# Часть 1 глава 7

Татьяна Юрьевская

Глава седьмая,

нити судеб сплетаются воедино, а любопытствующим предоставляется возможность взглянуть на Эрхат изнутри


Обнимают нас судьбы два крыла,

Снова под ноги дорога легла.


Земли демонов - Эрхат.

Лорд Эриан


Демоны очень хорошо чувствуют чужую боль... или ее отсутствие. Но если кто-то пытается сохранить лицо, подыграть не трудно. Тем более, когда речь идет о юной девушке.

Принцесса поначалу еще пыталась поддерживать беседу, но вскоре, споткнувшись пару раз, замолчала и полностью сосредоточилась на изучении рельефа под ногами.

Тишина - это прекрасно. Арлетта, конечно, очень милая, но от нее столько шума...

Эриан утомленно потер висок.

Эрхат, как всегда, открылся неожиданно. Маленькая шутка в духе его создателя. Демон улыбнулся.

Дома.

И тотчас ощутил щекой прикосновение теплого воздуха - Поднебесное тоже обрадовалось его возвращению. Эрхат не был разумным существом, но разбирался в эмоциях и умел отвечать на симпатию искренней привязанностью.

Ласковые волны обволакивали тело: демон, как наяву, видел царапающие низко нависшее небо когти дозорных башен, вереницу спешащих на запад туч и проглядывающие в разрывы между ними неестественно большие звезды. Он чувствовал едва ощутимую пульсацию темных стен: где-то там, внизу, в такт его сердцу выдыхало черные искры Пламя бездны...

Осторожное прикосновение нарушило хрупкую связь, и Эриан очнулся.

- Где мы? - Арлетта удивленно рассматривала совершенно пустой зал. - Это ваш дворец?

- Нет. - Качнул головой посланник. - Только преддверие.

- Что? - Арлетта отпрянула в сторону и чуть не упала.

Эриан мысленно обозвал себя глупцом. В распространенном среди людей учении о Всевышнем Преддверием называлось место, где души умерших ожидали решения своей судьбы. А здешняя обстановка крайне способствовала мыслям о бренности бытия: серый камень, легкий полумрак, отсутствие всяческих украшений...

- Нет. Это вроде... двора. - Посланник попытался подобрать подходящее слово. - Не можем же мы вместе с лошадьми, не приведя себя в порядок после долгой дороги, появляться в тронном зале. Шагину вряд ли это понравится, а разгневанный Шагин опасен для окружающих. Да и ковры пострадают...

Он обезоруживающе улыбнулся. Принцесса облегченно перевела дыхание и даже хотела пошутить, но тут на плиты зала одновременно шагнули люди, лошади и демоны. Первые громко и испуганно переговаривались, делая отвращающие знаки и постоянно упоминая имя Всевышнего. Лошади если и призывали своих богов, то, по крайней мере, делали это молча.

Ирилур вопросительно приподнял бровь. Эриан кивнул в ответ.

- Моя леди, я провожу вас в ваши покои.

- Я с вами. - Ротас нарочито небрежно положил ладонь на рукоять меча. Демон гибко потянулся, не отводя взгляда от капитана. Так, наверное, смотрит на жертву рысь перед прыжком - со странной смесью превосходства и любопытства. Взрослые кошки всё равно остаются кошками, и, даже убивая, играют.

Человек, однако, не испугался, и неизвестно, чем бы закончилось противостояние, если бы не своевременное вмешательство принцессы, мигом забывшей о недавней хромоте.

- Лорд Эриан, моих людей разместят рядом со мной.

Посланника непосредственность Арлетты откровенно забавляла, он даже залюбовался девушкой. Решительная, с раскрасневшимся лицом, осторожно нащупывая пальцами кинжал, словно жалкий ножик для фруктов мог представлять для кого-то опасность, принцесса бесстрашно вклинилась между противниками. Хорошая Шагина получится - не соскучишься.

