Матюшина Антонина: другие произведения.

Morrowind: Куда вас, сударь...

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
  • Аннотация:
    Фанфик по TES-III: Morrowind. Узник, которому велением императора Уриэля VII предстояло стать новым Воплощением, умер в столичной тюрьме. Его место пришлось занять молодому агенту Клинков - альтмеру, в младенчестве потерявшему родителей от рук пиратов при переезде с Самерсета и рожденному под тем же Знаком, что и умерший... ПИШЕТСЯ. Глава 35 полностью


   Часть I. Нереварин
   Hac in hora
   Sine mora
   Corde pulsum tangite
   Quod per sortem
   Sternit fortem
   Mecum omnes plangite (1)
   Era "The Mass"
  
   Глава 1. "На восток... В Морровинд..."
   В крошечном окошке кареты показалось лицо сопровождающего.
   - Омейни, - тихо произнес он.
   Элемар в ответ нервно кивнул.
   Омейни. Значит, они уже в Морровинде, в регионе Стоунфоллз, кажется - альтмер не слишком хорошо помнил географию востока Империи. К тому же события последних недель совершенно его вымотали, поэтому, когда карета проезжала через Врата Септима, отделяющие Морровинд от центральной имперской провинции, альтмер спал, невзирая на немилосердную тряску - рессор у тюремной кареты не было, видимо, чтобы перевозимые в ней преступники не расслаблялись. А проснувшись, понял, что даже приблизительно не представляет, где находится, и с тех пор пребывал в состоянии, далеком от душевного спокойствия и довольства жизнью. И нельзя сказать, что тому не было никаких причин.
   Началось все с вызова в Храм Грозового Когтя на короткий инструктаж, суть которого сводилась к немедленной отправке в Сиродиил для получения дальнейших указаний. Потом была двойная переброска из Вэйреста в столицу через Кватч и неприязненные физиономии магов, не прояснившиеся даже по предъявлении документов, подписанных главой Гильдии Магов. Возможно, потому что подпись принадлежала главе не сиродиильской Гильдии... И, наконец, короткая, ничего не прояснившая беседа с мастером-шпионом по прибытии в столицу: что-то про заключенного, место которого он, Элемар, должен был занять... Причем объяснения эти давались по пути в тюремные казематы. Прямо на ходу.
   Идти, к слову, пришлось извилистыми подземными туннелями, тянущимися, по словам проводника, под всем городом - якобы для того, чтобы физиономию эльфа не увидели "те, кому не надо". Но сам Элемар подозревал, что дело тут совсем в другом - тяжёлый воздух коллектора, пропитанный зловонными миазмами нечистот, оказался почти ядовит для непривычного альтмера. Или же дело было в непонятном зелье, которое влил в него сопровождающий, когда эльф от непереносимой вони едва не потерял сознание? Неспроста же у него оставшиеся два дня до отправки отчаянно болела голова, да и общее состояние было далеко не бодрым. И, к слову, как он оказался в камере, вспоминалось слишком смутно. То подобие инструкций, которые ему сподобились дать, помнил хорошо, а все остальное... Так что у тюремной охраны хлопот с ним не было - Элемар был слишком болен. К тому же у него сложилось впечатление, что охранники то ли не заметили подмены, то ли точно о ней знали. По крайней мере, некоторые. И подслушанный во время пересмены разговор перед дверью его камеры его в этом не разубедил:
   "О, этот остроухий еще живой? Чего, кстати, башка у него замотана?"
   "А что ему сделается? Этот придурок башкой об стену долбился, пока не вырубился. Мы уж было решили, что все, только самую малость подлечили, на всякий случай... сам, небось, слышал".
   "Ну, кое-чего слыхал".
   "Во-от. Подлечили, стало быть, мы его. Башку разбитую, опять же, замотали... кровищи было... думали, не жилец уже, до утра не дотянет. Нету в человеке столько крови, сколько с него натекло. И в эльфе нету. Даже в альтмере. Ан нет, вон он сидит... ну, сейчас-то лежит опять, но сидел - я видел. И молчит. Выорался, видать. И меня, знаешь ли, это вполне устраивает. Правда, не жрет ничего... хотя с больной головой это бывает. Но ты жрачку ему давать все же не забывай, а то мало ли, уморишь еще".
   "А что за суета вокруг него вообще?"
   "Не знаю и знать не хочу. И тебе любопытствовать не советую. А если им кто интересоваться будет - про его выкрутасы помалкивай. Так оно спокойнее будет. И это... не трогай его. А то еще, чего доброго, опять Пелагия(2) справлять начнет. А мы виноваты останемся, если даэдров эльф все-таки сдохнет. Оно тебе надо?"
   Элемар тогда поправил повязку на голове, скрывавшую приметные волосы, и отвернулся к стене. Ничего нового он, в общем-то, не услышал, но некоторые моменты все равно заставляли задуматься. Провожатый не рассказал о том, кого альтмер должен был заменить - кем он был, какого возраста... за что его заключили под стражу, в конце концов... только то, что умерший узник был сиротой, как и сам Элемар, да родился под тем же Знаком. Два дня назад внезапно сошел с ума и разбил голову о стену, крича что-то вроде "Она здесь! Луна на челе и звезды в её глазах!.. Нет! Не надо, нет!!" А ночью, уже после того, как его утихомирили и подлечили, перегрыз зубами вены на руках и истек кровью. С другой стороны - какая разница, кем был тот несчастный? Зачем он мог понадобиться, вот в чем суть. Но на этот счет у Элемара не было никаких идей, а провожатый ничего об этом не сказал. Не для показательной же казни, в самом деле...
   Да и кто такая эта "звездноглазая", тоже было неясно. Хотя чудилось в этом слове что-то... что-то...
   Странно все это. В любом другом случае про спятившего и умершего заключенного забыли бы уже к утру следующего дня. Но из обмолвок мастера-шпиона Элемар знал, что именно этот бедолага чем-то привлек внимание самого императора Уриэля. Из-за этого и понадобилась подмена.
   В общем, когда за ним пришли, он был тих и задумчив. И задумчивость эта сохранялась до тех пор, пока один из провожатых на одной из коротких остановок "передохнуть и оправиться" не вручил ему сложенный в несколько раз лист бумаги. Вернувшись в карету, Элемар развернул его и с облегчением выдохнул.
  
   "Ученик,
   если ты это читаешь, значит, все удалось, и сейчас тебя везут в Морровинд, на Вварденфелл. Это не то, к чему тебя готовили, но обстоятельства диктуют свои правила.
   Теперь о задании. В Морровинде - где именно, не знаю - тебя встретят. Никаких сведений о тебе нет, документы заполнишь сам, но я бы рекомендовал Знак рождения написать, как есть - от этого многое зависит. Далее: в список выселенцев ты внесен, как Суротано из Даска, боевой маг - по приезде так и укажешь. Так что о "преступном прошлом" не беспокойся - по окончании задания ты сможешь вернуться на материк под собственным именем, если возникнет нужда. В Морровинде найдешь человека по имени Кай, с этим тебе помогут. Его приказы выполнять беспрекословно. Это все. Большего я сообщить не могу. Ж."
  
   На следующей стоянке он без возражений вернул письмо тому же сопровождающему. Вопросов меньше не стало, но, по крайней мере, появилась хоть какая-то определенность. Наставник не стал бы умалчивать, если бы что-нибудь знал. Или... если бы неосведомленность Элемара не была по какой-то причине необходима. Такая возможность, конечно, казалась альтмеру маловероятной, но отмахиваться от неё он не спешил. Мало ли что... Да еще и этот приказ притвориться боевым магом. Нет, подготовки, полученной у Клинков, на это вполне хватало -- но, если именно притвориться для списка выселенцев. Не более того. Скопировать манеру поведения он мог, но Школа Юлианоса -- не Баттлспайр, боевым заклинаниям, серьезным боевым заклинаниям там не учили.
   Морровинд. Действительно, к этому его не готовили. Предполагалось, что он переберется в Валенвуд, куда-нибудь на побережье. Поближе к Саммерсету, где еще во время Имперского Симулякра началось нехорошее шевеление, не прекратившееся по окончании войны Голубого Раздела(3). В Вудхарте, расположившемся на юго-западной оконечности Валенвуда, или к северу от него, в Диссе - крупных прибрежных городах - альтмеров хватало, что давало возможность затеряться среди населения. На сами же острова ему хода не было, кроме как с "гостевой грамотой", изрядно ограничивавшей передвижение и устройство: высокие эльфы Саммерсета чужаков не жаловали куда больше, чем данмеры Морровинда, относясь к людям и представителям других меретических рас c подчеркнутым высокомерием. Да и к таким же альтмерам, но рожденным или, как Элемар, воспитанным за пределами островов, ничуть не лучше. Если не хуже. А пытаться подделать документы... можно, конечно, но, как объяснил в свое время наставник, проще завербовать кого-то из местных. Они не проколются на мелочах, о которых прибывший с материка агент может даже не подозревать, несмотря ни на какую подготовку... Да и внешность Элемара не соответствовала островным "стандартам красоты" - среди похожих в большинстве своем друг на друга пшеничноволосых и янтарноглазых сородичей он, со своей рыжевато-каштановой гривой и темно-карими, почти черными, глазами, выглядел непонятным полукровкой.
   Вот только полукровки-альтмеры на островах Саммерсета не рождались. За их пределами - возможно. В том же Валенвуде, к примеру. На самих же островах каждую эльфийку, вынашивающую нечистокровное дитя - или хотя бы заподозренную в этом - неизменно преследовал злой рок. Несчастные травились собственноручно приготовленной пищей, падали с лестниц, тонули в ваннах, становились жертвами грабителей или заболевали. Как правило, смертельно. В отличие от матери самого Элемара. Иначе бы он просто не родился...
   ...Ровный цокот конских копыт по брусчатке начал постепенно замедляться. Значит, уже скоро. Скоро он выберется из распроклятой кареты на свежий воздух. Где только искать этого Кая... не спрашивать же у прохожих.
   И тут Элемар вспомнил, что говорилось в переданной ему записке.
   Где, во имя богов, были его глаза? И чем был занят его разум? Его отправляют на Вварденфелл, как и многих других, приговоренных имперским судом к ссылке на поселение. На остров, поглоти его Обливион!
   Нет, против самого по себе пребывания на острове альтмер ничего не имел, тем более что конкретно этот остров был довольно велик. Проблема была в том, как туда попасть. Способов было два: первый - стационарные порталы в крупных городах, вроде того, которым он добрался до столицы, второй - по воде. И Элемар совершенно точно знал, каким именно пользуются имперцы для доставки ссыльных на Вварденфелл.
   Корабль.
   Море альтмер не любил. И если запах соли с раннего детства вызывал в нем не настолько сильное беспокойство, чтобы лишить Элемара развлечений, привычных для большинства мальчишек, выросших на побережье, то с кораблями дело обстояло куда хуже. Их альтмер просто не выносил. Первое в его сознательной жизни посещение порта закончилось печально: едва учуяв характерный запах просоленной древесины, Элемар застыл напуганным кроликом, а потом рванул прочь. Нашли его не сразу, так что следующая неделя запомнилась ему жгучей болью в заднице - обозленный воспитатель приюта выпорол его, не жалея розог - и несильным, но постоянным голодом, поскольку для лучшего усвоения урока его на несколько дней перевели на хлеб и воду. Да и потом, когда он стал подрабатывать, доставляя записки в разные концы города, как и многие другие мальчишки из приюта или Нижних кварталов, порт он старался обходить стороной. Торговцев, привыкших к исполнительности тощего рыжего эльфёнка, это удивляло и порой раздражало, но тут он был твёрд. Пары вылазок, во время которых он едва не рехнулся от страха, ему хватило, чтобы убедиться - в порту ему делать нечего.
   Причины этой своей неприязни Элемар узнал значительно позже, уже попав в Храм Грозового Когтя - мастер-шпион, учеником которого он стал, позаботился о том, чтобы выяснить о происхождении мальчишки всё, что можно, благо способы у него имелись. Оказалось, что в самом начале своей жизни Элемару довелось на довольно долгое время остаться с морем один на один. Тогда ему повезло, как, наверное, никому более - "Крыло удачи", торговый корабль из Вэйреста, направлявшийся в Фёстхолд, обнаружил неуправляемое судно с Саммерсета - корабли высоких эльфов значительно отличались своей конструкцией, а потому были легко узнаваемы. Чумного флага на мачте "Хрустального грифона" - именно такое название носил найденный корабль - моряки не обнаружили, поэтому рискнули отправить небольшую группу на разведку. Разведчики вернулись довольно скоро и не с пустыми руками, доставив на "Крыло" чуть живого от голода годовалого мальчишку-альтмера с рыжим, точно лисий мех, пухом на голове и весть о том, "Грифон" подвергся нападению пиратов. Как вышло, что они оставили эльфёнка в живых и не затопили корабль, никто объяснить не смог и - по мнению Элемара, много лет спустя прочитавшего выписки из судового журнала "Крыла удачи" - не слишком об этом задумывался, списав на прошедший накануне шторм. Судя по записям, капитана куда больше волновало, как привести оба судна в Фёстхолд: за спасение "Хрустального грифона", не имевшего неустранимых повреждений, владелец, он же капитан "Крыла удачи" мог получить щедрое вознаграждение.
   Корабль он, к слову, привел. И награду за него получил... вместе с найдёнышем в качестве довеска, поскольку судьба последнего никого из его сородичей не интересовала. Альтмеры просто делали вид, что спасенного эльфёнка не существует, а если и есть какой-то младенец, то к жителям Саммерсета он не имеет никакого отношения.
   Весьма характерно для альтмерского общества, кстати. Особенно если учесть, что подавляющая часть "самого культурного из народов Нирна", как скромно величают себя сами высокие эльфы, пребывает в уверенности, что за пределами островов Саммерсета "жизни нет". Причем, похоже, что в самом прямом смысле. Ну да, ну да... а торговые и военные корабли Империи вываливаются прямиком из Обливиона, не иначе... И, по-видимому, туда же потом и возвращаются. С таким мировоззрением не удивляет практика высылки "неугодных" или же отбракованных, чтобы "не нарушать чистоты крови". Неизвестно, к какой категории относились погибшие от рук пиратов родители Элемара, но, возможно, покинуть острова их заставило именно нежелание избавляться от сына, чья нетипичная внешность наверняка вызывала пересуды соседей, если не открытые обвинения в адрес матери. Теперь уже правды не узнать, хоть и думать именно так было приятно. Однако альтмер был искренне благодарен островным сородичам за проявленное ими стойкое равнодушие и отсутствие фальшивого участия в его судьбе. В противном случае его жизнь окончилась бы через несколько минут после передачи в руки "обрадованных родственников". Обычная участь "ненужных" детей на островах Саммерсета...
   Хотя капитана "Крыла удачи", по всей видимости, незнакомого с некоторыми особенностями альтмерского общества, такое отношение высоких эльфов к маленькому сироте возмутило до глубины души, что он не преминул отразить в судовом журнале. Элемар не мог сдержать усмешки, читая выписки оттуда - самыми безобидными эпитетами были "желтопузые остроухие мерзавцы" и "косоглазые надутые рожи": разгневанный хаммерфеллец в выражениях не стеснялся. Несмотря на то, что сам Элемар был чистокровным альтмером, симпатии к народу, отказавшемуся от него, он не испытывал. Капитан же по возвращении в Вэйрест пристроил найдёныша в Королевский сиротский приют, назвав его Элемаром. Последняя запись гласила, что с именем капитан явно не угадал, но расслышать, как именно звали мальчишку, так и не сумел - на вопрос "как тебя зовут?" слишком маленький, чтобы суметь внятно произнести своё имя, зарёванный эльфёнок, давясь слезами, лопотал нечто, что хаммерфеллец записал как "Эле-ай" и "Эльвай". Элемар потом долго пытался вспомнить этот эпизод. В том числе и с использованием зелий, ненадолго проясняющих сознание, но обладающих неприятными побочными эффектами, а потому к употреблению не рекомендованных. Цели своей он не достиг, зато обеспечил себе красочные кошмары с участием какой-то рыжей эльфийки, с визгливым хохотом отрезающей ему обе стопы, и сильные головные боли на целую неделю, а впридачу - выговор от своего наставника в Школе Юлианоса в Вэйресте, где в то время жил и учился. Кошмары - точнее, один-единственный жуткий сон с вообразившей себя мясником безумной бабой - ему иногда снились до сих пор.
   Вопреки ожиданиям и - как иногда казалось самому альтмеру - стараниям воспитателей, Элемар выжил и относительно благополучно дотянул до того дня, когда ему повезло попасть на глаза тогда еще молодому агенту Клинков по имени Жоффрей, его будущему наставнику, и перебраться из "жемчужины залива Илиак" в Храм Грозового Когтя. Несмотря на то, что довольно скоро - через каких-то полгода после окончания Имперского Симулякра, как потом назвали последние десять лет третьего столетия - Жоффрей уехал в Сиродиил и оставался там многие годы, альтмер остался искренне привязан к нему и чтил, как учителя и отца, несмотря на смешную по людским меркам разницу в возрасте. Наставник вернулся только семнадцать лет спустя, ненадолго приехав после странных событий, когда пространство и время во всем Хай Роке пустились в пляс(4). Храм Грозового Когтя, оказавшийся в стороне от эпицентра событий, не пострадал, но даже его обитатели заметили некоторые странности. Что именно произошло, ученикам не говорили, но по слухам, полноправные члены ордена Клинков всех рангов несколько месяцев выясняли малейшие подробности случившегося. Именно с помощью Жоффрея Элемар, несколько раз сопровождавший его в поездках по побережью залива Илиак, научился бороться со своим страхом. Беда в том, что окончательно победить его альтмер так и не сумел - даже недолгое пребывание на корабле по-прежнему было для него сродни пытке.
   И теперь он совершенно не представлял, как ему вынести предстоящее плавание через Внутреннее море из Старого Эбонхарта до Вварденфелла.

***

   - Проснись... Почему ты дрожишь? Ты в порядке?
   Тихий голос разорвал пелену тяжёлых видений. Элемар вскинулся и кубарем вывалился из гамака, ведомый единственной мыслью - "бежать!"
   - Стой, куда ты? - цепкие пальцы ухватили за плечо, удерживая от столкновения лицом с переборкой.
   "Джиуб", - вспомнил немного отошедший от сна Элемар, разглядев нежданного помощника - рослого жилистого данмера средних лет с лысым, как коленка, черепом и длинным неровным шрамом на пол-лица. Правый глаз темного эльфа затянула молочно-белая пелена, но левый был тревожно сощурен. Благодарно кивнув все еще придерживающему его соседу, альтмер потряс головой и выпрямился, насколько позволял низкий потолок каморки - паника, выбросившая его из гамака, рассеялась без следа, сменившись легкой настороженностью.
   "Что за?.. Какого хрена?" - мелькнула смутная мысль.
   - Ну, ты и соня, - ухмыльнулся Джиуб, убедившись, что все в порядке. - Тебя даже вчерашний шторм не разбудил!
   Шторм? Элемар невольно вздрогнул. Он не помнил, как вчера отключился.
   - Да что там шторм, - данмер покачал головой, то ли осуждая, то ли восхищаясь, - ты не проснулся, даже когда тебя выбросило из гамака!
   Что? Альтмер немедленно потянулся к затылку, только сейчас ощутив ноющую боль в голове. И не слишком удивился, обнаружив у основания черепа немаленьких размеров шишку. Удивляться, скорее, следовало тому, что он при падении не сломал себе шею.
   - А как... впрочем, понятно. Обратно меня ты уложил?
   - Ага, - хохотнул Джиуб, - та еще задачка: качка, болтающийся взбесившейся соплёй гамак и откормленный альтмер, которого в эту даэдра драную колыбель надо засунуть. Я упарился. Тебе, кстати, сильно повезло, парень, что я не жопник(5) какой-нибудь. Такие, как ты, молоденькие да гладенькие, в тюрьме обычно заместо баб бывают. Кто другой на моем месте уже бы присунул, пока ты в отключке был. Но это не для меня, - данмер брезгливо поморщился.
   Элемар кивнул, безмолвно благодаря.
   Когда его вместе с остальными погрузили на тюремный шлюп(6), присутствие Джиуба помогло справиться с боязнью - разговоры с ним под хриплую ругань из-за тонких дощатых стен неплохо отвлекали внимание от страха перед плаванием и не давали расслабиться... особенно после рассказов данмера о его прошлом. В частности, Джиуб откровенно и с толикой юмора - типично данмерского, разумеется - поведал, как угодил на этот же корабль: его поймали на месте совершения убийства, которое было делом не его рук... Впрочем, жертвой правосудия данмер не был: матерый убийца Джиуб в этот раз просто не успел - кто-то управился до него(7). В чем он немедленно признался прибывшей по вызову страже. Те, по его словам, настолько обалдели, что даже не стали его бить перед тем, как бросить в темницу. На вопрос Элемара "зачем?" данмер только пожал плечами "а хрен его знает... просто подумал - а почему нет?" Рассказывал он и о том, что хотел бы завязать с преступлениями, начать новую жизнь, только не знает, как. Совета Джиуб, впрочем, не просил.
   Но чего альтмер совершенно не помнил - это когда он уснул. И почему-то боялся вспоминать, что ему снилось. В памяти крутились разрозненные обрывки: какая-то пустошь, багровая в лучах заходящего солнца, с обугленными остовами давно погибших деревьев... стегающий ее злой ураган, поднимающий в воздух неисчислимое количество пепла... тонкий серп Секунды в темном ночном небе... стремительно несущаяся к земле луна... и отзвуки вкрадчивого женского шепота: "Не бойся, я слежу за тобой. Ты был избран..."
   Вспомнился рассказ мастера-шпиона из Имперского города о том, другом альтмере - сошедшем с ума в подземельях имперской тюрьмы. Перед тем как убить себя, он кричал что-то про "звездноглазую"... и, хотя Элемар вроде бы никого в этом своем сне не видел, в душе его крепла уверенность, что этот сон неспроста.
   "В Обливион такие сны!" - зябко поежился альтмер.
   Избранным Элемар быть не хотел. Внимание со стороны богов, судя по известным ему легендам, всегда обещало их избраннику множество неприятностей. В песнях и сказаниях это, конечно, называлось приключениями, но суть была именно такова. Героические подвиги - это здорово... но только тогда, когда их совершает кто-то другой. Он, а не ты, прорубается сквозь бесчисленные орды врагов, оказывается на краю гибели из-за предательства друзей, страдает от ран и насланных врагами проклятий и внезапно чудесно исцеляется... В общем, совершает все то, о чем потом сложат песни, которые ты удовольствием будешь слушать, сидя у горящего очага в теплой таверне с кубком вина или кружкой пива в руке.
   С другой стороны, это могло быть просто порождением уставшего от чрезмерной секретности разума. Слишком многое вокруг него в последние дни было скрыто завесой тайны. Элемар раздраженно поморщился - насколько он знал, внутри ордена разводить излишнюю секретность было не принято. Все необходимые для выполнения задания сведения предоставлялись, по возможности, в полном объеме. Но не в его случае: все, что он получил - это набор указаний "явиться-подчиняться" то одному, то другому резиденту да малоинформативную записку от наставника, переданную явно в тайне.
   Радовало только одно - судя по всему, он уже на Вварденфелле.
   - Нас скоро выпустят, - радостно сообщил Джиуб, - слышишь? Остальных уже выгоняют на палубу.
   И действительно - за дверью явственно был слышен топот нескольких пар ног, сопровождаемый громкой забористой руганью:
   - Быстрее, крысьи дети! Шевелите костями, Малаката вам в глотки!
   - Парень, с тобой точно все хорошо? - данмер вдруг тревожно вгляделся в покрытое потом лицо Элемара. - Ты что-то неважно выглядишь...
   - Нет, - альтмер выдавил из себя слабую улыбку, хотя ему все больше хотелось высадить эту самую дверь и выскочить наружу - страх, почему-то внезапно исчезнувший в первые минуты после пробуждения, вернулся. - Все хорошо. Просто не могу... долго... тесно тут, - путано пояснил он.
   - А-а, знаю, - понимающе кивнул одноглазый. - Бывает. Знавал я на материке одного бретонца. Он вообще тесноты не выносил - ему все казалось, что на него стены падают. Даже спать под крышей не мог. Чудной парень был... пока не пропал. М-да... Так что ты еще молодца - вон сколько уже держишься.
   Лязгнул засов, и дверь в их каморку распахнулась.
   - Вы двое - на выход! И поживее!
   Данмер тут же как-то ссутулился и... не вышел - по-крысиному прошмыгнул сквозь дверь, тихо бросив напоследок:
   - Нам лучше сделать, как он говорит...
   Удивлённый Элемар последовал за ним.
   Выбравшись из трюма, альтмер ненадолго задержался на палубе, пытаясь отдышаться и жестом показав оглянувшемуся было Джиубу, чтобы тот его не ждал. На недовольные требования корабельной команды "быстрее шевелить костями" в сторону трапа и заявление одного из охранников "чем раньше ты свалишь, тем быстрее мы сможем отплыть" он предпочел не обратить внимания, тяжело опустившись на свернутые в бухту канаты и закрыв глаза - переждать внезапно накатившее головокружение. Все равно, судя по ленивой возне корабельной команды, до отплытия еще немало времени, так что, если он тут недолго посидит, ничего страшного не случится. Впрочем, он не собирался испытывать чужое терпение слишком долго, да и задерживаться на шлюпе не испытывал ни малейшего желания. Все же не везет ему - второй раз в жизни он путешествует на корабле и второй же раз выживает каким-то чудом. Нет, возвращаться с Вварденфелла на материк он будет только порталом...
   На причале Элемара встретил один из младших офицеров Легиона, сердито напомнив, что, хотя по прибытию в Морровинд альтмер формально уже считается свободным, в действительности таковым он станет только после обязательной процедуры регистрации новоприбывших. И чем скорее он ее пройдет, тем лучше для него же. Более того, решив, видимо, лично проследить, чтобы ссыльный опять не застрял где-нибудь по дороге, легионер проводил его до самых дверей в здание имперской канцелярии.
   Внутри его ждал пожилой бретонец, о чем-то негромко беседующий с еще одним офицером. При виде Элемара он заметно оживился, достал какой-то формуляр и начал его заполнять, время от времени задавая вопросы. Некоторые альтмера озадачили. Вопросы о чистокровности и роде занятий - он, как и было рекомендовано в записке, сказался Суротано, боевым магом - были вполне объяснимы: в Империи Тамриэль, объединившей практически все народы, проживающие на материке и вокруг него, иногда встречались потомки самых неожиданных союзов... И пусть облик и расовые способности они всегда наследовали от матери, от отцов им иногда доставались довольно неожиданные таланты(8). Да и его собственная внешность, опять же, была нетипичной для альтмеров, что тоже могло послужить причиной для вопросов. Но вот зачем понадобилось указывать Знак рождения, от его понимания ускользнуло. Однако, помня совет наставника из той же записки, альтмер честно сообщил, что родился под Знаком Ритуала, в месяц Утренней Звезды. По крайней мере, именно это было указано в его документах при оформлении в Королевский сиротский приют. Да и... некоторые способности, о которых в официальной "Астрологии", составленной неким Ффулке, стыдливо упоминалось, как о "различных, в зависимости от положения их Лун и богов", указывали на правильность такого определения. По крайней мере, кошку, поднятую еще в бытность приютским подростком, альтмер запомнил надолго. Тощий кособокий трупик с облезлой шкуркой, без нижней челюсти и с горящими жутким синим огнём глазами, таскался за ним следом целый час, прежде чем рассыпался горсткой сизого пепла. Веселье было уже много позднее - когда после одного из занятий в Школе Юлианоса, посвященных заклинаниям Школы Колдовства, он рассказывал однокашникам, как пытался удрать от им же самим поднятого зомби. А тогда было просто страшно. К тому же об этой способности было не принято рассказывать - занятия некромантией в большинстве имперских провинций не поощрялись. А в Хаммерфелле и здесь, в Морровинде, вообще были объявлены незаконными. Так что продемонстрировать способность, пусть и врожденную, к поднятию мертвых - верный способ изрядно и совершенно не добровольно облегчить кошелек в пользу здешнего Храма и испортить репутацию в глазах местных. И настроение на долгое время тоже.
   Но Знак, как он узнал много позднее, также давал способность к упокоению нежити и возможность исцелить тяжелейшие раны. Если вовремя догадаешься воззвать к этой способности, конечно.
   Выданную после заполнения регистрационных формуляров справку об освобождении надлежало заверить у некоего капитана Селлуса Гравиуса. О человеке по имени Кай не было сказано ни слова. Зато Элемар с удивлением узнал, что ему полагается некоторое пособие. Первая радостная весть с тех пор, как он покинул Храм Грозового Когтя. Впрочем, размер пособия оказался неизвестным, и альтмер мог побиться об заклад, что всех причитающихся денег ему не отдадут. Хорошо, если расщедрятся на половину суммы... Как частенько говорил наставник Жоффрей - "так работает Империя". Правда, он-то имел в виду нечто иное... С другой стороны, эту фразу он повторял достаточно часто и по разным причинам, так что применительно к процветающей в провинциях коррупции эта фраза подходила ничуть не хуже.
   Почесывающий зудящую шишку на затылке альтмер направился к капитану Гравиусу, находящемуся, как следовало из объяснений, в соседнем здании, напряженно думая, где ему искать этого самого Кая - в чужой стане, без денег, то есть, почти без денег, без поддержки...
   Из размышлений его вывело тихое звяканье под ногой. Машинально нагнувшийся за находкой эльф обнаружил, что запнулся о выроненную кем-то связку(9) отмычек. Еще одной неожиданной находкой стало узкое кольцо с почти нечитаемой гравировкой, едва заметно кольнувшее пальцы, стоило его коснуться. Присмотревшись, альтмер разглядел почти стертый символ Школы Восстановления, указывающий на тип зачарования. Не самоделка, значит - в королевствах Хай Рока мастера-ювелиры ставили такой оттиск на кольцах и кулонах, если заказ был от Гильдии Магов, альтмер помнил это с занятий, посвященных основам зачарования.
   Подумав, что пренебрегать даром судьбы было бы глупо, он спрятал отмычки в пояс. Кольцо после неудачной примерки - пальцы бывшего владельца были заметно тоньше - тоже. Кроме того, оглядевшись, Элемар ненадолго задумался над возможностью поправить свое положение за счет канцелярии... и отбросил эту мысль. Сейда Нин - да, он спросил о месте прибытия у легионера, встречавшего его на пристани - это маленький рыбацкий поселок, где все всё обо всех знают. Единственное, что отличает его от множества других - это Имперская канцелярия береговой охраны. И если некий альтмер из только прибывших "новопоселенцев" притащит местным торговцам вещи из этой самой канцелярии... Элемар вздохнул и решил, что быть пойманным на продаже краденого ему совсем не хочется. Тем более, в первый же день. Следовательно, придётся рассчитывать на обещанные "подъёмные" и срочно искать возможность заработать относительно честным путём.
   Нет, чтобы незаметно стянуть приглянувшуюся вещь, умений альтмера как раз хватало: полуголодное приютское детство заставило его научиться тайному проникновению туда, где его не ждут, и незаметному изъятию того, что ему не принадлежит, а полученная у Клинков подготовка отточила эти навыки и помогла приобрести новые, в том числе на случай выполнения более грязной работы. На благо Империи, разумеется.
   Ознакомившись с предъявленными документами, Гравиус чему-то кивнул, удовлетворенно угукнул и открыл стоящий рядом со столом шкаф. На потемневшую от времени и не слишком чистую столешницу упал небольшой тихо звякнувший мешочек. Следом капитан положил плоский запечатанный пакет. Сверху лёг свиток, не скрепленный печатью. Закрыл шкаф и жестом предложил Элемару присесть.
   Альтмер удивился, но сел на ближайший стул, стараясь не ёжиться под внимательным жестким взглядом капитана. А тот помолчал, откинулся на спинку стула, прикрыв глаза, и негромко размеренно заговорил:
   - Итак, господин Суротано, - уголок рта на имени собеседника едва заметно дернулся, - выйдя через дверь у меня за спиной, вы станете полностью свободным человеком. Ну... почти свободным - вернуться на материк вам вряд ли позволят. Впрочем, все решаемо и это зависит только от вас. Кстати, вы ведь не так долго пробыли в тюрьме, а? Говорят, что у вас были проблемы с головой... и что, когда вы сходили с корабля, вели себя странно... Но это так, к слову... Мое дело - поприветствовать нового "поселенца" на новой родине, в Морровинде, выдать пособие и на том распрощаться.
   Альтмер ненадолго задумался, воспринимать ли услышанное, как оскорбления... и решил не обращать внимания. Помогло то, что в приюте Элемар слышал в свой адрес и не такое. Хотя это было уже очень давно, и он все же успел отвыкнуть.
   - Однако, - капитан открыл глаза и в упор посмотрел на Элемара, - время от времени моей обязанностью являются... м-м... неофициальные беседы с определенными людьми. Например, с вами, господин Суротано из... Даска, так?
   Эльф невозмутимо кивнул. До окончания задания ему предстоит представляться именно так, если не будет особых указаний от руководства. Селлус Гравиус чуть слышно хмыкнул и продолжил:
   - Предупреждая ваши вопросы... Я не могу сказать, почему вы здесь, или почему вас выпустили из тюрьмы. Но ваше освобождение, насколько мне известно, санкционировано лично императором Уриэлем, как и доставка сюда. Загадочно, не правда ли? Но... так работает Империя.
   Капитан усмехнулся, заметив округлившиеся глаза собеседника. И едва заметно кивнул. Элемар немного расслабился. Похоже, капитан Гравиус и есть обещанная помощь в поисках Кая. А сам он - лопух.
   - Это, в общем-то, все, что мне нужно знать, - подытожил капитан. - Но в вашем случае вместе с информацией о вашем прибытии на Вварденфелл был доставлен и этот сверток, - он указал на пакет. - Вам надлежит отнести его в Балмору и вручить человеку по имени Кай Косадес.
   - Как мне его найти? - подобрался альтмер, пряча сверток под рубашкой.
   Мысленно он сделал себе пометку при первой же возможности купить заплечную сумку. Его собственные немногочисленные пожитки остались частью в Храме Грозового Когтя, частью в столице, Сиродииле. Включая такую вот сумку, в которую эльф сложил то немногое, что было ему дорого. Не деньги и не драгоценности - откуда они появятся у приютского сироты, жившего последние годы учеником-помощником при школе Юлианоса? Просто несколько памятных вещиц. Где они теперь - гниют в коллекторах имперской столицы вместе с сумкой, отданной сопровождавшему его агенту? Элемар не знал, но что-то подсказывало, что да.
   - До самой Балморы доберешься на силте, - заметив непонимающий взгляд собеседника, Гравиус пояснил, - силт страйдер - основной вид транспорта на Вварденфелле. Ездового гуара тебе все равно никто не продаст - да и без толку, обращаться с этими тварями только данмеры и умеют - а лошадей тут не сыщешь. Разве только в Эбонхарте есть парочка, привезенная столичными шишками с материка. И то, если и их втихую не свели и не сожрали - у данмеров, особенно здешних, конина считается деликатесом. Впрочем, еще год-два на тутошних харчах и я, наверное, тоже так буду считать... - тихо добавил капитан.
   - В общем - или ножками, или силт. А, ты ж не знаешь, наверно... Силт страйдер - это местное гигантское насекомое. Крупнее него я здесь тварей не встречал...
   Элемар припомнил огромную бронированную тушу на высоких суставчатых ногах и кивнул. Перспектива путешествия на таком чудовище его не радовала, но за неимением других способов... альтмер был реалистом и трезво оценивал свои шансы добраться до Балморы пешком, не имея ни оружия, ни какой-либо защиты, ни хотя бы знаний о местных опасных тварях. Они, эти шансы, были настолько малы, что ими можно смело пренебречь. Но узнать, как идти, на всякий случай следовало. Неизвестно, сколько стоит поездка на этом силт страйдере...
   - В самой Балморе, - продолжил капитан, с каким-то непонятным удовольствием расписав альтмеру подробный путь до города... и словно нарочно упомянув при этом множество других названий, точно так же незнакомых эльфу, в качестве ориентиров, - найдешь трактир "Южная Стена". Спросишь там, как найти Кая Косадеса, тебе подскажут, где его искать. Служи ему, как самому императору.
   "Его приказы выполнять беспрекословно", - вспомнил Элемар записку наставника.
   - Это, - мешочек с монетами снова звякнул, переместившись ближе к альтмеру, - положенное пособие. А это, - из шкафа Гравиус вынул еще один, побольше, - платеж на твое имя, - понизив голос, сообщил он, протягивая мешочек эльфу. - Отправитель, надо полагать, тебе известен.
   Альтмер кивнул, пряча деньги. Кто мог ему их отправить, он догадывался - в Тамриэле он был небезразличен только одному человеку. По крайней мере, ему хотелось на это надеяться.
   - Все, парень, - капитан встал, - что мог - я сказал и сделал. Дальнейшее зависит только от тебя самого. Так что давай, проваливай. И... удачи тебе.
  
   Глава 2. Знакомства
   Владельцем найденного в канцелярии кольца оказался не один из ссыльных, как изначально считал Элемар, а местный житель - маленький суетливый босмер по имени Фаргот, похожий на тощего встрёпанного воробья. Это и еще целую кучу самой разнообразной информации - вроде неурочного прибытия корабля с материка и удивительно небольшого количества новых поселенцев он вывалил на голову альтмера, стоило тому отойти от дверей на пару шагов и поравняться с нервно прохаживающимся неподалеку выходцем из Валенвуда. Отдавать кольцо было жаль - на материке зачарованные вещи ценились довольно высоко - но, как оказалось, он от этого только выиграл. Радостно тараторящий лесной эльф немедленно ухватил опешившего от звуковой атаки альтмера за рукав тюремной робы и потащил прочь от здания канцелярии. Как вскоре выяснилось - к торговцу и держателю единственного в поселке трактира.
   Последний оказался альтмером, но, в отличие от Элемара, вполне вписывался в стандарты красоты высоких эльфов - такой же светловолосый и светлоглазый. И, само собой, он не мог не отреагировать на необычный облик сородича. Чем немедленно заслужил мрачный взгляд - вопросами чистокровности Элемара допекли еще в Вэйресте. И если интерес бретонца из Имперской Канцелярии был чисто профессиональным, а потому почти не вызывал раздражения, то снобизм сородичей чем дальше, тем больше вызывал желание набить кому-нибудь... лицо. Просто и без затей. До полного несоответствия альтмерским представлениям о красоте. Благо, умение это делать, оставшееся еще с приютских времен, не успело окончательно забыться.
   Торговец дураком не был, так что только усмехнулся.
   - Добро пожаловать в "Трактир Аррилла", путешественник, - произнес он. - Я - Аррилл, владелец этого заведения и лавки при нем.
   - И мой лучший друг, - встрял Фаргот. - Аррилл, это Суротано из новой партии... - босмер покосился на альтмера и, аккуратно отпустив рукав его рубашки, осторожно продолжил, - из новых поселенцев. Но он хороший! Он нашел мое кольцо!
   В подтверждение своих слов он продемонстрировал трактирщику то самое кольцо, которое несколькими минутами ранее получил от Элемара. И которое теперь красовалось на не слишком чистом пальце хозяина.
   - Это отличная новость, - покивал тот. - Но я бы советовал тебе не показывать его всем подряд, а снять и спрятать в укромное место, пока его снова не отобрали.
   Смотрел при этом трактирщик не на Фаргота, а куда-то вглубь зала. Глянув туда же, Элемар заметил крупного северянина, стоящего на нижних ступеньках лестницы и неотрывно наблюдающего за радостным босмером. Впрочем, лесной эльф тоже его увидел, поскольку мгновенно увял и, стянув вновь обретенное кольцо с пальца, сжал его в кулаке. Скомканно попрощался с Арриллом и Элемаром и, напоследок испуганно оглянувшись на норда, умчался. Тот шагнул, было, с лестницы, но заметил наблюдающих за его действиями альтмеров и, досадливо сплюнув, двинулся обратно на второй этаж.
   - Похоже, кольцо у парня надолго не задержится, - пробормотал Элемар.
   - Боюсь, вы правы, сэра Суротано, - вздохнул услышавшие его слова трактирщик. - Фаргот во многом так и остался ребенком. Это, к сожалению, довольно нередкое явление у представителей его народа. Я, конечно, стараюсь опекать его по мере сил, но... вы сами видели. К тому же у Хрисскара - того норда, что вы видели на лестнице - проблемы с деньгами... и я опасаюсь, что он... Впрочем, хватит об этом. Простите мою бестактность, но вы не похожи на... э-э... обычного поселенца, милостью Империи отправленного на этот благословенный остров, - усмешка, сопровождавшая последние слова, яснее ясного давала понять, что именно думает Аррилл о "благословенности" Вварденфелла.
   - В Империи, как видите, считали иначе, - пожал плечами Элемар.
   Про себя он на все лады костерил агента из столицы, не удосужившегося сообщить ему, какое преступление совершил его предшественник. К расспросам о своем прошлом он был совсем не готов, так что оставалось уповать на альтмерскую тактичность.
   Расчет, к счастью, оказался верен - Аррилл не стал настаивать.
   - У меня с имперцами разные взгляды на многие вещи, - он выразительно покосился на лестницу, где несколько минут назад стоял северянин, - да и ваш недавний поступок говорит сам за себя. Фаргот, конечно, весьма... своеобразен, но он мой друг. Вы поступили благородно, а добрые дела не должны оставаться без награды. Я сделаю вам скидку на выбранные вами товары.
   - Скидка - это хорошо, - благодарно кивнул Элемар, - но меня больше интересует другое. Где здесь можно найти работу?
   - Работу? - трактирщик задумался. - В Сейда Нин вы, пожалуй, ничего не найдете. Вряд ли вам придется по душе сбор муска...
   - Я даже не знаю, что это такое, - хмыкнул Элемар.
   - О... Но запах от общего мускового пруда в данмерской части поселения вы наверняка почувствовали, когда шли сюда. Его просто невозможно не ощутить, - трактирщик выразительно поморщился и пробормотал, - хотя местные его, похоже, даже не замечают.
   Альтмер тоже поморщился, вспомнив странную гнилостную вонь, которую и впрямь ощутил, пока Фаргот тащил его к трактиру. Как такое можно не замечать?
   - Есть еще... - трактирщик замялся, - работа. Но это скорее для... скажем, для бойцов. Интересует?
   - Разумеется, - коль уж назвался боевым магом...
   - В пещере недалеко от порта силт страйдеров засела банда контрабандистов. Местные зовут её Аддамасартус, что бы это ни значило.
   - Банду? - изумленно поднял брови Элемар.
   - Пещеру, - недовольно буркнул Аррилл. - Так вот, жители Сейда Нин были бы благодарны, если бы кто-нибудь эту пещеру... зачистил. Расквартированные здесь легионеры как-то не торопятся это сделать, - поджал губы альтмер. - Видимо, вытрясать последние монеты у местных жителей представляется им более важной задачей. Или же кто-то замазал Сокуция Эргаллу... ну, ты понимаешь, о чем я.
   Альтмер кивнул, вспомнив подпись на выданной ему справке об освобождении. Известие о продажности местных чиновников его не удивило - чего-то подобного он ожидал. О людской любви к серебру он знал еще с детства, когда воспитатели приюта за некоторое вознаграждение продавали "достойным господам" с масляными глазами симпатичных подростков для утех. Элемара не предлагали - "костлявое остроухое пугало" никого не привлекало, и, как потом рассказывал Жоффрей, обошлось ему удивительно дёшево, когда Клинок, притворившись таким же "достойным господином", пришел в приют за примеченным эльфёнком.
   Кстати, о серебре...
   - Вознаграждение?
   - Никакого, если ты о деньгах, - вздохнул трактирщик. - Говорю же, похоже, кто-то приплатил Эргалле, чтобы он закрыл глаза на... некоторые вещи.
   Элемар нахмурился. Если нет награды, то какой ему смысл рисковать головой? Да еще, судя по всему, в обход местной администрации?
   - Но я, - продолжил Аррилл, - дам справедливую цену за все те вещи, которые ты там добудешь. Не ту, по которой обычно покупаю товары у... новопоселенцев. Или обменяю на те вещи, которые будут тебе нужны.
   - Буду иметь в виду. А пока покажи, что у тебя есть. Золота у меня немного...
   - Извини, - быстро перебил трактирщик, - в долг я ничего не дам. Я здешнему-то сбро... гм, местным жителям кредитов не предоставляю, а ты здесь, уж извини, совсем недавно...
   - Что? - удивился Элемар, - а, нет, не надо в долг. Просто подбери что-нибудь простое, но добротное. Может, я и впрямь схожу в ту пещеру... кстати, ты не подскажешь, как отсюда добраться до Балморы? Кроме как на силте, конечно...
   В мешочке, переданном Гравиусом, оказалось восемьдесят семь серебряных(10) септимов. Почти девять золотых "драконов"(11), прикинул Элемар. Не так уж плохо, даже с учётом того, что имперская канцелярия по налогам и сборам содрала целого "дракона" за перевод, да три серебряных наверняка ушли в казну морровиндского наместника. Вернее, короля Морровинда, как его там... И ещё три золотых он получил, как пособие. Тоже серебром. Что ж, удобнее будет расплачиваться. Хотя вряд ли это можно считать проявлением заботы со стороны имперских чинов - альтмер краем уха слышал о каких-то махинациях с чеканкой серебряных монет, приведших к их фактическому обесцениванию. Тем не менее, серебряные "башни" и медные "шлемы" имели в народе более широкое хождение, чем золотые "драконы", которых основная часть жителей Империи за всю свою жизнь могли ни разу не увидеть.
   Полчаса спустя кошелек альтмера почти опустел, но зато Аррилл подобрал ему сносного качества короткий железный меч и неполный комплект доспехов из хитина. Полного у него не оказалось, да и толку - денег и так хватило едва-едва. Крепкий и вместительный заплечный мешок стал подарком от трактирщика, тонко намекнувшего, что неплохо было бы заполнить его трофеями из Аддамасартуса. Две оставшиеся после покупки снаряжения "башни" Элемар, вспомнив, что не ел с прошлого вечера, потратил на сытный обед.
   Лезть в пещеру не хотелось. Совершенно. Без подготовки, без зелий, без нормального снаряжения и оружия - купленное было непривычным и альтмеру категорически не нравилось - предприятие было настоящей авантюрой, сулящей не столько прибыль, сколько неприятности. Но пустой кошелёк недвусмысленно давал понять, что в Балмору он в ближайшее время не попадёт. А ночевать будет где-нибудь под кустом, на радость местным хищникам - на вопрос о ночлеге Аррилл со вздохом указал на прибитый к стене возле стойки лист плотной бумаги. На нем был записан довольно длинный список запретов и ограничений, наложенных на владельца трактира, подписанный Советниками Дома Хлаалу. В числе прочего там был и запрет сдавать комнаты "бродягам, бездомным и иным подозрительным личностям" под угрозой закрытия "клуба", как был поименован в документе трактир. Учитывая, что сам Элемар прибыл на остров под видом такой вот "подозрительной личности", запрет касался его в полной мере.

***

   Вопреки ожиданиям, зачистка пещеры оказалась проще, чем альтмер предполагал. Контрабандистов было всего пятеро, все данмеры, из них двое были в стельку пьяны. По крайней мере, казались таковыми - об этом свидетельствовали небольшие бутылочки из-под какого-то незнакомого ему, по-видимому, местного напитка, валявшиеся вокруг пребывающих в беспамятстве тел. Сложнее всего оказалось справиться с магом, заметившим альтмера издалека, но в этом Элемару помогла дверь, разделявшая "грузовую" и жилую части пещеры. Она-то и приняла на себя предназначенные альтмеру огненные заклятья, прежде чем разъярённый вторжением чужака данмер рывком распахнул её и... с размаху нанизался на лезвие меча. Альтмер тогда с облегчением вытер пот со лба, отлипая от стены - окажись противник чуть хладнокровнее...
   С остальными справиться было не в пример проще. Девицу, швырявшуюся какой-то местной разновидностью метательных ножей, Элемар поймал на тот же прием, что и её приятеля-мага. Заодно проверил приобретенный доспех на прочность, не успев увернуться от одной из "звезд", как он сам для себя назвал оружие, рассмотрев его получше. Хитин, разумеется, треснул в месте удара, но это выяснилось уже потом. Больше всего он колебался, когда пришлось решать судьбу двух пропойц, но и они в конечном итоге отправились вслед за остальными членами шайки. Наградой ему стали несколько ящиков с выпивкой. В основном, это были тяжелые расписные кувшины с местными напитками, о которых ему рассказывал Аррилл, но в одном ящике отыскалось несколько уже знакомых Элемару бутылочек, переложенных чем-то вроде соломы. Такая забота о товаре ясно говорила о высокой стоимости напитка, поэтому альтмер забрал все, что нашел. Зря, как оказалось - Аррилл, которому он наутро принес добытое, резко помрачнел и потребовал немедленно избавиться от найденного, желательно, подальше от его заведения, коротко пояснив - "это скуума". Торговля скумой или, на местном наречии, скуумой, была запрещена на всей территории Империи. Однако, судя по реакции трактирщика, на территории Морровинда наказание за её распространение было явно суровее, чем в других провинциях. Пришлось подчиниться. Что не помешало альтмеру хорошенько рассмотреть бутылочки и запомнить, как они выглядят, чтобы не повторять сегодняшней ошибки. Раньше ему как-то не доводилось сталкиваться со скумой, что и привело к досадному конфузу. Нет, что такое скума, Элемар как раз знал, но исключительно понаслышке. Впрочем, за остальное Аррилл, как и обещал, заплатил очень неплохие деньги. Гораздо больше, чем Элемар мог бы выручить в другом месте. Правда, это альтмер понял уже в Балморе.
   Пещера контрабандистов преподнесла Элемару еще один сюрприз - в одном из ответвлений пещеры обнаружился загон для рабов. Причем отнюдь не пустующий. Рабов - пару тощих каджитов обоих полов и полдесятка ящеров-аргониан - альтмер, конечно, выпустил... но что-то ему подсказывало, что отпущенные рабы недолго будут наслаждаться свободой. Может, дело было в каком-то исступлённом урчании "О-о, лунный сахар-р!.." кого-то из кошколюдов, рывшихся в вещах бывших хозяев... Или в том, как пугливо втягивали головы в узкие плечи ящеры, напомнив Элемару поведение Джиуба в присутствии охранника на тюремном корабле. Как бы то ни было, изменить это альтмер не мог и, в конце концов, решил прислушаться к тихому голосу, звучащему где-то внутри черепа и настойчиво советовавшему выбросить зверолюдов из головы.
   В той же пещере он решил проблему с ночлегом. Конечно, выспаться, как следует, не удалось - эхо от падающих с потолка капель где-то в глубине пещеры иногда казалось пугающе похожим на чьи-то шаги, отчего эльф всякий раз тревожно вскидывался на сооруженном ложе. Но даже такой сон был лучше, чем никакого вовсе. Сложнее всего при организации этого самого ночлега оказалось не сверзиться с узкого карниза, нависшего над рабским загоном, затаскивая выбранный тюфяк в случайно замеченный боковой проход. Ничего интересного там не оказалось, кроме пары очень крупных крыс и разбросанных костей какого-то бедолаги, среди которых Элемару попалось простое медное колечко со слабеньким, но довольно интересным зачарованием. Подумав, альтмер решил приберечь его на будущее - мало ли, вдруг пригодится...
   Тот же голос напомнил о спрятанном на дне заплечной сумки пакете, который следует доставить в Балмору. И чем раньше, тем лучше. К счастью, Элемар успел прийти в порт силт страйдеров до отправления очередной блохи, за десяток "башен" получил место в грузовом "кармане" и компанию из трех молчаливых данмеров и через три часа созерцания проплывающих мимо верхушек деревьев на фоне затянутого легкими облаками неба был на месте.
   Поначалу высота силт страйдера и вообще непривычность транспорта несколько нервировали, но к концу поездки он привык. В немалой степени этому поспособствовали лица попутчиков, похожие на маски из серого камня с узкими раскосыми прорезями глаз. В глубине души Элемар был уверен, что они мысленно потешаются над чужаком... но его это на удивление мало волновало. Из грузового кармана он выбрался вполне уверенно и, потянувшись, сбежал по ступенькам вниз. Оставалось только найти Кая Косадеса, отдать ему пакет и получить новые распоряжения. А если повезет, то и разъяснения тоже.
   Внутренний голос на это неожиданно внятно и четко выдал ядовитое "Мечтай!" немало удивив альтмера... но Элемар списал это на разыгравшееся воображение и отсутствие реального собеседника, с которым можно было бы обсудить происходящее и испросить совета. Не с Арриллом же откровенничать... Впрочем, большую часть времени голос никак себя не проявлял, что позволяло игнорировать его - голоса в голове всегда были плохим знаком. Даже если говорили правильные вещи.
  
   Глава 3. Кай Косадес
   Трактир "Южная Стена" альтмер нашел отнюдь не сразу. Не помогали даже подсказки горожан: тощего ящера неопределенного пола - Элемар так и не понял, был ли это "он" или все-таки "она" - шатавшегося возле порта силт страйдеров, и немолодого орка, задумчиво плевавшего с моста в пересекавшую город реку. Главным образом, потому что оба упоминали какой-то "Рабочий район" и "улицу Труда", на которой и должен был отыскаться этот самый трактир. Вот только ни одного указателя с названиями улиц Элемар не увидел, а разобраться, где север, где юг, помешали все те же облака, на которые ему пришлось любоваться все время поездки на силте, только заметно сгустившиеся.
   К счастью, обратившись к очередному прохожему - неброско одетому данмеру с взглядом профессионального убийцы - альтмер получил четкий ответ: "На соседней улице". Ненавязчиво поинтересовавшись, зачем ему данное заведение, и удовлетворившись расплывчатым "Ищу одного человека", данмер не поленился указать точное направление и предупредить, что владелец данного заведения, некто Бакола Клосиус - скользкий тип, а завсегдатаи сплошь подозрительный сброд и темные личности. Но - да, если нужно кого-нибудь найти, лучшего места не сыскать: тамошний народ знает практически все и обо всех в Балморе и охотно поделится этим знанием с кем-нибудь щедрым... или обаятельным. А вот "если сэре чужестранцу понадобится стол и ночлег", лучше перейти через мост и подняться вверх, к Торговому району, где рядом с рыночной площадью, на Торговой же улице располагается намного более респектабельное заведение под названием "Восемь Тарелок"... Элемар сердечно поблагодарил его, чем, похоже, изрядно удивил. Во всяком случае, данмер, до этого, казалось, желавший освободиться от назойливого приезжего поскорее, неожиданно предложил ему помощь, проводив почти до дверей искомого трактира, после чего отбыл, напоследок выразив надежду на повторную встречу. А альтмер дал себе зарок выяснить как можно скорее, что означает обращение "сэра". И искренне понадеялся, что эта самая повторная встреча не произойдет - если он верно определил, чем занимается его добровольный провожатый между прогулками по городу, ничем хорошим она, скорее всего, не кончится.
   Слова данмера о завсегдатаях подтвердились буквально с порога. Будь у него выбор, Элемар держался бы от этого заведения подальше. Вот только выбора-то у него и не было - указания Гравиуса были совершенно недвусмысленными. К тому осторожные попытки расспросить прохожих о возможном местонахождении Кая Косадеса ничего не дали - будущий координатор Элемара широкой общественности был не известен.
   Осторожно обойдя потасканного босмера, расплывшегося в фальшиво-радостной улыбке, и придерживая рукой кошелек, альтмер спустился по лестнице, оказавшись в просторном зале. Проверил кошелек еще раз и со вздохом направился к стойке, за которой скучал пожилой манерный бретонец с масляным взглядом, знакомым альтмеру по приютским временам. Задавать вопросы напрямую было, пожалуй, не лучшей идеей... поэтому придется тренировать сопротивляемость местному алкоголю. Учитывая его платёжеспособность, это, скорее всего, будет какое-нибудь отвратное дешёвое пойло...
   Пару часов спустя и несчётное - просто потому что никто не считал - количество кувшинов мацта Элемар получил-таки примерное описание нужного ему человека. И не только. Каджитка Чирранирр - альтмер, кстати, всерьез опасался, что после следующего кувшина просто не сумеет это выговорить - перед тем как сползти со стула под стол, выдала следующее:
   - А, Чирранирр знает этого человека. Старый, седой, лопает сахар, как скаттл. Чирранирр удивляется, что он еще ходить может. Хотя на него это не действует. Признак давнего привыкания... - поворчав еще что-то невнятное, каджитка попыталась свернуться в клубок и засопела.
   - Интересный старикан, - усмехнулся другой собутыльник эльфа - отставной легионер, - он в Балморе давно, жил тут ещё до реорганизации регионов. Ветеран. Кажется, у него какие-то друзья в форте Лунной Бабочки...
   Про реорганизацию регионов альтмер не имел ни малейшего представления, но кивнул, стараясь казаться чуть пьянее, чем был на самом деле.
   Имперец, в отличие от кошки, налакавшейся дармовой выпивкой по самые кончики мохнатых ушей, был не слишком пьян, не забывая закусывать каждую кружку кусочками скрибятины - вяленого волокнистого мяса неприятного серого цвета. Впрочем, на вкус, вопреки опасениям Элемара, оно оказалось весьма неплохим. В отличие от мацта - альтмер, привыкший к обычному пшеничному или ячменному бретонскому пиву, вкус "рисового пива" не оценил. Как и эффект, сравнимый с ударом дубины по черепу. По крайней мере, в голове после первой же кружки зазвенело точно так же. К счастью, его собутыльники ничуть не обижались на то, что в их кружках напитка оказывалось больше, чем у него.
   Таппиус - фамилию имперца Элемар не вспомнил бы и под пытками - помолчал, прихлёбывая мерзкое пойло. Потом внезапно спросил:
   - Сколько он тебе должен?
   - Должен? Мне? - недоуменно нахмурился альтмер.
   - Ну не мне же, - усмехнулся в усы имперец. - Старина Кай вечно по уши в долгах. Любитель скуумы, сам понимаешь. У старика были неприятности, но, судя по всему, у него есть связи, - воин выразительно подкатил глаза. - Имей в виду. Как бы тебе объяснить... ты мне нравишься, понимаешь? И я хочу тебе помочь. Просто по-дружески.
   - Вот ты про что, - пробормотал эльф. - Нет, мне он точно ничего не должен. Скорее, я ему.
   - Даже так? - Таппиус явно удивился. - Что ж, бывает. Не расскажешь, нет? С хорошим приятелем, вроде тебя, я бы с удовольствием обменялся парой сплетен...
   "Грубо. Очень грубо работаете, господин Эсдрекус", - неожиданно пронеслось в голове.
   Элемар вздрогнул. Фамилию имперца он забыл едва ли не сразу же после того, как она была произнесена, но теперь был уверен, что при знакомстве именно так она и звучала. Спохватившись, покачал головой, сосредоточенно разглядывая содержимое своей кружки:
   - Извини. Пока что мне нужно его хотя бы найти, - он криво усмехнулся, - чтобы было, что рассказывать.
   Мысленно альтмер костерил себя последними словами за то, что не подумал о том, что его тоже захотят расспросить. А ведь это было логично и ожидаемо...
   - Святая скуума... - неожиданно мурлыкнула из-под стола спящая Чирранир, заставив его вздрогнуть от неожиданности
   - Ну и ладно, - не обиделся имперец, наливая себе в кружку еще мацта. - Не знаю я, чем он зарабатывает себе на жизнь, с такими-то увлечениями, но не удивлюсь, если это что-то противозаконное - иногда он исчезает на какое-то время, но потом возвращается. Бывает, что даже с деньгами в количестве, достаточном, чтобы расплатиться с долгами.
   - И где его найти?
   - Ну, - с сомнением протянул Таппиус, - сам я не знаю, где он сейчас обретается. Кажется, в трущобах, где-то в северной части города... но где именно, я не знаю. Но точно по эту сторону Одай. Возможно, - решился он, явно сделав какие-то свои выводы насчет Элемара, - Бакола сможет подсказать - я видел, как они со стариком шептались пару раз. Это здешний владелец. Если кто и знает - так это Бакола Клосиус. Спроси у Фейна Риэлля - это вон тот разодетый тип за стойкой - где он сейчас.
   - Обязательно. Справишься тут без меня? - кивнул Элемар на два оставшихся кувшина с мацтом.
   Давиться мерзким пойлом дальше у него не было никакого желания. К тому же принятое ранее начинало проситься наружу. Пока еще робко, но неизвестно, когда его скрутит окончательно.
   - Обижаешь, - ухмыльнулся имперец, подвигая кувшины поближе.
   Элемар почти дошел до выхода к лестнице - бретонец за стойкой посоветовал искать хозяина таверны на верхнем этаже - когда его придержали за рукав.
   - Не зс-снаю, какое у тебя дело к нему, юнош-ша, - раздался у него за спиной тихий шелестящий голос, сбивающийся на шипение на некоторых согласных, - но лучш-ше будь поосторож-шнее. Кай мош-жет показ-саться ш-жалким с-стариком, но внеш-шность обманч-щива. Некоторые люди уш-же делали подобные ош-шибки... больш-ше их с-с нами нет.
   Альтмер обернулся - говоривший оказался немолодым аргонианином в простой темно-синей мантии, отрешенно глядящим куда-то в пространство. Кивком поблагодарив ящера, Элемар вышел из зала, пытаясь разобраться, хотел тот его предостеречь, или это была завуалированная угроза. Впрочем, альтмер имел веские основания быть уверенным, что ему-то со стороны Кая опасаться нечего.
   Пять минут спустя он торопливо выскочил на улицу, едва успев расспросить трактирщика, прежде чем его желудок окончательно взбунтовался. И теперь, тяжело опираясь на какие-то деревянные ящики, с мучениями извергал на глинобитные ступеньки "Южной Стены" все то, что было выпито и съедено в её стенах. Впрочем, судя по всему, он не первый, кого сегодня так выворачивает после посещения данного заведения.
   Облагородив в меру сил и наполненности желудка окружающий пейзаж, Элемар сплюнул, вытер рот и, оглядевшись, заглянул за ящики. И улыбнулся - все-таки не показалось. А потом осторожно, чтобы не измазаться в своей и чужой блевотине, вытащил из-за ящика короткий меч в простых ножнах. Лезвие тускло блеснуло серебром, вонзив тонкие иголочки холода в погладившие металл подушечки пальцев - зачарованное. Не теряя времени, альтмер снял с пояса свой железный меч и повесил найденный - меньше вопросов.
   "Лачугой" Кая Косадеса, местоположение которой подробно и понятно разъяснил владелец "Южной Стены", оказался весьма неухоженный, но все еще крепкий домик на самой окраине. Глиняная обмазка стен осыпалась, обнажая основу из необожженного кирпича, но сами стены стояли ровно, как и должно. Хотя, возможно, дело было в том, что их примерно на треть высоты подпирал, уберегая от перекоса, давний оползень... благодаря которому дом было легко отличить от остальных.
   На стук в старую, но все еще довольно крепкую дверь никто не отозвался, и Элемар постучал еще раз, на этот раз позвав:
   - Эй, тут кто-нибудь есть?
   Из-за двери послышался шорох и слабый голос проскрипел:
   - Уходите... Я не знаю, что вам от меня нужно и не хочу знать. Уходите!
   - Кай? Кай Косадес? - спросил он.
   - Проваливай, кто бы ты ни был! - заорали изнутри.
   Альтмер, вместо того, чтобы последовать требованию хозяина дома, оглянулся и медленно, осторожно потянул дверь на себя, надеясь, что в переносицу ему не прилетит метательный нож или другой подарок с похожими свойствами.
   Хозяин дома обнаружился в единственной плохо освещённой комнатушке, сидящим на смятой постели. Элемар качнул головой: подслеповато щурящийся воспаленными глазами полуголый имперец с помятым лицом и всклокоченным венчиком седых волос вокруг обширной лысины никак не походил ни на "человека со связями", ни на агента Клинков.
   - Вы - Кай Косадес? - осторожно уточнил он.
   - Да, Обливион тебя побери, я Кай Косадес. Ну вот чего тебе от меня надо, а? - голос у старика стал плаксивым. - Я стар, у меня проблемы со скуумой... и мне совершенно не нужны проблемы с чем-то еще!
   Трясущейся рукой он потянулся за уже знакомой альтмеру узкогорлой бутылочкой, и у Элемара округлились глаза - на покрывале под левой рукой старика обнаружилась перевязь с метательными ножами. Значит... Эльф облегченно выдохнул и немного расслабился.
   - Надо же, - пробормотал он, - а ведь я почти поверил...
   Косадес мгновенно выпрямился, настороженно уставившись на него, и потянул один из ножей.
   - Так что ты здесь забыл, парень? - с явственной угрозой в голосе произнес он.
   От былого образа опустившегося старика не осталось и следа. Ни дрожащих рук, ни плаксивых ноток в голосе. Просто немолодой и не слишком здоровый, но собранный и опасный человек.
   Элемар посмотрел ему в глаза - все так же сощуренные, но уже не подслеповато, а настороженно.
   - Меня зовут Суротано из Даска. Капитан Селлус Гравиус из канцелярии Береговой Охраны в Сейда Нин велел прибыть в Балмору и доложиться Каю Косадесу.
   Про письмо наставника Жоффрея он решил пока умолчать. Точнее, изначально он хотел сказать и про это тоже, но в последний момент... нет, не передумал, но почему-то произнес совсем не то, что собирался.
   - Что значит "велел доложиться Каю Косадесу"? - нахмурился старик. - Ты вообще о чем?
   - Я бы тоже не отказался это узнать, - пробормотал альтмер, думая о случившейся странности. - Э-э, у меня для вас пакет... и указания поступить в ваше распоряжение.
   - Пакет? Может, дашь мне на него взглянуть?
   Элемар под внимательным взглядом осторожно снял с плеча сумку и достал оттуда врученный Гравиусом пакет.
   - Открой так, чтобы я видел, - скомандовал Косадес. - Давай сюда, - потребовал он, когда из пакета не высыпалось ничего, кроме нескольких листков бумаги. - И... присядь, что ли...
   - Вот оно что... - пробормотал он несколько минут спустя, вкладывая бумаги обратно в пакет. - Ну, что ж...
   Вздохнул и потер глаза, положив пакет на колченогий столик рядом с кроватью, подвинув бутылочку из-под скумы. Та свалилась, выплеснув содержимое на грязный глиняный пол.
   - Значит, так... Суротано. Здесь сказано, что император желает, чтобы я принял тебя в орден Клинков. Это значит, что тебе придется...
   - Минутку, - поднял руку альтмер, прерывая его. - Не надо меня никуда принимать. Я уже в ордене.
   - Что? - опешил Кай. - Так, стоп...
   Он болезненно сморщился и с силой потер глаза. Несколько раз зажмурился, поморгал, а потом, резко поднявшись, в два шага пересек крошечную комнатушку и выглянул в овальное окно, застекленное мутным зеленым стеклом. Тихо досадливо выругался и выглянул за дверь, после чего запер её на массивный засов и повернулся к гостю.
   - Выкладывай. Только не шуми.
   Альтмер пожал плечами и принялся рассказывать.
   - Вот как, - выслушав несколько сбивчивый доклад, задумчиво потер щетинистый подбородок имперец. - Значит, тот, кого назначил император, умер, а на его место засунули тебя? Что ж, бывает... Но раз уж ты Клинок, эльф, спрос с тебя будет совсем не такой, каким был бы с этого бродяги... или кем он там был.
   - Боевой маг, - буркнул Элемар. - Мастер Кай, могу я хотя бы сейчас получить некоторые разъяснения происходящему?
   - Не можешь, - отрезал тот, - нет у меня для тебя никаких разъяснений... и не будет, пока я не разберусь вот с этим, - он кивнул на принесенный альтмером пакет. - Сейчас я и сам мало что понимаю, - признался он.
   Элемар кивнул, безуспешно пытаясь скрыть разочарование.
   - Для расшифровки мне понадобится время, - продолжил Кай. - А пока что у меня есть указания помочь тебе влиться в здешнее общество. Пока что ты тут никто и звать тебя, соответственно, никак. Очередной назойливый чужеземец - вот кто ты для местных. И ты должен это изменить. Как - решай сам, способов много.
   - Например? - альтмер против воли покосился на все еще лежащую на полу бутылочку из-под скумы.
   Кай проследил его взгляд и с невозмутимым видом поднял её и поставил на место, криво усмехнувшись:
   - Подслащённая водичка, парень. Вода и сахар. Лунный, конечно, как без этого, но если не увлекаться, то почти безопасно. Главное, чтобы запах соответствовал... Удобно, хоть и не... впрочем, привыкнуть можно ко всему.
   Элемар с сомнением кивнул, наблюдая за ритуалом растирания и без того покрасневших глаз и гадая, не результат ли это употребления "безопасной подслащённой водички".
   - Что до тебя... Ты можешь стать искателем приключений. Или вступить в одну из имперских организаций: Легион, Имперский культ, Гильдия Воров - да, есть и такая - Бойцов или Магов. Есть еще местные организации - Великие Дома Морровинда, Мораг Тонг и Камонна Тонг. Впрочем, - тряхнул седой головой старик, - о последней можешь сразу забыть. Они ненавидят чужеземцев. В лучшем случае, тебя там просто обхамят, в худшем... не маленький, сам понимаешь.
   - Почему? Откуда ненависть? Ведь Морровинд уже давно является частью Империи...
   Кай вздохнул и почесал небритую щеку.
   - Почему... видишь ли, парень, живя здесь, в Морровинде, я кое-что понял. То, что должен понять и ты, коль скоро застрял здесь неизвестно зачем и на сколько. То, что не понимают умники из Сиродиила. Располагайся удобнее, разговор будет довольно долгий... - имперец неожиданно зевнул во весь рот и с тоской посмотрел на подушку.
   До альтмера, наконец, дошло, что тот просто не выспался. Кай снова встал, подошел к запертой двери и прислушался. Потом снова сел на постель.
   - Там, в Сиродииле, - негромко начал Кай, - или Киродииле, как его здесь называют... привыкай, кстати, к местному наречию, не стоит выделяться, ничего хорошего из этого не выйдет... И вообще следи за речью и манерами - в Морровинде очень серьезно относятся к манере одеваться, вести себя и к акценту. Особенно к акценту. От этого своего бретонского выговора избавляйся, как можно скорее, понял? Это в твоих же интересах. Чужестранцы для местных - это чужестранцы. Их здесь не любят. Так что запасайся терпением и будь вежлив. И все будет в порядке.
   Элемар кивнул, про себя думая, что это, похоже, будет очень непросто.
   - Так вот, в Киродииле не понимают, что данмеры с момента присоединения Морровинда к Империи воспринимают его, как оккупацию. Причины... не буду я тебе это рассказывать, сам узнаешь, - буркнул он. - Не знаю, чем занимается этот их данмерский "живой бог" Вивек, на которого они все молятся. И не знаю, о чем думает на материке король Хелсет... Если вкратце: здесь, на Вварденфелле, настоящие силы стоят за Советом Хлаалу - единственного проимперски настроенного данмерского Дома. Того самого, к которому относится новый король Морровинда.
   Элемар внимательно слушал, не пытаясь перебить или переспрашивать. Вопросы, если они появятся, он задаст позже. И если вовремя поймет, о чем нужно спрашивать.
   - Но, - лицо старика стало жестким и мрачным, - несмотря на принадлежность к дружественному Империи Дому, сами эти силы настроены к ней отнюдь не дружелюбно. Это Орвас Дрен - ты еще не раз услышишь эту фамилию, он младший брат герцога Вварденфелла, Ведама Дрена - и его синдикат Камонна Тонг. Да-да, я уже упоминал о нем - тот самый, в котором ненавидят чужаков. Сейчас они недостаточно сильны, чтобы бросить вызов имперскому правлению, но, если стабильность Империи пошатнётся... если расквартированные на Вварденфелле части Легиона отзовут в связи с неурядицами по поводу престолонаследования - Дрен-младший и Тонг могут открыто выступить против Империи и вытеснить её из Морровинда. Из всей провинции, не только с острова, понимаешь? Эти красноглазые только и мечтают, как скинуть руку Империи...
   - Будем надеяться, этого не случится, - пробормотал Элемар.
   - Неверно, - качнул головой Кай, - не надеяться будем, а работать, чтобы этого не случилось. Мы Клинки - глаза и уши Его Величества, парень.
   - Или руки, если потребуется, - кивнул альтмер.
   - Именно. Если будет нужда, ты можешь передохнуть у меня или оставить на хранение свои вещи, - видя сомнение на лице эльфа, он усмехнулся, - не волнуйся, они дождутся тебя в целости. Кроме того, через пару домов отсюда живет редгардка Ритлин и Тьермэйллин, твой соплеменник. За информацией к ним не лезь, но устроиться на ночлег можно, к тому же альтмер еще и целитель. В Сейда Нин можешь обратиться к Элон. Тоже редгардка, живет и работает в трактире некоего Аррилла. Я даже рекомендую это сделать - девочка облазила почти весь этот даэдра драный остров и может рассказать много полезного. И даже поднатаскать, если заплатишь. Есть еще вопросы?
   Элемар задумчиво кивнул.
   - Пожалуй, есть... Что из перечисленного посоветовали бы мне вы, чтобы влиться в местное общество?
   - Может, мне тебя еще за ручку водить? - возмутился старик. - Впрочем, ладно. Посоветовать, да?.. Я бы предложил Гильдию Магов - раз уж ты сказался боевым магом, парень, - он ехидно усмехнулся, - стоило бы разучить пару-тройку неприятных заклинаний. Чтобы соответствовать. Свободная койка в любом отделении, а также личная неприязнь любого встреченного Телванни прилагается. Или Великий Дом Хлаалу. Почему именно они? Поясню - с одной стороны, это один из Великих Домов Морровинда, принадлежность к которым для чужеземца почетна и выгодна, потому что считается, что просто проходимцев с улицы они не принимают, - Кай неприятно усмехнулся, видимо, что-то вспомнив. - С другой стороны, именно Хлаалу, как я уже говорил, настроены к Империи наиболее благожелательно. Поэтому сделать карьеру в этом Доме тебе будет значительно проще. Редоранцы к чужеземцам куда менее дружелюбны, но умелых воинов они все же ценят. Дом Телванни... с ними вообще лучше не связываться, хотя волшебник при должном старании может влиться и в этот дом тоже. Впрочем, решать тебе. Выбирать прямо сейчас не обязательно, но и излишне мешкать тоже не стоит - чем быстрее ты здесь освоишься, тем лучше. Для тебя же лучше. Помни - тебе нужна легенда и знание Морровинда. В особенности, если ты все-таки решишь примкнуть, к какому-нибудь из данмерских Великих Домов - без поручителя тебя не примут, а он будет смотреть на твою репутацию. Приказ ясен? Иди и выполняй, - имперец красноречиво махнул рукой на дверь и со стоном облегчения улегся на кровать, закрыв глаза. - Хотя... постой.
   Успевший привстать Элемар сел обратно.
   Не открывая глаз, Кай запустил руку куда-то под матрас и достал оттуда туго набитый кошель.
   - Вот, - кошель полетел в альтмера, - купи себе нормальное снаряжение, что ли... или заклинание. Или что там тебе надо. Все, пшел вон, - старик повернулся спиной к Элемару и зашарил рукой, нащупывая, чем укрыться. - И не забудь отчитаться в своём выборе, чтобы не было сюрпризов.
  
   Глава 4. Тайники
   Возвращение в Сейда Нин не составило особых проблем. Свободное место на силте, направляющемся в нужную сторону, имелось, и не одно, но отправление задерживалось - как пояснил данмер-погонщик, животному нужно было передохнуть. Поразмыслив, Элемар прошелся по городу, старательно запоминая ориентиры, в поисках лавки оружейника. Таковую он нашел довольно быстро, где продал старый меч прижимистому босмеру, оставшись глубоко неудовлетворенным итогами торга - проклятый коротышка не уступал ни на медяк от назначенной цены. Лишь присутствие в лавке охранника в экипировке стражи Дома Хлаалу и соображение, что несколько дополнительных монет пока нужнее увесистой и не слишком качественно откованной железки, и заставило альтмера, стиснув зубы, согласиться на такую откровенно невыгодную сделку. Хотя желание треснуть несговорчивого лавочника промеж длинных ушей этим самым мечом - плашмя, разумеется - а потом развернуться и уйти, было очень велико.
   Только оказавшись в самом поселке, альтмер задумался, зачем его вообще понесло обратно в Сейда Нин? Причина задумчивости была проста и банальна: ко времени прибытия наступила ночь, и Элемар, наконец, сообразил, что остановиться на ночлег ему негде - Элон была помощницей Аррилла, следовательно, жила в трактире, как и сам владелец. Вариант с кустами его по-прежнему не устраивал. В Аддамасартус лезть тоже не хотелось - даже если никого живого там не окажется, в пещере довольно тепло, так что мертвецы уже должны начать пованивать. К тому же возникает проблема с крысами, которые наверняка уже сбежались на дармовое мясо и которые не откажутся закусить живым эльфом - альтмер помнил виденных в детстве бродяг, рискнувших заночевать в старых коллекторах под Вэйрестом, и их обгрызенные носы, подбородки и уши. В общем, понадеявшись, что Аррилл позволит ему переночевать хотя бы в питейном зале на лавке, Элемар направился в сторону трактира.
   Перейдя мост, он заметил уже знакомого норда, стоящего перед трактиром и что-то разъяснявшего босому, бедно одетому подростку-данмеру, благо, на освещенной факелами площади обоих было хорошо видно, в то время как сам Элемар находился в тени. Заинтересовавшись, альтмер осторожно подобрался ближе.
   -... найдешь, получишь две "башни", - донеслось до него.
   - Пять! - сверкнул красными глазами из-под тёмной, неровно остриженной чёлки эльфёнок.
   - Три, - возразил норд.
   - Четыре, н'вах! Или я расскажу лопоухому, что ты ищешь его тайник.
   - Ах ты, драугрова отрыжка!.. - Хрисскар - альтмер вспомнил, наконец, имя норда - потянулся было ухватить мальчишку за острое ухо, но тот ловко увернулся и отскочил на безопасное расстояние. - Ладно. Будут тебе четыре "башни".
   - Тайник босмера спрятан в общем мусковом пруду, - быстро произнес эльфёнок. - Гони монеты, н'вах. Ты обещал.
   Норд засопел.
   - В пруду, говоришь? Знаешь, что... принеси мне все, что там отыщешь, и получишь еще столько же...
   - Ага, - недоверчиво кивнул данмер, - монеты гони. Тогда и принесу.
   - Послушай, красноглазый, я сейчас на мели. Но Шором клянусь, чтоб мне пива не пить, если ты принесешь...
   Незамеченный обоими Элемар покачал головой и так же осторожно отступил назад. Мелкому данмеру в любом случае ничего не светило, кроме подзатыльника и угрозы поведать обворованному Фарготу о личности вора. Никаких денег мальчишке не видать. Босмера ему, пожалуй, было не жаль, но неожиданно захотелось проучить Хрисскара - подслушанный разговор напомнил альтмеру кое-что из его собственного детства. А значит, следовало опередить мальчишку. С этими мыслями Элемар направился в сторону данмерской части поселка.
   Отличие от заметно ухоженной "имперской половины" селения даже ночью было разительным. Вместо крепких каменных домов - покосившиеся дощатые лачуги, вместо уличных светильников - ночная темень, вместо патрулей легионеров - бесшумно крадущиеся тени. И запах - стойкий омерзительный запах сырой рыбы, гниющих водорослей... и чего-то гнилостно-грибного. Видимо, того самого муска, чем бы эта дрянь ни была. Элемар вспомнил рассказ Аррилла: Сейда Нин до возведения имперцами маяка и постройки канцелярии Береговой Охраны был обычным рыбацким поселком, каких сотни по всему побережью Тамриэля. В том же Хай Роке они мало отличались от здешних. Разве что сами рыбаки были не мерами, а людьми.
   Имперцы позаботились и об удобстве, построив крепкие дома для чиновников канцелярии и обслуги. И не только для них, но коренные жители поселения по-прежнему ютились в полуразвалившихся хибарах. Улучшать их быт имперцы, несмотря на громкие заявления, не торопились. Впрочем, альтмер их не осуждал - судя по всему, данмеров это устраивало, и менять что-либо они не желали. Насильно же пытаться сделать кого-то счастливым - занятие заведомо бесперспективное и неблагодарное. В конце концов, если кто-то хочет жить в грязи, это его личное дело.
   Кстати, о грязи - с учетом основного занятия местных жителей, её было удивительно немного. Альтмер помнил проходы в рыбных рядах Вэйреста, в которых ноги по щиколотку утопали в чешуе и всюду валялись клочья протухшей рыбьей требухи. Здесь же... альтмер невольно восхитился, понимая, что у данмеров, похоже, не было привычки гадить себе под ноги.
   Элемар почти дошёл до пруда - единственного, к слову, данмерская часть селения была невелика, даже меньше "имперской" - когда впереди мелькнула щуплая фигурка. Присела на берегу и завозилась. Что делал мальчишка, альтмер не понял - слишком близко подходить он поостерегся, чтобы не быть обнаруженным, к тому же данмер явно знал, где именно расположен тайник и как до него добраться. В отличие от него самого. Так что самым разумным вариантом было подождать и поймать воришку с поличным. А потом договориться... если получится.
   Возня эльфёнка завершилась негромким плеском. Мальчишка тихо зашипел что-то невнятное и встревоженно завертел головой. Вжавшийся в стену ближайшей лачуги Элемар замер и на всякий случай затаил дыхание. А тот почти бесшумно метнулся к середине пруда, где, словно нарочно, торчал покрытый плесенью пень. Так же бесшумно вернулся и снова завозился, пряча, как оказалось, длинную доску. И, едва распрямившись, был схвачен подкравшимся альтмером за обтянутое старенькой рубашкой тощее плечо.
   Пойманный эльфёнок попытался заверещать, но Элемар был начеку. Альтмер зло зашипел, борясь с желанием отвесить мальчишке крепкий подзатыльник - такой, чтобы в голове звенело до утра - поганец не растерялся и цапнул прикрывшую рот ладонь. Не говоря уже о том, что из рук он выкручивался, извиваясь так, как не всякий червяк сумеет.
   - Уймись, малец, - буркнул в острое ухо альтмер. - Уймись, не обижу.
   Мальчишка замер и перестал вырываться, старательно вглядываясь в лицо старшего мера. Элемар заметил, что он по-прежнему прижимает к себе руку, в которой что-то было - выбросить украденное он не попытался.
   - Дяденька, отпустите, - заныл малец. - Я больше не буду! И... и вот, - в машинально подставленную ладонь опустился небольшой влажноватый мешочек, резко пахнущий прелым деревом и муском. - Это все Хрисскар виноват. Он меня заставил...
   Если он рассчитывал, что успокоенный его покладистостью альтмер разжалобится и ослабит хватку, его ждало жестокое разочарование - Элемар в далёком прошлом сам поступал точно так же. Чужие тайники он не обчищал - просто потому что не знал ни одного, кроме своих собственных. Но вот спереть у булочника сладкий рулет или пару яблок у зазевавшейся торговки на рыночной площади доводилось не раз - голод заставлял. Как и попадаться на этом. И так же, как мальчишка-данмер сейчас, давить на жалость и ждать удобного момента, чтобы вырваться и задать стрекача. Да и раскаяния в красных глазищах не наблюдалось. Даже с поправкой на ночную темень.
   - Ага. А я жрица Дибеллы, - хмыкнул Элемар. - Брось, мелкий, не на того напал. Идём, - он потянул мальчишку за собой, направляясь в трактир.
   - Пусти, н'вах. Никуда я не пойду, - тут же окрысился подросток, безуспешно упираясь босыми пятками во влажную землю.
   - Есть хочешь? - в животе эльфёнка немедленно булькнуло. - Хочешь. Тогда пошли.
   - Куда? Хрисскару сдавать? Этот вонючий скриб все равно уже сменился и до утра будет в казарме храпеть... да и не заплатит он тебе.
   - Вот и славно, что он в казарме, - отозвался альтмер, таща упирающегося мальчишку к трактиру Аррилла. - Тебе он, кстати, тоже не заплатил бы.
   - Да знаю я, - уставший упираться эльфёнок уныло шмыгнул носом и пошёл рядом со старшим мером. - Я и не собирался ему ничего отдавать.
   - Себе бы оставил? - снова хмыкнул Элемар, по-прежнему не торопясь его отпускать. - Зря.
   - Нет, - неожиданно смущённо пробурчал мальчишка. - Мамке бы отдал. Она бы нашла, кому продать.
   - Кому? Аррилл, насколько я знаю, единственный торговец в этой дыре, а он не покупает краденое. И уж вещи Фаргота он узнал бы в любом случае, - альтмер был в этом не уверен, но главное было убедить эльфёнка, что отдать трофей было правильно. - И тогда у твоей матери были бы неприятности.
   Данмер задушенно всхлипнул. Да, мать - это слабое место любого нормального человека. Или мера. Давить на это было подло, тем более что мальчишка явно не от хорошей жизни решился на воровство, но Элемар не видел другого способа воздействия.
   Аррилл ничего не сказал. Только вопросительно поднял брови, принимая заказ на двоих. Зевающая Элон принесла две миски того, что она назвала мусковой похлёбкой, и по лепёшке с завёрнутыми в неё кусочками мяса и какой-то зеленью, небрежно смахнув запрошенные десяток "шлемов" в широкий карман передника. Запивать пришлось водой - соков не было, предложенный флин стоил дорого, а при виде уже знакомого расписного кувшина с мацтом Элемара мгновенно перекосило: пить "это" после утреннего возлияния в "Южной Стене" он был не готов. И без того голова от недосыпа начинала ощутимо побаливать. Особенно затылок. Мелкий к еде не притронулся, пришлось уговаривать. Заодно кое-что выяснилось о причинах, толкнувших его на глупую сделку с Хрисскаром.
   Из живых родственников у него оказалась только мать, с которой он и жил неподалеку от того самого мускового пруда, где Фаргот устроил тайник. И, разумеется, не раз видел босмера поблизости, но проследить до недавнего времени не решался - дураком он не был и то, что ему сказал по пути к трактиру Элемар, понимал и сам. Пока не увидел, как мать отдает сборщику налогов все деньги, что успела собрать с прошлого раза. Тогда-то он и решился на воровство, но ничего не нашел. Сегодня была вторая попытка...
   - Ты ведь понимаешь, что Хрисскар все равно бы тебе денег не дал? - произнес альтмер, глядя на торопливо уминающего похлёбку эльфёнка, и подвинул свою порцию ему - неаппетитное на вид слизистое месиво по вкусу оказалось немногим лучше.
   Зато лепешка с мясом оказалась выше всяких похвал. Но и стоила вчетверо дороже похлёбки. Альтмер понимал, что с деньгами нужно что-то решать, того, что получено от Кая надолго не хватит, но не сумел отказать себе в удовольствии и заказать еще одну.
   - Угу, - тот в очередной раз покосился на лепешку, но так и не притронулся к ней.
   Да что такое?
   - У меня к тебе предложение. Завтра ты идешь к Хрисскару и говоришь ему, что тайник кто-то уже обчистил. Кто - ты не видел. Про меня тоже ни слова. За это получишь те самые четыре монеты, что он тебе обещал. На этот раз без обмана.
   - Не врешь? - недоверчиво протянул маленький данмер, подвигая к себе элемарову миску похлебки.
   - Нет, - качнул головой Элемар. - Честное магическое, - дурашливо приставив указательный и средний пальцы к переносице, пообещал он.
   Зевнул и потер глаза. Спать хотелось зверски, но в зале, даже если бы Аррилл позволил, примоститься было попросту негде - лавок не было, а устраиваться на стульях... Так что, поразмыслив, альтмер утащил эльфёнка из трактира, велев отправляться домой.
   Мелкий же, что-то явно обдумав и оценив его платёжеспособность и щедрость - не съеденную лепёшку он, смущаясь, попросил разрешения забрать с собой "для мамки" и, получив разрешающий кивок, ухватил, как величайшее сокровище - предложил переночевать у них.
   - Только вы, дяденька, денег мамке дайте, немного совсем. А то она ругаться начнет, - пояснил он, таща Элемара в сторону данмерской части селения.
   Альтмер встряхнулся, держась настороже: что-то подсказывало ему, что расслабляться не стоит. Но все обошлось - мальчишка действительно привел его к небольшому домику, хозяйка которого, данмерка с усталым взглядом, представившаяся, как Индрель Ратрион, отругала сына не столько за то, что он приволок среди ночи "какого-то н'ваха", сколько за полночные шатания неизвестно где. Элемару же велели укладываться в гамаке, при условии, что он немедленно заплатит пять серебряных монет и не станет доставлять хозяевам неудобств. Альтмер кивнул и отсчитал требуемую сумму, думая о том, что дела этой семьи совсем плохи - впускать на ночь в дом совершенного незнакомца... Он-то и впрямь не собирался вредить приютившим его мерам, но ведь это он... Кошелек, полученный от Кая, он надёжно припрятал еще в Балморе, в его доме, расплачиваясь деньгами, вырученными за продажу трофеев из Аддамасартуса. И надеялся, что за несколько "башен" и "шлемов" его не прирежут во время сна, а нож, который хозяйка дома спрятала под подушкой, стараясь делать это незаметно, предназначен не для нападения на неожиданного постояльца, а для защиты и самоуспокоения.

***

   Наутро Элемар поймал Фаргота на полпути к трактиру Аррилла. Босмер, получив свое имущество, попытался было возмутиться тем, что наглый чужак залез в его тайник, но смягчился, узнав, что вором был кто-то другой, а его "новый друг" просто отобрал его вещи. А выяснив, что ничего не пропало, и альтмер вернул действительно все припрятанные вещи, окончательно успокоился и пообещал молчать об этом случае. Альтмер в это, конечно, ни минуты не верил - трактирщик об этом точно услышит, Фаргот не утерпит, чтобы не поделиться с "лучшим другом". Впрочем, пусть его. Лишь бы никто другой не услышал.
   Сам же Элемар за время беседы успел несколько раз проклясть тот час, когда решил помочь ненормальному длинноухому в расчете закрепить хорошее впечатление о себе. Вряд ли после обнаружения пропажи отношение Аррилла к нему поменялось бы - рассказывать о своей "находке" Элемар не стал бы, а сбывать узнаваемые вещи поехал бы в Балмору: наверняка в той же "Южной Стене" нашлось бы кому подсказать, где найти неболтливого скупщика. Так что никто бы ничего не узнал. К тому же пришлось изворачиваться, чтобы не выдать Ринара - того самого мальчишку-данмера, который в это же время околачивался возле казарм в ожидании Хрисскара. И закруглиться, пока сам легионер не показался на улице: альтмер, выросший в окружении людей, знал их гораздо лучше, чем его островные сородичи, привыкшие относиться к остальным с пренебрежением, и понимал - для норда не составит труда разобраться в ситуации. Даже если Ринар честно скажет то, о чем они договорились еще вчера: тайник опустошили до него, кто - он не видел.
   К чести мальчишки, он свою часть соглашения выполнил - раздосадованный северянин, крякнув, злобно покосился в сторону данмерской половины поселения, но тем и ограничился, видимо, опасаясь связываться с местными: альтмер уже слышал от Индрель о недавней пропаже сборщика налогов. Да и трактирщик чуть позже кое-что добавил к рассказу несколько оттаявшей данмерки. Насколько понял Элемар, этот Процессус Вителлиус был ещё тем типом. Той же Индрель пришлось влезать в долги, чтобы выплатить затребованную сумму - после смерти мужа, погибшего во время шторма, как это нередко случается с рыбаками, она едва сводила концы с концами. Так что, уплаченные за ночлег пять серебряных септимов для них были большим подспорьем.
   Приплясывающий от нетерпения Ринар дожидался его у маяка, как и было оговорено - сюда, по уверениям мальчишки, мало кто ходил, так что опасность оказаться замеченным была невелика. Альтмер, как и обещал, вручил ему четыре "башни" и долго смотрел вслед умчавшемуся с зажатыми в кулаке монетами эльфёнку, вспоминая себя в его возрасте и думая, что многое отдал бы за то, чтобы тогда, тридцать с лишним лет назад, оказаться на месте Ринара. Пусть таким же голодным и оборванным, но чтобы рядом была мать... а не жадные до денег воспитатели приюта, смотревшие на него, как на товар, который никто не купит...
   Как он оказался у входа в тот склеп, Элемар потом так и не вспомнил. Смутно припоминалось только то, что он медленно брел по берегу вдоль илистой кромки, размышляя над приказом Кая Косадеса "влиться в местное общество" и периодически отбиваясь от необычно крупных грязекрабов. Этих - или других, но похожих - тварей он помнил еще с детства: укусы их довольно болезненны, но мясо вкусное - мелких тварюшек приютские мальчишки запекали на костре прямо в панцирях. Живьем, просто стукнув крепкой палкой, и перевернув на спину, чтобы не уполз в процессе запекания. И лопали так, что за ушами трещало - даже полусырое крабовое мясо было гораздо вкуснее приютской кормежки. От крупных же крабов благоразумно держались подальше: остаться без пальцев не хотел никто. Здесь мелких крабов не было, зато крупные, способные отхватить не только пальцы, но и ногу или руку, попадались довольно часто. Большинство из них альтмер просто переворачивал метким пинком, чтобы не докучали, благо здешние грязекрабы, в отличие от материковых сородичей, имели короткие ножки. Правда и панцири у них были толще... Более вёрткие или упорные в своем желании полакомиться "альтмерятиной" твари служили источником мяса - Элемар рассудил, что Аррилл не откажется приобрести свежих припасов. Больших денег он, конечно, не заплатит... но не пропадать же добру? В какой-то момент альтмер увлекся охотой... поэтому незамеченная поначалу арка входа в некое рукотворное сооружение стала для него неожиданностью.
   Еще более неожиданной оказалась надпись: "Кард'рун Самарис" над входом. Альтмер, как раз забросивший в море то, что осталось после разделки очередного грязекраба, хмыкнул и пожал плечами, намереваясь пройти мимо - грабить могильники он точно не хотел, а ни на что иное встреченное сооружение не походило. Дело было не столько в пиетете перед мертвыми, сколько в понимании, что у окружающих такой способ заработать денег понимания точно не встретит: народ, люто ненавидящий некромантию, к расхитителю родовых гробниц, покушающемуся на покой и имущество предков, скорее всего, отнесётся с той же "теплотой". Однако в следующую минуту он напрягся и потянул из ножен меч - печать на двери была нарушена. И, судя по свежему слому, совсем недавно. А это значило, что тот или те, кто её сломал, могут быть до сих пор внутри. И свидетелю совершенно не обрадуются.
   Проверить? Или не рисковать?
   Решившись, Элемар приблизился к входу в склеп, тут же подметив еще одну деталь, которая была незаметна с того места, откуда он увидел сломанную печать - дверь была приоткрыта. Не слишком широко, примерно на ладонь...
   Но и этого хватило, чтобы заметить на светлом фоне глиняной обмазки стен бесформенную кучу тряпья в шаге от порога. Довольно слабый, но вполне различимый запах разложения и хорошо слышимое гудение множества мух - этого было более чем достаточно, чтобы сделать определенные выводы. Оставалось решить, что с этим делать.
   Неожиданная находка оказалась имперцем - темные волосы, аккуратная бородка, недешёвая одежда... Мёртвым, разумеется, и довольно давно - с момента смерти явно минуло несколько дней. Впрочем, причина смерти все еще легко угадывалась - рубашка на спине была залита почерневшей кровью из множества глубоких порезов. И, по меньшей мере, два из них, на взгляд Элемара, могли оказаться смертельными.
   Внимание альтмера привлекла небольшая кожаная сумка, лежащая рядом с трупом. Открыв её, Элемар вынул несколько монет и небольшой тубус, в каких обычно хранят документы. В этом был один-единственный свиток, прочитав который, альтмер досадливо поморщился и пробормотал:
   - И что же мне теперь с вами делать, господин Процессус Вителлиус?..
  
   Глава 5 (Отступление 1). Дух безымянный.
   Чертово перо. Почему в этом мире не придумали для письма ничего более функционального, чем выдранное из птичьей задницы перо? Ну, ладно, не из задницы, из крыла, но все равно - неудобно же... Особенно с непривычки. То чернила закончатся на полуслове, то макнёшь его слишком глубоко, и следующие полслова превращаются в маловразумительную кляксу. Но, как говорится, "жить захочешь - не так раскорячишься"(12). А я очень хочу жить. И желательно, хорошо. Именно поэтому я торопливо записываю все, что еще помню из прошлой жизни.
   Свое будущее.
   Не совсем свое, конечно. В первую очередь, этого бедолаги-эльфа, Элемара. Но и свое тоже. И в последнюю - этого странного мира, который там, откуда я родом, кажется, считали несуществующим.
   Причин несколько. Во-первых, я с ним связан. С эльфом. Точнее, альтмером. Тесно, теснее просто некуда - в настоящее время я обитаю у него в голове. Или где-то рядом, что тоже возможно. Мне трудно судить. Во-вторых, я начал забывать. А то, что я так старательно записываю, забывать мне никак нельзя. Я и так не знаю, кто я такой и кем я раньше был. Все воспоминания, касавшиеся моего прежнего пола, возраста, расы, социального статуса, в общем, всего того, что было основой моей личности, скрупулезно подчищены. При этом знания остались. На кой, спрашивается? Большая часть этих знаний все равно неприменима в здешних реалиях. Например, я по-прежнему умею писать и читать на языке, который считаю родным, при этом совершенно не помня, какому народу этот язык принадлежит. Весело, а?
   Обхохочешься...
   К тому же я уверен, что и это сомнительное умение вскоре исчезнет, оставив мне на память стопку листов, исписанных закорючками, которые я не смогу прочесть...
   Но обо всем по порядку.
   Итак, я в Морровинде, восточной провинции империи Тамриэль. Сегодня восемнадцатое число месяца Последнего Зерна по имперскому календарю - или Урожая, как его еще называют - четыреста двадцать седьмого года Третьей эры. И два дня с момента моего появления в этом якобы придуманном мире...
   Тогда, очнувшись в трюме и увидев склонившуюся над собой шрамированную сизую рожу с единственным красным глазом, я банально запаниковал, как-то мгновенно осознав сразу две вещи - это не дом и я в заднице. Счастье, что мой ушастый... пусть будет "сосед" ничего не понял, перехватив контроль над нашим общим телом до того, как я заорал или обделался от... от неожиданности.
   Подробности глубины и содержимого этой самой задницы я выяснил буквально через несколько минут после пробуждения. Радостное сообщение одноглазого "Мы приплыли в Морровинд" повергло меня в глубочайший шок. Какой, на хрен, Морровинд?! Его не существует! Но мой гневный вопль не был никем услышан, происходящее вокруг не спешило рассеиваться, открывая привычную сознанию картину. Хотя каким должно быть окружение, чтобы быть мне привычным, я уже тогда помнил чрезвычайно смутно. Однако, по-видимому, этого было вполне достаточно, чтобы я не обеспокоился фактом потери воспоминаний моем прошлом. И не задался вопросом "а какой, собственно, мир существует, если Морровинд - выдумка?" Не говоря уже о том, почему я в этом так уверен...
   Так что я затаился, жадно впитывая в себя новую информацию в надежде прояснить, что, чёрт возьми, происходит и причём тут вообще я? Вопли раздраженной матросни меня мало задевали, ничего полезного они так и не сказали. Зато стоило нам оказаться в стенах местной администрации, как новая информация буквально хлынула потоком.
   Мой сосед оказался альтмером, но каким-то нестандартным, иначе вопросов о его расовой принадлежности не возникло бы. А я с удивлением осознал, что само слово "альтмер" мне откуда-то знакомо. И заодно - что одноглазый попутчик относится к данмерам, старый козел, терзающий моего соседа вопросами, является бретонцем, а стоящий у двери охранник - имперец. То есть, просто человек. И вообще, происходящее вокруг мне знакомо. Как будто я уже однажды через это проходил. Но... почему-то этого не помню. И не только это...
   И как оказалось, действительно проходил. Только совсем не так, как мог предположить. Кольцо Фаргота, врученное счастливому владельцу, стало той каплей, которая проточила ход в стене, отделяющей меня от моей памяти. Той её части, что была милостиво мне оставлена. Кем? Учитывая, куда и "в когда" меня занесло, вариантов не слишком много. Другое дело, что все они с равной вероятностью могут быть неверны...
   Я был в мире компьютерной игры. А ушастый, в котором я теперь пребывал, судя по всему, последний кандидат в данмерские герои... или в смертники, если не повезет.
   Хотя... может быть, просто происходящее в этом мире послужило для неё основой, приснившись какому-нибудь парню, который занимается сценариями для таких игр? Но, так или иначе - причём тут я? Может, дело в том, что парень, если верить рассказу Джиуба, едва не свернул себе шею, вывалившись из гамака во время шторма? или он её все же свернул? Наверное, иначе я бы здесь не оказался. Тогда почему он сам все ещё тут?
   Что толку гадать? Я был здесь, в мире с мелодичным названием Нирн, и, насколько мне известно, способов вернуться домой, где бы этот самый дом ни находился, не существовало. Хотя бы потому, что для начала надо было вспомнить, куда возвращаться, а с этим у меня оказалось совсем плохо. Да и с самостоятельным существованием тоже, если уж на то пошло. Следовательно, нужно было обустраиваться тут. Желательно, с обретением собственного вместилища, благо, смутные воспоминания о том, что кто-то здесь нечто подобное уже проделал, имелись.
   Но для этого надо было пообщаться с хозяином тела, в котором я пребывал сейчас. И вот тут-то я застрял. Мне было страшно. Я понимал, что моему присутствию он не обрадуется - на его месте я бы тоже был не рад нежданному "соседу", который, к тому же, способен не только зудеть над ухом, но и в некотором смысле успешно "тянуть одеяло на себя". Следовало ждать удобного случая для "знакомства" и приводить в порядок сохранившиеся воспоминания, чтобы хоть приблизительно знать, что меня - и его - ожидает. Хотя бы потому, что никаких иных преимуществ от моего пребывания у него в голове, кроме этих самых воспоминаний, я предложить не мог. Второе я без особых усилий проделал в ближайшие ночи, заодно проверив имеющиеся в моем распоряжении возможности, оказавшиеся, к слову, не слишком обширными. Копаться в его памяти я не мог, да и если бы смог, то не рискнул бы, боясь, что чужие личные воспоминания займут место утраченных моих. Но, даже просто анализируя то немногое, чему стал свидетелем, сразу же заметил несколько нестыковок. Мой альтмер не был неизвестным заключенным - тот умер еще в столичной тюрьме. Денежная система тут тоже была иной. И дети. Немного, по крайней мере, я заметил всего двоих чумазых красноглазых мальчишек, один из которых старательно размазывал по дверной ручке какого-то дома нечто, подозрительно напоминающее свежее дерьмо, пока второй настороженно зыркал по сторонам, но они были. Хотя это, в общем-то, логично...
   Особого внимания потребовал разговор с Косадесом - мне пришлось вмешиваться более активно, благо, когда альтмер не ожидал, я мог немного управлять телом. Старик, может быть, и неплохой мужик, хоть и грубоват... но выкладывать ему все, как на духу, по моему мнению, все же не стоило - интересы Ордена для него наверняка выше, чем жизнь и благополучие впервые увиденного альтмера. Мало ли какие там у них подковёрные интриги... тем, кому ты доверяешь свою спину, легче всего воткнуть в неё меч, если вдруг ты начнешь мешать их планам. Чтобы потом приняться за тех, кому доверять действительно стоило... Так что все попытки ушастого приплести к разговору наставника - единственного человека, проявлявшего о нем некоторую заботу - пришлось аккуратно пресекать. Благо, поверхностные мысли своего "носителя" я слышал так, как если бы он обращался непосредственно ко мне. К счастью, альтмер так волновался, что моего вмешательства просто не заметил.
   А потом мне, наконец, представилась возможность заявить о себе. Этот идиот нашел Кольцо Учителя. А заодно едва не влез в рунную ловушку, в которой оно лежало...
  
   Глава 6. "Торжество правосудия"
   Вечером того же дня Элемар, запершись в снятой в "Восьми Тарелках" комнате, задумчиво наблюдал, как его рука быстро выводит на специально купленной бумаге торопливые строчки каких-то незнакомых символов, не похожих ни на одну из известных ему письменностей: ни на колючие глифы даэдриса, ни на угловатые письмена исчезнувших двемеров... Некоторое сходство прослеживалось разве что с затейливыми завитушками альдмерской скорописи... но и только. При всем старании альтмер не узнал ни одного знака.
   Это пугало. Ничуть не меньше, чем невозможность управлять собственным телом, пусть и временная. И даже данное ему обещание не причинять вреда почти не успокаивало. Как и то, что выбора, по большому счёту, не было - ни у него, ни у неожиданно обнаружившегося "соседа". Того самого, которого Элемар считал внутренним голосом. Хорош голос... Впрочем, если бы не он, альтмер сейчас, наверно, составлял бы компанию в той треклятой гробнице убитому Процессусу Вителиусу.
   Тогда Элемар, уже собираясь уйти, просто краем глаза заметил какой-то фиолетовый высверк чуть дальше по коридору и, движимый любопытством, нашёл изящное зачарованное кольцо с крупным прозрачным аметистом. Тонкие, слабо светящиеся линии рунной ловушки вокруг находки он не заметил. Даже не понял, что произошло. Просто тело вдруг перестало ему подчиняться, с громкой виртуозной бранью бросившись к выходу и захлопнув за собой дверь, а мгновением позже дерево, к которому он - или не он - прижался спиной, явственно нагрелось... Когда же он решился открыть её снова, выяснил, что тело Процессуса Вителиуса обгорело почти до неузнаваемости, а стены гробницы несколько прокоптились. Что было бы с самим Элемаром, не выбеги он наружу, альтмер думать не хотел. И, словно в насмешку, стоило ему немного отойти от увиденного, в голове раздался уже знакомый голос:
   "Поговорим?"
   Тот самый, который он уже не раз слышал с момента прибытия на Вварденфелл. И который считал голосом своего подсознания.
   Однако прежде чем альтмер забился в истерике, его тело вновь перестало ему подчиняться, а сознание словно бы отодвинули куда-то в сторону. Страх от этого только усилился, но почему-то не захлёстывал разум, как этого можно было ожидать. Возможно, именно поэтому альтмер довольно скоро сумел заметить и понять, что неизвестный, вопреки ожиданиям, не торопился куда-то идти, изгонять дух Элемара из тела окончательно или делать что-то еще. Просто терпеливо ожидал, пока хозяин тела придет в себя. И постепенно альтмер успокоился.
   "Полегчало?"
   - Кто ты? - вместо ответа спросил Элемар.
   "Твой сосед по голове, - невесело хмыкнул голос. - Можешь называть меня Вторым. И нет, я не плод твоего воображения".
   - А жаль, - нервно выдохнул альтмер.
   Последовавший за этим долгий разговор был непростым: перспектива делить тело и разум с кем-то непонятным Элемара совершенно не радовала.
   Но им удалось договориться. За духом, признавшимся, что не помнит о себе ничего, закрепилось прозвище Второй - обращаться-то к нему как-то надо было. Тем более что он сам предложил... К тому же Второй мог оказаться полезен. Мало того, что он подчас замечал то, на что не обращал внимания сам Элемар - как с той рунной ловушкой в гробнице - так ещё, по его неохотному признанию, кое-что знал о том, что им предстояло. Немногое, в общих чертах, но для альтмера, уставшего от разводимой вокруг секретности, и это было подарком богов.
   Ради этой цели он вновь уехал в Балмору, снял комнату в таверне и теперь нетерпеливо дожидался, пока вновь занявший его место Второй закончит делать свои записи. Мёртвый же сборщик налогов, как справедливо заметил нежданный сосед, мог подождать еще пару деньков. Правда, с утверждением Второго, что труп, дескать, "не убежит" Элемар мог бы поспорить... с наглядной демонстрацией бредущего следом мертвеца, но последнее было верным способом навлечь на свою голову крупные неприятности. Тем более что вместе с бумагой для записей Второй настоял на приобретении сборника законов Империи, сообщив, что знать их необходимо. Хотя бы для того, чтобы уметь обойти. На гневное же заявление альтмера, что он не собирается тратить на книжку деньги, за которые можно безбедно жить неделю, был получен невозмутимый ответ, что каждый человек или мер хотя бы раз в жизни вольно или невольно оказывается по ту сторону закона. И если незнание оного от ответственности за его нарушение не освобождает, то вот знание как раз вполне может... В итоге сборник был все же куплен.
   Наконец, Второй отложил перо в сторону и потянулся.
   "Вроде все", - сообщил он, меняясь с Элемаром местами. - "По крайней мере, самое важное".
   Альтмер пошевелил ноющими пальцами и выругался, разминая затекшую шею:
   - Твою мать, изверг... Оно хоть того стоило?
   "Надеюсь, что да. Здесь все, что может произойти, что должно и чего стоило бы избежать, если будет хоть мизерный шанс сделать это. Но, в основном, то, над чем следовало бы хорошенько подумать, прежде чем совать голову под топор".
   - Топор? Какой топор? - напрягся недослышавший Элемар.
   "Уймись. Это просто фигура речи, означающая самоубийственный поступок".
   - Ладно. Теперь не соизволишь ли поведать мне, о, злокозненный дух, что меня ожидает? - фыркнул альтмер.
   "Попробую".
   Второй перехватил контроль над левой рукой и начал перебирать исписанные им же листки.
   "Значит, так. Хороших новостей у меня для тебя, пожалуй, нет. Не буду повторять то, что ты уже знаешь и без меня... Итак, первая плохая новость - ты в заднице. Неглубоко, но выбраться из неё ты сможешь разве что на тот свет. И я тут совершенно ни при чем. Просто тот парень, на место которого засунули тебя, должен был выполнить некое пророчество. Или сдохнуть в процессе, после чего все началось бы сначала. Пока это сраное пророчество не было бы исполнено".
   - Что за пророчество?
   "Не помню. Но не обольщайся - ты его еще узнаешь. И его, и для чего оно. И вообще. Более того, хочешь ты или нет, некоторые неприятности тебя не минуют в любом случае. Я не могу тебе сказать, какие - некоторых вещей лучше заранее не знать", - ­дух отложил записи и убрался куда-то глубину разума.
   Судя по ощущениям - в ту самую шишку на затылке.
   - И что, подготовиться к ним нельзя? - альтмер пошевелил левой рукой, убеждаясь, что она вновь слушается.
   "Разве что морально", - угрюмо буркнул в ответ Второй.
   Тема ему была явно неприятна.
   "И вообще - это дела далекого будущего. До которого тебе ещё надо дожить".
   - Ладно, - согласился Элемар, дав себе зарок вытрясти из духа сведения о ждущих его неприятностях немного позже, - тогда я задам тебе тот же вопрос, что и Каю Косадесу - что мне посоветуешь ты?
   "Не Хлаалу точно. Там, если я правильно помню, твоим рекомендателем будет советник Курио. Имперец. Меценат, литератор... и извращенец. Насколько мне известно, чтобы вступить в Дом Хлаалу, обращаться нужно именно к нему и, если верить моим воспоминаниям, он обычно просит соискателя раздеться".
   - Раздеться? - неверяще переспросил альтмер. - За-зачем?
   "А то ты не понял... - буркнул Второй. - Что-то мне подсказывает, что осмотром иногда дело не ограничивается. Так что, если не передумал, тренируй задницу на растяжимость. На всякий случай".
   Элемар брезгливо сплюнул. Мелькнула смутная мысль о чистоте мотивов Косадеса, советовавшего именно этот Дом... и под безмолвное, но ясно ощущаемое одобрение "соседа" тихо осела где-то в глубине разума.
   - Хорошо. Что тогда?
   Второй надолго задумался.
   "Есть, конечно, вариант с Телванни - магистры этого Дома почти все... гм... весьма своеобразные личности, так что ты со мной в голове отлично влился бы в эту тёплую компанию. Да и вообще там полная анархия и свобода выражения... для тех, кто может за себя постоять".
   Альтмер хмыкнул:
   - Хочешь сказать, что ты со мной по воле Шеогората?
   "Не исключено, - неожиданно мрачно отозвался дух. - Кто знает, на что способны Принцы Даэдра?"
   - А кроме Телванни? Что-то мне подсказывает, что для Дома Телванни мне недостанет эксцентричности даже с твоей посильной помощью. Да и анархия мне как-то не слишком по душе...
   "Тогда я бы предложил Дом Редоран. Вот у этих порядок и дисциплина в приоритете. К тому же, таких традиционалистов ещё поискать, так что принятие в этот Дом поднимет твою репутацию у данмеров пусть не до небес, но повыше, чем Хлаалу или Телванни. Хуже только Индорилы, но они на материке и вообще к себе никого не принимают. По крайней мере, я об этом не знаю. Да и не нужно это - религиозный фанатизм хорош исключительно в аптечных дозах, а у индорильцев его можно грести лопатой. Навозной. Да и вообще..."
   - То есть ты советуешь мне вступить в Дом Редоран... Имперские организации, как я понимаю, ты вообще не рассматриваешь?
   "Имперские организации? Хм... да. Для начала, пожалуй, самое то. Ломиться к самой вершине иерархии все равно ни к чему, а к редоранцам лучше идти хоть сколько-то подготовленным".
   - И какую из них ты мне посоветуешь?
   "Имперский культ, - после непродолжительного раздумья сообщил Второй. - Организация по большей части мирная, вырезать в одиночку какую-нибудь банду головорезов не пошлёт. Хотя и у них могут быть опасные задания. Но новичка на них не отправят, а к тому времени, как до этого дойдет, ты так или иначе успеешь обзавестись определенным опытом"...
   - И о чем мне отчитаться Каю Косадесу?
   "Что ты принял решение вступить в Имперский культ. После твоего рассказа об обучении при Школе Юлианоса такой выбор не станет для него большим сюрпризом. Можешь сделать это завтра утром, пока мы в Балморе. Потом - в Сейда Нин, сообщим о злосчастном мытаре, и - в Эбенгард. Не забудь, кстати, спросить у Кая, где находятся основные службы Имперского культа, чтобы он не удивлялся твоей осведомленности. И вообще, лучше помалкивай обо всем необычном, что с тобой происходит".
   - Зачем? Почему?
   "Потому что я ему не доверяю. И ты не должен. Подожди, - остановил дух собравшегося возмутиться альтмера. - Кай Косадес, возможно, неплохой человек. Но ты для него - просто новичок, которого, может быть, завтра же прирежут в глухом переулке за пяток медяков. К тому же ты мер, а это тоже влияет на его отношение. Даже если он этого сам не осознает, в его глазах ты всегда будешь уступать Клинку-человеку. Что бы ты ни сделал, он будет мысленно сравнивать тебя с кем-то из учеников-людей, и это сравнение всегда будет не в твою пользу. Всегда. Более того, если он вдруг решит, что с тобой что-то "сильно не так", он может сам отдать приказ о твоем устранении. И то, что ты тоже Клинок, его не остановит. Интересы Империи превыше остального".
   - Не может быть, - недоверчиво протянул Элемар.
   А в памяти немедленно всплыло воспоминание о путешествии через зловонные коллекторы имперской столицы, скупые, ничего не поясняющие реплики его провожатого и терпкий вкус странного зелья на языке. Того самого, после которого он напрочь забыл, как именно оказался в тюремной камере. И язвительные высказывания самого Косадеса в его адрес. Да, можно было списать их на недовольство из-за прерванного сна... но только ли в этом дело? Или Второй прав, и старый имперец так отнесся к нему из-за того, что он альтмер?
   "Эй, - тихо позвал его дух, - я не призываю тебя замкнуться в недоверии ко всем, кто тебя окружает. Просто помни о том, что все эти люди... и меры... будут стремиться использовать тебя и твои слабости в собственных интересах. Но ведь ничто же не мешает тебе делать то же самое, верно?"
   ­- Верно, - заставил себя улыбнуться альтмер. - Все верно. Просто... просто хотелось надеяться, что есть кто-то, на кого я могу безусловно положиться. В Храме Грозового Когтя меня учили, что Клинки - это не просто орден. Это братство. А послушать тебя, так это вовсе не так.
   "Нет, разумеется. Но идея хороша. Иначе как удержать кучу людей, в особенности молодняк, в нужном настроении? Только мнимым противостоянием чужому враждебному миру или чем-то похожим. Тогда и управлять легче. Особенно бывшими сиротами вроде тебя, которым кажется, что они, наконец, обрели желанный дом и семью. Зато те, кто разобрался в подоплеке и сохранил способность критически относиться ко всему, быстрее оказываются наверху. На руководящих постах, откуда гораздо удобнее вещать о братстве и равенстве внутри ордена. И, если тебя это утешит, это касается не только Клинков".
   - О, да, - с сарказмом отозвался Элемар, - это, безусловно, утешает.
   "Тогда предлагаю отдохнуть. Завтра у нас весьма насыщенный день".
   Последнее, о чем подумал альтмер, прежде чем провалиться в сон, это то, что себя в качестве того, на кого можно безоговорочно положиться, Второй не предложил, сначала переведя тему, а потом и вовсе свернув беседу. Но к каким-нибудь выводам прийти не успел.

