто не мог понять, каким образом орган вращается вокруг своей оси, но то, что он никогда не кувыркался, было общеизвестно. Ведь именно благодаря неизменному положению эходала, колабы могли бешено вращаться в состоянии боевой трансформации. И при этом не терять цель из виду, да ещё и прекрасно различать другие объекты. Не усложняя себе в момент атаки даже дистанционных переговоров.
   Помимо этого колабы имели совершеннейший голосовой аппарат и могли разговаривать обычным человеческим голосом. Причём голосовые связки дублировались на каждом торце цилиндра и функционировали синхронно. Хлеби специально уделил много времени для объяснения и конкретного изучения этих органов. Отметив, что колабы могут прекрасно дифференцировать звук на разных сторонах своего тела. Подобные детали из жизни этих монстров оказались неожиданными не только для Кремона, но и для большинства специалистов из группы королевского следователя. Даже Гром признался, что впервые имеет возможность на конкретном материале изучать подробно строение тела самых опасных для человека существ.
   В повседневной жизни колабы предпочитали передвигаться простым перекатыванием всего цилиндра, но из-за большой длины, пользовались этим лишь на открытых пространствах. Зато у себя в Ледонии, среди кошмарного нагромождения скал, эти чудовища передвигались как обычные многоножки. Только используя для этого толчковые движения "задней" руки. Вернее той конечности, которая на данный момент располагалась против направления движения. Передняя тоже помогала приподнимать цилиндр и подтягивать его по ходу вперёд. То есть силищей конечности обладали просто потрясающей.
   Ко всему прочему колабы считали себя единственно разумными существами во вселенной. А всех других приравнивали к низшим ветвям эволюции. И во все времена обозримой истории стремились доказать именно своё верховенство. Брезгуя любым другим разумным существом даже в качестве рабов. Считая, что все теплокровные создания, отличные от единственно правильных колабов - годны лишь для употребления в пищу.
   При этом никто не мог понять, почему же эти монстры открывают представительства Ледонии в столицах других государств. И те особи, которые являлись консулами, не употребляли в пищу ничего мясного. Только продукты растительного происхождения. "Большая политика, не для крестьян". Так шутили горожане, сами не догадываясь о значении дипломатических миссий.
   Наличие сильных колдунов среди этих отвратительных созданий, до недавнего времени вообще считалось бессмыслицей. Особенно для людей непосвящённых. Но уж Хлеби, похоже, точно был в числе самых осведомлённых Эль-Митоланов королевства. Да и отряд Грома состоял из таких профессиональных и грамотных специалистов, что Кремон только диву давался. Так уж они ловко стали разделывать закоченевшие цилиндры, словно только тем и занимались всю жизнь.
   Первым порубали на громадные кусищи вполне рядового колаба. Во внутренних тайниках монстра ничего ценного обнаружено не было и части тела тут же стали отправлять повозками в выкопанный среди холмов огромный котлован.
   Зато во втором цилиндре, принадлежащем утонувшему Эль-Митолану колабов, обнаружили сразу столько интересного и неожиданного, что вскрытие продлилось до самого утра. Над каждой извлеченной вещью, предметом или артефактом тут же возникали долгие и ожесточённые споры. Порой заводившие спорщиков в явный тупик. И они тогда ненадолго замолкали. В такие моменты молодой Эль-Митолан поспешно выскакивал из пропитавшейся жуткой вонью палатки в ночную тьму и жадно вдыхал полной грудью свежий воздух. А затем поспешно возвращался обратно. Так ему хотелось услышать каждое слово и не пропустить ни единого движения.
   Постепенно количество трофеев росло, а озабоченность Хлеби и Грома достигла наивысшей отметки в тот момент, когда на свет была извлечена тускло мерцающая трубка из неизвестного металла.
   - Вот тебе и артефакт! - воскликнул следователь с явным расстройством.
   Хлеби лишь запыхтел от напряжения, елозя по трубке нетерпеливыми пальцами, и через минуту ему удалось открыть тонкую планку, проходящую по всей длине таинственного предмета. Под ней оказалась цепочка из тридцати маленьких углублений. Но лишь в одном из них горела ровным жёлтым светом миниатюрная горошина. Протектор Агвана вытер со лба обильный пот и констатировал:
   - Всего один заряд! Берегли на крайний случай. А не то....
   Гром посмотрел на своего коллегу с явным уважением:
   - Ты знаком с этим устройством?
   - Читал описание в одном древнем манускрипте. Там даже название имелось: литанра.
   - А если бы её использовали?
   - Иногда в книгах полно преувеличений, но там говорилось, что при одном выстреле из литанры можно испарить внушительный валун. При этом расстояние до цели может быть метров двести
   Наблюдая, как Хлеби вставил планку на место и продолжает крутить таинственную трубку в руках, Гром поёжился:
   - Случайно не сработает?
   - Случайно? - переспросил протектор задумчиво. - Да нет.... Не должна. Вроде....
   Большое удивление вызвала и карта какой-то местности, но которой имелись весьма непонятные обозначения. Каких только предположений не высказали, кто только и как эту карту не переворачивал и не смотрел. Когда захрипли от криков, передали карту копировщику и вновь углубились в процесс кровавого вскрытия. Уже при свете дня проверили третьего колаба, а заодно и трупы разбойников в человеческом обличье. В то же время пришла весть из посёлка, что Лаен нигде не обнаружен и скорей всего именно он и является тем самым наводчиком, который предупредил бандитов о дальней отлучке протектора. По организованной связи отправили срочное сообщение на розыск предателя.
   А затем занялись подведением итогов. Но так и не пришли к окончательному решению. Вернее к единому мнению по тому поводу: зачем бандиты пытались атаковать Агван? А ещё более конкретнее: почему хотели уничтожить именно Эль-Митолана Хлеби? Так и спорили до самого отъезда.
  
   Только вот, похоже, что опытный колдун имел свои личные соображения по данному вопросу. И после ужина он не даром хочет собраться с мужчинами в кабинете и ещё раз подвести итоги. Что-то явно задумал протектор Агвана. Только вот что?
   И Коперрульф, и Кремон именно с такими вопросами в голове завершили ужин и подались за хозяином замка в его личный кабинет. А там их ещё больше удивили: в большие бокалы Хлеби лично налил ароматного гремвина из своих "стратегических" запасов. При этом, не преминув подчеркнуть:
   - В этом гремвине имеется смесь с сортом более чем тридцатилетней выдержки.
   На что Кремон решил ответить шуткой:
   - Ага! Значит это и есть обещанная для нас королём награда?
   - Не смейся и не сомневайся! Наш король - человек слова! Так что передаст награды обязательно. Кстати, когда я обмолвился словом о полковнике Кралси, он мне также кратко намекнул. Что тому уже недолго осталось носить полковничьи погоны.
   - Неужели....
   - Если бы наш монарх хотел разжаловать моего старого друга, то так бы низко не шутил. Значит, скоро к твоему ходатаю будут обращаться не иначе как "господин генерал".
   Кремон в ответ лишь радостно улыбнулся и приподнял свой бокал, салютуя. Хлеби поддержал тост и продолжил:
   - А напитком я угощаю вас лично. Но авансом! За ту работу, которую вам предстоит выполнить в ближайшие дни.
   Коперрульф с наслаждением сделал первый глоток, и его лицо расплылось в блаженной улыбке:
   - Да мы работы не боимся....
   - Отлично! Иного ответа я и не ожидал. А предстоит вам вначале сделать однодневный переход в указанное место Полнорецкого леса, в южном направлении. С ночевкой в пути в указанном мною месте. Затем имеете полдня на тщательный осмотр с обыском и обустройство ночлега. И за следующий день вернуться. По рассказам Мальвики именно там, у разбойников находилось нечто вроде базы. Которую они законсервировали перед вылазкой на Агван. Возможно, там осталось что-то интересное. И мне кажется это место известно: я там бывал с ознакомительной поездкой в самом начале моего протекторства.
   Хозяин замка несколько раз перевёл свой взгляд с дворецкого и обратно, но так и не дождался ни одного вопроса. Оба лишь попивали гремвин маленькими глоточками. Хоть и делали это по-разному. Молодой Эль-Митолан с некоторым равнодушием, а отставной капитан с прикрытыми от удовольствия глазами.
   - Значит здесь вам всё ясно? Тогда о второй поездке. Сразу же, как вернётесь, отправляетесь в Гиблые Топи.
   От услышанного задания Коперрульф чуть не поперхнулся, а затем стал несколько сумбурно переспрашивать:
   - Как..., Гиблые Топи?! Почему..., Гиблые Топи?!
   - А вот почему....
   И протектор Агвана стал подробно излагать и обрисовывать создавшееся положение.
  
  
  

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ

  
   - Посудите сами: то, что случилось два дня назад, далеко выходит за рамки, как разбойного нападения, так и какой угодно личной мести. Хоть враги и недоброжелатели у меня в своё время имелись, но ни один из них не отправил бы на расправу со мной этих бронированных чудовищ. У них попросту нет такой возможности. Следовательно, банда послана некими доминирующими в своей стране политическими силами. Сам факт проникновения колабов на данный участок Энормии - уже нечто невероятное. Жаль, что не удалось взять живым ни одного из нападавших. Возможно, это помогло бы нам раскрыть хоть некоторые тайны. Просто в голове не укладывается: через какие страны или территории пролегал маршрут этих монстров? Нападение было тщательно спланировано и участие в нём не только отличных воинов, но и двух, чуть ли не равных мне по силе Эль-Митоланов, только лишнее тому подтверждение. Помимо этого у колаба-колдуна находилось такое оружие, что после его применения победа противника была бы почти окончательна. Так как на отражение огненного луча из мифического оружия литанра, понадобилась бы невероятная защита. Скорей всего - ушла бы вся наша совокупная магическая сила. Может я преувеличиваю опасность, но ведь до сих пор результатов и последствий подобного поединка никто не знает конкретно. А уж потом сражаться чистым оружием с двумя Эль-Митоланами - голый авантюризм.
   - Но вы один из самых сильнейших колдунов королевства? - не выдержал Коперрульф. - Да и у Кремона, по вашим же словам, магической силы ещё больше! А после боя вы еле на ногах стояли. Почему?
   Хлеби тяжело вздохнул и несколько раз мотнул головой от расстройства. Затем отпил немного из своего бокала, долго грел гремвин во рту и лишь затем сделал глоток. Видимо размышлял: стоит ли раскрывать некоторые свои секреты. И видимо пришёл к выводу, что стоит.
   - А ты думаешь, как нам удалось так быстро вернуться с середины озера? Если бы вопрос стоял только в срочности, то мы бы это сделали без труда. Хоть и сил потратили бы много. Но ведь надо было ещё и сражаться. Поэтому пришлось делать волну. Хорошо хоть, что я всегда ношу за собой Флор, и мы находились рядом с подходящей скалой.
   - А Флор - это тот самый серый шарик? - поинтересовался Кремон.
   - Он самый. И создавать его очень долго и нудно. А в окончательной стадии процесса ещё и необходима мощь двух Эль-Митоланов. Помнишь, я у тебя недавно силу магическую забрал на ночь?
   - Помню....
   - Так вот, с её помощью я сделал последний и окончательный отжим нужного для Флора вещества. Именно поэтому у меня и сейчас в кармане другой такой шарик лежит. А вот что бы ещё один сделать, надо будет несколько месяцев подождать.
   - Вещества не хватает? - догадался дворецкий.
   - Ещё не созрело. Но в этом году сделаем запасы как можно более основательные. А вдруг как придётся ещё что-то взрывать. Или волну создать....
   На секунду возникла пауза, которой поспешил воспользоваться молодой Эль-Митолан:
   - После некоторых размышлений я пришёл к выводу, что и волна была неправильная. Ну никак она не могла образоваться над поверхностью воды, когда под нами была такая огромная глубина. Потом уже, ближе к берегу - согласен! И пройтись по мелководью. Значит, вы ещё силы потратили на возвышающийся над поверхностью водяной вал?
   - Вот это - дельное рассуждение! - похвалил Хлеби своего ученика. - Заметил главную несуразность, молодец! Только хочу сразу заметить: с большими массами воды левитация бесполезна. Опять-таки: и объединённых сил бы не хватило. Но ведь недаром нас называют познавшими основы мироздания. И уже всё остальное зависит от нас: достаточно лишь найти самый оптимальный вариант. Вот у меня в запасе и было одно мощнейшее средство, что бы заставить волну пойти именно над поверхностью. Для этого я создал опору почти под самой кромкой воды. И опора эта - лёд.
   - Но я не видел даже льдинки! - воскликнул Кремон.
   - При создании льда есть тоже свои ограничения. Я могу создавать его лишь прямо под моими ногами. Могу впереди себя. Но не более чем на расстоянии в четыре метра. Могу сзади себя. И сдерживать твёрдое покрытие уже намного в большем протяжении: до трёх километров. Могу по бокам. Но не более чем сорок метров в сторону. И лёд получается крепчайший, способный выдержать тысячи людей.
   - Я слышал о таком! - опять не сдержался возбуждённый ученик. - Мне Витбаль рассказывал. Но говорил, что способность создавать такое чудо давно утеряна....
   - Как видишь, даже ветераны порой не со всеми тайнами знакомы. - Хлеби явно бравировал тем, что он более сильный колдун. - И называется это умение "Дать опору". Но лишь я снимаю магический контакт, как лёд тут же превращается обратно в воду. Но ведь силы это забрало? Приличную часть! И на берегу я ведь не просто стоял. Приходилось держать щит перед ментальной атакой сразу двоих Эль-Митоланов. А уж в последний парализующий импульс для колаба пришлось почти все физические силы добавить.
   - Теперь понятно, - улыбнулся Коперрульф, - А то я, пока мчался от посёлка, страстно жалел, что не успеваю вовремя, и на мою долю останется лишь созерцание разбойничьих трупов.
   - Повезло тебе: успел в последнюю секунду! А нам ещё большее от этого счастье - сами трупами не стали! - хохотнул хозяин замка, а затем продолжил уже совсем серьёзно: - Как бы там ни было: факты налицо. Сюда был послан очень сильный диверсионный отряд с целью нашего уничтожения. Скорей всего - самый лучший отряд. И оружие у них было превосходное. Чего только стоят те стрелы, которые имелись у лучника. По свидетельству Грома, такие уникальные полоски стали со смещённым вперёд центром тяжести только недавно начали производить в Баронстве Стали. И существовали у нас эти стрелы лишь в единичных экземплярах. Про литанру - вообще говорить нет смысла. До сих пор считалось, что такого оружия не существует уже давно. Но раз оно было у командира отряда, значит, существует как минимум несколько подобных экземпляров. И во второй раз на нас могут напасть с более мощным огневым запасом. Самое главное, на данный момент понять: что здесь искали колабы и их подручные? Карту ведь так и не удалось разгадать....
   - Может со временем? - вставил Коперрульф.
   - Будем надеяться. Но месяц в запасе у нас имеется. Вряд ли враги быстрей соберутся для новой атаки. Поэтому за три дня вы должны проверить стоянку в Полнорецком лесу и вернуться. Затем день, два отдыха и отправляетесь в Гиблые Топи. Не далеко! Я уже об этом говорил. А вот о цели этой поездки узнаете перед выездом туда. Мне надо ещё уточнить и проверить свои прочитанные когда-то воспоминания о конкретных азимутах и ориентирах.
   - С нами кто-то ещё едет? - Кремон тоже настроился по-деловому на первое в своей жизни колдуна задание.
   - Нет. Прямо сейчас будешь тренироваться ставить щит прикрытия для себя и напарника. Для двоих - это сделать гораздо легче, и с твоей силищей вы будете путешествовать словно невидимки. Не расходу при этом основной магической энергии. Никакой колдун вас не заметит. Да и стационарные защитные периметры в той глуши не стоят. Строить их - слишком хлопотное дело. А уж с физической опасностью наш маршал сам справится играючись. По словам Мальвики бандиты очень тщательно замаскировали свой лагерь, так что засады там быть не должно. Но это не значит, что вы должны в той местности передвигаться как в своей комнате. Уж тут Ганби, я надеюсь на твой опыт. Смотрите в оба!
   - Справимся! - коротко пообещал Коперрульф.
   - Да? Ну тогда иди, готовь всё необходимое. Выезжаете завтра сразу после обеда. А мы будем тренироваться ставить щит невидимости.
   Мужчины быстро допили из своих бокалов благородный напиток и покинули кабинет. Дворецкий сразу отправился в арсенал для подбора оружейной экипировки, а оба Эль-Митолана вышли во внутренний двор. Где Кремон в течении получаса обучался умению правильно и быстро создавать вокруг себя непроницаемый для колдовского взгляда щит. Так как теоретически ученик был обучен уже давно, то Хлеби оставалось только скоординировать его действия на практике. Что получалось на удивление легко и быстро.
   Затем они перешли к проверочным испытаниям.
   - Твоё дело - меня обмануть, - давал задание учитель. - Оббежать замок и выскочить с той стороны во двор, откуда я тебя не буду ждать. То есть увидел мою спину - значит, сдал экзамен. И учти: всё время бегом!
   - А если вы просто угадаете?
   - Значит - экзамен не сдал. И снова бежишь на ту сторону замка. Легче не бывает!
   - Да уж! - пробурчал Кремон, срываясь с места.
   Хлеби довольно ухмыльнулся ему вслед и тут же расслабился, проводя отделение сознания. И очень скоро "обозрел" ученика с другой стороны замка. Тот остановился, пытаясь поставить щит, но получалось у него плохо. Небольшая тень от его сущности всё-таки просматривалась. Затем парень стал бегать в разные стороны, намереваясь видимо запутать учителя. Несколько раз он ощутимо усилил свой щит, да так удачно, что на короткое время выпадал из "поля магического зрения". Затем появился чуть дальше, по дороге от замка. Пропал. Появился. Ха! Думает, что чем дальше отбежит, тем его труднее будет заметить! А вот теперь ученик вообще успокоился, видимо подумал, что наставник окончательно потерял его из виду. Наивный и самонадеянный юнец! Хлеби рассержено наблюдал за тенью, которая вообще перешла на спокойный шаг и стала уверенно обходить замок. Ещё и прихрамывать начал, симулянт! Не открывая глаз, Эль-Митолан повернулся направо и заготовил гневную речь для своего ученика. Придав и лицу соответствующее выражение. Но тень, нисколько не смущаясь и выйдя из-за угла здания, направилась прямо к нему. Заподозрив неладное Хлеби моментально открыл глаза. И они тут же расширились от удивления: перед ним стояла улыбающаяся Лирна. Одной рукой она подбоченилась, а другой опиралась на палочку, которая помогала ей при ходьбе и снимала напряжение с раненой ноги.
   В тот же момент, сзади, плеча осторожно коснулась чья-то ладонь.
   - Господин протектор! Вы не меня ищете?
   Уж как Хлеби гордился своим самообладанием, но от прикосновения и одновременно раздавшегося голоса Кремона он вздрогнул. И на какое-то время застыл. Потом делано вздохнул и неспешно обернулся. Его ученик парил над землёй в нескольких сантиметрах, и становилось понятным, как он сумел бесшумно подкрасться вплотную. Но ещё больше впечатлило опытного наставника то, что ученик сумел "навесить" свою тень сущности на совершенно постороннего человека.
   - Как ты это сделал? - он кивнул головой на девушку.
   Кремон опустился на землю, еле сдерживая самодовольную улыбку победителя:
   - В теории, я это знал. Теперь вижу, и не практике получилось.
   - Ну что ж! Молодец! - бодрым голосом похвалил своего ученика наставник. - Экзамен сдал, можешь отдыхать!
   Но в душе у опытного Эль-Митолана появился неприятный холодок какой-то зависти. Ведь только что продемонстрированное мастерство ещё не в полной мере было подвластно и ему! Колдуну, который потратил несколько лет усиленный занятий на усовершенствовании "навешивания" своей тени на другую личность. И удавалось хорошо это колдовство лишь с человеком заранее подготовленным. А тут такое творится! Поучил парень теорию, затем решил попробовать на практике и у него получилось без труда! И как он умудрился?
   Хлеби прямо расстроился от внезапного осознания, что в ближайшие дни придётся просить своего ученика подробно передать весь процесс магического действия. Как ни прискорбно или как не стыдно это будет выглядеть. Но упускать такой редчайший случай он не намерен. А свою зависть он завяжет узлом и забросит в озеро как паршивых колабов. Не хватало только из-за этого недополучить хоть толику мастерства. Пусть даже от молодого, всего с двух недельным стажем Эль-Митолана. Совсем другими глазами взглянув на ученика, он, тем не менее, вспомнил о своём положении хозяина и обратился к девушке с вопросом:
   - А тебя, каким ветром к нам занесло? Раненым положен постельный режим и ранний сон.
   - Так то ж раненым! - воскликнула девушка с подкупающей непосредственностью. - А им себя даже папаня не считает. Уже с самого утра ходит по дому и ко всем пристаёт. То бумаги ему принеси, то карандаши ему подай, то шторы ему на окнах мешают. То повязку ему на груди ослабь, а то он сидеть не может. Дом он, видите ли, стал новый рисовать! Говорит, давно мечтал настоящее чудо сотворить, да старое ломать было жалко. Ещё его дед строил. А теперь свой случай, говорит, не упущу.
   - Похвальны и понятны его стремления. Но на первый вопрос ты так и не ответила. Зачем к нам пожаловала?
   Послышавшийся холодок в голосе хозяина замка немного смутил девушку, но и упорства её было не занимать.
   - Дело в том, что завтра я собралась съездить на наш луг и проведать прирученных боларов. А господин Кремон весьма интересовался ими и хотел посмотреть на них поближе. Да и выражал желание понаблюдать за нашим общением.
   Какое-то время Хлеби стоял, заложив руки за спину и покачиваясь с пяток на носки. Переводя взгляд с парня на девушку и обратно. И возмущаясь мысленно их наивности. Ведь дел оставалось просто уйма. Не говоря уже о постижении новых тайн основ мироздания. Так что ехидный и категорический отказ уже был готов слететь с уст протектора Агвана. Но вдруг он вспомнил о предстоящей просьбе к ученику о "навешивании" тени и замер на полуслове. Тут же в голову пришло воспоминание про легендарных боларов и мифическом Летающем острове, и он стал произносить совершенно иные слова, чем собирался:
   - А почему бы и нет? Хоть весь учебный процесс окажется под угрозой срыва.... Но мы постараемся его наверстать в следующие недели. Не правда ли?
   Кремон тут же отозвался:
   - Как скажете, наставник.
   - Тогда мы с тобой с утра ещё раз тщательно пройдём все этапы сегодняшнего занятия.... А потом часа три, четыре у тебя будет свободного времени.
   - Вот здорово! - первой затараторила Лирна. - Он не пожалеет! Я ему столько интересного покажу. Мы ведь давно очень с боларами занимаемся, а я с некоторыми с самого детства дружу.
   - Прямо таки дружишь? - засомневался Хлеби.
   - Не верите?! - загорелась девушка. - Тогда сами посмотрите! Мы ведь давно собирались именно вам показать какие болары умные и дружелюбные. Если бы они ещё и жили дольше, то наверняка бы стали разумными. А так отец говорит, они лишь двадцать, тридцать лет живут.
   - Правильно говорит, - подтвердил хозяин замка, сдвигаясь с места и увлекая молодых людей жестом за собой. - Хоть в древних легендах и говорится, что болары могут жить до пятисот лет.
   Кремон еле сдержал саркастическое восклицание, а вот Лирна сразу загорелась:
   - А что это за легенды?
   - Долго рассказывать. Может, когда-нибудь дам почитать одну интересную книгу на эту тему. Если желание не пропадёт.....
   - Ни за что не пропадёт! Я вообще-то с детства мечтала изучать эти таинственные летающие растения. Да всё времени нет: то готовь, то стирай, то штопай. Если бы хоть мама осталась жива....
   Девушка неожиданно сникла и замолчала. Да и мужчины почувствовали себя неловко. Словно смерть несчастной женщины была на их совести.
   Так и дошли до парадного входа в замок.
   - Уже почти стемнело.... - Хлеби осмотрелся вокруг и добавил, обращаясь к ученику: - Так что ты проводи девушку до посёлка. Или чем другим хочешь заняться?
   - Да нет, провожу. Заодно послушаю мелкие детали о повадках и поведении боларов. Это же действительно неведомая сторона нашего мироздания.
   - Вот и прекрасно! Я у меня ещё полно дел. Всего хорошего!
   Протектор тут же повернулся к замку и стал подниматься по ступенькам. А сзади его слух уловил оживлённые переговоры, и девичий голос стал с ходу рассказывать:
   - Ты знаешь, самые первые и наибольшие впечатления из моего детства остались от встречи с тремя молодыми боларами возле корней гигантской ашпуницы. На том участке леса она самая большая. И вот, вхожу я на поляну с корзиной ягод....
   Что там было дальше, протектор не услышал, но неожиданно почувствовал в себе проснувшийся интерес к боларам.
   "Может и самому совершить конную прогулку с молодёжью? Развеяться да промчаться с ветерком? Посмотреть, что эта девчонка хочет показать. Вдруг и в самом деле нечто новое? Правда подкармливать боларов многие и раньше пытались. Даже делали после этого громкие заявления о чудесах дрессуры. Но потом это всё оказывалось не соответствующим истине. И уже давно доказано: летающие растения не поддаются приручению. Дикое - оно всегда диким и останется. Хотя эти их загадки с врождённой способностью левитировать, до сих пор многим колдунам спокойно спать не дают. Что только не делают они с боларами, пытаясь постичь эту тайну: жгут, режут, пилят, гноят в растворах.... И никаких результатов! Хотя лично мне претит проводить опыты с этими безобидными растениями. Может из-за того, что чересчур много книжек прочитал? И захотелось верить в нечто несбыточное? Вполне возможно, что с возрастом начинаю впадать в детство! Только.... Неужели все эти легенды - не более чем древние сказки для детей? Хм! Но зато как красиво эти сказки написаны! Прямо так и хочется в них поверить. Какие идеальные сцены из жизни разумных существ там описаны! Вот только жить с жутким и вонючим колабом в одном доме.... Бр-р-р! Ни за что!!!"
  
   На следующий день, за завтраком Хлеби находился в прекрасном расположении духа. Виной тому было утреннее занятие с учеником. На котором опытному наставнику не только удалось найти свою главную ошибку в знаниях о "навешивании" сущности на другого человека, но и сохранить при этом лицо авторитетного педагога. Не подвергая свою репутацию излишним сомнениям и возможным насмешкам. Когда они начали анализировать вчерашние занятия, Хлеби заставил Кремона повторить вслух все фазы его действий и мельчайшие детали магического воздействия. При этом он часто давал "ошибочные вводные" и переспрашивал к примеру:
   - А что было бы в случае попытки сделать зацеп сущности лишь за один край?
   Ученик каждый раз вполне уверенно делал предположения итогов, и обосновывал свои правильные действия. Так они и дошли до главной ошибки, которую наставник ввёл как "ошибочную" и получил в ответ такую важную и годами разыскиваемую разгадку. Оказалось, что при "навешивании" своей сущности, или как порой это ещё называли "сходной тени" на другого человека, надо было для закрепления оной при выбранной сущности носителя один раз мысленно перекувыркнуться в его ауре "отделённым сознанием".
   А сам мастер до этого лишь делал полный оборот вокруг своей оси. Что оказывалось слишком мало. Зато теперь! Можно будет вводить в заблуждение кого угодно! Даже своих друзей можно разыграть! А уж врагам явно не поздоровится. И как хитро и правдоподобно всё придумал: ученику и в голову не придёт заподозрить учителя в незнании. Недаром во время ночной работы подспудно утреннее занятие продумывал. И минуты не поспал, но зато настроение себе обеспечил бодрое и радостное.
   Ученик вообще казалось, не замечал радости, которая переполняла его наставника. Лишь поспешно насыщался. Как всегда подчищая любые блюда, до которых могла дотянуться его рука. А до которых рука не дотягивалась, те сами колдовским образом перемещались к нему вместе с тётушкиной тенью. При чём сердобольная Анна иногда даже умудрялась забрать из-под носа у своего племянника именно то, что он и сам собирался попробовать в следующую минуту. И его мысли переключились на эту тему:
   "Облизнулся, прикрыл глаза, открыл снова и.... А тарелка с пончиками, посыпанными сахарной пудрой, уже возле Кремона. И тот чисто машинально высыпает все пончики в свою тарелку и с невероятной скоростью начинает их поглощать. Запивая их любимой сметаной...."
   Хозяин замка, уже в который раз с удивлением воззрился на домоправительницу; уж не стала ли она на старость лет Эль-Митоланом? Но, присмотревшись, успокаивался: тётушки на стуле уже не было! Она стояла рядом с молодым обжорой и насыпала ему в тарелку фруктовое желе.
   "Вот только непонятно: чью порцию? М-да! Как раз ту самую, к которой уже и рука протянулась.... Ладно пусть ест. Заслужил..., перед дальней дорогой. Да и важнейшим секретом непроизвольно поделился".
   А молодой Эль-Митолан спешил быстрей позавтракать и отправиться на Паласиевый луг. Причём спешка была обусловлена двумя причинами: возросшим интересом к боларам, который Лирна лишь подогрела своими рассказами накануне, и необходимостью перед обедом всё-таки проверить снаряжение и амуницию перед дальней дорогой. Коперрульф сам обещался всё подготовить, но ведь негоже совершенно игнорировать сборы и надеяться на опытного ветерана. Самому тоже учиться надо. Пусть поход будет и не таким продолжительным, но навыки как раз и хорошо получать постепенно. А не навалом. Как любит делать строгий наставник. Кремон мельком посмотрел на учителя:
   "Доволен, как похас после случки! Думает, что незаметно выпытал у меня большой секрет. Ха! Мог бы прямо спросить, а не устраивать отвлечённые разборы занятий! Я бы ему сразу сказал. Но.... Раз он так хочет, пусть так и будет. Вот только я хочу посмотреть, как он мне способ творения льда передавать будет. Пусть только попробует со мной опытом не поделиться, или все тонкости не разжевать. Если "твёрдая опора" получаться не будет, я ему сразу "навешивание" припомню! Ха-ха!"
   Видимо последнее мысленное хихиканье отразилось и на лице Кремона, так как его наставник поинтересовался:
   - Что такой счастливый? Или молодой красавицей увлёкся? А ведь Бабу скоро вернётся из Плады.... Как бы новый синяк не появился.
   - Синяков я никогда не боялся. Да и девушка: хоть мила, умна и красива, но..., - Кремон неопределённо покрутил пальцами в воздухе, пытаясь подобрать нужные слова. - Короче: Бабу может за неё не волноваться. А вот её отношения с боларами - действительного заслуживают самого пристального внимания и изучения. Если она мне сегодня продемонстрирует то, что вчера рассказала.... Хм! Это будет просто неслыханное и немыслимое открытие в науке!
   - Да-а-а?! - протянул хозяин замка и с недоверием и с восхищением одновременно. - Хм! Умеет деваха про чудеса рассказывать! Так тебе голову закрутить этими боларами? Вот талант у простой хуторянки.
   - Я тоже сомневаюсь во всех её историях. - Кремон решительно налил себе ещё чая в огромную кружку и с наслаждением сделал несколько больших глотков. Затем с сытым видом опёрся спиной на спинку стула и продолжил:
   - Но скажите: какой смысл ей врать? Между прочим, она меня навела на одну идею. Подтвердив, что болары никогда не приблизятся к Эль-Митоланам. Разве что только молодые особи и очень отчаянные. А почему?
   - Ха! Так ведь это для них будет равносильно самоубийству! - ответил Хлеби.
   - А в вашей жизни часто бывали такие случаи? - продолжал ученик спрашивать с пристрастием.
   - Ну.... Несколько раз.
   - И что вы делали для своей защиты?
   - Да какая там защита?! От чего? Мне достаточно лишь послать в их сторону маленькую искорку, намного меньшую, чем та, что я отправил для взрыва Флора. И болары в панике улетают.
   - Вот! И это понятно, потому как они боятся огня. Но почему же они не нападают повторно?
   - Ясно почему: ожидают от меня искорки.
   - Значит? - Кремон сдала вопросительную паузу и лишь затем сам дал пояснения: - Они разумны! Потому как обладают способностью накапливать опыт. И во вторых....
   - Для таких выводов, у тебя слишком мало данных. - Перебил его Хлеби и при этом отрицательно замотал головой. - Ведь даже любое маленькое, слабое и глупое животное моментально убирается с дороги человека. Это просто называется инстинктом самосохранения.
   - Да? Но я не договорил. И, во-вторых: на вас когда-нибудь пытались напасть старшие болары? Те, про которых Лирна рассказывала, что их выгнали их стаи?
   - Мг-м.... Да нет, вроде....
   - А на вас? - спросил молодой Эль-Митолан у внимательно слушающего Коперрульфа. Тот возмущенно фыркнул, признаваясь:
   - Да сотни раз!
   - На нашем хуторе от них житья не было! - успела выкрикнуть чуть ли не вскочившая со своего места Мальвика, но на неё никто не обратил и малейшего внимания. Лишь тётушка Анна осудительно приложила палец к губам.
   - И на меня несколько раз нападали, когда я ещё не стал Эль-Митоланом! - многозначительно сказал Кремон. - Но вот, сколько я не читал - ни разу взрослый болар не попытался напасть на разумного, владеющего тайнами мироздания. Мне кажется, и вы о таких случаях не слышали. А что это значит? Лишь одно: эти летающие растения прекрасно распознают колдунов на близком расстоянии! А раз так: то они просто обязаны обладать хоть какой-то толикой умственного сознания. Правильно я говорю?
   - Скорей всего нет! - отрезал хозяин замка. - И знаешь почему? Болары имеют очень много врождённых инстинктов. И левитацию - тысячекратно большее чудо, присущее только разумным существам. Тем не менее - их таковыми до сих пор не считают. Значит: умение опасаться Эль-Митоланов приходит к боларам вместе с возрастом. Точно так же взрослые животные умеют обращаться и заботиться о своём потомстве в более позднем возрасте. То есть, наследственная память всегда включается постепенно, с годами. Уяснил?
   - Вполне. Но теперь мне осталось лишь увидеть отношения хуторянки с боларами. И тогда всё будет окончательно на своих местах и предельно ясно....
   - Вот упёртый! - в сердцах воскликнул хозяин замка. Но тут всех удивил дворецкий:
   - Можно я с ним на луг проедусь? Интересно мне на эти летающие растения посмотреть. А в дорогу я уже и так всё приготовил.
   - Да! А кто будет замок охранять в моё отсутствие? Даром я, что ли всю ночь не спал, тебе новые амулеты готовил. Вот, носи на здоровье!
   С этими словами он отдал дворецкому внушительную шкатулку. Тот сразу расплылся в довольной улыбке. Глаза при этом превратились в две щёлочки, а концы усов поднялись вверх.
   - Вот спасибо! Вот это подарок! Ну, теперь я снова смело в бой могу! - Коперрульф зачаровано смотрел в открытую шкатулку, разглядывая знакомые и жутко нужные предметы, но нить разговора при этом не потерял:
   - Выходит, что вы теперь отсыпаться будете? Тоже верно. А я значит на страже постою?
   - На страже ты останешься потому, что я собираюсь ...с Кремоном проехаться. Надо будет маяк на внешнем периметре проверить и подзарядить, как следует....
   За столом воцарилась длинная пауза, вызванная изумлением собеседников. И снова Мальвика успела вставить просьбу-пожелание-утверждение:
   - Я тоже могу с вами поехать! Тётушка мне дала свободное время до обеда. И на похасе я умею ездить....
   На этот раз внимание на неё обратили все. Да так обратили, что девушка сникла, замолчала и даже ссутулилась на своём огромном стуле. Но жалости в голосе хозяина замка не послышалось:
   - Здесь все выполняют МОИ распоряжения. Говорю об этом тебе в первый и последний раз. Тётя Анна! Какое может быть у ребёнка свободное время, если она не умеет читать?!
   Домоправительница всегда улавливала перемену настроения своего племянника, поэтому сразу принялась его успокаивать:
   - Конечно, конечно! Сразу после завтрака возобновляем интенсивные занятия. Мне просто надо было пройтись в посёлок, но теперь я пошлю вместо себя кухарку. И не стоит так волноваться....
   Но Мальвика ещё больше настроила Хлеби против себя. Она резко вскочила и с гневом выкрикнула ему в лицо:
   - Я не ребёнок! - и тут же убежала в сторону кухни. Тётушка Анна замахала руками, призывая всех оставаться на своих местах, и устремилась за девушкой, на ходу приговаривая:
   - Ей со мной ужасно скучно, вот девочка и рвётся на улицу. Но я ей объясню, что туда нельзя.....
   А напоследок таки послала словесный укор своему племяннику:
   - ...Дедушка Хлеби не пускает!
   Как ни странно, после этих слов настроение хозяина замка не испортилось. Он даже великодушно хмыкнул, заулыбался и скомандовал:
   - Едем смотреть на чудеса дрессировки!
   - Я только на кухню зайду, - с некоторым усилием оторвался от стула пресыщенный завтраком Кремон. - Лирна советовала взять сочных и свежих фруктов. Болары их просто обожают.
   - А хуторянка где сейчас?
   - Она ещё час назад на луг подалась. Вместе со своим дядей и кузеном. Так что наверняка уже на месте.
  

УДИВИТЕЛЬНЫЕ РАСТЕНИЯ

  
  
   В конюшню оба Эль-Митолана вошли вместе. Там сейчас хозяйничало три новых конюха, так что по условному свисту Торнадо некому было оседлать. Да и не подпускало строптивое животное к себе новых работников. Хоть хозяин и скормил вороному красавцу три коробки мармелада при нравоучительных беседах. Одна надежда и была что на скорейшее выздоровление храброго Леско. Но тому ещё только постельный режим предписывался целую неделю.
   Так что седлать своих коней решили сами, да ещё и соревнуясь в скорости. Протектор первым вылетел из ворот конюшни, но его ученик отстал всего лишь на корпус и твёрдо при этом уверенный в своей победе.
   - Зря споришь, - улыбался Хлеби, когда они уже спокойной рысью двигались по Южной дороге. - Мой Смелый первым выскочил во двор, и конец рассуждений!
   - Так ведь его стойло намного ближе к выходу! И бежать вам к нему, не в пример быстрее....
   - Как не стыдно! Ты совсем забываешь о моём возрасте. У тебя же энергии молодой - горы!
   - Точно! - воскликнул Кремон, хлопая себя ладонью по лбу. - Я же добрый! Поэтому и не хотел вас расстраивать и признаваться, что пропустил вперёд лишь из уважения к возрасту. Но раз вы сами напомнили....
   - Н-да? - наставник выдвинул нижнюю челюсть вперёд, глядя на своего ученика с барской снисходительностью. - Ты меня и к Истукону первым пропускать будешь?
   - Конечно! - не растерялся тот. - Вы его так сказать создали, вы его и добивайте!
   - Между прочим, там ему кое-чего добавили и кое-где ускорили, так что придётся тебе шевелиться быстрей. Я тебя сразу предупреждаю: покажу только раз! Потом сам будешь к нему подбираться.
   - Если вы - покажете, то и я буду повторять ваши движения.
   - Опять старика вперёд пропускаешь? И не стыдно забывать о моём возрасте?
   - И не стыдно вам всё время напрашиваться на комплименты? - засмеялся Кремон. - Ведь и так ясно, что колдун с годами только сильней становится. А значит - и "моложе".
   - Только вот с годами, на плечах всё больше накапливается груза полученных разочарований....
   Что хотел сказать Хлеби в последнем рассуждении, выяснить ученику не удалось. Пришпоренный Смелый резко ускорился и понёсся вскачь. И сразу вырвался на два корпуса вперёд. Возмущённый такой наглостью Торнадо громко заржал и без всякого понукания понёсся как ветер. Уже через сто метров поравнявшись со своим товарищем, а ещё через двести уверенно оторвавшись от погони. Как опытный наездник ни подбадривал благородное животное, Кремон на своём коне всё больше и больше увеличивал разрыв. А когда домчался до первого маяка, то, оглянувшись, вообще не увидал наставника за изгибом дороги. Поэтому решительно осадил Торнадо и дождался отставшего, но нисколько этим не расстроенного протектора Агвана. Дальше они опять уже ехали лёгкой трусцой, попутно занявшись изучением очередного и весьма сложного заклинания. Зачем же проводить время даром в бессмысленных скачках?
   Когда они уже подъезжали к Паласиевому лугу, Хлеби вспомнил о спорах за завтраком и порекомендовал Кремону прикрыть их щитом невидимости. Мол, если колабы побаиваются Эль-Митоланов, то в данном случае они увидят лишь простых разумных и у них не возникнет лишнего повода для беспокойства. Когда невидимый щит их окутал, наставник добавил:
   - А что бы тебе было чем заняться на подсознательном уровне, я тебе даю одну весьма сложную загадку.
   - И когда я должен дать ответ?
   - Когда отгадаешь! Через месяц, два, а то и год! Подгонять не буду. Чего смеёшься?
   - Вы наверняка мне хотите дать что-то неразрешимое? - сдерживая смех, спросил Кремон. - Нечто эдакое: почему болары умеют левитировать, а когда спят, крепко хватаются отростками за ветки деревьев, что бы не взлететь в безвоздушное пространство?
   - Не дерзи учителю! - но строгости в голосе Хлеби не было. Скорей шутливое потворство. - Подобные задачи наставники и не имеют права давать. Для истинного процесса обучения есть некоторые загадки, которые передаются от наставника к обучаемому колдуну из поколения в поколение. Они разные по своей сущности, но никогда о них не пишут в литературе и учебных пособиях. Даже не обсуждают во всеуслышание. Но, тем не менее, они отвечают на вопросы об устройстве нашего мироздания. И когда-нибудь, для проверки сообразительности, и ты загадаешь эту загадку своему ученику....
   - Вы меня заинтриговали! - воскликнул Кремон, выезжая на луг и внимательно всматриваясь во все стороны. - Наверняка это - что-то весьма интересное?
   - Конечно. Хотя и состоит загадка всего из трёх слов: "Что такое сон?"
   - Сон?! - молодой Эль-Митолан недоверчиво оглянулся на своего наставника, но тот выглядел совершенно серьёзным. - Хм! Хоть я могу отвечать сразу на этот вопрос, но....
   - Вот именно! Не стоит спешить со скоропалительными выводами. Хочу ещё раз напомнить: вопрос фундаментальный. Хотя, когда ты узнаешь ответ, тебе достаточно будет его мне сказать одним словом. Если оно будет верным, я тебе сразу засчитываю целый класс обучения.
   - Даже так? - Кремон в задумчивости разгладил свою шевелюру ладонью и посмотрел наставнику в глаза: - А вы, сколько времени потратили на решение этого вопроса?
   - Шесть месяцев.
   - Ого! - парень от такого срока сник и явно расстроился. - Уж если вы пол года думали....
   - По признанию моего учителя, я ответил на этот вопрос быстрее, чем несколько десятков начинающих колдунов до меня. Чем вполне заслуженно горжусь.
   - Да за полгода можно все слова произнести! Хоть одно - да подойдёт к ответу.
   - За каждый неправильный ответ - наказание: бессонная ночь тренировок с Истуконом. Так что продумывай тщательно, при таких заданиях торопить не положено....
   - Торопить! - фыркнул Кремон. - Да я теперь сам спокойно не усну, пока ответ не узнаю! Или можно специально тянуть время?
   - Вполне! - при этом вид у протектора был такой, словно он и в самом деле от всей души советует ученику так поступить. Он даже поощрительно закивал головой. Правда, в голосе явственно послышались зловредные нотки: - Но в конце месяца, при подведении итогов, наставник имеет право наказать ученика за долгое молчание чем угодно.
   - Ха-ха-ха! - со скорбным, показным смехом и с кислым видом резюмировал Кремон. - Я так и знал, что ваши загадки мне сна не прибавят!
   - Не ворчи! - заулыбался Хлеби. - Жизнь прекрасна! А когда ещё и новое мы в ней познаём, то только подтверждаем этим своё право на существование. Вон, смотри, наша хуторянка уже к нам торопится. Уже и не хромает почти. Огонь - девка! Но ...Бабу от неё ещё наплачется....
   - Вот-вот! - улыбка вновь вернулась на лицо парня. Но голос он понизил до минимума. - Потому я от таких красавиц и не в восторге!
   Его учитель ответил вообще шёпотом:
   - А я - тем более!
   Оба колдуна весело рассмеялись и соскочили на землю. Последние метры пути, намереваясь пройти пешком. На пожарище они вошли одновременно с девушкой и поздоровались с уже знакомыми родственниками Гната. Мужчины вытаскивали более уцелевшие при пожаре брёвна из пепелища и складывали их в стороне, возле прекрасно сохранившейся изгороди. Фактически все самые толстые стволы, уложенные в основания стен и служащие фундаментом постройки, не пострадали от огня.
   Всё-таки сок ашпуницы, пропитывая древесину, почти полностью лишал последнюю способности быстро и жарко гореть. Да и жучки древоточцы в таких местах себе жильё не устраивали. Естественно, подобный дар природы глупо было бы не использовать с толком для человека. В поселке, таким образом, дома уже давно не обрабатывали. Так как строили из обожженного кирпича и камня. Разве только кухонную мебель и утварь окунали регулярно в сок. Но вот на хуторах подобные меры противопожарной безопасности приветствовались испокон веков. Тем более что каждое гигантское дерево ашпуница, давало за день до ведра сока из сочащихся надрезов. И потом надо было лишь наносить жидкость на брёвна и доски уже готового дома несколько раз после строительства, да один раз в пять, шесть лет. Занимались этой нетрудной работой в основном подростки и женщины. На долю мужчин выпадало лишь делать надрезы, собирать сок и доставлять его к месту назначения.
   - И как строить собираетесь? - спросил протектор у мужчин.
   - Ещё окончательно не решили, - признался брат Гната. - Но скорей всего цокольный этаж сделаем из камня и кирпича.
   - Естественно! В наше время надо пользоваться современными технологиями. А выше? Один этаж и чердак?
   - Да вот только Гнат задумал строить жилой чердак. Хочет, что бы места всем хватало для жилья.
   - Хозяйский подход.
   - С крутой крышей. Говорит, в Лиоде видел. А мне кажется - это уже лишнее. Куда нам до провинциального центра...?
   - Ничего! - засмеялся Хлеби. - Может, скоро и мы станем жить как в Лиоде. А хуторяне станут в замках обитать. Ведь Гнат именно такое строение задумал?
   - Ох, господин протектор! - заговорила как всегда без всякого стеснения Лирна. - Да будь его воля, он бы такой замок как у вас строить начал.
   - А мне что, жалко? Пусть строит. Но если честно, девонька, время наше дороже стоит, чем простое обсуждение достоинств постройки. Так что давай, веди нас к своим подопечным. Или вспугнём, если все заявимся?
   - Я уже вчера говорила, что к Эль-Митоланам они вряд ли подлетят. Но вы можете смотреть издалека.
   - Не волнуйся. Мы сделали свои колдовские сущности невидимыми. Так что они примут нас за обычных людей.
   - Прекрасно! Но вы всё равно для начала на поляну не выходите. - Лирна поманила Эль-Митоланов за собой, и они двинулись по тропинке, уходящей в глубь леса. Своих коней всадники привязали к изгороди. - Так мы дойдём намного быстрее. Можно конечно и в обход, по лугам, но я здесь каждую веточку знаю, и скиры сюда не заходят.
   Злобные и агрессивные скиры и так были редкостью в этих лесах, но порой, во время гонов, они выходили даже на открытые пространства. Бродили возле посёлков и могли напасть на одного, а то и нескольких путников. Прекрасно знавший об этом всеядном хищнике Хлеби, тем не менее, удивился последнему утверждению девушки:
   - Неужели? Никогда, никогда?
   - Вы разве не знаете? - Лирна даже на мгновение приостановилась и оглянулась на протектора. - Здесь же, от самых лугов и километров на пять в глубь леса растёт тямянка. Вот эта лиана, видите?
   - А-а! Что-то припоминаю.... Эти звери, кажется, пряного запаха этого растения не переносят?
   - Именно: совсем не переносят! - девушка на ходу оторвала несколько мелких листиков со свисающей лианы и растёрла их на ладони. - Наши охотники, когда далеко в лес отправляются, всегда с собой припас нарубленной лианы берут и каждые два часа соком намазывают руки, шею и лицо. И пахнет приятно, и скира отгонит лучше, чем вооружённый рыцарь на коне. Даже во время весеннего гона.
   Кремон и себе решил ощутить пряный запах и схватил свисающий конец лианы. Несколько раз обмотал вокруг кисти и резко дёрнул. И даже вскрикнул от неожиданности:
   - Ой! Да так и руку порезать можно!
   - Ты не смотри, что она тонкая и хрупкая на вид, - хихикнула хуторянка. - Некоторые вполне выдержат вес такого мужчины как ты. А уж если сплести верёвку из трёх лиан...!
   Молодой Эль-Митолан отсёк лиану кинжалом и теперь принюхивался к диковинному и весьма странному запаху:
   - Надо же, сколько с неё пользы. А почему же она по всему лесу не растёт?
   - Не знаю. Только до определённой границы, - стала объяснять Лирна. - Вроде и ростки новые за невидимую черту прокладывает тямянка, а через день, два лишь сухонькие палочки висят.
   Заметив на себе удивлённый взгляд ученика, Хлеби пожал плечами и признался:
   - Я никогда о подобном не слышал. Тут уж, как говорится: безбрежны тайны Мирозданья! Но факт весьма интересный. Мы с тобой, как чуток освободимся от забот, обязательно по той границе проедемся и присмотримся. Может, какую разгадку и найдём этому феномену.
   Кремон тут же закивал головой:
   - Я - только "за"! - на что наставник пробурчал себе под нос:
   - Лучше бы ты так к Истукону стремился....
   Тропинка тем временем стала ровней и шире, лес расступился в стороны и три человека остановились в густом кустарнике, окаймляющем сильно вытянутую в длину большую поляну. Они находились на одном её конце, а до второго было метров сто, не меньше. Именно туда девушка указала рукой:
   - Там у нас любимое место встречи. Когда я вам покажу всё интересное, то подам такой вот знак. И вы не спеша, попробуйте подойти. Старайтесь их не вспугнуть и держите на ладонях приготовленные фрукты. А если маленькие болары станут пролетать мимо ваших лиц - не бойтесь. Это они так пытаются знакомиться.
   - А взрослые растения не прилетят? - спросил Кремон с некоторым разочарованием.
   - Прилетят обязательно. Но всё зависит оттого, кто в данный момент будет находиться в стае. Ведь они часто летают очень далеко в поисках пропитания. А некоторые особи со мной, мягко говоря, демонстративно не хотят общаться. Особенно несколько стариков. Почему собственно я с боларами и общаюсь здесь, на открытом пространстве. Хотя и под деревьями, на которых живёт стая мне не страшно. Просто там слишком темно, а мне немного неуютно: почти все взрослые особи замирают, только за мной и смотрят. Да и молодняк теряет свою игривость и беззаботность.
   - Хм! - лицо протектора сделалось очень строгим. - Вообще-то, по всем рекомендациям запрещается людям в одиночку заходить в расположение стаи боларов.
   - Да и я бы чужим не рекомендовала туда соваться. - Девушка простодушно улыбнулась, но в её тоне проскользнула некоторая снисходительность: - Но я ведь с ними знакома, так что никогда о таком и не задумывалась. Ладно, смотрите и ждите моего сигнала.
   И Лирна быстрым шагом пошла по поляне. На ходу достав из кармана несколько крупных орехов и выстукивая ими друг о друга громкую и далеко слышную дробь. Звук этот, по всей видимости, хорошо был знаком местным обитателям, так как чуть ли не сразу же среди ветвей деревьев мелькнуло несколько зелёных теней. Потом один шар несмело стал приближаться к девушке. Слабое зрение боларов было общеизвестно и считалось, что два глаза на тонких и гибких стебельках, выдвигаемых из верхней кроны, давали возможность рассматривать окружающий мир не более чем на пятьдесят метров. Об остальных рецепторах и чувствах осязаниях исследователи лишь громко спорили, но к единым мнениям прийти не могли. Но, тем не менее, летающие растения прекрасно ориентировались в пространстве и безошибочно находили зоны своих часто меняющихся стоянок. А порой и удивляли исследователей тем, что могли заметить, например, мёртвого зайца с расстояния в несколько километров.
   По мере того как шар подлетал к девушке, он всё больше ускорялся в движении, а Эль-Митоланы негромко переговаривались, комментируя свои наблюдения. Считаясь по праву более опытным, Хлеби давал необходимые пояснения:
   - Пол метра в диаметре. Молодняк, или как часто говорят болароведы - рассада. Года два, не больше....
   - Прямо на неё летит, - заволновался Кремон, - Словно атакует.
   Но болар не долетел буквально два метра и резко вильнул в сторону. Лирна рассмеялась ему вслед и выкрикнула какое-то имя. Видимо узнала. Да и летающий шар сразу вернулся к ней и закружил вокруг, словно огромная зелёная пчела. Чуть не касаясь лица человека многочисленными, торчащими во все стороны плоскими отростками. Затем схватил с протянутой руки угощение и снова взмыл в кроны деревьев.
   - Скорость у него, - удивился Кремон, - Весьма приличная!
   - Рассада - самая шустрая. Да и взрослые иногда показывают чудеса скорости. Хотя за конником угнаться не могут. Но за ездовыми похасами - вполне. Старики вообще еле летают. А после отпочковывания от себя молодой особи, теряют последние силы и доживают некоторое время лишь за счёт остатков "со стола" соседей. Или соком дерева питаются, на котором находятся.
   - Да, Лирна мне об этом говорила вчера. А так как сок ашпуницы для них самый приемлемый, то в скоплении их крон болары и живут стаей.
   Тем временем зелёный шар вернулся к девушке, ведя за собой более десятка сородичей разного размера. И меньших чем он, и больших, и даже одного взрослого болара. Тот подлетел последним и своей массой растолкал резвящуюся возле девушки рассаду. Для него у Лирны нашлось не только угощение, но и дружеские похлопывания и поглаживания по свесившимся вниз корням. Конечности растения подрагивали от явного удовольствия, от чего у Хлеби брови поползли вверх:
   - Смотри! Такое впечатление, что он её сейчас станет облизывать от восторга. А малыши как мелькают!
   - Дрессировка?
   - Да нет, это не дрессура. Я несколько раз видел вышколенных боларов, которых таскали за собой колдуны на стальных тросах. Скорей - неприятное зрелище. А здесь действительно нечто наподобие дружбы и полного доверия.
   Словно в подтверждение его слов из крон деревьев вынырнуло ещё трое взрослых боларов. Они спланировали на поляну и буквально заслонили девушку своими метровыми телами. Корни при этом они свесили, чуть ли не до земли, явно напрашиваясь на дружеские пожатия и похлопывания хорошо знакомой им хуторянки. Но старший Эль-Митолан обратил внимание своего ученика на более высокие кроны деревьев:
   - А вот и зрители!
   На высоте метров пятнадцати как раз устраивалось четыре особи весьма преклонного возраста. Это было заметно по частично свисающим во время полёта корням, да по не такой яркой окраски зелени. Четвёрка уселась на двух громадных ветках, словно наседки на заборе, посматривающие за своими цыплятами. Но через минуту к ним присоединился ещё один зритель. Только он вообще свои корни не поджимал, по цвету напоминал переспелый плод граната и летел словно последний раз в жизни. Медленно и неуклюже.
   - О! А вот и дедушка местный пожаловал! - хохотнул протектор, видимо вспомнив о своём недавно полученном звании. - Получается, что Лирна их хорошо прикормила. Но у неё подарков на всех явно не хватит. Может пора и нас для знакомства пригласить?
   Но девушка не спешила подавать условный сигнал. Намереваясь показать колдунам нечто более интересное. Раздав все угощения, что у неё были, отбросила свой рюкзак в сторону и стала ритмично хлопать в ладоши. Некоторое время хаос из мелькающих шаров разной величины лишь усиливался. Но постепенно в нём образовался некий рисунок, стройность и завораживающая последовательность. А затем все молодые болары закружились в ритмичном хороводе. Разделившись на три потока и двигаясь по часовой стрелке. При чём делали свой полёт волнообразным, словно ныряли в некие воздушные ямки. Но ныряли синхронно, в такт хлопкам. А взрослые болары зависли над всем этим сказочным хороводом, выпустив все корни на полную длину, и тоже в одновременном ритме качались из стороны в сторону.
   Кремон вчера слышал обещание показать нечто подобное, но и у него мурашки побежали по спине. А у старшего Эль-Митолана вообще пропал дар речи. Только зрачки расширились от удивления, да веки забыли, что моргать иногда надо.
   Но и это оказалось не всё. Ритм хлопков ускорился, а Лирна стала себе громко подпевать. И рисунок хоровода претерпел моментальные преобразования. Среднее кольцо повернуло против часовой стрелки, а верхнее и нижнее стали вращаться под углом к горизонтальной плоскости. Их взрослые сородичи теперь тоже стали летать по кругу, но при этом слажено ныряли до самой земли и резко вновь набирали высоту.
   Минут пять продолжалось это немыслимое представление. В окончании Лирна взяла особо высокую и продолжительную ноту и прекратила хлопать. В тот же момент болары замелькали хаотично и беспорядочно. Словно стайка детей, высыпавшая со школы во двор. Казалось, что теперь уже точно показать ничего не осталось. Но девушка застыла, подняв руки вверх и чуть разведя их в стороны. Тут же два взрослых болара подлетели к ней и обвили руки своими корнями. А затем без видимых усилий стали поднимать человека вверх. На трёхметровой высоте к бокам девушки прижалось ещё два летающих зелёных шара, и взлёт ускорился более чем в два раза. Эль-Митоланы стояли в кустарнике и боялись даже шелохнуться, не то чтобы крикнуть. Им даже в голову не могло прийти, что они увидят такое и что вполне рассудительная хуторянка подвергнет себя смертельному риску. Да ещё и не предупредив колдунов заранее.
   А вознесение на высоту продолжалось. Вот уже болары подняли Лирну выше самых высоких деревьев. Вот уже и кроны гигантских ашпуниц остались далеко внизу. По прикидкам растерявшегося от такого зрелища протектора Агвана, девушка остановилась лишь на высоте около четырёхсот метров. И лишь затем странное сооружение из четырёх растений и человеческого тела стало опускаться. Но не прямолинейно, а по широкой и пологой дуге, словно ввинчиваясь в гигантскую воронку. И с каждой секундой всё больше и больше увеличивая скорость. Затем до слуха колдунов донёсся восторженный девичий визг.
   Кремон облизал пересохшие губы и покрутил затёкшей шеей. Пытаясь осознать увиденное зрелище:
   - Так вот, где она так визжать научилась! Странно, что она так боялась аттракциона на первом спуске....
   - Похоже, с боларами ей совсем не страшно! - констатировал Хлеби.
   - Скорей: она получает огромное удовольствие.
   - Да и не только она. Эти зелёные шарики, кажется, отвечают ей полной взаимностью. А уж их послушание - меня просто шокирует. Ведь только тот факт, что они подняли человека на желаемую высоту.... Немыслимо!
   Девушка совершила изящное и мастерски выполненное приземление и кистью обозначила несколько круговых движений.
   - Лирна подаёт сигнал! - воскликнул парень. - Выходим?
   - Пошли. - Хлеби вложил в руки ученика два яблока и два манската. Сам тоже вооружился аналогично, и они вышли из густого кустарника. - Продолжай держать щит всё время.
   - У меня это получается уже чисто автоматически! - похвастался ученик. - Как вы научили.
   Неспешным шагом оба Эль-Митолана стали пересекать полянку. Вначале их никто не замечал кроме девушки, но на середине дистанции все зелёные шары на мгновенье застыли, а затем стали выказывать явное волнение. По всей видимости, Лирна пыталась успокоить своих подопечных. Стараясь говорить что-то громкое и напевное. А болары в ответ устроили своим воркованием целый гул.
   Кремон впервые слышал воркование этих растений. Оно весьма напоминало голубиное, но с гораздо более различным по высоте диапазоном звуков. Считалось, что таким образом зелёные шары предупреждают друг друга об опасности, наличии корма и подают прочие сигналы, более присущие пернатым обитателям воздушного пространства. Бывали даже случаи, когда содержащихся в неволе боларов, умудрялись научить нескольким словам, вполне похожим на человеческие. Но дальше бессистемного повторения одного и того же, дело у дрессировщиков не шло. Как правило, воркование напрочь отсутствовало среди небольших стай тех боларов, которые бесприкаянно скитались по просторам всей земли и питались за счёт падали, мусора и подлых нападений на одиноких, а то и нескольких беззащитных путников.
   Первыми осмелились познакомиться с подходящими мужчинами наиболее меленькие боларчики. Два из них покрутились перед самыми лицами колдунов, схватили угощение с протянутых рук и, радостно воркуя, умчались к своим товарищам. Возможно даже, что они хотели похвастаться ярко-красными манскатами. После этого и все остальные подлетели для получения своей доли. Причём каждая особь брала только по одному экземпляру фруктов, хотя большинство явно предпочитало немного приторно-сладкие манскаты, чем хрустящие и сочные яблоки.
   Когда угощение получил каждый малыш или подросток рассады, мужчины уже дошли до девушки и она стала им подсказывать следующие действия.
   - Сейчас и большие к вам подлетят. Им надо давать по два плода. Разных. На одной ладони. Если возьмут только один, всё равно держите руку перед ним. А второй рукой постарайтесь погладить более розовые корни. Которые у них считаются опорными. Ещё лучше если вы эти корни станете обжимать пальцами с некоторой ритмичностью. Это им нравится гораздо больше. Видите! Они воркуют вполне довольно. Значит, вы им нравитесь. Теперь угощайте других. Старайтесь хоть что-то говорить успокаивающее. Им нравятся человеческие голоса. Прям замирают. Особенно от пения. Не удивляйтесь если каждый их них захочет с вами познакомиться и каждый раз взять угощение. Они ведь взрослые и обязаны хоть что-то принести в стаю. Мне так кажется.... А вот этот болар имеет своё имя и откликается на него просто изумительно. Мы с ним знакомы одиннадцать лет, и я его по праву считаю своим самым лучшим другом. Давайте я вас....
   Договорить Лирна не успела из-за неожиданно раздавшегося с высоты чуть ли не злобного воркования. Услышав его, все молодые болары стали спешно уноситься в кроны деревьев, а взрослые особи сбились в кучку и отлетели метров на десять, к самой кромке леса. Люди вскинули головы и увидели на пятиметровой высоте того самого дедушку-болара, который и летал то еле-еле. Но сейчас он был явно рассержен, а то и разгневан. И, по всей видимости, отгонял своих сородичей от гостей с подарками. Корни его были распущены в стороны и подрагивали от напряжения. В таком состоянии болары обычно шли в атаку. Мужчины за себя совсем не опасались, но оба одновременно проверили щит прикрытия. Он оставался на должном уровне, так что их колдовские сущности вроде не должны были напугать зелёного патриарха. Между тем и остальные четыре "наседки" сорвались со своих мест и летали кругами. Но уже на гораздо большей высоте.
   Девушка первой выразила свою реакцию;
   - Грюхун! Ты чего это такой злой сегодня?! Голодный, что ли? Так опускайся ближе, мы и тебя угостим!
   Затем взяла один плод у Кремона и стала подбрасывать его вверх. С каждый разом всё сильней. Возможно, и так иногда делались подарки на этой поляне. Вот только Грюхун заворковал ещё громче, добавил к этому шипящие звуки и стал задом отплетать к лесу. В тот же момент все старые и взрослые болары скрылись среди крон. Лишь один замешкался или не желал слушаться очевидного приказа старой деревяшки. Хуторянка этим воспользовалась и закричала громче, обращаясь именно к этому взрослому болару. Вернее даже не закричала, а как бы запела:
   - Спин! Не улетай! Спин! Ты мне нужен! Спин! Лети сюда! Спин! Надо поговорить. Это очень важно!
   Это и был её самый лучший друг из числа боларов. И на призывы человека он отозвался почти без колебаний. Лишь прокрутившись пару раз вокруг своей оси, словно сбрасывая с себя оцепенение. А затем стал подлетать к девушке. Старый Грюхун грузно попытался его атаковать, но Спин легко увернулся от его расставленных и дрожащих корней, обогнул помеху по небольшой дуге и завис рядом с прикоснувшейся к нему Лирной. Дедушка-болар видимо потратил все свои силы на поднятие тревоги, так как полетел дальше с большим трудом. Ещё с большим трудом он умостился на толстой ветке, всего лишь на семиметровой высоте и только оттуда стал повторять своё гневное воркование совместно с шипением. Но теперь уже и Спин ему ответил. Только более громко и задиристо. Перебранка продолжалась около трёх минут и закончилась тем, что старый Грюхун выдохся полностью, скукожился на ветке и стал с явной злобой наблюдать за продолжением развития событий.
   А девушка продолжала быстро, но с лаковыми интонациями говорить своему другу всякую ерунду. Так словно это был несмышлёный ребёнок. Который слов ещё не понимает, но прекрасно разбирается в интонациях.
   - Спин! Ты же самый лучший и умный. И смелый. И добрый. Лучше тебя во всём лесу нет. Да и наверняка среди остальных боларов не сыщешь такого славного и веселого как ты. Спин! Ты ведь не боишься этих людей. Они мои друзья. И они очень хорошие люди. И просто хотят на вас полюбоваться. И подарки они такие вкусные принесли. Тебе ведь понравилось?
   В ответ Спин коротко что-то выдал, напоминающее чиханье. И Лирна моментально его поняла:
   - Он явно боится вас. Таким звуком они всегда выражают самую большую опасность. Мне кажется, они рассмотрели вашу сущность.
   - Это невозможно! - авторитетно заявил Хлеби. - Никакой колдун не может увидеть магическую сущность другого колдуна, если тот поставил щит невидимости. Он увидит лишь простого человека. А уж болар и подавно на такое неспособен.
   - Не знаю. - Лирна взяла предложенный Кремоном манскат и протянула своему другу. Плод тут же скрылся где-то внутри шара. - Но мне кажется Грюхун у них вроде шамана, что ли. Может у него какие-то галлюцинации? А может у него есть неразгаданные возможности?
   - У кого? У этого дряхлого и гнилого пня? - возмущённо зафыркал Хлеби.
   - Ну..., они его всегда слушаются....
   - Вообще-то они очень странно между собой недавно ворковали, - задумался старший Эль-Митолан. - Просто до жути их переговоры походили на переругивание и взаимные оскорбления. По тону, по крайне мере.
   - Вот видите! Даже вы это почувствовали. А я так уверена, что Спин сегодня явно ослушался старика и тот наобещал ему большие наказания. А сейчас сидит и ждёт, пока непослушный ему член стаи поплатится за свою неразумность.
   - Постойте! У меня есть одно предложение! - Кремон протянул Спину большое яблоко и тот после небольшого колебания принял угощение. - Мы можем легко проверить твои, Лирна, предположения. Если ты говоришь, что дедушка боларов мог различить нашу суть под щитом, то твой друг наверняка до сих пор сомневается. Если ты его упокоишь до нужной степени, то я попробую снять щит, и мы понаблюдаем за реакцией обоих боларов. Согласны?
   - Действительно, будет интересно! - согласился Хлеби и уставился на дерево с затаившимся патриархом. - К тому же, если нам удастся испугать Спина, то это будет ему хорошим уроком. Впредь будет беспрекословно выполнять распоряжения опытных ветеранов. Если в данном случае, такие мои разглагольствования вообще уместны....
   Но Кремон прекрасно понял, в чей огород закидывает наставник камень. Мол, попробуй хоть раз моего приказа ослушаться!
   Лирна тут же стала объяснять висящему рядом с ней в воздухе болару суть предстоящего эксперимента. Особенно подчеркивая, что стоящие возле них люди - тоже друзья. При этом она пользовалась не только интонацией, но и сходными с воркованием звуками. Через какое-то время она повернулась к Эль-Митоланам:
   - Можете убирать щит. Я его придержу за один самый чувствительный корешок. Хотя, если он сильно испугается, не смогу остановить.
   Кремон вместе со своим учителем уставился одновременно на обоих боларов и произнёс как можно более спокойно:
   - И ...раз.
   В тот же момент Спин как-то странно икнул, его корни задрожали и подобрались для стремительного полёта. Но Лирна вцепилась в него и напевала только одно слово:
   - Друзья! Друзья! Друзья!
   Постепенно болар успокоился, но всем своим корпусом старался прятаться за девушкой. Грюхун же остался совершенно неподвижным, лишь чем-то громко зацокал. Вероятно пустив в ход свой язык. Девушка немного растерянно взглянула на протектора, поясняя:
   - Мне всегда казалось, что так они смеются....
   На продолжительное время воцарилась тишина и лишь потом Хлеби протянул:
   - Чудеса-а-а.... Кто бы мог подумать о таком? Неужели никто раньше не додумался провести такой эксперимент? Ведь это же так просто! И этот ..., даже ума не приложу, как назвать старого пня? Похоже, он действительно у них шаманом подвизается. И этот ...шаман, действительно источает от себя какую-то трудно различимую даже мне ауру страха, переживания, отчаяния и ...хм! Некоего злорадства и весёлости! Неужели он действительно смеялся? А более молодой сородич до того ему не верил? М-да! Даже не знаю, что теперь делать....
   - А как ты их различаешь? - Кремон решил не поддаваться бесполезным в данной ситуации размышлениям, а выведать более конкретные детали. - По корням, что ли?
   - Нет, конечно. Хотя и там имеется масса различий. Ну, не бойся! Спин, дай мы тебя погладим! Это же друзья! Нам надо поговорить! Вот так, повернись чуть. Молодец! - девушка одной рукой придерживала летающее растение за розоватый корень, а другой поглаживала десятисантиметровый обод, идущий по всей окружности шара.
   Обод тоже был совершенно зелёного цвета, только из твердой и прочной древесины и являлся как бы основным каркасом для всех органов болара. Разделяя, заодно, растение на две сферы. Но ели верхняя скрывалась под густой порослью перекрученных и вьющихся травинок, то нижняя сфера служила вместилищем метровых, а то и более, корней. Корни в свою очередь прикрывались в сложенном состоянии неким подобием растягивающейся шторки, которая полностью затягивала нижнюю часть болара во время полёта. Особенно быстрого полёта.
   И вот сейчас Лирна обратила внимание своих спутников именно на древесный обод.
   - Видите! Здесь есть определённый рисунок. Хаотичный, сложный и непонятный. Словно разводы на плохо помытом окне. Но самое уникальное, что болары могут менять этот рисунок по своему желанию. И когда Спин со мной здоровается, то всегда создаёт вот такой орнамент.
   Девушка негромко щёлкнула пальцами и через пару секунд по ободу побежала лёгкая рябь, а потом текстура рисунка сменилась на почти ровные обозначения квадратов. Болар застыл на месте и даже дал погладить обод обоим Эль-Митоланам.
   А хуторянка продолжала хвастаться своим другом:
   - Он даже может говорить два слова. Вернее даже больше, но вам их будет трудно понять. А вот моё и его имя он произносит превосходно. Вот, послушайте. - Лирна тоже погладила болара по ободу и чётко спросила: - Ты кто?
   Ответ прозвучал, словно слитый одновременно с открывшейся скрипучей дверью:
   - Спи-ин.
   Девушка поощрительно засмеялась и спросила:
   - А я кто?
   - Ли-ирна.
   Голос, если его можно было так назвать, казался немного странным, но оба имени звучали чётко и ясно. И спутать или не понять сказанное было невозможно.
   - От этого Спина исходят три волны: - полу прикрыв веки, стал говорить Хлеби, - Страх и ...хм! ...Торжество! ...Гордость! ...Даже восторг.
   - И как вы думаете, наставник, - с бесхитростным простодушием спросил Кремон. - Могут подобные эмоции исходить от неразумного и бесчувственного растения?
   Старший Эль-Митолан уже двумя руками ощупывал и поглаживал корни, обод и даже, очень осторожно, покров верхней сферы. Долго ощупывал. А все остальные затаили дыхание и не издавали ни звука. Видимо тоже проникнувшись важностью момента и боясь нарушить мыслительную деятельность очень важного, авторитетного и сильного колдуна. Даже болары замерли, словно неживые. Наконец Хлеби тяжело вздохнул и, не прекращая поглаживаний обода, произнес:
   - Я думаю.... Гм.... Думаю, что с твоим, Кремон, появлением, на мою голову свалилась целая лавина. Но больше всего я опасаюсь, что основной камнепад событий - ещё только впереди!
  