- Конечно, моя леди. Все будет так, как вы пожелаете. - Эриан галантно прикоснулся губами к маленькой кисти, многообещающе прищурившись на разозленного Ротаса. Человеку следовало бы на коленях благодарить Арлетту за спасенную жизнь. Это ж надо додуматься - угрожать хозяину в его собственном доме.


Эрхат.

Леди Арлетта


Эрхат разочаровал Арлетту. Воображение рисовало ей просторные залы, черные с серебром занавеси, гобелены, изображающие сцены ставших легендарными сражений, мраморные статуи королей-демонов и изящные колоннады... Но внутри оказалось пусто. Грубые грязно-серые стены и неровный пол вызывали навязчивые сравнения с ходами дождевых червей - девушка с отвращением пару раз ковырнула плиты носком сапожка. Страшная темная цитадель, которой так любили пугать приверженцев дети Всевышнего, походила на заурядную недостроенную крепостцу, затерянную где-то в степях юга.

Неестественная скупость интерьеров угнетала, вынуждала чувствовать себя инородным телом. А тут еще Эриан удивительно точно охарактеризовал это очаровательное место. Именно Преддверием оно и было. Не хватало только стенания душ умерших, ожидающих окончательного приговора Всевышнего. Налево - в райские Сады, направо - в Пламя бездны. Интересно, куда определят ее? Хотя наличие рядом милого демона иных вариантов не подразумевает...

Арлетта уже собралась ляпнуть Эриану какую-нибудь подходящую гадость, но тут в залу словно бы из ниоткуда вывалились остальные. И Ротас не придумал ничего лучше, как затеять ссору с самим посланником.

Зря он нарывается, что позволено принцессе, не позволено простому стражу. Да и ощущалась в наглом демоне некая смутная угроза, будто ты заглядываешь в заполненную туманом пропасть и не можешь примерно оценить ее глубину.

Не станет Эриан убивать Ротаса, но покалечить способен. Просто чтобы проучить.

Арлетта и сама не поняла, как именно ее угораздило очутиться между ними. Эриан среагировал первым: наваждение исчезло. Место убийцы, предвкушавшего развлечение, снова занял прежний обходительный лорд.

Если бы принцесса сейчас догадалась посмотреть на Ирилура, она бы успела заметить, как воин облегченно перевел дыхание. Уж он-то знал, на что способен посланник Шагина. Знал и боялся. Но Арлетте не было дела до переживаний посторонних демонов: она следила за Эрианом.

С изяществом придворного старой Империи он легонько подтолкнул тяжелые створки ворот и сделал приглашающий жест. Арлетта с радостью выскользнула из-под сводов мрачного преддверия и зажмурила глаза, ослепленная светом тающего дня.

Ни намазанных жертвенной кровью алтарей, ни гирлянд из высушенных человеческих черепов принцесса не обнаружила, только маленький дворик в окружении колоннад и небольшой фонтанчик. Матово-черные стены замка, охватывавшие его кольцом, казалось, с жадностью ловили прощальные лучи заходящего солнца. Лениво взмахивала бледно-золотистыми крыльями бабочка...

Ощущение мира и покоя полностью овладело принцессой. Эрхат напоминал зачарованное королевство из детских сказок, увидев которое даже всемогущее время навеки замерло от восхищения. Девушка устроилась на бортике фонтана и с удовольствием подставила руку под прохладную струю. Эрхат начинал ей нравиться.

- Моя леди. - На сей раз Эриан был не один. Рядом с ним стояла невысокая и уже немолодая женщина, облаченная в короткую тунику, открывающую крепкие загорелые руки, и кожаные штаны - обычную одежду кочевника-степняка. Женщина приветливо улыбалась, но теребившие косу пальцы выдавали волнение.

- Это Ирма. - Представил степнячку посланник. - Она поможет вам лучше узнать Эрхат. Задавайте ей любые вопросы.

- Любые? - хитро прищурилась Арлетта, не скрывая, что готова замыслить очередную каверзу.

- Любые. - Демон, поддержав игру, согласно кивнул. - Я навещу вас позже, когда вы устроитесь, моя леди.