***

   О том, что у "соседа по голове" паскудный характер, Элемар узнал уже на следующий день. Едва рассвело, Второй погнал его к Каю - отчитываться в принятом решении. Мастер-шпион на сей раз был куда бодрее. Задумчиво хмыкнув в ответ на сказанное, он кивнул и велел выметаться, пока никто его не увидел. Но на вопросы - о которых альтмер, к слову, едва не забыл - все же ответил.
   Следующим пунктом назначения был Сейда Нин. А точнее, канцелярия Береговой Охраны. Второй предлагал отдать Эргалле ведомость, а деньги оставить себе, мотивируя это тем, что покойный мытарь наверняка грёб больше, чем должно. И наверняка делился с начальством. Так что недостачу они без труда восполнят из собственных кошелей. Такой вариант развития событий честного альтмера совершенно не устраивал.
   - И чем я тогда буду лучше их? И вообще, это воровство!
   "Во-первых, закрой рот - я тебя и так отлично слышу. Незачем привлекать к себе внимание окружающих. А во-вторых..."
   Второй вдруг осёкся и надолго замолчал.
   "А вообще, поступай, как знаешь", - неожиданно выдал он.
   Элемар задумался, не согласиться ли. Наверняка дух знал или предчувствовал что-то. Но вот так взять и прикарманить чужое золото... Да, найденные на теле двадцать "драконов" серебром это не слишком большая сумма для государства. Напротив, совсем незаметная. Однако применительно к нему самому...
   Беседу с Сокуциусом Эргаллой Второй комментировать не стал, храня неодобрительное молчание. Только вздохнул, услышав, как тот "корит себя за бесчувственность". Потом еще раз, когда Элемар согласился расследовать убийство. И посоветовал поговорить с местными.
   Разговоры с жителями "имперской" части поселения ничего не дали. Большинство жителей только пожимали плечами, давая понять, что ничего особенного сообщить не могут. Аррилл сдержанно сообщил, что да, Процессус Вителлиус действительно недавно был в трактире и он, Аррилл, заплатил очередной налог. Высокий, но вполне подъемный. Каких-либо вольностей покойный сборщик себе не позволял, дебошей не устраивал, ссор не провоцировал. Потягивавшая какой-то напиток за столиком возле двери седая данмерка, послушав рассказ трактирщика, только презрительно фыркнула:
   - Туда ему и дорога!
   - Тольвайз... - укоризненно протянул Аррил.
   - Что "Тольвайз"? - зло зыркнула та. - Так ему и надо, кровопийце проклятому! Старый тоже сверх должного брал, но хоть не наглел, меру знал... А этот без меры грёб, чтоб ему в Обливион провалиться. Все до последней монетки выцарапывал!
   Осторожно покосившись в сторону трактирщика, Элемар заметил едва заметный мрачный кивок. Мелькнула малодушная мысль, что, возможно, стоило послушать Второго...
   Когда же он перешел к опросу данмеров, понимание, что, согласившись отыскать убийцу, он сильно ошибся, стало гораздо более явственным. Сейда Нин - поселение небольшое, обойти неполные полтора десятка лачуг можно за полчаса. Толку-то? Заподозрить можно было любого из рыбаков, которые, стоило задать им вопрос о сборщике налогов, молча плевали ему под ноги и уходили или просто отворачивались, давая понять, что говорить на эту тему не желают. Но к этому альтмер, как ни странно, отнёсся спокойно - странно было бы, будь все наоборот. В этом отношении темные эльфы Морровинда, пожалуй, ничем не отличались от бретонцев Хай Рока - сборщиков налогов не любили нигде. Так что приставляемая к мытарям охрана нужна была для защиты отнюдь не от грабителей...
   Проблема была в том, что покойник, меньше года назад сменивший своего предшественника, оказался на редкость гнусным типом: те несколько данмеров, что всё же согласились поговорить об этом, спокойно, даже как-то монотонно рассказывали о многочисленных вымогательствах и злоупотреблениях - господина Вителлиуса обычно сопровождал один или двое крепких нордов в доспехах Имперского Легиона, чем он и пользовался. Так только за последние полгода Процессус Вителлиус уже дважды собирал "налоги". Элемар пожалел, что не изучил найденную налоговую ведомость внимательнее, прежде чем отдать её Сокуциусу Эргалле - той же Индрель Ратрион, чтобы выплатить затребованную сумму и оставить хоть немного на самое необходимое для себя и сына, пришлось взять заём под залог дома у кого-то из Хлаалу. Иначе тюрьма или того хуже, рабские рынки Дрес или Телванни. Денег, чтобы погасить этот долг, у неё не было, так что, сколько им еще тут жить, зависело от великодушия Советников Великого Дома... Ринар, конечно, после смерти отца пытался заработать, но он еще мал. Да и сколько заплатят мальчишке?
   Элемар против воли вспомнил обстоятельства знакомства с эльфёнком. Второй молчал, но это молчание было красноречивее некуда.
   "Зря я в это ввязался. Может, ну его, этого убийцу", - с тоской подумал в какой-то момент альтмер.
   "Нет уж. Взялся, так доведи до конца", - немедленно отреагировал Второй.
   Голос у него при этом был такой, что Элемар предпочел не настаивать. Тем более, он не представлял, на что способен нежданный сосед, и потому опасался.
   Именно Индрель рассказала ему о Тавер Ведрано, смотрительнице маяка и любовнице убитого мытаря, из-за которой, по мнению вдовы, все и началось. Слушая её злое шипение, Второй как-то меланхолично заметил, что нельзя обвинять женщину за желание устроиться с большим комфортом, чем у неё есть, если ради этого она не идет на преступление. Ну а то, что сам сборщик оказался дураком, так кто ему виноват... А когда Элемар попытался возразить, сердито рыкнул, что некоторым стоило бы думать головой, а не головкой. И вообще, неплохо бы расспросить об этой Тавер Ведрано других жителей поселения. То есть снова обойти всю данмерскую часть поселения. Не сложно, но...
   Вопреки ожиданиям альтмера, со слов вдовы Ратрион успевшего составить определенное мнение о любовнице убитого, большая часть опрошенных скорее жалела данмерку, нежели осуждала.
   "Она казалась такой славной женщиной", - именно таким было общее мнение.
   Тем не менее, о её связи с убитым все, без исключения, отзывались неодобрительно. Хотя и без той злости, с какой отзывалась о Тавер Индрель Ратрион. Второй только неопределенно хмыкал, но ничего не говорил.
   Смотрительница маяка при непосредственном знакомстве и впрямь была хороша. Ладная фигурка, хорошенькое личико, крупные горошины слез в уголках глаз, налившиеся, едва только альтмер сообщил о смерти господина Вителлиуса... Элемару подумалось, что данмерка, пожалуй, и впрямь любила убитого. И, похоже, не за подарки. Альтмер, оглядевшись, вообще усомнился в том, что любовник хоть что-то дарил девушке: убранство её жилища роскошью не отличалось. Да и одежда дорогой не выглядела - простое платье из небелёной ткани. Ни вышивки, ни украшений... Помнится, наряд самого сборщика была заметно лучшего качества.
   Второй, беззастенчиво подслушивавший его мысленные рассуждения, скептически фыркнул, однако от комментариев вновь воздержался.
   От Тавер удалось узнать имя некоего Форина Гилнита, одного из рыбаков, жившего в полуразвалившейся лачуге напротив дома Индрель Ратрион, легко узнаваемой по перекошенному каменному фундаменту. По словам данмерки, тот не раз угрожал Процессусу Вителлиусу расправой, если тот не умерит аппетиты. Сам же покойный сборщик налогов, по её словам, был добрейшим человеком, который никогда ни на кого не повысил голос, в то время как с Гилнитом только при ней дважды имел беседу на повышенных тонах. Элемар, подумав, припомнил, что данмера с таким именем он, опрашивая местных, не встречал. Означает ли это, что он и есть искомый убийца? С другой стороны, этот Форин Гилнит мог быть и вовсе ни при чем, спокойно ловя рыбу в заливе, пока альтмер бродил по Сейда Нин...
   Что думал по этому поводу "сосед", выяснить не удалось - тот просто проигнорировал попытки к нему обратиться. Словно и не было никого.
   Форин Гилнит не бросился в бега и не был в это время в море. Он пил. Пол его жилища был усеян пустыми кувшинами из-под мацта и черепками от них же. Стол, за которым он сидел тоже был уставлен кувшинами, но еще полными. При виде вошедшего через незапертую, как оказалось, дверь альтмера, хозяин лачуги, данмер со странно асимметричным лицом пьяно заморгал, пытаясь рассмотреть нежданного гостя:
   - Э-э, ты кто? Чё прип-рсь? - невнятно пробубнил он.
   - Я хотел бы поговорить, - проговорил в ответ Элемар.
   - Н-ну? О ч-щем ж? - мотнул головой Гилнит и потянулся к одному из кувшинов перед ним.
   - Об убийстве Процессуса Вителлиуса...
   Тяжелый кувшин со стуком опустился на столешницу, а мгновенно протрезвевший данмер медленно выпрямился, мрачно глядя на незваного гостя.
   - Хочешь знать, не я ли его прикончил? - неприязненно поинтересовался он. - Верно? Да, это сделал я, и это был действительно хороший поступок. Этот имперский выблядок не заслужил иного. Вечно завышал налоги в несколько раз, а остаток забирал себе. Вся эта их канцелярия - просто жадные продажные твари. Спроси любого в этом проклятом городишке. Сомневаюсь, что найдется хоть кто-нибудь, кто пожалеет эту имперскую мразь. Ну, кроме этого его подельника... как там его... Шлёп-Нога?.. Ластоног?.. не помню. Вечно крутится в трактире у Аррилла...
   Второй встрепенулся было, но тут же затих.
   - Найдется, - покачал головой альтмер.
   - Ах, да, - со вздохом кивнул Гилнит, - та девочка с маяка... Что ж, возможно, теперь она найдет себе кого-нибудь более... достойного.
   - Вроде тебя? - не выдержал Элемар.
   - Меня? - переспросил данмер... и вдруг расхохотался.
   Громко, взахлеб, навалившись на жалобно скрипнувший под его весом стол и хлопая по нему ладонью, отчего кувшины с мацтом дружно запрыгали по столешнице.
   - Посмотри на меня, высокий эльф, - резко оборвав смех, произнес он. - Внимательно посмотри... света тут достаточно...
   И, нехорошо усмехаясь, выбрался из-за стола.
   Несимметричным у Гилнита было не только лицо, но и тело - кто-то крепко избил данмера. Часть переломов срослась неправильно, отчего он стоял, скособочившись, несмотря на попытки выпрямиться, вызывающе глядя на альтмера. Левое плечо было заметно короче правого и вообще выглядело так, словно там образовался дополнительный сустав. Да и тело под просторной рубахой выглядело... как-то странно.
   - Хорош? - усмехнулся-оскалился он. - Пару месяцев назад... или чуть поболее... у меня случилась... беседа с этим ублюдком. Я отказался давать ему деньги, тем более что уже заплатил подати за этот год, и мы оба это знали. Но он требовал еще. Ну, я и... пригрозил ему, если не уймется. Двадцать с лишним "драконов", подумать только!..
   Элемар невольно вытаращил глаза. Сумма и впрямь была огромна, тем более что альтмер примерно представлял доходы рыбаков. И сильно сомневался, что в Морровинде они выше, чем в Хай Роке.
   - А на следующий вечер задержался и слишком поздно вернулся с лова... - усмешка стала горькой, - тут-то меня и подстерег его приятель-норд. Есть тут один... мразь. Ну, и "вразумил", как он это называл. Денег на целителя, как видишь, не нашлось, - данмер тяжело опустился обратно за стол. - Но я и без целителя выжил. Зачем только, непонятно. В море мне тоже больше делать нечего - первый же выход станет для меня последним. Если мне вообще удастся выйти. Так что мне терять нечего, беги, высокий эльф, докладывайся своему имперскому начальству, что это Форин Гилнит убил сборщика налогов Процессуса Вителлиуса. Подстерег его одного... и оставил гнить в старой гробнице - она уже давно заброшена, никто туда не ходит... Только деньги не брал, пусть подавится...
   Второй негромко хмыкнул.
   "Ну, и каково это - быть вершителем правосудия?" - язвительно поинтересовался он.
   "Отвратительно", - сердито отозвался альтмер.
   "Неужели? Ты же так рвался вершить справедливый суд во имя Империи... Что тебя теперь останавливает? Вот он, убийца, прямо перед тобой. Он сам сознался в совершенном преступлении".
   "Я не могу", - признался Элемар. - "Если верить всему том, что я сегодня тут услышал, казнить надо не Гилнита..."
   "А твоего приятеля Хрисскара по прозвищу Плосконог и всю верхушку Имперской канцелярии в этом долбаном городишке. Дошло, наконец".
   "Ты... знал? С самого начала знал?! И молчал?!"
   "Почему же? Я пытался тебя переубедить. Но ты ведь решил, что лучше знаешь, как поступить, хотя о продажности имперских чиновников тебе известно не хуже, чем мне. Да и Аррилл про Эргаллу намекал... даже не намекал, а говорил практически в открытую. Впрочем, справедливости ради должен признать, что не был полностью уверен в своей правоте: этот Процессус Вителлиус ведь вполне мог оказаться славным парнем, а Форин Гилнит - головорезом из... из Камонна Тонг, к примеру. Хотя я в это все равно не верил".
   "Но сейчас-то мне что делать?"
   "Скажи, что сохранишь его секрет... если хочешь, конечно. И поинтересуйся кольцом убитого".
   Альтмер вздохнул.
   - Знаешь, я ведь понимаю тебя, - он посмотрел на сидящего за столом Гилнита. - Не могу сказать, что одобряю то, что ты сделал, но... понимаю, почему. Так что никто не узнает. Не от меня.
   - Спасибо, сэра, - данмер как-то обмяк на стуле и, задумчиво посмотрев на зажатый в здоровой руке кухонный ножик, отложил его в сторону.
   А потом неловко зашарил в кармане и достал изящное кольцо с крупным дымчатым топазом.
   - Вот. Это единственное, что я забрал тогда с тела. Хотел отдать его той девочке, Тавер. Не мог бы ты передать это кольцо ей? Она-то ни в чем не виновата...
   - Я передам, - серьёзно кивнул альтмер.
  
   Глава 7. Тяготы служения
   Элемар привычно разбирал, отмерял и смешивал высушенные травы. С тех пор, как он прибыл в Эбенгард, чтобы стать мирским членом Имперского культа, прошло уже около двух месяцев.
   Почти сразу по прибытии выяснилось, что "мирской слуга" - то же самое, что и "мальчик на побегушках". Альтмера, как недавно прибывшего на Вварденфелл и пока не слишком знакомого с местными реалиями, определили помощником к Целителю Мары Синнолиану Тунифусу - рослому, почти как сам Элемар, пожилому, рассеянному на вид имперцу. Работать с целителем альтмеру нравилось: тот был спокойным и всегда терпеливо разъяснял непонятные моменты, будь то работа над зельем или, что бывало куда чаще, необходимость отправиться либо к поставщику за ингредиентами, либо с уже готовыми зельями к заказчику. Конечно, не слишком-то приятно, когда тебя то и дело гоняют куда-нибудь, попутно посоветовав тайком ободрать чужую клумбу. Или вообще посылают к даэдра на рога с заказом, к примеру, на муск... но с другой стороны, та клумба принадлежала "очень плохому парню", по выражению Второго, а поездка в Гнисис все же была оплачена Тунифусом, которому этот самый муск и понадобился. Как и остальные долгие поездки. Тем более что Второй посоветовал, по возможности, пользоваться не силтом, которого явно побаивался, а услугами проводника Гильдии Магов, что выходило значительно дешевле и быстрее. Кроме того, работа под началом целителя была относительно безопасной и даже по-своему прибыльной - Второй посоветовал во время путешествий собирать растущие вдоль дороги травы и ягоды. За некоторые из них алхимики из Квартала Чужеземцев в Вивеке очень неплохо платили, хотя поначалу большая часть собранного альтмером оказывалась ничего не стоящим мусором. К тому же яркие, одуряюще пахнущие букеты золотого канета пользовались успехом у городских цветочников... жаль только, что было их не так уж много. Но что было важнее всего остального, Элемар, путешествуя мимо ферм, полей и пастбищ с неторопливо дрейфующими над ними нетчами, постепенно начинал узнавать Морровинд. Более того - иногда ему казалось, что он не узнает эту страну, он её... вспоминает. Словно когда-то давно уже был здесь и видел все это: парящих над землёй нетчей, кажущиеся золотыми в лучах Магнуса острые шпили далёких двемерских построек... и огромный, подпирающий небеса красновато-бурый конус Красной горы.
   Хотя не обошлось и без неприятных моментов, вроде случая в Гнисисе, когда Элемар неудачно облокотился на одну из мусковых "колонн", отчего та лопнула и с совершенно неприличным звуком окатила альтмера слизью, в сыром виде оказавшейся липкой, вонючей и, кроме всего прочего, довольно ядовитой. К тому же тогда пострадала еще и гордость эльфа, вынужденного терпеть не только специфический "аромат" - Второй по поводу запаха вообще высказывался исключительно непристойно - но и смешки данмеров, с которыми они указывали, где находится общественная купальня. А также неоднократные предложения подождать, пока забрызгавшая его с ног до головы вонючая слизь подсохнет и "оно само осыплется". На которые "сосед" также отвечал сложными бранными конструкциями. К счастью, слышать его мог только сам Элемар, а он передавать ответные пожелания советчикам разнообразить их жизнь - в основном, сексуальную - не собирался: за любое из этих высказываний можно было получить в глаз. Хотя, если быть честным, уже после второго предложения он был со Вторым полностью солидарен.
   Вторым неприятным случаем стала встреча с данмером по имени Нельс Ллендо, считавшим себя "прославленным разбойником", в результате которой кошелек Элемара полегчал на полсотни серебряных септимов. Второй тоже не казался счастливым, неохотно сообщая, что этот вымогатель на данный момент способен раскатать альтмера по дороге до самого Пелагиада, а потому лучше откупиться. И еще более неохотно заметил, что он, возможно, окажется полезен в дальнейшем. Возможно...
   Зелья из добытых ингредиентов тоже пришлось готовить ему, хоть и под руководством Синнолиана Тунифуса. Альтмера, несмотря на то, что Целитель щедро делился своими знаниями в изготовлении целебных зелий, это занятие не увлекало совершенно, а порой и вовсе тяготило, но Второй - тоже, как оказалось, не склонный к занятиям алхимией - честно делил с ним эту обязанность "мирского помощника целителя". Пока один из них сосредоточенно тёр, крошил или толок травы для зелий, другой отдыхал или размышлял над очередной прочитанной книгой: немалая часть заработанных денег по настоянию Второго тратилась именно на них, и цена при этом роли не играла. Как и недовольство хозяина тела, кровью и потом которого эти деньги зарабатывались. Впрочем, дух иногда делал из прочитанного такие выводы... что оставалось только удивляться. Или ужасаться. Или ещё что-нибудь. Невозможно было только остаться равнодушным.
   Некоторые вопросы Второго альтмер осторожно переадресовывал трудящемуся рядом Тунифусу. Правда, не слишком часто, чтобы не привлекать внимание имперца слишком уж необычными интересами. Когда же в очередной раз подошёл его черед "думать над своим поведением", как, посмеиваясь, называл их обмен "сосед", Элемар, к своему удивлению, заметил, что состояние "бесплотности" весьма способствует размышлениям. О поведении в том числе. Дух, с которым он поделился своим открытием, хмыкнул и, не отвлекаясь от растирания каких-то корешков для очередного зелья, разразился почти академической лекцией на тему влияния эмоций на чистоту мышления и влияния алхимии тела на зарождение этих самых эмоций. Мысленно, разумеется. Некоторые моменты этой лекции, излагаемой, впрочем, совсем не академическим языком, повергли альтмера в ступор, а заметивший это Второй посоветовал не размышлять на эту тему, когда они поменяются обратно.
   Синнолиан Тунифус, услышав короткую выжимку - то, что Элемар сумел понять - из сказанного Вторым, надолго задумался, пощипывая свою короткую бородку, после чего неуверенно произнес "спорно, юноша, очень спорно... но что-то в этом определенно есть". А альтмеру потом пришлось срочно выдумывать сказку о подслушанной беседе незнакомых целителей, якобы недолго гостивших в Даске, чтобы объяснить, откуда он вообще взял эту теорию. Второй, вопреки ожиданиям, не обиделся, и на вопросы отвечать не перестал - как и прежде, полно и развернуто, не скупясь на объяснения. Только посоветовал в следующий раз заранее продумать, что именно он будет врать собеседнику об источнике новых знаний. В Даске-то он, к примеру, ни разу не был. К счастью, Тунифус тоже.
   Иногда, когда у Целителя не оказывалось заданий для альтмера, того отправляли к Илусу Труптору, Учёному Стендарра - низенькому тучному имперцу лет сорока на вид с вечной хитроватой полуулыбочкой. Второму он не понравился с первого взгляда. Обязанности у его помощника были более неприятны - сбор пожертвований для бедняков. Умом Элемар понимал, что это необходимо, но радости понимание ему не прибавляло, тем более что припомнить что-либо похожее из своего приютского детства он не смог - Королевский сиротский приют содержался на средства, специально выделяемые из казны, и на пожертвования нескольких влиятельных горожан, в сборе которых Имперский культ участия не принимал.
   Впрочем, поручиться за это альтмер не мог. Тем не менее, сейчас он бы с готовностью согласился выполнять свои прежние обязанности ученика-помощника при Школе Юлианоса, некогда заставлявшие его стыдиться сверстников. Особенно девушек. Даже подметание ступеней перед часовней казалось не таким унизительным, чем сбор подаяния. Когда их отправили собирать пожертвования в Аргонианскую Миссию, Второй не выдержал, предложив заплатить нужную сумму из собственных средств, чтобы, как он выразился, "не позориться, выклянчивая милостыню". Элемар его полностью поддерживал, но идти, тем не менее, пришлось - нужной суммы у них просто не оказалось. К счастью, альтмер сразу наткнулся на Им-Килайю, главу отделения. Ящер высказал - прочувствованно и пространно - претензии к Имперскому Культу, вообще, и Элемару, как представителю оного, в частности, насчёт недостаточной поддержки борьбы с рабством в Морровинде, но деньги дал. А большего от него и не требовалось.
   "В следующий раз нас отправят в Альд'Рун, столицу Дома Редоран, - мрачно предрёк Второй, когда они вышли. - Выбирай, обратиться к Труптору сейчас, пока тебя там никто не знает - и есть шанс, что потом не вспомнит - или не подходить к нему вовсе?"
   "Это точно?" - насторожился альтмер.
   "Примерно, как со сборщиком налогов", - дух изобразил что-то похожее на вздох.
   Элемар помрачнел. Второй не слишком охотно делился с ним знаниями о будущем, объясняя это тем, что большая часть рассказанного может оказаться пустышкой, но о всяких неприятностях честно старался предупреждать. Куда не соваться, с кем не заговаривать, на что не соглашаться. Некоторые его советы альтмеру не нравились - как в случае с Нельсом Ллендо - но воспоминания о расследовании убийства Процессуса Вителлиуса, когда он решил поступить по-своему, были еще достаточно свежи. Разговоры с его бывшей любовницей и Сокуциусом Эргаллой тогда вел именно Второй - Элемар не смог бы так гладко лгать, глядя собеседнику в глаза. Чиновник, расстроенный отсутствием результата, молча указал ему на дверь, но альтмер, выйдя из канцелярии, вздохнул с облегчением.
   После этого к предупреждениям духа он предпочитал хотя бы прислушиваться.
   Впрочем, Труптор вскоре нашёл его сам. И, услышав отказ, пригрозил, что позаботится о том, чтобы с повышением для альтмера не торопились - пусть походит в помощниках, поучится должному смирению. На что немедленно высунувшийся Второй в своей обычной манере заявил, что с этим и без его, Труптора, ходатайства не спешат, так что он уже привычный. Шокированный неожиданной наглостью обычно неконфликтного, хотя и несколько нелюдимого эльфа, имперец ненадолго отстал. В Альд'Рун отправился кто-то другой, а Элемара, к его удивлению, произвели сразу в "служители"... и перевели в "сержанты алтаря" под начало жреца Зенитара - редгарда Кайе.
   В процессе выполнения первого же из его заданий - вернуть украденную алебастровую чашу - альтмер научился браниться почти так же виртуозно, как и его "напарник", потому что простотой и лёгкостью оно не отличалось. И дело было даже не в том, что чашу пришлось попросту спереть - это было едва ли не самым простым. Нашлась она, кстати, в доме Кариареля, того самого высокого эльфа, которого редгард и подозревал в её похищении. Его самого отыскать было несложно - первый же альтмер, встреченный в доках Эбенгарда, со вздохом покачал головой, пробормотав что-то вроде "у этого неудачника опять неприятности... когда же это кончится", и посоветовал поискать воришку в Гнаар Моке. Сам Кариарель, едва услышав о чаше, тут же испуганно оглянулся на собственное жилище, потом едва не умоляюще уставился на Элемара и, пробормотав, "я ничего об этом не знаю и знать не хочу", сбежал. И успешно прятался до самого отплытия того из Гнаар Мока.
   Чтобы избежать проблем, связанных с проникновением в чужое жилище, Второй довольно быстро столковался с неторопливо прохаживающимся поблизости данмером в броне стражи Дома Хлаалу, за небольшую - относительно - мзду согласившимся "перепутать" альтмеров, и "не заметить" что в лачугу входит совсем не её хозяин... и выходит тоже. Благо, Кариарель, если не особенно всматриваться, был схож с Элемаром: высокий, темноволосый... впрочем, в Морровинде альтмеров с подобной внешностью оказалось на удивление много. С деньгами Элемар расстался легко, зная, что в противном случае все равно пришлось бы заплатить ту же сумму в виде штрафа. Только после неприятного разбирательства и не предприимчивому тёмному эльфу, а в казну Дома Хлаалу. И хорошо, если не вместе с чашей. Так что, когда альтмер вышел из чужого дома с чашей в руках, "бдительный" стражник демонстративно отвлёкся на "подозрительный шум" на противоположной стороне улочки. Даже Кариарель, объявившийся на пристани как раз в момент отплытия Элемара в Хла Оуд и радостно помахавший тому на прощание, не вызвал никаких эмоций, кроме мимолётного недоумения. Самая лёгкая, как потом оказалось, часть задания, была позади.
   Гораздо сложнее было доставить проклятую посудину в Эбенгард в целости и сохранности. Чаша даже на вид была хрупкой, из-за чего всю дорогу пришлось сидеть с ней едва ли не в обнимку, а на море, как назло, началось сильное волнение. К счастью, далеко не шторм, но качка была достаточной. Любого толчка хватило бы, чтобы превратить изящную вещь в груду осколков... Да еще и его собственный страх перед морскими путешествиями. Второй, конечно, помогал, как мог, отвлекая, подбрасывая пищу для размышлений, коль скоро при мысли о пище "для брюха" Элемара выворачивало едва не наизнанку... в общем, к Кайе альтмер прибыл измотанный почти до невменяемости. А наутро, едва продрав глаза, увидел дожидающегося его пробуждения подозрительно довольного Илуса Труптора.
   Имперец, судя по всему, твёрдо вознамерился отравить ему существование, с медовой улыбочкой сообщив, что Имперский Культ в скором времени организует благотворительный обед в форте Лунной Бабочки, для которого нужно добыть "киродиильский бренди". Причём не пять бутылок, как предположил Второй, а втрое больше. И выжать их из владельцев таверн и постоялых дворов предстоит "господину Суротано", поскольку остальные младшие члены Имперского Культа уже заняты.
   "А рожи не треснут?" - коротко поинтересовался Второй.
   - Не кажется ли вам, что это слишком роскошный напиток для благотворительного обеда? - в свою очередь спросил Элемар.
   - Увы, - круглая лоснящаяся физиономия Труптора приняла благостно-скорбное выражение, - этот обед очень важен для Имперского культа. А господа, на него приглашённые, имеют утончённый вкус и ни за что не согласятся на грубый местный бренди из комуники, именуемый гриифом... Так что нужен именно киродиильский бренди.
   "Готов поспорить, что этот жирный червяк все припрячет для себя, - зло буркнул Второй, поняв, что отвертеться от задания не получится, - а этим "утончённым господам" подсунет тот самый грииф под видом экзотики".
   "И что будем делать? Я не намерен снабжать его выпивкой за св... за наш счёт!"
   "Что-нибудь придумаем..."
   Думал Второй довольно долго. Вытащенные, было, листки со своими нечитаемыми записями, с которыми он иногда сверялся, почти сразу же со вздохом были убраны обратно в сумку. А следом убрался и он сам, неохотно сообщив, что в Балмору ехать все же придётся. Хотя бы для того, чтобы показаться Каю и сгрузить ему очередную стопку книг - продавать их, за исключением дубликатов, дух категорически запретил. Впрочем, некоторые и показывать-то никому нельзя было из-за пометок, сделанных Вторым на полях. В отличие от его личных записей, примечания к прочитанному дух делал даэдрическими глифами, немало, впрочем, удивившись, когда Элемар указал ему на этот факт. И... альтмер не был в этом уверен, но ему показалось, что, кроме удивления, в голосе Второго звучали нотки испуга... хотя если учесть содержание этих пометок, книги эти вообще стоило сжечь. Во избежание.
   Визит к Каю, при виде кожаного мешка с книгами - наглухо зашитого якобы от сырости, а на деле от чужого любопытства - обречённо кивнувшему в угол, где были сложены ещё два таких же, оказался полезен. Мастер-шпион, нахмурившийся при имени Илуса Труптора, сначала был ошеломлён, но после недолгого раздумья предложил обратиться к владельцу "Южной Стены". Он, даже если откажется дать хотя бы одну бутылку, может дать дельный совет. Если вовремя сослаться на нужных людей. В данном случае, на него, Кая Косадеса.
   Бакола одну бутылку дал, посоветовав употребить её самому, желательно, в компании "старого пройдохи Кая". А за другими наведаться в "Клуб Совета" - тамошний владелец, Банор Серан, откуда-то достал несколько ящиков киродиильского бренди. Однако не успел альтмер обрадоваться, как трактирщик добавил, что добром напиток не дадут ни при каких обстоятельствах - заведение принадлежит Камонна Тонг.
   "Значит, придётся спереть, - меланхолично произнёс Второй. - Ну-ка, подвинься..."
   Элемар только мысленно выругался, уже привычно уступая место "соседу". Камонна Тонг - это серьезно. В том же Гнаар Моке ему пришлось уже с ними столкнуться. Тогда дело ограничилось только завуалированными угрозами и советом "не лезть не в свое дело". Сейчас же...
   "Как думаешь, - обратился он к духу, подождав, когда тот выслушает наставления Баколы Клосиуса, где именно стоит поискать выпивку, - Труптор, давая нам это поручение, действительно собирался втравить нас в неприятности?"
   "Вряд ли, - хмыкнул тот. - Скорее, он ждет, что мы приползем к нему молить о снисхождении и признаваться в собственном ничтожестве. Даже если бы речь шла о пяти бутылках, как я предположил, достать их было бы непросто. А уж пятнадцать... таким количеством бренди можно упиться вусмерть, хотя я, конечно, преувеличиваю. Для чинного благотворительного банкета этого слишком много. Так что это, как мне кажется, просто попытка поставить на место одного наглого альтмера".
   "Понятно. Так как все-таки мы будем добывать этот даэдров бренди? Все-таки воровать?"
   га. И знаешь, что я тебе скажу? Эти ребята - очень-очень плохие парни!"
   Бренди они тогда достали без особых трудностей, хотя это заняло несколько дней и заставило Элемара изрядно понервничать. Четыре, если быть точным, в течение которых Второй просто по несколько раз за день таскал с собой в "Клуб Совета" раздутую заплечную сумку с бутылками, любезно подаренными Каем, подивившимся наглости замысла, игнорируя презрительно фыркающих в его сторону данмеров. А когда камонновцам надоело за ним следить, незаметно поменялся местами с Элемаром, который шмыгнул в подвал, где пустые бутылки были торопливо выгружены, а их место заняли уже полные. После чего вернулся на свое место. Вновь перехвативший управление Второй лениво, с таким видом, словно никуда и не отлучался, поковырял заказанную еду и, точно так же позвякивая бутылками, но уже с бренди, они спокойно вышли из "Клуба", направившись прямиком к порту силт страйдеров, сообща решив, что в Балморе задерживаться не стоит. И возвращаться туда в ближайшее время тоже.
   Известие о резне в Рабочем квартале Балморы, произошедшей между Камонна Тонг и Гильдией Воров пришло в Эбенгард только через несколько дней. Но что было её причиной, никто доподлинно не знал. Сплетники сходились в одном: напряженность между двумя преступными организациями нарастала уже давно, поэтому поводом могло послужить что угодно. Впрочем, угрызения совести умерли, не родившись, чему немало поспособствовало кислое выражение на лоснящемся лице Илуса Труптора... после того, как он дважды пересчитал количество принесенных ему бутылок с киродиильским бренди.
   Но больше так продолжаться не могло.
  
   Глава 8. Кальдера
   - Надо что-то делать, - пробормотал Элемар, неприязненно поглядывая на двух беснующихся под деревом алитов.
   "Надо. Но что именно? Меч ты потерял, а без него остается только ждать, пока они догадаются начать жрать третьего, нажрутся и свалят, наконец, восвояси", - раздраженно проворчал Второй.
   - Ну да, - сердито откликнулся альтмер, - во всем виноват я. Разумеется...
   "Уймись. Никто тебя не обвиняет. Лучше пересядь на другую ветку, потолще".
   - Да где же её взять, потолще? - Элемар скептически обозрел соседние ветки давшего им приют чахлого деревца неизвестной породы и решил остаться на месте.
   Хотя похрустывание под задницей ему тоже не нравилось - ветки дерева оказались на редкость хрупкими, не выдерживая веса худого, если не сказать тощего, мера. Да и само оно... Впрочем, в тот момент, когда из зарослей удушайки на дорогу перед Элемаром выскочили сразу два алита, сгодилось бы что угодно. А уж когда к ним присоединился третий...
   Сумка с пожитками так и осталась на дороге. Впрочем, для зверья в ней ничего интересного не было. Хотя все равно будет обидно, если её растреплют - смену одежды и белья, зачем-то втихую обкромсанного регочущим над "чудо-труселями" Вторым, было жалко: вещи были совсем новые и куда лучшего качества, чем альтмер носил раньше. Но вещи-то ладно - в сумке лежала стянутая у управляющего книга учёта, из-за которой им и пришлось тащиться через пустоши к шахтам Кальдеры.
   До этого судьба всячески потакала им, храня от серьезных опасностей. И даже подбрасывая некоторые приятные сюрпризы вроде случайно попавшегося Второму на глаза двемеритового клинка, зачарованного на парализацию противника. Стоил он недешево. Настолько недешево, что Элемар долго сомневался, стоит ли его вообще покупать, несмотря на твердо высказанную по этому поводу позицию Второго - у альтмера сложилось впечатление, что будь у духа возможность, он сплясал бы от радости. Смущало еще и то, что клинок был именно двемерской работы - двемерит, золотистый металл, похожий на бронзу, но несколько легче и значительно прочнее, был легко узнаваем - а торговля двемерскими артефактами была запрещена специальным указом императора. И, тем не менее... вот он, меч, свободно лежит на прилавке, а охраняющий оружейную лавку стражник из Хлаалу даже не чешется. Окончательно вопрос в пользу покупки решился после встречи с представителем Великого Дома Редоран, разгуливающим по Залу Совета в Эбенгарде в почти полном двемеритовом доспехе. Его можно было бы принять за ожившего анимункула, если бы не отсутствие шлема, открывавшее взгляду типичную данмерскую физиономию. Второй предположил, что императора, скорее всего, интересуют не оружие и амуниция, а те самые анимункулы. Или, как их еще называли, автоматоны.
   В Кальдеру альтмера привело сразу несколько поручений. Сначала Кайе, увидев его разминку - меч, несмотря на сравнительно небольшую длину, оказался заметно тяжелее уже привычного серебряного, и Элемар не жалел усилий, чтобы приноровиться к весу обновки - попросил наведаться в шахтерский город. Одного из жителей, по словам редгарда, донимал призрак, а из членов Имперского Культа не было никого, кто мог бы с ним справиться: желающих послужить Девяти на Вварденфелле было немного, и почти все они были целителями. Пока он объяснял детали предстоящего задания, в помещение просочился явно обрадованный Труптор, сходу заявив, что коль скоро "служитель Суротано" направляется в Кальдеру, для него не составит труда напомнить об обещанном пожертвовании некоему Куниусу Пелетиусу и заодно зайти к тамошнему портному, альтмеру Фаланамо, за его, Труптора, заказом к Празднику Урожая. На встречный вопрос эльфа, за кого его принимают, ведь праздник уже два месяца как минул, толстяк благостно разулыбался и попросил напомнить мастеру Фаланамо об этом "без всякого сомнения, прискорбном факте".
   Портной напоминанию не обрадовался. Выяснилось, что Труптор, давая поручение, забыл сообщить одну совершенно незначительную деталь: заказ не был оплачен. Фаланамо честно выполнил свою часть сделки, но имперец все это время под разными предлогами тянул с оплатой. Идею, как выполнить задание и заодно напакостить толстяку, предложил Второй, невзлюбивший скользкого, по его мнению, имперца с первой встречи.
   "Поинтересуйся, не может ли почтенный мастер перешить заказанную рубашку?" - предложил он.
   "Сам у него спроси", - мысленно буркнул рассерженный Элемар, которому необходимость выслушивать гневные излияния сородича пришлась совсем не по вкусу.
   Услышав предложение Второго, Фаланамо сначала едва не выгнал их из своей лавки. Потом задумался. Заказ Труптора лежал мертвым грузом - других клиентов с похожими мерками у портного не было, а сам заказчик платить явно не хотел. С другой стороны, портить собственную работу, а с ней, весьма вероятно, и репутацию ему тоже не хотелось. Впрочем, выслушав, что именно должно получиться, альтмер... ухмыльнулся и согласился. Особенно после того, как Второй пообещал заплатить. После этого портной попросил денек-другой подождать и умчался к манекену, что-то негромко напевая себе под нос. Выражение его лица при этом не сулило незадачливому толстяку ничего хорошего. Элемар же отправился искать бедолагу, пострадавшего от призрака.
   С призраком тоже особых проблем не возникло, хотя Второй сочно и зло высказался в адрес умника, не только додумавшегося построить дом над древней данмерской гробницей, но и умудрившегося пробудить её обитателя. Как это могло случиться, дух не знал, но честно сообщил арендатору дома, лесному эльфу по имени Неделас, что люк "в подвал" и впрямь лучше не открывать. Мало ли... Впрочем, обрадованный босмер заявил в ответ, что и сам этого делать не собирался, неприятностей ему и так хватило с лихвой.
   Оставался Куниус Пелетиус и давно обещанное им пожертвование в "фонд вдов и сирот". Но проклятый имперец упорно отказывался говорить на эту тему, отговариваясь сильной занятостью. Однако несколько бесед с "правильными" людьми - точнее, мерами - проведённых языкатым Вторым, и скрытное проникновение в покои Пелетиуса - и у Элемара на руках оказался неплохой инструмент для шантажа - тайная книга учёта. Правда, чтобы грамотно ею воспользоваться, пришлось отправиться непосредственно к шахтам, точнее, к посёлку горнодобытчиков - Элемар в коротких, полных сокращений заметках и столбиках каких-то цифр ничего не понял, а Второй, перелистнув несколько страниц, ненадолго задумался и, заявив, что стоит посмотреть на оригинальные книги, убрался, оставив после себя лёгкую головную боль.
   И вот тут-то удача от них отвернулась. Едва островерхие крыши Кальдеры скрылись из виду, лопнула лямка заплечной сумки. Просто так, без видимой причины. По крайней мере, Элемар таковой не нашёл. Потом алиты и бегство к ближайшему сколько-нибудь высокому дереву. И напоследок, утрата оружия - Элемар попытался отбиться от самого шустрого из хищников. Алит, конечно, сдох, но застрявший в его пасти меч пришлось бросить, спасаясь от оставшихся двух тварей.
   "Слушай, - обратился альтмер ко Второму, ощупав пояс и достав полдесятка ранее припрятанных там хитиновых метательных звёзд, - у меня остались эти звёзды для метания!"
   "Забудь, - буркнул тот, - с твоими умениями эта ассасинская хрень годится только против людей и только с близкого расстояния - какому-нибудь городскому раззяве тайком глотку перехватить(13). И то, если сильно повезёт. Против этих... от них толку не будет".
   "А с твоими?"
   "А с моими ты просто останешься без пальцев при первом же броске. Лучше бы эти... дарты(14)... в смысле, дротики купил, если уж так не хотел с луком таскаться - тоже, конечно, малополезная хрень, но с ними я хоть как-то управляться умею. Да и отравить не проблема".
   Элемар вздохнул - при таком раскладе необычное оружие действительно оказывалось бесполезным. Надо будет продать их при первой же возможности, чтобы не занимали место. И купить дротиков, в самом деле. Или метательных ножей.
   "А вообще, сколько раз тебе говорить, не хочешь таскать с собой лук - купи заклинание призыва оружия. Тот же лук, меч... Ничего не весит, но, когда надо - призвал и воюй. Не все же заклятьями костёр разжигать... тем более, ты тут боевым магом числишься".
   "А деньги? - окрысился альтмер. - Хотя постой... заклинание!"
   "Какое заклинание? Обещанное "Божественное Вмешательство" Синнолиан тебе так и не показал, а другие сейчас бесполезны".
   "Помолчи, а? Какое "Божественное Вмешательство"? Без новых брэ(15) - какого Обливиона ты их укоротил, кстати - я как-нибудь проживу. А вот без документации Пелетиуса задание этого толстожоп... Труптора не выполнить, ты сам это сказал. Две сотни золотых "драконов" я даже во сне не видел. Хотя сны у меня всегда были яркие. Особенно до Симулякра, в далёком детстве, когда мечтал, что меня из приюта богатые родичи заберут. Впрочем, там об этом все мечтали", - Элемар вздохнул.
   "А на хрена тебе тут подштанники до колена? - ворчливо отозвался дух. - Да ещё с завязками... Яйца варить, в собственном соку? Я-то ведь тоже все чувствую, а здесь не Скайрим, знаешь ли. Но книга учёта - мда... Ладно, не буду мешать, раз ты что-то придумал".
   Эльф наморщил лоб, вспоминая недавно изученное заклинание огненного шара. А то стыдно сказать - "боевой маг" без единого атакующего заклятья в запасе. Как сказал Кай - и Второй его поддержал - надо соответствовать. Хотя бы частично - настоящий Суротано из Даска, как выяснилось, оказался в тюрьме как раз из-за того, что использовал заклинание огненного шара не на той мишени... Осторожно пересев понадёжнее, чтобы не свалиться, альтмер сосредоточился, уставившись на крутящихся под деревом алитов и стараясь не думать о раздражающей особенности морровиндских заклинаний срываться, когда магия уже вложена, а само заклятье ещё не сформировано до конца, из-за чего именно это заклинание у него ни разу ещё не получилось. Не говоря о том, что для формирования каждого задействовались обе руки. Теоретически можно было и одной, но ему до таких высот мастерства было, как от Кальдеры до Вэйреста. Пешим ходом. Впрочем, выбора все равно не было - надежда-то на притихшего Второго и метательные звезды не оправдалась...
   Псс... странное, ни на что не похожее шипение возвестило о саморазрушении полусформированного огненного шара. Сорвалось-таки, зараза...
   Псс...
   Алиты внизу замерли, явно заинтересовавшись новым звуком. Один присел - просто поднять голову тварь не могла, потому что затылок переходил практически прямиком в задницу, минуя отсутствующую шею и весьма условное туловище - и задрал вверх разинутую широченную пасть, усеянную кривыми острыми зубами длиной с палец.
   Ещё раз...
   Псс...
   - Да чтоб тебя!.. - в сердцах прорычал эльф.
   Магии оставалось ровно на одну попытку. Если это проклятое заклинание сорвётся и сейчас, сидеть им на этом дереве, пока не свалятся от усталости или пока алиты не уйдут за другой добычей.
   - Ну же, зар-раза... - пробормотал Элемар, чувствуя, как на лбу и висках выступает пот, - ну...
   Багрово-оранжевый шар огня вспух между ладонями и с рёвом устремился вниз, светлея и раздуваясь на глазах. Второй выругался и, запихнув эльфа "внутрь", споро полез вверх, ломая хрупкие ветви и обдирая ладони о жёсткую кору приютившего их дерева.
   Громыхнуло так, что, наверно, было слышно в Кальдере. В задницу дохнуло жаром.
   "Ты идиот, - мысленный голос Второго, когда они спустились вниз и рассмотрели выжженный круг с обгорелыми тушами алитов, распространяющими запах подгоревшей снеди, заметно подрагивал. - Но и молодец тоже. Только не используй это заклинание рядом с собой больше, ладно?"
   Дух помолчал, потом заставил альтмера оглядеться и добавил:
   "И кстати, ты в курсе, что мы, похоже, шли в противоположную сторону?"

***

   В посёлке шахтёров, расположившемся на дне древнего кратера-кальдеры, было немноголюдно - из зевов шахт в склонах время от времени показывались рабы-аргониане с гружёными тачками, ссыпали породу в отвал и вновь скрывались внутри. Про кратер, давший название имперскому поселению, Элемару объяснил Второй, немного отошедший от приключения с алитами. И про то, что этих самых кратеров Красной горы несколько. Кроме основного, того самого, который Дагот Ур есть ещё "боковые" - вот этот, по которому они сейчас идут, ещё один в Молаг Амуре и... на этом месте дух надолго замолчал, после чего неуверенно сообщил, что, возможно, их около пяти, но утверждать он не берётся. Лучше посмотреть детальную карту острова, если таковая существует.
   "Это, что, получается, весь этот даэдра драный остров - один большой вулкан?" - поразился Элемар, медленно спускаясь вниз к посёлку.
   "Ага. Один... как коровье вымя с кучей сисек, - хихикнул дух. - Причём вымя не доенное. Так что ходим мы сейчас по здоровенному булькающему котлу с лавой, который может рвануть от любого толчка. Прямо у нас под задницей. Как тебе перспектива?"
   - Отвратительно, - забывшись, сердито буркнул вслух Элемар. - На кой Обливион ты мне это рассказал?
   "А что, - глумливо заржал Второй, - мне одному страдать, что ли? Кстати, обдери вон тот зелёный бочонок со щупальцами. Это горьколистник, если я не ошибаюсь".
   - Мда, - хмыкнул альтмер, направляясь к указанному растению.
   "И чего я ждал?" - мысленно добавил он, аккуратно пряча в сумку оборванные с длинных коленчатых побегов небольшие ярко-зелёные розетки.
   Второй прав - за тот же горьколистник хорошо платили и алхимики, и владельцы таверн: листья этого растения использовались не только для приготовления дорогих зелий, но и как изысканная приправа. Он и сам успел по достоинству оценить некоторые местные блюда, в составе которых был этот самый горьколистник... А деньги им нужны - кошелёк, конечно, дно ещё не показывал, но звякал с каждой тратой все жалобнее. Хотя это все вина сволочного духа, напросившегося к Каю Косадесу на несколько уроков рукопашного боя и боя без доспехов. Сволочного, потому что старик, во-первых, отказался давать уроки бесплатно, а во-вторых, все тумаки за время обучения, так или иначе, достались именно Элемару. Причем, что обиднее всего, лупили его за его же деньги. Впрочем, надо признать, польза от этих уроков все же была, несмотря на мерзкую привычку Косадеса смешивать "ученика" с грязью как словесно, так и с помощью незнакомых ухваток. Вот только альтмеру все больше казалось, что Второй, подозревая мастера-шпиона в расизме, был недалек от истины...
   "На самом деле толчок должен быть не такой уж слабый, - голос духа резко посерьёзнел. - Но вот если, к примеру, та хрень, что висит над Вивеком, шмякнется на землю, этого хватит, чтобы по всему Вварденфеллу фонтаны пепла и лавы взметнулись до самых небес".
   "А она может?" - вновь забеспокоился Элемар, мгновенно вспомнив парящее над Храмом Министерство Правды.
   Каким образом был "подвешен" и как удерживался в воздухе объект такого размера, он не представлял - аналогов этому чуду не было ни в одном уголке Тамриэля. Но сложность магического действа по его представлениям, наверняка была запредельной. А как известно, чем сложнее заклинание, тем оно нестабильнее. И "живой бог" Вивек, который, предположительно, остановил эту каменюку в падении и продолжает удерживать её уже какое столетие, достоин искреннего уважения.
   "Я тебе больше скажу - лет этак через десять она обязательно это сделает, - получил он мрачный ответ. - Поэтому озаботься, чтобы к этому времени тебя не было не только на острове, но и вообще в Морровинде. И поблизости от него, желательно, тоже".
   "А что насчёт других? Их же надо будет как-то предупредить"...
   "Добрый ты... И это, в общем-то, хорошо... Проблема в том, что, даже если я тебе сейчас выложу все, что об этом знаю - а у меня, поверь, очень веские причины молчать - и ты пойдёшь с этим знанием к... да хотя бы к тому же Каю - он тебе просто не поверит. А ты после этого, скорее всего, тихо исчезнешь на полпути из Вивека в Эбенгард. Без следа, как водится".
   "Почему?"
   Нет, причин не верить Второму у альтмера не было - нежданный "сосед по голове", несмотря на то, что периодически доводил его своими шуточками и колкими замечаниями, ещё ни разу ему не солгал. Элемар помнил несколько случаев, когда дух просто отказывался отвечать на вопросы. В большинстве случаев, объяснение звучало, как "не хочу тебе врать". К тому же общение с ним поневоле заставило эльфа многое понять и над ещё большим из того, что раньше тоже казалось предельно понятным, задуматься. Так что о возможных причинах такого исхода альтмер догадывался. Однако хотел все же услышать версию Второго.
   "Ну, во-первых, если ты попытаешься скрыть источник своих знаний, он тебе просто не поверит. Да что там, тебе несказанно повезёт, если старик тебя хотя бы выслушает! А во-вторых, мой невнимательный друг, вспомни, какие сплетни все чаще в последнее время гуляют среди местного населения? Подсказываю - все больше торговых лавок работают круглосуточно".
   Эльф наморщил лоб. А ведь он действительно заметил, что... и слухи до него тоже доходили... Но вот связать их воедино он как-то не догадался.
   "Лавки открыты, потому что хозяева не спят... из-за ночных кошмаров? Постой, разве это не единичные случаи?"
   "Нет. Более того, это только начало, - угрюмо отозвался дух. - Дальше будет ещё хуже".
   "Но ты мне об этом, разумеется, не расскажешь", - саркастически хмыкнул Элемар.
   "Почему же? Расскажу. Вернёмся в Эбенгард и расскажу. Раз уж ты, читая те же книжки, что и я, не можешь сделать выводы самостоятельно. И, кстати, пока ты опять не надулся - мы уже пришли".
   Альтмер вскинулся, с изумлением рассматривая оказавшуюся неожиданно близко добротную дверь с аккуратной бронзовой табличкой "Горнодобывающая Компания Кальдеры". За разговором он и впрямь не заметил, как они дошли до посёлка.
   Добыть нужную информацию оказалось проще простого. Скучающая за столом-конторкой данмерка, услышав, что он прибыл из Эбенгарда, равнодушно поинтересовалась "Тебе нужна информация, альтмер?" после чего спокойно показала, где лежат очиненные перья и чистые листы бумаги, и удалилась, оставив изумлённого Элемара наедине с книгой учёта.
   - Это что такое сейчас было? - разинул рот эльф.
   "Это называется "халатность", приятель, - хмыкнул Второй. - А ещё это Хлаалу, самый коррумпированный из Великих Домов Морровинда, взявший от Империи, за которой следует, все самое худшее. В понимании этой милой девушки альтмер из Эбенгарда, где находятся главные офисы имперских компаний Морровинда, просто не может быть проходимцем с улицы, каковым ты, безусловно, являешься. Или же, как вариант, даже работая на "н'вахов" она совсем не против того, чтобы им пакостили другие "н'вахи".
   Дух бесцеремонно спихнул его "внутрь" и, достав экземпляр Пелетиуса, принялся поспешно переписывать разнящиеся места, второпях разбрызгивая чернила по бумаге. Когда на листе появилась первая клякса, он зло выругался, но не остановился, буркнув "потом перепишем набело". К моменту возвращения данмерки Элемар неторопливо листал книгу, слушая мысленные пояснения Второго. Листки с записями уже давно были спрятаны в починенную сумку.
   - Ну, - все так же равнодушно протянула эльфийка, - все в порядке, не так ли?
   - В полном, - заверил её альтмер. - Один вопрос... где тут можно передохнуть?
   Данмерка поджала губы.
   - Гостиница для персонала рядом с рабскими бараками. Не ошибёшься.
   - Благодарю, мутсэра, - слегка поклонился Элемар.
   Гостиница отыскалась быстро. Если не считать башенки офиса "Горнодобывающей Компании", это было единственное двухэтажное здание во всем посёлке. На фоне длинных низких рабских бараков, напоминавших денники для лошадей, оно казалось даже выше, чем было.
   "На кой Обливион тебе это понадобилось?" - поинтересовался альтмер, зайдя в снятую комнату и выкладывая на небольшой стол-конторку сделанные записи.
   "Нам действительно нужно место для отдыха. В первую очередь, для того, чтобы переписать мои каракули. А во-вторых, нам стоит кое с кем переговорить".
   "С кем и зачем?"
   "Видишь ли, чтобы прижать этого дельца, выписок из книг учёта почти наверняка будет мало. Записи ведь можно подделать... а вот свидетельские показания - если мы их получим - уже совсем другое дело".
   "И кто у нас будет свидетелем?"
   "Рабы, конечно. Если кто-то что-то и видел, то это они. В Морровинде раб - это вещь, на которую не обращают внимания, пока он не совершит какой-нибудь проступок или ещё что-либо. Поэтому они многое видят и слышат. Но самое забавное в том, что статус раба отнюдь не умаляет ценности его показаний, как свидетеля. И знаешь, почему?"
   "Потому что раба можно выкупить и освободить", - фыркнул Элемар.
   "Именно. И тогда те же показания будет давать уже свободный гражданин. Кроме того, официально рабство отменено на всей территории Империи. На всей, понимаешь"?
   "А в Морровинде оно до сих пор процветает..."
   "Ага. Представляешь, какая шикарная возможность... для некоторых... ворочать законами в своих интересах? Надо - рабство в провинции Морровинд законно и правомерно. Надо - Морровинд является имперской провинцией, и общеимперские законы преобладают над местными, а в Империи рабство отменено".
   "С трудом, - признался альтмер. - Так, а это что за закорючка? Я, конечно, рад, что писал ты понятными мне глифами, но почерк у тебя просто... вырвиглазный!"
   "А-а, ты добрался до предпоследнего месяца, - протянул дух. - Да, я немного торопился с записями... Смотри, вот тут, во второй строке, есть отметка "4 Огня Очага. 38 ст. м. приход. Др. В. - 2 ст. м., Од. Х. - 1 ст. м. Итого - 35 ст. м." А в наших заметках только "1-я и 2-я верхние штольни - эбонит, 35 ст. м." Сокращение "ст. м.", это, надо думать, "стандартная мера", хотя я не имею ни малейшего понятия, как меряют эбонит. Иными словами, наш с тобой знакомый подворовывает эбонит. Книги учёта он, судя по почерку, заполняет сам, поэтому краденый эбонит нигде, кроме его личных записей, не фигурирует и вообще вроде как не добывался. И если бы не твоё умение работать отмычкой, хрен бы кто об этом узнал".
   "А что это за "Др. В." и "Од. Х."? - полюбопытствовал Элемар.
   "Подельники, разумеется! - фыркнул в ответ Второй. - Или ты ждёшь, что я тебе имена назову? Так я их не знаю".
   "А, ну да. Так что это все-таки за закорючка?" - альтмер, спохватившись, ткнул пером в не опознаваемую загогулину в окружении особо щедрой россыпи клякс.
   "Где? А, это "хефед", - дух явственно смутился.
   "Хефед?" Вот это? В жизни бы не догадался. Может, стоит нанять тебе учителя по каллиграфии?"
   "Лучше найми нам учителя по выбиванию дури".
   "Из кого?" - мрачно поинтересовался Элемар, мгновенно вспомнив занятия с Косадесом.
   Старик, несмотря на тщательно поддерживаемый образ опустившегося скумоеда, поколотил альтмера так, что пришлось ползти "по стеночке" к Тьермэйллину - залечивать многочисленные ушибы. А от комментариев старого Клинка, которыми он сопровождал обучение, вообще хотелось провалиться сквозь землю. Самолюбие немного грело то, что Второго Кай отделал точно так же... Если не вспоминать, что тело-то у них общее.
   "Из супостатов, само собой. Из нас он выбьет дурь в процессе обучения, - незамедлительно ответствовал Второй, по-видимому, думавший о том же. - По крайней мере, некоторую часть. И если тебя это утешит, я это все тоже прочувствую в полной мере".
   "О, да. Это, безусловно, меня утешит", - с сарказмом отозвался эльф.
   Последний раз просмотрев переписанные заметки и убедившись, что все указано точно и разборчиво, альтмер отложил перо.
   "Вроде все. Проверишь?"
   "Уже. Теперь полчаса на отдых - и пойдём искать свидетелей".
   Вблизи сходство рабских бараков с денниками для лошадей стало менее заметным - то, что издалека смотрелось едиными зданиями с множеством дверей, оказалось просто длинными рядами крошечных дощатых лачуг, стоящих почти впритык друг к другу. Зато стал ощутим смрад от общего отхожего места. Или нескольких, учитывая количество рудокопов.
   Первый свидетель отыскался довольно скоро - внимание альтмера привлёк худой каджит, сидящий на циновке перед входом в одну из них. Свалявшаяся, побитая сединой шерсть и тяжёлое клокочущее дыхание, перемежающееся мучительными приступами кашля, ясно говорили о том, что кот тяжело болен. Но дело было не в этом - на лапе каджита отсутствовал рабский наруч. Причём снят он был совсем недавно - широкая полоса стёртой шерсти свидетельствовала об этом более чем явно. Видимо, хозяева решили освободить ставшего бесполезным раба в надежде, что он уйдёт умирать куда-нибудь за пределы посёлка и не придётся тратить на него еду.
   - У Ра'джирра нет для тебя слов, золотокожий, - просипел кот и закашлялся.
   - Жаль, - Второй, как всегда, когда предполагались переговоры, легко скользнул вперёд, принимая контроль над телом.
   - Ра'джирр свободен. Болен, да, умирает... но он свободен, - верхняя губа каджита дёрнулась, обозначая ухмылку. - Добрые хозяева сказали, что этот хаджит стал бесполезен и должен уйти. Добрые хозяева сняли браслет, потому что он ценнее, чем больной и слабый Ра'джирр. Но другие кормят Ра'джирра, поэтому он не ушёл. Ты не можешь ничего предложить Ра'джирру, золотокожий. Уходи.
   - Почему же, - усмехнулся Второй, присев рядом на корточки. - Ра'джирр уже свободен, так? А золотокожий может сделать так, что Ра'джирр будет ещё и здоров.
   "Тьфу ты... Что за дурацкая манера изъясняться у этих кошаков", - донеслось при этом до Элемара.
   - Ра'джирр слушает, - кот снова прокашлялся и со слабым интересом посмотрел на альтмера.
   - Вот это, - Второй достал из сумки небольшую бутылочку с буровато-зеленым зельем, - может стать твоим. Ты сможешь уйти отсюда, и твоим друзьям больше не придется отказывать себе в пище, чтобы накормить тебя.
   - Что золотокожий хочет от Ра'джирра? - каджит прикрыл вспыхнувшие надеждой глаза.
   - Мне нужно знать, что ты можешь рассказать о человеке по имени Куниус Пелетиус, - негромко произнес Второй.
   - Ра'джирр расскажет... если золотокожий пообещает, что проводит Ра'джирра в место под названием "Аргонианская Миссия". Ра'джирр слышал, что там помогают рабам вернуться на родину.
   "Не вздумай! Слышишь?"
   - Хорошо, - вздохнул Второй, не обращая внимания на гневные вопли Элемара. - Я провожу тебя в Аргонианскую Миссию.
   - Ра'джирр не будет обузой. У него есть это, - каджит сунул лапу в карман своих драных штанов и продемонстрировал несколько небольших - не больше ногтя - кусков эбонита. - Ра'джирру дали это друзья, чтобы он, уйдя на волю, мог продать или поменять на еду и лекарства.
   "Еще и контрабанда? - ахнул Элемар. - Не смей соглашаться! Откажись немедленно!"
   "Помолчи, а? Такой "контрабандой" можно разжиться в большинстве алхимических лавок. А с котом нам все равно по пути... так почему бы не помочь ему?"
   "Но не за наш же счет!"
   "Тебе, что, зелья жалко?"
   "Нет, мне жалко денег. За переправку кота в Гильдии сдерут не меньше полновесного дрейка. А то и больше".
   "Вообще-то, ты мог видеть, что этот кот в состоянии сам за себя заплатить. Но... ладно. Значит, пойдем пешком".
   "Пешком?! Через весь Вварденфелл? Да ты рехнулся! Мне сегодняшних алитов за глаза хватило!"
   "Ничего-ничего. Давно пора познакомиться с островом поближе, я просто тебя жалел, опасаясь, что ты не готов. Но сегодня ты доказал обратное..."
   "Жить захочешь - не так раскорячишься", - с ядом в мысленном голосе процитировал альтмер одно из запомнившихся ему выражений собеседника.
   "...так что теперь мы будем, по возможности, передвигаться пешком, - невозмутимо, словно его и не перебивали, продолжил Второй. - Тебе, в конце концов, еще в день прибытия советовали тренировать боевые навыки на тварях. Да и мне не помешало бы. А про заклинания переноса на случай чего-нибудь, с чем не сможем справиться, спросим в кальдерской Гильдии Магов - что-нибудь у них должно найтись".
   Элемар обиженно умолк, мимоходом отметив, что, пока они препирались, каджит успел выпить предложенное зелье и теперь, содрогаясь всем телом, заходился кашлем, отхаркивая забившую легкие слизь, смешанную с кровью и рудничной пылью. Когда его, наконец, отпустило, Ра'джирр вытер подрагивающей лапой-рукой слезящиеся глаза и посмотрел на альтмера.
   - Ра'джирру легче. Это было неприятно, и Ра'джирр теперь стал еще слабее, но он чувствует, что больше не болен. Ра'джирр благодарен тебе. Теперь слушай...

***

   - ...Я занят, неужели не ясно? Ваша наглость просто возмутительна!
   - То есть я могу отвезти эти документы в Эбенгард, где ими обязательно заинтересуются? - неприятно улыбнулся Второй.
   Элемар чувствовал эту улыбку, ощущал, как растягиваются, кривясь, губы, как его лицо принимает выражение, которое он не смог бы повторить. Просто не сумел бы. Помнится, когда они со Вторым проводили опыты с зеркалом, разница, как ему казалось, была заметна даже слепому. Когда их общее тело занимал "сосед", из зеркала на него смотрел чужак - с тяжелым недоверчивым взглядом и жестким ртом. Казалось, что даже сами черты лица слегка меняются, становясь резче и... словно бы старше. Опытнее. И увереннее. Это... задевало. Потому что сам он - альтмер был уверен - никогда так не сможет, не смотря на все свои способности к притворству. Правда, когда он уязвлённо пожаловался на это духу, тот почему-то заржал, как конь. И ржал долго - Элемар успел даже обидеться... пока тот кое-как не выдавил "ты себя недооцениваешь".
   Так что альтмер внимательно прислушивался к словам, интонациям... и ощущениям. Делиться мыслями со Вторым он мог, но только если обращался непосредственно к нему. То, о чем думал "сосед", когда отмалчивался, по-прежнему было для Элемара тайной. С другой стороны, по словам Второго "это работало в обе стороны", следовательно, его собственные тайные мысли таковыми и оставались.
   - И что же это за "документы", - интонации Куниуса Пелетиуса остались теми же раздраженно-пренебрежительными, но внимательно прислушивающийся Элемар различил нотки беспокойства.
   - Ну, для начала, это, - на стол перед имперцем легла украденная книга учета с вложенными в нее выписками. - Вы удивительно неаккуратно ведете учёт, господин Пелетиус.
   - Любопытная подделка, - владелец шахт небрежно пролистал книгу и откинулся на спинку своего кресла, с интересом глядя на собеседника. - Очень любопытная. Но все же подделка. Вы ничего не докажете, даже если будете утверждать, что нашли... это, - Куниус Пелетиус приподнял книгу учёта над столом и бросил её обратно, - в моих собственных апартаментах. У меня слишком много недоброжелателей, способных на все, чтобы опорочить мое честное имя...
   - И поэтому у меня есть кое-что еще, - невозмутимо продолжил Второй. - Ознакомьтесь. Запись со слов свидетелей, - на стол легли еще несколько листков, - о том, что руду воруете именно вы. Лично. И уже после заполняете учетную документацию... с учетом изъятого. Неосторожно, весьма неосторожно...
   - Что... рабы? - Пелетиус презрительно усмехнулся, отбрасывая листки. - Это смешно. Использовать свидетельства рабов...
   - Которые имеют ничуть не меньшую ценность, чем свидетельства остальных граждан, - по-прежнему невозмутимо перебил его Второй, аккуратно складывая разлетевшиеся по столу записи стопкой. - Вы слишком долго жили в Морровинде, господин Пелетиус, и забыли, что законы Империи преобладают над местными. А в Империи рабство отменено очень давно...
   - Имена, - прохрипел шахтовладелец, оттягивая воротник изящной шелковой рубашки.
   - Вы меня за дурака держите? Зачем бы мне давать вам возможность подобрать "концы", прикопав парочку болтливых рабов в отвале?
   - Что вы хотите?
   - Я сказал вам это при первой встрече. Только то, что было вами обещано Илусу Труптору из Имперского Культа - двести золотых в фонд вдов и сирот. Никто не тянул вас за язык, заставляя давать такие обещания.
   - Да кто же знал, что этот боров пришлет... - имперец осекся.
   Помолчал.
   - Вот что, - угрюмо произнес он после долгого раздумья. - Сейчас у меня нет денег, только эбонит...
   Схватив перо, Пелетиус нервно макнул его в чернильницу и быстро зачёркал по листу пергамента, на котором что-то писал перед приходом Элемара, производя какие-то расчеты. Кивнув чему-то, отбросил перо и отпер стоящий рядом с его столом сундук.
   - Так, - на стол опустился явно тяжелый мешок с чем-то угловатым внутри, - этого должно хватить. Денег, как я уже сказал, у меня нет, только эбонит. Продав его, вы получите свои две сотни дрейков, и, надеюсь, оставите меня в покое...
   - Не так быстро, - прервал его Второй. - Без письменного разрешения, подписанного лично вами и подтверждающего мое право на перемещение и продажу... вот этого, - он указал на мешок с эбонитом, - я отсюда не уйду.
   - Вы с ума сошли? - побагровел имперец.
   - Отнюдь. Где гарантия, что на выходе меня с этим мешком в руках не арестуют, как контрабандиста... по вашей, господин Пелетиус, прямой наводке? А ваша роспись на разрешении удержит вас от совершения глупостей. Со своей стороны, обещаю после продажи эбонита уничтожить этот документ. Так, чтобы его было невозможно восстановить.
   Шахтовладелец смерил сидящего напротив альтмера ненавидящим взглядом, что-то беззвучно шепча, потом потянулся к стопке листов пергамента.
   - Пишите на бумаге, - любезно посоветовал Второй, - её проще будет уничтожить.
   Куниус Пелетиус замер. Моргнул, осторожно кивнул и потянулся к другой стопке.
   - Вы действительно собираетесь это сделать? - спросил он перед тем, как поставить на разрешении свою роспись.
   - В отличие от вас, я свои обещания привык выполнять, - холодно процедил Второй. - Или же не давать их вовсе.
   Внимательно изучив текст подписанного разрешения, он кивнул и, забрав мешок, вышел из кабинета Пелетиуса, на ходу уступая место хозяину тела. Тайная книга учета и сделанные ими записи остались на столе.
   "Все, приятель. Теперь идем к ростовщику и быстро обмениваем эту дрянь на золото. Надеюсь, этот жлоб не соврал, и там действительно достаточно".
   "Меня больше волнует, как мы с такими деньжищами будем тащиться через весь Варденфелл в компании полудохлого каджита со следами от рабских наручей на лапах".
   "Хм... Есть такое слово - "караван". Далеко не все путешествуют на силтах или с помощью магов Гильдии. А каджит... он же вольноотпущенный. Уверяю тебя, он не первый такой. А насчет денег - если об этом не сказать, то никто не узнает".
   "И все равно мне твоя затея не нравится!"
  
   Глава 9. По дороге к Эбенгарду
   Хлормар Пьянь дернулся в последний раз и затих.
   - М-да, - хрипло протянул Второй, потирая помятое горло и стараясь не смотреть на раскроенный череп мертвеца, - перестарался ты, приятель...
   Ра'джирр выронил крупный булыжник, которым только что от души приласкал взбесившегося северянина, виновато прижал уши и ссутулился.
   - Хаджит не хотел убить этого белокожего. Просто хаджит считал, что у него очень толстый череп... - забормотал он.
   - Успокойся, Ра'джирр. Ты все сделал правильно. Иначе сейчас тут лежал бы я, а этот му... гм... негодяй переключился бы на даму. А вредить целителям... О, благодарю, - удивленно коснувшись внезапно переставшего саднить горла, Второй слегка поклонился убравшей руку бретонке.
   - Не за что, - Соша спрятала подрагивающие пальцы в рукава. - Это ведь, в некотором смысле из-за меня вы пострадали. Так что излечить полученные в этой... м-м... схватке ранения я просто обязана.
   - Почему вы вообще связались этим типом? - полюбопытствовал альтмер. - Даже по его прозванию можно было понять, что с ним не стоит иметь дела. Нормального человека Пьянью не назовут.
   - Понадеялась на лучшее, - вздохнула женщина, - да и, как назло, через Альд'Рун в тот момент не проходил ни один караван, к которому можно было присоединиться...
   Внимательно слушающий беседу Элемар понимающе хмыкнул: они тоже никого не дождались. Ра'джирр, на удивление, оказался совершенно необременительным спутником - не ныл, не жаловался, просто молча топал следом. Свой эбонит, кстати, он продал сам. Кому - Элемара не интересовало. Как и Второго - коту было обещано сопровождение до Эбенгарда и ничего больше. Остальное - его проблемы. С которыми Ра'джирр, впрочем, прекрасно справился сам. Конечно, если бы каджит попросил о помощи... но он не просил. А Элемар и Второй - не предлагали. И первый, откровенно говоря, до последнего надеялся, что Ра'джирр предпочтет тихо исчезнуть. Но тот был у городских ворот точно в назначенное время.
   Поскольку пешей дороги к Эбенгарду никто не знал, решено было двигаться до первого перекрестка с указателем. А там будет видно, куда идти - прямо или свернуть. И надо же было на первом же перекрестке натолкнуться на этого проклятого Хлормара по прозвищу Пьянь, стоящего посреди дороги в чем мать родила...
   "Твоя доброта тебя погубит", - сказал тогда Второй, услышав, как альтмер соглашается помочь норду отыскать соблазнившую его "гнойную ведьму" и забрать "фамильный топор Громобой".
   И посоветовал внимательно выслушать обе версии случившегося, ведь может оказаться, что "соблазнение" имело место только в мыслях Хлормара, а на деле была неудачная попытка изнасилования. Впрочем, Элемару даже не пришлось задавать вопросов - заткнуть норда было попросту невозможно. О себе, любимом, и о своём "замечательном" Громобое тот болтал не переставая, чередуя похвальбу с угрозами забравшей топор "ведьме". При этом история обрастала всё большим количеством не стыкующихся с его первоначальным рассказом подробностей и доверия к моменту встречи с "ведьмой" не внушала. Особенно после того, как Второй заметил, что Виндхельм, в котором, по его же словам, вырос их попутчик - это столица восточного скайримского холда Истмарк, "самая замороженная жопа Нирна", в окрестностях которой ничего не растет по определению. Теплолюбивый болотный тростник и подавно. А уж никс-гончие и вовсе нигде, кроме Морровинда, не водятся. Так что рассказы о бурной и буйной юности их попутчика - явная выдумка, тем паче, что Хлормар, похоже, вообще любитель прихвастнуть и приврать. Следовательно, и история с ведьмой может оказаться столь же "правдивой", как и уже выслушанные россказни.
   Ведьма оказалась странствующей целительницей из Гильдии Магов, пухленькой миловидной бретонкой средних лет, представившейся, как Соша Саристиана. И история "соблазнённого и ограбленного" Хлормара в её варианте звучала совсем не так, как это рассказывал "безвинно пострадавший". Зато полностью подтверждала предположения Второго.
   По её словам, норд, нанятый ею для охраны в пути и в качестве проводника заодно, в какой-то момент стал проявлять к ней интерес. Совершенно недвусмысленный интерес. Женщине, как понял альтмер, это поначалу даже польстило, и грубоватые комплименты она выслушивала довольно охотно, но сдержанно, поскольку сближаться со своим провожатым все же не собиралась. Впрочем, как оказалось, Хлормар в поощрениях не нуждался и с каждым часом становился все более... назойлив. Но и когда его внимание стало тяготить целительницу, идти на открытый конфликт со здоровенным бугаем женщина вполне обоснованно побоялась. Пока на последнем привале северянин не попытался её изнасиловать. Разделся он, кстати, совершенно самостоятельно, Соша просто, поддавшись женской мстительности, забрала его одежду. И Громобой, разумеется, которым он без конца хвастался - ей показалось, что это станет для него хорошим уроком. Чтобы обезопасить себя от погони и расправы, она и правда наслала на неудавшегося насильника заклинание, которое обычно использовала, когда требовалось, чтобы пациент был полностью неподвижен. После чего попыталась добраться до Кальдеры самостоятельно... но, похоже, заблудилась. Вернуться обратно и отдать имущество законному владельцу, к тому времени уже должному прийти в себя, было ещё страшнее - характер Хлормара за время совместного пути она успела изучить довольно неплохо и отлично понимала, чем это закончится. Оставалось ждать, когда мимо пройдёт караван из Альд'Руна в Балмору или Кальдеру. Или кто-нибудь, кого можно нанять для сопровождения.
   "Бедная женщина. Могу себе представить, что она ощутила, когда вместо ожидаемого каравана увидела перекошенную рожу Хлормара на горизонте", - мысленно хмыкнул Второй.
   Целительница тут же подтвердила его слова, нервно сообщив, что одежду норду готова вернуть немедленно, но свой драгоценный Громобой он получит только в Альд'Руне, "когда остынет". Денька этак через три. Видя багровую от бешенства физиономию северянина, альтмер был с ней полностью согласен - отдавать невменяемому бугаю оружие явно не стоило. Надежда была на то, что Второй сумеет успокоить норда и уговорить его подождать.
   Однако удивительная способность духа уговорить кого угодно неожиданно не сработала. Хлормар, выслушав, мотнул головой, словно бык, отгоняющий муху... а потом неожиданно шагнул вперед, поднял руки и сомкнул их на горле альтмера.
   Их спас Ра'джирр. Каджит, все это время тихо державшийся в сторонке, подхватил с земли крупный, почти с голову Хлормара, булыжник и с размаха опустил его на череп норда.
   Бывший раб недооценил собственную силу - шахтёр, привыкший дробить камень, по мнению Элемара просто обязан быть сильным, особенно после исцеления от рудничных хворей. Неудивительно, что толстый череп северянина от удара лопнул, как сиродиильский арбуз... Впрочем, внезапная смерть Хлормара альтмера ничуть не расстроила - проклятый норд едва не раздавил ему гортань. И он, и Второй недооценили упёртость северянина. И его силу. Так что помощь каджита оказалась очень кстати...
   - Вот, - Соша достала из висящей на плече сумки несколько разномастных бутылочек с зельями. - Это на всякий случай. Выпейте прямо сейчас, - протянув зеленый флакон с широким горлышком, сказала она.
   Второй принюхался и покорно выпил - во флаконе было целительное зелье. Вылеченное магией горло уже не беспокоило, но целительница права - лишним не будет.
   - А это, - женщина вручила альтмеру еще два флакона - высоких, узкогорлых, с росписью цветными эмалями по персиковому фону, - мой дар. И не беспокойтесь об их стоимости - жизнь дороже зелий, какими бы редкими они ни были.
   Подумав, Второй вручил один из флаконов Ра'джирру. Элемар не протестовал - все-таки помощь каджита была неоценима.
   Похоронив Хлормара - на этом настояла целительница - вся компания двинулась обратно в Кальдеру, поскольку выяснилось, что они опять пошли не в ту сторону.
   "Это судьба", - фыркнул Второй, снова уступивший место законному владельцу тела.
   Альтмер хмыкнул:
   "Ну, по крайней мере, мы пока не встретили еще парочку алитов".
   "Их успешно заменил придурок-нордлинг", - буркнул переживающий неудачу дух.
   С Сошей они расстались около Гильдии Магов Кальдеры. Целительница еще раз поблагодарила их и предложила найти её, если понадобится. Второй на это только что-то невнятно буркнул, но пояснять Элемару свою реакцию отказался. Альтмер не стал настаивать.
   Ра'джирр, кстати, в город заходить не стал - обошел его снаружи. То ли боялся, что его снова отправят в шахты, то ли успел что-то натворить за те два дня, что альтмер разбирался со своими делами. Элемар не спрашивал, а кот не спешил откровенничать. Впрочем, чем-то взбудораженные легионеры, несколько раз останавливавшие его на улицах, каджитом не интересовались. Судя по вопросам и редким обмолвкам, стражники искали какого-то орка. Выглядели и вели они себя при этом так, словно кто-то засунул каждому в подштанники пчелиное гнездо и постучал по нему палкой.
   Апофеозом творящегося в городе безумия стало позорное бегство отряда городских стражников из трехэтажного особняка в центральной части Кальдеры. Бравые легионеры, в количестве десятка рыл ворвавшиеся внутрь, менее чем через минуту ринулись обратно на улицу, подгоняемые молодой оркой - абсолютно голой, но с огромным клеймором в руках. Не скрытая ни единым клочком ткани фигура зеленокожей была хороша, хотя и, на вкус Элемара, излишне мускулиста. Да и лицо... морду... хотя, наверное, все-таки лицо орки было сложно назвать хотя бы привлекательным. Одно только толстое золотое кольцо в носу чего стоило! Не говоря уже о том, что "красавице" откровенно не мешало помыться...
   Хотя восхищенного Второго это явно не волновало - даэдров дух сочно, с наслаждением комментировал открывшееся им зрелище. Да так, что альтмер был вынужден поспешно удалиться, чувствуя, как кровь приливает к лицу... и к паху. Впрочем, "сосед" почти сразу заметил неладное и начал высказываться гораздо сдержаннее, мимоходом заметив, что стоит наведаться в Суран.
   "Зачем? - поинтересовался Элемар. - Что там есть такое, чего нет в других городах?"
   "Да, в общем-то, в других городах можно сыскать то же самое, - задумчиво ответствовал Второй. - Вопрос в том, какого качества..."
   Альтмер хмыкнул.
   "Давай уже, не тяни".
   "В Суране, мой наивный и невинный друг, - патетично начал дух, - находится лучший бордель Вварденфелла. Нет, подобные заведения можно найти и в Балморе, и в Альд'Руне, не говоря о возможности подцепить сговорчивую красотку в любой таверне... но в Суране... В Суране, насколько я знаю, заведение высокого класса. И девочки тоже".
   "Угу, и цены", - мрачно фыркнул Элемар, вспоминая, во сколько ему обходились нечастые походы в бордель в Вэйресте.
   Что поделать, бедного подметальщика при Школе Юлианоса девицы вниманием почти не одаривали, предпочитая более обеспеченных ухажеров. А ублажать старух он брезговал. Вот и приходилось довольствоваться продажной любовью.
   "Зато куда меньший шанс заразиться какой-нибудь дрянью от мимолетной подружки", - парировал Второй. - Да и выбор больше".
   "Тебе-то откуда знать? Мы там еще ни разу не были!"
   "Вот и повод побывать. Тем более что деньги у нас есть, спасибо щедрости некоего шахтовладельца. Кстати, кого бы ты выбрал?"
   Альтмер хмыкнул, вспоминая яростный торг с редгардом-ростовщиком, в результате которого за врученный Пелетиусом эбонит они получили несколько больше двухсот золотых. Второй тогда твердо заявил, что выторгованное сверх суммы принадлежит им - как компенсация за беготню и потраченные нервы.
   "Альтмерку, разумеется. Чистая гладкая кожа, изящная фигура, тонкие запястья..."
   "Это ты намекаешь на ту зеленокожую красотку?" - хохотнул дух.
   "Да-да, на то немытое зелёное страшилище с кольцом в широченном носу, торчащими клыками и огромными мускулами, которым ты так восхищался" - с ядом в мысленном голосе подтвердил Элемар, скрывая смущение от воспоминания, как его мужское естество отреагировало на красочные описания Вторым тяжелых грудей, широких бедер и округлых ягодиц орки.
   А вот запястья у неё были и впрямь широки. Ну, оно и понятно - вспомнить только, как она играючи орудовала тяжёлым клеймором.
   "Тогда уж лучше босмерка - маленькая, гибкая..."
   "Или бретонка".
   "А почему не данмерка? Я слышал, что они более страстны, чем..."
   Так, обсуждая с духом достоинства и недостатки женщин разных рас, Элемар дошел до южных ворот, где их уже поджидал обеспокоенный Ра'джирр.
   В этот раз, добравшись до развилки, они повстречали небольшой караван. Владелец, худой пожилой данмер с длинными волосами, начесанными высокой копной - Элемар впервые видел мера с такой прической - мрачно наблюдал, как двое погонщиков пытаются снять поклажу с бьющегося в конвульсиях гуара, не попав под удар мощных ног и не повредив упряжь и тюки с грузом. Но не вмешивался. Ещё три вьючных ящера то и дело отдергивали тупоносые морды от придорожной травы - точнее, от палки, которой перед ними мерно помахивал третий погонщик. А чуть поодаль на обочине сидел десяток каджитов в уже знакомых браслетах, соединенных, к тому же, тонкой цепью - рабы.
   Ра'джирр заворчал и попытался попятиться. Элемар тут же поймал его за рукав и велел не дергаться.
   - Ты его знаешь? - тихо поинтересовался альтмер.
   - Нет, Ра'джирр не знает этого данмера. Но Ра'джирр знает, кто он. Он из проклятого Дома Поработителей. В Тире Ра'джирр видел много таких - длинные пышные гривы, богатые одежды. И цепи... на знамёнах, на вывесках лавок и трактиров, на одежде... Ра'джирр не думал, что здесь, вдалеке от Тира, они тоже есть...
   "Дрес, - тихо уронил Второй. - Видишь изображение кандалов на одежде? Это их знак. Как весы у Хлаалу. Или луна со звездой у Индорилов. У которых, как и у Дрес, здесь, на острове, нет владений - Вивек не в счёт, это, скорее, храмовый город. К тому же находящийся на землях, принадлежащих Дому Хлаалу. Но, как видишь, это не мешает предприимчивым одиночкам, вроде этого мера, успешно вести торговлю на Варденфелле. В том числе рабами, которые все ещё являются одним из основных источников дохода, по крайней мере, для Дома Дрес".
   "Чем нам грозит эта встреча?"
   "Ничем. Если Ра'джирр не начнет делать глупости, конечно".
   Альтмеру кота было искренне жаль, но Второй настоял на том, чтобы задержаться, пояснив, что поспешный уход может вызвать у работорговца подозрения. Впрочем, все обошлось благополучно. Беседа началась с жалоб торговца в адрес "проклятых аболиционистов" и Империи, закрывающей глаза на их деятельность, хотя по законам Морровинда её полагалось пресекать в корне. Альтмер, не слишком понимавший, о чем ему толкуют, сочувственно покивал. Естественно, караванщик заинтересовался Ра'джирром, но, узнав, что каджит не беглый раб, а отпущенный хозяевами из-за болезни, мгновенно потерял к нему интерес, уточнив лишь, не является ли недуг заразным. Тем более что Ра'джирр, напуганный возможностью вновь потерять едва обретённую свободу, и впрямь выглядел не слишком здоровым. На счастье Элемара, данмер был в курсе сплетен о призраке в доме Неделаса, так что безопасная тема для беседы была найдена. Относительно безопасная, потому что, узнав о причине появления призрака, караванщик помрачнел. Следующие его вопросы ясно давали понять, что он заподозрил в собеседнике расхитителя гробниц. Впрочем, альтмеру, прислушивающемуся к подсказкам духа, довольно легко удалось развеять его подозрения.
   - Редко встретишь чужестранца, уважительно относящегося к культуре нашего великого народа, - наконец, произнес данмер. - Особенно альтмера.
   Элемар сделал вид, что не расслышал пренебрежительных ноток в голосе собеседника. К счастью, отравившегося какой-то дрянью гуара, наконец, развьючили и добили, груз перераспределили, и караван был снова готов двигаться. Так что альтмер, старательно скрывая облегчение, распрощался с торговцем и, посоветовавшись со Вторым, зашагал по дороге на Пелагиад.
   Выглядела она менее ухоженной, чем путь на Балмору. С одной стороны, это даже радовало - меньше вероятность наткнуться на какую-нибудь банду, поскольку грабители предпочитали устраивать засады на более оживленных дорогах. Но с другой - вероятность того, что эта дорога патрулируется Легионом или стражами Дома Хлаалу, так же уменьшалась. Впрочем, вопреки ожиданиям, никаких происшествий на их пути больше не встретилось и довольно скоро они вышли к имперскому форту. В котором Элемар с изумлением узнал форт Лунной Бабочки, находившийся, по его предположениям, в паре часов пути далее...

***

   - Мы же договаривались, что я провожаю тебя до Аргонианской Миссии, - возмутился Элемар.
   - Ра'джирр помнит, - упрямо наклонил голову каджит, - но Ра'джирр вспомнил, что неподалеку живет добрый друг-редгард, который помогает рабам спрятаться от бывших хозяев.
   - Но тебе-то нет нужды прятаться! Ты ведь уже вольноотпущенник...
   Бесполезно - никаких доводов Ра'джирр не желал слушать. Хорошо хоть в горло не вцеплялся...
   "Что делать?"
   "Вести его, куда пожелает, - меланхолично отозвался Второй. - Повторного удушения мы можем не пережить. Кажется, я понял, к кому он собрался в гости. Если я правильно помню, где-то на северном берегу озера Амайя находится маленькая ферма, хозяин которой - не помню, как его зовут, но что-то похоже на "штырь" - выращивает всякую овощную ерунду. И время от времени прячет у себя беглых рабов, из-за чего с этим парнем очень хотят познакомиться ребятки Орваса Дрена. Да-да, того самого, главу Камонна Тонг и брата герцога Вварденфелла. А заодно крупнейшего рабовладельца на острове - у тебя еще будет возможность оценить его владения. Так вот, ребятки эти из тех, кому он поручает грязные дела, если ты понимаешь, о чем я".
   "Вполне, - хмыкнул альтмер, для которого подобные поручения некогда могли оказаться частью службы Клинкам. - Дорогу знаешь?"
   "Нет, про него я вообще узнал случайно - делишки аболиционистов меня никогда не интересовали. Тебя, я надеюсь, они тоже не заинтересуют... Но вот наш хвостатый спутник должен знать, раз уж решил во что бы то ни стало навестить этого "друга-редгарда". Правда, что-то мне подсказывает, что тот нашему коту совсем не обрадуется и нам все-таки придется вести его до Эбенгарда".
   "Замечательно", - мрачно подытожил Элемар, развернувшись в сторону дороги на Суран, пролегающей вдоль северного берега озера Амайя.
   И добавил, уже обращаясь к каджиту:
   - Что ж, веди к своему... другу.
   - Штердекан друг, да, но не Ра'джирра, - дернул усами каджит. - Штердекан друг всех рабов. Ра'джирр слышал, что таких людей называют або-ли-цио-ни-ста-ми, - последнее слово он старательно произнес по слогам
   Элемар мысленно выругался.
   Кто такие аболиционисты, он уже знал, вытряхнув из "соседа" нужную информацию сразу же после расставания с работорговцем. Впрочем, Второй не сопротивлялся. Отзывался дух о них не слишком доброжелательно, при том, что рабовладельцев он тоже не жаловал. Согласно законам Морровинда, деятельность аболиционистов считалась преступлением и многие местные жители, не только встреченный данмер из Дома Дрес, возмущались безразличием Империи в этом вопросе. Однако Элемар помнил о преобладании общеимперских законов над местными. Да и Второй не поленился разъяснить причины бездействия имперских чиновников. В том числе и то, что последние закрывали глаза не только на деятельность аболиционистов, но и на прямо противоположные случаи. В том числе и на то, что в рабстве оказывались не только зверолюди.
   Каким образом? По словам Второго, все было очень просто - будущие рабы не-бетмеры выкупались у тюремных комендантов. Не у всех, понятное дело, но, тем не менее, желающие нажиться на подотчетных им преступниках - в основном, мелких воришках или жуликах - встречались и среди имперцев. Поэтому нарушать закон на территории Морровинда дух категорически запретил. Ну, кроме случаев острой необходимости и без риска попасться. И настоятельно не рекомендовал связываться с организацией под названием "Две Лампы". Или, как их еще называли, "Лампы-Близнецы" - возможные неприятности с Камонна Тонг не стоили эфемерной симпатии аболиционистов. Тем более что никакой поддержки в случае нужды эта организация своим добровольным помощникам не оказывала.
   Иногда в рабстве оказывались данмеры - как правило, за долги. Элемар сразу вспомнил Индрель Ратрион и её опасения насчет рабских рынков Дрес. И мальчишку Ринара, которому, в случае чего, эти самые рынки грозили в первую очередь...
   Они миновали уже две давно заброшенные фермы, когда впереди послышался какой-то шум. Альтмер переглянулся с каджитом и на всякий случай проверил, легко ли выходит меч из ножен. Но тревога оказалась ложной - чуть дальше по дороге, возле храмового триолита с крупной надписью "Смирение" обнаружился старый знакомец Нельс Ллендо, с тоскливым видом выслушивающий нравоучения от какой-то пожилой данмерки. Откровенно затруднительное положение вымогателя, Элемара, тут же вспомнившего утрату полусотни серебряных септимов, искренне порадовало, но задерживаться, чтобы понаблюдать за его мучениями альтмер все же был не намерен.
   - Мутсэра... - как-то безнадёжно протянул несчастный, когда альтмер с каджитом приблизились к спорщикам, - мы же так не договаривались...
   - Юноша, - вновь взвилась его собеседница, - вы же должны понять, что это очень важно! Более того, вам самому не мешало бы поклониться этому священному алтарю Вивека на Полях Кумму, как подобает достойному сыну нашего народа, истинно верующему в Альмсиви... Или вы желаете уподобиться этим беззаконным н'вахам? - сухой палец, только что мелькавший у данмера перед самым носом, с поразительной точностью указал на проходящего мимо Элемара.
   Лицо тёмного эльфа при этих словах отобразило некую очень сложную эмоцию, явственно намекая на то, что он с радостью поменялся бы с "беззаконным н'вахом" местами, лишь бы отделаться от назойливой соплеменницы. Видимо, то, что она от него требовала, было неприятно или унизительно. Сам Ллендо сделал было шаг в сторону остановившегося и напрягшегося альтмера... но отразившееся поначалу на подвижной пепельной физиономии обрадованно-просительное выражение почти сразу же сменилось узнаванием, а сама физиономия тоскливо вытянулась.
   - Но, мутсэра... - почти простонал он.
   - Юноша! - гневно перебила его данмерка. - Как вам не стыдно?! Проявлять упорство здесь, перед священным алтарем Смирения...
   Элемар подумал, что в самой паломнице смирения тоже ничуть не наблюдается.
   - Не стыдно! - почти истерически заорал в ответ Ллендо. - Сам Лорд Вивек не смог бы вынести ваши капризы, сэра! А я терпел! Всю дорогу терпел! Вы просили проводить вас сюда - я проводил. Вот он, алтарь. А за вашим треклятым муском лезьте сами, - и шагнул прочь от собеседницы.
   Элемар ускорил шаг, жестом велев Ра'джирру поторопиться. Раскошеливаться еще на полсотни "башен" - или на сколько монет в этот раз хватит аппетитов данмера - он не собирался.
   - "Благодарю тебя за смирение, Лорд Вивек. Я не буду ни задирать нос, ни раздуваться от тщеславия, но буду знать свое место в большом мире и довольствоваться им", - вдруг нараспев заголосила за их спинами данмерка, явно что-то или кого-то цитируя.
   Второй, ощущаемый сидящим где-то в районе затылка, отчетливо хрюкнул. А потом захихикал. Но Элемару было немного не до того, чтобы выяснять причину веселости духа.
   Однако далеко им уйти не удалось: вопли данмерки еще были слышны в отдалении, когда им навстречу, размахивая руками, выкатился невысокий толстяк, оказавшийся босмером. Второй при виде него возмущенно буркнул, что нормальным эльфам положено быть стройными, а не соревноваться со свиньями в обрастании жиром. Альтмер не совсем понял, к чему это было сказано, но спросить не успел - толстяк, наконец, отдышался и начал говорить.
   Из его сбивчивой, торопливой почти до нечленораздельности болтовни удалось узнать - не без помощи множества уточняющих вопросов - что зовут его Торонор, а его друга Эдрас Орил и оба они ученые-натуралисты. Что на Вварденфелл они прибыли, чтобы "понаблюдать в естественной среде за животными-эндемиками(16) острова", и что Эдраса интересовали кагути, о поведении которых он пишет монографию... что у этих зверей сейчас период спаривания, и поэтому они сбиваются в небольшие стада, да к тому же ведут себя более агрессивно, нежели в другие периоды. И как завершение истории - что Эдраса Орила, неосторожно решившего понаблюдать за ними вблизи, эти твари загнали неведомо куда и его требуется срочно спасать.
   "Ты что-нибудь понял?" - угрюмо поинтересовался альтмер у духа, одновременно пытаясь вспомнить, от кого он ещё недавно слышал слово "эндемик".
   "Только самое основное. Никакой конкретики - где этот данмер, сколько там кагути... так что надо будет еще хорошенько расспросить этого колобка, чтобы знать, чего ждать", - не менее мрачно отозвался Второй.
   О том, как выглядят эти самые кагути ни альтмер, ни дух толком не знали - до сего дня встретить этих существ вживую им не доводилось - но шкуры, виденные у торговцев, позволяли предположить, что твари эти должны быть покрупнее алитов. И соответственно, опаснее. Каким местом думал господин Орил, когда лез наблюдать за ними в период повышенной агрессивности, Элемар решил не спрашивать: ему уже доводилось видеть учёных, начисто забывающих об осторожности, когда дело касалось их исследований. Вряд ли данмер-натуралист сильно от них отличался.
   Ра'джирра было решено оставить с толстяком Торонором, чему кот неприкрыто обрадовался, тут же устроившись отдыхать на обочине. А сам альтмер приступил к выяснению подробностей. Босмер сначала пытался возмущаться тем, что его друга не бегут спасать, теряя подмётки, но Элемар пригрозил вообще отказаться помогать, и он несколько притих. Не успокоился, конечно, но хотя бы начал внятно отвечать на вопросы.
   Выяснив все, что было возможно - а это было немногим больше, чем босмер протараторил в первый раз - альтмер задумчиво посмотрел на каджита. Ра'джирр дёрнул ушами и отрицательно покачал лобастой головой - спасать представителя расы "поработителей" бывший раб желанием не горел. Второй понятливо хмыкнул:
   "Ну да, ты ж не голову ему проломить предлагаешь".
   Эдраса Орила они нашли довольно быстро. Осторожно обойдя заросли комуники, в которых, судя по взвизгам, шумному сопению и треску ветвей, и выясняли свои непростые отношения пресловутые кагути, Элемар уже собирался подать голос, когда на голову ему свалилась книга. А следом откуда-то сверху донёсся чуть подрагивающий мужской голос:
   - Простите великодушно, сэра, у вас случайно не найдётся зелья невидимости?
   Схватившись за ушибленную макушку, альтмер задрал голову... чтобы встретиться взглядом с пожилым данмером в роскошном, хоть и изрядно потрёпанном, одеянии, крепко обнявшим толстый древесный ствол.
   Переговоры, проводимые вполголоса, чтобы не привлекать внимание топчущихся где-то рядом кагути, провалились - спускаться с дерева без зелья незадачливый натуралист отказался наотрез. Даже ради той самой книги, оказавшейся его журналом наблюдений за повадками этих зверей. Только поинтересовался самочувствием своего компаньона-босмера и, убедившись, что тот пребывает в безопасности и добром здравии, успокоился, обняв дерево ещё крепче.
   - Но, кэна(17), - возразил альтмер, - вы же не сможете сидеть тут до бесконечности!
   - Разумеется, не смогу, - сварливо отозвался данмер, ёрзая тощим задом на ветке. - Но что ещё прикажете делать? Эти существа агрессивны и их довольно много, а я безоружен. К тому же, я не привык решать проблемы грубой силой. А вот у вас, юноша, я вижу меч. И более чем уверен, что вы умеете с ним обращаться. Так что для вас... устранение этих животных не должно составить труда, чтобы я смог, наконец, слезть с этого даэдрова дерева.
   "Ты не охренел, старый сморчок? - возмутился Второй, пока Элемар пытался найти достойный ответ на это заявление. - Нет, я конечно, уже привык к вашей данмерской спеси, но это уже чересчур!"
   Достойный ответ упорно не находился, потому что альтмер был полностью согласен с соседом. Но как-то отвечать было надо. В голове вертелась только фраза, которой он обычно отвечал таким же любителям покомандовать ещё будучи приютским мальчишкой. Её-то он и озвучил:
   - А что я за это получу?
   Ожидавший явно другого ответа данмер едва не свалился с ветки. Но удержался, прожигая Элемара сердитым взглядом.
   "Жаль, - разочарованно буркнул дух, вместе с альтмером наблюдавший, как Орил, держась одной рукой за ствол, другой нервно оправляет одежду, ворча нечто нелицеприятное о мелочных н'вахах. - Если бы он все-таки свалился, можно было бы сгрести его в охапку и отволочь к его приятелю. А так..."
   "Ну так пойдём к этому Торонору. Сообщим, что дружок его жив-здоров, сидит на дереве и спускаться не собирается, - хмыкнул Элемар. - Пусть сами разбираются".
   "Мечтай! Он начнёт верещать, что его дружка просто жизненно необходимо снять, а мешающих воссоединению кагути - изничтожить. Хотя... с него можно что-нибудь стрясти. Главное, внимательно следить при этом за собственными карманами - у босмеров понятия "своё-чужое" трактуются совсем не так, как у остальных народов".
   "Ты это мне рассказываешь?" - насмешливо поинтересовался альтмер, выбираясь на дорогу - тащиться обратно через заросли ему не улыбалось.
   "А, ну да. Я забыл, что тебя предполагалось поселить там", - смущённо отозвался дух.
   Торонор ожидаемо потребовал приятеля непременно с дерева снять. Правда, в отличие от данмера, по выражению Второго, рассчитывавшего "на халяву", пообещал за его спасение щедрую награду.
   О том, что придурочный босмер попёрся за ним следом - то ли затем, чтобы проконтролировать процесс спасения лично, то ли просто, подобно своему приятелю, недооценивал опасность - Элемар узнал только подойдя к тому месту, где вышел на дорогу из зарослей комуники. Сам он рассчитывал тихонько прокрасться туда, откуда по-прежнему доносилось разноголосое фырканье и взвизги, и хотя бы прикинуть количество зверей, не говоря уже о том, чтобы просто рассмотреть их. Но...
   - Эдрас!!
   От неожиданного вопля, раздавшегося из-за спины, альтмер выругался и развернулся на месте. И замер, обнаружив за спиной возбуждённо приплясывающего Торонора.
   Сопение в кустах резко стихло.
   "Бля-а..." - придушенно взвыл Второй.
   А босмер вытянул шею и снова заорал:
   - Эдрас! Мы здесь! Мы...
   Кусты комуники буквально взорвались, выпуская в облаке пыли, листьев и сломанных веток крупные - с медведя - массивные тела, покрытые коричневой чешуйчатой шкурой. Мощные когтистые лапы взрывали утоптанную до твёрдости камня землю, словно мягкий чернозём, оставляя глубокие борозды. Торонор по-бабьи взвизгнул и с прытью, какой было сложно ожидать при его сложении, откатился в сторону. Элемар же успел только инстинктивно вскинуть руки в тщетной попытке защититься...
   ...В себя он пришёл, сидя на земле и тупо разглядывая полуобгорелые кусты на противоположной стороне дороги. На самой дороге скрёб ногами в агонии самый крупный из кагути, передняя половина тела которого превратилась в обожжённое месиво. Остальные, судя по удаляющимся паническим визгам и треску ломаемых веток, предпочли спастись бегством. Впрочем, поодаль вяло шевелящейся бесформенной грудой валялся ещё один, значительно мельче первого - судя по всему, его затоптали удирающие сородичи. Торонор - живой и невредимый, хотя и заметно пропылившийся - все так же жизнерадостно приплясывал вокруг слезшего-таки с дерева и степенно оправляющего одежду данмера и что-то тараторил, тыкая поочерёдно в обе туши коротким пальцем.
   "Надо же, - зазвучал в голове альтмера задумчивый и какой-то бесцветный голос Второго, - с первого раза сработало. А я уж думал, нам крышка".
   И, как апофеоз абсурда, с той стороны, где они оставили Ра'джирра, донёсся свист и вдохновенная ругань:
   - Малакатовы яйца, так ты - боевой маг! Настоящий боевой маг!
   Элемар повернулся на голос и едва удержался от стона - на него с каким-то детским восторгом смотрел неизвестно когда успевший объявиться Нельс Ллендо...
  
   Глава 10. "Это ты..."
   - Так больно? - палец целителя ткнул в не заживший до конца перелом на левой руке.
   Второй дернулся, прошипев в адрес альтмера нечто забористо-некуртуазное. Элемар, пребывающий в бестелесном состоянии и отрезанный заботливым "соседом" от ощущений израненного тела, заинтересованно следил за лицом проводящего осмотр Тьермэйллина. Однако тот даже ухом не повел. Выслушал комментарий, хмыкнул и продолжил свое дело. Теперь его внимание привлёк глубокий овальный ожог на груди - след от попавшего в Элемара огненного заклятья.
   - Занятно... Ты что - на раскалённую крицу где-то упал? - полюбопытствовал целитель.
   - Иди ты, - вяло огрызнулся Второй. - Крица, как же... Ожог от простого огня Синнолиан уже бы вылечил. Да даэдрот тебя залюби, не тыкай же ты в меня пальцами! - взвыл он.
   Элемар воспользовался тем, что управляющий их общим телом дух прикрыл глаза, видимо, пережидая боль от неосторожного прикосновения к ожогу, и погрузился в воспоминания о том, как он оказался в таком плачевном состоянии.
   ...Распрощавшись с парочкой ученых-натуралистов, вручивших напоследок вычурный зачарованный кулон - Второй, покрутив его в руках, обозвал украшение "аляповатой цацкой" и посоветовал спрятать на "чёрный день" - альтмер имел беседу с Ллендо. Данмер, обозрев "поле брани" с кагути, окончательно решил, что Элемар - боевой маг и что ему, Нельсу, в первую их встречу просто повезло. Второй, пришедший в себя немного раньше и взявший управление телом - и лицом - на себя, разубеждать не стал. Только мысленно вздохнул "видимо, это судьба", одобрительно кивая в ответ на сочиняемую собеседником версию что, мол, "ясное дело, что ты предпочел откупиться, с опустошенным резервом-то... а то бы мне несдобровать". Деньги, правда, тот вернуть не предложил. Но Второй и не настаивал, предпочтя обойти этот скользкий вопрос и ненавязчиво переведя беседу на обсуждение самого Ллендо и его мастерство обращения с оружием. И, в конце концов, договорился с данмером, что тот по дружбе как-нибудь даст ему несколько уроков обращения с короткими клинками - чтобы не оказаться безоружным, если вдруг "снова истратит всю магическую энергию". Дескать, не все же такие благородные, как Ллендо... Данмер сарказма не заметил. Элемар же, мгновенно осознавший угрозу их общему кошельку, попытался возмутиться, но был невежливо заткнут напоминанием, что его боевые умения "соседу" недоступны, а свои собственные Второй, если и имел, благополучно утратил вместе с памятью о себе. И вообще, у каждого народа имеются свои боевые приемы, знать которые никогда не помешает. Хотя бы в общих чертах. Что на это ответить, он не нашёлся.
   Оставался Ра'джирр. Кота, как и предсказывал Второй, пришлось провожать до самой Аргонианской Миссии - Штердекан, пожилой редгард с похожим на сушеную виноградину лицом и глубоко посаженными глазами, остро поблескивавшими недоверием к пришельцам, просьбе каджита совершенно не обрадовался и вежливо, но твердо отправил их восвояси. Свою принадлежность к аболиционистам он яростно отрицал, заявив, что это все навет и клевета, что сам он просто небогатый фермер, а рабыня-каджитка, которую они видели в его доме, не беглая, а честно купленная в Садрит-Море, чтобы было кому помогать управляться с хозяйством. Договориться с ним не удалось. Возможно, все сложилось бы иначе, будь Ра'джирр один. Но кот был в сопровождении альтмера, и хозяин маленькой фермы это видел. Элемар в ответ на виноватый взгляд Ра'джирра только устало пожал плечами - "я же предупреждал". И естественно, поход в знаменитые бордели Сурана пришлось отложить на "когда-нибудь потом"...
   К слову, кот прижился при Аргонианской Миссии и на родину, похоже, уже не торопился - альтмер неоднократно видел его в Вивеке в Квартале Чужеземцев. Отъевшегося, прилично одетого, с неизменно деловым выражением на седой усатой морде и парой-тройкой книг под мышкой - бывший раб крепко сдружился с тамошним книготорговцем Джобашей и, по его же словам, частенько выполнял для него курьерские поручения. Второй посоветовал не проявлять слишком сильного интереса как к самому книготорговцу, так и к его делишкам, непрозрачно намекнув, что Джобаша - ярый аболиционист от усов и до кончика хвоста. Но тут же добавил, что при случае у него можно купить довольно редкие и даже порой запрещенные издания. Главное, не поддаваться на провокации и не поддерживать разговоры на тему рабства и прочих несправедливых законов Морровинда.
   Илус Труптор привезенную ему рубашку надел один-единственный раз, но альтмер о потраченных деньгах не жалел - увиденное того стоило. Мастер Фаланамо подошел к предложению Второго со всей фантазией и мстительностью - рубашка была пошита на совесть и точно по фигуре тучного имперца... вот только вместо того, чтобы скрывать недостатки, она их ненавязчиво подчеркивала. И лошадиное ржание аптекаря Фрика - человека образованного, но, как и все норды, прямого и несдержанного в проявлении эмоций - увидевшего толстяка в обновке, на фоне старательно скрываемых усмешек остальных, включая даже вечно рассеянного Синнолиана Тунифуса, оказалось лучшей наградой. Второй даже не поленился отправить с курьером записку портному с выражением благодарности. А на претензии имперца ответил, что, дескать, как оплачено, так и пошито. И вместо того, чтобы обвинять его и Фаланамо в сговоре, нужно было не жмотничать, а оплатить заказ честь по чести, чтобы не было сюрпризов. И тем же вечером, перед тем как отбыть в Хла Оуд по новому поручению Кайе, завернул в таверну "Шесть рыб", где аккуратно распустил слух о жадности и склочности эбенгардского Учёного Стендарра, обидевшего известного мастера-портного из Кальдеры. Элемар, вынужденно присутствовавший при этом, молча дивился мстительности и фантазии своего "соседа по черепу" - он-то помнил, что Второй терпеть не может скользкого толстяка, но, как оказалось, даже не представлял, насколько. Немного успокоило его то, что в таверну частенько захаживали и другие члены Имперского Культа, присутствовавшие при ссоре Труптора и "служителя Суротано", также охотно поделившиеся впечатлениями, так что довольно быстро изначальный источник сплетни определить стало решительно невозможно. Похоже, Илусу Труптору в скором времени предстоял вынужденный переезд в другую провинцию Империи Тамриэль. Во всяком случае, при последней встрече вечное благочестиво-хитроватое выражение на круглой лоснящейся физиономии имперца отсутствовало, сменившись хмурой озабоченностью.
   Задание в Хла Оуд - небольшой рыбацкой деревушке на Горьком Берегу - оказалось не слишком сложным. Как раз по умениям Элемара - подкрался-убил. Убить следовало четверых бандитов. Как выразилась аргонианка Окур, к которой и направили альтмера, требовалось "покарать убийц несчастной Джулиэль Аумин" и принести амулет, снятый ими с тела убитой, чтобы её дух, являвшийся аргонианке во снах, смог обрести покой. Альтмер тогда неосторожно пошутил над Вторым насчёт упокоения и был наказан прослушиванием дурацких куплетов про какого-то маленького мальчика, который находил смертельные приключения для себя и окружающих, всю дорогу до пещеры Ясамси. Куплеты, всякий раз начинавшиеся с "маленький мальчик нашёл", были довольно познавательны, но голос исполнителя... Для Элемара голос Второго всегда звучал, как его собственный, отличались разве что интонации. Но не в этом случае - обиженный дух расстарался и завывал чудовищно немузыкальным фальцетом, ничуть не похожим на его обычный тембр. Бесило это пение преизрядно, но альтмер стиснул зубы и молча терпел, зная, что, во-первых, сам виноват, во-вторых, требование заткнуться ничего не даст, а в-третьих - как только они дойдут до места, Второй замолчит сам, чтобы не отвлекать. Ну и в-четвёртых, лучше пусть горланит свои дурацкие песни, чем обижается всерьез и действительно пытается уйти. Альтмер хорошо помнил, как они однажды, еще в самом начале совместного существования, разругались, что называется, насмерть и как разъярённый дух на полном серьёзе попробовал разорвать их связь. И как сам он бился в конвульсиях на полу Аддамасартуса, хрипя и разбрызгивая кровь, хлеставшую отовсюду - из носа, из ушей, изо рта - пока взбешённый Второй, преодолевая собственные мучения, упорно пытался освободиться. Связь оказалась сильнее, чем стойкость и сила воли Второго, помноженные на его же ярость, а попытка разорвать её не прошла без последствий, но, к счастью, ничего необратимого все же не случилось. Но урок они усвоили. Зато окончательно уяснили, что никуда им друг от друга не деться и, наконец, сумели договориться. Так что он просто молча терпел, хотя раздражало это вытьё неимоверно... Впрочем, Второй умолк немного раньше, чем ожидалось - когда на них набросился неведомо как залетевший под кроны деревьев скальный наездник. Дух вдруг оборвал своё кошмарное пение и гаркнул "Атас, птичка!", не утруждая себя произнесением правильного, но неудобно длинного в такой ситуации названия твари, и скомандовал бежать под дерево с низко расположенными ветками. В результате, с лишённой манёвра "птичкой" Элемар разделался без особых проблем: парализованный первым же ударом зачарованного клинка наездник, попутно лишившийся своего грозного хвоста с острым костяным жалом, камнем рухнул наземь, после чего его оставалось только добить. И ободрать ценные перья с крыльев, разумеется - чего добру пропадать? С бандитами тоже особых трудностей не возникло, если не считать необходимости сменить штаны - один из них, коренастый норд, будучи застигнутым за справлением малой нужды, не стал тратить время на то, чтобы убрать своё завидное хозяйство в штаны и, по выражению насмешника-духа, "разил кинжалом и струёй". Второй, конечно, преувеличивал насчёт струи, но "орошённые" противником штаны потом все-таки пришлось переодевать, благо выбор различной одежды в логове бандитов оказался немалый - четвёрка, судя по всему, не брезговала снимать со своих жертв все мало-мальски ценное: одних амулетов было не меньше десятка...
   Потом было путешествие на гору Канд в поисках посоха Позора и злополучная поездка в Хуул... Знал ли Кайе, что его "ведьма из Ашалмавии" на самом деле телваннийская волшебница?..
   Внезапно пространство вокруг Элемара залила тьма, а в шаге от него возникла человеческая фигура, озадаченно вертящая головой.
   - Опаньки, - протянул пришелец, оказавшийся не человеком, а мером, - вот это номер...
   - Ты кто такой? - подобрался альтмер. - И что ты тут делаешь?
   Голос неизвестного был подозрительно знакомым. Да и интонации... Но незнакомая обстановка сбивала с толку, а черты незнакомца все время плыли, не давая его рассмотреть.
   - Я-то? - хмыкнул тот.
   Присмотрелся. И вдруг заржал, как жеребец.
   - Ну, ты даешь, сосед! Не признал, что ли?
   - Второй? - неуверенно спросил Элемар.
   - Он самый, - кивнул гость.
   И словно бы проявился окончательно. На альтмера насмешливо глядел... он сам. Скалящий зубы в ехидной ухмылке и с дурацким хохолком на бритой голове, напоминающим гребни на шлемах индорильских ординаторов Вивека. А в остальном - точно такой же, как в зеркале.
   - А что я здесь делаю, - продолжил Второй. - Ответа "нахожусь" будет ведь недостаточно?
   - Меня больше интересует, почему ты здесь находишься, - мрачно буркнул Элемар. - До этого мы как-то пребывали тут по очереди.
   - Ну, с этим-то все просто. Наш общий знакомый целитель решил, что тыкать в наши болячки одним пальцем уже не интересно, и приложился всей пятернёй. К тому самому незаживающему ожогу. Скотина... Так что я заорал и, надо думать, отрубился. И теперь он безнаказанно измывается над нашим бессознательным телом, а я составляю тебе компанию.
   - Да уж, - невесело усмехнулся Элемар. - Кстати, если уж ты решил выглядеть, как я, почему у тебя такая прическа?
   Второй удивленно воззрился на него:
   - Какая "такая"?
   Элемар объяснил, для наглядности приставив к своему темени ладонь с растопыренными пальцами. Дух ошалело выпучил глаза и разинул рот.
   - Рыжий, долговязый, с твоей мордой... и ирокезом, - медленно проговорил он, задумчиво повторив жест альтмера с приставлением пятерни к голове. - Охренеть...
   И недоверчиво спросил:
   - Слушай... а ты меня не разыгрываешь?
   - Зачем бы мне это? - удивился Элемар.
   Второй замялся.
   - А что, это что-то означает? - заинтересовался альтмер. - Что-то важное?
   - Возможно, - уклончиво ответил дух. - Я тебе потом скажу, ладно? Если буду уверен, что это... что это не я... Что я не придумал этот облик, начитавшись здешних книжек.
   - Ну а все-таки?
   - Потом, - отрезал Второй. - Если это не моя дурная фантазия, я тебе обязательно расскажу. Обещаю.
   Возразить Элемар не успел - окружающее пространство неожиданно посветлело, и он, моргнув, обнаружил, что лежит на постели, уставившись в физиономию Тьермэйллина, изготовившегося отвесить ему оплеуху. Явно не первую, судя по тому, как горит лицо. Левая рука немедленно заныла, но слабо, почти неощутимо. Обожжённая грудь тоже еще болела, но от этой боли уже не хотелось орать, как это было, пока Второй не вышвырнул его "внутрь", отрезав от ощущений и взяв управление на себя. Кстати, а где он сам?
   "Здесь", - тут же пришел ответ.
   - Очнулся? - заговорил Тьермэйллин. - Это хорошо. И зачем только Кай с тобой возится?
   - Неужто ревнуешь? - немедленно высунулся Второй - альтмерский снобизм раздражал не только Элемара.
   Целитель изумленно вытаращил глаза, разом растеряв всю свою надменность. Элемар против воли почувствовал некоторое удовлетворение - рядом с сородичами он часто чувствовал себя... неполноценным. Словно подзаборная дворняжка рядом с ухоженными породистыми обитателями королевской псарни. Хотя, в сущности, так оно и было. Или нет?
   - Хамишь, - удовлетворенно произнес целитель. - Значит, уже здоров. Не полностью, но вполне достаточно.
   - Сколько я тебе должен? - поинтересовался Элемар, осторожно садясь.
   - Кай заплатит.
   - А с чего вдруг такая щедрость? - изумился альтмер. - Или он зажимает мое жалование?
   Тьермэйллин досадливо поморщился.
   - Ничего он не зажимает. Просто корона выделяет нашему ордену некоторую сумму. В том числе и для таких случаев, как твой. Сам-то ты заплатить наверняка не в состоянии.
   "А старикан просаживает её на сахарок", - ядовито добавил Второй.
   Элемар мысленно фыркнул. О том, что Косадес употребляет "подслащенную водичку" не только ради поддержания легенды, он знал уже довольно давно. Впрочем, мастеру-шпиону пока удавалось держаться в рамках допустимого. Да и в любом случае, это были не его, Элемара, проблемы.
   "Скорее, на услуги Тьермэйллина после очередного загула", - в тон внутреннему собеседнику ответил он.
   - Вообще-то, я вполне платёжеспособен. Но ты ведь явился сюда не ради меня? - уже обращаясь к целителю, произнес альтмер.
   - И да, и нет, - поджал губы тот. - В Эбенгард меня привели мои собственные дела, с твоим плачевным состоянием никак не связанные, но... Кай, узнав, что я направляюсь сюда, передал для тебя весточку. Он хочет тебя видеть. И как можно скорее.
   - Я был у него неделю назад. Перед тем, как отправиться в Хуул. Он мне ничего не сказал.
   - А сейчас ты ему понадобился. Советую не терять время попусту и, как долечишься, ехать в Балмору.

***

   Балмора встретила Элемара холодным моросящим дождем. Альтмер коротко ругнулся, вжал голову в плечи, и, спрятав пальцы в рукавах мантии, потрусил по скользкой брусчатке от Гильдии Магов к ближайшему мосту через Одай, с отвращением думая о том, во что сейчас превратились окраинные улочки Рабочего квартала, заселенные не-данмерами. Второй хмыкнул и аккуратно перехватил управление телом. И хотя изначально они договаривались, что дух сделает это перед тем как войти в жилище мастера-шпиона, а не раньше, Элемар совершенно не возражал.
   Дом Кая встретил их теплом очага и бранью хозяина, только-только стянувшего изгвазданную верхнюю одежду и стоящего посреди комнаты в одних заношенных брэ.
   - Свиньи, скамповы свиньи, - бормотал он, яростно скомкав рубашку и швырнув её в угол, - неудивительно, что местные не любят чужестранцев - засрали полгорода, бля... А, явился, - буркнул он вошедшему Элемару, - кой хер тебя принёс сюда в такую погоду?
   - Тьермэйллин настоятельно рекомендовал поторопиться, - невозмутимо ответил Второй, закрывая дверь на засов. - А в Вивеке сейчас погода вполне приличная. Не пляжи Саммерсета, конечно, но для начала зимы очень даже ничего.
   - Ты про снег, что ли? - мастер-шпион выудил из сундука смену одежды и теперь неторопливо переодевался. - Здесь его почти не бывает. Как мне сказали много лет назад "горячее дыхание Красной горы согревает этот край даже в разгар зимы", - ядовито процитировал он. - Хотя, как по мне, немного снега этому городу совсем бы не помешало - прикрыть жопные художества наших дорогих сограждан, чтоб их никсы сожрали...
   Второй усмехнулся и, повесив промокшую мантию на торчащий из стены гвоздь, присел возле стола.
   - Судя по твоему настроению, ты эти художества оценил лично, - поддел он.
   - Не хами, остроухий, - донеслось из-под рубашки, натягиваемой Каем, - я не в настроении терпеть ваши альтмерские заскоки.
   - Как скажешь, - покладисто отозвался дух.
   - Ты лучше скажи мне, - переодевшийся имперец достал из-под кровати кувшин гриифа и плеснул в стоящий на столе стакан, - на хрена ты к телваннийской волшебнице сунулся? Сдохнуть решил раньше срока?
   Смерив промокшего альтмера взглядом, поставил перед ним еще один стакан и наполнил его на две трети. Элемар с удивлением отметил, что посудина, доставшаяся ему, была чистой. Хотя он бы, пожалуй, сейчас не побрезговал бы и из грязной. Второй же, похоже, таким вопросом вообще не задавался.
   Грииф обжег горло и колючим комом упал в желудок. Второй непроизвольно скривился, но тут же благодарно кивнул Каю, чувствуя, как отступает противный озноб.
   - А я знал, что эта Тельза Драл - из Телванни? - буркнул он. - Мне было сказано, что Имперский Культ накрыл ковен даэдрапоклонников в руинах Ашалмавии, но одна из ведьм оказалась хитрее других - сбежала по дороге, теперь в яичной шахте прячется. Ашша-Аххе. Езжай, мол, служитель Суротано, в Хуул, разберись с ней...
   - И ты поехал, - иронично хмыкнул Косадес, глядя на гостя поверх стакана, из которого как раз делал глоток.
   - Разумеется, - пожал плечами Второй. - Оказалось, что она там не одна, а с двумя лбами - то ли слугами, то ли телохранителями, которые и помогли ей бежать.
   Он сделал ещё один глоток.
   - В Ашалмавию, как я понял из её ругани, она приехала из-за некоего Гордола, но того на месте не оказалось. И того, что он должен был ей достать - она не упоминала, что это - тоже не было. А тут еще и облава. Один из этих двоих еще поинтересовался, мол, не стоит ли, госпожа Тельза, вернуться в Тель-куда-то там - я не разобрал, куда - и договориться с другими даэдрапоклонниками, поближе... И вот тут у меня возникло подозрение, что все не так просто, и желание вернуться в Эбенгард и задать Кайе пару неприятных вопросов. Ни о каком убийстве я, разумеется, уже не помышлял - я не считал, что настолько крут, чтобы заломать телваннийскую волшебницу.
   - Но заломал же, - хмыкнул Кай.
   - Жить захочешь - и не то сделаешь, - вздохнул дух. - Меня просто обнаружили. И, естественно, атаковали. Эти трое да призванный телваннийкой дремора.
   - Да ты крут, - ехидно осклабился имперец.
   - Нет, я дурак, - дернул уголком рта Второй. - Но везучий, пожалуй. Я с перепугу создал огненный шар - это заклинание у меня теперь на любую опасность едва ли не само собой слетает - в пещере. И выжег весь воздух в том отнорке, где мы все топтались. Ненадолго, но слуги умерли почти сразу. Сама Тельза Драл прикрылась от огня щитовым заклинанием, а вот дреморе ни ожоги, ни отсутствие воздуха ничем не помешали. Я только и успел от удара щитом прикрыться, - дух потер предплечье, - да только толку с того щита... с одного удара разлетелся. Еще и осколками хитина посекло... А тут еще нагрудник хитиновой крошкой осыпался - телваннийка постаралась. Я её, конечно, достал, но и она меня чем-то вроде "огненного кулака" припечатала. Напоследок...
   - И как же ты выбрался?
   - У меня свиток Возврата был. Пометку я давно поставил. У Синнолиана, как раз на такой случай. Вот и пригодился.
   Дух промолчал, что заставил Элемара купить свитки после того, как пришлось спускаться с вершины горы Канд, то и дело отгоняя огненными шарами настырного скального наездника. Тренировка вышла славная и, конце концов, "птичка" попалась, но нервы успела потрепать изрядно.
   - Понятно, - Кай допил свой грииф и поставил стакан на стол. - Судя по тому, что я вижу, ты вполне освоился и готов к выполнению уже моих распоряжений. В данном случае мне нужно, чтобы ты переговорил с человеком по имени Хасфат Антаболис. Ты найдешь его здесь, в балморской Гильдии Бойцов. Спроси его, знает ли он что-нибудь о секретных культах Нереварина и Шестого Дома. Но будь готов к тому, что взамен он попросит тебя об услуге. Я не знаю, что это будет. Что-нибудь полезное. Или, возможно, неприятное. Что бы это ни было, сделай это для него. Когда он сообщит тебе интересующие сведения, вернешься ко мне с отчетом.
   Второй кивнул. Но имперец, как выяснилось, сказал еще не все.
   - Кстати, Хасфат изучает историю Морровинда. Советую воспользоваться случаем и немного поучиться у него. Несколько полезных книг есть и у меня, а читать ты умеешь и любишь, судя по заваленному твоими книжками углу моего дома. Взгляни, может, что-то из этого ты еще не читал. В конце концов, не имеет смысла становиться частью истории, если ты не можешь понять её, - криво усмехаясь, произнес он.
   - Думаете, у меня есть шанс стать частью истории? - полюбопытствовал Второй.
   Элемар, внимательно слушавший каждое слово, ждал, что ответит мастер-шпион. Альтмер был почти уверен, что дух, хозяйничающий сейчас в его теле, может рассказать Косадесу об интересующих его культах куда больше, чем человек, к которому их посылают. Но, по какой-то ему одному ведомой причине, не делится этими сведениями даже с ним - тем, кто неразрывно с ним связан, каждый раз обрывая разговор на эту тему резким "потом".
   Кай так и не ответил, и дух задал другой вопрос:
   - Кто такой этот Хасфат Антаболис?
   - Он Мастер Тренировок в Гильдии Бойцов Балморы, - помолчав, ответил старик. - Всю жизнь прожил в Морровинде, знает всех, кто здесь живет и много общается с наемниками из других краев. Считает себя ученым, особенно его интересуют двемерские руины и артефакты.
   Элемару было очень интересно, как увлечения этого Антаболиса сочетаются с императорским запретом, но Второй коротко рыкнул "не сейчас", и он стал слушать дальше.
   - Что такое Шестой Дом? - поставив пустой стакан, который до этого вертел в руках, спросил дух.
   Альтмер задумался, пытаясь вспомнить, где и когда он встречал это название. В том, что он слышит его не впервые, он не сомневался.
   - Доверенный шпион сообщил, что существует некий тайный культ, связанный со странными событиями, произошедшими не так давно, - медленно проговорил Кай. - Но, что гораздо важнее, мой агент считает, что эти... беспорядки связаны еще и с пророчествами о Нереварине.
   - Что за пророчества?
   Второй произнес это спокойно, словно интересуясь сведениями полезными, но не необходимыми... однако Элемар ясно ощутил его напряжение. И невольно напрягся сам.
   Косадес долго молчал, собираясь с мыслями.
   - Эшлендеры не знают грамоты, - наконец, заговорил он, - поэтому свои предания и обычаи они хранят в устной поэтической форме. Различные пророческие видения и вещие сны в том числе. В частности, существует пророчество о приходе Нереварина. Суть его в том, что какой-то сирота и изгнанник, рожденный в определенный день неизвестными родителями, однажды объединит все племена данмеров, изгонит захватчиков из Морровинда и восстановит древние обычаи темных эльфов. Те, кто верит в это пророчество, называют этого сироту Нереварином и считают, что он будет воплощением давно погибшего данмерского полководца и Первого Советника, Лорда Индорила Неревара... Вот, собственно, и все, что мне об этом известно.
   - Ясно, - Второй поднялся и снял слегка обсохшую мантию с гвоздя. - Что ж, как только что-то узнаю, появлюсь.
   - Не затягивай, - буркнул в ответ имперец. - Чем быстрее я пойму, что происходит, тем проще будет разобраться с этим делом.
   "Мечтай", - зло прошипел Второй, открывая дверь.
   Но услышал его только Элемар. Однако приставать с вопросами поостерегся.
   "И что мы здесь забыли?" - рискнул поинтересоваться он несколько минут спустя, когда Второй, дойдя до Торговой улицы, свернул не к Гильдиям, а в сторону "Восьми Тарелок".
   "Кувшин гриифа, сухую чистую постель и уединенную комнату с крепким засовом", - ответил тот.
   "Зачем?"
   "Затем, что нам надо поговорить. Пришло время рассказать тебе часть того, что я знаю о происходящем. К тому же сейчас поздний вечер и нужный нам человек, скорее всего, уже спит".
   "И какую именно часть своих тайн ты намерен мне раскрыть?"
   Вопрос прозвучал ядовито, но альтмер ничего не мог с этим поделать - незнание его раздражало. А то, что Второй был явно расстроен и зол, заставляло подозревать, что раскрытие даже части секретов радости не принесет.
   "Ту, в истинности которой я уверен", - невозмутимо ответствовал дух.
   "А грииф зачем?"
   "Он тебе пригодится, поверь. Да и я сейчас чувствую непреодолимое желание надраться".
   Элемар притих, дожидаясь, пока "сосед", забрав объемистый кувшин с комуниковым бренди, запрется в снятой на ночь комнате.
   "Ну и?" - не утерпел он, когда Второй, вместо того, чтобы начать рассказ, налил себе полный стакан гриифа и в несколько глотков осушил.
   "Что ж... если вкратце, - тяжело, неохотно выдавливая из себя каждое слово, заговорил дух, - то этот Нереварин..."
   Альтмер замер в ужасе, внезапно догадавшись, что именно сейчас услышит, и всем своим существом надеясь, что это не так.
   "Это... скорее всего, Нереварин - это ты".
   "Вот оно что", - с горечью произнес он.
   Ну, конечно... сирота, сын неизвестных родителей, изгнанник - с Саммерсета его, как ни крути, изгнали вместе с ними - да еще и рожденный "под определенным Знаком", из-за чего его отправили заменить того несчастного самоубийцу... а Второй, получается...
   "А ты, значит, тот самый Лорд Неревар, которому предстоит во мне воплотиться? - зло процедил он. - Потому-то ты так печешься о моем здоровье?"
   Хотелось напиться, разгромить все вокруг в мелкую щепу... и выдрать проклятого подселенца ко всем даэдра. Даже ценой собственной жизни, если уж иначе никак.
   "Что молчишь? Сказать нечего?!"
   "Я не знаю, кто я, - просто ответил Второй. - До сих пор не знаю".
   Тихо, тоскливо... Элемар мгновенно остыл, как-то сразу догадавшись, что дух на самом деле чувствует себя ничуть не лучше, чем он. А может и хуже - он-то с самого начала знал, какое будущее их поджидает. И знал, что избежать этого не удастся. Он ведь сразу предупредил о пророчестве, под которое, видимо, подходил настоящий Суротано из Даска и - на свою беду - он сам.
   "И что мы теперь будем делать?"
   "Сейчас - напьемся. Тебе погано, мне погано - надо нажраться до свинского визга, потому что сейчас нормального разговора не будет. Какая все-таки дрянь эти пророчества, оказывается... А завтра это знание будет воспринимать чуть-чуть легче, и мы сможем, наконец, поговорить, как и собирались. И только потом пойдем к Антаболису. Как тебе такой план?"
   "Неплохо", - подумав, согласился альтмер. - Но потом ты мне все расскажешь. Или хотя бы то, что сможешь".
   "Разумеется. Я же обещал".
  