  

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ

ПОЛНОРЕЦКИЙ ЛЕС

   По возвращении в замок, Хлеби сразу отдал распоряжение позвать к нему срочно всех деятелей управы, которые командовали в посёлке в отсутствие ещё не вернувшегося из Лиода старосты Берки. Ещё в дороге главный протектор Агвана поделился со своим учеником решением срочно начать постройку сразу двух зданий в районе Паласиевого луга. И возможности для этого были. В первую очередь из-за начавшей стекаться в посёлок рабочей силы. Фактически сразу же после праздника десятки строителей из близлежащих районов, да и не только, потянулись в управу с прошениями принять их на работу. Большинство принималось сразу же и на следующий день выходили на работы в глиняные карьеры. Там невиданными до сей поры темпами возводились новые, более совершенные печи обжига и уже в ближайшие недели ожидалось увеличение продукции кирпича и черепицы почти втрое. Остальных размещали на постой в свободных комнатах управы и тех домах, где согласились принять временных постояльцев. Всех, даже ещё не работающих специалистов ставили на довольствие и трёхразовое питание, а наиболее ценным и авторитетным профессионалам сразу же начисляли денежное жалование. Ведь многие из них хотели как можно быстрее перевезти в Агван и свои семьи. А так как более глобальные планы по строительству оздоровительного центра и первых домов городского типа ещё находились только в стадии окончательной привязки к местности, то накопившийся людской потенциал желательно было использовать до того, как он застоится от безделья.
   Первый дом решено было строить для хуторянина Гната и его семьи. Причём Хлеби был уверен, что хуторянин с радостью согласится на двухэтажное здание полностью из кирпича. Да ещё и с крутой крышей, покрытой самой лучшей черепицей. Имевшийся наготове один из проектов такого здания, вообще напоминал крепость и мог выдержать приличную осаду. Уже вечером на месте строительства должны будут расположиться первые бригады и приготовить себе временное жильё. А с утра приступить к рытью котлована.
   Кремон, хоть и подивился неимоверной громадности здания по меркам глухого хутора, но в душе согласился с такой постановкой вопроса. Исходя из последних событий, иметь дальний рубеж обороны очень не помешало бы. Но вот зачем ещё строить башню на четырнадцатом километре? Как раз в том месте, где кончались сенокосные луга, и начиналась Клаковская гуща. Которая, в свою очередь, через несколько огромных полей граничила с Полнорецким лесом. Ведь подобная башня будет стоить весьма дорого и потребует огромного количества магической энергии для своего нормального функционирования. На все эти вопросы его наставник ответил коротко и по существу:
   - Нам придётся сильно расширить внешний охранный периметр. А без подобной башни сделать это - весьма проблематично. К тому же в скором времени сюда прибудет один, а то и два Эль-Митолана которые начнут заниматься лишь одним вопросом: изучением и установлением глубокого контакта со стаей боларов. Сегодня же я дам вызов конкретным колдунам в столице. И согласую эти действия с королём. И напоследок: эта башня скорей всего станет первой в строительстве нового замка для нового протектора той местности. Или ты думаешь, что один человек может справиться с охраной молодого и быстро разрастающегося города?
   - Конечно! В таком случае - я полностью с вами согласен. - Кремон понимающе закивал головой. - Но вот интересно мне: кого вы сюда позовёте для работы с боларами? Полностью доверяю вашему опыту в подобных делах, но я также слышал, что среди многих Эль-Митоланов бытует мнение о зелёных шарах, как о никчемном лесном мусоре. Как бы такие колдуны не испортили наших наметившихся отношений со стаей. К тому же вы сами говорили, что это поселение летающих растений возможно уникально именно из-за своего неимоверно высокого общественного развития.
   - Признаю твои опасения обоснованными. - Хлеби скорбно ухмыльнулся. - Да и я сам ещё пару часов назад относился к разумности этих летающих растений как к нонсенсу. Зато теперь хочу выбрать такого человека, который и раньше ратовал за гуманность отношений к боларам. Таких колдунов есть несколько. И одного из них ты знаешь весьма хорошо. По твоим же словам....
   - Кто же это?
   - Один из твоих столичных наставников, Давид Сонный. Что, удивлён? Он тебе так много тайн раскрыл преждевременно, а о своих работах примерно десятилетней давности ничего не рассказал?
   - Ни слова! - воскликнул Кремон с некоторой обидой.
   - Ну, значит не до того ему было. Теперь главное, что бы у него имелась такая возможность откликнуться на мой вызов. Хотя король ему просто-напросто и приказать может. Но мне бы хотелось его добровольное желание. Чем он занимался в последние годы?
   Ученик после этого вопроса пожал в недоумении плечами:
   - Конкретно не знаю.... Мы в основном у него дома проводили занятия. А Сонный говорил, что о его специализации узнаю, когда сам стану Эль-Митоланом. Лишь дядя Кралси намекал, что этот колдун в королевском университете работает.
   - Могу добавить, что не просто работает, а преподаёт. И является самым молодым профессором на кафедре биологических и лесотехнических наук.
   - О-о! Тогда он - самый достойный вариант! - воскликнул Кремон оживлённо. - Ведь как человек - он просто замечательный.
   - Не спорю. Осталось нам только надеяться, что он примчится сюда самым первым. И отлично оборудованная башня станет для него любимым рабочим местом. Да он её и достроить поможет со своей магической силой.
   - И вы уже выбрали конкретное место для здания?
   - Конечно! Оно у меня уже тут в голове. - Хлеби указательным пальцем дотронулся до своего виска. - Но завтра с утра я сам лично отправлюсь с отобранной бригадой на этот древний курган и ещё раз тщательно обследую его внутренности. Насколько удастся, естественно. Раньше я как-то в него втискивался отделённым сознанием, но ничего интересного так и не обнаружил. Только подозрения он мои всё-таки вызывает своей неправильной формой и месторасположением. Если опасных пустот внутри не обнаружу, построим башню на вершине. Если что-то будет мешать, начнём рыть котлован сбоку от холма. Или на его более пологом склоне.
   - Жалко меня не будет с вами, - немного огорчился молодой Эль-Митолан. - Тоже бы хотел поучиться подземной разведке....
   - А чего тебе учиться?! - с неожиданным раздражением фыркнул его наставник. - Если ты, будучи совсем обессиленный, ко мне в лабораторию на большой глубине сумел прорваться сквозь несколько магических уровней защиты?! Надеюсь, не забыл о моём приказе больше не совершать подобных действий?
   - Нет, что вы! Да у меня и тогда это получилось скорее спонтанно и на эйфории после Воспламенения.
   - Ладно. Готовься к отъезду. Но не переедай слишком, - Хлеби пытался казаться строгим, но глаза прикрылись от сдерживаемого смеха, - А то бедный Торнадо не выдержит чрезмерного веса.
   - Ха! Да этот вороной красавец троих, таких как я, выдержит! - возразил Кремон и добавил: - Даже представить не могу, что Торнадо бы продали, и он бы сейчас плуг таскал....
   - Да. Повезло ему, что ты тут появился.... Пожалуй, конкретно ему, повезло даже больше всех....
  
   Последние приготовления не заняли слишком много времени, и Кремон вдобавок успел поприсутствовать на встрече с вызванными управленцами Агвана. Протектор дал всем конкретные и четкие задания для каждого, ответил на вопросы и сделал кое-какие уточнения после них. И запустил механизм строительства в действие. Теперь посёлок издалека напоминал разбуженный муравейник. Даже в период самых интенсивных сезонных работ там не было так многолюдно и оживлённо. Поднявшись перед самым обедом на башню, Коперрульф с Кремоном весьма бурно и горячо обсудили начавшиеся преобразования и осмотрели местность с самой высокой точки замка. Вид сверху открывался действительно чудесный. И дворецкий похвастался впервые здесь находящемуся парню:
   - Каждое утро стараюсь здесь бывать. Настроение на весь день гарантируется прекрасное и бодрое. И тебе советую.
   - Постараюсь. Если время найдётся....
   После таких слов Коперрульф от огорчения схватился за лоб:
   - Это моя вина! Как я мог забыть о таком прекрасном месте для занятий?! Ничего, скоро мы это исправим! Пошли обедать.
   И первым стал спускаться по витой каменной лестнице. Кремон скорбно вздохнул и пошёл следом. Внутренне возмущаясь:
   "Ну вот! Теперь ещё и по лестницам заставят бегать с полным вооружением! А потом ещё и спрашивать будут, что я красивого увидел своими залитыми потом глазами? Хоть я и выучил способ избавляться от помех такого характера для зрения, но всё-таки! Почему всё прекрасное и хорошее надо испортить грубыми и бессердечными издевательствами?! Э-хе-хе!"
  
   За обеденным столом в этот раз было на удивление тихо и немногословно. Долгое время. Видимо каждый обитатель замка мысленно прокручивал свои предстоящие действия и раскладывал их в надлежащей последовательности. Вот только одна персона свои предстоящие действия собиралась провести в разрез с ожиданиями остальных. Хотя по первой фразе, которую эта персона произнесла, никто вначале и предположить не мог, что дело обстоит так серьёзно.
   - Дедушка Хлеби! - после своего обращения Мальвика сделала специальную паузу и таки дождалась, пока задумавшийся хозяин замка не переведёт на неё недоумённый взгляд. - Большое спасибо за обед.
   - Мм..., да не за что! - старший Эль-Митолан оглядел ученика и дворецкого, которые ещё поглощали пищу полным ходом, затем демонстративно перевёл взгляд на большие настенные часы, и попытался улыбнуться девушке: - А что ж так мало съела? И так быстро?
   И вот тут юное создание выплеснуло наружу свой, видимо с трудом скрываемый до сей поры, гнев и раздражение.
   - А что мне ещё остаётся делать? Ведь мне здесь только и разрешается, что сказать спасибо, да помалкивать во всех остальных случаях. А я - человек свободный! И почему я должна скрывать свои мечты и желания? Почему я должна делать то, что мне не нравится? У меня никогда не было родни, я росла сиротой, но ни один житель наших хуторов не ущемлял мою свободу. Никогда! Я так понимаю - там и была моя семья. А здесь? Не хочу быть рабыней! Могу уйти прямо сейчас?
   В наступившей за тем тишине все замерли. Даже Кремон перестал жевать, хоть рот у него остался полон пищи. Лишь чуть позже тётушка Анна печально закивала головой и прошептала укоризненно:
   - Мальвика, Мальвика....
   Видимо домоправительница уже давно и всеми силами пыталась исправить вздорный норов своей воспитанницы, и для неё эта яростная вспышка сопротивления была не новой. И в данный момент она прекрасно осознавала, что её племянник воспользуется ситуацией и отпустит девчонку на все четыре стороны. Но больше всего ей было обидно за развал своих далеко идущих планов. Ведь теперь уже точно никакие женщины не смогут появиться в замке ни на каких условиях. И ни при каких обстоятельствах горделивый родственник не подпустит к себе даже самых соблазнительных красавиц.
   Кремон, к судьбе строптивицы был, чуть ли не полностью, равнодушен. Его просто поразила неслыханная наглость, с которой это никчемное и косоглазое создание высказывало нелепые обвинения вместо того, что бы трепетно благодарить за немыслимое, по понятиям даже благодатной Энормии, опекунство.
   Лишь Коперрульф почему-то пожалел бедную девочку и приготовился защищать всеми имеющимися у него возможностями. Вплоть до.... До чего именно он предполагал дойти в своей защите, отставной капитан и сам боялся загадывать, но сердце старого вояки так и сжалось от нехороших предчувствий.
   Но Хлеби Избавляющий всех удивил. Сам не вполне отчётливо осознавая, почему поступил именно так, а не иначе. С минуту он размышлял, но, тем не менее, на прямой и весьма невежливый вопрос лишь усмехнулся и спросил сам:
   - И что ты будешь делать на свободе с таким уродливым лицом?
   Мальвика была готова дерзить, спорить и ругаться, отстаивая своё право ухода из замка, но после этих слов скукожилась и чуть ли не под стол залезла. Опытный колдун ударил её по самому больному и незащищённому месту. Да так ударил, что Кремон, Коперрульф и тётушка Анна посмотрели на него с неприкрытым осуждением. А он ещё и продолжил разглагольствовать с видом человека обсуждающего позавчерашнюю погоду:
   - Вообще-то без работы ты не останешься. Таким уникальным личностям всегда найдётся место в передвижном цирке. А то и в стационарном. Что ни говори, а кусок хлеба всегда будет. Или может, ты мечтаешь соблазнить какого-либо принца? Тоже дело! Хоть и мало этих принцев, но чем судьба не шутит. Вдруг какой на тебя и наткнётся среди густого леса и не сразу со смеху помрёт....
   Издевательские рассуждения перебили громкие девичьи всхлипывания. Постепенно переходящие в рыдания. Мальвика сползла со стула на колени и прислонилась к ногам домоправительницы. А та поглаживала подопечную рукой по плечам, но сама уже с большим интересом смотрела на племянника. Быстрее всех раскусив и прекрасно осознав его политику, и чуть ли не подбадривая поддакиванием. Опытный воспитатель выждал новую паузу, а затем стал жаловаться остальным домочадцам:
   - Я ведь уже и друга своего уговорил. Ну, того самого, что тебе, Ганби, колено оперировал. Согласился он посмотреть сломанный нос. Даже посмеялся, говорил, что для него такие операции проще простого делать. Ладно, мы с ним и так найдём чем заняться: рыбкой угощу, колбасками.... Тётя, ты не забыла их заготовить в нужном количестве?
   - Нет, конечно! Ты ведь на послезавтра заказывал? Вот завтра вечером и собирались коптить. Я там ещё один вид по старым рецептам сделала. Хорошо хоть помогать, кому было.
   Домоправительница при последних словах указала взглядом на резко притихшую и замершую девушку. Намекая, кто именно помогал делать заказанные для угощения колбаски. Мальвика резко подняла красное от слёз лицо и захрипшим голосом спросила:
   - А что, есть шанс улучшить мой нос?
   Так как хозяин замка в этот момент с равнодушным видом пережёвывал нечто мясное, ответить себе позволил дворецкий:
   - Деточка, шанс есть всегда!
   - А почему мне тогда о нём не сказали?
   - Господин протектор не занимается хирургическими вмешательствами, поэтому может только просить о помощи у своих друзей. Причём друзей очень занятых и берущих за свою работу просто неимоверные гонорары. А какие слова мы от тебя только что услышали? Раз тебе стараются заменить семью, то ты должна осознавать свою ответственность и выполнять возложенные на тебя обязанности. А для того, что бы к твоим словам и просьбам относились соответственно, постарайся заслужить уважение хотя бы. И докажи, что готова преодолеть любые трудности для достижения своей мечты.
   - Да, я готова на всё! - подтвердила Мальвика, решительно усаживаясь на своё место и размазывая слёзы по щекам.
   Хозяин замка посмотрел на неё с недоверием:
   - Неужели?
   - Обещаю слушаться любого вашего слова. Если хотите, согласна год работать здесь служанкой....
   - Ну, это ты уже перегнула! - остановил Хлеби её скороговорку. - Служанок мне и так хватает. А вот дисциплину придётся подтянуть. Вплоть до того, что буду лично давать и проверять задания по разным предметам. Затем начнёшь делать ежедневную зарядку и специальные комплексы упражнений. О свободном времени - и не мечтай!
   Девушка соглашалась со всем кивком головы, дублируя все пункты лишь одним словом:
   - Хорошо. Хорошо. Хорошо....
   Что в конце неприятного разговора даже развеселило хозяина замка. И он перекривил девушку, с её же интонацией повторив:
   - Хорошо. ...Но попробуй ещё хоть раз выказать подобное недовольство! Бери пример с Кремона. Как ни тяжело парню - а он только радуется и становится мужественней. Крепче. Закалённее. И непобедимее! Вот так и надо идти к своей мечте.
   Молодой Эль-Митолан при такой похвальбе лишь криво усмехнулся и незаметно подморгнул девушке. Мол, ой как я радуюсь! И крепчаю! Аж поспать некогда! Но затем взглянул на учителя и солидно закивал головой в знак полного согласия.
   Урок пошёл строптивой девчонке на пользу. Хотя её будущее пряталось в таком густом тумане....
  
   Именно приподнять хоть немного завесу тумана над будущим строптивой девчонки, и пытались в разговоре путники на первом участке своего маршрута. И Кремон, и Ганби Коперрульф ехали на своих личных животных, но сзади, на короткой привязи за каждым следовало ещё по одной лошади. Их взяли не так для замены, как для транспортировки почти всей поклажи и больше чем половины оружия и доспехов. Облачаться в тяжёлое железо решили лишь, в крайнем случае, а до первого ночлега особой опасности не предвиделось.
   Молодой Эль-Митолан без малейших усилий для себя держал один щит магической невидимости и два маленьких щита вокруг себя и дворецкого на случай внезапной атаки стрелами из засады. Если бы вдруг таковая им встретилась. Причём магической энергии на все эти предохранительные меры тратилось ровно столько, сколько Кремон успевал восполнить и вернуть себе из окружающего пространства.
   А уж опыт и наблюдательность отставного капитана, позволяла им двигаться приличной рысью, да ещё и переговариваться о делах насущных.
   - У меня даже сердце остановилось, после её слов. - Коперрульф быстро оглянулся на оставшиеся позади кроны деревьев и продолжил: - Жалко мне девчушку, чуть ли не до слёз....
   - А мне кажется, - ухмыльнулся Кремон, - Что такая шустрая и наглая персона нигде не пропадёт. И своего добьётся.
   - И как ты можешь такое говорить?! Она же ещё совершенный ребёнок! Только представь: её могли выбрать колабы для очередной закуски!
   - Мм..., да! Такое пережить - никому не пожелаю! - парень сочувственно помотал головой, и в разговоре образовалась короткая пауза. - Но ведь даже исходя из того, что Мальвика пережила. Я просто уверен, что она крепкий орешек. Ведь любая другая на её месте могла и рассудком повредиться от такого ужаса. Да и за всех мужчин нельзя поручиться. А она свой боевой характер не потеряла. Есть в ней что-то такое, что её внутренний мир мне напоминает дикого и отчаянного зверька с острыми зубками и опасными коготками.
   - Хм! - Коперрульф автоматически подправил свои усищи. - Ты прав! Вот только мне кажется, что зверёк этот не хищный, а коготки и зубки будет использовать только в случае самообороны.
   - Время покажет. Ведь если она сейчас нарушит своё слово, то наставник вряд ли уже будет разговаривать с ней таким тоном. Не правда ли?
   - Естественно! Я боялся, что он и первый раз не станет с ней проводить воспитательные беседы.
   - Нет, что вы не говорите, а он умеет своего добиться!
   На это утверждение молодого Эль-Митолана, опытный ветеран ответил со снисходительной улыбкой:
   - Кто бы говорил! Мне за десять лет подобного довелось увидеть и услышать о-го-го сколько!
   Они уже собрались въезжать в Клаковскую гущу, когда дворецкий обратил внимание своего спутника на стоящий в стороне от дороги громадный и крутой холм.
   - Скорей всего протектор имел ввиду именно его!
   - Да.... Действительно он какой-то....
   - ...Странный! - закончил за него Коперрульф. - Слишком он неправильный. И ты знаешь, мне доводилось видеть таких уродцев чуть ли не десяток за свою жизнь. Три на севере - возле самой оконечности Гиблых болот. Штук пять на границах со Спегото и Зачарованной пустыней. И ещё два подобных холма стоят на юге, возле города Ретигольм.
   Кремон в первую очередь обратил внимание на противоположные географические точки Энормии. Спросив с завистью:
   - Как же вы успели везде побывать?
   - Ха! Да я там то и бывал ...проездом. Гм! А вот твой наставник наверняка раз в десять больше моего видел. О каком месте я не начну рассказывать, он всегда может дать уточнения. Не веришь? А зря! Если попадёшь на хорошее настроение - поспрашивай.
   - Обязательно. - Парень в последний раз оглянулся на скрывающий за деревьями холм и вновь перевёл взгляда на стелющуюся под конские копыта дорогу. - Но это значит, что наставник о таких холмах тоже знает? И ничего таинственного в них нет?
   - Скорей всего. Наверняка лучшие Эль-Митоланы все такие наросты земные прощупали и "прозрели" насквозь. И раз не роются в них королевские шахтёры или нелегальные гробокопатели, значит ценного там, или просто чего интересного - ни на стас.
   - А жаль! Мне в таком кургане так и представляются таинственные пещеры полные древних артефактов, золотых украшений и россыпей бриллиантов.
   Мечтательный тон в голосе Кремона, рассмешил Коперрульфа чуть ли не до икоты. Лишь напившись воды из фляги, он успокоился и спросил:
   - Где это ты таких сказок начитался?
   На что парень ответил с завидным достоинством:
   - Мечтать не вредно. И можно подумать что вы, читая подобные сказки в детстве, относились к ним так же скептически как сейчас?!
   - Ну..., уж и не помню.... Ладно, ладно! Помню я. Не хватало, что бы ты над моей памятью издеваться стал! Читал я сказки, чего уж там. И тоже..., мечтал иногда. Ага! Как же без этого? Только вот в жизни ничего подобного видеть не сподобился. Да и о счастливчиках таких не слышал. А если и доносились до меня какие небылицы, то такие наивные, глупые и лживые, что кроме смеха ничего не вызывали....
   - Согласен. А знаете почему?
   - Почему? - переспросил Коперрульф.
   - Да потому, что если кому-то так бы сильно повезло, то умный бы человек сохранил бы источник своего богатства в полной тайне.
   - Умный - может быть! А глупый?
   - А глупого обобрали бы в два счёта! И слухи бы пустили по поводу событий. И небылиц выдумать несложно. Да с большими глазами правду туда щедрыми порциями подмешивать. Тогда уж точно: никто не поверит.
   - Хм! - дворецкий подозрительным взглядом окинул своего спутника от стремян до легкого шлёма с кольчужной защитой для шеи. - Тебя послушать, так ты или давно и тайно сам клад большой нашёл, или нескольких глупцов обобрал!
   Кремон вместо ответа разразился громким и беззаботным смехом. Но смеялся не долго, видимо что-то вспомнил и враз погрустнел. А потом проговорил со скорбью:
   - Имей я такие огромные средства - давно бы армию собрал и громил драконов в Альтурских горах!
   - Надо же! Как прямо и незатейливо можно потратить капиталы. Но ведь наш король наверняка будет против нарушения мира между Энормией и драконами.
   - Не обязательно действовать против самых заклятых врагов с наших границ. Можно создать наёмное войско и в других местах. Баронство Радуги славится своими рыночными отношениями. А уж вольных воинов там просто не меряно.
   - Ха! Ну собрал ты войско, ну добрался с трудом до Альтурских гор, а дальше - что? Согласятся ли драконы с твоими желаниями их уничтожить?
   - А кто их будет спрашивать?! - Кремон стал раскаляться от злости.
   - Они будут отчаянно и без особых потерь со своей стороны защищать свою территорию, а места там не приспособлены для жизни человека. И ведь не раз пытались в древние времена добить эту крылатую нечисть. Для этих целей объединялись в военный союз чуть ли не все разумные жители наших земель. Да только захлёбывались атаки кровью на первых километрах крутых и обрывистых гор. Вглубь Альтурских гор пройти никому не удавалось. Только и остаётся, что сдерживать этих воздушных пиратов на границах.
   Размеренная и рассудительная речь Коперрульфа немного охладила разгоревшуюся жажду мести молодого Эль-Митолана. И он продолжил беседу более спокойным голосом:
   - Вот бы против них использовать такое оружие, как литанра! Хоть бы несколько таких трубочек иметь....
   - Мне кажется, что лишь вооружив каждого воина такими сильными магическими артефактами, ты бы получил некоторые шансы на победу. И обрати внимание: я говорю "некоторые", потому как знаю, о чём говорю. Ты себе просто не представляешь, что творится в Альтурских горах. Ловушки, пропасти, камнепады и подготовленные лавины на почти отвесных склонах. Помимо этого добавь ещё и точно брошенные с огромной высоты камни и глиняные ёмкости с их фирменной пылающей смесью. Вдобавок драконы на своих границах сотворили целую сеть разветвляющихся и густых трубопроводов. По ним, в случае необходимости пускается сжиженный газ, даётся искра и вполне прочный и ровный участок становится погож на горнило печи. Три минуту - огонь погас. Но и на данном участке уже никто никуда не спешит.
   - Гм! Получается драконы очень..., боятся нападения?
   Коперрульф сильно удивился таким выводам парня, но вынужден был согласиться:
   - Получается, что боятся.
   - А раз так, то они прекрасно знают о своей уязвимости. И обязательно найдётся кто-то, кто догадается об этом слабом месте в их обороне. И уж тогда разработать операцию по прорыву на внутренние просторы их государства - будет делом простых логических рассуждений. Ведь это правда, что никто не знает что находится за первой линией их неприступных гор?
   - Знают! - буркнул дворецкий, опять оглядывая высокие кроны деревьев. - За первой - находится вторая, ещё более неприступная линия....
   - А за второй?
   - Лишь несколько скалолазов-лазутчиков вернулось после прохождения первой линии. Те, кто пытался пройти вторую - не вернулись. Разве что только их обезображенные головы, сбрасывали возле пограничных крепостей в мешках. С записками: "Холодец из ваших тупых голов слишком горчит. Варите их сами!"
   Кремон даже натянул поводья и чуть ли не остановил Торнадо от услышанного. А отставной капитан оглянулся, тоже немного придержал коня и скорбно закивал головой:
   - Да уж. Вот такая она война! Мне там пришлось побывать слишком короткое время, а вот наш протектор насмотрелся в своё время. И знаешь, что самым трудным было в их службе?
   - Хоронить товарищей?
   - Нет.
   - Сбивать драконов?
   - Нет. Всё равно не угадаешь. Самое трудное им было сдержать те волны негодующих мстителей, которые безрассудно неслись в горнило кровавых схваток. И погибали бесславно, глупо и бесполезно. Но зато те, кого удавалось обучить, объяснить всю суть борьбы с прилетающими из небесных вершин драконами, становились лучшими пограничниками до конца своей жизни. Становясь поистине непреодолимой преградой для воздушных пиратов.
   - Это вы и на меня намекаете? - Кремон догнал отставного капитана и заглянул ему в глаза. Те были полны печали и грустных воспоминаний. Но вот ответ оказался бодрым и полным оптимизма:
   - Да нет! Уверен: такие колдуны как ты - драконам явно не по зубам. А если ещё и все моральные испытания пройдёшь, научишься контролировать свои порывы, отшлифуешь своё боевое и магическое мастерство - то драконы от тебя ещё наплачутся кровавыми слезами! И проклянут тот день, когда ты обратил на них своё внимание.
   - Постараюсь вашу уверенность подкрепить конкретными действиями уже в ближайшие годы. Но учиться буду до тех пор, пока Хлеби Избавляющий не подтвердит мою готовность к любому сражению.
   Теперь уже Коперрульф заглянул в глаза своего попутчика. И увидел там железную решимость и холодную расчётливость. Чувствовалось, что парень проникся обязательностью длительного обучения и своего обязательно добьётся. Поэтому отставной капитан кивнул с удовлетворением и сказал:
   - Похвально. И я тебе всегда постараюсь помочь всеми своими силами, знаниями и опытом. Между прочим: ты ведь согласен, что опыт и умение порой помогают побеждать гораздо более сильного или многочисленного противника? Хочешь, расскажу тебе несколько историй из собственной жизни по этой теме? Ну, тогда слушай....
   И до самого вечера опытный ветеран делился уникальными историями с молодым и всё жадно внимающим Эль-Митоланом.
   Так и проехали они всю Клаковскую гущу и уже в лучах заходящего светила пришпорили коней на прогоне по нескольким огромным равнинным участкам. Но в Полнорецкий лес въезжать не стали, а перед самой чернеющей стеной деревьев свернули вправо, по вполне приличной и укатанной дороге. В направлении возвышающейся горной гряды, которая и служила границей между двумя государствами. Спеша до полной темноты добраться к предполагаемому ночлегу.
   И минут через пятнадцать уже въезжали в распахнутые ворота старинного и давно не употребляемого по назначению пограничного форта. Его построили очень давно, лет двести назад. Почти сразу же после заключения мирного договора с Сорфитским Долинами. А когда построили - сообразили, что он не очень то и нужен. Десятка полтора пограничников долгие годы несли там службу, а потом их оттуда и отправили в запас и отставку. Но несколько человек получили королевское благословение и осели в форте на постоянное место жительства, обзавелись семьями, а сами переквалифицировались в собирателей, охотников и рыбаков. Потому как из под почти непреодолимой гряды гор вытекала небольшая речушка с удивительно тёплыми водами, ныряла в Полнорецкий лес и терялась там в одном из весьма гиблых, но отдалённых болот. Зато рыбы в той речушке водилась тьма-тьмущая. И в любое время года. Так что голодать здесь не доводилось никому, но вот глухомань не каждому нравилась. Со временем многолюдный форт опустел, молодёжь подалась в более современные посёлки и города, и к моменту приезда двух воинов там жило всего шестеро человек. Два престарелых деда, лет около семидесяти, да две бездетные супружеские пары. Пятидесяти и сорока лет.
   Как ни странно вокруг форта сохранился архаичный пятисотметровый охранный периметр, функционирование которого поддерживалось завозимыми раз в полгода из Агвана магическими кристаллами. Потому то жители и заметили приближающихся всадников в быстро сгущающемся полумраке. А так, как кристаллы в последние годы сюда привозил именно Коперрульф, то ворота распахнулись со вполне понятной поспешностью - редких гостей здесь просто обожали. А уж хороших знакомых, даже отпускать не хотели.
   Старый ветеран со всеми обнялся и поцеловался. Причём женщины оказались более экспансивными и чуть не задушили гостя в своих двойных объятиях. Вырваться от них удалось лишь потому, что они бросились накрывать на стол, перед этим лишь успев кратко познакомиться с молодым Эль-Митоланом. А оставшиеся мужчины, посмеиваясь, стали знакомиться, обсуждать последние события, помогать расседлать коней и распаковать небольшие гостинцы.
   Когда Хлеби провожал своих двух разведчиков во дворе замка, то давал лишь два основных указания:
   - Не вздумайте загружаться их ответными подарками! И всё там тщательно осмотрите и расспросите! - добавив небольшое пояснение: - Форт построен в весьма неудачном месте, поэтому дорогу от него в соседнее государство проложить нельзя. И какого-нибудь большого значения в будущем иметь не сможет. Но вот создать там сильную деревню - вполне посильная задача в ближайшие годы. И земельных угодий вокруг Форта вполне для этого достаточно. Если Агван превратится в город, надо заранее подумать о тех, кто будет поставлять продукты питания для резко возросшего количества населения.
  
   Поэтому Коперрульф сразу же стал открещиваться от обещания дать им в дорогу такого уникального мёда и таких сушёных грибов, что ни в каких местах подобного лакомства не сыщешь. Чем сильно обидел и даже рассердил четверых мужчин. Ругаться они, конечно, не стали, но вот несколько шуток весьма неприличного содержания пропекли приезжих до красноты. Про вяленую рыбу даже спрашивать не захотели. Самый старый и лысый дед лишь кивнул на чердак конюшни:
   - Там два мешка твоей любимой олаборки приготовлено!
   Видя, что господин дворецкий чуть не плачет от расстройства, Кремон стал переводить разговор в нужное русло:
   - Нас больше интересует: не видели ли вы в последнее время здесь каких-либо незнакомцев? Или просто подозрительных личностей?
   На что другой дед, с короткими курчавыми волосами и такими же, как у Коперрульфа усищами, даже обиделся:
   - В нашем Форте вначале садятся за стол. Потом рассказывают о том, что в большом мире делается. А уж потом можно и о наших делишках поговорить. Если время останется....
   Дворецкий от последних слов зафыркал от смеха и пробурчал себе под нос:
   - И если языками ворочать сможем....
   - Что ты там ворчишь? - напустился на него самый молодой, сорокалетний житель Форта. - Или тебе наш гремвин не нравится? Или гремучка слишком слабая? Вот и не спорь! Мойтесь быстрей после дороги и за стол! И ваш приезд надо отметить, и у нас есть одно радостное событие.
   Пока не слишком запыленные путники умывались в прогретой, как обычно к вечеру баньке, огромный стол был уставлен таким количеством яств, блюд и напитков, что даже всё съедающий Кремон ужаснулся от такого обилия. И попытался пошутить:
   - А мне говорили, что полк кавалеристов с нами ужинать отказался....
   Шутку все приняли благожелательно, лишь старый дед хитро прищурился и хихикнул:
   - Если надо мы и два полка прокормим!
   А второй дедок добавил:
   - И не одним только ужином!
   На что Коперрульф тоже попытался пошутить:
   - Вот здорово! А то протектор Агвана слишком переживать стал о том, что продуктов никто не подвозит.
   Полное непонимание тут же воцарилось на лицах всех обитателей Форта. Видимо угощать они любили сверх меры. Но вот налоги ими не воспринимались на генетическом уровне. Поэтому дворецкому пришлось пояснять намечаемую в скором времени политику королевства:
   - Агван хотят сделать городом. Но ведь резко возрастёт нужда в продовольствии. А где его взять? Вот если бы деревню рядом с Фортом возвести. Да наделы крестьянам раздать. Вот вопрос бы и решился. Если вы, конечно, этим делом захотите заниматься.
   Недоверчивое молчание в огромной, некогда пограничной столовой, заставило его продолжить:
   - Я вас понимаю: жили себе спокойно, никто под ногами не мешался, а тут вдруг надо становиться представителями королевской власти. Да ещё и ответственность за целую деревню на свои плечи взваливать. Хлопотно.... Но может, всё-таки решитесь?
   Пятидесятилетний мужчина, самый высокий среди местных, тихим, но дрожащим голосом ответил:
   - Да мы уже о таком и мечтать забыли! Думаешь, нам не хочется людей видеть? Ещё как хочется! Мы для этого эти места и не покидали. Всё ждали, когда к нам хоть кто-то прибьётся.... А тут такое дело! Конечно, возьмёмся!
   - Говорил я! - воскликнул его более молодой товарищ. - Удача к нам в Форт пришла! Теперь этому и второе подтверждение. Вот теперь заживём! - но, видя вопросительные выражения лиц у гостей, засмеялся от восторга: - А моя жена скоро нам ребёночка родит! Вот - первая удача! Не думал я, что до такого счастья доживу. Давайте вначале именно за ребёночка и выпьем.
   Он быстро налил всем в стаканы гремучки, чуть разбавленной чистой родниковой водой. Похоже, и все остальные обитатели Форта воспринимали предстоящее рождение ребёнка как своё личное счастье. Так лица их светились от волнения и радости. Все выпили, обжигаясь крепким алкоголем ..., и застолье началось.
   Немного насытившись, перешли к обсуждению последних событий и новостей. Рассказ о нападении банды на замок протектора был выслушан с неимоверным вниманием и настороженностью. Оба рассказчика сменяя друг друга, освещали подробности схватки и все присовокупленные к ним детали.
   Затем стали тщательно вспоминать все подозрительные события, произошедшие в последнее время в окрестностях. Получалось, что банда ни единой мелочью не выдала своего продвижения обитателям Форта. Видимо обошли равнинный участок на восточных оконечностях. Причиной могло быть только одно: смешанная с колабами группа была прекрасно информирована, что вокруг старой пограничной заставы функционирует охранный периметр. Поэтому тщательно избегали поднять преждевременную тревогу.
   Когда Коперрульф рассказал о съеденных колабами пленниках и о предполагаемой в глуши Полнорецкого леса стоянке бандитов, возмущение жителей Форта достигло наивысших пределов. Даже женщины не сдержались и прошлись нехорошими словами по адресу ублюдочных разбойников.
   Достали карту, хранящуюся ещё со времени служивых предков и стали сверять с имеющейся у прибывших воинов. И весьма скрупулёзно высчитали предполагаемое место конечного путешествия гостей. Об этом месте имел полное представление лишь пятидесятилетний мужчина, видимо считающийся здесь неформальным лидером. Да и звали его все уважительно: Машанэ. Он уверенно закивал головой:
   - Знаю я это место. Действительно весьма укромное и удобное для базы. Я там раз в полгода раньше проходил, как минимум. Но вот уже год, как не бывал
   - Почему? - улыбаясь, спросил дворецкий. - Староват стал для дальних походов?
   - Ладно тебе, я даже сделаю вид, что не расслышал твоей шутки. Да и из-за стола выходить лень. А то бы я тебе сейчас показал во дворе, кто из нас старый.
   - А тебе бы только свою медвежью силу показывать! - воскликнула его жена. Судя по её бойкому и резвому характеру, она справлялась со своим мужем одним пальчиком. И Машанэ даже не попытался с ней поспорить. Вместо этого он стал продолжать немного скорбным голосом:
   - Тут у нас в последние полгода одна проблема появилась. И думали вначале, что шутя справимся. Ан нет: чем дальше, тем всё больше нас обжимают и нашу жизнь усложняют. Прямо житья от них нет.
   Коперрульф от этих слов изумился:
   - Да кто же вас тут притесняет? Уж не духи ли лесные? Или соседи злые объявились?
   - Да нет, людей плохих в округе нет. Мы уже это обсуждали. А вот скиры нас замучили. Вначале их парочка была. Потом ещё к ним стали особи прибиваться. Так постепенно стая и образовалась. Да такие они лютые и злые, что совсем с ними не сладить. И хитрющие бестии! Теперь мы в одиночку даже с оружием за пределы форта не выходим. Или стараемся на большой подводе ездить, да несколько тяжёлых копий с собой возить. Но неделю назад у нас вообще чуть трагедия не произошла.
   - Ага! - вмешалась его жена в рассказ. - Хорошо, что всё произошло в пределах видимости, на самой ближней вырубке. Мы всем скопом еле поспели....
   Отставной капитан недоверчиво раскрыл глаза:
   - Так сколько же этих скиров было? Что ты с ними справиться не смог?
   - Восемь!
   - А что б их колабы сожрали! - не сдержал восклицание и Коперрульф.
   - Я только с телеги слез и стал дерево рубить, как они со всех сторон и выскочили! - стал обрисовывать подробности Машанэ. - Да с таким дружным и громким визгом, что меня чуть столбняк не схватил. А уж похасы перепугались насмерть. Рванули резко в сторону, телега перевернулась. Одно животное упало, другое запуталось в постромках. Так что даже за копьём кинуться я не решился. Сразу на дерево стал карабкаться. Еле успел. А скиры тут же на похасов набросились, загрызли словно цыплят! Но самое главное: не стали их есть, а все к дереву бросились, на котором я руками в сторону Форта размахивал. Чувствовал, что хоть кто-то на меня внимания обратит. А эти твари стали с остервенением ствол грызть. То ли сытые были и до мяса неохочи, то ли совсем соображать перестали. Мало того, я ведь его почти на треть подрубить успел. Так что шансы у них были и со мной расправиться. Лишь когда две телеги с нашими уже на полёт стрелы приблизились, скиры спохватились и бросились в лес.
   Он на мгновение замолчал, и к коллективной жалобе добавили свои голоса остальные поселенцы:
   - А месяц назад корову уволокли!
   - Такая красавица была. Давала молока больше всех....
   - Теперь мы в лес выйти не можем ни за грибами, ни за ягодами!
   - Даже к реке с опаской ходим.
   - И ночью от них покоя нет.
   - Всю ночь под стенами роются и хрюкают.
   - И ворота пытаются подгрызть.
   - Да и не только ворота!
   Кремон не выдержал и воскликнул удивлённо:
   - А стрелы для чего? Копья?
   - Ха! Так ведь они в полной темноте подкрадываются. Когда небо тучами застлано и лун нет. Вот как сейчас.
   - А если мы со светом факелов на стены взбираемся - они сразу отходят к лесу.
   - И в темноте пробовали их на звук отстреливать.... И копья метали.... Всё без толку! Как услышат зверюги движения наши, сразу от стен отскакивают.
   - Так ведь у вас же есть "внутренний мешок"! - вспомнил Коперрульф. - Заманите скиров в него и закройте наружные ворота. А потом добивайте их спокойно.
   - Ха! Да ведь внутренних ворот нет! - напомнил Машанэ. - И половины брёвен не было. Мы в последнее время тоже эту идею продумываем. Но успели лишь починить стены "внутреннего мешка". А вот ворота там большие и тяжёлые нужны. Для нас - это минимум ещё на месяц работы.
   Какое-то время все молчали, обдумывая сложившуюся ситуацию. Первым заговорил Кремон:
   - Я со скирами не сражался. Но опасаюсь как бы они и нам не помешали.
   - Справедливо опасаешься, - закивал головой дворецкий. - Да если их такая стая, да все они бросятся разом.... Мы то конечно отобьемся, но вот лошадей они могут повредить. А то и....
   - Понятно! А сейчас эти хищники возле Форта?
   - Сейчас узнаю! - со своего места стала подниматься будущая роженица, но на неё все так дружно шикнули, что она испуганно уселась обратно. Вместо неё во двор вылетела жена Машанэ. Пока неторопливо выпили ещё по одной, она вернулась вся возбуждённая и раскрасневшаяся:
   - Роют! Визжат! Грызутся! Жуть настоящая! К воротам подходить страшно!
   - Вот и хорошо. - Кремон заговорил отрывисто и по-деловому. - Мясо с погибших похасов есть? Уже бросьте несколько кусков перед воротами. Их надо раздразнить. Еще несколько кусков разбросайте внутри "внутреннего мешка". Наибольшее количество мяса сложите возле отсутствующих ворот. И приготовьте на внутреннем частоколе все наличные копья.
   - А дальше? - осторожно спросил лысый дед.
   - Я ставлю щит на то место, где должны стоять ворота. Полчаса у вас будет. Даже если хищников соберётся несколько десятков, магический заслон они не прорвут. Приоткрываете наружные ворота, и ждём пока, как можно большее количество скиров не попадётся в ловушку. Мне это будет видно ночным зрением. По моему свисту, ворота закрываете. Я подвешиваю вверху световой шар, и вы все начинаете упражняться в метании копий и стрельбе из лука. Понятно?
   А довольные улыбки уже были на лицах у всех присутствующих. Лишь Машанэ, по праву лидера поставил одно условие:
   - Только мы сразу отказываемся от премий за каждого убитого скира.
   Коперрульф, увидя удивлённо вскинутые брови молодого Эль-Митолана, пояснил:
   - Есть такая премия. Два года, как королевским указом объявили. Правда, премия, по сравнению с сокровищницей не так велика....
   - Да-а? - протянул Кремон с оптимизмом. - Ха! Было бы премия, а уж поделить мы её всегда сумеем.
   Ужин был прерван без всякого сожаления и уже через час все находились на своих местах. Снаружи Форта, осатаневшие от мизерной приманки скиры, устроили жуткую возню. От их движений, грызни и толчков даже мощные стены подрагивали.
   Кремон устроился почти на оконечности внутреннего частокола и выглядывал из-за последнего бревна. Ведь для создания мощного щита он должен был находиться на самом близком к нему расстоянии. А в идеале: придерживать вытянутыми руками. Но это можно будет сделать чуть позже, когда звери окажутся в ловушке. До тех пор он боялся вспугнуть хотя бы одного хищника своим появлением на открытом пространстве. Скиры вполне хорошо видели в темноте и в большинстве проводили ночной образ жизни.
   Но вот раздался скрип и одна из створок ворот приоткрылась наружу. Это на пару мгновений заставило зверей затихнуть, но уже через пару минут они один за другим стали втискиваться в неширокую щель и с грозным хрюканьем набрасываться на куски разбросанного мяса. Порой, кусая друг друга, отталкивая от добычи и лягаясь при этом своими длинными ногами с внушительными копытами.
   Ночное зрение помогало Эль-Митолану превосходно. Он сразу же поставил невидимый щит и продолжал без единого движения наблюдать за всё увеличивающейся стаей. Уже первые из скиров тыкались головами в незаметное для них препятствие, а в приоткрытые ворота всё продолжали входить новые звери. Лишь когда их стало одиннадцать, молодой колдун решил, что больше хищников вряд ли наберётся. Но ошибся в своих предположениях: в створ ворот одновременно просунулись сразу две мордочки совсем маленьких скиров. Видимо им от роду было лишь несколько месяцев. Молодняк опасливо присмотрелся к пиршественной трапезе своих родителей и тоже вошёл в ловушку. Больше ждать не было смысла и Кремон пронзительно свистнул. Но совсем другим манером, чем когда предупреждал своего вороного красавца Торнадо.
   В ту же секунду створка ворот закрылась, и фиксирующий стержень с грохотом вошёл в паз блокировки. Теперь уже не таясь Эль-Митолан вышел на середину прохода и встал прямо перед недоумевающими звериными мордами. Сконцентрировался и с его правой ладони сорвался ослепительный белый шар полуметрового диаметра. Он взлетел на пяти метровую высоту и осветил "внутренний мешок" словно днём.
   Обитатели Форта никак не ожидали увидеть такое количество хищников в ловушке. Послышались удивлённые возгласы и вырвавшиеся проклятия. Но уже в следующую секунду копья устремились к выбранным целям. А два лука принялись методично посылать стрелу за стрелой.
   Скиры не остались на месте и не стали лёгкими мишенями. Они заметались по всему мешку, но всё-таки явное большинство предпочло вроде бы лёгкий и очевидный выход и на всей скорости устремилось на одиноко стоящего человека. Хорошо, что они не могли договориться и протаранить щит одновременно. Может тогда бы они и опрокинули колдуна наземь. А так они лишь сотрясали его ударами своих тел и с окровавленными мордами валились на землю. Чуть погодя они всё-таки вставали на свои длинные ноги, очумело трясли оглушенными головами и уже с места пытались прыгать повторно. Но с ещё меньшим результатом. Да и метатели копий не оставляли зверям много времени на раздумья.
   Через десять минут грозное хрюканье полностью прекратилось, а в освещённой ловушке лежало одиннадцать тел длинноногих хищников. Некоторые ещё агонизировали и даже пытались подняться на ноги, но участь их была решена: стая перестала угрожать, кому бы то ни было.
   Уже сняв щит, который забирал весьма много магической энергии, Кремон увидел почти рядом с собой тех самых двух молодых скиров. Они пытались забиться в щель между толстыми брёвнами и жалобно повизгивали. Парень сделал несколько шагов вперёд и почти не раздумывая, метнул в них опутывающую паутину.
   Когда к нему подошёл радостно потирающий руки Машанэ, то даже не удивился, видя такое милосердие.
   - Мне дед рассказывал, что если выловить скира таким вот маленьким, то он вполне поддаётся дрессировке. Может и мы попытаемся их приручить?
   - Попытайтесь! - великодушно разрешил Кремон. - Я в последнее время такого насмотрелся, что могу поверить во что угодно.
   И крепко пожал протянутую в знак благодарности руку Машанэ. Сбоку подскочили обе женщины, подхватили парня под руки и чуть ли не силой повели к дому. Тоже благодаря наперебой!
   - Вот спасибо!
   - Господин Эль-Митолан! Вы нас просто спасли!
   - Даже не знаем, как вас благодарить!?
   - Теперь хоть жить спокойнее будет, а уж ваша новость о создании рядом деревни...!
   - Вот теперь мы можем на славу повеселиться и с удовольствием продолжить наш ужин!
   Но Коперрульф, устремившийся за ними следом, громко добавил:
   - Ужин продолжим, но не долго.
   - Почему? Ещё ведь вся ночь впереди!
   - Завтра у нас дальняя дорога, а потом ещё и ночёвка в глухом лесу. Надо будет всю ночь нести вахту. Мало ли что....
   Они уже рассаживались за столом, когда Машанэ неожиданно предложил:
   - Давайте и я с вами! А? Ведь скиров теперь бояться не стоит. Со шкурами други сами справятся. А моя силёнка в любом случае вам пригодится. Да и места я там знаю досконально. И в обследовании бандитской лёжки вам помогу....
   Эль-Митолан и отставной капитан переглянулись, и затем более старший по возрасту и по положению высказал общее сомнение:
   - В Форте всего одна лошадь, да и та уже солидного возраста. Выдержит она длинное путешествие?
   Машанэ и секунды не колебался:
   - Обижаете нашу красавицу! И мы ещё посмотрим: чья лошадь окажется более выносливой.
  
  
  
  

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ

   Перед самым рассветом зарядил непрекращающийся дождь, порой переходящий в весьма интенсивный ливень. Именно поэтому трое мужчин постарались выехать в путь ещё в полной темноте. Резонно и дальновидно предполагая, что путешествие очень замедлится из-за плохой погоды. Вот только и самый опытный среди них, лесник Машанэ не мог предвидеть всех трудностей, которые встретились им по дороге.
   Когда маленький отряд преодолел уже почти две трети дистанции, трОпы, по которым они передвигались, стали почти непроходимыми. А когда обитатель Форта посетовал, что лучше бы он поехал на похасе, то даже Коперрульф, страстный поклонник лошадей, с этим согласился:
   - Конечно, по таким раскисшим от влаги поверхностям лучше всего передвигаться на более приспособленных к этому животных.
   Они в этот момент сделали короткий привал для того, что бы осмотреть и подтянуть подпругу, да проверить конские копыта. Расположившись для этого на небольшой возвышенности, которая оказалась на удивление почти сухой. Сверху над этим лесным клочком земли нависали ветви гигантской ели-лопатницы, поэтому дождевые воды ниспадали по бокам чуть ли не сплошным потоком и наполняли углубляющиеся лужи.
   - Здесь и так всегда сыро, - посетовал Машанэ, - Поэтому земля слабо впитывает дождевые осадки. Ещё сутки такого ливня и обратная дорога превратится для нас в каторгу.
   - Ничего, плавать мы умеем, - пошутил Кремон, - А пищи здесь столько бегает! Я уже и со счёта сбился, сколько раз мы стада оленей и косуль с таких вот сухих мест как это спугнули.
   После выматывающих и тяжёлых тренировок парень переносил путешествие так легко, словно обычную прогулку. И даже то, что одежды были изрядно промочены дождём, не смотря на большие и широкие накидки, ему не портило хорошего настроения. К тому же приятно тешила самолюбие благодарность за оказанную помощь в уничтожении невиданной по здешним меркам стаи скиров. Перед отъездом старики твёрдо пообещали мумифицировать несколько голов с раскрытыми пастями этих опасных хищников и впоследствии лично доставить в Агван как подарки для обоих Эль-Митоланов. В замке у Хлеби, на одной из стен уже красовалась подобная голова, но уничтоженные ночью экземпляры были намного крупнее и как охотничий трофей вызовут гораздо больше восторга и удивления у знающих людей.
   А вот дворецкий был немного обеспокоен. Всю дрогу ему не давало покоя чувство чьего-то постоянного присутствия. К моменту этой небольшой остановки переросшее почти в твёрдую уверенность. Поэтому он и решил поделиться наблюдениями со своими спутниками:
   - За нами постоянно следят сверху.
   Оба напарника одновременно задрали головы и попытались хоть что-нибудь увидеть сквозь густые космы темно-зелёных иголок.
   - Да нет, сейчас они нас не видят. И мы их - соответственно. Но когда будем проходить через полянки, присмотритесь: несколько боларов явно нами интересуются.
   - И давно? - в тоне Кремона проскользнуло явное недовольство собой. И как это он ничего не заметил?
   - Практически от Паласиевого луга. Такое впечатление, что они сменяют друг друга на позиции, - стал пояснять Коперрульф. - Один постоянно остаётся сидеть на дереве над пройденным нами участком, а два или три уже поджидают где-то впереди. Лишь когда мы ехали вчера по дороге, они постоянно мелькали где-то над кронами деревьев. Когда конь идёт галопом - это ведь для них максимальная скорость
   - Ну, разве что именно тогда ты их взял на заметку, - с большим сомнением пожал плечами Машанэ. - Так как этих шариков здесь и своих полным-полно. Ведь различать их между собой ты не умеешь?
   - Не умею....
   - Вот и я не умею. Да и никто другой эти зеленючки не различит, разве что только ваша хуторянка.
   Обитатели Форта уже слышали краткий пересказ о первом контакте Эль-Митоланов с боларами, но отнеслись к нему явно скептически. За всю историю заброшенной заставы никто из людей не попытался посмотреть на летающие растения, как на объект исследования или дружеских контактов. Отношения с боларами были сугубо нейтральные и мирные, переходящие в сферу полного равнодушия. Даже широко известная агрессивность со стороны выгнанных из стаи особей, возле поселения отсутствовала полностью. Хотя причину этого Кремон предположил сразу: постоянно действующее поле малого охранного периметра отпугивала летающие растения и от людей, и от Форта.
   Но сейчас Коперрульф не стал бы настаивать и оглашать вслух неоправданных предположений, если бы не был в них уверен. А значит надо быть начеку всем. Ведь случаи в истории имелись, когда целая сотня, а то и более боларов нападали на небольшие отряды, которые по неосторожности или по неопытности заходили в расположение стаи. Подобные места настоятельно рекомендовалось обходить, если в составе каравана или просто группы путешественников не было Эль-Митоланов.
   - Жаль их краской нельзя пометить! - пошутил Машанэ, трогаясь в путь впереди отряда. - Тогда бы точно удостоверились: одни это или разные зеленючки.
   - Учитель мне обмолвился, что существует способ навешивания "магической метки" на однотипных и очень похожих животных. Но он с таким колдовством никогда не встречался и способ ему неизвестен. - Кремон поправил капюшон накидки и тронул коня вслед за лесником. - А жаль.... Ведь каждый Эль-Митолан может послать пять цветных меток незаметно для окружающих. Нам бы вполне хватило....
   Сзади раздался приглушенный шумом дождя голос Коперрульфа:
   - А мне вот многих боларов удалось пометить. Но делал я это весьма прозаическим способом: стрелами и арбалетными болтами. Может, наброшу тетиву да попробую одного зацепить?
   Кремон на это предложение даже повернулся назад всем корпусом, что бы рассмотреть дворецкого. Но то явственно посмеивался и подначивал молодого Эль-Митолана.
   - Ну и шуточки у вас, господин Коперрульф!
   - И то правда: а вдруг не попаду, а стрела затеряется? Дождёмся рукопашной....
   Постепенно мини отряд углубился в густо растущий подлесок. Низко нависшие ветки не только мешали движению, но и норовили брызнуть водой не только сбоку, но и снизу. Так что на долгое время все разговоры прекратились. Лишь через час лес стал всё больше и больше перемежаться прогалинами и полянами. Да и дождь уменьшился до почти приемлемого уровня. Если можно назвать приемлемым уменьшившиеся капли воды до размеров мелких брызг.
   Но теперь уже все трое внимательно пытались рассмотреть сквозь дождевые завихрения верхушки деревьев, пространство под и над ними. И действительно взгляд почти постоянно выхватывал осевшие на ветках зелёные, поблескивающие от капель воды, шарики. Мало того, общими усилиями удалось заметить, как чуть в стороне их время от времени обгоняют отставшие болары. Стараясь при этом не попадаться людям на глаза. Коперрульф обеспокоился этим так, что спросил у молодого колдуна:
   - Если вдруг они на нас полетят, ты готов к ответным действиям?
   - Не волнуйтесь. Пугну их таким огоньком, что только щепки полетят. Хотя почему-то уверен, ничего плохого в отношении нас они не замышляют.
   Но действия боларов постепенно становились всё более странными. Впереди, по ходу движения людей, как правило, стало поджидать две особи, а чуть позже они даже не держались за ветки, а висели между кронами. И опускали с каждым разом над тропой ниже и ниже.
   Даже Машанэ сменил свои сомнения на удивление:
   - И чего им от нас надо?
   - А ты их спроси!
   Как ни странно лесник принял совет от замыкающего движение дворецкого на полном серьёзе. Остановив своего коня он хлопнул лихо пару раз в ладоши и закричал в сторону замерших в воздухе боларов:
   - Эй, вы! Зеленючки! Чего вам надо? Кормить вас не собираемся, на дрова вы тоже не годитесь. Так что....
   Неожиданно Кремону пришла в голову одна мысль, и он остановил проводника:
   - Постой, не кричи. Я лучше сам попытаюсь....
   Говоря это, он объехал Машанэ и, достав из сумки два яблока стал медленно приближаться к зависшим на пятиметровой высоте боларам. Когда расстояние между ними и человеком сократилось до двадцати метров, одно летающее растение подалось в густое переплетение крон, а второе стало совершать небольшие вертикальные движения вверх-вниз. Это опять сильно напомнило недавно увиденные сцены с Лирной в главной роли. Поэтому Кремон спешился и приказал оставаться Торнадо на месте. А сам подошёл к ныряющему болару почти вплотную, не беспокоясь и даже не оглядываясь на верховых животных: привязанная к седлу вторая лошадь, побаивалась вороного так, что редко позволяла себе просто натянуть постромки.
   С минуту вода противной сыростью проникала в приподнятый рукав, ведь моросящий дождик продолжался, но вот зелёный шар опустился до самой земли и сделал осторожной круг вокруг колдуна. Затем подлетел и стал весьма ловко хватать мокрые яблоки с протянутой ладони. В тот же момент по его прочному ободу пронеслась лёгкая рябь, и Кремон отчетливо увидел рисунок из знакомых уже квадратов. Волна весёлого узнавания окатила парня с ног до головы и он, уже нисколько не сомневаясь, громко спросил:
   - Ты кто?
   - Спи-ин! - раздалось с ответ отчётливое поскрипывание.
   - А я кто?
   - Кр-р-р-р....
   При расставании Лирна попыталась обучить своего друга произносить новое имя, но у того кроме карканья ничего не получалось. Но и эти звуки приятно радовали. Кремон с торжествующим видом оглянулся на своих оцепеневших путников и указал на них рукой. Сопровождая словом:
   - Друзья!
   Подобное действие он повторил несколько раз, но болар, кажется, в таких убеждениях и не нуждался. Вместо этого он как-то слишком нервно стал раскачиваться корнями из стороны в сторону, на какое-то мгновение приподнимая их в одну сторону и замирая. При этом он стал смешно чихать, что, по словам Лирны, обозначало одновременно и страх и опасность. Кремон вначале подумал, что Спин боится его спутников, но, присмотревшись по направлению замирающих в воздухе корней, понял, что они указывают в ту сторону, куда двигался отряд.
   "Уж не предупредить ли он меня пытается? - мелькнула у него догадка. - Возможно впереди враг, раз он показывает именно туда и голосом показывает испуг. Вот только для чего Спин проделал такую дальнюю дорогу? Да ещё и не сам? Неужели он так мечтал подружиться с новым товарищем? Ха, абсурд полный.... Ладно об этом чуть позже подумаем, а сейчас не помешает проверить дорогу впереди. А вдруг и правда, какая нечисть затаилась в засаде...."
   После таких рассуждений Эль-Митолан вернулся к коню и несколькими словами пояснил своим товарищам обстановку. Затем вскочил в седло, хорошенько на нём умостился, что бы не грохнуться, когда сознание надолго и далеко покинет тело и замер с остекленевшими зрачками.
   Тот час, вся картина мира резко изменилась. Ощущения дождя, холода и сырости пропали. Ласковая волна вынесла сознание из тела и плавно понесла вперёд. Кремон лишь полуобернулся и бросил взгляд через несуществующее плечо на тропу, где стояли три всадника на парующих лошадях. Ещё две лошади, нагруженные поклажей, виднелись сзади. Тут же мимо промелькнул подрагивающий корнями Спин. Чуть спустя отделённое сознание прекрасно показало затаившихся в кроне большого дерева ещё трёх боларов. Скорей всего именно тех, кого Коперрульф заметил своим неимоверным профессиональным чутьём.
   Дальше тропа извивалась лишь среди толстейших стволов гигантских деревьев. В этом месте Полнорецкий лес вновь поставил частокол своих самых больших растений. И всё пребывало в буйном, диком и первозданном состоянии. В этом хаотическом древесном нагромождении никогда не властвовала рука человека. И престарелые, отжившие свои века великаны умирали стоя, лишь порой падая при сильных бурях и своим падением проделывая целые просеки.
   Несколько километров Кремон скользил сознанием по тропе, ничего не замечая странного или подозрительного. Лишь несколько лесных зверей и животных занимались своими обыденными делами. Энергии при дальнем слежении расходовалось гораздо больше, и стали появляться мысли о возвращении к попутчикам.
   Но вдруг лес словно вымер. Ни одного животного, ни одного птичьего пения. Лишь шорох по листьям да бульканье падающих в лужи капель. Это сразу заставило насторожиться. И только благодаря этому Кремон обратил внимание на немного странно лежащее бревно. Оно было густо засыпано хвоей, гниющими листьями и мелкими веточками. И лишь чуть-чуть мешало проезду. Но именно это "чуть-чуть" и вызвало наибольшее подозрение. Ведь тропа ныряла под его конец! А должна бы была обойти стороной. Ходящие здесь животные вряд ли будут все перепрыгивать неудобное препятствие. Значит листочками присыпали нечто совсем недавно. Хорошо присыпали, аккуратно. Вот только когда начинаешь тщательнее присматриваться, становятся видны несоответствия. Почему перегнившие листья оказались сверху только недавно опавших? И веточка эта слишком глубоко закопалась. И почему в высшей точке присыпанного бревна? О-о! А возле этой оконечности вообще дыхание чьё-то слышится.... Странная берлога для медведя! Да и в начале лета они в спячку не впадают. И что ж за зверь такой?
   Коперрульф и Машанэ, оставшиеся на полянке и подстраховывающие тело молодого Эль-Митолана с двух сторон, с удивлением заметили, что тот странно как-то дёрнулся, а с губ сорвалось невразумительное бормотание. Затем дыхание резко участилось, словно после усиленного бега. Ещё через минуту с открытых участков кожи повалил пар, а лицо покраснело до буро-малинового цвета. Такие побочные эффекты всегда вызывало слишком дальнее проникновение отделённым сознанием. Или в труднодоступные места. Или слишком продолжительные по времени. Да и опыт имел просто неимоверное и чуть ли не решающее значение. Старые колдуны скользили в мире своим сознанием легко и непринуждённо, тогда как молодые проламывались напропалую. Не замечая, вернее не ощущая встречных или боковых мешающих потоков магической энергии, которые носилась в невидимом эфире в самых различных направлениях. Эль-Митолан, оседлавший эти потоки, мог проникать за десятки километров по любой пересечённой местности. Или нырять в бездонные пропасти и исследовать недосягаемые глубины. Но при возвращении все колдуны испытывали сильный перегрев тела. Кто больше, кто меньше. Тут тоже многое зависело от опыта и от скорости возвращения.
   Кремон, судя по всему, очень спешил. И когда сознание вернулось в своё тело, то там уже была настоящая парилка. Пришлось полной грудью вдыхать свежий и влажный воздух, сбрасывать накидку и поспешно расстёгивать одежды. Спутники ему помогли, и уже через минуту колдун сидел на своём коне с голым и неимоверно парующим торсом. И жадно допивал вторую флягу родниковой воды. Дворецкий ему уже и третью протягивал, но Кремон шумно выдохнул и отрицательно покачал головой:
   - Уф! Хватит! Полегчало! - заметив, что спутники с напряжением смотрят ему в рот и ждут пояснений, продекламировал: - С небес свой взгляд он бросил вниз: там ждал его большой сюрприз!
   - А поконкретнее нельзя? - не выдержал Коперрульф.
   - Почему же нельзя, можно! Прямо на нашей тропе, километра через три, под слоем листвы, иголок и веток очень удобно и комфортно разместился ...колаб!
   - Тьфу ты, нечисть! - и дворецкий, не сдержавшись, добавил несколько длинных ругательств. - Один?
   - Пока видел только одного....
   - Эль-Митолан?
   - Не знаю, - пожал голыми плечами Кремон. - Мог ведь щит поставить и скрыть свою магическую сущность.
   - Явно нас ждёт?
   - Скорей всего, что нет. Давно лежит, кажется. Может и два, может и три дня. Они ведь могут до пяти дней так прятаться в ждущем режиме.
   - А дальше не проходил?
   - Нет. Сразу вернулся, что бы вас предупредить. Но сейчас чуть остыну и ещё раз туда проскочу. Что там дальше по тропе?
   Машанэ двумя ладонями потер своё лицо, снимая влагу и напрягая память:
   - Говоришь километра три.... Потом тропа резко сворачивает влево.... Тогда до предполагаемого места ещё километра три осталось. Там небольшая полянка в виде подковки и на другом её конце два очень удобных холмика.
   Коперрульф проследил за вытянутой рукой лесника и обеспокоено спросил у Кремона:
   - Ты туда достанешь?
   - Думаю, проблем не будет. Но я данный момент больше удивляюсь поведению боларов. Ведь это невероятно: они почувствовали колаба, который отменно спрятался, замаскировался и, самое главное, нас предупредили!
   - Хм! А я каюсь, что не поверил вашим рассказам, - Машанэ полез в свою седельную сумку. - Мне кажется, их за такое дело надо бы ещё чем-то угостить. Как думаете?
   - Обязательно! - поддержал его Коперрульф. - Но вот примут ли они фрукты из наших рук?
   - Попробуйте, только спешьтесь. - Кремон набросил на плечи лишь задубевшую от влаги накидку. - А я уже вполне остыл и по проторенной "дорожке" проверю тропу до нужного места. Можете меня не поддерживать, падать моё тело не будет.
   - Высмотри там всё как можно тщательнее, - попросил дворецкий, но, присмотревшись к остекленевшим зрачкам колдуна, понял, что того уже здесь нет. По крайней мере, сознанием. Тогда он стал медленно приближаться к тому месту, где продолжал висеть Спин. - Ну что, дружище, нравятся тебе яблочки? А у меня вот ещё два манската есть. Смотри, какие сочные и красивые. Не бойся, мы ведь друзья....
   - Да, друзья! - подтвердил и Машанэ. И в свою очередь, протягивая яблоки на ладони.
   Именно к нему первому и подлетел Спин, подрагивая корнями и чуть покачиваясь всем корпусом. Взял два яблока и затем, ещё с большим сомнением приблизился к Коперрульфу. Но когда и манскаты скрылись в его внутренних карманах, неспешно и солидно подался в кроны деревьев к своим собратьям. Через пару минут и те, всей компанией вылетели к людям и уже вполне по-свойски разобрали угощения. Похоже, они были весьма голодны, так как продолжали висеть рядом и требовательно шевелить корнями. Тогда Машанэ поспешно вернулся к своей лошади, снял внушительную сумку и, вернувшись, пояснил отставному капитану:
   - Твоя любимая олаборка. А ведь рыбу они любят. Значит и сушёную и просоленную есть будут. Только давай мы им хоть первые рыбины немного от шелухи очистим....
   Болары приняли незнакомое угощение с осторожностью и непониманием. Но уже через минуту запыхтели от удовольствия и вновь требовательно зашевелили корнями. К тому же они с явным вниманием наблюдали, как мужчины чистят рыбешку, и свои третьи порции взяли из рук с шелухой. Не понятно было, как они сами чистили рыбку, то ли языком, толи мелкими возлеротовыми корешками, но шелуха стала падать вниз не мелкими кусочками, а чуть ли не всей боковой частью.
   Даже лесник удивился:
   - Во дают! Так и у меня не получается!
   - Ловкие ..., у нас друзья, - задумчиво проговорил Коперрульф. - А я всю жизнь рубил их мечом безжалостно да стрелами угощал.... А они может к нам лишь из-за голода подлетали..... Ведь прожорливые создания.
   - Ничего, не жалко.
   - Ещё бы! Да только за предупреждение о колабе я их теперь всю жизнь готов подкармливать.
   - Слушай, а как мы с этим монстром справимся? Я ведь этих тварей и не видел в своей жизни. Рубать мечом будем?
   - Вернётся Кремон, тогда и решим. Да и последнее слово за ним будет. Я хоть и номинальный руководитель поездки, но ведь он Эль-Митолан. Так что решать ему, как своей силой распорядиться.
   - А твоё мнение? - продолжал допытываться Машанэ.
   - Лучше нам вернуться! Эти монстры чрезвычайно опасны. А если их там ещё несколько, или даже тот, что в засаде - Эль-Митолан.... Без помощи нам не справиться!
   - А если всех наших из Форта подключим?
   - От нас с тобой и от них толку почти никакого, - признался дворецкий. - Как минимум необходимы три хорошо обученных всадника, при полном вооружении. На одного колаба! И действовать должны: слажено и умело. А ваши дедки....
   - Хорошо, что они тебя не слышат! - хмыкнул Машанэ. - А то бы по шее враз надавали.
   - И всё-таки, это тебе не скиров в загоне копьями пронзать. Этих монстров не каждое копью пробьёт. А при боевой трансформации они даже пущенный катапультой камень отбрасывают не замечая....
   - Неужели?! О-о-о-о.... Я ведь и слышал про них лишь несколько раз в жизни. Что тогда делать будем?
   - Пока кормим наших новых друзей.
   - Так ведь они уже всю олаборку съели! - лесник развёл руки в стороны и показал пустые ладони: - Всё, зеленючки! Кончилась рыбка. Вот вернёмся в Форт, то я вам угощение по полной программе устрою. А уж мяса скиров наедитесь! От пуза! Или что там у вас вместо него есть? Ящик, наверное.... Или сундук какой.... С мясорубкой в середине....
   - Да нет, - стал пояснять более проинформированный Коперрульф. - У них там внутри две чаши с синей густой жидкостью. В маленькую они мелкую пищу кидают и растворяют. А в большую чашу - куски идут гораздо большие. И всё переваривают вместе с костями. Так что, например, ноги скиров для них несомненный деликатес.
   - Смотри! Наш парень, кажется в себя приходит. Опять покраснел....
   - Отлично! А то я, когда в неведении нахожусь - страшно волнуюсь, - признался Коперрульф и снял с начавшего вновь исходить паром Эль-Митолана накидку. - Наверняка так будет лучше: быстрей остынет....
   Но прошло ещё три минуты, пока Кремон не стал двигаться, разминая сведённые долгой неподвижностью мышцы, и глаза его обрели осмысленное выражение. Сразу же рука его потянулась к приготовленной фляге.
   - Я на обратном пути ещё раз колаба проверил..., - и с жадностью стал опустошать посудину с прохладной водой.
   - И что эта колода там делает?
   - Уф! Живот лопнет от воды! - парень не стал пить больше. - Да лежит эта скотина на прежнем месте. Ей наш климат и дождичек только в радость....
   - А на той полянке что? - торопил его с ответом дворецкий.
   - На наше счастье больше колабов нет. Под большим деревом срублен удобный шалаш и в нём расположились два отменных ездовых похаса. И два человека там сидят в землянке. Хоть и томятся ожиданием, но бдят. И воины..., мне показалось они очень опытные. Бывалые наёмники, лет за сорок каждому. Не спят, играют в какую-то незнакомую мне игру и чистят оружие. Оно у них так и блестит. Послушал я их немного, но они говорят очень мало и внимательно прислушиваются к звукам снаружи. Лишь под конец один сказал другому: - "Если никого не будет до утра, уходим отсюда со всех ног". А второй кивнул головой и добавил: - "Времени у них ещё полно. В силе такого отряда я не сомневаюсь. Но вот пещеры их могут задержать...."
   Коперрульф нервно пожевал свой ус:
   - Значит, они ждут ту самую банду?
   - Скорей всего....
   - И что будем делать?
   Кремон в задумчивости потер, чуть ли не моментально сохнущую под дождём кожу на животе, и указал взглядом на боларов, сидящих в кронах:
   - Благодаря нашим друзьям мы имеем неоспоримое преимущество в неожиданности нападения. Но очень важно схватить одного из наёмников живьём. Они явно что-то знают о миссии уничтоженного нами отряда. И даже конкретно могут указать на какие-то пещеры. Колдунов скорей всего среди них нет. Даже если им окажется колаб, то мы должны справиться. Но вначале первый удар надо нанести по землянке. Тихо и неожиданно. Так что бы те два воина не успели поднять тревогу.
   - А если дальше, на продолжении тропы, - стал высказываться Машанэ, - У них вторая засада?
   - По следам видно, что в ту сторону они не ходили уже дня три. А в сторону колаба, похоже, ходили утром. Может еду носили или маскировку поправляли. По лесу сможем пройти прямо к полянке с землянкой?
   - Конечно! - с уверенностью ответил лесник. - Здесь можно сильно срезать, и доберёмся быстрее, чем, если бы шли по тропе. Только коней придётся оставить. Ведём их вон под ту ель....
   - Хорошо! Тогда поспешим!
   Сноровки всем было не занимать, и через короткое время отряд оказался на вполне приемлемом для стоянки пятачке.
   - А с колабом как мы справимся? - Коперрульф уже расседлывал свою Полночь и подавал перемётные сумы стоящему ногами на спине своей лошади Машанэ. Лесник крепко привязывал их багаж и сёдла на высоте своих вытянутых рук. Ведь за время отсутствия людей на лошадей могли напасть дикие звери. И скиры в частности. Но пять таких сильных и сноровистых животных, стоя мордами к стволу, запросто могли отбиться копытами даже от нескольких скиров или небольшой волчьей стаи. Дворецкого на данный момент больше всего беспокоил затаившийся на тропе чёрный цилиндр:
   - И опять таки: может он непростой?
   - Все они гниют одинаково! - с весёлым бахвальством пошутил Кремон. - Да и есть у меня один план. После землянки и пленения наёмников, вы вернётесь оба к лошадям и, двигаясь отсюда, будете отвлекать внимание колаба на себя, а я с той стороны атакую его несколькими тяжёлыми и заострёнными брёвнами.
   - Стук топора слышен очень далеко в лесу, - напомнил опытный Машанэ.
   - Рубить стволы нам не придётся, - усмехнулся Кремон. - Нужные нам копья для толстого и чёрного червяка уже есть готовые: из них сделан шалаш для похасов.
   Он первым стал прыгать на месте, проверяя беззвучность пригнанного снаряжения. Спутники тоже тщательно проверили своё вооружение и выжидательно уставились на молодого Эль-Митолана. Как-то быстро и незаметно командование небольшим отрядом перешло к нему. Вот только особого восторга у парня из-за большой ответственности это изменение не вызывала. "Но ведь командира можно проверить только в бою", как говаривал его старый и первый учитель по воинским делам дядя Кралси. Ныне полковник, а в скором будущем вполне возможно, что и генерал. Кремон мысленно усмехнулся внезапно пришедшим воспоминаниям и скомандовал:
   - Побежали!
   Невзирая на неблагоприятные погодные условия, передвигались очень быстро и совершенно бесшумно. Даже быстрей чем ещё совсем недавно верхом по тропе. Машанэ, словно лесное привидение мчался впереди, наступая лишь на слабо чавкающий мох. При этом он особым чутьём угадывал слишком вязкие и болотистые места и обходил их по краю. В то же время смело перебредал примерно такие же огромные лужи, но дно, которых было твёрдым и проходимым.
   Отставной капитан в течении своей службы побывал в таких местах неоднократно. Поэтому и он вёл себя так, словно жил в этом лесу многие годы.
   У молодого Эль-Митолана тоже всё получалось превосходно. Хоть на всякий случай он готов был подстраховать своё поскользнувшееся тело мгновенно задействованной левитацией.
   Лишь перед самой полянкой отряд замер на короткое время. Прислушиваясь и проверяя положение врагов. Те продолжали прятаться от дождя в землянке и заниматься своим прежним делом. И ничего за шумом стекающей воды не услышали. Правда расположенные в шалаше похасы почувствовали приближение новых людей, но в отличии от коней они никогда на такие события не реагировали. Потому и продолжали спокойно обгладывать припасённые для них ветки.
   Кремон опять потратил несколько лишних минут на более детальный осмотр, на этот раз двери. Две толстые и грубо сколоченные доски открывались наружу и в данный момент не фиксировались никаким запором. Наёмники очень надеялись на свой слух и справедливо предполагали, что им выскочить из землянки будет гораздо проще и быстрей, если не тратить драгоценную секунду на открытие запора. Вот только подход к двери был очень узким: двум сразу ну никак не пропихнуться одновременно. Причём с обеих сторон.
   Если бы вопрос стоял только об уничтожении бандитов, то первым бы вовнутрь врывался Коперрульф. Что он и хотел сделать, показывая жестами Кремону, что бы тот его подстраховывал. Но колдун решил поступить по-другому. Тем более что очень важно было хоть одного наёмника взять живым. Поэтому он присел перед дверью и стал создавать между ладоней Связывающую Паутину. И когда она была почти готова, коротко кивнул нависшему у него над головой Коперрульфу. Тот уже прочно держал одной рукой доску двери и в тот же момент дёрнул её на себя.
   Сидевшие за столом мужчины словно ждали этого момента. Ни одного лишнего движения, ни одной секунды на изумление или группировку. Словно они только весь день тем и занимались, что отрабатывали свою завидную реакцию на малейший шорох со стороны двери.
   Оба наёмника сидели к выходу боком и у обоих в руках находились мечи. Сидящий правой стороной, мастерским движением метнул свой меч в открывшийся проём выхода. При этом он всем телом резко откинулся назад, падая на пол, перекувыркнулся через голову и вскочил на ноги уже сжимая левой рукой другой меч. В этот момент его и оплела Связывающая Паутина. И оплела превосходно, с ног до головы. Нещадные тренировки не пропали для молодого колдуна даром. Опутанный бандит хотел лучше расставить ноги для упора, но тут же стал заваливаться на дальнюю стенку от потери равновесия.
   Второй наёмник метнул небольшой кинжал левой рукой в сторону нападающих. Правой рукой одновременно поднимая стол и воздвигая перед собой преграду. Одновременно, приседая за этим столом, молниеносно махнул правой рукой и зажатым в неё мечом разбил висящий под самым потолком трего-кристалл, используемый до того для освещения землянки. Позиция у него получилась просто отменная.
   Со стороны нападавших, потерь не было. Пущенный в них меч пролетел над плечом Кремона, не задев при этом бок Коперрульфа, и нелепо отрекошетил от стенки глинистого грунта. И уже после этого, начав вращение, перекрестием рукояти ударил наседающего сзади Машанэ. От боли лесник лишь охнул, но тут же его стон перешёл в грозное рычание. Кинжал вообще был брошен неудачно, так как попал дворецкому плашмя по грудным пластинам и благополучно отскочил в сторону. Так что нападавшие отделались лишь одним болезненным ушибом.
   В следующий момент Кремон со своей ладони впустил в землянку уж более яркий шар освещения, который то и уничтожить нельзя было до тех пор, пока он не истощиться со временем. Сам Эль-Митолан подался чуть вперёд и занял позицию справа. А отставной капитан, обойдя его слева и выставив меч вперёд, целеустремлённо пошёл в сторону засевшего за столом бандита. Властно и жёстко приказывая:
   - Сдавайся!
   Исход короткого поединка был предрешён. И это явственно прочиталось в глазах приподнявшегося над столом мужчины. При ярком освещении стало отчётливо видно, как у него нервно задёргалась щека. Даже на какой-то момент нападавшим показалось, что он сейчас бросит меч и поднимет руки. Хотя загнанный зверь бывает очень опасен. Не забывая об этом, на всякий случай, Кремон был готов поджарить врага мощным огненным ударом. Вот только дальше дело приняло совершенно неожиданный оборот.
   Почти не оглядываясь на своего упавшего компаньона, бандит с размаху отрубил ему голову и следующего секундного оцепенения ему хватило для того, что приставить острие меча к гортани и двумя руками пронзить себя им. Да так, что лезвие почти на ладонь вылезло из затылка.
   Первым от бессильной злости застонал Кремон. Потом вполголоса Коперрульф стал перечислять самые витиеватые и редко употребляемые ругательства. Протиснувшийся между ними Машанэ шумно выдохнул от увиденного и растерянно спросил:
   - Как же это? Он что: со страха ума лишился? Своего же ..., не раздумывая..., зарубил! И сам....
   Вот только дворецкий первым опомнился и вспомнил, что у них есть дела сложнее, чем обдумывать почему, да зачем такое произошло. Он первым выскочил из землянки и замер, прислушиваясь. Его товарищи присоединились к нему несколько мгновений спустя. А молодой Эль-Митолан тут же ушёл "отделённым сознанием" проверять главную опасность, затаившуюся на тропе. Вернулся он очень быстро и сообщил:
   - Прячется гад под гнилыми листьями на том же месте! Разбираем шалаш!
   Меланхолично жующие похасы совсем не обратили внимания на то, что на них стало капать. И ничем не высказали своего недовольства ещё больше усилившейся сыростью. Два идеально подходящих для задуманного нападения ствола, перенесли на тропу и даже пронесли насколько сот метров.
   Затем Коперрульф и Машанэ вернулись на поляну и уже оттуда с ещё большей скоростью побежали к тому месту, где они оставили коней. А оставшийся в одиночестве колдун стал переносить брёвна по одному в сторону колаба. Пронесёт метров сто, положит аккуратно рядом с тропой, постоит, прислушается. И бегом возвращается за другим бревном. С ним пройдёт ещё дальше и опять проверяет окружающее спокойствие. Таким образом, он и подобрался почти вплотную к затаившейся твари. Прикрываясь малейшей возвышенностью на грунте и стволами деревьев, как стоящих, так и поваленных наземь. Перенося за собой с помощью левитации заостренные брёвна. После последнего своего передвижения ползком, присыпанный листьями монстр оказался от колдуна всего метрах в пятнадцати. И случилось это даже намного раньше, чем с другой стороны послышался нарочитый шум, говор и конское ржание.
   Хоть парень и лежал, распластавшись в луже воды, но из-под гниющей перед ним толстой ветки внимательно следил за притаившимся врагом. И заметил: когда раздались звуки приближающегося отряда, колаб ощутимо вздрогнул, как бы пробуждая своё дремлющее тело от долгой неподвижности. Несколько листиков соскользнуло с его боков и снова "бревно" стало каменно-неподвижным. Наверняка монстр задумал подпустить путников вплотную и одним уларов сбить на землю всадников. А уже потом передавить их своей массой.
   Но Кремон на одно мгновенье представил, что и у этого монстра может быть место наподобие древнего оружия литанры, и не на шутку забеспокоился. А вдруг колаб излишне перенервничает и захочет выстрелить по отряду в тот самый момент, когда он лишь покажется в пределах его видимости?
   Потому и не стал расковать, а начал атаку немного раньше, чем договаривались. Приподняв левитацией бревно острым концом к врагу, несколько раз подвигал его взад-вперёд, приноравливаясь, и сместил чуть в сторону. Теперь импровизированная стрела и туша монстра находились на одной идеальной прямой. Второе бревно колдун ещё раньше, под прикрытием толстого дерева, приблизил к объекту нападения на пять метров и поставил вертикально, прикрывая его стволом растущего дерева. А вдруг потом не будет и лишней секунды, что бы переносить импровизированное оружие к месту схватки? К тому же нанести смертельный удар с первого раза могло и не получиться: ведь колабы при подобных засадах использовали иногда обычные круглые щиты, прикрывая с торцов свои самые уязвимые участки тела. А ведь именно туда и намеревался Кремон вонзить первое бревно. Использовав преимущество внезапности.
   Воспоминание о возможной защите, заставило молодого колдуна напрячь все свои силы. Он словно сам стал тем заострённым орудием, передав неодушевлённому предмету своё зрение, подвижность и всё сминающую целеустремлённость.
   Поэтому бревно понеслось в торцевую часть колаба с такой скоростью, что Кремон почти уверовал, что пробьёт тело монстра по всей его длине. Страшный по силе удар сдвинул чёрную колоду, чуть ли не на метр. Весь лес замер от ужасного и никогда не оглашавшего здешние места звериного визга и жуткого хруста. Колаб стал извиваться от безумной для него боли и метаться между деревьями словно птица, попавшая в клетку. Его почти пол тонны веса ломали низко нависшие ветки, крошили редкий кустарник и вырывали со стволов метровые куски толстой коры. И сразу стало понятным: колаб всеми силами пытается исторгнуть из своего тела посторонний предмет.
   Бревно вошло с тарца лишь наполовину, на полтора метра. Щит всё-таки там был! Но удар оказался таким мощным, что попросту пробил вполне сильную защиту, превратив круглый щит в обломки. При этом рука колаба поломалась в нескольких местах и теперь полностью бездействовала, свисая как толстый, но безжизненный канат. Ранение было настолько сильным, что колаб не мог произвести боевую трансформацию. Но уже было совершенно ясно, что он не Эль-Митолан. И победа над ним являлась лишь делом времени.
   Коперрульф и Машанэ ускорились на раздавший ужасный шум и с ходу включились в схватку. Нашпиговывая мечущегося монстра всеми имеющимися у них стрелами и стараясь попасть именно в другой, ещё совсем здоровый торец тела колаба. За четыре минуты огни с безопасного расстояния выпустили весь свой запас стрел и стали приближаться к врагу со своими тяжёлыми копьями. Хотя за спиной у каждого ещё находилось по три дротика.
   Но в этот момент и решился окончательный исход поединка. Кремон уже долго держал на десятиметровой высоте подвешенное вертикально второе бревно и только выжидал момента, когда монстр немного замедлит свои рывки и бессмысленные метания. Что и случилось, когда тот обратил своё внимание на приближающихся к нему воинов с копьями. Колаб к этому моменту почти избавился от инородного предмета и развернулся к нападающим всем фронтом, прикидывая скорей всего, как самому атаковать наиболее продуктивно. Но так и не заметив прячущегося за толстым деревом человека-колдуна. И в ту же секунду, точно по центру цилиндра возилось второе бревно, пробив колаба насквозь и пришпилив его к земле, словно булавка противную гусеницу.
   Уж от этого удара все органы управления вместе с мозгом оказались разрушены моментально. Короткий визг сменился противным храпом, а тот в свою очередь перешёл в затихающее бульканье. Тело колаба ещё несколько раз конвульсивно дёрнулось и застыло в смертной неподвижности.
   Теперь все три воина замерли надолго. Тщательно прислушиваясь к тотальной лесной тишине. Лишь по прошествии некоторого времени где-то вдали послышались осторожные птичьи перепевы и сноровистый стук дятла. Тогда и колдун констатировал свой короткий внутренний осмотр поверженного врага:
   - Мёртв. И неопасен.
   Коперрульф сбросил напряжение глубоким вздохом и сразу вспомнил о насущных проблемах:
   - Нам предстоит ночлег, а в такую погоду темнеет быстрее обычного. Давайте на полянку двигаться, и в землянке обустроиться и шалаш починить надо. И всё обыскать досконально.
   - А с этой тушей, что будем делать? - Машанэ с осторожностью потыкал копьём черную и скользкую чешую мёртвого колаба. - Или оставим здесь догнивать?
   Заметив, что на нём скрестилось два вопросительных взгляда, Кремон ответил:
   - Конечно, с собой мы трупы не потащим. Людей закопаем подальше от полянки. А вот этого монстра надо будет затопить в каком-нибудь болоте. Есть здесь в радиусе двухсот метров нечто глубокое?
   - Да было одно озерцо, - Машанэ почесал затылок. - Если окончательно не заросло....
   - Вот только..., - колдун подумал о внутренних "карманах" и тех вещах, что они нашли при вскрытиях, произведённых возле замка. - Не мешало бы проверить хоть самый главный карман.
   Он достал свой меч и прикинул его вес в руке, примеряясь, как сподручнее будет разрубить чёрное тело в нужном месте. Дворецкий достал свой и предложил:
   - Мой тяжелее намного.
   - Тогда заходи с той стороны, и разделим тело вот в этом месте. Получится чуть неравные половинки. Зато потом нам легче будет их до озера дотянуть...
   Два меча с оттяжкой стали рубить упругие и прочные чешуйки. Которые скорей напоминали пластины из тонкой стали. Но ведь и сталь поддаётся мечам с особой закалкой! Кожа и мышечные ткани поддались рубящим ударам намного быстрее. Хлынула красная, почти до синей черноты кровь.
   Коперрульф рубил со своей стороны с таким видом, словно занимался этим всё свою жизнь. Кремон работал мечом с некоторым равнодушием, так как ещё до сих пор чувствовал значительный урон в своих магических силах. На сватку он израсходовал их на удивление много. И сейчас его больше занимала мысль, почему так случилось и как быстрее восстановиться. Но, тем не менее, он бросил короткий взгляд на Машанэ и чуть не засмеялся: опытный лесник стоял, сдерживая позывы к рвоте, но отвернуться от небывалого зрелища не мог. Поэтому колдун решил дать ему актуальное задание:
   - Машанэ! Наших коней оставьте, а остальных ведите на полянку и срочно займитесь шалашом. Скоро и мы к вам присоединимся. Или хотите мечом помахать?
   - Да вы и без меня справляетесь! - лесник тут же стал торопливо привязывать запасных животных к облучку своего седла. - А вот лошадки наши в хорошем ночлеге больше нас нуждаются. Им ведь ещё завтра дальняя дорога предстоит....
   Торнадо и Полночь остались рядом с недавним местом сватки и терпеливо поглядывали на своих хозяев. Но подходить вплотную к мёртвому колабу не решались: видимо неприятный запах их отпугивал очень сильно.
   Прошло полчаса, прежде чем Кремон подвёл неутешительные итоги ковыряния в кровоточащих внутренностях:
   - Ничего!
   - Может, и с другой стороны посмотрим? - без особого энтузиазма предложил дворецкий.
   - Даже не стоит стараться. Там у них всегда лишь продукты хранятся. Учитель рассказывал, да и у тех, трёх - там лишь смолки были. Они их то ли жуют, то ли чешую смазывают для красоты....
   - Тогда моемся! Хотя эта вонь, мне кажется, уже все мои внутренности пропитала.
   - Может Машанэ подскажет, где ванну здесь отыскать? - пошутил колдун.
   - Сейчас! - воскликнул дворецкий уже стоя по щиколотки в глубокой луже и делая попытки смыть с одежды и рук как можно больше кровяных пятен. - Если он хотя бы озеро найдёт - тоже будет здорово.
   - Нет, не согласен! Болотистое озеро, во время дождя, без сухого полотенца.... Слишком вульгарно. Я лучше дождусь завтрашнего вечера и ...в ванну!
   Коперрульф уже отмыл свой меч и с явным сожалением засунул его в ножны. Но воспоминания о ванне вызвали и у него ностальгическую улыбку:
   - Ты ещё вспомни о горячей воде! Ладно, поехали, а то мне не нравится обилие в здешних лесах всяких зверей и прочих монстров. Думал, будет лёгкая прогулка, а вот оно как повернулось....
   Умывшийся Кремон подозвал своего вороного и, усевшись в седло, высказался с молодецкой бесшабашностью:
   - Ерунда, Ганби! Мы с вами везде прорвёмся!
  