Арлетта с любопытством рассматривала новую знакомую. Волосы, прежде имевшие оттенок расплавленного золота, уже подернулись сединой, но льдисто-голубые глаза не потеряли прежней зоркости. Эта женщина умела постоять за себя и со временем не растеряла приобретенные навыки.

Принцесса приветливо улыбнулась.

- Леди Ирма, прошу прощения за мой нескромный вопрос, вы...

- Во-первых, я не леди, во-вторых, я действительно не демон.

После галантных манер лорда Эриана резковатая прямота степнячки выглядела грубостью, но принцесса искренне верила в свою способность договориться с кем угодно.

- Просто Ирма? - Арлетта добавила побольше дружелюбия в голос.

- Просто Ирма, - степнячка прекратила трепать косу. - Пойдемте, Шагина. Эриан распорядился отдать вам всё западное крыло. Сюда, - женщина целеустремленно пересекла маленький дворик.

- Простите, - догнала свою провожатую принцесса, - я думала, что в Эрхат живут только демоны.

- Кто вам сказал такую глупость, Шагина? - Ирма криво усмехнулась. - В Эрхат живут все, кто пожелает. Крылатые не обижают гостей.

- Крылатые... - Арлетта попробовала звучное слово на вкус. В нем смешались ощущение полета и бездонная чаша небес, встречный ветер и пьянящий запах нагретой солнцем земли. Не демоны, не твари бездны - Крылатые.

Принцесса миновала предупредительно распахнутые Ирмой двери и остановилась на пороге, подождав, пока глаза привыкнут к легкому полумраку.

- Здесь - зала, наверху - спальни, кабинет и библиотека, - светловолосая степнячка первой взбежала по лестнице и, миновав недлинный коридорчик, толкнула рукой одну из створок. - Ваше пристанище на первое время. После церемонии все крыло будет принадлежать вам, но пока придется пожить здесь. Комнатка, конечно, небольшая, но в ней сейчас намного приятнее, чем в покоях Шагины.

Арлетта понимающе кивнула - а что еще ей оставалось? - и шагнула внутрь.

Действительно, очень уютно. Застеленное шелковым покрывалом ложе, стол с письменными принадлежностями, камин, закрытый на летнее время ширмой, расписанной разноцветными бабочками, брошенная на пол серебристая шкура неизвестного зверя. И огромное, занимающее почти всю противоположную стену окно, полностью завладевшее вниманием принцессы.

Где-то там, слева, пряталось рассеченное лезвием тракта зеленое море трав, а прямо за окном возвышались горы. Тянулись к звездам несокрушимые вершины, надменно взиравшие из-под тяжелых ледниковых шапок на распростершийся у их ног тварный мир. Горы - плоть от плоти земли, средоточие ее могущества, неподвластного времени. Что для них восхищение маленькой человеческой девушки, когда гордые демоны, способные поспорить с ними древностью рода, и те с благоговением преклоняют колени.

Как теперь называть Эрхат? Крепость? Нет. Храм Гор.

Позади слышались голоса: Ирма уверенно распоряжалась действиями Ани и Марги, занимавшихся разборкой вещей принцессы, - но они нисколько не мешали ее размышлениям.

Давно, еще в раннем детстве, Арлетте часто снилось, что она летает. Девушка чувствовала, как ее словно подбрасывает в воздух, когда за спиной распахиваются широкие крылья. Пестрой лентой разворачивается внизу равнина, маленькой черной точкой быстро скользит по ней птичья тень. Но равнодушна орлиная душа и к духмяному мареву трав, и к змеиным извивам речного потока. Есть только одна достойная цель у гордой птицы - горы, рассекающие горизонт черные лезвия, оружие, порожденное землей в день гнева, против извечного противника - неба. И как наяву видела девушка опасные острые грани уступов, бездонные провалы пропастей и теплые восходящие потоки, дававшие отдых уставшим от игры со смертью крыльям. Тогда...

Эти горы были другими. Они излучали свойственное сильным добродушное спокойствие...

- Вам понравился вид? - Знакомый голос отвлек принцессу от сосредоточенного созерцания.