   Глава 11. Двемерская головоломка
   - Значит, это и есть те самые неприятности, которых не удастся избежать? - поинтересовался Элемар, налив себе суджаммы.
   Голова уже не трещала так, что, казалось, вот-вот лопнет - все-таки третий кувшин гриифа вчера был лишним - но все еще гудела, как колокол. С другой стороны, как и предсказывал Второй, после пьянки будущее не казалось столь беспросветным. Даже в свете новых сведений: дух, как и обещал, рассказал все. Или - то, что счел нужным. Впрочем, альтмеру хватало услышанного.
   "Нет, приятель, те неприятности все еще впереди. А это так... Подумаешь, Избранный. Если бы ты не узнал, что тебе предстоит, сейчас от меня, то Кай сам бы тебе сказал, только немного позже. Просто у меня информации больше, и я все совпадения - или, наоборот, нестыковки - вижу уже сейчас. А твоему координатору эту информацию только предстоит собрать", - отозвался дух.
   "А передать ему эту информацию никак нельзя?" - спохватившись, альтмер перешел на "внутреннюю" речь.
   Мало ли... "Восемь Тарелок", конечно, заведение приличное, но кто знает...
   "И как ты ему объяснишь, откуда эти сведения почерпнул? Я не запрещаю, но надо придумать удобоваримое объяснение этим знаниям. В тех книгах, что лежат у старика, именно этой информации нет, так что сослаться на них не выйдет. А одной "Войны Первого Совета", которую он нам вчера показывал, мало. Кое-что должен подсказать Антаболис, но и он знает далеко не все".
   "Кстати, раз уж ты мне это рассказал, стоит ли нам к нему вообще идти? И еще - почему ты вчера так напрягся, когда про него расспрашивал?"
   Второй помолчал.
   "Кай... то ли сам не знает, то ли солгал, - неуверенно заговорил он. - Этот Антаболис на самом деле - член Совета Старейшин при императоре. Или станет им через пару лет. Я не уверен, но... его интерес к двемерским артефактам, как ты и сам знаешь, идет вразрез с законом. Его ведь не мечи с броней и не чашки-тарелочки интересуют... При этом о его увлечении знают все. И если его до сих пор не привлекли за это к ответу - или привлекли, но отступились - значит, есть что-то, из-за чего к нему нельзя подходить с обычными мерками. Возможно, у него просто императорский патент на исследования, но то, что через несколько лет человек с таким именем будет полноправным членом Совета, я знаю точно - я, - он замялся, но неохотно договорил, - читал... копии документов с одного из заседаний(18)".
   "А ты-то их откуда взял?" - изумился Элемар.
   "Не спрашивай, пожалуйста. Это как раз то, что я не смогу тебе объяснить. Я и сам-то до конца так и не понял".
   Альтмер разочарованно осознал, что это он так и не узнает - Второй рассказывал исключительно то, в чем был более-менее уверен. Больше того - он совершенно ясно ощутил, что дух сейчас сожалеет о том, что вообще об этом сказал.
   Смыв с себя последствия вчерашних возлияний и с трудом затолкав в себя завтрак - даже мысль о еде вызывала яростный протест у желудка, но Второй был неумолим, мотивируя свое требование тем, что позднее поесть, возможно, удастся не скоро - Элемар отправился в Гильдию Бойцов.
   Хасфат Антаболис отыскался в самом дальнем зале и на момент появления альтмера проводил занятие по рукопашному бою. Заметив визитера, инструктор - поджарый темноволосый имперец с угловатым костистым лицом - собрался прервать урок, но Элемар знаком показал, что может подождать, и присел на узкую скамейку у стены. Наблюдая за учебным боем, он не мог не отметить, насколько занятие у Антаболиса отличается от тех уроков, что давал Косадес ему самому. Ровный терпеливый тон инструктора, четкие и понятные объяснения... Кай, напротив, во время своих уроков словно бы задавался целью вывести альтмера из себя, подначивал и язвительно комментировал каждый промах. Элемар тихо вздохнул - хотел он того или нет, пока была возможность научиться чему-то у старика, следовало ей пользоваться.
   Стараясь не слишком откровенно пялиться, альтмер мысленно произнес:
   "Что-то не похож он на члена Совета Старейшин"
   "А ты рассчитывал увидеть здесь придворного аристократа?" - хмыкнул Второй.
   "Нет, но..." - Элемар замялся, не зная, как объяснить, что именно он себе представлял.
   "К тому же не факт, что он состоит в Совете уже сейчас. И вообще, может это будет другой человек".
   "С тем же именем?" - усомнился альтмер.
   "Почему бы нет? Маловероятно, конечно... но вдруг?"
   "Доживем - увидим", - меланхолично подытожил Элемар и встал навстречу отпустившему ученика инструктору.
   - Добрый день, - поздоровался Антаболис, - вы что-то хотели?
   Альтмер кивнул и, представившись, поведал о цели визита.
   - Значит, вас прислал ко мне Кай... - задумчиво потер подбородок имперец. - И Каю нужна информация о культах Нереварина и Шестого Дома... Что ж, - кивнул он, - у меня есть кое-какие сведения. И я готов ими поделиться... при условии, что вы взамен окажете мне небольшую услугу.
   Элемар молча кивнул, ожидая продолжения.
   - А вот поделиться оценкой нынешней обстановки в Морровинде я могу совершенно безвозмездно, - вновь заговорил Антаболис. - Будем считать это авансом. Историческую справку, если пожелаете, вам даст Кай - все эти даты, события... Кстати, рекомендую вот эту книгу, - он взял с небольшого столика в углу небольшой томик в потрепанном переплете, - берите-берите, у меня есть еще один экземпляр.
   Поблагодарив, Элемар взял протянутую книгу и, прочитав название "О Морровинде, имперской провинции", подумал, что Второй наверняка опять изрисует страницы своими заметками. Остается надеяться, что Кай ещё не сунул нос в принесенные ему на хранение мешки и не ознакомился с занимательными размышлизмами вселенца, неосторожно записанными на полях.
   - Так вот, история историей, - продолжил имперец, - а куда важнее... м-м... чувство сопричастности происходящему. Кто кого ненавидит? Кто с кем в союзе? У кого проблемы со спиртным, - он с намеком посмотрел на альтмера, несмотря на предпринятые усилия, благоухающего гриифом, - или... еще с чем-нибудь... Вот то, что действительно нужно знать чужестранцу вроде вас.
   - И кто кого ненавидит?
   - Великие Дома ненавидят друг друга - кражи, убийства, саботаж... все, как везде. Храм ловит жрецов-отступников. Кочевники-эшлендеры грабят торговые караваны и нападают на паломников. Тайный культ, - Антаболис сделал выразительную паузу, - убивает имперцев. В общем, все плохо, - он широко улыбнулся, словно сказанное было шуткой, и тут же посерьезнел. - Но это все ерунда по сравнению с Мором. Монстры, болезни... Местные говорят, что они приходят с Красной Горы. Длится это уже довольно давно, но в последнее время, - имперец покачал головой, - все просто вышло из-под контроля.
   - Ясно. И что за услугу вы от меня хотите? - спросил Элемар.
   Хасфат Антаболис помолчал, потом заговорил:
   - Недалеко от форта Лунной Бабочки есть двемерские развалины Аркнтанд. Мне нужно, чтобы вы сходили туда и принесли одну небольшую вещицу. Она называется "двемерская головоломка" и представляет собой кубик с круговым узором и символами на одной из сторон, размером с кулак или чуть больше. Принесите мне её, и я расскажу вам все, что вы хотите знать о названных вами культах.
   Элемар задал ещё несколько вопросов, дотошно уточняя, как добраться до этих двемерских руин и напоследок поинтересовался:
   - Кстати, а почему вы так уверены, что нужная вам вещь находится именно в Аркнтанде?
   - У меня свои источники, - уклончиво ответил имперец.
   Альтмер резко прищурился, глядя собеседнику прямо в глаза и медленно кивнул. Вопрос, почему этот "источник" не принёс артефакт сам, он задавать не стал.
   "Ну, и что ты об этом думаешь?" - поинтересовался Второй, стоило им покинуть стены Гильдии.
   "О, - ядовито отозвался Элемар, - я много чего думаю. Вот только озвучивать ничего из придуманного в приличном обществе нельзя".
   Дух одобрительно хмыкнул.
   "Значит, все это время я старался не зря, - довольно произнёс он. - Ладно, отложим пока этот разговор - сейчас нам нужен новый доспех. И... пожалуй, шлем. Старый-то остался в той шахте. И знаешь... пойдём в "Порез Бритвы" - у меня что-то нет настроения сейчас собачиться с Мелдором ради крошечной скидки. Может, у Торека все-таки найдётся что-нибудь подходящее".
   Если босмер Мелдор торговал разнообразной амуницией, то у норда Торека основным товаром было не менее разнообразное оружие. Однако альтмер знал, что и тот, и другой не брезгуют перепродавать товары, относящиеся к ассортименту конкурента. Так что шанс приобрести броню в "Порезе Бритвы" был не так уж мал. И Элемар надеялся, что нужная им вещь у норда найдется. Потому что идти в лавку к склочному прижимистому Мелдору он хотел ничуть не больше Второго.
   Торек обрадовался покупателю, как родному, мгновенно забросив свои дела и выложив на прилавок три неплохих лёгких доспеха подходящих размеров. Элемар уже присматривался к новенькой бригантине из кожи нетча - лёгкой, не стесняющей движений и снабжённой множеством ремешков для подгонки по фигуре, когда Второй увидел это...
   "Это" было кирасой, собранной из костяных пластин, пропитанных каким-то составом, придавшим кости желтоватый оттенок, и нашитых на основу из кожи все того же нетча.
   - Гах-Джуланская броня, - любовно погладив пластину нагрудника, проговорил Торек. - Почти весь Дом Редоран в них ходит. Из таких вот, костяных, лучше только индорильская будет, но за её ношение любой встреченный индорилец без разговоров изрубит тебя на куски. Не любят они, индорильцы, когда кто-то чужой в их клановых доспехах разгуливает. Да и храмовые ординаторы не лучше. Пользуются тем, что... - он быстро взглянул на откровенно прислушивающегося к разговору охранника в доспехах Дома Хлаалу и осёкся. - Дома Редоран и Хлаалу к этому проще относятся. Да и стоят эти индорильские доспехи - мама дорогая... - норд выразительно закатил глаза. - Можно целое поместье купить.
   - Если серджо Ведам Дрен позволит, - иронично заметил подошедший поближе к прилавку охранник.
   Редоранская кираса стоила, конечно, гораздо меньше поместья, но и немногим меньше, чем полный доспех из хитина, вызывая острое нежелание расставаться с деньгами. Да и весила вчетверо больше прежней, но проклятый дух буквально взбесился, требуя купить её и только её. Впрочем, альтмер, согласившись на примерку и с помощью Торека затянув ремни, безропотно выложил запрошенную сумму, отстранённо порадовавшись значительной скидке, которую ему ни за что не сделал бы прижимистый босмер Мелдор. Куда важнее ему показалось странное ощущение, возникшее, стоило ему пошевелить плечами, приноравливаясь к покупке.
   "Ты ничего необычного не чувствуешь?" - осторожно поинтересовался он у Второго.
   "Смотря что", - не менее настороженно отозвался тот.
   Альтмер помедлил, прислушиваясь к ощущениям.
   "Ты не поверишь... - неохотно проговорил он, - но у меня такое чувство, что я... уже носил похожую броню раньше. Хотя этого точно не может быть".
   "Почему не поверю? Поверю. Ты ведь, по идее, будущий Нереварин, Неревар Возрождённый. Так что, кто знает, может, это тень памяти прошлой жизни? Гораздо больше меня волнует другое, - Второй помолчал, словно раздумывая, говорить или нет, - откуда это же ощущение возникло у меня?!"

***

   Возле дорожного указателя с надписью: "Молаг Мар" Элемар остановился на отдых. Плечи и ноги ощутимо ныли - что бы там ни говорила "память прошлой жизни", телу новый доспех был непривычен. Тем более что альтмер, воодушевившись, полностью сменил старое снаряжение из хитина новым костяным, выложив за него две трети имевшихся у него сбережений.
   К тому же путь до Аркнтанда оказался длиннее, чем говорил Элемару Антаболис.
   "Как думаешь, долго нам еще тащиться?" - спросил он.
   "Трудно сказать, - задумчиво отозвался дух. - Когда мы подошли к повороту на Кальдеру, шпили над фортом Лунной Бабочки были очень хорошо видны и казались довольно близкими. Буквально над головами патрульных на стенах форта. Но, поскольку нам приходится довольно сильно петлять, путь может затянуться".
   Элемар, подумав, подтянул ближе заплечный мешок. Развязал, заглянул в него, размышляя, не стоит ли немного подкрепиться... и решительно завязал обратно.
   "Кстати, - подал голос Второй, - я так и не услышал твои соображения по поводу нашего первого задания".
   Альтмер выругался и раздраженно пнул деревянный столб указателя.
   "Не нравится оно мне, - мрачно заявил он, глядя на раскачивающуюся табличку-стрелу с надписью: "Молаг Мар". - Совершенно".
   "Поясни".
   "Попробую... В общем, то, что иногда ордену приходится нарушать законы Империи, которую он защищает, для меня, как ты знаешь, давно не новость. Как и то, что мне лично предстояло заниматься чем-то подобным достаточно часто - на благо Империи, разумеется. Шпионаж, подлог и убийства - вот к такому будущему меня готовили. И до сегодняшнего дня меня это не беспокоило".
   "Что заставило тебя усомниться?"
   "Не знаю точно. Я просто чувствую, что это подстава. Вот скажи мне, зачем ещё такие сложности? Этот Антаболис вполне мог послать за этой вещицей того, кто ему о ней сообщил. Не думаю, что за эту услугу с него запросили бы неприличную сумму. Или же все могло быть ещё проще - сообщивший мог сразу принести головоломку и получить за нее вознаграждение".
   "Продолжай".
   "А вместо этого, оказывается, что за этой штукой нужно идти именно мне. И нарушить закон, тем более что, как любезно просветил нас господин Антаболис, под императорский запрет попадают любые изделия двемеров. То есть вообще любые. И если наличие у меня вот этого замечательного меча, - он похлопал по ножнам, - никого не волнует, поскольку достаточно умелый кузнец способен выковать вполне приличную копию из переплавленного лома, то с загадочной "головоломкой" ситуация наверняка иная. А как ты верно заметил, руины Аркнтанда находятся буквально над головами легионеров. И мне сейчас пришло в голову, что на выходе нас - или, точнее, меня - вполне могут встретить бравые парни в доспехах Имперского Легиона, явившиеся посмотреть, кто тут такой охреневший в своей наглости нарушает закон прямо на глазах у часовых".
   "Интересная версия", - задумчиво произнес Второй.
   "Но хуже всего в этом то, что подставляют меня свои же. Свои, понимаешь?"
   "Понимаю, - вздохнул дух. - Думаю, смысл тут в другом, - продолжил он. - То, что это подстава, ты догадался совершенно правильно. Как и о том, кто тебя подставляет. По крайней мере, я тоже в этом уверен и подозреваю тех же людей. Только не Косадеса лично, а, скорее, тех, кто стоит над ним. Однако цель, скорее всего, другая: тебя хотят... м-м... запачкать. Например, чтобы получить возможность тобой управлять. Или - уничтожить, если ты выйдешь из-под контроля. Представь: ты - Нереварин. Герой - богатый, знаменитый, снискавший народную любовь и уважение власть имущих. Ставший реальной политической силой... помнишь, что рассказывал старикан о пророчестве?"
   "Это ты про объединение данмерских племен и изгнание чужаков?" - угрюмо спросил альтмер.
   "Именно. Как думаешь, некие... заинтересованные лица Империи, наложившие лапу на все богатства недр Вварденфелла, позволят себя так просто изгнать отсюда? Особенно, если будут знать заранее, что такой вариант событий вполне вероятен? Или что Империя, так или иначе подмявшая под себя весь Тамриэль, потерпит у себя под боком независимое государство?"
   Элемар вздохнул.
   "А как с этим соотносится то, что они сами меня в это втравили?"
   "А это не имеет значения. Власть, она, знаешь ли, развращает. Мало ли, что тебе в голову стукнет от данмерской народной любви? Вот и заботятся господа Косадес и Антаболис о том, чтобы у тебя был надежный поводок. За который при случае можно дернуть и приказать "к ноге". Или удавить им же".
   "И что делать?"
   "Сейчас - ничего. В смысле смириться и терпеть - все равно другого выхода пока не предвидится, - мрачно посоветовал Второй. - А потом... Потом, возможно, что-нибудь удастся придумать".
   Альтмер не ответил, упорно пытаясь поймать мелькнувшую в процессе объяснений мысль. Что-то о нарушениях законов Морровинда... Что же... Вот оно!
   "Мне сейчас пришло в голову, - заговорил он, спеша поделиться плодами озарения, - что в том варианте будущего, которое описал ты, намёков, да и прямых указаний на попрание законов Империи будет недостаточно. Если мне, как ты говорил, доведётся снискать любовь всего народа данмеров, им на мои прегрешения перед имперцами будет плевать с Красной Горы. Даже наоборот, учитывая их горячую симпатию к приезжим".
   "Логично", - согласился дух.
   "А то. Зря ты меня, что ли, мордой в этот треклятый сборник законов тыкал? И вообще, если я не изрисовываю пометками каждую страницу прочитанной книги, это не значит, что я при надобности не вспомню её содержание... кстати, прекращай это делать - я только сегодня сообразил, что Кай наверняка сунул туда нос... и, вероятно, сделал соответствующие выводы. Да-да, я помню, что мешки мы специально зашивали, но скрывать следы своего интереса учили не только меня, так что имей в виду... Так вот, должно быть что-то ещё. Ещё одно поручение, скрытой целью которого будет заставить меня нарушить законы Морровинда. Причем преступление должно быть таково, чтобы даже при отсутствии веских доказательств от меня отвернулись все".
   "Угу, завести постоянного любовника, например, - шутливо поддел его дух. - В Морровинде это как раз запрещено. "Тридцать Шесть Уроков Вивека", проповедь тридцать третья. Так что каждый последователь Трибунала сочтет честью плюнуть тебе за это в рожу".
   - Ни за что! - подпрыгнул Элемар, едва не стукнувшись головой о стрелку указателя.
   И, спохватившись, перешел обратно на мысленную речь:
   "Чтоб ты знал, мне после приюта еще года три кошмары снились, как меня одному из "постоянных спонсоров" продают! Я и от наставника Жоффрея чуть не сбежал, когда он пришел меня забрать, потому что он прикинулся очередным "достойным господином", пришедшим купить себе мальчика под видом усыновления! Рваные жопы соседей по комнате, знаешь ли, очень быстро отучают верить в лучшее в людях".
   "Что ж, мои поздравления твоим наставникам, - мрачно произнес Второй. - Им почти удалось превратить недоверчивого приютского волчонка в преданного и послушного пса ордена. К счастью - только почти".
   Альтмер промолчал, понимая, что "сосед" прав. Кто знает, как бы все обернулось, не появись Второй. И кто знает, как ещё обернётся... Однако вдумчиво заняться самокопанием ему не дали.
   "Так что ты там все-таки надумал?" - поинтересовался дух.
   "Что? - встрепенулся он. - А... о чем это я?.. Ага! Так вот, мне пришло в голову, что новое поручение должно нарушать законы Морровинда. Причем именно те, которые опираются на исконно данмерские традиции и ценности. Таковых я сходу могу назвать две - Трибунал и культ предков. Против Трибунала меня не погонят, потому что затея заведомо провальная. А вот с культом предков возможностей куда больше - достаточно поручить мне обнести пару данмерских гробниц. Да даже одной хватит за глаза, если она окажется чем-то знаменита. Если об этом узнают - местные меня сами закопают невзирая ни на какие заслуги. Или что они там делают с осквернителями".
   Второй промолчал. И молчал так долго, что Элемар начал подозревать неладное.
   "Эй... я что - угадал?" - осторожно спросил он.
   "Охренеть... - наконец, выдал дух. - Что ж ты раньше-то мозгами не пользовался, умник? Или ты специально идиотом прикидывался?"
   "Не без того, - признал альтмер. - До твоего умения наблюдать и делать выводы мне, конечно, еще далеко, но я учусь. А вытянуть из тебя что-нибудь интересное порой можно было, только прикинувшись идиотом".
   Ответом ему стал поток отборной площадной брани - мгновенно пришедший в ярость дух многословно и в подробностях рассказал ему, что он думает по этому поводу - неожиданно перешедший в веселый заливистый смех.
   "Во имя всех богов, - все еще посмеиваясь, произнес, наконец, Второй, - а я ведь уже начал думать, что мне и впрямь достался инфантильный необучаемый идиот. Рад, что это оказалось не так".
   "Если бы я сам старательно не убеждал в этом окружающих, я бы обиделся, - хмыкнул альтмер. - Но, как я уже сказал, до твоего уровня мне действительно далеко. И дело вовсе не в том, что ты наперед знаешь, что нас может ожидать. Я давно понял, что ожидающее нас - да, именно нас - будущее ты знаешь, в лучшем случае, в общих чертах, а сведения о мире у тебя отрывочны и неточны. Важно другое - ты мыслишь совершенно иначе. Твои заметки на полях - это нечто, - хихикнул он. - Из них я узнал больше, чем из текстов, которые ты комментировал".
   "Да, я заметил, что в разговоре с Антаболисом сегодня ты очень удачно копировал меня. Но не придал этому значения. Зря, оказывается. Но вообще-то я чувствую, что тело уже отдохнуло и можно двигаться дальше. К тому же мне очень не нравится вон то облачко, - дух мягко повернул голову Элемара лицом к северу, туда, где над виднеющимся вдалеке бурым конусом Красной Горы висело небольшое облако необычного красного цвета, медленно увеличиваясь в размерах. - Потому что, если это то, о чем я думаю, то к тому времени, когда оно до нас доберется, нам лучше находиться где-нибудь в укрытии. И... надень шлем. Прямо сейчас".
   "И что это, по-твоему, может быть", - полюбопытствовал альтмер, вынимая из заплечной сумки хитиновый шлем.
   Короткий ответ Второго заставил его вздрогнуть:
   "Мор".

***

   Альтмер лежал на скальном уступе недалеко от входа, прижимаясь животом к теплому туфу(19), и наблюдал за парочкой контрабандистов, лениво ковырявшихся в куче двемерского хлама и время от времени перебрасывавшихся парой-тройкой коротких реплик, довольно ясно различимых даже сквозь неумолчный рокот работающих двемерских механизмов. Особенно его интересовал бретонец, то и дело беспокойно оглядывавшийся на пролом, ведущий к выходу.
   - Где там даэдра носят этого придурка Граниуса? - наконец воскликнул тот, раздражённо бросив обратно в кучу помятый узорчатый кубок. - Сам же говорил, что будет буря, потому что над Красной Горой с утра клубится моровое облако, и сам же шляется неизвестно где!
   Его напарник, широкоплечий редгард, мрачно проворчал:
   - Вот пойди и проверь, если так неймётся. Хотя я бы не огорчился, если б оказалось, что этого плешивого труповода уволокли скальные наездники.
   - Да ну его на хрен, пердуна старого, - отмахнулся первый, после предложения самому пойти и проверить, мгновенно растерявший весь запал. - Сам явится. А не явится... - он снова махнул рукой.
   Упомянутый Граниус, если Элемар верно истолковал, о ком речь, к этому времени уже примерно полчаса никуда не собирался являться, ибо был мёртв. И альтмер имел к этому самое непосредственное отношение...
   ...Когда из-за разбитой бамбуковой тележки возле дальнего края моста встал всклокоченный, словно со сна, пожилой седовласый имперец, Элемару стоило некоторых усилий сдержать смех - очень уж комичным было выражение физиономии неизвестного. Впрочем, веселье закончилось, не успев начаться: старик - а незнакомец был заметно старше Косадеса, самого старшего из виденных альтмером в Морровинде имперцев - резко взмахнул руками и... послал заклинание куда-то в сторону. Причина такого странного поведения стала ясна почти сразу - имперец оказался некромантом и, как положено порядочному некроманту, держал материал для своих магических упражнений и изысканий при себе. В данном случае "материалом" оказался человеческий скелет, с сухим пощелкиванием встающих на место костей поднимавшийся из плоского широкого ящика, стоявшего у самого края моста(20).
   "Опаньки, - изобразил удивленный присвист Второй, - некромант".
   Альтмер усмехнулся и встретил костяного воина простеньким заклинанием успокаивания немёртвых, относящимся к расформированной после событий "Деформации Запада" Тавматургической Школе(21) и выученным им еще в Школе Юлианоса. Против более сильной нежити оно могло и не сработать, а вот для такого случая - в самый раз.
   Скелет подпрыгнул, замер, словно в раздумье, и неторопливо заковылял в сторону сыплющего проклятиями хозяина, раздраженно упокоившего его молнией. Элемар двинулся следом, готовясь в случае чего отпрыгнуть в сторону с траектории следующего заклинания. Однако имперец снова поднял только-только упокоенного прислужника. С тем же успехом... правда, костяной вояка на сей раз, едва успев собрать себя, получил отпугивающее заклятие. И немедленно рванул прочь от "угостившего" его оным альтмера, закономерно получив от разъяренного повторной неудачей призывателя еще одну молнию. Только на этот раз, вместо того, чтобы раскатиться набором костей, звонко простучав черепом о металл моста, бедолага осыпался кучкой сизого праха, вызвав тем самым новый шквал проклятий. А Элемар, пробежавший под его прикрытием почти две трети длины моста, не дожидаясь, пока противник опомнится и придумает что-то еще, запустил в него уже зарекомендовавшим себя огненным шаром и бросился вперед, на ходу доставая меч.
   Имперец оказался более вертким, чем можно было ожидать от человека его возраста, и почти сумел увернуться. Почти. Лишившийся половины волос и покрытый ожогами некромант, сорвавший с себя загоревшуюся рубаху, был страшен. Вся левая сторона туловища, рука и часть лица были покрыты сочащейся сукровицей черно-красной коркой. Правый глаз имперца буквально светился от ненависти, а левый... на левую часть лица противника альтмер старался не смотреть. Чтобы не утратить боевой дух.
   Взревев от смеси боли и ярости, некромант вновь вскинул руки, вокруг которых начало формироваться уже знакомое свечение. Альтмер быстро, чтобы не терять противника из поля зрения, покосился на стоящий неподалеку ящик, но тот оказался пуст. А имперец вынул из воздуха копье. Чёрное, с цепочками горящих алым светом даэдрических глифов вдоль древка и на устрашающей формы зазубренном наконечнике, и окутанное едва заметной сиреневой дымкой.
   "Дурак, - прокомментировал Второй выбор противником оружия. - Кто же с покалеченной рукой копье призывает?"
   Элемар подумал, что некромант мог просто не знать других заклинаний призыва. В конце концов, Школу Колдовства, как отдельную ветвь магической науки, основали тогда же, когда расформировали Школу Тавматургии. А до того вошедшие в нее заклинания были разбросаны по всем остальным ветвям. Какие именно и где, он не знал, но это и не имело особого значения. Нацеленное в его сторону призванное копье в ходящих ходуном руках обожженного некроманта волновало его куда больше. Поэтому альтмер, изогнувшись и мысленно проклиная свой высокий рост, поднырнул под летящий в него наконечник и ухватился за неприятно теплое, слабо вибрирующее под ладонью древко. И тут же резко дернул его к себе, заставив имперца сделать пару торопливых шагов вперед, чтобы не лишиться оружия.
   То, что выпустить копье из рук было бы, пожалуй, разумнее, некромант понял только, когда увидел двемеритовое лезвие, торчащее в его собственной груди. Хотя альтмер допускал, что выражение изумления в смеси с обидой могло означать и что-то другое. Копье с гулким звоном исчезло, а сам имперец, скованный параличом, завалился на спину в той же позе, в которой стоял... но почти сразу же обмяк.
   - Вот и все, - пробормотал Элемар, стянув с головы шлем и вытирая меч о валяющийся тут же драный камзол, принадлежащий, судя по всему, убитому некроманту.
   Легкий ветерок вдруг бросил ему в лицо пригоршню колючей пыли. Альтмер выругался и заморгал. Однако стоило ему протереть глаза, как новый порыв ветра несильно, но ощутимо толкнул его в бок. И еще один. И еще.
   "Так, - мрачно протянул Второй, - а ну-ка бегом назад!"
   "Куда - назад?"
   "На ту сторону фояды, дубина! Шевели мослами!" - рявкнул чем-то встревоженный дух.
   Элемар повиновался, со всей скоростью, на которую был способен, прогрохотав сапогами по металлическому настилу на противоположный край моста. Однако стоило ему шагнуть на утоптанную землю старой дороги, как Второй остановил его и велел обернуться. Эльф послушно уставился, куда было сказано, и оторопел: противоположный край фояды и пространство за мостом скрыла красная песчаная круговерть...
   "Это и есть моровая буря, о которой упоминал Антаболис?" - спросил он, торопливо надевая едва не позабытый шлем.
   Видимость в нем резко упала, но перспектива опять отплёвываться от этого подозрительного песка была намного неприятнее.
   "Она самая. И лучше в неё не соваться, если есть такая возможность".
   "И чем она опасна? Не считая того, что песок будет не только в глазах и во рту, но даже в заднице?" - поинтересовался альтмер, наблюдая за вылетевшим из мутной красной пелены скальным наездником и гадая, та ли это тварь, которую он приметил как раз перед схваткой с некромантом, или другая.
   Птицеящер, чудом увернувшийся от столкновения с ограждением моста, заполошно махал крыльями, пытаясь убраться подальше. Наконец, это ему удалось и, поднырнув под мост, наездник с радостным воплем унёсся в сторону форта Лунной Бабочки.
   "Зря смеёшься. Основная её опасность - это заражение так называемыми моровыми болезнями. Что это такое, расспросишь у местных целителей. Лучше всего, при храме - они с этим сталкиваются регулярно. В отличие от Синнолиана, который хорошо, если вспомнит хотя бы названия, данмерские лекари распишут тебе все подробности", - тон Второго по-прежнему был мрачен.
   "И что, заражение происходит, если попасть в моровую бурю?"
   "На практике - обычно нет. Точнее, не совсем. Как правило, переносчиками служат заражённые животные - крысы, наездники, фуражиры квама. А теоретически - я не знаю, но вполне возможно. Крысы-то тоже эту заразу как-то подцепляют".
   "А о каких монстрах толковал наш любитель двемерских головоломок?" - Элемар прищурился, вглядываясь в пылевую завесу.
   Показалось? Или край бури сейчас действительно сдвинулся на несколько шагов дальше, чем несколько минут назад? Значит ли это, что буря отступает?
   "Корпрусные монстры. Люди и меры, которым очень не повезло подцепить самую страшную из болезней Морровинда. Несмотря на то, что моровые болезни не поддаются обычному лечению, их все же можно исцелить. Если знать, как. Корпрус - неизлечим. Он разрушает разум и уродует тело. Кто-то из заболевших держится дольше, кого-то корпрус сжирает сразу... но финал один - страдания, безумие и смерть. Но, к счастью, заразиться им весьма и весьма непросто. Я знаю только один способ, и моровые бури к нему не имеют никакого отношения".
   Элемар подумал... и не стал допытываться, имеет ли этот загадочный способ отношение к нему самому. Второй был прав - некоторых вещей заранее лучше не знать, одних подозрений достаточно, чтобы потерять покой и сон. Хотя, если дух молчит, значит, в ближайшее время это им точно не угрожает. А вот ту трубу ещё минуту назад точно не было видно. И если Хасфат Антаболис не соврал, то где-то там как раз и должен быть рычаг, открывающий двери в Аркнтанд...
   ...Нервный бретонец вдруг вскочил на ноги.
   - Пойду-ка я все же проверю, где там носит этого старого пердуна. Может, и вправду свалился?
   - Ну-ну, - промычал редгард, не отрываясь от сортировки трофеев.
   Альтмер тихонько отполз назад и затаился за вулканическим выступом. Уцелевшие газовые светильники двемеров располагались слишком высоко, так что выбранное им место утопало в густых тенях.
   Весело насвистывающего бретонца было слышно издалека - раздражающий скрежет двемерских машин здесь звучал гораздо тише, к тому же тот не думал скрываться. Доспехов на нем тоже не было - удивительная беспечность для того, кто промышляет в пустошах. Элемар аккуратно придержал заваливающееся тело. И запоздало подумал, что необходимости в этом не было - грохот, доносящийся откуда-то из толщи скал, заглушил бы звук падения даже в том случае, если бы бретонец был экипирован в стальной доспех. Точно так же, как заглушил скрежет несмазанной двери на входе, заставивший самого альтмера пережить несколько неприятных минут в ожидании явившихся на звук обитателей Аркнтанда.
   А стальной танто, порекомендованный Тореком вместо привычного обоюдоострого кинжала, оказался неудобен. На результат это, конечно, не повлияло - бретонец не успел даже пикнуть, но все равно неприятно. Придётся, наверное, все же просить Нельса, чтобы дал пару уроков. Век бы его не видеть, вымогателя...
   - ...Ну и где её искать? - почти час спустя выругался Элемар, отворачиваясь от очередного двемерского стеллажа.
   Все доступные помещения были осмотрены и обысканы, пополнив заплечный мешок альтмера неплохими трофеями, вроде необычных шестиугольных монет из серебристого металла и драгоценных камней. Посуду он, поразмыслив, решил все-таки не брать - тяжело. К тому же, по словам Второго, ничто не мешало им вернуться сюда еще раз. А вот двемерской головоломки, за которой они сюда и явились, нигде не было. Правда, была еще одна дверь - в отличие от прочих, запертая на замок с ловушкой - но дух запретил её взламывать. Да и сам Элемар, услышав за ней сквозь бесконечный грохот и скрежет, резкое шипение и гулкие тяжелые удары металла о металл, похожие на удаляющиеся шаги, решил отказаться от этой идеи.
   "Есть еще одно место, которое мы не осмотрели... - задумчиво отозвался дух. - Возвращаемся".
   "Как скажешь".
   В первом зале все осталось по-прежнему - куча неразобранного двемерского хлама и валяющийся возле неё труп мародёра-редгарда. И верхняя площадка, о которой альтмер за беготней успел забыть. Её-то, как оказалось, и имел в виду Второй. Точнее, небольшое помещение, которое к ней примыкало, отделенное уже привычной круглой дверью.
   Находившийся за ней мародер обернулся на звук.
   - Я же сказал, чтобы меня... - начал он и осёкся. - А ты еще кто та... а-ах... кой?.. - с трудом договорил он, неверяще уставившись на вонзившееся в грудь двемеритовое лезвие.
   - Кто-кто, - буркнул Элемар, выдергивая меч. - Ординатор Трибунала. Не видно, что ли?
   Огляделся. И обрадованно добавил:
   - О, а вот и кубик...
  

***

   ...А в Балморе бушевала пепельная буря. Красный песок мгновенно запорошил глаза, набился в волосы и за шиворот, царапая кожу под одеждой. Альтмер пошатнулся, едва не сбитый с ног порывом ветра, и Второй торопливо перехватил контроль, в пару шагов оказавшись перед дверью в храм Трибунала, к которому его перенес свиток с заклинанием "вмешательства Альмсиви".
   - Во-он! - ударил в уши яростный вопль, стоило им войти. - Нечестивый н'вах! Как ты посмел?! - на них, путаясь в полах мантии, несся данмер-служитель.
   И, не дойдя всего несколько шагов, замер, недоверчиво оглядывая его с ног до головы.
   - Чужестранец... откуда на твоих плечах этот пепел?
   - Пепельная буря, - осторожно произнес Второй.
   И добавил:
   - Прямо за этой дверью.
   Красные глаза жреца недоверчиво сузились:
   - Ложь! В Балморе не бывает пепельных бурь! - выплюнул он.
   - А ты выгляни! - вызверился в ответ дух.
   Данмер яростно сверкнул глазами, с шумом втянул воздух, но подошел к двери. Приоткрыл... и тут же захлопнул. Да так, что под сводом храма отозвалось эхо.
   - Но... как? - совсем другим тоном выдавил он.
   - А я знаю? - буркнул в ответ Второй, вытряхивая пепел из волос. - Лучше скажи мне, есть ли у храмового целителя лекарство от моровых болезней?
   - Ты заражен Мором, чужестранец? - подозрительно спросил жрец, отступая на шаг.
   - Насколько я знаю, нет. Но я не могу быть уверен, что меня не коснулась иная хворь.
   - Что ж... - оценивающе прищурился данмер. - Альмсиви милосердны к страждущим, вне зависимости от того, каким богам они молятся. За тридцать пять медных септимов ты можешь помолиться у алтаря, прося исцеления.
   Дух молча достал из кошеля три "башни" и пять медных "шлемов" и вложил в протянутую ладонь.
   "Ничего себе расценки!" - возмутился вынужденный наблюдать Элемар.
   "А ты как думал? Хочешь бесплатно - присоединяйся к Храму в качестве служителя", - ответствовал Второй, шагая вслед за жрецом к триолиту у дальней стены зала.
   "Да-а? А ничего, что я уже являюсь служителем другого культа?"
   "Я пошутил".
   "Кто бы сомневался. И долго нам тут сидеть?"
   "Понятия не имею. Как правило, пепельные бури скоротечны. Однако я считал, что в этом регионе их не бывает. И, тем не менее, нам не повезло перенестись из Аркнтанда прямиком в одну из них. Так что я теперь ни в чем не уверен".
   "Чудесно", - с сарказмом подытожил Элемар.
   Желтоватый камень храмового триолита, покрытый малопонятными рисунками, остался безучастен к прикосновению. Данмер, ожидавший поблизости, встрепенулся.
   - Поздравляю, сэра. Зараза не коснулась вас, - церемонно произнес он.
   И добавил:
   - Вы можете переждать бурю в стенах нашего храма.
   - Я все же хотел бы пообщаться с целителем, - благодарно наклонив голову, ответил Второй. - Наверняка он может развеять мое невежество касательно моровых болезней.
  
   Глава 12 (Отступление 2). Второй... пока не лишний
   Беседа с моим альтмером по пути в Аркнтанд заставила меня серьёзно задуматься над происходящим с нами. В частности, о том, что события пока катятся по известному мне пути, невзирая на обилие мелких отклонений, наличие которых было вполне естественно в условиях реального мира. Хотя некоторые меня, чего уж скрывать, изрядно напугали. Например, тот факт, что ведьма, за которой нас отправили в яичную шахту Ашша-Аххе, оказалась волшебницей из Дома Телванни. В игре, насколько я помню, ничего подобного не было. Впрочем, я и игру-то уже не помню... С одной стороны, это, может, и неплохо - полагаться на куцые сведения, почерпнутые из придуманной - или все же подсмотренной - кем-то другим реальности может быть чревато. А с другой - хотелось бы знать, пусть и в общих чертах, что ждёт впереди. Мои записи, сделанные на третий день моего появления в этом мире, пока ещё вполне читаемы. Хотя у меня не раз возникала мысль переписать их так, чтобы Элемар тоже сумел их прочесть, есть кое-что, что меня останавливает.
   Это страх. Эльф оказался значительно умнее, чем показывал. Я ещё дивился, как выросший в приюте мальчишка мог быть настолько наивным в некоторых вопросах, что ему требовались мои разъяснения. Наивным оказался я сам - ему не разъяснения были нужны, а взгляд со стороны. И информация, которую он не мог получить ни от кого больше.
   Но хитёр, засранец - врать-то друг другу напрямую мы не могли. А я лопух. И почему-то теперь, когда я знаю, что он совсем не дурак, мне стало немного легче с ним общаться. Хотя первой реакцией была все же досада. Больше на себя, правда - сам ведь себе злобный дятел.
   Беда в том, что есть в моих заметках несколько слов, читать которые ему просто противопоказано. Это "Илуниби" и "заражение корпрусом". То, чего нам - да, именно нам - никак не удастся избежать, если все будет идти так, как идет. Хотя я буду пытаться изо всех сил это предотвратить. Потому что вокруг - не игра, здесь каждая ошибка может стать последней. И переписывание моих записей на местном языке тоже является такой ошибкой. Ведь тогда их сможет прочесть не только Элемар. Который, как мне кажется, о чем-то догадывается - неспроста он резко свернул разговор, стоило мне упомянуть о способах заражения корпрусом. И вряд ли потому, что ему это неинтересно. Все ему интересно. Просто он не хочет, чтобы его догадки подтвердились. И я не хочу их подтверждать. Лучше буду бояться за двоих.
   Встреча с Дралвалом Андрано, балморским храмовым аптекарем оказалась неожиданной. Элемар не зря посмеивался, что мои познания о Морровинде отрывочны и скудны - так оно и есть. По крайней мере, имя аптекаря я услышал впервые. И вспомнил второе задание, которое нам предстоит. Крайне неприятное задание, как ни крути. Учитывая, что предыдущим стала именно добыча двемерской головоломки и именно из руин Аркнтанда, а не каких-нибудь других, следующим должно стать осквернение родовой гробницы Андрано. За которое нас с Элемаром, если об этом станет известно, без разговоров удавят собственными внутренностями. Так что, пока альтмер подробно расспрашивал аптекаря о моровых болезнях, их симптомах и способах заразиться, я напряжённо размышлял, как добыть информацию и не подставиться. Или хотя бы избежать возможности разоблачения на случай, если таковое когда-нибудь будет нам угрожать.
   Додумался только анонимно настучать на некромантку в Храм. И тут же озадачился тем, как это отразится на мне. Если заложить её до выдачи задания, неизвестно, какую подставу для меня ещё придумает "сластёна" Косадес - и уж там-то вывернуться точно никак не получится. А если позже, то она непременно заложит меня - точнее, Элемара - как соучастника. И опять возникает вопрос о внутренностях...
   Следовательно, некромантку придётся убить.
   Эта мысль мне не нравилась. Видимо, в прошлой жизни я был очень законопослушным человеком, поскольку пугала меня не необходимость отнять чужую жизнь - за прошедшие месяцы я это уже не раз успел проделать и особых угрызений совести не чувствовал... Нет, боялся я совсем другого - ответственности перед законом. Не в последнюю очередь из-за того, что в Морровинде по-прежнему процветало рабство, а в придачу к нему - подпольная продажа тюремных заключенных. К тому же у Элемара и так репутация ссыльного уголовника, к чему усугублять? Да и оказываться в долгу у того же Косадеса, который через третьи-четвертые руки будет вытаскивать - если будет, конечно - облажавшегося агента из тюрьмы, тоже не хотелось.
   А за стенами храма царила паника. Десятки балморцев, застигнутых на улицах доселе небывалым в этих краях явлением и отчаянно боящихся заражения, штурмовали переполненные купальни и лавки городских алхимиков. Верхний Город был закрыт, все подступы к нему перекрывали посты поднятой по тревоге стражей Дома Хлаалу. Вооружены они были, в придачу к обычным мечам, стальными глефами, и явно готовы были в любой момент пустить их в ход. Одни настороженно следили за торопливо проходящими мимо горожанами. Другие торопливо, но без излишней суеты перетаскивали тела самых безрассудных куда-то к храму. Элемар, успевший убедиться, что не подхватил заразу - дополнительную уверенность придавала бутылочка с зельем в заплечной сумке - спокойно добрался до Гильдии Бойцов, отдал Антаболису головоломку, и забрал подготовленные им для Косадеса бумаги.
   На набережных в центре Балморы было и того хуже: те, кто не хотел дожидаться очереди на помывку в купальнях или не имел денег на внеочередное омовение, прыгали прямиком в Одай, то ли забыв, то ли наплевав на то, что за неимением канализации в реку со всего города сливались нечистоты. Некоторые прыгали вместе с детьми. Большинство из них были обитателями Рабочего Квартала, где проживала беднота - в основном, переселенцы с запада и бывшие рабы. Бедняков-данмеров, впрочем, тоже было немало. Ни о том, как они будут выбираться обратно по отвесным стенкам, ни о сомнительной чистоте воды, на поверхности которой сейчас, кроме обычного городского мусора и уже упомянутых нечистот, плавали бурые хлопья все того же пепла, они, похоже, не задумывались. Не обходилось без жертв и здесь - кто-то, в панике ринувшийся смывать с себя пепел, не умел плавать, кого-то затоптали. Желающие свести счёты с жизнью из страха тоже нашлись... Были, впрочем, и те, кому удалось остаться относительно хладнокровным на фоне всеобщего помешательства. Но, в основном, это были городские стражники.
   Я не заметил, откуда вынырнул этот немолодой седовласый данмер, внезапно заступивший нам дорогу.
   - Стой, называющий себя Суротано из Даска, - голос его был ровным и совершенно безэмоциональным. - Я - Спящий, один из тысяч. Я принёс тебе весть. Мой господин, Дагот Ур, призывает тебя, назвавшийся чужим именем...
   Элемар задохнулся от ужаса, а я рванулся вперед, перехватывая управление деревенеющим телом. Пугаться будем потом, приятель, а сейчас некогда. Посиди внутри, пока я тут разберусь... очень уж интересные вещи выдаёт этот дяденька...
   - ...и ты не можешь противиться...
   Меня так и подмывало сказать - "вообще-то - могу". Причем противным таким, козлиным голосом... Но вместо этого я внимательно выслушал все, что этот "Спящий" желал мне сказать. А заодно внимательно рассмотрел его самого, ища и запоминая нетипичные для нормальных данмеров особенности поведения и мимики. После чего вежливо распрощался и поторопился удалиться.
   "Успокоился?" - поинтересовался я, подходя к мосту через Одай.
   "Немного, - признался Элемар. - Но есть у меня подозрение, что по возвращении все начнётся заново. Откуда он узнал?"
   Я вздохнул и начал объяснять:
   "Это кукла. Живой анимункул. Он говорил не свои слова, а то, что в него было вложено. Если его расколдовать, он, скорее всего, даже не вспомнит, что говорил или делал".
   "Кем? Даготом Уром, которого он упоминал?"
   "Именно, - отозвался я. - Удивительное совпадение, не находишь? Ты начинаешь искать информацию о Нереварине, Доме Дагот и его лидере... не перебивай, я имею в виду, целенаправленно искать, а не просто собирать сплетни, как мы делали раньше. Так вот, ты начинаешь искать строго определённые сведения, и на тебя тут же выходит... ну, пусть будет слуга того, о ком ты эти сведения собираешь".
   "Да ещё эта пепельная буря..." - согласился Элемар.
   "Вот-вот. Как-то очень уж вовремя она налетела", - мрачно подтвердил я.
   И уже про себя подумал о пещере к югу от форта Лунной Бабочки - не под прикрытием ли этой самой бури её занял кто-то из младших Даготов, чтобы насылать сны на балморцев? Ведь этот Спящий мне уже встречался и не раз - обычный обыватель с типичными для простого мера проблемами. До сегодняшнего дня.
   Знать бы точно, что из себя представляет это местное пугало - Дагот Ур. И что же произошло тогда на Красной Горе...
   - Эгей! - донеслось из-под моста. - С-суротано!
   Склонившись на голос, я увидел Девятипалого, придерживающего рукой кашляющую данмерскую девочку-подростка.
   - Подс-соби, - прошипел аргонианин, - с-сам не вытащ-щу.
   Альтмер тут же оттеснил меня и торопливо подскочил к краю набережной, принимая мокрое худенькое тельце, содрогающееся в кашле. Кто-то тут же оказался рядом и буквально выхватил девочку из рук. Оглянувшись, мы увидели уже знакомого ассасина - того самого, что в первый приезд проводил Элемара до "Южной Стены". Тот коротко кивнул в приветствии и передал ребёнка заплаканной бедно одетой данмерке. Я отступил глубже, чтобы не мешать. К тому же у меня по-прежнему было над чем подумать. И делать это было лучше всего "внутри".
   А Девятипалый уже поднимал над водой следующего ещё живого утопленника...
  
   Глава 13. Деньги, деньги...
   Кай почти сразу же выставил их из своего домишки, заявив, что ему надо несколько дней, чтобы подробно изучить принесенные документы. И Второй потребовал, чтобы они не задерживались в сошедшей с ума Балморе, а отправились в Эбенгард. Пешком, потому что духу надо было кое-что осмотреть.
   Первое "кое-что" оказалось пещерой к югу от форта Лунной Бабочки. Впрочем, исследовать её Второй не рвался. Заставил альтмера полазить вокруг входа, высматривая нечто, ведомое ему одному, затем оттеснил вглубь и прошел несколько шагов внутрь. Некоторое время старательно принюхивался и прислушивался, а затем опрометью бросился наружу и бежал до самого поворота на Пелагиад, хотя, насколько Элемар успел заметить, за ними никто не гнался. На вопросы, вроде "что это было" и "зачем это нужно", он так и не ответил.
   Другой раз они надолго застряли неподалёку от Пелагиада - Второму зачем-то понадобилась родовая гробница Андрано. В отличие от последнего пристанища Процессуса Вителлиуса - явно не заброшенная. Напротив, надпись над входом "Кард'рун Андрано" была явно не столь давно подновлена, пространство перед входом ухожено, а рядом чьи-то заботливые руки высадили молодой комуниковый кустик. И снова - внутрь дух лезть не стал. Потоптался возле входа, внимательно изучил сломанную - и тут тоже! - печать, едва не елозя по ней носом, о чем-то надолго задумался и... неожиданно передал управление обескураженному альтмеру, заявив, что ему надо хорошенько подумать.
   Вопрос "о чем?" вновь остался без ответа.
   Как следствие, вечер застал их аккурат на середине пути между Вивеком и Пелагиадом. А с ним и очередной зимний дождик - мелкий и холодный - вынудивший их срочно искать место для ночлега. Таковое, к радости обоих, нашлось довольно быстро - очередная крошечная ферма, брошенная явно не так давно. По крайней мере, грядки с пепельным бататом ещё не успели безнадёжно зарасти сорняками, а влаголюбивый тростник - засохнуть без должного полива.
   "Как думаешь, - поинтересовался альтмер, пока Второй осматривал окна и двери, - почему на Вварденфелле столько брошенных ферм? За время пребывания здесь я успел насчитать не менее десятка только на Аскадианских островах. И, по меньшей мере, три из них брошены совсем недавно".
   "Аскадианские острова принадлежат Дому Хлаалу, - отозвался тот. - Вот и думай. Рекомендую вспомнить Индрель Ратрион и ситуацию, в которой она оказалась. Или ты считал, что Процессус Вителлиус такой один? Кроме того, плантация Орваса Дрена отсюда совсем недалеко, а для выпаса нетчей... или как это называется правильно... нужны свободные территории".
   "Это-то я уже понял. Но как ты объяснишь, примеру тот факт, что конкретно эта ферма выглядит так, словно её хозяева в один прекрасный день просто ушли по своим делам и забыли вернуться?"
   "Версия с разбойниками тебя не устраивает?" - Второй сунул нос в котёл над очагом, но тут же отпрянул с возгласом отвращения, торопливо вернув на место снятую крышку и прижал к лицу рукав - из посудины нестерпимо разило протухшим мясным варевом...
   "Разбойники устроили бы погром. Это если бы они напали непосредственно на ферму. А если бы хозяева ушли в тот же Пелагиад за... ну, за товарами, которые не могут сделать сами - мотыги там какие-нибудь - они бы наверняка прибрались".
   "Логично", - внимание духа привлекло пятно буроватой засохшей слизи на дверном косяке, похожее на отпечаток ладони примерно на уровне локтя рослого альтмера.
   "И это не объясняет, почему ты сейчас пялишься на какие-то сопли, едва не воткнувшись в них носом. Моим носом, между прочим! И - нет! - взвыл он. - Ради всех богов, не вздумай к ним прикасаться!!!"
   "И не думал, - Второй опустил руку, зависшую возле пятна. - Но зато теперь я, пожалуй, знаю, куда подевались хозяева этой конкретной фермы. Как только их угораздило, интересно..." - пробормотал он.
   Посмотрел на котел с тухлятиной. Смотрел долго, внимательно, явно что-то обдумывая. Вновь перевел взгляд на пятно слизи...
   "Хм... А ведь возможно и так тоже..."
   "Твою мать!" - охнул Элемар, мгновенно сообразив, что тот имеет в виду.
   Общение с балморским аптекарем не прошло даром, к тому же про корпрус сэра Андрано рассказывал подробно, в деталях описывая симптомы заболевания. В том числе про слизистые выделения на коже заражённых - так называемые "слёзы корпруса". И про то, что одним из известных Храму путей заражения было поедание "корпрусного мяса" - разрастаний плоти на телах больных корпрусом данмеров - которое последователи культа Шестого Дома некоторое время назад продавали населению под видом обрезков после разделки туш...
   "Спокойно, - процедил дух, сдерживая попытки альтмера перехватить контроль. - Не паникуй".
   "Не паниковать? Да ты в своём уме?! Надо убираться отсюда!"
   "И куда ты собрался? Там, снаружи, ливень начался, если ты не заметил. А сейчас зима. Да, Вварденфелл - это не Скайрим, и таких лютых морозов, тут не бывает. Но поверь мне, опасность заражения корпрусом здесь - ничтожна в сравнении с вероятностью заработать переохлаждение под холодным ливнем и скопытиться под одиноким императорским зонтом(22)."
   Элемар прекратил тщетные попытки оттеснить Второго внутрь и уже более миролюбиво поинтересовался:
   "Ладно, допустим, что ты прав и вероятность подхватить эту болезнь для нас ничтожна. Но может, тогда хотя бы расскажешь, что это вообще такое и откуда взялось? Версию храмовых целителей я уже знаю, теперь хотелось бы узнать то, о чем они умалчивают. Или то, о чем не знают".
   "Видишь ли, - после долгого молчания заговорил дух, - чтобы говорить о корпрусе что-то определенное, у меня слишком мало сведений о нем. Тем не менее, я склонен считать, что это не болезнь".
   "А что же?"
   Второй опять долго молчал, явно пытаясь подобрать слова.
   "Это проклятие, - наконец, проговорил он. - Точнее, благословение, ставшее проклятием".
   "Сам-то понял, что сказал?" - буркнул альтмер.
   "Я-то как раз отлично понимаю, что сказал. Дагот Ур, как бы он ни был безумен, вряд ли ставил целью изуродовать своих последователей. А вот оделить их своим благословением наверняка пытался".
   "Хреновое у него в таком случае благословение получилось", - проворчал Элемар.
   "Какой бог, такое и благословение, - хмыкнул в ответ Второй. - Хотя и мы не знаем, что оно должно было давать по замыслу Дагот Ура и что пошло не так".
   "Дагот Ур - бог?!"- поразился альтмер.
   Открытие, в свете уже известных сведений о собственном нереваринстве, было неприятным.
   "А что тебя удивляет? Божественность свою он получил тогда же и оттуда же, откуда и троица местных живых идолов, именуемых Альмсиви. Так что - да, бог. Правда, если об источнике его могущества - скрытом в недрах Красной горы Сердце Лорхана - известно довольно многим, то вот тот факт, что Трибуны до недавнего времени, что называется, "пили из той же чаши" старательно замалчивается".
   "Ты ему симпатизируешь".
   Второй помолчал.
   "Да, - наконец, признался он. - Симпатизирую. Официальная версия событий на Красной Горе просто-таки изобилует умолчаниями и нестыковками. А мое отношение к официальным версиям, если они не подкреплены доказательствами, ты знаешь. К тому же есть и неофициальная. Если верить ей, то Дагот Ур - жертва навета, а Трибуны... скажем так, предстают в не самом лучшем свете. И кстати, что примечательно, сам Дагот Ур к её возникновению не причастен".
   "И что ты будешь делать, если официальная версия и впрямь ложна?"
   "Это зависит от действий Дагота Ура. Даже если он был жертвой, сейчас он вполне может оказаться хищником. Бешеным хищником. А как должно поступать с бешеными тварями, ты знаешь не хуже меня. Но сначала я хочу во всем разобраться".
   "Удачи тебе в этом безнадежном деле. За несколько тысячелетий от правды наверняка не осталось и следа".
   "Это не повод заранее сдаваться, не находишь?"
   "Согласен. Но я бы рекомендовал тебе прислушаться - мне кажется, я что-то слышу. И уже довольно давно".
   Второй подобрался. Действительно, откуда-то - то ли снизу, то ли сбоку - доносились звуки какой-то непонятной возни. Медленно поворачивая голову из стороны в сторону в попытках определить направление, он одновременно методично обшаривал сумку.
   "Погреб, - подсказал Элемар. - Там мы не смотрели".
   "Угу. И знаешь, теперь я с тобой согласен - надо убираться отсюда нахрен, пока хозяева этой чудной фермы не вылезли познакомиться с нежданным гостем. Только не так, как собирался ты - без шапки в ночь холодную, а по-умному. Блядь, ну куда ты сунул этот блядский свиток Возврата?!" - рявкнул, наконец, он.
   Как всегда, когда дух нервничал или злился, он начинал выражаться, как матрос-норд, обнаруживший, что случайная подружка сперла его кошелек.
   "В боковом кармане, отдельно от остальных. Только он последний", - предупредил альтмер.
   "Да пох... - Второй выудил свиток и облегченно выдохнул, оборвав очередное грязное ругательство, - плевать, купим еще. Или заклинание, наконец, выучим".
   К звукам возни из-под пола добавилось шумное сопение. Дух выронил свиток, как назло, тут же покатившийся к люку в подвал, злобно выругался и шагнул следом, одновременно наклоняясь и протягивая руку...
   Крышка люка приподнялась и в образовавшуюся щель просунулась человеческая кисть. Грязная, с бледной, словно бы выцветшей кожей, покрытой к тому же сочащимися розоватой полупрозрачной слизью язвами, и с распухшими шишковатыми суставами. Не дожидаясь, пока владелец изуродованной конечности явит себя во всем великолепии и полезет к нежданному гостю знакомиться поближе, Второй злобно и грязно выругался, поспешно цапнул свиток и, развернув его, гаркнул слово-ключ:
   - Бататовый гриб!
   Уже в Эбенгарде, махнув рукой приподнявшемуся с постели Синнолиану Тунифусу, в покоях которого они оказались, альтмер задумчиво отметил:
   "Странная фантазия у этого зачарователя. Прошлый раз, кажется, тоже был какой-то гриб".
   "Скудная у него фантазия", - отозвался Второй, стряхивая с пальцев пепел сгоревшего свитка. - Как говорится, "что вижу, о том и пою". Вот и он - сидел в своём грибе и жрал батат. Или зачаровывал свитки и хотел сожрать батат. Хотя задумка хороша - два несовместимых слова, как активатор. Случайно в беседе такое не ляпнешь".
   "И куда теперь?"
   "Теперь - спать. Тут точно обойдется без незапланированных знакомств", - буркнул дух, меняясь с Элемаром местами.
   Альтмера передёрнуло.
   Сон, вопреки ожиданиям пришел сразу. И был он мутен и тяжел...
  

***

   "Проснись!" - проорал в ухо смутно знакомый голос.
   Элемар подскочил на кровати, хватая ртом воздух. Мутные обрывки кошмара стремительно истаивали из памяти, оставляя только ужас.
   "Оклемался?" - раздался мрачный голос Второго.
   Альтмер со стоном повалился обратно на подушку, натягивая тонкое одеяло до подбородка. В голове - то ли от резкого пробуждения, то ли еще от чего - гулко бухало, словно под черепом заработал двемерский агрегат, памятный по вчерашним блужданиям в Аркнтанде.
   - Все красное... - пробормотал он, - красное...
   Поморгал и сел, потирая глаза.
   "Что тебе снилось?"
   "Не помню. Только какая-то красная муть в голове. И ужас", - неохотно ответил он, оглядываясь по сторонам.
   Дортуар был пуст - служители часовни уже разошлись.
   "Ясно".
   "Что именно?"
   "Что расспрашивать тебя бесполезно".
   "А что, эта жуть должна что-то значить?" - Элемар встал и налил воды из стоящего на тумбочке кувшина.
   "Может быть. А может, и нет. Вчера было достаточно поводов для плохих снов".
   С этим утверждением было трудно не согласиться - одно только едва не состоявшееся знакомство с обитателями той заброшенной фермы чего стоило.
   Пару часов спустя Элемар вошел в лабораторию Целителя Мары - перед Синнолианом все же следовало извиниться за неурочное вторжение. Собственно, он это планировал с самого утра, но на выходе из дортуара столкнулся с Кайе. Заскучавший в четырех стенах редгард предложил размяться и альтмер не стал отказывать, хотя для "разминки" пришлось идти в гарнизон Легиона - не в часовне же кулаками махать. Получив свою долю синяков, уставший, но довольный Кайе вернулся в часовню с помощью заклинания "божественного вмешательства", а Элемара Второй погнал к гарнизонному оружейнику - неугомонному духу зачем-то срочно потребовались дротики-дарты. Впрочем, альтмер не возражал: после Кальдеры Второй неоднократно напоминал о том, что им не помешало бы что-нибудь подобное, но... все никак руки не доходили. К тому же обращение с теми же дартами требовало некоторой сноровки, а, чтобы ею обзавестись, нужно было свободное время для тренировок. А вот его-то как раз наблюдался острый недостаток. До вчерашнего дня. Не то, чтобы у них сейчас образовалось много свободного времени, но, как справедливо заметил дух, так можно откладывать до бесконечности.
   Сам Элемар со "стрелками" обращаться не умел. Но тешил себя мыслью, что если уж Второй - который, как альтмер понял по его оговоркам, воином не был - умел их "довольно сносно" метать, то особой сложности это умение не представляет. Так что вскорости уже отсчитывал монеты за два десятка серебряных стрелок. Простых стальных у кузнеца не оказалось - легионерам "разная экзотика" не полагалась по уставу, к тому же для развлечения вполне годились самодельные, из сломанных стрел. А среди так называемых "искателей приключений" большей популярностью пользовались именно серебряные: за способность одинаково разить и живое и неживое. Второй тут же опробовал покупку, благо кузнец для самых привередливых клиентов поставил в углу мишень из мягкого пробочника. Три стрелки из десяти с негромким стуком вонзились около центра исколотого деревянного круга, две по краям, четыре не воткнулись вовсе, а один раз дух вообще промазал. Впрочем, у самого Элемара результат оказался не лучше - в мишень воткнулась только одна, остальные девять упали на пол. Радовало только то, что мимо все же не пролетел ни один дарт. Но, в целом, результат его устроил. И, попрощавшись с кузнецом, альтмер по примеру Кайе переместился заклинанием к дверям часовни.
   Целитель Мары отыскался в зельеварне. И, узнав причину внезапного вторжения накануне, от извинений отмахнулся и посоветовал не забивать себе голову. Его помощник, темноволосый данмер немногим старше самого Элемара, смерил альтмера долгим нечитаемым взглядом, но от комментариев воздержался. Второй, заметив этот взгляд, ощутимо напрягся, но тоже ничего не сказал.
   Только когда они вышли из зельеварни, альтмер поинтересовался:
   "Что на этот раз?"
   "Не нравится мне этот парень, - угрюмо ответил дух. - Вернее, его интерес к тебе".
   "Чем? - немедленно подобрался Элемар. - Что за интерес?"
   В людях - и мерах - Второй все ещё разбирался лучше, так что к его опасениям следовало прислушаться. Данмера, ассистировавшего Синнолиану, они уже встречали - он объявился в Эбенгарде через месяц после самого Элемара. Не запомнить его было сложно: левую сторону лица тёмного эльфа уродовал длинный, от виска до подбородка, белёсый шрам, а если приглядеться, то по обе стороны от него можно было рассмотреть две цепочки шрамиков-точек - следы от стежков. Альтмер, помнится, при первой встрече даже посочувствовал новичку. Мысленно, разумеется. Звали данмера Ллотис, но Второй был уверен, что это не его настоящее имя. И Элемар был с ним согласен - не вязалась, по выражению все того же Второго, "эта насквозь разбойничья рожа" с именем данмерского святого, известного своим благочестием. Как и тягучий "киродиильский" выговор, который распознал уже сам альтмер. Да и непонятно было, зачем этот Ллотис вообще примкнул к Имперскому Культу, пусть и как мирянин. В часовне он появлялся нечасто и, в моменты своего появления, обретался у Тунифуса. Ни с кем не общался и дружбу не водил. Алхимик Фрик его вообще на дух не переносил, но тут, по мнению альтмера, дело было, скорее, в неприязни норда к данмерам вообще, а не конкретно к Ллотису.
   "Не знаю я, что у него за интерес к тебе, но изучал он тебя очень внимательно. Причём отнюдь не как потенциального союзника. И, как мне показалось, увиденным остался доволен. Не знаю, когда ты успел перебежать этому парню дорогу, но искренне советую не поворачиваться к нему спиной", - ответил дух.
   Элемар, старательно припомнив взгляд и мимику данмера, прислушивавшегося к их беседе с Тунифусом, был вынужден согласиться. Другое дело, что он не мог припомнить ни одной ситуации, в которой им с Ллотисом пришлось бы соперничать. Но, так или иначе, предупреждение Второго было совсем не лишним.
   - О-о, служитель Суротано! - по пустынному коридору навстречу альтмеру, торопливо перебирая короткими ногами, семенил Илус Труптор. - Как хорошо снова видеть тебя. Наслышан, наслышан о ваших... злоключениях.
   Альтмер поморщился. В сочувствии он совершенно не нуждался. Особенно, если оно исходило от неприятного ему человека. От Илуса Труптора в первую очередь.
   - Но я вижу, друг мой, что вы вновь здоровы и готовы служить Имперскому Культу в своей неподражаемой манере?
   - Вполне, - вздохнул Элемар.
   Меньше всего ему сейчас хотелось тащиться куда-то за пожертвованиями. Косадес, конечно, не ограничивал его в сроках, но вряд ли мастеру-шпиону понравится, что его агент шляется неизвестно где, вместо того, чтобы ждать следующих распоряжений. С другой стороны, он же сам рекомендовал альтмеру нарабатывать себе репутацию...
   - Превосходно, - имперец довольно потер короткопалые ручки, - у меня как раз есть одно дело. И я очень надеюсь, что ты не откажешься выполнить его для меня. То есть, для Имперского Культа, конечно же...
   - Что именно нужно сделать?
   - О, сущий пустяк, - разулыбался Труптор. - Дело в том, что один мой хороший знакомый, досточтимый Цанктуниан Пониус... слышали о нем?
   Альтмер отрицательно покачал головой. Имя он, конечно, слышал, но и только.
   - О-о, - воодушевился толстяк, - это очень уважаемый человек. Господин Пониус служит главным управителем Восточно-Имперской Компании здесь, на Вварденфелле. Очень и очень влиятельный человек. Значительно влиятельнее известного вам господина Пелетиуса из Кальдеры, прискорбную скупость и необязательность которого вы, друг мой, столь виртуозно преодолели...
   - И? - попытался поторопить его Элемар.
   - Так вот, - продолжил имперец, - дело в том, что несколько дней назад... да, как раз тогда, когда с вами приключилось то досадное происшествие... господин Тунифус был весьма обеспокоен тем, что его превосходные зелья не дают нужного эффекта, даже, как я слышал, пришлось приглашать целителя-мага... К слову, простите за любопытство, но что это было, друг мой? Какое-то опасное проклятье? Нет? Очень... э-э, рад.
   - Вы говорили о Пониусе, - прервал его альтмер.
   - Ах, да-да. Простите, все время отвлекаюсь... так, о чем это я? Ах, да! Так вот, несколько дней назад я имел с господином Пониусом беседу... Речь шла о важности миссионерской и просветительской деятельности среди местного населения. В частности, среди эшлендеров. Эти несчастные дикари до сих пор исповедуют свои примитивные верования, представляете?! А эти их варварские погребальные обряды? А поклонение даэдра, к которым взывают их шаманки? Нет, вы представьте только, какие-то полубезумные старухи, надышавшись ядовитых курений, выдают какие-то невнятные пророчества... К примеру, взять хоть это глупое пророчество о Нереварине, которое в последнее время у всех на слуху: "Господь Неревар явится снова и спасет Морровинд от Империи!" Большей чуши придумать нельзя. Империя уже давно в Морровинде, а этот их Неревар так и не появился...
   - Я понял, - снова перебил его Элемар. - К делу, господин Труптор, к делу.
   Толстяк запнулся, явно сбитый с мысли.
   - Так вот, мы говорили о необходимости миссионерской деятельности, - собравшись с мыслями, продолжил он. - И господин Пониус в своей щедрости пообещал пожертвовать Имперскому Культу тысячу золотых...
   Альтмер поперхнулся - сумма была просто гигантской.
  

***

   Элемар со стоном вытянулся на длинной лавке и расслабился, подставив исцарапанную спину умелым рукам рабыни-банщицы.
   - У господина была бурная ночь? - хихикнула та.
   - Ты даже не представляешь, насколько, - вздохнул он. - И если бы только ночь...
   Минувшие двое суток стали для альтмера нешуточным испытанием на терпение. А также на выносливость. Ну и на кое-что ещё. Вот только рассказывать это банщице-аргонианке он не собирался. Не то место, не тот собеседник.
   Нет, Цанктуниан Пониус оказался человеком куда более приятным в общении, нежели недоброй памяти Куниус Пелетиус. О своём обещании он помнил и от нежданного посетителя, в отличие от уже помянутого шахтовладельца, отделаться, прикрываясь крайней занятостью, не торопился. Да и занят был исключительно наполнением кубка дешёвым крепким гриифом и вливанием его содержимого в собственную утробу... но обещанных денег, тем не менее, не дал. Потому что, по его собственному признанию, при всем желании сделать этого не мог. В ближайшее время точно. А в более отдалённом и вовсе не был уверен в своей маломальской платёжеспособности.
   Видимо, к приходу Элемара выпито было достаточно, поскольку управитель Восточно-Имперской Компании, в очередной раз смерив альтмера взглядом, вынул из массивного стола ещё один кубок и, щедро плеснув в него гриифа, предложил присоединяться. Понукаемый Вторым, тот отказываться не стал.
   - ...И ведь понима-ашь, - полубессвязно вещал полчаса спустя окончательно захмелевший имперец, подводя итог рассказу о том, как образцовый служащий Компании по имени Моссанон умыкнул всю кассу и шкатулку с векселями, - такх... такхим славным малым казалсь. Исполнительный, зараза... веж-жливый... Ик! Ой... Вот как ты. И тоже альтмер. А оказалсь... проходимьц!
   Элемар медленно цедил свою порцию гриифа и кивал.
   - И ты... как тя... Су-суротано. Ты тоже проходимьц!
   Альтмер поперхнулся:
   - С чего это?
   - На тя Труптор жаловалсь... Он тя не любт...
   - Сам он проходимец, - фыркнул Элемар. - А не любит, потому что я его послал. Нах... э, далеко, в общем.
   - Послал? Эт пральна... - Пониус разлил по кубкам остатки гриифа. - Выпьем!
   - Выпьем, - вздохнул альтмер, бросив тоскливый взгляд на стол управителя с двумя уже пустыми кувшинами из-под гриифа и без малейших признаков закуски.
   В голове настойчиво шевелилось воспоминание о первом знакомстве с местными напитками...
   Ещё полчаса спустя он кое-как добрался до "Шести Рыб", по пути едва не сверзившись с моста, когда выпитое внезапно запросилось наружу, снял комнату на остаток дня и, подперев стулом дверь, отключился. Проснулся на закате с больной головой, в которой, как две снулые рыбины, медленно плавали две мысли - "на хрена я столько выпил?" и "какого Обливиона я пообещал этому козлу вернуть деньги?"
   Пойти отказаться, что ли? И к Труптору... только ножками. А то даэдра знает, что он в таком состоянии наколдует...
   "Толстяк тебя с говном съест", - сообщил дух.
   "Подавится", - огрызнулся альтмер, не открывая глаз.
   "За такую сумму? Мечтай! Он за эту тысячу тебя удавит. А не сумеет, так в рабство продаст".
   "Что, так рвётся к эшлендерам?" - язвительно поинтересовался Элемар.
   "Скорее, с Вварденфелла, - задумчиво ответил Второй. - После того скандала, что он закатил из-за рубашки, я узнал о нем очень много интересного. Странно, что Пониус согласился профинансировать эту затею - у Труптора в Эбенгарде не слишком хорошая репутация".
   "Ну, так ты же сам и постарался", - хмыкнул альтмер.
   "Там и без моих усилий грязи хватило бы на небольшое болото. Я всего лишь, выражаясь образно, бросил в это болото большой камень. А брызнуло уже то, что уже успело накопиться".
   "Вот интересно - уши у нас одни да двоих, да и те - мои. Как ты умудряешься слышать то, что не слышу я?"
   "У нас и мозг - один на двоих. Но это не мешает мне знать больше тебя".
   "Эй! Я ведь и обидеться могу! И вообще, кто из нас знает больше - можно поспорить. Особенно, если сравнивать полезность знаний".
   "Уел. Штука в том, что каждый из нас вольно или невольно отслеживает ту информацию, которая ему чем-то важна, вычленяя её из общего потока. Так что в тот вечер, пока ты задавался вопросом, не отследит ли наш общий знакомый источник запущенной сплетни, я внимательно слушал, что об этом знакомом говорят окружающие. Слово тут, пара фраз там... поверь, сочинённый нами слушок - сущая мелочь, не достойная упоминания. У господина Труптора немало более серьёзных прегрешений".
   "Например?"
   "Ну... например то, что сей "почтенный" Учёный Стендарра присваивает большую часть пожертвований."
   "Что, правда?" - Элемар приподнялся на кровати и тут же свалился обратно, борясь с головокружением и тошнотой.
   "Так говорят. И я, кстати, склонен в это верить".
   Второй оттеснил альтмера в сторону и, мысленно взвыв нечто бранно-нечленораздельное, торопливо принял сидячее положение, зажмурившись и плотно прижимая руку к сомкнутым губам.
   "Уй, бля... - мысленный голос духа был полон неподдельного страдания. - И на кой хрен же ты так нажрался? Цедил бы потихоньку один кубок для вида, так нет же..."
   "Да там и был один кубок!"
   "В который тебе два раза доливали до краев, математик хренов... Уф, как погано-то!"
   "Ну так без закуски же пить пришлось, - чуть виновато пробормотал Элемар. - А куда ты собрался?"
   "Вниз. Сейчас вечер, народ попрёт в кабак за трудовой порцией. И в числе прочих - работники Восточно-Имперской компании, которых можно будет расспросить про этого парня, Моссанона".
   Переждав приступ, Второй осторожно выдохнул и обмяк.
   "Что-то я сомневаюсь, что с тобой кто-то будет разговаривать", - недоверчиво протянул Элемар.
   "Поэтому я уже никуда не собираюсь, - ответствовал дух, осторожно укладываясь обратно в постель и бесцеремонно выпихивая альтмера "наружу". - А ты - страдай. Чтоб в следующий раз думал, прежде чем бухать на халяву. Головой, а не жопой".
   Элемар гневно распахнул глаза и тут же зажмурился, чтобы не видеть медленно плывущие куда-то вбок стены, от вида которых его начало мгновенно тошнить.
   В самом деле - ну, кто заставлял его так напиваться?
   К утру последствия пьянки почти сошли на нет, но вид у альтмера все еще был помятый и больной. Да и запах, несмотря на посещение общественной купальни, он источал соответствующий. Неудивительно, что в приемную Цанктуниана Пониуса их поначалу не желали пускать. Пока не вмешался сам управитель Восточно-Имперской компании, узнавший в настойчивом посетителе своего вчерашнего собутыльника.
   Договориться с ним оказалось одновременно и легко и сложно. Имперец с радостью ухватился за предложение помочь с поиском, но... настоял на том, чтобы Элемара сопровождал его человек. Альтмер с немалым трудом сумел убедить его в том, что при поиске сопровождающий будет больше мешать, нежели помогать. А вот когда настанет время поездки непосредственно за украденными ценностями, надежный охранник будет очень даже кстати...
   Знакомство с предполагаемым охранником состоялось тут же - им оказался тот самый имперец, с которым не далее как полчаса назад произошло "столкновение интересов". Надо ли говорить, что перспективе совместной работы ни один не обрадовался? Впрочем, у альтмера под черепом обитал "сосед", чьи дипломатические навыки были значительно выше... на него-то Элемар и спихнул обязанность налаживать отношения с не слишком дружелюбным имперцем, чем Второй, вынужденный, ко всему прочему, терпеть последствия возлияний накануне, был весьма недоволен. Однако - дело есть дело...
   "Насколько тебе кажется надежным этот охранник?" - полюбопытствовал дух, когда они вернулись обратно в "Шесть рыб".
   "Опасаешься, не придется ли нам от него отбиваться?"
   "Угу. Слишком большая сумма. И еще большее искушение", - Второй улёгся на постель и с явным облегчением убрался внутрь.
   "Трудно сказать, - поморщился Элемар, вновь в полной мере ощутивший последствия вчерашней попойки. - Я, в сравнении с тобой, плохо разбираюсь в людях".
   "А не в сравнении?"
   "Ну, если не принимать во внимание его отношение к, э-э, нам лично, то... Хитрожопый, конечно, как и большинство имперцев, но при этом довольно порядочный. Не склонен к авантюрам. И советы, кого стоит расспросить, давал вроде дельные".
   Дух помолчал.
   "Итак, что мы имеем? По словам всех сотрудников, скромный альтмер по имени Моссанон - хороший служащий и неплохой парень - служил простым клерком в конторе Восточно-Имперской Компании. И до недавнего времени проявлял себя исключительно хорошо. Потом начались странности, вроде самовольных отлучек с рабочего места в разгар дня... и частых посещений Гильдии Магов".
   "Предположение этого аргонианина, Окан-Шея, для тебя недостаточно правдоподобно?"
   "Что у парня появилась женщина? Почему же, это вполне возможно. Но с той же вероятностью он мог начать играть... и здорово проигрался".
   "Арена?"
   "Не обязательно, есть еще и азартные игры. Те же "девять дырок". Я слышал, в квартале Хлаалу есть одно заведение..."
   "Да даже не одно", - хмыкнул Элемар.
   "Такое - все-таки одно. По крайней мере, в Вивеке. Место, где разрешено практически все - азартные игры, наркотики, однополый секс..."
   "И, зная тебя, мы туда попрёмся", - мрачно подытожил альтмер.
   "Не в этот раз. Сегодня у меня - у нас - в планах Гильдия Магов. Но сначала надо будет привести тебя в пристойный вид".
   В Вивеке дух первым делом погнал альтмера по лавкам портных. К неудовольствию Элемара, надеявшегося, что готовой одежды его размера они не купят, таковая нашлась довольно скоро. В первой же лавке ему предложили изумительно красивую мантию из плотного голубовато-серого шелка, расшитую золотой канителью. Стоило это великолепие дорого, но при этом значительно дешевле, чем можно было ожидать. Объяснилось все просто - мантия была заказом от одного из храмовых ординаторов, и половина стоимости уже была внесена. Но, в связи с последними событиями, портному было доподлинно известно, что заказчик за ней уже не явится...
   Оказалось, что достойный во всех отношениях покупатель совершенно не в курсе местных сплетен, главной из которых был слух о том, что кто-то уж несколько недель убивает чужеземцев... и ординаторов Вивека. И все они произошли здесь, в квартале Чужеземцев. Неизвестный заказчик, мер также во всех отношениях достойный, стал предпоследней жертвой таинственного убийцы. А мантия...
   - Уникальный заказ, сами понимаете, - частил продавец, - людей и меров такого роста и сложения немного. Чтобы продать её по настоящей цене, придется перешивать и укорачивать...
   Элемар с сомнением оглядел предлагаемую мантию. Наряд был хорош и, чего скрывать, ему очень понравился. Да и цена была весьма привлекательной. Не то чтобы он был склонен к щегольству, давно привыкнув одеваться, в первую очередь, практично... но иногда так хотелось чего-нибудь этакого...
   "Да бери уже, - не выдержал Второй. - Новую такую же на твои мослы только на заказ шить. Или покупать снятую с трупа прежнего хозяина. Пользуйся возможностью, дурак, пока она есть".
   В общем, из лавки он вышел с обновкой. И только одно слегка омрачало радость от покупки - в памяти, словно заноза, зудела и царапалась последняя реплика торговца:
   "В этом наряде, сэра, вы похожи на высокородного мера из Дома Индорил".
   Почему-то эта мысль была ему неприятна. Или... не ему?
   Новая мантия пригодилась ему очень скоро, потому что следующим пунктом назначения Второй выбрал купальню. И не первую попавшуюся, благо, в квартале Чужеземцев таковая имелась, а заведение в квартале Хлаалу. Тот факт, что с утра они уже посещали мыльню в Эбенгарде, его не остановил. Впрочем, Элемар, давно на собственном опыте выяснивший разницу между - пользуясь словами того же Второго - "достойным данмерским заведением" и "имперским утилитарным убожеством", не особенно протестовал.
   Так что в вивекское отделение Гильдии Магов вошел - опять же, по выражению неугомонного духа - не "замурзанный похмельный бродяга", а благоухающий канетом "молодой мер приличного вида". Возможно, поэтому Флакассия Фаузейус оказалась не только довольно общительной, рассказав, что действительно переправляла на днях некоего альтмера в Садрит Мору, но и весьма темпераментной особой. А единственным недостатком красавицы-бретонки, по мнению альтмера, были острые ноготки, в процессе близкого знакомства располосовавшие ему всю спину...
   Жаль, что, как бы ни приятно было после действительно бурной ночи лежать на лавке, наслаждаясь омовением и умелым массажем в том же "достойном данмерском заведении", что и вчера, дела не ждали. Письмо, адресованное Цанктуниану Пониусу, - чтобы курьер пошевеливался - было отправлено еще утром, а сейчас уже время близилось к полудню. И навязанный управителем Восточно-Имперской компании охранник наверняка уже ожидал его в Гильдии Магов Вивека, чтобы отправиться в Садрит Мору на поиски сбежавшего клерка.
  
   Глава 14. Садрит Мора
   Садрит Мора встретила их недружелюбно. Сопровождавший Элемара охранник-имперец, представившийся, к слову, Суэттиусом Сертиусом, ухитрился получить множественные травмы различной тяжести, не успев выйти за ограждение "платформы переноса". Точнее, при попытке это сделать. Стала ли тому причиной внезапная гладкость каменных плит пола Волверин Холла, или дело было в собственной неуклюжести несчастного - итог был один. Особенно альтмера порадовало известие о сотрясении мозга. Второй только флегматично хмыкнул:
   "Значит, было что сотрясать. Впрочем, если бы так загремел ты, то, скорее всего, раскроил бы себе череп".
   И добавил:
   "Радуйся. Теперь никто не будет нам мешать".
   "Твои проделки?" - подозрительно поинтересовался Элемар.
   Впрочем, в то, что дух, сидя "внутри", что-то сумел провернуть без его ведома, он не верил - до сих пор таких способностей Второй не демонстрировал. Не считая знакомства с Косадесом, когда альтмер даже не подозревал о наличии "соседа" и все странности в беседе списывал на дрянной мацт и взвинченные нервы.
   "Как ты себе это представляешь?" - сердито буркнул тот.
   "Никак. Но вдруг у тебя открылись новые способности?"
   "Не открылись. Хотя я бы не отказался от возможности отвесить тебе пару-тройку подзатыльников".
   Элемар хмыкнул:
   "Я бы тоже не отказался. Ты иногда просто напрашиваешься, чтоб тебе слегка... отполировали челюсть".
   Дух расхохотался в ответ:
   "Будем надеяться, что я когда-нибудь все же обрету собственное тело, и такая возможность тебе представится. А пока давай займёмся нашим горе-попутчиком".
   Из Гильдии Магов они направились в местную часовню Имперского культа - лечить пострадавшего. Пока целитель культа занимался охранником, альтмер, следуя его же совету, стряс с болезного пять "башен" - с запасом, чтоб из своего кармана не приплачивать - и отправился оформлять документы для обоих: в Садрит Море приезжие были обязаны регистрироваться.
   Город... потрясал.
   - Красота-то какая, - восхищенно протянул Элемар.
   Альтмеру, считавшему, что, после гигантских императорских зонтов, грибами его не удивить, пришлось приложить некоторые усилия, чтобы не застыть перед мостом, разинув рот. Комментарии же Второго были односложными и исключительно непристойными - выражать свой восторг дух предпочел почему-то отборной бранью.
   И было отчего. Садрит Мора полностью оправдывала данное ей название - это действительно был лес. Целый лес исполинских грибов, острыми шляпками упиравшихся в прозрачно-синее небо, обитатели которого сновали меж корней: вездесущие мальчишки разных рас, рабы-аргониане, направляющиеся к берегу с корзинами белья, согнувшиеся под какими-то тюками или просто налегке, стражники с символикой Дома Телванни на костяных наплечниках и в глухих шлемах из розоватого хитина...
   Прихотливо извивающиеся улицы, то тут, то там перегороженные толстыми, похожими на щупальца корневищами, напоминали лабиринт, а чуждая архитектура - хотя альтмер сомневался, что это слово применимо к выращенным, а не построенным зданиям - усиливала это впечатление в разы.
   "Кажется, нам будет нужен проводник", - задумчиво проронил Второй, буквально на мгновение опередив Элемара, собиравшегося сказать то же самое.
   "Впрочем, - добавил он, - до Привратного трактира мы можем добраться и самостоятельно".
   Путь до означенного трактира, владелец которого был "префектом гостеприимства" и вручал необходимые бумаги, действительно оказался простым и недолгим. Всего-то надо было пройтись от моста по широкой центральной улице до небольшого, но шумного рынка и повернуть налево. Массивная круглая дверь, выкрашенная в ярко-зелёный цвет - единственная, наверное, в Садрит-Море - была видна издалека. При более близком рассмотрении она оказалась не крашеной, а вырезанной из цельного куска камня - Второй, разглядев её поближе, проворчал что-то про "малахитовую шкатулку" - и отделяла городские кварталы - или то, что их тут заменяло - от порта и доков. Там же, возле доков располагались жилища рабов-докеров и загоны для "живого товара". Впрочем, долго рассматривать местные "красоты" дух не позволил, напомнив, что им всё ещё нужны документы.
   Регистрировал приезжих немолодой данмер с усталым лицом - "префект гостеприимства", он же владелец трактира. Сообщение Элемара о том, что ему нужно два "Удостоверения" - второе на имя имперца Суэттиуса Сертиуса - вызвало закономерный вопрос, где же, собственно сам господин Сертиус. Пришлось вкратце пояснить ситуацию.
   Префект как раз заканчивал заполнять второй документ, когда наверху раздался приглушенный вопль, хлопнула дверь, и послышался топот ног вперемешку с невнятными многоголосыми возгласами.
   Данмер вздрогнул и едва не посадил кляксу.
   - О, боги... неужели опять? - тоскливо простонал он себе под нос.
   Элемар на всякий случай притворился глухим.
   По даже на вид неудобной лестнице, со скоростью и ловкостью, выдававшими немалый опыт подобных спусков и восхождений, ссыпалась невысокая, ладно скроенная редгардка.
   - Ангаредэль... - начала она.
   Тот страдальчески поморщился.
   - Подожди минуту, Эри. Я сейчас освобожусь.
   - Да можно и не спешить, - хмыкнула та. - Это опять оно. И как всегда, никаких следов.
   - Вот, сэра Суротано, - префект Ангаредэль передал альтмеру два скатанных в трубку документа. - Надеюсь, вы уже знаете, что посетителям Садрит Моры разрешено останавливаться на ночлег только здесь, в Привратном? Еще есть трактир Грязной Мюриэль, но... я бы не рекомендовал - публика там очень уж специфическая.
   - Притон? - понукаемый Вторым поинтересовался Элемар.
   - Нет-нет! Просто... - данмер замялся, подбирая слова, - члены не самой почтенной организации, если вы понимаете, о чем я...
   "Гильдия Воров, - буркнул Второй. - Телванни выгодно иметь с ними дело. Иногда. Но в целом отношение к гильдейцам такое же, как и ко всем остальным не-Телванни. Но он прав - останавливаться там на ночлег не стоит. К чему рисковать? Да и не факт, что они сдают комнаты для не-своих".
   Заплатив запрошенные за два Удостоверения пять башен, альтмер вернулся в Волверин-холл. Сертиуса уже должны были подлечить. Заодно стоило посоветоваться с ним насчёт поисков беглого клерка. Правда, Второй сомневался - и Элемар был полностью согласен с "соседом" - что тот сможет предложить что-нибудь дельное, но мало ли? В конце концов, охранник с Моссаноном был хотя бы знаком. В отличие от них.
   Дельных идей у Сертиуса не оказалось. Зато сам он был подлечен и готов к поискам. Остаток денег после уплаты за Удостоверение Гостя был принят им с нескрываемым удивлением - и незамедлительно передан целителю. Но к самому Элемару отношение стало несколько теплее.
   Расспросы в Гильдии Магов дали немного. Иниэль, проводник Гильдии, разумеется, вспомнила, что недавно в Садрит Мору прибыл какой-то альтмер, но ни его именем, ни им самим она не интересовалась. Совет спросить Ангаредэля в Привратном Второй посоветовал проигнорировать, напомнив, что префекту, судя по сцене, свидетелями которой они были, сейчас явно не до того, чтобы запоминать всех встречных-поперечных. У него свои проблемы, с беглыми служащими Восточно-Имперской Компании никак не связанные. А вот к предложению порасспрашивать других альтмеров советовал прислушаться.
   Алхимик Тусамиркиль - первый, не считая самой Иниэль, высокий эльф, к которому Элемар обратился с вопросом - задумчиво почесал испачканный каким-то порошком нос и предложил обратиться к некоему Синьярамену из все того же Привратного. Дескать, если кто и знает что-то, то это именно он. Второй на это только многозначительно хмыкнул.
   Делать в Волверин Холле больше было нечего, зато есть хотелось невероятно. И спать - бессонная ночь давала о себе знать. Поэтому Элемар, сопровождаемый все ещё бледноватым Сертиусом, направился обратно в Привратный, прошагав мимо таверны "Грязного Мюриэля", чья вывеска зазывно покачивалась возле самой дороги. Попытавшемуся возразить имперцу были озвучены объяснения Второго насчёт Гильдии Воров. Рисковать остатком наличности и имуществом тот не захотел и смирно потопал следом.
   Ангаредэль при виде зелёного в прозелень имперца, висящего на плече альтмера и едва переставляющего ноги - то ли ушиб был сильнее, чем казалось, то ли целитель был не слишком хорош, но Сертиусу стало хуже на полдороги к Привратному и Элемару пришлось его буквально волочь на себе - только хмыкнул, но ничего не произнёс. А на вопрос о комнатах внаём отправил их к Эри - уже виденной Элемаром редгардке: вопросы с постояльцами решала именно она.
   Свободные комнаты нашлись в так называемом "Южном крыле". Второй, услышав, где им предстоит разместиться, нечленораздельно булькнул где-то в районе затылка и посоветовал, ложась спать, положить меч так, чтобы его удобно было схватить. Элемар мысленно угукнул в ответ, подождал разъяснений и, не дождавшись, пообещал себе, что как только за ним закроется дверь снятой комнаты, он, прежде чем уснуть, вытрясет из "соседа" все, что только сможет.
   Однако у тела на этот счет оказались свои планы. Едва альтмер - вспомнив об этом в самый последний момент - успел пристроить меч рядом с постелью, как перед глазами у него потемнело, а в следующий миг откуда-то сбоку раздался возглас:
   - Ничего себе тебя вырубило! - и глазам Элемара предстал Второй - все так же похожий на него, как близнец, и все с тем же дурацким гребешком на бритой голове.
   - Впрочем, - продолжил дух, - торопиться нам пока некуда. Так что, пока твоя-наша усталая и не выспавшаяся тушка отдыхает и набирается сил, можно побеседовать на интересующие тебя темы.
   Элемар на миг задумался, прикидывая, что хотел бы узнать в первую очередь - и расплылся в хищной усмешке. У него было оч-чень много вопросов...

***

   Альтмер был зол. Пробуждение, как и обещал Второй, было... "весёлым". Не то чтобы призрак, который появился всё-таки именно в его комнате, сумел нанести какой-либо вред, да и немногочисленные пожитки в заплечной сумке явно никто не трогал - Элемара бесил сам факт, что, пока он спал, кто-то проник в его комнату. И не просто проник, а ещё и похозяйничал, призвав призрака.
   Эри, только раз взглянув на выскочившего из комнаты разъярённого эльфа, чему-то кивнула и поставила перед ним большое блюдо с пирожками(23).
   - Попробуйте, господин, свежие совсем, - защебетала она. - Горячие ещё, только-только испекли.
   Второй во избежание скандала поспешно затолкал альтмера "внутрь, перехватывая управление над телом.
   - А с чем они? - поинтересовался он, с интересом воззрившись на блюдо.
   - Это - "гнисисские", с муском, - палец редгардки завис над парой небольших круглых пирожков, - это - "грейзлендские", со скаттлом. А это "редоранские", с рисом и яйцами... Фара из "Дыры в Стене" их "мужскими" называет, - Эри коротко хихикнула, указывая на несколько продолговатых золотистых пирожков. - Кстати, она их и печёт, просто в нашем "Привратном" посетителей намного больше...
   "Зато у Фары они наверняка стоят гораздо дешевле", - мрачно буркнул успокаивающийся Элемар.
   "Разумеется, - подтвердил дух, откусывая от "мужского" пирожка. - Но я думаю, что в качестве компенсации за доставленные неудобства, нам они достанутся со значительной скидкой... Вкусно, кстати. Да стой ты, хоть прожевать дай, скотина!" - возмутился он, когда альтмер вознамерился немедленно проверить его слова, отчего непрожёванный кусок едва не застрял в глотке их общего тела.
   "Ну жуй. Только на мою долю оставь", - сдал назад Элемар, сообразив, что в некоторых случаях торопиться с "обменом" все же не следует.
   "Непременно", - пообещал Второй, беря следующий пирожок.
   Воздав по очереди должное кулинарному искусству пока незнакомой им Фары - "гнисисские" пирожки оказались неожиданно вкусными, хотя похлёбку из муска ни один, ни другой терпеть не могли - они направились к Ангаредэлю. Вопрос с призраком все-таки следовало решить, благо Эри, убедившись, что скандала не будет, охотно поведала всё, что знала.
   Ангаредэль сообщению, что его помощница додумалась сдать "нехорошую" комнату, совсем не обрадовался. Более того, на скуластой физиономии данмера ясно читалось желание немедленно рвануть наверх и устроить оплошавшей редгардке выволочку с битьём посуды. Или хотя бы без оного. Но вместо этого он вздохнул и обречённо поинтересовался:
   - Будете требовать компенсацию, сэра?
   Элемар отрицательно мотнул головой. Желание устроить скандал давно утихло, благодаря вмешательству Второго и, как ни странно, вовремя подсунутому под нос блюду с пирожками. Умница Эри явно знала, что делала - эльф, менее получаса назад пребывавший в состоянии бешенства, сейчас был спокоен и даже благодушен. Бушевать на полный желудок просто не хотелось.
   - Пожалуй... нет, - проговорил он. - Не могу сказать, что призрак в номере меня обрадовал, но и вреда он мне не причинил. Ваша помощница - мудрая женщина, - решил он вступиться за редгардку.
   Данмер в ответ растянул губы в вежливой улыбке и приподнял брови, предлагая продолжать. Впрочем, коситься в сторону лестницы он всё же перестал.
   - В то же время мои дела наверняка вынудят меня задержаться в Садрит Море на несколько дней. Да и состояние моего спутника оказалось хуже, чем я предполагал... И перспектива воевать с призраками каждое утро меня всё же не прельщает. Но, - Элемар сделал паузу, - я слышал, что вы обещали награду тому, кто сумеет избавиться от этого призрака насовсем.
   Ангаредэль вздохнул.
   - Если бы это было так просто, сэра, - с отчётливым раздражением в голосе ответил он. - Трое свидетели, я бы очень хотел решить эту проблему. Из-за этого призрака мы не можем сдать комнату без эксцессов, а все наши гости в бешенстве, - альтмер медленно кивнул. - И не все из них столь... великодушны. Избавиться от призрака, конечно, несложно, но проблема в том, что он всегда возвращается. Всегда, что бы мы ни делали. Иногда через пару часов, иногда под утро...
   Данмер снова вздохнул и с силой потёр ладонями лоб. Когда он снова поднял глаза, на Элемара смотрел очень усталый, подавленный мер.
   - Я обращался ко всем волшебникам города, но никто не сумел понять, почему это происходит, - произнёс он. - Даже госпожа Арара Увулас, Голос господина Нелота приходила ознакомиться, но так и не смогла понять, как можно с ним покончить. Единственное предположение, которое она сделала - что это проделки какого-то нечестного колдуна, но... я уже просто не знаю. Сэра, я... я могу не слишком многое, но если ты поможешь прекратить это... этот кошмар, я, - он откашлялся, - порекомендую тебя у своего знакомого чародея из Телванни и... У меня есть несколько зачарованных вещей - я отдам тебе любую, какую ты выберешь.
   Альтмер кивнул.
   - Договорились, мутсэра Ангаредэль.
   Арара Увулас отыскалась в Зале Совета Телванни. Найти её там оказалось значительно проще, чем отыскать сам Зал - прихотливо извивающиеся между гигантских корней улицы все время выводили его не туда. В конце концов, осознав, что уже в третий раз наматывает круги мимо башни Тель Нага, альтмер плюнул и, выудив из висящего на поясе кошеля пару медных "шлемов", свистом подозвал одного из шныряющих поблизости мальчишек. Подскочивший на свист мелкий чумазый босмерёныш нагло цыкнул слюной сквозь щель в зубах прямо под ноги Элемару, цепким взглядом прошелся по одежде, оценивая стоимость новенькой серо-голубой мантии, покосился на кошель, но согласился проводить "чужеземца" до Зала Совета за две монеты. Впрочем, откажись он, Элемар не расстроился бы - из зарослей креша, растущих вдоль улочки, выглядывало ещё с полдесятка кандидатов в проводники. А так, небрежным жестом заправив почти пустой кошель за пояс - потеря нескольких медных монет, отложенных как раз на такой случай, фатальной не была бы, но зачем вводить мальца в искушение? - он быстрым шагом двинулся вслед за мальчишкой и через несколько минут входил в Зал, на прощание бросив тому обещанную вторую монету.
   Голосом Нелота оказалась похожая на фарфоровую куклу темноволосая данмерка.
   - Я слушаю, говорите, - надменно промолвила она.
   Элемар, сдержав желание досадливо поморщиться - возвышения для Голосов располагались так, что даже рослому альтмеру приходилось сильно запрокидывать голову, чтобы разговаривать - вкратце объяснил ситуацию.
   - Хм, - кукольное личико скривилось в пренебрежительно-задумчивой гримаске, - думаете, что сможете добиться успеха там, где отступились более... опытные маги? Впрочем, кому-то все равно, так или иначе, придётся разбираться с этим... казусом. Так почему бы и не вам?
   На миг задумавшись, Арара Увулас взмахнула тонкими руками, выглядывавшими из широких рукавов богато расшитой мантии, творя какое-то заклинание, и шагнула с возвышения, мягко зависнув над полом так, чтобы оказаться лицом к лицу с высоким альтмером.
   - Так нам будет удобнее общаться, - снисходительно пояснила она.
   Элемар кивнул, помимо воли уставившись на завихрения магических потоков возле изящных туфель магички - о заклинании левитации он знал, но эффект от его применения видел впервые. Потом сообразил, что его интерес может быть истолкован неверно и перевел взгляд на лицо собеседницы. Впрочем, та, кажется, ничего не заметила. Или хотя бы не сочла его поведение оскорбительным.
   - Значит, вы хотите знать мои предположения касательно призрака, поселившегося в Привратном трактире? Что ж, извольте. Я изучила все показатели в спальне Южной башни трактира. Я также тщательно исследовала само место. Но, - зависшая в воздухе данмерка слегка развела руками, - не нашла никаких свидетельств наличия не упокоенного духа или влияния предков. Сам дух тривиален и легко изгоняется, - она вновь состроила пренебрежительную гримаску, - но я не знаю, почему он появляется вновь.
   Магичка ненадолго замолчала, слегка покачиваясь в воздухе. Потом вновь заговорила:
   - Я не уверена... но мой опыт и интуиция говорят мне, что здесь замешан эксперт в колдовстве. А это, как вы, надеюсь, понимаете, не ученик чародея, с горем пополам выучивший достаточно простое заклинание. Это маг, имеющий значительный опыт в вызове духов и способный этим опытом поделиться. Если, конечно, захочет им делиться.
   Внезапно Арара Увулас слегка дернулась и свернула разговор:
   - И это, в общем-то, все, что я могу сказать. Всего вам доброго.
   С последними словами она мягко взлетела обратно и приземлилась на свое возвышение, чуть качнувшись и звонко стукнув о дерево костяными каблучками туфель. Наблюдавший за ней альтмер заметил на кукольном личике мимолетную тень недовольства - видимо, заклинание развеялось на несколько мгновений раньше, чем рассчитывала данмерка, поэтому приземление вышло жестче ожидаемого. Короткий взгляд под ноги магички подтвердил правильность его предположений.
   "Ну и как тебе члены Великого Дома Телванни?" - с ехидцей полюбопытствовал Второй, когда они покинули Зал и отправились бродить по извилистым коридорам.
   "Жаль, что заклинание не развеялось еще чуть-чуть раньше", - буркнул Элемар.
   "Она и так едва успела, если ты не заметил. Молодая еще, не наигралась в великую волшебницу. Кто-то постарше не стал бы так явно хвастать своими магическими познаниями".
   "А она хвастала?" - изумился альтмер.
   "Ты не заметил? - развеселился дух. - Эх, ты... Девчонка так старалась произвести на тебя впечатление".
   "Эта надутая кукла? Зачем бы ей это понадобилось?"
   Второй захохотал.
   "Серьезно, не понимаешь, почему девчонка перед тобой начала выделываться? Ну, ты даешь!"
   "Только не говори, что... - Элемар, не слишком следивший, куда они идут, резко остановился, сообразив, на что намекает "сосед". - Да ты шутишь!"
   "Нет. Она Телванни, да не кто-то рядовой, а Голос одного из лордов-магов Телванни. И это в достаточно юном возрасте. А тут ты - весь из себя красивый, в новенькой одежке "похожий на высокородного мера из Дома Индорил", - передразнил он торговца, у которого эта самая "одежка" и была куплена. - Но - н'вах. Будь ты членом Дома, твое происхождение не играло бы особой роли. По крайней мере, на пару перепихов ты вполне мог бы рассчитывать. А то и больше, если бы вытерпел высокомерие этой милашки".
   "Благодарствую", - ядовито ответил альтмер, - но, если мне захочется перепихнуться, я надергаю канетов возле кантона Хлаалу и притащу их Флакассии. Или подкачу к Ритлин...
   "...И Тьермейллин за это поменяет тебе голову с жопой. В лечебных целях, - хмыкнул дух и остановился. - О, кажется, здесь..."
   "И что мы тут забыли?" - мрачно поинтересовался Элемар, разглядывая полки за спиной пожилого данмера в ярко-желтой мантии.
   "Пару уроков зачаровывания предметов. Очень нужное умение, особенно нам с тобой".
   Объяснения с мастером-зачарователем пришлось взять на себя именно альтмеру, потому что Второй в теории магии был потрясающе невежественен. И то, что он успешно выполнял изученные Элемаром заклинания, дела не меняло: по его собственному признанию, дух просто тщательно повторял то, что делал сам альтмер. Теоретических знаний от этого, разумеется, не прибавлялось, да и арсенал заклинаний был не велик, ограничиваясь теми, что Элемар изучил уже здесь, в Морровинде. Знания, полученные им в Школе Юлианоса, но ещё ни разу не применявшиеся на Вварденфелле, были Второму недоступны.
   Однако на сей раз духу зачем-то понадобилась именно теория и он, похоже, твёрдо намерен был в ней разобраться. Почему только зачарование, а не, скажем, призыв? Хотя бы для того, чтобы разобраться, каким даэдрическим ветром его занесло в этот мир и в это тело. Хотя насчёт тела Второй когда-то пояснял возможную причину... и, если это было правдой, то Элемару крупно повезло, что он всего лишь обзавёлся "соседом по черепу", а не отправился, по выражению этого самого соседа, "бороздить просторы Обливиона". И вдвойне, пожалуй, повезло, что подселенец оказался... вменяемым. К тому же сам по себе Второй тоже долго бы не прожил, даже вооружённый теми знаниями, которыми время от времени делился с альтмером. И дело даже не в том, что он был плохо знаком со здешними реалиями - в Тамриэле найдётся множество людей и меров, имеющих крайне слабое представление о том, что происходит за пределами их посёлка или заимки - а в том, что он пришелец из другого мира. Чужак. Не спасла бы, пожалуй, ни удивительная гибкость мышления, ни репутация переселенца из другой провинции - есть вещи, общие для любого жителя этого мира, откуда бы он ни был родом. А Второй, воспитанный в иных традициях, мыслящий совершенно другими категориями, слишком выделялся бы из толпы своим незнанием именно этих вещей, естественных для всех остальных, чтобы не вызвать к себе пристального интереса...
   Но вот почему именно зачарование? Альтмер понимал, что Второй ничего не делает просто так, вот только делиться своими соображениями тот не торопился. Понятно было, что дух все расскажет, но почему бы не сделать это заранее? Вот и в этот раз, уже привычно подавив раздражение, Элемар старательно запоминал пространные, изобилующие специфическими терминами ответы данмера, чтобы впоследствии разъяснить услышанное "соседу". И надеялся, что его мучения - а также заплаченные за "урок" пять золотых - окупятся раньше, чем он думает.
   Из Зала Совета альтмер вышел полчаса спустя, сжимая в руке объёмистый свиток - выписки из трактата "Книга Магии" некоего Трамала Ускорини(24). Узнав имя автора, Второй почему-то заржал, как возбудившийся жеребец, но причину веселья пояснять отказался, сославшись на ассоциации с "кое-чем из того мира(25)".
   Искушение плюнуть на всё и запереться в снятой комнате со свитком было велико, но сначала надо было разобраться с призраком. Нет, где искать колдуна-вредителя Второй, а благодаря ему и сам Элемар, знал. Но его, точнее, её - дух твёрдо заявил, что это женщина - следовало ещё вычислить, поскольку имени вредительницы Второй не помнил, а скандалить со всеми магами Гильдии было, по меньшей мере, неразумно. К тому же у подселенца вдруг взыграла паранойя - ничем иным его уверенность в том, что кому-то, в частности, Косадесу, может прийти в голову навести справки о том, чем альтмер тут занимался, Элемар объяснить не мог. Однако тут повлияла незаметно приобретённая привычка доверять суждениям духа. Второй мог быть сварливым, саркастичным и выводящим из терпения разводимой временами таинственностью - и альтмер осознавал, что постепенно перенимает эти черты - но он всегда действовал в интересах "носителя". Ну и в своих, наверняка, тоже, но пока эти интересы вроде бы совпадали. Или, по крайней мере, не вступали в противоречие. Как с уроком зачарования - для Элемара эти знания необходимостью не являлись, но научиться чему-то новому он был не против. Да и к мастеру-шпиону после Аркнтанда у эльфа имелись определённые вопросы - судя по напутствию, "старый сластёна" если и не знал, то догадывался, какого рода поручение может дать Антаболис.
   Так что отмахиваться от советов Второго Элемар не стал, что и вылилось в довольно утомительную беготню по городу. А ещё хотелось есть - съеденные утром пирожки, судя по ощущениям, пролетели мимо брюха как бы не прямиком в Обливион. Да и проведать Сертиуса не мешало бы - не то чтобы Элемар нуждался в компании имперца, скорее наоборот, но визит вежливости был желателен хотя бы ради поддержания ровных отношений. Им ещё, если повезёт, имущество Восточно-Имперской Компании в Эбенгард тащить. И если с тасканием проблем не предвиделось - самое ценное, по словам Цанктуниана Пониуса, находилось в небольшой, примерно в две трети локтя(26) в длину, шкатулке для бумаг - то вот что касается охраны...
   Поэтому выписки были отправлены в заплечную сумку - оставлять её в снятой комнате, куда в любой момент мог заглянуть неизвестный колдун, альтмер не стал - а сам Элемар зашагал в сторону Привратного. Благо, Тель Нагу, возвышавшуюся над остальными "зданиями" Садрит Моры, недалеко от которой располагался трактир, было хорошо видно из любого конца города.
   Увиденное в трактире заставило его на миг застыть столбом в дверях и подавить желание протереть глаза.
   "Фу бля, извращенец ёбаный! - с отвращением прокомментировал открывшуюся им картину Второй. - Я счас сблюю!"
   "Это я сейчас сблюю", - мысленно прорычал альтмер.
   Сертиус, вчера едва переставлявший ноги даже после лечения, ныне сидел за столом в углу пьяный в стельку в окружении полудесятка кувшинов с гриифом и, возбуждённо сопя, увлечённо тискал одетую только в поношенную юбку и рабские браслеты рыжую каджитку-разносчицу, прижавшую уши и жалобно таращащую огромные жёлто-зелёные глазищи. Эри видно не было. Сидевший в противоположном углу высокий эльф - не тот ли самый Синьярамен, к которому ему советовали обратиться? - лениво покачивая в узкой длиннопалой ладони полупустой кубок с каким-то напитком, взирал на них с вежливым равнодушием, сквозь которое нет-нет, да и проглядывала гадливость. И Элемар его отлично понимал: в любом сколько-нибудь крупном городе - и Садрит Мора наверняка не исключение - не может не быть публичного дома. А там за свои деньги этот урод мог хоть дремору отыметь - никому и дела бы не было. В подобных заведениях и не такое видели. Но не в гостевом же зале таверны...
   В пару шагов преодолев расстояние от двери до угла, где обосновался имперец, и с грохотом опустив ладони на стол, Элемар навис над Сертиусом:
   - Ты что творишь, мудак? - прошипел он. - Охранничек злоебучий... Так-то ты болеешь? Пока я бегаю по городу, ты тут кошек трахать надумал?
   Нет, помощь Сертиуса ему и даром была не нужна - не путался бы под ногами, охранничек... Но вот дурная слава мера, якшающегося с извращенцами-зверолюбами ему уж точно была без надобности.
   - Да! - с вызовом вскинул голову тот, едва не треснувшись затылком о стену и крепче прижав испуганно мявкнувшую и попытавшуюся удрать рабыню. - Я болею! У меня голова болит! И ва... вааще - ты это... п-пропажу вернул? Нет? Вот и иди. А я пока... потолкую с этой милаш-шкой... Вот ведь какая оказия, - пробормотал он, уже не обращая внимания на альтмера, - на рожу кошка, а так - вполне себе баба... волосатая только. И с хвостом. Ух, ты моя мохнатенькая...
   "Милашка", обвисшая мятой рыжей тряпкой, только мученически дёргала усами, когда шарящие по впалому пузу руки имперца дёргали за торчащие из светлой шерсти соски. Но, видимо, наученная горьким опытом, вырываться или протестовать не пыталась.
   - Тьфу, скотина, - брезгливо сплюнул эльф. - Ты ещё засади ей прямо на этом столе, животное...
   - Сэра, - раздалось за спиной, - на какой помойке вы воспитывались?
   Голос говорившего - чистый, мелодичный тенор высокого эльфа - резко контрастировал с произношением: гортанным и чуть рокочущим на некоторых согласных, характерным для данмерской речи. По крайней мере, до этого дня такое произношение Элемар слышал, только беседуя с данмерами. С пожилыми данмерами - из тех консерваторов, что с приезжим н'вахом всегда объясняются "через губу". Странно было слышать такую... отчётливо морровиндскую речь из уст уроженца островов "вечного лета".
   "А он местный, - заявил Второй, с которым альтмер поделился этой мыслью. - Странный парень. Каким-то боком связан с одним из здешних вампирских кланов, я не помню, с каким. И нет, сам он не вампир. Иначе не сидел бы тут и не хамил бы всем подряд. И кстати, ссориться с ним я не рекомендую - если я не ошибся, это действительно тот самый Синьярамен, который может нам помочь с поисками нашего беглеца".
   "Жаль", - разочарованно отозвался Элемар, уже изготовившийся ответить соплеменнику какой-нибудь колкостью.
   - Место, где я воспитывался, сэра, - с несколько преувеличенной вежливостью произнёс он, обращаясь к затронувшему его меру, - конечно, не университет Клаудреста, но помойкой его назвать все же нельзя. Просто я был вынужден изъясняться на языке, наиболее понятном этому... господину.
   - О, в таком случае, примите мои искренние извинения, - тонкий рот собеседника едва заметно изогнулся в улыбке, а узкая ладонь приглашающе указала на стул напротив. - Моё имя - Синьярамен, - представился он. - Торговец. В данный момент, правда, ничем не торгую, - и вновь почти незаметно улыбнулся.
   Элемару эта улыбка не понравилась.
   - Суротано из Даска, - вежливо наклонил голову он. - Переселенец, боевой маг.
   - Боевой маг? - изумился Синьярамен. - Не ас... не чародей?
   - Нет, не чародей. И не... - Элемар, как и его собеседник ранее, изогнул губы в многозначительной улыбке.
   - Вы молоды, - заметил тот.
   - Я не успел себя особо проявить. Если не считать тот огненный шар, который я запустил легату в... пониже спины... - озвучил альтмер свою легенду.
   Почти полностью правдивую, к слову - благодаря Косадесу, сумевшему раздобыть эти сведения. Только немного отредактированную Вторым - настоящий Суротано из Даска залепил огненным заклятьем не в бронированную задницу некоего легата Квинтилия, а в физиономию, от чего тот умер на месте. И, если бы не свидетельства сослуживцев в пользу альтмера и не вскрывшиеся после расследования махинации и злоупотребления покойного Квинтилия, беднягу казнили бы, не утруждаясь переводом в столичную тюрьму. А так - можно сказать, что Суротано дали шанс начать новую жизнь, пусть и не в самой гостеприимной провинции Тамриэля. И не его вина, что он до этого не дожил...
   "Осторожнее со словами, - вдруг подал голос Второй. - Если судить по тому, что о нем говорили, этот парень, скорее всего, торговец информацией. Я, конечно, могу ошибаться, но лучше перестраховаться".
   "Учту", - мгновенно подобрался Элемар.
   Торговец информацией? Не потому ли остальные опрошенные альтмеры отправляли его к этому Синьярамену?
   - И что же привело вас в Садрит Мору, - с небрежностью, показавшейся насторожившемуся Элемару несколько нарочитой, полюбопытствовал торговец. - Да ещё и в такой... - он запнулся, явно подбирая вежливое определение, - такой неподходящей компании?
   "Неподходящий компаньон" как раз, видимо, созрел для чего-то большего, нежели облапывание мохнатых каджитских прелестей, и, чудом не снеся пару оказавшихся на его пути стульев, целеустремлённо поковылял в сданную ему комнату, таща за собой слабо упирающуюся рабыню. Обернувшийся на производимый ими шум Элемар покачал головой.
   "Жалко девчонку", - тихо вздохнул в районе затылка Второй.
   Альтмер молча согласился с ним, но даже не шелохнулся, чтобы помочь. Раз уж хозяева каджитки не торопятся защищать свою собственность от посягательств оборзевшего постояльца, то ему и вовсе вмешиваться не стоит.
   - Мне было поручено найти одного... нашего соплеменника. А это, - он качнул головой в сторону, куда ушёл Сертиус, - человек заказчика.
   - Что за злодеяние совершил этот несчастный, коль скоро по его душу отправили боевого мага с явными навыками ассасина? - изумлённо поднял брови Синьярамен.
   "Вот так, дружище, - хмыкнул Второй. - Твою клинковскую подготовку этот парень вычислил на раз. Профессионал, что ни говори. Хотя я не помню, чтобы ты говорил о подготовке на ассасина".
   "А меня на него и не готовили. Моей специализацией должен был стать шпионаж. А ассасинство... что-то мне подсказывает, что это твоё влияние".
   Дух удивлённо крякнул и затих.
   - О, ничего такого, - расплылся в улыбке Элемар, отвечая уже Синьярамену. - Альтмер, которого я ищу просто... позаимствовал у моего заказчика некую вещь, которую тот желал бы вернуть. Только и всего.
   - Воришка? - с нескрываемым разочарованием протянул торговец, откидываясь на спинку своего стула. - Но что он мог украсть такого, чтобы возвращение этой вещи потребовало дополнительной охраны?
   Элемар напрягся, постаравшись, впрочем, этого не показать.
   - Вы же понимаете, сэра, что я не могу вам этого сказать, - лукаво посмотрел он на Синьярамена. - Да и дело отнюдь не в ценности этой вещи - не столь уж и высокой, к слову, если отбросить степень привязанности к ней её хозяина.
   - А в чем же?
   Альтмер тоже принял более расслабленную позу, подавляя желание потереться затылком о жесткий ворот мантии - кожу от внутреннего напряжения начинало сводить. Несмотря на всю его шпионскую подготовку в Храме, разговор с опытным торговцем информацией, явно привыкшим не только слушать произносимое, но и читать язык тела собеседника, разговор, полный умолчаний, недомолвок, коротких неискренних улыбок, был невероятно тяжел. А спихивать его на Второго было уже поздно: несмотря на то, что обмен был для них обоих уже привычен и проходил почти незаметно - иногда буквально на ходу - со стороны наверняка мог быть отслежен. Да и изменившийся "рисунок движений" не смог бы не вызвать вопросов.
   - В том, что я в Морровинде совсем недавно и еще не успел зарекомендовать себя. Поэтому пришлось соглашаться на дополнительное условие в виде компании небезызвестного вам господина. Да и он поначалу произвел на меня хорошее впечатление.
   Торговец понимающе прикрыл глаза:
   - Понимаю. Мне в начале моего пути тоже приходилось соглашаться на не слишком выгодные сделки. Но вы сказали "альтмер"? Возможно, я смогу вам помочь - так вышло, что я давно живу в Садрит Море. Наших соотечественников тут немного, и я немного знаком со всеми... или почти со всеми.
   - Буду признателен, если это окажется так. Тусамиркиль из Гильдии Магов Волверин Холла очень хорошо о вас отзывался.
   Синьярамен польщённо улыбнулся.
   - Но все же?
   - Что ж, извольте. Мер, которого я ищу - некто Моссанон, служащий Восточно-Имперской Компании. Вам знакомо это имя?
   - Моссанон? - Синьярамен потер гладкий подбородок. - Да... Да. Мы недавно встретились на рынке, там и познакомились. Новое лицо, сами понимаете...
   "Интересно, - хмыкнул Второй, - парню он тоже нахамил, а потом извинился?"
   "Не обязательно".
   - Он был с местной женщиной из Телванни, - торговец бросил короткий взгляд на Элемара и со слегка виноватой улыбкой сообщил, - не могу вспомнить её имя. Кажется, у неё высокопоставленная родственница в Доме Телванни... Ах, как досадно...
   - Ничего страшного, - отмахнулся в ответ Элемар, - имя этой девушки, думаю, можно будет узнать у других женщин. Особенно, если она так красива, как мне говорили. Вряд ли кто-то из них откажется от возможности перемыть косточки конкурентке - женская зависть страшна, - процитировал он недавнее высказывание Второго.
   - Разумная мысль, - медленно проговорил Синьярамен, смерив его странным взглядом.
   - Но, простите, я вас перебил...
   - Ах, пустое, - торговец, как и сам Элемар минуту назад, небрежно отмахнулся. - Так вот, мы побеседовали с этим юношей, а после встретились еще раз. Я заметил, что они очень застенчивы, даже, пожалуй, зажаты - и теперь-то я понимаю, почему. Но они казались такой хорошей парой, поэтому мне не хотелось вмешиваться в их жизнь.
   - Надеюсь, мне удастся договориться с ними полюбовно, - пробормотал Элемар.
   Синьярамен выпрямился.
   - Сэра Суротано, я ощущаю некоторую ответственность за эту пару. Мне бы не хотелось, чтобы... у них были неприятности.
   - Ну, я не могу гарантировать, что хозяин вещи не пожелает разобраться с парнем потом. А от меня не требовали наказать вора. Только вернуть украденное.
   - Что ж, я надеюсь, юноша проявит благоразумие.
   - Я тоже, - Элемар встал. - Могу я рассчитывать, что мой интерес пока останется неизвестен его... объекту?
   Торговец прикрыл глаза:
   - Разумеется, сэра.
  