   Устроились на ночлег быстро. Учитывая ошибку уже мёртвых врагов, устроили в развилке дерева, над построенным шалашом, наблюдательный пост. Решив установить поочерёдное и постоянное дежурство. Из получившегося гнезда прекрасно просматривалась большая часть поляны и вход в землянку.
   Затем, ещё до наступления полных сумерек закопали под корнями упавшего дерева бандитов и спешным образом перетащили останки колаба к отыскавшемуся очень быстро озерку. От него осталась чистой от травы лишь небольшая лужица, но трёхметровый шест дна так и не достал.
   - Глубоко! Как раз самое место для этого гада! - со всей натугой пыхтел Коперрульф, подталкивая шестом половинку монстра к чистой воде. Кремон тем временем приподнимал левитацией тяжеленное тело над густой травой.
   - Вряд ли эту мерзость кто-либо искать станет, но чем меньше следов - тем лучше!
   - А через пару недель, - добавил Машанэ, - От этих вонючих кусков и следа не останется. Здесь такие огромные раки живут, что ловить их страшно. Мне кажется, они и чешую бронированную перетравят.
   - А как же раки здесь смогут жить после того, как озеро зарастёт? - удивился колдун. - Им ведь стоячая вода не по вкусу?
   - Конечно! Потому-то они скорей всего и вымрут, или на новое озерко попробуют перебраться. И ведь сами виноваты: поели всю рыбу, вернее их мальков, которая травой питается. Вот озеро и зарастает. Но лишь озеро зарастет, раков не станет. А через год снова рыбка появляется. Ещё через десять лет озеро становится прежним. Пока вновь засилье раков не превозбладает. Опять трава наступает. Круговорот натуралесы...!
  
   Тщательный обыск в землянке и осмотр оружия тоже почти ничего не дал. Лишь в вещевом мешке нашли нечто, что весьма заинтересовало. Но никто не знал и не понял, что именно им попалось в руки. Некая приятно пахнущая и твёрдая субстанция было герметично упакована в некую прозрачную плёнку, напоминающую рыбий пузырь. И по форме выглядела как толстая лепёшка средней величины.
   - Скорей всего - это нечто из продуктов питания. - Коперрульф в подобных вопросах разбирался просто отлично. - Смотрите: одна из них съедена наполовину. Вот - даже следы зубов видны.
   - Возможно - это вещество спрессовано из перемолотых сухофруктов. - Предположил Машанэ. - Я даже готов попробовать для эксперимента....
   - Не стоит! - тут же вмешался Кремон. - Следы зубов и приятный запах - ни в чём не дают уверенности. Да и не к спеху нам срочно выяснять состав и проводить на себе испытания. Вернёмся в Агван, и уж там протектор проведёт полное обследование.
   - Резонно! - дворецкий подправил усы и стал укладывать почищенные от крови колаба стрелы в колчан. - Тогда отдыхайте, а я заступаю на вахту.
   Давать такому опытному ветерану какие-либо наставления Кремон посчитал глупым делом, а потому тут же рухнул на скиданные в углу еловые ветки и заснул молодецким сном. Его дежурство выпадало на самое утро, и за восемь часов сна организм восстановился полностью. И проснулся молодой колдун вовремя, не дожидаясь сигнального подёргивания верёвки, протянутой из "гнезда" в землянку. Имея в запасе ещё несколько минут, он не вставая, проверил отделённым сознанием окружающую местность. Всё было в порядке. Если не считать двух прогуливающихся у дальней опушки волков и замершего на своём посту Машанэ. Но в руках у лесника находился приготовленный лук с наложенной стрелой и левое, более чуткое ухо, направлено в сторону затаившихся хищников. То есть он держал ситуацию под полным контролем.
   Кремон живо вскочил, сделал минутное, но весьма интенсивное разминание пробуждающихся мышц и неслышно выскользнул из землянки. Постоял с минуту, осматриваясь по сторонам и показав жестами леснику, что он знает о наличии ночных визитёров. Дождь уже давно перестал и по небу скользили лишь лохматые клочья рваных облаков, время от времени пропуская вниз разноцветное сияние одной, а то и обеих лун одновременно.
   Наладив ночное зрение, Кремон без труда заметил среди деревьев две поджарые волчьи фигуры и решил их отпугнуть от поляны. Нечего под ногами мешаться и отвлекать внимание. Для этого он создал на каждой руке по угольку, прикрыл их оболочкой невидимости и отправил в сторону незваных гостей. Через минуту жалобный вой огласил окрестности и оба хищника со всей прытью устремились в лес, пытаясь уйти от человеческих запахов как можно дальше и быстрей.
   Машанэ спустился с дерева и одобрительно закивал головой. Старясь говорить шёпотом:
   - Правильно, ты их отсюда спровадил! Всё время крутились и принюхивались. И нападать не нападают - сомневались видимо. И уходить не хотят - кровь учуяли. Да и ездовые животные для волков в такой глуши - цель весьма соблазнительная.
   - Больше ничего подозрительного?
   - Очень издалека послышалось нечто напоминающее визг скира, но ручаться не стану: так ничего и не повторилось.
   - С какой стороны?
   - С того места, где колаба на части рубили. Там ведь тоже крови полно. Может какой скир по следам и направился к озеру. Свежатинки захотелось.
   - Нырять скиры умеют?
   - Умеют! Но только со стрелой в глазу и с камнем на шее....
   Оба одновременно усмехнулись и затем так же дружно зевнули. Что вызвало новые улыбки.
   - Ладно, идите высыпайтесь, - скомандовал Кремон. - Как только забрезжит рассвет я вас разбужу и трогаемся в путь.
   Оставшись один, он ловко вскарабкался на пост и удобно устроился в развилке сходящихся веток. Идущее снизу тепло от животных создавало даже некое подобие обитаемого и многолюдного места жительства. К тому же проснулся Торнадо. Почувствовал присутствие хозяина и вопросительно всхрапнул. В ответ колдун сказал несколько успокаивающих слов и с показной строгостью приказал отсыпаться. Вороной после этого еле слышно фыркнул и больше звуков не подавал. Казалось что вокруг полная безопасность и мирная безмятежность, и Кремон только сосредоточием воли отгонял от себя неожиданно откуда свалившуюся на него сонливость.
   Прошло два часа. Что бы занять свой мозг более интенсивной работой Кремон усиленно принялся размышлять над данной ему два дня назад загадкой. Перебирая разные варианты уже имеющихся решений и предполагая свои поиски ответа в дальнейшем. Но пока так и не смог приблизиться к ответу на вполне безобидный и простой вопрос: "Что такое сон?" Как он не крутил словосочетания и имеющиеся знаниями, конкретного и оригинального ответа найти не удавалось. Получалось, что придётся советоваться по этой загадке со всеми людьми. Может, кто и подскажет или натолкнет на правильное решение. Ведь учитель не запрещал расспросы на стороне, значит надо этим воспользоваться. Ведь не хочется получать дополнительные наказания за неправильный ответ или долгое молчание.
   Именно когда он вспомнил о молчании, со стороны тропы послышались недовольные повизгивания и похрюкивания.
   - Опять эти скиры! - пробормотал себе под нос Кремон, настраивая ночное зрение.
   Очень скоро среди деревьев появилось два силуэта новых визитёров. Но если волки опасались присутствия человека, то скиры ломились напропалую, лишь изредка приседая к земле и принюхиваясь к следам. А когда они уловили запах ездовых животных, то вообще потеряли всякую осторожность. Причем эти две особи были просто невероятных размеров. Даже среди уничтоженной прошлой ночью стаи не было ни одного скира, который бы сравнился с этими своей величиной. Кремон даже не подозревал, что такие экземпляры существуют в природе. Заросшие длинной свалявшейся шерстью спины хищников находились на высоте не менее метра восьмидесяти. А оскаленные пасти легко могли хватать добычу на высоте более двух метров.
   Лошади тоже почувствовали приближение ночных браконьеров, и тревожно зашевелились в шалаше. Даже раздалось обеспокоенное ржание. Буквально через несколько секунд сигнальная верёвка один раз дёрнулась. Видимо спавшие в землянке товарищи проснулись и теперь интересовались раздавшимся шумом. В ответ молодой колдун тоже дернул верёвку один раз. Сигнализируя, что всё под контролем. Помощь не требуется. С ночным зрением сражаться со скирами всегда намного проще, чем обычному человеку. К тому же парень решил испытать своё мастерство во владении луком. Натянул тетиву и достал первую стрелу из тех пяти, что считались самыми тяжелыми, с бронебойными наконечниками. Кроме того, наготове имелся огненный шар, готовый изжарить любого, пусть даже ещё более крупного хищника.
   Скиры вышли на открытое пространство и предстали перед выбором: идти к непонятной норе в земле, откуда доносился слабый человеческий запах, или атаковать огромное сооружение с большим количеством и с сильным ароматом теплокровных животных. Жадность, естественно, победила. Оба зверя устремились к импровизированной конюшне. Да так удобно подошли, что от кончика стрелы до их оскаленных и похрюкивающих от нетерпения пастей расстояние сократилось всего лишь до четырёх метров. Стыдно было бы молодому воину не попасть с такой дистанции. К тому же скиры ещё более упростили задачу притаившемуся охотнику. Один из хищников сразу набросился на стены шалаша, зубами пытаясь перекусить сплетённые ветки и намереваясь растащить сооружение по брёвнышкам. А вот второй уловил таки запах, доносящийся из ветвей и в недоумении уставился туда своим взглядом. Более удобной позиции для стрельбы и желать не приходилось. Тетива щелкнула, и бронированная стрела вонзилась прямо в глаз слишком осторожного хищника. Тот рухнул на брюхо так резко, словно у него одним ударом подрубили длинные конечности. Не издав ни единого хрюканья, визга или ...предсмертного выхлопа. Ничего, в общем! А второй так увлёкся развалом несвойственного дикому лесу сооружения, что не сразу обратил внимание на затихшего напарника. Зато когда обратил, то замер в нехорошем предчувствии и тут же получил свою порцию оперённой смерти. Только вот стрела вошла в глаз совсем под другим углом, и скир умер не моментально. А целую минуту ещё катался по земле и оглашал предутренние окрестности диким визгом. Стрелять повторно не было смысла, поэтому Кремон стойко вытерпел неприятные звуки и дождался, когда возмутитель спокойствия не затихнет в некотором отдалении. А когда это случилось, то и спускаться на землю не стал. Ведь никуда трупы хищников до утра не денутся! И с полным спокойствием продолжил нести предутреннюю вахту.
   Лишь только со стороны востока небо начало светлеть он разбудил своих спутников и весь отряд стал спешно готовиться к обратной дороге. Седлая лошадей и трофейных похасов и закрепляя сумки со снаряжением и оружием. Но когда Машанэ рассмотрел убитых ночью скиров, то прямо захлебнулся от охотничьего восторга:
   - Великаны! Их ещё называют "Парой ночных убийц"! О них ходят легенды, но никто и никогда таких не видел! Видимо тех, кто мог похвастаться такой встречей, скиры съедали. Даже я сомневаюсь, что справился бы с одним из них! А уж тем боле с парой! Посмотрите, какие они древние: наверняка моего возраста! Если не старше....
   - Разве столько скиры живут? - засомневался даже опытный Коперрульф.
   - Конечно, живут! Вернее: жили! - поправился лесник, с ещё большим уважением поглядывая на Эль-Митолана. - Давайте, помогите мне их погрузить на похасов....
   - Да ты что? - воскликнул дворецкий. - Тащить огромные туши в такую даль собрался?
   - Обязательно! Не пытайся меня отговаривать. Такие трофеи не бросают! И не спорьте со мной. Если боитесь задержки, езжайте вперёд, а я с похасами если и отстану, то не далеко.
   Он с удвоенной энергией потащил неподъёмную тушу за задние ноги к шалашу. Крякнув с досады, дворецкий к нему присоединился. А вот Кремон продолжал тщательно обследовать окружающие кроны и, в конце концов, отыскал тех, кого искал:
   - А вон и наши друзья-болары! Спин! Спин! Лети сюда! У нас есть для вас угощение! Спин! Сюда! Сюда!
   Машанэ сразу сообразил, о каком угощении говорил колдун и быстро отрубил мёртвым скирам ноги в пределах двух суглобов над копытами. Они всё равно к шкуре не прилагались и подлежали закапыванию. А для кормёжки летающих растений были вполне пригодны.
   Зелёные шары зашевелились на ветках, затем слетели с них, но первым к людям всё-таки приблизился Спин. Лишь после того как две ноги скрылись у него под верхней сферой, он весьма громко и довольно заворковал, и его товарищи уже без излишних церемоний опустились вниз и приняли свои порции угощенья.
   - Ну вот, наш разведывательный авангард накормлен, и боевой отряд может отправляться в путь! - воскликнул Кремон. При этом он помогал левитацией водрузить почти двухсоткилограммовые туши обезвреженных им скиров, на просевших от такой тяжести ездовых похасов.
   Довольный Машанэ сноровисто закрепил груз, а господин дворецкий вполне по-молодецки вскочил на свою лошадь. И привычным жестом разгладил свои усищи:
   - Только вот отряд наш увеличился просто до невероятности. Теперь в нашей команде сразу семь единиц. И каждого надо поставить на довольствие.
   - Намекаете, что тётушка Анна будет возражать против новых постояльцев в замке? - засмеялся Кремон.
   - Вряд ли болары когда-нибудь захотят там жить. Но вот продукты для них придётся подвозить....
   - Пусть эти вопросы решает протектор! - отмахнулся молодой колдун. - Мне не до этого: ещё чуть ли не год учиться, учиться и ...снова учиться!
   Услышав явное сожаление в голосе парня, дворецкий коротко хохотнул:
   - Ха! А ты бы хотел всё время по лесам приключения отыскивать!
   - А почему бы и нет? Раздолье, красота, природа, свобода....
   - Ага! И никто тобой не командует, - в тон ему продолжил Коперрульф. - И не заставляют тренироваться и заучивать сложные формулы....
   - Конечно! - Кремон тронул своего вороного и возглавил растянувшийся цепочкой отряд. - Я вот уже прикидываю, что нам встретится на пути в Гиблые Топи?
   На что дворецкий сразу посерьёзнел и тяжело вздохнув, добавил:
   - Уверен: ничего хорошего!
  
   Несмотря на перегруженных, и оттого медленно идущих похасов, отряд уже к обеду вышел из Полнорецкого леса. Такому скорому продвижению способствовала и установившаяся хорошая погода. Хотя местами лесные тропы превратились в жидкую кашицу, а многие места приходилось обходить стороной.
   Но лишь только наездники выехали на открытую равнину, как с огромной высоты прямо перед ними опустились взволнованные болары. И опять Спин стал указывать корнями по направлению их пути. И только тогда все присмотрелись: далеко впереди, на самом горизонте заметили высокий, уходящий в безоблачное небо столб дыма.
   - Это - Форт! - испуганно выдохнул Машанэ.
   А молодой колдун уже неестественно застыл в седле и скользил отделённым сознанием намного быстрей, чем могли передвигаться в пространстве самые быстроходные создания.
  
  
  

ЧАСТЬ ДЕСЯТАЯ

   Коперрульф тут же посоветовал Машанэ двигаться к Форту со всей возможной для похасов скоростью.
   - Мы тебя и так позже перегоним! - крикнул он удаляющемуся леснику уже в спину. Затем с надеждой взглянул на лицо молодого попутчика, словно пытаясь прочесть по нему, какая напасть их ждёт ещё впереди. Хотелось тоже мчаться вперёд, к Форту, но вот оставлять колдуна в таком состоянии одного воспрещалось самым строжайшим образом. Хлеби Избавляющий особенно настаивал на данном моменте. Тело любого Эль-Митолана в период отсутствующего сознания становилось лёгкой добычей даже малосведущего в ратном деле преступника. Так что приходилось терпеливо ждать и внимательно присматриваться в то же время ко всему, что находилось в пределах видимости.
   Болары тоже разделились: один полетел в сторону Форта, один стал поднимать вверх и быстро превратился в маленькую точку, а двое присели на верхние ветви самого близкого дерева.
   - И мечтать не смел о таких дозорных! - бормотал негромко Коперрульф. - А если ещё и речь их научиться понимать? Ведь получится лучшая в мире разведка! Хм! А ведь они ещё и Лирну поднимали.... Значит, лишь простое вознесение наблюдателя на нужную высоту может обеспечить предварительный обзор самых удалённых местностей. А значит, есть уникальная возможность заранее и с уверенностью выведать любую дислокацию противника! Почему же за сотни лет никто до такого не додумался? А если их ещё и вооружить....
   Не смотря на создавшуюся неясную обстановку в Форте, Коперрульф прямо-таки затрясся от возбуждения обдумывая предполагаемые возможности использования летающих растений. Поэтому сразу не заметил, как Кремон вернулся в своё раскрасневшееся тело. И лишь резко повернулся на раздавшийся голос:
   - Кого вооружить?
   - Боларов, для прикрытия сверху. - Но дворецкого больше интересовала причина, из-за которой в небе стоял столб дыма: - Что там, в Форте творится?
   Колдун сделал несколько глотков из фляги и попытался улыбнуться:
   - Да вроде ничего страшного. Лишь один сарай у них выгорел наполовину. Тушить его уже почти закончили. Но дым оттуда продолжает подниматься. Кажется, у них там смазочные материалы хранились или нечто подобное, потому так небо и закоптили.
   - Уф! - вздохнул Коперрульф с облегчением. - Значит наше присутствие там необязательно?
   Раньше они договаривались с Машанэ, что расстанутся именно на этом месте, намереваясь добраться до Агвана ещё засветло. А лесник мог и сам спокойно доехать до своего Форта. Но теперь Кремон решил немного промчаться. Отвязав запасную лошадь с поклажей и бросив повод своему спутнику, он крикнул:
   - Догоню Машанэ, успокою, и встретимся возле Клаковской гущи!
   - Хорошо! - уже вдогонку крикнул колдуну Коперрульф, сильно сомневаясь, что тот его услышит. А затем с удивлением стал наблюдать, как сидящие на ветках болары сорвались вниз и, набирая скорость, устремились за Кремоном. Зависшая над головой точка тоже стала смещаться по направлению к Форту.
   - Странно! - чуть ли не обиделся дворецкий, обращаясь к своей лошади. - А я думал: они нас всех охраняют. Оказывается - только одного. Может им мои усы не понравились?
   Полночь отвечать и не подумала, а лишь требовательно ударила копытом по земле. Намекая, что в дороге хорошо, а дома лучше и поторапливая своего хозяину скорей пуститься в путь. Что тот и сделал, хотя сомнения терзали основательно: ведь отряд разбился по одиночке. И в таком случае о взаимовыручке не может быть и речи. А вдруг встреча возле Клаковской гущи не состоится? Кого тогда винить в распылении сил?
   Но опасения дворецкого оказались напрасными. Ещё издали он увидел сидящего на камне Кремона и пасущегося рядом Торнадо. А также всех четырёх боларов, рассевшихся на первых, немного стоящих в стороне от гущи деревьях.
   Скорей даже колдун переживал за отставного капитана:
   - Ещё минут десять, и я собирался скакать вам навстречу! Или вас что-то задержало?
   - Просто не ожидал, что ты такой прыткий. Машанэ успокоился после сообщения?
   - Конечно, а то мог загнать несчастных перегруженных похасов. Напомнил, что бы мы его ждали на днях в гости с охотничьими трофеями, лесными и речными дарами.
   - Привал для обеда делаем?
   - Времени жалко. Давайте на ходу перекусим, а уже в замке полностью наверстаем упущенное за ужином,
   После своего предложения Кремон подозвал вороного и привязал к седлу запасную лошадь. Затем оба путника быстро достали из перемётных сумм свои съестные запасы и двинулись в тень смыкающихся над ними деревьев. Не забывая прикрываться щитом магической невидимости и внимательно присматриваться к окружающему лесу. Попутно возобновив разговор об удивительных возможностях, которые открываются перед людьми впоследствии налаживания контактов с боларами. Совсем при этом, не подгоняя своих лошадей, которые и так спешили скорее добраться до дома и отдохнуть в родной конюшне.
  
   Вот только задержка одна в пути всё-таки произошла. И случилось это, когда путники уже выехали на Паласиев луг и увидели несколько наспех сколоченных деревянных домов у подножия того самого холма, где протектор вознамерился построить дозорную башню. Временный лагерь строителей возводился завораживающими темпами. Стук топоров перекрывался визгом пил и ухающими ударами огромных кувалд установленных в две специальные рамы. С их помощью возводили невысокий частокол вокруг лагеря. Дым костров, запах готовящейся пищи и звуки, издаваемые обеспокоенными животными, после диких и безлюдных лесных пространств вызвали у путников непроизвольные и радостные улыбки. А когда они рассмотрели спешащего к ним всадника, то понимающе переглянулись: их явно ждали. И тронули коней навстречу протектору Агвана.
   Хлеби, после приветствия начал с вопроса:
   - Горячие новости имеете?
   Спрашивал он в первую очередь Коперрульфа и с небольшим удивлением заметил, что тот посмотрел на Кремона. Давая тому право отчитаться как неформальному командиру мини отряда.
   - Срочного ничего нет, можем рассказывать не спеша....
   - Тогда поехали на часик в лагерь! - скомандовал старший Эль-Митолан, разворачивая своего коня. - Решил я попробовать объединить наши усилия и прорваться сквозь вязкие породы к центру этого странного холма. Силёнки нигде по дороге растратил?
   - Полный боевой комплект! - похвастался парень, подмаргивая при этом дворецкому. - На обратном пути только и утруждали себя разговорами....
   - А по дороге туда?
   - Немного пришлось поохотиться.
   - Это уже интересней! - воскликнул Хлеби и, пуская Смелого в галоп, бросил через плечо: - Тогда поспешим! А по дороге в замок вы мне всё расскажете!
   Они подскакали к самой подошве круто вздымающегося холма и спешились. Затем оба Эль-Митолана передали лошадей в руки дворецкого, подошли к расстеленной в густой траве накидке и старший блаженно улёгся на неё.
   - Уже два часа вас здесь жду. Наслаждаюсь покоем и красотой. Даже подремал немного. А вчера именно здесь нащупал самое прозрачное место для входа. И решил добавить твою магию к своей.
   - Что-то просматривается интересное? - загорелись глаза у Кремона.
   - Не знаю. Таких холмов есть много и ничего в них не нашли. Только сплошную и очень вязкую породу. Лишь один на юге имел несколько совершенно пустых и непонятно как созданных помещений. Ведь снаружи в них никогда не было входа.
   - Разве такое возможно?
   - Тем не менее! Вот потому то и здесь надо проверить. Готов передать энергию?
   - Да.... Уже готов.
   - И ...раз!
   Кремон моментально отдал всю магическую силу и уже через момент смотрел в остекленевшие зрачки лежащего учителя. Затем чуть привстал и махнул Коперрульфу, жестами показывая, что всё в порядке. И лишь затем присел рядом и стал ждать "возвращения" своего наставника из толщи странного холма.
   Ждать пришлось долго, минут сорок. Как ни странно, опытный колдун тоже перегрелся просто неимоверно при возвращении в своё тело. Вся кожа буквально стала багровой от вскипающей крови. Поэтому молодой колдун, не задумываясь, потратил опять всю свою чуть подсобранную энергию и пропитал одежду своего наставника толстой коркой льда. Который тут же, чуть ли не с шипением стал плавиться и испаряться. Но Хлеби моргнул глазами с явным облегчением и даже высказал похвалу пересохшим горлом:
   - Молодец - сообразил! Вот уж вязкая порода: и войти трудно, и выйти - сплошное мучение.... Все силы наши потратил....
   - Ведь должно было на два часа хватить?
   - И хватило бы, в нормальном режиме. Но только не в этих "дуросовых наплывах".
   Вставляя в протянутую руку, заранее приготовленную флягу с водой, Кремон спросил с сочувствием:
   - Может, не стоило так глубоко забираться?
   - Да нет, стоило! - протектор с хрустом ломающегося льда уселся и плеснул себе на голову прямо из фляги. - Есть и здесь помещения. Но тоже пустые! И тоже без малейшего следа выхода. А глубоко вниз прорываться - так это никаких сил не хватит. Разве только позже, когда Эль-Митоланов соберётся с десяток.
   - Ого! Где же их столько набрать?
   - Вот именно! Может потом, когда-нибудь.... Но башню можно строить наверху холма и постепенно бурить штольню в те самые пустые помещения....
   - За месяц справятся с бурением? - спросил парень, помогая своему учителю подняться на ноги и подхватывая из травы накидку.
   - Месяц?! Да хорошо если за два сделают колодец. Ведь эта порода именно за свою вредность называется "дуросовые наплывы". Самое вязкое, мерзкое и тяжёлое вещество для проходки. Шахтёры такие места просто обходят или вообще прекращают добычу, если дуросовые наплывы преобладают. Не слышал разве?
   - Да я как-то геологией не очень увлекался....
   - Наверстаем! - твёрдо пообещал наставник и скомандовал: - По коням! Тётушка Анна наверняка угостит нас хотя бы чаем горячим....
   Коперрульф так и замер после этих слов. Но тут же переспросил:
   - Чаем? Тётушка Анна?
   - Что, не ожидал от неё такой щедрости и заботы?! - Рассмеялся старший Эль-Митолан, срываясь в галоп первым. Коперрульф понял, что над ними шутят, но продолжил в том же духе:
   - И стоило нам отказываться от обеда в гостеприимном Форте?
   - Да и чай мы себе можем, чуть ли не на ходу вскипятить! - Кремон хлопнул ладонью по перемётной суме и бросился догонять своих наставников.
   Хлеби лишь на несколько минут сделал остановку возле лагеря строителей и дал указание расчищать место для башни на самой верхушке холма. Там уже днём произвели разметку и вбили колышки, обозначившие строительство. Так же имелся чертёж транспортной ленты, с помощью которой собирались подавать наверх весьма высокой и крутой возвышенности строительные блоки, растворы, да и всё остальное. Механический привод транспортера должны были вращать попеременно четыре тройки гужевых похасов. А по самому пологому склону планировалось проложить петляющую зигзагами дорогу. Даже по самым скромным меркам, башня в будущем могла считаться неприступной. А уж если она разрастётся до размеров солидного замка....
  
   Пока три всадника доехали до Агвана, протектор полностью ознакомился с мельчайшими подробностями путешествия. Ну, разве что ему лишь вскользь упомянули о размерах скиров заманенных в ловушку и явно преуменьшили величину парочки "ночных убийц". Зачем хвастаться тем, что ещё неизвестно когда доставят в замок? Но Хлеби как раз меньше всего на данный момент интересовали дикие животные. А вот колаб, сидящий в засаде и пара вышколенных воинов, его разволновали не на шутку:
   - И откуда эти гады в лесу берутся? - недоумевал он. - Ладно - люди! Но колабы?! Откуда они проходят в те дикие места? Вы себе и близко не представляете: каким предательством там может попахивать. К тому же мы до сих пор и приблизительно не знаем конечную цель их поиска.
   И уже выходя из конюшни, решительно добавил:
   - Придётся в лагере строителей держать постоянно несколько хорошо обученных воинов. Да и с Лиода небольшой отряд потребую. Лучше заранее устроить несколько засад и ловушек, чем потом гоняться за недобитками по всем лесам и горам.
   - Не мешало бы укрепить взаимовыгодное сотрудничество с боларами, - напомнил Коперрульф. Лично его подобные перспективы интересовали гораздо больше, чем создание вокруг посёлка нескольких крепостей. Да и Хлеби понимал важность и приоритет в налаживании контакта с летающими растениями.
   - Но ведь мы не можем разорваться и одновременно заниматься несколькими делами. Вот дождёмся Сонного из Плады, может ещё кто-нибудь с ним приедет. Но говоришь, что эти шарики, только за Кремоном и летали? - он осмотрел своего ученика с некоторым удивлением, и хмыкнул в недоумении. - Ну, коли так, то дам я ему один час ещё после обеда, вместо отдыха. Сам договаривайся с Лирной, бери себе в помощь кого хочешь, и пробуй с ними подружиться и понять: чего они хотят и почему именно от тебя.
   - Отлично! - обрадовался Кремон. - Я ещё и час обеда на это дело пущу: ведь во время совместной трапезы быстрей можно подружиться.
   Оба наставника только крякнули одновременно от такой постановки вопроса. Но старший Эль-Митолан не стал менять своё разрешение. Пусть уж парень использует это время по своему усмотрению. Он только ворчливо добавил:
   - И мне докладывать о каждом интересном случае!
   - Понял.
   - Потому как за эти дни ты должен ещё и наверстать упущенное в учебной программе. Что загрустил? Не вижу радости на лице! Понравилось по лесам прогуливаться? Тогда я тебе дам персональное задание завтра утром. Или сегодняшним вечером. Справишься - засчитаю тебе первую боевую сессию. А после этого положена неделя каникул.
   Дворецкий еле сдержал улыбку и постарался остаться серьёзным. Он прекрасно понял, что Хлеби выдумает, или скорей всего уже придумал, такое задание, что молодой колдун с ним и за месяц не справится. Но вслух как бы засомневался в целесообразности таких поблажек со стороны своего работодателя:
   - Каникулы - это хорошо. Но пять дней - слишком много. В наши времена давали только три.
   - Вот потому ты и стал маршалом моего протектората!
   - А когда мы в Гиблые Топи отправляемся? - осторожно спросил Кремон.
   Протектор молчал в ответ до тех пор, пока они не вошли в замок и не остановились в коридоре между жилыми комнатами. И лишь затем пожал плечами:
   - Пока - выждем пару дней. И только потом, когда я подстрахуюсь во всех направлениях, решим: как поступать дальше!
   У стремящихся в свои комнаты совершить омовение выражение лиц было разным: Коперрульф выглядел успокоенным, а вот молодой колдун - явно разочарованным. Прекрасно видимо осознавая, что с завтрашнего утра для него начнутся изнурительные учебные будни.
  
  
  

КОРОТКАЯ СЕССИЯ

   Но изнурительные будни начались не с утра, а в тот же день, сразу после ужина. Ещё за столом Хлеби предупредил ученика, что бы он постарался сохранить ловкость для тренировок с Истуконом. Чем вызвал у домоправительницы такое возмущение, что она выскочила из-за стола и демонстративно ушла на кухню. Пытаясь сдержать себя от резких высказываний в адрес племянника. Ещё бы: на столе стояло столько блюд, что казалось: некто должен был приехать их голодного края после месяца утомительного пути.
   Сам хозяин замка видимо совсем не был голоден, так как тоже встал после тётушки и отправился в свой кабинет. Не забыв конечно предупредить:
   - Вернусь через десять минут, и идём в тренажёрный зал!
   За столом осталось только трое. И вот тут Мальвика заговорила заговорщеским шёпотом:
   - Если хочешь, я тебе десерт с кухни прямо в комнату принесу. Там его столько наготовили!
   - М-да? - Кремон хоть и удивился подобному предложению, но возможность сытно поесть перед сном сладкого показалась ему заманчивой. - А разве тебе разрешат взять?
   - Да сколько угодно! Мне сейчас всё можно.
   - Как это? - удивился Коперрульф. - Разве у тебя каникулы? Ведь протектор обещал тебя завалить заданиями по общеобразовательной системе.
   - И завалил! - весело засмеялась девушка. - Да так завалил, что тётушка Анна с ним вчера ругаться начала, думала, что я не услышу. Но дедушка и ей выписал и приказал строго следить за исполнением каждого пункта.
   - И чего же ты радуешься? - недоумевал Кремон.
   - На каждый день дедушка мне расписал уроки и сказал: выполнишь и выучишь - значит, остальное время можешь делать что хочешь. "Хоть на голове ходи!" На две недели мне список составил. Как он сказал: "с возрастающей нагрузкой". А мне что! Я за час справляюсь!
   - Ха! Не может быть! - не поверил Коперрульф.
   - Дедушка тоже не поверил, когда увидел меня в конюшне, - стала откровенно хвастаться Мальвика. - И решил меня проверить. А у меня всё выполнено и выучено! Вот так! И сегодня - то же самое! Он опять проверял. А потом долго читал составленный им список и щипал себя за подбородок....
   - Ага! Вот ты какая шустрая оказалась! - понимающе заулыбался дворецкий. - Знания сами просятся в твою головку! А ...дедушку, значит, поймала на слове? Повезло.... На две недели! Потому как потом он тебе такую программу напишет!
   - Ерунда! - Мальвика беззаботно повела плечиком. - Когда напишет, тогда и буду переживать. А сейчас у меня масса свободного времени. Мало того, - она нагнулась над столом и заговорила ещё тише, - Я сегодня после обеда и всю программу на завтра выучила. Осталось сделать только письменное задание.
   Кремон после этих слов понимающе и скорбно закивал головой:
   - А мне вот видимо, и вздохнуть некогда будет.... Хорошо хоть час после, да час обеда смогу потратить на эксперименты с боларами.
   После этих слов девушка просительно сложила ладошки и попросила;
   - Возьми и меня с собой, пожалуйста!
   И сделала это таким детским голосом, что парень сразу вспомнил о своих подружках детства, дочерях дяди Кралси. Когда они его так просили, он не мог им отказать даже в тех случаях, когда знал, что ему здорово влетит. Вот и сейчас воспоминания из юности и детства так на него нахлынули, что даже уродливо искривлённый нос и страшное косоглазие девушки не развеяли иллюзию чего-то своего и родного. Парень только растерянно взглянул на отставного капитана, но по взгляду понял, что тот полностью на стороне сиротки. Да ещё и добавил:
   - Лови наставника на слове: он ведь тебе разрешил брать себе в помощь, кого посчитаешь нужным. Значит - всё зависит только от тебя.
   Молодой колдун решительно выдохнул и краем глаза заметил движение на лестнице ведущей на верхний этаж. Поэтому тоже заговорщески понизил голос:
   - Хорошо. Но нам надо будет оговорить некоторые подробности. Я тебе дам во время завтрака несколько заданий.
   От слов Кремона щёки у Мальвики так и зарделись от удовольствия, и она для охлаждения приложила к ним ладошки. Тем временем хозяин замка даже не удосужился остановиться, а так и прошёл в сторону внутренних помещений. Скомандовав:
   - Кремон, за мной. А вы, господин дворецкий можете отдыхать. Завтра в пять утра вам предстоит провести занятие с полной боевой выкладкой. И постарайтесь отбросить лишнюю мягкотелость, проявляйте побольше фантазии в деле наставничества.
   - А как же: с завтрашнего дня никаких поблажек! - твёрдо и громко пообещал дворецкий, протягивая руку к большой вазе с жареными грибами и заговорщески подмаргивая довольно улыбающейся девушке. В сторону обижено обернувшегося Кремона, он даже не посмотрел. Как бы давая понять: боевые приключения - это одно, а вот курс молодого Эль-Митолана - совсем другое!
  
   В тренировочном зале сразу бросались в глаза некоторые усовершенствования. И без того опасный Истукон превратился в нечто шипасто-колюче-дробильное. Полумеханическое чудовище даже в недвижимом состоянии вызывало справедливые опасения любого воина в здравом уме. А уж когда оно заработало, да ещё стало на полную силу выпускать, размахивать, колоть, рубить и хлестать всеми видами своего оружия, то Кремон лишь нервно рассмеялся и с недоверием попытался заглянуть в прищуренные глаза своего наставника:
   - С таким чудовищем может справиться лишь колаб в боевой трансформации!
   - А ты?
   - Ха! Могу и я! Но только длинным и тяжёлым копьём. Или применю свои умения Эль-Митолана.
   - А мечами?
   Молодой колдун от этого вопроса так округлил глаза, что его наставник не сдержался и рассмеялся:
   - Да ты никак испугался деревянного чурбана?!
   Кремон от такого обвинения разозлился, хоть и постарался высказаться как можно тактичней:
   - Вы, конечно, извините, но ведь любая тренировка должна основываться на реальных возможностях человека. И вы вряд ли найдёте мастера, который сумеет нанести по корпусу этого, хм, "чурбана" хоть один прицельный удар!
   - Не найду?
   - Вообще-то..., разве что самоубийцу. Тот хоть один удар, да нанесёт.
   Хлеби нарочито вздохнул и подошёл к стойке с оружием. Не спеша, выбрал себе два меча и сделал с ними с десяток разминочных упражнений. А затем встал в боевую позицию перед вращающимся Истуконом.
   - Ты помнишь, как я наносил удары в самый первый раз?
   - Помню....
   Ученик смотрел на учителя с таким недоверием, словно тот собрался, как минимум проглотить оба меча. В то же время, прокручивая в мозгу несколько предположений и догадок. Самой верной среди них подсказывала, что сейчас произойдёт какой-нибудь розыгрыш. Или банальная шутка.
   - Так вот: я нанесу удары в то же самое место.
   В тот же момент Хлеби нырнул в водоворот мелькающих лезвий и шуршащих цепей и изогнулся в нём словно бестелесная струйка дыма. Затем молниеносный отскок, а на деревянном стволе остались две свежие зарубки. Кремон как стоял с мыслями о розыгрыше, так и остался в той же плоскости мышления. Не сообразив, а главное, конкретно не заметив - что же всё-таки произошло. И на вопросительный взгляд своего учителя ответил совершеннейший бред:
   - Мне кажется, там уже были две зарубки от мечей....
   Хозяин замка и не подумал спорить. Лишь с невозмутимым видом вернулся в исходную позицию. Резко дёрнулся вперёд, превращаясь опять в размытую тень, а через мгновенье вновь уже стоял вне пределов лязгающего оружия Истукона и хлещущих в трёх уровнях цепей. А на прочной древесине появилось ещё две отметки, почти аналогичные предыдущим.
   Теперь молодой колдун медленным шагом перешёл на другую сторону и стал тщательно присматриваться к механическому монстру. Время от времени с недоверием оглядываясь на учителя. Затем всё-таки не выдержал и признался:
   - Мне кажется, вы применили магию....
   Вместо ответа наставник указал остриём меча на висящий на краю стойки с оружием белый платок. Тот самый, который менял цвет, если рядом кто-то совершал хоть малейшие колдовские действия. Парень не поверил своим глазам, подошёл и даже пощупал ткань. Затем опять вернулся на прежнее место и попросил:
   - А можно ещё раз?
   - Запросто!
   И снова вязь почти незаметных движений величайшего мастера и третья пара отметин украсила древесину Истукона. После этого наставник отложил мечи на место и стал давать указания:
   - Надевай шлем, кольчугу и лёгкие латы. Без них ранение может оказаться слишком глубоким. И начинаем тренировку. Раз я могу с ним сражаться, значит и мой ученик должен достигнуть таких же успехов. Правильно я говорю?
   - Правильно, - без воодушевления и с тяжёлым вздохом подтвердил Кремон и одел через голову тяжёлую вязь кольчуги. - Только вот вы чуть ли не сорок лет с Истуконом тренировались, а меня за год научить пытаетесь....
   - За год?! - гневно воскликнул Хлеби. - Позор! Да с такой бесчувственной машиной любой боец должен за месяц справляться! А он: "За год...." Шевелись! Готов? Тогда вперёд! Давай, давай! Или его пересмотреть хочешь? А зря! Он твоих взглядов не боится. Только мечом! Ну! Вот...! Да что ж ты так? Я ведь предупреждал о вреде пресыщения за столом.....
   А его ученик вертелся волчком от боли: верхняя цепь хоть и кончиком, но всё-таки достала до головы в районе правого уха. И если бы не шлём, то и оторвала бы слуховой аппарат с мясом.
   - Хватит подпрыгивать от удовольствия! - продолжались нестись команды. - Поправил шлём, хорошо. На позицию! Пошёл! Не стоять! Атакуй!
   Через полчаса наставник установил скорость вращения Истукона на минимальную и стал показывать Кремону каждое движение, каждое напряжение мускулов и каждое дыхание. Затем опять заставил атаковать.
   В какой-то момент оба колдуна с удивлением обнаружили на лавочке для отдыха в глубине зала притаившуюся Мальвику. Та сидела, словно мышка и издалека её косоглазие было совершенно незаметно. Зато сами глазки так блестели от азарта и переживаний, что наставник решил не обращать на девушку больше внимания, а его ученик непроизвольно улыбнулся. Почувствовав, как в душе что-то приятно шевельнулось от такой бесхитростной, но откровенной поддержки.
   В конце третьего часа протектор соизволил дать отбой. Глядя, как ученик снимает с себя изрубленные и погнутые доспехи, он постарался в свой голос вложить как можно больше грусти и соболезнования:
   - Весьма жалкое зрелище.... Всё тело исцарапано, три резаные раны, одна колотая.... Чуть без ушей не остался и даже ногу умудрился подвернуть. А мне почему-то думалось, что Истукон для тебя - будет как лёгкая забава.
   Кремону не хватило сил, что бы возмутиться от такого издевательства, поэтому он только обречённо махнул рукой. Мол, совесть надо иметь! А Хлеби продолжал:
   - Между прочим: победишь Истукона - засчитаю для тебя первую сессию. Соответственно - получишь пять дней каникул. С выходным - получается целая неделя. Будешь делать что хочешь: плавать, загорать, путешествовать....
   - А если каникулы я заслужу зимой?
   Словно не заметив ядовитого сарказма в вопросе своего ученика, наставник воскликнул с воодушевлением:
   - Тоже прекрасно! Будешь кататься на лыжах, купаться в проруби, путешествовать....
   - И что же будет считаться победой?
   - Вот этот конкретный вопрос, меня радует. - Хозяин замка прошёлся несколько раз перед замершим механическим тренажёром и затем дотронулся до того места, где сам лично оставлял отметки мечами. - Для победы надо перерубить Истукона совсем. Легче всего это сделать именно в этом месте. Когда от него останется только нижняя половина, тебе уже легче будет повредить до основания и вывести из строя всё оставшееся вооружение. То есть: оставляешь от Истукона голый пенёк и зовёшь меня со словами: "Учитель! Взгляните на моё достижение. И на завтрак можете меня не ждать. Отправляюсь в путешествие...." Ну, или там, на лыжах кататься. Выбор будет полностью за тобой....
   - Вот спасибо.... - Тянул заунывным голосом Кремон и мотал головой от явного разочарования. - Если бы я раньше знал, что сессии у вас сдаются так легко и беззаботно....
   - Не стоит благодарить преждевременно, - Хлеби по-барски отмахнулся и направился к выходу. - Говорят - это плохая примета. - И уже в дверях добавил: - Ты сначала Истукона порубай...!
   После ухода наставника Мальвика подскочила к пирамиде с оружием, ухватила короткий и легкий меч и с залихватскими выкриками принялась кромсать застывшее чудовище. От её ударов на древесине появлялись лишь еле видимые царапины, но и это её воодушевило:
   - Я тебе буду помогать: пока ты спишь или чем-то другим занимаешься. И никто не узнает! Хочешь?
   Кремон от её детского предложения засмеялся:
   - Хочу! Но не надо, мне самому придётся, без всякой помощи это сделать....
   - А у тебя получится! - с полной уверенностью воскликнула девушка. - Я видела: не хуже чем у дедушки получается. Три раза меч лишь чуть-чуть до дерева не достал.
   - Да-а, - протянул парень, вешая шлём на стенной штырь - Три раза - это очень много!
   - Ничего, с твоими мускулами ты любого Истукона порубаешь! Только питаться тебе надо хорошо, усиленно!
   Проскользнувшие в голосе Мальвики интонации так сильно походили на интонации домоправительницы, что Кремон не сдержался и улыбнулся. А девчушка продолжала:
   - Пойдём быстрей! Я тебе в комнату принесла всякой всячины. И сметанник, и сырник и твой любимый вишнёвый мармелад.
   - Да ты что? А мармелад откуда?
   - Так ведь ещё утром три телеги из Лиода прибыло.
   - Значит староста Берки уже в Агване?
   - Не знаю.... А как он выглядит?
   - Неважно. Но как же тебе тётушка Анна дала мармелад?
   - Так ведь специально для тебя!
   И столько в тоне девчонки было непосредственности и доброты, что молодой колдун понял: Мальвика и домоправительница в вопросах питания остальных обитателей замка нашли полное взаимопонимание. Несмотря на почти шестидесятилетнюю разницу в возрасте. Сговорились! Что с одной стороны и неплохо: теперь достаточно послать Мальвику с любой просьбой на кухню и отказа ей не будет. Любой бутерброд можно заказать чуть ли не на ходу.
   В таких раздумьях Кремон дошёл дл своей комнаты и почти не удивился, когда девушка вошла вместе с ним. Указывая при этом на две большие вазы с кусками тортов, запеканки и печенья:
   - Смотри, сколько я всего тебе нанесла!
   Она по-хозяйски, с разбегу уселась на его кровать, и это парню почему-то не понравилось. И он высказал своё удивление вслух.
   - А как ты вошла в мою комнату?
   - Нормально! Как всегда! - не задумываясь, ответила та.
   - Что значит: как всегда? Ты здесь часто бываешь?
   Уж после такого строгого вопроса до Мальвики дошло, что она делает что-то не так. Но до конца она ещё не осознала своей ошибки:
   - А что, нельзя?
   - Хм! Видишь ли, это - моя комната. И без моего разрешения в неё заходит нельзя. Ты ведь не пойдёшь в комнату дедушки? Тем более без его разрешения?
   - Так ведь то дедушка, - продолжала недоумевать девушка. - А мы с тобой совсем другое дело. Или у тебя какие-то проблемы?
   Но Кремон не сдавался, хоть уже и хотел оставить всё как есть:
   - Хорошо! Значит, получается, что и я в твою комнату могу заходить, когда мне вздумается?
   Мальвика в задумчивости почесала свой смотрящий в сторону нос, а её глазки вообще сошлись под странным углом. Но суть вопроса наконец-то она уловила:
   - Не-е! Ко мне нельзя....
   - Почему? Тебе можно. И мне тоже!
   - Не-е.... Ко мне нельзя, - и тут же, совсем непоследовательно добавила: - А вот к тебе, можно!
   - Вот чудо наивное! - с тяжёлым вздохом проговорил Кремон в сторону. - Ладно, я валюсь спать. Вернее в душ, потом ем, потом спать.
   - Я тебя подожду! - обрадовалась девушка. - А пока ты будешь есть, что-нибудь расскажу интересное.
   - После душа я, - Кремон каждое слово старался выделить, словно говорил для особо отсталых детей: - Выхожу - голый! И ем - голый! И ложусь спать - тоже голый.
   Возникал пауза, во время которой парень пальцами указывал на свою грязную, кое-где заляпанную кровью одежду, а Мальвика смотрела неизвестно куда и на что. Так её бедные глазки не могли зафиксироваться на одном месте. Но вдруг она нахмурилась, шумно фыркнула, вскочила с кровати и чуть ли не с обидой выбежала из комнаты. Помотав возмущённо головой, Кремон стал быстро раздеваться, отгоняя от себя назойливые мысли:
   "Может и зря согласился её завтра взять? Скорей всего от неё лишь морока будет да неприятности всякие. Только не хватало мне, что бы дети под ногами путались! Как это я так сплоховал? Что-то у неё с воображением и с соображением не в порядке. Да и полные иногда пробелы в воспитании наружу выпирают.... Как это она задания выполняет? Надо будет глянуть: похоже, наставник ей в день по одному примеру задал! Типа: два плюс два. Вот она за час его решает и.... Ха! Конечно, свободна! Мне бы так! А то протектор эти два дня только и делал, что с Истуконом тренировался, а теперь из меня инвалида хочет сделать. Надо же: дать такое нереальное задание! - уже в душевой он с сожалением осмотрел свое пострадавшее тело, потрогал саднящие синяки и бережно погладил распухшее, до сих пор звенящее ухо. Болезненно поморщившись, подморгнул своему отражению: - Хочешь на каникулы? Вижу, что хочешь! Тогда готовь лыжи летом и закаляйся для купания в проруби. Раньше тебе вряд ли удастся сдать сессию.... Вообще-то: ведь можно и до лета следующего дотянуть...."
  
   Ещё до рассвета Кремон в полной экипировке обливался потом, выполняя указания Коперрульфа. Отставной капитан действительно показал себя человеком с богатой и разнообразной фантазией. Уж какие он только вводные не давал молодому колдуну. Хотя и сам в душе удивлялся, что воин хоть со стонами, но всё выполняет. Когда стало светать, Кремону поступила команда бросить меч и щит, водрузить на плечо трёх метровый столб двадцати сантиметров в диаметре и бегом отправиться в поле перед замком. Сам дворецкий бежал рядом, в лёгкой одежде и явно бравируя помахивал весьма острой лопатой. Забежали недалеко, метров за сто.
   - Бросай ствол! Вот в этом месте копай яму! Полметра глубиной! Интенсивней! Без стеснения! И не бойся: если какого-то червячка разрежешь - представляй, что это твой смертельный враг колаб! Идёт на тебя в атаку. Вот! Уже лучше! Но всё равно, неуклюже у тебя получается копание.
   Молодой колдун с трудом сдержал возмущённое мычание. Боевые доспехи явно не способствовали труду крестьянина-огородника, но попробуй об этом напомнить вслух. Дворецкий наверняка лишь удивится, а затем заставить копать рядом новую ямку.
   - Отлично! Теперь вставляй столб и плотно его утрамбовывай ногами. Что б я его не смог повалить на земь. - Коперрульф присмотрелся к процессу утаптывания и рванул бегом в сторону замка. Успев лишь скомандовать: - А теперь: догоняй меня!
   Пока Кремон поднял голову, пока оторвал руки от ненавистного столба - дворецкий успел сделать отрыв метров в двадцать. Но задание - есть задание. И молодой воин сорвался на бег. И даже сумел сократить разрыв вдвое. Но во дворе Коперрульф не остановился, а побежал дальше. Прямо к башне. Лишь в дверях бросив через плечо:
   - Не отставай!
   И сразу Кремону вспомнились нехорошие предвидения по поводу слишком крутых ступенек. Вряд ли отставной капитан зовёт в башню, что бы отдохнуть там в комнатах первого этажа. Так и оказалось: пока парень преодолел все сто восемьдесят четыре ступени, его боевой наставник успел даже отдышаться и приготовить новое задание:
   - У тебя сорок минут. За это время сбегаешь вниз, хватаешь свои два меча и мчишься к нашему столбику. Рубаешь его мечами на две половинки и быстренько возвращаешься ко мне с докладом! Пошёл!
   Вниз спускаться намного легче, поэтому появилось маленькое пространство в голове для мыслей:
   "Уже знает об Истуконе, и решил меня потренировать в этом направлении. Что б он ...был здоров!"
   Во время рубки один меч поломался, поэтому в заданное время уложиться не удалось. Но Коперрульф стал упрекать не за опоздание, а за невыполнение приказа. Причём стал упрекать не сразу, а вначале провёл рукой вокруг себя, указывая на открывающиеся красивые горизонты:
   - Посмотри, как отсюда далеко видно.... И главное: видно очень хорошо! А уж на расстоянии ста метров и подавно! Или ты сомневаешься в моём отличном зрении?
   Запыхавшийся Кремон недоумённо пожал плечами:
   - Не сомневаюсь....
   - Почему же ты тогда сломал столб плечом, когда там ещё оставалась не перерубленной внушительная часть? Ведь приказ был - перерубить"! А не сломать!
   - А-а....
   - И нечего "акать"! - разозлился ветеран. - Приказы надо выполнять дословно и скрупулёзно! И с мечом ты что сделал? Это ведь тебе не топор! С оттяжкой надо рубить! И наискось к волокнам. А ты что делал? Позор для любого воина сломать оружие! Да ещё и не в бою! Побежали вниз. Буду учить тебя справляться с древесиной.
   И рассерженный дворецкий помчался вниз по ступенькам. Легко и уверенно. Словно и не было у него тяжёлого многочасового утреннего наставничества за плечами. Всем своим видом показывая полное презрение к подобным трудностям и испытаниям.
   "Что и говорить, - пронеслось в голове молодого колдуна. - Ветераном быть хорошо! Да ещё с такой буйной фантазией!"
   Итогом следующей получасовой тренировки стал ещё один сломанный меч.
  
   Во время завтрака Кремону удалось подробно проинструктировать Мальвику по поводу обеденных экспериментов с боларами. Хотя он и сильно сомневался, что косоглазое создание ничего не перепутает и всё сделает должным образом. И сумеет дословно передать хуторянке Лирне все просьбы и пожелания. Но делать было нечего и очень хотелось сократить отчасти бесполезное время на дорогу туда и обратно. Поэтому только и оставалось, что надеяться на неожиданную помощницу.
   А после завтрака началась пятичасовая тренировка с Истуконом. Три часа она проходила под выкрики рассерженного протектора Агвана, а потом ещё два под едкие замечания посвежевшего после сна дворецкого. Но как на него не кричали наставники и не подгоняли к штурму, Кремон стал проводить очень осторожную тактику боя. Всеми силами стараясь избегать даже малейшего ранения. И с полной сосредоточенностью подстраивая свой организм под амплитуды вращения полумеханического монстра. С каждым часом всё чаще и чаще доставая кончиком меча обозначенного места на теле Истукона.
   В итоге, когда пришло время обеда, молодой колдун на своём теле рассмотрел лишь несколько царапин. И сразу бросился в душевую. Затем переоделся в чистые одежды, и лишь его нога шагнула во внутренний двор, свистнул в своей залихватской манере. А пока добежал до стойла, один из новых конюхов уже выпускал оседланного Торнадо.
   Вороной истосковался по прогулкам и мчался как стрела. Чуть ли не за минуту донёс своего седока до кромки леса на Южной дороге и там резко повернул вправо, к расположившейся чуть в стороне от дороге, в удобной лощине между холмами, небольшой компании. Две стреноженные лошади паслись чуть поодаль, а на огромном покрывале расположились хуторянка Лирна и названная внучка протектора Агвана. Причём Мальвика смеялась таким завораживающим и счастливым смехом, словно была самым беззаботным человеком во всём мире. Видимо обе девушки без проблем нашли общий язык во взаимоотношениях и сейчас вовсю делились чем-то смешным и радостным. Вернее делилась скорей всего Лирна, ибо какие могли быть радостные воспоминания у несчастной сиротки?
   По внешнему виду две девушки разнились неимоверно. Крепко сбитая, приятно высокая, аппетитная фигура Лирны притягивала к себе взгляд любого мужчины. Ею можно было просто любоваться. А уж если она в упор смотрела своими огромными, призывными и шаловливыми глазами, да ещё при этом многообещающе улыбалась, наматывая свои волнистые ярко-коричневые локоны на пальцы, то становилась понятной вспыльчивая ревность желающего на ней жениться Бабу. Видимо парню, не взирая даже на его громадную силу и заработанный авторитет, приходилось не однажды отваживать особенно приставучих ухажёров. Ведь на такой лакомый кусочек желающие всегда найдутся. И не побоятся жёстких разборок с озабоченным женихом.
   А вот Мальвика смотрелась рядом с Лирной, словно жалкая пародия на прекрасную половину человечества. Её и к женщинам можно было отнести лишь по трём приметам: нежному, переливчатому голосу; богатому дамскому костюму для верховой езды; да очаровательной шляпке. Голос она видимо, по огромной случайности унаследовала от морских сирен. А вот детали одежды сердобольная тётушка Анна с радостью достала из своего необъятного гардероба. Да и то, наверняка основательно поработав при этом иголкой: где-то ушила, а где-то и ваты подложила. Для округления форм. Но ваты не хватило однозначно: острые локти, коленки, рёбра, скулы, плечики так и торчали во все стороны. Не говоря уже о повёрнутом в сторону носе. К тому же из-под шляпки виднелись клочки, так до сих пор и не отросших, волос. Цвет, которых, варьировался в зависимости от освещения: от совершенно белого и пепельного, до ярко-рыжего, а порой и чуть ли не чёрного. Но саму Мальвику собственный внешний вид не смущал совершенно. Она уже и костюм умудрилась так испачкать зелёной травой и сырой землёй, что домоправительница вряд ли узнает так заботливо когда-то выбираемый ею в столичном магазине наряд.
   Возле девушек лежало несколько битком набитых сумок и стояло два раскладных столика с разложенным на них обедом. Лёгкая скатерть до поры до времени скрывала расположенные под ней блюда, но прибывший парень явно рассмотрел, что накрыто на три персоны.
   К тому же Кремон сразу заметил на ветке ближайшего дерева три зелёных шара. Причем если два из них были так сказать взрослыми особями, то третий имел явно преклонный возраст. Хотя до виденного раньше шамана Грюхуна, он не дотягивал однозначно. Да и не долетел бы старый пень на такое расстояние. А после краткого приветствия Лирна пояснила присутствие этой старшей особи:
   - В стае этот болар вроде как является преемником Грюхуна. Только я не поняла, то ли Спин его с собой захватил, то ли тот сам за ними увязался. Как я догадалась, остальных моих друзей сегодня нет, а вот два моих знакомых болара ждали меня возле нашего пожарища. Хотя работы там уже ведутся полным ходом, и назвать пожарищем возвышающийся постепенно фундамент язык не поворачивается.
   - Отлично! - колдун быстро расседлал Торнадо и, хлопнув по крупу, разрешил порезвиться в высокой и роскошной траве. - Но где же ещё столы?
   - Вот здесь! - Мальвика словно сдутая с места ветром подскочила к краю полога, откинула его и стала раскладывать ещё два столика.
   - Лирна, выкладывай сюда угощенья для наших друзей. Ложи сразу по два десятка плодов.
   - Зачем так много? - удивилась хуторянка. - Я всегда давала четыре, максимум шесть для каждого взрослого.
   - Сразу по нескольким причинам, - стал пояснять Кремон, стараясь уложить плоды неким цветовым и геометрическим рисунком. - Самое главное - они заслужили награды. Сопровождали нас в пути и очень сильно помогли. И не просто помогали, а предупредили о громадной опасности.
   - Ой! Расскажи! - стала восклицать Лирна.
   - Потом, когда будет время, обязательно расскажу. А вторая причина такой усиленной кормёжки - это попытка поставить Спина и его ближайших друзей на полное наше довольствие. Они должны привыкнуть к изобилию и перестать заниматься поисками пищи. Как ты думаешь: сколько они обязаны приносить в стаю продуктов каждодневно?
   Хуторянка в задумчивости потеребила свои роскошные волосы, подсчитывая нечто в уме:
   - Да не так уж и много: шесть, восемь, максимум десять плодов.
   - Только плодов?
   - Нет, конечно. Любые овощи подбирают. Или занимаются сборкой здоровенных грибов. Или тушек мелких животных. Пару раз я видела у пролетающего болара в корнях мёртвую лисицу. Однажды болар с большим трудом, чуть ли не по земле, тащил огромного волка. Отец наблюдал, как три болара несли над лесом лося средней величины....
   - Постой! Лося? Может они там себе запасы вяленого мяса делают?
   - Да нет! Скорей всего они съедают тело всей стаей.
   - А ты в их, так называемых гнёздах, была? - продолжал настаивать Кремон.
   - Я же тебе рассказывала, - решила напомнить Лирна, - В расположение стаи я захожу очень редко. Уж больно там напряжённо себя чувствуешь.
   - Ладно, давайте обедать! - Кремон первым уселся посредине накрытых столов, а девушки стали пристраиваться по краям. При этом столы с фруктами располагались перед колдуном на расстоянии меча в вытянутой руке. - Зови Спина и его сородичей на угощение. И постарайся, что бы они остались кушать здесь, рядом с нами.
   - Тогда я лучше встану между нашими и их столами, - предложила хуторянка, - Буду боларов угощать и сама брать со своей тарелки. Так они быстрей поймут, что мы трапезничаем совместно.
   - И я тоже! - Мальвика так страстно желала участвовать в процессе общения с летающими растениями, что возразить ей язык не поворачивался.
   - И ещё большая просьба: старайся повторять название каждого предмета или плода. Если они будут ворковать по-своему - тоже громко произноси на их языке. А мы будем повторять за тобой. То есть постараемся провести первый урок взаимного обучения.
   Лирна при этих словах утвердительно закивала головой, как бы говоря: "А ведь я говорила, что с боларами можно подружиться!"
   А затем повернулась и громко стал кричать в сторону ветвей:
   - Спин! Спин! Лети к нам! Здесь друзья: Кремон! Здесь Кремон! Спин, лети сюда. У нас есть для тебя угощение!
  