Мог бы и не спрашивать. Арлетта честно попыталась разобраться в неожиданно нахлынувших образах, облечь их в слова, но напрасно. Ощущение от мимолетного прикосновения к чему-то недостижимо прекрасному дано выразить, пожалуй, лишь поэтам и безумцам. Ни к тем, ни к другим принцесса не принадлежала.

- Здесь все совсем не такое... не то, что я себе представляла. И вы все... другие. - Девушка запнулась, но демон, как ни странно, понял. Хотя чему удивляться: последнее время Арлетте казалось, что Эриан разбирается в ней намного лучше самой принцессы.

Ани и Марги заинтересованно внимали.

- Вы ожидали увидеть воплощение кошмаров? Сгорающие в вечном огне Пламени бездны души убийц, ужасных прислужников короля демонов и прочую ерунду?

Девушка смущенно кивнула: демон, - нет, Крылатый, - очень точно передал ее мысли.

- А вместо этого вас привели в обычный замок в горах. Вы разочарованы. - Эриан не спрашивал, он утверждал.

Арлетте вдруг захотелось заглянуть в непроницаемо-темные глаза демона и признаться ему, что она нисколько не разочарована, что так даже лучше. Ведь это замечательно, когда страшный сон вдруг превращается в прекрасную сказку...

- Если я не соответствую созданному вами образу злодея, я могу, только для вас, конечно, - посланник галантно наклонил голову, - кого-нибудь убить. Вот ее, например. - Эриан указал на замершую от неожиданности Ани.

Служанка всхлипнула и, уронив на пол платье принцессы, испуганно закрыла лицо руками.

- Успокойся, - Ирма ласково погладила девушку по волосам. - Он так шутит.

Слова степнячки помогли прозреть: только сейчас принцесса различила смешинки в глазах демона. А ведь мгновение назад она нисколько не сомневалась, что стоит лишь согласиться, и Ани обречена.

- Он всегда так шутит, а потом еще и удивляется, почему от него все шарахаются, - Ирма уже очутилась рядом с Эрианом и хозяйским жестом положила ладонь на его предплечье. Демон поймал руку степнячки, поцеловав запястье.

- Моя славная девочка, - в голосе демона проскользнули не свойственные ему теплые нотки. - Моя красивая девочка.

Принцесса до хруста сжала пальцы.


Эрхат.

Ирма


Ирма привычным жестом потянула Эриана за выбившуюся прядку.

Ну что с ним делать? Напугал влюбленную дурочку до полусмерти. И это - существо, обладающее тысячелетним опытом и знанием? Сумасбродный мальчишка. Знает, что хорош собой, вот и позерничает. Нравится ему, видите ли, производить впечатление. Особенно отрицательное. Разве можно такому верить? А ведь его порой сам Ирилур побаивается. Да что там говорить, способен Эриан глянуть так, что даже ее саму пробирает. Плещется в глазах черное Пламя, обжигает. И только ты убедишься, что сидит перед тобой допущенный к тайнам провидец и безжалостный убийца, проникнешься серьезностью момента, он глупой выходкой разом разрушит впечатление. Ой, Эри, Эри...

Несмотря на проведенные рядом с Крылатым годы, Ирма до сих пор не умела определять, где в этих переплетениях масок и вымышленных образов - настоящий Эриан. Какой он на самом деле. Одно слово, Крылатый...

Зато она научилась разбираться в чувствах других. Читать, словно раскрытую книгу, затаенные помыслы и желания.

Со слугами все ясно: глупая девчонка влюбилась без памяти, а старухе это очень не нравится. Вон, губы поджимает и глазом косит - точь-в-точь подлая брыкучая кляча на конюшне.

С принцессой было намного сложнее. Вроде бы честная, и не мнит себя невесть чем. Но не нравилась она Ирме. Не нравилась, и все тут.