   Глава 15. Наяву и во сне
   - Эксперт в Колдовстве, говорите? - Ангаредэль задумчиво куснул зажатый в руке пирожок. - Здесь, в Садрит Море?
   Элемар кивнул, следуя его примеру - альтмер застал префекта за трапезой и, недолго думая, присоединился, чтобы обсудить дела, не откладывая. Правда, себе заказал не пирожки с грибами, которые с явным удовольствием уплетал данмер, а полюбившиеся с первого дня на Вварденфелле виквитовые лепёшки с никсятиной и горьколистником.
   - Ну, - прожевав, продолжил Ангаредэль, первый, кто приходит на ум - господин Нелот, хозяин Тель Наги. Он сильный волшебник и специализируется именно на колдовстве. Но... это бессмысленно - из-за призрака трактир приносит гораздо меньший доход. И городу, и лично господину Нелоту. А кроме него... - данмер покачал головой, - в Садрит Море я, пожалуй, не знаю никого, кто... Нет, - вдруг оборвал он сам себя, - подождите. Улени Хелеран из Гильдии Магов в Волверин Холле!
   - Вы уверены? - переспросил альтмер.
   - Уверен, - энергично кивнул префект. - Улени Хелеран сильная волшебница и сильна она как раз в магии призыва. Вот только к её талантам прилагается вздорный характер. Да... - снова кивнул он, - это наверняка она.
   Элемар степенно кивнул. С учётом полученных от Второго сведений выходило, что колдуна-хулигана они нашли. Осталось лишь добиться признаний от самой сэры Хелеран.
   "Кстати, - вдруг вспомнил он. - Помнишь того чудика из Кальдеры, которого терроризировал призрак? У которого подвал сообщался с родовой гробницей? Если я правильно помню, там над входом была надпись: "Кард'рун Хелеран". Не родственничка ли этой дамочки мы тогда упокоили?"
   "Весьма вероятно, - отозвался дух. - К тому же, что нам мешает спросить?"
   "Кроме дурного настроения сэры Хелеран? Да ничего, в общем-то".
   "Тогда дожёвывай свою лепёшку, и двигаем в Волверин Холл - сэра Ангаредэль уже сожрал свои пирожки и явно ждёт, когда ты свалишь. Подсказать быстрый способ?"
   "Не надо".
   Заклинание Божественного Вмешательства сработало с первой попытки. Давешний лекарь, пользовавший Сертиуса, встрепенулся, но увидев, что прибывший вполне здоров, только приветственно кивнул и вернулся к возне с флаконами. Однако Второго вдруг озарила идея.
   "Стоять! Ну-ка, поинтересуйся, не мелькала ли тут в последнее время наша дамочка?"
   Оказалось, что госпожа Улени Хелеран действительно в последнее время зачастила в часовню Имперского культа, используя заклинание Божественного Вмешательства. На вопрос, когда именно начались эти её загадочные прибытия в часовню, лекарь, подумав, сообщил, что примерно в то же время, что и безобразия в Привратном трактире. И что магичка, за что-то сильно невзлюбившая префекта Ангаредэля с первой их встречи, выглядела весьма довольной, слушая гуляющие по Садрит Море сплетни о призраке. Учитывая её "озорной", по выражению целителя, характер и немалые познания в магии Школы Призыва, вполне вероятно, что она имеет отношение к неприятностям префекта.
   "Потрясающе, - проворчал Второй. - Все всё знают, но никто даже не почесался, чтобы просто сложить два и два".
   "Я подозреваю, что некоторые давно сложили и просто развлекались бесплатным зрелищем", - хмыкнул альтмер.
   "Ну да, - фыркнул в ответ дух. - Всё, как и везде - нет ничего более интересного, чем злоключения соседа".
   Сама Улени Хелеран - довольно молодая, хотя и заметно старше той же Арары Увулас, привлекательная данмерка с непослушной гривой огненно-рыжих волос, оттенком неприятно напомнившей Элемару про гостью его нечастых кошмаров - даже и не подумала отрицать свою причастность к беспорядкам в Привратном:
   - Все верно, малыш, это действительно делала я, - магичка расхохоталась, с вызовом глядя на альтмера. - И что с того? Надеюсь, этот болван как следует прочувствовал все это, а? Проклятый зануда притащил меня в магистрат, когда я в первый раз приехала в Садрит Мору, потому что у меня не было этого их дурацкого Удостоверения Гостя. Меня протащили через полгорода под стражей, как какую-то мелкую мошенницу. И все из-за бумажки, непригодной даже на подтирку!
   - Я понимаю ваше возмущение, кэна, но сам префект Ангаредэль терпит от вашей шутки, в основном, финансовый урон. А меня, к примеру, призванный вами призрак атаковал вполне физически, хотя я вам до этой минуты никакого ущерба не наносил, - на последних словах Элемар позволил себе добавить в интонацию немного укоризны.
   Магичка медленно кивнула.
   - Ты прав. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то пострадал от моей маленькой шутки. К тому же она явно теряет свежесть... Хорошо, можешь сказать Ангаредэлю, что привидений в трактире больше не будет. Только...
   Улени замолчала, ненадолго задумавшись, но почти сразу же пакостно ухмыльнулась. Элемар напрягся. А она, развернувшись к письменному столу, за которым сидела, схватила перо и принялась что-то торопливо строчить.
   - Так... - просмотрев написанное, магичка скатала лист бумаги трубкой и протянула ему: - Окажи мне услугу, передай это Ангаредэлю и скажи, что это от меня.
   - И что это? - поинтересовался альтмер, не торопясь брать записку в руки.
   - О, ничего опасного для тебя, - вновь засмеялась данмерка. - Небольшая шутка напоследок - "Свидетельство о Беспризрачности".
   "Бери, куда деваться, - вздохнул Второй. - Без этой дурацкой бумажки префект вряд ли поверит в то, что призрак больше не появится".
   "А как насчёт гонца, принёсшего дурную весть?" - недовольно отозвался Элемар.
   "Будем надеяться, что его гнев будет обращён исключительно на магичку", - снова вздохнул дух.
  

***

   - Откуда мне знать, что ты не придумываешь? - скептически поднял брови Ангаредэль. - Ты можешь это как-то доказать? Больше, знаешь ли, похоже на то, что ты решил получить награду, ничего ровным счётом не сделав.
   Альтмер вздохнул и полез за писулькой, вручённой Улени Хелеран:
   - Я-то могу - сэра Хелеран сама призналась, что призрака натравливала она. Кажется, она даже гордится устроенными вам неприятностями. И в качестве подтверждения, что призраки в трактире больше не появятся, попросила передать вам этот... хм, документ. Но я бы не рекомендовал его читать...
   Префект нетерпеливо развернул протянутый ему свиток.
   - Что-о?! - взревел он, вчитавшись.
   Элемар обречённо прикрыл глаза, зная, что именно вызвало такую реакцию. Текст "свидетельства" он, разумеется, читал:
   "...Госпожа Леди-Маг Данмер-Издалека, Высокий Инспектор Постоялых Дворов города Садрит Мора, объявляет Привратный Трактир свободным и чистым от всяких иномирных, враждебных и злобных существ, за исключением мощного и раздражающего запаха, который поднимается от Префекта Гостеприимства, именуемого Ангаредэлем, который, невзирая на противоестественную мощь своей отвратительности, может происходить и из совершенно более мирских источников.
   Подписано,
   Мутсера, Госпожа Леди-Маг Данмер-Издалека от имени Супер-Сверх-Очень Суверенного Совета Магов Без Пальцев в Прямой Кишке"(27).
   Ангаредэль отшвырнул листок "свидетельства" на стол и потёр руками лицо.
   - Нет, ну какова наглость этой чужеземки! - бормотал он. - Значит, она прокляла меня, когда ей не удалось её мошенничество с Удостоверением Гостя... Ну, что ж. Я ей этого так не оставлю.
   Он поднял взгляд на Элемара.
   - Что ж, сэра. Ты действительно заслужил свою награду. Как я и обещал, у меня есть несколько зачарованных вещиц. Любая из них твоя.
   Данмер полез в ящик своего письменного стола и выложил на столешницу несколько простеньких колец, попутно объясняя их свойства.
   "Бери любое, - посоветовал дух. - Всё равно это барахло только на продажу и пригодно".
   Элемар выбрал "Кольцо Мага" - тоненькое серебряное колечко, незначительно увеличивавшее интеллект и силу воли владельца при активации. Действительно, барахло - найденный когда-то в гробнице аметистовый перстень, едва не стоивший ему жизни, прояснял мозги куда как лучше и без дополнительных телодвижений. Правда, Второй почему-то настоятельно не рекомендовал носить его постоянно... впрочем, альтмеру обычно дополнительная стимуляция интеллекта и не требовалась.
   - Замечательно, - одобрил Ангаредэль его выбор.
   Впрочем, альтмер подозревал, что то же самое префект произнёс бы, выбери он любое другое кольцо. Но оказалось, тот ещё не договорил:
   - И... большое спасибо тебе за помощь. Я не забыл, что обещал порекомендовать тебя моему знакомому чародею из Телванни. При следующей нашей с ним беседе я обязательно упомяну тебя и твою помощь в этом неприятном деле.
   "А вот эта награда значительно ценнее дурацкой побрякушки. Хорошая репутация всегда полезна", - оживился Второй.
   - Вы меня очень обяжете, - наклонил голову Элемар.
   Беготня по городу его довольно сильно утомила, да и Второй напомнил о лежащем в заплечной сумке свитке с выписками по зачарованию. Сертиус не показывался, не было видно и рыжей рабыни-разносчицы, но этот факт Элемар отметил почти безразлично. Ему самому, к счастью, претензий из-за поведения спутника никто не предъявлял.
   Однако заняться после ужина теоретическими основами зачарования им было не суждено - в комнате Элемара дожидалась гостья. Расположившаяся в одном из кресел Улени Хелеран по-кошачьи улыбнулась оторопевшему альтмеру и, обойдя его, уверенным жестом закрыла дверь на задвижку. Мысли же самого Элемара упорно формулировались исключительно в одни и те же два слова:
   "Какого Обливиона?"
   Нет, как она попала в запертую на замок комнату, он догадывался. Но оставался вопрос "зачем?" Из личных вещей он оставлял тут разве что доспехи - покрой мантии предусматривал, конечно, ношение её поверх брони, но дело же ещё в производимом впечатлении... да и стражники косятся.
   Тёплые женские руки легли ему на плечи, провели по спине...
   Второй пробурчал что-то некуртуазное, буркнул чуть погромче "меня нет" и попытался затаиться. Однако альтмер был резко против - было у него ощущение, что нынешней ночью ему опять приснится истерически хохочущая эльфийка, заносящая над ним полыхающий синевой меч. И он не был уверен, что переживёт пробуждение, если, открыв глаза, увидит перед самым носом копну рыжих волос того же оттенка.
   "Выстави её! - буквально взмолился Элемар, отчаянно выпихивая обалдевшего духа "наружу". - Делай, что хочешь, но выстави эту... рыжую к дреморовой матери".
   А волшебница вновь обошла стоящего столбом альтмера и потянула к кровати. Второй моргнул и послушно шагнул следом.
   - Кэна?
   - Улени, малыш, - в голосе магички слышалась лёгкая усмешка. - Здесь и сейчас зови меня по имени.
   "Не вздумай..." - начал было Элемар.
   Но Второй коротко рыкнул:
   "Сдристни. - И добавил: - Закуклись там, раз уж невмоготу..."
   Следующий шаг он уже уверенно сделал сам, аккуратно высвободив рукав и приобняв не возражающую данмерку...
  

***

   ...Он беспомощен и неподвижен, как туго спелёнатый младенец. От душного запаха благовоний, пропитавших одежды
   (малый походный жреческий набор, мелькает в голове короткая мысль)
   в голове мутится и тяжело дышать - приходится прилагать усилия для того, чтобы сделать очередной вдох. Какой-то частью разума он понимает, что это конец - его предали те, кому он верил больше всего. Предали его и всё, ради чего он сражался все эти годы.
   - Предатели... - слышит он натужный малоразборчивый хрип
   (странное дело, раньше он, кажется, не мог произнести ни звука, бессильно и безмолвно наблюдая происходящее со стороны - и в то же время остро чувствуя всё, с ним происходящее)
   и понимает, что этот хрип - его.
   Он не спрашивает "почему?" и "за что?" - последние силы ушли на то, чтобы протолкнуть сквозь неподвижные губы одно-единственное слово. К тому же он и так знает ответ. С самого начала он знал, что такое возможно. Слишком велик соблазн... Вот только не ожидал, что предателями окажутся именно они... Те, кто всегда стоял на шаг позади, надёжно прикрывая его спину. Те, кого он мнил частью себя. Те, от кого - он надеялся - можно было не ждать в эту самую спину удара...
   Седой не от старости мудрец с вечным отрешённым взглядом наклоняется к нему и, что-то беззвучно говоря, расцеловывает его лицо точными касаниями эбонитового клинка, сняв затем кожу так же аккуратно, как делал и все остальное ранее, а он рад бы зайтись в крике, но не может даже сморгнуть кровь, затекающую в глаза...
   (и снова странность - он не помнит этого в прошлых своих снах)
   Бережно растянув снятую кожу на пальцах - он видит это даже сквозь алую кровавую муть - мудрец показывает её опершемуся на копье белоголовому юноше с яркими синими глазами на тонком лице, который уже давно не юноша, но муж... точнее, мог бы им стать, если бы меньше вожделел мужчин. Он сам некогда был объектом его вожделения. Не разделяя таких устремлений, он все же относился к ним снисходительно
   (некая часть внутри него отчаянно протестует, однако часть эта - он-но-не-вполне)
   Мудрец вновь обращается к юноше и тот отвечает, но рты говорящих безгласны и немы. Они ведут беседу между собой
   (откуда-то он знает, кто они, знает-но-не-помнит их имена, знает-но-не-помнит, кто он сам, знает-все-но-не-помнит-ничего...)
   однако единственный звук, который он слышит - его собственное хриплое дыхание.
   Красная муть перед глазами становится гуще, скрывая безмолвных собеседников
   (и его палачей - он уже давно знает наперед, чем это кончится)
   мягко колышется, и он понимает
   (он видит это не в первый раз)
   что это волосы. Длинные пушистые локоны медно-багряного цвета, обрамляющие треугольное женское лицо с высокими скулами и острым подбородком. На золотистой коже темнеют татуировки, а тонкогубый рот недовольно сжат. Тонкий палец касается освежёванного лица, порождая вспышку ослепляющей боли, но вместо вопля из глотки вырывается только беспомощный хрип.
   Женщина наклоняется к нему, что-то тихо шепча
   (он видит лишь шевеление губ, с которых не слетает ни звука)
   и каждое слово вспарывает его разум так же болезненно, как эбонитовый кинжал немногим ранее вспарывал кожу, наполняя его горечью, а взгляд - он помнит их цвет, видит даже сквозь кровавую муть - золотых с прозеленью глаз почти обжигает торжеством и наконец не скрываемой ненавистью.
   Женщина отодвигается, занося над головой пылающий синим колдовским огнём кривой клинок - парный подарок к его собственному, утраченному
   (кто, когда и почему подарил эти мечи? Ответ где-то рядом, но он не может его найти)
   Он снова сожалеет о невозможности прикрыть глаза - малодушно, да, но он не в силах больше смотреть на это почти ритуальное глумление - но меч, на миг зависнув над головой владелицы яркой звездой, мгновенным росчерком описывает невозможно-синий правильный полумесяц
   (есть в этом действе какой-то скрытый символизм, и он знает, какой именно - знание это для него естественно и оттого так болезненна эта символизация... но смысл её по-прежнему ускользает от разума)
   и на излёте с силой врезается в землю где-то возле его ног... Нет! Не возле... Но зачем?
   (это тоже символ, но в этот раз он и не-вполне-он равно теряются в догадках, что это должно было значить)
   Он не чувствует боли физической, он уже вообще почти ничего не чувствует - но боль души с успехом заменяет телесную. И копье белоголового, пронзившее его насквозь и вышедшее из спины, не делает эту боль сильнее. Только мелькает мимолетная мысль, что он о чем-то... о ком-то?.. забыл. Но обдумать её он не успевает - все вокруг заливает тьма...
  
   ...Он беспомощен и слаб, как новорожденный младенец. От душного запаха крови и испарений, поднимающихся из провалов в полу
   (двемерские бассейны для Крови земли - мелькает мысль)
   в голове мутится и тяжело дышать - приходится прилагать усилия для того, чтобы сделать очередной вдох. Какой-то частью разума он понимает, что это конец - его предал один из тех, кому он верил больше всего. Предал его и всё, ради чего он сражался все эти годы.
   С самого начала он знал, что такое возможно. Слишком велик соблазн... Вот только надеялся, что предателем не окажется именно он... Тот, кто всегда стоял на шаг позади, надёжно прикрывая его спину. Тот, кого он мнил частью себя. Тот, от кого - он надеялся - можно было не ждать в эту самую спину удара...
   Перед глазами, словно наяву, вновь встаёт лицо предателя, исказившееся от боли, гнева и непонимания, когда
   (нет, безрадостно возражает что-то... кто-то?.. внутри, не когда - до того)
   в тело его вошло лезвие меча, залив алые одежды алой же кровью. Его заботливость была лишь лживой маской стяжателя, внезапно получившего вожделенное сокровище и не желающего с ним расставаться вопреки данной клятве.
   (некая часть его бессловесно протестует, но эта часть - не-вполне-он)
   Седой не от старости мудрец с вечным отрешённым взглядом наклоняется к нему и, что-то беззвучно говоря,
   (он почему-то со страхом ждёт боли от быстрых росчерков эбонитового клинка на пылающей жаром коже)
   скорбно качает головой и поворачивается, обращаясь уже к опершемуся на копье белоголовому юноше с яркими синими глазами на тонком лице, который - он знает - больше, чем просто юноша... и тот отвечает, но рты говорящих безгласны и немы. Они ведут беседу между собой
   (откуда-то он знает, кто они, знает-но-не-помнит их имена, знает-но-не-помнит, кто он сам, знает-все-но-не-помнит-ничего...)
   однако единственный звук, который он слышит - его собственное хриплое дыхание.
   Перед глазами вдруг расплывается красная муть. Мягко колышется, и он вдруг понимает, что это волосы.
   (часть его, которая не-вполне-он вдруг заходится ужасом и бессильной яростью)
   Длинные пушистые локоны медно-багряного цвета, обрамляющие треугольное женское лицо с высокими скулами и острым подбородком. На золотистой коже темнеют татуировки, а небольшой тонкогубый рот изогнут в мягкой сострадающей улыбке. Тонкие пальцы касаются пылающего лица, даря облегчение своей прохладой, но вместо благодарного "моя богиня" из глотки вырывается только беспомощный хрип.
   Женщина - богиня! живая, близкая, из восхитительной плоти и горячей крови - наклоняется к нему, что-то тихо шепча
   (он видит лишь шевеление губ, с которых не слетает ни звука)
   и каждое слово, как и множество раз прежде, наполняет его существо умиротворением и тихим восторгом
   (но почему же где-то внутри по-прежнему нарастает ощущение неправильности происходящего, неколебимая уверенность в том, что это какой-то фарс?)
   а взгляд - он помнит их цвет, видит даже сквозь предсмертную муть - золотых с прозеленью глаз сияет мягким теплом и бесконечной нежностью. Она спрашивает что-то, о чем-то просит - он уже не способен разобрать ни слова, но это важно - и ради своей богини и этой улыбки на её прекрасном лице он готов согласиться на что угодно, однако сил не хватает даже на слабый кивок, и все вокруг заливает тьма...
  
   ...Тревожный багровый сумрак заполняет все вокруг
   (снова красное... всё снова красное!)
   Он лежит, распростёршись на каменной поверхности, подобной столу, нагой и слабый, ощущая, как от холода немеет тело.
   Внезапно сумрак светлеет, пространство вокруг заливает сияние - такое же багровое и тревожащее.
   Из света выступает высокий силуэт в золотой маске, протягивая ему руку, словно предлагая помощь...
   (он не видит своей руки, но чувствует жар чужих пальцев на запястье и оказывается стоящим, не сделав ни единого движения)
   Влекомый этой властной рукой, он следует за силуэтом, ступая по холодным камням босыми ногами - след в след... зачем? Он не знает, но это кажется правильным.
   Из багровой тьмы вокруг выступают новые и новые фигуры. Пространство заполняется множеством голосов
   (в их тихом шелесте он слышит своё имя... он слышит его, узнает, однако звук его же имени ускользает от него)
   но губы пришедших безмолвны, лица неподвижны, а глаза закрыты. Силуэт в золотой маске заговаривает с ними, приветствуя, как старых друзей, но те по-прежнему безгласны и недвижимы.
   Он вглядывается в лица - они знакомы ему, все они. Он помнит каждого, но не может вспомнить ни одного имени - вспышки узнавания слишком мимолётны - и понимает, что все они давно мертвы.
   Крик ужаса рвётся изо рта, силуэт в золотой маске оборачивается - он чувствует чужие недоумение и тревогу, медленно сменяющиеся тяжёлым жарким гневом - но грудь его так же неподвижна и бездыханна, как и у остальных, и отчаянно напрягающееся горло не издаёт ни звука.
   Одна из мёртвых фигур вдруг открывает глаза и, сделав длинный текучий шаг вперёд - багряный сумрак густеет и плащом ложится на её широкие плечи - поднимает руку. Мёртвые губы, покрытые отвратительными язвами, шевелятся...
   - Проснись! - гремит смутно знакомый голос, а лицо внезапно обжигает хлёсткая пощёчина.
   Он отшатывается...
  
   Элемар вскочил на постели, жадно хватая ртом воздух. В ушах все ещё звучал чужой повелительный окрик, а сердце колотилось так, словно пыталось пробить ребра насквозь. Альтмер застонал и, закрыв лицо ладонями, повалился обратно на кровать.
   Сон. Просто сон...
   В следующее мгновение он едва не подскочил опять: "дыхания за спиной", как он ощущал всегда присутствие Второго, не было! Элемар изо всех сил давил подступающую панику - в конце концов, у него вчера имелся неплохой повод для плохих снов, а с духом он после ухода Улени Хелеран здорово расплевался, отчего Второй психанул и... Элемар уже тогда перестал ощущать его присутствие! Уйти он не мог, альтмер знал это точно - что бы ни привязало духа к нему, освободиться от этой привязи он мог только со смертью носителя и процесс принудительного освобождения был бы крайне болезненным. Сейчас же он не ощущал ничего, что указывало бы на новую попытку Второго разорвать эту связь... да и не настолько они вчера рассорились...
   "Второй?" - осторожно позвал он.
   "Я здесь".
   Голос духа был слышен так же, как и обычно, но присутствия его по-прежнему не чувствовалось.
   "Ты тут! - обрадованно выдохнул альтмер. - А я уж было..."
   "Обрадовался? - в голосе духа явственно прозвучала насмешка, но какая-то... добродушная и от того совсем необидная. - Мне надо было подумать".
   "Я... видел сон".
   Второй молчал так долго, что Элемар снова занервничал. Успокаивало лишь то, что он явно перестал закрываться - ощущение присутствия вернулось вновь.
   "Я... тоже, - наконец, неохотно проговорил тот. - Даже три".
   От этого признания Элемара так и подбросило - до этого Второй неоднократно утверждал, что не видит снов. По словам духа, в часы, когда сам альтмер отдыхал, он или бдел - если спать приходилось где-нибудь за пределами поселений - благо, сам во сне не нуждался, или погружался в некое состояние "ничегонедуманья", как он это назвал. По мнению же Элемара - просто медитировал. В конце концов, даже бесплотный дух может время от времени нуждаться в отдыхе.
   И вот теперь - это...
  
   Глава 16. Моссанон
   В своей комнатушке альтмер проторчал почти до самого обеда. Вспоминал - по настоянию Второго - каждый из увиденных снов в деталях. Потом записывал все, что сумел вспомнить. И напоследок - вытряс из крайне задумчивого духа рассказ о его сновидениях. После чего озадаченно чесал затылок.
   Самым загадочным моментом было то, что сон, который он изредка видел прежде, в этот раз значительно отличался. Не сюжетом - сюжет-то как раз повторился точь-в-точь до малейшей детали... если, конечно, не заострять внимание на полностью отсутствующих звуках, чего прежде не было. Главное отличие было в ощущениях - до того, как с удивлением осознал Элемар, он был все же не участником, а наблюдателем. В этот же раз он ощущал все - спазмы в груди, мешающие сделать вдох, скрежет эбонита по кости, отдающийся вибрацией по всему черепу...
   Но при этом у него создалось отчетливое впечатление, что все это - несмотря на всю полноту ощущений - происходило все-таки не с ним. Не с ним, а с кем-то еще - с кем-то, кто разделил с ним это видение. И единственным кандидатом в эти "кто-то" был Второй. Тем более, что чувство раздвоенности во время второго сна было куда отчетливее - словно кто-то шептал в затылок, сомневаясь, опровергая, говоря, что все было совсем не так... Однако дух, с которым альтмер поделился этим своим соображением, соглашаться не торопился, сначала плеснув в ответ молчаливым изумлением, а потом и вовсе погрузившись в раздумья. И единственные услышанные от него за полдня слова:
   "Да ну, нахуй... быть такого не может!" - были адресованы отнюдь не изнывающему от любопытства альтмеру.
   Элемар молчал, терпеливо ожидая, что скажет Второй, и гадая, насколько этого терпения ему хватит. Про третий сон он пока старался не думать - и так было понятно, что его наслал Дагот Ур. А если и там обнаружатся какие-то странности... Нет уж, для начала стоит с первой парой кошмаров разобраться - очевидно же, что между первым и вторым снами есть тесная взаимосвязь...
   "И что это может значить?" - не выдержал, наконец, он.
   "Не знаю", - угрюмо буркнул дух.
   "А если подумать? Мы увидели два варианта явно одного и того же события. Ты в свое время говорил том, что..." - Элемар зажмурился, пытаясь вспомнить некогда рассказанную самим духом теорию - с одной стороны здорово отдающую безумием, а с другой удивительно логичную.
   В ответ он услышал стон.
   "Ты о двойственном прошлом?" - как-то обреченно поинтересовался Второй. - Во-первых, я забыл хорошо, если половину того, что когда-то знал об этом - притом, что и знал-то я далеко не все. Во-вторых, то, что я знаю, и то, как оно было, может здорово различаться. Я еще не все "Проповеди" собрал, чтобы какие-то теории выдвигать".
   Элемара перекосило - проклятые "Тридцать Шесть Проповедей Вивека" стоили столько, что за один том можно было удавиться. Или удавить кого-нибудь еще. За один даэдра драный том! А их тридцать шесть, по числу проповедей - или уроков, как их еще называли.
   "В Обливион теории! Ты мне скажи: эти сны - воспоминания?"
   "Возможно", - неохотно отозвался Второй.
   "Не увиливай! Ты знаешь - а я знаю, что ты знаешь - кто убил Неревара. Из книжек, из видений, из... да какая разница, откуда? Главное - тебе это известно. Так скажи мне - какое воспоминание из увиденных нами истинно?"
   Дух тяжело вздохнул.
   "Вообще-то - оба".
   "Что?!"
   "Я говорю - сейчас истинны оба варианта".
   "Сейчас... - нахмурившись, медленно повторил Элемар. - А... э-э, изначально?"
   "Да не знаю я! Думаешь, почему я так упёрся в эти долбаные "Проповеди"? Есть теория, что Вивек зашифровал в них тайное послание. Но чтобы прочесть его, нужны все тридцать шесть долбаных томов! И далеко не все тома есть в открытом доступе".
   "А если никакого послания нет?"
   "Тогда пиздец. Мне. У тебя будут все основания выскрести мне мозг ложечкой для специй... если, конечно, у меня к тому моменту будет собственный мозг".
   "Слабое утешение", - хмыкнул альтмер.
   "Меня больше волнует другое - кто был тот парень, который так вовремя съездил мне... нам... по морде, чтобы разбудить? Я ведь его узнал. И даже обрадоваться его роже успел, точно родной. А теперь..."
   "Подожди... - опешил Элемар. - Какой еще парень? Я думал, это ты меня... гм, разбудил".
   "Нет, - медленно и даже несколько настороженно ответил Второй. - Это совершенно точно был не я. Потому что навеянный сон мы, похоже, видели одновременно. И по морде получили, надо полагать, тоже одновременно..."
   "Но... от кого?"
   "Вот и я хотел бы это узнать".
   "Мозговой штурм", как назвал их дальнейшие размышления все тот же Второй, ни к чему не привел. Альтмер всерьез подозревал, что у "соседа по черепу" какие-то соображения имеются, но тот наотрез отказался с ними делиться. Как обычно.
   "Когда-нибудь я набью тебе за это морду", - сдаваясь, тоскливо протянул он.
   "Славная будет драка, - с мягким смешком отозвался дух. - Ты же не рассчитываешь, что я дам себя безнаказанно отбуцкать?"
   И, мягко отодвинув альтмера "внутрь", встал - пустой желудок недвусмысленно намекал, что идея пропустить завтрак была не самой удачной.
   Пирожков Фары в этот раз не было, как и полюбившихся Элемару лепёшек с никсятиной. Да и вообще с едой было как-то невесело. До обеда было еще далеко, поэтому Эри без особой надежды предложила альтмеру холодную мусковую похлёбку, но он торопливо отказался. Давешняя рыжая каджитка робко жалась в углу, явно стараясь не показываться никому на глаза, и периодически испуганно поглядывала на Эри. Сертиуса, напротив, вновь не было видно. Подумав, Элемар попросил бумагу и перо - искать Моссанона он, разумеется, пойдет сам, но вот потом, когда... или если шкатулка с векселями окажется у него, задерживаться в Садрит Море причин не останется. Если, конечно, бравый охранник опять не напьется. О чем он и решил того предупредить. С формулировкой, правда, возникли некоторые трудности - у альтмера, припомнившего вчерашние "пять минут позора", фразы получались исключительно издевательские, хотя формально они не выходили за рамки вежливости. Положение спас Второй, надиктовавший вполне нейтральный текст. Записка была вручена рабу-аргонианину, с просьбой передать её постояльцу по имени Суэттиус Сертиус. Ящер прошипел что-то неприязненное на джеле, но записку забрал. А сам Элемар направился на рынок - где, как не там, лучше всего обмениваться сплетнями? А уж данмерская девушка, сожительствующая с иноземцем, не может не быть объектом для пересудов... Заодно там, возможно, удастся разжиться чем-нибудь съедобным.
  

***

   - Высокий эльф, встречающийся с "привлекательной" женщиной Телванни? - хорошенькое личико торговки Арангаэр, раскладывающей на широком прилавке овощи и специи, скривилось в презрительной гримасе, сделавшей её почти уродливой. - Не знаю таких. Впрочем, есть тут одна... Вольмини Драл её зовут. Племянница госпожи Тельзы. Подцепила недавно себе альтмера. Та-акой красавчик, - босмерка мечтательно подкатила глаза. - И что он только в ней нашел? Она ведь совсем не красавица.
   Элемар сочувственно покивал, давя усмешку. Плохо скрываемая неприязнь в голосе вполне миловидной эльфийки довольно ясно намекала, что нелестная характеристика, данная ею другой девушке, возможно, не соответствует действительности.
   А вот Второму было не до смеха. Осторожно оттеснив альтмера, он заинтересованно переспросил:
   - Госпожи Тельзы? Тельзы Драл?
   Элемар мысленно охнул, мгновенно вспомнив нижний уровень шахты Ашша-Аххе так, словно это было вчера: огненную вспышку, выжегшую воздух - всего на несколько минут, но какими же долгими были эти минуты, - корчащиеся на полу тела, раздирающие одежду на груди, перебитую ударом дреморской булавы руку, с которой хитиновой пылью осыпалась перчатка и разбитый щит... и перекошенное болью и яростью лицо немолодой телваннийки, в последний момент успевшей впечатать окутанную раскаленной аурой узкую ладонь ему прямиком в "узелок Магнуса". И намеки Синьярамена на "высокопоставленную родственницу" девушки предстали совсем в другом свете.
   "Бля", - прокомментировал он неожиданное открытие.
   "Не ссы, прорвемся", - хмыкнул в ответ Второй, не отвлекаясь, впрочем, от беседы с Арангаэр.
   - Ну да, - щебетала босмерка, отчего-то пунцовея под взглядом духа - изнывающий от любопытства Элемар многое отдал бы за возможность увидеть сейчас собственную физиономию со стороны, - госпожа Тельза в Великом Доме Телванни дослужилась до ранга Волшебницы и перебралась в Тель Арун...
   "Нихуясе! - даже мысленный вопль Второго звучал придушенно. - Если я правильно понял, нам с тобой тогда, в Ашша-Аххе, невероятно, немыслимо, просто запредельно повезло. Так повезло, как просто не бывает в жизни. Только в сказках. Потому что эта тётка вполне способна была размазать десяток таких, как ты, и при этом даже не вспотеть".
   Элемар снова вспомнил "огненный кулак" умирающей волшебницы - точнее, как оказалось, Волшебницы - прожегший ему шкуру с мясом почти до грудной кости - шрам от ожога остался, несмотря на то, что Тьермэйллин сделал все, что мог, и даже чуть-чуть больше - и, содрогнувшись, согласился, что везение действительно было запредельным. Хотя он бы совершенно не огорчился, если бы эта их встреча не состоялась вовсе. Правда, это теперь. А тогда кто же знал, что сбежавшая "ведьма из Ашалмавии" - на самом деле высокопоставленная волшебница из Дома Телванни? Пожалуй, сумей тогда Элемар вовремя смыться, "охота на ведьму" была бы отменена - позиции Имперского культа на Вварденфелле не настолько прочны, чтобы бодаться с самым одиозным из Великих Домов Морровинда. Да и с любым другим, впрочем, тоже.
   - А где живет эта Вольмини? - спросил Второй.
   Арангаэр сердито сверкнула глазами, но под взглядом духа смягчилась:
   - Я не знаю точно, сэра. Где-то неподалеку от Волверин Холла. Там живут... не самые, э-э, успешные горожане. Госпожа Тельза, как я слышала, даже хотела продать его, когда переехала в Тель Арун, но потом вдруг передумала и подарила домик своей племяннице. А у той нет ни денег, ни способностей, чтобы содержать его достойно. Неудачница, - презрительно фыркнула босмерка.
   "Да уж, ты был абсолютно прав: женская ревность - страшная штука", - не удержался от комментария Элемар.
   Чтобы сгладить неудовольствие торговки, на которую уже не действовали "умеренно пылкие" - как, посмеиваясь, назвал их Второй - взгляды, дух напоследок поинтересовался, где находится "Дыра в Стене", в котором пекут знаменитые пирожки и купил у босмерки небольшой бумажный фунтик с ягодами комуники - единственное из предлагаемого Арангаэр, что не требовало приготовления, потому что пустующий с вечера желудок выражал недовольство все сильнее. Радовало лишь то, что выражения эти были молчаливыми - развлекать прохожих, шатаясь по городу в поисках трактира под громогласный рёв пустой утробы, не хотелось. Можно было, конечно, переместиться в часовню Имперского Культа в Волверин Холле, а оттуда в таверну "Грязного Мюриэля", но само название трактира убивало всякое желание туда заходить. Даже при том, что на своей территории ребятки с ловкими пальцами из Гильдии Воров вряд ли гадят, обчищая карманы и пояса случайных посетителей. По крайней мере, в балморской "Южной Стене", также находящейся под своего рода патронажем Гильдии Воров, его ни разу не обокрали. Хотя Второй как-то обмолвился, что это могло быть из-за знакомства с Каем. И не только потому что старика там неплохо знали - тот же Бакола Клоссиус вполне мог быть агентом Клинков. Иначе с чего бы Селлус Гравиус отправлял только-только прибывшего в Морровинд альтмера узнавать адрес координатора именно у него, пусть и выразился тогда достаточно обтекаемо?
   Сладковато-горькие, терпкие ягоды вкусом напомнили Элемару незрелый виноград, за которым он с другими мальчишками в детстве не раз лазил в чужие сады... но голод после них только усилился, преобразовавшись в натуральное желание жрать. В довершение ко всему он, похоже, заблудился в лабиринте кривых улочек... Поэтому, когда навстречу голодному и обозлившемуся альтмеру вышли трое громил не самого мирного вида, он почти обрадовался возможности спустить на кого-то накопившееся раздражение.
   п-паньки", - странные интонации в голосе Второго заставили Элемара тут же подобраться, внимательно вглядываясь в неторопливо приближающихся бандитов.
   А в том, что это бандиты, можно было почти не сомневаться - разномастная экипировка, исполосованные шрамами рожи. А уж выражение этих самых рож...
   Шедший слева - крупный, массивный орк - сдернул с плеча мешок. Нет, тут же понял альтмер, не мешок - сеть. Довольно крупноячеистую, связанную из толстых верёвок. Его подельники - двое почти таких же высоких, как сам Элемар, данмеров - сняли с поясов короткие дубинки, обмотанные тряпками.
   Второй выругался.
   "Ловцы рабов, - отрывисто сказал он. - Сеть не руби. Она наверняка усилена проволокой внутри. И ни в коем случае не дай её на себя набросить".
   Элемар коротко выдохнул, радуясь, что сегодня не нарядился в мантию, и выдернул из ножен меч. Зачарованное лезвие тускло сверкнуло зеленью, заставив троицу притормозить и переглянуться. Альтмер же мрачно ухмыльнулся, словно бы в предвкушении схватки, хотя желание подраться стремительно улетучивалось - одно дело схлестнуться с обычными грабителями, и совсем другое - противостоять слаженной команде охотников на людей. Тут не до азарта - отбиться бы... Над сложенной "чашкой" левой ладонью - щит некстати остался в снятой комнате в трактире - повинуясь воле Второго, заплясал небольшой оранжевый язычок пламени: зародыш будущего огненного шара.
   Троица снова переглянулась. Альтмер прищурился. Один из данмеров медленно качнул головой и спрятал дубинку обратно за пояс. Орк помедлил, недовольно раздувая ноздри широкого сплюснутого носа... Элемар напрягся, прикидывая, куда бросить приготовленное заклинание. Второй данмер отступил на шаг и тоже спрятал оружие...
   - Хава! - отрывисто бросил первый. - Лурзук! Хава! Эль эдур морфиджин!(28)
   Орк шумно выдохнул, свернул сеть и снова закинул её на плечо. Но Элемар не спешил расслабляться - он и без подсказок Второго прекрасно понимал, что это может оказаться не более чем уловкой.
   Однако троица ловцов отступила на несколько шагов и медленно обошла провожающего их внимательным взглядом альтмера по широкой дуге. Только когда они отошли достаточно далеко, Элемар позволил себе развеять приготовленное заклинание, спрятать меч в ножны и, облегченно выдохнув, прислониться спиной к нагретой солнцем твёрдо-упругой грибной "стене".
   "Поздравляю, - каким-то бесцветным голосом промолвил Второй. - Тебя и эти приняли за ассасина".
   "С чего ты взял?" - вяло поинтересовался альтмер.
   "А ты разве не слышал?" - так же вяло удивился дух.
   "Слышал. Но половину не понял... - Элемар встрепенулся. - А ты, значит, разобрал, что он говорил?"
   "Ну... да, - озадаченно ответил Второй. - Выговор у него, конечно, как у... даже не знаю, с чем сравнить, но вполне понятный".
   "Как бы тебе сказать... - альтмер отлип от стены и задумчиво почесал нос. - Может, ты не заметил, но этот парень говорил не на тамриэлике. И если призыв сваливать мне знаком по балморским прогулкам, то вот последнюю фразу..."
   "Да иди ты..." - дух плеснул недоверием.
   "Я-то пойду, - хмыкнул Элемар. - Но только если ты мне расскажешь, когда это ты успел изучить данмерис? Нет, я не против - это даже удобно, но тебе не кажется, что..."
   Он осёкся - исходящее от Второго потрясение, казалось, вот-вот выплеснется наружу и затопит улицы Садрит Моры.
   "Данмерис?" - очень-очень тихо и осторожно переспросил тот.
   Ответить Элемар не успел - с той стороны, куда удалились ловчие, раздался испуганно-возмущённый вопль:
   - Да как вы смеете?! Я служащий Восточно-Имперской Компании! - И тут же, без паузы: - Помогите!!!
   Голос был мужским, молодым и отчётливо альтмерским. А альтмер и служащий Восточно-Имперской Компании в Садрит Море... мысль мелькнула и пропала, точно молния, а Элемар уже рванул на голос, на бегу вынимая меч.
   - Бахнийир диру!(29) - рявкнул он, едва не заставив одного из ловчих-данмеров выронить свою дубину.
   Троица подобралась, уставившись на него одинаково недружелюбными взглядами. Зато жертва ловчих - действительно молодой альтмер - старательно, пусть и не слишком успешно выпутывающаяся из сети, резко воспрянула духом и снова заорала во всю мощь своих легких:
   - Помогите! Я служащий Восточно-Имперской Компании...
   - Моссанон? - уточнил Элемар, не отводя взгляда от троицы.
   Просто на всякий случай - мало ли...
   - Да! Да! - обрадованно завопил тот.
   Потом осёкся и настороженно спросил:
   - А... откуда вы знаете?
   - Ты-то мне и нужен, красавчик, - хищно ухмыльнулся в ответ Элемар.
   - О'л хавайир, морфиджин, - подал голос один из ловчих - тот самый данмер, который несколькими минутами ранее скомандовал своим подельникам уходить. - Иск саличе - йам н'вах. Ер о'л каптунич оам булор - иск саличе синт бусад...(30) - криво ухмыльнувшись, он пожал плечами, давая понять, что ему безразлично, кого вязать.
   - Обойдётесь, - отрезал альтмер.
   Огненный шар с рёвом устремился под ноги ринувшимся вперед ловчим и взорвался, обдав нападающих волной жара. Орк мгновенно шарахнулся назад, данмеры же, известные своей стойкостью к огню, притормозили больше от неожиданности, чем из реального опасения. Лежащий на земле чуть поодаль Моссанон не растерялся и, пользуясь тем, что остальным временно не до него, утроил усилия по высвобождению из спеленавшей его сети. Элемар же, прикинув все за и против, метнулся навстречу одному из противников. Данмер - все тот же предводитель - успел отпрыгнуть в сторону, но Элемару достаточно было просто задеть его. Что и произошло - острие меча лишь слегка царапнуло кожу, на миг полыхнув яркой зеленью сработавших чар, и тёмный эльф повалился на землю, способный лишь моргать. Добивать поверженного противника альтмер не стал - на наплечнике данмера красовалась уже знакомая эмблема Дома Дрес. Учитывая, что на вопли Моссанона должна была вот-вот подтянуться стража, оставить ловцов живыми было предпочтительнее - вряд ли Телванни порадует то, что на их территории промышляют ловчие команды из конкурирующего Дома...
   Второй данмер оказался хитрее - понимая, что с небольшой дубинкой, пригодной только для оглушения связанных жертв, против мечника идти бессмысленно, он отступил в сторону. Однако Элемар не собирался оставлять за спиной боеспособного противника. Длинный прыжок, взмах - и ещё один нападающий оказывается парализованным. Впрочем, тот не стоял столбом, покорно ожидая своей участи. Да и дубинка оказалась не такой уж бесполезной, хотя желаемой цели он все же не достиг: выпад, направленный в незащищённую голову альтмера, пришёлся на плечо, заставив того зашипеть - не столько от боли, сколько с досады. Костяной наплечник смягчил силу удара, да и рука была левой, а не правой, рабочей, но все равно теперь ощущалась, как чужая.
   Орк же - кажется, его имя было Лурзук - бешено выкатив глаза и оскалившись, развернулся к почти освободившемуся Моссанону, выхватывая кинжал, и Элемар без раздумий влепил ему в спину ещё один огненный шар - более слабую версию заклинания, словно бы в шутку, названную "огромным" - досадливо подумав, что набор заклинаний надо бы расширить. И не только в сторону "тактически-отступательных" возвратов-вмешательств. Наградой ему стали два вопля: испуганный взвизг спасаемого и истошный, на одной высокой ноте, вой несостоявшегося убийцы, рухнувшего на колени и судорожно пытавшегося содрать с себя нагревшиеся доспехи. Не дожидаясь, пока его подельники освободятся от чар, альтмер направился к беглому клерку, успевшему отбросить сеть и принять сидячее положение.
   И именно этот момент выбрали стражники Дома Телванни, чтобы появиться на месте стычки. Моссанон тут же подскочил:
   - Это произвол! Эти люди... то есть меры... - взгляд его упал на орка и альтмер осекся. - Они напали на нас! Они...
   Капитан стражи, отличавшийся от прочих знаком различия на правом наплечнике и отсутствием шлема, позволявшим рассмотреть гладко выбритую угрюмую физиономию, резким жестом приказал ему заткнуться.
   - Дрес килминт(31), - коротко отчитался один из рядовых стражников.
   - Сишуиф(32), - мрачно поджал губы тот. - Ваше Удостоверение Гостя, чужестранец, - довольно вежливо, но с нажимом произнес капитан, обращаясь уже к Элемару.
   Альтмер, помедлив, достал из заплечной сумки требуемый документ.
   - Этих... господ интересовал не я, - счел нужным пояснить он.
   Моссанон, не будь дурак, протянул стражникам свое Удостоверение без промедлений.
   - Суротано из Даска, боевой маг, - капитан смерил мрачным взглядом Элемара, - и Моссанон, торговец.
   - Я - служащий Восточно-Имперской Компании... - вновь залепетал тот.
   - Иск саличе - йам н'вах, - вновь подал голос один из охотников - заклятие паралича было кратковременным и уже рассеялось.
   - Ку'ор?(33) - сощурился капитан, поочерёдно смерив оценивающим взглядом обоих альтмеров.
   - Ба'р альн (34), - не удержался от усмешки Элемар, встретившись с ним глазами.
   - Кто вас знает? Кто может подтвердить, что вы те, за кого себя выдаете? - резко спросил капитан.
   - Префект Гостеприимства Ангаредэль, мутсэра Улени Хелеран из Гильдии Магов Волверин Холла. И Суэттиус Секстиус из Восточно-Имперской Компании... если он не пьян, конечно. Найти его можно в Привратном Трактире, где он снимает комнату.
   - Может ли последний подтвердить и его личность? - телванниец кивнул на Моссанона.
   - Думаю, да, - кивнул Элемар.
   - Да, - неохотно кивнул беглый клерк. - Я знаком с господином Сертиусом. Хотя наши отношения с ним... нельзя назвать дружественными.
   - Он всегда, как напьется, лапает каджиток? - полюбопытствовал Элемар.
   Моссанон густо покраснел, лицо же телваннийского капитана сморщилось в гримасе отвращения. Впрочем, это не помешало ему внимательно прислушиваться к ответу клерка.
   - Господин Сертиус - очень достойный человек, - чопорно произнес тот.
   Но, видимо, честность, не позволила ему промолчать, и он добавил:
   - Правда, только пока не... ну, не выпьет... Он... он просто очень тяжело переносит алкоголь.
   - Я так и понял, - пробурчал Элемар, вызвав приглушенные шлемами смешки стражников.
   Несмотря на то, что альтмер подспудно ожидал неприятностей, гостевые Удостоверения, дежурно напомнив о необходимости соблюдения законов, им вернули и отпустили восвояси, даже не удосужившись отправить кого-нибудь в Привратный, чтобы расспросить ожидающего там Сертиуса. А вот охотникам повезло меньше. Их без особых нежностей поволокли в сторону Тель Наги. Впрочем, обозначивший наконец свое присутствие Второй предположил, что дело не во внезапной симпатии капитана к парочке н'вахов, а, скорее, в том, что Телванни действительно вряд ли по душе тот факт, что ловчие Дрес шныряют по их территории. А н'вахи что... н'вахи отбились и при этом никого не прикончили - хватит с них на первый раз и предупреждения. Вот если ещё раз попадутся - тогда другое дело. А сейчас не до них.
   Моссанон под шумок нацелился удрать, но Элемар пресек эти поползновения в зародыше - не хватало еще поганца опять полдня искать по всему городу. Ухватив сородича под локоток, он аккуратно отвёл того в сторону, одновременно обдумывая, как себя с ним вести. Беглый клерк был действительно очень молод, не старше его самого, но этим их сходство и ограничивалось: один - породистый "домашний" мальчик, а другой - бывший приютский волчонок...
   - Благодарю вас, сэра, - нервно проговорил Моссанон, - если бы не ваша помощь...
   -...то вы бы, сударь, уже примеряли бы пару стильных браслетов, которые так просто не снимешь, - криво усмехнулся в ответ Элемар. - В этом городе... да и вообще во всем Морровинде не стоит ходить по улицам с видом "я жертва, схватите меня кто-нибудь"...
   Моссанон обиженно насупился.
   - Не стоит обижаться на мои слова. Лучше примите их к сведению, - качнул головой Элемар, вкладывая в голос всю мягкость, на какую был способен.
   - Обязательно, - все ещё обиженно процедил тот. - Вам, как морфиджину, должно быть...
   И вдруг побледнел и осёкся.
   - Вы... вы искали... - Моссанон покачнулся, с ужасом уставившись на Элемара.
   Тот вздохнул, с лёгкостью пресекая слабую попытку вырваться.
   - Для начала - я не ассасин, - терпеливо пояснил он. - Но да, я действительно вас искал, сэра.
   - Это... из-за денег? - обречённо спросил Моссанон.
   - Вы правы. Но не кажется ли вам, что такие вопросы не стоит обсуждать на улице, где любой желающий может нас подслушать?
   - Д-да, конечно... Но, - бывший клерк собрался с духом и решительно произнёс: - Пообещайте, что не тронете Вольмини.
   - Что? - изумлённо переспросил Элемар. - Ах, это... Успокойтесь, если ваша возлюбленная не станет делать глупостей, ей ничто не угрожает. Как и вам, к слову. Не знаю, что вы там себе вообразили, но я намерен в первую очередь поговорить.
   - А во вторую? - подозрительно осведомился слегка успокоившийся Моссанон.
   - А это будет зависеть от итогов беседы, - отрезал Элемар. - Идём же. Обсудим наши дела там, где нас не смогут подслушать.
   Дом Вольмини Драл действительно располагался недалеко от Волверин Холла, но сам Элемар при всем желании его бы вряд ли нашёл. Небольшой гриб почти ничем не отличался от других таких же, а весь этот городской район казался поражённым какой-то болезнью - лопнувшие "стены" в потёках сока и с шелушащимися бурыми пятнами мёртвой "древесины", покосившиеся и ссохшиеся шляпки-крыши - альтмер не увидел ни одного по-настоящему здорового грибного дома. Пользуясь выражением торговки Арангаэр, у здешних обитателей не было ни способностей, чтобы поддерживать свои жилища в порядке, ни денег, чтобы нанять специалиста со стороны. Впрочем, гриб-дом Вольмини Драл выглядел все же получше прочих - видимо, бывшая хозяйка время от времени все же помогала своей родственнице с уходом, если не магией, то деньгами.
   "Грёбаные телваннийские выпендрёжники, - сердито прокомментировал Второй. - Почему бы не сложить нормальные дома, не требующие подпитки магией?"
   "Сам сказал - телваннийские выпендрёжники, - фыркнул в ответ Элемар. - Какие же они будут тогда Телванни, если станут жить не в грибах?"
   "Ну да. Хоть задом, но рядом", - хмыкнул, смягчаясь, дух.
   Вольмини Драл была очень красива. Элемар с первого взгляда понял, почему, говоря о ней, Арангаэр и Улени Хелеран старались подобрать наиболее нелестные характеристики. Воистину, женская зависть страшна в своей непримиримости. Арара Увулас со своей "кукольной" мордашкой и дорогущими нарядами и то, скорее всего, удостоилась бы меньшего количества ядовитых высказываний в свой адрес. И отнюдь не потому, что была Голосом советника Нелота и не самой слабой волшебницей...
   А ещё девушка удивительно походила на своего возлюбленного - та же виктимность и грация оленёнка. Ещё одна практически готовая жертва для охотников на людей. И да, Синьярамен был прав - эти двое были красивой парой. Глядя на девушку, Элемар ощутил что-то вроде лёгкой зависти к сородичу.
   Увидев, что Моссанон пришёл не один, она сначала робко улыбнулась гостю, а потом нахмурилась и испуганно прижала к груди тонкие руки.
   - Вы... Вы за... Он не виноват! Это все из-за меня. Он из-за меня все это сделал! - выразительные раскосые глаза девушки налились слезами, а сама она заметалась, не зная, то ли закрыть возлюбленного собой, то ли броситься на его обидчика.
   Элемар замер, судорожно пытаясь сообразить, что предпринять. Первым порывом его было сгрести данмерку в охапку - так, чтоб не вырвалась - и просто подождать, пока та устанет реветь. Но рядом стоял её... её приятель, который мог расценить это как нападение и полезть в драку. А драться с этими двумя перепуганными воробышками Элемар не хотел. Ему попросту было их жалко.
   Вздохнув, он подтолкнул Моссанона вперёд.
   - Успокой свою подругу. Она же сейчас решит, что я тебя убивать пришёл.
   Вопреки ожиданиям Вольмини успокоилась довольно быстро. Впрочем, Элемара это только порадовало.
   - Как тебе вообще такое в голову пришло? - спросил он. - Или ты рассчитывал, что тебя не найдут?
   Моссанон поднял на него глаза.
   - Сам не знаю. А найдут или нет... да я вообще об этом не думал. Как в первый раз её увидел... Тогда как-то получилось, что курьеров не хватало, и в Садрит Мору отправили меня. Вышел из Волверин Холла, а тут - она, - он чуть крепче прижал девушку к себе. - Познакомились, разговорились... Потом ещё часто встречались... Ну и выяснилось однажды, что её тётка - Волшебница Телванни. А я кто? "Принеси-отнеси-пшёл-вон-не-маячь" с пустыми карманами...
   - И ты решил наполнить их из казны Компании, - иронично усмехнулся Элемар.
   - Да, - обречённо вздохнул Моссанон. - Правда, не сразу... Но я бы все вернул! - тут же вскинулся он.
   - Сильно сомневаюсь, - покачал головой Элемар, вспоминая сегодняшнее происшествие. - Где шкатулка?
   - Наверху, - тот кивнул в сторону лестницы на второй этаж. - Я её не открывал даже.
   - А брал зачем?
   - Ну... так... - недоуменно заморгал бывший клерк.
   - Ладно, принеси её, чего тянуть.
   Моссанон помедлил, переводя встревоженный взгляд с Элемара на Вольмини, но повиновался.
   Сам Элемар с полминуты послушал, как тот чем-то гремит наверху, и повернулся к данмерке. Причин жалости к этим двоим, внезапно охватившей его, он не понял, но... если так подумать, девчонке этой он изрядно подпортил жизнь. Пусть не намеренно, пусть защищаясь, но...
   - Сэра? - негромко окликнул он.
   Вольмини вздрогнула и подняла на него взгляд - тревожный, даже испуганный.
   Элемар же замялся, не зная, как чётче сформулировать свой вопрос. Ничего не придумав, спросил прямо:
   - Скажите, насколько вам дорог этот дом и?.. Нет, - оборвал он сам себя, - не так. Чем вы готовы пожертвовать, чтобы жить спокойно? И нет, - твердо качнул он головой, - я не о себе. Как только ваш друг отдаст мне то, за чем я пришел, я уйду. И не вернусь. Но я не могу гарантировать, что бывшего... что моего заказчика устроит мирный исход событий и он не захочет как-то наказать вашего друга.
   Данмерка испуганно всхлипнула.
   - Я собиралась попросить госпожу Тельзу о поручительстве... это моя родственница... возможно, когда она вернется из... - она замялась.
   - Из своей поездки в Ашалмавию, верно? - слегка поторопил её Элемар.
   - Откуда?.. - вскинулась Вольмини.
   "Болван!" - одновременно с ней взвыл молчавший все это время Второй.
   Действительно, болван, запоздало сообразил Элемар. Он вздохнул. Но раз уж сказал "айем", придётся сказать и "бедт". Сам виноват, никто за язык не тянул.
   - Примерно две недели назад... может, чуть больше... мы с ней встретились неподалёку от Хуула. В общем... она не вернётся, - неохотно признался он. - Простите. У меня не было выбора, кроме как защищаться.
   Лицо данмерки помрачнело, однако бросаться на Элемара она не спешила.
   - Расскажите, - помолчав, требовательно произнесла она.
   Альтмер прикрыл глаза, досадуя на собственную болтливость. Кто, ну кто его тянул за язык? Вольмини ждала, хмурясь все больше. Отказываться было бы неразумно, оставалось выбирать для повествования самые осторожные формулировки...
   - Не могу сказать, что рада была это услышать, - вздохнула данмерка, выслушав его рассказ, - но... как говорят у нас в Доме Телванни - "если ты победил, значит, твои аргументы были более весомыми". Да и тётушка Тельза всегда была... - Вольмини, не договорив, слегка шмыгнула носом и вытерла повлажневшие глаза. - Странное дело, - слегка срывающимся голосом добавила она, как-то виновато улыбаясь, - в последние годы мы с ней не слишком ладили, если не сказать хуже, но... мне почему-то больно знать, что она мертва.
   - Вольмини! - раздался вдруг встревоженный голос Моссанона. - Что случилось? Он тебя обидел?!
   - Что? Н-нет, - торопливо замотала головой данмерка. - Нет-нет. Просто... тёти Тельзы... Помнишь, я тебе о ней говорила? Госпожа Тельза умерла.
   Бывший клерк нервно прижал к груди шкатулку, которую до этого просто держал в руках.
   - И... что теперь? - растерянно спросил он, ни к кому не обращаясь.
   - Не знаю, - пожала плечами Вольмини. - Я рассчитывала на неё, но теперь...
   - Сэра, - вновь обратился он к данмерке, - помните, я спрашивал, дорог ли вам этот дом?
   - Не слишком, - покачала головой та, - я все равно не смогу содержать его должным образом. Раньше тетушка иногда присылала кого-нибудь из магов-Присягнувших, чтобы они обновили чары, или обращалась к госпоже Ллунеле Хлеран, а теперь... - Вольмини зябко обхватила себя руками. - Лучше действительно продать его, пока он еще в хорошем состоянии.
   - Продать дом? Но... где тогда мы будем жить? - Моссанон, не заставший начало их беседы, непонимающе переводил взгляд с Элемара на свою возлюбленную.
   - Где-нибудь, где рабство под запретом, - с намёком покосился на него тот. - Думаю, что после сегодняшнего происшествия вы согласитесь, что это важно.
   Моссанон дернулся и крепче прижал к себе шкатулку, взгляд у него на миг стал затравленным. Вольмини же напротив, встрепенулась:
   - Что за происшествие?
   - Вашего друга сегодня едва не схватили охотники на людей из Дома Дрес, - ответил Элемар. - Судя по тому, что сначала они заинтересовались мной, а потом уже напали на него, они выполняли чей-то заказ.
   Данмерка потрясенно распахнула глаза и в ужасе прижалась к своему возлюбленному.
   - Какое удивительное совпадение, - невесело усмехнулась она, изо всех сил пытаясь унять крупную дрожь. - Отнять одного и спасти другого... И все это случайно, просто оказавшись не в том месте и не в то время. Или наоборот - там и тогда, где и когда было нужно...
   - Сейчас с ловцами разбирается стража Садрит Моры, - продолжил Элемар, - но кто может гарантировать, что это не повторится - завтра, через неделю или через год? Ваш друг, уж простите за прямоту, отнюдь не выглядит способным за себя постоять. Сегодня ему, можно сказать, повезло. - Моссанон, услышав это, недовольно поморщился, но кивнул. - Но в следующий раз он, скорее всего, потеряет свободу. Не говоря о том, о чем мы говорили ранее.
   - То есть вы считаете, что нам надо уехать? - прямо спросила данмерка.
   - Да. Ваш друг совершил ошибку, счет за которую могут предъявить, в том числе, и вам. А вы сами как раз лишились покровителя... Примите добрый совет, уезжайте из Садрит Моры, а лучше вообще покиньте Морровинд. Ты ведь не "поселенец"? - на всякий случай уточнил Элемар у Моссанона.
   Тот отрицательно покачал головой. И вдруг, словно опомнившись, протянул шкатулку и довольно увесистый кошель:
   - Вот. Я не открывал - ключ был у управляющего, а отмычкой я не умею. Да и нет у меня отмычек. Я и взял-то её просто на всякий случай... И деньги. Правда, половину я потратил... - виновато пожал плечами он. - Но я все верну! Когда заработаю...
   "Заработает он", - насмешливо фыркнул Второй.
   Элемар рассеянно кивнул, изучая шкатулку. Следов от попыток вскрытия - уж это-то он мог определить - на поверхности не было. Он осторожно потряс её и прислушался: изнутри донёсся характерный шелест бумаги. Большего, не вскрывая шкатулку, узнать было нельзя. Впрочем, судя по выражению породистой физиономии Моссанона, внутри действительно были векселя. По крайней мере, бывший клерк явно верил в то, что это так.
   "Что скажешь?" - пряча шкатулку и деньги в заплечную сумку, поинтересовался он у Второго.
   "Думаю, он не врет", - отозвался тот.
   "Замечательно", - резюмировал Элемар.
   Парой коротких кивков попрощался с Вольмини Драл и её незадачливым приятелем и, выйдя из дома, быстрым шагом направился в сторону Привратного. Садрит Морой он был сыт уже по горло.
   И только спустя два часа, торопливо поглощая запоздалый обед в "Шести Рыбах", он вспомнил, что "Дыру в Стене" с её знаменитыми пирожками так и не нашел...
  
   Глава 17. Подстава
   Вечерний Вивек был дождлив и хмур. Залив Норвейн полностью скрылся за серой пеленой и даже очертания Министерства Правды, зависшего высоко над храмом Трибунала, угадывались с трудом. Вышедший из зрительской галереи Арены Элемар вздохнул и подавил желание двинуться в ближайший трактир за чем-нибудь "горячим" - сейчас он был согласен даже на мацт - но чек на тысячу септимов золотом, выписанный имя Илуса Труптора ещё только дожидался передачи в руки адресата. Обрадованный возвращением шкатулки с ценными бумагами Цанктуниан Пониус сначала хотел выписать его на имя Суротано из Даска, но Элемар с некоторым трудом отговорил его. Он помнил предположение Второго о том, что Учёный Стендарра намерен бежать из Морровинда, пока его не прижали. И вставать между толстяком и деньгами, которые тот уже наверняка считал своими, совершенно не стремился. А посему, во избежание непредвиденных неприятностей, следовало блюсти трезвость.
   Вообще-то, альтмер рассчитывал отдать проклятый чек сразу же, но толстяк, как оказалось, куда-то свинтил, пообещав вернуться только к вечеру. Поразмыслив, Элемар оставил чек у Синнолиана Тунифуса - вряд ли бы кому-то пришло в голову искать его у целителя, а сам Тунифус был слишком честен, чтобы его присвоить - и отправился развлекаться.
   Где можно провести несколько часов кряду и не заскучать? В Эбенгарде таких мест не было, если не считать "Шести Рыб". Но там Элемар сегодня уже был, и возвращаться желанием не горел: несколько дней назад, ещё до отбытия в Садрит Мору, он хорошенько поцапался с Джослин, бретонкой-бардом, дававшей там выступления - девица обладала удивительно мерзким голосом и, как выяснилось, не менее мерзким характером. Пока она пела лирические песни, все было вполне терпимо, но стоило ей запеть какую-нибудь героическую балладу... "Соло скумного каджита с прищемлёнными дверью яйцами" - так назвал певческие потуги Джослин раздражённый Второй. А не менее раздражённый этими кошачьими воплями Элемар не нашёл ничего умнее, чем повторить эти слова вслух... В результате бретонка осталась без лютни - нечего было пытаться расколотить инструмент об чужую голову - завсегдатаи получили повод для разговоров на целую неделю, а альтмеру тщетно пытающийся не ржать трактирщик Агнинг посоветовал временно не появляться, пока девица не перебесится. Сегодня, конечно, Джослин не кинулась с порога выцарапывать ему глаза, но бренчала на лютне так, что не выдержал даже Агнинг, велев ей прекратить измываться над инструментом и его ушами - благо, больше никого из посетителей в таверне не было. И это притом, что обычно она играла просто великолепно...
   Так что о том, чтобы провести несколько часов в "Шести рыбах", можно было смело забыть. Пересчитав имеющуюся наличность, Элемар решил отправиться в Вивек - ещё в Садрит Море он пообещал себе расширить список изученных заклинаний. Следующим пунктом в его плане было посещение бани - в Садрит Море он как-то не озаботился посещением данного заведения. Просто как-то не до того было. Ну и Арена - иметь в своём распоряжении несколько свободных часов, находиться в Вивеке и не побывать на Арене?
   Впрочем, большинство схваток его не заинтересовали - крысиные, собачьи и петушиные бои альтмер не любил. И Второй его в этом всецело поддерживал, называя происходящее в Яме извращением животной природы в угоду человеческой жестокости. Однако было две схватки, которые и Элемар и наблюдающий его глазами дух просмотрели с особым интересом. В обеих участвовал один и тот же боец - высокий рыжеволосый данмер в эбонитовой броне и с даэдрической дайкатаной. Он буквально играючи уложил в песок Ямы обоих своих противников: сперва не менее рослого норда, вооружённого неожиданно парными топорами, а после него коренастого имперца-"киродиила" с коротким легионерским гладием и тяжёлым стальным щитом.
   "Мдя, - прокомментировал увиденное Второй. - Силен, однако".
   А Элемар подумал, что совершенно не хотел бы сойтись с этим мером в бою. Для того чтобы победить противника такого уровня, нужна просто невероятная удача. А он свой запас, скорее всего, уже истратил. В Ашша-Аххе с Тельзой Драл...
   Больше поединков не было, к тому же близился вечер. Элемар изначально намеревался прогуляться по городу к храму Трибунала, чтобы уже оттуда перенестись заклинанием в часовню Имперского культа - из квартала Чужеземцев "Божественное Вмешательство" однажды перенесло его вместо Эбенгарда в Пелагиад, поэтому теперь он предпочитал не рисковать. Конечно, теперь в его арсенале имелся ещё и "Возврат", но он-то рассчитывал заодно поглазеть на Министерство Правды - где ещё увидишь такое чудо? Однако дождь заставил скорректировать планы: вместо неспешной прогулки по набережным кантонов пришлось тренировать свежеизученное "Вмешательство Альмсиви". Получилось оно только с третьей попытки, но альтмер не расстроился, сочтя это неплохим результатом.
   Спрятавшись от дождя под козырьком входа в храм, он некоторое время наблюдал, как взмывают вверх издалека кажущиеся крошечными фигурки ординаторов в их знаменитых доспехах и как другие фигурки возникают в розово-сиреневых вспышках прямо посреди площади перед храмом. А когда уже собрался уходить...
   - Говорят, изначально она летела на городские кварталы, - раздался тихий женский голос за спиной. - Это уже потом Лорд Вивек повелел ей переместиться к Храму... хвала Лорду Вивеку...
   Обернувшись, Элемар увидел старую, бедно одетую данмерку с усталым взглядом удивительно блёклых глаз.
   - Тебе же было сказано проваливать отсюда! - рявкнул вдруг второй голос и рядом со старухой оказался ординатор. - Сколько ещё ты собираешься испытывать терпение Храма и подвергать опасности жителей Вивека, Танусея?
   Второй вдруг икнул, плеснув ужасом. Альтмер насторожился, но незнакомка вовсе не выглядела опасно или угрожающе. Просто старая женщина, очень бедная и явно больная ...
   "Больная..." - эхом отозвалась мысль где-то внутри черепа.
   Элемар вздрогнул, вспомнив случайно подслушанный обрывок разговора:
   "...У Танусеи Велот "божественная болезнь", но она отказывается покинуть город..."
   "Божественной болезнью" в Морровинде называли только корпрус...
   Данмерка понимающе улыбнулась, не разжимая губ.
   - Да, сэра, да, - покивала она. - Я Танусея Велот. Та самая, о которой судачат во всех углах этого города. Вы, верно, искали меня, чтобы тоже предложить мне покинуть Вивек?
   - Э-э, нет, - альтмер нервно переступил с ноги на ногу, одновременно делая короткий, почти незаметный - как ему казалось - шажок назад. - Я просто случайно оказался поблизости.
   - В самом деле? - удивилась Танусея. - Надо же... Обычно никто не оказывается рядом со мной... случайно, - последнее слово она выделила голосом. - Только если что-то от меня надо. Бросить камень или гнилой батат... осыпать оскорблениями или потребовать, чтобы я убиралась прочь из города. Как будто я виновата в том, что больна...
   - То есть все дело в том, что вы больны?
   - Остерегайся, чужестранец, - голос ординатора был холоден и неприветлив под стать личине его шлема. - Эта женщина больна корпрусом. Ты ведь знаешь, что такое корпрус, чужестранец? Он превращает обычных существ в отвратительных чудовищ, а людей и меров - в безумные исковерканные куски плоти, исполненные ненависти и нечеловеческой силы.
   Элемар помимо воли уставился на Танусею. Ни безумной, ни изуродованной данмерка не выглядела, если не считать измождённого вида и этих её блеклых глаз, выглядевших, точно угли, подёрнутые слоем пепла. Но взгляд их был ясным.
   Данмерка гордо выпрямилась.
   - Благая Альмалексия оказала мне величайшую милость, - голос её зазвенел. - Благодаря её благословению я избавлена от телесных мук и разрушения разума.
   - Ну, так прояви его и избавь, наконец, Вивек от своего присутствия! - рявкнул ординатор. - Скольких ты уже заразила, "святая"? - выплюнул он. - И скольких ещё ты намерена заразить?
   Глядя на него чувствовалось, что от рукоприкладства индорильца удерживает только боязнь заражения корпрусом. И хотя альтмер его понимал, было очевидно, что угрозами и оскорблениями ситуацию не разрешить.
   - Постойте, - обратился он к ординатору. - Не нужно крика.
   Тот гневно дёрнул плечом, но отступил на шаг, буквально излучая пренебрежение и раздражение. В воздухе повисло невысказанное: "Ну-ну, попробуй".
   - Послушайте, - мягко обратился Элемар к настороженно глядящей на него данмерке. - Вы ведь понимаете, что он прав... Леди Альмалексия благословила вас, как вернейшую из верных, даровав возможность жить и дальше без мук и безумия... но другие лишены её милости. Они томятся в Корпрусариуме...
   - И вы предлагаете мне отправиться туда же? - презрительно фыркнула Танусея. - Как неоригинально.
   - Предлагаю, - легко согласился альтмер. - Но не как одна из тех, кто был поражён этим страшным недугом и обречён на медленное умирание. А как та, что может оказать помощь тем несчастным - успокоить напуганных, утешить отчаявшихся...
   "Что я несу?!" - мысленно возопил он.
   "Нет-нет, все правильно, - торопливо поддакнул дух. - Пусть старушка осознает свою возможную полезность там, где её не будут шпынять. Глядишь, примет правильное решение. И ей будет хорошо, и остальные вздохнут с облегчением".
   Ординатор молчал, застыв в двух шагах от них, точно каменное изваяние, и всем своим видом демонстрируя непреклонность. Образ дополняли струйки воды, текущие по лакированному хитину доспехов.
   - Там никто не попрекнёт вас вашей болезнью. Там вы сможете стать мостом между теми, кто болен и теми, кто здоров...
   - Я подумаю, - упрямо поджала морщинистые губы старуха. - Ты сладкоречив, как торгаш-киродиил, саличе. И мне хотелось бы быть полезной... Но Вивек - мой дом. Я не могу так просто оставить его.
   Ординатор зашевелился и угрожающе засопел. Танусея вздрогнула и непроизвольно шагнула к Элемару, словно ища защиты. Альтмер столь же непроизвольно отшагнул назад, вздрогнув и поморщившись, когда холодные струйки потекли за шиворот.
   - Лицемер, - горько обронила данмерка.
   - Отнюдь. Я не солгал ни единым словом. Но я, так же, как и другие, страшусь оказаться поражённым "божественной болезнью". Поймите же, оставшись здесь, вы изо дня в день будете вынуждены наблюдать, как даже самые доброжелательно настроенные к вам меры будут сторониться вас и избегать ваших прикосновений. Как сочувствие в их глазах будет постепенно сменяться раздражением и неприязнью. Хотите ли вы этого?
   - Ты прав, саличе, - прошептала старуха, шагнув из-под козырька и подставляя лицо плачущему небу, позволяя каплям дождя смыть слёзы с впалых щёк. - Ты прав...
   - Хорошо, - твёрдо сказала она, повернувшись к ординатору. - Хорошо. Передай Сариони, что Танусея Велот уходит из Вивека в Корпрусариум.
   Зябко передёрнув плечами, старуха сгорбилась и решительно зашагала сквозь дождь к кантону святого Олмса. Элемар тоже поёжился и потёр заледеневшие ладони, разогревая их.
   - Да благословят тебя Трое, мутсэра, - услышал он тихое напутствие ординатора за миг до того, как заклинание Божественного Вмешательства перенесло его в Эбенгард.

***

   В таверне было шумно и многолюдно - дождь загнал всех под крышу. Джослин вновь терзала уши посетителей своим пением, завывая что-то заунывно-лирическое. Старенькая расстроенная лютня, приобретённая взамен бесславно погибшего от руки собственной хозяйки инструмента, гудела и дребезжала так жалобно, что Элемар задумался о том, чтобы подарить девице другую. На Новую Жизнь, например - как раз три дня осталось, в Вэйресте его отмечают двадцать пятого Вечерней Звезды. В конце концов, в гибели прежней лютни была немалая доля его вины. Десять "башен" не такие уж большие деньги... Останавливало его только опасение, что свежеподаренный инструмент расколотят-таки о его голову. Потратить немного серебра на лютню, чтобы замириться с бардом, было не жалко... а то выяснится вдруг, что эта стервоза ещё и стихи сочиняет. Ославит же на весь Морровинд! Жалко было бы получить по башке за свои же деньги...
   "А ты посоветуй ей, когда подарок вручать будешь, побольше яиц есть, - ехидно посоветовал Второй. - Говорят, от них голос улучшается".
   "Не смешно", - буркнул альтмер, мгновенно представив себе реакцию и без того недружелюбной ныне бретонки.
   За такое можно не только по голове получить...
   "А если серьёзно - поговори с Агнингом. Глядишь, посоветует что-нибудь дельное".
   Означенный Агнинг возник рядом, словно почувствовав, что говорят о нем.
   - Здорово, остроухий! Будешь пить, есть или разговоры разговаривать?
   "И то, и другое, и можно без хлеба", - хихикнул Второй.
   Элемар ухмыльнулся и повторил фразу вслух. Трактирщик расхохотался.
   - Тебе как обычно или чего-то этакого?
   "Этаким" оказалось пюре из печёного батата со скаттлом и никсятиной в яйце - Агнинг периодически пытался переиначить рецепты своей родины на местный лад. Результат не всегда был удачным, но сегодняшний эксперимент трактирщика явно увенчался успехом, о чем Элемар ему честно сообщил, сопроводив похвалу просьбой повторить и несколькими "шлемами". Одолев вторую порцию и сыто отдуваясь, альтмер развернулся вполоборота к залу и теперь лениво потягивал шейн, разглядывая посетителей и прислушиваясь к разговорам. Не в открытую, конечно, но чтобы хоть немного знать, о чем народ судачит.
   - ...Один солдат сказал мне, что из-за всех этих беспорядков в столице могут отозвать расквартированные здесь легионы для защиты императора...
   - ...Говорят, что его наследник, Гелдалл Септим и младшие сыновья, Энманн и Эбел - просто двойники, помещённые на место настоящих принцев при Ягаре Тарне...
   Элемар недоуменно моргнул, не сразу поняв, о ком речь - до того непривычно звучало имя вероломного первого советника императора, переиначенное на местный лад. А когда вновь прислушался, про столичные новости уже не говорили.
   - ...Организация побега раба - кража и преступление, потому что по законам Морровинда раб считается собственностью.
   - И что? Думаешь, её это остановит? Или то, что её отец - герцог, добавит ей благоразумия? Не-ет...
   - ...Моровые бури в этом году были настолько сильными, что посевы и стада поселений в её окрестностях значительно пострадали. Теперь цены на все сильно вырастут...
   - ...Многие местные жалуются на усталость и дурные сны. Храм Трибунала все больше напирает на грехи и пороки, но они просто религиозные фанатики...
   -...Ну, продажа и покупка двемерских артефактов, конечно, незаконны, - негромко вещал имперец в потёртой меховой броне, обращаясь к собеседнику-норду, - но пока ещё за это никого не сцапали. Так что есть у меня на примете одно местечко...
   Тот молча кивал, цедя мацт прямо из кувшина.
   "Заманчиво, - пробормотал Второй. - Наведаться в Аркнтанд, что ли? Да и монетки так и лежат без дела у Кая..."
   "И кому мы их будем сбывать? - угрюмо поинтересовался Элемар. - И вообще - не ты ли советовал не связываться с контрабандой?"
   "Было такое, - согласился дух. - Но тут, как говорится, грех не воспользоваться возможностью. Деньги у нас, сам знаешь, не очень-то задерживаются".
   "Про-оповеди Ви-ивека... - глумливо пропел в ответ Элемар, но тут же посерьёзнел: - Хотя не воспользоваться возможностью действительно глупо. Осталось придумать, как при этом не попасться, если сведения про "никого не сцапали" окажутся неверными".
   "Ну, если твой замечательный клинок до сих пор никого не заинтересовал, то, думаю, этим слухам всё же можно верить. Помнишь мужика в двемеритовых доспехах в Зале Совета в Эбенгарде? У редоранцев в таких же едва ли не треть щеголяет. И что-то передавать броню и оружие в пользу имперцев никто не спешит".
   "Так от них и не требуют, надо полагать".
   "И не потребуют. Особенно теперь, когда половину легионов вывели. Но нам это и не надо - любители старины наверняка заинтересуются простыми вещицами, вроде тех же кубков и тарелок - у богатых, как говорится, свои причуды. А чтобы не подставляться - продавать их в той же Садрит Море. У Телванни можно сбыть практически все. И им наплевать на имперские запреты, так что бежать и доносить на нас там точно никто не будет. Как вариант, можно кое-что продать у Хлаалу - эти торгуют всем, что продаётся и покупается. Проблема в том, что информация к этой категории тоже вполне относится. А нам светиться пока крайне нежелательно - кроме Легиона есть ещё и Клинки".
   Альтмер не стал напоминать, что он вроде как тоже Клинок. Второй и сам об этом отлично помнил.
   Вместо этого он повернулся к Агнингу и щёлкнул пальцем по пустому кубку, указав на кувшин с шейном.
   - Вот скажи мне, - поинтересовался он у трактирщика. - Если я подарю Джослин новую лютню, она её примет? Или врежет этой самой лютней мне по роже?
   Норд ухмыльнулся в бороду, подвигая к нему вновь наполненный кубок:
   - Тебе - точно врежет. Очень уж она на тебя обижена. А что так? Неужто совесть замучила? Или подкатить к девчонке решил? Забудь - она хоть и бард, но, с какой стороны у меча рукоять, хорошо знает.
   - Да просто сил нет слушать это бренчанье, - поморщился Элемар. - Играет она хорошо, но с плохим инструментом её отсюда погонят скоро. Раньше она хоть только пела ужасно...
   Усмешка норда стала шире.
   - Подарок, значит... Давай так - ты притащишь лютню сюда, а я передам её Джослин. Меня она точно лупить не будет.
   - Договорились, - ухмыльнулся в ответ Элемар. - А теперь расскажи мне, что тут происходило интересного, пока я торчал у Телванни?
   - И что ты там забыл? - заинтересовался Агнинг.
   - У меня там любовница, - ухмыльнулся альтмер.
   Не то чтобы это было правдой, но Улени Хелеран при прощании непрозрачно намекала, что совсем не против новой встречи. Тогда это привело его в ужас, а сейчас... чем не повод? Особенно, если и впрямь придётся мотаться в Садрит Мору с двемерскими находками...
   - А чего поближе не нашёл?
   - И поближе тоже нашёл, - Элемар заухмылялся шире.
   Надо бы и в самом деле принести Флакассии букет канетов...
   Норд завистливо поцокал языком и отошёл, отвлёкшись на очередного посетителя. Альтмер лениво ждал, пока тот освободится - торопиться ему было некуда. Чек, наконец, был передан Труптору в присутствии все того же Синнолиана Тунифуса и алхимика Фрика, зашедшего к целителю за списком зелий для лазарета при часовне. На передаче драгоценной бумажки при свидетелях настаивал Второй и неожиданному визиту алхимика очень обрадовался, заставив альтмера словно бы невзначай проговориться о том, что, дескать, управитель Восточно-Имперской Компании сделал щедрое пожертвование Имперскому культу...
   А потом, на выходе из вотчины Синнолиана, за дверью обнаружился Ллотис. И лучащийся довольством Второй мгновенно помрачнел.
   "У меня плохое предчувствие", - выдохнул он.
   И посоветовал провести вечер - лучше вместе с ночью - в "Шести Рыбах". Или в Вивеке, в "Чёрном Шалке". Но альтмеру перспектива тащиться к кварталу Чужеземцев под проливным дождём пришлась не по душе, поэтому было решено отправиться к Агнингу. И надеяться, что Джослин будет не до того, чтобы устраивать новую склоку.
   - Значит, интересуешься, что тут было без тебя? - переспросил вернувшийся трактирщик.
   - Ага, - небрежно отозвался Элемар, делая очередной небольшой глоток.
   Покачал кубок в руке и поставил на стойку рядом с собой - снова напиваться до зелёных скампов в его планы не входило. Если мацт бил по мозгам не хуже кузнечного молота по наковальне, а грииф и суджамма обжигали нутро с первого глотка, то комуниковое вино было куда коварнее - пилось легко, как ягодный отвар, но в голову ударяло не хуже того же мацта. Разве что не так резко. Покосившись на Агнинга, Элемар поднял руку якобы потереть подбородок. Между указательным и средним пальцем мелькнула белая полоса гурта серебряной "башни". Тот понятливо усмехнулся и выставил на стойку тарелочку с вяленой скрибятиной, а монета исчезла в кармане засаленного передника, не успев коснуться деревянной столешницы.
   - В порту уже второй день торчит "След Змеи". По словам капитана, корабль приписан аж к Анвилу, но в это трудно поверить, - понизив голос, заговорил трактирщик.
   Элемар вопросительно хмыкнул.
   - Не понимаешь? - снисходительно усмехнулся в бороду Агнинг. - Ты в порту нынче был? Не был, надо понимать, а то бы сразу это корыто заметил. Ну да я объясню, чего уж... Во-первых, это флейт - выкидыш бретонских корабелов. У бретонцев, сам знаешь, ещё десять лет назад этих королевств было... а ещё мелкие баронства, не говоря о вольных торговых городах. И чуть не в каждой занюханной дыре своя верфь - друг перед другом, значит, кто во что горазд выпендривались. То ли дело наши мастера - только предками проверенные драккары да кнорры, без закидонов всяких, от Виндхельма до Солитьюда... Вот и этот - дурацкий бочонок с парусами: на верхней палубе не развернёшься, зато в трюмах хоть коней води.
   Альтмер кивнул - в Вэйресте он не раз видел такие корабли. Не запомнить их было нельзя - выпуклые, словно бы вздувшиеся стенки трюма под узкой палубой вызывали стойкую ассоциацию с беременной змеёй...
   - А теперь скажи мне, какого Обливиона этот бретонский бочонок занесло из Анвила аж в Морровинд, к Алдуину на рога? И вдвойне непонятно, какого драугра они припёрлись на Вварденфелл. Остров закрыт на карантин из-за Мора, проход разрешён только военным судам. То ли ребятки из Береговой Охраны спят, то ли...
   Альтмер покосился на шумную компанию в углу, где обычно сидела со своей лютней Джослин. Рожи у "морских волков" были такие, что меченый Ллотис вписался бы в их компанию, как родной, даром, что был бы единственным данмером.
   - Так вот, к чему я это, - Агнинг придвинулся ближе, слегка навалившись на стойку и ещё больше понизил голос. - Мне тут рассказывали, что этого вашего жирдяя из часовни видели в компании Хейнриха. И он явно не хотел, чтобы у этой встречи были свидетели.
   "А ну-ка, спроси его, кто такой этот Хейнрих", - подобрался Второй.
   Элемар тут же переадресовал вопрос трактирщику.
   - Капитана "Следа Змеи" Хейнрихом Дубовая Кожа кличут, - уточнил тот. - Во-он он, как раз за стол к нашей певунье подсел...
   Рядом с Джослин, прервавшейся на короткий отдых, обнаружился крепкий коренастый норд с нечёсаной гривой пшеничных волос. Элемар отметил, что капитан выглядел куда приличнее своей команды. По крайней мере, сходу заподозрить его в принадлежности к разбойному люду было никак нельзя. Трактирщик нахмурился.
   - Однако, похоже, надо выручать девчонку. Язык у неё ого-го подвешен, но от пьяного нордлинга ей не отболтаться. А этот Хейнрих явно положил на неё глаз, - проворчал он, поспешно выбираясь в зал.
   Маршрут к столу барда Агнинг выбрал на удивление сложный и извилистый. Но Элемар почти сразу сообразил, в чем причина: в трактире сегодня было довольно много легионеров из форта Хищной Бабочки, неторопливо цедящих мацт из больших оловянных кружек под нехитрую закуску из той же скрибятины. И трактирщик, проходя мимо занятых ими столов, тыкал кулаком в спину одного из сидящих и парой жестов, которые альтмер не сумел разглядеть, заставлял подобраться и уставиться на компанию веселящихся моряков.
   "Умно, - одобрительно хмыкнул Второй. - Капитана наш добрый трактирщик вполне способен утихомирить сам, но, если к спору подключатся другие морячки, доблестные вояки их просто вынесут".
   Расчёт трактирщика оказался верен, и драки не получилось - повскакивавшие было с мест матросы, разгневанные "наездом" на их капитана, неожиданно для себя обнаружили вокруг множество недружелюбных лиц, большая часть которых взирала на них из-под легко узнаваемых шлемов Имперского Легиона. Мечей и щитов у легионеров не было - идущим в увольнительную полагалось сдавать оружие в арсенал - но их было заметно больше. Поэтому конфликт увял, не успев толком начаться - возглавляемые капитаном "Следа" матросы мрачно удалились, прихватив с собой недопитые кувшины с выпивкой. Джослин же спряталась за спиной у Агнинга и благоразумно помалкивала, пока за дверь не вышел последний моряк. Впрочем, нарваться трактирщик ей не позволил - сгрёб девицу за шиворот, как котёнка, и уволок наверх, несмотря на её яростное сопротивление: бретонка, словно напуганная кошка, шипела и брыкалась, невнятно грозя кому-то то ли отрезать, то ли оторвать яйца. Элемар едва успел спрятать улыбку в своевременно подхваченный со стойки кубок и сделать вид, что всецело увлечён дегустацией - рисковать яйцами и проверять на себе серьёзность намерений девицы, жаждущей мести хоть кому-нибудь, не хотелось. На Агнинга же можно было положиться: трактирщик для Джослин был вроде заботливого дядюшки, в самом невинном смысле этого слова, так что чести бретонки ничего не угрожало - запрут до утра в комнате, давая перебеситься и выплакать пережитый испуг, и только.
   И верно, всего несколько минут спустя трактирщик спустился вниз. Элемар успел сходить за забытой лютней, которую как раз перед возвращением Агнинга успел положить на стойку. К инструменту у него был свой интерес - самого его боги чувствительным слухом не наградили, но от чего-то отталкиваться при будущей покупке будет нужно. Не хватать же первый попавшийся на глаза инструмент... Так почему бы не пойти от противного и не выяснить, что покупать заведомо не стоит?
   Колокол в порту прозвонил час пополуночи, когда последние загулявшиеся посетители, наконец, потянулись на выход. Элемар, в отличие от остальных, никуда не торопился - с Агнингом он с самого начала договорился, что снимет на ночь комнату. В голове едва слышно шумело - количество выпитого за вечер шейна, несмотря на предпринятые ухищрения, начало переходить в качество. Подумав, альтмер, тоже слегка пошатываясь, направился к выходу - от долгого сидения на жёстком стуле у стойки ноги затекли, а спина и задница начали выражать сдержанное недовольство. И не только они. Да, в комнате наверняка имеется ночная ваза, а дверь возле стойки скрывает за собой короткий коридорчик, ведущий, к отхожему месту... но нет уж. Элемар, знакомый с устройством здешней уборной, предпочёл не рисковать: в иные дни смельчака, решившегося воспользоваться сим "чудом инженерной мысли", поджидал сюрприз в виде только что излитых им "вод", летящих ему же в лицо. Строители, по замыслу которых нечистоты должны были сливаться по наклонной трубе за внешнюю стену, то ли ошиблись в расчётах, то ли решили сэкономить, и теперь в ветреные дни посещение нужника превращалось в лотерею. Да и просто хотелось немного проветриться перед сном.
   "О, да - с добродушной иронией хмыкнул куда-то в затылок Второй, - подышать условно-свежим воздухом зассаных окрестностей таверны, справляя естественные надобности - чем не повод размять ноги?"
   "Завидуешь?" - так же добродушно фыркнул Элемар.
   "А то как же!" - заржал дух. - Сколько в твоей башке торчу, все мечтаю поссать, любуясь на звезды".
   "Какие звезды? Там дождь с вечера льёт!"
   "Думаешь, он все ещё не закончился?"
   Как выяснилось меньше минуты спустя - дождь все-таки прекратился и, по-видимому, довольно давно, потому что камни мостовой успели просохнуть. Не полностью, но довольно заметно даже в отсветах масляных ламп, освещающих проход между башнями Хищной Бабочки. Затемнённый - свеча в фонаре возле входа в трактир успела догореть - и да, изрядно зассаный, угол принял его в свои объятия и позволил "облегчить душу признанием" на остатки давно погибших клумб - чью-то тщетную попытку слегка облагородить пейзаж. Неторопливо затягивая завязки на штанах, Элемар запрокинул голову к небу. Никаких звёзд, конечно, было не видать за сплошной пеленой туч, да и воздух в гостеприимном углу было сложно назвать даже "условно-свежим", но удовольствие от испытываемого облегчения это ничуть не умаляло.
   Со стороны ворот во двор гарнизона Хищной Бабочки послышались тихие торопливые шаги, сопровождаемые тяжёлым одышливым дыханием - идущий явно привык передвигаться значительно медленнее. Повинуясь какому-то наитию, Элемар метнулся к стене и затаился. И тут же пожалел об этом, запоздало подумав, что следовало не затаиваться, а прямым ходом сваливать обратно в трактир - к мосту, соединяющему замковую часть с портовой, пыхтя, как двемерский агрегат, и прижимая к груди не то тючок, не то маленький дорожный сундук, целенаправленно семенил Илус Труптор.
   Впрочем, свалить было ещё не поздно. Альтмер успел сделать шаг к заветной двери, когда из тени южной башни Хищной Бабочки наперерез толстяку метнулась тень. Второй охнул, отчаянно взвыл "Валим!" и...
   Свалить они не успели. Как оказалось, в уютной темноте возле входа в "Шесть Рыб" кроме них был кто-то ещё. Внезапный удар по затылку стал крайне неприятной неожиданностью для обоих. В себя Элемар пришёл почти сразу, обнаружив, что его волокут на плечах через мост к главной площади Эбенгарда под аккомпанемент негромкой прочувствованной нотации на тему "на хрена ты, сволочь, так нажрался?" Но куда именно, оставалось неизвестным - зрение стремительно расплывалось, и буквально через несколько шагов все вокруг залила чёрно-багровая, как в насланных Даготом снах, тьма. В ушах звенело, голова трещала так, что казалось, вот-вот взорвётся, особенно затылок - боль была такая, словно кто-то продолжал лупить со всей дури в то же самое место. А желудок, судя по ощущениям, подпрыгивал при каждом шаге и колотился о корень языка. Где-то на краю сознания бессильно изрыгал проклятия Второй, рыча, чтобы он не смел отключаться. Некстати вспомнилось, как тот ржал над статуей Акатоша, предположив, что скульптор, верно, был данмером - больше никому не пришло бы в голову изваять покровителя Империи, по выражению духа, "кверху жопой"... Элемар задёргался, безуспешно пытаясь освободиться - этот трюк с "пьяным приятелем" он знал. Чаще всего его применяли, когда хотели скрыть, что на самом деле "приятель" безнадёжно мёртв, чтобы, не привлекая внимания окружающих, отволочь труп куда-нибудь подальше от места убийства. Или к месту убийства - то, что он сам был всё ещё жив, дела почти не меняло. Ослепший, дезориентированный, плохо соображающий - сама попытка сосредоточиться стоила невероятных усилий - он был почти беспомощен в этой ситуации. Но облегчать своему похитителю работу не собирался. К сожалению, предпринятые попытки освободиться привели только к усилению тошноты и к тому, что он едва не рухнул лицом в мостовую. Ну, ещё и шёл теперь своими ногами. Точнее, волокся, придерживаемый неизвестным - похититель, по-видимому, был один - за талию.
   "Ты-то хоть что-нибудь видишь?" - в отчаянии обратился он ко Второму.
   "То же что и ты - большое нихуя, - напряжённо отозвался тот. - К счастью, это временно - максимум пара часов и все вернётся..."
   "Если мы эту пару часов переживём", - мрачно подытожил альтмер.
   Впрочем, довольно аккуратное обращение наводило на мысль о том, что он нужен был кому-то не только живым, но и как можно более в целости: неизвестный, если не считать того самого удара по затылку, обращался с ним так, как если бы Элемар действительно был его загулявшим приятелем. Даже поддерживал, не давая испачкаться, когда его вывернуло. Вопрос в том, кому он понадобился? И зачем? На ум приходили только встреченные в Садрит Море ловцы рабов из Дрес. Или их приятели - насколько он тогда понял из небрежно оборванной фразы предводителя, у них был заказ на поимку именно альтмера, а он им помешал. Могло ли быть таких групп несколько? Без сомнения...
   Кажется, в какой-то момент он снова потерял сознание, но пообщаться со Вторым, как в предыдущие разы, не удалось - то ли беспамятство было слишком недолгим, то ли дух в этот момент был сосредоточен на управлении телом. Перед глазами было по-прежнему черным-черно, но спиной альтмер чувствовал, что сидит, прислонившись к дереву, а неизвестный нетерпеливо топчется рядом.
   - Этот? - негромко осведомился вдруг тот.
   В лицо дохнуло теплом и запахами нагретого металла и горящего масла, а перед незрячими глазами расплылось багровое марево. Альтмер попытался отодвинуться, но тело ему не подчинилось.
   - Что с ним? - прошипел тот, кому, по-видимому, адресовался вопрос.
   Голос был знакомый, но Элемар не сумел вспомнить, где его раньше слышал. И когда.
   - К утру будет в норме, - успокаивающе произнёс похититель.
   - В норме? Ты на рыло его глянь - синяки вокруг глаз на полморды! - прошипел другой. - Тут самый тупой имперец сообразит, что дело нечисто.
   - Так, может, и его тоже? - предложил первый. - Типа возмездие настигло, и все такое... храмовники любят такие истории. Обставить, как ограбление и...
   Элемар напрягся, но тело так и осталось расслабленным. Но не успел он запаниковать, как от Второго пришло короткое "тихо!" - дух, похоже, что-то задумал. Оставалось довериться ему и надеяться, что затея не приведёт их обоих к безвременной гибели...
   - Нет, - отрезал другой. - Он пока нужен живым и здоровым.
   Что-то коротко звякнуло. Кошелёк?
   - Держи.
   Звяканье повторилось. Послышался смешок:
   - Обращайся, если что, - и звук удаляющихся шагов.
   "Любопытно, доживёт ли этот парень до рассвета?" - вновь подал голос Второй.
   Элемар не стал говорить, что дух прочёл его мысли. Это и так было ясно.
   К губам вдруг прижалось холодное стекло, а в рот полилось какое-то зелье. И вряд ли целительное - уж его-то вкус Элемар узнал бы сразу. Глотать его было нельзя ни в коем случае, выплёвывать, выдавая, что он в полном сознании, - тоже. Впрочем, был ещё один способ... Впрочем, Второй это понимал не хуже него - он слабо дёрнул горлом, имитируя глоток, и отчаянно закашлял, мотая головой и старательно откашливаясь-отплёвываясь от неведомой отравы. Отравитель яростно выругался, ухватил его за волосы на затылке и резко влил остатки зелья, не заботясь о том, не захлебнётся ли жертва. От ослепляющей боли Второй взвыл и закашлялся уже по-настоящему, завалившись набок. Элемар же был готов рычать от бессильной злости - некоторая часть зелья все же попала в желудок. И то, что отрава явно не была смертельной - он помнил про "нужен живым и здоровым" - утешения не приносило.
   - Ладно, - помолчав, произнёс неизвестный. - Хоть что-то... Глядишь, медноголовые окажутся ещё тупее, чем выглядят.
   Второй кашлянул ещё пару раз и затих. Неизвестный же деловито ощупал его пояс, вытащив из ножен танто. При этом к кошельку он даже не притронулся. И напоследок оттянув ворот рубашки, сунул за пазуху альтмеру не то конверт, не то сложенный лист плотной бумаги. Удовлетворённо хмыкнул, потоптался немного вокруг - Элемар ещё какое-то время слышал его шаги - и наконец, ушёл.
   Похоже, зелье было какой-то разновидностью снотворного - на альтмера незаметно накатывала сонливость. Осознавший это первым Второй грязно выругался, но поделать пока ничего было нельзя - следовало выждать немного, на случай, если неизвестный все ещё где-то поблизости. С другой стороны, какой-то целительный эффект зелье тоже имело - головная боль слегка утихла. Подождав немного, Второй с трудом принял сидячее положение и уступил место законному хозяину общего тела, со стоном облегчения убравшись внутрь. Элемар же первым делом непослушными руками вытащил из-за пазухи бумажный свёрток и отбросил его в сторону - что бы это ни было, ему вовсе не хотелось, чтобы это обнаружили у него. А затем встал на четвереньки и медленно двинулся туда, где слышал звук плещущейся воды. Возможно, он утонет вместо того, чтобы взбодриться, но оставаться на месте было совершенно определённо нельзя - тому, кто вливал в него эту дрянь, явно нужно было, чтобы рассвет альтмер встретил именно здесь. И Элемар совершенно не хотел знать, что ему было уготовано.
   ...Уже под утро мокрый, грязный, замёрзший и измученный, Элемар вернулся в таверну. А ещё через пару часов его разбудил громкий требовательный стук в дверь...
  
   Глава 18. Шпионские игры и магические практики
   Разбирательство было не очень долгим, хотя и крайне утомительным. В основном, из-за того, что Второй настрого запретил Элемару лечиться или как-то облегчать своё состояние. Не из жестокости - дух даже принял на себя управление телом - а потому что это самое состояние по его замыслу должно было послужить им защитой. Непрочной, но все же защитой. И пришедшие по его душу легионеры из гарнизона Хищной Бабочки сполна оценили открывшееся им зрелище.
   В защиту Элемара выступил и Агнинг. Впрочем, трактирщик мог сказать немногое - постоялец был до самого закрытия, вышел, сказав, что пошёл отлить, но пропал и вернулся лишь под утро, мокрый и избитый...
   Сам Элемар - точнее, занимающий его место Второй - придерживался той же, разве что чуть более расширенной версии. Да, вышел отлить перед сном. Почему на улицу? А то вы тамошний нужник не знаете... Что? Да, видел. И да, узнал. А что случилось-то? Ну, хорошо, хорошо!.. Дальше? А ничего дальше - получил по голове... да, прямо сразу, не отходя от выхода. Да, успел, спасибо, что поинтересова... хорошо, хорошо... Нет, не видел. Вообще никого не видел. Очнулся когда? Да откуда ему знать? Он и сейчас-то хрено... ой, простите, паршиво видит. Нет, не настолько. Тогда - да, настолько. И где - тоже не помнит. Совсем. Он не помнит, как до трактира добирался. Но думает, что где-то за городом - потому что под деревом очнулся. Можно подумать, оно там одно... Мокрый? В воду упал. Что? Да, это - помнит. Что пропало? Да ничего вроде... кошелёк точно на месте. Эй!.. Ну, хорошо, хорошо... Нож... ножа нет. Что? Стальной танто... Нет, самый обычный. Да в чем дело-то? Что-о?! Он? Да нахре... то есть, зачем бы ему это делать?! Что значит "в каких отношениях"?! Да ни в каких, совсем с ума!.. Ох, простите... Враждовали? Да нет, вроде бы... Ну да, поскандалил разок и что? Что? Ну, хорошо, дважды... Нет, не знал. И не интересовался. Почему-почему... потому что не его дело! Да, нелюбопытный, это преступление? Слава Девяти... Почему ушёл? Потому что аппетиты Труптора все росли, а клянчить деньги должен был он, вот и смылся, пока этот жлобяра что-нибудь ещё не придумал. Да, весь вечер сидел в таверне. Собирался в "Шалка" в Вивеке, но не захотел под дождём мокнуть. А заклинание на что? Что? Да - вышел отлить перед сном...
   Вопросы множились, задавались снова и снова. Допрашивавший - высокий норд-альбинос - злился, пытаясь подловить альтмера на неточностях, но Второй твёрдо стоял на своём. Альбинос разок схватил его за грудки, встряхнул - дух тут же вполне натурально охнул и изобразил потерю сознания, после чего его с руганью водрузили обратно на стул. Бить его все же поостереглись, хотя в злых блёкло-голубых глазах норда ясно читалось желание врезать подозреваемому разок для острастки и пущей сговорчивости... Но всё, кроме потерянного ножа - который, по обмолвке альбиноса, нашли рядом с телом убитого - играло в пользу альтмера. Нашлись даже свидетели его печального возвращения в таверну из ночной смены патрульных и... даже те, кто видел, как его вели-тащили куда-то за южные склады Восточно-Имперской Компании. В общем, после очередного круга вопросов от них неохотно отступились. И даже не забрали деньги, чего Элемар резонно опасался.
   Выйдя на подгибающихся ногах из гарнизона, Второй немедленно убрался внутрь. Элемар же, не ожидавший подвоха, едва не свалился со ступенек от слабости. Сил идти куда бы то ни было не было вообще. А идти было нужно - хотя бы добраться до часовни Имперского Культа. Тем более что теперь можно было, наконец, привести себя в относительный порядок. Альтмер с тоской подумал о том, чтобы перенестись к входу в часовню с помощью заклинания... и с сожалением отверг эту мысль - в лучшем случае, он впустую растратит магический резерв и никуда не попадёт, а в худшем... что будет в худшем, он даже представить опасался. Кое-как собрав себя в кучу, Элемар двинулся покорять лестницу, ведущую к башне Совета Эбенгарда.
   В часовне его приход вызвал немалое оживление. Альтмер не удивлялся. Дивиться, скорее, следовало бы, если бы никакой реакции не последовало: служители Имперского Культа в Эбенгарде ничуть не меньше других людей и меров охочи до сплетен.
   "Как думаешь, выгонят или нет?" - поинтересовался он у Второго.
   "Да без разницы, - откликнулся тот. - Но если выгонят, то... Им же хуже. А мы сможем спокойно вступить в Дом Редоран и не мучиться, пытаясь одновременно усидеть на двух стульях... в смысле выполнять обязанности члена двух не слишком дружелюбно настроенных друг к другу фракций".
   "А как насчёт подмоченной репутации?" - с лёгким ехидством поинтересовался Элемар.
   "Редоранцы - ярые приверженцы Храма Трибунала. Поэтому внутренние склоки Имперского Культа им до звезды. Тем не менее, ты прав - подмоченная репутация нас не украсит. С другой стороны, тот факт, что нас все же не посадили за решётку, играет в нашу пользу".
   Репутация оказалась действительно подмоченной. Нет, вслух - ни в глаза, ни за спиной - Элемара никто не обвинял. Но взгляды окружающих... Желание заорать во всю глотку "Да не убивал я его!" становилось все острее. Особенно после того, как целительная магия алтаря помогла справиться с последствиями ночного приключения, и альтмер осмотрел главный зал часовни окончательно прояснившимся зрением. И возможность изгнания перестала казаться такой ужасной. Как сказал Второй - "им же хуже". Пусть им Ллотис пожертвования выпрашивает. Собрать вещи - было бы что собирать - и свалить к скампам. Из часовни, из Эбенгарда. Кстати, о Ллотисе - слышанный прошлой ночью голос неизвестного, того самого, что упёр танто и пытался напоить какой-то подозрительной бурдой, довольно сильно напоминал сипловатый баритон меченого данмера. С другой стороны, подозрения Элемара строились на слишком шатких основаниях - примерно на тех же, на каких пытались построить обвинение против него самого. Более чем достойная причина не рубить сплеча. Неприязнь неприязнью, но в открытую они не конфликтовали. В основном, потому что оба старались избегать общества друг друга - данмер не особо скрывал своё отношение, да и Элемар с предложениями дружбы не торопился. Для того, чтобы не испытывать нехватку общения, ему хватало компании Второго. А если у меченого к нему какие-то претензии - пусть подойдёт и выскажется. Не подходит? Ну и в Обливион урода, ему заскоков Второго с головой хватает... и вообще - он не золотой септим, чтобы нравиться всем и каждому...
   К тому времени, когда из своих покоев показалась Лалатия Вариан - Оракул Имперского культа и его глава в Морровинде - альтмер успел накрутить себя почти до предела и ожидал сообщения о том, что он исключён из числа служителей, как избавления. Второй, конечно, пытался его урезонить, но тщетно. Возможно, потому что духа тихие шепотки по углам и внимательные недоверчивые взгляды, словно бы говорящие "почему ты всё ещё не в тюрьме?" самого бесили преизрядно.
   Однако Оракул преподнесла сюрприз. С минуту потаращившись на альтмера отсутствующим взглядом, она моргнула и сообщила:
   - Видение было у меня - не виновен ты в том, обвиняют тебя в чём...
   Второй, как всегда в присутствии Оракула забившийся поглубже, вдруг булькнул и захихикал.
   "Магистр Йода детектед", - прохрюкал он сквозь хихиканье странную фразу.
   И исчез, словно его и не было, оставив Элемара недоумевать, что он имел в виду. Впрочем, больше ничего Лалатия так и не сказала - с тем же отсутствующим видом постояла минуту и удалилась обратно в свои покои. Альтмер пожал плечами и последовал её примеру - собирать свои немногочисленные пожитки. Выгонять его, судя по всему, не собирались, но ближайшую недельку-другую он все равно намеревался провести где-нибудь подальше от Эбенгарда и часовни Имперского культа. Пока, как метко выразился Второй, не уляжется "бурление говн" в связи с убийством Труптора и его невольной к тому причастностью.
   Посовещавшись с духом, Элемар решил отправиться в Балмору. Нет, изначально Второй почему-то предлагал Пелагиад, но потом передумал. К тому же стоило показаться на глаза Каю, хотя бы для очистки совести, да и Аркнтанд, который они все же решили "обнести", был как раз поблизости. Альтмеру, правда, показалось, что как раз именно к Каю наведываться дух не хотел...
   Кай их выставил. Без каких-либо объяснений. Мало того, Элемару показалось, что старик был неприятно удивлён его появлением.
   "Видимо, я пришёл не вовремя", - подумав, заключил он, когда они расположились в "Восьми Тарелках".
   "Или вообще не должен был прийти", - откликнулся вновь преисполнившийся подозрений Второй.
   "Ты опять за своё?" - устало поинтересовался Элемар.
   "Если кто-то подстраивает тебе неприятности, стоит подумать, кому это выгодно, - назидательно ответил дух. - Ты вроде бы не успел никому слишком уж сильно оттоптать ноги..."
   "Илус Труптор?" - предположил альтмер.
   "Ну да, ты настолько его достал, что он взял и самоубился, - фыркнул Второй. - Причём, чтобы отомстить, подстроил так, чтобы подозревали именно тебя. Чушь не мели, а".
   Элемар и сам понимал, что это его предположение - бессмысленное и даже идиотское. Просто убитый Учёный Стендарра был первым, кого он сумел припомнить.
   "Хорошо. Камонна Тонг. Помнится, я... мы по наводке Баколы Клоссиуса выгребли их запас бренди".
   "Эти бы тебя просто пришили. Но они, насколько я понял, решили, что это проделки Гильдии Воров. Помнишь ту резню в Балморе?"
   Альтмер почесал в затылке.
   "Ну, остаются только подружка Моссанона и этот кошкоёб Сертиус".
   "С которыми ты расстался вполне доброжелательно? Чепуха. Девица тебе прямо заявила, что претензий не имеет, а Сертиус... ты можешь себе представить его проворачивающим такую комбинацию?"
   Альтмер был вынужден признать, что нет. Для охранника Восточно-Имперской Компании такая подстава была слишком сложной. Даже при том, что о его неприязненных отношениях с Илусом Труптором тому было наверняка известно.
   "Постой! - вдруг осенило его. - Ллотис!"
   Второй задумался.
   "Этот мог - почему-то он с самого начала был настроен по отношению к тебе враждебно... - медленно проговорил он. - Правда, я не понимаю его мотивов..." - добавил он и замолчал.
   Молчал он довольно долго.
   "Знаешь, я тут подумал... - заговорил, наконец, дух. - Этот данмер неспроста проникся к тебе пылкой нелюбовью. Как будто его кто-то заранее накрутил. Например, представив, как конкурента. И если предположить, что я прав..."
   "И в чем я могу с ним соперничать? В этой... "избранности"? - насмешливо перебил его Элемар. - Будем мериться с ним, кто больше подходит на роль Нерева?.."
   И осёкся, внезапно поражённый своей догадкой. Данмер из Сиродиила, бывший бандит... то есть наверняка осуждённый преступник - как тот, чьё место он занял... Стараниями Второго, альтмер знал, из какого контингента выбирались кандидатуры на роль древнего данмерского героя. Логично, если подумать: сдохнет очередное "ложное воплощение" - не жалко, не сдохнет - у Империи заранее имеются причины ухватить оборзевшего "героя" за яйца покрепче. И Ллотиса за эти самые яйца наверняка держат так, что не вырвешься... И Аркнтанд... проклятый, даэдра его побери, Аркнтанд укладывался в эту схему, что называется, как влитой. Он ведь с самого начала понял, что это подстава! Да и Второй ещё по пути туда прямо говорил о том, что на него захотят набросить крепкий "поводок". "Замазать", так он, кажется, говорил. Жаль, что нельзя узнать точно, ждали ли его тогда на выходе из руин... Чтобы быть полностью уверенным...
   А вот Ллотис наверняка имеет такой "хвост", что куда там головорезам Камонны Тонг... И возможность выбиться в "народные герои" Морровинда вполне может представляться ему способом сбросить накинутый на него поводок. И если, к примеру, Кай намекнул - или прямо сказал - ему о наличии соперника, попытка убрать его, Элемара...
   "Нет, - вклинился в его мысленные рассуждения Второй. - Просто убирать тебя он не стал бы. Если Кай сообщил ему о сопернике, убивать тебя собственноручно - все равно, что заявить о своих намерениях открыто. Старик не идиот и наверняка обложил нашего меченого не-друга так, что действовать в собственных интересах тот может только исподволь. Но вот использовать его поручения к собственной выгоде..."
   "Ты все-таки считаешь, что подставили меня по поручению Косадеса?" - угрюмо поинтересовался Элемар.
   "Я почти уверен в этом. Как я уже говорил - ищи, кому выгодно. А наш старикан уже давал тебе задание "с душком", помнишь?"
   "Только что об этом вспоминал".
   Вот. И если предположить, что Ллотис - только исполнитель, а сама идея подставы исходит от Косадеса, чтобы во что бы то ни стало упечь тебя за решётку, становится понятным и выбор "жертвы" и все остальное. Нам с тобой крупно повезло, что Ллотис с помощником - будем считать, что это все-таки он - сработал так топорно. Если бы Фральд Белый сумел посадить тебя в тюрьму, доказать впоследствии, что ты не преступник, уже было бы невозможно. Это был бы первый поводок на твоей шее. К тому же Кай, или кто-то его агентов мог бы выкупить тебя... как раба".
   "Что-о?!"
   "Да-да. По законам Морровинда, осуждённый преступник может быть продан в рабство. И в твоём случае такое вполне возможно, причём с соблюдением всех формальностей. Включая заверенный по всем правилам договор купли-продажи, копию которого можно будет предоставить как доказательство твоего "вещевого" статуса, если ты в какой-то момент решишь взбрыкнуть. И не факт, что в том договоре будет стоять имя, под которым ты известен в Морровинде".
   "Знаешь, мысль о самоубийстве до сего дня ещё ни разу не казалась мне настолько привлекательной, - попытался пошутить альтмер. - Заодно от тебя избавлюсь - подумать только, если бы не ты, я бы ни о чем таком даже не догадывался бы. Жил бы себе и жил, выполнял бы поручения координатора, не задумываясь, как это может в дальнейшем отразиться на мне самом, и надеясь, что по окончании этой "миссии" меня потихоньку переведут в другую провинцию..."
   Ответом ему стало насмешливое фырканье.
   "А вместо этого я барахтаюсь, как та лягушка, что угодила в горшок с молоком, изо всех сил пытаясь не утонуть", - мрачно подытожил он.
   "Продолжай в том же духе и, в конце концов, собьёшь масло. И выпрыгнешь из горшка".
   "Если не сдохну".
   "Я помогу. Хотя, знаешь... поначалу, когда я понял, куда угодил, я даже не подозревал, насколько тут все сложнее, чем я когда-либо мог себе представить. И страшнее".
   Элемар вдруг вскочил и засобирался.
   "Как думаешь, что мог сделать Кай, когда выяснилось, что затея провалилась?"
   "Накрутить хвост Лллотису".
   "И где бы он его искал?"
   "Думаю, тот сам к нему явится. Или... уже явился и отчитался, что все хорошо, перед твоим приходом".
   Альтмер же торопливо сунул в кошель ключ от комнаты и привычно сотворил заклинание Божественного Вмешательства.
   "Альмсиви, идиот!" - взвыл Второй, но было уже поздно.
   Прямо перед ними зияли ворота форта Лунной Бабочки...
   Осознавший свою ошибку альтмер перенёсся из форта к балморскому храму и едва ли не бегом устремился в Рабочий квартал, до которого пришлось добираться кружным путём, через Торговую площадь - по набережной Одай, как раз между храмом и ближним мостом, заводным анимункулом вышагивал уже знакомый Спящий. Точнее, двое - те же признаки одержимости альтмер заметил ещё у одного любителя ночных прогулок. Общаться с замороченными он не хотел, пришлось обходить чуть ли не через весь город...
   Но, как оказалось, в Балмору можно было не торопиться - Кая дома не было. Его встретили тёмные окна и запертая на замок дверь. Замок-то, конечно, был простенький, и взломать его не составляло труда, но смысла в этом действе не было: целью Элемара был не дом, а его обитатель.
   "Ну и куда он мог рвануть?" - не надеясь на ответ, вопросил он.
   "В Эбенгард", - против его ожидания отозвался Второй. - Если он причастен к произошедшему, он наверняка отправится выяснять, что пошло не так. По крайней мере, я бы так и сделал. Причём я вижу сразу два варианта его поведения - он либо начнёт "выяснять", что случилось с его агентом, изображая заботливого начальника, либо устроит "разбор полётов" где-нибудь в уголке. Все зависит от того, является ли Фральд Белый одним из тех самых "связей" в Легионе".
   "Значит, в Эбенгард", - решил Элемар.
  

***

   Оказавшись перед дверью в часовню Имперского культа, Элемар торопливо огляделся. Перемещение с помощью магии всегда сопровождалось "светомузыкой", как назвал сопутствующие эффекты Второй, и не могло не привлечь внимания. А ему это самое внимание сейчас было совсем ни к чему. Отправляясь в Эбенгард, он не имел чёткого плана, где и как будет искать Косадеса, рассчитывая разобраться на месте. Второй тоже не смог придумать ничего внятного, неуверенно предложив заглянуть в гарнизон Хищной Бабочки. Правда, предложение перенестись Возвратом он мгновенно забраковал, ехидно поинтересовавшись, как он собирается объясняться с Тунифусом - магическая пометка ведь стоит в его покоях. Пришлось воспользоваться услугами гильдейского проводника, а потом колдовать самостоятельно, рискуя опустошить магический резерв и никуда в результате не попасть. Впрочем, все обошлось, даже заклинание Вмешательства Альмсиви, которое ещё не было отработано им так же хорошо, как Божественное, удалось уже со второй попытки...
   Караульного легионера поблизости не было, и альтмер, облегчённо выдохнув, стремительно зашагал к входу в Зал Совета, надеясь, что там к этому времени тоже никого нет. В нервно сжавшихся пальцах чуть слышно хрустнул свиток с заклинанием Лабиринта Восприятия Голанара - один из двух, вручённых ему Кайе после задания в Кальдере - на всякий случай. Второй был резко против того, чтобы его использовать, но в помещениях гарнизона Хищной Бабочки укрыться было негде, а иного способа отвлечь от себя чужое внимание не имелось.
   - Помолчи! Кого-то принесло посреди ночи... - громом прозвучал приглушённый рык откуда-то сверху.
   "Стоять!" - рявкнул Второй.
   Элемар, успевший взяться за дверную ручку, замер.
   "Открой дверь, но не заходи. Просто закрой. И затаись. Кажется, нам повезло - там, наверху, сейчас Фральд Белый. И, похоже, не один".
   Медленно, осторожно выдохнув, альтмер подчинился.
   - Ложная тревога, кажется. Видимо, это кто-то к герцогу, - донеслось сверху.
   А альтмер торопливо отступил от двери в тень часовни, под негромкое бормотание второго участника беседы. В отличие от альбиноса, чей голос был свеж в памяти Элемара, тот говорил тихо и узнать, кто это, не удавалось. Элемар осторожно посмотрел вверх. С того места, где он находился, беседующих не было видно - Фральд и его собеседник устроились на небольшом переходе между башнями Совета. Про себя альтмер невольно одобрил выбранное ими место: увидеть их не могли, подслушать тихий разговор - тоже. А в башни Совета чужим хода не было. И не заговори альбинос именно в тот момент, когда Элемар оказался прямо под ними, ему бы и в голову не пришло искать их там.
   - Мне эти ваши клинковские заморочки - до во-он той хрени, что над Вивеком висит! - продолжал шёпотом разоряться Фральд. - Пока тут орудует Имперская Комиссия, я ничего не могу сделать просто так!
   Ответом вновь стало неразборчивое бормотание.
   - Да они везде лезут, - уже тише, с каким-то усталым раздражением проговорил он. - Кай, я не понимаю - ты беспокоишься за своего агента или хочешь его упрятать?
   "Вот так-то, - с мрачным удовлетворением протянул Второй. - Ладно, дальше можно не слушать..."
   Альтмер тихонько прокрался обратно - из-за одной из башен послышались неторопливые шаги караульного легионера. Встречаться с ним было нежелательно: предполагается, что он сейчас спокойно дрыхнет в Балморе. Слегка помятый свиток отправился в кошель на поясе, а сам Элемар сотворил заклинание Вмешательства Альмсиви...
   "Теперь-то ты убедился? - несколько сердито поинтересовался Второй, когда альтмер, проигнорировав мрачный взгляд хозяйки "Восьми Тарелок", вновь заперся в снятой комнате. - Сколько можно сопли жевать?"
   "Убедился, - вздохнул в ответ Элемар. - Кстати, не это ли ты имел в виду, когда в начале нашего знакомства, сообщил, что я... как ты там выразился... "в жопе"?"
   "Нет, не это. О том, что твои товарищи тебе совсем не товарищи, я даже не подозревал, - явно кого-то или что-то цитируя, ответил дух. - Я имел в виду вообще всю ситуацию с нереваринством. Подозревать, что с поручениями Кая не все чисто, я начал только тогда, когда вместе с тобой штудировал тот самый сборник законов. А после просьбы Антаболиса эти подозрения обрели реальную основу. И не удивлюсь, если окажется, что этот кубик-головоломка попал в Аркнтанд незадолго до того, как Кай дал тебе это задание - ты сам видел, что там ничего ценного нет, все выгребли как бы не до твоего рождения. По крайней мере, на верхних уровнях. Такую необычную вещь уж точно бы не пропустили".
   Альтмер вздохнул, соглашаясь.
   "Впрочем, подтверждение моих подозрений нам ничего, по большому счёту не даёт - выйти из "системы" тебе так и так не позволили бы. Разве что теперь мне придётся ускориться с созданием задуманной вундервафли... Пусть, на всякий случай, будет под рукой".
   "Что за вварден... фафля?" - заинтересовался Элемар.
   "Вундервафля, - поправил Второй. - Если перевести на нормальный язык - "чудо-оружие". Вещь, наделённая исключительными свойствами".
   Дух перехватил контроль над левой рукой и выудил из сумки дротик-дарт.
   "Вот из этой штуки я и намерен её сделать. Так что поутру идём в Аркнтанд, собираем там столько симпатичного барахла, сколько ты сумеешь уволочь... а потом займёмся теорией и практикой зачарования".
   "А камни душ?" - въедливо поинтересовался альтмер.
   "Насколько я понял из объяснений того парня, что дал тебе свиток, можно обойтись без них. От тебя потребуется только объяснить мне, как именно".

***

   В Аркнтанде с момента их предыдущего визита ничего не изменилось - по-прежнему где-то в толще скалы грохотали колоссальные двемерские механизмы, горели светильники, да в центральном зале все так же высилась куча посуды. Разве что добавился запах разложения от трупов убитых Элемаром мародёров. Не слишком сильный - по словам Второго, загадочные механизмы обеспечивали, в числе прочего, постоянную вентиляцию помещений, иначе здесь и без мертвецов было бы нечем дышать - но достаточно явственный.
   Подумав, Элемар решил далеко не ходить - похоже, мародёры стащили в эту кучу все более-менее целое и ценное, оставалось только выбрать. Преодолевая отвращение, альтмер подтащил один из оказавшихся поблизости металлических стульев и, стараясь не мешкать, начал складывать в припасённый для этой цели кожаный мешок наиболее сохранившиеся вещи. Кубков различных форм и вместимости, кувшинов с чеканным узором или инкрустацией было много, но большая часть в той или иной степени пострадала от времени - металл потемнел, эмали растрескались и выкрошились, а часть камней выпала из гнёзд. Причём некоторые - относительно недавно и явно не без посторонней помощи. На некоторых кувшинах красовались вмятины. Второй на вопрос об их происхождении пояснил просто:
   "Вварденфелл - это вулкан, как тебе известно. И достаточно активный вулкан. Знать не знаю, каким образом двемеры ухитрились его... скажем так, усмирить, но единственный раз, когда он извергался, пришёлся на момент вскоре после их исчезновения. И если верить дошедшим до нынешних времён легендам, пепельные пустоши Эшленда и наводящие жуть пейзажи Молаг Амура появились именно тогда. Да и после того, вулкан наверняка время от времени встряхивал весь остров... А до того Молаг Амур был покрыт густыми лесами, а к западу от Красной Горы простирались зелёные равнины, усеянные цветущим канетом... про канет это цитата, кстати. Вроде бы".
   Альтмер недоуменно моргнул. Слова ли Второго тому причиной или нечто совершенно иное, но...
  
   ...Красная Гора, возвышающаяся над бескрайним зелёным морем, полыхала багрянцем в лучах закатного солнца. А шпили далёкого Бтанченда на её северо-западном склоне отсюда казались россыпью золотых звёзд. Или цветков канета, таких же, как те, что роняли пыльцу на его плащ. Наклонившись, он сорвал усеянную золотисто-жёлтыми цветками веточку и досадливо зашипел, оцарапавшись о колючие листья. Слизнул выступившую кровь и, поднеся цветок к носу, с наслаждением вдохнул одуряюще-сладкий аромат...
   - Бинти, хла'джул... - обернулся он к юноше, стоящему за его левым плечом. - Ас син йаглан, ку'ельм иск мердех малат эан йам...(35)
   - Ней, йи хан(36), - кивнул тот...
  