   Процесс налаживания любых контактов - дело весьма продолжительное и такого короткого обеденного времени явно было недостаточно. Об этом в первую очередь и заявил Кремон, когда вбежал в зал с тренажёрами. Еле-еле успевая к началу собственных занятий. Пока он спешно надевал на себя средства защиты, торопливо перечислил те жалкие результаты, которые лишь наметились к концу совместного обеда с боларами. И напоследок, когда стал разминаться с мечами, добавил:
   - Интересно, познавательно, многообещающе, но! Не успел я с ними пообщаться основательно. Мало того, когда я садился на коня, болары дружно взмыли в воздух и легко полетели в сторону Паласиевого луга. Хоть и были изрядно нагружены нашими дарами. Хоть я и очень надеялся, что они продолжат учёбу при содействии девушек.
   - Но тот третий болар, самый старший, - спросил Хлеби, - Всё-таки присоединился к вашей трапезе?
   - Лишь в самом конце. И только для того к нам подлетел, что бы забрать со стола фрукты и сразу вернуться на ближайшее дерево.
   - Ну и то хорошо, что они выделили тебя из всех людей. И не только выделили, но ещё и обеспечили сопровождающими в путешествие, и откликаются на призывы Лирны явиться к тебе на встречу. Уже только эти события войдут в скрижали истории.
   Не смотря на последние слова, полные пафоса и величия, протектор жестом пригласил своего ученика на позицию и продолжил с полной серьёзностью:
   - Но в данный момент навыки воина для тебя важней всего. Поэтому: атакуй!
   Через два часа напряжённой тренировки Кремон улучил минуту, что бы задать своему учителю несколько вопросов:
   - Но ведь я могу выводить из строя оружие этого бездушного монстра?
   - Конечно! Но учти: за ночь Истукон будет ремонтироваться и утром всегда будет в полном вооружении.
   - Значит, фактически перерубить это бревно мне надо будет за один день?! - молодой колдун не скрывал своего возмущения и разочарования.
   - А ты как думал?! - воскликнул Хлеби. - Или ты целый год собираешься от него отковыривать по куску дерева?
   - Ну а если мой меч сломается? Могу я взять новый?
   - Естественно! Но и на Истукон тут же будет навешано новое оружие, взамен выведенного тобой из строя. Так что не думай, что ты можешь мечом заклинить какое-либо устройство. Пока ты будешь обедать или ужинать, механик успеет починить механического соперника.
   - Ясно..., - скорбно поправляя шлём на голове, протянул Кремон.
   - Прекрасно, - его учитель постарался вложить в свой голос как можно больше поощрительных ноток. - Теперь у тебя не осталось малейшей неясностей в своих дальнейших планах. Тогда попробуй изменить цель атаки и наноси удары вот в это место.
   При этих словах хозяин замка длинным копьём весьма ловко ткнул по корпусу Истукона на уровне головы. Всем своим видом показывая, что нет ничего более простого.
   Последующие два часа тренировок неожиданно обозлили Кремона так, что он перестал осторожничать и, как следствие опять получил несколько не опасных, но весьма неприятных и болезненных ран. Поэтому во время ужина он был угрюм, сердит и неразговорчив, а когда приступил к вечерним тренировкам, сразу же обратился к Коперрульфу с просьбами:
   - Скажите, как лучше всего перерубить стегающую тебя цепь?
   - Весьма простым приёмом: ножницами. - Отставной капитан отвечал без задержки и обстоятельно: - Но делать это проще всего с цепью летящей в тебя на уровне головы. И то есть опасность, что отсечённая часть цепи ударит тебя прямо в лицо.
   - А вот я не раз замечал на тренировках в казармах гвардейцев, как более опытные мастера мощным ударом запросто ломали мечи у своих соперников. Наверняка и вы имеете опыт в таких делах. И знаете, как таким способом почти обезоружить врага.
   - Любой меч можно перерубить. И лучший для этого участок - в двенадцати, четырнадцати сантиметрах от рукояти. А уж если ударить двумя мечами там же, в одну линию одновременно, то вряд ли устоит самый прочный и массивный клинок.
   - Вы бы не могли мне показать технику этого удара? - с загоревшимися глазами попросил молодой колдун.
   - Могу! - легко согласился дворецкий. Но тут же добавил твёрдым и строгим голосом: - Но только тогда, когда твой учитель включит этот приём в план занятий. Пока же мы должны отрабатывать приёмы атаки и скоростного отхода. Поэтому: приступим! Готов? Атакуй!
   И снова три часа безуспешных почти попыток прорваться кончиками мечом сквозь круговерть мелькающей стали. К тому же, после второго часа Коперрульф перекинул несколько рычажков у основания постамента и Истукон стал выбрасывать своё оружие в сторону Кремона с новой последовательностью и в совершенно другом ритме. Что довело бедного колдуна, чуть ли не до слёз. Прибавило злости, отчаяния и парочку новых ранений.
   Но вот когда тренировка закончилась, дворецкий сказал, направляясь к выходу:
   - Вообще-то, дополнительные самостоятельные занятия приветствовались во все времена. Почему бы тебе и не попробовать?
   Согбенная возле стойки с оружием фигура Кремона так и вскинулась от этих слов. И он с ядовитым сарказмом крикнул вслед отставному капитану:
   - Так ведь я еле на ногах стою!
   Но тот уже в дверях только и пожал плечами. Спеша быстрей помыться, да спать завалиться: ведь предрассветная тренировка тоже лежала на его совести. А ведь если не выспишься, то фантазия работать не будет. И, как следствие, молодой колдун может недополучить таких важных и сложных знаний как копание ямы в полметра глубиной с полной боевой выкладкой на плечах. Или собьётся на подсчёте крутых ступенек, взбегая полюбоваться на окрестности с вершины башни.
   Вспомнив о ступеньках, Кремон скорбно закивал головой и тоже решил уснуть сразу, как увидит свою кровать. Но тут его взгляд снова упал на замершего, но уже неимоверно опостылевшего Истукона. И одна мысль закралась в его сознание:
   "А ведь перерубить верхнюю цепь приёмом "ножницы" будет не так трудно. Главное увернуться тут же от летящего обрубка. Что сделать ещё проще.... Ладно! Пять минут сна меня не спасут! А завтра минут десять выделю для синхронного удара по мечу".
   И молодой колдун с решительным видом взял со стойки два меча. Вот только в пять минут не уложился. Цепь никак не хотела поддаваться и что только не делала с его мечами. Несколько раз умудрившись вырвать их из рук оба одновременно. Лишь на сороковой минуте сталь брызнула осколками от идеально сошедшихся ножниц мечей, и длинный отрезок просвистел над головой у пригнувшегося Кремона.
   Минуту он возбуждённо подпрыгивал от радости и исторгал из груди звериное рычание. А потом сходу опустил оба своих меча на один из выскакивающих мечей Истукона. Скрежет стали, сноп искр и быстрый отскок от ухнувшего вслед за мечом топора. Ещё бы чуть-чуть и.... Но ведь это можно сделать! Вот только в воспоминаниях никогда он не видел такого снопа искр. Значит - удар нанесён совершенно неправильно.
   Через десять минут отскочить от топора не удалось и пришлось жестко прикрыться от него спаренными мечами. Удар был очень силён: самого колдуны отбросило на пару метров, и один из мечей лопнул словно деревянный.
   Ещё минут пять парень внимательно рассматривал обломок и примерял новое оружие со стойки к руке. Пытаясь понять, почему топор так легко преодолел жесткость клинка. И, в конце концов, понял: удар должен быть во встречном движении и не строго перпендикулярным, а под углом в семьдесят пять градусов. После это понадобилось всего пятнадцать минут и чуть ли не пятьдесят ударов общей численности для того, что бы у одного из мечей Истукона остался лишь короткий обломок.
   С огромным чувством самодовольства и некоторого злорадства Кремон остановил Истукона, с силой похлопал того по деревянному боку и пригрозил:
   - Недолго тебе осталось надо мной измываться!
   И лишь потом со спокойной совестью пошёл спать. Нисколько не сожалея, что до подъёма осталось всего три с половиной часа.
  
   На рассвете нагрузки увеличивались соразмерно в сторону повышения. Теперь молодой колдун успел вкопать и перерубить уже два бревна. Не сломам при этом ни одного меча. Но когда после завтрака он вновь оказался в тренажёрном зале, то Истукон уже был во всеоружии. А разозлённый чем-то учитель всю тренировку заставлял атаковать непрерывно. Под конец уже и сам устав выкрикивать команды. Так и ушёл на обед с захрипшим голосом.
   А Кремон уже через десять минут приближался к месту своего обеда. Уже издалека высмотрев расположившихся возле столиков девушек и пятерых, чинно рассевшихся на ветках боларов.
   Так и продолжалось несколько дней: марш-броски и рубка стволов на рассвете: изматывающие тренировки в течении всего дня; два часа вместо обеда на обучение боларов, и час, а то и два оторванных у сна для самостоятельных тренировок. Причем вечером и ночью на всех занятиях стала присутствовать Мальвика. Девушка сидела незаметно где-то в уголке и немигающим взглядом сопровождала каждое движение молодого колдуна. Иногда это немного раздражало. Особенно - когда что-то не получалось. Но в основном единственная зрительница помогала морально. Всё-таки приятно, когда за тебя болеют. Тогда удары с большей силой достигают цели. И наносят механическому сопернику более ощутимые потери в вооружении.
   Причём каждое утро механику доставалось всё больше и больше работы. А хозяин замка злился уже в открытую. И постоянно что-то ворчал по поводу свей излишней мягкотелости.
   В преддверии выходного молодой колдун заметил, что его учитель что-то втолковывал кузнецу и механику. Показывая при этом чертёж, весьма издалека напоминающий Истукона. И парень не на шутку испугался, что Хлеби добавит механическому чудовищу ещё несколько дополнительных лезвий. И тогда к монстру будет вообще не подобраться. Хоть это уже смахивало на нечестность, но ведь предварительно и не оговаривалось, что Истукона нельзя усиливать вооружением.
   Поэтому Кремон решился на вечерней тренировке начать штурм механического тренажёра и поставил об этом в известность дворецкого. Тот лишь пожал плечами и уселся на скамью в зале со словами:
   - Хорошо, приступай. Но если через час от твоей атаки не будет ощутимых следов, мы продолжим запланированную тренировку.
   - Согласен! - сквозь сжатые от волнения зубы ответил Кремон, вышел на позицию и впился глазами в своего бездушного соперника.
   - Время пошло! - понеслось со стороны скамейки.
   В ту же секунду оба меча зазвенели, сходясь ножницами и кусок цепи улетел к дальней стене зала. За десять минут два меча Истукона превратились в короткие обломки, и ещё столько же времени ушло на укрощение четырёх кинжалов ближнего боя и одного колющего меча. Затем довольно быстро колдуну удалось перерубить нижнюю цепь. А вот с той, что вращалась на среднем уровне, пришлось помучиться. Но и она укоротилась со звоном. Вот только освободившаяся часть на полной скорости врезалась парню в живот. Доспехи выдержали, но синяк на пару дней и боль при дыхании на долгое время была обеспечена.
   Таким образом, ещё до исхода первого часа Кремон приступил к планомерной рубке туловища Истукона. Не обращая внимания на равномерно выскакивающий топор и мелькание двух оставшихся у монстра меча. Воспринимая их скорей как некое развлечение во время главного действия.
   После этого Коперрульф не выдержал и куда-то умчался. Ясное дело: решил разыскать хозяина замка. Видимо тот был занят чем-то очень важным, так как явился в тренажёрный зал вместе с дворецким лишь через полчаса. Механического монстра тогда ещё можно было спасти, засчитав ученику явную победу. Но Хлеби этого делать не стал. Посовещавшись с отставным капитаном, он сказал весьма громко:
   - Всё равно придётся делать более совершенный агрегат. Этот ни на что не годится. Так что пусть добивает его и тешится....
   Он уже обернулся и собрался уходить, когда заметил притаившуюся в уголке Мальвику.
   - Хм! И тебе скоро повезёт: я уже составил программу обучения на последующие две недели. Так что готовься к покорению новых вершин знаний.
   - Хорошо, дедушка. Я готова. - От простых слов и от тона, какими они были сказаны, Хлеби возмущённо замотал головой, переглянулся с дворецким и бегом покинул зал для тренировок. Коперрульф наоборот улыбнулся девушке со всей теплотой, поощрительно кивнул головой, а потом указал головой в сторону Кремона:
   - Когда дорубит это бревно, может отдыхать. Заслужил! А мне сегодня надо решить ещё кое-какие вопросы.
   И тоже скрылся в неизвестном направлении. А Мальвика дождалась, пока подрубленный ствол не рухнул с вращающегося постамента, и подскочила к раскрасневшемуся от усердия и потраченных усилий парню:
   - Молодец! Так ему и надо! Ура!
   Тот, пошатываясь от усталости, вытер пот со лба и только теперь заметил, что кроме них в зале никого нет:
   - А где....?
   - Ушли! Сказали что у них и так много дел. А тебе разрешили отдыхать сколько хочешь. Вот!
   Кремон после этого известия подпрыгнул от радости и заорал счастливым голосом:
   - У меня теперь каникулы! Сдал! Сдал я эту сессию! Теперь целую неделю они меня только и будут видеть за завтраком! Может быть....
   - Ой! Как здорово! И ты сможешь гулять, где хочешь?
   - Запросто! Уже сейчас хочу промчаться на Торнадо.
   - А можно и я с тобой?
   - Конечно! Поехали!
   Ну как можно было отказать несчастной сиротке в такой простой и незатейливой просьбе? Тем более в минуты триумфа и первой, но такой значительной победы в процессе учёбы. И они наперегонки помчались в конюшню. А потом до поздней ночи совершали конную прогулку вдоль озера. Даже искупались на пятнадцатом километре. И почти все время рассказывали истории из своей жизни. Вернее, больше рассказывал Кремон. Так как при неверном свете двух лун куда-то пропало ощущение смешной уродливости, которое постоянно возникало при дневном свете, лишь стоило посмотреть на сиротку. И очаровательный, мелодичный голос Мальвики если просил парня рассказать о столице, то ему даже на ум не приходило отказаться. Тем более что девушка так бурно и непосредственно реагировала на интересные и смешные моменты, что лучшего слушателя молодому колдуну не доводилось встречать ни разу в жизни. Поэтому он и сам разошёлся, вспоминая приключения детства и юности. И на обратном пути его уже и просить не приходилось. Именно потому, что ностальгические воспоминания по родному дому, Пладе и родителям как-то особенно приятно растравили душу, Кремон и не мог долгое время уснуть. Ворочаясь в постели, он давал себе слово спать утром так долго, пока его не одолеет голод. В лучшем варианте - до обеда. Ведь это просто прекрасно, когда тебя фактически ночью никто не посмеет выдернуть из постели и заставлять заниматься издевательствами над своим телом. Которые в глаза называют высокопарно: тренировками.
   И ведь впереди целая неделя такого отдыха! Целая неделя полного безделья! Ну, может и не безделья, а только тех дел, которые самому хочется делать с удовольствием.
   С этими блаженными мыслями парень и уснул. И наверняка бы проспал до самого обеда, так как силы воли ему для этого хватало вполне. Но обстоятельства всегда складываются не так, как предполагают даже те, кто знаком с тайнами мироздания.
  
   Лишь только рассвело, внутренний двор замка наполнился шумом, гамом, скрипом телег и лошадиным ржанием. Послышались командные голоса, и даже двойные оконные рамы пропустили все эти звуки к сморщившемуся от негодования Кремону. Он с остервенением накрыл второе ухо подушкой и натянул сверху одеяло. И на какой-то момент ему показалось, что всё стихло. Но уже через минуту ему стало нечем дышать, а через полторы он окончательно понял: сон ему перебили полностью! И вряд ли он теперь сумеет задремать даже с сильно действующей магией. К тому же мускулы на теле стали непроизвольно сокращаться, требуя немедленной и основательной нагрузки.
   Поэтому парень рывком выбросил своё тело из кровати, сделал несколько кувырков по комнате и двумя огромными прыжками достиг окна. Машинально надевая на голое тело лёгкий халат, и с изумлением разглядывая через двойное стекло двор, чуть ли не до отказа заполненный людьми, животными и повозками.
  
  

ЧАСТЬ ОДИННАДЦАТАЯ

   В тот же момент в комнату без стука ворвалась Мальвика и выкрикнула с удивлением:
   - Ой! А ты уже не спишь?!
   От такого простодушия и невоспитанности, Кремон возвёл глаза на потолок:
   - Нет, ещё сплю. Просто притворяюсь, что уже бодрствую!
   - Странно! - девушка уже подпрыгивала рядом, пытаясь лучше рассмотреть двор, который частично скрывался за слишком широким для неё подоконником. - Если бы ты не признался, я бы ни за что не догадалась, что ты притворяешься!
   Теперь уже колдун к ней присмотрелся с подозрением: собираясь возмутиться таким явным и остроумным издевательством. Но по довольному голосу об этом догадаться было нельзя, а прочитать по глазам вообще не представлялось возможным. Ибо девушка в тот момент показывала рукой в окно, а глазами смотрела одновременно и в пол, и чуть не на потолок.
   - Ты знаешь, что повозки из Плады прибыли? - бойко тараторила Мальвика. - И отряд воинов из Лиода! Все такие огромные, с доспехами, щитами и копьями. И мечи у них, и луки со стрелами! И у каждого запасная лошадь с баулами....
   Фыркнув от её вида и обилия слов в минуту, колдун сладко, с громким хрустом потянулся и проговорил, стараясь попасть в тот же тон:
   - Странно! Откуда у воинов взялось столько оружия?
   Девушка после этого вопроса даже отстранилась от него с некоторым испугом:
   - Выдали им..., наверное....
   - И зачем? - продолжал юродствовать парень. - Ведь для того, что бы копать ямы что надо?
   - Какие ямы?
   - Как какие? Обыкновенные! Те, что в земле! Что для этого надо?
   - Лопаты....
   - Вот! Наконец-то правильный ответ: лопаты! А лопаты у них есть?
   Мальвика разбегающимися глазками снова осмотрела весь двор:
   - Не-е....
   - Вот это - уже плохо! - весьма довольный своим остроумием, Кремон отправился в ванную комнату и уже оттуда громко продолжил: - Поэтому можешь смело с ними ругаться и строго спрашивать: "Где твоя лопата?!"
   - Обязательно! - почему-то дрожащим голоском ответила девушка и добавила с некоторой заминкой: - С ними ещё один Эль-Митолан приехал. Такой молодой, красивый, с длинными светлыми волосами....
   - Кто?! - заорал недовольно колдун, хватая полотенце с вешалки и спешно вытирая лишь только чуть смоченное лицо.
   - Я же и говорю: Эль-Митолан! Они с дедушкой уже за стол собираются садиться и только за тобой послали. Сказали передать: "Пусть приходит завтракать, если уже не спит".
   - Что ж ты мне сразу не сказала?! - с возмущением выкрикивал Кремон, прыгая по всей ванной комнате на одной ноге и спешно пытаясь попасть второй в запутавшуюся брючину.
   - Ты ведь так интересно про лопаты рассказывал!
   Услышав эти слова, парень так и замер, но тут же осторожно выглянул в комнату. Теперь уже полностью уверенный: над ним это косоглазое создание точно издевается и только притворяется наивной и простоватой дурочкой. Но Мальвика даже не улыбалась. А стояла на цыпочках, прилипши лбом к стеклу, и с упоением всматривалась в людской водоворот во дворе.
   "Или мне мерещится, или она раз в двадцать умней, чем пытается казаться! - думал Кремон, застёгивая на своей рубашке пуговицы. - Интересно, как она будет прятать свои ...хм, хитрые глазки, когда их всё-таки приведут в норму? Ведь тогда её взгляд вполне легко можно будет уловить и распознать: насмехается она или простодушничает. Может мне, всё-таки, померещилась ирония и подначка в её словах?"
  
   Когда молодой колдун, сопровождаемый подпрыгивающей Мальвикой, появился в гостином зале, там с немыслимой поспешностью заканчивали накрывать столы к завтраку. Причём сервировали огромный и обычно пустующий стол сразу на девятнадцать персон. Делали это в основном четыре женщины, среди которых Кремон узнал молоденькую молочницу, с которой он познакомился в первый день прибытия в Агван. Видимо её мобилизовали из-за недостатка проворных женских рук. Но руководила всем неутомимая домоправительница. И не просто руководила, а успевала вдобавок чуть ли не ежеминутно сбегать во внутренние помещения, где проходила разгрузка привезённых из столицы товаров. Опять-таки: под её чутким руководством. Как она всюду успевала: оставалось только удивляться. Но голос бойкой старушки раздавался со всех сторон:
   - Да что ж вы такие неповоротливые сегодня? - восклицала она, перехватывая поднос, на котором горками красовалось хрустящее печенье. - И почему до сих пор на столе нет сыра? Он ведь давно нарезан!
   И, фактически без паузы, тут же её голос нёсся по внутреннему коридору:
   - А эти ящики в подвал спускайте! И во второй комнате ставьте возле стены слева. Куда ты этот тюк поволок? Вот сюда давай! И на третью полку закидывай. Или тебе помочь?
   Как ни странно, но в гостином зале из приглашённых ещё никого не было. И поэтому своё любопытство Кремону пришлось удовлетворять при помощи всё той же Мальвики.
   - А почему так много мест за столом накрывают?
   - Так ведь ещё помимо воинов и колдуна будут с нами завтракать староста с помощником, поселковые старшины и главный кузнец.
   - А где же прибывший Эль-Митолан?
   - Ему выделили комнату на втором этаже, и он приводит себя в порядок после дороги.
   - Раз ты всё знаешь, то скажи: как его зовут? - парню так не терпелось узнать имя прибывшего, что он готов был бежать на второй этаж и там разыскивать гостя.
   - Не знаю. - Мальвика говорила удрученным голосом. - Пока я к ним подбежала, они с дедушкой уже поздоровались, обнялись, и тот повёл красавчика наверх.
   - Хорошо. Я буду его описывать, а ты подтвердишь мои предположения. Волосы у него длинные, волнистые и золотистые?
   - Ага! До середины спины. - Подтвердила девушка.
   - Рост сто семьдесят шесть сантиметров, вес чуть меньше восьмидесяти. Лицо круглое такое, упитанное. Весьма красивый мужчина лет двадцати восьми на вид.
   Кивавшая соглашательски каждый раз головой, девушка при последнем утверждении возразила:
   - А вот и нет! Он не красивый мужчина. Он - просто прелесть!
   - Вот теперь я точно уверен: Давид Сонный пожаловал в Агван!
   - И такой молоденький!
   - Ты бы очень удивилась, узнавши, сколько ему лет на самом деле.
   - Я таких бесподобных парней ещё не видела! - продолжала с восхищением Мальвика.
   - Ха! Странно: ведь через ваш хутор они каждый день десятками ездили! - засмеялся молодой колдун и уже собрался подниматься на второй этаж, как наверху стал спускаться хозяин замка в сопровождении огромного и радостно улыбающегося Бабу.
   - Как?! - воскликнул Хлеби, спустившись вниз и похлопывая ученика по плечу в знак приветствия. - Неужели ты променял здоровый и полноценный сон на чрезмерное отягощение желудка?
   - Разве я виноват, что во время моих каникул в замке стоит такой шум и гам, что про сон можно забыть?!
   В то же время и Бабу обошёл протектора и расставил свои руки для приветствия:
   - Кремон! Дружище! Спасибо тебе огромное! Я твой должник! - и после этих слов сгрёб молодого колдуна своими медвежьими объятиями. Тому пришлось напрячь все имеющиеся мускулы для того, что бы рёбра не треснули, а внутренние органы не полезли наружу через уши.
   - Бабу! Ты меня задушишь! Я, право, даже не знаю: за что ты меня благодаришь?
   - Как!? Ведь ты же спас мою невесту! И тестя!
   - А-а.... Да перестань, - засмущался Кремон. - Какие могут быть благодарности между друзьями.
   - Не скромничай! Мне уже все про тебя рассказали, какой ты герой!
   - Вот уж....
   Глядя на эту сцену, Хлеби лишь поощрительно улыбался, но затем напустил на себя серьёзный вид:
   - Не перехваливай мне ученика. Обычное воинское дело - вовремя приходить на помощь! А до героя ему ещё далеко.
   Наверняка наверху хозяин замка вёл совсем другие разговоры, потому как Бабу на него уставился с явным изумлением. И стало ясно, что перед тем наставник хвалил своего ученика, а то и хвастался. А теперь пытается упредить преждевременное зазнайство.
   Неожиданно сверху понеслись новые, громкие восклицания:
   - Кого я вижу! Мой бывший лучший ученик! Во всей красе! - мужчина, одетый по последней столичной моде, элегантно сбежал по ступенькам и с разбегу повис на молодом колдуне. - А как вырос! Ну, здравствуй!
   - Давид! Ждал тебя здесь, но и не думал, что ты так быстро к нам доберёшься! - радостно восклицал и Кремон, подбрасывая гостя в своих объятиях.
   Повторялась та же сцена что и с Бабу. Только роль амбала теперь выполнял Кремон. Так как Давид явно не дотягивал до воина-богатыря. Зато числился в первой когорте самых очаровательных столичных сердцеедов и соблазнителей прекрасной половины человечества. Оставаясь при всей своей красоте человеком очень общительным, приятным и компанейским. И никто, никогда не смог бы обвинить Сонного в снобизме, зазнайстве, хамстве или обидном высокомерии. И его открытость, доброта и весёлость служили для него в любой компании самым наилучшим образом. А к друзьям он относился вообще на удивление преданно и готов был прийти на помощь в любую минуту. За восемь лет предварительного наставничества Давид дал Кремону столько ценного и необходимого, что оба колдуна без раздумья считали друг друга друзьями.
   Очевидно, гость из столицы уже был в курсе всех тех запоздалых превращений, что произошли с Кремоном по пути в Агван и сразу после прибытия. Потому и не стал спрашивать ни о Предвестниках Всплеска, ни о самом Воспламенении. Прекрасно осознавая: они теперь всё-таки коллеги и относятся к одному клану людей с невероятными магическими возможностями. Да и понимал наверняка: времени вспомнить и обговорить все детали у них ещё будет предостаточно.
   - А ведь я его ещё пятнадцатилетним помню! - восклицал Давид, одновременно показывая ладонью где-то на уровне своего живота, а второй рукой пытаясь дотянуться до шевелюры Кремона. - А сейчас гляньте: каким вымахал!
   - И не стыдно вводить других в заблуждение? - укорял его бывший ученик. - Я ведь уже тогда был тебя выше.
   - Да?! - изумился Сонный. - Значит, ты был худой как мой мизинец! Потому что изменения - на лицо! И радует, что ты так хорошо здесь..., - в этот момент он наткнулся на предупреждающий взгляд Хлеби и видимо вспомнил о договорённости не перехваливать молодое пополнение. Поэтому продолжил почти без запинки: - ...Влился в процесс обучения. Как первого учителя, меня радует, что удалось привить тебе должное послушание и стремление к познанию нового материала. Твой нынешний наставник вполне удовлетворён твоим поведением.
   Кремону даже не к кому было апеллировать на такое скромное признание своих успехов. Лишь Бабу ему весело подмигнул и незаметно показал большой палец руки. Мол, молодец! И меньше слушай эти витиеватые речи!
   Поэтому он ответил официальным и смиренным голосом:
   - Спасибо, метр, за похвалу. И вам, учитель, отдельное спасибо, что упомянули о моих скромных успехах....
   Сонный засмеялся так громко и заразительно, что заставил всех как минимум улыбаться до ушей. А затем пояснил:
   - Точно таким покаянным голосом он мне обещал исправиться, когда разбил мой магический кувшин для приготовления смолки Трего. И я надолго остался без новых осветительных кристаллов.
   В это время гостевая зала стала наполняться интенсивным потоком. Чуть ли не одновременно прибыли поселковые старшины и кузнец, возглавляемые старостой Берки. Стараясь перейти на размеренный и неспешный шаг, пришёл Коперрульф. Но по раскрасневшемуся лицу, было видно, что и в его ведомство прибыло немало товаров из столицы. А шестеро воинов сменили походное обмундирование на повседневное и в таком простом виде смотрелись уже не так солидно, как их обрисовывала Мальвика Кремону при побудке.
   - Прошу всех к столу! - не правах хозяина пригласил Хлеби.
   Домоправительница успела каждого усадить на отведённое место, проверить всё в пределах его досягаемости и, с лёгким ветром ещё раз оббежав вокруг всех гостей, сама уселась на свой стул со штатной подушкой. Погладив попутно сидящую рядом сиротку по плечику. И лишь потом непонятно почему вздохнула. И никто не услышал её мыслей:
   "Ну вот! Столько гостей и опять ни одной женщины.... И даже присутствие Мальвики никого не радует. Её вообще никто не замечает. Бедняжку.... Но всё-таки: кого бы пригласить к нам замок в ближайшее время? Пора принимать решительные меры!"
   Тем временем завтрак постепенно переходил из гастрономического мероприятия в сферу решения актуальных вопросов, разъяснения стоящих перед всеми задач и ответом на множество сыплющихся вопросов. И самое главное - распределение сил, людей и средств на строительство башни, хутора-опоры на Паласиевом лугу и возведению первого многоэтажного дома в посёлке.
   Сказать, что все принимался участие в обсуждении - было нельзя. Воины только тем и занимались, что баловали себя различными домашними лакомствами и попросту наедались впрок.
   У тётушки Анны вообще животрепещущая тема глобального расширения посёлка не находила должного отклика. Более важной задачей считалось накормиться всех, всем что есть, на все времена и на все случаи жизни.
   Кремон всеми силами старался сохранить гордый и независимый вид. Показывая тем самым, что он на каникулах и никакие дела его просто-напросто не касаются.
   Куда или на кого смотрела Мальвика, догадаться было очень трудно по вполне понятным причинам. Но, если судит по её приоткрытому ротику, можно было подумать, что слушает она самым внимательнейшим образом. Но вот кого? То ли Кремона, иногда шёпотом что-то спрашивающего у сидящего рядом с ним Сонного, То ли на красавца колдуна, только что прибывшего из столицы.
   И формально, и фактически гость из столицы не считался лишь гостем, как таковым. А поступал в полное распоряжение и под командование Хлеби Избавляющего. Естественно, что он сразу, ещё после указаний самого короля, согласился на такую роль. Хотя подразумевалось, что оба колдуна будут работать и сотрудничать с полной взаимной заинтересованностью. И используют контакты с боларами лишь на благо и во славу королевства Энормия.
   Сам Давид тоже не особо интересовался делами Агвана. Резонно предполагая, что у него своих дел на ближайшее будущее хватает. Поэтому он тоже шёпотом почти всё время общался с Кремоном. То, рассказывая ему последние столичные новости и сплетни, то, выспрашивая подробности о последних учебных экспериментах с боларами. И, судя по его реакции, воодушевлялся всё больше и больше. В конце завтрака, уже громко обратившись непосредственно к хозяину замка:
   - Чувствую: нас ждут великие дела! И я уже не жалею о своём приезде!
   - Ну да, ты думаешь мне больше делать нечего, как только звать тебя сюда для сомнительных опытов! - фыркнул Хлеби. - Да ещё и применяя для этого все свои связи и влияние.
   - Конечно! За что тебе отдельное спасибо! - Сонный слегка уменьшил громкость звучания своего голоса. - Если бы не личное распоряжение Его Величества, то меня бы в Университете ещё недели две продержали всякими неотложными и сверхважными делами. А так..., раз! И я уже на лучших скакунах преодолеваю просторы нашей Энормии!
   - И не скучно было путешествовать одному? - единственный раз прислушавшись к ведущемуся разговору, решила заговорить и тётушка Анна.
   - О! Мадам! - тряхнул своими кудрями Давид. - В нашем королевстве столько прекрасных и обворожительных женщин, что настоящий мужчина скучать не будет никогда!
   - Так почему же они вас так легко отпускали? - с тайными мыслями спросила домоправительница. - Хоть бы нескольких пригласили с собой.
   - Увы, госпожа Анна! Я никогда не смешиваю свои обязанности и работу с удовольствиями. Или одно, или другое.
   - И зря! Ведь очень многие Эль-Митоланы и семью имеют и про дела не забывают! - не сдержалась домоправительница от камешка в огород своего племянника. Тот прекрасно всё понял и по слогам произнёс очень тихо лишь одно слово:
   - Тётя!
   Сонный на эту эскападу своего коллеги лишь снисходительно улыбнулся и добавил со вздохом вполголоса:
   - Хлеби Избавляющий в своём репертуаре!
   Исходя из услышанного, тётушка Анна сразу напряглась. Справедливо предположив, что гость из столицы, несомненно, знает нечто из амурных похождений её племянника. И наверняка просветит озабоченную старушку по этому поводу. Ведь если узнать причины столь странного отторжения всех особей женского пола, то можно будет подыскать более верное лекарство и излечить явно раненую душу. Теперь важно не вспугнуть Давида и выпытать все подробности при первой удобном случае. Поэтому домоправительница перевела разговор в более нейтральное и близкое по её интересам русло:
   - А вы пробовали вот это желе с ягодами? Оно изумительно по вкусу. Не пожалеете.
   - О! В данный момент я жалею только об одном, - заулыбался Давид, принимая вазочку с желе. - Что я не обладаю таким безразмерным и огромным желудком как Топианская Корова.
   - Не забывай, - прищурил глаза Хлеби, - Что Топианскую корову доят все, кому не лень!
   - Зато все любят и никто не обижает.
   - Да! Тогда тебе точно не хватает лишь её желудка! - засмеялся хозяин замка. - Потому как тебя и так любят все, и желающих обидеть не найдёшь во всей Энормии.
   - Ха! Вот погоди, - Сонный пригрозил указательным пальцем, - Чуть позже я тебе поведаю одну историю, которая приключилась со мной за час до отъезда из столицы. Каких только нелестных эпитетов я не наслушался в свой адрес....
   Хлеби в ответ сочувственно закивал головой:
   - С кем не случается при неожиданном отъезде....
   - Но ты очень удивишься, - многозначительно закивал головой столичный гость, - Узнав, что и тебя там упоминали весьма нехорошими словами.
  
   Через час, после окончания затянувшегося завтрака, гости стали покидать замок различными по количеству группами. Первыми отправились к месту строительства башни двое воинов со всей своей амуницией и снаряжением. Перед ними ставилась одна задача: как можно быстрей приступить к охране вверенного объекта. В дальнейшем они поступали в полное распоряжение Эль-Митолана Сонного.
   Чуть ли не следом за ними, но, уже не спеша, отправилась группа старшин со старостой и ещё двумя воинами. Им предстояло проинспектировать вначале дом-опору на Паласиевом лугу и оставить там охрану. А уж затем поселковое начальство намеревалось осмотреть и внести поправки на месте в строительство башни на холме. Староста Берки лишь громко сетовал, что столько важных событий произошло в его отсутствие. И всеми силами пытался наверстать упущенное время.
   А затем к кромке леса на южной дороге отправились и Кремон со своим первым учителем. Переодевшийся в неброский дорожный костюм Сонный, высказал непременное намерение участвовать в оговоренных заранее с Лирной длительных занятий с боларами. Само собой, что Бабу находился с ними вместе, а присутствие Мальвики уже считалось вполне привычным. Лишь закованная в сверкающие латы фигура дворецкого, ярким пятном выделялась в группе наездников. Коперрульф сам напросился посмотреть на дружественных боларов, после того как протектор отказался от подобного предложения.
   Кремона лишь немного насторожил тот факт, что в замке остались два самых опытных, судя по возрасту, воина и принялись проводить занятия в тренажёрном зале. Ведь, как понял парень из разговоров, эти воины тоже впоследствии должны присоединиться к своим товарищам на охране строящихся объектов. А сейчас они готовились к чему-то другому.
   Молодой Эль-Митолан подготовился к занятиям должным образом и даже предвидел тот момент, если компания пожелает обедать прямо там же. Договорившись с домоправительницей о подаче непосредственно на лоно природы соответствующих горячих блюд и закусок. Благо было это не далеко, всё в той же живописной лощине между ближайших холмов, и посыльный конюх мог предварительно доставить заказ на обед в замок.
   Само занятие превзошло все ожидания в первую очередь Давида Сонного. Он восторгался непосредственно и сильно, не скупясь на похвалы и Лирны, и Кремона. Мало того, гость из столицы очень быстро наладил дружественный контакт с боларами и весьма профессионально вошёл к ним в доверие. А затем стал вытворять с летающими растениями разные познавательные эксперименты. Чуть ли не переворачивая зелёные шары вверх корнями. Очень часто при этом восклицая:
   - Эта стая однозначно состоит из разумных особей! Эти болары - уникальны! Таких нет во всей Энормии! Да и во всём мире! Да мы теперь таких открытий наделаем!
   На сегодняшнее занятие Спин привёл с собой всё тех же трёх своих постоянных сородичей. Которым уже и имена дали, и стали постепенно различать между собой. Опять-таки по меняющемуся рисунку на каркасе. Большой прогресс наблюдался и в произношении боларов. Спин мог произносить до двух десятков сложных слов, а его товарищи вполне сносно выговаривали свои имена, имя Кремона и обеих девушек. С особой старательностью и приятным звучанием они произносили имя Мальвики. И та от этого просто таяла и чуть ли не целовалась с боларами от умиления. Помимо этого и Кремон усиленно пытался запомнить и воспроизвести самые характерные и ключевые звуки из воркующего языка разумных зелёных шаров. Получалось у него это гораздо лучше, чем у девушек.
   На данный момент основное внимание уделили обучению боларов произношению слов "колаб", "дракон" и "опасность". Сопровождая уроки красивыми и цветными рисунками. А также попытке научить боларов считать до десяти. Как ни удивительно, но, судя по убедительным утверждениям Давида Сонного, система счёта оказалась знакома боларам. И трудности на данном этапе заключались лишь в запоминании новых слов и их произношении. Но когда Давид стал демонстрировать самые простейшие арифметические примеры, то Спин уже через полчаса с лёгкостью и без раздумий решал их, передвигая карточки с нарисованным количеством палочек. А чуть позже и с нарисованными цифрами. Такие способности боларов привели всех людей в неописуемый восторг. И теперь последние сомнения в разумности летающих растений были отторгнуты полностью.
   Особой деталью занятий стало общение с заместителем шамана. Который долгое время сидел на ветке и не окликался на приглашение угоститься. Кремон решил выпытать у Спина имя старого наблюдателя, а Сонный сразу ухватил его идею и всё организовал самым простым и доходчивым образом. Он просто стал называть всех людей по именам, указывая на них рукой. Давая ясно понять, что хочет услышать повторение этих имён от Спина. Потом переводил руку на боларов, и называл их по имени. Терпеливо дожидаясь подтверждения. А затем указывал на сидящего на ветке заместителя шамана и вопросительно замолкал.
   На третий раз Спин прекрасно всё понял, негромко зацокал языком, сдерживая свою весёлость и выдал вполне внятно:
   - Грюхун.
   После нескольких повторов и подсказок со стороны Лирны удалось понять, что имена у боларов скорей всего передаются от наставника к ученику, или что-то в этом роде. И, по всеобщему разумению, старый Грюхун или стал полностью нетранспортабельным, или вообще окончил своё существование.
   Но, как бы там ни было, новоиспеченный шаман стаи весьма бодро откликнулся на конкретное имя и снизошёл до того, что прилетел к столику и сгрёб в свои внутренности все угощения. Более душевно и подробно он общаться не захотел, видимо твёрдо придерживаясь выбранной заранее линии поведения. А, отлетев обратно на своё место, вновь стал пристально фиксировать все фазы крепнущего взаимопонимания между людьми и боларами.
   Кульминацией почти четырёх часов занятий стали полеты вверх, и затем стремительное планирование назад к земле. Вначале Лирна продемонстрировала громкость своего восторженного визга.
   Затем Мальвика настояла на своём полёте, утверждая, что достаточно натренировалась в последние дни на стремительных спусках в поселковом аттракционе. Правда визжать ей почему-то расхотелось, да и на высоту большую подняться она не рискнула, но после приземления её щёчки были тёмно-красного цвета от удовольствия.
   А потом всех удивил Давид. Он проинструктировался подробно у Лирны по поводу условных команд и сам решил подняться на максимально достижимую высоту. Этому стал возражать со всей горячностью Кремон:
   - Ты ведь намного тяжелей Лирны. А вдруг они тебя упустят? Ты себе только представь такое!
   - За меня не переживай, - самоуверенный голос Сонного мог убедить кого угодно. - Я ведь всегда могу воспользоваться левитацией и уж как-нибудь да приземлюсь.
   - Да ты что говоришь?! - возмущался Кремон. - С такой высоты от тебя только лепёшка останется!
   Было общеизвестно, что для левитации Эль-Митоланам необходимо противодействие твёрдой или хотя бы жидкой среды. И то над землёй они могли подниматься максимум метра на три, в уникальных случаях на пять. А над водой и того меньше: только метр, максимум два. Конечно, падение с крепостной стены, или даже с приличной высоты башни не могло повредить колдуну смертельно. Но ведь сейчас был совершенно иной случай. И если колдун успевал набрать громадную скорость при падении, ничто уже не спасало его от смерти. Набранная инерция не позволяла задействовать всю силу левитации перед самой поверхностью. Но видимо Давид Сонный был слишком самонадеян или обладал какими-то уникальными знаниями в этом вопросе. Так как на опасения своего друга и бывшего ученика лишь громко рассмеялся:
   - Я никогда не иду на смертельный риск, если у меня нет запасного выхода!
   После этого решительно вышел на открытое пространство, просительно хлопнул в ладоши и поднял руки вверх. Болары весьма подивились такому желанию и даже заворковали между собой. То ли не понимая мотивов колдуна, то ли совещаясь между собой по поводу достаточности своих усилий. Но потом всё-таки решились. И уже по накатанной схеме подхватили Сонного и стали с всё той же кажущейся лёгкостью возносить его в безоблачное небо.
   Вначале никто не волновался. Но когда высота подъёма достигла километра, все разволновались не на шутку. А Лирна даже стала апеллировать к невозмутимому Грюхуну:
   - И зачем так высоко забираться?! Грюхун, может хоть ты их остановишь?
   Но тот или не понимал смысла обращаемых к нему реплик, то ли был совершенно уверен в безопасности подобных полётов. А может и знал о какой-то особой цели данного мероприятия. Но реакции не проявил и малейшей.
   Тем временем четверка боларов с человеческой фигуркой в центре вообще стала превращаться во всё уменьшающуюся точку. И по прикидкам опытного Коперрульфа отчаянный Эль-Митолан вполне пересек отметку в два километра. И лишь тогда, похоже, дал команду остановиться, а потом и начинать спуск. Радиус воронки при этом получился просто огромный. Но где-то на середине спуска, летящая гроздь тел резко ушла в сторону леса, над ним сделала широкий вираж разворота. И лишь оказавшись над холмами, стала опускаться по наклонной. Словно по склону крутой горы. Поэтому скорость полёта, уже почти над самой землёй, оказалась поистине колоссальной. Оцепеневшие люди всё-таки зашевелились, собираясь разбежаться в стороны от несущейся прямо на них группы летунов, но те совершили очень эффектную горку, сбрасывая скорость, и с ювелирной точностью поставили Давида на то же самое место, где и взяли.
   - Уф! - с невероятной громкостью пытался отдышаться колдун. - Я ведь и кричать не мог оттого, что встречный ветер мне чуть лёгкие не разорвал. Ведь мы летели со скоростью урагана! А то и большей! Даже представить себе не мог такого удовольствия!
   - Но зачем же ты так высоко поднялся? - проявил своё недовольство Кремон.
   - О! Ты себе не представляешь, какой вид открывается с такой высоты! - восторгался Сонный. - Я бы ещё поднимался, да видимо наши друзья по каким-то причинам не захотели подниматься выше определённой точки.
   - Ой! Смотрите! - неожиданно вмешалась в разговор Мальвика. - Болары собираются улетать!
   Действительно Спин с товарищами медленно стали подниматься в сторону крон, слегка раскачиваясь корнями. Они всегда так делали при прощании.
   - Надо же, - расстроился Кремон. - А я уже думал о совместном обеде на лоне природы! Ведь конюх поскакал в замок за яствами и напитками, их прямо сейчас доставлять начнут....
   - Ничего страшного, - решил Давид. - Предлагаю обед всё равно провести в этом очаровательном месте. А вдруг наши друзья ещё вернутся?
   Последний вопрос он адресовал Лирне, как лучшему специалисту и знатоку поведения летающих растений.
   - Вряд ли, - ответила та. - Ещё ни разу не возвращались после наших игрищ или занятий. Видимо у них есть определённые обязанности в стае. А может им тоже посовещаться надо и обсудить вопросы по приручению человека.
   Последняя фраза вызвала у всех доброжелательные улыбки и люди дружно помахали вслед исчезающим среди верхушек деревьев боларам. Те опять ответили покачиванием корней, и, самое странное, торопящийся за ними Грюхун, тоже проделал такие же движения.
   - Ха! - обрадовался Кремон. - И шаман с нами попрощаться соизволил! Значит, считает нас довольно перспективными существами. Теперь наша задача - всеми силами укреплять наметившиеся достижения в сближении. Не мешало бы придумать новые и понятные им сигналы для приглашения на встречу или обмена различной информацией на расстоянии.
   - Правильно! - Сонный уселся на раскладной стул и прищурился от воспоминаний. - Насколько мне известно, болары прекрасно улавливают низкочастотные колебания звука и можно использовать для этого специальные свистки. А ещё мне подумалось целесообразным сделать верхнюю площадку на башне открытой и прямо там впоследствии устраивать рабочие встречи. Правда, Избавляющий запланировал возвести конусообразную крышу с четырьмя смотровыми окнами. И это не совсем подходит для посадочной площадки. Но я попытаюсь доказать ей преимущества. Как ты думаешь, он согласится поменять проект?
   - Вполне! - закивал головой Кремон. - Разве только он собирался прочной крышей предохраняться от другой летающей нечисти.
   - В смысле?
   - Наш протектор, - стал давать пояснения Коперрульф, - Всегда очень нехорошими словами вспоминал печально известных воздушных пиратов. А от драконов хорошая крыша - весьма достаточная защита. Хоть этих бестий и нет в здешних краях - слишком далеко мы живём от границы с Альтурскими Горами, но ведь прецеденты были в здешней истории. И сюда эти разбойники долетали. А если исходить из вообще невероятного факта появления здесь колабов, то и от нашествия драконов будет весьма правильным перестраховаться.
   - Да, тогда конечно... в задумчивости согласился Давид. Но тут же оживился: - Но ведь можно создать нечто совмещённое! У меня есть оригинальное предложение, и мы с ним обсудим это дело прямо сегодня.
  
   Обед прошёл просто превосходно. Хотя во всё время оного вояжи посланников между замком и уютной лощиной меж холмов, не прекращались ни на минуту. Невзирая на то, что все и так переели и насытились чрезмерно, яства от домоправительницы продолжали поступать непрерывным потоком. Пришлось Кремону принимать контрмеры и возвращать посланников без разгрузки. Да ещё и нагружая им ранее доставленные лакомства. Чем вызвал гневные упрёки со стороны тётушки Анны, выраженные красивым почерком в передаваемых вестовыми записках. Мало того, она пригрозила молодому колдуну расправой за явное самоуправство и желание оставить столичного гостя, в первую очередь, голодным.
   Поэтому Кремон без особых колебаний принял приглашение Бабу посетить его дом с товарищеским визитом. Тем самым, найдя причину не появляться в замке на какое угодно время. Он и Торнадо передал дворецкому, что бы тот его доставил в конюшню. Предвидя, что вороной ему сегодня не понадобится. Лирна, естественно потащила за всей компанией и Мальвику, обращаясь к сиротке не иначе как "напарница и подружка".
   Но когда компания отделилась от дворецкого и Давида Сонного, которые поехали после развилки прямо к замку, оттуда их догнал спешащий конюх и сообщил, что господин протектор требует к себе Мальвику на подготовку к предстоящему медицинскому осмотру его многострадального носа. Девушка тут же забыла о своём желании побывать в гостях у Бабу и со всей прытью понеслась в замок. Даже не попрощалась со своей подругой.
   Чему оба парня вполне естественно обрадовались: нежелательно, когда дети крутятся у взрослых под ногами. А вот Лирна почему-то заартачилась, аннулировав решение посетить дом своего жениха. Хоть до того она уже там бывала неисчислимое количество раз. Что-то на неё нашло. И в центре Агвана она покинула заместителя старосты и молодого Эль-Митолана. Кремон от этого ещё больше развеселился и всеми силами старался поднять настроение приунывшему приятелю. Не отказываясь ни от одной порции алкоголя, который им подносили в семье старосты.
   В итоге, уже поздним вечером оба парня, где только не побывали. А под занавес вечера даже зашли в памятный для колдуна трактир, сами здорово там добавили на грудь, да ещё и остальных посетителей побаловали несколькократным угощением. Все повеселились на славу и весьма удивлялись, почему же не дошло до потасовки. Видимо присутствие колдуна, могущего испепелись противника по пьяной лавочке, сдерживало даже самых отъявленных любителей мордобоя.
   Оба парня вышли из трактира при полном двухлунном освещении в обнимку и распевая залихватские песни. И чувствуя, друг к другу вполне понятное дружеское расположение. Покачиваясь, они дошли до центра посёлка и там ещё с полчаса перебивали друг друга откровениями и утверждениями в вечной дружбе. А Бабу так вообще обещал исполнить любое пожелание своего нового друга. В знак благодарности за спасение своей невесты.
   Кремон, естественно, возражал и отнекивался. Помощник старосты с пьяным упорством настаивал и убеждал. Но вдруг ни с того ни с сего, словно опомнившись, заговорил просительно:
   - Слушай, пойду я спать! А? Мне же рано вставать и в дальней дороге потом буду с коня падать. Можно?
   - Да о чём разговор, дружище! - покаянно кричал колдун. - Знал бы я, что тебе с утра в путь - давно прогнал спать!
   - Да? Значит, ты не обидишься?
   - Конечно нет! Как бы я посмел? Дела - прежде всего. Это мне хорошо, я то на каникулах, могу хоть всю ночь гулять!
   - Помню! Мне протектор так и сказал! - нетрезво мотал головой Бабу. - Мол, ученик мой на каникулах, так что езжайте сами....
   - Сами...? А кто именно?
   - Я, господин дворецкий и те два воина, что в замке остались.
   - Постой, - попытался сосредоточиться Кремон в хмельном дурмане. - А я что, тоже с вами должен был ехать?
   - Конечно! - гигант громко икнул и добавил с сомнением: - Кажется....
   - И куда? - всё ещё смутно соображал колдун.
   - В эти..., как их..., Гиблые Топи! Во!
   Хмель вылетел из головы Кремона на добрую половину:
   - Что же ты мне раньше не сказал?!
   - Так ведь протектор говорил, что бы тебя не беспокоить делами. Что у тебя эти ..., как их? Каникулы!
   - Понятно! - наливаясь обидой, протянул Кремон. - Ладно, ты ложись спать, а я побежал в замок. Встретимся утром!
   И не прислушиваясь к недоумевающему голосу Бабу, колдун резко развернулся и на всей возможной скорости помчался к замку. Да так побежал, что у самой цели стал почти трезвым, вместе с потом выгнав из себя остаточный хмельной дурман.
   В гостином зале никого не было. На стук в дверь из кабинета тоже никто не отозвался. Тогда парень вспомнил о планируемом осмотре Мальвики и бросился в лестнице, ведущей в подвальную лабораторию. Но там сразу наткнулся на развалившегося в кресле и подрёмывающего дворецкого.
   - Ганби! А где учитель?
   - Как где, в подвале. Мальвику осматривает со своими друзьями.
   - И те как всегда инкогнито и тайно?
   - Естественно!
   - А Давид Сонный где?
   - В своей комнате, - пожал плечами Коперрульф. - Наверняка уже давно спит.
   - Да?
   В тоне Кремона слышалась и подозрительность, и недовольство, но дворецкий реагировал на это с хорошо разыгранным и полным равнодушием:
   - Можешь сходить к нему и проверить.
   Но молодого колдуна совсем не интересовал на данный момент Давид Сонный. Он нервно прошёлся несколько раз по коридору туда и обратно и опять остановился перед отставным капитаном. Спрашивая с пристрастием:
   - А почему вы меня не берёте в Гиблые Топи?
   - Ха! Так ведь тут всё решает Эль-Митолан Избавляющий! - чуть ли не с изумлением напомнил Коперрульф. - А ты разве не знал? Вот он и дал команду тебя не беспокоить. Считает, что ты действительно заслужил каникулы после отлично сданной сессии. И моего мнения не спрашивал.
   Кремон немного смутился от такого ответа, но возмущение всё-таки вырвалось наружу:
   - И всё-таки! Как можно отправлять группу людей в такие места без магического прикрытия?
   - Запросто! - улыбнулся дворецкий, видимо расслышав что-то первым. - Но эти вопросы не ко мне. Сейчас появится протектор, вот у него и спрашивай.
   Теперь уже и парень явственно различил шаги человека. И тут же из-за поворота ведущей вглубь лестницы показался Хлеби со спящей Мальвикой на руках. Выйдя в коридор, он бережно передал девушку Коперрульфу и шепнул:
   - Отнеси крошку в её комнату и тоже иди спать. Поздно уже.
   А сам устремился в гостиный зал, жестом увлекая ученика за собой. Когда они уселись в полутёмном помещении за огромным столом, устало спросил:
   - Весело погуляли?
   - Очень, - неприветливо буркнул Кремон.
   - Что у тебя случилось?
   - Почему вы меня не включили в состав отряда?
   - А! Вон оно что! - улыбнулся поощрительно хозяин замка. - Я человек слова: ты сессию сдал? Сдал! Значит, как и договаривались - неделю отдыхаешь!
   - Но ради важной поездки я готов отложить каникулы до возвращения!
   Торжественным тоном молодой Эль-Митолан хотел подчеркнуть цену той жертвы, на которую он идёт добровольно. Но его учитель придерживался другой точки зрения и лишь с сожалением покачал головой:
   - Увы! На следующей неделе у нас будет ещё более плотный график занятий. Ты и так отстаёшь по многим дисциплинам....
   Парень после такой скромной оценки своих достижений сразу впал в уныние. Понимая, что над ним проводят запрещённые и негуманные эксперименты. Ведь ему только чудом удалось вырвать для себя почти немыслимое удовольствие: каникулы. И никакая важность поездки не заставит протектора изменить своё решение.
   - И сколько дней отряд будет в пути?
   - Семь, может даже восемь дней, если всё будет идти по намеченному плану.
   - Значит, в таком случае учебный процесс не пострадает?
   На едкий тон своего ученика Хлеби согласно кивнул и обезоруживающе улыбнулся:
   - По дороге тоже можно многому обучиться.
   Кремон опять задумался на короткое время.
   Надо выбирать: или плюнуть на путешествие в Гиблые Топи, или на почти непредвиденные, и с таким трудом заслуженные каникулы. А ведь как хотелось снова промчаться по лесам, испытать себя на выносливость и сообразительность. Посмотреть новые места....
   - Выходит, я в отряде не нужен?
   - Ещё как нужен! Сам ведь понимаешь, территории там не такие спокойные как здесь. И Эль-Митолан - насущная необходимость в боевом отряде.
   - А если бы у меня не было каникул, вы бы меня послали? - с обиженной усмешкой спросил Кремон.
   - Зачем предполагать то, что не случилось? - пожал плечами наставник.
   - Но если я поеду завтра добровольно? Считаясь на каникулах?
   - Буду только рад! - Хлеби одобрительно закивал головой. А потом добавил ещё один приготовленный козырь. - Да и Коперрульф стремился спихнуть общее командование отрядом на твои плечи.
   После этих слов молодой колдун больше ни секунды не сомневался в своём решении. Сам себя убедив: о таких "каникулах" он мечтал давно. Но, приняв решение, он сразу же озаботился обеспечением безопасности для всего отряда:
   - Хорошо! Такие каникулы меня тоже устраивают. Но я бы хотел предупредить о выступающем в дальний путь отряде наших друзей боларов. Если они захотят, их сопровождение нам бы очень пригодилось. Да сотрудничество таким образом укреплять лучше всего.
   - Думаешь, они за вами полетят? - засомневался Хлеби. - Прошлый раз вы проезжали мимо, вот летающие растения за вами и увязались.
   - Потому я и хочу проверить.
   - Как ты их вызовешь к замку?
   - Предлагаю выехать не в полной темноте, а уже после рассвета. Ранним утром пошлю к боларам Лирну. А ещё лучше: сам с ней смотаюсь в расположение стаи. Мне кажется, Спин с товарищами за нами прилетят к замку.
   Протектор Агвана долго щипал себя за подбородок, прикидывая разные варианты, но потом одобрительно махнул рукой:
   - Ладно! Пробуй! Два, три часа дальнюю дорогу существенно не сократят, а возможные выгоды от сопровождающих боларов мы уже имеем в активе.
   - Без сомнения!
   - Тогда - спать! - решительно поднялся из-за стола Хлеби. Но тут же остановился, выслушивая вопрос ученика:
   - А что с Мальвикой? Ей исправят лицо?
   - Конечно! Послезавтра ночью проведём операцию. Мои друзья если что пообещают, то могут сделать только лучше, чем было раньше. И ни в коем случае не хуже.
   - Но мы ведь не знаем, - губы Кремона расплылись в доброй и покровительственной улыбке, - Какой девчонка была в детстве.
   - Конечно. Этого никто не знает. Но даже если она не превратится в первую красотку королевства - всё равно ей станет жить гораздо проще и приятней. Хотя.... Она и так забывает о своей внешности и в большинстве случаев не комплексуется.
   - Ага! Сегодня с нами в посёлок направилась, когда Бабу в гости пригласил, - вспомнил Кремон.
   - Вот видишь! Между прочим, раз на тебе нет свежих синяков: я понял, вы с Бабу нашли общий язык?
   - Ещё бы! Он парень то, что надо! А синяки мы тогда по недоразумению получили.
   - Да? Ну что ж, я рад. Он мне очень нравится и хочется, что бы вы стали хорошими друзьями.
   Потратив несколько мгновений на раздумья, Кремон ответил с полной уверенностью:
   - А мы ими уже стали!
   Спать оба Эль-Митолана отправились в довольном и приподнятом настроении. Хлеби - потому что ему легко удалось осуществить всё ранее задуманное. А Кремон - потому что завтра он отправится на новое задание в качестве командира отряда. И наконец-то сможет увидеть те печально знаменитые и смертоносные Гиблые Топи. Он ведь никогда не видел таких мест, где почти всё что движется или просто дышит, таит в себе опасность. Потому и думал, что уж он всегда справится с любыми трудностями.
   Только вот маленький червячок досады в душе всё-таки крутился. Слишком жалко было пропавшие насмарку каникулы. И почему не удалось их зарезервировать на более позднее время? Надо было поторговаться с учителем и выторговать хотя бы три, два, а то и один-единственный денёк отдыха. Вот не додумался!
   Уже в своей комнате, сидя на кровати, Кремон досадливо покрутил головой. Но, тем самым, подогнав следующую оптимистическую мысль:
   "Если я сдал эту сессию, то почему бы мне не попытаться так же победно осилить и следующую? Надо будет только, как можно быстрей узнать тему, подробные условия и.... Ха-ха! Сдать с тем же напором и той же скоростью!"
  
  

ГИБЛЫЕ ТОПИ

  
   Ранним утром Кремон проснулся с уверенностью, что все ещё спят, и он первым приступит к подготовке в дальнюю дорогу. Но каково же было его удивление, когда, выйдя во двор, он услышал оживлённые шумы из конюшни. Даже доносился приглушенный стук молота о наковальню из расположенной в пристройке мастерской. В приоткрытой двери мастерской виднелась фигура кузнеца, да слышалось его глухое ворчание, изредка перемежающееся выкриками помощнику. Видимо специалист по металлу был не в духе из-за слишком ранней побудки.
   В конюшне ощущалось более бодрое и весёлое настроение. А, войдя туда, Эль-Митолан увидел всех четырёх своих попутчиков за работой. Да и два конюха находились тут же. В данный момент они дружно подбирали лошадей, оружие и средства защиты для Бабу. Что, учитывая гигантское, нестандартное тело парня, сделать было довольно-таки сложно.
   По первому впечатлению создавалось мнение, что они не знают о том, что молодой колдун тоже отправляется в путь вместе с ними. Но, после первой же фразы Коперрульфа, это впечатление рассеялось:
   - А вот и наш командир!
   То ли он подслушивал ночной разговор Эль-Митоланов, то ли Хлеби его проинформировал в другое время. Но могло быть и так, что дворецкий прекрасно предвидел: никуда молодой колдун не денется и возглавит боевой отряд. Как бы там ни было он повторно напомнил имена воинов, которых звали Марез и Чигран, и посетовал на возникшие трудности при подборке обмундирования для заместителя старосты.
   - Он явился со своими доспехами. Но, во-первых: они слишком слабы и неэффективны. А во-вторых: в дальние походы обязательна единая форма одежды и вооружений. Об этом и протектор напоминал, что мы едем под его флагом и обязаны придерживаться определённого внешнего вида. Поэтому пришлось срочно подгонять некоторые детали доспехов в мастерской.
   - Да я что, против? - пробасил Бабу с улыбкой. - Даже лучше: в таких доспехах ничего не страшно!
   - Ты так думаешь? - спросил его Коперрульф с иронией. - Лучше вспомни, что от Истукона осталось.
   Видимо для Бабу экскурсия туда состоялась совсем недавно, так как глаза его и так были круглыми от восхищения. Но теперь он с уважением похлопал своего нового товарища по плечу:
   - Да! Такого монстра завалить...! Кузнец с утра злой и раздражённый. С чего бы это, думаю. А он, говорят, со вчерашнего дня ругается! С тех пор как обрубок увидел.
   Кремон ощутил себя весьма неловко под взглядами всех присутствующих. А оба воина, по возрасту почти сверстники отставного капитана, даже умудрились стать при этом по стойке смирно. Словно подчёркивая своё уважение к молодому командиру. Поэтому пришлось срочно переводить разговор на другое:
   - Необходимо послать кого-нибудь за Лирной.
   - Уже поскакал самый молодой из конюхов. - Тут же ответил дворецкий, а, увидев вскинутые в удивлении брови Кремона, пояснил:
   - Мне господин протектор час назад дал задание это сделать заранее. Объяснив суть затеи с боларами. О! Слышишь стук копыт? Это видимо наш посыльный возвращается. Только почему он один?
   Пригнувшись в седле, в створ ворот въехал вернувшийся из Агвана парнишка и сразу доложил:
   - Лирна ещё вчера после обеда поехала на хутор, помогать отцу и осталась там ночевать во временном лагере строителей.
   После этих слов Бабу досадливо стал почёсывать свою макушку, понимая, что не сможет увидеться с любимой перед отъездом. Если бы ещё не подгонка доспехов....
   - Оседлайте мне какого-нибудь выносливого коня! - распорядился молодой колдун, и конюхи тут же бросились в глубь конюшни. - Думаю, Торнадо на меня не слишком обидится?
   На что Коперрульф махнул рукой в сторону разложенного на длинном столе багажа:
   - Я запаковал в твои сумки несколько пакетов мармелада. К тому же - конкретно вишнёвого. Так что он тебя простит.
   - Отлично! Тогда заканчивайте подготовку и садитесь завтракать. Возможно, нам с Лирной не удастся сразу уговорить Спина сорваться с ночного насеста и придётся ждать рассвета. Но моего вороного и запасную лошадь приготовьте полностью. Да и два столика с соответствующими блюдами выставьте. Скорей всего я поем или во дворе вместе с боларами, или прямо в дороге, если растения откажутся нас сопровождать.
   Когда конюхи подвели осёдланного коня, Кремон потратил одну минуту на краткое знакомство с животным, и только тогда, не пускаясь с места в карьер, выехал из конюшни. И лишь вырвавшись на Южную дорогу, послабил повод и пустил скакуна вскачь. Почти не задумываясь, создав при этом щит невидимости магии и вполне солидный щит против атаки физическими телами.
   Хоть обе луны давали приличное освещение на открытых пространствах, в тени леса колдун настроил ночное зрение и даже стал подгонять вполне резвого, но сильно уступающего Торнадо, коня.
   На Паласиевом лугу, у самого лагеря, всадника ждал сюрприз. У Кремона совсем вылетело из головы, что здесь уже несут вахту два воина. Для него весьма неожиданно прозвучала громкая команда остановиться на солидном расстоянии от частокола. Дозорный находился на временной вышке и прекрасно просматривал все подступы к лагерю со стороны луга. Да и весь временный лагерь у него был как на ладони.
   Какое-то время ушло на выяснение личности, затем на розыск и побудку заспанной хуторянки. Но вот суть предстоящего дела Лирна ухватила сразу:
   - А фрукты ты взял?
   Колдун недоумённо пожал плечами:
   - В такую рань? Как-то и не подумал....
   - Без проблем! В лагере есть. Сейчас найду.
   Пока она собирала сумку, для неё оседлали лошадь и за пятнадцать минут, по большой дуге они обогнули обширный участок леса и подошли в расположение стаи со стороны открытого луга. Затем оба ночных визитёра спешились и вошли в мрачную тень гигантских ашпуниц. Своим зрением колдун увидел самых крайних членов стаи и с того места люди стали выкрикивать имена, на которые откликались четыре представителя летающих растений.
   После первых призывных криков две особи сорвались с веток и улетели куда-то в глубь леса. Именно по этой причине колдун и хуторянка не переставали звать своих друзей в течение получаса. Хотя Лирна убеждала, что в дневное время ей хватало и пяти минут. Видимо четвёрка контактёров находилась весьма далеко. Но самое главное, Спин всё-таки прилетел. И привёл за собой двух товарищей.
   После преподнесённого угощения, которое болары приняли с должным достоинством и сноровкой, Кремон вместе с Лирной попытались донести до сознания зелёных шаров цель своего визита. Применяя для этого дружные покачивания своими руками в сторону посёлка. А словами акцентируя смысл на том, что нуждаются в помощи. Спин понял просьбу быстро и уже через пять минут отлетел в сторону направления их предстоящего пути и махнул по ходу полёта пару раз корнями. К нему тут же присоединились оба его товарища. Люди тоже оседлали своих животных и на приличной скорости двинулись по лугу.
   Когда Лирна отделилась и поехала в сторону лагеря, болары даже не вильнули в её направлении, а продолжали следовать над Кремоном. В лесной гуще колдун пытался рассмотреть своих друзей в редкие просветы между крон. И с удовлетворением констатировал их присутствие. То есть они поняли: их для чего-то позвали и в них нуждаются.
   Заминка произошла уже на самой дороге, в непосредственной близости от замка. Спин с товарищами остановился и нерешительно замер в воздухе. Ну ещё бы! Ведь никто из них и никогда не залетал в расположении этой огромной и насыщенной магией постройки. Пришлось Кремону проявить всю свою находчивость и сообразительность, использовать весь словарный запас, но всё-таки уговорил летающие растения последовать за ним. Во дворе болары, хоть и с явной нерешительностью осторожно приступили к предоставленному в их распоряжение угощению. И вот тогда уже стали насыщаться без лишних церемоний. Вполне подтверждая надежды Эль-Митоланов на то, что болары очень скоро привыкнут и полностью перейдут на пищевое довольствие. Так сказать, станут числиться на балансе королевского ведомства.
   Молодой Эль-Митолан завтракал стоя, внимательно прислушиваясь к последним наставлениям очевидно никогда не спящего протектора. Хлеби говорил не так уж много, акцентировав внимание своего ученика лишь на том, что бы он во всех вопросах прислушивался к мнению отставного капитана. А все остальные детали Коперрульф расскажет во время пути. В том числе и про самое главное задание начинающегося путешествия. Напоследок добавив:
   - Для этого времени будет достаточно.
   Его ученик так не считал, досадуя, что не присутствовал на вчерашнем инструктаже:
   - И надо мне было по посёлку бродить!
   - Так ведь сам же хотел отдохнуть на каникулах! - вполне резонно напомнил Хлеби. В это время подвели гарцующего от нетерпения Торнадо. - Удачи вам и скорейшего возвращения!
   - Спасибо! - Кремон вскочил в седло и махнул рукой в сторону открытых во внутренние помещения дверей. Оттуда ему таким же образом помахала тётушка Анна. Она страшилась подойти ближе из-за шевелящихся корней боларов. А вот девушки Кремон не увидел: - А где же Мальвика? Как это она не проснулась от такого шума?
   - Вчерашнее снотворное до сих пор действует, - пояснил протектор и хлопнул вороного по крупу: - В путь! А привет от тебя я ей передам обязательно.
   Его ученик улыбнулся, осмотрел своё бравое войско и скомандовал:
   - Трогаем!
   В лучах восходящего светила отряд быстро пересёк посёлок и галопом устремился по Лиодской дороге. Два болара, среди которых Спин выделялся на первом месте, по ходу движения набирали всё большую высоту над отрядом, а вот третий отстал. И через какое-то время, всё замечающий Коперрульф сообщил:
   - Тот, что отстал - вернулся в лес.
   Известие было из ряда огорчительных. Но ведь и так хорошо, что Спин последовал за людьми. Скорей всего, поняв, что от него требуется. И делать остановку для выяснения сложившейся обстановки в воздухе - не было никакого смысла. Болары и сами во всём разберутся. Только вот почему вернулся в лес их зелёный товарищ?
   - Может он полетел за четвертым членом группы? - высказал надежду дворецкий. Но до короткого привала на обед, их так никто и не догнал. Лишь две точки на небе стали постепенно увеличиваться в размерах. С явной уверенностью, что и им достанется вполне заслуженная порция ещё свежей, остро пахнущей, недавно приготовленной пищей. Похоже, что домоправительница тоже этой ночью спала очень мало. Но собранные заботливыми руками в дорогу лакомства и разносолы - того стоили.
   Место, выбранное для привала, являло собой огромное поле. Широкий тракт на Лиод пересекал его, но в самом центре от него отходила под прямым углом дорога, ведущая строго на север. Не так часто используемая, но тоже в весьма хорошем состоянии. К тому же почти ровная, словно прямая стрела, и ведущая к городу Эссек. Город этот был чуть меньше Лиода и располагался на реке Виха. И славился в основном выращиванием картофеля, вырубкой невероятно быстро растущего леса, производством изделий из разных пород дерева. Тем более что Виха вниз по течению являлась судоходной, что способствовало доставке производимой продукции прямо в столицу.
   Отряду предстояло до конца первого дня добраться до небольшого посёлка на середине пути до Эссека. А уже за следующий день добраться непосредственно до реки Виха.
   Из-за позднего выезда приходилось навёрстывать упущенное время. Поэтому пообедали быстро, сменили лошадей, что весьма не понравилось ревнивому Торнадо, и доедали десерт уже на ходу. По этой причине скорость продвижения немного спала, поэтому Коперрульф решил обстоятельно проинформировать своих спутников о том, что их ждёт на территориях Гиблых Топей. Ведь никто кроме дворецкого там не бывал и даже никогда не слышал от очевидцев истинных и неприкрашенных подробностей. Даже явные ветераны воинской службы Марез и Чигран никогда не бывали в тех краях. И сами слушали с не меньшим напряжением и интересом. Причём знал отставной капитан так много и рассказывал так ярко и досконально, что даже молодецкая самоуверенность Кремона растаяла без следа. А в душе стали зарождаться первые ростки вполне обоснованных опасений.
   Ведь те места, которые являлись конечной целью их путешествия, разумные существа старались избегать всегда. Неразумные, как это ни странно звучало, тоже. По крайней мере, ни разу не было замечено, что бы тамошние животные, обитающие со стороны Энормии, взбирались на каменистые террасы, окружающие Гиблые Топи. Даже самые дикие и свирепые хищники обходили условную границу за многие километры.
   Именно с описания этой самой границы и начал свой рассказ Ганби Коперрульф.
  