Ощущалась в подобной открытости, в эдаком вечно щенячьем восприятии мира некоторая фальшь. Легкий привкус, слабый запах дыма от отдаленного костра. Не присматриваясь, и не заметишь. Будто человек давно и увлеченно играет выбранную роль, и уже сам не в состоянии разобраться, где ложь, а где - правда. Или, наоборот, очень хорошо разбирается, когда он настоящий, когда - обманка для окружающих, и оставляет себе тоненькую связующую ниточку, пуповину, чтобы не потеряться окончательно, оказавшись пленником собственного воображения.

Что пряталось за нарочитой наивностью, Ирме еще предстояло выяснить, но в одном она была уверена уже сейчас: чары Эриана действовали и на гостью. Как бы та ни старалась опровергнуть очевидное.


Эрхат.

Ани


Когда-то в детстве мать рассказывала Арлетте сказки о прекрасных рыцарях, предпочитавших капризным принцессам скромных девушек из простых семей. Дочь Илиаса весело смеялась над наивностью историй, не принимая их всерьез. А слушавшая за компанию Ани верила, как только может верить в чудо юная, еще не изведавшая разочарований особа.

Ани частенько представляла себе, как однажды распахнутся двери, и войдет Он, благородный красавец, воплощение девичьих грез. Как Он, не обращая внимания на недовольную принцессу, опустится на колени у ног Ани и признается ей в страстной любви. Потом на белом коне увезет избранницу в далекую страну, чтобы сделать своей королевой, а посрамленная Арлетта следит за ними из окна.

Но так, к сожалению, рисовалось лишь в мечтах. В настоящей жизни благородные лорды почему-то предпочитали благовоспитанной служанке корчившую из себя гвардейского капитана принцессу.

И в сердце Ани поселилась зависть. Если бы вдруг Арлетта узнала, как сильно тихая и исполнительная служанка ее ненавидит, она бы ужаснулась. Принцесса не умела ни ткать гобелены, ни вышивать шелками, ни играть на лютне. То есть не обладала необходимыми, по мнению Ани, любой порядочной даме навыками для успешного замужества. Вместо этого свободное время Арлетта проводила либо в библиотеке, копаясь в пыльных книгах, либо носясь верхом по округе и охотясь на несчастных мелких тварей. Дочь Илиаса не проявляла уважения к благородным лордам, и, хотя ее учили вести изящные светские беседы, всегда была прямодушна до грубости. Но, тем не менее, большинство известных Ани мужчин отзывались об Арлетте с восхищением. Девушку раздражала такая несправедливость, она считала принцессу мерзкой и невоспитанной лгуньей, к тому же не очень красивой, и искренне недоумевала, почему притворщицу до сих пор не разоблачили.

Что поделать... Дочери короля по праву рождения разрешено многое. И Ани оставалось только ждать.

Она приучила себя являться по первому зову взбалмошной принцессы, начала ориентироваться в библиотеке и отличать лук охотничий от лука огородного, сносить неожиданные приступы бешенства и не падать в обморок при виде крови. Ненависть поутихла и даже сменилась невольным любопытством: "Что еще выкинет эта сумасбродка?"

Но тут появился Он.

События в точности повторили придуманные фантазии. Из далекой страны явился благородный рыцарь, правда, на черном коне, прекрасный и загадочный. Но, к сожалению, подобно прочим, Эриан сразу угодил в ловушку лживой принцессы. Ходил за ней следом, говорил комплименты...

Ани уже давно лелеяла в душе намерение отравить Арлетту, и только боязнь неминуемой кары Всевышнего удерживала ее руку от преступления.

Девушка привыкла считать принцессу единственной соперницей, а потому появление Ирмы ее потрясло. Нет, конечно, у столь привлекательного лорда должны были оказаться любовницы, но Ани не ожидала, что Эриан выберет старуху. Хотя так даже лучше. Время Ирмы на исходе, поэтому ее не стоило считать серьезной противницей. К тому же безродная степнячка не обладала таким опасным оружием, как звучный титул и высокое происхождение. Со всем остальным можно спорить.

Поэтому сейчас, глядя на следящую за Эрианом и Ирмой и просто позеленевшую от ревности принцессу, Ани была довольна.