   - Что это было? - пробормотал он.
   Картинка, на миг возникшая в сознании, стремительно таяла и размывалась.
   "Не знаю", - осторожно отозвался Второй.
   "Ты тоже это видел?" - уже про себя обратился к нему Элемар.
   "Да".
   "Как думаешь, это связано с... теми снами? - не дождавшись пояснений, спросил альтмер. - С теми, где... которые не насланы Даготом? Ну, вроде бы..."
   "Возможно. Не знаю. - Второй вздохнул. - Для меня это такая же неожиданность, приятель".
   "Ты не договорил про Красную гору", - решил сменить тему Элемар.
   "Учти, я не специалист по технике и могу только строить предположения. Насколько они соответствуют истине, я не знаю".
   "Без разницы. Все лучше, чем сортировать эту кучу в молчании".
   "Хорошо. Так вот, могу предположить, что двемерская... э-э... Короче, можно предположить, что машины, грохот которых мы слышим, работают на выделяемой вулканом силе - тепло, горючие газы для светильников... и прочие, так сказать, "дары" Красной Горы. Все это используется до сих пор, в том числе для поддержания более-менее комфортных условий для жизни под землёй. Но, судя по вот этому архитектурному излишеству посреди зала, - Второй на миг отвлёк Элемара от сортировки, заставив посмотреть на лавовый "язык", который они в прошлый раз использовали вместо лестницы на второй ярус, - эта самая двемерская автоматика иногда все же выходит из строя. Что, в общем-то, неудивительно - несколько тысячелетий без надлежащего ухода... Гораздо удивительнее то, что эти машины до сих пор не выработали свой ресурс и продолжают функционировать. Ну, большей своей частью... И не только они - тот же стул, что у тебя... у нас под задницей, за это время просто обязан был превратиться в горку рыжей колючей пыли, а он без протеста и особого напряжения удерживает нашу общую тушку в сидячем положении. И разваливаться не торопится..."
   "Магия?" - предположил Элемар, помимо воли осторожно поёрзав на упомянутом стуле.
   Стул даже не скрипнул.
   "Ты можешь себе представить заклинание, способное самостоятельно поддерживаться тысячелетиями? Я - нет. Впрочем, это отнюдь не означает, что такое невозможно - есть у меня одна мысль... - Второй ненадолго замолчал. - Так вот, - продолжил он, - когда где-то что-то все-таки ломается - а чинить это "что-то" больше некому - Вварденфелл начинает потряхивать. Причём чем ближе к источнику - и я не о Красной горе, а о сломавшемся агрегате - тем сильнее трясёт. Пока не используемая более энергия или газ не найдут другой выход. Или, что гораздо вернее, пока не создадут его. Судя по тому, что мы можем видеть в этом зале, - он снова указал на лавовый "язык". - В Аркнтанде тоже что-то как минимум единожды выходило из строя. И трясло его знатно. Так что все, что не было привинчено или припаяно к полу и стенам, обрело способность летать. Кстати, - он на миг задумался, - если это был город, то он изначально должен был быть значительно больше..."
   Взгляд Элемара помимо воли упёрся в лавовые натеки. Мелькнула мысль, что там, под слоями застывшей лавы, может скрываться вход в неисследованную часть руин. И неразграбленную тоже...
   "Если только эта самая неисследованная часть - при условии, что она существует - не была в своё время залита расплавленным камнем, как литейная форма - оловом, - хмыкнул подслушавший его мысль Второй. - Но надо отдать двемерам должное: их творения не только создавались на века, но и сумели эти века пережить, пускай не без потерь".
   Когда мешок раздулся и потяжелел от трофеев, Элемар встал и взвесил его на руке.
   "Тяжеловато, однако... Как думаешь, на первый раз хватит?"
   "С лихвой. Это бы продать. Ну, что - ищи место, где мы сможем передохнуть и потренироваться в зачаровании, не отвлекаясь на запах дохлятины..."
   Подходящее место нашлось довольно скоро, правда, с "запахом дохлятины" пришлось временно смириться - наиболее удобной оказалась та самая комнатка, где в прошлый раз они нашли двемерскую головоломку. Элемар с помощью изогнутого куска какой-то трубы поддел труп главаря и выволок его наружу, в общий зал. К счастью, пресловутая вентиляция была исправна, и вскоре дышать стало значительно легче.
   А вот с разъяснением теории магии вышел затык - Второй, дитя иного мира, мыслил совершенно иначе, чем требовалось для понимания. Элемар успел почти отчаяться, когда из-под пальцев Второго - для практики они поменялись местами и тот теперь пытался зачаровать один из дротиков на огненный урон - вдруг брызнули искры, а дротик заметно потеплел и окутался лёгким алым свечением. Мерцание медленно сползло к игле, на пару мгновений задержалось на острие, а затем погасло, словно втянувшись внутрь.
   "Кажется, получилось, - облегчённо выдохнул альтмер. - Как бы теперь проверить..."
   "Никак, - буркнул такой же вымотанный Второй, вытирая мокрый от пота лоб. - Из всех живых существ здесь только ты. Нет, можно, конечно, воткнуть эту штуку тебе в жопу и посмотреть, получишь ли ты, в придачу к уколу, ещё и ожог... Но я не думаю, что это хорошая идея".
   "Нет, совсем не хорошая", - со смешком согласился Элемар.
   По лежащему на металлической поверхности стола дротику время от времени проходили волны красноватого мерцания. Второй, подумав, вытащил из ножен меч и положил его рядом. По клинку тут же прошла такая же волна, только зеленоватого цвета.
   "Ну, теоретически, у нас все получилось правильно", - резюмировал он, убирая меч обратно в ножны.
   Потом неожиданно спросил:
   "Ты, помнится, родился под Ритуалом, так?"
   "Ну", - подозревая подвох, отозвался Элемар.
   "Как насчёт того, чтобы поднять подопытный объект?"
   "Спятил?"
   "Ничуть. У нас есть один урождённый некромант, один дротик, нуждающийся в проверке и куча бесхозных мертвецов. Ты поднимаешь одного, я пуляю в него дротиком, и мы смотрим на эффект. На случай, если нашему подопытному не хватит дротика, у нас есть ещё зачарованный меч. Или то твоё заклинание, которым ты тогда на мосту кости отпугивал. Ну и, на самый крайний случай, наш любимый огненный шар".
   "Точно спятил. Но ладно, будет тебе подопытный мертвец. Мне и самому любопытно, что у тебя вышло. Но учти, добивать или отпугивать будешь сам - заклинание, если я правильно помню, ты уже знаешь".
   "Договорились".
   Второй на миг задумался, вспоминая, а потом без особых усилий сотворил то самое заклинание отпугивания нежити. И ещё раз - для верности.
   Поднимать мертвеца решили в Залах Колокольного Звона - идти было сравнительно недалеко, да и длинный коридор перед выбранным местом поднятия, тоже был на руку: если вдруг придётся удирать от разъярённого зомби, ничего не будет попадаться под ноги. Правда, мертвецу тоже ничего мешать не будет, но они рассчитывали, что передвигаться он будет всё же немного медленнее, чем при жизни. И не сумеет открыть дверь, которую они на случай поспешной ретирады оставили открытой. К тому же врождённая способность, в отличие от "академических" заклинаний, действовала неизбирательно, и Элемару совсем не улыбалось оказаться в компании нескольких неупокойников. Мало ли, как остальные отреагируют на агрессивные действия в адрес одного из них...
   Мертвец послушно встал и, не найдя поблизости врагов, неуверенно заковылял в сторону отходящего назад создателя. Второй же, поспешно обменявшись местами с Элемаром, сосредоточился и уверенным взмахом руки послал в него свежезачарованный дарт.
   Сверкнула жёлто-оранжевая вспышка, и к уже почти привычному смраду гниющей плоти добавилась вонь палёной мертвечины, а на груди под ключицей покойника, в месте попадания дротика появилась тлеющая по краям дыра в одежде, под которой был хорошо виден глубокий ожог. Самого дротика нигде не было видно.
   Зомби рассерженно засипел и ускорился. Второй тут же приголубил его отпугивающим заклинанием и, дав ему отойти, послал вдогонку огненный шар. Пламя с грохотом расплескалось по стенам коридора, а мертвец, превратившийся в факел, завертелся волчком и упал на металлический пол.
   - Все, - торопливо выскакивая за дверь в центральный зал и захлопывая её за собой, выдохнул он. - Больше мы туда не пойдём. Испытание чар прошло успешно, отсутствие ценностей мы ещё в прошлый раз заметили, так что делать нам там больше нечего.
   "В ближайшее время уж точно", - согласился Элемар.
   Вернувшись в комнатку на втором ярусе, Второй с помощью еще одного куска трубы заклинил дверь, чтобы её было невозможно открыть снаружи.
   - Гостей мы не ждём, особенно незваных. Их, конечно, вроде бы не предвидится, но лучше перебдеть. Не хотелось бы, чтобы нас застали спящими. А будем уходить - уберём эту фигню сами.
   "Перестраховщик", - хмыкнул Элемар, правда, скорее, одобрительно, чем укоризненно.
   Постель, ранее принадлежавшую убитому главарю, дух брезгливо перетряхнул и застелил какими-то тряпками, ранее бывшими чьей-то одеждой и выглядевшими почти чистыми. Сам Элемар был готов согласиться и на то, что было изначально: проведённая в беготне половина прошлой ночи и нервное истощение нескольких последних часов - его "сосед" оказался не самым лёгким учеником - давали о себе знать все сильнее. Да и Второй казался измученным - многочисленные попытки наложить заклинание, как тщетные, так и увенчавшиеся успехом, заметно его истощили.
   Впрочем, несколько часов сна - определить, сколько именно, в подземной келье не представлялось возможным - хорошо взбодрили обоих. Однако Элемар ещё не успел толком проснуться, как обуреваемый жаждой действий дух вновь занял его место и уселся за стол зачаровывать свою загадочную "вварденфафлю".
   То, что происходит что-то нехорошее, он сообразил только, когда Второй мучительно застонал и торопливо вытолкнул его "наружу", одновременно словно бы истончаясь и тая. Взгляд сразу выхватил пылающий тревожным багрянцем дарт в судорожно сжатых пальцах, лист бумаги на столе, а в ушах зазвучал тонкий противный звон, все усиливающийся с каждым мгновением. И в дополнение ко всему, едва восполнившийся магический резерв начал стремительно опустошаться.
   "Второй?" - позвал он.
   "Помоги", - едва слышно прозвучало в ответ.
   Не шёпот даже - тень шёпота.
   "Как?!"
   Впрочем, ответ ему не требовался - разум сам, без подсказок со стороны начал вливать в вышедший из-под контроля конструкт магию. А тот жрал, точно не в себя... В закружившейся от магического истощения голове звонко щёлкнуло, по закушенным губам потекло что-то горячее и мокрое, и на покрытую рыжими пятнами поверхность стола западали тяжёлые алые капли: вытянув магию, заклинание начало потихоньку вытягивать жизненные силы...
   И вдруг все кончилось. Не веря своим ощущениям, альтмер дрожащей рукой вытер льющуюся из носа кровь и уставился на лежащий на столе дарт. Серебристый, похожий на остроносую рыбку, дротик тускло сверкнул багрянцем - но не алым, огненным, а более тёмным, тревожащим, с фиолетовой искрой, намекающей на то, что зачарование было сдвоенным. Разрушение и... Колдовство? Что же задумал этот бесплотный безумец, чья самоуверенность едва не отправила их обоих в Обливион? И, кстати, как там он сам?
   "Второй?" - напряжённо, испытывая странную неуверенность, позвал он.
   Тишина в ответ. И ощущение мёртвой ледяной пустоты там, где обычно чувствовалось присутствие духа...
  
   Глава 19 (Отступление 3). Ни там, ни тут...
   Тишина. И темнота.
   - Ну что, умник? Поколдовал?
   От неожиданности я открыл глаза и вскочил. И замер, не веря тому, что вижу.
   Каким-то образом я оказался в своей собственной квартире, точнее, в комнате, которую использовал, как кабинет - письменный стол, как всегда заваленный документами, книжные полки, под завязку набитые юридической литературой, вдоль стен, диванчик, на котором я обычно ночевал после скандалов с Лексой... фото самой Лексы на столе под лампой. И я сам в кресле возле компьютера - настоящий я, а не тот образ, что я придумал, опираясь на облик моего "носителя": мои родные метр девяносто два роста, упакованные в тёмный деловой костюм, мои тёмно-рыжие патлы, стянутые в хвост на затылке, высокий лоб с залысинами у висков... и моя фирменная паскудная улыбка на наглой роже успешного адвоката сорока трёх лет от роду, которую я часто видел в зеркале после каждого удачного дела. Я-который-не-я моим жестом пригладил рыжую шевелюру, за которую я в далёком детстве получил дурацкое прозвище Мандарин, а позднее, в армии, бил морды всяким козлам за попытки его сократить... понятно до чего. Кто же захочет откликаться на такую кличку?
   Нахмурившись, я оглядел себя. Точно такой же костюм... и все остальное, наверное, тоже. Но если я - вот он, то кто тогда мой визави?
   - Кто ты такой? - прищурился я.
   Ясно, что не Элемар - тот бы вёл себя по-другому, хотя сходство между нами, как я теперь видел, потрясающее. Если не обращать внимания на "видовые" различия, вроде формы ушей, то примерно лет через сто - сто пятьдесят его лицо будет выглядеть в точности, как моё собственное сейчас. Вспомнив парня, я немедленно вспомнил и последние минуты пребывания в его теле. И устыдился: кажется, я замахнулся на то, что мне не по силам. Остаётся надеяться, что с ним все в порядке.
   - С ним все хорошо. Твоя выходка доставила ему... некоторое неудобство, но ничего серьёзного и, тем паче, непоправимого с ним не случилось.
   Губы моего двойника не шевельнулись, но сказанное я расслышал вполне отчётливо.
   - Я рад. И все же - кто ты такой?
   - Попробуй задать тот же вопрос себе, - предложил неизвестный.
   Казалось, ситуация его забавляет.
   - Ответь же - кто ты такой?
   - Я? В прошлом - человек, - я решил не артачиться и ответить. - Ныне - дух, бестелесный и беспамятный, - то, что это место - совсем не то, чем мне видится, я уже понял.
   Как и то, что мой собеседник - не моё отражение, а некто иной. Или нечто иное.
   - Неверно.
   - Однако, это все, что я могу о себе сказать. Все, что я о себе знаю.
   - Ты знаешь больше. Значительно больше. Достаточно для того, чтобы дать ответ. Подсказок уже было достаточно.
   - Однако это - то, в чем я полностью уверен. Твоя очередь отвечать на вопрос.
   - Моя? - незнакомец перестал лыбиться и смерил меня таким взглядом, что я мгновенно задумался о бегстве.
   И окончательно убедился, что мой визави - не такая же заблудившаяся душа, как я сам, а кто-то посерьёзнее. Кто? Кандидатов было достаточно, и все они относились к миру, в котором я в последнее время пребывал. И те из них, кто предпочитал мужской облик, добротой не отличались... в общем, радости мне это открытие не прибавило. Скорее, наоборот. Проблема в том, что возможности сбежать - хоть куда-нибудь! - мне не предоставили. Там, где в моем кабинете находилась дверь, была голая стена...
   Мысли мои явно не были тайной для неизвестного, потому что ухмылка, вновь появившаяся на его-моей роже, становилась все шире и шире... пока мне не стало казаться, что нацепленная им личина во-вот треснет.
   Не треснула.
   - Забавно. Такая работа мысли - и всё впустую.
   - И все же?
   Намёк на то, что он не является никем из тех, о ком я подумал, уверенности мне не прибавил - кроме них были ещё "дамы" и пара гермафродитов-транссексуалов...
   - Не так быстро. Впрочем, ты и прежде временами был излишне горяч и нетерпелив. И да, прежде чем ты задашь очередной вопрос, я отвечу: да, мы встречались раньше. В некотором роде. Ты был моим... паладином. Нет, не так - ты был моей рукой. Моей вооружённой рукой. Или оружием в моей руке... Не в том, правда, смысле, о котором ты подумал. Слово "паладин" все же гораздо ближе к сути... хотя сознательно ты выбрал службу другому... другой. Но я не в обиде, - двойник ободряюще улыбнулся.
   А я молчал, пришибленный этим известием. Разум буквально кипел, пытаясь переварить услышанное и родить хотя бы одну более-менее приемлемую версию. Лидировала та, согласно которой, я лежу в коме где-нибудь в больничке и ловлю глюки под воздействием очередного лекарства, должного разбудить моё сознание... возможно, потому что была наиболее разочаровывающей.
   От размышлений меня отвлёк негромкий смешок - незнакомец откровенно забавлялся, наблюдая за ходом моих мыслей.
   - Удивительное постоянство во вкусах - жениться на рыжих шлюховатых стервах и терпеть их измены, - насмешливо проговорил он, держа в руках взятую со стола фотографию моей жены. - Хотя эта, хе-хе, Лекса - крашеная... И, в отличие от предыдущей, не причастна к твоей смерти. Да-да, ты действительно мёртв, а не лежишь в коме в больничке и ловишь, хм, глюки. Забавно, что это тебя обрадовало, кстати... Вот, смотри, - он протянул фото мне. - Оцени символизм...
   Портрет Лексы в моих руках увеличился, рамка пропала, а изображение... В судебной фотографии такие именуются "узловыми фотоснимками". До того, как уйти в адвокатуру, я насмотрелся на подобные фото вдосталь... да и потом в рамках работы случалось. Но я никогда не думал, что однажды сам попаду в объектив судебного фотографа в качестве трупа "жертвы происшествия".
   В кадр попала чья-то стопа в кроссовке в окружении целой россыпи разнокалиберных бетонных обломков и кусков арматуры, но я смотрел только на... центральный "объект". Пришпиленный куском арматуры к покрытой выщерблинами стене какого-то подвала истерзанный труп в изорванном и пропылённом тряпье, в котором едва угадывались остатки дорогого костюма. Вместо лица и верхней части грудной клетки - кровавая каша с торчащими из неё осколками костей и стекла, цементная пыль и крошки раствора запорошили волосы. На ногах ниже колен - массивный обломок бетонной колонны. Как ни странно, я почти ничего не чувствовал. Я знал это место. Не подвал, как я подумал вначале - подземная автопарковка, в которой я обычно оставлял свою машину. Если бы мне прямо не сказали, что на этом фото - я... но, даже зная это, я не мог соотнести себя с этим куском истерзанной плоти. И... возможно, это малодушие, но меня не слишком интересовало, что привело к такому исходу. То есть предположения, у меня, разумеется, были... но моё будущее меня волновало гораздо больше, чем прошлое.
   - Символичная картинка, не находишь?
   - Боюсь, я не понимаю, о каком символизме речь, - признался я, разжимая пальцы.
   Фотография немедленно спланировала под стол, проскользила по паркету и исчезла. Я невольно хмыкнул, лишний раз убедившись в нереальности окружения.
   - Ладно, - он казался слегка разочарованным. - У тебя ещё будет возможность это понять. Настанет момент, когда ты не сможешь игнорировать очевидное.
   Очевидное? Только не для меня. Смутная догадка, на что все это время намекал мой визави, слабо забрезжила на самом краешке сознания, но для того, чтобы осмыслить её полностью, мне нужно было отвлечься от происходящего, а момент для этого был совершенно не подходящий.
   - О. Кажется, ты все же начинаешь понимать. Зная твоё упорство, я ожидал, что тебе понадобится намного больше времени. Видимо, твоё пребывание в этом мире пошло на пользу твоему разуму. Жаль, что придётся кое-какие твои знания... м-м... спрятать. Временно, разумеется. Считай это наказанием за безрассудство. Хотя идея с, хе-хе, вундервафлей, - в отличие от Элемара, он это слово произнёс абсолютно правильно и без малейшей запинки, - действительно хороша. Поэтому ты не утратишь ничего по-настоящему ценного. Я все-таки заинтересован в твоём успехе... в чем бы он ни выразился. Просто теперь тебе придётся обходиться без костылей...
   Я отшатнулся, но он был быстрее. Раскрытая ладонь с звучным хлопком впечаталась в мой лоб и... ничего не изменилось. Всё то, что казалось мне важным, осталось при мне, а нового вроде бы ничего не добавилось.
   Двойник хмыкнул.
   - Не понял? Ничего, ещё поймёшь. Тебе пора, мой бывший паладин.
   - Постой, - я понимал, что прямого ответа мне, скорее всего не дадут, но не мог не попытаться. - Это ты забрал мою... меня из моего родного мира?
   - Ошибаешься. Я вернул тебя в твой родной мир.
   - Но кто ты? Не хочешь говорить, так хоть намекни!
   - Намекнуть? Что ж... Я, так же, как и ты, считаюсь мёртвым. Вот тебе ещё один намёк, - он раскинул руки в стороны, точно распятый.
   От резкого движения полы пиджака распахнулись и стало видно белую рубашку. На которой тут же расползлось яркое кровавое пятно - точно напротив сердца. Постояв так пару секунд, мой двойник невозмутимо опустил руки и поправил пиджак.
   - Когда мы встретимся в следующий раз, мне будет любопытно узнать, к какому выводу ты пришёл, - усмехнулся он. - Не разочаруй меня.
   Мой кабинет вдруг начал оплывать и размываться, одновременно темнея, словно рисунок, на который щедро плеснули чёрной туши, разведённой в воде.
   - Ах, да... - Кожа от запястий до локтей вдруг вспыхнула болью, словно я сунул руки в огонь. - Может, тебе это и не пригодится, но я не привык отнимать сделанные когда-то подарки... - донёсся до меня затихающий голос.
   Гаснущим зрением я успел увидеть только, как опадают пылающими клочьями рукава моего пиджака, оставляя черные полосы ожогов...
  
   Глава 20. "Купите моего сына..."
   Тук. Тук. Тук. Тук...
   Элемар, не глядя, нащупал еще один дротик. Небрежно прицелился...
   Тук. Серебряная "стрелка" воткнулась Каю в нос. Повисела несколько мгновений и свалилась на пол, издав звонкое "блямс!" а альтмер, поморщившись, потянулся за следующим дротиком. Зачарованная Вторым "вварденфафля" была завернута в большой лоскут ткани и упрятана на самое дно заплечной сумки - с глаз подальше. Элемар не хотел лишний раз видеть или, тем более, брать в руки вещь, стоившую его... другу? да, пожалуй, именно другу... если не жизни - живым, строго говоря, Второй не был - то существования. Но при этом понимал, что раз тот озаботился созданием того, что он назвал "чудо-оружием", это самое "чудо-оружие" ему понадобится. И было бы неплохо научиться с ним обращаться.
   Было, конечно, большое искушение показать "вварденфафлю" кому-нибудь из магов - той же Улени Хелеран, с которой он, прибыв в Садрит Мору, провел две очень... интересные ночи - данмерка оказалась весьма изобретательной любовницей. Но паранойя исчезнувшего "соседа" явно была заразной: Элемар понимал, что случай для применения зачарованного дарта должен быть совсем не рядовым, к тому же, судя по обмолвкам Второго, как-то связанным с Клинками. И, показав его какому-нибудь магу... нет уж, лучше перетерпеть - саму Улени Хелеран он был не склонен подозревать, но кто знает, какие связи у того же Кая в Гильдии Магов? Нет, были, конечно, еще Телванни... но из них он знал только Арару Увулас и мага-зачарователя, к которому его в прошлый раз привел Второй. И то, последнего только в лицо. К безымянному магу он обращаться не хотел - тот мог заинтересоваться, как Элемару, не будучи мастером, удалось такое сделать. Правду рассказывать было нельзя ни в коем случае, а убедительное вранье не придумывалось. Хотя выяснить, что за чары Второй умудрился навертеть, очень хотелось: интересно же, что там такое, что выпило всю энергию из духа, а потом едва не вогнало в могилу самого Элемара? В случае же с Арарой Увулас... если Второй был прав, и телваннийка действительно им заинтересовалась, стоило держаться от неё подальше - только "кошачьих боев" между волшебницами ему не хватало. Внимание со стороны сразу двух привлекательных женщин, безусловно, льстило его самолюбию, но опасение оказаться виноватым со всех сторон и получить трёпку от обеих волшебниц разом - передравшись друг с дружкой, они наверняка объединятся против него - было сильнее. И это, если не считать того, что телваннийка также захочет узнать, как он сумел наложить на дротик такие чары...
   Впрочем, то, что Второго не привязало к даэдровому дротику, альтмер с горем пополам разобрался самостоятельно, благодаря выпискам из всё того же трактата Трамала Ускорини. Чары были на диво мощными, но явно одноразовыми, как и должно было получиться без привязки души. Оставалось выяснить, куда он тогда подевался: развоплотился окончательно, улетел куда-то в Обливион или все же остался здесь, просто лишен всех сил? Элемар, памятуя, чем обернулась попытка духа разорвать связь между ними, склонялся к последнему варианту, старательно прогоняя мысли о том, что связь могла незаметно развеяться, если ей некого стало удерживать. И не раз ловил себя на том, что обдумывая что-либо, невольно обращается к своему "соседу" или просто прислушивается - не слышно ли где-то "за спиной" едва заметного "звука чужого дыхания"? Но нет - он по-прежнему оставался один.
   Минул праздник Новой Жизни, в Вэйресте отмечаемый на несколько дней раньше, чем в остальном Тамриэле. Продав всё, что удалось вынести из Аркнтанда - получилась очень неплохая сумма - Элемар, как и собирался, купил для Джослин новую лютню взамен той, которую бретонка пыталась разбить об его голову. Вручал инструмент, разумеется, Агнинг, иначе подарок наверняка постигла бы та же печальная участь, что и его предшественника. Но бретонка все равно каким-то образом догадалась, кто является истинным дарителем - осторожно проведя по запевшим под её пальцами струнам, она вдруг резко подняла голову и в упор посмотрела на Элемара. Альтмер ни тогда, ни после не сумел понять, что заставило его едва заметно - самыми краешками рта - улыбнуться в ответ на этот взгляд и беззвучно прошептать: "С Новой Жизнью, девочка". Казалось, что именно это произнёс бы тот, кто всего несколько дней назад делил с ним тело... Потому что он умел подбирать именно те слова, которые были нужны.
   А по ночам ему снились сны. Не обрывки памяти Неревара Индорила и не тяжкие кошмары, насылаемые Даготом Уром. По правде говоря, Элемар даже не помнил толком, что именно ему снилось. Кроме высокого, чуть хрипловатого голоса, полукриком-полуречитативом - альтмер не мог назвать это пением - выводившего странные, врезавшиеся в самую душу строки:
   "...Дрогнет в небе черно-белом
   Флаг печали вечных снов.
   Самый смелый путь к победе
   Мы узнали из песни без слов..."(37)
   Элемар даже попытался записать их - но четкий ритм, который он явственно слышал во сне, мгновенно пропал, распавшись ворохом слов, которые не несли и половины той силы, какую он ощущал во сне. Не помогло ни знание бретика, ни даже неведомо откуда взявшееся знание данмериса - слова оставались мертвы и все так же не желали складываться в те самые ритмичные строки из сна. А единственная предпринятая им попытка зарифмовать их самостоятельно оставила жгучее чувство стыда и твердое понимание того, что боги при его рождении обделили его способностями не только к музицированию, но и к стихосложению тоже.
   Альтмеру не понадобилось много времени, чтобы понять, осколок чьих воспоминаний остался в его разуме, бередя и тревожа, подобно вонзившейся в кожу занозе. Он даже, ведомый смутной надеждой неведомо на что, рискнул заглянуть в ранее ревниво оберегаемые Вторым записи - но знаки языка чужого мира были по-прежнему ему непонятны...
   Тук.
   Дротик воткнулся Косадесу в середину высокого лба, расчерченного волнами морщин... и снова свалился, увлекая с собой исколотый несколькими десятками попаданий рисунок на пол. Элемар вздохнул и неохотно встал, чтобы поднять "мишень" и собрать раскатившиеся по полу дротики.
   Вообще-то, портрет вварденфелльского координатора Клинков узнать в этой мешанине чернильных росчерков мог разве что автор рисунка. Но Элемар, изображая своего начальника, за сходством с оригиналом и не гнался - мало ли кто увидит его художества? Напротив, рисовал нарочито небрежно: пропорции лица соблюдены, глаза и нос на месте - и хорошо. Да и не считал он себя особо талантливым художником. Хотя Второй его рисунки хвалил и вроде бы даже искренне...
   Сложив собранные дарты в сумку, альтмер скомкал издырявленный рисунок и вышел из снятой комнаты: никуда идти ему, конечно, не хотелось, но желудок недвусмысленно намекал на то, что было бы неплохо подкрепиться. Да и новости узнать не мешало.
   Внизу, в зале "Шести Рыб" стоял гул куда громче обычного. Озадаченный Элемар поинтересовался у трактирщика, что бы это значило.
   Агнинг усмехнулся в бороду:
   - Слух новый появился, - медленно проговорил он, наполняя шейном глиняный стакан. - Говорят, пропала Кольчуга Повелителя. Да-да, та самая, - кивнул он в ответ на изумленный взгляд альтмера. - Но я не хочу говорить об этом. Хочешь узнать больше - спрашивай у народа. А я больше ни словечка не скажу.
   - Без вопросов, - пожал плечами Элемар, хлопнув об стойку парой медных монет. - Я просто удивился.
   Норд смерил его недоверчивым взглядом, но монеты забрал.
   - Неужто совсем неинтересно? - не выдержал он примерно полминуты спустя.
   - Интересно, конечно, - кивнул альтмер, покатав на языке терпкое вино. - Но не настолько. Я всего несколько часов назад вернулся из Садрит Моры, поэтому просто переполнен впечатлениями. О Телванни, их, гм, архитектуре и отношении к приезжим. До сих пор в себя прийти не могу.
   - Ты ж вроде недавно там уже был, - прищурился трактирщик.
   Потом просветлел лицом:
   - Али опять у бабы был? Ты вроде болтал, что с кем-то там закрутил...
   - Ага, - не стал отпираться Элемар. - Только в прошлый раз мне не пришлось столько общаться с местными, - поморщился он, вспоминая яростный торг с ростовщиком за принесённые им двемерские находки.
   - А-а, - глубокомысленно протянул Агнинг. - Ну дык, чего ты хотел? Это ж Телванни! Они своих-то, темных эльфов в смысле, из других Домов не жалуют. А ты и вовсе чужак.
   - Да знаю я, - Элемар прикрыл глаза и сделал небольшой глоток шейна. - Вот что... не убирай кувшин. И... сколько там тебе доплатить за комнату? Я вроде до вечера оплачивал... не хочу просто в часовню идти. После того случая...
   - Выгнали? - сочувственно произнес трактирщик.
   - Нет. Не выгнали. Но видеть тамошние рожи что-то не хочется. - Он подумал и добавил: - Хотя, наверное, лучше бы уж выгнали.
   Агнинг помедлил, раздумывая.
   - Был тут давеча один, - наконец, проговорил он, понизив голос. - Седой, с лысиной чуть не во весь череп. Я его пару раз до того с ребятишками из гарнизона видал. О тебе, кстати, справлялся - кто видел, что слышали...
   - Занятно, - медленно произнес альтмер.
   Агнинг красноречиво придвинул кувшин и указал на стакан. Элемар понимающе усмехнулся и полез за деньгами. Вино, разумеется, было оплачено, но у трактирщика, похоже, было что поведать.
   На дерево стойки одна на другую легли две серебряные башни. Агнинг посопел, раздумывая, потом взял одну. Вторую легким щелчком отправил обратно Элемару. Перегнулся через стойку и зашептал:
   - Держись от него подальше, парень. Ходят тут слухи, что не простой он человек. Сам хоть и в рванину одевается, зато с большими чинами дружбу водит. Им самим, кстати, тоже... интересовались. Темных эльфов тут мало бывает - герцогская свита из Хлаалу, да пара-тройка помощников при его Совете. Ну, ещё просители иногда появляются, но эти редко совсем и ненадолго. Так вот - этот, который седым интересовался, из храмовых. Их породу ни под каким платьем не спрятать, ординаторская выучка все равно наружу лезет. Так что ты осторожнее. Парень ты неплохой... для высокого эльфа. Вот нутром чую. Не хотелось бы... сам понимаешь...
   - Спасибо, Агнинг, - со всей искренностью, на какую он был способен, поблагодарил норда Элемар.
   А про себя тоскливо подумал, что именно сейчас подсказка Второго была бы как нельзя более кстати. Если Каем Косадесом действительно заинтересовались ординаторы Храма Трибунала... ничего хорошего это не сулило. Эльф поразился, насколько он за последние месяцы успел привыкнуть к незримому присутствию "соседа", его едким комментариям обо всем на свете... да и вообще к тому, что рядом есть кто-то, кому можно безоговорочно доверять. Ну... почти безоговорочно - Элемар накрепко запомнил однажды сказанное духом:
   "Не торопись. Доверие - слишком хрупкий и ценный дар. А я не знаю, куда заведёт нас будущее... возможно, однажды мне придётся совершить нечто такое, что покажется тебе предательством".
   Дураком альтмер не был и потому сразу догадался, что Второй опасается возможного конфликта интересов. Но тем не менее...
   Ночь прошла на удивление спокойно. Только под утро приснился странный сон. В нем высокий рыжеволосый человек со смутно знакомым лицом, одетый в необычного покроя шерстяной темно-синий камзол с двумя пуговицами, из-под которого выглядывала окровавленная рубашка, и такие же штаны с острыми складками впереди, без сомнения, сделанными намеренно, шагнул к нему навстречу из темноты и чувствительно ткнул твёрдым пальцем в лоб - прямо над переносицей. Неожиданно и молниеносно - Элемар не успел ни отшатнуться, ни испугаться. И коротко, лающе рыкнул:
   - Вспомни!
   "Что?", - хотел было спросить альтмер, но в этот миг рядом с ним оказался ещё кто-то. Кто-то, кто выглядел в точности так же, как странный незнакомец - но не был им. Те же длинные темно-рыжие волосы, стянутые на затылке в короткий хвост, тот же чуждый наряд, то же лицо... ах нет - не то же. Уши второго неизвестного, по-человечески закруглённые, вытянулись и заострились, а черты поплыли, складываясь в другое лицо. Очень хорошо знакомое Элемару лицо. Прежними остались только глаза - неприятно пустые и безжизненные.
   Второй.
   Или... нет?
   - Вспомни! - палец вновь больно ткнул в лоб.
   Второй - или кто-то похожий - вдруг бескостно осел, заваливаясь на альтмера. Тот от неожиданности подхватил падающее тело. Руки от кистей до локтей от прикосновения мгновенно обожгло нестерпимой болью, словно Элемар сунул их в пламя, а неизвестный - оба неизвестных - исчез. Альтмер заорал и... проснулся. Сел на постели, протирая глаза, и хмуро уставился в мутное окошко, за которым едва-едва занимался рассвет. Осмотрел зудящие, как после крапивы, руки - ни малейших признаков ожога или раздражения, нормальная чистая кожа... да и зуд почти сразу стих, словно и не было ничего.
   Вставать было откровенно лень. Да и дел, в общем-то, пока никаких не предвиделось.
   "Ну и чего тогда было подскакивать? Ложись да дрыхни себе дальше", - мелькнула в голове недовольная мысль.
   Элемару эта идея понравилась, и он снова откинулся на постель, повернувшись на бок и натягивая тонкое одеяло так, чтобы оно прикрывало затылок и уши - так почему-то удавалось заснуть быстрее. Почему бы действительно не поспать сегодня подольше? И, желательно, без сновидений. Совсем...
   Но уже следующий момент его глаза широко распахнулись, а сам он резким движением сел, спуская ноги на пол - до сонного сознания, наконец, дошла одна маленькая деталь: мысль была не его. За последние три дня альтмер, привыкший мысленно беседовать со своим бестелесным "попутчиком" не раз, забывшись, обращался к нему за советом и, не получив отклика, отвечал сам себе так, как это, по его мнению сделал бы Второй. Разумом он понимал, что это неправильно и, раз уж Второго больше с ним нет, от этой привычки надо избавляться. И как можно скорее.
   Однако в этот раз... Элемар замер, прислушиваясь к себе. Да! Знакомое ощущение чужого присутствия рядом, признаки которого он безуспешно пытался почувствовать все эти три дня, в этот раз несомненно присутствовало. Тот самый не-звук "дыхания за спиной" и ощущение сдержанного внимания.
   "Ну, что на этот раз?" - тяжёлый вздох, полный сдержанного - и насквозь фальшивого - раздражения точно не был его собственной мыслью.
   "Второй? - недоверчиво спросил Элемар, борясь с ощущением, что он все же начал сходить с ума. - Ты... вернулся?"
   "Да, - после долгой паузы ответил дух. - Вернулся".
   И добавил:
   "Как ни удивительно".
   "Я рад", - искренне ответил Элемар.
   "Туго без меня пришлось?" - с лёгкой насмешкой в голосе полюбопытствовал Второй.
   "Не то чтобы... Все же твои "сказки на ночь" не прошли впустую. Просто... я уже привык общаться с умным собеседником. Пусть и на редкость дурно воспитанным", - честно ответил альтмер.
   Дух помолчал.
   "Спасибо", - наконец проговорил он.
   Момент "взаимной неловкости" миновал довольно быстро. Элемар отчитался о том, что происходило за время отсутствия Второго. Дух слушал невнимательно, явно занятый своими мыслями...
   "А ещё я трахнул твою подружку", - вдруг произнёс Элемар.
   "Угу, - отозвался Второй. - Постой... - после паузы обалдело выдохнул он. - Какую подружку?!"
   "Все-таки не слушал", - удовлетворённо заметил альтмер.
   " Засранец", - хмыкнул в ответ дух, явно не испытывая ни малейшей вины.
   "Может, все же поделишься тем, что настолько занимает твои мысли?"
   Второй помолчал.
   "Почему бы и нет? - наконец проговорил он. - Самому мне вряд ли удастся разобраться..."
   "Ты что-то узнал?" - напрягся Элемар.
   "Да... нет... Не уверен. Впрочем, слушай".
   Рассказ Второго альтмера озадачил. В первую очередь тем, что Элемар не мог отделаться от ощущения, что ответ лежит буквально на поверхности, что все необходимые знания у них есть и подсказки даны, но... головоломка не складывалась. Какая-то деталь, не осознаваемая пока, но явно присутствующая, не давала сложить цельную картину и получить внятный ответ. Промучившись в попытках разобраться все утро, они дружно пришли к выводу, что стоит подождать. Возможно, ответ найдётся сам собой.
   А пока стоило вновь наведаться к Косадесу - Второй предположил, что старик мог "созреть" для выдачи следующего задания. А если и не созрел, то хотя бы забрать книги. Продавать их было нельзя из-за сделанных пометок - по крайней мере, большую часть точно - но и оставлять в доме координатора Клинков тоже было небезопасно. Даже несмотря на принятые меры предосторожности.
   Вопрос был только в том, куда их потом девать.
  

***

   Проблема с книгами решилась довольно просто - Элемар вспомнил про Индрель Ратрион. С одной стороны пользоваться бедственным положением женщины было несколько непорядочно, но с другой - выгода была обоюдной: альтмер честно собирался заплатить данмерке за хранение своих вещей, благо, после продажи трофеев из Аркнтанда деньги у него имелись. Еще одним вариантом был Форин Гилнит, но и у Элемара, и у Второго были довольно серьезные сомнения в его надежности - спивающийся рыбак мог в какой-то момент просто забыть про их соглашение... в отличие от Индрель. Впрочем, долго держать у неё своё имущество Элемар не собирался - только до того момента, когда найдёт или обустроит более надёжный схрон.
   Кай выносу вещей не препятствовал и вопросов не задавал, только проводил уносимое добро долгим взглядом. Заметив этот взгляд, Второй предположил, что до содержимого мешков мастер-шпион добраться все-таки не успел и теперь явно сожалел об этом. О каких-либо поручениях разговора снова не было.
   Самым сложным в этой затее оказалось допереть несколько увесистых мешков до порта силт страйдеров. Причем вес был далеко не самой большой проблемой в процессе переноски - дреморовы мешки при переноске каким-то непостижимым образом поворачивались так, чтобы крепко ткнуть острыми, даже сквозь толстую кожу, углами фолиантов в щели между пластинами налядвенников. Элемар шипел сквозь зубы ругательства, подсчитывал предполагаемые синяки, но упорно волок книги, хотя больше всего ему хотелось зашвырнуть их в Одай.
   С Индрель тоже удалось договориться довольно легко: цену за хранение данмерка назвала довольно серьёзную, но для Элемара вполне посильную. Некоторой проблемой, конечно, мог стать любопытный Ринар, но, к счастью, мальчишка книгами не интересовался. К тому же его вниманием полностью завладел подаренный альтмером хитиновый кинжал, увидев который, он просиял и, едва успев оттарабанить положенные слова благодарности, умчался хвастаться перед приятелями "подарком дяди Тано".
   Элемар тоже уже собрался было уходить, но неожиданно Индрель попросила его задержаться. Заинтригованный, он выжидательно уставился на неё.
   - Мутсэра... - данмерка опустила взгляд и нервно сжала худыми руками подол старенького платья. - Зачем вы сделали ему этот подарок?
   Альтмер моргнул.
   - Мне это почти ничего не стоило, а ему в радость, - пожал плечами он. - К тому же, - Элемар слегка сжал пальцами переносицу, - в свое время мальчик сильно помог мне. Если бы он тогда не привел меня сюда...
   - Он привязался к вам, вы знаете? - перебила его Индрель.
   Элемар нахмурился.
   - К чему вы клоните?
   Женщина глубоко и как-то рвано вздохнула.
   - Мутсэра, вы... Вы кажетесь мне достойным мером. И я смею надеяться, что вы не... не обидите моего мальчика.
   - И в мыслях не держал, - озадаченно пробормотал альтмер, не понимая, к чему Индрель затеяла этот разговор.
   А та вдруг подняла голову и четко произнесла:
   - Купите моего сына.
   В первую секунду Элемар решил, что он ослышался.
   - Что?!
   - Купите моего сына Ринара, - так же чётко, глядя альтмеру в глаза, повторила Индрель.
   - Вы... понимаете, о чем просите? - мягко проговорил он.
   - Лучше, чем вы думаете, сэра, - горько усмехнулась данмерка. - Вы знаете о нашем... положении. Чтобы заплатить подати этому жадному ублюдку Процессусу... да и после как-то сводить концы с концами, мне пришлось заложить наш дом. Сейчас же мне удалось собрать нужную сумму - с трудом и не без вашей помощи, сэра - но советница Веланда Омани отказалась... её не интересуют деньги. Ей нужен Ринар.
   - Вы хотите сказать, что эта лачуга стоит тысячу золотых? - недоверчиво спросил Элемар.
   - Меньше, - покачала головой Индрель. - Намного меньше. Я поняла, что вы имеете в виду. Нет, тысяча золотых - это стоимость взрослого раба. Дети стоят меньше. А Ринар... Он красивый мальчик. Советница Омани даже предлагала мне заплатить за него, как за взрослого, в придачу к купчей на дом - только бы я согласилась... Если бы не обстоятельства, я бы гордилась тем, что родила такого сына. Сейчас же это лишь причиняет мне боль...
   "Курио", - вдруг мрачно подал голос Второй.
   "Я догадался", - огрызнулся Элемар.
   Альтмер вновь потер пальцами переносицу, лихорадочно обдумывая сложившуюся ситуацию и ища пути безболезненного выхода их неё.
   - Госпожа Ратрион, - медленно проговорил он. - Вы понимаете, что, даже если я соглашусь, я все равно не смогу забрать Ринара с собой? Будь у меня свой дом, мне не пришлось бы просить вас сохранить у себя мои вещи. И каково будет мальчику, когда он узнает о своем изменившемся... статусе? Не говоря о том, как к нему после этого будут относиться окружающие.
   - Это неважно, - помотала головой данмерка. - Для меня главное, что он будет защищен. А то, что он будет рабом... Вы чужеземец, вам это непонятно... Но Сейда Нин - владение Хлаалу. Имперцы могут сколько угодно надувать щеки и заявлять, что здесь действуют их имперские законы, но на деле за пределами их канцелярии порядки устанавливает именно Совет Великого Дома Хлаалу. Здесь, в Сейда Нин, многие дети давно кому-то обещаны.
   - У меня все равно нет таких денег, - Элемар благоразумно опустил в своем ответе часть "даже если бы я вдруг захотел". - А другого выхода нет?
   - Советница Омани не отдаст купчую. А я не отдам ей моего сына. Я бы бросила этот проклятый дом... но нам с моим мальчиком некуда идти.
   - Я... подумаю над вашим предложением, - обтекаемо проговорил он.
   Грубо отказывать отчаявшейся женщине он не хотел, а обещание "подумать" его, к счастью, не обязывало в будущем непременно соглашаться. Должен быть какой-то другой выход.
   - Подумайте, сэра, - услышал он перед тем, как за ним захлопнулась дверь лачуги. - Только не слишком долго.
  
   Глава 21. Гражданская сознательность
   В трактире Аррилла было пустынно, что, в общем-то, имело очень простое объяснение: утро - рыбаки еще не вернулись с рассветного лова, пропойцы еще не продрали глаза после возлияний накануне... Сам владелец трактира, увидев входящего Элемара, засиял, точно свежеотчеканенный золотой "дракон" и быстро - насколько это было возможно сделать, не теряя достоинства - вышел из-за своей стойки.
   - Приветствую, друг мой! - воскликнул он. - Рад тебя видеть.
   Огляделся и, понизив голос, добавил:
   - Прости, что так сразу, но мне снова нужна твоя помощь.
   - Что, даже не накормишь? - усмехнувшись, поинтересовался Элемар.
   Трактирщик тихонько фыркнул:
   - Обязательно накормлю. Причем вкусно, дешево и досыта. Элон! - повернувшись к лестнице, вдруг гаркнул он.
   Редгардка неторопливо спустилась, выслушала наставления владельца трактира и, смерив Элемара долгим внимательным взглядом, удалилась.
   - Видно, крепко тебя прижало, - покачал головой Элемар.
   - Не то слово, - вздохнул Аррилл. - Когда ты... зачистил Аддамасартус, стало на какое-то время полегче. Никаких перебоев с поставками, никаких вымогательств и пьяных дебошей. Правда, сразу после был один случай воровства, но и тот был больше похож на анекдот: воришками оказались пара каджитов-сутаев, обожравшихся лунного сахара так, что едва соображали. Один при задержании подбил Хрисскару глаз и обозвал его Дро-м'Атра(38)...
   Элемар не удержался и захохотал в голос, слыша, как внутри ему вторит веселящийся Второй. Вернувшаяся с подносом Элон вновь подарила ему долгий многозначительный взгляд, явно намекая на необходимость поговорить, но альтмер её проигнорировал. Сначала следовало выяснить, что от него понадобилось Арриллу.
   - Хлипковат он для приличного злого духа, - отсмеявшись, проговорил он. - Хотя мерзавец, конечно, первостатейный. Что с этими бедолагами сделали-то?
   - Да ничего, - отмахнулся Аррилл. - Посмеялись, посадили под замок, пока в себя не придут, а потом отправили в Эбенгард - каджиты оказались бывшими рабами. Но кто их освободил, говорят, так и не дознались - как этих двоих ни допрашивали, они все время твердили, что это сделал Баан Дар(39), - трактирщик со значением посмотрел на Элемара.
   - Ну, надо же, - пробормотал тот, радуясь, что успел проглотить то, что было во рту.
   - Я-то догадался, кто был этим Баан Даром, - усмехнулся Аррилл. - Но меня никто не спросил. Ну, а теперь это и подавно никому не надобно.
   - Ну, хорошо, а теперь-то у тебя что за беда?
   - Да, в принципе, то же, что и в прошлый раз, - помрачнел трактирщик. - Часть товара - в основном, выпивку - мне привозят из Хла Оуд. Это рыбацкая деревушка к северо-западу отсюда...
   "Рыбацкая, как же, - подал голос Второй. - Это одна из баз Камонны Тонг".
   "Это многое объясняет".
   - А теперь часть товара просто пропадает на полпути, - покачал головой Аррилл.
   - И у тебя есть предположение, где именно? - Элемар отодвинул опустевшую тарелку и, сыто выдохнув, откинулся на спинку стула.
   - Есть, как не быть, - кивнул трактирщик. - Между Хла Оуд и Сейда Нином есть две пещеры - Ясамси и Зайнсипилу. Думаю, те, кто грабит караваны с товарами, засели в одной из них.
   "Ясамси... Это не там, где тебе штаны обоссали? Нам ещё надо было какой-то амулет добыть для этой... как там звали эту чудную ящерицу - Укур?"
   "Окур её звали, если я правильно помню. А ещё я не забыл те жуткие куплеты, что ты горланил, пока мы к этой пещере шли", - мысленно усмехнулся Элемар, припомнив и случай со штанами и целую связку различных кулонов и амулетов, которую они предъявили потом аргонианке Окур в Хла Оуд.
   "А нехрен было меня упокоением стращать", - хмыкнул Второй.
   - В Ясамси я недавно... побывал, - медленно произнёс вслух Элемар. - Вряд ли её успели заново... хм, обжить, хотя... Кстати, что с оплатой?
   Аррилл помялся.
   - Я потерял деньги за две последние партии, так что... Схема расчёта наподобие прошлой тебя устроит? Я понимаю, что, возможно, хочу слишком многого, но мне действительно нужна помощь...
   Элемар помолчал:
   "Что скажешь?" - обратился он ко Второму.
   "С одной стороны - это чистая благотворительность, - медленно ответил дух. - С другой - это репутация..."
   "Угу. Репутация парня, который решит чужие проблемы за спасибо", - мрачно фыркнул альтмер.
   "Ну, Аррилл упирает всё-таки на то, что у вас вроде как дружеские отношения. С другими этот фокус не пройдёт. И опять же, дружить с ним тебе на данный момент выгодно - никто другой на данный момент не даст тебе справедливой цены за твои трофеи. Вспомни хотя бы Мелдора".
   Элемар поморщился. Балморский бронник в его глазах был худшим из торговцев - склочный и скаредный, жадный и неуступчивый. Из тех, кто за ржавую монету удавится. И обращаться к нему альтмер оч-чень не любил: за собственные изделия - качественные, кто ж спорит, но отнюдь не выдающиеся - босмер драл просто неприличные деньги. За выкупленные у других мастеров-бронников или у таких же, как Элемар, "искателей приключений", впрочем, не меньшие. А за принесённые ему трофеи неизменно назначал самую минимальную цену, отказываясь поднять её хоть на жалкий медный септим. Так что хорошие отношения с Арриллом были, безусловно, выгодны.
   Но как же не хотелось соваться в очередное бандитское логово...
   - Хорошо, - произнёс, наконец, он. - Где, говоришь, находится эта пещера... как ты там её назвал?
  

***

   "Крестовый поход сознательного гражданина против организованной преступности" - пафосное название их авантюре, давясь хохотом, дал Второй - начался с неожиданности. Элемар бодро топал к длинному ущелью - остаткам древней фояды, в склонах которой и предстояло искать пещеру с очередным непроизносимым названием, звучащим на этот раз как Зайнсипилу - когда на дорогу в нескольких шагах от него откуда-то сверху упал здоровенный фолиант. Выбив в утоптанной до почти каменной твердости земле заметную ямку, и, раскрывшись от удара, книга отлетела в сторону, шелестя страницами... а следом за ней, оглашая окрестности истошным воем, обрушилось тело в дорогой бирюзовой мантии. Глухой удар, влажный хруст ломающихся костей и чавканье рвущейся плоти... и тишина. Успевший зажмуриться Элемар осторожно приоткрыл один глаз - чтобы увидеть, как рядом с изломанным телом мягко шлёпается высокая щегольская шапка с меховой оторочкой - и тут же прижал руку ко рту, чувствуя подкатывающий жгучий ком и мысленно проклиная злосчастный головной убор, по какой-то неясной причине вызвавший столь острую реакцию...
   "Ну-ка, подвинься", - встрепенулся Второй, спихнув его "внутрь" и волевым усилием подавляя позывы к рвоте.
   Постоял с полминуты, закрыв глаза и медленно цедя воздух сквозь крепко сжатые зубы и пережидая, пока успокоится содрогающийся в спазмах желудок. Выдохнул.
   "Лихо ты", - с лёгкой завистью протянул Элемар.
   "В той... прошлой жизни я был... законником. Так что я ни не такое видел. Да и моё... - Второй со свистом втянул воздух, - моё прежнее тело выглядело куда хуже. Видеть вместо собственной ро... своего лица кровавую кашу с кусками стекла - это... знаешь ли, пронимает. Хоть иногда и не сразу. Тут-то все ещё вполне безобидно выглядит. А в подробностях я этого бедолагу рассматривать не собираюсь".
   "Так ты вспомнил, кем был прежде?"
   "Не вспомнил. Точнее, вспомнил, но только это. И то просто, как факт - я был законником и видел ещё более растерзанных мертвецов".
   "Жаль".
   "Мне тоже, - вздохнул дух. - Но ничего не поделаешь. Хотя, может быть, это и к лучшему. Ладно, давай займёмся этим парнем".
   "Ты знаешь, кто это?" - поинтересовался Элемар.
   "Догадываюсь. Удивительно, что только сейчас... мы ведь уже... а, неважно", - оборвал Второй сам себя, но Элемар понял - дух, как и во многих других случаях, знал о том, что произойдет заранее, но по какой-то причине ожидал этого раньше.
   Интересно только когда - добывая алхимические ингредиенты для Синнолиана Тунифуса, Элемар успел обшарить окрестности Сейда Нин не раз и не дважды и Второй ни разу ни о чем подобном не обмолвился. При воспоминании о здешних пиявках - жирно лоснящиеся черные твари длиной с мужскую ладонь - ему вновь сделалось нехорошо. Радовало только то, что реакция его "соседа" на этих тварей, помнится, была значительно более... нервной.
   Дух решительно направился к мертвецу - светловолосому и светлобородому меру. Аккуратно обойдя расползающуюся лужу крови, он достал танто - новый, сменивший тот, что у них забрали в Эбенгарде - и, наклонившись, аккуратно поддел им небольшой кошель. Развязав шнурок на горловине и вытащив его содержимое - три каких-то свитка и несколько золотых и серебряных монет - удовлетворённо хмыкнул. Монеты отправились в их общий кошелёк, а свитки Второй, предварительно развернув один и снова довольно хмыкнув, убрал в рюкзак. Осмотрев труп ещё раз и примерившись, дух отстегнул ножны с коротким мечом. Остальное он, брезгливо поморщившись, трогать не стал. Даже вычурные туфли с загнутыми носками, при ударе о землю слетевшие с ног владельца и потому не испачканные в крови. Только парой пинков подбросил их ближе к телу.
   "Ну и зачем?" - недовольно спросил Элемар.
   "Эти дурацкие чувяки на твои лапы все равно не налезут. Даже если ты себе пятку откромсаешь, как та девица из сказки..."
   "Ещё чего!" - о какой сказке речь, альтмер не знал, видимо, это было что-то из преданий другого мира, но необходимость калечить себя только ради того, чтобы влезть в обувь, казалась ему идиотизмом.
   "Замуж за принца захочешь - не так раскорячишься", - насмешливо фыркнул дух.
   Элемар прокрутил в голове все сказанное и понял, что он ничего не понимает. Но проснувшееся любопытство не давало просто выбросить историю с отрубленной пяткой из головы - должен же быть в ней какой-то смысл?!
   "Расскажешь", - он не спрашивал.
   "Да легко... Ладно, возвращаемся, - подумав, решил Второй. - Пещера от нас никуда не убежит, а о случившемся следует сообщить в канцелярию".
   С этим альтмер был полностью согласен.
   Второй забрал валяющуюся на обочине книгу. И напоследок - завязал обратно опустошённый кошель мертвеца, скрывая следы своего интереса.
   "Ну, слушай... - начал дух, когда они двинулись обратно к Сейда Нину.
   "Все - идиоты, - дослушав, резюмировал Элемар. - Причем поголовно".
   "На первый взгляд - несомненно. Но смысл-то в другом..."
   "Да и на второй... хм, - альтмер задумался. - Мечта бедных девиц о том, чтобы занять более высокое положение, чем их нынешние обидчики, верно? Неважно, каким образом... Ну, и о том, чтобы эти самые обидчики попутно огребли неприятностей. Желательно, "по велению богов", так сказать".
   "Вообще-то, предполагалось, что выводом должно стать что-то типа "Терпение и трудолюбие вознаграждается", - несколько озадаченно проговорил Второй. - Но, знаешь... твой вывод мне кажется более правдоподобным".
   "Награда за терпение и труд - это "История мастера Зоурайма", - проворчал Элемар. - Там как раз про это - Тарен Омотан годами терпеливо тренировался, прежде чем сам стал учителем. А в твоей сказке девица получила награду за просто так, повертев задницей перед принцем. Приятно, конечно, что суки-сестрички, по сути, сами себя наказали, но ведь они это так и не поняли... Разве что Золушка порадовалась их несчастью... О, мы пришли".
   В канцелярии новости закономерно не обрадовались. Второй дисциплинированно сдал фолиант, оказавшийся дневником покойного - не забыв, впрочем, предварительно сунуть туда нос. Полезной информации там оказалось немного и, в основном, она касалась тех самых свитков, о находке которых ушлый дух умолчал. В остальном это были какие-то расчёты - от которых даже у Элемара, понимавшего в теории магии значительно больше, чем его "сосед", глаза едва не сбежались к переносице - да пространные жалобы владельца, босмера-зачарователя по имени Тархиэль, из Дома Телванни, на несправедливость бытия и происки завистников и конкурентов - других телваннийских магов. Поэтому дух расстался с дневником без тени сожаления. Меч Тархиэля - неухоженная железяка со слабенькими огненными чарами - ещё до посещения канцелярии отправился под прилавок к удивлённому их столь ранним возвращением Арриллу.
   Обратно Элемара сопровождал отряд легионеров, возглавляемый уже знакомым альтмеру капитаном Гравиусом. Четыре угрюмых рыла - если не считать самого капитана - следящие за каждым движением и явно готовые сначала рубить, потом допрашивать, настроения не улучшали, но Второй советовал потерпеть.
   Тело неудачливого летуна лежало там же, где и было оставлено, и даже в той же позе. Разве что лужа крови - успевшей слегка загустеть и оттого вызывающе-яркой на фоне серой утоптанной земли - стала больше. Да мухи слетелись.
   - Бля-а... - с отвращением протянул кто-то из легионеров. - Когда в Пелагиаде один придурок, перебрав гриифа, упал со стены, он примерно так же выглядел. Потом его тупые мозги из шлема ложкой выскреба... - поймав неодобрительный взгляд капитана, он торопливо умолк.
   - Да уж, - вздохнул Гравиус. - На убийство это совсем не похоже.
   - Ну, так я сразу рассказал, что произошло, - пожал плечами Элемар.
   - Тогда для тебя не составит проблем повторить свой рассказ, - намекающе проговорил капитан.
   - Да пожалуйста, - вновь пожал плечами альтмер.
   - Мда, - выслушав, повторил Гравиус. - Что ж... Благодарим за содействие, гражданин, - затверженно проговорил он, жестом давая понять, что альтмер может проваливать.
   Элемар не стал задерживаться. Свой "гражданский долг" - опять-таки по выражению Второго - он выполнил, а остальное его не касалось.
   "В следующий раз, когда мне на голову свалится какой-нибудь придурок, стражу уведомлять не будем, - мысленно рыкнул он, на всякий случай отойдя подальше. - В Обливион такую сознательность..."
  
   Глава 22. Корпорация "Расхитители гробниц"
   - Кай хотел тебя видеть, - проговорила Элон.
   - Это уже становится традицией, - пробормотал Элемар, с отвращением выплюнув свой изрядно пожёванный ремень.
   - Что именно?
   - То, что он требует моего присутствия ровно на следующий день после того, как сам же послал меня... куда-нибудь, - криво усмехнулся он, осторожно пошевелив забинтованным плечом.
   Хотя хотелось ему совершенно иного - выказаться, что называется от души. И насчёт Кая, и вообще. Так, чтобы со стен обмазка посыпалась, благо общение со Вторым изрядно пополнило его запас бранных слов. Но Элон вряд ли согласится с его претензиями к координатору, так что приходилось быть весьма умеренным в своих желаниях и аккуратным в высказываниях.
   - Куда например? - заинтересованно подняла брови Элон.
   - Например? Заниматься своими делами. И на следующий же день присылает кого-нибудь с сообщением, что мне надлежит явиться к нему сию минуту и прямо сейчас. Спрашивается, почему нельзя было дать то же самое задание накануне?
   Редгардка тихо фыркнула.
   Убедившись в том, что повязка не слишком сковывает движения, альтмер осторожно потянулся за мантией. Редоранская кираса после зачистки Зайнсипилу нуждалась в серьёзной починке, а рубашку и вовсе оставалось только выкинуть: кинжал главаря бандитов взрезал кожаную основу доспеха вместе с застёжками и оставил длинную - от плеча до нижних рёбер - глубокую царапину возле левой лопатки, когда альтмер неосмотрительно повернулся к нему спиной, прикрываясь щитом от атак его любовницы с луком. Из-за чего Элемару пришлось бросить щит, надеясь на то, что кираса выдержит попадания хитиновых стрел, и по возможности беречь оказавшуюся беззащитной левую сторону. А по возвращении в Сейда Нин - сидеть в комнате Аррилла, жуя собственный ремень, пока редгардка явно привычными движениями промывала и стягивала стежками полученные им ранения - даэдров главарь успел нанести не один удар. Радовало лишь то, что все они были скользящими. Жаль только, что кружка гриифа в качестве обезболивающего действовала слабо, а ничего другого у трактирщика, время от времени обеспокоенно заглядывавшего в комнату, не нашлось. Собственный же невеликий запас зелий Элемар извёл ещё в Зайнсипилу - зелья, чтобы остановить кровотечение и хоть немного уменьшить боль, приходилось плескать на разрезы почти вслепую.
   В целом, зачистка бандитского логова не составила особых трудностей. Темнота - альтмер старался гасить факелы на своём пути, оставляя лишь малую часть - новый танто, купленный взамен украденного в Эбенгарде, и много терпения помогли Элемару справиться с большей частью этой разношёрстной банды. Неприятности доставила только данмерка-лучница, зачем-то отправившаяся в обход пещеры, едва озаботившись стереть с бёдер сперму своего любовника-главаря перед тем как натянуть штаны, да он сам, попёршийся за подружкой то ли в расчёте на второй заход, то ли почуяв неладное. В итоге альтмеру пришлось отбиваться сразу от обоих. И если бы не погашенные факелы, исход схватки мог оказаться намного печальнее для него. А так лучница, не разглядев в полутьме, угостила стрелой собственного приятеля - не насмерть, только в плечо - но этого хватило, чтобы Элемар контратаковал ошеломлённого данмера. А потом расправился и с его подружкой.
   Трофеев тоже оказалось негусто. Тащить все, что стоит хотя бы пару медных "башен", смысла не было. Да и сил тоже - полноценно пользоваться альтмер мог только правой рукой, а в одной руке много не утянешь. Самой дорогой находкой - не считая нескольких рабов, которых альтмер, как и в предыдущий раз, отпустил на семь ветров - оказалась очередная книга, но её-то продавать Второй сразу запретил. По крайней мере, до тех пор, пока не ознакомится с её содержимым. А самой необычной - флакон телваннийского жучиного мускуса. Порадовало - хоть и озадачило - обилие свитков с заклинаниями. Второй предположил, что у бандитов был договор с каким-нибудь зачарователем, потому что чары были самые что ни есть воровские - открывание замков. А вот зачем им могли понадобиться свитки с чарами поимки душ, ни дух, ни сам альтмер так и не поняли. Ну и выпивка: несколько бочонков с суджаммой, гриифом и мацтом - видимо, тот самый заказ, о котором говорил трактирщик. Забрать их в одиночку Элемар не смог бы, даже если бы имел такое желание. Впрочем, теперь, когда банда грабителей была уничтожена, Аррилл мог заняться этим и сам - в данмерской части поселения наверняка нашлись бы желающие немного подзаработать.
   Альтмер успел спуститься вниз, когда окна вдруг задребезжали от раздавшегося буквально под стенами таверны вопля силт страйдера, а в распахнувшуюся во всю ширину дверь неловко ввалился смутно знакомый данмер и проорал:
   - Эгей, Аррилл! Где тебя скампы носят, Шармата тебе под одеяло? Иди скорее, принимай своё барахло, пока не растащили!
   - Чего орёшь? - неласково отозвался трактирщик, но выскочил из-за стойки и поспешил на улицу, где, судя по крикам, торопливо выгружали те самые бочонки с выпивкой.
   А данмер заметил Элемара и... неожиданно поклонился. Альтмер моргнул... а в следующий миг кивнул в ответ.
   - Вы выглядите гораздо лучше с нашей прошлой встречи, сэра, - заметил он.
   Форин Гилнит - а это был именно он - криво усмехнулся:
   - Должен признать, сэра, от имперцев бывают не только неприятности. Любить их мне по-прежнему не за что, но целители этого их Имперского Культа весьма неплохи. На лов мне, конечно, ещё долго не выйти, но на кое-какую несложную работёнку я уже способен. А то пришлось бы, как Индрель...
   Он вдруг нахмурился, оглянулся на выход и подошёл ближе.
   - Она рассказывала о вас, - понизив голос, проговорил он. - Мы, сэра, тут стараемся поддерживать друг друга, ну, как можем, конечно, поэтому про вашу помощь ей многие знают. В общем, если вам что нужно... переночевать, али спрятать что - мы подсобим, так и знайте.
   Элемар задумался. Прятать ему было пока...
   "Книги, - подал голос Второй. - О том, что ты навещаешь Индрель Ратрион, наверняка всем известно. Элон в том числе. А что знает Элон, наверняка знает и Косадес. Так что есть ненулевая вероятность, что, как только ты отсюда уберёшься, к ней в дом обязательно залезут".
   Альтмер мысленно выругался.
   "И надо же было тебе их изрисовать своими заметками..."
   "Думаю, - медленно проговорил дух, - можно их перебрать. Тогда то, что побезобиднее, можно оставить у Индрель - только предупредить её, что к ней в дом могут забраться - или продать. А вот то, что другим видеть не следует... вот это стоит перепрятать. Только я думаю, пользоваться услугами нашего знакомого мы все-таки не будем".
   "Почему?" - не то чтобы альтмеру нравилась эта идея, но выслушать резоны Второго он считал нелишним.
   "Потому что есть ещё Ллотис. А он, в отличие от тебя - данмер. То есть по умолчанию - свой. Особенно, если будет старательно "встраиваться" в местное общество. А он, полагаю, будет. Кроме того, ничто не мешает ему представиться местным твоим приятелем и забрать твои манатки якобы по твоему же поручению. Обман, разумеется, вскроется... но потом".
   "И нам от этого будет ничуть не легче", - согласился Элемар.
   Разборка и перепаковывание имущества заняли весь день. После чего большая часть книг отправилась к Арриллу. Ни Элемар, ни Второй не удивились, когда Элон оказалась поблизости, предложив перенести выкупленные трактирщиком фолианты в подсобку к другим товарам. Оба ни минуты не сомневались, что редгардка-Клинок непременно сунет туда нос. Альтмер даже обмолвился, что, ради хорошей выручки стоило надрываться, притаскивая это добро в Сейда Нин. Дескать, в Балморе предлагали совсем смешную цену из-за пары пометок на полях. И показал сборник даггерфолльских анекдотов, невесть как оказавшийся в одном из мешков - Элемар точно помнил, что не покупал его, потому что тратить деньги на такую ерунду не стал бы даже Второй с его маниакальной страстью к печатному слову. Дух, к слову, не поленился "накалякать" несколько заметок на широких полях. Так, на свободном клочке под анекдотом про норда с четырьмя сотнями золотых в ботинке(40), он записал похабный стишок про истинно нордские отношения, традицию полировки копья лучшему другу и взаимную чистку печей долгими скайримскими ночами. Посредством предварительно отполированных копий, естественно. Элемар, читая этот шедевр стихосложения, искренне веселился, понимая, что боги обделили даром к стихосложению не только его: стихи Второго, даже на его взгляд, были ужасны. Возле анекдота про тёмного эльфа, решившего, что проще избавиться от жены, чем каждую неделю убивать её любовников(41), дух крупно приписал: "Скамповы бабы! Все беды от вас!"(42) Потом, подумав, намалевал возле последнего слова какую-то закорючку в кружке и, гнусно посмеиваясь, подписал: "Неревар". Там же, к слову, была ещё одна заметка, видимо, сделанная кем-то из прежних владельцев книги: строчки из бретонской "Грубой Песни" про тёмноэльфийскую супругу Эдвира, нынешнюю королеву-мать Морровинда Барензию Хлаалу. В общем, ничего особо крамольного... Тем не менее, проданным сборником сразу же завладела Элон. И унеслась в подсобку, как выразился Второй, "со скоростью хорошего поджопника". Элемару стоило довольно серьёзных усилий сдержать смешок.
   За ужином к нему подсел имперец средних лет, отрекомендовавшийся Альбециусом Кололлиусом, боевым магом Легиона. Был он пьян и оттого словоохотлив, поведав, в числе прочего, о том, что недавно, устанавливая ловушку против грабителей могил, потерял легендарное кольцо Учителя, о котором очень сожалел.
   "Молчи, - прорычал дух. - Молчи и не дёргайся. Ты за эту цацку чуть жизнью не расплатился! И я заодно. А этот... все равно бы его пропил".
   Элемар, подавив первый порыв схватиться за то самое кольцо, висящее на цепочке у него на шее, мысленно согласился. Что осталось от тела сборщика налогов, он до сих пор неплохо помнил. Поэтому на предложение помочь "собрату по ремеслу" и за скромное вознаграждение отыскать пропажу ответил мягким отказом. Поскольку прекрасно понимал, что возомнивший себя самым умным имперец рассчитывал разрядить установленную ловушку на него, а потом просто забрать кольцо. И то, что ловушка была давным-давно разряжена - вспомнив, как это было, он вновь поблагодарил Второго за наблюдательность и своевременную реакцию - а само кольцо Учителя висело сейчас у него на шее, дела не меняло. Да и тянуть с визитом к координатору не следовало. И так позволили себе задержаться на целые сутки.
   Кололлиус отвалил разочарованный, а на его место тут же уселась Элон. Элемар огляделся - зал был пуст, даже заезжий бард-данмер, тихонько тренькавший на лютне весь вечер, куда-то делся.
   - Мы закрываемся, - тихонько обронила редгардка. - Подожди, - остановила она привставшего Элемара, - надо поговорить.
   - О чем? - он вопросительно поднял брови, усаживаясь обратно.
   - Кай поручил мне ответить на все твои вопросы. Во многом ты наверняка уже разобрался сам, но наверняка есть что-то... неразъяснённое.
   Элемар задумался.
   ещё по задаваемым тобой вопросам можно кое-что узнать о тебе самом, - сообщил дух. - Так что думай хорошо, о чем собираешься спрашивать".
   "Мог бы не напоминать", - хмыкнул альтмер.
   - А Аррилл?
   - Он подсчитывает дневную выручку, так что ему не до нас. К тому к тебе у него особое отношение. Цени, кстати - этот торгаш мало кого одаривает своей дружбой.
   - А к тебе? - намекающе прищурился Элемар.
   - А вот это, дорогой, - совершенно по-кошачьи усмехнулась Элон, - не твоего ума дело.
   Альтмер вернул ей усмешку, но тут же посерьёзнел:
   - Что ты скажешь насчёт этого парня - Альбециуса Кололлиуса?
   - Держись от него подальше, Суротано, - мгновенно подобралась Элон. - Ты читал "Ужасы замка Ксир"? - Дождавшись кивка, он продолжила. - Альбециус вылеплен из той же глины. До того, как его перевели на Вварденфелл, он служил в Винтерхолде и кое-чего, по его словам, понабрался в тамошней Коллегии. Его страсть - рунные ловушки. Огненные, морозные... Наступишь на такую - а их очень непросто заметить - и всё. Если сразу не сдохнешь - пожалеешь о том, что выжил. Впрочем, Альбециус наверняка заботился о том, чтобы...
   Она помолчала.
   - Сюда часто привозят... определённый контингент, - редгардка бросила острый взгляд из-под ресниц, но Элемар сделал вид, что не заметил. - Так вот Альбециус подкатывал к некоторым... вот так же, как сегодня к тебе. Заливал им про какое-нибудь потерянное сокровище - в гробнице на берегу, в пещере, в гроте или ещё где... остров вулканический, полостей и каверн тьма тьмущая. Ни один из тех, кто согласился с ним... хм... прогуляться, не вернулся потом в Сейда Нин. Надеюсь, объяснять, что с ними стало, не нужно?
   Альтмер покачал головой.
   - А что насчёт кольца? - спросил он. - Это тоже байка?
   - Кольцо? - Элон задумалась. - Знаешь, а ведь был у него какой-то перстень. Массивный такой, с крупным продолговатым аметистом. Явно старинной работы. Альбециус им очень дорожил, это было видно. На палец, правда, надевал нечасто, все больше в руках крутил... А потом вещица пропала. Да, - медленно кивнула каким-то своим мыслям редгардка, - уже, наверное, с полгода я эту цацку не видела. Хрисскар, помнится, все на это колечко облизывался... Ну да Альбециус не только в рунных ловушках поднаторел, окоротил идиота так, что тот даже взглянуть теперь в его сторону опасается. Не связывайся с ним, Суротано, искренне тебе советую.
   - Да я и не собирался, - хмыкнул Элемар. - Но за информацию все равно благодарен. Кстати, о вопросах... Со времени моего прибытия я то и дело слышу о каком-то пророчестве...
   - Пророчество о Нереварине, - кивнула Элон. - Действительно, сейчас многие об этом говорят... Содержание пророчества тебе, думаю, известно - Нереварин, воплощение древнего данмерского полководца, объединит народ данмеров и изгонит из Морровинда всех остальных... И так далее, и тому подобное.
   Альтмер кивнул. Благодаря Второму, он действительно знал содержание пророчества - в том виде, в каком его знали местные. Дух называл это "официальной версией", но чем она отличается от реальной, не говорил. По его словам - просто не помнил. Но был уверен, что, когда придёт время, Элемар сам все узнает. И что это самое пророчество до сих пор толковали неправильно.
   Сейчас же его интересовало, как это самое пророчество трактуют Клинки. Версию Храма он слышал неоднократно, телваннийское толкование пророчества озвучил Ангаредэль за совместной трапезой - в последний визит Элемара в Садрит Мору. Раз уж ему не повезло "влипнуть в историю", стоило поинтересоваться настроением окружающих. В первую очередь, в целях собственной безопасности.
   - Так вот, - продолжила Элон. - Это пророчество придумано эшлендерами. И выражает, в первую очередь, интересы эшлендеров. Морровинд... спроси любого местного, как он относится к Империи - и он вежливо процедит тебе сквозь зубы, что он-де гражданин и выполняет законы. И добавит, что-де другого-то ничего не остаётся. А вот если ты задашь этот же вопрос кому-нибудь из кочевников, он тут же покажет тебе лезвие своего кинжала. И тебе очень повезёт, если он не продемонстрирует его остроту на твоих кишках.
   Элемар недоверчиво хмыкнул.
   - Все так плохо?
   - Я утрирую, конечно, - криво усмехнулась Элон. - Но, в общем и целом, дело обстоит именно так. Если очень упрощать, то эшлендеры - враги Империи. И соответственно, враги Клинков. То есть мои и твои. А Нереварин - это символ. Символ героя, вождя-освободителя, который поднимет весь народ данмеров на борьбу с чужеземными захватчиками и поведёт их к победе и дальше, к возрождению былого величия народа данмеров. Пророчество, как я уже сказала, придумано эшлендерами, а они больше всего мечтают, чтобы все "н'вахи" исчезли из Морровинда навсегда. Как угодно - уехали в другие провинции, погибли или провалились в Обливион... Собственно, больше всего они хотят, чтобы их просто оставили в покое.
   - Ясно, - невозмутимо кивнул Элемар. - А что ты можешь рассказать о тайном культе Шестого Дома?
   Редгардка задумалась.
   - Ничего, кроме базарных толков, - с некоторым сожалением созналась она. - Но их-то ты наверняка и сам слышал.
   - Про то, как они собираются в пещере в кружок и?.. - поинтересовался альтмер.
   - Не надо, - торопливо перебила Элон. - Я это тоже слышала. Кстати, - она нахмурилась, - я только сейчас сообразила... Здесь всегда крутились какие-то мутные личности - контрабандисты, преступники всех мастей, даэдрапоклонники... но в последнее время что-то изменилось. Почти незаметно, но в то же время ощутимо. Как будто здесь появилась какая-то новая сила... Сила, о которой никто ничего толком не знает, но чувствуют её присутствие и оттого держатся настороженно. И что-то мне подсказывает, что к упомянутому тобой культу Шестого Дома эта новая сила имеет самое непосредственное отношение...
   Она моргнула и посмотрела на Элемара.
   - Нужно сообщить Каю. Ты...
   - Завтра с утра я еду в Балмору, - кивнул он. - Перед отъездом зайду сюда. А сейчас, извини, я отправлюсь спать. Прошлой ночью мне было не до того.
  

***

   - Я просмотрел источники, предлагаемые Хасфатом Антаболисом, - проговорил Кай Косадес. - Они не полны. - И замолчал.
   Элемар терпеливо ждал.
   - Вот, держи, - старик небрежно бросил ему уже знакомый лист бумаги. - Пригодится. Хотя тут далеко не все. Точнее, тут только сведения о Шестом Доме. А о культе Нереварина ничего нет. Но и это куда лучше, чем ничего вовсе. Зайдешь к Дорисе Дарвел, что держит книжную лавку на Торговой улице - напротив Гильдии Бойцов, там увидишь вывеску - у нее есть книги из этого списка.
   - Господин Антаболис, отдавая мне этот документ, обмолвился, что информацией на интересующую вас тему, владеет некая Шарн гра-Музгоб, - неохотно напомнил альтмер, убирая лист с записями Антаболиса в кошель на поясе.
   - Не "вас", а тебя, дурила, - беззлобно ругнулся Кай. - Все эти сведения нужны, в первую очередь тебе, новичок. Значит, Шарн, говоришь? - он в задумчивости потер небритый подбородок. - Шарн гра-Музгоб... Я знаю, кто это. Это целительница из Гильдии магов тут, в Балморе. Так себе целитель, между нами говоря. Слишком увлечена запретными искусствами. Слишком. Мой тебе совет, Суротано - не попадай к ней в руки. Что-нибудь нужное она тебе не отрежет, конечно, но вряд ли тебе захочется испытать на себе что-нибудь из запретных практик. Они обычно не слишком хорошо сказываются на здоровье исцеляемого.
   - Ну, к счастью, она не единственный целитель в Балморе, - хмыкнул Элемар.
   - Вот и молодец, - с едва уловимой иронией проговорил Кай. - Объяснять, что делать, нужно? А, впрочем, не повредит... Добейся от Шарн нужной информации, Суротано. Но "добейся" не означает приставить ей нож к горлу, - взгляд имперца, устремленный на Элемара, потяжелел. - Очаруй её, стань ей, если не другом, то хорошим знакомым. Сделай так, чтобы она сама рассказала тебе все, что нужно. Ну, в крайнем случае, окажи ей услугу. Учитывая интересы Шарн, поручение наверняка будет... деликатного характера.
   - Не проще ли заплатить за информацию? - проговорил альтмер.
   - Проще, если у тебя есть большие деньги - достоверная информация стоит дорого, - фальшиво-равнодушно отозвался Косадес. - Но оказывать услуги гораздо выгоднее. Отнесись к этому, как к уроку, новичок Суротано. Или как к возможности завязать полезные знакомства. И не беспокойся - у нас, Клинков, немного другие отношения с законом, нежели у остальных.
   Элемар кивнул, опустив голову так, чтобы координатор не заметил мгновенно вспыхнувший гневом взгляд: другие - это уж точно, особенно...
   "СПОКОЙНО!" - мысленный рык Второго буквально задавил клокочущую где-то в груди ярость.
   Альтмер помедлил, раздумывая, стоит ли говорить координатору о том, что тем заинтересовались в Храме... и решил пока промолчать. Элемар прекрасно понимал, что возможный арест Кая скажется на всех, кто с ним связан, вплоть до сворачивания и консервации агентурной сети, и замалчивать информацию не собирался. Просто придержать сведения, пока не посоветуется со Вторым.
   - Кстати, - окликнул его Кай. - Совсем забыл - Хасфат Антаболис прислал записку с предложением встречи к тебе. По его словам, у него есть что-то, что тебя может заинтересовать. Ты не знаешь, о чем речь?
   Элемару, уже взявшемуся за ручку двери, даже не пришлось изображать изумление.
   - Понятия не имею, - честно ответил он.
   "Куда теперь?" - спросил он.
   "К Шарн, разумеется, - ответил дух. - Хотя, знаешь, - подумав, поправился он, - давай-ка заглянем к господину Антаболису. Вряд ли общение с ним займёт очень уж много времени".
   Хасфат Антаболис, как и в предыдущий раз, отыскался в тренировочном зале балморской Гильдии бойцов. Увидев Элемара, он сначала недоуменно нахмурился, но тут же просветлел лицом:
   - Значит, Кай передал вам мою просьбу о встрече? - поинтересовался он сразу после обмена приветствиями. - Благодарю вас за то, что вы столь быстро откликнулись. Надеюсь, полученная им информация его удовлетворила?
   - Он... не выглядел недовольным, - дипломатично ответил альтмер.
   "Правильно, - подал голос Второй. - Пусть сами между собой разбираются. А ты - просто новичок. Тупой, ненаблюдательный, но оч-чень исполнительный".
   "Ос лейшад, йи хан"(43), - иронично фыркнул Элемар... почему-то на данмерском.
   На Второго эта фраза произвела неожиданное впечатление - дух вдруг хрюкнул... и смылся куда-то вглубь, плеснув напоследок весельем.
   - Это радует, - одновременно с этим кивнул Антаболис. - Что ж, я не задержу вас надолго. Двемерская головоломка, которую вы для меня раздобыли в Аркнтанде, оказалась весьма любопытным артефактом... Впрочем, не буду загружать вас утомительными подробностями, интересными разве что специалистам... В общем, вот, - он полез в карман и достал... ключ. - Я сделал этот ключ по инструкциям, которые нашел на поверхностях той самой головоломки. Понятия не имею, зачем он нужен, но могу предположить, что в Аркнтанде наверняка найдется замок, который можно будет открыть этим ключом.
   Элемар взял протянутый ему ключ, подивившись его вычурной форме - больше всего он напоминал обглоданный скелет какой-то рыбины - и, повертев в руках, сунул в кармашек заплечной сумки.
   - Может быть, там, за этим замком, отыщется что-нибудь... необычное. Вроде той же головоломки. И я буду рад, если такая находка окажется... если вы сочтете возможным принести подобную вещь мне. О цене мы договоримся, - многозначительно улыбнулся Антаболис.
   - Буду иметь это в виду, - вежливо кивнул альтмер.
   - В таком случае - не смею больше вас задерживать.
   "В Аркнтанд я не полезу", - заявил Элемар, едва они покинули здание Гильдии.
   "Ну, я тоже не горю желанием туда соваться, - хмыкнул Второй. - По крайней мере, в ближайшее время. Ладно, давай навестим госпожу гра-Музгоб, выясним, что она знает и что надо сделать, чтобы она поделилась своими знаниями. А потом отнесем ключик Каю - пусть полежит у него".

***

   В здании Гильдии Магов Балморы воняло. Воняло настолько сильно и настолько отвратительно, что Элемар даже задумался о бегстве, чему изрядно способствовал вид главы балморского отделения Гильдии, Ранис Атрис, со страдальческой гримасой на лице зажимающей рукавом мантии нос. Задание заданием, но... может, стоит зайти завтра?
   Наверху скрипнула дверь, и налетевший сквозняк слегка разбавил удушающую вонь, от которой начали слезиться глаза, а желудок альтмера подпрыгнул и забултыхался где-то в районе кадыка.
   - Э-э... что-то сдохло? - осторожно поинтересовался Элемар, приоткрывая дверь, через которую только что вошел.
   Дышать стало еще немного легче, да и внутренности неохотно вернулись в положенное от природы положение... но с улицы тут же донесся вопль, полный гнева и отвращения:
   - Б'век! Ну и вонища! - и торопливо удаляющиеся шаги.
   "Как я его понимаю", - вздохнул Второй, явно сочувствуя неизвестному бедолаге.
   "А уж как я его понимаю", - ядовито отозвался Элемар
   - Дверь закрой, пока стража не набежала, - хмуро прогундосила сквозь рукав Ранис, и альтмер, кивнув, подчинился. - Ничего не сдохло. Пока что, - как-то зловеще уточнила она, оглядываясь на лестницу, ведущую в нижний зал. - Но, чувствую, если Шарн не прекратит свои, с позволения сказать, эксперименты, в нашем отделении станет на одного члена Гильдии меньше. И я не уверена, что сумею найти того, кто в этом будет повинен, - отняв рукав от лица и сделав осторожный вдох, пробормотала она.
   И тут же набрав полную грудь воздуха, заорала:
   - Гальбедир! Закрой эту дреморову дверь! Я не желаю объясняться с Советом Хлаалу, если на нашу Гильдию поступят жалобы от горожан!
   - Скампа с два я это сделаю, Ранис! - донесся сверху звонкий голосок зачаровательницы Гальбедир. - Лучше потерпеть жалобы от горожан, чем сдохнуть от этой вони!
   Элемар сделал вид, что внезапно оглох и вообще тут не присутствует. Ранис он понимал, но позиция Гальбедир в этом вопросе была ему гораздо ближе. В Эбенгарде зельеварня находилась в отдельном помещении с хорошей вентиляцией, удаленном от основных служб часовни, чтобы не досаждать остальным служителям Имперского культа и прихожанам - некоторые ингредиенты еще до попадания в готовящееся зелье издавали такое амбре, что им с Синнолианом Тунифусом приходилось плотно закрывать дверь в зельеварню и обвязывать лица платками на манер пустынников-алик'рцев. Или эшлендеров. Но ни одно из приготавливаемых Целителем Мары зелий не воняло так омерзительно. Альтмер с радостью развернулся бы и ушел, чтобы действительно вернуться через денек-другой, но очень уж сильно слова Ранис Атрис походили на завуалированную угрозу. Поэтому он вздохнул, набирая в легкие более-менее чистый воздух - Гальбедир верхнюю дверь так и не закрыла - и направился к лестнице, ведущей на нижний этаж.
   Вниз поток свежего воздуха с улицы не доходил, поэтому дышать в зале было решительно невозможно. Масалини Мериан, гильдейская телепортистка, и альтмерка Эстирдалин сидели едва не в обнимку, поочередно поднося к носу крошечный флакон с телваннийскими мускусными духами и делая один-два осторожных вдоха. Марайн Дрен сидел за столом на своем обычном месте, обвязавшись платком и уткнувшись в книгу. Рядом, спрятав чувствительный нос в сгибе локтя, дремала - или пыталась дремать - каджитка Ажира, подергивая ушами и поминутно пытаясь закопать морду в ткань рукава поглубже.
   Источник зловония обнаружился в углу, а вместе с ним - искомая Шарн гра-Музгоб. Орка, поводя приплюснутым носом, нависла над разожженным кальцинатором, в чаше которого шипела и пузырилась какая-то неидентифицируемая дрянь, похожая на бурые сопли. Элемар помимо воли подумал, что после такого издевательства устройство не поддастся никакой чистке: кальцинатор не предназначен для обработки мягких ингредиентов. А для обработки слизистых - тем более.
   Приблизившись, альтмер деликатно прокашлялся, чтобы обратить на себя внимание...
   - Нет! НЕ МЕШАТЬ!!! - рявкнула та.
   С потолка посыпалась глина, Эстирдалин с взвизгом выронила флакон с драгоценными духами, а Марайн Дрен от неожиданности подпрыгнул на стуле, наступил на хвост Ажире и с грохотом рухнул на пол, получив напоследок собственной книгой под дых. Каджитка, от боли и неожиданности завопив не менее громогласно, чем Шарн, спросонья вцепилась в столешницу, прочертив когтями устрашающе глубокие борозды. Неведомо когда успевший отскочить к ближайшей стене Элемар обалдело взирал на творящийся вокруг хаос.
   - ШАРН ГРА-МУЗГОБ!!! - прогремел на весь зал голос Ранис Атрис.
   И все стихло. Замолчала Ажира, перестал стонать Дрен. Масалини и Эстирдалин, явно собравшиеся закатить хоровую истерику, мгновенно успокоились...
   Разъяренная данмерка пронеслась в угол, где обосновалась целительница Гильдии. Элемар благоразумно убрался с её пути, по примеру остальных пытаясь казаться менее заметным. Впрочем, главе балморского отделения Гильдии Магов было явно не до него.
   - Прекратить. Это. Немедленно. Навсегда. Ясно? - Ранис была почти на голову ниже орки, но почти видимо хлещущая из нее ярость словно бы прибавила ей недостающие пяди роста, от чего данмерка, казалось, нависала над съежившейся Шарн.
   - Но... - попыталась возразить та.
   - ЯСНО? - прошипела Атрис.
   Шарн осторожно кивнула.
   - Это. Убрать. Сейчас же, - резким движением, таким же рубленым, как выдыхаемые ею фразы, Ранис указала на все еще тлеющий кальцинатор. - И больше чтобы никаких сомнительных опытов вне зачарованной лаборатории!
   - Но... в этом здании нет...
   - Тогда - тем более, - припечатала данмерка. - Исполнять, - еще раз указав на злополучный кальцинатор, Ранис удалилась.
   После её ухода орка встряхнулась, погасила огонь и неприязненно посмотрела на Элемара.
   - Важные исследования, - проворчала она. - Уникальный ингредиент... нетрадиционная обработка... Ходят тут... А теперь они говорят - "убрать"! - Шарн с тоской посмотрела на пузырящееся в раскаленной чаше месиво.
   - Дур-ра, - сердито проворчала Ажира, осторожно ощупывая пострадавший кончик пушистого хвоста и нервно дергая усами. - Кальцинатор-р пр-редназначен для минер-ральных ингр-редиентов...
   Марайн Дрен тихо пробормотал что-то, но Элемар расслышал - данмер извинялся перед Ажирой за досадную случайность. Кошка смущенно пряднула ушами, промурлыкав в ответ что-то вроде "не стоит беспокойства, мутсэр-ра". Эстирдалин вздыхала над разлитыми духами. На Шарн подчеркнуто не обращали внимания.
   Элемар же раздумывал над тем, как бы ему теперь начать разговор. После такого знакомства будет большой удачей, если его попросят прийти со своими вопросами попозже, а не пошлют в Обливион, не дав и рта раскрыть.
   Впрочем, Шарн гра-Музгоб, похоже, решила, что проще будет один раз выслушать непонятного - и не слишком приятного, учитывая случившуюся катастрофу - визитера. Сунув испорченный кальцинатор в какой-то ящик, орка смерила Элемара тяжелым взглядом и коротко прорычала:
   - Ну?
   - Я от Кая Косадеса, - ни на что особо не рассчитывая, вздохнул альтмер.
   Хмурое лицо Шарн мгновенно просветлело:
   - Вы друг Кая? Это меняет дело. У нас с Каем есть очень разумное соглашение. И мы с вами можем прийти к такому же, - подхватив ящик, она бесцеремонно сунула его в руки Элемару. - Идём.
   Альтмер недоуменно посмотрел на неожиданную ношу, хмыкнул, перехватил её поудобнее и двинулся следом за идущей к выходу оркой. Если уж для того, чтобы выполнить задание Кая, ему придется потаскаться с испорченным кальцинатором - он потерпит.
   На улице Шарн отобрала у Элемара ящик и небрежно поставила его возле нескольких таких же - разве что значительно больших размеров.
   - Всё, эльф, - разогнувшись, сообщила она. - Говори быстрее, чего нужно Каю.
   - Информация, - пожал плечами Элемар.
   - Информация... - протянула орка. - Угу... Какого рода? - чуть понизив голос, уточнила она.
   - О культе Нереварина.
   - Старая ленивая задница, - раздраженно пробормотала Шарн, видимо, имея в виду Кая Косадеса. - Хитрая старая ленивая задница, - уточнила она.
   Смерила Элемара взглядом. Прищурилась.
   - Идем, - сказала она наконец. - Здесь не место для таких разговоров.
   "Место для разговоров" отыскалось очень быстро. Нырнув в узкий проход между зданием Гильдии Магов и лавкой Ра'вирра и немного пропетляв по узким проулкам, Шарн остановилась у обшарпанной стены здания, похожего не то на разгромленную таверну нижайшего пошиба, не то на ночлежку для бездомных, из-за перекосившейся двери которой доносился явственный запашок скумных испарений.
   - Вот. Здесь нас никто не подслушает.
   Шедший за ней Элемар с удивлением осознал, что Рабочий Квартал отнюдь не единственный район Балморы, претендующий на гордый титул "трущобы"... Впрочем, случись соревнование между городскими районами за этот самый титул, Рабочий Квартал все равно лидировал бы с большим отрывом. Однако и здесь следовало внимательно смотреть, куда наступаешь, и не забывать почаще оглядываться. Впрочем, улочка действительно была на удивление пустынна, а вероятные обитатели ближайшего дома - той самой не то таверны, не то ночлежки - судя по запаху, не отличат реальность от собственного бреда. Кто-то внутри курил "трубку скуума". И, похоже, уже далеко не первую: даже не будучи каджитом, с их более острым, чем у людей или меров, обонянием, Элемар чувствовал этот приторно сладкий карамельный запашок, с характерным привкусом и легкой примесью горелого.
   Удобно...
   - Итак, - заговорила Шарн, - хитрый старый пройдоха Кай хочет знать о культе Нереварина и прислал тебя, чтобы ты для него все разузнал.
   - Примерно так, - осторожно кивнул Элемар.
   Шарн задумчиво уставилась на него, закусив верхнюю губу так, что крупные нижние клыки, как у всех взрослых орсимеров торчащие наружу, стали казаться еще больше.
   - Кай предупредил тебя? - спросила наконец она. - Услуга за услугу. Я тебе - записи о культе Нереварина для Кая, ты... выполнишь для меня одно небольшое дельце.
   - Какое? - сдержанно поинтересовался альтмер.
   Второй, с того момента, как они вошли в здание Гильдии Магов, почти не проявлявший своего присутствия, вдруг встрепенулся и замер в напряжении, плеснув нетерпением и какой-то странной смесью обреченности и азартного предвкушения. Элемар невольно подобрался - реакция духа недвусмысленно давала понять, что он почти уверен в том, о чем именно попросит Шарн. Значит, стоит быть внимательным. И не забыть потом расспросить соседа.
   - О, - небрежно махнула рукой орка, - ничего сложного. Довольно простое поручение, - она смерила Элемара оценивающим взглядом и кивнула, - да, простое.
   Огляделась. Не воровато, но с явной опаской, не доверяя очевидной безлюдности проулка. Шагнула ближе и негромко прошептала:
   - Мне нужен череп Ллевула Андрано.
   - Зачем? - не удержался от изумленного вопроса Элемар.
   - Какая тебе разница? - набычилась орка.
   - Да никакой, в общем-то, - справившись с эмоциями, пробормотал он. - Просто любопытно - зачем может понадобиться нечто подобное? Это разве что некромантам...
   - Нет, - перебила его Шарн. - Я не некромант. Мне это нужно для... исследований. Да, исследований, - закивала она. - Я изучаю погребальные обряды данмеров.
   Резко, слишком резко, чтобы не обратить на это внимание. Орка явно лгала, но пытаться вывести её на чистую воду...
   "Бессмысленно и опасно, - подал голос подслушивающий его мысли Второй. - Сначала нам надо получить необходимые сведения, а потом уже уличать её в... чем бы то ни было".
   "А есть в чем?" - полюбопытствовал альмер.
   Хотя Кай ведь намекал на интерес к неким запретным практикам...
   "Уж будь уверен. Но это потом. Не отвлекайся".
   - Ясно, - кивнул альтмер. - И где мне предстоит его отыскать?
   - В родовой гробнице Андрано, конечно, - пожала плечами орка.
   - Однако, - крякнул Элемар. - Может, договоримся насчет денежного возмещения? - предложил он, выслушав подсказку Второго.
   Денег было жаль, но... ну их в Обливион, такие поручения. Да и не побоку ли Косадесу, каким образом он достанет необходимую информацию? Главное ведь - результат.
   - Деньги я и на зельях неплохо зарабатываю, - презрительно поморщилась Шарн.
   Альтмер помедлил.
   "Соглашайся", - вздохнул Второй.
   - Ладно, - неохотно процедил Элемар. - Ладно. Но мне нужна полная информация: что особенного в этом черепе и где искать эту дреморову гробницу? Должен же я хоть немного представлять ради чего рискую своей шеей...
   Орка довольно заухмылялась.
   - Разумеется. Гробницу ты найдешь к югу от Пелагиада. Прямо у дороги, перед самой развилкой на Сейда Нин и на Вивек. Только не попадись на глаза местным - посещение родовых склепов не-родственниками у них строго запрещено. У данмеров, знаешь ли, очень... старомодное отношение к мертвецам. И к некромантии...
   Альтмер замер. Внутри неуклонно зрело ощущение, что он только что вляпался в нечто крайне дурно пахнущее и теперь стремительно погружается в это "нечто"...
   - Вот в Империи некромантия - вполне законная научная дисциплина... хотя... и там есть некоторые юридические тонкости, - продолжала Шарн.
   "Скажи это Ганнибалу Травену годика через три", - ядовито проронил Второй.
   - А в Морровинде данмеры в угоду своим замшелым традициям и заблуждениям приговаривают ученых-некромантов к смертной казни. И в то же самое время сами же призывают собственных мертвецов для охраны и защиты семей. Абсурд! "Священная" некромантия, видите ли, суть добро, а классическая философская - суть зло! Абсурд и примитивные суеверия!
   Распалившись, Шарн повысила голос, но, к счастью, проулок по-прежнему оставался пустынным. Только где-то в глубине таверны-ночлежки что-то грохнуло, словно при падении, раздалось глухое невнятное ворчание, какая-то возня - и вновь все стихло. А сквозь перекошенную дверь с новой силой потянуло скумой
   - Вы так рассуждаете, словно эти запреты и суеверия мешают вам лично, - не удержался от шпильки Элемар.
   - Ты намекаешь, не некромант ли я? - мгновенно взвилась орка. - Так вот, - с некоторым усилием взяв себя в руки, продолжила она, - я не некромант. Но я против деления магов на "хороших" и "плохих" только потому, что последние занимаются философской некромантией, - напористо проговорила она.
   - Что ж, понимаю, - оттеснив Элемара, покивал Второй. - И сам я не против некромантии, как дисциплины. Каждому свое, как говорится. Но в то же время я легко могу понять запретителей... и говоря откровенно, их позиция мне все-таки ближе. Иными словами, я не против некромантии, как ветви магической науки... но только до тех пор, пока её адепты не демонстрируют свои магические умения и результаты некромантических практик направо и налево. В конце концов для большинства... непричастных... это все же неприемлемо. По множеству разных причин. Даже для тех, кто на словах демонстрирует терпимость. Они просто не сталкивались с этим лицом к лицу. Когда объектом некромантии становится кто-то очень близкий - ребенок, родственник, возлюбленный - отношение к ней у них обычно меняется. И не в лучшую сторону.
   - Что ж, - ровно проговорила Шарн. - В таком случае... хорошо, что я - не некромант.
   - Действительно, - с едва уловимой иронией ответил Второй. - Но мы отвлеклись. Что вы можете рассказать о Ллевуле Андрано?
   - Ничего особенного, - пожала плечами орка. - Он не был кем-то выдающимся. Просто путешествующий чародей, не более того. Если бы не ритуальные метки на его черепе... кстати, в гробнице Андрано черепов немало, но череп Ллевула отличается именно этими самыми метками. Он легко узнаваем.
   - Вы хорошо осведомлены, - намекающе проронил Второй.
   - Разумеется, - не поддалась Шарн. - Это ведь часть моей... моего исследования.
   - Хорошо, я запомню. Что-нибудь еще?
   Шарн задумалась.
   - Пожалуй... Имей в виду, некоторые духи невосприимчивы к ударам обычного оружия. Тебе понадобится либо посеребренное, либо зачарованное оружие, чтобы справиться с ними. Или магия. Старая добрая магия Разрушения или Колдовства. Набери с собой побольше свитков, Суротано...
   Распрощавшись с оркой, Элемар дождался, пока она скроется из виду... а потом решительно толкнул дверь в ночлежку. Шарн гра-Музгоб может быть сколько угодно уверена в том, что здесь их не подслушают... Впрочем, из той троицы, что растянулась прямо на полу единственной комнаты, этого сделать точно никто не смог бы: двое - данмер и каджитка-сутай - даже не заметили появления в комнате кого-то постороннего, несмотря на то, что альтмер не особо скрывался. Третий же вовсе был безнадежно мертв и плавал в луже собственной блевотины.
   "Может быть и ничего, - задумчиво протянул Второй, с уходом Шарн вновь занявший "зрительское место". - Ладно, пойдем отсюда. Нам еще Каю насчет Антаболиса отчитываться".
   Кай, которому был вручен "на хранение" выданный Антаболисом ключ, недоуменно хмыкнул.
   - На рыбий скелет похож.
   - Я тоже так подумал, - слегка улыбнулся Элемар.
   - Значит, ты не собираешься идти в Аркнтанд? - зачем-то уточнил старик.
   - Не сейчас, - покачал головой Элемар. - Мне прошлого похода туда хватило, - добавил он, не уточняя, впрочем, причин.
   Учитывая вскрывшиеся обстоятельства, информировать начальство о делах, непосредственно не связанных с поручениями, не следовало. Особенно, если дела эти, мягко говоря, не совсем законны.
   - Как знаешь, - не стал настаивать Кай. - Но позволь дать тебе совет - Хасфат Антаболис не из тех... скажем так - его просьбы игнорировать нежелательно. Весьма и весьма нежелательно, - намекающе проговорил он.
   - Ну так я и не отказываюсь наотрез, - пожал плечами альтмер.
   Развивать тему, поясняя, что сейчас ему важнее разобраться с поручением Шарн гра-Музгоб, он не стал, чтобы не давать Косадесу повода поинтересоваться, в чем оно заключается. Если старику понадобится, он и сам все узнает - при условии, разумеется, что он не сам же организовал это "поручение". Ни к чему облегчать ему задачу.
   - А что насчет информации от гра-Музгоб?
   Элемар мысленно поморщился, постаравшись, впрочем, чтобы на лице ничего не отразилось. Где-то в затылке досадливо ругнулся Второй. Хотя, если вдуматься, было бы наивно рассчитывать, что Кай об этом не спросит.
   - Я... работаю над этим, - уклончиво ответил он - так, словно обиняками признавался в постигшей его неудаче, одновременно заверяя, что это временно. - Сегодня у нее, похоже, не слишком удачный день для приема визитёров...
   Кай недовольно нахмурился.
   - Когда-нибудь эта дура нарвётся, - пробормотал он себе под нос.
   И добавил, вперившись в Элемара тяжелым взглядом:
   - Работай, Суротано, работай. Мне нужна эта информация. И, желательно, побыстрее.
   Выйдя из домишки Косадеса, Элемар, как и после получения прошлого задания, направился прямиком в "Восемь Тарелок" - день клонился к вечеру, пора было задуматься о ночлеге. И об ужине - предыдушая трапеза случилась рано утром еще в Сейда Нин, а по приезде в Балмору поесть за беготней по городу оказалось просто некогда.
   Таверна встретила альтмера непривычной суетой. Хозяйка, Дульнея Ралаал, металась по залу, покрикивая то на двух данмерок, развешивавших на стенах венки из веточек комуники, с вплетенными цветами вереска и ивопыльника, то на грузчиков - тоже данмеров - перетаскивавших куда-то наверх мешки и ящики, по-видимому, с провизией.
   - А по какому поводу суматоха? - поинтересовался Элемар у трактирщицы, когда та ненадолго отвлеклась от этих непонятных приготовлений, чтобы принять заказ у неожиданного посетителя.
   Глаза данмерки изумленно распахнулись, а потом часто-часто заморгали.
   - Неужто вы совсем потерялись во времени, бродя по пустошам, сэра наемник? Завтра же Проводы Старой Жизни! - воскликнула она.
   Настала очередь Элемара сидеть с разинутым ртом и вытаращенными глазами. За всеми неурядицами последних дней - подставой с убийством Труптора и последующим разбирательством, кошмарным экспериментом по зачарованию и прочими, более мелкими неприятностями - он напрочь забыл о том, что впереди целая череда праздников: Проводы Старой Жизни, Фестиваль Новой Жизни и Очищение. А потом, через две с небольшим недели - праздник Молитвы Южному ветру и... и его день рождения. Именно пятнадцатое Утренней Звезды официально считалось днем его появления на свет. Да и, собственно, почему бы нет? Настоящую, правильную дату он все равно не знал...
   Получив свой ужин, Элемар заперся в уже знакомой комнате.
   "Рассказывай, - устроившись на кровати, велел он. - Ты ведь наверняка и об этом задании знал заранее. И не только о нем".
   "Да пожалуйста, - не стал противиться Второй. - Итак, Шарн гра-Музгоб. Официально - целитель Гильдии Магов. Неофициально - некромант. Да-да, именно так, хоть она это отрицает Слишком рьяно отрицает, я бы сказал. По крайней мере, если бы я не знал этого точно, все равно бы заподозрил, что дело нечисто. Та же Улени Хелеран при упоминании некромантии не подпрыгивала, словно ей воткнули иглу в её прелестную задницу".
   Элемар невольно хмыкнул, внутренне соглашаясь - филейная часть Улени Хелеран действительно была хороша. Особенно, если смотреть на нее, не скрытую просторным балахоном гильдейского мага. И не только смотреть - упругие полушария ягодиц ложились в ладони очень даже приятным грузом, когда...
   "И, судя по обмолвкам и намекам Косадеса, об этой стороне жизни Шарн ему тоже прекрасно известно, - выдернул его из приятных грёз-воспоминаний невозмутимый голос Второго; Элемар вздохнул и заставил себя сосредоточиться. - Про задание я действительно... ну, не знал, повернуться могло по-всякому, но догадывался. Вот тебе, кстати, повод прижать тебя за нарушение законов уже самого Морровинда - якшание с некромантами и осквернение данмерских гробниц. Правда, почему именно череп Ллевула Андрано, я даже приблизительно не представляю. Возможно, наша новая знакомая темнит и на самом деле все далеко не так просто. Даже я, при всем своем невежестве в данном вопросе, понимаю, что наносить на череп колдуна какие-либо метки никто просто так не будет".
   "Думаешь, будут какие-то неприятности?" - подобрался альтмер.
   "Честно? Понятия не имею, - сознался дух. - По идее, не больше тех, что сваливаются на нас обычно, но... в случае с Тельзой Драл я тоже никакой особой опасности не предвидел".
   Элемар невольно скривился и потер скрытый под одеждой шрам - память об убитой им телваннийке.
   "Ясно, - вздохнул он. - Хотя постой... Может в твоих записях что-то найдется?"
   "Вряд ли, - задумчиво ответил Второй. - Насчет задания там, пожалуй, ничего полезного нет. Разве что насчет самой Шарн... Так что корпорации "Расхитители гробниц" в твоем лице и моем... присутствии придется действовать на свой страх и риск".
   "Корпорация "Расхитители гробниц", говоришь?" - хмыкнул Элемар.
   "Ну надо же как-то обозвать эту авантюру", - ничуть не смутился дух.
   "Ладно, что там насчет Шарн?"
   "Сейчас гляну, - Второй привычно оттеснил его вглубь, сел на кровати и зашарил в заплечной сумке. - Заодно освежу свои знания насчет того, чего нам ожидать дальше. А то я что-то забывать начал".
   Выудив свернутые трубкой листы со своими записками, дух развернул их, привычно отложил первые страницы, на которых, по-видимому, было записано то, что уже случилось - или не случилось... и вдруг выронил их, издав какой-то не то вздох, не то всхлип.
   - Блядь, - как-то обреченно уронил он вслух, закрыв глаза. - Вот же... блядь.
   "Что? - всполошился Элемар. - Что случилось?"
   "Случилось, - перейдя обратно на мысленную речь, мрачно согласился Второй. - Я не могу их прочесть".
   И вяло махнул рукой в сторону рассыпавшихся по полу исписанных листков.
  
   Глава 23. "Это была плохая идея!"
   В первое мгновение Элемар даже не понял, о чем речь.
   "В смысле - не можешь?" - переспросил он.
   "В прямом смысле не могу! - на удивление злобно процедил Второй. - Я не понимаю ни слова из написанного на этих долбанных листках. Ни единого слова!"
   Элемар замер, растерянно глядя на валяющиеся на полу записи. Выходило, что эти листки, до сих пор бережно хранимые Вторым, теперь полностью бесполезны... А сам дух... сам дух на самом деле не вовсе зол - то, что ему сначала показалось беспричинной злобой, на самом деле было сдерживаемой из последних сил паникой. И альтмер рванулся "наружу", делая для своего соседа то, что тот много раз делал для него в подобных ситуациях ранее: резко оттеснил хлещущего во все стороны ужасом и отчаянием Второго "внутрь", перехватывая управление телом и отрезая "соседа" от внешних ощущений, чтобы тот смог справиться с захлестывающими его разум эмоциями.
   Сердце, еще мгновение назад выламывавшее грудину, начало успокаиваться, а вместе с ним начал стихать и шум в ушах и постепенно перестали плыть стены комнаты перед глазами. Элемар медленно выдохнул и потянулся к кувшину с шейном - во рту было сухо, точно в пустыне Алик'р... Где-то в глубине сознания не желающий успокаиваться Второй до сих пор фонтанировал эмоциями. Правда, если поначалу до альтмера доносились волны ужаса и обреченности, то после короткой передышки им на смену пришли потрясение, злость и... что-то еще, чему Элемар не мог дать внятного определения. Впрочем, нотки опасения тоже присутствовали. Похоже было на то, что, как только истерика духа была лишена материальной подпитки - Элемар хорошо запомнил ту лекцию о тайных телесных соках и их влиянии на разум - Второй сумел взять себя в руки и обдумать случившееся. Более того, прийти к какому-то не слишком приятному выводу...
   Альтмер неторопливо допил шейн и, поставив стакан на столик, вновь улегся на кровать. Теребить и расспрашивать Второго он не собирался - когда дух успокоится и соберется с мыслями, он сам предложит пообщаться. Торопиться им все равно некуда - завтра праздник, послезавтра тоже... Элемар не знал, празднуют ли Очищение за пределами Хай Рока, но предполагал, что вряд ли. Тем не менее, два дня на отдых, прояснение вновь открывшихся обстоятельств и составление новых планов у них есть. И даже больше - альтмер вдруг вспомнил, что хотел занести кирасу на починку Тореку. Теперь придется ждать окончания праздников. Ну да ладно. С такими мыслями он незаметно уснул.
   Нормально выспаться не удалось. Во сне он метался в каком-то странном дымно-черном мареве без верха и низа, пытаясь найти выход в нормальный, привычный мир под аккомпанемент чьего-то злого шипения "бесполезный паразит", "приживала". Это было обидно, но он почему-то был уверен, что неизвестный... неизвестное... прав. Потом перед ним вдруг возник уже виденный - в другом сне - незнакомец в залитой кровью одежде и, паскудно ухмыльнувшись, хлопнул его по лбу раскрытой ладонью. Это действие его жутко разозлило - не само по себе, а потому что оно что-то значило... правда, он не помнил, что именно - и он уже хотел было дать гаду в морду, но тот уже исчез, оставив его в одиночестве...
   Проснувшись, Элемар долго пялился в потолок. Настроение было совершенно не праздничным - хотелось, как в далеком детстве, замотаться с головой в одеяло, свернуться клубком и тихо страдать. Желательно, под кроватью, чтоб никто не нашел... по крайней мере, сразу.
   Потом до него дошло.
   "Прекрати".
   Второй, чье присутствие после вчерашнего ощущалось с трудом, не ответил. Если бы не тонкая нотка настороженности, на миг кольнувшая сознание, Элемар мог бы решить, что дух снова куда-то исчез, как несколько дней назад.
   "Извини, - после длительного молчания все же подал он голос. - Кажется, моя... полезность, как твоего спутника, сильно уменьшилась".
   "Бесполезный паразит..." - вспомнился Элемару бестелесный шипящий голос из сна.
   Альтмер поморщился.
   "О какой полезности ты говоришь?" - уточнил он.
   В ответ от "соседа" пришла волна обреченности, тут же, впрочем, сменившейся мрачной решимостью. А следом Второй заговорил:
   "Действительно, стоит расставить точки над "и". Или, как говорят у вас... в "ойт"? - он вновь замолчал, но почти сразу же продолжил: - Видишь ли... когда я - еще до нашего знакомства - обнаружил, где и в каком состоянии оказался..."
   "Ты решил предложить мне свои знания, я помню", - перебил его альтмер.
   "Именно. Но теперь, когда мои записи стали нечитабельны..."
   Вот оно что...
   "Забудь, понял?" - рубанул Элемар.
   "Но..."
   "Забудь, я сказал! - альтмер наклонился за листками записей Второго, так и валявшимися с вечера на полу и, собрав их, разорвал всю тонкую стопку надвое. - Если эти бумажки стали бесполезны, то и бездна с ними - место в сумке занимать не будут. А их содержимое... ты хоть помнишь, что ты их вообще-то при мне писал - здесь, в этой самой комнате? Не припёр с собой, откуда бы ты ни явился, а строчил прямо тут, вот этой вот рукой, - он помахал кистью перед лицом, - опираясь на собственную память? Помнишь?"
   И, не давая ошеломленному духу опомниться, припечатал:
   "Так что вся твоя "полезность" на самом деле никуда не делась, если для тебя это так уж важно. А это, - он ткнул рукой в валяющиеся на полу обрывки бумаги, - просто костыли, которые..."
   "ЧТО ТЫ СКАЗАЛ? - переход от обреченной покорности к обжигающему гневу был настолько резок, что Элемар потрясенно замер, забыв как дышать. - Костыли?!"
   Впрочем, в следующий миг до него дошло, что весь этот гнев направлен вовсе не на него.
   "Спасибо, братишка, - благодарно выдохнул Второй, вновь ставший бодрым и злым. - Костыли, значит... Ну, гад, ну, сука бессердечная... На прочность испытывать решил, да?"
   "Почему бессердечная?" - удивился Элемар.
   "Да этот мудак - помнишь, я рассказывал? - перед тем как меня сюда опять выпинать, заявил, что он-де тоже считается мертвецом, как и я. И этак пиджак распахнул - а под ним рубашка вся в кровище: сначала такое пятно с кулак примерно появилось, а потом, почти сразу же, расползлось на все пузо. Так вот рубашка к пузу прилипла и... ну, типа провалилась слегка - как раз напротив сердца. Как будто там дырка у него. Причем такая, что как раз кулак и поместится. Я настолько охренел тогда от... ну, от всего, что даже и внимания сразу не обратил. А сейчас вот вспомнил".
   Элемар потрясенно молчал. Больше всего ему сейчас хотелось одновременно расхохотаться во весь голос... и побиться головой об стену. Не выдержав, он торопливо уткнулся лицом в подушку - мер, внезапно разражающийся хохотом, будучи в одиночестве, не может не привлечь нездоровое внимание окружающих - и заржал.
   "Ты... - немного успокоившись, начал он, но новый приступ истерического смеха заставил его прерваться - говорить, даже мысленно, сквозь смех было решительно невозможно. - Ты хоть понял, кого мудаком назвал... чу... ха-ха... чудик?" - кое-как просмеявшись, сказал он.
   "Э-э..." - несколько озадаченно протянул Второй.
   "Легенду про Лорхана помнишь?"
   "Во бля, - после недолгой паузы охнул дух. - И что он за это со мной сделает? Боги, они ведь обидчивые. Хотя... он что-то говорил... что-то про службу другому... или другой... тоже богине, видимо. И что он не в обиде за это".
   "Хм... ну, может, и в этот раз не слишком рассердится. Хотя я бы на это не рассчитывал".
  

***

   Праздники прошли... в праздности. Два дня Элемар только тем и занимался, что спал, ел-пил и читал книги из предоставленного Антаболисом для Кая списка - благо, книжная лавка Дорисы Дарвел в утро Проводов Старой Жизни работала. Из всего списка, правда, у нее нашлось только две книги, но и это было лучше, чем совсем ничего. Единственным отступлением от праздного времяпровождения был визит к Тьермэйллину - повязки после Зайнсипилу нужно было менять. Впрочем, целителю Клинков явно не улыбалось видеть физиономию Элемара все праздники, поэтому Тьермэйллин в несколько минут залечил все ранения магически, содрал за это полновесного золотого "дракона" и отправил его восвояси, на прощание посоветовав ближайшие пару дней питаться обильнее и пожирнее. Второй был уверен, что насчет "пожирнее" целитель явно поиздевался, объяснив свою точку зрения тем, что фауна Морровинда была представлена либо насекомыми, либо рептилиями, а ни у тех, ни у тех жира нет. Но вот насчет "обильнее" был полностью согласен - ускоренное заживление это здорово, но ресурсы-то для него брались из организма исцеляемого. И их надо было срочно восполнять. Желудок яростно поддерживал точку зрения Второго, недвусмысленно давая понять, что если его не заполнят прямо сейчас и желательно, чем-нибудь мясным, он начнет глодать сам себя... К счастью, они вполне могли себе это позволить.
   А еще Элемар по несколько часов проводил, бросая дротики в мишень. Во-первых, это занятие неплохо успокаивало - намалевал рожу обидчика и пуляй в нее острыми стрелками, представляя, что это не рисунок, а настоящее лицо врага. А во-вторых... во-вторых, альтмер по-прежнему помнил о спрятанной на дне заплечной сумки "вварденфафле" - произносить странное слово правильно он так и не научился - и чувствовал, что умение метко бросать дарты в цель ему очень скоро понадобится. Чувствовал спиной - между лопаток все время ощущался легкий зуд, точно от взгляда в спину, странным образом ассоциирующийся с необходимостью усердно тренироваться. Разве что теперь вместо физиономии Кая мишенями служили рисунки других людей и меров, с преобладанием среди них клыкастых орочьих морд или остроскулых эльфийских лиц с характерными данмерскими чертами и прорисованными на них грубыми шрамами. Мишени рисовал Второй - и получались они у него ничуть не хуже, чем у самого Элемара. Впрочем, скучающий дух вообще много рисовал, утверждая, что это помогает ему думать. Альтмер, правда, не сразу проникся идеей нарочито гротескных изображений, с подчеркиванием каких-то недостатков или просто характерных черт - портрет Шарн гра-Музгоб, к примеру, красовался клыками как у матерого кабана-секача, а нарисованный Хрисскар щеголял огромными, втрое больше настоящих, ступнями, похожими на лягушачьи лапы и имел удивительно глупую физиономию - но вскоре признал, что свое очарование в таком стиле рисования все же имеется. Восстанавливать утраченные записи дух отказался наотрез, пояснив свое нежелание опасением, что они могут попасть не в те руки. Альтмер, надеявшийся в процессе заглянуть в них хоть одним глазом - а кому бы не хотелось узнать будущее, пусть и в общих чертах? - был разочарован, но не признать правоту Второго не мог.
   Впрочем, умение бросать дротики действительно оказалось совсем несложным. За недолгое время отсутствия Второго Элемар успел неплохо наловчиться обращаться с дартами и теперь просто оттачивал навык, попутно размышляя над тем, чтобы прикупить метательных ножей и потренироваться уже с ними - Второй после короткого размышления признал, что ножи будут полезнее дротиков: оружие дистанционного поражения им так и так необходимо, а покупать лук или заклинание призыва оного Элемар категорически отказывался.
   Единственное, чего не хватало для полного счастья - общества хорошенькой женщины. Но тащиться в Садрит Мору, чтобы повидаться с Улени Хелеран, было лень - к тому же с возвращением Второго подкатывать к ней было как-то неудобно - а красавица Флакассия из вивекского отделения Гильдии Магов при их последней встрече, вела себя настораживающе холодно. Никакой вины за собой Элемар не ощущал, а спрашивать напрямую - если верить все тому же Второму - означало гарантированно нарываться на выяснение отношений. Оно ему надо? А в Суране, куда они никак не могли добраться, наверняка в связи с праздниками был наплыв посетителей... В итоге пришлось блюсти целомудрие. И не сказать, что это Элемара обрадовало.
   На третий день - второй день нового года - праздники кончились. Очищение, как и предполагал Элемар, в Морровинде не праздновали. Страдающий похмельем Торек принял заказ на починку кирасы, попутно пожаловавшись на коварство морровиндских напитков. Сообразивший, что к чему - уж о коварстве и крепости местных напитков он знал не понаслышке - Элемар согласился подождать денек. Немалую роль, впрочем, сыграло то, что в противном случае пришлось бы обращаться к Мелдору...
   И наконец, настал тот день, когда откладывать уже было попросту нельзя. Элемар сам не знал, что именно ему не нравится в предстоящем предприятии - за исключением, разумеется, уже очевидных моментов - но отправляться в гробницу Андрано за черепом не хотелось до тошноты. И Второй, по его собственному признанию, испытывал те же чувства. Нежити ни один, ни другой не боялись, попасться кому-нибудь на глаза - тоже. В крайнем случае, при приближении кого-то недружелюбного - вроде прознавших о попытке осквернения родовой гробницы и жаждущих отмщения живых членов рода Андрано - можно было удрать с помощью заклинания, не дожидаясь, пока кто-то особенно глазастый разглядит нарушителя покоя предков настолько, чтобы разослать приметы. К счастью, такой вариант был маловероятен. Вообще, по словам Второго, в этом задании основной проблемой должны быть неживые охранники гробницы, а не что-то иное.
   Тем не менее, Элемар в какой-то момент поймал себя на том, что просто сидит и тупо пялится в стену, оттягивая выход. Обозлившись на собственное малодушие, он затянул тесемки давно уже полностью снаряженной и неоднократно проверенной сумки, отдал Дульнее Ралаал ключ от снимаемой комнаты, купил у неё же немного снеди в дорогу и направился в порт силт страйдеров: если верить карте, от Сейда Нина путь к гробнице был значительно короче, чем от форта Лунной бабочки.
   Сама гробница показалась альтмеру смутно знакомой. Порывшись в памяти, Элемар припомнил, что уже видел это место - в тот самый день, когда на Балмору неожиданно для всех налетела пепельная буря. Так что, когда на двери обнаружилась сломанная печать, он даже не удивился - он помнил, что в прошлый раз так уже и было. Естественно, он не полез сходу вскрывать или исследовать гробницу, решив сперва внимательно изучить окрестности. И дело было даже не в том, что ему надо было незаметно попасть внутрь - с этим-то как раз особых хлопот не ожидалось: несмотря на близость Пелагиада, дорога не отличалась оживленностью. За два часа наблюдений мимо Элемара, усевшегося на обочине с лепешкой в руке и видом отдыхающего путешественника, промчался имперский курьер, направлявшийся, судя по всему, в Эбенгард, прошёл торговец с навьюченными гуарами и четверо оживленно переговаривавшихся данмеров, из обрывков беседы которых альтмер понял, что все они совершают паломничество к святыням Трибунала. Причем все - в течение второго получаса, так что еще час Элемар наблюдал за дорогой ради собственного успокоения. Ну и чтобы снова потянуть время - предстоящая авантюра по прибытии на место, нравилась ему еще меньше, чем раньше. Тем не менее за скрытность проникновения можно было не опасаться. Гораздо важнее было суметь незаметно выйти... Впрочем, поразмыслив, он нашел отличный выход из положения, удивившись, как это не пришло ему в голову раньше: заклинание Вмешательства Альмсиви. В случае удачи, он сразу окажется в Балморе. Останется только спуститься из Верхнего Города к Торговой площади. Если же не повезет, то заклинание отправит его в Вивек. В этом случае, пробежка окажется значительно длиннее - кантон Квартал Чужеземцев находится довольно далеко от Храма. К тому же придется иметь дело с Флакассией Фаузейус, а прекрасная бретонка в последние несколько дней настроена по отношению к нему довольно холодно. Вредить ему она, конечно, не станет, хотя бы ради того, чтобы не подрывать репутацию Гильдии Магов, но объясняться с ней Элемар не имел никакого желания. Вернее, он-то как раз был не против узнать, в чем он все-таки перед ней виноват, но что-то подсказывало ему, что идея эта заведомо провальная - Флакассия просто откажется с ним разговаривать, предоставляя ему самому доискиваться причин. Если только она не узнала о его связи с Улени Хелеран из отделения Гильдии в Волверин Холле. Хотя... в этом случае бретонка предъявила бы ему претензии еще при прошлой встрече.
   "Ты на ней жениться собираешься?" - насмешливо поинтересовался Второй, с которым он поделился своей проблемой.
   "Нет!" - совершенно искренне испугался Элемар.
   Огляделся - до заката еще было довольно много времени, но дорога пустовала. Впрочем, они с духом решили, что войдут в гробницу в сумерках - в самое противное время суток, когда еще вроде бы достаточно светло, чтобы видеть то, что вокруг, но при этом ничего толком не видно. Самый что ни есть воровской час...
   "Тогда в чем проблемы? - удивился дух. - Если ты ей нужен, то она сама прекратит маяться этой их бабской дурью - сама придумала, сама обиделась. Если же ты ей не нужен, то это может быть такой способ удержать тебя на расстоянии. Советовать, как тебе поступить, я не буду - логика у женщин настолько вывернутая, что любое твое действие будет заведомо неверным. Любое. Придешь мириться с цветами - получишь ими же по роже. Придешь без цветов - просто получишь по роже, потому что "козел, мог бы хоть какой-нибудь цветочек принести". Не придешь - все равно козел. Разве что в последнем случае по роже не получишь".
   "Оригинально. Но если ты говоришь, что и пытаться помириться и игнорировать равно неправильно, то что вообще делать? Мне как-то неохота проверять, возобладает ли здравый смысл и профессиональная гордость мага-телепортиста над женской мстительностью, или в один далеко не прекрасный момент меня выкинет где-нибудь в Обливионе?"
   "Понятия не имею, что делать - этого вообще никто не знает. Даже сами женщины. Но..." - Второй вдруг осекся, а Элемар ощутил изумление, охватившее духа.
   "Но - что?"
   "А? - дух словно очнулся. - А-а... Так вот, чего хотят женщины, не знают даже они сами. Но мне как-то пришло в голову... еще когда она у меня была своя... что основная цель их ужимок и истерик - заставить мужчину страдать".
   "Страдать?"
   "Именно. Страдать и унижаться, вымаливая прощение. Даже если на самом деле не виноват ни в чем - в смысле, объективно не виноват. Женщине достаточно того, что ты виноват у нее в голове. Все. Она обижена, она страдает - и она жаждет, чтобы страдал ты. Чтобы ощутил свою ничтожность, осознал, какой ты грубый, нечуткий, жестокий скот, злостно надругавшийся над трепетной феей - даже если в реальности она по грубости и жестокости переплюнет всех известных тебе портовых грузчиков и палачей. Она хочет целиком занимать твои мысли, хочет быть твоим смыслом существовать... вернее, не так - женщина хочет, чтобы ты постоянно добивался её... и добивался безуспешно".
   "Дурь, какая-то. На кой добиваться чего-то - или кого-то, если все равно этого не получишь? К тому же, если я её уже трахнул, то чего мне дальше-то добиваться - я как бы уже получил, что хотел".
   "Ты у меня спрашиваешь? Я рассказал только то, в чем кое-как разобрался сам, когда мне надоело быть вечно виноватым перед женой ни за что и спать в кабинете вместо супружеской постели".
   "Еще одно озарение?" - поинтересовался Элемар.
   "Вроде того, - иронично хмыкнул в ответ Второй. - Очень... своеобразное ощущение - внезапно вспомнить что-то, довольно тесно связанное с прошлым... но при этом... как бы это объяснить... К этому знанию-выводу у меня не было доступа, потому что оно тесно завязано на личные воспоминания, а с ними у меня... я уже говорил как. А тут твое упоминание странных обид Флакассии, попытки разобраться... в общем, я вдруг осознал, что не просто имею некоторые предположения на этот счет, а уже думал об этом раньше, анализируя поведение собственной жены в похожих ситуациях".
   "Ты её помнишь?" - с каким-то болезненным любопытством спросил Элемар.
   "Очень смутно. Длинные рыжие волосы... крашеные, правда, на самом деле она была... - дух вновь замолчал. - Странно, - наконец опять заговорил он, - я прекрасно помню цвет её волос - у Улени Хелеран точно такой же оттенок - помню, что он не настоящий... краска называлась по имени какого-то знаменитого художника... а вот была ли она на самом деле блондинкой или брюнеткой - глухо. И неприятно. Вроде бы маячит что-то на краю осознания, но как только пытаешься это "что-то" уловить - сразу же будто в стену упираешься".
   Элемар не стал отвечать, подумав о том, что рыжая грива Улени Хелеран в свое время неприятно напомнила ему другую женщину - ту, которую он никогда не встречал наяву. И не хотел бы встретить, если она на самом деле существовала.
   "Знаешь, - неуверенно проговорил вдруг Второй. - Мне почему-то кажется, что у нее было бы много общего с той бешеной бабой... помнишь, тот странный сон, когда мы видели как бы два варианта одного и того же события?"
   Альтмер вздрогнул.
   "Тебе не кажется, что такое совпадение... неспроста?" - осторожно спросил он.
   "Если и так, я все равно пока не вижу связи", - вздохнул дух.
   Элемар огляделся.
   "Темнеет. И на дороге никого. Идем?"
   "Идем, - согласился Второй. - Сколько уже можно откладывать..."
  