  

ЧАСТЬ ДВЕНАДЦАТАЯ

   Фактически этот участок континента, по размерам больший, чем такие государства как Спегото и Альтурские Горы и почти не уступающий Чингалии - не принадлежал ни одним разумным существам. Хотя регулярно, в течении всей обозримой истории, чуть ли не в каждом столетии, предпринимались крупные и отчаянные попытки как-то колонизировать бесхозные территории. Но все они заканчивались безрезультатно, а чаще всего - весьма плачевно. И количество утраченных жизней при экспансии в Гиблые Топи зависело от того, кто направляет туда своих разведчиков, колдунов, вспомогательные средства, а то и целые армии натренированной рати.
   Королевство Энормия ограничивалось осторожными исследованиями на магическом уровне, которые фактически были неэффективны и периодическим осмотром специальными дозорами приграничной местности. Не препятствуя впрочем, и проявлению инициативы частными лицами в исследовании диких земель. Не возбранялось организовывать отряды отчаянных ребят и пытаться проникнуть в более отдалённые от границы места. Вот только смертность в этих отрядах чаще всего бывала стопроцентной. Да и ребят никто не называл отчаянными. Скорей - тупыми идиотами. Потому как согласиться на такое могли или по глупости, или по большой жадности, или....
   А вот о последнем "или", Коперрульф распространяться не стал. Лишь печально вздохнув, погладил своё многострадальное колено и стал повествовать дальше.
   Как исследовали Гиблые Топи сорфиты и таги - доподлинно известно не было. Но, судя по всей массе разобщённых и противоречивых порой сведений, высокотехнические обитатели Сорфитовых Долин не рисковали своими жизнями, а отправляли на разведку немыслимые по сложности устройства и приспособления. Которые, по непроверенным данным, могли самостоятельно двигаться по суше, плыть по воде, и даже зарываться в песок. А то и летать в заданном направлении. То есть применялись самые современные технические средства. Но, тем не менее, и западные соседи Энормии не достигли каких-либо положительных результатов в освоении ничейных земель. Впрочем, ни сорфиты, ни их миниатюрные друзья таги, не слишком то этим расстраивались.
   Зато не находили себе места от злости ещё более западные соседи из Царства Огов. Живущие там идолопоклонники чуть ли не всю свою историю вели непримиримую борьбу со статусом нейтралитета Гиблых Топей. Не взирая даже на то, что уже сами давно и прочно потеряли свою независимость и стали сырьевым придатком для страшных и нечеловеческих колабов. Ледония фактически управляла Царством Огов как подопечной территорией и не оккупировала соседнее государство лишь из-за нежелания резать курицу, несущую золотые яйца. Так как Оги выращивали столько пшеницы, овощей и фруктов, что могли прокормить всю Ледонию, Баронство Радуги и кое-что перепадало даже Баронству Стали. То же самое было и с производством молока, сыра, мяса, шерсти и всех товаров им сопутствующих. Благодатный, мягкий климат позволял собирать по два урожая в год. А на сочных, вечно зелёных пастбищах, никогда не видевших снега, всегда паслись тучные и неисчислимые стада домашних животных.
   Как поговаривали во всём мире: "Благодатная земля!" И потом, после разочарованного вздоха, добавляли: "Вот только дуракам досталась!"
   И сменяющие друг друга цари, с целеустремлённостью достойной другого применения, только тем и занимались, что пытались "завоевать" ничейные и смертельно опасные Гиблые Топи. Именно - завоевать. И никак иначе! Причём цари не просто посылали своих подданных на сражения с диковинными монстрами Топей, но и сами бесстрашно возглавляли свои многотысячные войска. И бесславно гибли....
   Но бесславно - только для остального мира. Для всех Огов любой царь, погибший в зловонных болотах, тут же возносился на вершину всеобщего поклонения, посмертного восхваления и исторического подражания. Становясь для всего царства героем на века. А для остального мира, опять-таки - посмешищем.
   Но, тем не менее, регулярно собираемые войска, подкреплённые мощными саперными и понтонными подразделениями, каждый раз в несколько лет переходили наплывные террасы на границе со смертельными землями и штурмом пытались завладеть кошмарными территориями. Сжигая огненной смесью на своём пути всё, что могло двигаться, дышать или просто расти. Количество штурмующих зависело от наличия в их рядах или самого царя, или одного из прямых наследников на корону. Но меньше трёх тысяч особей, не было никогда.
   Говорится особей, потому что из Ледонии почти всегда прибывал небольшой отряд молодых глупцов колабов, желающих поучаствовать в опасном приключении. Что всегда и особенно торжественно приветствовалось всеми царями, приближенными к короне и всеми слоями населения. В те моменты отвратительные чёрные цилиндры несчастные и наивные Оги чуть ли не приравнивали к своим идолам. Что лишний раз подтверждало их умственную неполноценность. Колабов, кстати, съедали различные твари Топей с тем же аппетитом и безразличием, что и остальных завоевателей.
   Как ни странно, но участвовали в этих самоубийственных рейдах и некоторые наёмники, которых эмиссары царства собирали в обоих Баронствах и за большие деньги привлекали под знамёна Огов. И закупали не просто наёмников-воинов, но и талантливейших инженеров и весьма сильных Эль-Митоланов. Именно маги в своём гордом одиночестве иногда возвращались из бессмысленных завоеваний живыми и рассказывали всему миру леденящие кровь истории. Именно маги имели лишь небольшой шанс для собственного спасения и некоторые успевали им воспользоваться. Но, в основном, погибали все. Даже владеющие тайнами мироздания.
   И вот именно из-за этого факта издревле бытовало одно весьма противоречивое мнение. За бесчисленные годы разросшееся до сотен неправдоподобных легенд. Что, мол, среди бездонных болот есть острова со сказочными городами, полные несметных богатств и сокровищ. А Эль-Митоланы об этом знают и время от времени пытаются до них добраться. Ведь сделать это под прикрытием большой армии намного легче. Потому некоторые особо алчные маги и соглашаются помочь настойчивым царям. А сами мечтают лишь добраться до затерянных городов.
   В самом Царстве Огов ходит другая легенда, усердно поддерживаемая правящей династией. При всех разнообразных интерпретациях нескольких сотен вариантов, суть легенды сводилась к следующему: если Оги покорят Гиблые Топи, то тем самым они спасут весь мир в целом. Вот так: не много, не мало, а весь мир. И бедные идолопоклонники продолжают толпами и с праведной верой в сердцах идти на свою погибель. А остающийся на полях народ, безропотно содержит на своей шее целое государство злобных и бесчеловечных колабов. Но этот народ другого и не был достоин, коль ни разу в своей истории не попытался свергнуть тяжёлое иго. Некоторые теоретики посчитали, что Оги могли бы давно уничтожить колабов полностью и завалить при этом все ущелья и пропасти Ледонии своими телами. Если бы направили войска в другую сторону....
   Может они боялись колабов? Ведь эти монстры питались любым мясом, в том числе и человечиной. Огов, правда, не ели. Никогда. Это тоже считалось загадкой. Может у них некий тайный договор? Вы нас кормите - мы вас не едим. Или что-то в этом роде? Цари молчали на эту тему, а с колабами и говорить никто не собирался. И завесы многих тайн так и не приподнимались. Если они, то есть тайны, конечно, существовали.
   Вот так, в общих чертах, выглядело политическое положение и сильно разнящееся отношение примыкающих к границам соседей. Что же касалось физической сущности Гиблых Топей, то их геологическая структура только своим строением вызывала головную боль у любых исследователей. При чём только своей наружной частью. Террасовой границей - попросту говоря. Что творилось на внутренних территориях, никто толком не знал и не ведал. И пять гигантских, сравнительно, внутренних плоскогорий никогда не были обследованы хоть бы по минимуму. А сама граница называлась Террасовой из-за своего строения. Потому как сходила на соприлегающие государства гигантскими примерно в метр высотой ступенями. Словно кто-то и когда-то расплавил скальные породы в невероятной печи, и эта смесь стала расходиться наплывами в разные стороны. Да так и застыла то ли по заказу неведомых сил, то ли просто из-за потери нужной температуры. Но верхняя ступень осталась идеально плоской, самой широкой, до двухсот метров и, самое уникальное, на одном уровне по всей своей протяжённости. Этот уровень и назывался официально: Нулевой отметкой. То есть вся граница являла собой как бы высокий вал оплавленных минералов. Причём вал был цельным как со стороны Энормии, Сорфитовых Долин и Царства Огов, так и со стороны океана. Разве что там Террасовая граница застыла за несколько сот метров от прибоя и была много кратно выше, чем со стороны континента.
   По причине такого внушительного и непроницаемого для влаги вала, из Гиблых топей не выходило ни единой речки, ни единого ручейка. Ни в море, ни на сушу. Внутреннюю воду пить вообще не рекомендовалось. Так как после нескольких употреблений разумные существа теряли над собой психический контроль, подвергались непонятным приступам паранойи, шизофрении и преследованию жутких галлюцинаций. А при тяжёлых случаях - чуть ли не смертельными приступами каталепсии. Крайним исключением являлось разрешение пить воду, дважды прокипячённую в посуде из серебра.
   За валом Террасовой границы сразу же начиналась дикая смесь всех мыслимых и немыслимых участков леса, полей, холмов, озёр, песчаных дюн и редких скальных нагромождений. А вокруг, вдоль и рядом этих островков чего-то привычного и понятного и располагались конкретно Гиблые топи. Поросшие тростником ядовито-жёлтого цвета, покрытые густым и вязким туманом и отдающие порой такими жуткими и неприятными запахами, что многие эти испражнения небезосновательно считались ядовитыми. Причём Топи не являлись фиксированными, они постоянно двигались, затапливая и погружая в себя те самые частички знакомого для человека мира. Несколько гектаров столетнего леса могли неожиданно просесть в неведомые пучины за один, два дня. А затем вновь, через несколько лет вознестись над ядовитой поверхностью безжизненной грудой омертвевшего песка.
   Поэтому составлять подробную карту местности было делом бесполезным. Даже те районы, которые наблюдались непосредственно с верхней ступени, и которые считались самыми стабильными на территории Топей, несколько раз в году могли претерпеть существенные изменения. Поэтому за ориентиры брались лишь изгибы границы, выходы скальных пород на высоту, превышающую Нулевую отметку, ну и сами плоскогорья, которые обозначались лишь схематично и очень приблизительно.
   У любого слушателя сразу же возникал справедливый вопрос: а почему же нельзя построить форпосты цивилизации на этих самых плоскогорьях? Ведь можно одним стремительным и решительным переходом за день добраться до этой тверди и там окопаться, а затем уже с двух сторон планомерно бороться с Топями.
   После такого вопроса опытный рассказчик на некоторое время замолкал, прогоняя перед мысленным взором все те жуткие и немыслимые создание, которые ему довелось увидеть, а потом, после тяжёлого вздоха добавлял:
   - Там обитают просто кошмарные создания! Аналогов, которым не существует во всём мире. И для половины из них, плоскогорья - родной дом. Да, в некоторых узких местах достичь тверди можно за дневной переход. Да можно там окопаться и выстоять сутки, двое, а то и трое. Но вот потом начинается сущее светопреставление. Ведь однажды, легендарному и самому удачливому царю Огов, удалось дойти до ближайшего к ним плоскогорья. И даже создать там уникальную по скорости возведения крепость. Но и она пала на четвёртый день своего существования. Фактически покрывшаяся телами, нахлынувших со всех сторон обитателей Топей. Лишь двум Эль-Митоланам удалось вернуться к границе и только поэтому кровавое сражение стало достоянием истории.
   И суть не только в том, что в Топях полно больших и неимоверно зубастых созданий, но и в том, что там до сих пор не подсчитанное разнообразие всяких летающих тварей. Только и спасает, что вся эта мерзость отправляется на охоту только ночью. Но все они опасны для разумных созданий без исключения. Начиная от летающих ящериц и кусачих пятисантиметровых шмелей, и кончая бабочками-пиявками с полукилограммовым телом. Такая красотка с прозрачными крылышками, если присосётся незаметно к спящему человеку, то утром тот уже и не просыпался. Умирая во сне от потери нескольких литров крови.
   Есть ещё и несколько видов насекомых. Среди которых самыми опасными являются зелёные муравьи. Двадцать сантиметров в длину, передвигающиеся со скоростью бегущего человека, они своими жвалами запросто откусывают палец хоть на ноге, хоть на руке. Перекусывают ремни, верёвки, ткань, превращают в труху любую древесину прямо на глазах. Именно из-за зелёных муравьёв на площадке верхней ступени, на Нулевой отметке, никогда не ведётся строительство ни одного опорного сооружения. Достаточно разбить хоть временный лагерь, как к вечеру со стороны Топей целыми тучами выползают блестящие малахитом тельца, и беспощадно зачищают все постройки, живность, ткань и дерево. Если конечно что-то успевали возвести из камня, то это не трогали, но вот всё остальное перемалывали с жутким хрустом и с неимоверной скоростью. То ли их кто-то создал для работы "санитаров" границы, то ли это они такой инстинкт выработали за период своего существования, но ничего построить, вернее, завершить строительство, не удавалось никогда. Муравьёв можно было уничтожать. И весьма легко. Например: ударом каблука. При условии, что муравей стоял на месте, а не метался рядом, пытаясь залезть по штанине и вцепиться во что угодно. Пусть даже в ухо. А если муравьёв собиралось больше десяти, они нагло и безбоязненно атаковали человека.
   Ещё эффективнее было сжигать этих зелёных санитаров. Огонь расправлялся с насекомыми беспощадно и быстро. Но при этом от сожженных хитиновых оболочек поднималась такая вонь, что разумные существа падали в обморок после нескольких вдохов. А других способов борьбы с топианскими муравьями ещё не придумали.
   Помимо всего прочего Террасовая граница являлась ещё и барьером во всех отношениях. Самым главным минусом было то, что за ним и сквозь него не могли проходить Эль-Митоланы отделённым сознанием. Хоть поодиночке, хоть аккумулируя энергию сотен колдунов для этого действия. Не отделялось сознание и на самой территории кошмарного природного образования. Благо хоть в остальном силы разумных, которые владели тайнами мироздания, не терялись и они могли ими пользоваться в полную меру.
   А самым главным плюсом Террасовой границы являлось полное не прохождение её любой тварью из Гиблых топей. Кроме одного, всемирно известного исключения, барьер никогда не выпускал наружу ни одного порождения своих внутренностей. Ни летающего, ни ползающего, ни бегающего. Даже зелёные муравьи по своим санитарным надобностям редко опускались ниже пяти, максимум десяти ступеней в сторону материка. А более крупные монстры вообще старались не приближаться к оплавленному и застывшему навсегда барьеру. Разве что в некоторых, исключительных случаях.
   То есть Террасовая граница не только служила преградой для разумных существ, не давая им в первую очередь произвести магическую разведку, но и ограничивала распространение смертельно опасных существ по всему миру. А это было - самое важное. Ведь подобных пространств, непреодолимых для отделённого сознания, на планете существовало всего три. И все три были смертельно опасны для любого разумного существа. Будь то человек, сорфит, таги, дракон или колаб. Пройти через них, пока, не было суждено никому. Ни через Гиблые Топи, ни через Зачарованную пустыню, ни через Пустыню Умерших Духов. Даже таинственные сентеги не прошли через последнюю и никогда на давали о себе весточки в Южные княжества. Так и живут себе где-то на Южном полюсе. Если ещё живут....
   Но, тем не менее, обе пустыни вообще не имели обитателей. Ни злых, ни кровожадных, ни агрессивных. По имеющимся на сегодняшний день данным - там жила только смерть. Убивающая всё живое или растущее. А вот из Гиблых Топей могли вырваться на свободу очень большие неприятности. Если бы не барьер....
  
   Коперрульф закончил описывать места их предстоящего марш броска как раз к тому времени, когда остановились для короткого привала. По всеобщему согласию решили не ужинать, а сделать это уже непосредственно на месте ночлега. Лишь быстро протянули по нескольку плодов спикировавшим вниз боларам. И так было маловероятно, что отряд успеет к своей цели засветло. Пересели на отдохнувших основных лошадей и погнали со всей возможной скоростью. Тут уже стало не до пространных рассказов, хоть каждый мысленно перебирал в памяти только что услышанные факты, сведения и описания. А ведь дворецкий не успел и словом обмолвиться о нескольких десятках хищных монстров, с которыми им, возможно, придётся сразиться. Поэтому путники лишь фантазировали на эту тему, не забывая впрочем, тщательно следить за дорогой и проплывающим по сторонам пейзажем.
   За весь день им встретилось лишь с десяток крестьянских телег с различными дарами природы, два небольших каравана торговцев, да три добродушных пограничника на похасах. Воины проводили плановую инспекцию дороги и, перекинувшись несколькими фразами с дворецким, не стали задерживать ни себя, ни отряд, а поехали дальше по своим делам.
   К небольшому пограничному селению Скалиды добрались уже в сгущающихся сумерках. Прежде, чем въехать на запыленные улицы, Кремон долго и обстоятельно пообщался с боларами, накормил их и убедился, что они удобно расположились в ветвях самого большого в околице дерева. Спин совершенно не возражал против усиленного отдыха, а уж тем более не стремился следовать за отрядом в посёлок. И сомневаться в его сообразительности не приходилось. Раз уж он с товарищем так далеко забрался вслед за отрядом, то утром дождётся людей обязательно и вряд ли самовольно повернёт назад. В Скалидах не было своего протектора Эль-Митолана, но должностные лица имелись в комплекте. Огромная общая изба была построена в виде прочной, пятиметровой башни и оборудована малым охранным периметром. Который имел прямую связь с пограничной заставой. А уж на заставе жило сразу два колдуна. Только вот сама застава располагалась чуть выше, в горах и навещать их с дружеским визитом не было смысла. Тем более что отряд и так уже ждали двое сельских старшин и без проволочек разместили гостей в комнатах второго этажа. А все десять лошадей вполне комфортно расположились во внушительной и полупустой конюшне чуть в стороне от башни.
   Естественно, что такими разносолами, как в замке Эль-Митолана Хлеби Избавляющего, гостей не баловали. Даже пришлось кое-какие мелочи выложить на стол из своих запасов.
   - Но мы ведь не на праздник приехали! - сам себя утешал Коперрульф, при этих словах с плотоядным облизыванием придвигая к себе салатницу с жареными грибами. - А вот года три назад я здесь побывал на Медовом дне. Вот это было что-то! Таких блинов мне сроду пробовать не доводилось!
   - Да тут и без блинов - объедение! - резюмировал Бабу, нарезая себе вяленого мяса со свиного окорока. - Но может быть, вы лучше нам расскажете ещё что-нибудь про Гиблые Топи?
   Заметив, что дворецкий с прикрытыми от удовольствия глазами пережёвывает полный рот грибов, Кремон осуждающе мотнул головой:
   - Дай человеку поесть! Да и не до разговоров нам. Выспаться надо основательно. Завтра ведь гораздо больший участок проехать придётся. Вдруг в Эссеке поспать хорошо не удастся? А следующая ночь - с дежурными вахтами.
   - Понял, командир! И спорить не решусь! - засмеялся гигант. - Мне спать приказывать не надо, и без приказа сладко сплю. И лишь туда, где смех и танцы, маршировать всегда люблю.
   Никто не ожидал от человека состоящего в основном из выпирающих мускулов, ещё и попыток рифмовать слова и складывать их стихами. Даже дворецкий одобрительно хмыкнул, оценив импровизацию. Но Кремон уже не раз примечал, что Бабу порой пытается лишь казаться простоватым парнем без больших претензий. Только ведь недаром он занимает в посёлке пост заместителя старосты. И дело тут даже не в семейной поддержке.
   После похвалы товарищу, колдун поинтересовался:
   - А Лирна знает о твоих способностях?
   - Ещё бы! Я ведь ей уже несколько лет стихи сочиняю. Несколько тетрадей она уже насобирала. И все ей посвящены. Говорит, что если удастся попасть в столицу, она их обязательно к печатникам отнесёт и попробует из лучших стихотворений создать книгу.
   - О! В столице такие книжки любят! - воскликнул Коперрульф, проглотивший наконец-то свои жареные грибы. - Может тебе сразу переквалифицироваться в придворного поэта? И не тратить время на общественную работу и ратные подвиги. Подумай! Может твоё призвание именно в этом?
   - Нет! - решительно замотал буйной головушкой гигант. - Не по мне это! Разве что только для развлечения. Или когда уже до возраста моего деда Берки доживу, уйду на покой, и останутся на мою долю только такие утехи....
   - Что-то твой дед и не думает ни о каком покое, - напомнил Кремон. - Мало того, ведь ты рассказывал, что он не против был ещё и с нами в поход отправиться. Если бы не обязанности старосты.
   Бабу в ответ лишь многозначительно развёл руками, а дворецкий добавил:
   - Такие люди как Берки - вообще никогда о старости не задумываются. Об отдыхе - тем более. И ведь как ему в жизни досталось крепко, где только он не побывал. И геройские поступки за ним числятся. На обратной дороге я вам расскажу пару историй про него.
   Больше всего обещанное повествование заинтересовало внука старосты. Видимо Берки никогда особо не распространялся дома о своих похождениях и сейчас у Бабу прямо глаза загорелись:
   - Расскажите хоть что-нибудь!
   Похоже, что слушали бы все с большим удовольствием. Но Коперрульф заметил обеспокоенный взгляд молодого Эль-Митолана и решительно подвёл черту поздней трапезы:
   - Без разговоров! Доедаем - и спать!
  
   Собрались опять за тем же столом через шесть часов. Бодрые после хорошего отдыха, освежающего умывания и голодные от преддверия длинного дневного перехода. Хозяева опять накрыли простой, но сытный стол и через полчаса после подъёма отряд уже выезжал из всё ещё дремавших в темноте Скалид. Оба болара ждали людей на том же месте и после первых же окриков спланировали за своей порцией завтрака. Люди угощали летающие растения до тех пор, пока те брали плоды и вяленую рыбу своими корнями. Но вот Спин первым отвалил в сторону, а затем взлетел на высоту нескольких метров. Крутнулся вокруг своей оси, несколько раз покачал корпусом в стороны, и, видимо довольный хорошей центровкой своего тела, проскрипел уже хорошо знакомое ему слово:
   - Дорога.
   Другой зелёный шар к тому времени тоже заканчивал проверку своих полётных качеств, и лишь только отряд людей двинулся по дороге, оба болару стали двигаться в том же направлении. Постепенно набирая высоту и не упуская всадников из своего поля зрения. Когда светило стало подниматься с правой стороны горизонта, то своими лучами осветило боларов первыми, а те при этом так умудрились повернуть свои твёрдые корпуса, что по поверхности неосвещенной ещё дороги, заплясали световые блики.
   Лошади шли быстрым аллюром, поэтому растянувшимся всадникам было трудно переговариваться, но Коперрульф всё-таки криком обратил внимание колдуна на забавы боларов:
   - А ведь так тоже можно разработать несколько сигналов для общения между нами.
   - К тому же можно обучить их пользоваться простыми, а то и специальными зеркалами! - тут же ухватил его мысль Кремон. - Тогда им не придётся тратить время и силы на лишние спуски и подъёмы.
   - Твой друг Давид Сонный может и сам до такого додумается?
   - Спин - здесь, поэтому - вряд ли! А вот когда вернёмся - будем работать в этом направлении. Да и свистки к тому времени он обещал изготовить. Опробуем все возможности.
   До обеда отряд двигался в отличном темпе и даже стали опережать график движения. Поэтому решили сделать привал более продолжительный, что бы и лошади могли отдохнуть. Боларам теперь для эксперимента выставили на выбор очень много еды и самой разнообразной. Похоже, Спин с товарищем догадался, что перегружать себя не стоит, и лишь скромно угостились теми продуктами, которые им видимо были нужны. Отдав предпочтения вяленой рыбе, сушёному мясу и десятку самых сочных плодов.
   Люди тоже при этом насыщались, но использовали каждую минуту для более полного и содержательного общения с летающими растениями. Но если Кремон внимание акцентировал на обучении новых слов из лексикона боларов и передачи своих, то Коперрульф извлёк откуда-то маленькое зеркальце и всеми доступными средствами пытался доказать зелёным шарам его актуальную необходимость. Пуская им в кроны световые зайчики и пытаясь выработать хоть какие-то основные сигналы. Вот только болары, похоже, восприняли зеркальце как обыкновенную игрушку. На какое-то время, затеяв борьбу между собой за его обладание и слепя друг друга по очереди.
   - Ладно, - резюмировал дворецкий итоги своих обучений, когда болары стали подниматься вверх над местом привала, - Не съели - и то хорошо!
   На что один из воинов, Марез, пошутил:
   - Как же ты теперь будешь следить за своей внешностью? А вдруг какая красотка на тебя глаз положит?
   Коперрульф с улыбкой расправил свои усы и нравоучительно констатировал:
   - Такого парня как я, и без зеркала сосватают! - но затем, после небольшой паузы добавил: - Если только согласие с моей стороны получат.
   Теперь ехали на запасных лошадях, и скорость продвижения стала вполне приемлемой для того, что бы отставной капитан продолжил свой рассказ о Гиблых Топях. И все его попутчики при этом могли хорошо слышать каждое слово. И слушали очень внимательно: кто с недоверием и скепсисом, а кто и с явной обеспокоенностью. Но все - с неослабевающим вниманием. Естественно: не забывая следить за окружающим пространством и стараясь обезопасить себя от любой неожиданности. Да и на боларов кидали по очереди зоркие взгляды.
  
   Коперрульф основное время своего рассказа уделил тем обитателям Топей, сражаясь с которыми один человек, как правило, погибал, а Эль-Митолану приходилось использовать мощнейший сгусток огня для уверенной победы. Или что-либо кардинальное из своего магического арсенала. А если учитывать, что запас силы, иссякает в таком случае многократно быстрей, чем пополняется, то подсчитать гибельное количество тварей, нападающих со всех сторон одновременно - не составляло большого труда. Двадцать, тридцать, ну максимум сорок болотных монстров - и даже от самого сильного колдуна не останется косточек.
   Поэтому опытный воин пытался донести до всех своих спутников главную тенденцию, без которой выжить в Гиблых топях почти не возможно: движение! Постоянное и быстрое движение. Если группа разумных останавливалась и решалась дать бой, небольшим, казалось бы, силам враждебного мира, как со всех сторон тут же к месту сражения устремлялись тысячи других монстров. То ли их привлекал запах крови, вытекающей из тел трупов, то ли они отзывались на призывы стадной ярости, но тогда звери шли со всех сторон, выползали из-под земли и прыгали с каждого возвышающегося предмета. А ночью ещё и прибавлялась летающая нечисть. В таких случаях вернуться к Террасовой границе становилось теоретически невозможно.
   Самым страшным кошмаром Топианских болот считались валели. Огромные жуки, на восьми мощных суставчатых ногах, которые в свою очередь казались обутыми в мохнатые сапоги. Туловище этих жуков достигало в длину трёх метров и двух метров в ширину. При толщине до полутора метров. Причем было защищено таким прочным панцирем, что даже тяжелому копью было тяжело пробить в нём дырку. Вместо головы у валеля выступало вперёд два прочных, утыканных шипами шара с парой жутких жвал, парой ртов и двумя парами глаз. Жвала имели полости с парализующим на несколько суток ядом. Причём из центра шара выходило вперёд по метровому, чуть изогнутому рогу. Кончиком, которого жук мог рассечь свою жертву как мечом. Но только прямо перед собой и ударом снизу вверх.
   Уничтожить валеля можно было несколькими способами. Повредив все четыре глаза. Отделив от тела оба костяных шара, которые ещё считались двумя головами болотного монстра. Или пробив более чем десяток отверстий в его панцире туловища. Тогда из дыр начинала хлестать густая, розовая кашица и жук очень быстро терял все свои силы.
   В общем, пятеро сноровистых и натренированных воинов справлялись с жуком без проблем. Стараясь не останавливаться перед опасными рогами и не лечь под брюхо жука. Ибо тогда он просто приседал на лапах и давил соперника своей трёхсоткилограммовой тушей. Атаковали жуки с кошмарным рокочущим храпом, словно запугивая свою жертву. Но разумных созданий этим не запугаешь. Вот только особенностью валелей было то, что они нападали, вернее, появлялись из земли, тины или воды количеством не меньшим пяти, а то и десяти особей. А за ними всегда спешили ещё сотни. То есть паслись эти жуки по Топям внушительными стадами. И сражаться с одним - считалось большой глупостью. Пока победители спешно отрубали редкостные трофеи - спаренные головы валелей, со всех сторон уже подтягивались десятки, а то и сотни других монстров. И уж тогда рокочущий храп ознаменовал только одно - смерть.
   Но, как ни странно, головы-трофеи всё-таки имелись во многих местах мира. Хоть и ценились баснословно дорого.
   Вторые по величине и агрессивности обитатели топей, считались, пожалуй, чуть ли не единственными неядовитыми созданиями. Но могли заглотать человека сразу. Да что там человека! Очевидцы рассказывали, как эти гигантские питоны за несколько минут надевались своей пастью на ещё дёргающегося в предсмертных судорогах валеля и превращались после этого в плоский шар с окровавленной пастью. С двухметровым и весьма интенсивно работающим хвостом. Этим хвостом питон подталкивал своё раздувшееся тело к жидкостной среде и погружался в неё для переваривания пищи.
   Кто додумался назвать смертельно опасного удава словом парьеньша, никогда не было известно. Но на древнесумском языке, парьеньша, обозначало - младенец. И вот эти "младенцы" десятиметровыми шлангами буравили Топи во всех направлениях. Их самих, как ни странно, атаковали только валели, поддевая на свои опасные рога. Да и то не всегда, а лишь в редких случаях. Которые удачливым очевидцам некогда было разгадывать: самим бы живым ноги унести!
   Кожа парьеньши была такая упругая и прочная, что даже копья отскакивали от неё словно от комка резины. А стрелы пробивали лишь с близкого расстояния и строго под прямым углом. И рассечь блестящее покрытие тела водяного монстра можно было лишь очень острым мечом, нанося удары так, что бы лезвие протягивалось и резало.
   Огонь удаву не причинял и малейшего вреда. Возможно именно поэтому столичные пожарники Энормии избрали парьеньши своим профессиональным символом. Изображая монстра свернувшимся тремя кольцами, с раскрытой пастью и гасящим своим дыханием трепещущее пламя.
   Самым хитрым и коварным созданием Гиблых Топей считался скатэк. Плоский блин упругой и мускулистой плоти, диаметром три, три с половиной метров и с раскиданными по всей наружной части ядовитыми присосками. Скатэк передвигался очень медленно, не имея возможности догнать даже спокойно идущего человека, но достаточно было наступить хотя бы на край хищного блина, как он сворачивался и обтягивал собой жертву. Как правило, добыча погибала сразу от полученной дозы яда. Причём скатэки считались самыми лучшими специалистами в мире по мимикрии и могли так замаскироваться под окружающий ландшафт, что становились даже его лучшей и более надёжной частью. С виду. Да ещё очень часто создавали в центре своего тела некий яркий и завораживающий цветок, который выглядел лучше, чем настоящий.
   Разрубить скатэк не составляло особого труда, но вот при этом можно было порубать и жертву. Да и к тому же жертва, как правило, умирала сразу от яда. А ещё лучшим оружием против хищных блинов считался огонь. От пламени скатэки погибали, чуть ли не сразу, даже будучи лишь обожженными на треть.
   Поэтому лучшей защитой от этих ядовитых монстров считалось передвижение с открытым огнём. В таком случае по скатэку можно было даже пройтись, растоптав экзотический цветок приманку, но не подвергнуться нападению с его стороны.
   На твёрдых, и, казалось бы, надёжных участках грунтах не следовало расслабляться из-за борнусов. Эти землеройные многоножки немного имели сходство с сорфитами строением своего тела. Вот только у них не было рук в верхней части туловища и отсутствовала оконечность, которая у сорфитов вполне походила на голову: с лицом и прочими атрибутами разумного существа. Вместо вместилища мозга борнус имел невероятно зубастую лепестковую пасть, которая при полном раскрытии расходилась семью сегментами и превращалась в кошмарный цветок метрового диаметра.
   Сражаться с борнусом мог даже один человек. Ему следовало только опасаться схлопывающейся пасти, брызгающего из неё яда и уворачиваться от ударов шершавыми челюстями. То есть ловкий воин мог одолеть землеройную многоножку фактически одним мечом. Так как кожа, живущего в основном под землёй хищника, легко поддавалась заточенной стали. Надо было только внимательно смотреть под ноги и вовремя замечать в земле норы полуметрового диаметра. Которые порой весьма искусно замаскировывались наклонённой травой или низко нависшими ветками.
   Дальше Коперрульф стал перечислять более мелких представителей животного мира, которые им могут встретиться в Топях. Чем окончательно испортил всем настроение и вогнал в задумчивую тоску. И некоторое время все ехали молчаливые и мрачные. Пока Чигран не спросил:
   - Так там что, все хищники? Даже простой мотылёк - и тот кровопийца?
   - Не знаю, - признался отставной капитан. - Может и есть там букашки пьющие только нектар, или суслики, питающиеся лишь травкой. Ни один исследователь зоолюб оттуда не вернулся. Поэтому подробной классификации придётся ждать ещё очень долго. Но вот одно удивительное и всемирно известное животное там есть. И вы все о нём знаете....
   Тут уже заговорили все сразу. Тем самым, отгоняя от себя тревогу и опасения, разряжая тоскливую атмосферу:
   - Конечно! Все знают о Топианской Корове!
   - Самое большое животное в мире.
   - Больше даже чем морской кит.
   - И добрая эта Корова, поэтому её никто не обижает.
   - Конечно, добрая! Во всех сказках об этом говорится. В легендах Корова когда-то была мудрым прорицателем, конечным судьёй и лучшим советчиком.
   - А первые цари Огов, по их сказаниям, были вскормлены молоком Топианской Коровы.
   - И поговаривают, что именно она является владычицей Гиблых Топей.
   - Ну, это всё сказки и легенды! - подвёл черту Кремон под репликами своих попутчиков. И обратился к отставному капитану: - А вы сами видели это животное?
   После вопроса Коперрульф внимательно и демонстративно осмотрелся по сторонам, проверил наличие боларов у них над головой, и лишь потом стал отвечать:
   - Я лично, не видел. Но общался с человеком, который не раз их наблюдал своими глазами и даже присутствовал при одном уникальном случае, с Топианской Коровой в главной роли. Вы наверняка знаете о том единственном случае, когда одно из животных сто тридцать лет назад перешло Террасовую границу?
   - Конечно, - стал отвечать за всех Марез. - Тогда Топианская Корова преодолела барьер, спустилась по ступеням и умерла, не дойдя всего десятка метров до леса. Сотни специалистов сбежались на обследование разлагающегося тела и спешно пытались изучить строение этого загадочного животного. И по отсутствию молока в сосках пришли к выводу, что Корова слишком старая, и именно поэтому потеряла ориентацию и вышла за пределы Топей. Потому и погибла.
   - Всё верно, - подтвердил отставной капитан. - Такое мнение общепризнанно. Но вот мой знакомый обрисовал ту историю немного по-другому. Подтвердив, что если Корова стара, то её никто не будет ...спасать. Вот именно: спасать! И рассказал тот самый случай, который он наблюдал лет тридцать назад. Тогда из болота тоже вылезла огромная туша Топианской Коровы и стала двигаться в направлении Террасовой границы. А так как двигаются они очень медленно и почти прямолинейно, то несколько свидетелей этого возопили от радости, что доведётся лично просмотреть второе в истории преодоление барьера. Даже послали гонца оповестить всех заинтересованных в округе людей. Но вот дальше события пошли непредвиденно. Видимо Корова была молодая и очень дойная. Поэтому вслед за ней бросились целые полчища валелей, парьеньш и тех огромных червей, борнусов, напоминающих сорфитов. И все они стали буквально сталкивать огромную тушу с прямой линии. Мало того, когда корова доползла до открытого пространства и стала лишь бессмысленно слизывать своей огромной пастью голые камни в поисках пищи, сотни других животных стали подпрыгивать справа по ходу её движения. Как бы всеми силами привлекая к себе внимание. Корова мучительно выворачивала голову вправо и, что самое странное, животные не отскакивали в сторону, а ...позволяли себя съесть! На его место тут же выходила новая особь и с непонятным самопожертвованием начинала привлекать внимание на предельной для Коровы досягаемости. Вечно требующая притока пищи молочная фабрика снова тянулась вправо и не задумываясь, проглатывала то огромного парьеньша, то ярко раскрашенного валеля, или серовато-белого червя. И в результате каждый раз сдвигалась вправо на несколько сантиметров. Поэтому прямая линия её движения превратилась в гигантскую дугу, которая вернула Топианскую Корову на родные территории.
   Примчавшиеся к вечеру Эль-Митоланы и некоторые специалисты по животному миру, лишь с отчаянием увидели погружающуюся в болота гороподобную тушу, а затем целые сутки выпытывали у свидетелей мельчайшие детали незаурядного события.
   Ещё раз мой знакомый видел Корову, во время прохождения по твёрдой поверхности чуть в глубине Топей. Она опять двигалась по прямой линии и срезала своей пастью всю растительность перед собой. А там росли деревья и густые кустарники под четыре метра высотой. При этом вдоль коровьих боков висели на сосках сотни молодых жуков, червей и удавов. Причём если некоторые отваливались, видимо насытившись, то их место тут же занимали другие недавно родившиеся особи. Этакий детский сад в самом гиблом месте планеты. Причём взрослые особи в пределах видимости Коровы вели себя так миролюбиво и спокойно, что на них, вероятно, можно было кататься как на верховых лошадях. Мой знакомый не решил экспериментировать до такой степени, и лишь только грандиозное зрелище стало удаляться, со всех ног припустил к границе. И весьма вовремя это сделал: ему пришлось буквально перепрыгивать ручьи переплетающихся удавов и метаться между торчащих со всех сторон рогов валелей. Спастись удалось буквально чудом. Он потом утверждал со всей горячностью: вокруг каждой Топианской Коровы мигрирует и передвигается целое личное войско отборных монстров.
   - Значит, так до сих пор не удалось взять пробы молока у Коровы и выяснить его состав?
   На вопрос молодого Эль-Митолана, Коперрульф недоумённо пожал плечами:
   - Насколько мне известно: нет. Вряд ли кто в здравом уме попробует приблизиться к её соскам.... Да и зачем это?
   Кремон точно так же пожал плечами:
   - Ну..., не знаю. Может оно излечивает от болезней? Или наоборот: лишает разума? Может Топианская Корова действительно владычица Топей, и если разгадать что она такое, то остальные проблемы с этими территориями тоже постепенно решатся.
   - Может, и решатся! - засмеялся дворецкий. - Как это никто раньше не догадался пригласить Корову в гости? На приём, в королевский дворец....
   Колдун тоже заулыбался вместе со всеми, представив развороченное здание дворца в Пладе, но в своей памяти сделал зарубку: найти самого сведущего специалиста по Топианским Коровам. Не то что бы он не доверял Коперрульфу, или сомневался в его компетенции, но ведь наверняка существует один, а то и несколько Эль-Митоланов, которые собирают по этому вопросу буквально всю информацию. А значит, могут дать более подробную информацию хотя бы по вопросам строения тела этой Топианской молочной фабрики.
   А напоследок рассказа о живности и монстрах, Коперрульф добавил важный факт:
   - Между прочим: над Гиблыми Топями никогда не летают болары. Ни разу не было замечено, что бы они пересекли Террасовую границу. Мало того, по историческим данным, ни один из драконов тоже не залетал на территорию Топей.
   - А почему? - спросил Бабу. Но вместо дворецкого ответил Кремон:
   - Вот научим наших боларов разговаривать, тогда у них и спросим. А пока ясно только одно: над болотами они нам помогать не будут.
   - Скорей всего, - согласился Коперрульф. - Хотя я даже представить себе не могу: чем бы летающие растения смогли нам помочь на этих мерзких болотах?
  
   Во время короткого привала слегка перекусили и вновь пересели на основных лошадей. Повысив скорость передвижения до максимального уровня. В этот день они проезжали пространства более заселённые людьми. То и дело встречались деревни, небольшие посёлки и множество раскиданных не далеко от дороги хуторов. А уж на подъезде к городу Эссек поток гужевого транспорта на тракте возрос неимоверно. И это несмотря на то, что близились сумерки, и многие повозки вряд ли доберутся засветло до целей своего путешествия. Что говорило о том, что в здешних местах вполне безбоязненно можно было передвигаться по основным дорогам даже в ночное время.
   В пути не произошло ни одной задержки, и отряд ещё засветло въехал в крепостные ворота Эссека. Наибольшие опасения вызвали предполагаемые действия боларов. На виду большого города они даже не стали снижаться, а с всё той же стабильностью держались строго над путешественниками. Но если над дорогой летающие растения как-то могли следить за отрядом, то как они будут это делать на многолюдных и порой очень извилистых улочках? Тем не менее, Спин с большой высоты, даже в таком подвижном людском муравейнике легко выделял своих кормильцев и ни разу не пропал из поля зрения.
   А отряд со всей поспешностью пересекал огромный населенный пункт. Город не только выглядел, но и считался гораздо большим, чем Лиод. По праву считаясь самым крупным провинциальным центром в северо-западной части Энормии. По последним данным здесь проживало до двухсот тысяч постоянного населения.
   Поэтому быстро отыскать нужный постоялый двор новому человеку было проблематично. Да ещё и двор, находящийся на противоположном краю Эссека. Но бывавший здесь неоднократно Коперрульф провёл отряд к цели самой короткой дорогой. Пришлось для этого и реку пересечь по одному из трёх мостов, единственному, за который надо было платить пошлину. Зато не пришлось терять время на бесплатных, но забитых до отказа транспортом мостах или на дешёвой, но весьма тихоходной паромной переправе.
   У самой цели Кремон стал делать знаки спустившимся гораздо ниже боларам и приглашать их переночевать во дворе. Но скорей всего подобное предложение, если оно было правильно понято, никак не соответствовало правилам поведения зелёных шаров. Может со временем они, и привыкнут ночевать по соседству с немыслимым для них количеством людей, но пока решиться на такое не могли. И Спин с товарищем, немного поколебавшись и повисев на одном месте, отправился дальше, строго по прямой линии их предыдущего движения. Видимо намереваясь заночевать сразу за чертой города. Члены отряда посовещались и решили, что поведение боларов вполне логично. Вот только оставались опасения по поводу утренней встречи. Сумеют ли летающие растения проследить выход отряда из ворот на самом рассвете? Хотелось надеяться, что да.
   На постоялом дворе отставного капитана встретил сам хозяин, который оказался его старшим товарищем и чуть ли не наставником на первых годах службы. Раздобревший и розовощёкий мужчина лет шестидесяти, пытался втянуть немного чрезмерный живот и, посмеиваясь, обменивался дружескими приветствиями:
   - Рад, очень рад тебя видеть в полном здравии!
   - Да и ты, Ольгерд, выглядишь с каждым разом всё свежей и упитанней!
   - Я посмотрю, каким ты станешь, когда выйдешь на пенсию и перестанешь размахивать мечами.
   - О-о! К тому времени тебя уже будет не догнать! Да и хозяйство твоё, - Коперрульф обвёл широкий двор руками, - Постоянно увеличивается. Видать хорошо дела идут?
   - А как же! Вот прикупил оба соседних дома с участками и теперь достраиваю массу нужных мне комнат и помещений. А всё потому, что старые друзья только у меня и останавливаются. И своих друзей ко мне направляют.
   - Вижу тебя предупредили о нашем приезде?
   - Ещё в обед посыльный из королевского почтового ведомства прибыл и заказал комнаты на твоё имя. Чем меня несказанно обрадовал....
   Дворецкий тоже радостно улыбнулся, но глаза его при этом хитро прищурились:
   - И продолжаешь принимать тех, кто на службе со скидками?
   - Попробовал бы я льготно не принять своих боевых товарищей! - гневно сверкнул глазами Ольгерд. - Сам бы себе руки отрубил за жадность!
   - Ну, тогда расквартировывай наш отряд на ночлег. И знакомься с моими попутчиками.
  
   Помывшись и отдохнув в своих комнатах, все пятеро вновь собрались вместе в небольшой, отдельной столовой, где для них накрыли ужин по самому высшему разряду. А через короткое время к ним присоединился и сам хозяин заведения с несколькими бутылками разведённой гремучки и двумя бутылками гремвина. С явной целью отлично провести добрую часть ночи и славно попьянствовать.
   - Вот, эта гремучка делается по особым рецептам из отборного зерна. А этот гремвин из моих личных запасов! - хвастался Ольгерд. Но Коперрульф лишь досадливо пошевелил своими усищами и охладил пыл старого товарища:
   - В данный момент - мы при исполнении обязанностей! Так что не обессудь, можем выпить лишь по одному стакану. Но вот на обратном пути возможно и расслабимся....
   - Э-э-э, - с явным расстройством протянут трактирщик. - Когда это ещё будет.... А куда ж вы путь держите? Коль не секрет.
   - Вроде и не секрет, но особо разглашать такие вещи не следует....
   - Ты за кого меня принимаешь? - хмыкнул с возмущением Ольгерд.
   - Сам знаешь: служба - она и в Менсолонии - служба. Но тебе доверяю, да и хочу послушать от тебя последние новости про те края. А направление наше - Гиблые топи.
   - Опа! - с недоверием воскликнул хозяин заведения. - Куда это вас потянуло! Или про коленку ты свою забыл, или шутить изволишь? А то может жизнь не мила?
   - Да нет, мы туда только с самого краешка побродить. Да и то: в дневное время. Так что не переживай: с мозгами у нас порядок, и у того, кто нас послал - тоже.
   - Ну, если так дело обстоит....
   - Ты лучше расскажи, о последних новостях и сплетнях, что доносятся до тебя с тех сторон.
   Ольгерд не спеша, разлил каждому тот напиток, что он пожелал, и лишь затем стал обстоятельно рассказывать:
   - В основном события в тех краях происходят те же самые что и обычно. Кто-то там прячется от правосудия, кто-то пытается разбогатеть на охотничьих трофеях, сражаясь с Топианскими монстрами, да изредка собираются и уходят вглубь искатели сокровищ, приключений, славы, богатства.... И прочей мишуры нашего бытия. Но возвращаются лишь редкие единицы. Да и те становятся либо инвалидами, либо умственно неполноценными. Сам ведь знаешь, что в тех болотах творится. Но это было всегда, видимо таким образом мир избавляется от дураков. А вот по сплетням и некоторым слухам, вполне проверенным в разных источниках, возле Террасовой границы появилось несколько банд. Вернее может это и одна группировка преступников, а может несколько объединились и действуют с взаимной поддержкой, но шороху они там наделали достаточно. Ограбили несколько торговых караванов с внушительной охраной. Причём вырезали всех свидетелей и очевидцев до последнего человека. Таких кровавых грабежей давно во всей Энормии не помнят. Мало того разбойники выжгли несколько хуторов и фактически стёрли с лица земли вполне солидную деревеньку. Все протекторы в округе переполошились и мобилизовали максимальные силы для поимки преступников, но пока даже не могут конкретно выяснить, ни кто это так зверствует, ни где они скрываются от рук правосудия. Не помогают ни Сонные Покрывала, но поголовные обыски и проверки всех подозрительных. Поговаривают, даже прибыл усиленный отряд из столицы и организует специальные засады и скрытые охранные периметры на дорогах. Но до сих пор никаких конкретных результатов. Преступники не только не затаились, но несколько дней назад вновь совершили наглое нападение на небольшой торговый караван. Поставив в засаду не менее тридцати человек. По счастливому совпадению с караваном находилось два случайных попутчика Эль-Митолана. Они на всякий случай скрывали за щитом свои магические сущности. Зато потом не стали церемониться с бандитами. И только благодаря этому удалось остановить нападающих. Как ни странно, те отошли очень слажено и организовано, и даже умудрились забрать с поля боя всех своих погибших и раненых. Эль-Митоланы не решились преследовать преступников, вполне справедливо опасаясь возможной засады. По той же причине они не рискнули проследить за бандитами отделённым сознанием: ведь рассеявшиеся по лесу враги могли напасть повторно. Исходя их этого события, появились вполне обоснованные предположения, что в бандитской шайке находится как минимум один колдун. Но этот факт пока никак не помог следствию. Зато напряжение в тех краях ещё больше возросло.
   - Понятно, - с грустью констатировал Коперрульф. - Теперь придётся ещё и за каждым человеком смотреть в оба. Хотя мы и собираемся потратить день туда, день обратно, да день конкретно на дела. А вот две ночёвки возле границы меня теперь гораздо больше волнуют.
   На что Ольгерд вполне резонно предложил:
   - Может вам набрать несколько человек для усиления отряда?
   После этих слов Коперрульф вопросительно уставился на Кремона. И тот до неприятного ущемления в желудке вдруг чётко осознал всю тяжесть принятия командирского решения. И ведь обстановка домашняя и стол ломится от закусок, и опасности за спиной нет. А вот решать надо именно сейчас! Именно в этот момент. И как тут быть? Признаться в своей неспособности решить этот вопрос и переложить его решение на совесть дворецкого? Или проявить самоуверенность и следующей ночью столкнуться с непредвиденными обстоятельствами? И при этом поставить под угрозу жизни вверенных ему людей и как следствие не выполнить задания? Или перестраховаться и удвоить численность отряда? А потом выслушивать насмешливые вопросы наставника по поводу чрезмерных и ненужных расходов. Вот и думай теперь!
   Если бы не свирепствующая в тех краях банда, о помощи беспокоиться не пришлось. Но ведь опасность существует, и очень большая! А Хлеби о ней не знал в момент отправления отряда. Если бы ещё не подозрения, что в шайке затесался Эль-Митолан! А так, с несколькими десятками людей он запросто и играючись расправится с пятью человеками. Невзирая даже на силу, молодость, самонадеянность и ...неопытность Кремона. А значит....
   И самое главное: в случае приданию отряда большей численности, будет кому нести добавочную вахту, а в дневное время присмотреть за оставленными на Нулевом уровне запасными лошадьми.
   Молодой командир оторвался от своих мыслей и заметил, что все с напряжением ожидают от него ответа. Поэтому постарался придать своему голосу уверенность и значимость:
   - Да, действительно. Нам понадобится человек пять опытных и неболтливых воинов. Сможете организовать пополнение в течение ночи?
   Ольгерд после этих слов оживился и одобрительно закивал головой:
   - Естественно! Ещё до рассвета здесь будут пятеро самых лучших и проверенных бойцов.
   Судя по реакции Коперрульфа, Мареза и Чиграна, решение Кремона им понравилось. А вот Бабу выглядел весьма разочарованным:
   - И зачем нам лишняя обуза? Мы и сами ребята что надо! Любому кости поломаем!
   - Да поломать-то мы поломаем, - закивал головой отставной капитан. - Но ведь чем больше компания - тем веселей! Не правда ли, мой почтенный друг?
   С этими словами он соприкоснулся своим стаканом с кружкой хозяина заведения, а тот его поддержал моментально:
   - Ещё как веселей! А на обратном пути я для вас такой праздник закачу! Ух! За удачу! Пусть путь ваш будет без проблем!
   И все пятеро гостей опорожнили свои стаканы с напитками, присоединяясь к пожеланиям Ольгерда.
  
   В предрассветных сумерках удвоившийся по численности отряд неспешно выехал из только что открывшихся Северных ворот Эссека. Ехали не спеша, а, доехав до кромки леса, вообще остановились. После нескольких призывов Кремона их ветвей спланировали два летающих растения и принялись пополнять свои запасы питания. Пытаясь наверстать пропущенный вчерашний ужин и совместить его с завтраком.
   Пятеро воинов, которые только присоединились к отряду, от увиденного зрелища просто замерли вместе со своими лошадьми. Такого представления им ещё явно не доводилось видеть в своей жизни. Но тут же сказалась их выучка, выдержка и дисциплина: ни одного изумлённого восклицание не послышалось с их стороны. Ни одного недоумённого вопроса. Ни одного резкого и неожиданного жеста, могущего вспугнуть боларов. А ведь их никто не предупреждал заранее о предстоящей кормёжке зелёных шариков.
   Довольный новыми воинами, Кремон поговорил со Спином, насколько позволяли запас слов и сложившаяся обстановка. И через некоторое время отряд на полной скорости устремился вперёд, двигаясь по намеченному маршруту. Только теперь все воины растянулись цепочкой и разбились на небольшие группки. По мнению Коперрульфа так можно было наиболее безболезненно отразить неожиданное нападения из засады.
   В авангарде отряда двигались три новых воина. За ними, на небольшом расстоянии, скакали Марез с Чиграном. После них, выдерживая солидный интервал, двигались дворецкий и командир отряда. А замыкали кавалькаду конников с запасными лошадьми, гигант Бабу и два оставшихся новых воина.
   Такое расположение членов отряда, ко всему прочему, позволяло Коперрульфу делиться инструкциями, данными ему протектором Агвана. Несмотря на приличную скорость и создаваемый при этом свист ветра, конский топот, скрип и позвякивание сбруи, молодой колдун хорошо слышал каждое слово. А если что-то мешало, то переспрашивал повторно. Поэтому к обеду уже знал смысл всего задания и мельчайшие подробности, необходимые для его успешного выполнения.
   Конечно, могло оказаться, что самого объекта, к которому они стремились, уже давно не существует в природе. Возможно, его и не было никогда. Так как сведения были почерпнуты лишь из одного источника, и никогда до сей поры не проверялись. Но перспективы, в случае удачного результата были поистине грандиозны.
   Вся суть заключалась в том, что тридцать пять лет тому назад, один их вольных исследователей Топей, со своим товарищем отыскал на скалистой и неменяющейся возвышенности некую странную пещеру. При первом же, беглом осмотре было найдено более десятка обуглившихся останков, принадлежащих когда-то людям. Причём останки явно разнились между собой оплавленными частями доспехов и вооружения. И однозначно принадлежали разным временным эпохам. Из чего выходило, что все предыдущие посетители пещеры, так никогда из неё и не вышли. Оба искателя приключений в связи с этим приняли максимальные предосторожности при обследовании внутренностей и попытались разгадать явную тайну. В результате они обнаружили уходящий в литую каменную стену ящик из очень прочного металла. При чём ящик имел на уровне груди среднего роста человека обычную крышку, которая без всяких трудностей просто открывалась вверх. А за этой крышкой на полозьях лежали длинные пластины со светящимися шариками. При чём: каждая пластина подпиралась сзади последующей, и их длинный ряд терялся в глубине отверстия. Светлое время дня перевалило за половину, и пора было выходить из Топей. Но охотникам захотелось взять хоть один светящийся шарик с собой. Вернее одному из них. Второй категорически настаивал на немедленном уходе, показывая на обугленные останки и взывая к разуму своего товарища. Но тот даже слушать не хотел и предложил сомневающемуся подельнику подождать его снаружи пещеры. Спор ничего не дал, и боле осторожный отошёл к выходу, спрятался за выступом и стал наблюдать за товарищем с помощью выдвинутого зеркала. Именно поэтому он увидел, как из ящика, после некоторого ковыряния в нём, вырвалось ослепительное пламя и со страшным взрывом испепелило всё вокруг. Осторожность спасла жизнь предусмотрительному охотнику. Но руки, которой он держал зеркальце, не стало. Ей просто оторвало и сожгло пламенем. Кое-как остановив кровь, искатель приключений выполз наружу и в порыве злости завалил отверстие крупным валуном. Из Топей он вышел удачно и даже рассказал эту историю одному из Эль-Митоланов. Колдун добросовестно записал все подробности рассказа, отметил на карте точные координаты и ...благополучно сдал запись в архив. Время от времени запись отыскивали, читали, делали свои выводы и ...снова откладывали в архив. Ведь никто не мог понять: что же смертельного таилось в пещере. Да и лишний раз соваться в Топи никому не приходило в голову.
   Запись эта в своё время попалась на глаза и Эль-Митолану Хлеби Избавляющему. Но особого внимания он на неё не обратил. Как и все остальные, которые не знали и не понимали сути и применения светящихся шариков. Впоследствии колдун дорвался до королевских хранилищ и там чуть ли не год изучал те древнейшие трактаты, которые описывали суть действия нескольких дошедших до настоящего времени древнейших артефактов. Но подавляющее большинство сведений касалось вообще таких устройств, о которых современники не имеют и малейшего понятия. Их Хлеби изучал на всякий случай, просто откладывая в своей памяти. Естественно ему, ни разу не видевших этих устройств и их деталей, трудно было связать между собой разобщённые и, казалось бы, совершенно далёкие друг от друга предметы.
   И только после того, как он подержал в руках литанру, найденную во внутренностях колдуна колаба, в его голове зароились воспоминания. А когда он, следуя им, открыл литанру и увидел планку с единственным светящимся шариком, все стало более или менее на свои места. Оставалось только проверить ту самую запись с координатами таинственной пещеры.
   Ведь в трактатах, описывающих древние артефакты, имелась подробная инструкция, как пользоваться зарядным накопителем и доставать из него планки со светящимися зарядами. Скорей всего в пещере как раз и находится такой накопитель, а обычные предохранительные устройства не позволяют не ознакомленным существам достать планку со светящимися зарядами.
   Теперь отряду надо лишь отыскать заваленную валуном пещеру и аккуратно, следуя инструкции достать планки с такими желанными и опасными зарядами для литанры. Если это произойдёт, в Энормии впервые появится возможность исследовать загадочное оружие. А, имея неограниченный запас зарядов - ещё и попытаться создать аналог литанры. К тому же будет очень полезно создать и защитные средства против испепеляющего пламени. Ведь наверняка у колабов имеется ещё много подобных единиц вооружения.
  
   От полученных сведений настроение Кремона повысилось. От этого он даже лихо поприветствовал большой торговый караван, который они в тот момент обгоняли. А остальные члены отряда поддержали командира залихватским свистом и приветственными выкриками. Тем более что в охране каравана товарищи, очень хорошо знакомые для воинов утреннего пополнения.
   Обогнав медленно катящиеся повозки на полном скаку, молодой колдун вновь стал прикидывать возможные выгоды. Действительно - если им удастся запастись планками с зарядами, это будет весьма знаменательное событие. Которое трудно переоценить. Вот только вызывала справедливые опасения сила испепеляющего пламени. А поговорить на эту тему с наставником не удалось. Пришлось спрашивать у дворецкого:
   - А в случае неудачи мой щит выдержит?
   - Протектор говорил, что максимальная защита мощного колдуна - выдержит. Но если хотите, я попытаюсь сам вынуть планки....
   - Ещё чего?! - возмутился колдун.
   - ...Там ведь ничего сложного, - продолжал отставной капитан. - Надо лишь скрупулёзно выполнять все пункты инструкции.
   - А где она?
   - У меня есть два экземпляра. Во время обеденного привала я вам дам вам одну и дополню устными наставлениями протектора.
   - Отлично! Тогда ускоримся по возможности! - скомандовал Кремон и попустил поводья.
   До намечено привала оставалось ещё добрых полчаса пути, когда начались первые странности. Вначале неадекватно стал себя вести Торнадо. Он ощутимо сбавил скорость и стал подкидывать своего хозяина крупом, словно играючись. При этом кося на него то одним, то вторым глазом.
   - Жаль, что ты говорить не умеешь, - посетовал колдун. - А то я тебя не пойму: то ли ты проголодался, то ли устал? Ну ладно, ладно! Потерпи. Скоро уже будем делать остановку.
   Но лишь только Торнадо успокоился, как впереди опустился Спин. Причём болар не вылетел на отрытое пространство дороги, а петлял между деревьями и явно пытался привлечь внимание Кремона. Издавая при этом какие-то звуки. Прислушавшись, колдун разобрал своё имя. Но почему болар зовёт его в лес? Недолго думая он резко свернул с дороги на еле видимую тропинку и оказался среди густых деревьев. Тут же Спин приблизился к нему вплотную и стал общаться с помощью выученных слов:
   - Опасность! Дорога, лес, опасность! Люди, - он два раза назвал число десять, дублируя при этом своими корнями, а затем затряс двумя корешками возле самого носа Кремона: - Колдун! Два! Колдун! Два! Опасность!
   - Спасибо, Спин! Ты опять нас выручил! - колдун понимал, что за отрядом в данный момент могут следить отделённым сознанием, поэтому со всей поспешностью вернулся к приостановившимся спутникам и на немой вопрос Коперрульфа подал ему оговоренный ранее сигнал "Опасность" и громко скомандовал:
   - Давайте, делаем привал! Вот эта полянка самое для этого подходящее место. Да, да, вот здесь, возле дороги.
   Свою магическую сущность он прикрывал, но ведь надо всегда учитывать и подсматривание. Поэтому надо было срочно усесться удобнее и, не привлекая внимания к своему телу, проверить дорогу впереди отделённым сознанием. Ведь по всем признакам впереди затаилась засада. Да ещё количеством не менее чем двадцать два человека. А это - уже не шутки. От такого отряда врагов надо отступать немедленно. А ещё лучше, если бы сделать это совсем неожиданно для людей, засевших в засаде.
   "Ну ничего, сейчас мы выясним, что нас ждёт впереди!" - со злой решительностью подумал Кремон, облокачиваясь на сброшенное наземь седло и устало прикрывая веки.
   И со стороны казалось, будто молодой воин просто сильно устал и стремится хоть немного расслабить утомлённое тряской тело, пока его товарищи беззаботно и весело готовятся к обеду.
  
  

ЧАСТЬ ТРИНАДЦАТАЯ

   Отделённым сознанием Кремон не успел продвинуться и ста метров как сразу наткнулся на притаившихся в засаде людей. Фактически отряд расположился почти в пределах их прямой видимости и своим ранним обедом, возможно, избежал коварного и немедленного удара. Что больше всего поразило, так это то, что все воины были обмундированы в одну маскировочную одежду и защищены такими же неприметными в кустах доспехами. Да и всё вооружение у них было зачернено тёмно-зелёной или серой краской, не допускающей случайного блеска от луча света.
   С каждой стороны дороги на выгодных позициях затаилось по восемь воинов и по одному командиру, которые скорей всего и являлись Эль-Митоланами. Щиты прикрытия своей магической сущности они держали походя, а один из них с жадностью пил холодную воду. По всем признакам, только что его отделённое сознание вернулось в тело! И скорей всего колдуны и не догадываются, что их обнаружили и высчитали. Вряд ли кто ещё в Энормии знал о невероятных способностях боларов различать владеющих тайнами мироздания даже под щитами прикрытия. У всех сидящих в засаде воинов в руках были приготовлены луки с наложенными на тетиву стрелами. Но ещё четыре человека стояли чуть глубже, в чаще леса и держали на поводу более двух десятков мощных и осёдланных лошадей. В случае чего, из леса по пятам сразу же помчится погоня.
   Вывод после всего увиденного напрашивался один: здесь скорей всего подкарауливают тот самый караван, который отряд обогнал около часа назад. Хоть там и было полно охраны, но при надлежащей внезапности и наличии двух боевых колдунов торговцам грозила почти неминуемая гибель. Потому как устраивать засаду на небольшой военный отряд не было особого резона. Потери для нападающих по любому будут слишком большими. А на особую добычу рассчитывать не приходилось.
   С наибольшей скоростью Кремон вернулся в соё тело и, уверенный, что в данную секунду за ними наблюдают лишь издалека, попросил вылить на него незаметно побольше воды. Охладившись до того состояния, что пар перестал подниматься от его одежды он первым делом подошёл к местному новичку и перекинулся несколькими вопросами:
   - Мы обогнали недавно большой караван. Среди охраны есть Эль-Митолан?
   - Нету. А вот три ветерана там имеют полный комплект магической защиты.
   То есть они были защищены примерно так же, как Коперрульф. Но всё равно услышанные новости огорчили командира отряда, и он воскликнул:
   - Очень жаль! Тогда нам придётся очень трудно....
   - Не страшно, - продолжил воин из пополнения. - Зачем владельцу обоза Эль-Митоланы? Помимо того, что он один из самых знатных и богатых купцов в округе, так он ещё и сам колдун.
   - Да ты что?! Вот здорово! - обрадовался Кремон. - Ну, тогда мы им покажем! Через сто метров впереди по дороге нас поджидает засада из двадцати воинов и двух Эль-Митоланов. Как только я тебе подам такой вот сигнал, мчись к владельцу каравана и ставь его спешно обо всём в известность.
   Затем он подошёл к дворецкому и тоже его проинформировал о засаде. При этом все передавали друг другу еду и прекрасно слышали каждое слово своего командира. Следовало под видом трапезы подождать приближающийся караван и ударить по затаившемуся противнику общими силами. При таком раскладе сил имелись очень хорошие возможности одержать быструю победу. А тех, кто не падёт под ударами, просто рассеять по лесу.
   Каждый воин расположился как можно ближе к своему коню, стреножил запасную лошадь и был готов действовать по первой же команде. Поэтому когда первые подводы каравана поравнялись с местом привала, все разом вскочили на сёдла. Назначенный посыльным один из воинов пополнения бросился к восседающему на второй подводе купцу и ещё с расстояния принялся описывать ситуацию. А все остальные восемь членов отряда выстроились клином сзади Кремона и на полной скорости ринулись в атаку. Естественно, что под прикрытием мощного магического щита.
   Охрана обоза тоже сгруппировалась быстро и грамотно, а главный купец уже громко отдавал команды, скача на поданной ему лошади впереди всех и стремительно набирая скорость. Засевшим в засаде оставалось при виде такой атаки только одно: бежать без оглядки!
   Но они поступили совсем иначе. Неожиданно на открытое место смело вышел один из их Эль-Митоланов и властно поднял руку вверх. Из-за его спины тут же вынырнул воин с военным горном и громко протрубил боевой сигнал. Слишком хорошо известный всем, кто хоть раз бывал в казармах королевской гвардии. Сигнал называемый "Отбой атаки!"
   Ещё находясь в больших сомнениях, Кремон услышал одновременно два крика у себя за спиной. От Коперрульфа и купца Эль-Митолана. Оба тоже выкрикивали "Отбой!"
   В пылу атаки они донеслись почти до своей цели и только там остановились полностью. Лишь тогда дворецкий вполголоса прокомментировал случившееся событие:
   - Перед нами командир королевского специального отряда "Коршуны" Эль-Митолан Липон Бравый. Прошу любить и жаловать!
   Стоящий перед ними человек, тем не менее, расслышал каждое слово и, обращаясь непосредственно к молодому колдуну, с недовольным видом процедил:
   - О! Меня уже представили. А с кем я имею честь?
   - Молодой Эль-Митолан Кремон. Ученик Хлеби Избавляющего. Следуем со специальным заданием протектора Агвана.
   После доклада парня Липон скривился ещё больше:
   - Да я вижу, под чьим вымпелом вы путешествуете, вижу. Вы лучше объясните мне причину вашего штурма! Или просто развлекаетесь?
   Купец тем временем спешился и, подойдя к командиру специального отряда сбоку и чуть сзади, со всей силы хлопнул того ладонью по плечу:
   - Ту чего здесь разбойничаешь? Или похмелиться нечем? Так попроси - я тебе сразу бочонок отдам!
   - Иди ты ...со своим бочонком! - беззлобно огрызнулся Липон и болезненно потёр зудящее плечо. - Тебе бы только пить. А я, между прочим, на службе!
   Они обменялись крепкими рукопожатиями, и сразу стало ясно, что знакомы они очень хорошо. Да и возмущение купца звучало слишком наиграно:
   - Ну так и служи себе на здоровье, кто тебе мешает? Ребята приметили тебя в кустах и вполне резонно заподозрили в плохих намерениях....
   - Так ведь мы не вас дожидались! - рассердился Липон. - За твоим караваном я вообще хотел последовать незаметно, на расстоянии. А этих, - он кивнул в сторону Кремона, - Мы тоже опознали издалека. Капитана Коперрульфа я слишком хорошо помню. Да и данный отряд числился в наших реестрах, как проходящий по этой местности. Так что задерживать никого не собирались!
   - Значит: плохо прятались! - обвинительно выкрикнул хозяин обоза. Что навело Бравого на новые размышления и он, голосом полным крайнего подозрения обратился опять к Кремону:
   - Между прочим: а как вы нас заметили?
   - Мы? - молодой колдун криво улыбнулся, лихорадочно придумывая приемлемое объяснение. - Так ведь я люблю побаловаться отделённым сознанием прямо на скаку. На всякий случай себя вот этими ремешками подстрахую и рассматриваю прячущихся врагов....
   - Ну мы то не враги!
   - А я откуда знал? Лучше перестраховаться в таких случаях. И раз теперь всё в порядке, то мы продолжим свой путь. Или вам нужна наша помощь?
   При последнем вопросе Коперрульф не смог сдержать вырвавшийся смешок, а Липон Бравый побагровел от гнева. Но придраться формально ему было не к чему, хоть в его власти и было очень многое. Поэтому он фыркнул с хорошо видимой надменностью:
   - И без вас справимся! Езжайте, куда хотите!
   - Тогда всего хорошего! - показал Кремон свою воспитанность при развороте коня. - Рад был с вами познакомиться!
   И уже через несколько минут отряд в полном составе проскакал по дороге мимо беседующих о чём-то купца и командира специального отряда. Но брошенные в свою сторону косые взгляды Липона заметили все. И отставной капитан не преминул случая это прокомментировать:
   - Этот Липон Бравый самоуверенно называет себя лучшим командиром и стратегом всех времён и народов. Так что можешь считать его своим очередным недоброжелателем. Он тебе этот позорный для него день ещё припомнит.
   Кремон в ответ только бесшабашно рассмеялся:
   - Кажется, у меня пока нет недоброжелателей, так что если Липон возглавит их список - я буду даже горд таким вниманием к своей скромной персоне. Вот только когда мы с ним увидимся в следующий раз? Лет через сто?
   - Может и через сто, - добродушно согласился дворецкий. - А может и через двести. Кто вас знает, сколько вы там живёте и как часто встречаетесь....
  