***

   Шепот. Настойчивый многоголосый шепот. Он вился призрачной мошкарой вокруг тихо потрескивающих светильников, пробирался под одежду, царапая кожу тысячами крошечных насекомьих лапок, и лился в уши нескончаемым потоком, пробираясь, казалось в самый мозг и лишая не только способности слышать хоть что-то, но даже мыслить.
   "Кажется, это была плохая идея", - пробормотал Второй.
   "Ты тоже это слышишь?" - встрепенулся Элемар.
   "Их. И не только слышу, я их вижу. И, - Второй помедлил, прежде чем договорить, - похоже, что они тоже меня видят".
   "Валим?" - с надеждой поинтересовался альтмер.
   "Не получится", - мрачно отозвался дух.
   И, точно подтверждая его слова, в спину Элемара дохнуло холодом, а в поясницу, казалось, впились тонкие ледяные иглы. Придушенно взвыв от боли и неожиданности, альтмер сиганул вперед, неудачно приземлился на ступеньки и, кубарем прокатившись вниз по лестнице, вылетел в небольшой зал.
   Приземление было жёстким. Болело решительно все, к тому же, кувыркаясь по ступенькам, альтмер несколько раз чувствительно приложился головой. Не потому ли ему теперь казалось, что вокруг неспешным шагом сытых хищников прогуливаются призраки давно умерших данмеров? Нет, напрямую он по-прежнему никого не видел, но вот боковым зрением... Множество мужчин и женщин в костяной броне со знаками Дома Редоран и еще больше - в индорильских доспехах с изображением ладони - воины Храма Трибунала... Оглянувшись, Элемар увидел заполнившую верхний коридор завесу, похожую на густой темный дым. И что-то ему подсказывало, что попытка пройти сквозь неё ни к чему хорошему не приведет. А взгляд искоса показал, что там расположился целый отряд, ощетинившийся настоящим лесом копий. Уж не жалами ли этих самых копий ему придали ускорение?
   "Знаешь", - заявил он, медленно и осторожно приняв сидячее положение, - это была ну очень плохая идея!"
   "Теперь знаю, - отозвался Второй. - Проблема в том, что выбора у нас все равно не было".
   "И что будем делать?"
   "Договариваться, - отстраненно, словно о чем-то напряженно размышляя, проговорил дух. - Раз уж нас не убили сразу, есть крошечный шанс на то, что мы отсюда все-таки выберемся. Живыми и, возможно, даже здоровыми".
   Элемар оторвал взгляд от закрывшей выход призрачной завесы... и судорожно икнул, увидев в паре шагов от себя то, на что, занятый разговором с "соседом" и оценкой того бедственного положения, в котором они умудрились оказаться, поначалу даже не обратил внимания. В какой-то паре шагов от него лежал мертвец. И лежал, судя по всему, довольно давно. Воздух в гробнице был сухой, доступа насекомым не было, поэтому тело довольно неплохо сохранилось.
   - Что-то я сильно сомневаюсь, что с нами кто-то будет договариваться, - пробормотал он себе под нос. - С этим парнем они явно не церемонились.
   "Не попробуем - не узнаем, - произнес Второй. - В худшем случае, развлечем почтенное общество", - без обычной иронии добавил он.
   "И как ты намерен это делать?"
   "Ну-ка, подвинься", - вместо ответа сказал дух, оттесняя Элемара внутрь.
   Встал, огляделся... и решительно пошел вперед. Альтмер же с трудом подавил приступ паники, разглядев, наконец, сколько на самом деле призраков рода Андрано их окружало. И дружелюбным выражением лица не отличался ни один.
   "Нет", - проговорил он. - Давай меняться обратно. Я буду идти, а ты - подсказывать, куда".
   "Как скажешь", - согласился Второй.
   Повинуясь подсказкам духа, Элемар, сопровождаемый призраками, прошел вниз по длинному, закручивающемуся широкой спиралью проходу и вошел в небольшой зал с двумя округлыми бассейнами у дальней стены, почти до краев наполненными пеплом. Охранявший помещение страж-скелет при виде наглого вторженца сделал шаг вперед, занося крепкую на вид дубину с устрашающими шипами... но тут же замер и опустил оружие. Однако вовсе не потому что потерял интерес - об этом говорил почти физически осязаемый взгляд пустых глазниц, неотрывно следящих за каждым движением альтмера. Одно неверное действие - и дубина вновь взмоет в воздух, чтобы опуститься на череп чужака. Знать бы еще, какое действие хозяева гробницы сочтут неверным...
   А Элемар опустился на низенькую скамеечку перед бассейном, скрестив ноги на каджитский манер - и замер. Марево над бассейнами, такое же, как то, что перекрыло выход из гробницы, заволновалось и сгустилось, приобретя очертания немолодого рыжеволосого данмера, одетого, в отличие от остальных, в мантию жреца или волшебника. Элемар, прислушавшись к совету Второго, достал из сумки свиток с заклинанием Божественного Вмешательства и аккуратно положил его на бортик бассейна. Губы призрака едва заметно изогнулись в намеке на одобрительную улыбку. А Элемар подумал, что они со Вторым - идиоты и давно могли удрать, воспользовавшись тем самым заклинанием. С другой стороны, это и сейчас будет не поздно сделать...
   - Говори, чужак.
   - Э-э... - поперхнувшись от неожиданности, глубокомысленно ответил альтмер.
   - Не ты. И не словами, - поморщился данмер. - Дом неушедших смотрителей рода не место для разговоров. Если только эти разговоры не ведутся сердцем. Пусть говорит другой - тот, кого ты называешь Вторым. Говори, пришедший издалека. Ты сумел нас заинтересовать и ты знаешь обычаи. Поведай нам, что толкнуло тебя на преступление?
   Что ответил Второй, Элемар, к своему удивлению, не услышал, но призрак недовольно нахмурился. Однако присутствующий в зале страж не двинулся с места, значит, поводов для немедленного бегства пока не было. Чтобы не помешать или - не приведи боги - не навредить - он добросовестно сидел, чувствуя, как в непривычной позе затекают ноги и спина, и сторожко наблюдал за выражением лица зависшего над пепельным бассейном призрака. А тот гневно хмурился, мрачнея все больше и больше. В какой-то момент его лицо исказилось от ярости, и альтмер едва не вскинул руки, чтобы сотворить спасительное заклинание бегства... Но призрачные черты почти тут же разгладились и гнев вновь уступил место интересу - сначала вежливому, а затем все более живому - к которому под конец неслышной беседы явственно примешивалась злобная радость.
   - Что ж, Второй... Хотя правильнее было бы сказать "Первый". Да, я знаю, кто ты и кто твой... "второй" - нам, неушедшим смотрителям рода ведомо гораздо больше, чем живым. Именно поэтому мы и не убили вас сразу. И нет, не проси меня открыть эту тайну - её разгадка суть часть вашего общего пути.
   Он помолчал.
   - Теперь о твоей просьбе. Ты был честен и говорил, не утаивая. Я позволяю тебе взять мой череп. Но ты должен будешь вернуть его, как только получишь от некромантки то, что тебе нужно. Стражи пропустят вас внутрь и выпустят обратно. Если ты этого не сделаешь, - призрак оскалился в мерзкой ухмылке, - живые узнают о твоем преступлении и проклянут вас обоих. Поверь, это вполне в наших силах.
   "А если это произойдет не по нашей вине?" - осторожно уточнил Элемар - мысленно, вовремя вспомнив про "не словами".
   Требование вернуть останки ему казалось вполне справедливым - к тому же это задание с самого начала было ему не по душе - но следовало учитывать все возможности. И невозможности тоже.
   Призрак помедлил, сверля альтмера нечитаемым взглядом.
   - Мы учтем это. Но в ваших же интересах, чтобы этого не произошло.
   Скелет-страж шевельнулся и махнул костлявой рукой в недвусмысленном жесте. Элемар с некоторым трудом - ноги затекли и ощущались отвратительно ватными - встал, безмолвно поблагодарив неизвестного за помощь, и, хромая на каждом шагу, поковылял следом за проводником.
   Череп отыскался в самом низу, в боковом зале. Рядом на постаменте лежала книга, увидев которую, Элемар стиснул зубы, предчувствуя неприятности. Аккуратно упаковав череп, альтмер развернулся было к выходу, но неугомонный Второй его остановил:
   "Куда это ты собрался? Ставь пометку. Или ты собираешься в следующий визит плутать по гробнице с черепом наперевес?"
   Идея насчет магической пометки была здравой. В Эбенгарде им все равно в ближайшее время появляться не стоило. Хотя лишаться возможности мгновенно перенестись к целителю было... тревожно. Но сейчас это было важнее.
   Однако, как оказалось, пометкой сволочной дух ограничиваться не собирался. Едва магические потоки успокоились, как он снова принялся раздавать указания, потребовав достать из заплечной сумки "Запертую комнату" и поменять её на лежащий на постаменте возле урн с прахом томик "Уроков Вивека".
   "Ты сдурел?!"- в ужасе взвыл альтмер.
   "Ничуть, - отозвался Второй. - Мы ведь не воруем эту книгу, а обмениваем на равноценную".
   "И как на этот обмен смотрит владелец книги?" - язвительно поинтересовался Элемар.
   - Владелец не против, - рядом возник уже знакомый призрак. - Из твоего рассказа, пришедший издалека, ясно, что вам эта книга нужнее, чем нам. Забирайте. И можете даже не возвращать.
   Тяжело вздохнув, альтмер поблагодарил его за щедрость и взял томик "Уроков". Но "Запертую комнату" все же достал и положил на освободившееся место - подарок подарком, но отдариться стоило. Хотя бы из вежливости.
   Напряжение постепенно отступало - странное соглашение с предками рода Андрано, подробности которого еще предстояло вытрясти из Второго, состоялось. Они все еще были живы и даже достигли поставленной цели. Правда, череп потом все равно предстояло вернуть, но Элемар почему-то был уверен, что Второй уже придумал, как это сделать.
   Заклинание Вмешательства Альмсиви перенесло их в Балмору. Альтмер с трудом подавил зевок и с удивлением уставился на розовеющее небо на востоке.
   Они провели в гробнице целую ночь.
  
   Глава 24. Тринадцать шагов(45)
   Лицо регионального координатора Клинков, узревшего в неурочно-ранний час на пороге своего жилища изгвазданную в пыли и паутине физиономию самого "любимого" из подчиненных ему агентов было неописуемо - изумление, гнев, досада и что-то еще, чему Элемар не смог бы дать определения, даже находясь в ясном уме. Но пребывающий в полуневменяемом состоянии альтмер на гримасы начальства не отреагировал. С трудом промычав непереводимое "мжномнвспзватьсьшкрвть?" вместо приветствия, он ввалился в дом и рухнул на хозяйскую постель, напоследок притянув к себе сумку с добытым черепом и обняв её, как подушку - остатков сознания едва хватило на попытку уберечь от начальственного любопытства её компрометирующее содержимое. После чего отрубился, едва успев смутно ощутить, как Кай, бормоча что-то о "жопоголовых идиотах", без особой нежности стаскивает с него сапоги.
   Идея завалиться - как оказалось на практике, в самом прямом смысле слова - к координатору принадлежала Второму: после экстренного спуска и прогулки по гробнице Андрано альтмер был грязен и пропылён, а общественная купальня, в последнее время работающая почти круглосуточно, оказалась закрыта. Пытаться же снять комнату в каком-нибудь трактире в таком виде нечего было и думать: к тем, кто не следил за личной гигиеной, отношение было неласковым - любой неопрятный грязнуля заведомо считался разносчиком болезней. Что было, в общем-то, вполне объяснимо: помимо корпруса, заразиться которым было не так-то просто, и так называемых "обычных" болезней, в Морровинде имелся целый ряд "местных" заболеваний, в других провинциях Тамриэля не встречающихся и получивших название "моровые". Заразиться ими было так же легко, как и обычными, а вот вылечить... обычные зелья исцеления болезней просто не действовали, а специальные были недешевы и продавались не в каждой лавке алхимика. Поэтому посещение купальни сразу по прибытии в город или более-менее крупное селение считалось хорошим тоном, даже если ты приехал в Балмору или Вивек из Сейда Нина или, к примеру, Тель Аруна, где моровых бурь не бывает. В противном случае торговцы и трактирщики вполне могли отказаться вести с новоприбывшим дела. К тому же, как показали недавние события в той же Балморе - все когда-нибудь случается впервые. На счастье, Второй вспомнил, что Кай при первой встрече говорил, что при необходимости можно передохнуть у него, а Элемару было без разницы - он едва мог заставиться себя держать глаза открытыми, а тело - в вертикальном положении. К тому моменту, как координатор отворил дверь, он уже наполовину спал. И Второй, как ни удивительно, пребывал в ненамного лучшем состоянии...
   Проснулся Элемар только к вечеру. И первым, что он увидел, был сидящий на табуретке возле кровати хозяин дома - трезвый, чисто выбритый, вопреки выбранному образу... и очень сердитый.
   - Ты охренел, новичок, - вместо приветствия сообщил он.
   Альтмер поморгал и принял сидячее положение. Других стульев или табуретов в доме Косадеса не имелось, поэтому вскакивать и пересаживаться было попросту некуда. Поэтому он просто подтянул валявшиеся тут же сапоги и принялся обуваться.
   - Что с информацией от гра-Музгоб? - не дождавшись реакции на первую реплику, спросил Кай.
   - Будет... - Элемар попытался определить, сколько он проспал, глянув на окно, но потерпел неудачу - толстое зеленое стекло не знало тряпки и воды, наверное, с момента установки в раму. - Будет, как только я с ней встречусь и поговорю.
   - Отчет должен быть завтра к полудню, - жестко проговорил Косадес. - Мне и так из-за тебя пришлось отменить... - он осекся. - Неважно. Если ты выспался, новичок, то собирай манатки и проваливай. И на будущее - в городе есть общественные купальни. Дешевле всего та, что у порта силт страйдеров. Так, на всякий случай.
   Элемар на шпильку не отреагировал. Молча заглянул в сумку, ощупал сквозь ткань череп, проверяя его целостность - не хватало еще раздавить во сне.
   "Не переживай, - хмыкнул Второй. - Ты так нежно прижимал его к груди, что мутсэра Андрано даже умилился. Хотя как я понял, умиление этому достойному меру вовсе не свойственно".
   Альтмер тихонько фыркнул, затягивая завязки на горловине сумки - и тут же поймал внимательный взгляд координатора.
   - Я сказал что-то смешное? - обманчиво спокойно поинтересовался тот.
   "Зря мы сборник анекдотов продали, - задумчиво проговорил Второй. - Была бы шикарная отговорка как раз на такой случай".
   - Нет, - качнул головой Элемар. - Просто сон вспомнил. Хороший сон... впервые с тех пор, как я сюда приехал.
   - А что, - подобрался Косадес, - остальные сны были плохими?
   "Молчи!" - едва ли не взвыл Второй.
   Впрочем, Элемар и сам не собирался откровенничать. Не после подслушанной беседы в Эбенгарде.
   - Обычно я выматываюсь настолько, что никаких снов не вижу, - проговорил он. - Впрочем, было пару раз... но, - он постарался, чтобы его голос звучал легкомысленно, - я полагаю, что это было от непривычной пищи. Кажется, это были пирожки с грибами в Садрит Море...
   Кай медленно кивнул и жестом велел привставшему альтмеру сесть.
   - Вот что, Суротано, - медленно проговорил он. - Раз уж у нас зашел разговор о снах... Если верить слухам, сейчас многих мучают кошмары...
   - Да, я тоже это слышал, - кивнул Элемар.
   - Не перебивай! Итак, участились слухи о дурных снах, злых предзнаменованиях... Да и ты наверняка видел, что на улицах слишком много гуляющих, а некоторые лавки открыты не только днем, но и ночью. Купальни, кстати, тоже, - ввернул Косадес еще одну шпильку, но альтмер её вновь проигнорировал. - Словно их владельцы не могут уснуть. Или боятся. Может, что-то тревожит их во сне...
   "И мы даже знаем, что", - проронил Второй.
   - И я просто обязан тебя предупредить. Даже если ты не обманываешь, и плохие сны тебя не беспокоят... В Морровинде, если ты видишь тревожные сны, Храм говорит, что ты ненормальный и они запирают тебя в лечебницу для умалишённых. А если тебе не только снятся дурные сны, но и ты думаешь, что они могут что-то значить... Тогда Храм заявляет, что ты либо пророк, либо еретик. И они все равно запирают тебя в лечебницу для умалишённых. Так что послушай доброго совета - помалкивай... если вдруг что.
   - Я запомню, - кивнул Элемар.
   - Вот и молодец, - удовлетворенно качнул головой Кай. - А теперь проваливай. И не забудь про купальню!
   В купальню альтмер все-таки пошел, хотя и не потому, что его туда настойчиво посылали. После чего, отмытый и переодевшийся, уже привычно засел в "Восьми Тарелках".
   "Еще немного - и Дульнея выделит эту комнату персонально для тебя", - дождавшись, когда за ними закроется дверь и шаги хозяйки трактира стихнут в конце коридора, проворчал Второй.
   "Ты еще скажи, что мне придется на ней жениться", - фыркнул в ответ Элемар.
   "А вот это вряд ли. Скорее, она назначит тебе помесячную плату - и комната будет в твоем распоряжении в любой момент. Хочешь, каждый день ночуй, хочешь - раз в месяц заваливайся".
   "Обойдется, - отрезал альтмер, прикинув сумму. - Ночевать два-три дня, а платить за месяц? Нет уж. Ты лучше скажи мне, как мы будем череп возвращать? Отдать-то легко, а вот вернуть..."
   Проблема эта его действительно волновала.
   "Если все пойдет, как надо, - Второй мягко оттеснил его и принялся копаться в сумке, - то череп уже к утру послезавтра будет лежать на положенном ему месте. А госпоже гра-Музгоб станет резко не до поисков пропажи. Да и не факт, что она успеет о ней узнать".
   С последними словами он вытащил из сумки небольшой сверток и, развернув его, положил на столик перед Элемаром поблескивающий тревожным багрянцем серебряный дротик.
   "Ты собираешься... убить её?" - осторожно уточнил альтмер.
   В наложенном Вторым - пусть и с его посильной помощью - зачаровании он так и не разобрался, но, припомнив, сколько магической энергии оно потребовало, без труда вычислил, насколько убойной мощью дух наделил слабосильную, в общем-то, стрелку. Заодно понял, почему дух так настаивал на тренировках с дартами.
   "Увы - да, - с сожалением - и вроде бы даже неподдельным - признался тот. - И дело вовсе не в черепе. Просто..."
   "Не объясняй, я помню, - прервал его Элемар. - Как давно ты это задумал?"
   "После головоломки".
   "Ясно, - очень спокойно проговорил альтмер. - А что насчет гробницы? Ты ведь говорил, что основной проблемой в гробнице станут стражи..."
   "Говорил, - не стал отпираться дух. - Но я имел в виду совсем не то, с чем мы там столкнулись. К встрече с "неушедшими смотрителями" я был готов ничуть не больше тебя. И, признаться, я вообще не понимаю, как так вышло".
   "Ладно", - Элемар с силой потер лицо.
   Вроде и спал весь день, а усталость все равно чувствуется...
   "Сегодня нам предстоит бессонная ночь. И понадобятся твои шпионские таланты".
  

***

   Ночь, как и сулился Второй, оказалась бессонной. Хотя поначалу Элемар думал, что это будет не так. Подумаешь, пробраться в уже знакомый заброшенный не то дом, не то трактир - тот самый, возле которого Шарн гра-Музгоб и давала несколькими днями ранее своё распроклятое поручение. Почему-то Второй решил, что там можно будет найти какие-нибудь свидетельства проводимых некроманткой запрещённых экспериментов.
   Логика в его предположениях была - район был откровенно неблагополучным, это Элемар отметил ещё в прошлый раз, а обитатели того самого дома наверняка большую часть времени были неспособны отличить реальность от навеянных скумными парами видений - однако эта самая реальность не пожелала идти им навстречу. Никаких следов запретной ворожбы они не нашли. Как и никаких тайников, хотя и проверили все сколько-нибудь вероятные места их нахождения, пользуясь тем, что виденные в прошлый визит скумоеды в этот раз отсутствовали.
   "И что теперь?" - поинтересовался Элемар, когда они вышли на Торговую площадь.
   "Теперь мы отправимся в Гильдию Магов".
   "Там же все спят. Наверняка закрыто все", - усомнился альтмер.
   "Ошибаешься. Даже если Масалини Мериан спит, то кто-то наверняка бодрствует - на случай, если кому-то понадобятся услуги мага-телепортиста. Или для того, чтобы встретить прибывшего из других отделений Гильдии Магов. Например, курьера с секретным донесением для кого-нибудь из проживающих в Верхнем Городе Хлаалу. Я только надеюсь, что этим везунчиком окажется не Шарн. И что наша любезная некромантка сейчас дрыхнет крепким сном человека - или мера - с начисто отсутствующей совестью".
   "Значит, ты собираешься пошарить у неё в вещах?" - уточнил Элемар.
   "Именно. Если мне не изменяет память, там можно найти кое-что интересное. Правда, я рассчитывал, что у неё хватит осторожности не хранить это в стенах Гильдии... но - увы. Тебе это, по идее, без надобности, ты в Гильдии Магов не числишься, а вот дознавателям из Храма будет о-очень интересно..."
   "Везунчиком" оказалась глава балморского отделения Гильдии Ранис Атрис. И судя по отчаянным попыткам сидящей за столом-конторкой данмерки бороться со сном, дежурство было совсем не главной причиной бодрствования. Второй немедленно поменялся с Элемаром и завёл с удивлённой его появлением Ранис негромкую беседу про бессонницу, ночные прогулки и хорошую компанию вкрадчивым, убаюкивающим тоном.
   Не ожидавшая подвоха данмерка - Элемар появлялся в стенах Гильдии Магов достаточно часто, то договариваясь с Дреном или Эстирдалин об обучении, то прося Масалини перебросить его в Вивек, поэтому Ранис его знала, пусть и не слишком хорошо - с каким-то облегчением призналась, что не спит уже несколько суток из-за одолевающих кошмаров.
   - Так нельзя, - укоризненно-сочуствующе покачал головой Второй. - Это может кончиться тем, что вы просто свалитесь с жесточайшим истощением.
   - Зато вымотаюсь настолько, что не буду видеть эту дреморову муть, - поморщилась Ранис и широко зевнула, едва успев прикрыть рот ладонью. - Извините.
   - Ничего страшного, - проговорил дух, безуспешно подавляя зевок - пример оказался на диво заразительным.
   Впрочем, та его не услышала - вымотанная несколькими сутками непрерывного бодрствования и убаюканная тихим вкрадчивым голосом собеседника данмерка просто отключилась и теперь крепко спала, уронив голову на сложенные руки.
   "Замечательно, - проговорил Второй мысленно. - Будем надеяться, что она не вспомнит нашу беседу. Или решит, будто мой визит ей приснился".
   Альтмер был настроен более скептично, но спорить и возражать не стал - это и впрямь было бы хорошим выходом.
   Подождав немного, Второй вновь поменялся с Элемаром, и тот, стараясь не шуметь, прокрался вниз, в общий зал. Там, как и ожидалось, было пусто - видимо, кошмары мучили только Ранис Атрис, остальные спали: из-за ширм, отгораживающих "спальный" угол зала доносилось негромкое многоголосое посапывание, время от времени перекрываемое чьим-то раскатистым храпом. И почему-то Элемар был уверен, что источник этого звука - не Дрен, единственный мужчина в балморском отделении Гильдии. На всякий случай внимательно оглядевшись - не хватало ещё оказаться застигнутым на взломе и потрошении чужого имущества каким-нибудь незамеченным в сумраке полуночником - альтмер прокрался мимо, направившись прямиком к углу, где в прошлые посещения Гильдии видел Шарн гра-Музгоб.
   Колбы, реторты и перегонный куб - простой, ученический - Второго не заинтересовали, в ящиках пожилого письменного стола, покрытого въевшимися пятнами реагентов, тоже не обнаружилось ничего компрометирующего. И, к разочарованию альтмера, ничего похожего на записи о Нереварине для Кая Косадеса - то ли некромантка хранила их в другом месте, то ли собиралась сообщать необходимую информацию устно...
   Оставался сундук, задвинутый в самый угол и накрытый какой-то замусоленной тряпкой. Запомнив, как она лежала, чтобы потом вернуть все на место - незачем наводить некромантку на подозрения - альтмер аккуратно откинул её и принялся изучать замок.
   Замок оказался непростым, хотя и без неприятных сюрпризов в виде ловушек или чар "на ключ". Элемар сломал несколько отмычек, прежде чем механизм издал долгожданный щелчок, знаменующий открытие. Альтмер тщательно собрал обломки отмычек, скрывая следы своего присутствия, и с неудовольствием подумал, что управился бы быстрее, будь у него возможность воспользоваться факелом или хотя бы свечой, чтобы нагреть замок. Но свет неизбежно привлёк бы внимание - пока Элемар возился с замком, из спального закутка, зевая во весь рот, выбрался Марайн Дрен.
   - Даэдровы кошмары, - услышал альтмер приглушенное бормотание, пока маг-разрушитель, спотыкаясь спросонья на каждом шагу, брёл к своему обычному месту за столом в центре зала. - Хоть бы одну ночь поспать спокойно...
   "Хм, а остальные, похоже, спят без кошмаров", - заметил Второй.
   "Думаешь, тревожные сны снятся только данмерам?" - заинтересовался Элемар, как раз собиравший обломки отмычек.
   "Вряд ли. Если уж пугать, то в первую очередь именно чужаков. Другое дело, что данмеры, в силу некоторого родства с Даготом Уром, могут быть более чувствительны к воздействию через сны".
   "Разве что как потомки кимеров", - беззвучно фыркнул Элемар, ссыпая собранный мусор в карман.
   "Потомки..." - эхом отозвался дух, неожиданно впавший в глубокую задумчивость.
   Но тут же встряхнулся и потребовал открывать сундук.
   Глазам альтмера предстал набор инструментов хирурга в истрепанном и растрескавшемся кожаном футляре, стопка книг по колдовству и мистицизму - большую часть их он читал в вэйрестской Школе Джулианоса ещё до упразднения Школы Тавматургии и формирования Школы Колдовства, как отдельной ветви магической науки - но внимание Второго привлёк томик, обложка которого, в отличие от остальных, была старательно обёрнута бумагой и небольшой мешочек, при виде которого дух явственно занервничал.
   "Что такое?" - встревожился Элемар - до этого, если не считать случая с записками, дух никогда не паниковал без видимой причины.
   "Не знаю, - признался тот. - Но от этого кошеля просто веет какой-то жутью. Пожалуйста, будь предельно осторожен, когда будешь смотреть, что там такое, хорошо?"
   У альтмера создалось впечатление, что будь у Второго возможность, он бы сейчас дрожал и стучал зубами от страха. А так дух просто перестал имитировать выражение интонаций, что делал обычно. И от этой безэмоциональности его голоса Элемару стало страшнее, чем было бы, если бы тот орал и бесновался.
   "Буду", - пообещал он.
   Проверил, чем занят Дрен - тот, к счастью, по своему обыкновению, уткнулся в очередной трактат и не замечал ничего вокруг, полностью поглощённый чтением - и потянулся к загадочной книжке, благо, Второй на неё отреагировал сдержанным любопытством.
   Книга называлась "Легионы мертвецов". Ничего крамольного на взгляд альтмера, просто неплохой классификатор нежити, обладать которым он и сам бы, пожалуй, не отказался. Крамольной была дарственная надпись на форзаце под обложкой:
   "Шарн, преданной адептке Ордена Червя в знак нашей дружбы. Пусть эта книга послужит тебе в познании тонкостей нашего Искусства. Мариэтта Р."
   Орден Червя. Точнее, Орден Чёрного Червя. Тайная организация некромантов Тамриэля. Несмотря на отсутствие официального запрета, рассуждать о ней было не принято, поэтому большая часть известных Элемару сведений относилась к категории "одна ворожея нашептала". Хотя наставники Школы с неодобрением относились к подобным разговорам среди учеников и время от времени устраивали лекции, призванные развенчать возникающую в юных умах атмосферу таинственности и романтизма, связанных с Орденом Чёрного Червя и образом его основателя Маннимарко. К сожалению, крайне малоинформативные, зато чуть менее чем полностью состоящие из пропаганды, как теперь, после общения со Вторым, отчётливо понимал альтмер. И с особым вниманием присматривали за теми, кто стремился получать знания в области Колдовства и Мистицизма. А также за теми, кто, как Элемар, родился под знаком Ритуала, в числе прочих даров дающего способности к управлению нежитью.
   Прочитав надпись, Второй изобразил изумлённый присвист.
   "Книгу заберём с собой", - твёрдо заявил он.
   Альтмер вместо ответа потянулся к мешочку, желая узнать, что могло вызвать такой страх у обычно спокойного духа. Раскрыл его - и обомлел, едва не выронив: внутри тускло мерцали три темно-фиолетовых кристалла. До этого дня он только слышал о таких, но, тем не менее, сразу понял, что именно держит в руках. Черные камни душ. Те самые, в которые можно поместить душу разумного существа - человека, мера или зверолюда-бетмера. И два из трех были заполнены - в темно-фиолетовой глубине мерцали яркие искорки душ...
   "Убери!" - почти в тот же миг панически взвыл Второй.
   Элемар торопливо затянул завязки мешочка и вернул жуткую находку на место. Томик "Легионов" он засунул за пояс под рубашку - переложить его в сумку можно будет и позже, когда выберется. Закрыл крышку сундука и аккуратно накрыл его тряпицей, позаботившись, чтобы было незаметно, что кто-то к ней прикасался. Оглянулся на Дрена - данмер по-прежнему клевал носом над трактатом - и тихо прокрался к выходу: сначала из зала, а потом и из Гильдии мимо все ещё спящей Ранис. И, только оказавшись на улице, позволил себе облегчённо выдохнуть.
   "Уф, - подал голос Второй. - Знаешь, ещё ничто меня так не пугало, как эти долбаные камушки".
   "А зачарование этой твоей вварденфафли?"
   "Не-е, тогда я просто чувствовал, что подыхаю. И, наверное, сдох бы, если бы не вмешательство нашего бессердечного знакомца. Да и ощущения были другие - с меня словно бы шкуру сдирали. Слой за слоем, как с луковицы. А тут... знаешь, как во сне бывает: когда идёшь или летишь куда-то, чётко осознавая - впереди тебя ждёт такая жуть, что просто пиздец, а ни рвануть в противоположную сторону, ни хотя бы остановиться не можешь? Вот и тут - когда ты сунул нос в этот хренов мешок с камнями душ, я прямо ощутил, что меня начинает туда затягивать... слабо, едва-едва ощутимо, но я тебе честно скажу - напугался я просто до усрачки. В том числе и того, что ты захочешь их подержать".
   Украденная книжка почти физически жгла кожу живота и альтмер, укрывшись в тёмном углу возле двери соседней Гильдии Бойцов, торопливо переложил её в сумку. Руки ощутимо дрожали, поэтому он сумел сунуть её в горловину не с первого раза, но все же справился. После чего со всей возможной в рамках приличий скоростью - чтобы не показаться убегающим и, соответственно, не вызвать к себе интереса со стороны стражи - направился в "Восемь Тарелок".
   Оказавшись в своей комнате, Элемар уже предвкушал, как завалится на постель и проспит до позднего утра - благо, полночь миновала сравнительно недавно и времени на сон было довольно. Однако у Второго на этот счет имелось свое мнение. Бесцеремонно отпихнув законного хозяина их общего тела внутрь, он сел за стол, вытащил из сумки украденную книгу и - альтмер сначала не поверил в то, что он видит - принялся сочинять донос! Донос в Орден Дозора на "некромантку из Гильдии Магов города Балморы, известную, как Шарн гра-Музгоб".
   "И как ты собираешься этот донос довести до адресата, чтобы не подставиться?" - справившись с первоначальным удивлением, язвительно поинтересовался Элемар.
   "У нас тут целый живой член рода Андрано имеется", - невозмутимо ответил дух.
   Помедлил - и завернул такой зубодробительный словесный оборот, словно всю свою жизнь служил в имперской канцелярии. Простому обывателю такие словеса не то, что произнести - понять не удастся... Впрочем, альтмер тут же вспомнил, что Второй, по его словам, в прошлой своей, иномирной, жизни был законником, а потому закручивать такие неудобосказуемые словесные обороты был обучен. И почерк... присмотревшись, Элемар понял, что не ошибся: Второй умудрился изменить свой почерк. Колючие глифы даэдрического айембедта(44) приобрели небрежность, граничащую с изяществом и совершенно не присущую обычно выходившим из-под пера духа каракулям.
   "Как у тебя это получается?" - не выдержав, полюбопытствовал он.
   "Почерк? А я, если подумать, не пишу, - отозвался Второй. - Я рисую. Учитывая, что образец моего... да и твоего почерка у Кая имеется благодаря Элон - вот не верю я, что проданные нами Арриллу книжки старик не видел - как и, если мне не изменяет память, доступ к архивам Храма, светить его было бы неразумно. Поэтому я эти закорючки вырисовываю - этакий "комик санс" на тамриэльский лад".
   "Что за комик... ну, ты понял?"
   "Печатный шрифт. Обычно использовался для шуточных надписей".
   "Хороша шутка", - протянул Элемар, имея в виду последствия доноса для Шарн.
   "Как пошутили, так и отшучиваюсь, - неожиданно зло отозвался Второй. - Наша зеленая подружка нам соврала, чтобы ты знал: Ллевул Андрано не был странствующим чародеем. Он был служителем Храма Трибунала. И не из последних(46)".
   "Откуда ты знаешь?"
   "От него самого. Покуда ты дрых в обнимку с его черепом, я имел с ним весьма увлекательную беседу".
   "О, боги! Еще один дух мертвеца в моей многострадальной голове?" - притворно ужаснулся альтмер.
   "Неа, - с ясно различимым весельем проговорил Второй. - На кой ему твоя черепушка, к тому же занятая мной, когда ты трепетно притискивал к себе его собственную?"
   Элемар тихонько фыркнул, скрывая, впрочем, охватившее его облегчение - ему и Второго иногда хватало с избытком.
   А тот поставил последнюю точку в написанной - или нарисованной - кляузе, подождал, пока просохнут чернила и решительно сложил лист вчетверо. Упаковал украденную книгу в кусок тряпицы, вложил в сверток свеженаписанный донос, спрятал его в сумку и довольно потянулся:
   "Все. Теперь можно и поспать немного. Завтра будет тяжелый день".
   И улегся на кровать, одновременно меняясь местами с Элемаром.
   Однако тому было не до сна. Известие о том, что их ввели в заблуждение - неважно, случайно или намеренно - оказалось неприятным. Идея осквернить чью-то гробницу в стране, где это было одним из тягчайших злодеяний, ему претила с самого начала. Теперь же оказалось, что осквернить требовалось останки одного из служителей Храма, что по местным законам значительно усугубляло тяжесть совершённого преступления.
   "Вот скажи мне, как самый информированный - зачем этой... - альтмер проглотил грубое ругательство, - зачем Шарн череп священнослужителя?"
   "Кто знает? - задумчиво ответил Второй. - Я лично уже просто не знаю, что думать. С одной стороны - Шарн могла действительно не знать, кем был Ллевул. А с другой... нет, вот почему-то не верится мне, что она сговорилась с Косадесом".
   "Почему?"
   "Суди сам - когда ты с Каем говорил об Антаболисе и его хотелках, он был готов надавить на тебя авторитетом руководителя, если ты вдруг решишь взбрыкнуть. И довольно непрозрачно намекал на то, что с этим человеком лучше не ссориться. Собственно, он и уступил тебе только потому, что информация от Шарн ему была нужна срочно, а хотелки Антаболиса явно могли подождать".
   "Пожалуй", - согласился альтмер.
   "А Шарн он... ну, не презирает, наверное, но все равно относится к ней... достаточно пренебрежительно. Вспомни, как он о ней отзывался. И это имперец! Не данмер, с их "понаехали тут!" не альтмер с Саммерсета, с детства воспитанный в презрении ко всем не-альтмерам и к альтмерам не-саммерсетцам - имперец! - Второй ненадолго замолчал. - С другой стороны я сомневаюсь, что Кай может отдавать ей приказы. Хотя... он же мог вызнать что-то о её проделках - ведь о том, что орка некромант, он тебе только что прямым текстом не сообщил. А прознав - пользоваться этой информацией в своих целях".
   "Логично. Но все равно не объясняет, на кой ей понадобился именно этот череп".
   "Да какая нам разница? Все равно он у неё долго не пробудет. Вот только, - Второй вновь ненадолго умолк, раздумывая, - череп должен вернуться в гробницу до того, как за Шарн придут ординаторы".
   "Почему?"
   "Чтобы оставить дознавателям как можно меньше шансов связать её с тобой. Не знаю, как обстоит с этим дело тут, а... там... проверяли, где в последние дни был и с кем встречался преступник перед арестом, чтобы выявить возможных сообщников".
   С этой точки зрения Элемар ситуацию не рассматривал. К тому же ему внезапно пришло в голову, что выцарапать череп у ординаторов будет значительно сложнее и опаснее, чем украсть его из всё того же сундука Шарн. Если вообще возможно.
   "Ладно, - зевнул альтмер. - Тогда объясни мне, как ты рассчитываешь все это провернуть и не попасться?"
   "Хорошо, - не стал упорствовать дух. - Тем более, для успеха в этой авантюре понадобится твое деятельное участие. Сначала мы отдадим череп Шарн и заберем у нее записи для Кая..."
  

***

   - Превосходно. Просто замечательно! - довольно проговорила Шарн, едва не вырвав из рук Элемара сверток с черепом.
   Откинула край ткани, обнажая небольшой участок лобной кости с нанесенными метками, царапнула одну из них коротким, обкусанным ногтем и, завернув добычу обратно, положила сверток в свой сундук. Тот самый, в углу, накрытый какой-то тряпкой. При этом орка старательно держалась так, чтобы содержимое сундука было невозможно увидеть.
   Элемар и не пытался. Все, что ему было нужно увидеть - как и то, без лицезрения чего он бы вполне обошелся - он увидел еще минувшей ночью. К тому же интерес к её имуществу мог насторожить Шарн.
   - Что ж, теперь можно говорить об информации для Кая, - произнесла орка. - Вот, - она сунула руку в карман своей мантии и вытащила скатанные в трубку листки бумаги, перевязанные обрывком какой-то бечевки. - Это для Кая.
   Альтмер без тени сомнения развернул записи, бегло просматривая их, и почти тут же скатал обратно.
   - Думаю, старик будет доволен, - едва удержавшись от ухмылки - почерк у Шарн оказался еще ужаснее, чем у Второго - проговорил он.
   - Замечательно. Тогда почему бы нам не вернуться каждому к своим делам, раз уж с общими мы закончили? - намекающе склонила голову к плечу Шарн. - У меня, понимаете ли, не так уж много свободного времени, чтобы тратить его на праздные разговоры.
   - Понимаю. Разве что вы захотите что-нибудь передать на словах, - кивнул Элемар.
   - Нет-нет, - замотала головой орка. - Все, что есть - все в записях.
   - В таком случае - не смею отнимать у вас время, - светски, на бретонский манер поклонился альтмер.
   Впрочем, распрощавшись с Шарн, он не покинул стен Гильдии Магов, предпочтя сперва направиться к Ажире. Зельеварческим навыкам орки-целительницы он не доверял - не после того, как наблюдал "нетрадиционную обработку" в кальцинаторе соплеобразного "уникального ингредиента". А вот у каджитки зелья получались очень даже приличные, и продавала она их по вполне доступным ценам. Пополнив же запас лекарств - а заодно убедившись, что орка не собирается никуда срываться с полученным черепом - Элемар отправился к Каю: до полудня, назначенного координатором крайним сроком, оставалось не так много времени... Отдельно его - и Второго - порадовало то, что Ранис все-таки пришла к выводу, что ночной визит ей приснился. Данмерка, разумеется, попыталась намекнуть на ночную беседу, но Элемар очень натурально изобразил недоумение, и та мгновенно свернула расспросы, сославшись на то, что видимо, слишком устала накануне и от усталости перепутала сон с явью.
   Кай был доволен. Так же бегло, как и сам Элемар получасом ранее, просмотрев принесенные записи, координатор торжественно заявил, что присваивает ему ранг Начинающего. После чего, разом покончив с официозом, уже привычно едва ли не пинками выставил альтмера за порог, заявив, что ему нужно время на ознакомление с новыми сведениями. Впрочем, тот ничуть не огорчился. Задание он выполнил, новый ранг в организации... не волновал его этот новый ранг. Не после всего, что он узнал об организации заменившей ему дом и семью после детства в приюте. Да и никаких преимуществ перед прежним "новичковым" рангом Элемар не заметил.
   Куда интереснее было общаться с Омавелем, как раз вышедшим из своего дома. Любитель многочасовых прогулок по набережной Одай или просто по городским улицам, философ и, как оказалось, немного романтик, ассасин был Элемару чем-то симпатичен. Возможно, неукротимым жизнелюбием и оптимизмом, то и дело прорывающимся сквозь обычную для данмеров маску невозмутимости. А еще Омавель непостижимым образом всегда оказывался в курсе последних городских новостей и щедро делился узнанным с теми, кого считал своим другом. И Элемару посчастливилось оказаться в их небольшом числе.
   Вот и сейчас, заметив альтмера, Балин Омавель широко - по-данмерски широко, то есть, почти не открывая зубов - улыбнулся и приветственно помахал рукой. Элемар не менее широко улыбнулся в ответ и направился к нему, рассчитывая на очередную порцию городских новостей.
   - Слышал последнюю новость? - проговорил Омавель, стоило альтмеру подойти поближе.
   - Смотря какую, - неопределенно ответил Элемар. - Последнее, что я слышал - это то, что какой-то парень из Телванни заперся в своей башне, опасаясь Мораг Тонг.
   - А, Мавон Дреним, - кивнул данмер. - Это уже не совсем новость. И он не просто заперся, как говорят, а устроил засаду.
   - Не завидую я тому, кому придется выполнять контракт на него, - покачал головой Элемар.
   - Я тоже, - серьезно кивнул Омавель. - Но это, к счастью, не моя забота. Я про другое - странно, что ты не слышал, вся Балмора только об это и судачит.
   - Ты про что? - подобрался альтмер - тон голоса и выражение лица ассасина намекали на что-то неприятное.
   - Ралена Хлаало убили. В собственном доме.
   - И? - поторопил данмера Элемар.
   - И ходят слухи, что это кое-кто из ваших, - наклонившись к нему и понизив голос, проговорил Омавель. - Точнее - Девятипалый. И не надо мне сейчас втирать, что не понимаешь, о чем речь, - резко добавил он. - Мне плевать, какие у тебя дела с пройдохой Каем, но не надо держать меня за идиота.
   - И не думал, - помедлив, ответил Элемар.
   То, что потрясающая осведомленность данмера-ассасина обо всем на свете однажды может обернуться против него самого, стало для него неприятной неожиданностью. И судя по досадливой ругани Второго, для духа тоже.
   Они помолчали. Что думал Омавель, Элемар предположить не брался, а вот самого его одолевали весьма невеселые размышления. Убивать данмера, ставшего ему одним из немногих приятелей, не хотелось. Но вот как выяснить, что он захочет за свое молчание, альтмер не представлял.
   - Что? - вдруг усмехнулся тот. - Прикидываешь, как бы половчее меня убрать?
   - Представь себе - нет, - задумчиво отозвался Элемар, рассматривая стену над плечом собеседника. - Скорее, пытаюсь понять, какую выгоду ты хочешь из этого извлечь.
   - Не все в этом мире измеряется выгодой, саличе, - покачал головой данмер.
   - Не все, - вздохнул альтмер. - Но, к сожалению, слишком многое.
   Из-за угла вывернул Кай. Увидев Элемара, старик не подал виду, что не знаком с ним или удивлен его присутствию. Мазнул незаинтересованным взглядом - и бодро прошагал мимо, направляясь в сторону порта силт страйдеров.
   - Загадочный человек, - тихо проронил Омавель, когда Кай отошел достаточно далеко, чтобы не слышать их разговор. - Никто не задумывается, на что он живет и покупает скууму. И почему он, употребляя эту самую скууму, живет так долго... Я не буду задавать тебе вопросов, - перевел он взгляд на Элемара. - И шантажировать тебя не буду. Но имей в виду - кто-то успел заинтересоваться вашей вознёй. Кто-то влиятельный. Я слышал... кое-что. Ничего определенного, но если ты можешь порвать с этой компанией - сделай это как можно быстрее, Суротано. Потом может оказаться поздно - не я один способен заметить странное.
   Элемар помолчал, прислушиваясь к тому, что торопливо говорил Второй.
   "Думаешь, стоит?" - усомнился он.
   "Думаю, он оценит", - усмехнулся дух.
   - Совет за совет, Балин, - негромко проговорил он.
   Данмер напрягся, впившись взглядом в лицо Элемара.
   - Точнее, два по цене одного. - Альтмер наклонился к собеседнику и прошептал ему в ухо. - Не вздумай брать "серые" приказы. И откажись от блюд с горьколистником. Особенно, если не сможешь вспомнить, когда и как он попал к тебе в котел.
   Мгновенно побелевшее, словно присыпанное виквитовой мукой, и покрывшееся испариной лицо данмера яснее ясного дало Элемару понять, что с советом он опоздал.
   - Кто - знаешь? - кое-как отдышавшись, выдавил Омавель.
   - Не я, - качнул головой Элемар. - Даю слово. Это... твоя компания, - выделив голосом последнее слово, произнес он.
   Глаза Омавеля расширились - он понял.
   - Срань гуарья, - простонал данмер. - Благослови тебя Предки, Суротано. Я не забуду твое предупреждение. Жаль, что оно запоздало...
   - И я, Балин. Жаль, что твоё тоже... - криво усмехнулся в спину уходящему ассасину Элемар.
   "Ты уверен, что мы не зря его предупредили?" - спросил он Второго.
   "Не уверен. Потому что, кроме яда есть еще кинжал. Или кирпич на голову. Но это уже не наша забота", - мрачно ответил тот.
   "Думаешь, он будет молчать?"
   "Думаю, он не доживет до того, чтобы что-то кому-то рассказать. Но вообще - глубина задницы, в которую мы с тобой попали, все увеличивается. Если уже второй человек - в данном случае, мер - сообщает, что Каем кто-то интересуется, это значит, что Клинки непозволительно расслабились и кому-то очень неосторожно перешли дорогу. Закончим с этим делом и при следующей же встрече ты скажешь Каю, что им интересовались ординаторы. И что за его халупой вот-вот установят наблюдение".
  

***

   Украсть череп оказалось ничуть не сложнее, чем книгу. Для этого, правда, пришлось сначала переместиться телепортом в Альд'Рун. В Вивеке, конечно, было бы привычнее, но тогда пришлось бы столкнуться лицом к лицу с Флакассией, а к этому Элемар был все еще не готов. Впрочем, о путешествии в Альд'Рун он ничуть не жалел - особенная редоранская архитектура ему нравилась, и он с удовольствием прогулялся по городу, благо, погода была дивно хороша, вопреки слухам, утверждавшим, что Эшленд чуть не ежедневно накрывают моровые бури. Цены в торговых лавках, правда, были, по выражению возмущенного Второго, "конские", но это, пожалуй, было единственным, что его не обрадовало.
   Настроения не испортила даже дурацкая шутка одного из альд'рунских магов - едва войдя в холл Гильдии после прогулки Элемар оторопел, услышав откуда-то сбоку высокий манерный тенор с характерным бретонским выговором:
   - Не хотите немного потратиться? Я вам мно-ого чего... покажу...
   Второй в первую секунду плеснул сложной смесью смятения и веселости, а потом жизнерадостно заржал. Недоумевающий Элемар повернулся на голос и уткнулся взглядом в молодого смазливого бретонца в дорогой мантии. На лице последнего тут же расплылась довольная улыбка.
   - Хиим-Ла! - радостно заорал маг. - Я снова это сделал! Ха! Обожаю эту шутку!
   Сбоку открылась дверь и в щель просунулась голова немолодого аргонианина - видимо, того самого Хиим-Ла.
   - Я удивлен, ш-што ты вс-сё ещ-щё ш-жив, - неодобрительно прошипел он. - Ког-хда-нибудь ты нарвёш-шься, дурная баш-шка!
   - Да ладно, - сообразив, что над ним просто пошутили, ухмыльнулся Элемар. - Предложение, конечно, несколько неожиданное, но... - он по-хозяйски оглядел бретонца, - весьма заманчивое.
   Тот оторопел, изумленно заморгав. Широкая довольная улыбка медленно таяла по мере того, как до мага доходило, что он, похоже, вляпался...
   - Э-э... Заклинания... заклинания любой Школы и любой сложности, - проблеял бретонец. - Только и всего.
   Элемар, не выдержав, рассмеялся и покачал головой - пока что ему хватало имеющегося набора заклинаний - направившись к лестнице в основные помещения Гильдии.
   - Вот зараза, - донесся до него тихий возглас, которому вторил свистящий смех аргонианина и негромкое злорадное шипение:
   - А я предупреш-ждал, дурная баш-шка, ш-што ты однаж-шды нарвёш-шься!
   Шутка эта привела Второго в превосходное настроение, да и сам Элемар ощутил, что нервозность в связи с предстоящей кражей отступила. По крайней мере, в балморское отделение Гильдии Магов он так и перенесся, улыбаясь от уха до уха. И с удовольствием пересказал эту историю встретившей его Ажире - сегодня очередь дежурить у площадки перемещений выпала каджитке. Посмеявшись вместе с ней над незадачливым шутником, Элемар попрощался и направился якобы к выходу. Ажира провожать его не пошла, уткнувшись в свои алхимические записи. Впрочем, помня о тонком слухе каджитов, Элемар возвращался обратно, соблюдая утроенную осторожность. Так же, как и накануне отперев сундук, он аккуратно достал сверток с черепом.
   Прислушался. Ажира, видимо, увлекшись - насколько Элемар помнил объяснения каджитки, та занималась классификацией растений Морровинда, готовясь к испытаниям на получение нового ранга - то ли не слышала его возню, то ли не обращала на неё внимания. Наскоро проверил содержимое свертка - внутри действительно был череп с чернеющими в сумраке ритуальными метками, выжженными на белой кости - и засунул его в заплечную сумку. После чего поспешил к выходу из здания Гильдии, стараясь передвигаться настолько быстро, насколько возможно, не создавая шума. Метнувшись на второй этаж, во владения Гальбедир - подальше от чувствительного каджитского слуха Ажиры - он сотворил заклинание Вмешательства Альмсиви... и облегченно выдохнул, обнаружив себя в небольшом дворике перед входом в балморский храм.
   "Что теперь?" - спросил он.
   "Теперь ты прячешь череп где-нибудь поблизости - не хватало еще, чтобы его обнаружили у нас в вещах - и идешь в храм искать аптекаря, с которым в прошлый раз беседовал о моровых болезнях. Сейчас поздняя ночь, в молельном зале никого не должно быть... хотя кто знает, как оно будет на самом деле? Подкладываешь ему на тумбочку книжку Шарн и быстро-быстро сваливаешь, стараясь, чтобы никто тебя не видел".
   "Ясно", - вздохнул Элемар.
   Спрятав череп в зарослях креша неподалеку от храмовой ограды, альтмер осторожно приоткрыл дверь. Хорошо смазанные петли не издали ни звука и Элемар бесшумно проскользнул внутрь.
   Зал на первый взгляд казался пустым, но, присмотревшись, альтмер заметил возле алтарей у дальней стены фигуру уже знакомого жреца - того самого, что в прошлый раз попытался выставить его из храма прямо в моровую бурю. Оглядевшись внимательнее, Элемар мысленно досадливо выругался - о том, чтобы проскользнуть мимо жреца, не могло быть и речи - светлые желтоватые стены и большое количество разнообразных светильников не оставляли ни малейшего шанса укрыться в тенях без помощи маскирующих заклинаний. К счастью, жрец проторчал у алтаря относительно недолго. Закончив молиться - или чем он там занимался - данмер неторопливо удалился в сторону, противоположную той, где находились апартаменты храмового аптекаря. Дождавшись, пока неторопливые шаги затихнут в глубине коридоров, альтмер осторожно отлепился от стены у входа, к которой прижимался спиной... и едва сдержал стон: от сидения в неподвижности в неудобной позе тело затекло и слушалось неохотно. Поминутно прислушиваясь - не идет ли кто-нибудь в молельный зал - Элемар едва ли не на четвереньках прокрался вдоль стены к нужному дверному проему. Заглянул в комнату...
   В тусклом свете лампы от насекомых - вдохнув специфический запах, Элемар мгновенно ощутил непреодолимое желание чихнуть - на узкой койке возле стены угадывались очертания спящего. Аптекарь - альтмер вдруг вспомнил, что его зовут Дралвал Андрано - лежал лицом к стене. Так что пробраться и положить книгу с приложенным к ней доносом на тумбочку возле кровати при известной ловкости не составляло труда. Достав сверток с книгой, Элемар тихо прокрался мимо кровати и опустил его на деревянную поверхность...
   Дыхание спящего вдруг изменилось. Альтмер дернулся было, вскидывая руки, чтобы сотворить заклинание переноса, но аптекарь сквозь сон пробормотал что-то неразборчивое и снова размеренно засопел.
   Элемар осторожно выдохнул. Так же тихо, соблюдая все предосторожности, он покинул покои мутсэры Андрано и едва ли не бегом - насколько возможно было бежать крадучись - устремился к выходу из храма.
   "Слава богам!" - мысленно простонал он, оказавшись на улице.
   Припрятанный череп вновь отправился в сумку.
   "Ещё не всё, - сочувственно вздохнул Второй. - Теперь надо вернуть на место останки мутсэры Ллевула. А потом уже можно будет немного отдохнуть".
   Элемар вздохнул... но, сосредоточившись, послушно сотворил заклинание Возврата.
   Призрак Ллевула Андрано встретил их в той самой комнате, где они в последний раз беседовали. Одобрительно кивнул, наблюдая, как Элемар бережно укладывает череп на положенное место и проговорил:
   - Ты сдержал данное тобой слово, пришедший издалека. Мы сдержим свое - никто из живых не узнает от нас о том, что тебе пришлось совершить. Что до некромантки... Твой "второй", как я понял, не носит шлема. Это означает, что его непременно запомнят и будут узнавать. Пусть возьмет этот,- он указал на лежащий возле одной из урн с прахом Гах-Джуланский костяной шлем. - Не благодари нас, юноша, - нетерпеливо махнул он рукой, и Элемар послушно захлопнул рот, так и не произнеся ни звука.
   А призрак Андрано продолжил:
   - Надеюсь, шлем вы вернете, как вернули доверенные вам останки. Его владелец дорожил им и будет очень... расстроен, - с намёком проговорил он.
   "Приложим все усилия", - пообещал Второй.
   - Хорошо. Вам будет дозволено еще единожды посетить наш кард'рун.
   "Куда теперь?" - поинтересовался Элемар, когда они вернулись в Балмору.
   "Теперь - в Гильдию Магов. А оттуда - в Садрит Мору".
   "Туда-то зачем?"
   "Нам нужно оказаться в Вивеке, но... в общем, все должны думать, что мы - ты - в это время в другом месте".
   "Почему Вивек?" - озадачился Элемар.
   Но тут же хлопнул себя по лбу - Министерство Правды! Это обычных преступников - воров, убийц и дебоширов - местные власти обычно передавали имперским службам. А вот еретики, даэдропоклонники и некроманты оставались в ведении Ордена Дозора. И отправлялись прямиком в Вивек.
   "А маги не станут препятствовать аресту? Все-таки Шарн - член Гильдии".
   "Не станут. Иначе рискуют занять соседние с ней камеры, а впоследствии - составить ей компанию на костре. Жестоко и несправедливо, конечно, но я могу понять, почему Храм назначил такое наказание: терпимость в некоторых... животрепещущих вопросах сродни одобрению. И может стать орудием скрытой пропаганды", - Второй осёкся, явно имея, что сказать по этому вопросу, но не желая развивать тему.
   "Ладно. Тогда у меня другой вопрос - каким образом мы попадём в Вивек, минуя Гильдию?"
   "А мы не будем её миновать. Я бы мог предложить тебе воспользоваться заклинаниями Вмешательства, но... я не уверен, что они сработают, как нам надо. У нас как-то не было возможности проверить, куда нас перенесёт. Так что будем уповать на то, что перемещение отряда Ординаторов с арестованной некроманткой станет настолько ярким событием, что на остальных визитёров просто не обратят внимания".
   "Флакассия - и не обратит?" - усомнился Элемар.
   "Заодно выяснишь, наконец, отношения. Даже если ординаторы появятся в Гильдии посреди вашего спора, у нас все равно будет время, чтобы встретить их под Министерством. Грузовых амулетов переноса, на наше счастье, не придумали. А колдовать Шарн никто не позволит - где гарантия, что вместо требуемого Вмешательства она не наколдует паралич на сопровождающих? Или Возврат, если у неё где-то в ухоронке Пометка стоит на такой случай... Так что от Квартала Чужеземцев до Собора её будут либо вести пешком, либо погрузят на лодку".
   "Второе вероятнее, - подумав, сообщил Элемар. - И вообще - к чему такие сложности? Перенесёмся сразу в Вивек. Если повезёт - Флакассия ещё спит, а кроме неё, до меня там никому дела нет. Если не повезёт... будет, как ты говоришь, отмазка - мол, я специально прибыл к ней поговорить".
   "Действительно, - хмыкнул Второй после короткой паузы, - зачем городить сложные планы, когда можно ограничиться самым простым?"
   К счастью, выяснения отношений с Флакассией не случилось. Встретивший Элемара незнакомый сонный данмер только высокомерно поинтересовался, найдёт ли тот выход самостоятельно. И, получив утвердительный ответ, снова устроился в неудобном кресле у лестницы, пробормотав себе под нос:
   - Достали... Шармат приносит этих тупоголовых н'вахов до рассвета...
   Альтмер благоразумно предпочёл сделать вид, что данмерского не понимает. И покинул стены Гильдии Магов Вивека так быстро, как только мог, задержавшись только для того, чтобы надеть одолженный в кард'руне Андрано шлем. Неизвестно, сколько у них было времени в запасе...
   Ждать пришлось недолго. Элемар успел осмотреть статую Вивека-с-шалком - не столько потому что действительно заинтересовался, сколько ради того, чтобы привыкнуть к шлему - когда из Зала Справедливости на площадь высыпал отряд ординаторов, торопливо зашагавших к мосту. Альтмер прикинул, сколько у них уйдёт времени на то, чтобы добраться до Квартала Чужеземцев и на выяснение отношений с Ранис Атрис... хотя данмерка вряд ли будет слишком упорствовать... и неторопливо-вальяжно зашагал в ту же сторону.
   Внутри же он был напряжён и собран. Дротик - та самая "вварденфафля" - уже был наготове в поясном кармашке, оба свитка с маскировочным заклинанием "Лабиринт Восприятия Голанара" тоже под рукой - один в рукаве, другой в боковом кармане заплечной сумки. Каждый свиток - примерно час(47) невнимания со стороны окружающих... Лучше всего была бы невидимость, но у торговцев заклинание стоило больше, чем он мог себе позволить, а срок действия у него был гораздо короче...
   Оказавшись в квартале Святого Олмса, Элемар огляделся - постороннее внимание ему было совсем не нужно - и, убедившись в отсутствии возможных наблюдателей - нырнув в ближайший проход на верхние ярусы, развернул вытащенный из рукава свиток. Фразу-ключ он выговорил негромко, но старательно. После чего, подождав, пока стихнут светошумовые эффекты сработавшего заклинания, так же неторопливо двинулся обратно: обитатели квартала начали просыпаться, и вскорости никакое заклинание не смогло бы уберечь его от чужого внимания. А возле входа в Зал Мудрости можно было долго оставаться незамеченным. Главное - не привлечь к себе внимания до того...
   Устроившись в облюбованной немногим ранее нише - пришлось постараться, потому что, кроме ординаторов, патрулировавших территорию вокруг Собора, приходилось учитывать ещё и тех, кто охранял вход в Министерство Правды наверху. К счастью, чары получились достаточно мощными - взгляды всех встречных, включая все тех же ординаторов, скользили по альтмеру, не задерживаясь, точно по пустому месту, а на лицах не возникало ни малейшего проблеска интереса. Потом, конечно, кто-нибудь обязательно вспомнит, что кто-то разгуливал возле Собора завернувшись в маскировочные чары, но и только. В лучшем - точнее, в худшем случае - кто-то наиболее наблюдательный припомнит Гах-Джуланскую броню и такой же шлем. Да только такую броню при желании можно было купить у бронника в любом крупном городе - как это сделал сам Элемар - а шлем он собирался вернуть туда, где взял... После чего никто не сможет связать убийство Шарн гра-Музгоб именно с ним.
   Возвращение отправившегося за некроманткой отряда он едва не пропустил: вместо того, чтобы прошествовать по городским улицам, ординаторы загрузились в лодки. Поэтому, когда топот ног и постукивание хитиновых доспехов раздались не со стороны моста, а откуда-то из-за стены Собора, Элемар на короткий миг растерялся. Но тут же взял себя в руки и вынул из поясного кармашка приготовленный дротик. Прикинув расстояние до приближающихся ординаторов, среди позолоченных шлемов которых мелькало бледное лицо Шарн гра-Музгоб, он неожиданно остро пожалел о том, что Второй зачаровал именно дарт, а не обычную стрелу. Но с другой стороны... он ведь сам упорно отказывался иметь дело с луком, хотя настырный дух не раз и не дважды сравнивал эффективную дальность полёта стрелы, пущенной из лука, и брошенного дротика. Что толку жалеть теперь - сам виноват...
   Примерно тридцать шагов...
   Храмовые стражи шли неторопливо и даже несколько расслабленно - видимо, Ранис не стала препятствовать аресту, а здесь, что называется, на пороге Министерства, они не ждали опасности. Элемар сосредоточился, отбрасывая посторонние мысли, и выпрямился, не отрывая взгляд от серо-зелёного лица некромантки, на котором сверкали вытаращенные от ужаса глаза. Он не имеет права промахнуться, ведь от этого зависит его жизнь и свобода - не только сейчас, но и в будущем, каким бы оно ни оказалось.
   Двадцать шагов...
   Идущие первыми замедлились. Шарн вдруг всхлипнула и покачнулась, но была подхвачена шедшими по обе стороны от неё стражами - похоже, у орки от ужаса подкосились ноги. Элемар, до сих пор не никем замечаемый, сделал шаг вперёд...
   Пятнадцать...
   Первые двое ординаторов синхронно - вряд ли это было намеренно, но альтмер не смог не отметить зрелищность этого действия - вскинули правые руки, сжав висящие на груди амулеты, и плавно взмыли в воздух.
   Четырнадцать...
   Двое, что то ли поддерживали, то ли волокли Шарн, замешкались. Элемар занёс руку с зажатым в ней дротиком и сделал ещё один шаг навстречу идущим. Время словно бы замедлилось вдвое и ординаторы, обратившие наконец, внимание на неожиданно возникшего рядом неизвестного, все ещё скрытого под довольно мощными маскировочными чарами, казалось, поворачиваются к нему бесконечно медленно...
   Еще шаг...
   Тринадцать шагов.
   Альтмер взмахнул рукой и разжал пальцы - так же, как делал это множество раз до того. Еще до броска он был уверен, что попадет в цель, более того, точно туда, куда нужно. Долгие часы тренировок не могли пройти даром... А заклинание сделает то, ради чего и было наложено с таким трудом...
   Наполненный под завязку смертоносными чарами дротик серебристой рыбкой мелькнул в воздухе - и, глубоко воткнувшись в переносицу, исчез в багровой вспышке. Некромантка дёрнулась всем телом, выгнулась, запрокидывая голову... из носа и ушей хлынула тёмная кровь, она же залила белки закатывающихся глаз, и Шарн обвисла на руках все ещё удерживающих её ординаторов.
   А Элемар сделал шаг назад и сотворил заклинание Возврата...
  
   Глава 25. Призраки ушедших времён
   - Великолепно сработано, - встретил Элемара призрак Ллевула Андрано. - Некромантка мертва, а тебя никто не заподозрил.
   - Если так, то это просто замечательно, - выдохнул альтмер.
   И осел на глинобитный пол - ноги внезапно отказались его держать. Сняв с головы шлем, он предельно аккуратно - руки тоже тряслись, как у скумоеда, увидавшего перед носом вожделенную бутылочку - положил его на постамент, с которого и взял его несколькими часами ранее.
   - Это действительно так, - кивнул призрак. - Но вы прошли по очень тонкой грани. Верно, Предки в этот момент присматривали за тобой.
   "Странно слышать такие слова от служителя Трибунала, - хмыкнул Второй. - Пусть и от бывшего".
   - АльмСиВи не отрицают Предчувствий и их роли в судьбах нашего народа, Незнакомец. Тебе ещё многое предстоит узнать и не меньшее вспомнить, чтобы исполнить пророчество наилучшим образом. Не принимай на веру все, что услышишь. Слушай сердце - оно подскажет.
   Элемар не прислушивался к их беседе дальше. Больше всего ему хотелось свернуться в клубок где-нибудь в уголке - теперь, когда всё благополучно закончилось, когда можно было ослабить контроль над эмоциями, он очень отчётливо осознал, насколько им повезло. Невероятно, непредставимо... Да, чудо-дротик был подготовлен сильно заранее, а Второй заранее же знал, кому он предназначен... Да, Второй очень тщательно проработал детали своего плана, настолько, что ему, Элемару, оставалось только следовать ему... Да, его собственные умения сыграли не последнюю роль...
   Но все это не отменяло того простого факта, что весь это продуманный и, если верить словам Андрано, блестяще исполненный план великое множество раз мог оказаться под угрозой срыва: если бы Ранис была чуть менее вымотана... если бы Шарн все-таки перепрятала череп... если бы вместо Ажиры дежурила Эстирдалин - уж альтмерка не поленилась бы проводить позднего посетителя до порога и убедиться, что он ушёл...
   Если бы он промахнулся... Маловероятно - зря он, что ли, тренировался до тошноты - но вдруг?..
   Если бы был чуть менее расторопен и не успел увернуться от заклятий ординаторов...
   Осознание того, каких неприятностей ему едва удалось избежать, было болезненным, но слишком долго переживать ему не позволили: Ллевул Андрано - так и оставшийся, к слову единственным снизошедшим до общения призраком рода - сообщил, что к кард'руну Андрано направляются живые члены рода. Маскировочное заклинание к этому времени развеялось, поэтому, торопливо приведя себя в порядок - пыль и паутину, он, к счастью, собрал на себя при прошлом посещении, так что много усилий для возвращения пристойного вида не потребовалось - Элемар поблагодарил призрака за помощь и терпение и перенёсся в Пелагиад. В Балморе в ближайшие пару дней было лучше не появляться.
   Встреча со старым знакомцем Нельсом Ллендо стала для альтмера неприятным сюрпризом. Впрочем, денег тот больше не вымогал и вообще вёл себя... Элемар некоторое время терялся в догадках, насколько наигранной была радость данмера, стоило тому его увидеть в таверне "Полпути". С другой стороны, занявший его место Второй этим вопросом явно вовсе не задавался. Подвыпивший Ллендо оказался ценным источником информации - без тени сомнения он отвечал на все задаваемые вопросы, чего бы они ни касались: история появления поселения, дурные сны, мучающие жителей Пелагиада, даже то, что к западу от Альд'Руна пастухи гуаров пострадали от разбойничьего налёта... Обо всем он говорил одинаково охотно и одинаково многословно.
   Вопрос о "пророчестве о Нереварине" Второй задал явно наудачу, но Нельс неожиданно выдал несколько больше, чем те, кого альтмер рисковал спрашивать об этом ранее:
   - Пророчество Нереварина? - переспросил он. - Эта байка и до тебя дошла? Хотя неудивительно - сейчас все только об этом и толкуют. Я даже слышал, что появилось очередное Воплощение. В Суране, вроде бы. До этого, лет так... лет тридцать, пожалуй, ходили слухи о какой-то Пикстар. Вроде бы её нашли и вырастили эшлендеры... Но о ней уже давно ничего не слышно. Ходят слухи, что её поймали и убили ординаторы и теперь прячут её тело. Непонятно, правда, зачем, ну да скамп с ними... - Нельс сделал большой глоток из своей кружки. - Теперь этот парень из Сурана... как там его... Эльвил Видрон, кажется. Он тоже утверждает, что является Воплощением Неревара. Кто знает? Храм пока на это никак не прореагировал...
  

***

   ...Багровая тьма вокруг. Снова...
   (снова-снова-снова-о-боги-нет!..)
   Он лежит, распростёршись на каменной поверхности, нагой и слабый. Он лежит... не он... В зыбком сиянии горящих вокруг сотен свечей черты лица того, кто лежит на каменном столе медленно текут и плавятся, но он уверен, абсолютно уверен, что это тело - нагое и беспомощно-неподвижное
   (мёртвое-мёртвое)
   - его тело?
   Пламя свечей колеблется, заставляя биться в конвульсиях изломанные тени на стенах, когда в круг их сияния вступает высокий силуэт в золотой маске
   (он смотрит на него снизу вверх, хотя - точно знает - глаза его плотно закрыты)
   ...
   (его глаза мертвы-мертвы-мертвы, как и сам он - давно-давно мертвы!..)
   Силуэт слегка склоняется над ним и протягивает руку, словно предлагая помощь, а в ушах звучат слова:
   "В доме Повелителя множество комнат
   (голос говорящего дрожит и дробится, разделяясь на несколько: густой хрипловатый бас, язвительно-нервный чуть дребезжащий тенор и - самый тихий - звучный, но какой-то устало-безэмоциональный баритон)
   Не волнуйся, ибо из рук врагов освободил я тебя", - но
   (ложь-ложь-ложь, не свобода, но плен, не от врагов, но у врагов)
   губы силуэта в золотой маске безмолвны и неподвижны.
   Он видит, как его собственная рука медленно поднимается, и чужие пальцы - длинные сухие пальцы мага или учёного - крепко обхватывают его запястье
   (жар прикосновения опаляет кожу - ледяную, стылую, мёртвую-мёртвую-мёртвую)
   И оказывается стоящим, не сделав ни единого движения.
   Влекомый чужой властной рукой, он следует за силуэтом в золотой маске, ступая по холодным камням босыми ногами - след в след... Зачем? Он не знает, не помнит... но это кажется правильным.
   Из багровой тьмы вокруг выступают другие фигуры - все новые и новые. На них праздничные одежды и украшения - такие же, как на нем самом, богато расшитое золотом и от того тяжёлое, пригибающее плечи к земле, - они выстраиваются по обе стороны, держа в руках цветы
   (это было, это уже было - давно-давно-давно...)
   но губы пришедших безмолвны, лица неподвижны, а глаза закрыты.
   Пространство заполняется множеством голосов
   (в их тихом шелесте он слышит своё имя... он слышит его, узнает, однако звук его же имени ускользает от него)
   Силуэт в золотой маске заговаривает с ними, приветствуя, как старых друзей, но те по-прежнему безгласны и недвижимы.
   Он вглядывается в лица - они знакомы ему, все они.
   (это было уже, давным-давно такое происходило - брачная церемония, а вокруг - приглашённые гости)
   Он помнит каждого
   (призраки ушедших времен... все они - призраки давно ушедших времен)
   но не может вспомнить ни одного имени - вспышки узнавания слишком мимолётны - и понимает, что все они давно мертвы.
   (и он тоже мёртв, давно-давно мёртв. Мёртв-мёртв-мёртв-о-боги-за-что?!)
   Крик ужаса рвётся изо рта, силуэт в золотой маске оборачивается - он чувствует чужие недоумение и тревогу, медленно сменяющиеся тяжёлым жарким гневом... чужая рука на запястье - широкая, мощная, облачённая в тяжёлую латную перчатку - начинает сжиматься...
   Одна из мёртвых фигур вдруг открывает глаза и, сделав длинный текучий шаг вперёд - багряный сумрак густеет и плащом ложится на её широкие плечи - поднимает руку. Мёртвые губы, покрытые отвратительными язвами, шевелятся...
   - Проснись! - уже знакомый баритон гремит в ушах, раскалывая голову звучащим в нем гневом, а лицо внезапно обжигает хлёсткая пощёчина.
   Он отшатывается...
  
   ...Он медленно, не торопясь, идет мимо почтительно расступающихся гостей - туда, где его ждет самая прекрасная женщина во всем Нирне. Мог ли он когда-нибудь надеяться на то, что она, богиня,
   (ты еще слюни пусти от счастья, кретин)
   снизойдет до него, ответит на чувства, давно пылающие в его сердце?.. Однако вот она, у алтаря, встречает его нежной
   (лживой, насквозь лживой, как её черное сердце)
   Улыбкой. Седой не от старости мудрец - дорогой друг
   (проклятый предатель)
   и наставник - глядит со снисходительным одобрением, мягким жестом веля поторопиться: самое время начинать...
   Сопровождающий его чернобородый крепыш ободряюще хлопает его по плечу широкой ладонью, унизанной массивными перстнями. Так, что приходится прилагать усилия, чтобы удержать равновесие - хорош бы он был, растянувшись во весь рост на глазах у гостей!
   (никогда не умел соразмерять силу, молотобоец скампов)
   Крепыш что-то говорит, понимающе и чуть скабрёзно ухмыляясь сквозь черные, тщательно завитые кольца бороды и усов, но он не слышит ни слова. Однако существо его все наполняется гневом: как посмел этот... говорить такое о ней? Как посмел?..
   (а что - всё правда)
   (и совет дельный)
   Если бы не необходимость единения всех Домов, он бы...
   Он вновь находит взглядом свою невесту - свою богиню - и чувствует, как губы неудержимо расплываются в улыбке. Счастливой, и от того, наверное, немного глупой.
   Но ему все равно. Он действительно счастлив, настолько, что готов кричать об этом на весь Нирн. Взгляд скользит по лицам окружающих, предлагая разделить с ним переполняющую его радость... Давешний крепыш сверкает зубами в ухмылке, поглаживая завитую бороду, и о чем-то переговаривается вполголоса со своим советником - таким же чернобородым, но, словно в противоположность своему господину, сухим, как палка...
   Улыбка медленно сползает с его лица при виде ещё одного гостя. Того, кого здесь не должно было быть...
   (его и не было на самом деле тогда)
   Того, чьи багряные одеяния - цвета его Дома - в окружении праздничных цветных одежд всех остальных кажутся кровавым пятном, разверстой раной. Чьё бледное остроскулое лицо, холодное и замкнуто-отрешённое, резко выделяется на фоне других - радостных, сияющих...
   А тот вдруг поворачивает голову и смотрит в упор...
   Окружающее застывает, словно картинка - и вдруг взрывается сотнями острых осколков, словно зеркало, по которому кто-то ударил тяжёлым молотом...
  
   ...Он неторопливо идёт мимо почтительно расступающихся в стороны гостей - туда, где ждёт его та, что сегодня станет его женой. Прекрасная, как рассветная заря... и коварная, как истинная дочь Боэты.
   (это было, уже было, было-было-было)
   Он смотрит на неё, скромно, как и подобает невесте, опустившую взгляд золотых с прозеленью глаз - и вспоминает, как она пришла к нему. Ночью. Тайно. С жаркой страстью в глазах и с холодной сталью в складках одежды. Такой же холодной, как и расчет в её сердце. И такой же острой, как её разум
   (не стоило забывать об этом)
   Он на миг прикрывает глаза, прогоняя воспоминания о той встрече. Не ко времени. И переводит взгляд на того, кто его сопровождает сегодня - рослый чернобородый крепыш грузно шагает рядом, словно врастая стопами в землю. Тот ободряюще хлопает его по плечу широкой, унизанной дорогими перстнями лапищей - так, что приходится прилагать усилия, чтобы удержать равновесие - хорош бы он был, растянувшись во весь рост на глазах у гостей!
   (никогда не умел соразмерять силу, молотобоец скампов)
   - и что-то негромко говорит, ухмыляясь сквозь черные завитки усов и бороды. Он не слышит ни слова, однако все его существо затапливает весельем, а рот неудержимо растягивается в ответной ухмылке: шутка хороша, хоть и грубовата.
   Он почти счастлив.
   Лишь где-то глубоко внутри копошится червячок сомнения... Но он решительно отмахивается. Какими бы недостатками не обладала его почти-жена, те преимущества, что принесёт племенам их союз, с лихвой перекроют эти недостатки. А между собой они договорятся. Она, та, что сейчас ожидает его у алтаря, станет ему хорошей женой...
   (мечтай-мечтай)
   Взгляд скользит по лицам окружающих. Лучший друг и верный союзник сверкает зубами в усмешке, поглаживая завитую бороду, и о чем-то переговаривается вполголоса со своим советником - таким же чернобородым, но, словно в противоположность своему господину, сухим, как палка...
   И - самый близкий, самый преданный... Не просто друг - почти брат, пусть не по крови, но по духу. Багряные одеяния - цвета его Дома - в окружении праздничных цветных одежд всех остальных кажутся кровавым пятном, разверстой раной. Остроскулое лицо бледно, губы растянуты в неискренней улыбке - единственный, кто не рад происходящему, искренне уверенный, что он делает ошибку. И отнюдь не потому, о чем болтают злые
   (мелочный двуличный ублюдок)
   языки - уж он-то знает. Ему есть с чем - с кем - сравнивать. И, к сожалению, его выбор - лучший из возможных. Слишком многое зависит от...
   (куда больше, чем можно было предположить)
   А тот вдруг поворачивает голову и смотрит в упор...
   Всё вокруг застывает, словно картинка - и вдруг взрывается сотнями острых осколков, словно зеркало, по которому кто-то ударил тяжёлым молотом...
  

***

   Вторую серию странных снов дух обсуждать отказался. Хотя и без того Элемар понимал, что, как и в предыдущий раз, это был сон, навеянный Даготом Уром и два варианта воспоминаний об одном и том же событии. Разве что последовательность в этот раз оказалась другой, и альтмер не пытался даже предположить, почему - отчаянно не хватало информации. А Второй, даже если и имел какие- то соображения, делиться ими не торопился, закуклившись где-то в глубине и погрузившись в размышления. Впрочем, судя по время от времени прорывавшимся у того полубессвязным обмолвкам, с предположениями было туго и у духа.
   Заняться было особенно нечем - того же Кая он обеспечил информацией для размышления на несколько дней вперёд, соваться в Вивек было небезопасно. Оставалось прогуливаться по Пелагиаду или пить с Нельсом Ллендо, попутно заводя знакомства среди местных и обмениваясь последними новостями. Впрочем, местных больше интересовали "эбонитовые войны" между Великими Домами Морровинда и Восточно-Имперской Компанией, нежели новости из других регионов Вварденфелла. Некоторые, правда, сдержанно упоминали ночные кошмары, но откровенничать не торопились, аккуратно сворачивая беседу. Более охотно обсуждали визит в таверну отряда храмовой стражи с Дралвалом Андрано во главе и наложение новой печати на потревоженный кард'рун. Общее недоумение выразил только один человек - норд по имени Кунтар:
   - Мне вот интересно - данмеры заявляют, что ненавидят некромантов, вампиров и нежить, - громогласно заявил он, не забывая, впрочем, опасливо коситься на владелицу таверны. - А сами призывают своих предков и поднимают... эти... ходячие трупы, чтобы те охраняли их гробницы. Нежить, значится, делают... Как те самые некроманты. Так в чем тогда разница между ними?
   - Да уж куда тебе, - бухнув об стол кружкой - так, что её содержимое выплеснулось на натёртую столешницу - рыкнул Ллендо. - Варвар...
   - Да, варвар, - огрызнулся Кунтар. - И горжусь этим.
   Однако развивать тему не стал. А через полчаса и вовсе ушёл.
   Самым интересным знакомцем Элемара стал эшлендер, работавший в трактире вышибалой. Здоровенный данмер с буйной чёрной гривой - с заметной проседью, несмотря на явную молодость её владельца - и лицом, так густо покрытым татуировками, что не разобрать черт, не мог не привлечь внимание. Йакум Хайршашиши - так его звали - к чужому любопытству был явно привычен. А ещё он был очень неглуп и вовсю пользовался тем, что его сходу принимали за "тупого дикаря". Более того, старательно этот образ поддерживал.
   - Моя - Йакум, - пафосно пробасил он на ломаном сиродиильском, заметив интерес Элемара к себе, и картинно выпятил грудь. - Йакум Хайршашиши звать. Моя эшлендер. Моя не говорить хорошо старый эльф. Извините. Но моя понимать старый эльф. Хорошо понимать.
   Вот только Элемар отлично видел выражение глаз эшлендера. Пускай татуировки не позволяли рассмотреть мимику, взгляд замаскировать они никак не могли. И взгляд этот светился иронией пополам с лёгкой насмешкой - эшлендер откровенно поддразнивал очередного н'ваха, решившего поглазеть на "дикаря".
   - Моя тоже плохо говорить угрюмый эльф, - проговорил он на данмерском, позволив себе едва заметно усмехнуться. - Плохо говорить, но хорошо понимать.
   Йакум на миг нахмурился... и тут же ухмыльнулся во весь рот, отчего его татуированная физиономия приобрела вид жутковатый и угрожающий.
   - Хорошая шутка, саличе, - улыбаясь, проговорил он на сиродиильском.
   Акцент никуда не делся, но теперь, когда данмер не изображал "моя тупой дикарь", произношение стало куда чище и понятнее.
   - Ты тоже не так прост, как хочешь казаться, Йакум, - тоже улыбнувшись, ответил Элемар на данмерисе. - Суротано из Даска. И кстати, мы вполне можем общаться на этом языке, - добавил он.
   - Ты первый, кто сразу понял, - хмыкнул тот, без церемоний присаживаясь напротив; впрочем, Элемар совершенно не возражал. - Другие думать, я бревно. Глазами хлоп-хлоп, а голова деревянный... деревянная. Или этот... учёный гуар. Зверушка. А язык... будем говорить общий, хорошо? Надо прак-ти-ко-ваться.
   - Как скажешь, - согласился альтмер.
   Как выяснилось, словарный запас Йакума был достаточно обширен, чтобы поддерживать беседу почти на любую тему, но ему откровенно не хватало практики. А потому в доброжелательно настроенного собеседника он вцепился на зависть любому клещу. И за три дня, что Элемар провёл в Пелагиаде, успел его изрядно утомить. Впрочем, альтмер от их бесед имел свою выгоду - пророчество о пришествии Нереварина, из-за которого он и оказался в Морровинде, по словам Элон, придумано эшлендерами. И он не собирался упускать шанс обсудить его с одним из них. А заодно узнать больше о самих эшлендерах. Хотя... учитывая, что Йакум Хайршашиши был его сверстником, на многое рассчитывать не стоило.
   - Мы - Народ Пустыни, - с заметной гордостью рассказывал тот, когда Элемар все рискнул начать его расспрашивать. - Мы охотимся и пасём гуаров, живём по закону Предков и почитаем их. Никаких ложных богов. Никаких домов, только юрты. Тяжело, но мы так привыкли и не хотим иного.
   - И ты тоже пас стада?
   - Конечно, как и прочие мужчины племени, - степенно кивнул Йакум.
   - Ты говоришь, что вы привыкли к такой своей жизни и не хотите другой, - осторожно проговорил Элемар. - Но ты здесь. Почему? Что заставляет тебя жить вдали от своих и каждый день терпеть любопытство окружающих?
   Йакум помрачнел.
   - Любопытство... Это забавно. Глупые н'вахи думают, что я тупой, и попадают в ловушку своей глупости. Смешно наблюдать, как они понимают, что ошиблись. - Он вздохнул. - Просто Йакум Хайршашиши - слабый мер...
   - Тебя... изгнали? - неуверенно предположил альтмер, чувствуя вспышку заинтересованности - Второй, по-видимому, отвлёкся от своих размышлений и тоже прислушивался к беседе.
   - Нет, - качнул головой эшлендер. - Я сам ушёл. Сильные моровые бури в Эшленде. Дурные сны одолевали. Звали каждую ночь... Я не мог больше терпеть. И ушёл из племени. Ушёл из Эшленда, подальше от дурных снов. Поселился тут, в Пелагиаде. Сначала было сложно - непонятно, странно... Кругом н'вахи и рабы, которые не рабы. К тому же "Йакум плохо знать языка", - мрачно спародировал он сам себя.
   - Ну, сейчас-то проще?
   - Да, проще. Я привык к новой жизни. Работаю на мера, что платит золотыми монетами, живу в городе, в большом крепком доме. И никаких дурных снов, - на последних словах лицо Йакума дрогнуло - едва-едва, но Элемар заметил.
   - Что за дурные сны? - спросил он. - Я слышал, что многие сейчас от них страдают, но так и не понял, в чем причина.
   - Потому что ты н'вах, - ответил эшлендер и по тону было понятно, что это не оскорбление, а простая констатация факта; впрочем, он тут же пояснил: - Ты чужеземец, ты не родился здесь и не знаешь того, что знают только данмеры. Даже те, что из Домов, хотя они многое позабыли, пойдя за ложными богами... Пыль с Красной Горы обладает злой магией. Шармат Дагот Ур посылает с моровыми бурями кошмары. Страшно засыпать, страшно увидеть это вновь. Многие сходят с ума. Там, в Эшленде, у меня постоянно были кошмары. А здесь, в Пелагиаде, я сплю, как младенец. До... - он осёкся
   Элемар помолчал.
   - Они вернулись, так? Кошмары?
   Йакум смерил его острым взглядом. Потом резко кивнул:
   - Да. Шармат в золотой маске вновь зовёт меня...
   - Зовёт? Никому не говори об этом, Йакум. И я забуду, что ты сказал, - внезапно проговорил Второй.
   Дух настолько резко и неожиданно перехватил управление телом, что Элемар оказался "внутри" быстрее, чем успел осознать, что вообще произошло.
   - Никому не рассказывай, - повторил он. - Я слышал, что ординаторы Храма Трибунала приходят за теми, кто... Ты хороший мер, Йакум Хайршашиши, и мне не хотелось бы, чтобы с тобой произошло что-то плохое. И, - Второй помолчал, но договорил, - не поддавайся на зов. Я видел тех, кто поддался - их воля принадлежит Шармату. Я говорил с ними - он говорит их языками... Не поддавайся.
   - Благословение и будь благословен, Суротано, - серьёзно кивнул эшлендер. - Я запомню твой совет.
   "Ну и на кой?" - недовольно поинтересовался Элемар, когда они отправились в снятую комнату.
   "Предупрежден, значит, вооружен. К тому же этот парень, сам того не подозревая, сообщил нечто очень важное. Такое, что я не мог его не предупредить".
   "И что же это?"
   Дух не ответил. Молча улёгся на постель и убрался внутрь.
   "Я просто кое-что понял. Но... это не то чтобы не имеет смысла. Наверняка есть какое-то объяснение, но... видимо я чего-то не знаю, раз у меня концы с концами не сходятся", - медленно произнёс наконец он.
   "О, ты созрел поделиться со мной плодами твоих раздумий?" - ядовито хмыкнул альтмер.
   "Скорее уж, созрел сам плод, - хмыкнул в ответ Второй. - Чтобы делиться с тобой, мне нужно было сначала самому хоть что-то понять. Видишь ли, кое-какие моменты из последнего нашего кошмара вызывают вопросы...".
   "И как?"
   "Как я уже сказал, у меня что-то не сходится. Да все не сходится!" - раздражённо рыкнул дух. - Все упирается в эту долбаную Красную Гору. Точнее... а, сейчас расскажу и ты сам поймёшь. Может, у тебя возникнут какие-то мысли на этот счет?"
   "Излагай", - вздохнул Элемар.
   Взбил тощую подушку и приготовился слушать.
   "Да нечего особо излагать, - в голосе Второго явственно прозвучали нотки досады. - Чем больше обо всем об этом думаю, тем больше понимаю, что ни хрена не понимаю... Единственное, в чем я уверен... то есть почти уверен, - поправился он, - это личность того парня в красном, что всякий раз столь любезно будит нас крепкой оплеухой. Но если я прав - а исходя из того, что я уже знаю, я, скорее всего, действительно прав - все остальные мои предположения с лихим свистом улетают в трубу".
   "И кто же он?" - насторожился Элемар.
   Что-то подсказывало ему, что ответ будет... по меньшей мере неожиданным. И не факт, что приятным.
   "Ворин Дагот".
   "Во... Кто-о?! - альтмер рывком сел на постели, разинув от неожиданности рот и ошеломленно пялясь в стену перед собой. - Ты... ты рехнулся?"
   "Возможно, - не стал возражать Второй. - Но это самый логичный вывод".
   И он не торопясь начал пояснять, что именно привело его к такому заключению. Причем опираясь строго на те сведения о Доме Дагот и его главе, что были известны им обоим.
   "Хорошо, - выслушав, согласился Элемар. - Но тогда у меня такой вопрос - если это и вправду Ворин Дагот всякий раз помогал нам очнуться от навеянных кошмаров, то кто тогда Дагот Ур?"
   "Я бы тоже хотел это знать", - вздохнул Второй.
   "А что ты думаешь по этому поводу? Ни за что не поверю, что у тебя не найдется хоть завалящего объяснения!"
   "Что я думаю? - дух помолчал. - На самом деле предполагать можно все, что угодно. Он может быть безумен. С раздвоением личности - одна субличность насылает кошмары, другая от них спасает".
   "Не слишком ли самостоятельна эта... субличность?"
   "Не слишком. Я знаю историю о парне, у которого их было двадцать пять(48). При этом настоящая его личность пребывала в состоянии сна почти всю его жизнь, а телом в различных ситуациях управляли именно альтер-эго. Причем среди них были как мужчины, так и женщины".
   "Однако", - только и смог сказать альтмер.
   "Ага. Когда этот парень приходил в себя, он, осознав, что с ним происходит, всякий раз пытался покончить с собой. Поэтому остальные личности старались держать его истинное "я" в состоянии сна. Или комы. Так что вероятность того, что Дагот Ур безумен и противостоит сам себе, вполне имеет право на существование".
   "А если он не безумен? Если... - Элемар помолчал, мучительно пытаясь поймать "за хвост" мелькнувшую мысль. - Если их на самом деле двое - по одному на каждую ветвь прошлого?"
   "Я думал и об этом, - проговорил дух. - Такое тоже возможно. Но для нашего же блага разумнее будет держаться именно первой версии. Пока мы не узнаем что-то, что сможет её опровергнуть".
   "Но ведь это наверняка не все?"
   Второй помедлил.
   "Да, - неохотно проговорил он. - У меня есть еще одно предположение".
   "И?"
   "Дагот Ур - не Ворин Дагот. Или... не совсем".
  
   Глава 26. Последствия и предчувствия
   Сообщение от Кая с требованием явиться пред ясны очи руководства нашло Элемара в Садрит Море, куда он сбежал из Пелагиада. Не то чтобы ему там не понравилось... но там было попросту скучно - единственный на всю округу трактир, одни и те же лица каждый вечер и одни и те же сплетни, давно успевшие безнадёжно устареть... Положение не спасали даже тренировки с Ллендо - данмер оказался верным своему слову и показал несколько приёмов работы с танто, взяв за обучение относительно небольшую плату.
   А ещё там был Йакум. Нет, Элемар ничего не имел против эшлендера, но тот в своём стремлении освоить общий язык как можно скорее начал утомлять. Альтмер искренне сочувствовал ему - бедолага явно намолчался на годы вперёд, оттого и был нехарактерно болтлив, отыскав, наконец, свободные уши... но его бесконечная трескотня обо всём на свете и ни о чём под конец начала действовать на нервы. Поэтому отоспавшись после странного разговора о Даготе, Элемар неспешно собрал вещи и отбыл в Сейда Нин. Пешком, поскольку заклинанием его перенесло бы или в Балмору - а там он появляться не хотел, потому что о его появлении немедленно доложили бы Косадесу - или в гробницу Андрано, куда он хотел ещё меньше. К чему портить добрые отношения с духами умерших данмеров?
   В Сейда Нине он не задерживался - перекусил у Аррилла, дожидаясь отбытия очередного силт страйдера, пообщался с Элон... а заодно узнал от Ринара, что в их дом кто-то пробрался и шарил в мешках с оставленными на хранение книгами, но ничего не взял. Второй только хмыкнул - этого они и ожидали, оставив у Индрель достаточно дорогие инкунабулы, чьи страницы не были исчёрканы крамольными заметками. Тома же, которые ни в коем случае не следовало никому показывать - безопаснее всего, конечно, было бы сжечь от греха подальше, но они ещё могли пригодиться - были надёжно зашиты в несколько слоёв кожи нетча и спрятаны в неприметной расщелине неподалёку от пещеры Зайнсипилу. Передав через мальчишку ещё несколько "башен" Индрель за беспокойство, Элемар отправился в Молаг Мар - по расчётам Второго, оттуда проще всего было добраться до Садрит Моры, минуя Вивек и Балмору.
   Знал бы он, каким именно образом дух рассчитывал туда добираться...
   Небольшой юркий парусник под наводящим на размышления названием "Доносчик" был всем хорош и по-своему красив... если бы не одно но - Элемар по-прежнему ненавидел путешествовать по воде. Высказав Второму все, что он думает о его выборе средств передвижения, он раздражённо убрался "внутрь", проигнорировав встречное "ну я же не вякаю, когда ты на этих кошмарных блохах катаешься!" К счастью, капитан не требовал от пассажиров безвылазно сидеть в трюме, так что это путешествие - весьма недолгое, к величайшей радости Элемара - можно было даже назвать сносным. Пользуясь этим обстоятельством, Второй почти всю дорогу торчал на палубе, обозревая окрестности. Он-то страха перед водными путешествиями не испытывал...
   Ещё одним неприятным открытием стало то, что "Доносчик" не шёл в Садрит Мору. И уговорить капитана не удалось даже Второму - жуликоватый данмер заломил такую цену, что дух, справившись с негодованием, только плюнул ему под ноги. И сошёл в Тель Браноре.
   Выяснив в местном трактире - вопреки ожиданиям, он тут имелся - что из Эбенгарда пару часов назад пришёл корабль под названием "Весна", альтмер помчался к пристани. Капитан "Весны" - на этот раз им оказалась женщина - согласилась принять на борт неожиданного пассажира, назначив вполне умеренную плату. Ветер, к счастью, был попутный, кораблик шустрый, так что незадолго до полуночи Элемар оказался в Садрит Море.
   Самым несомненным достоинством Улени Хелеран в глазах Элемара было отнюдь не то, что она умопомрачительно трахалась - будь дело только в этом, он давно бы "протоптал дорожку" в гостеприимный Суран. Где, к слову, так до сих пор не побывал. Да и зачем? Девки? Доступные девки для не слишком притязательных были в любой таверне, барышню более высокого "качества" тоже было не так уж сложно сыскать - было бы желание и, разумеется, способность оплатить её услуги. Разве что суранский "Дом земных наслаждений" считался лучшим заведением такого толка во всем Вварденфелле... А больше ничего интересного там, с точки зрения альтмера, не было. Святыни Храма Трибунала? Будь у Элемара больше свободного времени, он, возможно, посетил бы какую-нибудь данмерскую святыню... Но уж точно не от избытка религиозности. Рынок рабов? Из разговоров в трактирах Элемар знал, что в том же Тель Аруне выбор обученной домашней прислуги гораздо шире, а для работы на плантациях или шахтах лучше брать рабов в Тире... Но даже будь у него возможность купить себе раба - что бы он с ним делал? Он ещё помнил, как его потрясло предложение Индрель Ратрион. И пусть сделка предполагалась больше фиктивная - данмерка просто пыталась дать сыну защиту от куда худшей, по её мнению, судьбы - она все равно предполагала, что Элемар, так или иначе, возьмёт на себя ответственность за благополучие Ринара. Нет, альтмер ничего не имел против мальчишки - но для начала стоило разобраться с собственной жизнью. А уже потом взваливать на себя ответственность за кого-то ещё...
   Так вот главным достоинством Улени Хелеран было не то, что она умопомрачительно трахалась - а то, что она не задавала вопросов, принимая своего любовника таким, каким он был. Или казался. Если у неё и были какие-то соображения на его счёт, она держала их при себе. А их не могло не быть: Улени Хелеран имела множество недостатков - была вздорной, легкомысленной, с отвратительным чувством юмора... но вот недостаток ума и отсутствие наблюдательности к их числу не относились. Да и легкомыслие её было достаточно избирательным. Так, на вопрос Элемара - которому накрутил хвост осторожничающий Второй - не нужно ли ей специальное зелье для предотвращение нежелательной беременности, данмерка покачала перед носом альтмера кулоном в виде какого-то цветка.
   - Амулет Дибеллы, малыш, - насмешливо проговорила она. - Не волнуйся, с этой штукой стать папашей тебе не грозит. Но спасибо, что поинтересовался.
   Вопрос о "дурных болезнях", про которые неоднократно упоминал Второй, к счастью, разъяснился гораздо раньше и без её участия. Альтмер все-таки вытряс из духа, что именно тот подразумевает под этим названием. После чего сначала долго веселился, а потом призадумался... и порадовался тому, что в Нирне ничего подобного не существовало. О чем и сообщил. Нет, возможность "подцепить какую-нибудь дрянь" от случайной подружки имелась... но большую часть этой дряни можно было подхватить и другим, не столь экзотическим способом. Да и вылечивалось это достаточно просто... При наличии денег на лечение, конечно.
   Поэтому когда Улени Хелеран - после того, как они взаимно продемонстрировали друг другу радость от новой встречи - рассказала, что на рыночной площади возле Привратного второй день крутится какой-то странный аргонианин, Элемар не мог не заинтересоваться.
   - Не знаю, - пожала плечами она, когда он спросил, что именно ей показалось странным. - Вроде бы обычный раб - полуголый, с наручем на лапе, как полагается... грузчик из порта, наверное. Тут таких много - это же территория Телванни, им на имперские законы начхать, как ты понимаешь. Но... не знаю. Не похож он на раба.
   - А на кого тогда? - лениво полюбопытствовал Элемар.
   После бурного и продолжительного секса его неудержимо клонило ко сну, но бдительный Второй - не иначе, мстя за то, что пришлось ограничиться ролью наблюдателя - не давал ему блаженно отрубиться. Впрочем, доводы против "посткоитальной отключки" он приводил довольно серьёзные.
   - На убийцу, - неожиданно заявила она. - Похоже, на Советника Нелота скоро произойдёт очередное покушение...
   - Отобьётся, - благодушно отозвался Элемар, чувствуя, что вот-вот проиграет битву с одолевающей его сонливостью.
   - Конечно, - протяжно зевнула Улени, устраивая голову у него на плече. - В первый раз, что ли? Да и название башни(49) как бы намекает... Хотя мне показалось, что он наблюдал и за мной тоже. Наверное, он... - данмерка не договорила, а через минуту Элемар услышал тихое посапывание.
   С него же самого сон, наоборот слетел, как не было. Поэтому, дождавшись, пока Улени заснёт крепче, он осторожно выпутался из её объятий, взял одежду, меч и тихонько вышел из комнаты. Торопливо одевшись в коридоре перед комнатой, поставил пометку и отправился искать "странного" аргонианина - были у него подозрения, кем тот мог оказаться...
   Искать, впрочем, никого не пришлось. Стоило Элемару отойти от малахитовой двери, отделявшей портовый район Садрит Моры от жилого, как из-под корней ближайшего дома-гриба раздался негромкий свистящий оклик:
   - Эй, С-суротано!..
   Голос, несомненно, принадлежал аргонианину - характерный присвист не позволял ошибиться. К тому же этот голос Элемар уже слышал, более того, неплохо знал его обладателя. Поэтому он совсем не удивился, когда, повернувшись, увидел стоящего в нескольких шагах от него Девятипалого.
   Маскировка у того была безупречной: жители Садрит Моры, привыкшие видеть на улицах постоянно снующих туда-сюда рабов, на ещё одного аргонианина попросту не обращали внимания - надетый Девятипалым рабский наруч действовал не хуже чар хамелеона. А взгляд он благоразумно прятал...
   Хотя Улени Хелеран, давно и довольно тесно общавшуюся с Сцинком-в-Тени-Дерева, фактическим главой Гильдии Магов Волверин Холла, его уловки не обманули...
   Элемар присмотрелся - зрачки аргонианина в темноте явственно мерцали фиолетовыми огоньками. Тусклыми, но достаточно заметными, если знать, на что обращать внимание. Зелье "ночного глаза"... Синнолиан Тунифус несколько раз готовил его для ночных караулов Эбенгарда. Неудивительно, что Девятипалый разглядел его раньше, чем он успел хотя бы осмотреться.
   Жестом пригласив ящера идти следом, Элемар зашагал к берегу. Пройдя несколько десятков шагов вдоль уреза воды в сторону Зала Совета, альтмер остановился возле небольшой группы валунов. Узкая светлая тень скользнула сверху, свет Массера отразился от блестящей чешуи.
   - Кай Кос-садес-с передавал привет, - прошипел Девятипалый, одобрительно покивав на выбор места для разговора и устроившись в расщелине между двумя валунами.
   - Он уже разобрался с теми документами?
   - Почти с-срас-зу, - задумчиво ответил ящер. - Ис-сторию он и без-с них хорош-шо з-снает. Но ты принёс-с больш-ше сведений, ч-щем... - он запнулся, но продолжил, - другие ос-сведомители.
   Элемар промолчал, хотя заминку отметил. Только подумал, что Ллотису, видимо, тоже поручают сбор сведений...
   "Интересно было бы узнать, какое задание было дано шрамомордому?" - хмыкнул Второй.
   "Не интересно", - мысленно проворчал в ответ альтмер.
   "И напрасно. Я бы сравнил, насколько компрометирующие задания получил он", - ответил дух.
   "Ну, если только с этой точки зрения..."
   - Насколько срочно мне следует прибыть? - спросил Элемар, уже обращаясь к Девятипалому.
   - Я бы пос-советовал поторопитьс-ся, - прошипел тот. - Кай з-зол. Оч-щень з-зол. Не с-стоит з-слить его ещ-щё больш-ше.
   - Тоже мне новость, - буркнул альтмер. - Я его вообще в хорошем настроении ещё ни разу не видел.
   - Ты не с-снаешь? - изумлённо присвистнул Девятипалый.
   - Что?
   На самом деле он догадывался... Шарн гра-Музгоб. Видимо, Второй был прав в своих подозрениях... Хотя дело могло быть ещё и в том самом "интересе", о котором Элемара предупреждал Омавель. А до него - Агнинг, трактирщик из "Шести Рыб"... Но все ещё светящиеся фиолетовым зрачки изучающе и неотрывно смотрели на него. А потому следовало демонстрировать полнейшую неинформированность.
   - Я все это время торчал в Пелагиаде, - проговорил Элемар. - Так что не в курсе последних новостей. Кроме того, что кто-то нарушил печати на одной из гробниц неподалёку, а разбираться с этим припёрся целый отряд ординаторов. Это если не считать того, что тамошние жители хрен знает по какому кругу обсуждают получение концессии на разработки эбонита в Кальдере Домом Хлаалу в обход редоранцев.
   Девятипалый свистяще фыркнул.
   - Яс-сно. А почему Пелагиад?
   - Ностальгия, - пожал плечами Элемар. - Я ведь до приезда сюда на западе жил. А там... ну, не совсем так же, но хоть какой-то отдых от... морровиндского колорита.
   На самом деле, по мнению выросшего в Вэйресте альтмера, Пелагиад с поселениями запада - в особенности с тем самым Вэйрестом, с которым его почему-то упорно сравнивали - не имел ничего общего. Но ведь по легенде он вообще там никогда не был... а значит, не должен видеть несоответствий, радуясь "имперскому колориту".
   - Яс-сно, - вновь прошелестел ящер. - А в С-садрит Море у тебя...
   - А вот это не твоё дело, - резко окрысился Элемар.
   "Плохо, - задумчиво проронил Второй. - С Улени Хелеран придётся расстаться".
   "Думаешь?" - тоскливо поинтересовался Элемар.
   "Уверен", - вздохнул дух.
   - Так что я должен был знать? - поинтересовался альтмер у Девятипалого.
   - У Кая убили ос-сведомителя. Ш-шарн гра-Муз-сгоб.
   - Целительницу из Гильдии Магов?
   - Ну, она была не только ц-селительницей... Говорят, кто-то с-сдал её Ордену Доз-сора...
   - Да, Кай упоминал о каких-то "запретных искусствах"- кивнул Элемар. - Ещё обмолвился, что, мол, "эта дура" однажды нарвётся. Возможно, он что-то предвидел... Но... подожди, ты сказал, что её убил Орден Дозора?..
   - Нет, - мотнул головой Девятипалый. - Её убил кто-то ещ-щё.
   - Не расскажешь? А то я что-то ничего не понимаю.
   Аргонианин задумался.
   - Думаю, с-стоит... Воз-смож-шно, ты вспомниш-шь что-то... что-то необыч-щное. Вс-сё-таки нечасто... - Девятипалый осёкся.
   Альтмер ждал.
   - Ладно, с-слуш-шай. Кто-то донёс-с на Шарн Ордену Доз-зора. Кай был в отъез-сде... а у меня были с-свои с-сложности, - уклончиво проговорил ящер.
   - Наслышан, - коротко кивнул Элемар.
   - Омавель рас-стрепал? - прошипел Девятипалый. - Веч-щно он с-суётся не в с-своё дело...
   - Омавель, - не стал отрицать Элемар. - Хотя о том, что тебя подозревают в убийстве Ралена Хлаало, вся Балмора судачит.
   - Ну да не с-суть... В общем, о донос-се стало известно слишком поз-здно - Ш-шарн уж-же з-сабрали в Министерство Правды. Вытащ-щить её оттуда было бы... воз-смож-шно. Но вмеш-шался кто-то ещ-щё.
   - Кто же?
   - Неиз-свес-стно. Убийц-са хорошо с-замас-скировалс-ся.
   Элемар задумался. Девятипалый солгал или сам не знал всех подробностей... значит, следует сказать...
   - Её успели допросить?
   - Нет. Убийц-са подстерёг её на ступенях Храма в Вивеке.
   - Прямо на ступенях? И при этом сумел уйти? - восхитился альтмер.
   Девятипалый в ответ раздражённо зашипел:
   - Повез-сло...
   - Но вообще... Может, и к лучшему? Если Шарн была осведомителем Кая, она могла вывести Орден на него - про тамошних дознавателей ходят слухи, что они могут развязать язык кому угодно. Так что... я не слишком долго общался с Шарн гра-Музгоб, но мне кажется, она молчать не стала бы. Заложила бы того же Кая в обмен на какие-нибудь послабления... А уж через него уже вышли на всех остальных.
   - Воз-смож-шно. Но это тебе лучш-ше обс-судить с-с с-самим Каем. Его интерес-сует, какое с-задание ты выполнял для Ш-шарн.
   "А рожа не треснет?!" - мысленно возмутился альтмер.
   - Вот ему и отчитаюсь тогда, - ответил он выжидательно прищурившемуся ящеру.
  

***

   - В принципе, это действительно нам на руку, - потёр Кай щетинистый подбородок. - Но если отрешиться от этой очевидной выгоды... получается очень нехорошо. В последнее время я замечаю вокруг какое-то... шевеление. И оно мне совсем не нравится.
   - Насчёт шевеления, - неуверенно начал Элемар.
   И ненадолго умолк, заставляя Кая обратить на него внимание.
   - Не так давно у меня был... приватный разговор с Агнингом. Это...
   - Я знаю, кто это, - оборвал его пояснения Косадес. - Давай к делу.
   - Он не из... наших? - осторожно уточнил альтмер. - Или он вроде Шарн?
   - Нет, он не имеет к нам никакого отношения, - нетерпеливо ответил Косадес. - Говори уже, не затягивай.
   Элемар пожал плечами, прикрыл глаза, вспоминая... и, как сумел, воспроизвёл слова трактирщика о том, что Каем интересовался кто-то из храмовников. Само собой, не все - чтобы не наводить проницательного координатора на разного рода ненужные выводы.
   - Вот как, - напряжённо проговорил Кай. - Так и сказал?
   - Не поручусь, что дословно... но очень близко к тому. По крайней мере, я понял его предупреждение именно таким образом.
   - Ясно, - Кай задумался.
   - Это ещё не все, - вновь подал голос Элемар.
   - Не все?
   - Не все. В день нашей предыдущей встречи я говорил с Балином Омавелем. Я с ним часто беседую - у него удивительная способность всегда быть в курсе последних сплетен...
   - Которыми он щедро делится с тобой. Я понял, Суротано, - нетерпеливо поторопил его Кай.
   - Так вот, он рассказал, о подозрениях в адрес Девятипалого... в связи с убийством Ралена Хлаало. И о том, что вами - лично вами, - для наглядности Элемар ткнул пальцем в сторону координатора, - интересовались. Кто - он не уточнил. Возможно, он просто не знает. Но по его словам, это кто-то серьёзный, что бы это ни значило.
   - Почему сразу не сообщил? - нахмурился Кай. - Или... А-а, я понял, не продолжай - этот болтун увидел меня, когда вы трепались на набережной, и тут же вывалил тебе все, что ему было известно.
   - Примерно так, - согласился Элемар.
   Кай вновь надолго задумался.
   - Что ж... - проговорил наконец он. - Я поинтересуюсь насчёт этой слежки... Если это так, то все очень-очень плохо... Тогда понятна и смерть Шарн, и попытка подставить тебя...
   - Подста?.. О-о, - Элемар осёкся, одёрнутый спохватившимся Вторым.
   - Ого-о, - едко передразнил его старик. - Забыл уже, как тебя чуть за убийство эбенгардского жреца не закрыли? Как там его - Илус Труптор?
   Альтмер уставился на Кая, разинув от удивления рот - он-то точно знал, что... Но почти тут же, понукаемый яростным шипением Второго, сориентировался:
   - Думаете, это как-то связано?
   - Очень даже может быть, - резко кивнул Кай, пристально глядя на него.
   "Хитро, - уважительно протянул Второй. - Не знай мы о том его ночном разговоре с Фральдом Белым, мотивация была бы мощной".
   "Она и так мощная, - ответил Элемар. - Всего несколько слов - и я уже сомневаюсь, то ли я расслышал тогда и так ли интерпретировал".
   "Хм... Неужто "Голос Императора"? - задумчиво протянул дух. - Есть у имперцев такая способность... В зависимости от ситуации они могут либо успокоить парой слов разъярённого противника, либо убедить собеседника в чем-то... сродни очарованию, но не совсем. Просто повышает доверие к говорящему и снижает критичность восприятия услышанного от него. Противостоять очень непросто. Но вполне возможно".
   - И что теперь делать?
   - Тебе - пока ничего, - покачал головой Кай. - Пока я выясняю, кто там... интересуется и с какой целью, тебе лучше не появляться здесь. И под "здесь" я имею в виду не только этот дом, но и Балмору в целом. Погуляй по Вварденфеллу, загляни в Садрит Мору к своей телваннийской подружке... наведайся в Эбенгард, в конце концов - там уже наверняка все остыли и разобрались...
   Элемар поморщился. Наведаться к Тунифусу было бы не лишним - хотя бы ради того, чтобы снова поставить Пометку - но... возвращаться он не хотел.
   - Не хочешь? - правильно понял его гримасу Кай. - Злопамятный, да?
   - А что бы вы чувствовали на моем месте? - мрачно отозвался Элемар.
   Старик хмыкнул.
   - Да, пожалуй, то же самое. Так что я тебя не осуждаю. Но искренне советую связи с Культом не терять. Мало ли, как обернётся? Кстати, - он вдруг встал и достал из шкатулки на полке уже знакомый Элемару ключ, похожий на рыбий скелет, - ты не забыл о просьбе Антаболиса?
   Альтмер вздохнул. Возвращаться в Аркнтанд ему не хотелось даже больше, чем в Эбенгард, но ссориться с координатором было себе дороже.
   - Нет, не забыл, - он взял ключ и спрятал его в сумку.
   - Вот и славно, - подытожил Кай. - Когда я разберусь, что происходит, я тебя вызову. А пока - свободен.
   Полчаса спустя Элемар валялся на постели в уже почти родной комнате в "Восьми Тарелках" и задумчиво вертел в руках ключ от Аркнтанда. Идти туда по-прежнему не хотелось. Но приказ Кая - завуалированный, но всё же именно приказ - был достаточно однозначен. И тянуть с этим дальше явно не стоило.
   "Завтра пойдём, - вздохнул Второй. - Живых там быть не должно... если кто-то не обжил подземелья заново. Посмотрим, к какой двери подойдёт этот ключик..."
   "Мы не открывали только одну, с ловушкой - припомнил Элемар. - Ты ещё запретил к ней соваться, помнишь?"
   "Смутно, - признался дух. - Я вообще это место стараюсь не вспоминать, если честно".
   Альтмер понимающе фыркнул - у него и самого воспоминания об Аркнтанде остались не самые радостные.
   "Как думаешь, мы там что-нибудь найдём?" - помолчав, поинтересовался он.
   "Что-нибудь наверняка найдём, если никто не забрался туда до нас. Но я искренне надеюсь, что ничего, пригодного в подарок Антаболису, там не окажется. И, - Второй помолчал, - что у нас с деньгами? Надо бы запастись зельями левитации. На всякий случай".
   "Думаешь, они понадобятся?" - заинтересовался Элемар.
   "Честно? Понятия не имею. Но лучше пусть будут - мало ли?"
  

***

   Выпитое зелье левитации, вызвав короткий приступ головокружения, наполнило тело невероятной лёгкостью. Элемар не стал противиться этому чувству - чуть согнул ноги, как перед прыжком, резко оттолкнулся... и взвыл от боли, поминая всех богов и даэдра разом, пытаясь потереть ушибленную о каменный свод тоннеля макушку через шлем. Второй хрюкнул и истерически заржал.
   - Больно вообще-то! - возмутился альтмер, но не удержался и сам захихикал.
   "Лётчик-залётчик, - прохрюкал Второй. - Лети-ка вон к тому уступу. Только осторожно - кажется, там ещё один паук топчется".
   "Может, ты сам?" - полюбопытствовал Элемар, раздумывая, снять шлем или потерпеть.
   "Не-е, - тут же отказался дух. - Я предпочту тренироваться на открытом пространстве. И вообще - я... не слишком люблю высоту. Так что давай-ка сам".
   Механический паук там действительно был, но на висящего в воздухе альтмера не отреагировал, предпочитая методично долбить стену. С одной стороны, это было неплохо - Элемар, ценой нескольких весьма болезненных ранений, успел выяснить, что двемерские пауки "видят" цель, только если она находится спереди или сбоку-спереди. Но с другой - уязвимое место, точный удар в которое позволял почти мгновенно вывести паука из строя, тоже располагалось в передней части, чуть ниже стеклянных выпуклых "глаз", которые Второй назвал "сенсорами". И для того, чтобы сломать паука, нужно было оказаться перед ним и дождаться, когда он приподнимется для атаки. Чтобы ударить точно под эти самые "сенсоры" - в узкую щель между подвижными пластинами металлического панциря.
   В первый раз альтмер просто обездвижил паука, повредив ему половину ног в сочленениях... и уже собирался рассмотреть его поближе, когда мягкое "брюшко" паука вдруг вздулось и опало, выпуская в воздух густой клуб зеленоватого тумана с резким запахом, от которого мгновенно заслезились глаза и запершило в горле. Второй с нечленораздельным воем буквально вышиб его "внутрь" и рванул вверх по лестнице, ведущей в Небесную Галерею, с грохотом захлопнув тяжёлую дверь. А альтмер, вернувшись через полчаса, когда ядовитая не то пыльца, не то взвесь мельчайших капель осела, и, изучив странный, похожий одновременно на смолу и на кожу материал мешка, в котором содержался яд, искренне порадовался тому, что не додумался рубануть именно по нему. Испытывать на себе действие неизвестной отравы ему совершенно не улыбалось. Зато, внимательно рассмотрев паука, он, не без помощи Второго - по-прежнему мало что смыслящего в зачаровании, но куда лучше Элемара соображавшего в какой-то загадочной "электрике" - выяснил, как "эту пакость" сподручнее сломать. При этом, альтмеру показалось, что дух был бы не прочь задержаться и разобраться в устройстве паука более тщательно, и останавливало его лишь то, что обстановка изысканиям совершенно не способствовала.
   А ведь кроме двемерских механических пауков в подземных переходах им несколько раз встречались призраки самих двемеров, приведшие Второго с искренний восторг. Впрочем, они его радости от встречи совершенно не разделяли...
   "И что делать будем?" - Элемар, осторожно придерживаясь рукой за свод тоннеля, завис над уступом - так, чтобы одновременно оставаться за пределами досягаемости лап паука, если тот вдруг обнаружит его присутствие и не сверзиться со слишком большой высоты, если зелье вдруг прекратит своё действие.
   "Телекинезом ты не владеешь, - вздохнул Второй. - А то бы можно было попробовать уцепить эту скотину за лапу и скинуть вниз".
   "Упущение, да, - согласился альтмер. - Но кто же знал, что оно может понадобиться?"
   "То-то и оно, - снова вздохнул дух. - Можно, конечно, попробовать привлечь его внимание и, - он задумался. - Может не сработать - мало ли, как эта железяка запрограммирована - но есть шанс заставить его атаковать и выманить за пределы уступа".
   "Что-то я сомневаюсь в успехе", - проворчал Элемар.
   Он осмотрелся - то, что он принял за тоннель, на самом деле было большой неровной трещиной, образовавшейся, по-видимому, во время очередного землетрясения и частично залитой лавой. А уступ, судя по сохранившемуся участку металлического покрытия, изначально был отрезком какого-то подземного коридора. Та его часть, в которую долбился механический паук, обрушилась, а затем оплавилась от жара, образовав прочную каменную пробку - в оплывшей стене с торчащими из неё остатками конструкция угадывались очертания спёкшихся между собой кусков породы с застывшими кое-где натёками лавы. А вот продолжение коридора с другой стороны можно было угадать только по торчащим из стены обломкам труб.
   Вздохнув, Элемар решил пожертвовать одним из оставшихся дартов - времени до окончания действия зелья оставалось все меньше, а фиалов с ним удалось купить всего три. И то, пришлось заглядывать не только к Ажире, но и топать в Верхний Город к Налькарии. А Верхний Город - это Верхний Город: цены там откровенно кусались хуже алитов. И пока Элемар не нашёл в Аркнтанде ничего такого, что могло бы окупить случившиеся траты.
   Серебряный дротик звонко стукнул по двемеритовому панцирю механического паука и, отскочив, стукнул ещё раз - по стене прямо перед выпуклыми стёклами "сенсоров". Паук замер, мелко перебрал передними ногами, перекатывая оказавшийся перед ним предмет... и развернулся. Элемар, по совету Второго, помахал ему рукой. Чувствовал себя он при этом дурак-дураком, но дух тут же пояснил, что это нужно для того, чтобы "сенсоры" паука зафиксировали движение. Если зависнуть, не шевелясь, то он может не заметить цель, а им сейчас как раз очень надо быть замеченными.
   Паук приподнялся, покачался из стороны в сторону, словно в задумчивости... и торопливо засеменил в сторону альтмера. Тот медленно отлетел назад, стараясь держаться так, словно под ногами у него продолжалась поверхность уступа.
   Обмануть паука им не удалось - край площадки тот все же заметил. Но, на их счастье, изношенный за века механизм не сумел сработать с изначально заданной точностью - взявший слишком большой разгон паук на несколько долгих мгновений застыл на самом краю, раскачиваясь и с режущим уши металлическим визгом, идущим откуда-то из-под брюха, мелко-мелко перебирая ногами в попытке удержать ускользающее равновесие... и с громким лязгом рухнул вниз. А Элемар торопливо подлетел обратно к площадке - время действия зелья вот-вот должно было подойти к концу. Он успел пролететь всего лишь на шаг от края, когда металлический пол площадки, показалось, резко вздыбился и чувствительно ударил его по пяткам. Качнувшись вперёд, Элемар выбросил перед собой руки и выругался, приземлившись на четвереньки.
   "Могло быть и хуже", - философски заметил Второй.
   "Ага", - согласился альтмер.
   Отошёл от края к стене и присел, отдыхая - полёт оказался неожиданно выматывающим. Не столько физически, впрочем, сколько психологически.
   "Нет, все-таки летать - не для меня, - заявил вдруг Второй. - Неуютно как-то - не чувствовать под ногами надёжной опоры".
   "Так и скажи, что боишься высоты", - фыркнул Элемар.
   "Не боюсь, а опасаюсь", - сварливо поправил дух. - Это немного разные вещи".
   "Ну да, ну да", - хмыкнул Элемар, но дразнить соседа дальше не стал.
   В конце концов, могут же быть даже у бесплотного духа какие-то слабости?
   Уступ преподнёс сюрприз - возле завала обнаружилась небольшая двемеритовая шкатулка. Причём, насколько он - и Второй - могли судить, рассмотрев повреждения, лежала она там давно, ещё до уничтожившего коридор землетрясения: угол шкатулки оказался вплавленным в породу. Пришлось спускаться вниз и отламывать ноги у разбившегося паука - лома и кирки у альтмера, разумеется, не было, а оставлять находку не изученной не позволяли любопытство пополам с внезапно проснувшейся жадностью. А потом снова пить зелье, чтобы вернуться обратно наверх...
   Высвободив шкатулку и сбив с неё крышку - замочная скважина оказалась наглухо забита спёкшейся каменной крошкой - альтмер, порывшись в заполнявшем нутро шкатулки чёрном порошке, похожем на сажу, стал обладателем крупного массивного перстня с рубином и... ключа со сложной бородкой.
   "Как думаешь, от чего он может быть?"
   "Да кто ж его знает", - равнодушно отозвался Второй. - Сдадим Антаболису, пусть он думает".
   "А он его нам опять не вручит с предложением опять пойти туда, даэдра знают, куда и принести что-то интересное?" - опасливо поинтересовался Элемар.
   "Если сумеет выяснить, от какой двери этот ключик. Здесь замков, к которым он мог бы подойти, я не увидел".
   "Может, он там? - альтмер устало мотнул головой в сторону торчащих из стены над ним обломков труб. - Или там? - ещё один кивок, но уже на уступ. - За завалом".
   "Все может быть", - философски произнёс дух. - Хотя если что-то сохранилось, то вероятнее, что именно за завалом. И то не факт - землетрясений за несколько тысяч лет наверняка было достаточно. А вот с этой стороны, если что-то и было, оно полностью уничтожено лавой. А если и не уничтожено, то вплавлено в неё насмерть. Смотри - трубы и те оплавились. А ведь они не металлические, металл бы вовсе потёк, а явно из чего-то более стойкого".
   "А интересно было бы узнать, что там", - вздохнул Элемар.
   "Еще бы. Но для этого нужна полноценная исследовательская экспедиция. А снаряжать её бессмысленно - по всему Вварденфеллу немало двемерских городов, сохранившихся куда лучше, чем этот... или хуже, да, но упомянутых в легендах или исторических документах. Вот если бы где-нибудь было упоминание, что в глубинах Аркнтанда хранилось или создавалось что-то этакое... тогда да. Нашли бы то самое "этакое" или нет - уже другой вопрос, но в процессе расковыряли бы все по камушку. А так - никому оно не надо".
   "Даже не знаю, к лучшему ли", - снова вздохнул альтмер.
   Передохнув и спрятав в сумку найденные в шкатулке ключ и перстень, Элемар двинулся дальше - хотелось уже разобраться с Аркнтандом и покинуть его. Желательно, навсегда, а там как сложится. Неумолчный шум двемерских механизмов, поддерживающих освещение, вентиляцию воздуха и даэдра знают, что ещё, с каждой минутой раздражал все сильнее. Хотелось не просто отдохнуть, а поспать хотя бы пару часов, но расслабляться было опасно. И дело было даже не в том, что грохот из-за скалы помешал бы уснуть - прошлый визит в Аркнтанд показал, что это не проблема - а в том, что за ним было легко не услышать приближение того же паука или очередного призрака.
   Впрочем, оказалось, что и сражаться больше не с кем, и исследовать особо нечего - тоннель-трещина заканчивался в просторном многоярусном зале. Наверное, в дни, когда Аркнтанд был заселён, это была жилая зона. Во всяком случае, изучив остатки мебели, Элемар пришёл именно к такому выводу и Второй был с ним полностью согласен. Время уничтожило все неметаллические материалы - ткани, кожу и дерево - превратив их труху, но даже то, что осталось, производило вполне определённое впечатление. Металлические столы с расставленными вокруг них стульями - не те, тяжёлые, оборудованные полками и ящиками для инструментов, которые Элемар видел в залах "Галереи Крови Земли", а простые, круглые, со стоящими или лежащими на них предметами обихода. Массивные остовы кроватей, сильно попорченные ржавчиной из-за близости воды - нижние уровни зала были затоплены. Впрочем, и от верхних осталось немногое.
   Зелий водного дыхания для вдумчивого изучения затопленных уровней у них не было. Второй, чей совет насчёт зелий левитации оказался очень кстати, при виде заполненной водой каверны неизвестной глубины смущённо крякнул и сообщил, что не подумал об этом. Впрочем, даже поверхностный осмотр - благо, в зале сохранилось достаточно все ещё работающих светильников, а вода была совершенно прозрачной - показал, что ничего достойного внимания на нижних уровнях нет, если не считать остатков искореженных металлических конструкций и труб, торчащих из стен провала.
   Перебравшись по остаткам перекрытий в дальнюю часть зала - каждое движение сопровождалось оглушительным лязгом и скрежетом, а опора под руками и ногами то и дело грозила обрушиться вниз - и переведя дух, Элемар обошёл самый нижний из "надводных" ярусов. На что-то особенное он не рассчитывал, но уйти с совсем уж пустыми руками было обидно. Поэтому в сумку отправились два тяжёлых кувшина с потускневшей эмалевой инкрустацией, несколько кубков, оправа ручного зеркала с характерным угловатым узором, из которой он тщательно вытряхнул все осколки, и двемеритовый гребень.
   "Дамские безделушки, - прокомментировал находки Второй. - У торговцев всякой дребеденью я поделок "под двемеров" не видел. Нечастая, видимо, находка. Хотя мастер с руками из нужного места мог бы озолотиться на копиях - в условиях запрета на торговлю настоящими двемерскими изделиями интерес к копиям-новоделам должен быть высок".
   "Вот и вручу их Антаболису, раз они такие редкие - буркнул Элемар. - Чем не артефакты?"
   Дух хмыкнул:
   "Он, как я подозреваю, больше всякими механизмами интересуется. Или чем-то... этаким. Позагадочнее. Ну и чтоб на пользу Империи можно было применить. Головоломка эта, что мы приперли - так, игрушка".
   "Кстати, о головоломке, - встрепенулся альтмер. - Тебе не кажется странным, что господин "тренер из Гильдии Бойцов" как-то уж очень быстро разобрался с ней?"
   "Не кажется. Он наверняка встречал такие штуки и раньше", - без особого интереса отозвался дух.
   "Тогда у меня другой вопрос - почему эта штуковина спокойно дожидалась нас тут, а не... ну, ты понял".
   "Возможно, потому что она выглядела, как неведомая хрень, с которой непонятно, что вообще делать? - хмыкнул дух. - Не все же такие образованные, как Антаболис... Вспомни, сколько всяких непонятных фиговин мы видели даже на верхних уровнях, где до нас порезвилась эта банда - а они сгребли только посуду, оружие и элементы доспехов. То есть то, что понятно и можно легко продать. А головоломка... занятная, в общем, штуковина, но что это и зачем - определит разве что профессионал".
   "Понятно", - вздохнул альтмер.
   Осмотрелся - и потянулся к поясу, к кармашку с оставшимся зельем левитации.
   Верхние уровни - точнее, то, что от них осталось - тоже не порадовали ничем интересным. Кучка уже знакомых шестиугольных двемерских монет из странного белого металла, похожего на серебро, но при этом без малейших признаков патины.
   "Электрум, - подумав, опознал металл Второй. - Или белое золото".
   "А почему оно тогда выглядит, как серебро?"
   "Потому что это и есть серебро. Точнее, сплав серебра и золота. Пропорции не скажу, никогда не интересовался, но, скорее всего, это именно электрум. Если только в Нирне нет других драгоценных металлов с такими же свойствами, как у золота".
   Элемар молча собрал монеты. Находка не уникальная, но достаточно редкая и ценная: за каждую такую монету при удаче - и если хорошенько поторговаться - можно было выручить до четырёх полновесных дрейков. А то и больше, если сбывать хорошо знакомому скупщику. Таких знакомств у Элемара не было, но даже так находки с прошлого раза ему удалось сбыть по два с половиной - три дрейка за штуку: продавать все монеты разом было небезопасно, а разные скупщики давали разную цену.
   Уже собираясь возвращаться, он заметил еще кое-что. Сама по себе находка не представляла из себя ничего необычного - двемерская кираса, пара наплечников и двемерская же глефа, похожая на крабовую клешню на длинном древке, лежащие на металлическом полу возле оплывшей, покрытой уже хорошо знакомыми лавовыми натёками стены. Необычным было то, как они лежали. Словно... Элемар огляделся и заметил откатившийся в сторону помятый шлем.
   "Кажется, мы все-таки нашли кое-что интересное, - задумчиво проронил Второй. - Смотри-ка, похоже, этот парень стоял возле какой-то двери. И, как стоял, так и упал".
   "Умер?"
   "Возможно. Или..."
  
   ...Удар приходится на щит, заставляя сделать шаг назад. Рывок, рука с мечом летит вперёд, в открывшуюся брешь в защите противника... и сама собой, без участия воли напрягается, сдерживая удар в последнее мгновение. В груди пусто и холодно... но он не хочет убивать. Все ещё - не хочет. Пока они оба живы, ещё можно попытаться всё... не исправить, нет - поздно уже что-либо исправлять - но хотя бы остановить...
   Противник отшатывается, запоздало прикрываясь щитом... в тёмных глазах - замешательство... но тут же его лицо вновь искажается в гримасе ярости, ещё более жуткой в свете коротких вспышек заклятий - там, где сошлись...
   Не отвлекаться!
   - Остановись! - кричит он. - Прошу, прекрати это! Всё ещё...
   - Поздно! - гулкий бас в ответ громом отражается от сводов тайной лаборатории. - Не бывать миру между...
   Щит вновь принимает на себя тяжёлый удар. Он стискивает зубы, силясь удержаться на ногах.
   "Никогда не умел соразмерять силу..." - мелькает обрывок мысли.
   Но в этот раз вместо привычной теплоты его окрашивает горечь...
   Тяжкий гул вдруг заполняет пространство, дробится на множество тонов... от этого звука замирает сердце...
   Он с трудом отскакивает назад - уходить от атак сложнее с каждой минутой - с горечью осознавая - всё. Действительно всё...
   И кричит, срывая голос, кричит, надеясь, что не напрасно:
   - Сбей ритм! Ворин!! Сбей ритм!!!
   Следующий удар приходится принять на лезвие меча... С коротким, каким-то жалобным хрустом зачарованный металл лопается... и вместе с ним словно бы лопается что-то в душе. Он делает шаг назад, так и не выпустив из руки бесполезную рукоять... а пространство взрывается чудовищным визгом и скрежетом, заглушающим все остальные звуки.
   Его противник делает шаг вперёд, занося клинок в последнем, добивающем ударе... и вдруг замирает. Он успевает увидеть расширившиеся глаза... а в следующий миг на металлические плиты пола с грохотом падают пустые доспехи...
  
   - Что... что это было, Обливион подери? - прохрипел Элемар, придя в себя и обнаружив, что стоит на четвереньках.
   Второй промолчал. Альтмер подождал, приняв более удобное положение - попросту усевшись на металлический пол и прислонившись спиной к уцелевшей колонне - и одновременно успокаивая дыхание: складывалось такое ощущение, будто он только что пробежал от Балморы до Вивека...
   ...Или дрался с превосходящим по силе и массе противником...
   И не было нужды гадать, кто был этим противником - не после того, что они узнали из рассказов того же Антаболиса и Шарн-гра-Музгоб. Не после рекомендованных Каем Косадесом книг. И главное - не после снов, сопровождавших видения, насланные Дагот Уром...
   Думак. Думалакат Гномо-Орк, последний король двемеров. Видение, накрывшее их после невысказанного предположения Второго, было очередным эпизодом из жизни Индорила Неревара. Того, чьим воплощением, по словам все того же Второго, был - или мог быть - Элемар. Хотя, наверное, все же был - не просто же так ему являются эти видения?
   Вот только, если вспомнить, что Второй упоминал о том, что прошлое Морровинда и события, предшествующие гибели Неревара и исчезновению двемеров, каким-то образом разделены на две равно истинные ветви - и сны, его - их, их обоих! - собственные сны-воспоминания это подтверждают - возникает вопрос: к какой именно ветви прошлого относится это воспоминание?
  
   Глава 27. Старые знакомцы
   В Зале Совета было шумно. Обмениваясь приветственными кивками со знакомыми стражниками, Элемар неторопливо шел к Неминде. Редгардка обнаружилась в углу, занятая беседой с каким-то данмером, и по её лицу было видно, что беседа эта не из тех, что следует прерывать. Лицо её собеседника скрывал глухой костяной шлем, странно смотревшийся в сочетании с обычной одеждой. Очень добротной, даже изысканной, но обычной.
   Элемар присел на одну из скамей неподалеку от входа, ожидая, пока Неминда освободится, и с осторожным любопытством принялся изучать незнакомца.
   "Как думаешь, не вампир ли это? - вспомнив один разговор, поинтересовался он у Второго. - Данмер в костяном шлеме. Вон, рядом с Неминдой".
   Обсуждаемый данмер как раз получил от редгардки какой-то запечатанный пакет и, кивнув ей на прощание, быстрым шагом направился к выходу из Зала Совета, на ходу пряча пакет за пазуху.
   Второй напрягся, торопливо оттесняя альтмера "внутрь", и встал со скамьи. Движение привлекло внимание неизвестного. Скрытое костяным шлемом лицо повернулось к нему и... незнакомец на миг сбился с шага. Но тут же двинулся дальше - только в движениях возникла заметная напряженность. Второй шагнул вперед...
   "Блядство... - услышал Элемар полное бессильной злости рычание. - Вот же... блядство!"
   "В чем дело?" - осторожно спросил он.
   "Это наш старый знакомый, - зло процедил в ответ дух, отвернувшись от неизвестного и проходя мимо. - Ллотис".
   "С чего ты взял?"
   "Я его узнал. А он узнал тебя. А пакет, что передала ему Неминда... его должен был забрать кто-то другой. Но он мёртв. В Доме Редоран этого пока не знают, поэтому Неминда и отдала нашему шрамомордому не-приятелю этот пакет, считая, что все нормально".
   "А шлем?"
   "Погибший... в последней войне с Чернотопьем ему вроде бы сильно изуродовали лицо. Поэтому на публике он уже много лет появлялся исключительно в закрытом шлеме. Думаю, том самом, что сейчас был на Ллотисе".
   "Тогда почему ты его не остановил?"
   "Меня - тебя - не поняли бы, это первое. Сочли бы, что я - ты - прицепился к почтенному члену Совета на пустом месте. До изгнания могло и не дойти... но репутацию этот случай тебе изрядно подпортил бы, ведь внятного объяснения, откуда ты знаешь этого парня - раз и откуда знаешь о смерти настоящего советника - два, у тебя нет. И у меня нет. К тому же эта паскуда - Клинок. Это второе. Хотя... ты ведь об этом не знаешь, верно? Значит, ничто не мешает тебе..."
   "...Напакостить "родной" организации? - хмыкнул Элемар. - Не могу сказать, что идея приводит меня в восторг, но если ты соизволишь пояснить свою мысль, возможно, я соглашусь на это с большей охотой".
   "Нет, родной организации пакостить мы не будем, - в интонациях Второго ясно слышалось многообещающее "пока". - Но вот самому Ллотису... И, возможно, еще Дому Хлаалу. Но это вряд ли - шрамомордый уже ушел и, если не дурак, уже в Балморе. Или в Вивеке - в зависимости от того, кому он должен отнести полученный у Неминды пакет. Дом Хлаалу - не старуха-Дрес с её дохлыми гуарами, платит своим агентам не вялым хальклоу, а полновесным золотом... Так что денег на телепортиста Гильдии Магов у нашего знакомца наверняка достаточно, тем более что задерживаться в Альд'Руне ему никак нельзя".
   "Ему и возвращаться, если по уму, не стоит. По крайней мере, в ближайшее время".
   "В общем, твоя задача - аккуратно и словно бы невзначай намекнуть Неминде, что возможно - только возможно - переданный ею пакет попал совсем не в те руки и уйдёт совершенно не по тому адресу, что предполагалось. Если она не прислушается - это будут уже её проблемы".
   "А если прислушается - проблемы будут у нас, - со смешком подытожил Элемар. - Я всё ещё не в восторге, но намекнуть Неминде о нашем меченом знакомце, пожалуй, действительно стоит".
   Неминда выслушала отчёт о доставке лекарственных зелий в Альд Велоти и поинтересовалась причинами задержки - Элемар, по её словам, должен был вернуться еще несколько дней назад. Альтмер невозмутимо объяснил, что у Тельдина Вирита было несколько просьб к нему, а поскольку тот представляет интересы Дома Редоран, он не счел возможным отказать. Про то, что он, задержавшись в Альд Велоти переждать бушевавшую накануне моровую бурю, попал на празднование избавления рыбаков от Старика-Синего Плавника, на котором упомянутую рыбину торжественно слопали всей деревней, альтмер уточнять не стал. Тем более что Неминду такие подробности не интересовали.
   Впрочем, она осталась довольна отчетом - Элемар получил похвалу за усердную службу и поздравление с повышением. Пользуясь тем, что редгардка явно пребывала в хорошем настроении, альтмер осторожно поинтересовался, с кем она разговаривала недавно. Однако Неминда тут же насторожилась:
   - С чего вдруг такие вопросы, Суротано?
   Элемар замялся, думая, как сообщить о своих - и Второго - подозрениях.
   - Меня удивило, что ваш собеседник был в шлеме. Насколько я успел понять, данмеры - а редоранцы в особенности - очень... неприязненно относятся к тем, кто скрывает своё лицо.
   Это было правдой - самому Элемару ещё в первое посещение "района поместий" очень подробно разъяснили, почему не стоит разгуливать по Альд'Руну в закрытом шлеме без особой на то нужды.
   - А-а, ты об этом, - хмыкнула Неминда, немного расслабившись. - Все просто - Фелсен Сетандус был одним из участников Арнезианской войны. В одном из сражений он... - редгардка нервно лизнула нижнюю губу, - он получил увечья, обезобразившие его лицо. Поэтому он никогда не снимает свой шлем на людях. К этому все давно привыкли, поэтому я и не подумала, что новичку вроде тебя это может быть неизвестно.
   Элемар моргнул, словно в замешательстве.
   - Понятно... А мне-то показалось... - пробормотал он как бы в задумчивости.
   - Что он вампир? - с лёгкой насмешкой в голосе поинтересовалась Неминда, явно не хуже других осведомлённая о причинах неприязни местных к любителям закрытых шлемов.
   - Нет, - по-прежнему изображая задумчивость, медленно покачал головой Элемар. - Что я его знаю... я ещё удивился...
   - Ты ошибаешься, Суротано, - покачала головой Неминда. - Я знаю Фелсена и я бы по голосу поняла... - она замолчала и нахмурилась.
   "Отлично, - довольно проговорил Второй. - Она засомневалась. Вряд ли это что-нибудь изменит, но твоя попытка принести пользу будет замечена".
   "Что-то мне подсказывает, что я об этом ещё пожалею", - мрачно буркнул Элемар, кивком попрощавшись с впавшей в задумчивость Неминдой и направляясь к выходу.
   "Возможно и такое, - согласился дух. - Доживём - увидим".
   А наутро их разбудил требовательный стук в дверь снятой в "Альд Скаре" комнаты.
   - Присягнувший Суротано из Даска? Вас ждут в Зале Совета, - рыкнул обнаружившийся за дверью стражник, протягивая запечатанный свиток.
   Свиток оказался запиской от Неминды с приказом явиться как можно скорее. Стражник сообщил, что ему приказано проводить альтмера, так что задерживаться не стоило.
   Редгардка встретила Элемара не на привычном уже рабочем месте - в дальнем углу приемной Зала Совета - а в небольшой комнатке глубоко "под Скаром", хоть и по-прежнему в апартаментах Совета. Вид у неё был помятый и невыспавшийся. Кроме неё в комнатке обнаружился данмер средних лет с тёмными волосами, уложенными в сложную прическу. Элемар невольно засмотрелся на это диво парикмахерского искусства, но бдительный Второй всё же сумел отвлечь его до того, как разглядывание незнакомца стало выглядеть откровенно неприлично. Неизвестный сидел в кресле у стены, вертя в пальцах перо и без видимого интереса рассматривая шпалеру с изображением пророка Велота.
   "Та-ак, - протянул Второй. - Ну-ка, меняемся".
   Элемар отстраненно подумал, что помощь духа требуется ему чем дальше, тем реже - в последнее время такие "замены" случались только когда Второму хотелось "прогуляться". По его же словам - "чтобы не забыть, каково это, быть живым". С переговорами и прочим Элемар уже довольно уверенно справлялся сам.
   "Ты знаешь, кто это?" - полюбопытствовал он.
   "Нет, но предполагаю, что это кто-то из советников. Надо думать, Неминда всё же решила прислушаться к твоим словам - и что-то у неё не срослось".
   "Чем это нам грозит?"
   "В идеале - ничем. Разве что расспрашивать будут долго и упорно".
   Однако, вопреки прогнозам Второго расспрашивали их недолго. Вопросы задавала, в основном, Неминда, неизвестный "советник" не удостоил их даже взглядом, предпочитая таращиться на шпалеру - но от его редких реплик сам Элемар уже бы взмок. Второй же был спокоен и невозмутим. Знал он о Ллотисе не слишком много - хотя и больше, чем представлял Элемар - но советника интересовала вся информация, которую дух мог предоставить. В том числе и их взаимоотношения с шрамоносцем. Впрочем, Второй и не запирался. На первый взгляд. Элемар невольно вспомнил допрос в Эбенгарде - тогда дух как-то умудрялся отвечать на вопросы альбиноса Фральда точно так же. Вроде бы прямо, но при этом не отвечая. И сейчас он за этой кажущейся прямотой старательно скрывал как свою связь с Клинками, так и свои догадки насчет того, что Ллотис тоже с ними связан... К счастью, и Неминду и оставшегося безымянным "советника" интересовало другое. Когда же дело дошло до непосредственного описания физиономии шрамоносца, Второй просто потребовал бумагу, кусочек угля и чёрствую хлебную горбушку, сообщив, что так будет проще. Получив от "советника" подтверждающий кивок, Неминда велела кому-то за дверью принести испрошенное. Второй же тем временем осмотрелся и поставил на стол дополнительную свечу.
   - Скажите, сэра, сколько примерно времени у вас отнимет этот рисунок? - подал вдруг голос "советник".
   Второй задумался...
   - Не более получаса, - твердо сказал он. - Это не парадный портрет, но я постараюсь сделать его достаточно детальным. Только... у вас есть художник, который сможет сделать копию? Уголь нестоек...
   - Отыщем, - медленно склонил голову "советник". - Неминда, девочка... - обратился он к вернувшейся редгардке, - Пошли кого-нибудь за Варвуром... скажи, пусть прихватит свои рисовальные принадлежности. Хотя нет, пусть просто принесут что нужно. И пусть разыщут... - он понизил голос.
   Элемар попытался расслышать произносимое, пользуясь своим положением "наблюдателя"... но не преуспел: Неминда почти сразу же кивнула и вышла. Второй же, кажется, и вовсе не пытался - откинувшись на спинку стула, он прикрыл глаза, видимо, вспоминая, как именно выглядел Ллотис. Получалось у него явно не очень, потому что сунувшийся было к нему альтмер, получил в ответ резкое "Отъебись!" и предпочел послушаться, от неожиданности забыв, о чем вообще хотел спросить.
   - Сделано, - коротко отчиталась вернувшаяся наконец Неминда, и тут же в дверь постучали. - Это, наверное, принесли бумагу...
   Второй открыл глаза, возвращая заодно возможность видеть и Элемару тоже, и выпрямился на своем стуле. Неминда оказалась права - принесли рисовальные принадлежности. Сама редгардка, вручив принесенное Второму, снова вышла.
   Дух покрутил в пальцах пачкающуюся темно-серую палочку, провел на верхнем листе черту, всмотрелся... и изумленно присвистнул.
   - Это... не уголь! Серджо, - он повернулся к наблюдавшему за ними "советнику". - Мне, пожалуй, понадобится несколько больше времени... ненамного.
   Впрочем, Второй поскромничал - в изначально озвученные полчаса он уложился. Рисунок, на взгляд Элемара, получился на диво точным - альтмер с легкой завистью осознал, что сам справился бы хуже. И намного - с рисовальным минералом, который Второй, соизволив отвлечься, назвал графитом, он прежде дела не имел. Прежние "потешные" рисунки Второго, на которых Элемар перед Новой Жизнью тренировался бросать дарты, не шли с этим портретом ни в какое сравнение. С листа плотной рисовой бумаги недобрым взглядом смотрел темноволосый данмер с располосованной щекой, казавшийся, несмотря на однотонность и некоторую грубость прорисовки, почти живым. И Элемар этого данмера знал... Ллотис - или как там его звали на самом деле - был узнаваем с первого взгляда. И отнюдь не из-за шрама.
   - У вас явный талант, сэра, - в голосе "советника" было слышно сдержанное одобрение. - Посмотрим, кому служит этот ваш... Ллотис. Есть у меня одна догадка...
   Второй равнодушно-вежливо кивнул, принимая похвалу и сосредоточенно вытирая испачканные пальцы об остатки хлебной корки.
   - Благодарю, серджо. Надеюсь, рисунок будет полезен.
   - Думаю, что будет, - обозначив улыбку краешками губ, произнес тот.
   В дверь постучали снова. Вошедший скрывал свое лицо под шлемом, но ни сопровождавшую его Неминду, ни "советника" это не обеспокоило.
   - Друг мой, - имя "советник" также не назвал, - взгляните-ка на этот портрет и скажите - известен ли вам тот, кто на нем изображен?
   Неизвестный подошел к столу с рисунком. Из-под шлема раздался изумленный присвист.
   - Надо же, как живой... Да, серджо, я знаю этого мера.
   Неизвестный покосился на альтмера, но "советник" кивком велел продолжать.
   - Это Ллотис Селвило, новый член Великого Дома Хлаалу. Очень... деятельный мер, не так давно получивший звание Законник, - сообщил тот.
   - Значит, всё-таки Хлаалу... - задумчиво протянул "советник". - Есть ли о нём что-то еще?
   Неизвестный кивнул.
   - Да, я взял на себя смелость собрать как можно больше информации об этом мере, - проговорил он. - Ллотис Селвило, если это его настоящее имя, - преступник, сосланный в Морровинд указом императора...
   Голова в шлеме красноречиво качнулась в сторону альтмера. Второй мысленно хмыкнул, но внешне не отреагировал. Элемар ответил таким же хмыканьем - к тому, что кто-то будет копаться в его прошлом, он был готов давно, предупрежденный об этом всё тем же Вторым. И судя по тому, что его сегодня не выставили за дверь после того, как он выложил всё, что знал...
   - Прибыл на Вварденфелл в середине месяца Начала Морозов минувшего года, - продолжил тем временем неизвестный осведомитель. - Некоторое время числился мирским служителем Имперского Культа, но был изгнан по велению Оракула. К слову, сразу после загадочного убийства Ученого Стендарра. Совпадение или нет, но это не может не наводить на мысли... После этого он и примкнул к Хлаалу. Любимец Нилено Дорвайн, в остальной Балморе не сказать чтобы любим, но неплохо известен - сумел разобраться в деле об убийстве некоего Ралена Хлаало... и заодно вырезал всех балморских камонновцев. Орвас Дрен скрежещет зубами, но почему-то помалкивает, зато Ларриус Варро из форта Лунной Бабочки сияет, как начищенный медный та... э-э, прошу прощения, серджо... Ларриус Варро крайне доволен. В последнее время поименованный Ллотис Селвило был неоднократно замечен в Вивеке, в кантоне Арены, но на боях ни разу не присутствовал - ни как зритель, ни как участник. Однако там, на нижних уровнях кантона, по непроверенным сведениям, расположена штаб-квартира Мораг Тонг, так что, возможно, наряду с членством в Доме Хлаалу, он является членом и гильдии...
   - Действительно, очень деятельный мер, - качнул головой "советник".
   Вздохнул, погладил шпалеру.
   - С одной стороны, хорошо, что этот... Ллотис Селвило не примкнул к нашему Дому, - негромко и словно бы в задумчивости проговорил он. - С другой - плохо, что он примкнул к Хлаалу. Хуже, чем если бы он присоединился к Телванни...
   Обернулся. Смерил альтмера взглядом, прищурился, словно оценивая. Всё ещё находящийся "внутри" Элемар невольно подобрался, Второй же снова остался невозмутим.
   - С третьей... - все так же задумчиво проговорил "советник"... и замолчал.
   Минуты шли, но он так и продолжал молчать. И не отрывал взгляда от Второго. Неминда попеременно смотрела то на "советника", то на альтмера, выглядя все более озадаченной.
   - Вам еще что-нибудь нужно, серджо? - поинтересовался в конце концов Второй.
   Вопрос прозвучал мягко, но без угодливости. Скорее, вкрадчиво. "Советник" моргнул и покачал головой.
   - Возможно, позже, присягнувший Суротано, - с такими же мягкими интонациями в голосе ответил он.
   Но за этой мягкостью Элемару почудилось предостережение. Хотя... Вставший со стула Второй на миг прикрыл глаза и едва заметно наклонил голову. Значит, всё же не послышалось...
  

***

   В Маар Гане Элемар был впервые. И возвращаться сюда впредь не собирался. Собственно, он и в этот-то раз оказался тут исключительно по поручению Неминды - не успел он покинуть Зал Совета под Скаром, как в приёмную ввалился курьер от кого-то по имени Сален Рэйвел со срочным посланием. Что происходило дальше, Элемар не видел, отправившись обратно в "Альд Скар" - дело близилось к полудню и пустой желудок напоминал об этом всё настойчивее. Однако спокойно поесть ему не удалось - снова явился посыльный от Неминды.
   Оказалось, что пропал некто Матис Далобар. Пропавший был торговцем, вот уже несколько лет обеспечивавшим малые поселения Эшленда и Западного Нагорья товарами первой необходимости - занятие, сулившее прибыль небольшую, но постоянную. Доставлял он товары и под заказ, поэтому его появления всегда ожидали. По словам Неминды, сэра Далобар всегда был удивительно пунктуален, появляясь в том или ином поселении строго в определенный день месяца - для каждого поселения свой - так что неудивительно, что, когда он не появился в Маар Гане в обычное время, жители обеспокоились. Тем более, что как раз накануне урочного дня разыгралась очередная пепельная буря... а с той поры минуло уже трое суток - немалый срок для того, кто почти наверняка попал в беду...
   Неминда, конечно, предположила, что сэра Далобар, предвидя непогоду - в отличие от Балморы, здесь к пепельным бурям были привычны и научились предугадывать их возникновение с довольно большой точностью - мог задержаться в Гнисисе... но для поездки в первую очередь именно в Маар Ган у Элемара была дополнительная причина. Причина была тщательно упакована в плотную рисовую бумагу и не менее тщательно запечатана, скрывая содержимое от любопытных глаз. Оную причину надлежало как можно скорее доставить на аванпост Маар Гана. Элемар предположил было, что это копия распоряжений, которые должен был доставить пропавший Фелсен Сетандус, но Второй был уверен, что тот ошибается - по его словам, подобное не имело смысла. По крайней мере, пока не станет доподлинно известно, что предыдущая посылка до адресата не дошла. Если они ошиблись и с Неминдой разговаривал именно Сетандус, то повторять распоряжения незачем. А если они правы - то попросту опасно. И глупо. Зачем действовать на руку конкурентам?
   В маарганском порту меланхолично раскачивался еще один силт, и Элемар невольно засмотрелся. Причина была проста - зверюга была почти вдвое мельче и не имела в панцире привычного "пассажирского кармана". Только место для погонщика. При приближении более крупного собрата силт угрожающе затрубил и вскинул передние лапы, но погонщик - показавшийся Элемару смутно знакомым лысый данмер - небрежно повёл рукой и силт тут же успокоился, потеряв интерес ко всему на свете.
   Присмотревшись, альтмер увидел что-то вроде коротких палочек, торчащих из-под обреза панциря. Заинтересовавшись - ему раньше не приходило в голову, каким образом данмеры умудряются управляться с такими огромными тварями - он перевел взгляд на "своего" силта. Погонщик, Навам Веран, как раз подводил тварь к порту, управляя ею легкими прикосновениями к тонким хитиновым стержням, торчащим из мягкой плоти возле самого обреза панциря. Повинуясь отдаваемым таким образом командам, силт страйдер подошел к трапу порта вплотную и замер. А погонщик, привычно перепрыгнув с силта на крошечную площадку - при виде этого Второй, как обычно во время поездок на силт страйдере, сидящий глубоко внутри, издал почти болезненный стон - подхватил широкую дощатую сходню с парными крючьями на торцах. Зацепив край "кармана" одной парой крючьев, он явно отработанным движением опустил второй край сходни - так, что вторая пара вошла как раз в предназначенные для нее пазы - и, посмотрев на Элемара, ухмыльнулся:
   - С прибытием в Маар Ган, мутсэра!
   Альтмер ухмыльнулся в ответ и, игнорируя и сходню, и протестующий вопль соседа, лихо выскочил на площадку. И так же лихо сбежал вниз.
   "С-скотина", - злобно прошипел дух, когда он оказался внизу.
   "Да ладно тебе! Самое страшное, что мне грозило - съехать вниз на жопе", - фыркнул Элемар, не разделявший страхов соседа.
   "Жаль, что Маар Ган не расположен на побережье", - сердито, но уже успокаиваясь, буркнул Второй.
   Передав пакет, альтмер задумался, как ему поступить дальше - и направился к трактиру Андуса. По-хорошему, стоило бы сначала наведаться в местный храм... Но трактир был ближе, к тому же местные новости проще узнавать было там.
   В трактире, точно по заказу, вовсю обсуждали недавнюю бурю. Говорили разное, но все так или иначе сводили к одному и тому же выводу - "буря была неожиданной и удивительно сильной, но хорошо, что у меня всё в порядке". Про Матиса Далобара никто ничего толком сказать не смог, кроме того, что торговец должен был появиться еще три дня назад.
   Хозяйка трактира, Манс Андус, устало облокотилась о стойку перед Элемаром:
   - Заказывать будешь или только разговоры разговаривать?
   - Я могу и совместить, - криво улыбнулся альтмер.
   - Есть мусковая похлебка, печёные яйца квама, суп из никсы с горьколистником и солёным рисом, - начала перечислять она. - Еще с вечера осталась запечённая никсятина с бататом и скаттлом...
   - Суп, - решил Элемар. - Насчет никсятины я еще подумаю.
   - Чем запивать будете? Есть мацт, суджамма...
   - Чай, - с полудня миновало чуть больше двух часов, так что с алкоголем стоило повременить - особенно в свете того, что альтмеру еще предстоял визит в храм.
   Точнее, к Салену Рэйвелу - тому самому жрецу, что отправил курьера к Неминде. Больших надежд на беседу с ним Элемар не возлагал - знай жрец что-нибудь дельное, сообщил бы это еще в письме - но повидаться с ним стоило хотя бы из вежливости. К тому же за прошедшие часы какие-нибудь новости могли и появиться. Впрочем, вероятность этого была невелика. Сделав заказ, альтмер огляделся и присел за единственный свободный стол - рядом с лестницей, ведущей на кухню. А заодно - подальше от довольно шумной компании из нескольких орков, тщедушной босмерки в коричневой робе и статного имперца в кирасе Легиона. Нет, те вели себя вполне пристойно... но слишком уж шумно.
   - О чем в последнее время тут народ судачит? - поинтересовался он, когда Манс принесла миску с заказанным супом.
   Данмерка неопределенно дернула плечиком и удалилась, не ответив. Элемар хмыкнул, пожал плечами и принялся за суп, лениво раздумывая, не сдобрено ли кушанье плевком от доброй хозяюшки.
   - Не помешаю? - раздался вдруг рядом низкий мужской голос.
   Смутно знакомый голос.
   Элемар поднял голову. Возле столика стоял рослый жилистый данмер средних лет с лысым, как коленка, черепом и длинным неровным шрамом на пол-лица. Правый глаз тёмного эльфа затянула молочно-белая пелена, но левый смотрел вопросительно и слегка настороженно.
   "Ба! - встрепенулся вдруг Второй. - Старый знакомец!"
   Впрочем, Элемар данмера узнал и без подсказки. Такую колоритную внешность было трудно не запомнить. Особенно с учетом обстоятельств, сопутствовавших знакомству.
   - Нет, конечно, - приветливо кивнул он. - Присаживайся, Джиуб.
   - Мы знакомы? - Джиуб прищурил зрячий глаз, всматриваясь.
   Миску с едой - точно таким же супом - он все же на стол поставил. Возможно, для того, чтобы освободить руки. Впрочем, данмер тут же кивнул, слегка расслабляясь:
   - Тюремный корабль. Сейда Нин. Ты - Суротано. Забыл, как там дальше.
   - Верно, - кивнул Элемар. - Суротано. Забыл - и хрен с ним, не при дворе все-таки. Судя по тому, что я вижу, ты сумел устроиться?
   Выглядел бывший попутчик по каморе тюремного шлюпа и впрямь неплохо: полный доспех из хитина, добротный и подогнанный по фигуре, простая, но такая же добротная одежда. Да и вместо меди в ушах поблескивало серебро, а пара колец и вовсе были золотыми. Бывший убийца не шиковал, но и явно не бедствовал.
   - Да, - кивнул Джиуб. - Охочусь помаленьку... не на людей, не думай, - быстро добавил он.
   - На скальных наездников? - поинтересовался альтмер, выслушав подсказку Второго.
   - На них, - еще один кивок. - Откуда знаешь-то?
   - Просто предположил, - фыркнул Элемар. - В Сиродииле вон, на волков охотятся, если расплодятся слишком. А в Морровинде от этих... птицеящериц... спасу нет. На силты они как-то не слишком нападают, а вот если пешком - только и успевай отбиваться. Так почему бы кому-нибудь этим не заняться?
   - Вот я и решил истребить этих крылатых тварей. Ну, сколько сумею... Я ведь не умею-то ничего... только убивать,- Джиуб дёрнул щекой. - А тут - хоть на пользу пойдет...
   - Ты хоть перья-то собираешь? Или просто птичек бьёшь?
   - А то как же, - усмехнулся в ответ данмер. - Жить-то на что-то надо. А за них неплохие деньги дают. Вот только сейчас промашка вышла - думал я последние трофеи заезжему торговцу сдать, а он возьми да не явись.
   - Это Далобару, что ли? - встрепенулся Элемар.
   - Ему, - кивнул Джиуб, не забывая подчищать свою тарелку.
   Копания в противоположном конце зала неожиданно грохнула хохотом. Джиуб покосился в их сторону, неодобрительно поморщился.
   - Охотнички, бля... - чуть слышно пробурчал он.
   - Конкуренты? - сочувственно спросил Элемар.
   - Эти-то? - Джиуб снова поморщился. - Нет. В Маар Гане в последнее время участились нападения корпрусных тварей. Вроде бы Призрачный Предел должен их удерживать, не выпуская за пределы окрестностей Красной Горы... а вот поди ж ты. Лезут откуда-то.
   "Когорун, - негромко проговорил Второй. - Бывшая крепость Дома Дагот. А может, и еще где-то щель в барьере имеется".
   - Вот местные и наняли этих... "охотников на чудовищ" для защиты поселка, - продолжал тем временем Джиуб. - Правда, со своей задачей они справляются, этого не отнять. С тех пор как они тут обосновались, в округе стало поспокойнее.
   Помолчали. Благо, к столику подошла Манс - принесла два кувшина с чаем и чашки.
   - Сам-то как? - спросил вдруг Джиуб. - Тоже, смотрю, не бедствуешь.
   - Да, - кивнул Элемар, отставив пустую миску и наливая себе чая. - Меня приняли в Великий Дом... - он замялся, вспомнив, какие обстоятельства привели на Вварденфелл его собеседника.
   - К редоранцам, что ли? - правильно расценил его заминку Джиуб, возясь со своим кувшином. - Хороший Дом, достойный. Редоранцы, конечно, порой твердолобые, но с ними надежнее, чем с другими.
   "Кто имеет медный щит, тот имеет медный лоб", - проговорил Второй, явно что-то цитируя.
   - Во-во, - усмехнулся Джиуб, когда Элемар повторил эти слова вслух. - Но уж лучше они, чем те же Телванни. У меня от этих проклятых чародеев мороз по коже...
   Элемара подмывало спросить еще и про Хлаалу - но он сдержался. Мнение Джиуба ему, конечно, было интересно, но их знакомство было всё же не настолько близким.
   - Чай из трамы, - проговорил вдруг Джиуб, отпив из своей чашки. - Любимый напиток редоранцев.
   - Ну, с ягодами в Эшленде туго, - пожал плечами Элемар, доливая себе еще. - В Западном Нагорье тоже, хотя с растительностью там куда веселее. А трама - вот она, только руку протяни. Да и не так уж он плох, этот чай... Ладно, рад был тебя повидать, но оттягивать визит к местному жрецу уже становится неприлично.
   Он покачал кувшин, убеждаясь, что тот пуст - и когда только успел всё выдуть? - и с сожалением допил то, что еще оставалось в чашке.
   - Бывай, - кивнул Джиуб.
   Встреча с Саленом Рэйвелом ничего нового не принесла - если не считать испорченного настроения: снобизма индорильца хватило бы на десятерых. К счастью, в храме был не только он - порасспросив служителей и нескольких паломников, Элемару удалось узнать, что кого-то видели в самом начале бури, ведущим одного или нескольких вьючных гуаров к кард'руну Ротанов. Но после бури ни человек, ни мер с гуарами в Маар Гане так и не объявился.
   Еще некоторое время ушло на то, чтобы выяснить, где - хотя бы приблизительно - находится этот самый кард'рун. На то, что пропавший Матис Далобар отыщется там - хоть живым, хоть мертвым - Элемар не верил, но стоило проверить его, хотя бы для того, чтобы убедиться, что его там нет и нужно искать дальше...
  

***

   Стены посёлка еще не скрылись из вида, как на Элемара, издав, как метко выразился однажды Второй, боевое "кукареку", спикировал скальный наездник. Альтмер, не успев задуматься, приголубил его огненным шаром. Покачал головой, с сожалением обходя изломанную падением тушку, распространяющую вонь паленых перьев... И тут же услышал сзади еще один пронзительный птичий вопль.
   Впрочем, обернувшись с вновь готовым сорваться с ладоней заклятием, Элемар увидел, как скальный наездник, кувыркнувшись в воздухе, камнем падает на дорогу, а к нему обманчиво медленно приближается силт страйдер - тот самый недомерок, которого он видел в маарганском порту. Сидящий на месте погонщика с длинным луком на коленях Джиуб помахал ему рукой.
   - Куда путь держишь? - остановив своего "скакуна" рядом и свесившись с его спины, проорал данмер.
   - К кард'руну Ротанов! - завопил в ответ Элемар. - Там, говорят, перед бурей видели кого-то с вьючными гуарами... Надо проверить!
   - Так он в другой стороне! - удивился Джиуб. - Точнее, идешь-то ты в нужную сторону, но не по той дороге. Это тебе от развилки нужно было к северу повернуть, - он махнул рукой, показывая.
   Альтмер в ответ выругался:
   - Ну мать же его так! Есть на этом трижды даэдра переёбанном острове хоть один, сука, человек или мер, которым способен объяснить, как пройти туда, куда хочешь дойти, так, чтобы туда действительно дойти? - взвыл он.
   Джиуб заржал. А отсмеявшись, огляделся и махнул рукой на невысокий скальный осколок:
   - Лезь туда, подвезу. Мне как раз туда самому надо - в той стороне, говорят, в последнее время развелось много этих крылатых тварей ...
   Второй выругался и убрался куда-то совсем глубоко - силтов он не любил почти так же, как высоту. А Элемар направился к указанной скале - отказываться от неожиданного предложения помощи было глупо.
   Из-за отсутствия пассажирского кармана, устраиваться пришлось прямо на панцире, свесив ноги в вырез за спиной Джиуба и придерживаясь обеими руками за край. Впрочем, Элемар, в отличие от Второго, высоты не боялся и чувствовал себя вполне комфортно, несмотря на довольно тряский ход силта.
   - Кстати, почему он такой мелкий? - поинтересовался он.
   - Так молодой еще, - откликнулся Джиуб. - Как мне объяснили, ему до нормального роста еще как минимум десяток линек(50). А то и больше. Тогда уже можно будет и панцирь формировать, как положено... О, почти приехали... вон он, кард'рун Ротанов, видишь? А крылатых тварей-то...
   Он завертел головой и вдруг присвистнул, указывая куда-то в сторону:
   - Смотри-ка - мне кажется, или это дохлый гуар там валяется?
   Элемар посмотрел. Полурастерзанная падальщиками туша вне всякого сомнения принадлежала гуару. Но определить на таком расстоянии, дикий ли это гуар или прирученный, не представлялось возможным. Впрочем, заинтересовавшийся Джиуб не стал тратить время на бессмысленные гадания и просто подъехал ближе.
   Вблизи стало ясно, что гуар был все-таки диким.
   - А вон и еще один, - вздохнул Элемар, указывая на вход в гробницу.
   Распухшая туша лежала под самой дверью. Этот гуар, в отличие от первого, был как раз домашним - на туше сохранились остатки упряжи, а рядом валялись испорченные товары из разодранных вьюков.
   Альтмер вздохнул - подходить к падали близко у него не было ни малейшего желания. Но деваться было некуда - гуар, конечно, погиб, но вот его хозяин вполне мог выжить, если использовал кард'рун в качестве укрытия от непогоды. И если это было так, то выйти у него не было ни малейшей возможности...
   - Мне надо проверить печати, - вздохнул Элемар, тронув Джиуба за плечо, чтобы привлечь его внимание. - И, возможно, придётся оттащить эту тушу от входа. Поможешь?
   Данмер, сосредоточенно осматривавший окрестности, кивнул и направил силта к входу в кард'рун. Точнее, к утесу над ним. Элемар с грустью вспомнил оставленный у Косадеса амулет - ту самую "аляповатую цацку", которую он когда-то получил от толстого босмера-ученого в благодарность за спасение его приятеля от кагути. Не потому что опасался за сохранность побрякушки - это не книги с крамольными пометками - просто чары замедления падения, наложенные на неё, сейчас были бы очень кстати. Не пришлось бы выискивать подходящее место для того, чтобы слезть с силта - достаточно было бы активировать амулет и просто спрыгнуть...
   Перебраться на скалу оказалось несложно, куда труднее было спуститься уже с неё. Однако Элемар, вопреки собственным ожиданиям и мрачным прогнозам уставшего молчать Второго, благополучно справился, сорвавшись только в самом низу. Но там это уже было не опасно.
   Печать на двери была нарушена.
   - Это уже становится традицией, - вздохнул альтмер. - Гробница, сломанная печать на двери... и какая-нибудь пакость за дверью.
   "В первой гробнице, - продолжил он уже мысленно - Джиуб оказался славным малым, но делиться с ним такими подробностями биографии было бы опрометчиво, - я нашел труп мытаря, познакомился с тобой и чуть не сдох. Во второй я едва не свалился на труп какого-то бедолаги, познакомился с Ллевулом Андрано и, подозреваю, тоже рисковал сдохнуть. А теперь третья гробница..."
   "Думаешь, хозяин этой несчастной зверушки внутри и тоже в виде трупа? - полюбопытствовал Второй. - Где же твоя вера в лучшее?"
   "Сдохла в корчах", - угрюмо буркнул альтмер.
   Мысленно, разумеется.
   - Ну, что там? - заорал сверху Джиуб.
   - Печать сорвана! - проорал в ответ Элемар. - У тебя есть верёвка?
   - Думаешь, там кто-то есть?
   Словно в ответ на вопль Джиуба, в дверь кард'руна отчаянно заколотили.
   Изнутри.
   С помощью силт страйдера отволочь загромоздившую дверь в кард'рун гуарью тушу было делом пары минут - на то, чтобы найти веревку и привязать её, и то понадобилось больше времени... Заодно выяснилось, что гуар, оказывается, был привязан к одной из петель, на которую вешалась печать.
   А за дверью обнаружился данмер. Осунувшийся, помятый, запылённый, с диковатым взглядом раскосых глаз, но вполне живой. Сначала он даже не поверил, что освобождение ему не причудилось. Однако фляга с водой быстро убедила его в реальности происходящего. Флягу Элемару пришлось отнимать. Воды ему было не жаль, но почти позабытый уже приютский опыт вынужденных голодовок недвусмысленно намекал, что будет в противном случае. Впрочем, данмер не возражал.
   - Благослови вам Трое, мутсэра, - отдышавшись, проговорил он. - Моя вода закончилась еще вчера, хотя я пытался экономить, как только мог, едва понял, что не могу выйти. Я уж думал, что так тут и останусь... О, простите мои манеры - Матис Далобар, к вашим услугам.
   - Как же вы тут оказались, сэра? - выводя его наружу, поинтересовался Элемар.
   Силт страйдера снаружи не оказалось - Джиуб, видимо, посчитал, что уже достаточно помог, и свалил, не прощаясь. Впрочем, альтмер всё равно был ему искренне благодарен - без помощи одноглазого данмера, он добрался бы сюда гораздо позже. И неизвестно сколько провозился бы, пытаясь хотя бы частично освободить проход от загромоздившей его гуарьей туши. Каким образом пришлось бы это делать, он предпочел не думать...
   - Я направлялся в Маар Ган, но, когда началась пепельная буря, был от него все еще слишком далеко, - рассказывал спасённый торговец по дороге в посёлок. - Можно было рискнуть и попытаться дойти, пока буря не разыгралась в полную силу, но с каждой минутой видимость была все хуже, и я побоялся сбиться с дороги... До кард'руна Ротанов было гораздо ближе, поэтому я и укрылся в нём, надеясь переждать. А потом, когда звуки бури снаружи стихли, попытался выйти... но не смог, - голос его дрогнул. - Дверь не открывалась - видимо, что-то её заклинило... Что-то, - данмер осекся, вспомнив, что именно преграждало путь, когда он выходил.
   - Вам повезло, сэра, - проговорил Элемар, не давая ему погрузиться в уныние. - Ваша пунктуальность спасла вам жизнь. Когда вы не появились в обычное время в Маар Гане, нашлись те, кто сумел связать ваше отсутствие с разыгравшейся накануне сильнейшей непогодой и вовремя обеспокоиться вашей судьбой.
   - Хвала Трибуналу, - с чувством отозвался Далобар. - Что ж... Гуара и товары я потерял, но сам я остался жив. А это уже немало. Давайте же поспешим, мутсэра - чем быстрее я окажусь в Маар Гане, тем раньше смогу вернуться к делам.
  

***

   Неминда была довольна.
   - Значит, он жив? - уточнила она.
   - Жив и здоров, - подтвердил Элемар. - Во всяком случае, настолько, насколько это возможно, просидев трое суток без еды и практически без воды.
   - Очень хорошо, - резюмировала она, выслушав отчет. - Что ж, принимая во внимание твои успехи... и некоторые нюансы твоей поездки в Маар Ган, я присваиваю тебе звание Законника Дома. Поздравляю.
   - Благодарю, - вежливо отозвался Элемар.
   Для того, чтобы понять, что новый статус присвоен ему авансом, не обязательно было советоваться со Вторым. А еще его не оставляло ощущение, что он снова вляпался... и всерьёз.
   - Не за что, - улыбнулась одними губами редгарка. - Но позволь дать тебе совет, Суротано... В Доме Редоран твой статус определяется не только верной службой, но и твоими умениями. Слабый и неумелый воин никогда не сумеет подняться высоко... Запомни это на будущее...
   Ощущение надвигающихся неприятностей после этих слов резко усилилось. Элемар ощутил, что ему просто-таки жизненно необходимо пообщаться со Вторым. И чем скорее, тем лучше.
  
   Глава 28. Туда-сюда-обратно...
   - Пятьсот.
   - Ско-олько?! Тысяча дрейков и ни золотым меньше!
   - Пятьсот. И я не спрашиваю, где ты его взял.
   - Ты-ся-ча. И я тебя туда за руку отведу.
   - Шестьсот. Цени мою доброту, саличе.
   - Нет уж, меньше, чем на девятьсот я не согласен.
   - За неизвестно откуда принесённый меч без ножен? Семь сотен и ни дрейком больше! Кстати, куда ты их дел? Или на них было имя владельца?
   - Выбросил. То, что ими когда-то было, рассыпалось в говно, простите мой бретонский. Это эбониту ржа не страшна... почти. Так что этот кусок гуарьего кала вряд ли сыграл бы какую-нибудь роль. Но ладно - восемьсот. Потому что без ножен. Восемь сотен золотых "драконов" и этот замечательный клинок - твой.
   - Больше семи с половиной сотен тебе никто не даст.
   - Семь с половиной? Согласен!
   Тувесо Белет вздохнула и махнула рукой, веля сыну принести сундучок с золотом. Девал, крепкий детинушка всего на полголовы ниже Элемара и с плечами потомственного кузнеца, тяжко отдуваясь, принёс запрошенное, попутно приветственно кивнув - с альтмером они были неплохо знакомы по совместному походу к пещере Коала. Точнее, Девал совершал паломничество к тамошнему алтарю, а Элемар был его сопровождающим. Не по собственному почину, разумеется, а по просьбе отсчитывающей сейчас деньги Тувесо.
   - И все-таки, - выкладывая мешочки с золотом на прилавок, поинтересовалась Тувесо, - где ты его взял?
   - Нашёл, - пожал плечами Элемар.
   - Нашёл. Эбонитовый меч в прекрасном состоянии, - взгляд Тувесо потяжелел, а руки замерли, не коснувшись очередной пары мешочков.
   Стражник в углу зашевелился...
   - Нашёл, - все так же спокойно повторил Элемар. - И предложение показать место все ещё в силе. Да и насчёт прекрасного состояния ты мне льстишь. Я, конечно, приложил немало усилий, чтобы привести его в сколько-нибудь пристойный вид, но...
   - Даже так? - недоверчиво протянула она. - И где это было? Хотя бы примерно.
   - На плато Одай. Кто-то засунул его между валунов. И, судя по состоянию ножен, было это очень давно. Так что вряд ли хозяин явится к тебе, чтобы предъявить претензии.
   - Это же территория Хлаалу? - вопросительно прогудел из-под шлема неслышно подошедший стражник. - Как тебя туда занесло?
   - У меня были дела в Сейда Нине, - не стал скрывать Элемар. - Личные.
   - Баба у тебя там, что ли? - уже добродушнее поинтересовался стражник.
   Элемар замялся, лихорадочно размышляя, как поточнее и при этом наиболее обтекаемо охарактеризовать их отношения с Индрель Ратрион. За небольшую плату она хранила его вещи и время от времени пускала его на ночлег... но этим-то их отношения и ограничивались! Правда, был ещё Ринар...
   - Скорее, пацан, - неуверенно проговорил он. - Нет, он не мой, просто так получилось, что я принял на себя некоторую ответственность за него...
   - Что значит, "не твой"? - нахмурилась Тувесо.
   - Тувесо, - вздохнул Элемар. - Парню тринадцать и его родной отец год назад погиб в море. В своё время они с матерью очень мне помогли, хотя, будь на моем месте кто-то другой, это могло обернуться для них обоих большой бедой. Теперь я, по возможности, помогаю им. Только и всего.
   Данмерка, отсчитывавшая золото из последнего мешочка, смерила его долгим внимательным взглядом.
   - Умеешь ты удивлять, Суротано, - после долгого молчания сказала она.
   Элемар не нашёлся с ответом. Поэтому просто пожал плечами и сложил золото в заплечную сумку.
   - И куда ты теперь?
   - Раздам долги и поеду в Вивек. - Альтмер устало вздохнул. - Неминда говорит, что... в общем, все как всегда, - махнул рукой он.
   Смысла это скрывать от Тувесо он не видел. Как и вечно подозрительный Второй.
   Данмерка расстроено закусила нижнюю губу.
   - А в чем дело-то? - после длительного молчания не выдержал Элемар.
   - Понимаешь... - неохотно заговорила Тувесо. - В общем, я недавно отремонтировала доспехи одному меру. Он служит в Вечной Страже в Молаг Маре... А теперь этот с'вит отказывается оплачивать мою работу! И я хотела попросить тебя... поговорить с ним. Убедить, чтобы он вернул долг... Ты поможешь мне? Я... я в долгу не останусь.
   Элемар вздохнул. Вопрос денег для него в последние месяцы был крайне актуален. Редоранский инструктор Вонден Мано, против ожиданий - альтмера предупредили, что он сам выбирает, кого обучать, отказывая большинству претендентов - взявшийся подтянуть нового Законника в обращении с длинными мечами, конечно, не в пример Косадесу, издеваться над неудачами альтмера себе не позволял... Но на тренировках выжимал из него все, что только было возможно, и даже немного больше, полностью оправдывая цену, которую запрашивал за обучение. Но и за уроки брал немало, а задания Дома пока особого дохода не приносили. Зато отнимали довольно много времени. Если бы не найденный по счастливой случайности меч - по очень счастливой случайности! - он бы просто не знал, что делать.
   Но репутация, как не уставал повторять настырный Второй, стоила дороже. И хорошее отношение лучшего редоранского оружейника - а Тувесо Белет считалась именно лучшей, уступая только Гаротмуку гро-Музгубу из Сурана и Сироллусу Саккусу из Эбенгарда, по слухам, унаследовавшему талант его легендарного предка(51) - тоже.
   - Мутсэра...- он помял пальцами переносицу, пытаясь сосредоточиться. - Насколько это... срочно?
   Тувесо, видимо, обрадованная тем, что ей не отказали сразу, покачала головой:
   - Не слишком. То есть, я бы, конечно, хотела получить свои деньги чем раньше, тем лучше, но... вряд ли Гирас Индарам заплатит мне сам. Двести золотых, которые он мне задолжал - сумма очень большая, а он, как я слышала, весьма неохотно расстаётся с деньгами. Да ещё и имеет гнусную привычку обесценивать чужой труд, выискивая в нем недостатки. Жаль, что я не знала об этом, когда бралась за эту работу...
   - Это хорошо, - вздохнул Элемар. - Проблема в том, что я не имею ни малейшего представления, когда у меня будет возможность отправиться в Молаг Мар.
   - О, я вполне могу подождать, - улыбнулась Тувесо. - Только не слишком долго.
   Элемар подавил желание выругаться.
   - Давай сделаем так, - сказал наконец он. - Если вдруг меня направят в Молаг Мар, я переговорю с этим... как его зовут?
   - Гирас Индарам, - подсказала Тувесо.
   Альтмер кивнул, запоминая.
   - Благодарю. Так вот, я поговорю с ним и, в случае удачи, привезу тебе деньги. Если же этого не случится в ближайшее время... В общем, там будет видно. Я, как ты понимаешь, в своих перемещениях не слишком волен - куда пошлют, туда и еду. Но я буду помнить о твоей просьбе в любом случае.
   - Да... - после недолгой паузы согласилась данмерка, - так, пожалуй, будет лучше всего.
   Простившись с Тувесо Белет и покинув Зал Совета Редорана, Элемар задумался. Шесть сотен золотых "драконов" - то, что осталось после уплаты всех накопившихся долгов - сумма оч-чень немалая. Год назад он и помыслить не мог, что когда-нибудь будет держать в руках такие деньги. Таскать их с собой было неразумно - золото ощутимо оттягивало лямки - да и опасно. О банках же Элемар только слышал краем уха. И то - в Вэйресте.
   Будь у него возможность связаться с Косадесом, деньги можно было бы оставить у него - в этом вопросе на мастера-шпиона можно было бы положиться. Да и золото - не книги с компрометирующими пометками... Но Кай ясно дал понять - пока он не вызовет альтмера сам, соваться к нему не следует. А Индрель Ратрион альтмер до такой степени не доверял - слишком большая сумма, слишком стеснённые у данмерки обстоятельства... слишком большой соблазн.
   Ещё одним возможным вариантом было спрятать деньги там же, где уже были спрятаны наиболее компрометирующие книги... но этот тайник не казался Элемару достаточно надежным.
   "Гилдан, балбес, - неожиданно подал голос Второй. - Вряд ли кому-то придёт в голову искать эти деньги у неё".
   В предложении Второго был смысл - Гилдан тоже была агентом Клинков. Элемар старался часто с ней не контактировать - отношения с босмеркой у него как-то сразу не сложились. Нет, общались они вполне ровно, но... исключительно по делу. В какой-то момент, правда, Гилдан начала делать все более непрозрачные намёки на то, что не против сделать их отношения более близкими и доверительными... однако тут уже упёрся сам альтмер. Не потому что Гилдан была некрасива - с внешностью у неё как раз все было в порядке, и в других обстоятельствах он её предложения, становящиеся всё более откровенными, непременно бы принял. Однако Элемар, накрученный Вторым, подозревал, что, при случае излишняя откровенность выйдет ему боком - сама-то Гилдан откровенничать с ним не спешила. Хотя "не понимать" намёки босмерки становилось все сложнее. Навестить же Улени Хелеран за прошедшие месяцы не удалось ни разу. А теперь, наверное, и вовсе не стоило. Элемар, конечно, изрядно скучал по любовнице, причём не только из-за затянувшегося воздержания - с Улени Хелеран не нужно было осторожничать, она принимала его таким, как есть, не проявляя неуместного любопытства. Но, успев неплохо разобраться в её характере, ситуацию он оценивал достаточно здраво: после столь долгого отсутствия ему вряд ли будут рады - слова Второго насчёт "букетом по роже" Элемар хорошо запомнил. Хотя в случае с Улени это, пожалуй, было бы меньшим из зол. Оставалось надеяться, что при встрече она будет в достаточно благодушном настроении, чтобы не натравить на него очередного призрака или "подшутить" еще как-нибудь. И что эта встреча состоится не в ближайшее время - коварства и изощрённой жестокости Улени Хелеран хватило бы на троих, и Элемар вовсе не хотел стать их мишенью.
   Оставив золото у Гилдан и в очередной раз "не поняв" намёков, Элемар направился к зданию Гильдии Магов. Он как раз миновал вход в "Крысу в Котелке", когда со стороны порта силт страйдеров донёсся гул голосов и мычание гуаров. Шум нарастал и вскоре Элемар начал различать отдельные встревоженные крики, призывавшие кого-то ловить и держать. А в следующий миг из собравшейся у гуарьих загонов толпы, сбив кого-то с ног, вылетел гуар с болтающимся на спине вьюком, а в небо взвился отчаянный женский крик:
   - Алли-и-и!
   Взбесившийся ящер нёсся прямо на Элемара, явно не собираясь никуда сворачивать. Альтмер инстинктивно шарахнулся в сторону, сплетая огненный шар... и в этот момент увидел, что на спине гуара - не вьюк. А всадник - мальчишка-данмер лет десяти...
  
   ...Взбесившийся гуар мчался прямо на него, сбивая с ног и калеча разбегающихся велотов. А где-то там, позади отчаянно голосила женщина...
   Кто-то из воинов вскинул лук... и опустил, болезненно изменившись в лице - на спине ящера, вцепившись в сбрую, сидел мальчишка. Вытаращенные от ужаса глаза на побелевшей мордашке, мотающийся куцый хвостик тёмных волос...
   Аландро!
   Нахлынувшие было эмоции на какой-то миг отступили, и разум заработал холодно и бесстрастно, точно двемерский механизм просчитывая, что сделать, как и когда...
   - Прыгай, Алли! - заорал он, ловя взгляд мальчишки. - Слышишь? Когда я скажу - прыгай!!!
   Только бы он послушался... Кивнул? Или просто голова мотнулась от очередного скачка?
   Только бы не промахнуться... Ноги споро несут его назад, выигрывая немного времени для маневра. А гуар все ближе...
   Далеко... далеко... Сейчас! Тело словно бы само прянуло вперёд, навстречу несущемуся ящеру... А в ушах забился собственный отчаянный рык:
   - Прыгай, Аландро!!!
   Резким, рвущим жилы прыжком он оказался рядом с тварью и, буквально сдёрнув подавшегося к нему мальчишку с гуарьей спины, отпрянул назад, чтобы не попасть под когтистые лапы...
   Мир закрутился волчком, земля оглушительно ударила в лопатки... На груди зашевелилось дрожащее от сдерживаемого плача худенькое тело, и он спросил:
   - Все хорошо?
   И, получив в ответ еле слышный всхлип "Да", прошептал, скрывая облегчение:
   - Ты молодец, Алли...
  
   ...Кто-то помог ему подняться на ноги, ещё кто-то забрал бьющегося в молчаливой истерике мальчишку. Элемар растерянно огляделся, узнавая и не узнавая окружающее - и ошеломленно заморгал, видя вместо велотийских юрт ракушкообразные редоранские здания.
   Очередное видение, значит...
   - С мальчиком все хорошо? - наконец хрипло спросил он.
   Редоранский стражник, все ещё поддерживавший его за плечо, кивнул:
   - Да, серджо.
   - Это замечательно, - слабо улыбнулся Элемар.
   Ноги подкашивались, ушибленная спина ныла... каждая частица тела его, казалось, тряслась, точно в лихорадке. Хотелось просто присесть где-нибудь в уголке и отрубиться. Второй без разговоров вытолкал альтмера "внутрь" и, поблагодарив так и не представившегося редоранца, медленно направился к входу в "Крысу в Котелке". Поездка в Вивек откладывалась - после случившегося надо было оценить ущерб и привести себя в порядок...
  

***

   Балмора встретила Элемара проливным дождём.
   - Словно и не уезжал никуда, - вздохнул он, стоя под козырьком у входа в Гильдию магов и уныло глядя на сплошную стену ливня в паре шагов от себя.
   "Да уж, какое счастье, что Гильдия Магов предоставляет услуги по перемещению", - вздохнул Второй.
   Перспектива шлёпать по лужам под дождём не прельщала и его. Радовало только то, что идти нужно было недалеко - в "Восемь Тарелок".
   ...После происшествия с гуаром альтмеру пришлось задержаться в Альд'Руне ещё на два дня: ушибленную падением спину пришлось лечить - наутро после случившегося он с трудом мог шевелиться. К счастью, жёстких сроков отправки Неминда не называла... Ещё одним неприятным последствием была утрата "индорильской" тоги - дорогое и нарядное одеяние превратилось в изодранную и замызганную тряпку, не подлежащую восстановлению. Соваться в Вивек в редоранских доспехах было бы неразумно - Орден Дозора наверняка до сих пор искал наглеца, умудрившегося прикончить пленную некромантку буквально на пороге Министерства Правды и удрать прямо из-под носа разъярённых ординаторов. Наброшенная поверх доспеха тога, конечно, так себе маскировка... но дорогая вещь придавала облику альтмера оттенок респектабельности. К тому же Элемару она просто нравилась. В результате альтмер приобрёл у Бевен Релет сразу две тоги - дорогую серо-голубую, похожую на прежнюю, и экстравагантную мантию цвета "морской волны". Второй, правда, намекал на опасность пристрастия к ношению платьев, особенно определённых цветов, и насмешливо предлагал купить ещё и юбку - мол, следовать редоранской моде, так до конца, но Элемар его проигнорировал. Редоранцы, возможно, и не видели ничего предосудительного в ношении мужчинами юбок, но... видимо, он был не настолько редоранцем.
   В Вивеке он тоже надолго не задержался - хранительница сокровищницы Дома Редоран, Фарал Ретеран вручила ему письмо от Неминды, отправленное, видимо, сразу же после его отъезда. Советник Сарети велел отыскать некоего Ондреса Нерано из Балморы, распускающего слухи об Архимастере Дома Болвине Вениме, и заткнуть ему рот. От самой Неминды в том же письме была просьба вернуть "шлем Основателя Редоран", похищенного из родовой гробницы стражником Хлаалу, ныне обретавшимся, там же, в Балморе. И, стоило ему дочитать письма, как Фарал Ретеран огорошила его просьбой поехать... в Балмору. Чтобы опять же заткнуть рот очередному Хлаалу, распространяющему грязные слухи о Доме Редоран.
   Больше всего альтмера смущала приписка от Неминды насчёт "не опозорить Дом Редоран". Фарал, конечно, объяснила, что это означает... но легче Элемару от этого не стало - вариант с "набить морду, воспользовавшись наукой Кая и тупо отобрать" дреморов "котелок" был неприемлем. Спереть тоже вряд ли получилось бы. В случае поимки его на воровстве, вой наверняка поднялся бы до небес. Да и воровство вряд ли является исключением в списке деяний, позорящих Дом Редоран. Оставалось только попытаться договориться по-хорошему.
   После полуночи напряжённых размышлений, альтмер перебрал свои невеликие запасы зелий и амулетов. Самым перспективным казалось применение амулета с мистическим наименованием "Шёпот Зенитара", полученного от недоброй памяти Илуса Труптора как раз накануне его убийства. Элемару уже доводилось пользоваться этим амулетом при общении с торговцами. Злоупотреблять им он не рисковал - торговцы тоже не идиоты - но пару раз благодаря этой вещице ему удавалось получить изрядную скидку. Проблема была в том, что действовали чары амулета очень недолго - какие-то пять минут.
   "Где бы взять индорильский шлем? - тоскливо протянул Элемар. - Напялил бы шлем, тогу... Можно было бы сыграть на том, что в Вивеке ищут парня в редоранском шлеме. Необычном редоранском шлеме. Припугнуть ублюдка так, чтобы он сам его отдал".
   "Не вышло бы, - отозвался Второй. - Во-первых, к шлему нужны, как минимум, наплечники. Во-вторых, шея и руки - индорильцы вообще к себе не-данмеров не принимают, насколько я знаю. И, в-третьих, голос - даже если в тебе каким-то чудом сходу не признают самозванца, это выяснится, едва ты откроешь рот. Твой данмерский хорош, но голос тебя тут же выдаст. Вспомни Синьярамена из Садрит Моры - он говорит по-данмерски с рождения, но никто и никогда не перепутает его с данмером. Да и эшлендский выговор отличается от произношения уроженцев Дешаана и Стоунфоллза".
   Элемар припомнил беседы с Друлен Фален и её помощниками - и то, как Второй потом истерически ржал полдня, то и дело повторяя "слющий, грязекрабы заибали, да, бандыты заибали, савсэм в Тир уеду", перекривляя акцент одного из пастухов, пытавшегося объясняться на сиродиилике - и с сожалением признал правоту "соседа". Впрочем, у индорильцев выговор был другой... Да и шлем с наплечниками взять было негде - разве что прирезать в подворотне какого-нибудь ординатора. Вот только вряд ли шлем, сколь бы раритетным он ни был, стоил всех тех неприятностей, которые за этим последуют. А они будут, непременно будут - Орден Дозора, действительно до сих пор, по слухам, ищущий удачливого ассасина, окончательно встанет на уши. Впрочем, убийцу чужеземцев, к примеру, ординаторы ищут, но как-то без особого энтузиазма, несмотря на то, что счёт зарезанных "н'вахов" успел перевалить за десяток, а ординаторов погибло уже четверо...
   "И что нам делать?"
   "Вообще-то идея с запугиванием хороша, - задумчиво протянул Второй. - Только надо будет сначала обаять этого парня, чтобы он отнёсся к твоим словам с большим доверием. Ну и запугивать следует грамотно".
   "Вот ты этим и займёшься, раз такой умный", - хмыкнул Элемар.
   "В таком случае, начнём с того, что завтра наведаемся в кантон Телванни. У кого-нибудь из тамошних алхимиков наверняка найдётся жучиный мускус. Одной этой цацки", - перехватив управление левой рукой, дух приподнял амулет и покачал его в воздухе, - чувствую, будет недостаточно".
   Жучиный мускус они достали. А заодно обогатились странной историей про Ольмгерда Отверженного, поведанной пьяным нордом, и прилагавшимся к истории ржавым ключом, лежавшим теперь на дне заплечной сумки...
  

***

   - Ты меня разыгрываешь, - недоверчиво протянул Альвис Тери. - Ты это специально для того, чтобы я отдал тебе этот дреморов шлем, так? - голос его едва различимо дрогнул.
   - Я бы, конечно, обрадовался, если бы ты мне его отдал, - не стал скрывать Второй, незаметно обновляя чары очарования.
   Благо, манипуляций под столом не видно, а опытным путём было выяснено, что амулет не обязательно носить именно на шее. Рука подходила ничуть не хуже - аккуратно прибинтованная к предплечью цацка все равно действовала, как полагается.
   - Но, - продолжил он, - специально я ничего не придумывал. Спроси у хозяйки таверны. Кажется, вон та бумажка над стойкой - объявление о розыске?
   Объявление над стойкой действительно висело и Элемар со Вторым его даже прочитали, прежде чем идти "окучивать" наглого воришку. Более того, читая список примет, альтмер был неприятно поражён тем, насколько наблюдательными оказались ординаторы, сопровождавшие Шарн гра-Музгоб. К счастью, ничего такого, что указывало бы именно на него, в списке не было.
   Хлааловец стянул с головы шлем - тот самый "шлем основателя" - и с сомнением покосился в сторону стойки. Подумал. И вдруг брякнул шлем на столешницу и подпихнул его к альтмеру.
   - Хрен с тобой, саличе, - сердито процедил он. - Забирай свой дурацкий шлем. Я тебе, конечно, не верю... но вертел я на хую эти разборки с Орденом Дозора. Не из-за такой рухляди.
   Второй неторопливо забрал шлем и с достоинством поклонился:
   - АльмСиВи, сэра.
   Всё так же, сохраняя достоинство, он удалился в уже почти родную комнатку в полуподвале "Восьми Тарелок" - и только когда за ним закрылась дверь, позволил себе расслабиться.
   "Ф-фу-у-ух... Крепкий же орешек оказался! - Дух принюхался. - Мне кажется или запах мускуса уже почти выветрился?"
   "Не кажется, я думаю. Ты чары обновлял четыре раза. Продержись этот урод ещё пару минут и тебя ожидал бы неслабый конфуз - амулет-то разряжен вчистую. И мускус почти выдохся", - отозвался Элемар.
   "Повезло", - признал Второй, уступая место хозяину тела.
   "Да уж, - альтмер повёл затёкшими плечами. - С теми двумя было не в пример легче".
   Проще всего оказалось разобраться с Мерилом Хлаано. Убедить болтуна не трепать попусту имя Дома Редоран удалось без особых усилий - добрым словом и танто, приставленным к печени болтуна. На самом деле добрых слов было два, произнесены они были уже в конце задушевной беседы и звучали, как "Я вернусь" - в случае, если седура Хлаано решит продолжить в том же духе. На что седура Хлаано многословно заверил, что он "больше никогда и ни за что" и был милостиво отпущен.
   А вот "беседуя" с Ондресом Нерано, Элемар неоднократно в мыслях вознёс хвалу Вондену Мано, на тренировках выжимавшему из него все соки. Если бы не эти уроки, ему пришлось бы несладко - проклятый хлааловец оказался опытным фехтовальщиком и, чтобы победить его, не убив и не покалечив, как того потребовал в письме советник Сарети, пришлось приложить все усилия. Из особняка Нерано, где и проходила дуэль, Элемар практически выполз, отправившись прямиком к Тьермэйллину - лечиться. Радовало его только то, что хозяину особняка досталось все-таки сильнее: отправлять слуг за целителем для противника пришлось тоже ему - сам Нерано к тому времени потерял сознание. Но выжать из него обещание прекратить распускать сплетни о Болвине Вениме Элемар всё же успел.
   Альвиса Тери - того самого стражника, укравшего из какой-то родовой гробницы шлем Основателя - Второй советовал оставить на потом. И, как и обычно, оказался прав - дух, которому и пришлось уламывать несговорчивого вора, едва не вывернулся наизнанку. В ход пошло все: внешний вид - по словам всё того же Второго, первое впечатление можно было произвести только однажды, к тому же хлааловцу должно было польстить, что уговаривать его пришёл явно не последний мер Дома Редоран - найденный с немалым трудом жучиный мускус и примотанный к запястью под рукавом "Шёпот Зенитара". Вешать амулет на шею дух отказался - Тери мог определить зачарованную вещицу и насторожиться. Что не замедлило бы сказаться на действенности чар. И все равно, несмотря на все сделанные приготовления, разговор оказался невероятно трудным - сам шлем, старый и изрядно побитый, был хлааловцу без надобности, его просто грела мысль о том, как ловко он напакостил редоранцам. И доставляло удовольствие безнаказанно издеваться над собеседником. Если бы не его боязнь - а за напускной бравадой скрывалась именно она - разбирательств с Орденом Дозора, ищущим убийцу Шарн, весьма вероятно, что шлем пришлось бы выкрадывать. И не лично, а идти на поклон к Гильдии Воров. Чего ни Второму, ни Элемару делать абсолютно не хотелось.
   Проверив запор на дверях - не хватало ещё, чтобы с таким трудом возвращённый шлем спёрли уже у него - Элемар повалился на кровать. При том, что сам он в беседе не участвовал, присутствуя исключительно как наблюдатель, чувствовал он себя так, словно как минимум полдня таскал мешки с эбонитом...
   Наутро, неторопливо шагая по Торговой площади к Гильдии Магов, они мысленно обсуждали, куда стоит направиться: в Вивек, отчитаться перед Фарал Ретеран и сгрузить ей же возвращённый шлем - пусть сама переправляет его Неминде или запихивает в сокровищницу, а к редгардке отправляет курьера - или все-таки в Альд'Рун, чтобы отчитаться в выполнении заданий перед Неминдой и советником Сарети лично. Элемар, которому и Альд'Рун, при всей его любви к этому необычному городу, и Эшленд успели остодаэдреть, ратовал за Вивек. Второй, которому тамошние пейзажи, пепельные бури - и даже некоторые жители - остодаэдрели ничуть не меньше, был не против, но утверждал, что в Альд'Рун поехать все-таки придётся, заявляя, что Фарал почти наверняка это им же и поручит. При этом дух не забывал следить за окружением. Поэтому неудивительно, что Девятипалого, торчащего в уже знакомом проулке, заметил именно он.
   Аргонианин, убедившись, что его заметили, уронил на брусчатку какую-то бумажку и уковылял куда-то вглубь проулка. Элемар же огляделся - никого, даже стражники, топчущиеся возле лестницы, ведущей в Верхний Город, куда-то подевались.
   "Подозрительно, - хмыкнул Второй. - Не готовят ли нам горячую встречу?"
   "С чего вдруг?
   "Ну а вдруг Кай узнал о наших художествах?"
   "Иди ты!"
   "Шучу, - Второй снова хмыкнул. - Просто обычно стража куда-то исчезает, когда кого-то собираются убрать. Если, конечно, это не индорильская стража. Но в нашем случае это, скорее всего, просто совпадение".
   "Умеешь же ты утешить", - ядовито хмыкнул в ответ Элемар, направляясь к входу в проулок.
   Бумажка, предсказуемо, оказалась запиской, которую альтмер, прочитав, немедленно разодрал на мелкие клочки и выкинул в ближайшую выгребную яму. Не от злости - просто на всякий случай: Девятипалый назначал встречу к северу от города, за мостом, и свидетелям - хоть случайно любопытствующим, хоть намеренно следящим, если таковые существуют - там было не место. Хотя в последнем случае предосторожности были бы бесполезны, не будь у альтмера сапфирового амулета с интересными чарами, честно добытого, к слову, неподалеку от Гнисиса.
   Тогда только помощь Второго помогла ему выжить - заподозривший неладное дух сумел углядеть подкрадывающуюся ближе данмерку с луком, скрытую маскировочными чарами, пока её подельница вешала ему виквит на уши, рассказывая о том, как потеряла в пруду кольцо... Кольцо они, к слову, выловили и продали в том самом Гнисисе. Амулет же, снятый с данмерки-лучницы, Второй продавать настрого запретил, как бы ни было плохо с деньгами...
   Так что, выйдя за пределы города, Элемар спокойно наложил на себя чары маскировки в первых же кустах удушайки и отправился на встречу. "Хвоста" он за собой не заметил, но, по словам подозрительного Второго, это ничего не значило - соглядатай мог проследить за Девятипалым. Был, впрочем, у альтмера и дополнительный интерес в том, чтобы подобраться к месту встречи незамеченным - аргонианину он просто не доверял. Было в нем что-то, что заставляло держаться настороже...
   Сюрпризов, впрочем, никаких не обнаружилось. Да и беседа с Девятипалым ничего нового почти не принесла, если не считать известия о смерти Балина Омавеля - по словам аргонианина, тот застал в своём доме незваного гостя, то ли вора, то ли убийцу. Элемар склонялся ко второму варианту - он-то помнил, как Омавель отреагировал на переданное им предупреждение Второго насчёт каких-то "серых приказов" и горьколистника. К тому же, как уверял Девятипалый, видевший тело, убийца был профессионалом.
   - Жаль, - вздохнул Элемар, когда аргонианин закончил рассказ. - Мне он... казался неплохим мером.
   - Да уж-ш, - свистяще фыркнул тот. - Кто ещ-щё тебе будет теперь с-сливать вс-се городс-ские с-сплетни...
   - Да не в этом дело. - Элемар поморщился. - Кстати, о сплетнях - перед тем, как Кай велел мне сидеть на жопе ровно, Балин говорил, что тебя подозревали в убийстве какого-то Хлаалу...
   - Рален Х-хлаало, - кивнул ящер. - Это уж-ше в прош-шлом. Наш-шёлся один парниш-шка, разобралс-ся...
   - Из наших? - заинтересованно поднял брови Элемар, точно знающий имя "парнишки".
   - Воз-смож-шно, - Девятипалый равнодушно пожал плечами. - Я не вс-сех з-снаю.
   "Врёт?" - поинтересовался альтмер у внимательно слушающего Второго.
   "Да хрен его знает, - досадливо отозвался тот. - По его рыбьей морде поди определи..."
   - Что ж, поздравляю всё равно. По себе знаю, каково это - быть обвиняемым в том, чего не делал, - хмыкнул Элемар.
   Ящер в ответ зубасто ухмыльнулся.
   - Да, ж-жить с-стало с-спокойнее, - прошипел в ответ он. - Ес-сть ещ-щё какие-нибудь новос-сти?
   - Никаких, - мотнул головой альтмер. - Я ж говорю - Кай велел сидеть на жопе ровно, ни с кем не связываться и никуда не лезть, покуда не прикажут. Вот я и не лезу. Редоранско-хлааловские тёрки и альдрунские новости отслеживает Гилдан, а я так... принесь-отнесь-пшёл вон, - он криво усмехнулся. - Только Сйорвара как-то встретил... он там с ума уже сходит на побережье. Жаловался мне, что камонновцы контрабанду в узелках носят, поди отследи. Но это, я думаю, Каю и без меня давно хорошо известно. В Кальдере я не был, в Сейда Нин недавно заезжал, но с Элон не общался. Аррилл еще взревнует, - снова усмехнувшись, пояснил он.
   Девятипалый в ответ свистяще рассмеялся.
   - Элон молодец-с. Но у тебя ж-же та девч-щонка из С-садрит Моры была? - небрежно поинтересовался он.
   - Мы расстались, - коротко процедил Элемар.
   Разговор увял. Обменявшись ещё парой ничего не значащих фраз, они разошлись. Элемар все же отправился в Вивек - сообщить Фарал о том, что Мерил Хлаано больше не будет распространять сплетни о Доме Редоран. После чего - Второй оказался прав, и шлем Основателя Неминде пришлось везти лично - поехал в Альд'Рун.
   Самое смешное - с точки зрения Второго, сам Элемар просто тихо бесился, не имея возможности беситься открыто - что этот самый шлем, будь он неладен, редгардка приказала отвезти обратно в Вивек. В сокровищницу Дома Редоран. Больше всего альтмера возмущало то, что это вполне можно было сделать изначально, не таская злосчастный "котелок" туда-сюда.
   И, словно мало было случившегося, стоило ему появиться в стенах "Альд Скара", как Бодери Фарано, владелица таверны, вместе с ключом от комнаты вручила ему письмо за подписью Лалатии Вариан - после почти полугода молчания и игнорирования Имперский Культ вспомнил о том, что в его рядах всё ещё числится некий "служитель Суротано"...
  
   Глава 29. Намму
   Лалатия Вариан снова встретила его в своей неподражаемой манере:
   - Пришёл ты, служить Оракулу чтобы? Готовым ты чувствуешь ли себя?
   Элемар в ответ смог только неопределённо пожать плечами. Готовым к чему-то пока неведомому он себя не чувствовал, но подозревал, что его согласия особо и не требуется.
   - Дар Видения Девятью дан мне, но не Деяния, - продолжила Лалатия, видимо, решив удовлетвориться отсутствием явного протеста. - Отважен и готов на подвиги ты если, посвяти себя заданиям Оракула, прошу. И награда твоя возвысит тебя в глазах Девяти. Клятву священную тебя дать попрошу я, что помогать мне ты разгадывать загадки видений будешь, что посещают меня милости Девяти благодаря.
   Элемар нахмурился, пытаясь вычленить суть этого пронизанного пафосом путаного словоизвержения. Где-то глубоко внутри шипел ругательства Второй, занятый, судя по всему тем же самым.
   - В чем именно я должен поклясться? - наконец осторожно поинтересовался альтмер.
   - Поклясться ты должен служить преданно и делать то, попрошу я о чем, не сомневаясь и вопросов не задавая. Только тому, клятвой такой связан кто, тайны могу я доверить видений, мне девятью ниспосланных.
   - А поклясться, что женюсь на Оракуле после всего, что между нами было, я не должен? - возмутился Элемар.
   Против ожидания, Лалатия негромко рассмеялась. И неожиданно ответила нормально:
   - Нет, этого точно не требуется. Хотя в истории бывали и такие случаи. Пойми, - вздохнула она, - я не могу просто рассказать суть своих видений любому, кто пожелает выслушать. А клятва - это гарантия...
   Элемар помолчал.
   - У меня... есть и другие обязательства, - неохотно проговорил он.
   - О, - Лалатия улыбнулась, - членство в Великом Доме Редоран, верно? Да, я знаю об этом. Не настолько я погружена в видения, чтобы не интересоваться происходящим на Вварденфелле. Как и наиболее заметными служителями. Не волнуйся, никакого ущерба твоим обязанностям в Доме Редоран не будет. И никаким прочим, - добавила она.
   Альтмер задумался.
   - Хорошо, - резко кивнул наконец он. - Я дам клятву. Но сначала у меня есть один вопрос...
   - Только один? - Лалатия в нарочитом изумлении приподняла тонкие брови. - Что ж, задавай.
   - Почему... нет, не так... зачем вы переставляете слова, когда говорите?
   Лалатия ответила не сразу.
   - Зачем... Очень правильно ты задал этот вопрос, Суротано, - заговорила наконец она. - Именно зачем... Ты ведь заметил, что тебе пришлось задуматься над смыслом того, что я говорила?
   Элемара так и подмывало высказать, что пока он расшифровывал услышанное, у него едва мозги в узел не завязались, но он сдержался. Впрочем, нейтральное выражение лица он сохранить, по-видимому, не сумел, потому что Лалатия понимающе улыбнулась и кивнула.
   - Именно. Тебе пришлось выслушать, запомнить... и проанализировать. Такой способ не дать отмахнуться от своих слов и привлечь внимание. Не беспокойся, сообщать о своих видениях таким способом я не буду - они и без того достаточно туманны, чтобы усложнять тебе задачу.
   После того, как клятва была принесена, Лалатия заговорила вновь:
   - Теперь я могу рассказать себе о своём видении. Я называю его видением "Кольца во Тьме". Итак, - продолжила она, - я видела кольцо, Кольцо Ветра, легендарное сокровище Эльсвейра, посвящённое Кинарет...
   Голос её приобрёл отчётливо "нездешние" интонации, вызвавшие у Второго насмешливый хмык. Впрочем, альтмер не сомневался, что дух слушает очень внимательно.
   - Я видела ветер на руке тёмного эльфа, - отрешённо говорила Лалатия. - Я видела отблеск огня на лице гнома. Я видела тьму в кольце воды. И каменный вход оставался безымянным...
   Второй снова хмыкнул, но уже не насмешливо, а, скорее, задумчиво. Элемар подумал и, цапнув с ближайшего стола перо и бумагу, торопливо записал услышанное.
   - Ветер на руке тёмного эльфа... - медленно проговорил он. - Надо полагать, имеется в виду нынешний владелец кольца...
   Лалатия вздрогнула.
   - Тень братьев на его челе - брата тёмного, брата светлого. За темным братом следует он, с Тьмою договор заключившим. И сам шаг за шагом во тьму ступает. Возьми у него Кольцо Ветра, Суротано, принеси его мне...
   Она встряхнулась и часто-часто заморгала, словно придя в себя.
   - Взять у него кольцо, - все так же медленно повторил за ней Элемар. - Вопрос в том, где его найти...
   Каким образом предстояло "взять" кольцо у неизвестного тёмного эльфа, "ступающего во тьму за темным братом", он примерно догадывался.
   - Я не могу сказать тебе больше, Суротано, - удручённо вздохнула Лалатия. - я вижу место, но я не имею представления, где оно находится. Могу сказать одно - это где-то на побережье или рядом. Возможно, тебе сможет помочь Наласа Саротрен - она знает Вварденфелл лучше, чем кто бы то ни было. Насколько я знаю, найти её можно в Вивеке, в клубе "Эльфийские Народы"... когда она отдыхает между своими... походами. Если же её не окажется в Вивеке, некоторую полезную информацию может дать мой хороший знакомый. Его имя Ллаалам Дредил. Очень образованный мер, - она покачала головой, - его знания просто поражают... Знакомство с ним может быть полезно в твоих поисках, Суротано.
   - И где его можно найти? - полюбопытствовал Элемар.
   - Ллаалам Дредил входит в свиту герцога Ведама Дрена. Так что большую часть времени он проводит в покоях Верховного Совета.
   Больше никакой полезной информации Лалатия дать не смогла, и Элемар покинул часовню. Впрочем, кое-что полезное у неё все же нашлось - несколько свитков с полезными чарами теперь лежали в заплечной сумке. Тем не менее, задерживаться здесь у него не было ни малейшего желания. Если Лалатия Вариан встретила его вполне радушно, то остальные появление Элемара в часовне восприняли... своеобразно. Создавалось впечатление, что все то ли забыли об обвинениях в его адрес, то ли никогда в них не верили. Аптекарь Фрик так и вовсе прямо заявил, что никогда не верил в то, что болтали "некоторые". Мол, "не такого ты склада, парень, это же видно". Вот только Элемар отлично помнил и тяжёлые взгляды того же Фрика, словно вопрошающие, почему он, Элемар, все ещё не за решёткой, и его же высказывания на ту же тему. И не только его. В отличие от всё той же Лалатии, ещё тогда прямо заявившей, что не верит в состоятельность обвинений в его адрес. Да ещё Синнолиана Тунифуса. Такое лицемерие... раздражало. Но Второй заранее предупреждал, что примерно так и будет, и советовал улыбаться и делать вид, что верит каждому слову. Не забывать и не прощать, но обдумать все хорошенько - и сделать выводы.
   Неудивительно, что альтмер испытывал непреодолимое желание хлопнуть дверью погромче и набить кому-нибудь морду. Ближе всего был Второй, но именно с ним-то подраться не было никакой возможности. Не бить же по физиономии себя самого в надежде, что дух тоже все на себе прочувствует?
   Найти Ллаалама Дредила оказалось проще не только в теории, но и на практике - означенный мер обретался в приёмной герцога. Правда, с получением сведений от него вышло не так гладко - кэна Дредил отвечать на вопросы по существу не торопился и всячески демонстрировал крайнюю занятость и озабоченность, явно на что-то намекая. Но альтмер после посещения часовни Имперского культа был не в настроении выяснять окольными путями, чего понадобилось хитрожопому данмеру. В итоге он плюнул и отправился в Вивек, искать разведчицу. В голове у него при этом крутились давние слова Кая насчёт Элон, облазившей "почти весь этот даэдра драный остров" и могущей рассказать "много полезного". Но, как он успел понять из бесед с самой редгардкой, больше всего она могла рассказать о Западном Нагорье. А этого могло оказаться недостаточно. К тому же для того, чтобы просто поговорить с Элон, нужно было тащиться в Сейда Нин. А Вивек - вот он, посреди залива Норвейн...
   Однако в "Эльфийских Народах" Наласы Саротрен не оказалось. Трактирщица на вопрос Элемара только пожала плечами и сообщила, что Наласа может вернуться и нынешним вечером, и через месяц. И она не имеет ни малейшего представления, куда та направилась в этот раз. Делать было нечего, пришлось возвращаться в Эбенгард. Возможно, в этот раз Дредил соизволит прямо сказать, что ему нужно...
  

***

   Когда Элемар узнал, на руке какого такого тёмного эльфа находится Кольцо Ветра, он едва не плюнул на эту затею. Вот только отступать, к сожалению, было уже поздно.
   С какой организацией может быть связан данмер, носящий фамилию Дрен? Практически любой, кто живёт на Вварденфелле, ответил бы на этот вопрос предельно однозначно. Особенно, если бы узнал, что этот данмер занимается контрабандой и, при случае, не брезгует работорговлей... Кольценосца из пещеры Намму - Ллаалам Дредил на основе невнятных видений Лалатии Вариан пришёл к выводу, что под имеющееся описание подходит именно она, а всё же отыскавшаяся Наласа Саротрен подтвердила его слова - звали Гальмис Дрен. Это Элемар узнал, подслушивая разговоры рядовых контрабандистов. Не то, чтобы эти разговоры были очень уж интересны или содержательны... но у альтмера был Амулет Теней и тренированное терпение. Так что кое-какую полезную информацию он получил. В том числе и объяснение словам Оракула насчёт "тени братьев на его челе" - Элемар не брался судить, был ли герцог Ведам Дрен действительно "светлым", но то, что он успел выяснить о его младшем братце Орвасе... при том, что имя главаря Камонны Тонг старались особенно не трепать, слава у него была ну очень нехорошая. А Гальмис Дрен, судя по всему, поддерживал именно младшего из братьев Дрен. А пещера Намму, соответственно, была не просто базой для очередной шайки контрабандистов, а одним из перевалочных пунктов Камонны Тонг...
   Одного этого могло хватить, чтобы впасть в уныние. И все равно, всю глубину попадалова он осознал только когда, скрытый чарами амулета, взлетел с помощью зелья на верхнюю площадку и услышал часть беседы:
   - ...ваш уважаемый родич заключил договор... - негромко вещал по-данмерски кто-то неизвестный, наглухо закутанный в плащ с капюшоном.
   Мало того, помимо капюшона, его лицо скрывал хитиновый шлем-маска, а кисти рук - тонкие кожаные перчатки. Сказать, к какому народу он относится, было решительно невозможно: незнакомец - или незнакомка, поскольку пол тоже не определялся - говорил тихо, а хриплый, точно сорванный, голос мог принадлежать, как мужчине, так и женщине. Двигался он - или все же она? - скованно и как будто неохотно, явно стараясь совершать минимум движений. Гальмис Дрен был откровенно недоволен и беседой явно тяготился, хотя сказать что-либо по его лицу так же не представлялось возможным - как и его собеседник, он носил закрытый шлем, но не дешёвый хитиновый, а двемерский. Но очень уж заметно - Элемару казалось, что делает он это почти демонстративно - он старался держаться от собеседника на расстоянии. Словно опасался нападения...
   - Я и не отказываюсь от принятых обязательств. Если уж серджо Орвас Дрен счёл приемлемым иметь дело с Врагом и его слугами... Короче, куда и по сколько?
   - Решайте сами... мутсэра Дрен. Ретрансляторы... точнее, вот эти милые статуэтки, - неизвестный погладил крышку одного из ящиков, - следует распределить по...
   Дальше Элемар не расслышал, поскольку время действия зелья левитации подходило к концу и нужно было срочно озаботиться площадкой для приземления. В противном случае лететь вниз пришлось бы долго, а амулет с чарами замедления падения по-прежнему оставался у Кая Косадеса. Да ещё и Второй неожиданно пришёл в какое-то нездоровое возбуждение... так что альтмер, укрывшись в крошечном закутке среди урн и ящиков, увидел только, как неизвестный исчез во вспышке заклинания. А оставшийся в одиночестве Гальмис Дрен со звериным рычанием саданул кулаком по деревянному столбу и пробормотал:
   - Что н'вахи, что эти... Тьфу! Эх, Орвас...
   Кто такие "эти", Элемар тогда не понял, в отличие от резко помрачневшего Второго. Но поинтересоваться резкой сменой настроения у "соседа по черепу" он не успел - данмер вдруг повернул голову и проорал:
   - Эй, черномазый! Тащи сюда свою вонючую задницу! Живо!
   Развязал плетёный узорчатый пояс и, обмотав его конец вокруг кисти, пару раз резко взмахнул им, точно плетью. Прислушался к хлопкам и удовлетворённо похмыкал.
   Второй грязно выругался. Смотреть, как один... разумный, срывая злость, измывается над другим, у духа явно не было ни малейшего желания. У Элемара, впрочем, тоже, но он отреагировать не успел - Второй резко оттеснил его "внутрь", таким же движением, как и данмер минутой ранее, сдёрнул с талии пояс Стендарран и, в несколько шагов оказавшись рядом с ним, захлестнул поясом виднеющуюся из-под шлема шею.
   Гальмис Дрен, хоть и не ожидал нападения, все же успел отреагировать: выхватил кинжал и извернулся в затягивающейся петле так, словно в его скелете недоставало половины костей - ровно тех, что сейчас были бы лишними, мешая изогнуться самым немыслимым образом. Что, разумеется, было не так. Просто чары на Кольце Ветра, блеснувшем на его руке синими искрами, придавали владельцу кольца поистине необычайную ловкость, повышая его собственные способности в разы.
   Однако судьба - или боги, которым он давно забыл, как молиться - была явно на стороне Элемара: хитиновый кинжал бессильно чиркнул по нагруднику и застрял в просмолённом шве между двумя костяными пластинами. На то, чтобы высвободить его и попытаться ударить снова, данмеру уже не хватило сил. Несколько минут отчаянной борьбы... и Второй медленно опустил обмякшее тело на деревянный настил площадки. Выронил пояс, закрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул-выдохнул - резко, со свистом втягивая воздух сквозь стиснутые зубы...
   - Прошу простить, - прозвучал рядом чей-то голос, - мне крайне неловко... но у вас не найдётся лишнего свитка с заклинанием Божественного вмешательства?
   Голос был мужским и довольно приятным, но альтмер все равно напрягся. Как и мгновенно распахнувший глаза Второй.
   В нескольких шагах от них - на расстоянии, достаточном для того, чтобы не опасаться неожиданного удара, но не настолько большом, чтобы для разговора нужно было повышать голос - стоял редгард. Из одежды на нем были только заношенные простые штаны да пара перчаток из тонкой кожи, а красивое выразительное лицо "украшали" разбитая губа и заплывший глаз - но даже в таком непрезентабельном виде он почему-то вызывал симпатию.
   - Да, конечно, есть, - кивнул Второй, и альтмер понял, что странное очарование действует и на духа тоже.
   Не то чтобы ему было жалко свиток - Лалатия вручила таких даже два, словно предчувствовала, что они ему пригодятся. Хотя она же Оракул... наверняка предчувствовала. Просто такая внезапная симпатия к только что встреченному незнакомцу была... настораживающей. Но видимо, какие-то остатки осторожности у духа сохранились, потому что в сумку за свитком Второй полез, изо всех сил стараясь не терять подозрительного редгарда из виду, так что у альтмера была неплохая возможность понаблюдать за ним. Пусть и с неудобного ракурса.
   - Да, - спохватился Второй, перебирая свитки, - ты вообще кто такой?
   - Я? - Элемар заметил мимолётное изумление, мелькнувшее на лице редгарда. - Я Йон. Йон Лоточник. Торговец... и мирянин Имперского Культа.
   Второй на миг удивлённо уставился на него. Элемар тоже - не то, чтобы они знали всех мирских служителей при культе, но такого колоритного персонажа оба бы запомнили. Хотя он мог быть из новичков...
   - А как ты оказался здесь, Йон Лоточник? - Второй нашёл нужный свиток и теперь пытался аккуратно его вытащить.
   - Как-как, - Йон пожал могучими плечами. - Я же лоточник. У меня весь товар в коробке унести можно. В большой, правда, коробке... Или в заплечном мешке. С ним и ходил... эх. В этот раз собирался торговать с Эрабенимсун - прослышал, что они откочевали к долине Сунна Гурадан. Переправился из Тель Аруна на побережье. Тут-то меня и поймали. Телохранителя моего сразу окружили, а я укрылся в этой пещере. А тут... Гальмис Дрен, даром что боевой маг, просто засветил мне кулаком в глаз, - он криво, невесело ухмыльнулся и осторожно потрогал опухшие темно-фиолетовые веки.
   - Ясно. Держи, - Второй протянул Йону свиток.
   Тот благодарно кивнул и, неожиданно стянув с рук перчатки, протянул их опешившему Второму:
   - Возьми. Они тебе могут пригодиться.
   - Да ладно...
   - Возьми-возьми. Это меньшее, чем я могу отплатить тебе за помощь. Если бы не твоё появление, меня не сегодня-завтра продали бы в рабство.
   Второй, видимо, решил не спорить. Йон улыбнулся и развернул свиток:
   - Да благословят вас боги, - вдруг проговорил он. - Обоих.
   И исчез. Просто исчез. Без обычной, как это называл Второй, "светомузыки"...
   "Что-то мне подсказывает, что он не ключ к заклинанию произносил", - нервно проговорил Элемар.
   - Ты не поверишь, - так же нервно хохотнул Второй, - но мне тоже. Ладно, раз уж так вышло, давай поглядим, что можно отсюда упереть такого, чтобы не попасться на перепродаже...
   Час спустя верная заплечная сумка раздулась от уложенных в неё свитков, книг, камней душ и зачарованных побрякушек. Оружие и амуницию пришлось разделить на несколько частей - утащить все за один раз не представлялось возможным - и перепрятать. Возвращаться было опасно. Да и сбывать трофеи следовало постепенно и с оглядкой: на территории Телванни продать, конечно, можно было всё, что угодно, но Гальмиса Дрена в той же Садрит Море знали - альтмер припомнил, что, навещая Улени Хелеран, неоднократно слышал это имя. Чаще в "Дыре Фары", куда он заходил за знаменитыми пирожками, но посетители Привратного тоже его упоминали. Элемара там знали тоже. Так что соваться с трофеями в Садрит Мору было небезопасно. Впрочем, кое-что продать, не привлекая внимания можно было и там...
   Однако, даже разобравшись с добычей, дух не спешил покинуть пещеру. Вместо этого он обратил внимание на пепельные статуи. Благо этого добра обнаружилось целых два ящика. Дух отчего-то твёрдо решил разобраться с назначением пепельных статуй. И что-то эти штуки действительно транслировали: легкомысленно схватившись за одну из таких статуй - точнее, небольших, меньше локтя в высоту, уродливых статуэток из серо-красного туфа - они оба были наказаны за неосторожность низким гулом в ушах, от которого немедленно разболелась голова, и замелькавшими не то перед глазами, не то под черепом невнятными картинками в уже знакомых багровых тонах.
   - Вот скажи мне, - Второй ощерился, с усилием отламывая кузнечными клещами головку очередной статуе. - Что ты знаешь о ретрансляторах? В первую очередь, магических?
   "Что они есть", - буркнул Элемар.
   Не признаваться же, что это слово он впервые услышал несколько часов назад? Да и занятие Второго ему откровенно не нравилось.
   А тот отложил клещи, перехватил поудобнее замотанную в какую-то тряпку статуэтку - убедившись, что голыми руками хватать эти вещи не стоит, он озаботился мерами безопасности - и уставился на слом.
   - Странно, - пробормотал он, вертя её из стороны в сторону.
   И вдруг, размахнувшись, ахнул её об пол пещеры. Мягкий туф такого обращения, разумеется, не выдержал. А Второй, отбросив тряпку на ящик с оставшимися статуэтками, присел на корточки и принялся копаться в обломках чьим-то кинжалом.
   - Никаких полостей, никаких кристаллов... ни-че-го, - заключил он, уронив кинжал на обломки. - Ну и как тогда она работает? Следов чар на ней ты не увидел, а я и подавно не знаю, на что обращать внимание...
   Помедлив, он сдёрнул с ящика тряпку и, обмотав её вокруг пальцев, принялся рассматривать отколотую головку статуэтки.
   - Ну, что ж ты страшная такая, - нараспев пробормотал он, поворачивая её то так, то этак, - ты такая страшная...
   Пироповые(52) глазёнки статуэтки тускло отблёскивали в свете факела. Словно помаргивали... Второй глубоко вздохнул и... переложил отколотую головку в другую руку. Элемар в ужасе рванулся "наружу"...
   Ничего не случилось.
   - Хм, не работает, - протянул Второй.
   Снова повертел в руках головку статуэтки.
   - Как думаешь, стоит выковырять камушки? - поинтересовался он. - Мелкие, конечно, но... Или ну их на хуй?
   "На хуй, - твёрдо ответил Элемар. - Нам и без них хватит добра на продажу".
   - Пожалуй, ты прав. Да и мало ли... Раз уж мы так и не поняли, как эти штуковины работают, лучше не связываться.
   "Именно, - проворчал Элемар. - Ты мне лучше вот что скажи - откуда ты знаешь, как нужно обращаться с незнакомыми артефактами?"
   - Ниоткуда, - буркнул в ответ дух. - Я просто вспомнил технику безопасности при нахождении подозрительных предметов. Там... взрывчатку даже в детские игрушки засовывали. Взрывчатка, отрав... яды, в общем. Или ради... э-э... смертельное излучение... - он осёкся и уставился на ящик со статуэтками.
   - Излучение... ретрансляторы... - очень медленно проговорил Второй. - А ведь эти штуки из вулканической породы... Бля-а...
   Дух торопливо прикрыл ящик снятой ранее крышкой и попятился. А Элемар порадовался, что находится "внутри" - это очень сильно помогало не запаниковать.
   - Излучение, - повторил Второй, отойдя на показавшееся ему безопасным расстояние. - Только не убивающее, а... хм... Ладно, - помолчав, встряхнулся он, - что могли, мы уже отобрали, задерживаться здесь больше не только бессмысленно, но и опасно...
   "Рад, что ты об этом наконец вспомнил", - ядовито прошипел Элемар.
   - ...короче, валим. А об этих фиговинах я подумаю позже. Есть у меня кое-какие соображения...
  
   Глава 30. Семейные ценности Редасов
   Привязанная к поясу тушка фуражира квама при каждом шаге чувствительно наподдавала под зад, рядом сосредоточенно пыхтел Ашу-Дан - молодой эшлендер из племени Коштабаби - а за спиной все ближе звучало возбужденное стрекотание пары нагоняющих никс-гончих. И то, что эти никс-гончие были не дикими, а прирученными, настроения ничуть не улучшало. И не мешало Элемару мысленно проклинать тот час, когда он имел глупость согласиться на эту авантюру. А несомненная польза от нее казалась несущественной мелочью...
   Ашу-Дан чуть вырвался вперед и махнул рукой, привлекая внимание. А потом указал вперед - оказывается, скальный выступ с плоской, как стол, вершиной, бывший целью забега, был уже довольно близко. Забраться на него - и они спасены.
   Стрекотание гончей раздалось, как показалось, у самой задницы. Элемар резко выдохнул, чудом не сбив дыхание, и поднажал, обогнав так же припустившего быстрее собрата по несчастью.
   Добежав до скального выступа, альтмер торопливо вскарабкался на него и тут же плюхнулся на живот, втаскивая наверх подбежавшего эшлендера, благо, по условиям забега, помогать друг другу не возбранялось. После чего, со стоном облегчения вытянулся, уронив голову на скрещенные руки. Рядом выброшенной на берег медузой распластался Ашу-Дан.
   - Осу'н аради'ат(53), - чуть отдышавшись, пробубнил эшлендер.
   Сегодняшний забег был своего рода экзаменом для обоих. В предыдущие дни бегать приходилось и просто так и под градом стрел - учебных, со специальными смоляными нашлепками вместо наконечников, к тому же пускаемых не в полную силу. К слову, попытки подростков поизгаляться над н'вахом были немедленно пресечены старшими членами племени. Да, собственно, и попытки эти были символические - маленький клан Коштабаби, кочевавший к югу от Молаг Мара, давно научился извлекать выгоду из эпизодического общения с чужеземцами. Другом Племени Элемара, конечно, не назвали, но жилось среди эшлендеров ему, как временному ученику Ашшурдана Сердимапала, вполне комфортно, несмотря на "зверские" методы обучения последнего. Стрелы ладно, тем более Ашшурдан под обстрелом бегал практически наравне с ними, подсказывая обоим, как правильно дышать, чтобы не задыхаться и не сбивать дыхание при резких поворотах и уклонениях. Но привязать к заднице родного сына приманку - тушку фуражира квама - и спустить на него не кормленных с утра никс-гончих... С другой стороны, вряд ли он это сделал бы, не будь он уверен в том, что Ашу-Дан способен от них удрать.
   Вспомнив о тушке, Элемар завозился, нащупывая узел на поясе. Испытание пройдено - хорошо ли, плохо ли - так что необходимости таскать на жопе бешеного червяка, пусть и дохлого, больше нет. Рядом зашевелился занятый тем же Ашу-Дан. Крутившиеся вокруг скалы никсы, получив вожделенную приманку, сначала сердито застрекотали друг на друга, приняв угрожающие позы, но почти сразу же занялись каждая доставшейся ей тушкой.
   - Лакор осу'н дева'рокадан?(54) - вяло поинтересовался Элемар, наблюдая за кормящимися никсами.
   Сиродиильским Ашу-Дан почти не владел, в отличие от отца или Йакума Хайршашиши из Пелагиада, поэтому общаться с ним приходилось исключительно по-данмерски. И не только с ним - худо-бедно объясниться "на старый эльф" можно было практически с любым из клана, но вот вести более-менее содержательную беседу получалось только на данмерисе. Впрочем, для Элемара это проблемой не было - данмерским он, как оказалось, владел достаточно свободно, к тому же, в какой-то момент он обнаружил, что общаться с эшлендерами по-данмерски ему... комфортнее, чем на общем. Словно он говорил на слегка подзабытом, но родном языке. Еще одно открытие в копилку странностей, которые Второй связывал с его предполагаемым нереваринством...
   - Ата каптун асу'л... нейба'ри, - так же вяло отозвался Ашу-Дан. - Осу'н хильетар(55)...
   - Осу'н хилье'ан(56), - вздохнул Элемар, укладываясь поудобнее.
   Не столько заметив, сколько почувствовав, как напрягся Ашу-Дан, он вновь поднял голову - со стороны лагеря неторопливо шел Ашшурдан Сердимапал. По его лицу сложно было что-либо понять, так что Элемар на всякий случай тоже приготовился к разносу, которого, похоже, ожидал Ашу-Дан.
   - Ба'р маэб сут н'вах, - сообщил Элемару Ашшурдан, взобравшись на скальный выступ. - Фут эн сут ба'р н'вах(57).
   Ашу-Дан слегка сжался под строгим взглядом отца.
   - Джули, - помолчав, проговорил тот. - Ней, джулекил, джули(58).
   И улыбнулся, хлопнув просиявшего сына по плечу:
   - Дева'рока г'ер тос. Асу'н, - он кивнул на присосавшихся к приманке никс-гончих, - ба'р мугад'ат оху'л хидж(59).
   Вечером у Элемара состоялся разговор с Ашшурданом.
   - Мы договаривались о пяти днях. Пять дней я учил тебя правильно двигаться и правильно дышать, - размеренно говорил эшлендер. - Это не все, что тебе нужно уметь, но это все, о чем между нами был уговор. Так?
   - Да.
   - Что ты будешь делать завтра? Пойдешь в тот кард'рун на краю долины? - поинтересовался он, имея в виду родовую гробницу Редасов.
   - Завтра - нет, - покачал головой Элемар. - Завтра я дам отдых телу. А вот послезавтра - да, пойду. Меня послали за тремя вещами, а я сумел достать только две... так что, хочу я того или нет, придется лезть за третьей.
   - Тебя послали за смертью, глупый салиачи, - покачал головой Ашшурдан.
   - Я знаю, - кивнул Элемар. - Из бассейна не выбраться незаметно. Даже если я спрячусь под заклятием невидимости, мокрые следы все равно выдадут меня...
   - Я не о том, - прервал его эшлендер. - Тот, кто послал тебя, желал тебе смерти.
   - А... об этом я тоже догадался, - снова кивнул Элемар. - Но я намерен не доставить своим врагам этого удовольствия.
   - Да хранят тебя Предки. Надеюсь, ты выживешь и придешь к нам снова, чтобы я мог тебя еще чему-то научить, - Ашшурдан хлопнул альтмера по колену и ушел.
   А Элемар еще какое-то время сидел у почти погасшего костра, прокручивая в голове только что состоявшийся разговор и события последних дней. Думать о том, как он будет справляться с трудностями, ожидающими его в кард'руне Редасов, не хотелось. К тому же в голову настырно лезли воспоминания о том, что происходило после возвращения в Эбенгард с добытым Кольцом Ветра...
   Тогда, предъявив Кольцо, Элемар без всякой задней мысли рассказал о встрече со странным торговцем по прозвищу Йон Лоточник. И показал полученные от него перчатки. На вид, кстати, самые обычные, ничем не украшенные перчатки из тонкой кожи... но они были зачарованы, причем чары на них были удивительно мощные и практически противоположные друг другу: с помощью правой перчатки можно было привлечь кого-то и очаровать его, а вот чары на левой, напротив, служили для отпугивания.
   Каково же было его удивление, когда Лалатия Вариан, едва коснувшись одной из перчаток, громко ахнула и потеряла сознание. Перепугавшийся альтмер едва успел подхватить её, не давая расшибиться о каменный пол, и позвать на помощь. Впрочем, Лалатия пришла в себя почти сразу - они с подскочившим на возглас Кайе только успели отнести её к ближайшей скамье. Перчатки она наказала хранить и беречь - дарителем, по её словам оказался не кто иной, как Зенитар, один из Девяти. Редгарда же, прозванного Лоточником, среди служителей Имперского Культа никогда не было...
   Услышав это, Элемар просто сбежал из часовни - подальше от впавшего в религиозный экстаз Кайе - и ещё два дня после того ходил пришибленным. В пользу правдивости высказанной Лалатией версии говорило то, что этот Йон, кем бы он ни был, явно знал, что их на самом деле двое, и то, что исчез он из Намму явно не с помощью заклинания, как это сделал неизвестный культист Шестого Дома за некоторое время до того. Против этой версии было то, что ни Элемар, ни Второй не могли себе представить, чтобы аэдра, один из Девяти, позволил кому-то вроде Гальмиса Дрена подбить себе глаз, да так, чтобы фингал расплылся на полфизиономии... и это если не вспоминать, что Дрен перед смертью явно намеревался этого Йона выпороть. Выпороть. Зенитара. В голове такое просто не укладывалось...
   Что, впрочем, совершенно не помешало ему выполнить просьбу Фарал Ретеран отыскать некоего Ротиса Нетана и убедить его явиться на "поединок чести" с дворянином из Хлаалу, неким Бретасом Дерасом. Выяснив подробности, Элемар немедленно обозлился, изготовившись тащить дреморова труса, послужившего источником сплетен о редоранцах, из-за которых ему пришлось запугивать Мерила Хлаано, на Арену за шиворот. Ротис Нетан, к счастью для себя, верно оценил настрой явившегося за ним альтмера и согласился, клятвенно пообещав, что явится на поединок, если Элемар принесёт ему пояс с целительными зельями. Правила поединков этого не запрещали, а без зелий горе-дуэлянт отказывался не то что приближаться к Арене, но даже выходить за порог клуба "Золотые Цветы", к вящему неудовольствию его хозяйки и завсегдатаев, дружно считающих, что он позорит своим поведением Дом Редоран...
   Обещание своё Ротис Нетан выполнил и на "поединок чести" в назначенное время явился, но Второй, видя, как он деревянно шагает навстречу противнику, обречённо вздохнул:
   "Пиздец котёнку".
   И оказался прав. Впрочем, с точки зрения Элемара, такой исход легко можно было предугадать ещё при первой встрече с Нетаном, когда тот орал на весь зал таверны "Золотые Цветы", что Бретас Дерас - известный на весь Вивек бретёр и с лёгкостью изрубит его в капусту... И все же было неприятно осознавать, что сам приволок кого-то на верную смерть. Пусть и не за шиворот, как поначалу собирался, но тем не менее... К счастью, Фарал заранее дала понять, что её устроит любой исход поединка, лишь бы он вообще состоялся.
   Вестей от Кая по-прежнему не было, в Альд'Рун Элемара тоже никто не вызывал, а у Лалатии Вариан, по выражению Второго, "сломался внутренний глаз". По его же предположению - после рассказа о встрече с якобы Зенитаром. Распродавать оставшиеся трофеи из Намму пока было небезопасно - свитки и зачарованные драгоценности осели в Садрит Море и в Молаг Маре, остальное было надёжно спрятано. Да и появляться в окрестностях пещеры не стоило. Книги Элемар оставил у Гилдан, когда заезжал в Альд'Рун передать Тувесо Белет деньги, полученные от Гираса Индарама - оказавшись в Молаг Маре, он вспомнил о её просьбе. Заметок на страницах они теперь не делали, и Элемар, передавая Гилдан тяжёлые фолианты, с трудом удерживался от злорадной ухмылки, представляя, как она будет искать в них то, чего там нет. Кольцо Ветра, кстати, тоже осталось у Элемара и что с этим делать он пока не знал. С одной стороны, продавать его было бы верхом глупости: даже если не брать в расчёт уникальное зачарование, вещь была весьма узнаваемой. И семейка Дрен в лице Орваса очень быстро выяснила бы личность продавца. По этой же причине Второй крайне не рекомендовал носить его открыто. С другой стороны, оставлять его на хранение той же Гилдан... Клинки с Камонной Тонг, конечно, не сотрудничали, но Элемар уже давно убедился, что всецело полагаться на них не стоит. Да, сейчас он им нужен, но, как только нужда в нем отпадёт или потенциальный - только потенциальный - вред от его существования перевесит выгоду... как однажды высказался на эту тему Второй, "все, что вы скажете, может быть использовано против вас". И непременно будет использовано. В результате Кольцо Ветра оказалось на том же шнурке, что и Кольцо Учителя: всегда под рукой, точнее, на шее, и никто не видит - раздевался Элемар только в купальнях. Правда, чтобы воспользоваться наложенными чарами, кольцо все же следовало надеть как положено, но это альтмера не слишком беспокоило. Хотя, если так пойдёт и дальше, он станет похож на эшлендерскую шаманку, увешанную сотней разнообразных висюлек...
   Он уже нацелился, пользуясь неожиданной свободой, поискать Тукушапал - ту самую гробницу, о которой услышал от пьяного норда. Не то чтобы он собирался её грабить... просто было любопытно. Хотя отказываться от добычи, если там вдруг найдется что-нибудь интересное, он был не намерен. Однако, едва он вернулся в Вивек, его нашёл курьер от Фарал Ретеран. Нужно было изъять из кард'руна Редасов ценности, завещанные Дому Редоран последним из рода...
   О том, что гробница Редасов подозрительно похожа на довольно грамотно устроенную ловушку, он догадался. Не без помощи Второго, разумеется. Дух просто последовательно сложил всё, что им было известно. Дошли они до этого, понятное дело, не сразу. Мантию и кубок Редасов удалось забрать почти сразу, а вот попыток изъять топор - последний указанный в завещании предмет - они предприняли не меньше полудесятка, прежде чем невозможность это сделать стала очевидной. И нет, в отличие от кард'руна Андрано дело было не в духах покойных членов рода. За все время, что Элемар провел в кард'руне, он не увидел никого. Как и Второй. Возможно, дело было в том, что они ещё в первое посещение озаботились оставить "дар вежливости" - один из свитков с целительскими чарами - и откровенно сообщили о цели визита и его причинах. "Сердцем", как в своё время советовал Ллевул Андрано. Неизвестно, услышал ли их кто-нибудь или нет, но ни одного покойного Редаса в кард'руне они так и не встретили. А с даэдра договариваться было бессмысленно - даже вполне разумные дремора предпочитали сразу атаковать, а не разговаривать.
   Главным препятствием стал резервуар с водой, сделанный явно намеренно. Преодолеть его незаметно - а именно незаметность была главным преимуществом Элемара - не было никакой возможности. Осушить тоже - никаких признаков устройств, позволяющих быстро слить из резервуара воду, чтобы получить доступ в дальние помещения гробницы, он не нашёл. Сливные отверстия, конечно имелись, но находились они на четыре локтя выше дна, служа исключительно для того, чтобы вода в резервуаре не застаивалась и, вероятно, не поднималась выше определённого уровня. Можно было запастись зельями водного дыхания, можно было изловчиться и вынырнуть из воды без всплеска, заблаговременно прикрывшись маскировочными чарами... но оставалась проблема следов - даже не видя Элемара, стерегущие топор дремора неизменно обращали внимание на лужу воды, растекающуюся вокруг, казалось бы, пустого места. Идиотами рогатые не были и о том, что это значит, догадались быстро...
   Тогда-то Второй, обдумав все как следует, и пришёл к выводу, что это ловушка: мантия и кубок, нашедшиеся очень быстро, наверняка должны были стать приманкой, внушающей ложное ощущение лёгкости поручения. А вот третья реликвия рода, по вероятному замыслу тех, кто это устроил, укрывалась так, чтобы тот, кто попытается до неё добраться, так или иначе погиб... Кто мог такое устроить? Только тот, у кого есть безопасный доступ. А есть такой доступ только у членов рода. Единственным же живущим ныне членом рода Редасов является некто Нидрайн - протеже и телохранитель... Болвина Венима, Архимастера дома Редоран. А Болвин Веним, ненавидит н'вахов. И Атина Сарети, который некоторым из этих н'вахов покровительствует... не без оснований опасаясь растущего влияния последнего внутри Дома и того, что Совету Дома в какой-то момент надоест терпеть его, Болвина Венима, выкрутасы... А главный претендент на его место кто? Правильно, все тот же Атин Сарети, именуемый "Надеждой Редорана". А тут словно по заказу - н'вах-альтмер, да ещё и явный любимчик Сарети: взлетает в иерархии Дома Редоран, словно вымоченный в зелье левитации...
   Не утешало даже то, что Второй предупреждал об этом ещё тогда, когда Элемару только-только присвоили звание Законника Дома. В том, что Атин Сарети по какой-то причине вознамерился поднять его как можно выше - и как можно быстрее - дух не сомневался. Как и в том, что кому-то это наверняка придётся не по нутру...
   В кард'руне Редасов Элемар был ещё до рассвета. Неторопливо поставил пометку, разделся, оставив только брэ, амулет Теней и пояс с зельями и ножнами с танто - попытки плавать в броне пришлось признать одним из способов изощрённого самоубийства. Надел Кольцо Ветра - ловкость ему понадобится - и взял меч. Новый, подаренный Тувесо Белет в благодарность за взысканный с Гираса Индарама долг. Учитывая, что стоимость меча - стеклянного, с чарами заморозки - превышала этот самый долг почти вдесятеро, Элемар подозревал, что даритель - совсем не Тувесо... Впрочем, отказываться от подарка было бы глупо, чьим бы он на самом деле ни был. Сам он, конечно, предпочёл бы "чистый" клинок или с уже привычными парализующими чарами, но тут уж, как говорится, дарёному гуару в пасть не заглядывают.
   Выбраться из бассейна получилось легко - дремора, карауливший возле него, стоял спиной, а сам Элемар, проплывая через затопленный коридор, ненадолго задержался, переводя дыхание и накладывая маскировочные чары - коридор, как он выяснил ещё раньше, был затоплен не полностью и в верхней его части оставался небольшой воздушный карман. Самым сложным оказалось, как он и предполагал, вынырнуть без всплеска, который неизбежно привлёк бы внимание стража гробницы. Бесшумно проплыв до верхних ступеней лестницы, Элемар едва не ползком на животе выбрался из воды, осторожно вынул из ножен танто - длинный меч для задуманного не годился и его пришлось оставить на ступенях - и плавно выпрямился. Времени у него было достаточно, чтобы не торопиться, главное было - не шуметь. Мелькнула мысль, что без Кольца Ветра такой плавности движений у него никогда бы не получилось, но он её отогнал - не время отвлекаться.
   Тело дреморы с грохотом рухнуло на пол - даже вздумай Элемар пытаться его удержать, ничего бы не вышло: рогатый был гораздо массивнее сухощавого альтмера даже без доспехов. Его сородич, выскочивший на шум, в несколько шагов оказался рядом с краем бассейна, но Элемар не стал его дожидаться и, не заботясь о скрытности, нырнул обратно. Преследования он не опасался - по какой-то только им ведомой причине дремора никогда не заходили в воду.
   Вторую попытку он предпринял несколько часов спустя, рассчитывая на то, что рогатому надоест караулить. Расчёт оказался отчасти верен - дремора действительно не торчал у лестницы. Но и далеко не отошёл, расположившись в нескольких шагах далее - так, чтобы его нельзя было достать, не выходя из воды. И, в отличие от сородича, стоял к лестнице лицом. Оценив обстановку, Элемар так же осторожно нырнул обратно - подкрасться к нему, даже под чарами, было невозможно. А драться с тяжеловооруженным бойцом в открытую, будучи экипированным исключительно в брэ и пояс с зельями - самоубийственно.
   Прикончить оставшегося стража получилось только с четвертой попытки, когда дремора, видимо, устал стоять столбом и начал прохаживаться. Сначала вдоль коридора, а затем и выходя из него. Пользуясь его отлучками, Элемар сперва выбрался из бассейна - благо, после его стремительной ретирады пол коридора на пару локтей от края оказался залит водой, и натёкшая с альтмера лужа была не видна - а затем постепенно, держась вдоль стены слева, пробрался к входу в очередной, как позднее стало понятно - последний, зал. На пороге которого и снёс дреморе голову, чудом не угробив при этом меч: привычка сражаться более коротким клинком, ещё не успевшая себя изжить, сыграла с ним злую шутку.
   Второй всё это время отмалчивался, подав голос лишь однажды, чтобы напомнить о необходимости обновить маскировку - спрятаться в небольшом коридоре, чтобы это сделать незаметно, было негде, поэтому на духа была возложена задача следить за временем. И за состоянием чар на амулете - обновление маскировки было очень затратным, а имевшиеся у Элемара заполненные камни душ кончились перед третьим "заплывом"...
   Дальше все было просто - неприятная, но сулящая немалую - целых пятьдесят золотых - прибыль процедура вырезания сердец у убитых дремор, Возврат в погребальный зал перед бассейном, чтобы одеться и собрать вещи. Топор Редаса отправился в сумку с остальными семейными реликвиями. Затем заклинание Божественного Вмешательства и визит к Синнолиану Тунифусу, с радостью выкупившему дорогостоящие ингредиенты. Ещё одно Вмешательство, но уже Альмсиви, перенесло Элемара из Эбенгарда к подножию Храма Трибунала в Вивеке. А там уже было недолгое и неспешное путешествие на легкой хитиновой лодке к кантону Дома Редоран и купальня, в которой он задержался надолго. Не столько ради того, чтобы отмыться от грязи - не после многократных заплывов в бассейне кард'руна Редасов - сколько для того, чтобы смыть усталость и хотя бы немного взбодриться, чему, как он давно убедился на собственном опыте, отлично способствовали умелые руки банщиков, за щедрое вознаграждение способных поднять на ноги кого угодно...
   А в сокровищнице Дома Элемара ждало очередное письмо - Неминда требовала срочно вернуться в Альд'Рун...
  