   Прошедшее событие всех здорово взбодрило и ещё долго воины переговаривались между собой и зубоскалили. Через полчаса выбрали удобную полянку и сделали короткую остановку. Вызванную необходимостью покормить боларов. Во время раздачи плодов и вяленого мяса, Кремон всеми имеющими средствами постарался дать понять Спину, что люди просто в восторге от помощи летающих растений. Ведь рассмотреть любого колдуна под поставленным щитом, до этого не удавалось никому в мире. И в данное время общение с боларами могло по перспективам стоять даже впереди нахождения такого мощного, по предварительным прикидкам оружия как литанра или зарядов к нему.
   Затем отряд принял прежний походный строй, растянулся по дороге и на предельной скорости стал навёрстывать утраченное время. Коперрульф, правда, так нагрузил всех обязанностями по наблюдению за окружающим лесом, что даже запретил малейшие разговоры. И сам поехал строго в кильватере за колдуном, пояснив свои действия ворчливой скороговоркой:
   - Придётся нам удвоить бдительность! Ведь недаром здесь в засадах сидит сам Липон Бравый. А уж в его годы....
   - Я ведь и не спросил, - повернулся Кремон в седле назад, - А сколько ему?
   - Кажется, уже сто сорок отметил....
   - Ха! А выглядит всего лет на пять старше, чем Хлеби Избавляющий.
   - Неважно как он выглядит, - демонстративно оглянулся назад дворецкий, - Важно, что бы мы любого врага раньше высмотрели!
   Но опасения отставного капитана оказались напрасны, им так никто из разбойников и не встретился по пути. И уже ближе к вечеру они достигли величественных ступеней Террасовой границы. В том месте она как раз возносилась на высоту около двухсот метров. Отряд остановился и Коперрульф достал карту местности.
   - Мы находимся вот здесь, стал пояснять он обступившим его попутчикам. - Сейчас взберёмся на Нулевую отметку, и по ней будем двигаться вот в эту точку. Так намного удобнее передвигаться, дорога просто идеальная там наверху. Видите, барьер делает огромную дугу, и мы окажемся на севере этого гигантского залива Топей. За оставшиеся два часа мы вполне должны успеть. На ночь сойдём в лес и устроим лагерь. А лишь только светило взойдёт - сразу в путь. Если там ничего не изменилось....
   - А что там может измениться? - спросил Бабу.
   - Вокруг оконечника нужной нам "шпоры" может не оказаться ни единого клочка твёрдой поверхности. Лишь сплошные болота. Тогда придётся искать обходную дорогу к искомым скалам. Да ты сейчас сам полюбуешься с Нулевой отметки. Ехать по ней сплошное удовольствие, даже ночью многие передвигаются. Главное не останавливаться больше чем на полчаса: сразу муравьи шевелящимся валом прут!
   Восхождение на Нулевую отметку заняло немного времени и усилий, так как метровые ступени лошадям было преодолевать проблематично. Но уже через пятнадцать минут они оказались на ровной как стол поверхности, которая широкой, извивающейся полосой уходила в обе стороны до самого горизонта. Решили двигаться кучно, прикрывая основные силы щитом физического не проникновения. Отряд сразу набрал приличную скорость, постепенно прижимаясь к левому краю Нулевой отметки, которая в данном месте превышала двести метров ширины. И взглядам воинов стала открываться панорама Гиблых Топей.
   Первая картинка была на диво приветливой и привычной. Под небольшим уклоном вниз от барьера сбегали обильные россыпи невысоких деревьев и густого кустарника. На полянках среди них ярко зеленела травка, и можно было рассмотреть полевые цветы. Чуть дальше резко возносилась стена высокого смешанного леса, сквозь который просматривалось что-то серое и клубящееся. Как бывает порой при утренних туманах. Хотя дело уже было ближе к вечеру.
   А вот вторая картинка, через пару километров, сразу раскрыла истинные "прелести" этих гиблых мест. Знакомая растительность резко поредела, рассыпавшись островками по шевелящемуся ковру желтого, чуть ли не до оранжевого цвета тростника. Располагался этот ковёр ниже нулевой отметки метров на двадцать и подходил к обрывистому откосу барьера. Затем и островки пропали, сменились клубками тяжёлого и непроницаемого тумана. Порыв ветра донёс до всадников тяжёлый запах разложения, гнили, плесени и ещё каких-то новых и незнакомых миазмов. Не то что бы неприятных или невыносимых, но изначально чуждых для человека по своей природе и отождествлению.
   Затем болота вновь резко сменились почти голыми песчаными дюнами. Хотя вдалеке опять просматривалась прерывистая стена невысокого леса. Яркими вкраплениями стала появляться незнакомая совершенно растительность. С необычными двухцветными листьями, толстенными и вьющимися стеблями и торчащими во все стороны колючками полуметровой длины. Так как Коперрульф не успел ничего рассказать о растительном мире, он только указал на сплетения непонятно чего и громко крикнул для всех:
   - Колючки тоже ядовитые!
   Чуть позже стали попадаться деревья в виде перевёрнутых бутылок со стволами чёрного цвета. На их верхушках-донышках торчало по нескольку хилых и коротких веточек, усыпанных ярко красными лепестками. Ещё чуть дальше трёхметровые стволы стали попадаться всё чаще и чаще, и дошло до того, что между ними не проехала бы и лошадь с всадником. И опять отставной капитан с каким-то содроганием выкрикнул комментарии:
   - Эта чёрная кора очень тонкая и непрочная. Но не вздумайте её протыкать: изнутри хлынет такая вонючая жидкость, что от одного запаха теряешь сознание. Называются Габусы.
   Постепенно лес из Габусов стал понижаться и вновь перешёл в покрытые туманом и тростником болота. Но, к всеобщему удивлению, уровень этого болота теперь находился гораздо ниже. И от Нулевой отметки до его поверхности было больше пятидесяти метров. И опять барьер здесь заканчивался почти отвесным обрывом.
   - Как же так?! - воскликнул Кремон. - Или в этом месте болото отсечено от основного массива и высохло?
   - Парадоксы Гиблых Топей! Даже бытует мнение, что жидкость здесь живая и делает что хочет....
   - Раз живая, то её можно убить! - разудало прокричал скачущий рядом Бабу. - Надо только ей хорошего яда наварить! А ещё лучше несколько бочек чистой гремучки вылить! Вдруг эта жидкость опьянеет?
   - Ага! Выпьет и ещё попросит! - засмеялся дворецкий. - Но потом в ответ своими напитками угостит. Обязательно.... А от них ещё никто потом не проснулся и не опохмелился....
   От этих слов настроение у Бабу резко испортилось, и он уже не решался выкрикивать свои удалые предложения. А лишь стал внимательней посматривать в другую от Топей сторону, дальнего края Нулевого уровня, откуда скорей всего могла последовать атака недоброжелателей. Да изредка вскидывал голову, проверяя несущихся чуть впереди, на небольшой высоте боларов. Зелёные шарики летели над правым краем барьера и наверняка хорошо просматривали примыкающий со стороны Энормии лес. К левому краю они так ни разу даже не приблизились. Тем самым, подтверждая высказанное Коперрульфом общепризнанное мнение о том, что ни болары, ни драконы, ни любые другие летающие объекты над территорией кошмарных болот летать не хотят. Или не могут. Или боятся. Или.... Ну, в общем: ни крылом, ни пером, ни корнем!
   В сгущающихся сумерках отряд наконец-то достиг намеченного места и сразу стало понятно, почему Коперрульф так всех поторапливал. Он первым подъехал к оконечности уходящей далеко в Топи "шпоры" барьера, остановил коня и удовлетворённо выкрикнул:
   - Отлично! Твёрдые участки здесь есть и не надо будет идти в обход!
   Действительно, в северном направлении отходили полоски возвышающейся суши. Они шли параллельно друг другу, словно застывшие волны, но, двигаясь по ним можно было достичь возвышающегося на пределе видимости скального нароста. Каждая полоска была покрыта большей частью невысокими деревьями. Они перемежались кое-где песчаными дюнами, озерцами с темнеющей жидкостью и редкими бутылочными деревьями Габусами. Но было понятно: проехать здесь можно. Да и уровень Топей здесь не обрывался резко вниз, а опускался плавно, словно по заказу.
   Так получилось, что последние лучи заходящего светила вырвались с юго-востока и коротко ослепили отряд из десяти всадников на сужающемся острие нулевого уровня. А справа, спереди и слева расстилались безбрежные, до самого горизонта Гиблые Топи. По которым им завтра предстоит совершить марш бросок.
   А пока надо было набраться сил, поесть и отдохнуть после утомительного пути. Под командованием Коперрульфа быстро спустились с Террасовой границы, углубились уже при свете лун в лес и оборудовали временный лагерь. Выставили посты и занялись приготовлением горячего ужина. Попутно и основательно покормив боларов. Которые после этого сразу же притихли в верхушке ближайшего дерева. По всем признакам летающие растения всё больше и больше чувствовали себя полноправными членами боевого отряда, и Кремон лишь отчаянно жалел, что до сих пор они не разработали систему более детального общения и не вышли на более высший уровень взаимопонимания. Но не будешь же ночью заниматься уроками языка? Или обучать боларов новым условным сигналам? Значит надо позаботиться о своих лошадях, проверить их копыта и сбрую и, естественно, покормить своего любимого Торнадо захваченными в дорогу лакомствами. А потом и самому поесть, как следует. Ведь та пища, что подавалась в замке у Хлеби, ещё не скоро наполнит поджавшийся от долгой скачки желудок. А кушать организм уже привык много. И не просто много, а очень много. Поэтому молодой командир отряда поел так сытно, что там же и уснул, не отходя от костра. По настоятельному требованию Коперрульфа, ему вменялось выспаться как можно лучше и набраться сил как можно больше. Отставной капитан прекрасно знал, что их завтра ждёт, и не сомневался: им понадобится вся мощь молодого колдуна. Поэтому не могло быть даже разговора о том, что бы Кремон нёс ночные вахты. Тем более что отряд имеет дополнительно пять отличных воинов. Пусть даже за это придётся и хорошо раскошелиться ...протектору Агвана. Но опытный воин верил: Хлеби не станет скаредничать в этом вопросе. А уж если они вернутся ещё и с зарядами для литанры! Скорей всего даже одна планка со светящимися шариками сможет окупить расходы на три подобных экспедиции.
   С такими оптимистическими мыслями отставной капитан накинул ещё одно одеяло на крепко спящего колдуна и пошёл проверять посты. Если они в порядке, то можно будет и самому поспать. А уже под самое утро заступить на вахту. Только бы какая двуногая моль на свет костра не припёрлась!
   Но им повезло, ночь прошла спокойно. Если только не считать доносящихся со стороны Топей странных и весьма неприятных звуков неизвестного происхождения. Но ещё до рассвета все бодрые и выспавшиеся были на ногах и под громкий инструктаж отставного капитана приготовили завтрак, поели и стали готовиться к переходу. Решено было захватить с собой запасных лошадей, но облегчив полностью, оставив на них только седла. В критических ситуациях категорически настаивалось бросать раненое животное и тут же перескакивать на запасное. При массированной атаке болотных монстров дорога будет каждая секунда.
   Вообще, смертность ездовых животных на территориях Топей была просто огромной. Возможно, именно поэтому дворецкий оставил свою Полночь на нулевой отметке. А после некоторых сомнений, его примеру последовал и Кремон. Хоть он и сомневался в таком шаге, но опасения потерять вороного в топях перевешивали остальные аргументы в пользу их совместного похода. Торнадо от подобной выходки хозяина чуть ли не взбесился, и пришлось лично его опутывать несколькими прочными ремнями, так он норовил добраться до той лошади, на которой сидел колдун и отгрызть ей первое попавшееся место.
   Запас пищи тоже ограничили только одним днём. Вооружение взяли самое разнообразное, но тяжёлые доспехи оставили: среди топей они будут только мешать быстрому продвижению. Да и в сватке они мало помогут, лишь понизят скорость реакции и лишат ловкости в ответственный момент.
   Коперрульф говорил всё время не переставая. В основном он акцентировал внимание своих попутчиков на том, куда не становиться, к чему не прикасаться и что, ни в коем случае, не нюхать. И лишь когда они выехали на оконечность шпоры и стали дожидаться первых лучей светила, дворецкий ещё раз кратко напомнил действия воинов при столкновении с каждым из типов животных.
   Пятерых новых бойцов, которых они наняли в Эссеке, оставили на Нулевой отметке. Причём двое их них дежурили на том месте снаружи, где Террасовая граница сходилась двумя дугами. А трое, со всеми лошадьми, на самой узкой части. Им вменялось тщательно следить за Топями и в случае условного сигнала, двигаться на помощь. Сигналы намеревались подавать с помощью имеющихся палочек из древесины молниеносно горящего плара. Веточки или части ствола этого растения долго вымачивали в разных растворах, потом высушивали и в результате, при сгорании, выделялось много густого дыма. А уж цвет зависел от введённых при замачивании ингредиентов. И поджигались они наподобие обычных спичек, только были в два пальца толщиной. Два комплекта пларовых палочек оставили и воинам охраняющих лошадей.
   Первые лучи уже осветили Нулевую отметку и готовых к движению всадников, а ниже расположенные болота всё ещё ворочались в вязкой и засасывающей сознание тьме. Неприятные звуки почти затихли, но иногда доносились особенно громкие и злобные, И звучали они словно издалека. Туман, испарения и какая-то гарь клубились словно живые, а среди них призрачно метались летающие тени и силуэты. Видимо это воздушные монстры и монстрики устраивались на дневную лежку и торопились сожрать друг друга как можно в больших количествах.
   Но вот тьма ушла и из ниже расположенных территорий. И не только одному Коперрульфу показалось, что произошли некоторые изменения на местности. В пределах видимости части обычных деревьев не стало, на их местах громоздились лишь свежевзрыхлённые кучи грунта. Многие Габусы лежали на боку, а их бутылообразные стволы сплющились от недостатка вытекших внутренностей. На небольших болотцах желтый тростник был вытоптан или попросту исчез. Даже растения с двухцветными листьями не смогли защититься своими ядовитыми колючками от некоего безжалостного то ли катка, то ли каменного пресса.
   Озирая всё это с нахмуренным видом, Коперрульф подтвердил общее мнение:
   - Видимо здесь ночью кто-то славно повеселился! Пировали от всей души! - затем стал показывать рукой: - Поэтому и скатеков осталось слишком много. Смотрите: там, там и там.... А там ещё больше, видите? В лучах рассвета их особенно хорошо видно: коварные блины ещё не успели перестроиться и замаскироваться для дневного освещения. Но и то хорошо, что не улеглись здесь сплошным ковром. Порой и такое наблюдается в тех местах, где прошли ночные пиршества.
   - Так чего мы ждём? - шевеля плечами для разминки, спросил Бабу. - И видно хорошо, и туман почти спал....
   - Вот именно, почти..., надо ещё подождать, время у нас ещё есть. Вот только..., - дворецкий с сожалением оглянулся на зависших над лесом боларов. - Жаль, что они не могут нас туда транспортировать.
   - Конечно, - хмыкнул Кремон, - Я бы тоже от такого не отказался: заменить сомнительный и неизвестный риск на упоительное удовольствие полёта. Давид Сонный меня прямо заразил своим взлётом. Как вернёмся, и я попробую напроситься к боларам на корни. Обязательно!
   - Если они тебя не уронят! - хохотнул Бабу. - Ты же в два раза больше Сонного весишь.
   - Так уж и в два! Вот ты - точно как два Давида будешь.
   - Но если они тебя поднимут, то и меня могут.... Вполне. Наверное....
   - Думаешь? - Кремон демонстративно и критически осмотрел внушительную фигуру товарища. - Но килограмм на сорок похудеть всё-таки придётся!
   Добрых полчаса простоял отряд в полной боевой готовности, пока Коперрульф не решился дать команду на выступление. Всё это время он добавлял мелкие, ещё не озвученные детали к своим предыдущим инструкциям. Но так могло продолжаться до бесконечности и всё равно всех нюансов, про ожидающие их кошмары пересказать было невозможно.
   Но утро всегда считалось самым спокойным для передвижения. Уставшие за ночь твари и монстры отдыхали, а то и спали, переваривая заглоченную пищу. Но и слишком рано не рекомендовалось их беспокоить. А вдруг они ещё только собрались засыпать? Тогда чудовища могли стать в несколько раз агрессивнее.
   Спустились быстро. Выстроились в затылок друг другу и старались двигаться строго по следу лошадей Коперрульфа. Дворецкий, похоже, переживал больше всех, так как лоб его покрылся испариной и с уст слетали невнятные не то бормотания, но то проклятия. Видимо он лучше всех представлял тот кошмар, в который они въезжали скорой рысью. Да оно и понятно: несведущего человека одними рассказами не испугаешь.
   По началу все шло просто прекрасно. Но после первого десятка километров, полоски твёрдой почвы стали изгибаться на восток, уводя далеко в сторону от маршрута. Пришлось часто возвращаться и искать перемычки, пригодные для перехода. Так как переходить вброд, казалось бы, даже узкие протоки болотистой жидкости Коперрульф запретил категорически. Разве только в виде исключения, когда сзади будет угрожать совсем явная и смертельная опасность.
   Поэтому минимальный срок прохождения - два часа, растянулся до максимально дозволенного - четыре часа. Отставной капитан так весь изнервничался за это время, что когда они достигли каменного острова, возвышающегося над уровнем Нулевой отметки, он уже нервно вздрагивал от каждого трепетания листика.
   - Нам и так повезло просто невероятно! - бормотал он, поспешно раскладывая карту и ориентируясь на местности. - Но время! Мы еле уложились! Прямо хоть сразу возвращайся...! А если и пещеру не сразу найдём....
   Переживания Коперрульфа подтвердились. И уже через полчаса волнение передалось каждому члену отряда. Четверо воинов с остервенением ковырялись мечами и кинжалами во всех видимых и невидимых щелях, а колдун, страшно сожалея о невозможности отыскать пещеру отделённым сознанием, зорко озирал близлежащие окрестности. Готовясь в любой момент поджарить любое движущееся к ним тело. Лошадей привязали к одиноко стоящему дереву в удобной лощине, и они вели себя на удивление тихо и спокойно. Но может быть вход так бы и не нашли. Если бы не Бабу. Разозлённый гигант стал просто-напросто выдёргивать их земли все деревья и низкорослые кустарники, которые густо облепили скальный склон в искомом месте. И только это принесло удачу: тянущиеся за разлапистым кустом корни потянули за собой целый пласт дерна и сросшейся травы, и тут же оголилась скальная поверхность. На ней контурно можно было рассмотреть выступающий от поверхности камень. Общими усилиями его решительно выковырнули с належанного места, и взглядам воинов открылся лаз. По которому вполне свободно можно было пробраться на четвереньках. Кремон пустил впереди осветительный шар и сразу же нырнул за ним. Коперрульф, перед тем как тоже скрыться внутри, отдал чёткое указание:
   - Если твари одиночные - справляйтесь сами. И останки тут же оттягивайте вот в эту лощину. Лишь только увидите пару или больше - сразу зовите нас. И берегите лошадей: без них мы отсюда не выберемся!
   Внутри пещеры, при ярком магическом освещении в первую очередь бросались многочисленные и обугленные останки прежних посетителей. По скромным подсчётам их было не меньше двух десятков. Скорей всего они без раздумий тянулись рукой в коробку, пытаясь достать светящиеся шарики, и тут же умирали. Или сами, или со своими товарищами. Лишь один человек, возможно за тысячу лет, проявил осторожность и предусмотрительность. Хоть и без руки остался, но живым отсюда выбрался.
   Немного удивляла одна весьма существенная деталь: почему топианские муравьи сюда не добрались? И не подчистили органические остатки? Пусть даже последние тридцать лет вход и был закрыт почти наглухо, но ведь до того сюда можно было проникнуть без труда даже человеку. Как это муравьи побрезговали таким количеством плоти? Пусть даже в таком непритязательном виде? Вывод напрашивался один: это место скорей всего имеет защиту не только от любопытных разумных, но и от бездумных обитателей животного мира.
   А Кремон полным ходом священнодействовал возле откинутой вверх крышки. На стене перед ним прилепилась чётко совещенная инструкция, и парень следовал каждому её пункту. Дворецкий, старясь не шуметь, вернулся к самому входу, а потом и встал за скальным выступом. Они ещё раньше договорились о таких действиях, что бы не подвергаться риску одновременно. Колдун очень надеялся на свой самый мощный щит, но ведь полной силы взрыва никто не знал, поэтому договорились, что он вначале будет действовать один.
   После томительного отрезка времени что-то громко щёлкнуло и у Коперрульфа, одновременно с вздрагиванием, появилось несколько новых седых волосков. По крайней мере, так он потом рассказывал. Но взрыва не последовало, а лишь раздалось приглушенное, но радостное восклицание:
   - Есть!
   Отставной капитан бросился к молодому колдуну и бережно подхватил протянутую ему планку. Сделанная из незнакомого металла, который чуть ли не прилипал к рукам, она было холодна как лёд и, неожиданно, весила, чуть ли не полтора килограмма. Лежащие в одном длинном пазу светящиеся шарики сверху были прикрыты каким-то прозрачным, неимоверно гладким, словно полированное стекло, но таким же ледяным на ощупь материалом. Что тут же решало проблему укладки и транспортировки планок. Ведь в найденной у колаба литанре шарик просто лежал в пазу, а прозрачное покрытие на планке отсутствовало. Там, даже тепло от заряда исходило. Поэтому были опасения: не приведет ли к взрыву соприкосновение шариков между собой? Хлеби даже предполагал, что придётся нести каждую планку с зарядами отдельно: по одной в каждой руке.
   Раздался следующий щелчок и Коперрульф получил в руки вторую планку. Ему тут же пришла мысль проверить прозрачную защиту:
   - Я - наружу! Сложу планки вместе! - крикнул он.
   Выскочил из пещеры, забежал за стоящий в стороне огромный валун и, закрыв глаза, сложил обе планки вместе. Ничего! Уже с открытыми глазами Ганби произвёл соприкосновения по всем местам и под разными углами. Тоже никакого опасного эффекта! Значит, заряды полностью изолированы от внешнего воздействия!
   Опрометью возвращаясь в пещеру, отставной капитан всё-таки профессионально отметил, что Марез и Чигран волокут в лощину останки изрубленного парьеньша, а Бабу стоит чуть поодаль с мечом наготове и показывает большой палец. Мол, всё в порядке!
   Только вот Коперрульф забеспокоился. В пещере он увидел на полу стопку поблескивающих мерцанием планок, и не прекращающего работу Кремона. Тот даже не оглянулся, спрашивая:
   - Как? Шарики стабильны?
   - Полностью! Но вот твари стали просыпаться на обед! Надо бы нам уже уходить со всех ног!
   Вместо ответа колдун достал одну за другой ещё две планки, делая это с каждым разом всё быстрей и быстрей. А затем скомандовал:
   - Выгружайте все запасы пищи и воды из вещевых мешков и укладывайте там заряды. Сколько сможем поднять!
   Минут двадцать прошло во всё ускоряющемся темпе работы. Но вот Коперрульф не выдержал:
   - Вес чрезмерный: могут лямки не выдержать и оборваться даже при простой скачке.
   Кремон оглянулся на него с возбуждённым до крайности видом и хотел что-то ответить, как от входа послышался голос Мареза:
   - Нас атакует валель! А с востока двигаются ещё жуки. То ли два, то ли три!
   Теперь уже и колдун не стал задерживаться, хоть на лице его читалось жуткое разочарование. Оба подхватили тяжеленные рюкзаки и спешно вскочили наружу. Последнюю планку Кремон таки продолжал держать в руках и лишь когда встал на ноги, поспешно засунул её в карман брюк.
   - Подсоби!
   Совместными усилиями они привалили камень на створ входа и бросились к мечущимся на привязи лошадям. А три воина уже закончили дырявить неповоротливое чудовище. Валель лежал на брюхе, конвульсивно дрыгая лапами и истекая розовой кашицей.
   - По коням!
   Этой команды воины прикрытия ждали: со стороны на них клином наползало сразу три валеля, а чуть поодаль виднелись ещё несколько пар торчащих вверх рогов.
   Отставной капитан огляделся и вслух выкрикнул несколько злобных и непристойных ругательств. Его сильно обеспокоила поднявшаяся над Топями дымка тумана. Явление хоть и частое в здешних местах, но сейчас явно не кстати. А ведь со временем туман будет лишь расти и пониматься всё выше и выше. Только его не хватало на последнем этапе операции!
   Лишь только всадники перешли на рысь, как случилась первая потеря: запасная лошадь совсем немного шагнула в сторону и её круп тут же захлестнула мускулистая плёнка скатэка. Чигран со всех сил потянул повод дико заржавшей лошади на себя и даже стал замахиваться мечом, но со стороны Коперрульфа последовал категорический приказ:
   - Брось! Она уже отравлена и мертва!
   Короткая заминка, пока Кремон передал свою запасную лошадь Чиграну, что бы обеспечить себе лучшую маневренность, и отряд вновь понёсся к Террасовой границе.
   Неожиданно справа от передних ног переднего коня сомкнулись со щёлканьем зубастые челюсти-цветок. Коперрульф не удержал ездовое животное на прямой линии, и оно резко вильнуло влево. И тут же в его круп вонзились ядовитые зубы другого борнуса. Коперрульф тяжело спрыгнул на грунт, чуть не зарывшись носом из-за тяжеленного рюкзака. Но скачущий сзади Кремон схватил его за лямки и резко помог восстановить равновесие. На потерянную лошадь дворецкий уже и внимания не обращал, сразу вскочил на запасную и пристроился за колдуном. Выдвигая его не первую линию для более удобного магического нападения:
   - А сейчас жги всё, что шевелится! - а скачущим сзади крикнул: - Не отставать! В сватки не ввязываться! Если кто потеряется - пусть прорывается к шпоре поодиночке! Назад по своим следам не возвращаться! Только вперёд!
   Но воинам и так повторять не было смысла. Несколько раз оглянувшись, они и сами с ужасом обнаруживали то волну валелей, выползавших на тропу, то десятки раскрытых в хищной злости пастей серых многоножек. Причём борнусы двигались на удивление быстро, в отличие от валелей и пешему человеку пришлось бы прилагать усилия для того, что бы убежать от этих чудовищных землероек.
   А Кремон, впервые в своей жизни пользовался всем имеющимся у него магическим арсеналом. Пронзал синими молниями, прожигал розовыми огоньками, бил лютым морозом по тем местам, которые можно было смело назвать глазами, и швырял клубящиеся облачка сжатого ядовитого газа в раскрытые пасти. А если и это не помогало, применял своё самое мощное оружие и буквально сжигал вставшего на пути монстра. Порой сталкивая взрывом в сторону.
   Его товарищи по отряду тоже не просто прохлаждались за командирской спиной. Чуть ли не на первом километре этого тяжеленного прорыва они лишились своих увесистых копий и теперь махали мечами с безостановочностью ветряных мельниц при ураганном ветре. На них то и дело кидались в прыжке парьеньши, пытались схватить за ноги лошадей карликовые медведи, а с деревьев с пугающими криками и визгом бросались комки шерсти немного похожие на обезьян, но с какими-то несуразно большими зубами и устрашающими когтями.
   Но вот наперерез отряду слева выползло целое скопище валелей. И если первые особи ещё двигались раздельно, то за их телами копошился почти сплошное озерцо роговых панцирей. Кремон первым делом отпугнул клубком пламени двух монстров, которые уже собирались перекрыть дорогу. Поэтому явно не успевал уклониться от рогов прущего на него слева жука. Или ему бы пришлось сворачивать в тянущееся по правой стороне болото. Заметив опасность, Бабу резко пришпорил своего коня и рванул в сторону. Пока валель провожал его взглядом неповоротливой головы, гигант промчался с ним рядом и нанес два мощных удара мечом по корпусу. Розовая кашица брызнула фонтанчиками и монстр, трубно заревев, стал разворачиваться к обидчику. А тому ничего не оставалось делать, как уже уклоняться от сразу двух других валелей и заставить коня с максимальной прытью промчаться между сходящимися панцирями. А потом опять повторять подобный манёвр. В результате Бабу оказался далеко в стороне от отряда. Но когда оглянулся назад, вновь пришпорил своего коня: часть стада развернулась широким фронтом и теперь преследовала конкретно его. Мало того, с левой стороны накатывалась серая волна зубастых борнусов, и даже малейшее промедление на месте, грозило банальным затаптыванием массой хищников. Только впереди не было малейшего препятствия. Бабу ничего не оставалось делать, как, не снижая скорости мчаться вперёд. Хоть гигант и попытался кричать в предполагаемую сторону нахождения остальных товарищей, что он скачет к цели самостоятельно.
   Но те, в шуме боя его совершенно не услышали. Понимая, что поток монстров разделил их окончательно. Кремон стал, было останавливаться, но Коперрульф заорал с такой неожиданной злостью и металлом в голосе, что скорость отряда моментально восстановилась до прежней.
   - Он и без нас прорвётся! Только вперёд!
   Мимо первой волны валелей они проскочили, не сбиваясь со своего старого следа, но вот дальше широкая полоса хищников буквально вынудила их сместиться несколько раз вправо на соседние полоски почвы. Используя для этого удачно попавшиеся песчаные перемычки. Валели вроде как отстали, зато жуткими шлангами зазмеились во всех направлениях парьеньши. Колдуну пришлось в одном месте прожигать целую просеку среди переплетающихся удавов. Но без потери и здесь не обошлось. Оставшиеся сзади парьеньши одновременно со всех сторон набросились на брошенную людьми и жалобно ржавшую лошадь, которая перед тем подвернула ногу. Теперь в отряде оставалась только одно запасное верховое животное.
   Затем какое-то время всадники неслись по участку леса очень напоминающего обычные и безопасные места. И если бы не удушающий туман, который покрывал порой даже кроны деревьев, да не липкие от крови и прочей мерзости рукоятки мечей, можно было бы отдохнуть и привести себя в порядок. Но Коперрульф всё с большим напряжением вглядывался в туман и всем выражением лица требовал поторопиться. Выскочив на более открытое пространство, он стал выискивать перемычки для перехода влево. Приговаривая вслух:
   - Так! Мы сместились пять раз, значит, на столько же раз должны вернуться.... Быстрей! Вижу первую перемычку. О! За ней сразу же вторая...!
   Когда сделали пять требуемых смещений, ветеран вздохнул с видимым облегчением и подбодрил обессиленных воинов:
   - Осталось совсем немного! До сумерек мы обязаны добраться до "шпоры"!
   Полчаса прошло в непрерывном движении, а потом Коперрульф опять сильно заволновался:
   - Уже темнеет! А "шпоры" до сих пор не видно! И меня не покидает мысль, что здесь мы не проходили! Ни одного нашего следа! Значит, полоски суши могли просто раздваиваться и мы сбились с правильного счёта....
   - Тогда смещаемся ещё влево? - уточнил Кремон.
   - Да! На следующей же перемычке.
   Но лишь через двадцать минут они отыскали желаемое, но и на той полоске земли не обнаружили малейшего своего следа. Теперь уже Коперрульф перестал себя полностью контролировать, разразившись таким потоком ругани, что в нём только изредка проскакивали нормальные слова:
   - ...Проклятый туман! Заблудились...! ...И куда теперь...?!! Даже не видно, в каком направлении двигаться дальше! А скоро совсем стемнеет....
   - Может, будем двигаться хоть примерно в нужную сторону? - осторожно предложил Чигран.
   - В какую именно! - но постепенно дворецкий стал успокаиваться, отыскивая в своей голове хоть какое-то решение. - Ты ведь помнишь, здесь, возле "шпоры" сходятся два огромнейших залива. Если мы пройдём мимо этой "иголки" барьера, то не дойдём до границы и до завтрашнего вечера....
   - Так что же делать?
   - Пробуем зажигать пларовые палочки, - но сказано это было с безнадёжностью. А когда дым повалил из пларового дерева, все поняли, что туман не даёт ему подниматься вверх. Дым лишь стелился по поверхности и лениво перемешивался с испарениями. Заметить его со "шпоры" было практически невозможно. То же самое, наверняка, происходило и в обратном направлении, Сколько не всматривались воины в темнеющий участок неба у себя над головой, ни с одной стороны не видалось чего-либо напоминающего цветной дым. Тогда опытный ветеран предложил:
   - Остался один выход: разделиться и пытаться отыскать путь во всех направлениях. Только так мы имеем шанс спастись и, возможно, выручить друг друга....
   - Но ведь..., - с сомнением начал говорить Чигран, но его перебило радостное восклицание Кремона:
   - Смотрите! В той стороне неба в нашу сторону пускают световые зайчики!
   Теперь уже все заметили мерцающие блики, но не сразу поняли, что они означают. Пришлось колдуну пояснить свою догадку:
   - Ведь это болары ловят лучи заходящего светила и отражают нам подаренным зеркальцем!
   - Если так..., - недоверчиво стал вращать головой Коперрульф. - То нам надо пройти вперёд и попытаться уже там найти другие перемычки. Мы не так уж далеко от "шпоры". Вперёд!
   Две перемычки они нашли, но вот дальше поиски застопорились намертво. И самое страшное: стало темнеть и со всех сторон полезли новые чудовища. В конечном итоге они продирались уже на своих двоих, имея лишь две лошади на поводу. По всем прикидкам оставалось совсем чуть-чуть, но резкого подъёма грунта не наблюдалось.
   И новые трудности не заставили себя ждать. Прямо перед собой воины с содроганием заметили перемычку, полностью покрытую ковром из скатеков. Но обессиленный Кремон побоялся расходовать последние магические силы для прожигания просеки. Зато предложил другой вариант:
   - Давайте пройдем по ним с огнём. Они ведь нас тогда не тронут?
   - Не должны! - подтвердил Коперрульф.
   - Но где мы возьмём огонь? - удивился Марез.
   - Я вам дам магический. Иллюзия, по сути, но с виду не отличишь. И пойду первым. Вот только коней придётся бросить.....
   - Ничего! Они без нас может быстрей путь отыщут! - высказался Коперрульф, глядя, как колдун раздаёт каждому в руки ярко пылающее, но совершенно холодное пламя. А потом командир, первый, решительным шагом прошёл по телам замерших в ужасе скатеков. Ни один огромный блин не шевельнулся и под ногами остальных воинов. С облегчением они быстро перебежали полоску суши и вновь с жутким разочарованием остановились перед ещё более широкой и туманной полоской болота.
   Все четверо так и продолжили держать в руках бутафорское пламя, хотя свет его уже начинал меркнуть. Но именно оно привлекло кого-то с той стороны болота. Раздался захрипший крик, которому вторили более крепкие и здоровые голоса воинов из недавнего пополнения.
   - Эй! Сюда! Сюда! Мы вас видим! Но у нас огня нет! Сюда!
   Вся четвёрка воспряла духом. А Кремон воскликнул:
   - Это голос Бабу! Он вырвался! Молодец!
   - Но как нам на ту сторону добраться? - спросил Марез.
   - Рванём напропалую, вброд! - предложил с горячностью Чигран.
   - Стоять! - осадил их пыл отставной капитан. - Не хватало только на последних метрах в ядовитой жиже задохнуться. Мы ведь даже глубины не знаем.... Да и гадости здесь наверняка проживает тьма-тьмущая! Давай вон тот шест!
   - Ладно, - решился Кремон. - Вы пока тут держитесь, а я смотаюсь на тот берег и хоть от мешка с непосильным грузом избавлюсь!
   И тут же шагнул на черную жижу. Но даже не замочил об неё подошвы жутко измазанных в походе ботинок. Пошло в ход последнее средство - левитация. При этом колдун держал в руках меч, готовясь им защитить свои ноги и имея в запасе ещё вполне достаточно магической энергии для отражения даже самого свирепого хищника. Сорок метров он преодолел быстро и тут же попал в крепкие захваты-объятия своего товарища. Коротко выказав свою взаимную радость, товарищи отдали на руки двум воинам тяжеленный мешок, и колдун спешно вернулся на другой берег. К тому моменту там уже шла отчаянная рубка с двумя парьеньшами и несколько ударов командирского меча пришлись как нельзя кстати. Затем он без разговоров сорвал с Коперрульфа его вещевой мешок с пластинами и стал делать вторую ходку. Лишь бросив через плечо вопрос:
   - И как здесь: есть брод?
   - Двухметровый ствол до дна не достал, - раздался грустный голос Мареза. - Может, сейчас срубим более....
   Но его прервал выкрик дворецкого:
   - Ещё один удав! Заходим с двух сторон! Чигран, следи за небом! Скоро начнут летать всякие воздушные жутики!
   Во второй раз Кремон вернулся ещё быстрей, но за время его отсутствия Чиграну нанёс опасную рану карликовый медведь. К тому же, на когтях этого хищника имелись канавки с ядовитой плесенью. Поэтому воина надо было спасать срочно хорошим прижиганием. Без колебаний колдун взвалил стонущего Чиграна на плечи и вновь задействовал левитацию. Силы при такой нагрузке таяли гораздо быстрей, но выбора не оставалось. Где-то на середине пути из болота выскользнуло слепо шарящее щупальце и попыталось ухватить его за ногу. Пока Кремон чуть сместил тело на плече и замахнулся мечом, вынырнуло второе щупальце, и они синхронно обвили его лодыжку. Меч пришёл в движение и два обрубка извиваясь, упали в чёрную жижу. И тут же под ногами всё вскипело. А с берега предостерегающе закричал Бабу. В следующее мгновение мимо колдуна прошелестело два тяжёлых копья и сзади раздалось булькающее рычание вперемежку со свистом. Копья однозначно задержали всплывшее чудовище, очень напоминающее морского осьминога, и Кремон успел ступить на берег. Пока с него снимали тело раненого воина, обернулся и влепил огненный протуберанец прямо между глаз подводного монстра. Хищник тут же скрылся под поверхностью. То ли пошёл на дно умирать, то ли спешно тушил обугленные внутренности. Но интереса больше в левитирующему над болотом парню не проявлял. А тот уже возвращался обратно, на ходу давая указания как поступить с ранами Чиграна.
   Дворецкий и оставшийся воин поняли и согласились, что их будут переносить по очереди обоих. Только вот Коперрульф заставил Мареза раздеться чуть ли не до исподней рубахи, оставив из оружия лишь короткий меч. И заставил разместиться на спине колдуна головой вниз, а ногами на плечах. Тем самым воин мог отлично орудовать мечом и рубить неожиданные щупальца в случае необходимости. Да и нести человека таким образом было намного легче, и руки оставались свободными.
   Доставка Мареза обошлась без единой задержки. Но вот магические силы Кремона таяли катастрофически. Поэтому, вернувшись за уворачивающимся сразу от двух карликовых медведей Коперрульфом, он лишь устало подождал окончания сражения. Не вмешиваясь ни одним жестом, дабы не потерять последние крохи своей силы. А когда Ганби своим длинным телом расположился на спине командира точно так же, как перед тем Марез, парень скомандовал?
   - Ганби! Бросайте меч. Если не дойдём, то ни ваш, ни мой нам не поможет.
   Двигался он на пределе своих возможностей. Каждую секунду ожидая, что вот именно сейчас он с головой окунётся в чёрную жижу. И мысленно прикидывая оставшееся расстояние до спасительной тверди. Вот уже и Бабу почти рядом, нетерпеливо протягивает руки, вот уж лишь несколько метров осталось....
   И силы кончились. Но к счастью, он погрузился в ядовитую жижу лишь по пояс. Коперрульфу, из-за его положения, повезло меньше, он окунулся с головой. Но тут же вывернулся, вскочил на ноги, подхватил Кремона на руки и в два прыжка выскочил на берег.
   Дальше все бежали, уже плохо соображая и всеми силами пытаясь успеть ополоснуться до того, как чёрная жижа начнёт разъедать незащищённую кожу. Вернее бежал дворецкий, а молодого Эль-Митолана на плече нёс Бабу. Причём парень мчался такими гигантскими прыжками, что чуть отставал не более чем на метр.
   На Нулевую отметку выскочили, словно пробка из бутылки с забродившим вином. И тут же стали омывать тела заготовленной за день водой. Помогали окунувшимся в чёрную жижу Марез, Бабу и один из воинов пополнения. Ребята, метавшие свои копья в осьминога, уже видимо врачевали раненого Чиграна в лагере. Да оставшиеся двое наверняка продолжали оставаться на посту и следить за подходами к лагерю.
   Оставшись фактически без одежды, колдун и дворецкий вскочили на коней как раз вовремя. Бабу уже указывал на край барьера, возле которого копошился поблескивающий под неверным светом лун зелёный хитин:
   - Муравьи!
   По ступеням Террасовой границы скатывались так, что чуть ноги не поломали. И себе и животным. А в лагере Кремон первым делом удивился обилию лошадей.
   - Так ведь я и свою запасную вывел, - обрадовал Бабу. - А ваши две сами выбрались, пока ты паромщиком работал!
   Затем все обступили слегка постанывающего Чиграна. Голый Коперрульф спешно наносил ему на рану толстый слой мази и тут же затягивал бинтами.
   - Как он?
   - К утру будет в строю! - после завершения санитарных работ Ганби встал и с самым довольным видом осмотрелся по сторонам. А затем проговорил: - Даже не верится, что все здесь и все живы. При обратной дороге мы, кажется, разбудили всю прибрежную зону Топей. Я даже представить себе не мог такого количества монстров на этом участке. Тот путь, что мы прошли, даже трудно преодолеть без потерь. А ещё и задание умудрились выполнить! И знаете, честное слово, я вами горжусь! Молодцы!
   На его слова лишь скромно ответил самый огромный участник отряда:
   - Может по такому случаю..., по стаканчику?
   - Да хоть по десять! Заслужили!!! - радостно заревел Коперрульф. Но тут же улыбка его погасла, а тон стал деловым и непререкаемым: - Даже двадцать можешь выпить, если влезет. Но! В замке! А сейчас: кормить командира и беречь его сон даже от случайного шума. Только в этом случае он сможет до утра немного собрать своей прежней силы. Понятно?
   - Так точно, господин маршал! - вытянулся Бабу по стойке смирно.
   От чего все не сдержали усталого смеха. Уж больно комично смотрелся огромный и вытянувшийся гигант, перед высоким, худощавым и совершенно голым Коперрульфом.
   Уже насытившись до отвала горячей пищей, Кремон спросил одного из воинов:
   - А боларов накормили?
   - А как же! Сделали, как вы приказали. Они весь день прилетали и брали со столика всё, что хотели. А мы подкладывали, чего не хватало.
   - Молодцы....
   Уже сквозь сон произнесённое слово относилось ко всем боевым товарищам по отряду. И уж, самым прямым образом, вполне заслуженно касалось летающих растений. Ведь как ни крути, а именно они подсказали правильное направление отряду, когда люди заблудились. Так что хорошей награды достойны все. В обязательном порядке. А может и командиру что-то перепадёт? Вдруг Хлеби расщедрится и разрешит отбыть с таким трудом заработанные каникулы? А вдруг даже ещё день, два добавит? Вот было бы здорово! За это время можно было бы научить Спина разговаривать, да и самому научиться многим воркованиям из языка зелёных шаров. Да уж.... И отъесться.... И отоспаться.... Кстати, как там Мальвика? Сделали ей операцию? Вот кто больше всех радуется этой жизни!
   С этими блаженными мыслями Кремон и уснул. А Коперрульф, поспавший за ночь всего несколько часов, приложил все усилия для того, что бы сон молодого колдуна не прерывался даже писком случайно пробегающей мыши. Уж он прекрасно знал и мог оценить то, что им удалось проделать за прошедший день. И будь его воля, дал бы молодому ученику каникулы на целый месяц.
  
   Просыпаться утром ещё в полной темноте - уже стало привычным для Кремона. Но в этот раз его вырвало из сна ещё и смутное беспокойство. Словно он забыл о чём-то важном и существенном. Прислушался к своему телу: вроде всё в порядке. Ничего не болит, да и силы вернулись почти полностью. Прислушался к окружающему пространству - тоже ничего подозрительного. И лишь нащупав на себе свежий и чистый запасной комплект одежды, парень вспомнил, как они спешно вечером раздевались на Нулевом уровне. И тут же в его памяти всплыла та самая мелкая деталь прошедшего дня, которая и вызывала подспудное беспокойство: ведь он положил в карман брюк одну из пластин с зарядами! А в лагерь спустился совсем голым. Значит, пластина осталась в том месте, где они спешно смывами с себя чёрную болотную жижу.
   Вряд ли муравьи её смогут уничтожить, но более важно, что бы пластина не попала в посторонние руки! Надо пойти и срочно её отыскать!
   Лишь только Кремон поднялся возле вяло трепещущего костерка, как к нему из темноты бесшумно устремилась долговязая тень Коперрульфа:
   - Что случилось?
   - Про последнюю пластину вспомнил, в кармане была. Пробегусь вместо разминки на Нулевой уровень.
   - А как самочувствие? - Ганби в первую очередь интересовался восстановлением магической силы колдуна.
   - Полный комплект! - похвастался командир. - Ну, может ещё процентов пять добрать осталось.
   - Хм! Просто феноменально ты восстанавливаешься....
   - Видимо мой организм приравнивает отсутствие силы Эль-Митолана к ранению. И заживляет рану соответствующим образом.
   - Может, кого возьмёшь с собой?
   - Обойдусь. Пора делать побудку?
   - Как раз собирался, минут через десять. - Коперрульф присмотрелся к видимому участку неба на востоке, который лишь самую малость посветлел. - Рассвет через полчаса, муравьи уже могут и не появиться, но всё равно посматривай!
   - Хорошо! - Кремон уже навесил на себя пояс с оружием и прикрепил два коротких меча. Затем вскочил на возбуждённого и храпящего от удовольствия Торнадо, и со средней скоростью двинулся на Террасовую границу. Вороного естественно пришлось оставить у подножья ступеней: не хотелось тратить время на неудобное для животного восхождение. Да и разминку ведь собрался сделать!
   Лун на небе уже не было, поэтому пришлось в месте их омовения подвесить солидный осветительный шар. И только тогда со всей тщательностью начинать поиски.
   От сброшенной вечером одежды не осталось ни лоскутка! Не удалось отыскать ни кусочка ремня, ни единой пуговицы. Даже от толстой и жутко несъедобной обуви не осталось и крошки. Муравьи оправдывали свою репутацию непереборчивых и злобных санитаров, как самих Топей, так и барьера вокруг них.
   Зато пластина лежала возле самого края нетронутой. Даже наоборот: она блестела, словно её за ночь отполировали старательные ювелиры. Возможно, её долго пытались тоже разгрызть своими жвалами зелёные насекомые, и именно поэтому с поверхности неизвестных материалов пропали малейшие следы грязи и разводы от чёрной жижи. Было вообще удивительно, что её не уволокли за собой в болото, ведь для муравьёв такой силы и величины полтора килограмма считались нестоящим внимания пустяком. Так или иначе, но пластина осталась на барьере и на первый взгляд совсем не пострадала.
   Но колдун всё-таки проявил повышенную осторожность. Брал в руки аккуратно, выставив щит и стараясь не слишком давить на прозрачное покрытие. Затем несколько минут крутил пластину самым разным образом с всё возрастающей уверенностью. Изучая и осматривая мельчайшие детали.
   Светящиеся шарики лежали по всей длине паза в небольших, отдельных углублениях. Общим количеством тридцать две штуки. С торцов планки просматривались и прощупывались непонятные выпуклости и фигурные канавки. Увлёкшийся ими Кремон, пытался нажать их под разными углами и с разным усилием. И его бессистемные пробы неожиданно принесли успех. Раздался еле слышный хруст пружины, и прозрачное покрытие сдвинулось по всей длине пластины. Примерно так, как выезжает крышка у деревянного ученического пенала. При этом святящиеся шарики стали, как бы открыты окружающему пространству и даже обдали ощутимым теплом.
   Взмокнув от напряжения, Кремон подвигал прозрачную полоску в разных направлениях и понял, что её можно вернуть на место, или вообще удалить с планки. Потом закрыл полностью и, уже знакомым действием пальцев, открыл вновь. Несколько раз прорепетировал свои движения, приобретая навыки. Для следующего этапа экспериментов парень подошёл к тому месту, где барьер обрывался наиболее круто в сторону Топей, и высота до поверхности была метров шесть. Затем открыл пластину лишь на один заряд и медленно перевернул пластину. Ожидая, что заряд выпадет вниз. Но тот остался на месте, словно приклеенный. Колдун даже потряс, а затем и постучал вместилищем зарядов по краю скалы, но эффекта никакого не последовало. Тогда он стал пробовать ухватить заряд имеющимися у него магическими средствами. И заряд сдвинулся с места и поднялся над планкой. Одно только смущало: дальше, чем на метр от подрагивающей руки, он отлетать не желал. После коротких раздумий Кремон размахнулся ветвью своей силы и отбросил заряд от себя как можно дальше. Одновременно отключив поле телекинеза. Сам он при этом бросился ничком на скалу под ногами и закрылся щитом. Но ничего не произошло. Шарик описал большую дугу и плюхнулся в чёрную болотную жижу. Не пояснив при этом, то ли он утонул благополучно, то ли не менее благополучно растворился.
   Заинтригованный экспериментатор вновь вскочил на ноги и продолжил попытки своего воздействия на другой светящийся шарик. Как ни странно, но больше всего подошёл для этого дела светящийся клубочек зажигательной нити. Именно таким пользовался Хлеби для того, что бы поджечь взрывчатое вещество, называемое Флор, и обрушить огромный кусок скалы для создания высокой волны. Клубочек оборачивался вокруг заряда искрящей оболочкой при создании, и затем этот тендем можно было передвигать в любом направлении и на любое расстояние. Обрадованный колдун присел над краем обрыва, разогнал искрящий комочек до большой скорости и вонзил всё в то же место на нижерасположенном болоте. И вновь - никакого эффекта!
   Хмыкнув от разочарования и сожаления по поводу утраченных зарядов, Кремон решил прекратить опасные и ни с кем не согласованные пробы и возвращаться в лагерь. Тем более что первые лучи светила должны были вот-вот показаться из-за горизонта. И уже даже стал поворачиваться, как вдруг вспомнил, что светящийся клубок служит в первую очередь для поджигания легко воспламеняющихся предметов и смесей, но в готовом состоянии может оставаться до получаса. Даже в жидкой среде. И соответственно, он до сих пор находится в болоте в рабочем состоянии. А ликвидировать досрочно его может лишь создатель с помощью магического импульса-приказа. Тогда клубочек пропадает в маленькой, но яркой вспышке, одновременно с выделением остаточного количества энергии.
   Желая лишь проверить последнюю версию, Кремон послал в сторону болота импульс-приказ. И чисто бессознательно успел присесть, когда из болота вырвался двойной столб пламени. Хорошо, что в том месте было неглубоко, а то бы пришлось вновь выкидывать весь комплект одежды. Да и срез обрыва прикрыл от разлетающейся в разные стороны ядовитой болотной жидкости. И она просто перелетела пригнувшегося парня. Скорей всего от произошедшего взрыва одного заряда детонировал другой, ранее утонувший в этом месте. Но эффект получился просто ошеломляющий. Кремон с отвисшей челюстью наблюдал за проснувшимися Топями, которые буквально заходили ходуном от мечущихся в разных направлениях монстров. Заодно прикидывая: выдержит ли его щит такой небывалый по силе удар. Получалось вроде, что выдержит.... Но на самом пределе! И со всей категоричностью - только один!
   Судя по времени с момента взрыва и до раздавшегося за спиной топота, Коперрульф сумел взбежать по ступеням, благодаря своим длинным ногам, быстрей, чем молодой горный козёл. Он остановился возле колдуна и, не произнося ни слова, стал переводить взгляд с его лица на шевелящееся болото и обратно. Заодно со свистом пытаясь восстановить прерывистое дыхание.
   - Вот это сила! - с некоторой растерянностью покивал головой Кремон и поднёс планку к самым глазам. - Даже страшно становится....
   Дворецкий уже и сам успел заметить, что двух зарядов не хватает, поэтому облизал пересохшие губы и спросил:
   - Надеюсь, ты не отнёсся к этой вещи, как к простой игрушке? И как ты их умудрился оттуда вынуть?
   - Не скажу, что легко, - стал объяснять колдун, - Но дело того стоило! Смотрите....
   Он отодвинул прозрачную полоску, обернул заряд искрящимся клубочком и приподнял над углублением. Затем снова загерметизировал оставшиеся заряды. Потом с небольшим, но постоянным ускорением отправил получившийся заряд в сторону Топей. Но на этот раз унёс его на гораздо большее расстояние: метров на пятьсот. А когда почти невидимый огонёк скрылся то ли в глубине, то ли за кустами, послал мысленный приказ-импульс. Теперь уже рвануло в безопасной дали, но даже оттуда до них донёсся упругий поток влажного и туманного воздуха. А вспышка высветила порядочный кусок болота, до которого ещё не дотянулись утренние лучи светила.
   - Ну, как вам такие игрушки?
   Теперь уже у Коперрульфа открылся рот от изумления:
   - Впечатляет! Эх, нам бы вчера этими шариками воспользоваться! - добавил он с сожалением.
   - Зато теперь нам никакие жучки и червячки не страшны! - счастливо заулыбался Кремон. - Можем даже ещё одну ходку сделать. Может, рискнём?
   - Ни в коем случае! - забеспокоился дворецкий. - Ты что?! Топи ещё после вчерашнего два дня успокаиваться будут, а тут ты ещё их с утра подстегнул. Нам всех зарядов не хватит! И лучше давай сначала то, что взяли домой доставим. А там видно будет.
   - Согласен. Только вот..., - колдун снова стал вертеть планку с зарядами в руках. - Ещё одно испытание проведём!
   Коперрульф скривился в сомнениях:
   - А может не стоит?
   - Ещё как стоит!
   Парень на этот раз решил создать спаренный заряд. Для этого он подвесил перед собой два клубочка и лишь потом соединил их вместе на большом от себя расстоянии. Когда удостоверился, что опасные силы остались в стабильном состоянии, понёс клубочки в сторону Топей. На этот раз, увеличив расстояние до километра. Пространство уменьшило звук от взрыва, но зрелищный эффект был поразительным. Оба наблюдателя лишь покачали головами от восторга и зацокали громко языками. Такого оружия по силе до сих пор не существовало. По крайней мере, в вооруженных силах Энормии о нём не ведали. Мало того, после совсем нехитрых, простейших экспериментов выяснилось, что зарядами можно пользоваться и без литанры. Следовательно, надо было добытые в пещере планки доставить как можно быстрей к протектору Агвана. А уж тот знает, как лучше распорядиться таким секретом.
   К лагерю двигались на самой предельной скорости. Завтракали тоже быстро и без единого слова: давясь вяленым мясом и захлёбываясь горячим чаем, настоянным на травах. Игнорируя вопросительные и обеспокоенные взгляды своих попутчиков. Болары уже давно позавтракали и висели на порядочной высоте, ожидая, в какую сторону тронется отряд. И скорей всего обрадовались, когда поняли, что возвращаются по направлению к постоянным местам обитания. Потому как летели поочерёдно чуть ли не над самой головой командира, хоть и придерживаясь наружного края барьера.
   За два часа стремительной езды с ветерком, обогнули огромный залив Топей и достигли того знакомого места, где надо было спускаться со ступеней и углубляться в лес по малоиспользуемой дороге. Уже и к краю приблизились, внимательно разглядывая раскинувшееся внизу море густых и слитных, в своей радующей глаз зелени, крон деревьев. И именно в тот момент летающие растений заволновались и на всей своей скорости унеслись вдаль. Придерживаясь полосы леса возле самой Террасовой границы.
   Лучшим слухом обладал Коперрульф. Поэтому он первым услышал приглушенный расстоянием далёкий звук боевого горна. И поднял резко руку вверх, призывая к полной тишине. Теперь надрывные звуки услышали все. А так как сигналы не мог распознавать лишь Бабу, то все восемь воинов выжидательно повернулись к командиру. Потому что горн отчетливо выводил лишь одну музыкальную фразу: "На помощь!"
  
  

ЧАСТЬ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

   И команды последовали незамедлительно:
   - Вы, все! Спускайтесь вниз наискосок и скачите по лесу. По моему свисту атакуйте любого, кого встретите перед собой. Двойной свист: немедленный отход! Пока не дождётесь от меня сигнала - ни во что не вмешиваться! Ганби, за мной!
   Колдун, вместе с дворецким, пришпорили своих коней и помчались поверху, вдоль левой кромки барьера. Прикрываясь мощным щитом на тот случай, если возможный враг присел за ступенькой и прячется в засаде. Остальные воины стали спускаться в лес. Немного осторожничая при этом, так как на весь отряд у них осталось лишь четыре запасных лошади, посему добраться к Эссеку до темноты считалось и так проблематичным. Но уже через пять минут восемь всадников, растянувшись цепочкой, пустили коней в галоп. А через несколько километров пути до них, даже, несмотря на конский топот, донёсся шум сражения. Оставшийся за старшего Марез, чуть притормозил товарищей и дальше они поехали тихой рысью. Внимательно всматриваясь в просветы приближающейся большой поляны. И только когда их взорам открылось всё поле боя, они замерли среди последних деревьев, в невысоком кустарнике.
   А Кремон с Коперрульфом стояли на самом краю барьера и уже несколько минут обозревали ход ожесточённого сражения. И не просто обозревали, а готовились принять в нём самое непосредственное участие. Потому как внизу специальный отряд "Коршунов" отчаянно отбивался от превосходящих сил неизвестного противника. И положение их было весьма незавидным. А ещё вернее: смертельно опасным.
   Сам Липон Бравый и его коллега Эль-Митолан находились в стратегически удобном месте. Их с нескольких сторон закрывали покатые валуны, изрядно почерневшие от копоти. Видимо эта природная защита и принимала основные удары магических атак противника. Вернее помогала удерживаться с помощью прочного щита. Вот только сами колдуны уже потеряли почти все силы, много крови и некоторые части тела. Командир "Коршунов" полустоял с окровавленной головой и упираясь на некое подобие костыля. Весь его левый бок выделялся обуглившейся и висящей лохмотьями одеждой. Его товарищ вообще сидел на земле, прислоняясь спиной к камню, и левой рукой вытирал сочащуюся со лба кровь. Правой руки по локоть у него не было! Видимо это он из последних сил держал щит, а Липон отстреливался своими огненными ударами. Вот только интервалы между ними росли со страшной неотвратимостью. Силы обоих магов близились к концу.
   Вокруг валунов лежало до пятнадцати трупов, и сверху не было возможности разобрать их принадлежность. Ещё больше неподвижных тел в разных позах лежало на всём пространстве огромнейшей поляны.
   На флангах валунов сражались оставшиеся в живых "коршуны" количеством до десяти человек, а на них весьма агрессивно, слажено и тактически грамотно наседало человек тридцать в разнообразных, но, тем не менее, полностью боевых доспехах.
   Но самая главная опасность находилась перед валунами, метрах в восьмидесяти. Там на скалистом возвышении стояло три человека в тёмно-синих мантиях и со всей яростью вели магическую атаку. Причём один из них уверенно держал щит прикрытия и отбивал постепенно редеющие сгустки огня посланные Липоном. А два Других Эль-Митолана атаковали схоронившихся за валунами командиров спецотряда. Их атаки тоже не несли полной мощи, но и этого было достаточно, что бы еле удерживаемый щит тяжело раненого, безрукого заместителя Бравого рухнул с мгновения на мгновение.
   К тому же возле врагов, за их спинами находился резерв из шести всадников, совершенно не утомлённых схваткой.
   Как ни казались синеманточные колдуны увлечёнными боем, но новую опасность для себя заметили сразу. Возможно, что и с тыла им подсказали. Один из них тут же отдал команду резерву и все шестеро сорвались с места и бросились атаковать замерших на опушке Мареза, Бабу, Чиграна и пятерых воинов из пополнения. В тот же момент второй колдун прекратил обстрел королевских Эль-Митоланов и повернулся в сторону всадников на кромке барьера. Внимательно присматриваясь. Готовясь то ли атаковать, то ли ставить магическую защиту против возможной атаки.
   Кремон к тому времени уже сложил сразу три искрящих клубочка вместе, и отправил их в сторону вражеской тройки. Да ещё при этом залихватски свистнул один раз со всей силы. Получившие команду воины его отряда тут же понеслись навстречу шестерым всадникам из резерва синеманточников.
   Безобидный на вид клубочек тем временем быстро падал с вершины барьера на возвышенность с врагами. Тот из них, что готовился поставить щит, отлично рассмотрел и сразу узнал колдовство, которым их атаковали. Даже на таком расстоянии было видно, как он криво усмехнулся и что-то крикнул своим компаньонам. А затем в угрожающем жесте поднял обе руки и приготовился атаковать. Ожидая лишь того момента, когда искрящийся клубочек достигнет всё-таки выставленного щита и растает в безобидной вспышке. Но то, что произошло в следующее мгновение, он предвидеть не мог.
   Те испытания, которые провёл Кремон ранним утром, не дали полного представления о разрушительной силе сработавшего заряда. Тем более на открытом пространстве. Первые два взорвались не совсем одновременно. И, к тому же, это произошло в водной среде. Да и глубина на том месте болота могла быть гораздо больше предполагаемой. Одиночный заряд, взорванный вдалеке, тоже не был зафиксирован наблюдателями со всей тщательностью. А уж эффект от спаренного заряда, унесшегося на километр, и тоже возможно глубоко погрузившегося в болото, вообще трудно было рассмотреть и дать правильную оценку.
   Но видимо нарастание силы взрыва происходило в некой геометрической прогрессии. И зависело от количества зарядов. По примеру: один заряд - два трупа. Два заряда - четыре. А три - шестнадцать куч разорванной плоти! Или что-то около этого! Потому что рвануло так сильно и неожиданно мощно, что волна смерча повалила шесть лошадей резерва, сделала то же самое сразу же с отрядом воинов Кремона, а потом ещё попыталась снести с кромки барьера и самого неопытного колдуна и старого ветерана дворецкого. Каким-то чудом их лошади успели попятиться назад и резко присесть. Да и седоки чуть ли не распластались на крупах. Срез тоже хорошо их защитил, приподняв вихрь над их головами.
   Все остальные сражавшиеся просто успели упасть на землю, а кое-кто даже прикрыть голову руками. Уж слишком страшный грохот предшествовал сметающему всё на своем пути вихрю, и слишком ярким знаком опасности впечатался в сетчатку глаз, вознесшийся на двадцатиметровую высоту столб пламени.
   От вражеских колдунов в тёмно-синих мантиях не осталось ...ничего. Видимо они сгорели полностью в горниле вспышки. Лишь на том месте, где они стояли, дышал жаром почерневший круг диаметром метров пять.
   Первым опомнился Кремон и уверенными движениями направил испуганно храпящего Торнадо на спуск. Вторым вскочил на ноги и стал осматриваться Липон Бравый. И скорей всего ещё находясь в пылу боя, пустил огненный шар над головами своих лежащих воинов, в самую гущу начавших приподнимать головы врагов. Трое их них получили смертельный удар в полном объёме. Остальные попытались, было расползаться в стороны, но тут уже вмешался оставшийся на верхнем уровне Коперрульф. Его громоподобный голос разнёсся далеко над всеми окрестностями:
   - Всех, кто пошевелится - испепелим на месте! Оружие отбросить в сторону и лечь на живот! Руки сложить в замок на затылке. Выполнять! Немедленно!
   Могло показаться, что отставной капитан сам вдруг превратился в колдуна и сумел так эффектно воспользоваться своим голосом. Но только Кремон знал, что дворецкий получил от протектора Агвана один небольшой медальон-усилитель громкости, срок годности которого истекал на двадцатой секунде пользования.
   Тем не менее, громоподобный голос сделал своё дело, поставив финальную точку во всём сражении. Хотя решающим моментом оказалось уничтожение всех трёх колдунов в синих мантиях. Их воинство, бывшее ещё недавно бравым, отчаянным и непобедимым, теперь с ужасом смотрело на выжженный круг и с полной растерянностью давало себя разоружать, обыскивать и сгонять в самый центр поляны. Там они с безропотностью обречённых и с глазами полными ужаса усаживались на землю и ждали своей участи. Участи весьма незавидной и печальной: в Энормии предусматривались наказания даже для родственников подобных бандитов. Многие порой получали по нескольку лет тяжелейшей каторги лишь за то, что знали о преступной деятельности своего брата, отца или сына. Королевские дознаватели с помощью Сонного Покрывала выпытывали всех близких и знакомых разбойника и докапывались до любой сути. Очень редко когда в таких случаях клубок преступления не распутывался до конца.
   Пока сводная часть обоих отрядов занималась пленением оставшихся в живых бандитов, другая часть оказывала помощь раненым. Кремон первым делом подскакал к своим коллегам Эль-Митоланам. Те были буквально обессилены и обескровлены. Магической энергии у них не оставалось даже для того, что бы остановить собственные кровотечения. Липон полулежал к тому времени на здоровом боку и обожженной левой рукой пытался достать лекарственные мази из своей сумки на поясе. Его товарищ с оторванной рукой вообще был на пределе последних сил и готовился потерять сознание.
   Именно в него Кремон первым делом и вкачал добрую треть своей магической энергии. А затем поспешил к Бравому и с ним тоже поделился остающимися запасами. От прилива сил тот тут же вскочил на ноги и стал быстро срывать с себя обугленную одежду. Успевая при этом и удивляться и радоваться вслух:
   - И как вы только успели? Вот это нам повезло!!! Признаться, уже и не думал о спасении! И как ты их накрыл вовремя? Ну и жахнуло!!! Чем же это ты их угостил? Феноменально получилось! Молодец, парень! И не отвлекайся на нас. Посматривай лучше за пленными: вдруг какая тварь и решит покончить собой, делая попытку к побегу. Так что ты уж их не разочаровывай!
   На очищенное тело он тут же стал густо намазывать средство плезер - самое дорогое, но и самое действенное лекарство против ожогов. Затем обратился к своему товарищу:
   - Такос, ты ещё дышишь?
   К тому времени его коллега уже полностью остановил свои кровотечения, а его лицо стало вновь принимать нормальную окраску: мертвенно-серая бледность стала уступать место розовому цвету. И тяжело раненый Эль-Митолан даже попытался улыбнуться:
   - Если бы в тебя столько силы влили, ты бы уже левитировал над всем полем боя....
   - Ха! Да у меня сил и для этого хватит!
   - Ого! Значит, парень почти ничего не потратил в сражении?! - от удивления Такос даже смешно зафыркал. А затем попытался встать, хоть и сделал это с некоторым трудом. - Мазни и мне плезером по культе: печёт зараза!
   Липон тут же, со всей осторожностью смазал окровавленный обрубок, а затем спросил дрогнувшим голосом:
   - Надеюсь, ты не сильно расстраиваешься?
   - Расстраиваешься?! Да я в бешенстве!!! - гаркнул его товарищ, но тут же замолчал. И прикрыл на мгновение глаза от облегчения: мазь сняла невыносимую боль. И на губах вновь заиграла оптимистическая улыбка: - Но если сравнивать с тем, что я совсем недавно уже и с жизнью мысленно распрощался, то что значит, по сравнению с чудесным спасением, небольшая часть тела? Тьфу! Ерунда! Но! Месть моя будет страшна! И не просто страшна, а ужасна!
   - Вот! Таким ты мне всегда нравишься! - позволил себе улыбнуться и Липон. - Но тогда тебе и прозвище придётся сменить.... И мне кажется, что Такос Ужасный - звучит намного впечатляюще. Не правда ли?
   - Хм! Вполне, вполне..., если король утвердит. И в конклаве Эль-Митоланов возражать не будут. Ты ведь знаешь, как у нас трудно имя сменить, обязательно какой-нибудь гений по геральдике отыщет массу возражений и обоснований в отказе.
   - А можно и по-другому: например, Такос "Кровавая Карающая Длань". Или "Ужас Однорукий". Здорово звучит! А?
   - Ага: тебе бы только позубоскалить! Давай теперь и нашим поможем. Смотри, двоих уже подносят....
   И оба Эль-Митолана заходились над своими тяжелоранеными воинами. А Кремон стал им помогать по мере своих скромных познаний во врачевании. Не забывая при этом уделять большинство своего внимания для наблюдения за пленными.
   Коршуны в этом бою понесли тяжелейшие потери. Восемь человек погибло. Четверо находилось в тяжёлом состоянии и за их жизнь пришлось бороться всеми имеющимися средствами. Ещё трое имели по нескольку ранений, но их жизни были вне опасности. В строю и на ногах, если не считать мелких порезов, царапин, синяков, небольших ожогов, содранной местами кожи и ушибов, оставалось лишь пять воинов.
   С такими силами о намерении выступать немедленно не могло быть и речи. А уж, тем более что бы продолжить путь самостоятельно. Даже на максимальной скорости за светлое время дня до Эссека было не добраться и здоровым. А что уж говорить о раненных и тяжелораненых. К тому же пришлось долго вылавливать всех коней в близкорасположенном лесу, собирать разбросанное оружие, закапывать трупы бандитов и хоронить павших товарищей. Вдобавок провести первое расследование на месте, бегло опросить пленных и принять меры предосторожности на случай нового возможного противника.
   Решено было двигаться к ближайшему крупному населённому пункту и туда сразу же отправили гонца из числа пополнения отряда Кремона. Он должен был привести помощь навстречу. А все остальные, уже после обеда принялись связывать пленных, усадив их на лошадей. Прикреплять ноши с тяжелоранеными между конскими корпусами и грузить всё то, что необходимо было увезти с поля боя.
   А Липон Бравый последние полчаса так и простоял на обуглившейся площадке. Ковыряясь кинжалом в грунте, принюхиваясь к кускам глиняного сплава, сажи, копоти и растирая непонятные останки на ладони. Видимо пытаясь понять: как же молодой коллега, вернее ещё просто ученик, уничтожил сразу трёх разбойничьих колдунов в синих мантиях. В его опыте и сообразительности нельзя было сомневаться, поэтому подъехавший Кремон на дотошные вопросы ответил расплывчато и без всякой конкретики:
   - Мне самому всё это очень странно. Возможно, по простому совпадению или глупости эти колдуны сняли щит в тот момент, когда выпускали свой шар пламени. А он столкнулся с моим. Да ещё в тот же момент третий Эль-Митолан в синей мантии выпустил шар в вашу сторону. Вот и произошло наложение сил. Повезло нам....
   Липон усмехнулся так криво и показательно, что оставалось удивляться, почему он прямо не рассмеялся в лицо. Видимо его остановила элементарная благодарность своему спасителю. Хотя, если задуматься, в принципе и такой ход события был возможен. Но только теоретически. Если бы, например, в огромном сражении участвовало до нескольких сотен Эль-Митоланов с каждой стороны. Но вот на практике, подобное наложение сил могло и не существовать ни в природе, ни в истории. Похоже, именно об этом и хотел напомнить Бравый. Даже начал тянуть букву "Э" с несвойственной ему нерешительностью. И вот тогда молодой колдун перебил старшего коллегу уважительно, но твёрдо:
   - Если вас заинтересуют более мелкие детали боя, о них можете спросить у протектора Агвана. В приватной беседе. Лично мне, как простому ученику, запрещено раскрывать некоторые секреты наставничества Хлеби Избавляющего.
   Командир коршунов в изумлении помотал головой, затем показал на землю рукой и пробормотал с явной досадой:
   - Ну, раз такое дело... То тогда - в путь! Хоть и жалко, что твой наставник не присутствует в сию минуту именно здесь....
  
  
  

ТРИУМФАЛЬНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ

   Протектор Агвана с головой был погружен в дела своей подведомственной территории. Но мыслями постоянно возвращался к небольшому отряду, который должен был привести так сильно желаемые, недостающие заряды к уникальному артефакту. Ещё вчера он получил условное сообщение из Эссека, что его пятеро бойцов возвращаются в полном порядке и с внушительным комплектом найденных трофеев. Так же было без лишних подробностей указано, что произошла задержка в пути на один день. Что, в общем-то, при задании такой сложности считалось вполне естественным. В общих новостях промелькнуло также сообщение о разгромленном отряде разбойников, но протектор и не подумал связать это событие с однодневной задержкой. Тем более что в новостях указывалось конкретно, что бандитское формирование более чем в шесть десятков человек, возглавляемое четырьмя колдунами-отщепенцами, было успешно разгромлено двумя отрядами воинов нашего королевства. И добавлялось, с сожалением, что не удалось избежать непредвиденных и существенных потерь. Значит: маленькая группка из пяти всадников там и рядом не проезжала. И у них проблем в дороге не возникало.
   А самое главное - возвращались они не с пустыми руками. Поэтому Хлеби уже с упоением прожженного экспериментатора представлял себе как он, скорей всего этим вечером, будет проводить испытания уникальной литанры. И даже раздражался, когда его сбивали с этого настроя. Вот как в данном случае. Он слегка вздрогнул, когда его вывел из задумчивости вопрос Мальвики:
   - Дедушка, будешь проверять моё задание на сегодня?
   И как только девчонка умудрялась подойти к нему неслышно? Словно привидение бестелесное! Мало того, что её эмоции нельзя прочитать из-за того, что она "непроницаемая" для магического наблюдения, так ещё и передвигается беззвучно. Странная внучка ему попалась! Вернее, сам сгоряча выбрал! Чего уж там, говорить. Но в том состоянии, в каком она сейчас находилась, показать раздражительность от её присутствия Хлеби не мог себе и позволить, Поэтому ответил со всем возможным для него участием:
   - Я думаю, что ты его и так прекрасно выучила. Хоть тебе наверняка неудобно и трудно читать? Да и просто по сторонам смотреть?
   - Нисколько! Разве только шея уже болит, и лицо страшно чешется под бинтами.
   Выглядела Мальвика после проделанной операции вообще смехотворно. Свободными от бинтов оставались лишь губы и подбородок. Да на том месте, где вперёд выступал нос, чернело две дырочки для притока воздуха. На глазах у неё было закреплено некое устройство, напоминающее закрытые со всех сторон очки. Причём их стекла были выдвинуты далеко вперёд, сантиметров на десять, и почти полностью заклеены чёрной бумагой. Лишь по центру виднелись отверстия величиной с мелкую монету. Именно через них девушка и могла взирать на мир. Постоянно вертя шеей в нужном для осмотра направлении. Таким методом лечилось запущенное косоглазие. Ко всему прочему ещё и очки фиксировались на голове бинтами. Так что вид у неё был весьма и весьма экзотический.
   Мальвика правда на улицу не выходила, а пропадала или в библиотеке, или в своей комнате. Выходя к столу лишь в тех случаях, когда на трапезе не присутствовал зачастивший в замок староста Агвана, да раз в день, чаще всего к вечеру, оставаясь на ночлег, наведывающийся Давид Сонный.
   Что Мальвика делала в библиотеке, хозяина замка почти не интересовало. Он только раз подсмотрел за ней и с удовлетворением отметил, что девочка лишь с жадностью перелистывает огромный географический каталог с красочными рисунками и описаниями местности. Вот и прекрасно! Пусть занимается самостоятельно и интересуется устройством планеты, чем путается под ногами и задаёт кучу совершенно не взаимосвязанных между собой вопросов.
   В данный момент Мальвика видимо и решила засыпать своего названного дедушку очередной лавиной таких вопросов:
   - А можно мне самой придумать дату своего дня рождения?
   Накануне тетушка Анна посоветовала воспитаннице выспросить у Хлеби на это разрешение, и теперь он ответил с некоторой озадаченностью:
   - Почему бы и нет....
   - Тогда я выберу тот день, когда вы меня спасли от колабов! - тут же радостно воскликнула девчушка. - А Давид Сонный уже сумел договориться с боларами?
   У того почему-то не складывались доверительные отношения со стаей. Хоть хуторянка Лирна помогала со всех сил, но скорей всего сказывалось отсутствие Спина. Поэтому все со спокойствием закоренелых оптимистов ждали возвращения отряда.
   - Пока те только с удовольствием принимают угощения. Вот вернётся их лидер, Спин, тогда дело пойдёт....
   - А Кремон знает, что ему в зале установили нового, полностью железного Истукона?
   - Нет, конечно. Это будет для него приятным сюрпризом.
   - Да, он точно обрадуется! - причём сказано это было на полном серьёзе.
   Хлеби покосился на две маленькие дырочки в чёрной бумаге очков и вздохнул. И почему нельзя прочитать эмоции этого создания? А девушка продолжала тараторить уже о другом:
   - У Кремона в столице есть две лучшие подруги, дочери дяди Кралси. Может он мечтает жениться на младшей? Ведь старшая подруга уже и детей имеет....
   - Гм.... Даже не знаю. Да нет, вряд ли. Они просто друзья детства....
   - А почему господин Коперрульф не имеет жены? Он ведь такой видный и симпатичный. Или его никто не любит?
   - Ну..., как тебе сказать....
   - Так и говори: как было в жизни. Или это он никого не любил?
   - Да нет, любил. И даже очень. Но вот когда он получил ...небольшое увечье, его любимая от него отказалась. И даже не захотела встретиться с ним. После этого он, как бы точнее выразиться, немного разочаровался в женщинах....
   - И откуда такие берутся предательницы?! - воскликнула Мальвика с возмущением. Хозяин замка уже напрягся и решил прервать опасные вопросы. Вполне справедливо предполагая, что сейчас и его начнут спрашивать о личной жизни с детской непосредственностью. Но ошибся: очередной вопрос последовал в совершенно другом плане:
   - Неужели Плада такая огромная, как на рисунках?
   - Намного больше, - расслабился колдун. - Столица нашего королевства самая большая их всех столиц мира. И ни один рисунок не сможет показать её настоящую величину.
   - Там наверняка жить здорово? Мне бы тоже хотелось там побывать....
   - Со временем и такой случай может представиться....
   - Дедушка, ты ведь там жил долгое время. И это правда, что в Пладе больше полутора миллионов жителей?
   - Правда....
   - И там женщины каждый день надевают все те прекрасные наряды, которые мне показывала на картинках тётушка Анна?
   - Ха! Да там есть такие наряды, что их ни в одной картинке не отыщешь!
   - И все женщины такие красавицы?
   - Ещё бы! - воскликнул Хлеби, явно увлёкшись воспоминаниями о столице. - Там обитают самые красивые женщины мира.
   - А почему же ты не выбрал там жену для себя?
   Губы хозяина замка сразу же поджались в одну тонкую линию, а брови сошлись в гневе на переносице. Но, взглянув на головку всю перемотанную бинтами и смотрящую на него блестящими кружочками наведённых "биноклей", он сдержал готовые вырваться раздражительные слова. Что взять с ребёнка? Она ведь и сама не понимает, о чём спрашивает. Хотя..., какое ей вообще дело до личной жизни названного дедушки? И ведь как неожиданно спросила! А что ответить? Ведь ждёт, затаилась и ждёт!
   - Ну, в моём возрасте считается вполне нормальным не спешить с женитьбой, - попытался отшутиться хозяин замка. - У меня всё ещё впереди, и женщина, которая меня полюбит обязательно найдётся!
   И тут Мальвика показала, что умеет и льстить не по годам, когда захочет. С естественным негодованием в голосе, она возмутилась:
   - Странно, что они за тобой не бегают табунами! Такой красивейший, умнейший и очаровательный мужчина и до сих пор без жены!
   - Понимаешь, быть женатым - не всегда обязательно. Ведь у Эль-Митолана столько дел и хлопот, что уделять внимание семье просто не хватит времени....
   - Да? - не поверила девушка. - А мне казалось, что жена как раз и нужна, что бы помочь мужу во всех его делах. И тогда у него наоборот больше времени свободного останется....
   - Ну, ты ещё маленькая, что бы понять все эти тонкости.....
   - Я маленькая?! Ха! Да я просто ростом невысокая!
   - Отлично! - Хлеби решил закончить неприятный для него разговор силовым методом. - Вот когда подрастёшь - тогда и поговорим. Сейчас я сильно занят. Займись своими делами и не мешай мне.
   - Хорошо, дедушка! - на удивление покорно согласилась Мальвика, неловко присела в реверансе и убежала со словами:
   - Тогда поговорим через недёлю!
   Хозяин замка улыбнулся ей вслед: вот вредина! Намекает, что через недёлю она наберёт недостающие сантиметры. Ничего, когда она прочитает свой план занятий на следующие две недели, сразу поймёт: времени на шалости и дотошные вопросы у неё точно не останется! А уж план он выдумал такой, что девчонке придётся зубрить днями и ночами. Нагрузит он её теперь с десятикратным запасом. И не допустит, что бы ребёнок маялся бездельем из-за его недальновидности и мягкотелости. А уж, сколько ей придётся потратить времени на каждодневное сочинение в две страницы! Вот пусть сидит и думает, как правильно составить буквы во вполне читаемые строчки. Да и переписывать ей придётся из-за кучи ошибок неоднократно!
   Представив себе эту сценку, Хлеби заулыбался, словно нашкодивший ребёнок. Ведь при всей своей фантазии он так и не мог представить Мальвику с нормальными глазами и с прямым носом. В его представление и зрительную память девочка прочно вошла как некое шалопутное и косоглазое создание с чудовищно искривлённым носом. И никак иначе не ассоциировалась. Хоть и стыдно было осознавать такой нигилизм, но что было, то было. Бедный ребёнок....
   Но постепенно улыбка пропала, и лицо приобрело озабоченное выражение. Ведь надо думать о насущных и важных делах, а не отвлекаться на детские вопросы о жёнах. Гляди-ка, пыталась выяснить про семейное положение сразу трёх мужчин! И оно ей надо? Ну вот, опять отвлёкся!
   Хозяин замка решительно встал и отправился в конюшню. Надо было проехаться к скалам и уже там, двигаясь по узкой расселине добраться до миниатюрной долины среди горных склонов. И тщательно осмотреться. Когда-то давно, он там планировал построить некий скрытный то ли склад, то ли место для схрона на случай непредвиденных обстоятельств. Но время шло, войн не было, и даже не предвиделось. Прятать тоже особо ничего не намечалось, и долина так и оставалась невостребованной. Зато сейчас, когда срочно понадобилось найти место для проведения испытаний литанры - о лучшем тире и мечтать не приходилось. Ведь не проводить опасные эксперименты в подвале собственного замка! Так и без крыши над головой остаться можно! А при большой отдаче взрыва и голова вместе с крышей может ..., того, ...пострадать. Уж лучше в скалах!
   На полпути Протектор замер от неожиданного и зудящего желания испытать древнейшее оружие уже сейчас. Немедленно. Ведь отряд привезёт новые заряды, а значит, потратить единственный пока у него имеющийся, всё равно придётся. И почему бы...?
   Но здравый рассудок победил: а вдруг те заряды не сработают? Или вообще отличаются от этого размером или ещё какой деталью? Что тогда? Нет! До вечера осталось не так много времени. А что бы глупые мысли не приходили в голову, надо занять себя делами по самое "нехочу". И не отвлекаться от поставленных задач.
   Протектор стремительно вошёл в конюшню и чуть ли не столкнулся с прихрамывающим конюхом.
   - Леско! Да ты я вижу, уже приступил к работе?!
   Герой не такого уж давнего сражения с разбойниками тоже радостно улыбнулся и развёл свои мощные ручищи в стороны. Как бы извиняясь:
   - Надоело бездельничать! Совсем тоска замучила! Сколько же можно кровать пролёживать, да по рощице прогуливаться? Перед людьми стыдно....
   - Ещё чего?! После выздоровления имеешь заслуженный отпуск! - провозгласил хозяин замка и приятельски похлопал конюха по плечу. - Героям положено много наград!
   Но Леско в ответ даже испугался:
   - Какой отпуск?! Значит, я в конюшне не нужен?! Совсем?! Потому и других на работу взяли?
   - Да что ты так волнуешься? Мы ведь тебе трёх помощников взяли, ты ими можешь командовать. Вся конюшня теперь под твоим управлением.
   - Значит, можете меня считать на работе! - упрямо проговорил боевой конюх. Видя, что спорить с ним бесполезно, ещё и больше обидеть можно, Хлеби добродушно рассмеялся:
   - Ну, тогда седлай моего Смелого!
   - В момент! - радостно выкрикнул Леско. И, стараясь не хромать на ещё не полностью залеченную ногу, побежал седлать личного скакуна протектора Агвана.
   Хлеби с неожиданной грустью вспомнил о другом погибшем конюхе Дани и зашагал следом. А ведь оба эти конюха остались здесь ещё после прежнего Эль-Митолана. Кажется, они работали здесь при похасах ещё с самого детства.... Может надо постараться устроить так, что бы Леско обзавёлся семьёй? Ведь специалист он отменный, человек хозяйственный и порядочный, да и возраст уже за тридцать перевалило. А почему не женится?
   Ну вот! Те вопросы в голову полезли, что и непоседливой Мальвике! Теперь осталось только себя самого спросить: почему старый ...хм, ну может и не старый, а скорей всего зрелый колдун живёт один? В полном затворничестве! И всеми силами старается не замечать ни тётушкиных переживаний по этому поводу, ни совместных усилий домочадцев исправить это странное недоразумение? Или всё-таки не стоит задавать такие неприятные вопросы? Пусть даже самому себе? Да..., скорей всего не стоит....
  
   Ближе к вечеру домоправительница стала постепенно успокаиваться и немного сбавила темп своего передвижения по замку. Может потому, что устала, а может и потому, что почти все поставленные перед собой задачи она выполнила. Комнаты были прибраны и в сияющей чистоте ждали своих обитателей. Задуманные блюда находились в последней стадии приготовления, и аппетитные запахи выходили далеко за пределы кухни и распространялись по всему замку. Стол в гостином зале был сервирован на двенадцать человек с учётом того, что могут присутствовать на ужине два непредвиденных гостя. А если вдруг таких неожиданных сотрапезников окажется больше, то под рукой, в большом застеклённом шкафу находились дополнительные комплекты посуды, приборов, фужеров и прочей мелочи шикарной и многочисленной сервировки.
   Ещё заранее домоправительница вместе с племянником решила обязательно дождаться с ужином возвращающийся отряд. Вплоть до поздней ночи. Поэтому появился временной промежуток, который деятельная старушка тут же придумала чем заполнить. Она решила ещё раз обойти приготовленные комнаты и лично, придирчивым взглядом удостовериться в идеальном порядке.
   Комнаты Чиграна и Мареза не обладали какой-нибудь индивидуальностью и выделялись лишь чистотой и строгостью линий. Как в отличной гостинице, ожидающей своих временных постояльцев.
   Обитель столичного гостя была гораздо просторнее и сразу же поражала обилием вещей, баулов, сумок и деревянных ящиков. Помимо этого бросались в глаза изящные статуэтки на столиках, несколько оригинальных картин с полуобнажёнными красотками, которые Давид Сонный без всякого стеснения развесил по стенам, и разнообразные шкатулки со всевозможными украшениями, благовониями и принадлежностями по уходу за волосами, лицом и телом. Вряд ли первые дамы королевства имели такую массу предметов первой, второй, да и третьей необходимости. А уж тем более, вряд ли какая из них взяла бы это всё с собой в дальнюю дорогу.
   Тётушка Анна с удивлением покачала головой: а ведь в первый день прибыл красавец Эль-Митолан из Плады лишь с одной перемётной сумой. Но вот позавчера до замка наконец-то добрался его личный ординарец и даже у Хлеби Избавляющего глаза на лоб полезли, когда он увидел, сколько багажа приказал доставить его коллега следом за собой. Даже пошутил, после продолжительного почёсывания макушки:
   - Придётся срочно достраивать несколько этажей к башне. Иначе в ней ничего не поместится....
   На что Давид Сонный, просматривающий в то время список с доставленным багажом, огорчённо воскликнул:
   - Да здесь и половины нет из того, что мне необходимо! - затем стал выкрикивать недостающие позиции в лицо стоящего рядом симпатичного мужчины лет тридцати: - А где мои демисезонные куртки для верховой езды? И шляпы! Неужели ты их растерял по дороге?! И где...?!
   Его ординарец был лет на десять моложе своего господина, но являлся не просто наёмным работником, но и самым близким другом и товарищем колдуна. Они вместе даже участвовали в любовных интрижках и развлекательных похождениях. И слыл весьма остроумным человеком с немалым интеллектом. К гневным выкрикам в свой адрес он относился, словно к жужжанию мелкой мошки возле уха и не отмахивался от них лишь из-за того, что с любопытством осматривался по сторонам. Но под конец он всё-таки решил остановить непрерывный поток вопросов в свой адрес:
   - Давид! Ты ведь сказал, что едешь на пару недель! Так зачем тебе летом осенние куртки? И шляпы мы тебе купим в ближайшей лавке. Я лично готов отправиться в Лиод хоть..., сразу после обеда....
   - А почему в Лиод?
   - Там как раз недельный фестиваль намечается, - с увлечением начал рассказывать ординарец, но Сонный его перебил пафосным восклицанием:
   - Какой фестиваль?! Мы сюда работать приехали!
   - Да-а-а? - с грустью протянул столичный любитель развлечений. И ещё раз осмотрелся вокруг. Видимо отмечая про себя пасторальность окружающего пейзажа и однозначное отсутствие крупных увеселительных заведений. Затем наткнулся на насмешливый взгляд хозяина замка и радостно встрепенулся. Имитируя энтузиазм: - Вот и прекрасно! Люблю поработать! - а затем снова обратился к своему расстроенному господину: - Но в таком случае: зачем тебе шляпы в количестве большем, чем десять штук?
  
   Домоправительница с улыбкой вспомнила этот разговор и вышла из комнаты. Так и не решившись что-то привести в порядок. Тем более что и Давид Сонный в один голос со своим ординарцем умолял ничего из вещей не переставлять и не укладывать. Видимо им такой живописный беспорядок вполне нравился и соответствовал привычкам.
   А вот в комнате у Коперрульфа тётушка Анна задержалась надолго. За почти десять лет совместного проживания под одной крышей, отношения к этому человеку у домоправительницы сложились самые родственные. И она приравнивала Ганби, чуть ли не к младшему брату. Да и отставной капитан отвечал как минимум тем же. Считая старушку одновременно и старшей сестрой, и родной тётушкой, и доброй няней или кормилицей. Спальня дворецкого была одной из самых больших в замке и напоминала скорей всего небольшой и очень образцовый музей оружия, доспехов и сопутствующих предметов боевого искусства. Причём каждая вещь имела строго своё, предназначенное только ей место и выглядела так, словно только что была вычищена и натёрта до предельного блеска. Большинство единиц оружия Коперрульф привёз восемь лет назад из своей столичной квартирки, которую он спешно продал в той поездке. Остальные же он насобирал уже за время своей службы в замке. Покупая некоторые за свои средства на посещаемых в Лиоде весенних ярмарках. Причем в коллекции имелось несколько таких редких и ценных экземпляров вооружения, что даже хозяин замка хоть и по доброму, но открыто завидовал своему маршалу и постоянно подначивал, уговаривая перепродать музейные экспонаты в руки протектора Агвана. Доказывая, что на стенах гостиного зала раритеты будут смотреться намного лучше, чем в маленькой, не предназначенной для этого комнатушке. И отставному капитану не придётся каждый раз водить гостей в свою спальню и там хвастаться редкостными вещицами при недостаточном освещении. На что Ганби Коперрульф отвечал с солидным достоинством и степенностью, ссылаясь на то, что истинные ценители оружия не нуждаются в больших окнах или в многочисленных люстрах со светящимся газом. Настоящие знатоки оценят редкостные предметы в первую очередь душой. А для этого маленькое помещение подходит даже намного лучше, чем большое. И категорически отказывался продать свои экспонаты, утверждая, что они ему и самому ещё не раз пригодятся. После таких слов, хитро улыбающийся Эль-Митолан прекращал свои уговоры ...до следующего подходящего случая.
  
   Домоправительница придирчивым взглядом обвела все детали и предметы небольшого музея, а потом и подправила два хоста, которые, как ей показалось, не висели с нужным наклоном. Немного взбила и поставила обратно идеально в центре изголовья подушку, удовлетворённо вздохнула и вышла из комнаты. И уже чисто машинально заглянула в комнату Мальвики. Совсем не ожидая её там увидеть. Но девушка оказалась там.
   - О! А я думала - ты в библиотеке....
   - Да, сейчас как раз туда собиралась.
   Но при этом девушка отвернулась к окну и замерла. Старушка слишком хорошо уже умела различать настроение своей воспитанницы, что бы не обратить внимания на такое поведение. А когда она приблизилась, то сразу заметила намокшие бинты ниже выступающих вперёд очков-биноклей. И какое же сердце не сожмётся от жалости при виде таких детских переживаний? Оставалось лишь выяснить причину этих переживаний и опытными наставлениями рассеять любые недоразумения жизни.
   - А чего это моя маленькая расстроилась? - тётушка прижала забинтованную головку к своей груди и стала осторожно гладить уже немного отросшие волосы. - Или у тебя что-то болит после операции?
   Девушка вздрогнула от вырвавшегося всхлипывания и резко обняла старушку за талию. Прижимаясь к ней сильно щекой и ухом. И лишь потом спросила:
   - А если я всё равно останусь некрасивой?
   Тётушка облегчённо и благодушно рассмеялась:
   - Так вот какие мелочи тревожат твою головку? Не переживай! Всё равно ты будешь во много раз симпатичнее, чем с повреждённым носом и с испорченным зрением. А если ты ещё вдобавок будешь постоянно улыбаться....
   - Но ведь красивой быть намного лучше? Да ещё и такой, например, как Лирна....
   - Ну, не обязательно становиться такой броской красавицей как наша хуторянка, - домоправительница решила продолжить эту тему до конца. - Любая женщина может привлечь понравившегося мужчину хотя бы своим характером, нежностью, настойчивостью, наконец. Весь мир полон таких случаев, когда простые, обычные в плане внешности девушки и женщины завоёвывали сердца великих воинов, знаменитых учёных, а то и лиц королевской крови. Но для этого они старались применить весь свой ум, раскрыть все свои таланты и доказать своему избраннику, что именно она является лучшей и единственной в мире. И чем больше ты будешь учиться, чем больше ты будешь познавать историю и суть взаимоотношений между разумными существами, тем проще и естественней для тебя будет проходить процесс укрощения любого мужчины.
   - А мне не нужен любой.
   - Тогда ещё лучше: достаточно тебе будет сконцентрировать все свои усилия, знания и опыт на конкретном избраннике, и он твой. Но учти: пока ты будешь поддаваться лишь зову сердца, тебя всегда могут обмануть и использовать. А вот когда ты будешь помогать себе здравым рассудком, то сможешь избежать участи глупых и доверчивых простушек, которые остаются несчастными в жизни, даже не взирая на свою неземную красоту.
   - Правда?
   - Конечно! И не стоит никогда поддаваться своему грустному настроению. Лучше использовать каждую свободную минутку для того, что развить свой ум и потренировать свою память. Поняла?
   - Да....
   - Может ещё сомнения есть?
   - А как я за стол сегодня сяду в таком виде?
   - Запросто!
   - Но ведь с меня будут смеяться! - срывающимся голосом воскликнула Мальвика.
   - Ерунда! Ведь раньше тоже могли смеяться.
   - Раньше я знала, что я такая навсегда. А теперь мне страшно, потому что я знаю: эти уродливые очки на мне временно....
   Тётушка Анна громко вздохнула, потому что возле её живота опять послышались всхлипывания.
   - Опять слёзы? Мы ведь договорились, что больше ты времени на них тратить не будешь. Это, во-первых. А во-вторых, ты попытайся представить себе дело с совсем другой стороны. Вот тебя все сегодня увидят с бинтами. И пусть даже посмеются в душе над твоими очками. Но зато потом, когда твоё лицо будет в полном порядке, все могут заметить те огромные, ожидаемые тобой изменения с наибольшим энтузиазмом. Ведь у них будет, с чем сравнивать, и последующие наблюдения будут явно в твою пользу.
   Девчушка затихла, раздумывая над словами опытной старушки, а потом задала совсем уж неожиданный вопрос:
   - И у меня будет шанс выйти замуж за Кремона?
   Тётушка Анна даже опешила вначале. Ну как объяснишь ребёнку нереальность такого желания? Вот уж угораздило сиротке вбить себе такое в голову! И как только такие мысли у неё появились? Попробуй теперь ей деликатно такие вещи растолковать и не довести при этом до истерики. И так девочка столько всего в жизни натерпелась. Как бы её отвлечь от этих глупостей? Да так не настойчиво, словно невзначай?
   - О-о.... Для такого дела надо пройти много испытаний и условностей. Ты ведь знаешь, как долго живут Эль-Митоланы и какая у них сложная и насыщенная жизнь. Порой они даже самим себе не принадлежат. Ну и стать женой такого человека не только почти невозможно, но и печально. Ведь он столетиями не будет стареть, а простая женщина за относительно короткое время превратится в старуху. Как бы не поддерживали её жизненные силы с помощью колдовства. И всё равно умрёт раньше своего супруга. Так что колдуны стараются вообще не вступать в официальные браки с простыми женщинами. Вот если бы ты была Эль-Митоланкой....
   Девушка вся встрепенулась, отстранилась от домоправительницы и уставилась на неё двумя дырочками очков:
   - А если я таки стану колдуньей?
   - Увы! В твоём возрасте ты бы уже давно знала о таком шансе. Ведь каждому знакомы инструкции про два признака, которые уже хорошо заметны в девяти, десятилетнем возрасте. Даже в самых уединённых и далёких хуторах о них ведают. А у тебя, их нет, к сожалению....
   - А может, они просто незаметны?! - девушка встала и подошла к окну, поправляя платье вполне взрослыми движениями.
   - Кому незаметны? Тебе? Или твоему дедушке? - заулыбалась тётушка Анна. - Он ведь проверял тебя под Сонным Покрывалом, пытаясь отыскать малейшие воспоминания о твоих родителях. И ничего интересного не обнаружил. Каждый человек способен без труда отыскать в себе признаки зарождения Эль-Митолана. А уж женщины - и подавно. Даже мне известно: все женские признаки можно пересчитать чуть ли не по пальцам
   - А если у меня какие-то особенные признаки? - похоже, Мальвика совсем успокоилась, и её мысли потекли в другом направлении. И этому следовало только помочь:
   - Если ты так считаешь, то у тебя есть возможность проверить свои знания в библиотеке. Уж такого обширного вместилища знаний, как в этом замке, вряд ли ты найдёшь в других местах или замках Эль-Митоланов.
   - Точно! Мне кажется, я даже видела такую книгу "Признаки зарождения магической силы и Предвестники Всплеска".
   Последние слова девушка уже договаривала на ходу. И понятно было, что мыслями она уже в библиотеке. Тётушка Анна только и успела крикнуть ей вслед:
   - Только ужин не прозевай! Как услышишь шум, так сразу и спускайся к столу!
   - Хорошо..., - донеслось из глубины коридора. Но и то радовало, что сиротка теперь нашла чем заняться. А там и время пройдёт, бинты снимут, личико станет вполне возможно симпатичным, и глупые мысли о замужестве вылетят из её головки как младенческие воспоминания.... Но вот почему она захотела в мужья именно Кремона? Интересный вопрос. Но, пожалуй, ещё интереснее было бы узнать ответ на него.
   Домоправительница через окно взглянула на сгущающиеся сумерки и тут же сорвалась с места. Направляясь к кухне, она уже полностью сосредоточилась на том, что ставить на стол в первую очередь и в какой последовательности подавать горячие блюда.
  
   Давид Сонный стоял рядом со своим конём на одном из холмов возле Южной дороги и в лучах закатного светила любовался озером, замком и скалами. По отсутствию суеты во дворе возле конюшен он понимал, что отряд ещё не вернулся и ужин вряд ли начнут подавать на стол раньше, чем воины умоются и переоденутся после дальней и утомительной дороги. Коль ещё доберутся к сроку. Своего ординарца колдун оставил на строительной площадке с наставлением лично присматривать завтра, с самого утра, за работами у возводящейся башни, а сам намеревался присоединиться к протектору Агвана и посмотреть на таинственное оружие в действии. Если конечно заряды действительно доставят в замок с минуты на минуту. Но сомневаться в переданном известии не приходилось. И возможно уже после ужина Хлеби проведёт первый показательный выстрел. И тогда здесь станет ещё интереснее. Ведь это однозначно, что присутствие в этом месте в данное время сулит большие перспективы в ближайшем и далёком будущем.
   Хотя внутренне Давид Сонный был очень недоволен двумя обстоятельствами. Первое: он никак не мог продвинуться резко вперёд в налаживании контактов с летающими растениями. Ну никак они не хотели сотрудничать без своего лидера Спина. Даже Лирна сильно удивлялась такому поведению боларов. Ведь раньше она могла запросто устраивать спектакли с полетами по небу и без Спина, а сейчас зелёные шары словно сговорились и затаились. Может они сомневались в возвращении своего лидера? Ведь от людей всего можно было ожидать: пленят, распилят на кусочки, а потом ещё и просверлят в каждой части тела по сотне дырок. Наверняка в истории лесной стаи существовали подобные легенды о кровожадности..., нет, скорей щепкожадности коварных человекоподобных созданий. Конечно, такие осторожные и не откровенные действия боларов могли пошатнуть репутацию Эль-Митолана Сонного и поставить под сомнение его профессиональные способности натуралиста и исследователи живых форм существования. Но ведь в таком деле спешить не стоило, и так то, что было наработано до его приезда, подъём его самого на небывалую высоту и сопровождение боларами отрядов в два похода - весьма ощутимый и перспективный результат. Так что здесь оставалось только немного проявить выдержку, терпение и сообразительность.
   А вот второе обстоятельство задевало самолюбие Давида Сонного куда больше. И касалось оно строптивой красавицы хуторянки. Когда колдун увидел её в день своего приезда, то сразу решил насладиться прелестями девушки в полном объёме. А когда узнал, что её жених отправляется в недельный поход, даже великодушно не стал спешить с совращением красавицы. Решив обставить это дело более романтично и естественно. И довести Лирну до того момента, когда она сама будет предлагать ему своё тело и ласки, лишь бы он одарил девушку своим вниманием и высоким искусством любви. Но дни шли за днями, а хуторянка и не думала соблазняться на томные взгляды и пикантные комплименты в свой адрес. Даже наоборот, она видимо поняла намёки столичного гостя и вообще абстрагировалась в разговорах между ними любых тем, которые не касались занятий с боларами.
   Видя, что время уходит неотвратимо, Давид решил форсировать события и вчера, на лесной дороге постарался весьма недвусмысленно обнять молодую красавицу. И получил такой категорический отпор, что до сих пор находился в недоумении. Как?! Его, такого милого, обаятельного и обворожительного оттолкнула от себя какая-то полуграмотная деревенская жительница! Несмотря на все свои победы на любовном фронте, Сонный помнил и несколько досадных неудач, когда женщины ни в какую не соглашались вступать с ним в интимную связь. Но то были такие женщины, что, не моргнув глазом, могли и королю осмелиться сказать "нет"! А эта? Ну, красива, ну, молода, ну, влюблена в своего обвешанного мускулами гиганта. Ну и что? Могла бы и побаловаться с одним из самых великих соблазнителей королевства. Так нет, даже не пофлиртовала ради приличия....
   Давид тяжело вздохнул, отгоняя от себя неприятные мысли о своём подпорченном имидже ловеласа, и вновь перевёл затуманенный взгляд на замок. Где сразу заметил снижающихся с неба двух боларов. В тот же момент во внутреннем дворе зажглось несколько осветительных шаров, и он отчётливо увидел пятерых всадников. За каждым из них на привязи бежало по две солидно нагруженные лошади. Странно, ведь отправлялся отряд в поход имея лишь по одному ездовому животному в запасе. А тут их количество удвоилось. Может, прикупили чего по дороге?
   Как бы там ни было, но вечер обещал быть весьма интересным уже хотя бы пересказом приключений в Гиблых Топях и Давид Сонный лихо взлетел в седло и понёсся на максимальной скорости к замку. Ведь хотелось послушать все детали и не пропустить ни единого слова.
  
   Хлеби, встречая отряд во дворе, чуть ли не подпрыгивал от нетерпения. И хоть удивился увеличению количества лошадей, первый вопрос задал про пластины с зарядами:
   - Привезли?
   - Конечно.
   - Сколько штук?
   - Семьдесят восемь.
   Услыхав эту цифру, хозяин замка даже соображать стал плохо. И, чуть ли не заикаясь, протянул дрожащие руки перед собой:
   - Где? Где они?!
   Пластины были разложены в четыре прочные кожаные сумки, и Кремон тут же отстегнул одну со своего седла и вручил нетерпеливому наставнику со словами:
   - Здесь четвёртая часть.
   Хлеби долго не удивлялся непомерной тяжести сумки, тут же открыл её и уставился на светящееся чудо затуманенным взглядом. А затем добрую минуту гладил пластины руками и повторял лишь одно слово:
   - Молодцы, молодцы....
   Коперрульф тем временем распоряжался разгрузкой лошадей и отдавал распоряжения конюхам, как и где, разместить новых животных. Остальные три сумки уже стояли возле ног протектора Агвана и его ученика. Наконец и Хлеби обратил на них внимание, застегнул ту, которую осматривал и попытался подхватить сразу четыре, по две в каждую руку. Но это ему сделать оказалось проблематично. И не столько из-за непомерного веса, сколько из-за неудобного расположения ручек. Тогда последовала команда для Кремона:
   - Бери две, и за мной! - и уже покидая двор, Хлеби словно вспомнил об остальных и выкрикнул не оборачиваясь: - Ужин уже на столе! Только вас и ждали! Освежитесь с дороги и за стол садимся.
   Они вошли в замок и стали спускаться по лестнице в подвалы. Дошли до второго уровня, который Кремон проходил лишь один раз до этого, во время памятного обряда Воспламенения Крови. Но теперь учитель повёл его по узкому коридору влево, и они оказались в огромной мастерской-лаборатории. Водрузив свою ношу на огромный стол, частично заставленный газовыми горелками и несколькими огромными, чёрными от смолы кастрюлями, Хлеби взглядом приказал Кремону сделать то же самое. Затем выхватил пластину из сумки и стал с вожделением осматривать, крутить, гладить, давить, нюхать и чуть ли не пробовать на вкус. Видимо чисто машинально он ещё помнил об отряде и опасном прохождении Гиблых Топей, потому как спросил:
   - Все здоровы?
   Но спросил это так отчуждённо, что его ученик решил пока не рассказывать ни о лёгком ранении Чиграна, ни об остальных приключениях в дороге, а просто ответил:
   - Все в полном здравии.
   - Отлично! Просто великолепно! Немыслимо...! - немного невпопад отвечал хозяин замка, лихорадочно пытаясь прощупать еле выделяющиеся бороздки и канавки на корпусе пластины. Кремон собрался, было подсказать, как сдвигается прозрачное покрытие:
   - Там надо сложить....
   Но Хлеби его и слушать не стал, а лишь отмахнулся в раздражении и нетерпении:
   - Иди, иди! Садитесь за стол без меня, я скоро буду....
   Парень вспомнил, как он сам не мог оторваться от загадочной пластины ранним утром возле Топей, улыбнулся и, оглядываясь по сторонам, двинулся к выходу. Конечно, в лаборатории чего только не было и осматривать все приспособления, перегонные кубы, реторты и вытяжные приспособления можно часами, но хотелось надеяться, что всё это ещё впереди. Тем более что и учитель совсем недавно "угрожал", что скоро они здесь будут проводить практические занятия. Поэтому по лестнице молодой командир отряда взбегал бегом, не смотря на лёгкую усталость после дальней дороги. Да и есть хотелось просто зверски. В пути, ради экономии времени они долгих привалов не делали, да и соскучился желудок по горячей и вкусной пище тётушкиного приготовления.
   Через полчаса все воины отряда уже сидели за столом в свежих одеждах и со скоростью горного потока смахивали с огромных блюд все подготовленные для них лакомства. Три женщины еле успевали подносить пищу с кухни. Спиртные напитки тоже не экономились и все мужчины не стеснялись себе наливать, сколько душа потребует. Тосты следовали один за другим. При этом то один, то другой, по очереди рассказывали о тех событиях, которые произошли с ними во время похода. Их изредка перебивали вопросами Давид Сонный да староста Берки. Тётушка Анна лишь всплескивала порой своими ладошками от избытка эмоций и переживания. А Мальвика, вид которой был встречен хоть и с улыбками, но вполне беззлобно и с сочувствием, вообще сидела как мышка и старалась не привлекать к себе малейшего внимания. Хотя для улучшения слышимости раздвинула бинты в районе своих ушек. Так ей не хотелось пропустить и единого слова.
   Прошло минут сорок, а хозяин замка так и не появлялся. Коперрульф же приступил к перечислению трофеев, которые выпали на долю их отряда, при разгроме бандитской шайки:
   - Вы знаете, когда в Эссеке нам посчитали нашу долю, я просто долго не мог в себя прийти. Нам досталось шестнадцать лошадей, шесть ездовых и три гужевых похаса, несколько подвод, две кареты, гора доспехов и оружия, несколько коробок с различными магическими амулетами и куча всякой драгоценной и не очень мелочи. Пока я соображал, как захватить с собой всё это добро и избежать при этом задержек в пути, наш молодой командир приказал большую часть отправить на постоялый двор к Ольгерду и уже оттуда организовать доставку небольшим караваном всего этого добра в Агван. Расходы за сопровождение с лихвой покроются небольшой частью трофеев.
   - Вот это да! - воскликнул Давид Сонный, с восхищением и лёгкой завистью одновременно покачивая головой в стороны. - Не только сами вернулись почти без единой царапины, но ещё и разбогатеть умудрились!
   - Да здесь не так наша заслуга, - забасил насытившийся и немного захмелевший от выпитого гремвина Бабу, - Как нашего командира. Сжёг трёх отщепенцев в синих мантиях, а нам оставалось только трофеи собрать.
   - И сколько кому досталось? - задала тётушка Анна первый вопрос за весь ужин.
   - Большинство полагающейся нам награды поделил королевский судья Эссека. Нам осталось лишь разобрать между собой лошадей и похасов. А это мы уже сделаем вместе с господином протектором в спокойной обстановке.
   По существующему в Энормии законодательству подобные трофеи делились по утверждённым долям, а между воинами распределялись человеком, состоящим на государственной службе. Что бы не было лишних обид и недоразумений между товарищами. По тому же законодательству половина трофеев и наград принадлежала тому, кто организовал, вооружил и отправил отряд. То есть в данном случае, протектору Агвана Эль-Митолану Хлеби Избавляющему. Затем из оставшегося тридцать процентов доставалось командиру отряда, а остальное добро делилось между воинами. Если кто погибал, то в таком случае его доля передавалась родственникам или другим людям по праву наследования.
   Кремон к тому моменту разговора уже основательно утолил зверский голод, расслабленно вздохнул и вмешался в разговор:
   - Кстати, так как мне досталось больше всех драгоценностей, я хочу сделать небольшие и скромные подарки. Да и для учителя приготовим оригинальный сюрприз.
   После этих слов, он, под оживлённый комментарий сотрапезников открыл стоящую возле его ног сумку, достал из неё внушительную шкатулку и два неприглядных футляра. Раздвинул бокалы и установил шкатулку прямо перед тарелкой хозяина замка. Добавив при этом:
   - Конечно, если он удостоит нас своим присутствием, а потом ещё и заметит это инородное тело на столе.
   Затем торжественно открыл больший футляр и достал из него поблёскивающее ожерелье с синими и зелёными полудрагоценными камнями. И под восторженное хмыканье и гугуканье товарищей надел украшение на шею замершей от удовольствия тётушки Анны.
   - Я всё равно такие вещи носить не буду, а вас оно явно украшает и молодит.
   После секундного замешательства домоправительница вскочила на ноги, пригнула высокого парня вниз и несколько раз расцеловала в щёки:
   - Спасибо, сынок. Мне даже неловко такие подарки получать. Может, не стоило?
   - Ещё чего?! Носите на здоровье! За вашу заботу этого всё равно мало! Вот если когда-нибудь попадётся что-то более стоящее, то и тогда в полной мере мы не сможем вас отблагодарить....
   Затем шагнул в сторону замершей Мальвики и взял её левую руку в свои сильные и большие ладони. Из меньшего футляра достал два браслета и по очереди надел на запястье девушки. Украшения были великоваты для тоненькой ручки, и пришлось немного повозиться с уплотняющей застёжкой. Когда это было сделано, Кремон, добавил:
   - Девушкам тоже нравятся такие вещи. Так что прими от меня этот подарок. И не смотри, что он выглядит не так уж ярко. Это временно. Достаточно соединить их вместе и.... Смотри!
   Парень соединил оба браслета вместе и по ним снизу вверх стали пробегать все семь разноцветных полосок радуги. За столом раздался вздох удивления и восхищения. И лишь сведущий в этих вещах Давид Сонный прокомментировал:
   - Радужные браслеты! Самое модное украшение среди женского населения Плады. Многие мужчины готовы на всё, лишь бы сделать такой подарок своим избранницам. А многие красотки из ношения этих браслетов даже некий культ создали.
   Девушка растерянно переводила свои бинокли с браслетов на лицо Кремона и обратно. Не зная то ли благодарить, то ли вопить от восторга. И ей на помощь пришёл простодушный Бабу:
   - Сейчас Кремона целовать в знак благодарности не надо! Сделаешь это после полного выздоровления!
   - Обязательно..., - еле слышно ответила Мальвика, то соединяя, то разъединяя браслеты.
   - Вот и договорились! - засмеялся молодой колдун. - Только смотри, не обмани!
   - Я никогда не обманываю! - всё также тихо, но твёрдо ответила девушка.
   В этот момент в гостиный зал быстрым шагом вошёл хозяин замка. В невероятном возбуждении он уселся на своё место во главе стола и, потирая руки, торжественно воскликнул:
   - Я её открыл!
   Несколько мгновений он сидел, победоносно задрав подбородок, но услышал лишь ленивые вопросы со стороны своего дворецкого:
   - Кого открыли? Планку? И увидели внутри тёплые шарики? И стоило из-за этого опаздывать к ужину?
   Торжествующее выражение на лице Хлеби сменилось на удивлённое и настороженное:
   - А вы тоже открывали?
   - Конечно! - стал отвечать Кремон, с самым невинным видом усаживаясь на своё место. - Я вам хотел показать в лаборатории, но вы меня отправили ужинать. Так что....
   Хозяин замка внимательным взглядом, полным подозрения обвёл ухмыляющиеся лица присутствующих, заметил переливающееся отблесками света ожерелье на шее своей тёти, удивился браслетам, которыми упоённо игралась Мальвика, а затем постучал согнутым указательным пальцем по шкатулке:
   - А это, что такое?
   - Лишь небольшая часть вашей доли от завоёванных трофеев, - деловито проинформировал Коперрульф. - Завтра к вечеру прибудет всё остальное.
   Сердобольная домоправительница осторожно дотронулась до руки своего замершего от непонимания происходящего племянника и затянула просительным голосом:
   - Уже всё остыло. Может, всё-таки хоть немного поешь?
   Хлеби с укором закивал головой:
   - Значит, я даром торчал в подвале и пропустил всё самое интересное?!
   - Ага! - радостно подтвердил Давид Сонный. - Но зато я теперь могу рассказать все подробности. А ребята могут спокойно продолжить ужин. Разве что поправят меня в небольших деталях.
   - Ну что ж! - хозяин замка взял бокал, в который дворецкий налил ароматного тёмно-красного гремвина, и промолвил - Рассказывай! А мы выпьем за победное возвращение наших доблестных воинов!
  
  

ЧАСТЬ ПЯТНАДЦАТАЯ

МАЛЕНЬКИЕ РАДОСТИ "СВАЛОВОГО ПРЕСА"

   И опять учебный процесс пошёл с всё возрастающей скоростью и удручающей неотвратимостью. О заслуженных каникулах озабоченный наставник не вспомнил даже единым словом. И уж тем более не догадался устроить хотя бы один-единственный дополнительный выходной в честь триумфального возвращения.
   Опять подъём в полной темноте, разминка, бег с препятствиями и выполнение фантазий неистощимого на выдумки Коперрульфа. Хотя перед завтраком, в первый же день, дворецкий немного подустал. Да и запасная лошадь под ним что-то не слишком охотно носила своего наездника по рощам, холмам и между толстых лесных деревьев.
   Завтракали быстро и в полном молчании. Марез и Чигран сразу же после еды распрощались с боевыми товарищами и отправились на объект своей охраны, а Коперрульф повёл своего недавнего командира в тренировочный зал. Там они некоторое время синхронно почёсывали макушки и ощупывали нового, полностью металлического монстра. Когда всё-таки включили и увидели, чем тренажёр стал размахивать, тыкать и резать то расстроились оба: и мастер, и его ученик. А потом отставной капитан откровенно признался:
   - Это чудовище - не по мне! Теперь нам придётся учиться вместе. И скрупулёзно выискивать ошибки и слабые места в его обороне. Готов к штурму?
   - Я то готов, - невесело усмехнулся Кремон. - Но мне кажется, что попадись нам такое чудовище на поле боя, то мы его даже общими усилиями не одолеем. И ведь времени не будет отыскивать его слабые места.
   - Ну что ж, тогда вначале займёмся только этим: один попробует отразить его мечи, а второй попытается нанести хоть один удар по корпусу. Начинаем!
   Громкий звон мечей перекрыл ритмичное гудение полумеханического чудовища.
  
   А ближе к обеду со стороны скал послышались звуки, разные по силе громыхания взрывов. Так и не появившийся за всё утро в замке протектор, с упоением и целеустремлённостью приступил к испытаниям древнейшего оружия. И ему со всем усердием и накопленным опытом помогал Давид Сонный. А когда уставшие и неопасно израненные соперники бездушного Истукона вышли во внутренний двор, то громыхнуло один раз вообще так сильно, что Кремон забеспокоился:
   - Как бы их там скалами не завалило....
   Минут пять они напряжённо ждали следующего, небольшого грома. Который подтвердил необоснованность их переживаний. И лишь затем Коперрульф устало махнул рукой:
   - Ничего с ними не случится! Если они накроются двойным щитом, то даже крупные обломки им не повредят.
   - Всё равно могли меня взять, - с некоторой обидой высказался молодой колдун, когда они пересекали двор. - Три щита - намного лучше, чем два.
   - Может и так, - закивал головой дворецкий. - Но пока они там новой игрушкой балуются, ты более нужные знания получаешь. К тому же ты самый первый провёл боевое испытание с зарядами. Так что твои учителя завидуют тебе гораздо больше.
   - Хм! Действительно! Меня можно считать первопроходцем!
   Обедать они старались быстро. Коперрульф по весьма банальной причине: хотелось просто скорей добраться до кровати и выспаться. Утренние нагрузки после затянувшихся ночных посиделок слишком вымотали и так уставшее за неделю тело. И короткий послеобеденный отдых должен был взбодрить организм перед вечерними тренировками. Ведь вряд ли хозяин замка заменит своего маршала в тренировочном зале. Такая игрушка как литанра, быстро не надоедает.
   Кремон же спешил на свидание с боларами. Час, отведённый для общения с летающими растениями, наставник не отменил. Хоть его ученик и пытался выпросить вдвое больше. После чего было авторитарно указано на имеющийся раз в неделю выходной день. Приходилось довольствоваться часом. Причём с завтрашнего дня Кремон уже договорился на доставку своего обеда прямо к месту их постоянного общения с зелёными шарами. А пока он быстро ел и тщательно продумывал предстоящие приёмы в обучении языка и приоритеты в подборке самых необходимых слов.
   Под конец обеда, когда тётушка Анна и Мальвика уже ушли из-за стола, в зал ввалились довольные испытатели литанры. От них жутко разило гарью и острым запахом расколотого кремния, но оба были довольны и словоохотливы. Хотя Хлеби в первую очередь поинтересовался ходом тренировок с Истуконом.
   - Трудно бороться с этим "новеньким", - стал докладывать Коперрульф. - Но кое-чего мы добились. В парных атаках у нас получилось нанести пять ударов по корпусу. А в одиночной схватке, Кремону удалось отличиться три раза. И это - целиком его личная заслуга.
   - Ну что вы! - отмахнулся Кремон, отодвигая от себя остатки десерта. - Если бы не ваши подсказки и советы, у меня бы никогда не получилось.
   Хозяин замка всеми силами постарался скрыть удивление и восхищение ловкостью Кремона. Ведь в день установки Истукона он сам попытался прорваться сквозь мелькание разнообразного закалённого металла, но у него так ничего и не получилось. А тут этот молодой парень сумел на первой же тренировке нанести сразу три удара! Феноменальный результат! Хлеби ведь думал снять с Истукана несколько единиц оружия и пока оставил их лишь для смеха. С полной уверенностью, что ни дворецкий, ни его ученик не добьются успехов в атаке. А вот! Случилось таки!
   Но по внешнему виду протектора можно было подумать, что он настроен скептически. Даже скривился недовольно. А вслух "милосердно" разрешил:
   - Ладно, продолжайте заниматься в том же ключе. Может и разовьёте свои успехи ...со временем.
   - А как ваши испытания? - Кремон спросил, уже встав со стула и кидая взгляд на большие настенные часы.
   - Неплохо! - Хлеби многозначительно переглянулся с Давидом. - Хоть результаты пока не окончательны. Но завтра мы вам продемонстрируем кое-что. Заодно научим пользоваться древним оружием.
   Коперрульф к тому времени тоже встал и собрался уходить, но не смог удержаться от небольшого напоминания:
   - Мне научиться не помешает. А вот Кремону литанра зачем? Он и без неё с любым войском справится.
   - Думаешь? - хмыкнул протектор и даже подмигнул при этом. - Вот завтра и сравним, у кого получится лучше. Уже убегаете?
   - Пойду, уберусь немного и займусь самым необходимым в своей комнате, - немного исказил действительность дворецкий.
   - А я на урок с боларами! - выкрикнул Кремон, пятясь к двери. Не хватало еще, что бы наставник нагрузил в этот момент чем-то "важным и безотлагательным". Но тот лишь с улыбкой махнул рукой:
   - Удачи! - а когда они вышли из зала, притихшим голосом обратился к Сонному: - Слушай, Давид, расскажи ка мне лучше: где это наш ученик набрался такого мастерства в боевом искусстве?
   - О! Этим парнем вправе гордиться не только ты! - колдун-красавец отложил вилку и стал перечислять: - Не только я, но и Карик, и Витбаль влили в него большинство теоретических знаний. Причем учитывай: он добивался уроков и у нескольких других Эль-Митоланов. А уж физической закалкой занимался полковник Кралси. И если бы ты знал, к каким мастерам Кремон ходил на занятия по фехтованию, борьбе и средствам защиты. И представь к тому же, что после смерти матери кандидат в колдуны от злости и ненависти к драконам утроил усилия в тренировочном и учебном процессе. Но ведь он и до этого был одним из лучших. Тебе просто необычайно повезло, что из-за неточной даты рождения, его всеми ожидаемый Всплеск задержался, и он попал в твой протекторат. Фактически парень уже являлся уникальнейшим, чистейшим и огромным алмазом. И надо было лишь провести окончательную огранку, что бы он засиял всеми своими невероятными качествами. Признаю: ты подходишь для этой роли лучше всего! Да ещё с таким помощником как Коперрульф. За невероятно короткий срок ты довёл его почти до собственных вершин мастерства. Гляди: он даже нового Истукона умудрился "подранить", хоть ты и смеялся над такой возможностью....
   - И знаешь, что самое интересное? - доверительно закивал в ответ головой хозяин замка. - То, что этот удалец ещё и наполовину не достиг своего окончательного потенциала. У меня в последнее время постоянно страх просыпается, что через день-два мне нечему будет его учить. И самое обидное: если он мои бравады моментально раскусит. На ближайшие недели я его ещё чем-то загружу, но вот что делать потом? Придумывать для него неразрешимые загадки? Так ведь совесть не позволит. Постоянно посылать его в походы? Так ведь это уже будет не наставничество.
   - Почаще отправляй его на каникулы! - со смехом воскликнул Давид Сонный.
   - Э-э! А вот это уже будет настоящим разгильдяйством! Надо придумать что-то более существенное....
   - Не переживай, придумаем!
   И оба Эль-Митолана приступили к уже давно остывшему обеду. А для Кремона в этот день так и осталось самым приятным воспоминанием - общение и урок с боларами.
  
   На следующий день молодой колдун находился в обществе своих новых друзей уже почти два часа. Помимо этого яркими картинками запечатлелось в памяти показательное испытание литанры. Хозяин замка взял ученика и дворецкого в скалы и там быстро научил пользоваться уникальным оружием. А затем на практике показал все преимущества стрельбы. Во-первых, из литанры выходил невидимый со стороны луч розового света и упирался в выбранную цель. Причём прицельно можно было наводить розовую точку метров за двести от объекта атаки. Во-вторых: литанра могла стрелять в двух режимах. Одиночными зарядами или сразу чётырьмя светящимися шариками. Когда такое происходило, казалось, что вокруг начинается землетрясение средней силы. А уж, сколько скал во время учебных стрельб колдуны расплавили, растёрли на порошок и разбросали мелкими осколками! Да ещё и дворецкий пострелял пяток раз одиночными и один раз грохотнул счетверённым зарядом. В итоге уже к концу второго дня долина между скал стала длиннее раза в полтора.
  
   Третий день изнурительнейших тренировок был уменьшен более чем на час из-за растянувшегося надолго ужина. Который получился чуть ли не официальным из-за прибытия в замок уполномоченного королевского представителя. Именно так теперь высокопарно именовался бывший лесник и староста Форта Машанэ.
   Высокая делегация прибыла в Агван на трёх перегруженных подводах, которыми управляли, помимо официального лица, его жена и шустрый молодой парнишка. Юноша оказался из числа тех первых нескольких крестьянских семей, которые подались на поселение возле Форта.
   Длительность ужина и задержки во время оного произошли из-за прибытия немного опоздавшего Берки со своим замом Бабу и торжественного вручения списка с переписью сорока семей, которые двумя отрядами уже готовились двигаться на новое поселение. Освобождение от налогов весьма способствовало набору новых переселенцев.
   Затем Машанэ стал вносить подарки, охотничьи трофеи и различные сувениры. Причём вначале засыпали приношениями протектора Агвана. Удивив и обрадовав гигантской головой отлично выделанного и жутко зубатого скира. Из тех самых, которых заманили в ловушку Форта. Уж как Хлеби радовался такому трофею и выкрикивал, что большего хищника ему встречать не доводилось. Молодой колдун и дворецкий лишь помалкивали при этом, да посмеивались незаметно, вспоминая пару "Ночных убийц".
   А потом паренёк по одной внёс головы этой самой "парочки", и Машанэ вручил их торжественно растерявшемуся Кремону. Надо было видеть изумление на лицах всех присутствующих! Почти все повскакивали со своих мест и пощупали оскаленные клыки, шерсть и высушенную в специальном растворе кожу, желая удостовериться в подлинности трофея и предполагая, что перед ними искусно созданная подделка. И Хлеби, и Сонный, и Берки с Бабу в один голос утверждали, что таких больших скиров не бывает, не было и быть не может! Затем вновь подходили, крутили головы чучел на все стороны, закатывали глаза, цокали языками и ...вновь утверждали, что таких гигантских монстров не бывает.
   Под конец Машанэ устал с ними спорить и соглашательски развёл руками:
   - Ну, не бывает, так не бывает! Считайте, что Кремону досталась просто голова скира, которого мы долго при засушке тянули за уши в разные стороны. Вот она и увеличилась....
   Дворецкий не выдержал и засмеялся:
   - А зубы сделали из сталагмитов или сталактитов. Только немножко отполировали их песочком. Правильно?
   - Тихо! - воскликнул лесник расстроено. - И зачем ты все наши тайны раскрываешь?
   Затем он рассказал несколько сцен из их совместного похода по полузатопленному лесу и весьма красочно живописал батальные сцены с колабом и наёмниками. Большинство живо интересовалось подробностями и со всех сторон посыпались вопросы. Но протектор всё-таки обратил внимание на неимоверную продолжительность ужина и в весьма неделикатной форме напомнил ученику, что ему пора заняться делом, а дворецкого в вежливой форме "попросил" помочь молодому колдуну это дело лучше освоить. Так что выделанные чучела голов скиров Кремон заносил в свою комнату поздней ночью. Измученный затянувшейся тренировкой.
   Вот только оскаленные пасти хищников выглядели действительно завораживающе, и парень не смог отказать себе в удовольствии ещё какое-то время носиться с ними по всей комнате и примерять на стенки, подыскивая наилучшее место для трофеев. И с гордостью представляя себе, как в скором времени его комната будет напоминать зоологический музей. И намереваясь завтра же, повесить объекты общей зависти на лучшие места. Благо предстоял выходной. Как бы....
  
   Так как день получился совсем не такой, как планировал мечтавший отдохнуть молодой колдун. Единственное, что ему удалось сделать, так это выспаться чуть ли не до самого завтрака. Даже раздававшиеся со двора крики его на этот раз не беспокоили и не прервали драгоценный, в его понимании, сон.
   А вот во время завтрака, наставник его подло обманул. Воспользовавшись тем, что Кремон давно хотел рассмотреть детально всё оборудование лабораторий, Хлеби на вопрос тётушки Анны, чем он будет сейчас заниматься, с некоторой гордостью сообщил:
   - Да вот, хочу провести небольшой эксперимент в подвальной лаборатории. - А потом, совершенно равнодушным тоном спросил своего ученика: - Может, хочешь мне немного помочь?
   Тот, естественно не понял и не прочувствовал всего коварства невинного на первый взгляд вопроса. Да и слово "немного" его сбило с толку. Поэтому он тут же согласился:
   - Конечно помогу.
   И только на выходе из гостиной залы парень почувствовал острое беспокойство и зарождающуюся досаду, когда услышал брошенную назад реплику своего наставника:
   - До обеда нас не ищите....
   А в лаборатории Хлеби, потерявший всякую совесть, заставил своего ученика отчищать те самые большие кастрюли и железные лопатки от противного, вязкого, чёрного и клейкого вещества. Сам стал варить новые растворы в ещё чистых ёмкостях, по ходу дела давая пояснения о сути и важности проводимых исследований:
   - Мы с тобой находимся на пороге великого открытия! И это открытие прославит наши имена.
   - Наши? - с унынием и безысходностью переспросил Кремон, пытаясь оторвать скребок от стенки первого котелка.
   - Вот именно! - с пафосом воскликнул учитель, разжигая газовые конфорки. - Ведь с завтрашнего дня ты тоже примешь в экспериментах самое непосредственное участие, и мы будем проводить ежедневные двухчасовые лабораторные опыты. Наша цель - создать вещество стойкое к химическим соединениям, легкое по весу, дешёвое в производстве и выдерживающее небольшие перегибы и средней силы удары.
   Вонь, которая разнеслась по лаборатории при смешивании ингредиентов заставила Кремона поморщиться:
   - Из чего и для чего?
   - Самое главное составляющее - это нефть. А нужно новое вещество для того, что бы делать из него специальную тару для расфасовки свалового масла. Нечто подобное придумал промышленник в Лиоде. Но его тара слишком хрупкая, хоть и дешёвая. Мне видится решение проблемы в добавлении определённых вяжущих смол, которые добавят веществу гибкость и прочность. Как мне рассказывал Сонный, у тебя по химии были только превосходные отметки. Поэтому твоя помощь мне очень необходима. Ведь чем быстрей мы сотворим желаемое, тем быстрей сможем построить небольшую фабрику для создающегося городка Агвана.
   - Понятно....
   - Что-то я не слышу в твоём голосе энтузиазма?
   - От чего? - чуть не вспылил молодой колдун, показывая руки покрытые чёрными и липкими пятнами. - Может легче выкинуть эти котлы, чем отчистить? Даже ваши лопатки для размешивания уже вряд ли будут пригодны в дальнейшем. Может лучше применить деревянные?
   - Никак не получается. И сам не пойму отчего: на дерево сразу так налипает моё варево, что лопатки моментально превращаются в уродливые и тяжёлые булавы. Железо для этого лучше подходит.
   - И ко всему, буквально ко всему липнет?
   - Нет, конечно. Например: к эбонитовым палочкам смола не липнет. Но они очень хрупкие, и я, их используя, поломал все, что имел. Вон, целый ящик обломков....
   - А толстая стеклянная палка?
   - Тоже налипает....
   - Хм! Странно!
   - Вот нам и предстоит раскрыть этот секрет! - воскликнул Хлеби, забирая из рук ученика уже почищенную лопатку. - Продолжай думать над этим вопросом, но ...чистку не прекращай. Сегодня нам все ёмкости пригодятся....
   Так что до обеда день для Кремона пропал. Поэтому он даже к столу не явился, после того как с большим трудом отмыл с себя вязкое и давно опротивевшее вещество. А сразу же отправился на встречу с боларами. Попросив по дороге пробегавшую мимо Мальвику организовать ему доставку пищи прямо к лесу. Девчушка справилась превосходно. Да и тётушка Анна было готова, видимо к такому повороту событий: обед доставили просто отменный. Хватило и Лирне, и прибывшим за ней Бабу. А часть десерта весьма понравилась летающим растениям. Хоть длительного общения к разочарованию всех не получилось: болары улетели, так и не захотев начинать урок. По поводу чего Кремон печально пошутил:
   - Вот они поступают правильно: выходной - день полного отдыха! И не поддаются ни на какие провокационные ловушки. Взяли свой паёк - и гулять!
   - Может и мы, последуем их примеру? - потёр Бабу своими огромными ладонями. - Помнишь, как мы в прошлый раз отлично повеселились?
   - Ещё бы! - воодушевился и Кремон. - Отличная идея! Тем боле, что в нашей компании теперь и Лирна будет.
   - Согласна! - воскликнула хуторянка, хитро прищурив глаза. - Но первые визиты мы сделаем в те места, что я буду указывать.
   Бабу видимо сразу понял или вспомнил, о чём идёт речь, так как обрадовался ещё больше:
   - Люблю ходить в гости даже после сытного обеда!
   Молодой колдун тоже не любил отказываться от угощений, хоть немного и удивился. Но на его вопросу молодой жених со своей невестой лишь многозначительно отмалчивались, или просто намекали, что ему понравится.
   Что они имели ввиду, стало ясно, когда все трое зашли в один из самых богатых и больших домов посёлка. Оказалось, что Лирна задумала познакомить Эль-Митолана с некоторыми из своих подруг, а Бабу полностью поддержал её идею уже давно. И вот как раз такой случай представился. Вокруг них сразу же закружились три весьма симпатичных девушки. Одна подавала лёгкую закуску, вторая разливала ароматные напитки, а третья угощала вкуснейшей и разнообразной сдобой. Говорили почти все одновременно, но как ни странно такое многоголосье Кремону понравилось, и уже через десять минут он с полным азартом участвовал в разговоре и любовался на молодых и раскрасневшихся очаровашек. Все три оказались родными сёстрами и даже не скрывали, что давно уговаривали Лирну познакомить их с молодым колдуном. И при этом бросали на Кремона такие откровенные и призывные взгляды, что кровь у парня взыграла не на шутку.
   Вот только если уж не везёт, то весь день так и будет. Лишь только Кремон стал прикидывать и выбирать какая из сестёр ему больше всех нравится, как прискакал самый молодой из конюхов и предал приказ протектора срочно явиться в замок. Заметив, что молодой колдун стал бледнеть и сжимать кулаки со злости, парнишка поспешно добавил, что в гости прибыло сразу четыре Эль-Митолана во главе с Липоном Бравым.
   Такой поворот событий немного снял раздражительность Кремона, но ведь всё равно предстоящие танцы, о которых они только что договаривались всей компанией, оказались под угрозой срыва. Но ведь и проигнорировать даже простой приказ своего наставника ученик бы не осмелился. Пришлось пообещать друзьям и девушкам скоро вернуться и на всей скорости мчаться в замок.
   Кремон надеялся, что его долго не задержат, но в тот день так и не смог вернуться в посёлок. Так как оказалось, что четвёрка высоких должностных лиц среди Эль-Митоланов приехала именно по его душу. И уже не отпустили молодого колдуна на положенный отдых ни на одну минуту.
   Хотя началась встреча со вполне дружеских объятий Липона Бравого и представления остальных коллег. Коллеги оказались крупными фигурами в силовых структурах королевства, не только по занимаемым должностям, но и опыту, авторитету и профессиональной известности среди себе подобных. То есть выяснилось, что Липон Бравый у них чуть ли не мальчик на побегушках. Но вели себя знаменитые Эль-Митоланы открыто и дружелюбно. При этом все улыбались так, словно встретили, по крайней мере, родного и давно не виденного отца.
   После короткого знакомства все расселись за столом в гостином зале, и началась торжественная часть. На ней Кремону вручили пурпурный орден третьей степени "За мужество и находчивость в боевой обстановке". Что являлось уже само по себе необычайной редкостью: ведь трудно заслужить такие награды в мирное время. Ордена второй и первой степеней во все времена вообще вручались королём лично. Да оно и было понятно: более высшие награды могли заслужить лишь маршалы или командующие мобильными группировками войск. Ну, в крайнем случае, такие командиры специальных отрядов, как Липон Бравый. Но даже орден третьей степени для всего лишь начинающего Эль-Митолана, явился для всех полной неожиданностью. А уж для Кремона - и подавно! Вдобавок его, и сидящего в своей парадной одежде Коперрульфа, наградили карманными часами самой известной в Энормии фирмы "Цоссо". Досталось отличие и Хлеби Избавляющему. Теперь он был удивлённым обладателем почётного банта "Лучший наставник". И носить это украшение вменялось на шляпе, во всех торжественных случаях.
   После сугубо официальной части, перешли к рабочему обсуждению всех прошедших событий. Заставили осветить во всех деталях процесс уничтожения трёх колдунов-отщепенцев в синих мантиях. Долго обсуждали и осматривали литанру со всех сторон и изучали, как она заряжается и пускает розовый луч на выбранную цель. А потом всем подали лошадей, и группа отправилась в несчастную долину на новые показательные испытания. Кремона заставили демонстрировать тот способ, которым он отправлял и взрывал заряды на расстоянии. Затем все колдуны повторяли в точности действия ученика, учились пользоваться мощным оружием без самого оружия. Да оно и понятно было: пока в Энормии лишь одна литанра, придётся пользоваться "методом Кремона", как сразу окрестили использование зарядов с помощью зажигательного клубочка. Хоть такой способ и был жутко медлительный и плохо прицельный на больших расстояниях. Напоследок все гости от души настрелялись из литанры и только после этого решили возвращаться в замок.
   Глядя на сгущающиеся сумерки, Кремон подумал с некоторой грустью:
   "А ведь день для меня пропал! И что им стоило приехать с визитом, к примеру, завтра? И оторвать меня от бессмысленных и отупляющих тренировок! Может мне удастся хоть с ужина незаметно сбежать? Ещё вполне успею на танцы в посёлок".
   Вот только его ожиданиям не суждено было сбыться. Гости перешли к обсуждению насущных проблем королевства и весьма недвусмысленно дали понять, что молодой колдун просто обязан принимать в решении этих проблем самое непосредственное участие. Да и те сведения, которыми они поделились, действительно считались довольно-таки секретными. Даже среди Эль-Митоланов о них знала лишь небольшая часть особо проверенных.
   Такое доверие весьма радовало самолюбие Кремона. Но вот только грусть никуда не уходила, а мыслями он очень часто возвращался к упущенной возможности натанцеваться сегодня от всей души. А то и не только натанцеваться....
   Его отпустили спать лишь в полночь. Как и дворецкого. А сами гости, в сопровождении хозяина замка и Давида Сонного отправились в подвальные лаборатории. Вот уж собрались любители поэкспериментировать! Или у них групповая бессонница?
  
   Как бы там ни было, но ещё в предрассветной темени Коперрульф бодрым и весёлым голосом уже подгонял грустного Кремона по высоким травам среди холмов. Сам дворецкий, как обычно в последнее время, сидел на коне и не обременял себя даже ношением второго хоста. Зато уж молодой колдун был нагружен больше чем гужевой похас....
   Потом Истукон.... Потом вызывающие содрогание одним только своим видом котлы и прилипшие к ним лопатки.... И масса информации со стороны наставника, которую надо было запоминать дословно.... Опять Истукон.... Опять марш-бросок....
   А последующие дни отличались от предыдущих лишь возрастанием физических нагрузок, увеличением пройденных бегом расстояний, повышающейся липкостью чёрной смолы и возрастающего водопада теоретических знаний огромной части тайн мироздания. Стабильным в занятиях оставалось лишь скорость вращения полумеханического тренажёра: потому как быстрей он крутиться был не рассчитан. И мелькание оружия на всё том же ненавистном Истуконе: потому как больше лезвий на него повесить было некуда. И всё чаще и чаще разозлённый ученик оставлял отметки своими мечами на теле бездушного тренажёра именно там, где ему приказывали.
   Да ещё оставалось короткое время оторванное непосредственно от обеда и выделенный час позже для общения с боларами. Там тоже наметилась некая тенденция к стабильному увеличению взаимопонимания. Мало того, теперь Спин со своей командой два раза в день соглашался проводить занятия с Давидом Сонным. Чему последний радовался прямо несказанно.
   Конечно, были и другие мелочи, которые помогали немного развеяться и отдохнуть, хотя бы душой, от изнурительным занятий и отупляющих тренировок. Одним таким событием стало ожидание всеми обитателями замка того момента, когда все смогут посмотреть на истинное лицо девушки-сиротки. На вторую ночь, после выходного, Мальвике сняли бинты с её многострадального носа и все горели желанием посмотреть на дело рук таинственного хирурга. Но тётушка Анна вышла к завтраку одна и сказала, что её воспитанница уже поела. А появляться за общим столом не хочет из-за того, что все части лица, которые раньше были скрыты бинтами, оказались чёрными, синими и жёлтыми от синяков. И девушке рекомендовались лечебные мази для восстановления нормального цвета лица.
   К обеду Мальвика появилась за столом, но всё лицо теперь скрывалось под непрозрачной почти вуалью. Сквозь которую выпирали наружу, точно так же как и прежде, смешные очки-бинокли. Но в композиции с вуалью они уже смотрелись не так несуразно, скорей даже импозантно и таинственно. Шляпку с таким прикрытием для лица девушке подобрала домоправительница, страшно гордящаяся своей сообразительностью.
   Как бы там ни было, но все мужчины теперь стали делать предположения: что они увидят дней через восемь? Ведь именно тогда девушке предписывалось снять со своего лица очки. И оперировавший хирург утверждал, что к тому времени лицо девушки примет самый здоровый и естественный оттенок. И будет Мальвика такой, словно она была здорова и невредима с самого рождения.
   Ещё Кремону приятно тешила самолюбие большая коробка с магическими артефактами, амулетами и концентраторами энергии. Она ему досталась как доля при дележе трофеев после разгрома банды и уничтожения колдунов в синих мантиях. Хлеби, конечно же, бегло осмотрел содержимое коробки в первый же день при делёжке, пренебрежительно усмехнулся и сказал, что особо ценного среди этого мусора вряд ли отыщется. Но порекомендовал "выслушать" каждый предмет на магическом подсознании и если что-то будет интересное - сразу с ним советоваться. Поэтому парень каждый день перед сном минут десять обследовал очередной предмет, а порой и брал его с собой на занятия. Мечтая, конечно же, отыскать нечто такое, что удивит не только его, но и всех остальных. Пока ничего интересного не было, но надежды грели воображение и скрашивали тяжёлые будни.
   На четвёртый день недели наставник просто решил поиздеваться над учеником. Сам удалился из лаборатории, а Кремона заставил вычистить весь комплект скребков, лопаток и ёмкостей. Скрипя зубами от безысходности, молодой колдун, тем не менее, стал искать выход из этого неприятного положения. Как избежать этой нудной и неэффективной работы? Ведь его программа обучения, по словам протектора Хлеби, трещала по швам и не укладывается в намеченные графики. Зачем же тогда заниматься таким не окупающимся трудом во время учебного процесса? Как уклониться от этого? Или высказать своё мнение об этом издевательстве вслух? Ну, да: и выставить себя на посмешище! А что ещё прикажете делать? Хоть бы эта проклятая смола не была такой вязкой! Неужели наставник её такой специально делает? Что бы ученика помучить?
   Итогом возмущённых мыслей Кремона стало желание проверить последнюю догадку. Он быстро разогрел в только что вычищенной кастрюльке новую смесь, добавил по своему разумению нужных ингредиентов и.... Смола превратилась в металл и намертво срослась со стенками злосчастного сосуда.
   Пришлось испорченную ёмкость спрятать среди мусора, в одном из ящиков, предназначенном для отходов. Но эта неудача неожиданно всколыхнула в Кремоне врождённое упорство. Да и занятия химией его научили выяснять свои ошибки до конца. В тот день он испортил до основания ещё две кастрюльки.
   На следующий день - целых четыре.
   Поэтому в наступивший выходной Кремон сразу же после завтрака отправился в посёлок. И купил там в хозяйственном магазине десять новых, почти похожих на прежние, емкостей.
   Заодно он встретился с Бабу и договорился на обед вновь собраться у тех самых сестричек, откуда ему в прошлый выходной пришлось срочно ретироваться из-за несвоевременного приезда Эль-Митоланов. Заместитель старосты был рад несказанно и обещал всё устроить наилучшим образом.
   А молодой колдун вернулся в лабораторию замка. По дороге выяснив, что оба наставника вновь экспериментируют в долине среди скал с литанрой. Оттуда и доносились редкие, одиночные звуки взрывов. Довольный, что ему никто не помешает, Кремон первым делом решил избавиться от улик своих неудачных экспериментов, и спешно стал разыскивать среди мусора испорченные кастрюльки. Надеясь их вынести и упрятать в общем баке для мусора во внутреннем дворе замка.
   И наткнулся на эбонитовые обломки. После чего долго их перебирал в руках, пытаясь вспомнить одну важную деталь и применить эту деталь на практике. Результатом этих раздумий стала лихорадочная работа в течении нескольких последующих часов. Кремон поставил себе конкретную цель: создать простую и прочную лопатку, к которой бы не прилипала жуткая до омерзительности смола.
   Да так увлёкся своими опытами, что спохватился лишь тогда, когда понял, что настало время обеда. И с содроганием оглядел ряд жутко испачканных, недавно совершенно новых кастрюлек. Пришлось опять их, и те, что были испорчены раньше, спешно рассовывать по ящикам с мусором.
   В первый рабочий день новой недели наставник появился в тренировочном зале через час после завтрака. Долго наблюдал за извивающимся между мелькающей сталью учеником, а затем не менее долго подавал реплики, рекомендации и советы. Присоединив свои выкрики к выкрикам Коперрульфа. И лишь потом скомандовал:
   - Ганби! Едем в долину, постреляем. А ты..., - хозяин замка напрягся, пытаясь придумать что-нибудь по заковыристей, и тут же взгляд его прояснился: - А ты, Кремон, почисть все ёмкости в лаборатории. Или там всё чисто?
   Наверное, это было первый раз за всё время курса "молодого Эль-Митолана", что бы ученик мысленно желал сделать то же самое. Ведь вчерашний вечер он провёл в таком весельном, хмельном и развлекательном угаре, что добрался к постели лишь далеко за полночь. И только утром вспомнил об испорченном реквизите лаборатории. Поэтому он ответил с напускной грустью:
   - Да там работы на трое суток....
   - Вот и отлично! - радостно воскликнул наставник. - Постарайся до обеда справиться!
   На этот раз молодой колдун сразу же упрятал следы своих неудавшихся экспериментов в общий бак во дворе. И спешно приступил к продолжению своих опытов. Дело чуть ли не сразу пошло на лад и уже к обеду Кремон испытывал несколько прочных, гибких и лёгких лопаток для размешивания вязкой субстанции. Причём смола к лопаткам не прилипала ни единой ниточкой, ни единым пятнышком, а только резалась и перемешивалась, словно хорошо проваренная каша. Даже со стенок ёмкостей в горячем виде смола теперь соскабливалась многократно легче. Поэтому Кремону удалось "спасти" внушительную часть реквизита от полного уничтожения среди мусора.
   Окинув напоследок лабораторию довольным взглядом, молодой колдун поспешил на обеденные занятия с боларами. Радуясь, что всё-таки иногда и у него всё задуманное получается легко и просто, словно играючись, а правильнее говоря: отлично.
  
  
  

НЕЗАСЛУЖЕННЫЕ ПРИДИРКИ

  
   И снова Истукон, бег, рубка, кровь, пот и короткая прогулка с истосковавшимся по хозяину Торнадо. Опять подъём в кромешной тьме и выматывающий все силы марш-бросок с полным комплектом вооружений.
   За завтраком немного развеселила всех Мальвика. Вначале она с чисто детской непосредственностью стала жаловаться:
   - Дедушка! Мне кажется, что твоя книга "Признаки и Предвестники" - неполная. Я ничего не смогла найти для себя.
   Хозяин замка уже был в курсе чаяний сиротки со временем стать Эль-Митоланшей, поэтому участливо закивал головой:
   - Конечно. Ведь каждая книга со временем нуждается в дополнениях и исправлениях. И они у меня тоже есть, но уже в отдельной, тоненькой книжечке....
   - ...Чисто чёрная обложка и заглавие белыми буквами? - договорила за него девушка.
   - Да....
   - Я её тоже просмотрела, - сказано это было с тяжёлым вздохом и опущенными вниз биноклями. - Там тоже ничего....
   - А как же ты её нашла? - удивился Хлеби.
   - Так ведь у тебя каталог есть! И я по нему любую книгу могу найти.
   - А на место ты их ставишь? - заволновался не на шутку владелец ценнейшей библиотеки. - Там ведь такие уникальные экземпляры!
   - Где беру - туда и возвращаю! - вскинула свои очки-бинокли Мальвика на "дедушку". И добавила с недетским сарказмом: - А вот очень многие книги там валялись, где попало! Кто-то их, где надумал, там и кидал! На полки, которые ближе к дверям....
   - Ладно! С виновными будет проведена воспитательная работа, - сдерживая улыбку, пообещал хозяин замка. - А если интересуешься ещё более полным описанием всех Признаков, даже легендарных и сказочных, то тебе надо искать такую книгу в столице. Поговаривают, что ещё сохранилось несколько экземпляров.
   - А у кого они есть? - тут же спросила девушка. И Хлеби, при подсказках Давида Сонного, стал вспоминать:
   - В королевской библиотеке есть. Мне кажется, на глаза попадалась....
   - Так ведь туда попробуй ещё попади! Это только тебе такие привилегии достались!
   - Вроде у Витбаля есть....
   - Нету! Я его библиотеку несколько раз без всяких каталогов прочёсывал....
   - Тогда уж Марихоль точно должен иметь!
   - О! Этот старый букинист имеет наибольшую библиотеку среди Эль-Митоланов. Вот только никто к ней доступа не получает. Видимо от старости он стал страдать манией ограбления. И таких запоров на своём замке настроил!
   - А жаль! Иногда не помешало бы поделиться знаниями! И второй, ещё более древний старик живёт в столице: Невменяемый. Тоже говорят, любые книги имеет....
   - Конечно, имеет! Только к нему и зайти то боятся, так он всех достал своими издевательствами и шутками.
   - Да уж: старость она не украшает некоторых людей! - подвёл черту под воспоминаниями Хлеби.
   - А порой и разума лишает, - поддакнул Сонный.
   Неожиданно хозяин замка вспомнил суть разговора и с улыбкой прищурил глаза:
   - А зачем тебе выискивать в себе Признаки?
   Вот тут-то Мальвика вначале изрядно повеселила всех сидящих за столом, но впоследствии и заставила сильно задуматься над своими разъяснениями. Ведь те законы, на которые она ссылалась, вообще не применялись на практике, но, тем не менее - существовали. Оставалось только удивляться: как девушка их нашла и смогла правильно применить в данном случае. Хоть и к случаю лишь гипотетически предполагаемому.
   - Всё очень просто: если во мне отыщутся признаки, - от воодушевления девушка зачастила словами, - То тогда я могу идти в первые ученицы к любому Эль-Митолану ещё находящемуся в процессе обучения. И он - не имеет права мне отказать. Его первое наставничество засчитывается в актив его курса молодого колдуна. А если он откажет - то навсегда лишится выбора имени. Но я думаю, что Кремон бы мне не отказал. Правда?
   Хорошо, что парень в этот момент уже ничего не ел и не пил, а то бы обязательно поперхнулся от грозно наставленных на него очков-биноклей. Но прокашляться всё же пришлось. Затем он вопросительно повернулся к Хлеби, расширенными глазами спрашивая о наличии такого закона в действительности. Получив от наставника утвердительный кивок, он вновь повернулся к девушке и в этот момент вспомнил, что она никогда не будет Эль-Митоланом: уж таких чудес, как не выявить Признаки к такому возрасту, просто не бывает в этом мире. Поэтому облегчённо рассмеялся и торжественно пообещал:
   - Конечно, не откажу! Обращайся ко мне в любое время дня и ночи! Предъявляешь мне свои Признаки и сразу же становишься моей первой ученицей.
   Казалось бы, на этом беспредметный разговор и закончится, но Мальвика сделала серьёзную заявку на то, что в будущем она вполне может стать прекрасным знатоком юриспунденции. Потому как продолжила удивлять:
   - По тем же законам я могу стать твоей телохранительницей в возрасте четырнадцати лет, сопровождать тебя буквально везде и всегда и даже спать с тобой в одном помещении. А так как мне уже шестнадцатый....
   Теперь уже стали восклицать все одновременно:
   - О! Надо же! Ого! Кто бы мог подумать?! Такого не бывает! Неслыханно, ты же девушка! Мне ещё этого не хватало! Весьма спорное и пикантное заявление! И ведь есть такой пункт!
   А хозяин замка подвёл черту под разговором:
   - Везёт же некоторым: ни флага, ни имени, а к нему уже ученики толпами валят!
   Рассмеялись все, но расходились из-за стола задумчивые. И никто сам себе не мог ответить на вопрос: почему это сиротке вздумалось вести такие разговоры?
   И лишь Мальвика злорадно улыбалась под вуалью. И с каким-то мстительным удовольствием представляла себя грозной, непоколебимой и решительной в момент "изъятия" своего "наставника" из объятий разных поселковых девиц, которые готовы ложиться под каждого встречного. На вымышленной картинке виделся поникший Кремон, идущий впереди неё с видом побитой собаки и бросающий назад извиняющиеся взгляды на свою несравненную и строгую телохранительницу. И вряд ли тогда повторятся его бессмысленные вечерние похождения и грязные танцульки. Об пикантных подробностях которых ей сегодняшним утром поведала общительная молочница.
   Мальвика многозначительно ухмыльнулась:
   "А уж Бабу я и на полёт стрелы не подпущу к своему учителю. Мерзкий сводник! И Лирна хороша.... Подруга называется! Повела Эль-Митолана к бесстыжим шлюшкам! Ничего, я им всем ещё покажу! Всё им припомню! Теперь главное - отыскать в себе два Признака! Только вот как их правильно отыскивать? Эх, достать бы ту древнюю книгу...."
  
   А все мужчины отправились в подвальные лаборатории. Хлеби - с намерением похвастаться своим успехами перед Давидом Сонным. Кремон - для вспомогательной работы по очистке инвентаря. А Коперрульф - просто за компанию. Ещё на ступенях спуска они забыли о малолетней любительнице странных законов и обсуждали лишь свои насущные проблемы. В самой лаборатории протектор указал рукой на один большой котёл, в котором уже несколько дней бродила резко, чуть ли не противно пахнущая и густая закваска:
   - Эту смесь мы сейчас тоже проварим, и если опять не получится - выкидывать не будем. То, что у нас останется в итоге, захватим в долину.
   - Всё-таки хочешь попробовать оплавить свои неудачные составы огнём из литанры? - Давид с плохо скрываемой брезгливостью принюхался к небольшой кастрюльке с чёрной смесью и отпрянул из-за едкого запаха: - Кошмар! Как вы тут дышите?
   - Ха! Дело привычки! - смеялся Хлеби, устанавливая и поджигая под котлом газовую горелку. - Тебе тоже через пять минут понравится. А вот здесь у меня та самая кислота. Смотри....
   Он достал из штатива небольшую пробирку и стал подробно объяснять свойства чуть замутнённой и густой жидкости. Свойства были такие диковинные, что и дворецкий и ученик старались не пропустить и одного слова.
   Минут через десять хозяин замка спохватился, расслышав тяжёлое и ленивое бульканье, и поспешил к котлу:
   - О! Уже закипает. Скоро начнём добавлять ингредиенты. Кремон, дай мне лопатку для перемешивания.
   Парень со скрытой улыбкой протянул наставнику ту самую, которую он сделал лишь вчера. Заметит или не заметит, что смола не прилипает? Не заметил....
   - Вот, так лучше! - Хлеби снова обратился к ученику: - Тщательно вымешивай, что бы на стенках не прилипало.
   Стряхнул лопатку о край котла и передал в руку Кремона, а сам поманил Давида за собой к самому большому столу:
   - Сегодня утром мне пришла в голову одна великолепная идея..., - но так и замер на полпути. Сонный, пройдя чуть вперёд по инерции, остановился и с удивлением воззрился на своего коллегу:
   - Да уж! Видать идея действительно гениальная! Раз ты в ступор впадаешь лишь от одного воспоминания о ней.
   Но хозяин замка и не подумал улыбнуться от такой шутки. Он медленно, не двигая шеей, повернулся назад всем корпусом и уставился на стоящих у котла мужчин. Коперрульф как раз деланно зажимал нос и что-то рассказывал Кремону по поводу запахов, а молодой колдун с пониманием кивал головой и тоже улыбался. Но Хлеби смотрел не на них конкретно, а на лопатку в руках у своего ученика. Да так смотрел, что через минуту все это заметили и вопросительно затихли.
   - Чем это ты мешаешь? - заинтригованным голосом спросил хозяин замка.
   - Да вот, - довольно улыбнулся молодой колдун. - Вчера попробовал сделать такое орудие труда, что бы смола не прилипала. Вроде получилось....
   А наставник уже был рядом и чуть ли не вырвал кустарное изделие из рук ученика. Забыв о всё больше разогревающемся котле, он стал осторожно касаться лопатки во всех местах, затем гнуть её, затем стучать по стенке котла и напоследок сунул плоскую часть в горящее пламя. Лопатка стала от жара вздуваться пузырями и сворачиваться. Испустив при этом неприятный и резкий дымок. И тут же загорелась, выделяя густой дым с копотью. Не обращая внимания на чадящее пламя, Хлеби пальцами загасил его, и принялся выравнивать деформировавшееся при горении изделие. Для фиксации наложил тонкий слой льда, который тут же осыпался. Но лопатка вновь стала прочной и гибкой. Тогда наставник бросился в угол лаборатории, где находились инструменты и приспособления для работы с деревом и металлом. Минут десять он с неразборчивым ворчанием рубил, пилил, сверлил и резал многострадальную лопатку. Капал на неё разными растворами и кислотами.
   А затем продолжительно вздохнул, уселся на верстак и обвёл всех немного растерянным, но довольным взглядом.
   - Опытные Эль-Митоланы учеников в лаборатории не пускают. Выходит, что я неопытный, раз впустил, заставил работать, да ещё и не присматривал при этом за ним. Или опытный - до гениальности. Ибо мой ученик..., - после этого он что-то вспомнил, испуганно вздрогнул и поспешно спросил у Кремона: - Надеюсь, ты сможешь нам сейчас повторить свой процесс приготовления?!
   - Конечно! - подтвердил парень с уверенностью. - Я даже записал все подробности.... На всякий случай....
   - М-да? Тогда ты даже не представляешь: какой ты молодец! Ведь ты создал совершенно новое вещество! Именно то, над поиском которого я тщетно и малоэффективно бился последние месяцы. И именно ты совершил просто уникальное открытие. Благодаря этому мы, возможно, уже скоро откроем небывалое предприятие в Агване. Хотя....
   Хозяин замка соскочил с верстака и подскочил к Кремону:
   - Мы можем пройти всю цепочку процесса прямо сейчас?
   Немного растерявшийся ученик оглянулся на ящик с обломками эбонитовых палочек и утвердительно кивнул головой:
   - Можем.... Но часа четыре у нас на это уёдёт, а мне ведь ещё под руководством господина Ганби с Истуконом тренироваться....
   - Да? Хм! Если у нас сейчас получится искомый материал, то я пойду тренироваться всё послеобеденное время вместе с тобой! И Давида попросим нам помочь. А уж все вместе мы от крутящейся железяки лишь пенёк оставим! Согласен?
   - Попробовал бы я не согласиться....
  
   За обеденным столом все три колдуна сидели притихшие, но весьма довольные. Протектор мысленно уже видел возводящийся огромный завод по изготовлению ёмкостей любых видов и любой вместимости. Оставалось лишь окончательно выбрать место для его строительства.
   Давид радовался из чисто коммерческих соображений. Будучи в своё время лучшим учеником главного механика столицы Витбаля, он сходу предложил несколько вариантов весьма сложных агрегатов по созданию пресс-форм. Добавив, что может усовершенствовать эти агрегаты под свойства нового вещества. Хлеби тут же предложил Сонному войти в дело и получать свои шесть процентов от общей прибыли. Считать столичный красавец умел быстро, даром, что считался гулякой и ловеласом, поэтому сразу понял перспективы получения прибыли без особого напряжения. И тут же согласился заняться проектированием, созданием и доводкой всех требуемых агрегатов. Прибыль обещала быть большой ещё из-за такого факта, что вряд ли кто найдёт то случайное сочетание ингредиентов и магических преобразований, которое придумал Кремон. И выпуск нового вещества будет однозначно монопольным. А значит.... Перспективы открывались радужные.
   Самый молодой колдун имел ещё больше причин для праздничного настроения. И обозначенные наставником пятнадцать процентов от прибыли, занимали в его немеркантильном сознании, пожалуй, последнее место. Гораздо важнее казалось то, новый материал, по твёрдому настоянию протектора Агвана теперь будет называться "кремонитом", вводя его имя, таким образом, в историю. Что уже само по себе считалось невероятным выделением среди не только простых людей, но и среди остальных Эль-Митоланов. А если ещё кремонит прочно войдёт во все сферы жизни, как и предсказывает наставник? Вот тогда придёт истинная слава и известность!
   И в завершение, учитель облагоденствовал Кремона освобождением от занятий на сегодня и завтра. Официально прикрываясь тем, что Сонный вынужден работать с чертежами агрегатов и у него не остаётся времени для уроков с летающими растениями. Поэтому на эти полтора дня боларами досконально должен заняться Кремон. Заодно ученику вменялось присмотреть за строительством башни и более детально вникнуть в технические аспекты и организационные вопросы. Для более широкого, так сказать, и общего развития.
   По этой причине парень ещё до обеда послал посыльного к Бабу с запиской, в которой предлагал товарищу присоединиться к нему на эти полтора дня. Если конечно его отпустит староста Берки. Ведь работы в поселковой управе прибавляется с каждым днём всё больше и больше. Бабу даже сокрушённо жаловался по этому поводу и мечтал о поездке куда угодно, хоть в Топи, лишь бы вырваться из рутины несвойственной для гиганта канцелярской работы. А ведь в посёлке ещё не знают о сегодняшних событиях. И о том, что Хлеби уже сегодня будет вызывать целое монтажно-строительное подразделение из Лиода для возведения завода по изготовлению предметов из кремонита. И основные хлопоты по приёму, размещению и обслуживанию этого подразделения, опять-таки, ляжет на плечи Берки и его помощников. Так что Бабу могут и не отпустить.... Но ведь можно и самому за ним заехать? Конечно! И мобилизовать на помощь себе истосковавшегося по просторам товарища в приказном порядке.
  
   Бабу появился в комнате Кремона, когда тот переодевался после обеда в одежды для верховой езды. И сразу с порога гигант стал жаловаться и благодарить одновременно:
   - Уф! Еле вырвался! Сил моих больше нет бегать вокруг этой управы! И дед отпускать не хотел ни в какую. Спасибо, что ты хоть записку передал, пришлось показать. Что делать будем?
   - Прогуляемся в районе строительства башни, с боларами позанимаемся прямо возле места их основного обитания, а потом и заночуем там же!
   Кремон поспешно рассовывал по карманам необходимые мелочи, разложенные на столе, а затем коротко задумался над тем, что из ещё непроверенных им магических предметов захватить с собой. Бабу тем временем взял со столешницы блестящую пластину и с восхищением крутил её в руках:
   - Даже не верится, что внутри такая силища упрятана. Как тогда шарахнуло, думал, что слепым на всю жизнь останусь....
   - Зарывать глазки надо! - засмеялся колдун, присматриваясь к необычным очкам из коробки с трофеями.
   - И чем закрываться? Этими очками?
   - Да я вот сам не пойму: для чего они. Вместо стёкол какие-то непрозрачные камни....
   - Во! В самый раз от вспышек за ними глазки прятать....
   - Да нет, они явно не для этого.... Добро, возьму и их, может ночью просмотрю их досконально. Давай планку!
   Бабу передал святящиеся заряды товарищу с некоторой опаской и не удержался от вопроса:
   - И не страшно такую штуку в кармане таскать?
   - Наоборот спокойнее! Я с ней теперь никакого колаба не боюсь. А то и с десятком справимся.
   - Ещё бы! Эх, вот бы и мне найти способ как её пользоваться! Или не получится?
   - Хм! Вряд ли.... Может со временем, что и придумает. И если будет возможность - будем экспериментировать. Так, вроде всё взял...? Тогда пошли на кухню: там тётушка нам в дорогу разной вкуснятинки наготовила. Не голодать же добрым молодцам в глухих лесах!
   - А почему только в лесах? - засмеялся Бабу. - Я и дома голодать не люблю!
  
   Когда ночь накрыла мир сумрачным покрывалом, а обе луны залили всё вокруг своим двухцветным сине-жёлтым сиянием, друзья удобно расположились у подножия огромного холма под большим тентом. Как раз в том месте, где наставник когда-то лежал и прощупывал объединёнными силами этот самый холм. Сидя на раскладных стульях, парни не спеша наслаждались ужином, лениво перекидывались замечаниями о прошедшем дне и просматривали разложенные на столе трофеи. Вернее просматривал колдун, а помощник старосты просто выдвигал предположения и гипотезы по поводу их предназначения. Ничего важного им не открылось, пока Кремон не сосредоточил своё внимание на странных очках. Приговаривая:
   - И Хлеби, и Давид их видели, но не обратили малейшего внимания. Значит, этот предмет им совершенно неизвестен....
   - Или ни к чему особо не пригоден, - добавил Бабу. - Может эти очки позволяют рассмотреть..., к примеру, раннюю беременность у женщин? А ведь любой колдун и так это может сделать.... А на меня, зачем направляешь? Я ведь не женщина!
   - Ха! Может они показывают мужчин не могущих иметь детей естественным образом?
   - Кончай так шутить! - немного нервным смехом рассмеялся гигант. - И смотри на всякий случай в другую сторону.
   - А в них, куда не смотри - всё равно ничего не видно! - хохотнул Кремон, но голову всё же медленно стал крутить вправо. Изо всех сил стараясь пронзить взглядом странные камни вместо стёкол. - Да нет..., скорей всего они или поломаны, или действуют в паре с чем-нибудь другим.... Или вообще являются предметом розыгрыша для ..., гм, доверчивых простачков.
   Осмотрев весь лес, колдун постепенно повернулся на сто восемьдесят градусов и уставился на возносящийся холм. Продолжая применять все имеющиеся у него магические возможности. Ничего не получалось, сколько он не пялился в непрозрачные каменные пластины. Он уже и снимать очки собрался, тяжело вздохнув и прикрыв при этом глаза от усталости. И тут же перед ним возникло что-то расплывчатое и слабо светящееся. Изумлённо открыл глаза - изображение исчезло. Закрыл - снова появилось.
   - Ага! - воскликнул он вслух. - Значит этот предмет для слепых! Надо глаза закрывать!
   - Ух, ты! - обрадовался и Бабу. - А дай мне попробовать.
   Уставший от долгого напряжения Кремон согласился и протянул очки товарищу. Тот бережно их одел и стал то закрывать, то открывать глаза. Но куда бы он не смотрел - никакого изображения у него не появлялось. И он вернул магический предмет со словами:
   - Нет, если это и для слепых счастливчиков, то только Эль-Митоланов....
   Отдохнувший Кремон стал повторять весь обзор с закрытыми глазами. Но вот изображение появлялось лишь при "осмотре" непосредственно холма. А что же там в нём такого странного? Без напряжения сразу вспомнились объяснения наставника про "дуросовые наплывы" и необычайную их прочность и вязкость. Значит, эти очки позволяют рассмотреть именно эту редкую породу камня? Отлично! Теперь можно с большей продуктивностью рассмотреть конфигурацию "дуросовых наплывов", а возможно и с большей лёгкостью проникнуть вовнутрь таинственных пещер и полых образований внутри холма. Но сколько Кремон ни старался просмотреть внутренности, сделать это так и не удалось. Отделённое сознание не проходило сквозь вязкие породы совершенно. Зато можно было просматривать редкую породу со всех сторон, и даже немного сквозь неё.
   Кремон с Бабу, забросили свой ужин и позабыли о сне, и добрых три часа исследовали, чуть ли не каждый метр всей огромной площади холма. Нанося на карту все мельчайшие детали видимых в глубине "дуросовых наплывов". Результатом этих обследований молодой колдун воспользовался уже утром, с первыми лучами солнца взойдя на вершину холма с прорабом строительства. Их также сопровождали оба мастера и три бригадира. Чуть сбоку от фундамента башни недавно начали копать колодец трёхметрового диаметра. Слой грунта в этом месте был всего метра два, и строители вчера добрались непосредственно к скальному образованию. В этом месте, по прежним расчётам Хлеби, дуросовые наплывы имели толщину восемь метров, предположительно самую тонкую, где можно было пробурить ход во внутренние полости холма. Но при ночном обследовании Кремон обнаружил более тонкое место свода, всего четыре метра, и теперь распорядился о переносе места бурения колодца. Прораб, когда узнал об уменьшении предполагаемого бурения вдвое, сильно обрадовался. Заявив, что бурение сократится при этом почти на целый месяц. После небольшого раздумья Кремон обнадёжил строителя ещё больше, добавив, что скоро, возможно, они используют здесь несколько мощных и созданных специально для этого зарядов. Ведь пока фундамент башни ещё не заложили, и общее сотрясение почвы от взрывов вряд ли вызовет опасные разрушения.
   А Бабу он намекнул, что можно воспользоваться несколькими зарядами для литанры. Ведь всё равно их десятки ушло почти даром на разрушение скал вокруг испытательной долины. Почему не применить их с пользой? Вот только с протектором надо согласовать все подробности.
   Ещё немного подумав, Кремон дал прорабу указание просверлить по центру колодца в дуросовых наплывах тоненькую дырочку на полуметровую глубину. И то, по расчётам, на это планировалось потратить чуть ли не весь день.
   Увлечённые спором и обсуждениями, почти все находящиеся на холме не заметили медленно планирующего невдалеке болара. Но Чигран не даром зорко продолжал осматривать окрестности и тут же обратил на это внимание Эль-Митолана. Кремон внимательно присмотрелся к зелёному шарику и радостно воскликнул:
   - Спин! Друг! Лети сюда!
   Но было похоже, что болар не решается близко подлетать к группе незнакомых в большинстве людей, и тогда колдун отбежал в сторону, призывно махая рукой. Спин тут же спикировал к нему, и сразу по общему дрожанию корней стало понятно, что он сильно возбуждён и нервничает. А то и боится чего-то. И первые три слова, которые со скрипом выдавил из себя болар, подтвердили наблюдения Кремона:
   - Опасность! Дракон! Один!
   И один из корней указал в далёкую точку неба в той стороне, где располагался Полнорецкий лес.
  
  
  

ЧАСТЬ ШЕСТНАДЦАТАЯ

   Помимо воли своего хозяина, всё тело Кремона затряслось от такого известия. Враг! И самый ненавидимый враг - рядом! Четыре последних тяжёлых года вспышкой пронеслись в сознании, оставляя после себя лишь одну фразу: "Теперь я готов уничтожить любого дракона! Даже если он - Эль-Митолан!
   Злость, ярость и ненависть, казалось, затопили всё сознание. Но выучка всё-таки сказалась: какая-то часть мозга продолжала чётко контролировать разбушевавшиеся эмоции и трезво оценивать обстановку. Голос колдуна звучал ровно и твёрдо:
   - Дракон? Как далеко отсюда? Расстояние? Сколько километров?
   - Десять..., и ещё два... километра....
   - Высота? На какой он высоте?
   - Очень высоко..., четыре и больше километров
   - Куда? Куда он летит? От нас, или к нам?
   Всё-таки Спин уже прекрасно понимал человеческий язык, особенно Кремона, и мог отлично пользоваться несколькими средствами для донесения собственных мыслей. Вот и сейчас, отставленным в сторону корнем он плавно очертил круг в воздухе и проскрипел лишь одно слово:
   - Кружит.
   Значит, дракон что-то высматривает в лесных массивах! Скорей всего и сюда может наведаться. А может..., и нет! Поэтому желательно пойти с ним на сближение. Вот только болара надо успокоить, уж больно он нервничает. А скорей всего просто боится плюющихся зажигательной смесью драконов.
   - Спин! Ты молодец! А сейчас спрячься с друзьями в кронах деревьев и не высовывайтесь. Прячься!
   Зелёный шар встрепенулся всеми корнями и полетел в сторону леса. А Кремон уже залихватски свистнул, подзывая Торнадо, и тут же стал раздавать распоряжения:
   - Всем внимание: недалеко дракон! Соберите и подготовьте людей. Чигран! Немедленно включи тревогу на сигнальном периметре. И передай в замок: опасность номер девять. Бабу, остаёшься здесь, поможешь воинам в том случае, ели я разминусь с драконом или он от меня улетит на скорости.
   Всхрапывающий Торнадо подскочил, словно ночная буря, и через минуту лихо несущийся наездник с опасными поворотами спустился с холма, а затем и скрылся на уходящей в лес дороге. Клаковская гуща прятала колдуна не только со сторон, но и сверху. Что нисколько не помешало поставить ещё и два щита, прикрывая свою магическую сущность и предохраняясь от неожиданной засады. Даже если дракон и совершит краткую посадку и, будучи Эль-Митоланом, решит осмотреть окрестности отделённым сознанием, то никого опасного не обнаружит. Лишь одинокого и спешащего всадника.
   Через пять километров Кремон резко осадил коня, приказал ему не двигаться и легко воспарил сознанием над кронами деревьев. Через минуту и дракон отыскался на фоне голубого неба. Но находился он вообще на почти недосягаемой, пятикилометровой высоте. То есть к посадке он и не собирался готовиться. Хотя его широкие круги постепенно смещались как раз в сторону Кремона.
   Колдун тут же вернулся в нормальное состояние и проскакал по дороге ещё два километра. К сожалению, она уводила в сторону, и пришлось резко углубиться в лес. Лишь оказавшись среди гигантских ашпуниц, парень сообразил, что он находится в невыгодном положении. Ведь для дракона появлялась возможность внезапной атаки в тот момент, если колдун попробует осмотреться отделённым сознанием и оставит тело почти беззащитным. Да и в лесу могут находиться сообщники с вполне конкретной задачей.
   Поэтому Кремон без малейших раздумий спешился и стал словно обезьяна, быстро и ловко взбираться на одну из самых мощных и высоких ашпуниц. Расчёт оказался верным: через три минуты дракон оказался в пределах прямой видимости и ничто не загораживало обзор. И, похоже, что воздушный пират до сих пор не заметил пристального внимания к своей кожисто-шипастой тушке. Единственное, что очень смущало - огромная высота. Скорей всего это был особый подвид крылатых бандитов, которых как раз и использовали для дальних и скоростных разведок. Только вот что он пытался высмотреть сквозь кроны деревьев? Скорей всего высматривал некий конкретный знак или указатель. И надеялся его высмотреть именно на самых верхушках деревьев. А раз так, то скоро летающий шпион может заметить и наблюдателя в кроне ашпуницы. Как он поведёт себя в этом случае? Скорей всего, постарается скрыться. Вряд ли в его задачи входит атака любого попавшегося на пути воина. Не для того он залетал так далеко вглубь вражеской и смертельно опасной для него территории.
   Пока эти соображения сновали в голове Кремона, руки и тело делали своё дело. Поочерёдно четыре заряда были извлечены из планки и, почти не искря при ярком утреннем свете, повисли рядышком с человеком. Конечно, для того, что бы сбить скоростного дракона на такой большой высоте не мешало бы удвоить количество зарядов до восьми. Ведь только тогда сеть из них стала бы более эффективной. Но парень опасался, что манипулировать большим количеством зарядов одновременно - будет невозможно. И решил воспользоваться только четырьмя. Два он сразу же, под прикрытием крон отправил влево от себя, намереваясь поднять их вверх со стороны не так давно взошедшего светила. Пусть яркие лучи прикроют искрящиеся комочки, может воздушный пират их и не заметит. А два провёл на целый километр вправо и лишь затем стал резко поднимать вверх.
   Дракон к этому времени находился уже почти над самой головой притаившегося в кроне человека. И какое-то время казалось, что несущихся к нему невинных искорок и не заметит. Но когда правые шарики достигли отметки километра в три, кожаные крылья шпиона сменили угол планирования, и он даже заинтересовался поначалу непонятным явлением. И, скорей всего, из-за любопытства нырнул в нижние потоки воздуха, пытаясь приблизиться и более тщательно рассмотреть непонятное явление.
   Вероятно, дракону были известны эти зажигательные шарики. И он сообразил, что послать их мог только Эль-Митолан. Поэтому он сразу завалился на крыло, развернулся и на всей скорости полетел на восток. Добавляя себе скорости за счёт небольшого снижения. Легко уходя от преследования.
   Но вот тут к нему прямо со стороны светила устремилось два других заряда, которые Кремон успел поднять почти на пяти километровую высоту. В последний момент дракон всё-таки рассмотрел одну несущуюся на него опасность и резко ушёл в сторону от искрящего комочка. Что и следовало ожидать. Но тут же воздушный пират получил второй заряд прямо в грудь.
   На таком расстоянии трудно было отдать команду о самоликвидации шарика именно в нужный момент. Может, заряд взорвался и за несколько метров перед несущимся драконом, но цель была достигнута. Вернее, мастерски поражена. Туша летающей рептилии нелепо кувыркнулась после ярчайшей вспышки и бесформенной грудой рухнула вниз. И лишь гораздо позже до ушей колдуна донёсся звук взрыва.
   Кремон с неимоверной внимательностью проследил, куда именно упала туша дракона. А затем ещё и "сбегал" на то место отделённым сознанием. Не забыв, конечно, крепко привязаться ремнём к веткам. При падении тело воздушного пирата неимоверно пострадало, изорвавшись о ветки деревьев. Где и зависло на пятиметровой высоте. Теперь главное было поскорее туда добраться и обыскать каждый сантиметр пространства. Ведь только это, может быть, даст возможность ответить на главный вопрос: что делало здесь воздушное чудовище?
   Спускаясь вниз, Кремон с некоторым удивлением заметил в себе пропавшую куда-то злость, ненависть и бешенство. Вместо них оставалось лишь чувство хорошо выполненного долга. Давно ожидаемый враг появился в его жизни совершенно неожиданно, и совсем не там, где надо. И совсем не так, как ожидалось. И именно в этот момент что-то кардинально менялось в мироощущении молодого колдуна. Что-то рушилось, но взамен этого начинало просматриваться новое, совершенно отличительное от прежнего, здание внутреннего сознания.
   Уже пробираясь по лесу верхом на Торнадо, Кремон осознал для себя главную истину: в каком бы месте не находился Эль-Митолан, в его обязанности входит защита всех людей, которые находятся рядом. Не обязательно для этого стремиться на границу с Альтурскими Горами. Более важно - каждодневно улучшать свои профессиональные способности, совершенствовать полученные от природы магические и физические возможности и никогда не сомневаться в своих наставниках. Ни в прошлых, ни в настоящих. Судьба и так предоставляла ему уникальные шансы для обучения у столь талантливых и знаменитых Эль-Митоланов. И если удастся заслужить их уважение и признание, то они всегда направят решительного и подающего большие надежды коллегу на самый ответственный и сложный участок.
   Как всё-таки был прав дядя Кралси, когда уговаривал не горячиться, не спешить, а продолжать обучение и самоусовершенствование. И старый вояка не даром потратил столько сил и нервов, удерживая безрассудного парня от опрометчивых шагов. Надо будет обязательно, при первом же удобном случае, его поблагодарить. Может, стоит письмо написать? Да и дочери полковника будут безмерно рады почитать от него известие. И то верно, ведь за столько времени так и не удосужился послать о себе весточку в столицу. Забыл о самых близких и дорогих людях....
   Кремону стало стыдно за свой эгоизм, беспамятство и элементарную лень. Да, да! Именно лень! Ведь мог же потратить один-единственный час для простого письма, а не жалеть своё якобы замученное тело. И торопиться спать, предаваться излишнему чревоугодию, а то и просто повеселиться или потанцевать. Хотя, не так уж часто и веселиться доводилось....
   Добравшись к месту падения дракона, молодой Эль-Митолан тщательно осмотрелся первым делом простым зрением по сторонам, а потом и проверил окрестности отделённым сознанием. И с удивлением обнаружил за два километра от себя кавалькаду из трёх всадников. Петляя между деревьями, к нему спешили Хлеби, Давид и обвешанный как всегда оружием дворецкий. Они как раз недавно свернули с дороги. И как только успели так далеко забраться за сравнительно короткое время? Хорошее дело - сигнальное оповещение совмещённое с охранным периметром! Скорей всего протектор или Сонный недавно сделали остановку и тоже пронаблюдали, куда упало тело дракона, и теперь стремились точно к определённому месту.
   Кремон усмехнулся, возвращаясь в себя, очередной раз облил голову из фляги водой и принялся тщательно осматривать землю между корнями деревьев метр за метром. Желательно найти хоть какие-то предметы из багажа воздушного пирата для его хотя бы частичной идентификации. Снять застрявшую между веток ста пятидесяти килограммовую тушу можно и позже. Да и сделать это утроенными усилиями Эль-Митоланов будет намного удобнее после общего сбора.
   Когда послышался топот копыт и конское ржание, молодой колдун попытался убрать со своего лица триумфальное и довольное выражение. Но вполне заслужено приготовился услышать в свой адрес если уж не восторженные панегирики, то полное и уважительное одобрение выполненными действиями. Каково же было его удивление, когда протектор Агвана, лишь мельком взглянув на застрявшую между веток тушу, принялся ругаться самым нелестным образом:
   - Ну, и что ты натворил?!
   - Я...?
   - Нет, я с деревом разговариваю! - ещё больше вспылил Хлеби. - Кто тебя просил гнаться за этим драконом?! Мог бы хоть иногда подумать головой, прежде чем предпринимать опрометчивые действия?!
   - Но ведь я его сбил....
   - А толку?! Неужели ты не понял, что эта тварь здесь не одна?! Неужели ты не догадался хотя бы предположить наличие нескольких сообщников?!
   - Да я предположил....
   - Ты?! Ха! Зачем же ты тогда за ним погнался, а не затаился на опушке леса? Ведь в такую глубь нашей территории дракон мог забраться только с несколькими помощниками. И сейчас его компаньоны наверняка улепётывают на полной скорости в дремучие леса! И мы их даже совместными усилиями наших сознаний не сможем выследить!
   - А может они где-то в глуши сидят? - несмело высказал Кремон предположение.
   - Вот наказание! - Хлеби развёл руками, как бы апеллируя к остальным свидетелям этой сцены, которые чуть ли не на четвереньках приступили к тщательному осмотру поверхности земли. - Продолжаешь настаивать на своей правоте?! И не можешь провести нужные параллели? Мог бы проявить хоть самую элементарную сообразительность! Раз к нам добираются такие крупные диверсионные вражеские формирования, значит им здесь архиважно что-то отыскать или совершить некое экстраординарное действие. Если мы уничтожили две группы, а на их поиски направлена третья, то нам надо было затаиться, словно мышки и незаметно мобилизовать все свои усилия на поимку тех, кто хоть что-то знает о целях этих вражеских группировок.
   - Может, дракон вообще заблудился, - попытался оправдаться Кремон, - Или находится здесь совсем с другими целями?
   - Опять ты за своё?! - наставник от возмущения даже подпрыгнул на месте. - А ведь драконов заочно изучил не хуже меня! Знаешь ведь, что этот подвид специально используют для высотных полётов и разведки местности. И что продолжительность полёта у них всего два, три часа. А потом им надо хорошо поесть и поспать хотя бы часик. При чём, под хоть какой-нибудь, да охраной. Следовательно, скоро он должен был приземлиться к своим сообщникам! Логично я рассуждаю?!
   - Да..., вроде....
   - А тебе только и надо было, что проследить за ним до места его посадки отделённым сознанием. И всё! Больше никаких самостоятельных действий! И никаких попыток корчить из себя героя!
   При последних словах Хлеби вообще перешёл на крик и даже помахал указательным пальцем перед носом своего ученика. Затем рассержено сплюнул в сторону и подошёл к Коперрульфу, который что-то отыскал.
   - Что у тебя?
   - Сумка с "мушками", которые они используют для создания зажигательной смеси. Сильно порвалась, но кажется, ничего другого в ней не было.
   - Продолжаем поиски! Это всех касается!
   Последний приказ он адресовал Кремону, который стоял немного ошеломлённый свалившимися на него обвинениями. Парень тут же встрепенулся и тоже пригнулся к земле. Зато отозвался Давид Сонный:
   - О, смотри! Мне кажется это обломок их прибора для дальнего слежения. Значит и линзы должны быть где-то поблизости. По всей видимости - это "Фокус"!
   - Этого ещё не хватало! - запричитал в расстройстве протектор, устремляясь к коллеге. - Ну-ка, дай глянуть.... Вот уж...! Верно, так и есть!
   Восклицания Хлеби были понятны всем посвящённым. Ведь неимоверно дорогие и уникальные приборы "Фокус" использовались драконами невероятно редко: лишь в случаях сверх важных военных действий, во время учений на внутренних территориях Альтурских Гор или по личному распоряжению императора драконов. Состоял прибор из двух изогнутых труб с отшлифованными линзами, соединёнными между собой регулируемыми держателями. Прибор надевался на голову дракона и позволял ему рассматривать своими расположенными по бокам глазами всё, что находилось под ним во время полёта. Причём полёта на больших высотах. Практически уже на трёхкилометровой высоте такого дракона разведчика не могли достать объединёнными усилиями даже десяток Эль-Митоланов. Тем не менее "Фокусы" считанные разы использовали на границе с Энормией, так их берегли и прятали. А тут такое невероятное событие: скоростной разведчик! В глубине вражеской территории! И с таким редкостным прибором!
   После особо продолжительного и злостного мычания наставника, Кремон окончательно признал свою ошибку и от стыда ещё ниже пригнулся к земле. Пытаясь спрятать раскрасневшееся лицо. Он теперь и не мечтал о похвале: предчувствуя, что основной выговор ещё впереди. И обижаться было не на что - вполне справедливые упрёки. Мог бы и не торопиться сбивать ненавистного воздушного пирата, сдержать свои эмоции, которые на каком-то этапе подменились ложным хладнокровием и показной решительностью. Ведь если разобраться до конца, то и Бабу оставил возле строящейся башни для того, что бы тот не помешал в решающий момент. Уже тогда вознамерившись самому пожать все лавры победы над летающим стервятником. Потому что сразу в мозгу лишь засела лишь одна мысль: уничтожить! Уничтожить врага любыми средствами! И обязательно собственными руками. В итоге, результат достигнут, но совсем не тот, который от него ожидали.
   Четыре часа ушло на тщательные поиски, опускание тела шпиона, обыск и снятия с него всех возможных данных. Закапыванием останков занялись двое воинов, прибывших в компании с Бабу.
   На обратной дороге протектор выглядел, словно грозовая туча, готовая разразиться молниями. Поэтому даже Сонный старался помалкивать и делать вид, что занят своими мыслями. Но громы всё-таки разразились. И опять-таки на голову бедного Кремона. Очередной нагоняй он получил после того, как сделали короткую остановку возле башни, и прораб доложил, что очистка земли на новом месте проходит успешно. В присутствии строителей Хлеби себя сдержал, лишь с каменным выражением лица отменив приказ своего ученика и распорядившись начать бурение на старом месте. Зато лишь выехали на дорогу, вновь набросился на молодого коллегу с яростными выкриками:
   - Кто тебе позволил распоряжаться на стройке?! Тебе было сказано - присмотреть! И только! Но ничего не менять без моего разрешения!
   Парень попытался оправдаться и поспешно рассказал об уникальных очках, позволяющих рассматривать дуросовые наплывы и мотивируя свое вмешательство нахождением места с более тонким сводом. Но его наставник и не подумал сбавить обороты, наоборот: ещё больше разошёлся:
   - Да мне плевать на твои очки! Какими бы они не были! Я и без них видел места с более тонким сводом! Но раз я назначил снятие грунта именно на том месте, значит так надо по соображениям строительства! И не смей мне перечить!
   - Да я вроде....
   - Никогда! - это слово было выделено отдельно и громче, - Не смей мне перечить! Отыскал видимое улучшение - идёшь ко мне и докладываешь. А уж я сам решу! Что делать и как!
   Когда четыре наездника доехали до замка, наступало время обеда, но Кремон сразу же получил конкретное задание:
   - Как только поешь - сразу отправляешься к боларам и любыми средствами попытайся у них выяснить: каким образом они, со своим пресловутым слабым зрением, различают объекты на таком большом расстоянии. Скорей всего их выдвигаемые из кроны глаза к этому непричастны.
   - Хорошо, я постараюсь выпытать, - с подавленным видом ответил парень.
   - И по ходу дела начинай интересоваться, с помощью каких чудес они отличают Эль-Митоланов от простых людей. Понятно?
   - Да, конечно....
  
   И наступили для Кремона "чёрные дни". Не то что бы наставник его добил физическими нагрузками, нет. Тренировки с Истуконом, марш броски и прочие приёмы по усовершенствованию тела продолжались с прежней интенсивностью. Вернее со стабильным увеличением в сторону сложности. Да и учебный процесс не так резко перешёл с простых магических приёмов на самые сложные и уникальные. К этому уже давно имелись предпосылки. Но вот как теперь это всё преподносилось, как подавалось и как поощрялось...! Вернее - совсем не поощрялось. Даже явные успехи встречались протектором с насмешками и придирками. А уж если хоть что-то не получалось у молодого колдуна, то на него сыпались чуть ли не оскорбления, а то и явные обвинения в оголтелой лени, несерьёзности и откровенном разгильдяйстве. А наметившаяся дружба и взаимопонимание между учеником и наставником исчезли из их отношений бесследно.
   Подобные изменения сказались и на отношениях с остальными обитателями замка. Коперрульф превратился в ярого солдафона, которому и поговорить больше не о чём, как о выполнении приказов начальства. И без особых на то причин очень стал похож на Истукона. Только тот был из железа, а этот из живой плоти. Характер дворецкого стал замкнутым, лицо словно окаменело, а глаза превратились в две маленькие щёлочки. Даже самые простые человеческие эмоции исчезли из внешних проявлений отставного капитана.
   Домоправительнице скорей всего пришлось пережить нечто страшное в отношениях со своим племянником. То ли тот её запугал, то ли зашантажировал, но тётушки Анны просто-напросто не стало видно в замке. Если точнее: то ее фактически перестал видеть Кремон. Женщина лишь садилась за стол позже всех, молча ела и раньше всех убегала по своим делам.
   Зато самым геройским и вызывающим способом себя вела Мальвика. За столом она постоянно буравила дедушку своими очками-биноклями, отчаянно дерзила, задавала глупые и неуместные вопросы и всем своим видом показывала полное несогласие с политикой наставника в отношении ученика. За что была неоднократно наказана изгнанием из-за общего стола и пугана угрозами применить к ней телесные наказания. Причём угрозы провозглашались таким страшным и раздражённым голосом, что молодой колдун не мог понять, почему несносная девчонка до сих пор ходит небитая.
   Зато каждую свободную минуту Мальвика старалась побывать в том месте, где находился Кремон. Будь то тренажёрный зал, конюшня, берег озера или место для занятий с боларами. Совершенно игнорируя тот факт, что при её виде все работники замка, да и видевшие её посельчане, не могли скрыть улыбки. А вечером она старалась дождаться парня в его комнате и перекинуться хотя бы несколькими словами. Если же Кремон и приходил слишком поздно со своих занятий, то на столе его всегда ждали несколько ваз со свежими фруктами, выпечкой, конфетами и мармеладом. В общем, до одного поворотного события, Мальвика была единственным человеком, открыто выражавшая своё возмущение.
   Давид Сонный при хозяине замка соблюдал полный нейтралитет и невмешательство. Зато наедине откровенничал с молодым колдуном без всяких оглядываний и деликатности. Чётко выражая своё несогласие с поведением Хлеби в отношении своего ученика. И за короткое время Давид превратился для Кремона в самого близкого и поверенного во всех делах друга. С которым можно было советоваться по любому вопросу. Ну, если не считать Бабу и Мальвику. Но с помощником старосты из-за неимоверных нагрузок доводилось видеться слишком редко, а с несмышлёной девочкой о смысле и целях жизни не поговоришь.
   А вот с Сонным такие разговоры велись постоянно. Пользуясь тем, что уроки с боларами потребовали большей интенсивности, они вдвоём "выбили" у протектора ещё один час времени и теперь могли наговориться на любые темы. Успевая при этом вести исследовательскую работу с летающими растениями.
   Больше всего Давид в последнее время расстраивался по поводу того, что Кремон не остался в столице и не получает там нужного обучения. Категорически отрицая оправдательные рассуждения молодого коллеги, Сонный убеждал его, что надо идти совсем по иному пути обучения. Особенно такому Эль-Митолану, как Кремон. И пророча ему большое будущее в овладении магией высшего порядка, кардинально иного направления - психотропного. Поговаривая при этом:
   - Конечно, такого учителя как Хлеби - ещё надо поискать. Но! Он ведь чисто боевой Эль-Митолан!
   - Как же так, - удивлялся парень. - Да он меня стольким атакам на подсознание человеческое научил! Да он столькими науками интересуется! Только его уникальные умения создавать бурю и замораживать "твёрдое покрытие" на воде - ставят его на одно из первых мест в Энормии среди остальных Эль-Митоланов.
   - Совершенно правильно! - мягко соглашался Давид. - Хотя я сильно удивлён, что он тебя чуть ли не в самом начале курса стал обучать наисложнейшему искусству управления погодой. А уж то, что вы ходите с ним по озеру - вообще странно. Такими секретами наставники с учениками очень редко делятся....
   - А он мне сказал, - что я не справлюсь! - устало ухмыльнулся парень. - Мол, "покрытие" уберёт на практических занятиях и мне придётся плыть до берега. Пришлось поднапрячься, что бы не мокнуть....
   - И с бурей получается?
   - Конечно. На днях сдаю экзамен в той самой долине, где и меня когда-то накрыло! - похвастался молодой колдун.
   - Вот видишь: он тебе не раскрыл ещё и сотой доли своих умений, а пытается сразу срезать на самом трудном! - подвёл немного странный итог Давид. И стал развивать свою мысль дальше: - Любое обучение должно проводиться по плавной возрастающей линии. А не скачками и ломаной кривой. Согласен?
   - Вроде как....
   - Вот видишь! И к чему эти мелкие придирки не по существу? Если станешь наставником, допустишь такое обращение с учеником?
   - Никогда!
   - Молодец! Эх, - Сонный сочувственно вздохнул и покачал головой. - Тебя надо было отдавать к опытному наставнику по психогипно-атакам. Вот где бы ты развернулся....
   - Ха! Если я сам уйду от Хлеби - мне никогда не получить ни имени, ни герба Эль-Митолана.
   - Естественно! И не только из-за существующих правил и законов. Но и потому, что все посчитают тебя слабаком, трусом и недостойным даже носить звание Эль-Митолана.
   - А если бы он меня и сам отправил, то где найти тех желающих, готовых на меня потратить своё драгоценное время?
   - Зря ты так. Сам посуди: только твоё умение вызывать понос у противников, - напомнил Давид, - Огромное преимущество при выборе наставника.
   - Ага.... Выборе? Не смеши меня! Да их во всей Энормии можно пересчитать по пальцам одной руки!
   - Да, действительно - почти нереальная задача. Вот если только бы кто-то походатайствовал....
   - О чём ты говоришь? Кто может это сделать перед... ну, хотя бы тем же Невменяемым?
   - Зря сомневаешься! - Давид с самодовольным видом погладил свои волнистые волосы. - Даже к такому старому мизантропу можно подобрать свой ключик.
   - К Невменяемому?! - воскликнул Кремон с удивлённым смехом. - Да вы только и говорите о старческом маразме и умственной неполноценности этого старикашки! Лучше уж терпеть придирки Избавляющего, чем подстраиваться под всплески престарелого сознания.
   - Это ты зря. - Сонный даже испугано оглянулся по сторонам, словно опасаясь быть подслушанным одним из патриархов колдовской братии. - Если бы он такое про себя услыхал....
   - Ты серьёзно? - захихикал Кремон от смешного поведения старшего коллеги. - Неужели ты и в правду думаешь, что он может нас подслушать чуть ли не за тысячу километров?
   - Хм! А вдруг он где-то рядом?
   - Как это?
   - А вот так: отправился в путешествие! Невменяемый весьма часто пропадает на некоторое время, и никто даже не догадывается, где он находится. Почему бы и не здесь?
   - Ладно, на меня старик не обидится, - ответил Кремон с достоинством и спокойствием. - А вот вас с Хлеби он не простит за пошлые сплетни про него....
   - Молодец! Выкрутился! Считай, что ещё больше меня напугал! - заулыбался Давид. - Но суть здесь одна: такой наставник как Невменяемый, был бы для тебя самым лучшим вариантом. Согласен?
   - Ха! Согласен я, или нет - толку никакого! Надо заканчивать вначале обучение у Избавляющего. Вот получу имя, герб, и тогда....
   - ...Тогда - твоя жизнь превратится в сказку! - тем же тоном продолжил за Кремона Сонный. - Вот только жалко терять пять лет жизни....
   - Как пять лет?! Почему, пять лет?! - испуганно стал восклицать парень.
   - А что? Были и такие случаи в истории. А Хлеби, судя по всему, готов этот срок превысить.
   - Опять шутишь?
   На что Давид тяжело вздохнул и по дружески хлопнул товарища по плечу:
   - Хотелось бы шутить самим всегда, но правда жизни с нами шутит исподлобья! Присмотрись к наставнику и сам подумай на досуге....
   И Кремон присматривался. Везде и всегда. И действительно приходил к мысли, что Давид Сонный прав: наставник хочет продолжить обучение, неизвестно на какое время. И даже не скрывает этого, так как иногда у него вырывается фраза, на которую раньше как-то не обращалось внимания:
   - "Опять у тебя ничего не получается!" Или: "Как можно два раза подряд совершать одну и ту же ошибку?!" И как следствие: "Нет! Такого недотёпу и за три года не обучишь!"
   Вот только непонятно было: для чего он это делает? Какой смысл такому прославленному Эль-Митолану так долго держать в учениках приблудившегося молодого колдуна? Совсем непонятно....
   Дни тянулись за днями и жизнь, казалось, потеряла все свои краски и привлекательность. Единственным интересным исследованием, проведённым тремя Эль-Митоланами совместно, стало давно обещанное хозяином замка воздействие на вороного красавца. Ещё в своё первое наблюдение за Торнадо отделённым сознанием, Хлеби обратил внимание, что конь ведёт себя в этот момент слишком странно и неадекватно. Смешно подбрасывал свой круп кверху и резко дёргал головой влево, словно в попытке укусить ездока за стремя. Но повторный эксперимент требовал тщательных измерений в пространстве и согласовки во времени, чтобы не пойти на поводу подтасованных сознанием фактов.
   Поэтому все три колдуна несколько часов предобеденного времени только тем и занимались, что поочерёдно подбирались к Торнадо отделённым сознанием. А то и двое одновременно. И выяснили феноменальную способность вороного красавца каким-то образом чувствовать к себе магическое внимание. Причём различий между колдунами он не делал и подкидывал крупом в любом случае присутствие рядом отделённого сознания. Даже если за ним подсматривал Кремон. Но вот упокоить коня лёгким похлопыванием по шее ладонью удавалось только его хозяину. Ни Хлеби, ни Давид не могли этого сделать никоим образом: Торнадо продолжал вести себя странно во время всего "подсматривания".
   Разгоревшийся после экспериментов спор лишь немного прояснил уникальные возможности личного скакуна Кремона. По воспоминаниям Хлеби такие животные изредка встречались в истории. И про них он читал упоминания в королевской библиотеке. А Давид Сонный даже настаивал, что у одного из столичных Эль-Митоланов есть похас, имеющий такие же способности к распознаванию Правда раньше Сонный не уделял внимания подобным слухам, будучи уверенным в том, что это не что иное как досужие вымыслы. Но после опытов с Торнадо пересмотрел своё мнение.
   Кремон тоже вспомнил поведение Торнадо во время наблюдения за отрядом кого-то из Эль-Митоланов "Коршунов". Но тогда он не придал значения этому и приписал первоочередную заслугу боларам. А вот если бы летающие растения их не сопровождали? В таком случае вороной красавец становился просто неоценимым помощником.
   В завершении Хлеби предупредил своих коллег, что подобное знание должно оставаться в тайне и не предаваться огласке ни в коем случае. Разве что при чрезвычайных обстоятельствах. Или для общего блага королевства.
   А Кремон загордился своим скакуном ещё больше, и теперь с непроизвольным вздрагиванием вспоминал тот момент, когда его любимого Торнадо чуть не продали для работы в поле. Вот уж стечение обстоятельств! И мармелад вовремя оказался под рукой.... Да ещё и вишнёвый!
  
  

СКАНДАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ

   Всё началось с давно и всеми ожидаемого события. Мальвика наконец-то сняла со своей головы странное сооружение из очков и вуали и появилась за столом с открытым и чистым лицом. И в новом, весьма изящном, модном платье. И сразу же была осыпана массой комплиментов со стороны дворецкого, Кремона и Давида Сонного. Все трое от души порадовались за сиротку и не скупились на восторженные отзывы по поводу аккуратненького носика и вполне правильно смотрящих глаз. Хотя даже неопытному Кремону были заметны те небольшие ухищрения, которые применила домоправительница для того, что бы подретушировать и улучшить внешность своей воспитанницы. Но тётушка была несказанно горда и тем. По справедливости считая, что часть комплиментов принадлежит ей лично за потраченные усилия.
   И усилия не только с помощью косметики. За проведённое в замке время Мальвика превратилась их угловатого ходячего "скелетика" во вполне аппетитную "пышечку". Не сказать что у неё на теле появились излишние килограммы, но формы получили приятные округлости и даже грудь, неожиданно сильно, стала выпирать из-под корсета.
   Хотя, в общем, открывшееся лицо девушки не выделялось чем-то особенным. Не уродка, конечно, но и очень далеко не красавица. Так себе.... Вполне простое личико, мягкий, безвольный подбородок, да совсем ещё детские, пухлые губки. Разве что глаза как-то странно поражали необычной глубиной или контрастной резкостью, присущей только картинам начинающих художников. И цвет их постоянно менялся в зависимости от освещения. От ярко-голубого до тёмно-коричневого. Что уже само по себе считалось уникальным случаем. Да ещё каштановые волосы, отдавая приятным блеском, игривыми кучеряшками обрамляли довольное личико. Они уже и так порядочно отрасли и в будущем обещали стать одним из главных украшений Мальвики.
   Все были довольны, словоохотливы и за столом даже на короткое время воцарилась прежняя дружеская атмосфера. Которую не поддерживал лишь один человек. С самого начала Хлеби уставился на Мальвику каким-то отрешённым взглядом, да так и просидел всё время, отведённое для завтрака. Фактически ничего и не поев. Он ведь тоже видел приёмную внучку в первый раз без бинтов. Все втирания лекарств и перевязки делала заботливая тётушка Анна, руководствуясь чёткими инструкциями таинственного хирурга, а её племянник процессом схождения послеоперационных синяков совершенно не интересовался. Потому его реакция и казалась немного странной сейчас. Время от времени он лишь морщил лоб или потирал виски двумя руками, словно у него вдруг неожиданно разболелась голова. Порой он даже улыбался, как бы поддерживая общее оживление за столом, но заметно было сразу: хозяин замка то ли о чём-то сильно задумался, то ли что-то отчаянно пытается вспомнить. Так как все уже давно привыкли к его праву вести себя подобным образом, то и старались делать вид, что не замечают его пристального разглядывания названной внучки. А сама Мальвика в тот момент была просто счастлива и слишком часто поворачивалась к большим зеркалам, желая ещё раз удостовериться в приятных изменениях своей внешности.
   После этого завтрака все разошлись по своим заранее намеченным делам. Лишь протектор неожиданно решил лично проверить, как продвигаются успехи Мальвики в обучении. И потратил на это всё послеобеденное время. Чем удивил больше всего, в первую очередь, саму сиротку. Но так как задания она выполнила все и на "отлично", то даже порадовалась вниманию своего дедушки. Тем более что тот просто-напросто захвалил талантливую ученицу.
   Зато потом Хлеби повёл себя ещё более странно. Уже за обедом он огласил, что сам лично займётся детальным обучением Мальвики всем премудростям жизни. И с тех пор девушка не отходила от него ни на шаг. А если и отходила, то хозяин замка тут же спешил за ней и отыскивал в любом закоулке замка и его окрестностей. И вел за собой во все места, даже те, куда раньше внучка категорически не допускалась. Как то: лаборатории, долина между скал, превращённая в стрельбище и личные апартаменты хозяина замка.
   Первой забеспокоилась тетушка Анна. Пронаблюдав несколько дней за поведением своего племянника, она сделала определённые выводы и попыталась воспрепятствовать слишком тесному общению между опытным колдуном и получившей приют под его крышей сироткой. Хотя ещё совсем недавно была готова на всё, лишь бы её племянник заинтересовался хоть какой-нибудь особой женского пола. Но ведь одно дело думать о ком-то далёком и незнакомом, а совсем другое с ужасом наблюдать, как рушатся образовавшиеся семейные отношения. За короткое время она признала девушку своей родственницей и теперь в ней взыграли чувства высокой морали и чистоты отношений.
   Не долго думая, домоправительница отправилась скандалить со своим любимым родственником. И какое-то время неразборчивые крики доносились до оказавшегося недалеко Коперрульфа. А потом всё стихло. И ещё через полчаса дворецкий заметил ссутулившуюся старушку, пробежавшую в свою комнату. После этого тётушка Анна вообще замкнулась и ушла в себя.
   Теперь уже не на шутку забеспокоился отставной капитан. Своих детей он не имел, поэтому появившаяся в замке Мальвика за короткое время заняла в сердце ветерана именно то место, которое оставалось пустым и неиспользуемым. И Коперрульф проникся к сиротке настоящими отцовскими чувствами. Ему понадобилось ещё меньше времени для наблюдений, что бы составить себе чёткое мнение: невинная девушка в опасности! И без разницы - от кого эта опасность исходит и как выглядит! А когда он однажды выходил с Кремоном из тренировочного зала, то увидел как протектор, обнимая девушку за плечико, подвёл её к внутреннему входу в замок, прошептал что-то на ушко и напоследок даже поцеловал в щёчку. И только потом отпустил её из своих рук. В этот момент терпение отставного капитана лопнуло. Он оставил растерянно смотрящего ему вслед Кремона во дворе и решительным шагом отправился к Хлеби.
   - Я хочу с вами срочно поговорить!
   Хозяин замка с пониманием посмотрел в сторону ученика, решив наверняка, что речь пойдёт о нем, и поманил дворецкого за собой:
   - Идём в мой кабинет.
   Молодой колдун ещё оставался во дворе, раздумывая, на что употребить неожиданно свалившееся на него короткое время отдыха, как через окно верхнего этажа до него донеслись гневные выкрики:
   - Да ты с ума сошёл!!! Мозги у тебя простуженные?! Как ты до такого додумался?!
   После этого всё стихло: задействовались силы против подслушивания. Но в душу Кремона закрались неприятные подозрения: что-то в замке творится неладное. Нехорошие предчувствия, которые он и так долгое время пытался отбросить от себя силой самовнушения, нахлынули на парня с новой силой. А в голове закрутился бешеный калейдоскоп из событий последних дней. Всё идёт не так, все невероятно напряжены, а в воздухе пахнет грозой. А то и порядочной бурей.... Кстати, почему Мальвика стала приходить к нему по вечерам не ежедневно? Неужели так занята чрезмерной учебной программой? И что она изучает по этой самой программе?
   Решение пришло моментально: надо срочно посоветоваться по всем этим вопросам с Давидом! Уж он сможет всё расставить по своим полочкам. А раз его не будет на обеде, то молодой колдун решил промчаться к строящейся башне. Там и перекусит, и с боларами занятия проведёт, и советы от опытного товарища получит.
   От раздавшего свиста старший конюх Леско вздрогнул и опрометью бросился к стойлу Торнадо. Опять хозяину этой черной бестии срочно надо мчаться по своим делам. И свистит он со двора, значит, будет здесь уже через пару минут. А может и снаружи подождёт. Конь в таком случае сам к нему выбегает, и наездник на ходу вскакивает в седло. Красиво у них получается!
   И Леско завистливо крякнул, подкидывая седло на спину вороного.
  
   Давид самым внимательным образом выслушал молодого коллегу. А затем осудительно замотал головой:
   - Нет! Такого допустить нельзя! Надо спасать малышку!
   - Да, но как?! - удивился Кремон. - Если разобраться до конца, то наставник в своём праве. Ни формальных, ни фактических запретов он не имеет, и может вполне законно воплощать свои намерения в действие. Таких случаев в королевстве полно. Наоборот: любая девушка и женщина редко когда откажет ухаживаниям Эль-Митоланов. Не взирая на любую разницу в возрасте.
   - Вообще-то ты прав, - проговорил Сонный с непонятным разочарованием. - Но ведь вопрос может стоять так, что Мальвика совершенно не осознаёт того, что должно случиться из-за своей неопытности. А когда осознает - становить протектора ей уже не удастся. Может такое случиться?
   - Вроде бы....
   - И он тогда сгоряча может и свои силы применить. Что само по себе неправильно. Так?
   - Естественно!
   - А в таком случае надо будет присматривать за сироткой и вовремя вмешаться. И кто для этого случая подойдёт больше всего?
   - Кто? - недоумевал Кремон, никак не могущий понять к чему идёт разговор. Зато Давид всё осознавал прекрасно:
   - Конечно, ты!
   - А я то тут причём?
   - Ну а кто ещё кроме тебя защитит сиротку?
   - Так ведь её пока никто обижать не собирается....
   - Вот именно: пока! Но если кто-либо попробует обидеть? Ведь ты вмешаешься?
   - Конечно! - твёрдо ответил Кремон.
   - Особенно если к ней станут применять насилие?
   - Тогда - тем более!
   - Ну вот и прекрасно! - улыбнулся Сонный с облегчением. - Тебе только и остаётся, что присматривать за девушкой и никому не давать в обиду. Взять под свою опеку и защиту. А всё остальное - со временем решится само собой. Может, все наши волнения совершенно напрасны и ничего не стоят. О! Смотри: Спин с товарищами уже здесь. Давай лучше делом займёмся. Ни к чему лишний раз давать твоему наставнику повод для придирок.
   И оба колдуна поспешили с корзинками плодов к парящим у кромки леса боларам. Но в памяти Кремона зафиксировалось чётко: сиротка нуждается в его защите и присмотре. А значит, придётся часть своего внимания уделить и ей. Только вот где взять для этого время? Хотя.... Особо времени выделять и не надо: достаточно будет в короткие минуты отдыха просто мотнуться к Мальвике отделённым сознанием и проверить чем она занимается. И как это он раньше не догадался так делать?
  
   И опять целая неделя прошла в неустанных тренировках, изматывающих сражениях с Истуконом и зубрении тех знаний, которыми протектор Агвана буквально заваливал своего ученика. Голову Кремону удавалось поднимать лишь от подушки, да в течении дня в сторону светила, что бы изредка определить время. От разработок агрегатов по формовке кремонита его устранили полностью. Как и от работ, связанных непосредственно с улучшением самого кремонита. Никакие новости и детали о второй экспедиции в Гиблые Топи ему не сообщались. Да и о самой экспедиции молодой колдун узнал лишь случайно из подслушанных фраз в разговоре между протектором и старостой посёлка. То есть от общественных и серьёзных дел парня устранили полностью.
   Зато он взял себе в привычку часто подсматривать отделённым сознанием за Мальвикой. Вначале это были короткие мгновения: как и с кем? Но потом мгновения стали перерастать в минуты. Неизвестно почему, но поведение девушки всегда поражало простотой и естественностью. Даже строя рожицы очень часто перед зеркалом и любуясь своей новой внешностью, Мальвика оставалось приятным, наивным и добрым созданием. К тому же она любила просто носиться по своей комнате под аккомпанемент громкой песни в собственном исполнении. И наблюдение за ней в этот Момент доставляло истинное удовольствие. Пару раз она была замечена со стулом в руках, репетирующей танцевальные движения с условным партнёром.
   Но в большинстве случаев девушка находилась в обществе Хлеби Избавляющего. И тот вёл себя с ней очень странно. То обнимет за плечико, то поцелует в щёчку или в шейку, а то и вообще подхватит на руки и кружит по комнате. Что особенно вводило Кремона в ступор смущения и непонимания. Неужели наставник влюбился? Или потерял рассудок от сомнительных женских, мягко говоря, прелестей приёмной внучки? Так ведь девушка и прелестей никаких не имела! По столичным меркам она даже в портовом кабаке изголодавшимся матросам бы не приглянулась.
   Сама же девушка к "дедушкиным" заботам относилась с беззаботным смехом и с детской непосредственностью. И однозначно - не видела малейшей опасности для своего целомудрия. Да и отношения никак не переходили определённой, крайней черты. Вот и разберись в этих нежностях....
   Может у наставника рассудок не в порядке? С такой версией всё больше в последнее время соглашался Давид Сонный. Присовокупляя к этому и свои собственные наблюдения.
   - Что-то здесь не так, - сокрушался он наедине с Кремоном. - Я не могу, конечно, сравнивать его поведение долгие годы, раньше мы общались довольно мало. Но изменения - очень явные. И тётушка Анна от него шарахается как от огня. И Ганби Коперрульф фактически перестал с ним разговаривать. А уж они-то знают его лучше и дольше всех. Как бы чего не вышло....
  
   Самое скандальное событие произошло в выходной день. И после этого ситуация изменилась самым кардинальным образом. А попросту говоря, в этот день судьба решила сделать резкий поворот.
   Кремон перед завтраком совершил короткую прогулку на Торнадо и уже возвращался по коридору в свою комнату, как с верхнего этажа послышался возмущённый крик Мальвики:
   - Дедушка! Ты чего себе позволяешь?!
   Подсматривать было некогда, и парень просто взбежал по ступенькам и остановился у приоткрытых дверей комнаты, в которой жила девушка. И явственно услышал новые возмущения:
   - Я ведь голая! Дай мне хоть чем-то укрыться!
   А в ответ насмешливый голос Хлеби:
   - Зачем тебе укрываться? Иди-ка сюда, я хочу осмотреть твою спину и попку.
   - А зачем тебе это?
   - Какая тебе разница? Раз сказал, подойди: значит выполняй!
   Кремон не выдержал и заглянул в комнату. Мальвика стояла на пороге ванной комнаты и прижимала к себе маленькое полотенце. Его нижней части как раз хватало, что бы прикрыть низ живота, а верхней - соски грудей. А хозяин замка приближался к девушке короткими шажками. Расставив при этом руки в стороны.
   Девушке нельзя было отказать в логике:
   - Так ведь ты мою спину и попку уже не раз рассматривал при первых осмотрах. Разве у меня там что-то изменилось?
   - Вряд ли, просто мне вспомнилась одна важная деталь и теперь мне необходимо это проверить.
   - А я не хочу! И не подходи, а то буду кричать. - И тут же, без малейшей паузы закричала: - На помощь!!!
   - Ты чего?! - опешил от неожиданности хозяин замка. Но тут же в бешенстве нахмурил брови и поднял руку, в которой затрепетала Связывающая Паутина. - Посмеяться надо мной хочешь...?
   В тот же момент Кремон без раздумий вошёл в комнату и не останавливался пока не замер между девушкой и наставником. И лишь затем с неожиданным для самого себя хладнокровием пояснил:
   - Я тут мимо шёл. Вижу: дверь открыта, и Мальвика зовёт на помощь. Не знаете, чего она испугалась?
   После его вопроса на комнату обрушилась звенящая тишина. Девушка за спиной не дышала, Хлеби даже не моргал, а сам Кремон с каким-то отчаянным и весёлым страхом возводил вокруг себя и беззащитной сиротки один магический щит за другим. С безрассудностью молодости воскликнув в своём сознании:
   "Будь, что будет!"
   Минута показалась долгим часом. И всё это время атмосфера комнаты безостановочно заряжалась энергией небывалой ссоры и невероятного скандала. Затем протектор набрал в грудь неимоверно много воздуха, но скомандовал шипящим шёпотом:
   - Немедленно покинь комнату!
   Кремону пришлось первый раз за всё время пребывания в Агване возразить наставнику:
   - Нет!
   И вот лишь тогда опытный учитель стал ругаться как портовый грузчик. Изредка вставляя в свою речь понятные выражения:
   - Да как ты посмел?! Где твоя благодарность?! В моём собственном доме...?!!!
   Далее слова понеслись в самых различных вариациях. Невзирая на присутствие юной особы женского пола. Что только не наслушались они от Избавляющего, каких только упрёков и обвинений. Порой хозяин замка принимался просто кричать, топать ногами, а то и замахиваться кулаками. Но молодой колдун стоял как скала, чувствуя на своей спине прикосновения трясущихся пальчиков. И держа вокруг себя все наслоения защиты.
   Минут через десять его наставник затих и лишь тяжело ходил из угла комнаты к двери и обратно. Видимо пытаясь сосредоточиться на своих метущихся мыслях. Затем резко остановился, картинно вскинул обе руки вверх и громогласно объявил:
   - За такое поведение я лишаю тебя ученичества и изгоняю из своего замка! - затем руки опустил и перешёл на короткие, лаконичные фразы: - На сборы только один день. Завтра утром ты должен покинуть Агван. Забрав отсюда все свои трофеи, личные вещи и ездовых животных. Торнадо тоже принадлежит тебе. Не вздумай оставить здесь хоть одну свою вещь! Грамоту о завершении первой половины курса я тебе выдам. Через господина дворецкого. Я больше не хочу тебя даже видеть. Планку с оставшимися зарядами можешь не отдавать. Она твоя тоже. Прощай!
   И не дожидаясь ответа, хозяин замка твёрдым шагом вышел за дверь. Но ещё не успели его шаги стихнуть на лестнице, как в комнату влетел встревоженный Давид:
   - Что здесь произошло?!
   Снимающий один слой защиты за другим Кремон тяжело вздохнул, и проговорил:
   - Меня только что лишили наставничества и выгнали из замка....
   - Как же так?!
   Но на этот вопрос парень лишь безнадёжно махнул рукой. Он и сам сообразить не мог, как это всё произошло. Зато Сонный сразу же принялся поддерживать дух товарища:
   - Ну и прекрасно! Тебе же лучше! Вернёшься в столицу и продолжишь обучение именно там, где ты и достоин!
   В этот момент он заметил прижавшуюся к спине молодого колдуна девушку и воскликнул:
   - А ты чего там затаилась?! Да ещё голая? Одеться не во что?
   На что Мальвика ответила с явно неуместным кокетством:
   - Я стесняюсь при мужчинах дойти до своего гардероба....
   - Хм! - возмущённо покрутил носом Давид, но, тем не менее, скользнув заинтересованным взглядом по фигурке отстраняющейся от парня девушки - Было бы чего стесняться! - а затем сразу попытался обнять высокого Кремона за плечо и поволок из комнаты: - Идём ко мне! У меня есть для твоего утешения несколько приятных новостей. А самая главная: что я уже знаю, кто будет твоим следующим наставником....
   - Где? В столице? - после пережитого скандала Кремон явно соображал с большим трудом, и ему до сих пор казалось немыслимым чудом, что он отделался лишь исключением и изгнанием.
   - Конечно, в столице! - Сонный опять подтолкнул своего замершего товарища в спину, приглашая двигаться дальше по коридору. - Это же и так ясно. Но почему тебя не интересует имя нового наставника?
   - Имя? Интересует.... Кто он?
   - Самый древний и самый могущественный....
   - Витбаль, что ли?
   - Витбаль - боевой маг! Или ты забыл?
   - Ну..., тогда даже не знаю....
   - Совсем соображать перестал? Мы ведь о нём недавно вспоминали. Сообразил?
   - Неужели....?
   - Быстро же ты догадался! - воскликнул с иронией Давид. - Конечно - Невменяемый!
   - Но как тебе это удалось?!
   - Входи скорей в мою комнату и всё узнаешь.
  
   Ближе к вечеру Кремону пришлось пережить ещё один неприятный скандал. Вернее даже не скандал, а истерику со слезами. И закатила эту истерику именно Мальвика.
 &nbs