   Глава 31. Спасение рядового Сарети
   Едва Элемар явился в Альд'Рун, Неминда едва не пинками погнала его в поместье Сарети, вводя в курс дела буквально на бегу. Оказалось, что, пока альтмер плескался в бассейне кард'руна Редасов и бегал с никс-гончими наперегонки, Альд'Рун трясло и лихорадило. В особенности Альд'Рун-под-Скаром, где располагались поместья советников Дома Редоран. И началось это с того, что кто-то нашёл тело Бралена Карварена. Бедняга, по словам Неминды, был убит с особой жестокостью, но в подробности она не вдавалась - времени не было. Хотя содрогнулась она, говоря об этом, достаточно красноречиво. Второй тут же заикнулся о том, что было бы неплохо самим увидеть тело, но... просьбу об этом пришлось отложить - Неминде было явно не до того.
   И ладно бы убийство - это само по себе не было ничем хорошим, хотя Бралена Карварена Элемар не знал. Но кто-то растрепал, что незадолго до того беднягу видели в компании Варвура Сарети, сына советника. С одной стороны, казалось бы, ничего удивительного - Брален считался лучшим другом Варвура и часто позировал тому для его картин. С другой - после этого Бралена никто живым уже не видел. А Варвур, по слухам, вёл себя как-то странно...
   Об увлечении Варвура Сарети живописью Элемар знал - в конце концов, для изображения портрета Ллотиса Селвило, второго, по мнению духа, подопечного Кая Косадеса, они воспользовались рисовальными принадлежностями, принадлежащими именно Варвуру. Да и после, пару раз они встречались лично. Не приятельствовали, нет - у сына советника и у Кровника Дома, пусть и протеже того же советника, общего было немного - но общались. В основном, на тему рисования, конечно - парнишка был увлечён всерьёз, более того, при рисовании портретов и пейзажей придерживался "западного", сиродиильского стиля, отличавшегося большей реалистичностью в сравнении с морровиндским, и мечтал стать учеником какого-нибудь известного художника. Представить его убийцей у Элемара не получалось, но Второй был настроен более скептически, пробормотав, что иной раз подобные мальчики-одуванчики такое отмачивают, что только диву даёшься. И повторил, что неплохо было бы самим осмотреть тело убитого... но кто им даст?
   Узнав об этих обвинениях, советник Сарети запер сына в поместье, опасаясь самосуда: Бралена многие любили и заподозренному - только заподозренному! - в его гибели Варвуру грозила нешуточная опасность. Советник, по словам Неминды, очень рассчитывал на помощь Кровника "Суротано" в предполагаемом расследовании... но того так не вовремя услали куда-то к дреморам на рога. А сегодня утром, примерно за час до приезда Элемара, в поместье Сарети явился сам Архимастер Дома Редоран Болвин Веним и поместил Варвура под стражу... в собственном поместье. Причём сделано это было довольно камерно, и о том, что сын советника находится в руках Архимастера Дома Редоран, было известно очень немногим.
   - То есть, доказательств причастности Варвура у него нет? И обвинение ему не было предъявлено, как полагается в таких случаях? - подал голос Второй, поменявшийся с Элемаром местами, когда речь зашла об участии в расследовании - в отличие от альтмера он явно знал, какие вопросы следует задавать, что и продемонстрировал.
   - Нет, - мрачно ответила Неминда. - Но и доказать свою невиновность Варвур не может. По его словам, он даже не помнит, что было в тот вечер.
   - Плохо, - вздохнул Второй. - Очень-очень плохо...
   - Не то слово, - выплюнула Неминда. - Тем более что Архимастеру Вениму не нужны доказательства. Ему без разницы, убийца Варвур или нет. Ему просто нужен был повод прижать серджо Атина...
   - И он его получил, - угрюмо закончил вместо неё Второй. - Сын серджо Сарети нужен ему, как заложник... и он всячески будет препятствовать расследованию.
   - Именно, - резко кивнула Неминда. - А серджо Атин может доверять только мне и... - она буквально впилась взглядом в лицо Элемара-Второго, - вероятно, тебе. Он рассчитывает на твою помощь, Суротано. Не подведи его, прошу... - после чего почти втолкнула его в двери поместья Сарети.
   Одного.
   Предполагалось, что более подробные сведения и распоряжения Элемар получит лично от советника... но все пошло наперекосяк едва ли не с первой же минуты. Стражник, который должен был охранять вход, обнаружился в одном из кресел в дальнем углу и казался спящим. Второй мгновенно напрягся - хотя почему, Элемар мог только гадать, а сам дух не мог объяснить - и торопливо направился к нему. И, как оказалось, обеспокоился он не напрасно - "спящий" редоранец был мёртв, о чем недвусмысленно говорила торчащая из-под шлема рукоять ножа. Издалека она была не заметна, да и свесившаяся, словно во сне, голова мертвеца её почти скрывала, но дух, видимо, что-то такое предполагал, несмотря на вполне естественное на первый взгляд положение тела и отсутствие крови. Элемар охнул - он знал этот удар, единственный, вызывающий мгновенную смерть без обычного для ранений в шею "фонтана"... Впрочем, Второй явно тоже, потому что мгновенно рванул к кабинету советника, не тратя времени на дальнейший осмотр. Впрочем, перед приёмной советника он всё же перешёл на шаг... А там их встретил незнакомый данмер, сходу сообщивший, что советник Сарети не принимает посетителей. На секретаря он не походил, на просителя - тем более... Элемар успел озадачиться, кем может быть этот тип, когда Второй начал было разворачиваться, словно собираясь уйти... и вдруг крутанулся, резким движением наклоняясь и выбрасывая ногу. Усиленный костяной накладкой носок сапога с хрустом врезался незнакомцу в челюсть возле уха, так, что тот не удержался на ногах, влетев головой в закрытую дверь. Элемар только успел воскликнуть:
   "Что ты де?.." - когда дверь от удара распахнулась.
   И сразу стала ясна причина поступка Второго: в кабинете советника шёл бой.
   Выведя противника из строя - как оказалось позднее, навсегда - Второй переступил лежащее на пороге тело, одновременно меняясь местами с Элемаром - из них двоих альтмер был лучшим мечником...
   Атин Сарети обнаружился в углу, правая рука его уже висела плетью, роняя на ковёр частые алые капли... но это не мешало ему уверенно сдерживать нападавших - двоих таких же молодчиков, как тот, что встретил Элемара-Второго в приёмной. Тяжёлая даэдрическая булава взлетала и падала, надёжно блокируя атаки, направляемая уверенной рукой... Левой рукой. В то время как весь Альд'Рун точно знал: серджо Атин Сарети - правша.
   "Амбидекстр!" - с восторгом выдохнул Второй где-то в районе затылка.
   Элемар не стал отвлекаться на реплику духа. Стеклянное лезвие со звуком, от которого мгновенно заныли зубы, покинуло ножны и тут же наискось перечеркнуло торс одного из нападавших - того, кто решил разобраться с неожиданным помощником жертвы. А пару мгновений спустя на пол с размозжённой головой рухнуло тело второго - Атин Сарети тоже не стал церемониться с противником...
  

***

   Лекарь, хлопотавший возле Атина Сарети, распрямился и отошёл.
   - Всё, серджо, - устало вымолвил он. - Постарайтесь не нагружать руку в ближайшие дни. Ткани я срастил, но лучше дать им укрепиться естественным образом.
   Сарети молча кивнул, слушая наставления целителя. Серое лицо его казалось припорошённым виквитовой мукой, но это была естественная реакция на кровопотерю, а в остальном он был так же собран и деловит, как и обычно. Если бы не бледность и не распоротый и окровавленный рукав одеяния, ничто не могло бы сказать стороннему наблюдателю, что не более получаса назад советник пережил очередное покушение на свою жизнь. Разве что кровавые пятна на ковре, но и тот уже приготовились заменить - в дверь кабинета как раз протиснулся слуга с новым ковром на плече. А с пола и стен кровь уже отмыли - ещё один слуга как раз разогнулся и с поклоном торопливо удалился.
   Дверь закрылась и Элемар с советником остались наедине. Атин Сарети вздохнул и тяжело опустился в кресло.
   - Скажите, Кузен Суротано... Да-да, - слабо улыбнулся он, заметив удивлённо вскинутые брови собеседника, - отныне вы Кузен Дома Редоран, друг мой. Вы показали, что как никто другой достойны этого звания... а может, даже большего. Думаю, это вопрос времени. Я распоряжусь, чтобы до всех довели изменения вашего статуса.
   Элемар поклонился в ответ, демонстрируя признательность.
   - Так вот, Кузен Суротано, - снова заговорил Сарети, - я хотел бы знать, где вы пропадали всё это время... если это не тайна, разумеется.
   Элемар ненадолго задумался... и выпихнул наружу Второго - у духа объяснение выйдет всяко лучше. Тот, разумеется, не обрадовался, но кочевряжиться не стал, подробно и откровенно рассказав советнику, какое поручение ему было дано, кем и на какие мысли его навели некоторые... обстоятельства его выполнения.
   - Вот как, - негромко проговорил Сарети, когда он закончил. - Что ж... Это многое объясняет.
   - Позволено ли мне будет узнать, что именно? - осторожно поинтересовался Второй.
   - Я не скрывал, что жду вашего возвращения, Кузен Суротано, - ответил тот. - И что намерен привлечь вас к расследованию обстоятельств гибели юного Бралена Карварена. Кстати, позвольте уточнить - вы ведь не сразу отправились к седуре Ретеран?
   - Не сразу, - медленно кивнул Второй. - Сначала я озаботился... м-м, приведением себя в достойный вид и посетил купальню в вивекском кантоне Дома. Традиция ведь предписывает совершить омовение по возвращении из путешествия... тем более я прибыл из местности, граничащей с Молаг Амуром.
   - И кто-то этим сполна воспользовался, - мрачно кивнул Сарети. - Впрочем, не казнитесь, друг мой, предугадать, что кто-то будет отслеживать ваше возвращение, вы не могли. Я всё же не думаю, что Архимастер Веним создал эту ситуацию... пока что не думаю. Да, ловушка в кард'руне Редасов - тут я склонен с вами согласиться - возможно, была устроена по его велению. Но вот убийство юного Бралена Карварена... тут мне кажется, он просто воспользовался стечением обстоятельств. Сначала, пока у него не было уверенности, в том, что его план с кард'руном Редасов удался, он выжидал, заодно давая мне надежду на благополучное разрешение этого дела... но вот вы появились в Вивеке и он понял, что нейтрализовать вас не вышло, и переключился на Варвура.
   - Значит, вы хотите, чтобы я расследовал гибель Бралена Карварена? - осторожно поинтересовался Второй.
   - Это само собой, - кивнул советник. - Но сначала нужно вызволить моего сына из поместья Веним. Он - слишком удобный рычаг для давления на меня. Кроме того, я опасаюсь за его жизнь...
   - Да уж, - угрюмо согласился Второй. - Посмертное оправдание совсем не то, что прижизненное.
   - Именно, друг мой, - сверкнул глазами Сарети. - Именно. Поэтому у меня к вам просьба... Болвин Веним вряд ли ожидает, что я буду действовать сейчас... и в этом наш шанс. Потом может быть поздно.
   Второй задумался.
   - Нужен повод для посещения поместья. Причём такой, чтобы его нельзя было связать с вами, серджо.
   Атин Сарети улыбнулся. И улыбка эта не предвещала ничего хорошего.
   - Побеседуйте с Нидрайном, - сказал он. - Скажите, что воля его родича выполнена, и реликвии рода Редас помещены в сокровищницу Дома. Напомните о необходимости восстановления печатей, если хотите.
   Второй нахмурился... и вдруг медленно оскалился в такой же паскудной ухмылке.
   - Благодарю за идею, серджо. Насчёт печати я, конечно, сообщил седуре Ретеран... но напомнить члену рода о его обязанностях будет не лишним. И... - он ухмыльнулся шире, - поскольку я в поместье Веним буду впервые, никто не удивится, если я в поисках сэры Редаса немного заплутаю...
   Сарети медленно прикрыл глаза.
   - Будьте осторожны там, Кузен Суротано. Кроме вас и Неминды мне не на кого положиться. И прошу вас, верните мне сына... живым.
   - Приложу все усилия, серджо, - поклонился Второй.
  

***

   После недолгой, но тщательной подготовки Элемар без особых проблем проник в поместье Веним, сообщив стражу у входа, что ищет Нидрайна Редаса. Проплутав по коридорам - на него косились, но он всякий раз пояснял, что просто заблудился - он сумел выяснить, что Варвура, судя по некоторым признакам, держат где-то в правом крыле поместья. Это было единственное место, откуда альтмера выставили, довольно грубо сообщив, что ему тут нечего делать.
   Впрочем, вопрос о местонахождении Нидрайна Редаса отлично сработал и тут. Рослая данмерка в полном, за исключением шлема, двемерском доспехе, слегка смягчилась и, хоть и не убрала руки с рукояти меча, довольно толково объяснила, куда идти. Элемар вежливо и многословно поблагодарил её за помощь и удалился. Примерное место он определил, даже немного осмотрелся, делая вид, что пытается понять, куда он попал. Хотя осматривался, в основном, Второй - дух, вернувший ему управление телом, стоило им покинуть поместье Сарети, имел больше возможностей заметить что-то необычное, пока сам Элемар общался со слугами и охраной. И он заметил, рассказав альтмеру о ключе и листе бумаги. Пройти в открытую мимо бдительной охранницы не представлялось возможным, следовательно, действовать нужно было тоньше. Поэтому Элемар отошёл подальше, не покидая крыла, и сотворил заклинание Лабиринта Восприятия Голанара, с грустью вспоминая о давно использованных свитках с ним же.
   "Слабо. Ещё раз", - буркнул Второй.
   Альтмер беззвучно ругнулся и повторил попытку. В этот раз, к его удовлетворению, заклинание вышло что надо.
   "У тебя десять минут", - напряжённо напомнил дух.
   "Угу", - дал понять, что услышал, альтмер и крадучись вернулся в зал.
   Данмерка, на их удачу, стояла спиной, поводя плечами - видимо, разминала затёкшие мышцы. Элемар быстро подобрался к скамье с запиской и мысленно возликовал - это оказалось именно то, что они со Вторым и предполагали.
   Ключ он трогать не стал - его пропажу могли быстро заметить, а переполох Элемару был совершенно не нужен. Гобеленов в зале было всего два - напротив лестницы в холл поместья и в конце небольшого коридора с правой стороны. И этот второй казался там совсем не к месту, да к тому же, в отличие от первого, свисал практически до самого пола.
   "Пять минут", - напомнил Второй, отсчитывавший время до рассеивания чар.
   Элемар все так же крадучись метнулся к гобелену в коридоре. Обернулся - охранница, чьё имя он теперь знал из записки, всё ещё не появлялась - и нырнул за гобелен. Благо, места за ним хватало, чтобы разместиться с некоторым комфортом.
   Дверь открылась с третьей попытки. А за ней со стулом в руке Элемара поджидал избитый и напуганный Варвур Сарети.
   Впрочем, способности рассуждать здраво он не утратил. А Элемару искренне обрадовался. Оставалось вывести его наружу. Впрочем, Элемар знал, как поступить - сняв с себя Амулет Теней, он вручил его удивлённому Варвуру, объяснив, что тот должен делать.
   Из-за гобелена они выбрались вместе. Элемар, вновь укрывшийся под чарами хамелеона, крепко держал так же замаскированного Варвура за руку. Красться так же бесшумно, как и альтмер, тот не умел, но более сильные чары, к счастью это компенсировали. К тому же он был бос, в отличие от обутого в тяжёлые сапоги Элемара. В других обстоятельствах это могло быть помехой, но сейчас сыграло им на руку - шелест его шагов был почти не слышен.
   Осторожно обогнув вернувшуюся к скамье охранницу, они, стараясь не шуметь, поднялись по лестнице и вышли в холл поместья. Дальше их пути расходились - Варвур, все так же крадучись, направился к выходу из поместья, а Элемар задержался, пережидая, пока спадут чары. Ему ещё надо было найти Нидрайна Редаса. В том, что побег Варвура Сарети свяжут с его визитом в поместье Веним, Элемар не сомневался, но доказать это вряд ли смогут. Та же Малза Улес, которая охраняла заложника, подтвердит, что он зашёл в правое крыло только один раз и о Варвуре Сарети не расспрашивал. И Нидрайн Редас тоже.
   Последний, к слову, визиту Элемара совершенно не обрадовался, соблюдая вежливость в беседе явно через силу. Сдержанно процедил слова благодарности за выполнение воли родича, после чего дал понять, что на разговоры с "таким, как вы" у него нет времени. Элемар и не настаивал. Разговор состоялся, свидетели тому имелись в лице ещё пары телохранителей Архимастера, а больше ему ничего не было нужно.
   В поместье Сарети его встретил сам советник.
   - Вы вернули мне сына, друг мой, - с гораздо большей теплотой в голосе, нежели прежде, проговорил он, протягивая Элемару Амулет Теней. - Я в долгу перед вами. Мы оба в долгу перед вами.
   - Как он? - поинтересовался альтмер.
   - Целитель осмотрел его. Моего сына явно пытались... склонить к сотрудничеству, если пользоваться выражением Хлаалу, - губы советника на миг презрительно искривились, - но не слишком усердно, так что он почти в порядке. Хотя и чувствует себя неважно. Однако теперь перед нами стоит задача по очищению его доброго имени. И сделать это нужно как можно скорее, потому что Болвин Веним этого так просто не оставит. Нам нужно опередить его.
   - Я в вашем распоряжении, серджо, - слегка поклонился Элемар.
   - Поговорите с моим сыном, мутсэра. Мне кажется, ему есть, что рассказать, но Варвур не захотел мне открыться. Мне кажется, он чего-то опасается. Возможно, с вами, друг мой, он будет откровеннее.
  

***

   - Я не убивал Бралена! - едва не плача, воскликнул Варвур. - Не убивал... Да, меня нашли рядом с его телом, но это не я! Как бы я мог? Ведь он мой... он был моим другом!
   - Я верю вам, сэра, - мягко ответил Элемар. - Но Архимастеру Вениму нужны будут веские доказательства. Вряд ли он удовлетворится одними словами. Точнее, слова его уже не удовлетворили.
   - Я не убивал, - упрямо повторил тот. - Да, мне снилось...
   Варвур осёкся и в ужасе уставился на альтмера.
   - Нет... нет! - отчаянно замотал головой он. - Нет, это не может быть правдой!
   Элемар ждал.
   - Нет... - повторил Варвур.
   - Расскажи мне, - мягко проговорил Элемар. - Что тебе снилось? Это ведь сон... просто сон...
   - Я... я боюсь, сэра, - почти прошептал Варвур. - Боюсь, что... что это не просто сон.
   Он надолго замолчал, опустив голову. А когда выпрямился, глаза его горели какой-то лихорадочной решимостью.
   - Хорошо. Я расскажу. Иногда мне снятся сны... плохие сны. В них все... всё как будто бы в тумане... красном тумане...
   Второй внутри явственно подобрался. Элемар тоже напрягся, уже предполагая, что услышит.
   - И в этих снах я видел, как убиваю Бралена, - обречённо прикрыв глаза, договорил Варвур.
   Второй бесцеремонно отпихнул Элемара "внутрь".
   - Спасибо, что доверился мне, - мягко вымолвил он. - Но, Варвур... ты простишь меня, если я задам тебе несколько вопросов об этих снах? Я понимаю, тебе больно и страшно вспоминать их, но... мне нужно знать больше.
   Варвур, успевший в ужасе распахнуть глаза и вскочить на ноги, обессиленно осел обратно на стул.
   - Спрашивайте, сэра, - глухо пробормотал он, пряча лицо в ладонях. - Я отвечу... если сумею.
   - Ты видел именно то, как убиваешь Бралена? - все так же мягко спросил Второй. - Или, как это было в жизни, уже видел его мёртвым?
   - Убиваю, - не поднимая головы, проговорил Варвур. - Это ужасно, сэра... неужели это правда?
   - А почему ты это делал во сне? Он как-то оскорблял тебя? Или что-то делал такое...
   Варвур задумался.
   - Я не помню. Я... я как будто делаю то, что мне приказали. То, что должен делать, чтобы... чтобы... не знаю.
   - И давно у тебя эти сны?
   - Нет, - покачал головой Варвур. - Не очень. Они начались недавно... но ещё до смерти Бралена. Они... они начались после того как у меня появилась эта пепельная статуя, - он махнул рукой в сторону.
   Второй невольно посмотрел в указанную сторону...
   "Как мы эту дрянь сразу не заметили?" - ахнул он.
   "А мы предполагали, что что-то подобное увидим?"- резонно заметил Элемар.
   "Не аргумент, братишка", - мысленно вздохнул дух.
   - Откуда... - голос Второго помимо воли сорвался на хрип и он, кашлянув, начал заново: - Откуда у тебя эта... эта вещь?
   - Я... Я не помню, - растерянно помотал головой Варвур. - Это что-то значит? Эта статуя что-то значит?
   - Ох, сэра, - покачал головой Второй. - Ты даже не представляешь, как много значит эта дрянь...
   - Вы знаете, что это, да? - тут же вскинулся Варвур. - Заберите её, заберите её, пожалуйста! С тех пор как она у меня появилась, я ни одной ночи не спал спокойно. Даже когда... когда мне не снился тот сон... про Бралена.
   Он вскочил, схватил с полки статуэтку и буквально всунул её опешившему Второму в руки.
   Тьма... вспышка!... Красный туман вокруг... и эхом в голове далёкое "бомм... бомм..." Колокол! По ком он звонит? И чей-то хохот в ответ: "Он звонит по тебе!"
   Дух стиснул зубы до скрипа и очень аккуратно поставил статуэтку на ближайший столик, борясь с желанием со всей силы шарахнуть её об пол. Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. И наконец тяжело посмотрел на нервно сжимающего кулаки Варвура, глядящего на него с ужасом.
   - Дай мне какую-нибудь тряпицу. Эту вещь нельзя трогать голыми руками.
   - Д-да, конечно, - Варвур метнулся к сундуку.
   Брошенная Элемару скомканная тряпка в полете развернулась и оказалась расшитой рубашкой. Впрочем, ему было без разницы. Аккуратно, стараясь не коснуться статуэтки голыми руками, Элемар завернул её в рубашку и направился к выходу. Но на пороге задержался и сказал:
   - Спасибо, сэра. Вы очень помогли.
   Атин Сарети, которому была предъявлена злополучная статуэтка, нахмурился.
   - Вы уверены, Кузен Суротано?
   - Более чем, - мрачно кивнул Второй. - Когда ваш сын буквально всучил мне её... в общем, эта статуя как-то воздействует на разум.
   - Вот как? - глаза советника сузились. - Хотите сказать, что эта вещь зачарована?
   Второй вздохнул.
   - Я не уверен, серджо. Как вы, должно быть, знаете, я немного смыслю в теоретических вопросах магии. И когда впервые столкнулся с воздействием подобной вещи, я... попытался разобраться, что она делает и как. Скажу вам откровенно, серджо - я не мастер и даже не эксперт Школы Зачарования, но если бы на статуэтке были чары, я бы их заметил. Не факт, что сумел бы разобраться, но заметил. Но их нет. И, тем не менее, эти статуэтки как-то влияют на разум.
   Вместо ответа Сарети быстрым движением прикоснулся к статуе. И тут же побледнел и отдёрнул руку, каким-то судорожным жестом прижав её к груди.
   - Боюсь, вы правы, друг мой. Магу определить эти чары не под силу. Но... возможно, жрец сможет это сделать. Отнесите эту... мерзость в Храм. Найдите там Ллороса Сарано - возможно, он сможет что-то подсказать. Если я прав, то он о таких вещах знает больше других.
   Передав статуэтку Ллоросу Сарано, Элемар вернулся в поместье Сарети - особых новостей у него не было, но нужно было передать приглашение жреца Варвуру. А заодно попытаться выяснить, откуда тот взял эту вещь - Сарано очень интересовал этот вопрос.
   Впрочем, спрашивать ни о чем не пришлось - увидев Элемара, Варвур сам заговорил об этом:
   - Я вспомнил - вы спрашивали у меня, откуда у меня появилась эта статуя. Тогда я не помнил, а сейчас припоминаю, что мне её дал Галтис Гуврон. Мы с Браленом ужинали в "Крысе и Котелке", когда он подошёл к нам. Я... я не помню точно, как так вышло, - виновато проговорил он. - Но мы продолжили наш ужин уже втроём... и в какой-то момент он предложил сыграть... В "девять дырок", - стыдливо уточнил он. - А на кон поставил... это. Мы сыграли раз, другой. Нам с Браленом поначалу не очень везло, а потом... я выиграл... эту вещь. И... и все. Он не захотел отыгрываться и ушёл.
   - Ясно, - вздохнул альтмер. - То есть, он там часто бывает?
   - Да, часто, - закивал Варвур. - Я его там и раньше видел. Но не говорил до того вечера никогда.
   - Благодарю, сэра, Вы снова мне очень помогли. Но я пришёл не только за этим - Ллорос Сарано сказал, что готов очистить ваше имя от обвинения в убийстве. Но для этого ему нужно сначала побеседовать с вами - он предполагает, что вы находились под влиянием чар этой статуи... и продолжаете находиться.
   - Что?! Что?.. Да, конечно, я обязательно навещу его в Храме. Не хочу... не хочу, чтобы эта... мерзость на меня влияла.
   Не волнуйтесь, сэра. Как я понял, сэра Сарано на вашей стороне. И он хочет вам помочь...
  

***

   Ллорос Сарано молча ожидал, пока целитель закончит. Элемар тоже, мысленно костеря себя на все лады. Второй сконфуженно отмалчивался - то, что никто им так просто ничего не расскажет, было понятно, но то, что мирный разговор окончится попыткой вонзить им кинжал под рёбра, он тоже не ожидал. Хотя, оглядываясь назад, следовало бы - они ведь предполагали, с кем могут столкнуться.
   Впрочем, с Галтисом Гувроном они справились, сил хватило даже на то, чтобы обыскать его... едва-едва. Хорошо хоть в сумке свиток с Вмешательством Альмсиви был - на заклинание ни Элемару, ни Второму силы воли не хватило бы. Её едва достало на то, чтобы ввалиться в Храм после переноса, прежде чем окончательно выпасть из реальности. Как его доставляли в лечебницу, альтмер уже не помнил. И сколько времени прошло, прежде чем его нашли служители Храма - тоже.
   - Вам повезло, сэра, - промолвил целитель. - Вонзись клинок чуть выше - и я бы ничем не смог вам помочь. А так... все, что мог, я сделал. Теперь вам нужен только отдых.
   - Как долго мне следует воздерживаться от... активной деятельности? - поинтересовался Элемар, протягивая руку к сваленной на полу одежде, что бы расплатиться - храмовые целители, торопясь удержать его в мире живых, не особо утруждались аккуратностью, стащив то, что можно было быстро снять, и разрезав одежду, с которой нужно было возиться.
   - Не беспокойтесь об оплате, сэра, - подал голос Сарано. - Я известил Советника Сарети. Ваше лечение уже оплачено.
   Альтмер кивнул жрецу, снова откинулся на подушку и вопросительно уставился на целителя. Тот недовольно поджал губы:
   - Это зависит от того, насколько вам дорого ваше здоровье, сэра. В идеале - не менее недели.
   - Сомневаюсь, что мне дадут столько времени, - вздохнул альтмер.
   - В таком случае, обратитесь в Гильдию Магов. Там есть неплохие целители. Но я бы не рекомендовал - для полноценного заживления таких ранений нужно время.
   Целитель забрал деньги и удалился, а Ллорос Сарано подсел ближе к постели, на которой устроили Элемара.
   - Вам удалось ещё что-нибудь узнать?
   Альтмер кивнул и снова потянулся к сваленным возле койки вещам. Пошарив в кармане мантии, вынул смятый и окровавленный листок бумаги и протянул его Сарано. Тот поморщился, но взял.
   - Вы его читали, сэра, - посмотрел он на Элемара.
   - Мельком, - качнул головой тот. - Ситуация, как вы понимаете, не слишком способствовала.
   Сарано кивнул.
   - Прошу прощения, - он передал записку Элемару. - Я, кажется, знаю, кто эта Ханарай. Её полное имя Ханарай Ассутланипал, она называет себя эшлендеркой-изгоем. Живёт совсем рядом с Храмом: её жилище - первое от лестницы, по правой стороне, если спускаться. Думаю, вам стоит навестить её.
   Он помолчал.
   - Я понимаю вашу ситуацию, сэра Суротано, и не настаиваю, чтобы вы переговорили с ней прямо сейчас. Но сделать это необходимо как можно скорее.
   Элемар осторожно ощупал ребра под повязкой, попробовал встать и со стоном опустился обратно. Целителей упрекнуть было не в чем, они сделали все, что было в их силах, но замечание о времени явно имело под собой веские основания.
   - Дайте мне сутки, сэра, - выдохнул он. - Думаю, до завтрашнего вечера эта Ханарай никуда не денется. Вряд ли она предположит, что её подельник не уничтожил её записку, как ему было велено, а без записки её невозможно заподозрить. Но на всякий случай я бы попросил приставить к её дому наблюдателя. Если вас не затруднит... известите Советника Сарети о моей просьбе.
   - Думаю, мы обойдёмся без привлечения серджо Сарети, - подумав, качнул головой Ллорос Сарано. - Эта ситуация затрагивает Храм даже в большей степени, чем его семью. Если вам, как чужеземцу и мирянину Имперского Культа - да, мне известно об этом - не претит оказание помощи Храму Трибунала...
   Элемар криво улыбнулся.
   - Нисколько. Если, в свою очередь, вам не претит помощь н'ваха в этом вопросе.
   - Абсолютно, - скупо улыбнулся Сарано. - Я, как и многие в Доме Редоран - и за его пределами - давно наблюдаю за вами. И должен сказать, что всё это время вы показывали себя достойно, Кузен Дома Редоран. Ваша помощь Федрису Тарену была неоценима.
   Элемар нахмурился, вспоминая...
   - Вы встретили его, когда сопровождали юного Девала Белета в его паломничестве к пещере Коала.
   - Теперь припоминаю, - медленно кивнул альтмер. - Я тогда извёл на этого бедолагу все имевшиеся у меня зелья. Мало того, что он был болен, так ещё и ухитрился нарваться на моровую никс-гончую. Тварь я тогда уничтожил, но с этим мером мне пришлось изрядно повозиться. Как он, кстати? - поинтересовался Элемар.
   - С ним все в порядке, - снова так же скупо улыбнулся Сарано. - Он выздоровел, завершил своё паломничество и очень благодарен вам.
   - Я рад, - искренне ответил Элемар. - Я смутно помню этого мера, но я действительно рад, что сумел ему помочь.
   Ллорос Сарано поднялся.
   - Отдыхайте, сэра. Я распоряжусь, чтобы вам принесли обильный ужин. Вам это явно необходимо.
   Элемар благодарно кивнул. Сам он вряд ли решился бы просить, но голод, как обычно бывало после зелий и магического заживления ранений, был почти непереносим.
   Ужин ему принесли почти сразу после ухода Сарано. Маленькие печёные яйца квама и печёный же пепельный батат в объёме, предположительно способном накормить несколько человек. Мяса, хоть какого-нибудь, к разочарованию Элемара, не было. Впрочем, расправляясь с предпоследним яйцом, он был благодарен служителям Храма за предусмотрительность - съеденное, казалось, исчезало, не успев добраться до желудка. Только когда вся принесённая посуда опустела, альтмер почувствовал некоторую сытость.
   Следующим вечером Элемар почувствовал себя достаточно здоровым, чтобы рискнуть встретиться с Ханарай Ассутланипал. В том, что эта встреча закончится схваткой, он был полностью уверен. В том, что ему удастся выйти из этой схватки без новых ранений - не очень. Но деваться было некуда. Одежду взамен испорченной, а так же снаряжение - его собственное, к слову, оставленное в "Альд Скаре" ещё перед разговором с Неминдой - принёс стражник-редоранец с эмблемой рода Сарети.
   Дом Ханарай Ассутланипал внешне ничем не отличался от жилища той же Гилдан. Дверь была не заперта, хозяйка встретила Элемара не слишком приветливо, но и не откровенно враждебно, стоя к нему спиной и готовя, судя по ароматам в жилище, поздний ужин.
   - Что бы вы ни хотели, я не смогу вам в этом помочь, - не поворачиваясь, проговорила она.
   - На самом деле можете, - ответил альтмер, закрывая за собой дверь.
   - Как интересно... - Ханарай соизволила оторваться от своего занятия, чтобы посмотреть на неожиданного гостя.
   В следующий миг её лицо исказилось в гримасе, отражая целую гамму эмоций - изумление, страх, ярость - а в руке, словно по волшебству, возник хитиновый кинжал.
   - Ты-ы... - низко, скрежещуще прорычала она. - Умри, предатель!
   Но в этот раз Элемар был готов к такому повороту. Так что Ханарай Ассутланипал успев сделать два шага к нему, тут же отлетела назад, выронив оружие и смахнув с полки у очага несколько расписных горшков. Из рассечённой груди широкой струёй плеснула кровь.
   - Предатель... - снова прошептала она.
   Вздрогнула всем телом - раз, другой... и затихла.
   Однако Элемар не торопился к ней подходить. Всё потому что Второй успел предупредить его, что это небезопасно.
   "Не прикасайся к ней", - снова проговорил дух, когда альтмер, убедившись, что Ханарай мертва, сделал шаг вперёд.
   "Думаешь, она уже заражена?" - тут же замер Элемар.
   "Не обязательно, но вполне возможно. Я бы не рисковал".
   Острием меча распоров одежду убитой, альтмер обнаружил ещё одну пепельную статуэтку.
   "Интересно, зачем она таскала её с собой? - озадачился он. - "Вещица, конечно, лёгкая, но ведь не маленькая!"
   "Я подозреваю, что с помощью этой статуи кто-то управлял самой Ханарай", - задумчиво отозвался Второй. - Ладно, давай осмотрим дом. Полагаю, Ллоросу Сарано нужны будут какие-то свидетельства её деятельности. А если она распространяла эти статуэтки, она должна была их где-то хранить. Только будь осторожен".
   Внутри дом Ханарай тоже казался таким же, как дом Гилдан - верхний этаж занимала кухня-столовая, на нижнем этаже располагались спальня, кладовая и что-то вроде места для отдыха или приёма гостей там, где у Гилдан располагалось подобие кабинета. Но главным отличием была запертая дверь на нижнем этаже - прямо напротив лестницы. Причём, судя по сложности замка и установленной ловушке, спрятано за ней было что-то очень важное.
   А за дверью - ключ от двери нашёлся не сразу, но Элемару совершенно не хотелось возиться с обезвреживанием ловушки - обнаружилось ещё одно помещение. И о его назначении гадать не приходилось: приглушенный багровый свет - такой же, как в виденных Элемаром снах! - терпкий аромат незнакомых благовоний, с примешивающимся к нему тошнотворно-сладковатым запахом крови, гобелен от потолка до пола с символикой Дома Дагот, со стоящим под ним блюдом для подношений, на котором были разложены куски мяса. Мух, к удивлению Элемара, не было.
   "Даже мухи не рискуют есть корпрусную плоть", - мрачно хмыкнул Второй, с которым альтмер поделился этим наблюдением.
   Очередная партия пепельных статуэток обнаружилась в большом ящике справа от двери. Ещё одна статуя - гораздо большая, чем остальные - стояла на самом ящике. Пироповые глазки тускло поблёскивали, отражая свет ламп, и, казалось, следили за каждым движением Элемара. Не выдержав, альтмер резким движением смахнул статую с ящика. Стало легче.
   "Уходим, - скомандовал Второй. - Всё, что нужно, мы уже нашли".
   Действительно, задерживаться больше было незачем, так что Элемар с облегчением покинул дом. Оставалось рассказать о своих находках Ллоросу Сарано.
  
   Глава 32. Прогулка по Побережью Азуры
   Элемар вздохнул, огляделся и присвистнул:
   - А неплохо живут некроманты в Морровинде.
   "Поправочка: телваннийские некроманты. Но ты прав - это вам не орка-"целительница" из Гильдии Магов".
   Реакция Элемара была объяснима: прежний хозяин велотийской башни Мавия явно ценил комфорт и роскошь, о чем недвусмысленно говорило внутренней убранство верхнего зала. Точнее, его жилой половины. Вторая часть огромного "овала" была рабочей. Впрочем, предпочтения владельца были заметны и там.
   ещё он был явно не дурак заложить за воротник", - добавил Второй.
   Это тоже было правдой - Элемар нашёл два кувшина с дорогим - пятьдесят дрейков за бутылку! - винтажным бренди и наглухо запечатанную глиняную бутыль с коллекционным "Древним бренди Дагот". По слухам, этот напиток делался умельцами-виноделами Великого Дома Дагот ещё до Войны Первого Совета. А с уничтожением Дома рецепт его оказался утерян. Так что "бренди Дагот" не пили - его за бешеные деньги выкупали ценители и коллекционеры, чтобы демонстрировать и хвастаться другим, менее богатым и удачливым ценителям и коллекционерам. Или, как прежний хозяин Мавии, поставить на видное место и любоваться самостоятельно. Второй так и вовсе считал, что алкоголь такой выдержки вообще пить нельзя: в лучшем случае отправишься в гости к самому Сангвину, повеселить Князя Разгула своим идиотизмом, а в худшем - прямиком в Этериус. Хотя ещё неизвестно, что считать худшим...
   Книжная полка, стоящая напротив входа, так же, как и весь зал, подверглась разделению: "жилую" часть занимала художественные книги. Причём вполне определённой тематики, вроде "Похотливой Аргонианки", "Похитителя Целомудрия" или "Подлинной Барензии". Элемар по просьбе Второго достал второй том и, пролистав, изумлённо присвистнул: издание было явно контрабандным, поскольку книги, выпущенные в самом Морровинде, были подвергнуты жёсткой цензуре. Альтмер торопливо захлопнул книгу и выругался, думая о том, что воздержание явно затянулось...
   А вот на "рабочей" стороне стеллажа книги были совсем иными. "Темнейшая Тьма", "Об Обливионе", уже знакомый обоим классификатор "Легионы Мертвецов" - на сей раз без дарственных надписей - и трёхтомник "О подготовке тел". Причём, судя по состоянию книг, пользовались ими давно и часто, не всегда утруждая себя заботой об их сохранности. На подставке возле рабочего стола некроманта обнаружился здоровенный фолиант на неизвестном обоим языке. Разобрать удалось только имя автора - Н'Гаста. После чего Элемар, как более образованный, вспомнил, что такое имя носил весьма знаменитый некромант из народа слоадов, разумных слизней с архипелага Трас. Книгу было решено оставить на месте, хотя переплёт был довольно богато украшен - слишком уж специфическая тематика...
   Зато найденные на столе "Легендарные Артефакты Тамриэля" единогласно было решено забрать себе. Именно себе, а не на продажу. Все дело было в зачарованном перстне, изображение которого Элемар неожиданно нашёл в книге. Сам перстень - тяжёлый и массивный, с темным продолговатым рубином, напоминающим застывшую кровь, и надписью "Денстагмер" на внутренней стороне ободка - вот уже месяц украшал его левую руку. И не просто украшал - защитные чары, наложенные на перстень его создателем, частично компенсировали природную альтмерскую уязвимость к стихийной магии.
   "А я-то считал, что Денстагмер - ну и имечко! Язык сломать можно - это имя того бедолаги, что валялся в бассейне с пеплом", - мысленно протянул Элемар, сравнивая изображение перстня в книге с поблёскивающем в свете свечи оригиналом.
   Найден был перстень в заброшенном кард'руне Фалас, к югу от Гнисиса. После расследования обстоятельств убийства Бралена Карварена советник Сарети посоветовал Элемару на некоторое время покинуть Альд'Рун, чтобы избежать внимания Архимастера Дома Редоран Болвина Венима, и письмо Тельдина Вирита, снова запрашивавшего помощь, пришлось как нельзя более кстати. Там, в Альд Велоти, его и нашло послание от Лалатии Вариан. Вирит, получив рапорт из Шиши, лично вручил ему запечатанный свиток.
   Оракул на сей раз не стала вызывать его в Эбенгард, изложив своё видение и расшифровку оного, сделанную Ллааламом Дредилом, в том самом письме: Элемару предписывалось отправиться в кимерскую крепость Берандас и отыскать там легендарные "Ботинки Апостола", некогда якобы подаренные самому Тайберу Септиму таинственными Седобородыми. Ботинки он нашёл. И там же встретил бретонку по имени Ама Нин, по её словам, унесённую в подземелья крепости крылатыми сумраками. Сумраки тоже были - несколько крылатых дев разгуливали вокруг тела последнего владельца Ботинок и бой с ними Элемара изрядно измотал. Настолько, что на крики и призывы о помощи откуда-то из-под потолка он даже не сразу обратил внимание. Да и не ожидал он встретить там кого-то живого и не враждебного. Но проигнорировать просьбу о помощи он не смог.
   Ама Нин на первый взгляд казалась самой обычной. Бретонка средних лет с абсолютно незапоминающимся лицом... чем-то она напомнила Элемару Сошу Саристиану, целительницу, некогда встреченную им по дороге из Кальдеры в Альд'Рун. Ту самую, из-за которой его едва не задушил озверевший норд по имени Хлормар Пьянь. Но куда больше она напомнила альтмеру другого человека. Или не совсем человека... Йона Лоточника, торговца-редгарда, спасённого им от избиения в пещере Намму и оказавшегося совсем не тем, за кого он себя выдавал. Ама Нин обладала тем же удивительным очарованием, от чего помощь совершеннейшей незнакомке казалась самым естественным и само собой разумеющимся деянием. Тот же проницательный взгляд и обращение "вы", произносимое с совершенно особой интонацией - к ним обоим разом. И точно такое же исчезновение - был человек и нет человека... словно привиделся он. И только дары - сорочка и юбка - убеждали в реальности встречи. Так что позднее, когда Элемар добрался до Эбенгарда, сообщение Лалатии Вариан, что в Берандасе ему довелось повстречаться с воплощением аэдра Мары... он даже не удивился. Чего-то подобного они со Вторым и ожидали.
   Но вот чего он так и не смог вспомнить, так это того, что побудило его изменить привычке и, вместо того, чтобы покинуть Берандас с помощью заклинания Вмешательства, как это он делал обычно, сокращая время и силы, затраченные на путь к ближайшему поселению, отправиться в Гнисис пешком... Он, правда, подозревал - и Второй с ним был полностью согласен - что дело в той самой встрече... Нет, сама Ама Нин - или Мара, если верить словам Лалатии - была ни при чём... если не считать того, что встреча с ней, а точнее, некоторые моменты этой встречи, изрядно выбили и Элемара, и Второго из состояния душевного равновесия. Видимо, восстановить его и была призвана та прогулка...
   Элемар вспомнил дождик, сопровождавший их от самого Берандаса почти до Гнисиса. Тогда он не казался чем-то раздражающим, напротив, мелкая морось дарила прохладу, особенно приятную в сравнении с духотой предыдущих дней... Вот только когда им оставалось пройти совсем немного до переправы через реку Самси, лёгкий дождик внезапно сменился проливным ливнем с грозой. Словно кто-то там, на небесах, вдруг опрокинул гигантское ведро с ледяной водой... Мгновенно вымокший до исподнего Элемар решил не геройствовать - ливень сопровождался шквалистыми порывами ветра, грозящими сбить с ног неосторожного путешественника, и грозовыми разрядами, бьющими, казалось в самую землю. Вот только в тот момент, когда он уже поднял руки, чтобы сотворить заклинание Вмешательства Альмсиви, очередная молния ударила совсем близко. А громовой раскат, казалось, сотряс саму землю, бросив оглушённого альтмера на колени... Впрочем, земная дрожь оказалась вполне реальной - целый пласт земли с участком тракта и стоявшим на нем Элемаром с шумом сполз в воду.
   Ему повезло - тракт был утоптан, что называется, до каменной твёрдости, а потому съехал в реку одним большим куском. Альтмера при приземлении сбросило в воду - но и только. А вот выбраться оказалось не так-то просто - оползень превратил прибрежную часть речного русла в вязкую топь. Жидкая грязь почти мгновенно заполнила сапоги, облепила доспех и пропитала одежду, так что выбравшийся, в конце концов, на берег Элемар был истощён и физически, и душевно. А потому до обнаруженного в каком-то десятке шагов входа в кард'рун с символом Дома Хлаалу на перекошенной двери без малейших признаков печати он полз практически на одном упрямстве, восприняв его, как дар богов. В голове, конечно, мелькали мысли о том, как он сам вызволял бедолагу, точно так же решившего укрыться от непогоды в оказавшемся поблизости кард'руне... но Элемар их отогнал: ему нужно было сухое тихое место, где он мог бы передохнуть и прийти в себя. Если, волей богов, таким местом окажется чья-то гробница - так тому и быть. С её обитателями, как показывал опыт, вполне можно договориться. Если же кард'рун вдруг накроет ещё один оползень... заклинание Вмешательства ему на что? На самый крайний случай у него есть ещё один свиток... Выберется.
   Кард'рун оказался обитаем - дальние погребальные покои и нижний ярус гробницы облюбовали даэдра. Выяснилось это, к счастью, уже после того как Элемар немного оклемался, отчистил снаряжение и переоделся. То, что он устроился недалеко от входа, и привычка по возможности не шуметь сослужили ему добрую службу - обитатели кард'руна не заметили присутствия чужака. Впрочем, Элемар об их присутствии тоже не догадывался.
   Что гробница основательно разграблена, можно было понять уже по центральному залу - по всему полу были разбросаны кости, осколки погребальных урн и остатки даров. А первая же дверь преподнесла сюрприз. Точнее, крошечное помещение за ней: взломавший несложный замок Элемар какое-то время оторопело пялился на скелет в окружении свечных огарков, пытаясь понять, что это может значить. Загадку, впрочем, разгадал Второй. Дух бесцеремонно перехватил управление телом и подобрался ближе, прикрыв за собой дверь и накладывая заклинание "кошачьего глаза". Вблизи стало ясно, что скелет был кем-то педантично сложен из отдельных костей, видимо, собранных в центральном зале - мелких костей, вроде фаланг пальцев и коленных чашечек, не было, а крупные явно принадлежали разным... мерам. Рядом с черепом обнаружились несколько засохших цветков какого-то растения, а поверх рёбер лежали бесформенные куски чего-то непонятного, в меньший из которых был воткнут ржавый железный кинжал. Присмотревшись, Элемар с отвращением опознал в этом бесформенном комке человеческое сердце.
   "Чёрное Таинство, - с нескрываемой гадливостью мысленно проговорил Второй, уступая тело Элемару. - Не ожидал я, что увижу здесь что-то подобное".
   Заинтересовавшемуся альтмеру была прочитана небольшая лекция о самом Чёрном Таинстве, Матери Ночи и Тёмном Братстве, по окончании которой он целиком и полностью разделял отношение "соседа".
   Дальнейшее исследование оказалось намного менее интересным и намного более опасным, поскольку тогда и выяснилось, что кард'рун обитаем. И только вернувшись в центральный зал, оставленный напоследок, Элемар обнаружил то самое Кольцо Денстагмера. Точнее, сначала он заинтересовался ржавым двуручным мечом, зачем-то воткнутым в середину пепельного бассейна, располагавшегося в самом центре зала. Вблизи стало ясно, что меч был воткнут не в пепел, а в тело какого-то бедолаги, причём случилось это настолько давно, что иссохшие останки у нынешних обитателей кард'руна, несмотря на их пристрастие к человечине, не вызвали ни малейшего интереса. Элемар уже разочарованно разворачивался к выходу - ничего интересного у столь давнего мертвеца, по его мнению, быть не могло, кроме нескольких клочков ветхих тряпок да кинжала, ещё более ржавого, чем проткнувший его меч, когда в пепле что-то блеснуло. "Что-то" оказалось массивным зачарованным перстнем, легко соскользнувшим с костлявого пальца(61) прежнего обладателя...
   Кроме Кольца Денстагмера в книге обнаружились и другие знакомые Элемару артефакты. Два из них - Кольцо Учителя и Кольцо Ветра - в настоящее время висели у него на шее, на тонком шнурке, а ещё один - Ботинки Апостола - Тувесо Белет обещала со всей тщательностью подогнать ему по ноге, заодно починив и отчистив, благо, по её уверениям, её мастерства хватало на то, чтобы справиться с этой работой, не нарушив чар. Правда, Элемар не слишком-то верил в то, что найденные им по наводке Оракула сапоги на самом деле являются тем самым легендарным артефактом, что некогда принадлежал не менее легендарному Тайберу Септиму... но объявлять о своих сомнениях во всеуслышание тоже не спешил.
   "М-да, - пробормотал он, захлопывая книгу. - Легендарные артефакты это, конечно, здорово. Но то, что они едва ли не сами валятся мне в руки, начинает беспокоить. Такое везение наверняка предшествует крупным неприятностям".
   Второй промолчал, хотя Элемар был убеждён, что тому есть что сказать по этому поводу.
   Само нахождение альтмера в древней велотийской башне под названием Мавия было, в общем-то, случайным. После передачи Тельдину Вириту рапорта из Шиши и предъявления Лалатии Вариан найденных в Берандасе Ботинок Апостола, Элемар неожиданно обнаружил, что... ему совершенно нечем заняться. И он... растерялся. В Балморе ему делать было нечего - вестей от Кая Косадеса по-прежнему не было, в Альд'Руне тоже в ближайшее время появляться не стоило... Впрочем, в столицу Дома Редоран он все же наведался. Ненадолго - отдать Тувесо Белет переданные ему Ботинки Апостола. Оговаривать конкретные сроки он не стал, удовлетворившись обещанием данмерки сделать всё как можно быстрее и в лучшем виде. Задерживаться тоже - предупреждение покровителя альтмер даже без советов "соседа" воспринял со всей серьёзностью. Образовавшееся у него свободное время он потратил на поправку своего финансового положения, наведавшись в окрестности Намму и опустошив один из тайников с трофеями, которые продал в близком Тель Аруне, где в очередной раз убедился в том, что Телванни ни до кого нет ни малейшего дела. Во всяком случае, торговца, которому он сбыл двемерское снаряжение из Намму - в том числе доспехи, снятые с Гальмиса Дрена - происхождение вещей не интересовало. Правда, и цену он предложил не самую справедливую - тот же Аррилл предложил бы как минимум на четверть больше... но тут уж пришлось уступить. Разборки с камонновцами не стоили лишнего десятка золотых.
   Там же, в Тель Аруне, разбирая заплечную сумку, где, к удивлению Элемара, скопилось изрядное количество откровенного мусора, ему и попался на глаза ржавый железный ключ грубой ковки, завёрнутый в лист бумаги, на котором его же собственной рукой было нацарапано следующее:
   "Тукушапал, усыпальница Ольмгерда Отверженного
   вход в данмерской гробнице - островок в Бухте Кораблекрушения, к югу от длинного мыса западнее Тель Браноры".
   С некоторым трудом - и с помощью Второго - Элемар вспомнил, что ключ он получил от пожилого норда, которого встретил в кантоне Телванни, в обмен на кувшин мацта. Он тогда готовился к "беседам" с излишне болтливыми Хлаалу и метался по всему Вивеку, ища телваннийский жучиный мускус...
   Раздобыть карту оказалось несложно. А вот найти на ней безымянный "длинный мыс" и Бухту Кораблекрушения... Дешёвые карты, предназначенные для искателей приключений и наёмников, не отличались детальностью - предполагалось, что владелец такой карты сам будет ставить на ней необходимые ему отметки. Более же дорогие были редким товаром и изготавливались, как правило, на заказ. Пришлось отправляться в Вивек и беспокоить Джобашу, потому что, если кому и под силу было достать такую редкость, так это ушлому каджиту. Впрочем, с самим Джобашей Элемар не разговаривал, ограничившись задушевным разговором с Ра'джирром.
   Бывший раб не подвёл и через пару дней приволок в "Золотые Цветы", где Элемар снимал комнату, целую охапку тубусов со старыми портуланами(62). Стоило это "удовольствие" даэдрически дорого, особенно с учётом того, что портуланы не продавались, а были получены Ра'джирром для ознакомления всего на несколько дней, по истечении которых должны были быть возвращены обратно в полной сохранности. Причина была проста - некоторые из принесённых Ра'джирром морских карт, по его же словам, были копиями ещё более ранних, начертанных как бы не во времена Ремановских экспедиций(63), и были... позаимствованы из Тайной Библиотеки Зала Справедливости. И большая часть заплаченных денег пошла на подкуп хранителя, согласившегося некоторое время "не замечать" пропажи некоторого количества тубусов со "старыми морскими картами". Впрочем, потраченные деньги окупились сполна: за те двое суток, что Элемар со Вторым провели над портуланами под бдительным присмотром Ра'джирра, они узнали о географии Морровинда больше, чем все за предыдущие месяцы. Нашли они и Тукушапал, из-за которого всё и затевалось, а заодно выяснили название данмерского кард'руна, в котором и был скрыт вход в усыпальницу Ольмгерда Отверженного. Оставалось немногое - отыскать этот кард'рун на местности. Что тоже могло быть не самым простым делом - на картах разных эпох было отчётливо видно, как в течение тысячелетий менялась береговая линия, когда огромные территории то обнажались, то уходили под воду.
   Как известно, "гладко было на бумаге"... Покинув Тель Бранору, выбранную в качестве отправной точки поисков, Элемар довольно быстро заблудился в россыпи мелких островов и скалистых рифов и в какой-то момент повернул на север. В немалой степени этому поспособствовал густой туман, затянувший всю южную часть Побережья Азуры и не единожды помянутый Вторым "топографический кретинизм" альтмера, давно, казалось бы, изжитый. Выяснилось это довольно поздно - когда Элемар, перебравшись на очередной островок и обойдя его, неожиданно увидел неподалёку узнаваемый силуэт велотийской башни, ни одной из которых, если верить картам, в интересующем их районе Побережья Азуры не было.
   Башня, как и предполагалось, была обжита, а отношение её хозяина к незваным гостям было ясно с первой же минуты: вошедшего встречали два ряда деревянных кольев с насаженными на специальные крюки черепами - человеческими, орочьими, аргонианскими и каджитскими, расположенными в своеобразном порядке. Но Элемару очень нужна была информация. Так что, укрывшись под маскировочными чарами, он спокойно миновал немёртвую охрану и поднялся на самый верх башни, где и отыскался её хозяин - телваннийский волшебник-некромант Дельвам Андарис. Неожиданному визитёру, к тому же скрытому чарами тот, само собой не обрадовался, со сдержанным недовольством предположив, что ему, видимо, понадобится новая охрана. Однако, узнав, что все его охранники целы, удивился и даже смягчился. Немного. Тем более что маскировка у Элемара благодаря амулету была качественной. Дельвам Андарис её оценил, а потому даже не пытался напасть на "гостя", мирно и с видимым удовольствием отвечая на его вопросы. И, разумеется, выжидая, когда маскировочные чары спадут.
   Старые захоронения некроманта, как оказалось, не интересовали, но кое-что любопытное у него удалось узнать. Но когда до окончания действия чар оставались считанные минуты, Элемар начал всерьёз задумываться о том, как бы повежливее свернуть увлекательную беседу. В том, что некромант непременно атакует, как только получит возможность рассмотреть собеседника, он не сомневался.
   Однако помериться силой и скоростью плетения заклинаний им не довелось. В какой-то момент хозяин башни вдруг странно дёрнулся... и повалился на пол, продемонстрировав ошарашенному Элемару торчащий в спине кинжал. И неизвестного, который этот кинжал вонзил...
   Элемар выхватил меч, заставив неизвестного отскочить и схватиться за свой - кинжал-то так и остался в трупе некроманта. И в этот момент чары маскировки развеялись.
   - А ты ещё кто такой? - рыкнул неизвестный.
   И Элемар его сразу узнал. Этот голос он хорошо помнил, хоть и слышал его последний раз довольно давно.
   - Ллотис Селвило, - проговорил он, - Кузен Дома Хлаалу.
   Тот дёрнулся... помедлил... И немного опустил меч, делая шаг вправо.
   - Суротано из Даска, - раздалось из-под шлема. - Кузен Дома Редоран.
   - Верно, - Элемар так же слегка опустил меч.
   Ровно настолько же, насколько и Ллотис. И точно так же шагнул вправо. Некоторое время они медленно кружили по залу, не спеша нападать, но и не торопясь убирать оружие.
   - Наши Дома... соперничают, - наконец медленно проговорил Ллотис.
   - Верно. Но... мы не можем вредить друг другу.
   - Пока что, - нехорошо хмыкнул тот.
   - Пока что, - так же нехорошо ухмыльнувшись под шлемом, согласился альтмер. - Без прика-аза... - он чуть протянул последнее слово.
   Ллотис дёрнулся... и выругался. Улыбка Элемара под шлемом стала шире - всё-таки Второй был прав тогда в своих подозрениях. Попытка подставить его не была инициативой самого Ллотиса. А тот убрал меч в ножны и отступил на шаг назад.
   - Ладно, мне пора, - проговорил он, протягивая руку к висящему на шее амулету. - Не могу сказать, что был рад с тобой повидаться...
   Элемар замер, прикидывая, какую подлость можно ожидать напоследок - в порядочность соперника он не верил... Но Ллотис Селвило просто исчез в сполохах заклинания Вмешательства Альмсиви.
   А альтмер, убедившись в том, что хозяин башни мёртв, принялся исследовать его владения, начав с того самого зала, где находился. Самому-то Андарису всё это было уже без надобности. Общаясь с некромантом, он не особо вертел головой, сосредоточившись на собеседнике - обратное было, во-первых, невежливо, а во-вторых, небезопасно. Теперь же его ничего не ограничивало.
   Вздохнув, он огляделся и присвистнул:
   - А неплохо живут некроманты в Морровинде...
  

***

   Вход в гробницу Марвани - а именно под ней, если верить картам, находился Тукушапал - пришлось откапывать. То ли живых представителей рода Марвани на Вварденфелле не осталось... то ли им было плевать. И уже очень давно. Печать на двери сохранилась, но время, приливы и непогода почти ничего от неё не оставили. Саму дверь почти до половины затянуло песком и илом. Лопаты у Элемара, не ожидавшего такого поворота, разумеется, не было. Пришлось изощряться. К счастью, поблизости водилось достаточное количество грязекрабов, панцири которых и заменили отсутствующий инструмент. Мясо тоже не пропало.
   Внутри же Элемара встретил скелет-страж - такой же, как тот, что некогда сопровождал его в кард'руне Андрано. Но на этот раз альтмер заранее прикрылся чарами маскировки, так что атаки не последовало.
   Впрочем, как оказалось, скелет был не один. Стоило им войти в первый же погребальный зал, как Второй удовлетворённо угукнул и приказал остановиться и выпрямиться. Сам Элемар ничего не заметил, но предпочёл послушаться. И через некоторое время - не слишком долгое, потому что чары еще держались - дух снова подал голос:
   "Все. Можно идти дальше. Стражи нас пропустят".
   "Ты что-то узнал?"
   "Да, - Второй вздохнул. - Живых членов рода Марвани уже давно нет, потому кард'рун и оказался заброшен. Причём род прервался задолго до воцарения Тайбера. Так что... нельзя сказать, что "неушедшие смотрители рода" рады нашему визиту, но препятствовать нам они не будут, если мы сами их не спровоцируем".
   Что стражи кард'руна могут счесть провокацией, объяснять не требовалось.
   "Они тоже что-то о тебе знают?" - поинтересовался Элемар, вспомнив кое что-то из речей Ллевула Андрано.
   "Знают, - с некоторым неудовольствием ответил Второй. - Судя по всему, все покойники... то есть духи данмеров "что-то" обо мне знают. Но молчат. И пока мы не опускаемся до разграбления данмерских захоронений, они нам не враги. Но и испытывать их терпение тоже не следует".
   "А нордские захоронения?"
   "На чужаков им плевать. К тому же, - дух хмыкнул и проговорил, холодно и слегка брезгливо, видимо, кого-то цитируя: - "Если нордлингов разрешают грабить сами нордлинги, почему это должно волновать нас?" Вот так-то, братишка... Да и тот доходяга, который дал тебе ключ от склепа, скорее всего, изначально собирался пошуровать там сам..."
   Скелет-страж вдруг шевельнулся и направился к двери, находящейся почти в противоположном конце зала. Махнул костлявой рукой, предлагая следовать за ним. Альтмер подчинился. За дверью оказался короткий коридор, из которого вели три двери, и еще один скелетообразный страж. Последний указал на дверь в правой стене, заметно, к слову, отличающуюся от двух других, и отошел в сторону. Элемар не заставил себя упрашивать.
   Ключ повернулся в замочной скважине с большим трудом и под недвусмысленный хруст крошащегося металла - с момента, когда этот замок последний раз поили маслом, прошло не менее полутысячи лет... если такое вообще имело место после установки двери. С чего бы данмерам заботиться о последнем пристанище врага их предков? Элемар успел подумать о том, что дверь, скорее всего, придется выбивать, но... замок протестующе скрежетнул в последний раз и дверь открылась. Ну... как открылась - петли, как оказалось, тоже были железными. И, разумеется, тоже ржавыми...
   "Как думаешь, насколько глубоко мы сейчас находимся?" - поинтересовался альтмер, доставая отмычки и щуп.
   Ключ остался в первой двери - там, далеко наверху, под бдительным присмотром стража кард'руна Марвани. Тогда, вытащив его из замочной скважины, Элемар разочарованно вставил его обратно - проржавевшая бородка не выдержала испытания на прочность и раскрошилась, так что для дальнейшего использования он был непригоден.
   "Даже не представляю. Я, конечно, пытался прикинуть, считая витки коридора, но, честно говоря, сбился уже после третьего", - признался Второй.
   Элемар, занимавшийся тем же самым и с примерно тем же результатом, невесело хмыкнул.
   "Зачем вообще нужно было упрятывать склеп на такую глубину?"
   "Я думаю, что те, кто хоронил этого Ольмгерда, просто нашли подходящую каверну. А проход в кард'рун Марвани... подозреваю, кто-то просто нашел след от лавового потока, верхняя часть которого была заложена... ну, допустим, кирпичом... и выломал стену, чтобы посмотреть, что там такое. А потом просто поставили там дверь, сделав что-то вроде запасного выхода".
   "Но тогда должен быть и основной".
   "А он, насколько я помню обозначения на картах, и был. А потом... - Второй помолчал. - Его могло завалить при землетрясении, могло залить лавой - остров-то вулканический, лава... точнее, магма, буквально под ногами. Вспомни тот же Аркнтанд. Что-то подобное могло быть и тут".
   Пещера Тукушапал была огромна. Проморгавшись после обновления заклинания "кошачьего глаза", Элемар огляделся. Перед ним простирался рукотворный лабиринт, залитый водой, а каменный свод скрывался в густой пелене пара, струи которого с шипением били из множества мест. Отчего воздух, хоть и был достаточно свеж - видимо, где-то были трещины или промоины, достигающие поверхности - был душным и влажным. Альтмер осторожно потянул носом, но запахов, присущих ядовитым источникам - на пути от Маар Гана до фояды Бани-Дад, точнее, до башни Шиши, ему встречались и такие - не ощутил. Постоял, привыкая к влажной духоте, обновил заклинание "кошачьего глаза" и медленно двинулся вперед...
   Полчаса спустя, он, взломав замок на очередной двери, злобно цедил проклятия, выливая воду из сапог и перематывая промокшие портянки. Этот зал - точнее, небольшая каверна - в отличие от предыдущего был освещен: Элемар насчитал пять грубо вырезанных каменных чаш, над которым подрагивали зеленовато-голубые язычки колдовского огня. Две из них находились по обе стороны от каменной лестницы, еще два располагались на скальных уступах, освещая ветхий кнорр, застывший в водах подземного озера. Последний же светильник альтмер заметил совершенно случайно - тот находился у самого входа в пещеру, но почему-то гораздо выше, чем остальные. Элемар невольно заинтересовался, что он мог там освещать. Благо, зелий левитации у него было достаточно.
   Рассчитывать на то, что трехтысячелетний - по подсчетам Второго, с момента постройки склепа прошло примерно столько времени - деревянный кнорр выдержит его вес, Элемар не стал, выпив зелье левитации. Еще три заняли место в кармашках на поясе. Этого, по его прикидкам должно было хватить на то, чтобы продержаться в воздухе около часа. Но... времени на сбор трофеев понадобилось значительно меньше. Добычей Элемара стала пара наручей, выкованных из эбонита и поэтому неплохо сохранившихся, зачарованный нордский топор и горсть потускневших драгоценных камней из сундуков, с которых альтмер, не мудрствуя лукаво, по-варварски сбил крышки - это было проще и быстрее, чем пытаться взломать проржавевшие замки. Большая же часть снаряжения - шлем, кираса и ростовой щит из чешуи какой-то очень крупной рептилии - и погребальных даров попросту истлела и не представляла никакой ценности.
   Последнее из взятых из сумки зелий Элемар потратил на то, чтобы удовлетворить проснувшееся любопытство. И, как оказалось, не зря - в крошечном отнорке под сводом пещеры обнаружился тайник. Добраться до него оказалось не так-то просто - худощавый альтмер едва протиснулся в узкий проход - но оно того стоило: найденные там сокровища полностью окупили бы все затраты на подготовку этого путешествия и изрядно обременили бы кошелек Элемара полновесными "драконами"... если бы удалось найти покупателя на это богатство. Даэдрический шлем и даэдрический же боевой молот по карману далеко не всякому - выкупить их по силам разве что кому-нибудь из Советников Великих Домов... и то, скорее всего, не каждому. Впрочем, Элемар знал, к кому обратится. У Тувесо Белет наверняка найдётся клиент, которому можно предложить такой товар...
  
   Глава 33. Информаторы в Вивеке. Поиски
   Кай Косадес за прошедшие с последней их встречи полгода заметно изменился. Нет, на первый взгляд это был все тот же безобидный старик-скумоед, но... Элемар затруднялся сказать, в чем именно заключались перемены, однако находиться рядом с координатором было почему-то неуютно.
   Записку от Косадеса передала Гилдан, когда Элемар явился к ней за деньгами. Для дальнейшего продвижения в Доме Редоран нужно было заручиться поддержкой еще двоих Советников и построить поместье. Идея обзавестись собственным жильем ему нравилась, а вот дальнейшее продвижение... с другой стороны, у Второго на этот счет было свое мнение и какие-то свои планы, которыми зловредный дух делиться отказался, упирая на то, что до них, планов, надо еще дожить, а репутацию надо зарабатывать сейчас. С деньгами проблем не было, за разрешением тоже дело не стало - герцог Ведам Дрен возражений не имел и, взяв с альтмера клятву служить на благо "новой родины", оное милостиво предоставил. Оставалось только заручиться поддержкой двоих Советников, благо, серджо Сарети любезно назвал имена тех, к кому лучше всего обратиться... и Элемар даже успел переговорить с советником Хлареном Рамораном. А тут эта записка.
   Кроме самого Косадеса изменился и его дом. Судя по всему, старик тут и не бывал почти. Не жил точно - в воздухе явственно чувствовался запах прели и сырости, не свойственный обитаемому жилищу. Но и следов взлома или обыска тоже не было заметно - либо работали профессионалы, умеющие не оставлять следов, либо лачугу никто не обыскивал. И сам Кай явился сюда только ради встречи с ним...
   - Стоило ли так рисковать? - первым делом спросил альтмер, когда зашел и запер за собой дверь.
   - Ничего не поделаешь, - хрипло отозвался хозяин дома, откладывая заряженный двемерский арбалет. - Дело нужно делать, мы и так много времени потеряли.
   - Спрашивать вас о чем-либо бесполезно, ведь так? - Элемар достал из сумки бутылку флина и, выбрав на столе пару стаканов почище, разлил в них напиток - Балморская погода в очередной раз "радовала" холодным ливнем, а очаг Косадес не разжег.
   Изначально, конечно, у него на этот флин были совсем другие планы - Второй обмолвился насчет годовщины своего попадания, и Элемар собирался отметить её, а заодно и годовщину своего приезда в Морровинд - но не мерзнуть же теперь...
   - Нечего рассказывать, - Кай смерил альтмера подозрительным взглядом, но стакан с флином принял. - Хотя от храмовников я бы посоветовал тебе держаться подальше.
   - Это и так понятно, - пожал плечами Элемар и с удовольствием сделал несколько глотков флина. - До присоединения к Империи Морровинд был теократическим государством, а теперь имперская администрация все больше и больше перехватывает бразды правления - где напрямую, где опосредованно, но лица заинтересованные давно заметили тенденцию.
   Кай хмыкнул и в несколько глотков ополовинил свой стакан.
   - Умный мальчик. Не зря тебя Сарети так старательно протаскивает наверх.
   - О, да, - фыркнул Элемар. - Так старательно, что даже я это понял. Так что приходится... соответствовать.
   - Давай, соответствуй. Нам нужны свои люди внутри Домов.
   Элемар внешне никак не отреагировал, но сказанное координатором его покоробило. За то время, пока он занимался делами Дома Редоран, он как-то незаметно... сроднился с ним. Естественно, он понимал, что Атин Сарети намерен его использовать в своих целях, более того, с самого начала использовал, но и отдача была не меньшей: знакомства с нужными людьми и мерами - Вонден Мано все же признался как-то, что взялся его учить именно по просьбе Атина Сарети - вовремя замолвленное слово... да даже оружие - стеклянный меч, полученный Элемаром от Тувесо Белет, был передан ей из оружейной Сарети. Хитроумный Советник умело привязывал чужеземца к Дому - и к себе. Альтмер это понимал - для этого ему не понадобились разъяснения Второго - но его это устраивало. По крайней мере, на данный момент. Хотя он достаточно слабо представлял себе, какую пользу сможет принести Дому Редоран в качестве еще одного Советника... кроме поддержки Атина Сарети в Совете.
   - Что, и в Телванни тоже? - поинтересовался он, чтобы не затягивать паузу.
   - Про Хлаалу не спрашиваешь?
   - Встречались, - криво усмехнулся Элемар.
   Потянулся к бутылке и разлил остатки флина - одного стакана явно было недостаточно, чтобы согреться.
   - Ясно, - довольным Кай не выглядел. - Что ж, этого следовало ожидать. Нет, в Дом Телванни нам внедрить своего человека не удалось. Но давай к делу - ночь не так длинна, как мне бы хотелось, а мне нужно убраться из этого проклятого городишки еще до рассвета. Перед нашей последней встречей ты получил некоторую информацию... и я надеюсь, что с тех пор ты не забывал пополнять уже известное тебе новыми сведениями. Сейчас же нам нужна не историческая справка, вроде тех, что ты получил от Антаболиса и гра-Музгоб, а влияние этих слухов, воззрений или верований - чем бы это ни было - на текущую ситуацию. Видел этого болванчика на набережной? История не слишком объясняет, что с ним произошло, а? Хотя и она не будет лишней...
   - Я понял, - спокойно ответил Элемар. - С кем мне надо будет переговорить?
   Кай на миг прикрыл глаза...
   - Итак... Аддхиранирр, хаджитка. Хулейя, аргонианин. И Мехра Мило, данмерка. Подробности - вот, - он взял с хромого столика у кровати несколько листов бумаги и протянул Элемару, - так что забыть или запутаться ты вроде бы не должен. В других обстоятельствах я бы посылал тебя к каждому по отдельности, но... В нынешних приходится поступать иначе. Кстати... - Кай отвернулся и зашарил под подушкой.
   Элемар даже не удивился, когда координатор бросил ему на колени небольшой кожаный мешочек, негромко звякнувший при приземлении. В то, что тот хранит под подушкой свои сбережения, он ни на секунду не верил, но сунуть туда пару таких вот мешочков на расходы - свои или агентов - вполне мог.
   - Тут две сотни серебром, - сообщил Кай, наблюдая, как альтмер убирает мешочек в сумку. - На расходы, взятки... и прочее. Трать и не жмись, понял?
   Элемар кивнул. Просмотрел перед тем, как убрать, листы с информацией на осведомителей и вопросительно уставился на Косадеса.
   - Где мне их искать? Хотя бы ориентировочно.
   - Ориентировочно? - Кай вновь привычным жестом потёр небритый подбородок. - Так... Аддхиранирр... В Гильдии Воров не состоишь?
   Альтмер покачал головой. Второй в своё время очень подробно разъяснил ему, почему не стоит с ними связываться. Особенно, с учетом его службы Дому Редоран. Да и рожи завсегдатаев "Южной Стены" как-то не располагали...
   - Жаль, - вздохнул Кай. - Было бы проще - хаджитка является членом Гильдии и с собратом по ремеслу наверняка общалась бы охотнее... Впрочем, - он бросил на альтмера оценивающий взгляд, - ты, пожалуй, справишься и так. Тот же покойник Омавель далеко не со всеми секретничал, а тебе все сплетни-слухи сливал только так... Так вот об Аддхиранирр - обычно её можно найти в кантоне Святого Олмса. Там она ошивается чаще всего. Где именно, узнавать будешь сам, уже на месте. Только будь осторожнее в разговорах с тамошними обитателями - они не слишком жалуют чужеземцев. Так что тебе, чтобы выяснить нужные сведения, придётся сначала завоевать их доверие. Или, - Кай с намёком кивнул на сумку альтмера, - купить это доверие.
   Элемар понятливо кивнул.
   - Хулейя, - назвал имя следующего осведомителя координатор. - Аргонианин. Наёмный убийца из Мораг Тонг. Обычно ошивается в трактире "Чёрный Шалк"...
   Альтмер прищурился, вспоминая... В "Чёрном Шалке" ему приходилось бывать, и аргонианина он там видел. И не единожды. Того или нет - будет ясно на месте, но, по крайней мере, есть с чего начинать.
   - Известен тем, - продолжал тем временем Кай, - что изучает историю. И, - он бросил короткий взгляд на Элемара, - большой любитель книг. Ну, ещё старых вещей. Считается неплохим знатоком истории. Что в нашей ситуации будет довольно полезно... Кто там остался? Мехра Мило? Милая девочка и хороший друг... Так что будь очень осторожен, Суротано, и не навлеки на неё беду - Храм, знаешь ли, не слишком доброжелательно относится к "н'вахам". Так что они наверняка не одобрят беседу Мехры с чужаком на религиозные темы, если увидят... Найти Мехру можно в библиотеке Зала Мудрости при Храме. Узнать её легко: такой цвет волос у данмеров встречается нечасто...
   - Какой? - переспросил Элемар.
   - Рыжий. Так называемый "индорильский" рыжий. Как у этой их "благой" Альмалексии. Или... - Кай неприятно усмехнулся, - как у тебя самого. Не знай я, что ты родом с Островов, предложил бы тебе поискать родню среди индорильцев - для альтмеров твоя масть тоже не слишком характерна, знаешь ли...
   Элемар только равнодушно пожал плечами - его статус крови и магии был неоднократно проверен. Была у Клинков такая возможность... Родство определить таким образом было нельзя, только отсутствие - или наличие - среди предков не-альтмеров. У Элемара примесей чужой крови не обнаружили...
  

***

   Флакассия Фаузейус, к огорчению альтмера, в этот раз была на месте, любезничая с каким-то коротышкой-бретонцем. Незнакомец был лыс и невероятно толст, отчего мгновенно напомнил Элемару слоада, некогда виденного на картинке. А от навешанных на руки и шею украшений просто рябило в глазах...
   Атмосфера накалилась мгновенно, стоило бретонке заметить бывшего ухажёра. Несколько слов, сказанных вполголоса - и коротышка, смерив Элемара пренебрежительным взглядом, с насквозь фальшивой доброжелательностью поинтересовался:
   - Претензии, альтмер?
   - У меня - никаких, - равнодушно пожал плечами тот. - Но, видимо, у вас имеются претензии ко мне?
   - Правильное решение, - снисходительно одобрил коротышка, словно не услышав встречный вопрос. - Это хорошо, что вы верно оцениваете ваши способности, юноша... - с мерзкой улыбочкой продолжил он, явно красуясь перед дамой. - Но если вы решите, что я вас недооцениваю, мы можем выяснить это на Арене. В любое удобное для вас время.
   Короткий взгляд, брошенный Элемаром на Флакассию, вцепившуюся кавалеру в плечо и что-то нашёптывающую ему в ухо, ясно дал понять, кого следует благодарить за такую настойчивость.
   - На Арене? - все так же незаинтересованно отозвался он. - Видимо, какие-то претензии все же имеют место, сэра. Только не у меня к вам, а у вас ко мне. Иначе с чего бы вам так настаивать?
   - О, что вы, я не настаиваю, - всё так же снисходительно ухмыляясь, заявил коротышка. - мне казалось, что это было именно ваше желание. Но, - он демонстративно полюбовался на унизанную перстнями руку, - я понимаю ваше желание не связываться с превосходящим противником.
   "А вот это уже спускать нельзя", - подал голос отмалчивавшийся Второй.
   Элемар был того же мнения.
   - Превосходящим? - презрительно переспросил он, глянув на собеседника сверху вниз - из-за разницы в росте это вышло особенно впечатляюще. - Сильно сомневаюсь, что вы сможете меня чем-то удивить.
   Ухмылка коротышки стала чуть напряженнее.
   - Кажется, я забыл представиться. Арнанд Квилл, маг. Член Гильдии Магов в ранге "Мистик", - проговорил тот, чуть сузив глаза.
   Элемар презрительно фыркнул: благодаря Улени Хелеран, он разбирался во внутригильдейских рангах и мог оценить уровень подготовки предполагаемого противника. Говоря по правде, некоторые основания для бравады у того имелись. Но... исходя из некогда озвученных Улени требований к претендентам на очередной ранг, сам Элемар, будь он членом Гильдии, занимал бы куда более высокий статус.
   - Не могу сказать, что рад знакомству, - все так же презрительно проговорил он, небрежно демонстрируя наглецу огненный шар на раскрытой ладони. - Но вежливость требует от меня представиться в ответ. Редоран Суротано из Даска, Брат Дома. Боевой маг. Будь я членом вашей Гильдии, имел бы право претендовать на ранг "Чернокнижник"...
   И так же небрежно развеял заклинание.
   Квилл поперхнулся и поскучнел. Возможно - и скорее всего - он превосходил Элемара и в знании теоретических основ, и в количестве изученных заклинаний: Элемар все же слегка покривил душой, говоря о праве претендовать на ранг "Чернокнижника". Совсем немного, но тем не менее. Но коротышка явно оценил и скорость сотворения заклинания, и его потенциальную мощность, и ту привычную небрежность, с которой альтмер погасил ненужный огнешар, эффектно "втянув" его, вместо того, чтобы запустить в ближайшую стену, как это сделал бы менее опытный маг. И, разумеется, высокий статус Элемара.
   - Если вы все еще желаете встретиться со мной на Арене, чтобы решить возникшие разногласия, я к вашим услугам, - все так же презрительно сообщил Элемар.
   - О нет-нет, что вы, - зачастил коротышка. - Я искренне прошу прощения за это маленькое недоразумение.
   Насколько прежде он был снисходителен, настолько теперь стал подобострастен.
   - Вот и славно, - буркнул в ответ Элемар и торопливо удалился.
   "Жаль, что ты не обратил внимания на личико своей бывшей подружки", - с откровенным злорадством сообщил Второй, едва они вышли из Гильдии.
   Элемар поморщился - думать о Флакассии было неприятно. До этого им как-то удавалось оставаться в рамках деловых отношений - Элемар давно смирился с тем, что причина внезапного к нему охлаждения со стороны вивекской телепортистки так и останется для него тайной - и сегодняшний внезапный демарш его сильно удивил. Очень неприятно удивил.
   "Так вот, я, кажется, понял, почему она тебя отшила, - продолжил дух. - И могу предположить, что при следующей вашей встрече она попытается возобновить общение".
   "И почему же?" - помимо воли заинтересовался Элемар.
   "Дамочка искала богатого... пусть будет "кавалера". Чтобы подарки делал дорогие... ну, и похвастать можно было перед подругами-соперницами. Причем внешние... э-э, атрибуты богатства и знатности должны присутствовать - чтобы все эти самые "атрибуты успешности" сразу видели. И, разумеется, завидовали. Вспомни, какой ты пришел первых раз в вивекскую гильдию - весь из себя культурный, одетый с иголочки, благоухающий канетом, с флером тайного страдания в очах. Наследный принц в изгнании, да и только. Откуда ей было знать, что шмотье тебе досталось со скидкой, а "флер тайного страдания" объяснялся лютым похмельем? Дамочка на тебя и клюнула. А оказалось, что ты проходимец с улицы. Просто сосланный преступник без связей и имени".
   "Ага, а теперь эта сука узнала, что я, оказывается крут, как вареное яйцо, и попытается снова ко мне подольститься? На хрен. Пусть этого... как там его, Квир, что ли? Пусть, короче, этого недослоада окучивает!"
   "Нельзя порицать женщину за желание устроиться с большим комфортом, чем у неё есть", - наставительно, но при этом со смехом в голосе изрек Второй.
   "Не буду. Вот пошлю эту тварь подальше с её аппетитами и порицать не буду ", - сердито отозвался Элемар.
   Попетляв по коридорам и переходам между Плазой и поясами кантона, Элемар добрался до "Чёрного Шалка". Однако в "Шалке" их ожидало разочарование - клуб был пуст, если не считать самого хозяина и регочущей компании за дальним столиком.
   - Хулейя? - переспросил владелец клуба. - Да, он тут часто бывает. Неплохой парень. Очень вежливый и культурный, особенно для аргонианина. Но в последнее время он заходит реже, чем раньше - с тех пор как тут обосновалась компашка Фавела Гобора.
   - Фавел Гобор? - переспросил альтмер.
   Владелец клуба качнул головой в сторону веселящейся компании:
   - Вон они сидят, с'виты. Как ни появятся - считай, день гуару под хвост. Хитрые, скриба им... сами первыми в драку не лезут, но своими подначками способны вывести из себя даже святую Мерис Примирительницу, - данмер осуждающе покачал головой. - Цепляются ко всем подряд - это же Квартал Чужеземцев, данмеров-то раз-два и обчёлся, н'вахи в основном... Простите, серджо. Но Хулейя... его они достают с особым упорством.
   - А выгнать? - поинтересовался Элемар, покосившись на замершего в углу зала костяным изваянием ординатора.
   - А за что? - вздохнул владелец клуба. - Эти с'виты достаточно хитры, чтобы подстроить все так, чтобы при случае их не в чем было упрекнуть. Все, понятное дело, всё понимают, но формально им обычно нечего предъявить.
   На том разговор и увял. Настроившись на долгое ожидание, Элемар договорился насчёт комнаты на ночь - даже при самых оптимистичных подсчётах выходило, что в Вивеке придётся задержаться - и заказал обед. Благо, кормили в "Шалке" ничуть не хуже, чем в других местах. Фавел Гобор с приятелями цепляться к Элемару не пытался, но альтмер несколько раз поймал на себе нехорошие взгляды с их стороны. К счастью, взглядами все и ограничилось. Впрочем, начинать драку Элемар все равно не собирался, рассчитывая на языкатого Второго - дух умел не только виртуозно договариваться с кем угодно... ну, почти, если быть совсем точным... но и не менее виртуозно вывести противника из себя всего парой слов.
   Увы, ожидание успехом не увенчалось - Хулейя так и не появился. Владелец клуба был мрачнее тучи - кроме Элемара и компании того самого Фавела Гобора, за полдня так никто и не пришёл, а дверь в клуб открывалась лишь дважды. И то лишь для того, чтобы впустить очередного ординатора, заступающего на смену.
   А наутро, посовещавшись со Вторым, Элемар отправился в округ святого Олмса, надеясь попытать счастья в поисках каджитки Аддхиранирр. Первым, кто встретился Элемару в коридорах Пояса кантона, был представительного вида имперец. Альтмер как раз заворачивал за угол, когда навстречу ему выскочил этот незнакомец...
   "Наше счастье, что этот парень заметно ниже тебя ростом", - хмыкнул Второй, когда Элемар, сбитый с ног, отскрёб себя от пола.
   Альтмер мысленно фыркнул в ответ, соглашаясь. Привалившись плечом к стене, он наблюдал, как неизвестный, потирая лоб, ушибленный о костяной редоранский нагрудник, с тихими стонами пополам с бранью пытается принять хотя бы сидячее положение. Проходивший мимо них в момент столкновения ординатор остановился чуть поодаль, взирая на происходящее со всей невозмутимой надменностью, которую только могла выразить лакированная личинаиндорильского шлема. Но Элемар, находившийся к нему чуть ближе, чем его визави, явственно слышал старательно подавляемые смешки: индорилец явно наслаждался бесплатным зрелищем, пользуясь тем, что глухой шлем полностью скрывает выражение его лица.
   - Простите великодушно мою неловкость, - проговорил тем временем немного пришедший в себя имперец. - Дувианус Платориус, сборщик податей Имперской Канцелярии по Налогам и Сборам, к вашим услугам.
   - Суротано из Даска, боевой маг, - в свою очередь представился Элемар, вставая. - Это было... неожиданно.
   - Ещё раз приношу свои извинения. Я был полностью погружен в свои мысли...
   - Как и я, - хмыкнул альтмер, разрешая возникшую неловкость, и протянул Платориусу руку, помогая подняться.
   Тот с благодарностью ухватился и, встав, принялся старательно отряхиваться.
   - Где же ваше сопровождение? - полюбопытствовал Элемар. - Или вы сейчас... не при исполнении обязанностей?
   - Нет-нет, сейчас нет, - торопливо, даже слишком торопливо, отмахнулся тот.
   Последний раз поправил рукава и вздохнул.
   - У меня была назначена встреча с моей давней знакомой... - неуверенно проговорил он. - Но вот беда - о точном месте встречи мы не условились, а этот квартал... он слишком велик. И теперь я в затруднении - сроки поджимают, а разузнать что-то у местных, - Платориус удручённо махнул рукой. - Здешние данмеры не слишком жалуют чужеземцев. А уж имперцев и вовсе менее всех.
   - Ну, альтмеров, допустим, они любят ничуть не больше, - фыркнул Элемар.
   - И это весьма прискорбно, - покивал Платориус. - Однако я буду вам безмерно признателен, если вам удастся - при случае, разумеется - разузнать что-нибудь о том, где я мог бы встретиться с моей знакомой без помех.
   - Ну, - иронично усмехнулся в ответ Элемар, - для этого я должен хотя бы примерно знать, о ком вообще речь.
   - О, простите, - улыбнулся в ответ Платориус, не выглядя, впрочем, ни виноватым, ни смущённым. - Это хаджитка-сутай по имени Аддхиранирр.
   Элемар не сдержался - вздрогнул, бросил быстрый взгляд на собеседника. Платориус мгновенно подобрался:
   - Вам что-то известно?
   "Чирранирр, - поспешно выдохнул Второй. - Каджитка из "Южной Стены", помнишь?"
   - Как, простите, вы сказали, её зовут? - переспросил Элемар.
   - Аддхиранирр, - внятно повторил Платориус, не сводя с лица альтмера пристального взгляда.
   - О, простите, я просто ослышался, - извиняющимся тоном проговорил Элемар. - Мне показалось, что вы сказали "Чирранирр". С этой... хм, дамой я действительно немного знаком. Она тоже хаджитка-сутай, но... она живёт в Балморе и в Вивек, насколько мне известно, не выбирается. И, - он помолчал, словно бы замявшись, - эта... женщина не из тех, кого можно было бы назвать подходящим знакомством. Проще говоря, - пояснил он в ответ на вопросительно поднятые брови собеседника, - она любительница скуумы. Не совсем опустившаяся, но...
   - Чирранирр, говорите? - не скрывая разочарования, протянул Платориус. - Нет, это не она... не моя знакомая. Но если вам вдруг посчастливится - не сочтите за труд...
   - Если посчастливится - непременно, - кивнул альтмер.
  

***

   Осторожные расспросы ничего не дали. Все, с кем ни заговаривал Элемар, на вопрос об Аддхиранирр только разводили руками - мол, всё верно, бродит тут временами такая. Но сейчас её тут нет. И даэдра знают, где её искать... а единственный раз, когда Элемар, вспомнив совет Косадеса, попробовал подкупить собеседника, окончился неудачей. Данмер, которому он предложил денег за сведения о каджитке, сначала долго смотрел на столбик серебряных "башен" на столе между ним и Элемаром, а потом перевел взгляд на альтмера.
   - Деньги мне бы не помешали, - медленно проговорил он. - Но моя совесть мне дороже. Как бы я ни относился к таким, как эта прохвостка, она здесь все-таки своя. А ты - чужак, саличе. Не такой настырный, как тот надутый имперец, что караулит кошку в атриуме, но чужак. А мы тут не слишком жалуем чужаков. Так что забери свое серебро, пока я не затолкал его тебе в глотку. И проваливай. Не все в этом мире можно купить за деньги.
   Эта неудача Элемара больше разозлила, чем расстроила. Набегавшись по верхним ярусам кантона святого Олмса, он уже собирался бежать и обшаривать подземные уровни, но Второй - пусть и с немалым трудом - сумел его отговорить.
   "Не горячись. Тебе ведь ясно сказали, что она тут своя. Так что ты не успеешь добраться до ближайшего люка на уровень Каналов, как её и след простынет".
   "С чего ты так решил?"
   "С того, что ты сам бы давно заметил, если бы не был так взвинчен, - мягко ответил дух. - Пока ты бесцельно бегал по переходам и коридорам, выпуская злость, я успел кое-что заметить. А именно то, что рядом с нами постоянно крутится несколько мальчишек. Они держатся в стороне и часто меняются... но при этом ни на минуту не выпускают тебя из виду".
   "Дерьмо", - ругнулся Элемар.
   Ему на какое-то мгновение стало стыдно. Мальчишки... это ведь так очевидно! Кто обратит внимание на стайку детей, если они не настроены агрессивно? Да никто! И он, как ни стыдно это признавать, в том числе... при том, что сам при случае пользовался услугами таких вот мальчишек.
   Немного успокоившись, он задумался. Безуспешные поиски отняли у него уже больше половины дня и, если не найти выход из этого положения, отнимут ещё больше. К тому же чем дальше, тем сильнее хотелось есть.
   "Как думаешь, если я спрошу, где тут можно пожрать и не отравиться, кто-нибудь из местных сподобится ответить прямо и честно?" - поинтересовался он.
   "Думаю, это зависит от формулировки, - задумчиво ответил Второй. - Про "не отравиться" я бы, например, не спрашивал. Во избежание".
   В небольшой таверне при Зале Пивоваров и Торговцев Рыбой стоял тошнотворный смрад перекисшего мацта, смешанный с гнилостной вонью рыбной требухи. И Элемар даже думать не хотел, каково дышать там, в самой пивоварне - или мацтоварне? - и находящейся через стену от неё солильне. Зато здесь, помимо привычного набора блюд можно было задёшево купить немаленький ломоть жареной рыбы-убийцы, тарелку серебристых окуньков или большую - две пригоршни - миску с ртутно-блестящей солёной мелочью...
   "Килька!" - увидев эту самую мелочь, плавающую в мутном рассоле, возликовал вдруг Второй.
   И, как оказалось, радость его имела основания - эта самая мелочь оказалась неожиданно вкусной. Особенно в сочетании с варёным бататом и мацтом, взятым по настоянию всё того же Второго. Настолько, что Элемар, сам того не заметив, опустошил принесённую миску и даже собирался взять ещё одну, прежде чем до организма дошло, что больше в него при всём желании не влезет. Мацт, знакомство с которым в своё время началось и закончилось в "Южной Стене", тоже оказался вполне приличным и, вопреки опасениям альтмера, помнящего первое неудачное знакомство с этим напитком, проситься на волю не торопился. Напротив, навалилась приятная сытая истома...
   Возможно, именно поэтому заплаканные глаза молодой данмерки за стойкой привлекли его внимание...
   - Извините, сэра, - покачала она головой, стоило только Элемару попытаться с ней заговорить. - Но мне сейчас не до праздных разговоров.
   Альтмер огляделся, но в таверне никого не было. Только служанка собирала посуду с дальнего стола, за которым еще пять минут назад сидели несколько кожевенников.
   - Не лезь, к Морони, чужак, - мимо, чувствительно толкнув его бедром, прошла ещё одна данмерка, неся в руках пустой поднос. - Горе у неё, понял? Не до приставаний ей сейчас.
   - Да я и не думал приставать, - невольно стушевался Элемар. - Просто увидел, что... ну... вдруг ей помощь нужна?
   - Да чем тут поможешь? - данмерка, положила поднос на стойку и оперлась на нее локтями, прогнувшись в спине и едва слышно застонав от облегчения и удовольствия. - Муж у неё пропал.
   Морони отвернулась и тихонько всхлипнула. Служанка покачала головой и погладила её по плечу:
   - Не плачь, глупая, - сказала она по-данмерски. - Ладно бы мужик был стоящий, а то ж... тьфу. Радоваться надо, дурочка...
   - Не могу, - так же по-данмерски ответила та.
   Элемар на всякий случай сделал вид, что ни слова не понимает.
   - Муж у неё пропал, - перейдя на сиродиильский, проговорила служанка, - Данар Увелас, любитель скуумы. Причём пропащий совсем - ничто ему не мило, кроме скуумы этой окаянной... Наши-то поначалу пытались его вразумлять - да толку с того... Отлежится да снова к торговцу дрянью этой тащится. Да ещё прятаться начал - Налис Гальс, торговец с нижнего атриума как-то говорил, что Севиза Теран видела Данара с его дружками - такими же кончеными, как и он сам - на нижнем уровне, возле люка, ведущего в подземелья.
   - Все, что было ценного в доме у них - всё вытянул, чтобы дряни своей купить, - продолжала она. - Подворовывать начал - наши ему уже несколько раз рёбра да зубы считали... А эта дурочка до сих пор его любит и думает, что его можно вернуть к нормальной жизни. Хотя там возвращать уже попросту нечего, - данмерка махнула рукой.
   Морони снова всхлипнула. И вдруг повернулась к Элемару, глядя на него пристально и умоляюще:
   - Вы... вы говорили, что хотели предложить мне свою помощь...
   Тот медленно кивнул.
   - Я... мне нечем вам заплатить, - Морони нервным жестом скомкала передник, - и я понимаю, что... что вам нет резона искать нищего опустившегося мера... спускаться в подземелья... Но если вы вдруг что-то узнаете... Или... встретите его...
   Альтмер вздохнул. С одной стороны, разыскивать опустившегося невменяемого наркомана у него не было ни малейшего желания... но с другой - сам ведь напросился. Никто за язык не тянул...
   - Как я узнаю, что это именно он?
   Обе данмерки наперебой стали описывать пропавшего. И чем дольше Элемар их слушал, тем отчётливее понимал, что с таким описанием никого не отыщет.
   - Хорошо, я понял. Но это если он будет в состоянии назвать своё имя. А если нет? Есть что-то, по чему я смогу определить, что это именно он, даже если он будет... - альтмер замялся, подбирая щадящую замену к слову "мёртв", - неузнаваем?
   Данмерки переглянулись. Морони вздохнула и решительно стянула с руки кольцо.
   - Вот, - проговорила она. - На руке у Данара будет точно такое же кольцо.
   Элемар присмотрелся - тонкая серебряная полоска с неумело вычеканенным узором в виде листочков вереска и цветов чего-то похожего на ивопыльник. На внутренней стороне неровная надпись "Морони и Данар".
   - Эти кольца, - Морони вновь всхлипнула. - Их всего два. Данар сделал их сам, на нашу свадьбу. Тогда он работал помощником ювелира и... и ещё не пристрастился к скууме.
   Она ненадолго прикрыла глаза и глубоко, рвано вздохнула. Потом посмотрела Элемару прямо в глаза.
   - Если, - тихо, но твёрдо проговорила она, - вы найдёте моего мужа мёртвым - принесите мне его кольцо. Если он будет жив, но... но лучше бы был мёртв - прекратите его страдания.
   - Что значит "лучше бы был мёртв"? - подозрительно переспросил Элемар.
   Морони помолчала, взгляд её стал тревожным.
   - Говорят, - неуверенно и неохотно заговорила она, - что на нижних уровнях видели корпрусного монстра. Недавно. Уже после... после того, как Данар пропал. И один из его дружков незадолго до того где-то подхватил эту заразу. Я боюсь...
   - Я понял, - медленно кивнул Элемар. - Не могу вам обещать, что буду искать вашего мужа - целенаправленно искать - но, если обстоятельства нас с ним сведут, то... о его судьбе вы непременно узнаете.
   - О большем я не смею просить, сэра, - покачала головой Морони.
   Разговор увял. Но Элемар, пользуясь моментом, попытался выяснить что-нибудь об Аддхиранирр. В конце концов, он ничего не потеряет, если ему не ответят. Однако так и не представившаяся данмерка-подавальщица его удивила:
   - Эта проныра? Да, обычно она где-то здесь, в Олмсе, - небрежно фыркнула она. - Но когда тут становится слишком жарко от присутствия имперских гостей, - она со значением посмотрела на Элемара, - она может спрятаться. Поспрашивайте в Поясе Адавеса Терайна - этот жулик наверняка что-то знает. Ай, да вы его и сами узнаете, сэра - он вечно крутится на верхнем ярусе атриума.
   На этот раз словесный портрет был удивительно точен - Элемар почти мгновенно припомнил, что видел данмера, полностью подходящего под описание. Поблагодарив за подсказку, он вернулся в атриум Пояса.
   Дувианус Платориус все так же расхаживал по кольцу верхнего яруса. Только теперь его сопровождали, изо всех сил пытаясь изобразить незаметность, двое крепких имперцев, чья принадлежность к Легиону была видна невооружённым глазом, несмотря на то, что они были одеты в гражданское. Но интересовали Элемара не они, а тощий низкорослый данмер, со скучающим видом отиравшийся в дальнем углу. Вспомнив слова Второго о мальчишках, альтмер огляделся - но никого вокруг не увидел.
   Ухватив Терайна за шиворот, Элемар затащил его на лестницу, ведущую к входу на уровень Каналов. От неожиданности тот не сопротивлялся, но едва альтмер выпустил его ворот, немедленно возмутился:
   - Эй-эй, чего такой резкий, саличе? Хватаешь, пугаешь...
   - Денег хочешь? - оборвал его Элемар.
   - Кто ж не хочет? - ухмыльнулся Терайн. - К кому провести, за кем проследить? Учти, саличе, я рыбка малая, глубоко не плаваю. Спереть что или на мокруху не подпишусь, так и знай, за этим - к Камонне... если не пошлют.
   - Камонна мне без нужды, - Элемар криво усмехнулся. - А вот ты, мне сказали, можешь оказаться полезен. Говорят, ты знаешь много интересного...
   - Кто тебе нужен? - подобрался тот.
   - Аддхиранирр, хаджитка-сутай. Слышал о такой? - Элемар поднял руку на уровень глаз данмера, показывая край зажатой между пальцами серебряной монеты.
   Терайн алчно проводил его руку глазами.
   - Аддхиранирр? - протянул он. - Никогда не приходилось слышать. Нет, абсолютно точно. В первый раз слышу это имя.
   - А если подумать? - рядом с первой монетой блеснула ещё одна.
   Немалые деньги для мера вроде этого...
   - Хм, Аддхиранирр... - Терайн перевел горящий взгляд с монет на лицо Элемара. - Кажется, я что-то припоминаю, но... смутно, очень смутно.
   - А ты подумай, ф'лах, - мягко посоветовал он, добавляя к монетам ещё одну. - Хорошо подумай.
   - Нет, - нагло осклабился данмер. - Не вспоминается.
   - Очень жаль, - вздохнул Элемар. - Очень, очень жаль...
   И, словно невзначай, тронул рукоять висящего на поясе танто.
   - Эй, саличе, зачем так резко-то? - деланно возмутился Терайн, заметив его жест. - Я же по-хорошему...
   - Вот и я хотел по-хорошему... а ты, видно, не хочешь. Нельзя так, ф'лах. Как думаешь, что будет, если я сейчас подойду к тем имперцам, что топчутся сейчас в атриуме, и скажу им, что ты явно что-то знаешь?..
   - Не надо... - вероятность "беседы" с имперцами данмера испугала заметно сильнее.
   - Тогда не молчи.
   Данмер насупился. Элемар потряс рукой с зажатыми в ней "башнями".
   - Ну? Сдавать тебя имперцам мне выгоды нет - мне эта кошка самому нужна - но если ты будешь молчать... мне ничего не останется, кроме...
   - Четыре Столпа тебе... ладно, саличе, - сдался Терайн. - Да, я знаю Аддхиранирр. Она сейчас прячется. И будет прятаться до тех пор, пока тут шныряет этот лощёный ублюдок из Канцелярии по Налогам. Ищи её в подземельях, саличе, если она тебе так уж нужна. Очень милое место, - усмешка данмера сделалась на редкость гнусной. - Да, милое. Это точно. Канализация, саличе, - буквально пропел он. - Имперские мытари не любят плавать в зловонных водах...
   Монеты перекочевали в подставленную ладонь Терайна. Тот взвесил их в руке и спрятал в карман рваных штанов.
   - Бывай, саличе. Удачного купания, - злорадно пожелал он, прежде чем затеряться в коридорах Пояса.
   Элемар только выругался ему вслед.
  
   Глава 34. Информаторы в Вивеке. В коллекторах под Святым Олмсом
   "Уксус? - ужаснулся Элемар. - Да ты обалдел! Как я им дышать буду?"
   "А ссаниной ты как дышать собрался?" - возмутился в ответ Второй. - Или ты думаешь, в канализации тебе будет пахнуть канетом и вереском? Хрена тебе! Там такая концентрация аммиака будет, что ты через пару шагов на слёзы-сопли-слюни изойдёшь, а ещё через десяток задохнёшься к хренам от отёка лёгких!"
   Элемар припомнил своё состояние во время путешествия по коллекторам Имперского города и остыл. Очень кстати вспомнилось, что у сопровождающего на шее болталась тканевая повязка, которую он время от времени натягивал на лицо. Как и то, что ему такую повязку даже не предложили...
   "Но все равно..." - сдаваясь, проворчал он.
   "Потерпишь, - буркнул дух. - Зато он, насколько я знаю, неплохо нейтрализует воздействие аммиака. Правда, там, кроме него, наверняка будет присутствовать сероводород... а как не отравиться ещё и им, я не помню... Кстати, не вздумай там швыряться огненными шарами, если не хочешь, чтобы весь кантон сначала взлетел на воздух, а потом приземлился нам на голову. Вероятность этого, конечно, мала... но лучше перестраховаться ".
   Элемар только вздохнул. А в следующий миг напрочь забыл и про уксус, и про предстоящий с утра поход в тоннели канализации под кантоном святого Олмса. Потому что, открыв дверь "Чёрного Шалка" увидел аргонианина, окружённого уже знакомой троицей изрядно поддатых данмеров - Фавела Гобора с приятелями.
   - Ящерка-ящерка, - пьяно тянул один, - протяни-ка лапку - я тебе красивый браслет подарю. Волшебный браслет, специально для ящерки...
   Двое оставшихся дружно загоготали, а тот помахал перед носом невозмутимого ящера расстёгнутым рабским наручем. Хулейя - а Элемар почему-то был уверен, что это был именно он - даже не шелохнулся. Альтмер покосился в угол, где в прошлый раз обретался ординатор, призванный следить за порядком в заведении, но страж порядка, как и тогда, предпочёл изображать костяную статую.
   "Подвинься", - подал вдруг голос Второй.
   А в следующий момент альтмер оказался оттеснённым "внутрь". Дух же, занявший его место, слегка повёл плечами... и вдруг радостно заорал:
   - Хулейя! Негодяй ты чешуйчатый, где тебя носило? Я обыскался! Хорошо, хоть Кай подсказал, где тебя найти можно, книжная ты душа!
   Аргонианин вздрогнул, услышав своё имя от незнакомца, вздрогнул ещё раз, когда прозвучало имя Косадеса, но на невыразительной рептильной морде тут же возникло такое же радостное выражение, как и - Элемар был в этом полностью уверен - у занявшего его тело Второго. Ни дать, ни взять - встреча старых добрых знакомых. И поди докажи, что они друг друга впервые видят.
   - З-сдравс-ствуй, дорогой друг, - прошелестел Хулейя, разевая пасть в зубастой улыбке. - Очень рад вс-стрече с-с тобой. Из-свини, но с-сейчас мне, - он выразительно покосился на настороженно переглядывающихся данмеров, - немного не до бес-сед. Да и мес-сто тут не с-самое подходящее.
   - Так за чем дело стало? - изобразил изумление Второй. - Пойдём, я знаю отличное местечко, где можно посидеть и поболтать без помех. Заодно и встречу отметим...
   - Эй, - вклинился данмер, всё ещё вертящий в руках рабский наруч. - Не так быстро, саличе!
   Может быть, сам Фавел Гобор, может, кто-то из его сотоварищей... В прошлый раз, беседуя с владельцем "Шалка", Элемар как-то не удосужился прояснить, кто из этих троих кто. Впрочем, по большому счёту, ему было плевать, кто из этой троицы раззявил пасть. Второму, судя по всему, тоже.
   - Мы ещё не закончили наш разговор с этой грязной ящерицей, - продолжил между тем данмер.
   Второй медленно повернул к нему голову и мрачно уставился на него в упор. Элемар многое отдал бы за возможность увидеть сейчас своё лицо со стороны... потому что троица мгновенно подобралась и как-то нервно заёрзала. Видно было, что только упрямство не позволяет им сходу сдаться.
   - Это не значит, что вы можете прерывать наш разговор, - холодно процедил дух, продолжая буравить оратора тяжёлым взглядом.
   - Не пытайся нас запугать, саличе! - неожиданно ломким голосом выкрикнул тот. - Думаешь, как напялил Гах-Джуланскую броню, так сможешь за редоранца сойти?
   - А зачем мне походить на редоранца? - лениво-презрительно отозвался Второй.
   Один из двоих, благоразумно хранивших молчание, внезапно уставился на Элемара так, словно в первый раз его увидел. А потом метнулся к приятелю и, ухватив того за рукав, принялся что-то торопливо шептать ему на ухо. Собиравшийся добавить что-то едкое Второй криво усмехнулся, наблюдая за тем, как у того меняется выражение лица.
   "Кажется, нам все же удастся обойтись без драки", - мысленно проговорил он.
   "Откуда такая уверенность?" - скептически отозвался Элемар.
   Не то чтобы ему так уж хотелось подраться... просто в мирное разрешение ситуации он не очень-то верил.
   "Судя по всему, этот парень сообразил, кто ты такой. Сам подумай - много ли ты видел своих сородичей среди редоранцев? А слухи в Морровинде"
   Элемар был вынужден признать, что ни одного. Альтмеры, по самой своей природе склонные к занятиям магией, в Морровинде предпочитали строить карьеру в Доме Телванни, Дому волшебников. Или в Гильдии Магов. Впрочем, воинов тоже ему встречалось немало. Но все они были членами Гильдии Бойцов. В Доме же Редоран он в настоящее время был единственным представителем своего народа, а потому вряд ли стоило удивляться тому, что его сумели опознать. Пусть и не сразу.
   - Да мне плевать! - заводила - видимо, все-таки сам Гобор - выдернул рукав из хватки приятеля. - Будь он хоть сам...
   Договорить он не успел - приятель резко выдохнул сквозь зубы и коротко, почти без замаха, двинул ему в висок. Третий из компании только приглушённо ахнул, прежде чем дёрнуться вперёд, чтобы подхватить бессознательное тело.
   - Прощения просим, благородный серджо, - негромко проговорил данмер, так ловко вырубивший своего дружка. - Фавел ничего не хотел такого... если вам, благородный серджо так надо поговорить с... с этой ящерицей, то мы не вправе препятствовать.
   - Да-да, - поддакнул третий, - мы ничего не хотели... если вам нужна эта гряз... - он осёкся, получив пинок от товарища, - если вам так хочется пообщать... - еще один пинок, - в общем, мы не смеем вам мешать.
   Второй выдержал паузу, посверлив обоих взглядом, хмыкнул, покосившись на слабо ворочающегося на полу заводилу, а потом ещё раз, глянув на так и не пошевелившегося ординатора возле стойки, и проговорил:
   - Вот и славно.
   Обернулся к Хулейе:
   - Так что, дружище? Пойдем?
   - С-с радос-стью, друг мой, - прошелестел тот, снова оскалившись в дружелюбной улыбке. - Пош-шли, я знаю поблизос-сти тихое мес-стечко...
   Однако стоило им покинуть стены "Черного Шалка", оказавшись вне поля зрения возможных свидетелей, как вся напускная радость стекла с Хулейи, как капли воды стекли бы с его гладкой чешуи.
   - Я ожидал с-самого Кая, - сухо проговорил он.
   - Каю сейчас немного не до того, - обтекаемо ответил Элемар, которому Второй как раз вернул управление телом.
   - Он жив? - ящер напрягся.
   - Жив и здоров, - альтмер пожал плечами. - По крайней мере, был таковым во время нашей последней встречи. Просто, насколько я понял, в Вивеке ему в ближайшее время появляться крайне нежелательно, поэтому он поручил это мне.
   - Яс-сно, - Хулейя слегка - только слегка - расслабился. - В таком с-случае предлагаю навес-стить книжную лавку Джобаш-ши. Там нас-с никто не побес-спокоит.
  

***

   Предположения Второго насчёт нижних уровней Вивека, как и собственные опасения Элемара, навеянные воспоминаниями о канализации имперской столицы, не оправдались. Воняло там, конечно, изрядно, но вполне терпимо - через вентиляционные шахты в подземелья проникал свежий воздух. И даже некоторое количество света - совсем немного, но достаточно, чтобы не сверзиться в канал со сточными водами. А ещё было удивительно чисто, учитывая назначение этих тоннелей. Потоки нечистот с верхних уровней струились по желобам, способным выполнить свою задачу даже в том случае, если всех обитателей кантона поразит эпидемия расстройства желудка. Объяснение нашлось быстро: едва спустившись в подземелья, альтмер столкнулся с группой рабов-аргониан, сопровождаемых парой хмурых надсмотрщиков-данмеров с тканевыми повязками на лицах и занятых чисткой шлюза.
   Его появление вызвало у последних некоторый интерес, но причина его оказалась проста до изумления:
   - Странно видеть высокого эльфа в таком месте, как это, - нейтрально обронил один из надсмотрщиков после обмена вежливыми приветствиями.
   Второй, ограничившийся кивком, всё это время продолжал наблюдать за рабами. Но к разговору явно прислушивался.
   - Необходимость, - пожал плечами Элемар.
   После еще нескольких минут взаимовежливой и почти дружеской - чему неплохо поспособствовал незаметно использованный "Шёпот Зенитара" - беседы на нейтральные темы, он наконец решил спросить о том, что его интересовало.
   - Вы здесь кошку не видели? Каджитка-сутай, зовут Аддхиранирр.
   - А, эта прохвостка? - ухмыльнулся - это было заметно даже под повязкой - надсмотрщик. - Ну, время от времени она тут действительно шастает. Обычно, когда наверху для неё становится жарковато. Как, например, сейчас. Тот с'вит из Имперской Канцелярии по Налогам и Сборам уже всем в Олмсе глаза намозолил. Да и про альтмера, который ею интересовался, до наших, хе-хе, глубин слухи доходили.
   Элемар хмыкнул.
   - Но ты ведь не для имперца эту хвостатую ищешь?
   - Обойдется имперец, - Элемар криво ухмыльнулся. - Самому надо.
   Данмер понимающе хмыкнул и переглянулся с напарником. Тот пожал плечами и кивнул.
   - Ладно, саличе. Поищи её в северо-восточных тоннелях. Там у неё ухоронка. Только прими совет: иди туда через Каналы. Не напрямик. Неохота потом твой труп из дерьма вылавливать.
   Элемар вопросительно поднял брови.
   - Учти, я этого не говорил, - предупредил данмер. - Здесь, в подземельях есть тайное святилище одного из Четырёх Столпов. Ассернерайран называется. Кого именно там прославляют - не знаю и знать не хочу. И тебе узнавать не советую. Целее будешь - тамошние культисты совсем отбитые. Поэтому мы стараемся там лишний раз не маячить. Во избежание... недоразумений. Хотя вообще-то нас они не трогают, - он как-то странно покосился на занятых чисткой шлюза рабов и поправился, - почти не трогают. Но это тебя уже не касается.
   Альтмер равнодушно пожал плечами:
   - Это ваши дела.
   - Я рад, что мы друг друга поняли, - хмыкнул в повязку данмер. - В общем, иди через Каналы и будет тебе счастье. Общество там, конечно, не самое изысканное - скуумоеды - но всё же получше даэдрапоклонников. Хотя... - он на миг нахмурился, явно что-то вспомнив. - Ещё одно. Там, куда ты собрался, видели корпрусную тварь. Судя по всему, ты знаешь, с какой стороны браться за меч, но тем не менее.
   - Спасибо за предупреждение, - благодарно поклонился Элемар.
   И, так же вежливо распрощавшись со своими новыми знакомыми, удалился - за время беседы с надсмотрщиками "Шёпот Зенитара" полностью исчерпался, и действие чар с минуты на минуту должно было иссякнуть. Вряд ли его невольные осведомители, вернув себе обычную критичность мышления, обрадуются своей откровенности. Так что для него лучше в ближайшее время с ними не встречаться.
   Аддхиранирр в северо-восточных тоннелях не оказалось. Но Элемар даже расстроиться не успел - ему почти сразу стало совсем не до переживаний. Не успел он отойти от "ухоронки", представлявшей собой просто засаленный спальник, укрытый за импровизированной стенкой из нескольких разбитых ящиков, как из ближайшего тоннеля вышел полуголый данмер. Он шатался, точно пьяный или одурманенный, свесив голову и что-то бессвязно бормоча себе под нос, но при этом упрямо шагал прямо к ящикам.
   Элемар замер, лихорадочно соображая, как ему поступить. Удирать с помощью заклинания Вмешательства ему совершенно не хотелось - потому что потом пришлось бы возвращаться, а он подземельями кантона Святого Олмса был уже сыт по горло. Тем более что впереди маячила перспектива знакомства с канализационными тоннелями остальных районов Вивека. К тому же неизвестный был явно безоружен и не казался опасным. Однако что-то его облике и поведении настораживало Элемара...
   Альтмер уже открыл было рот, чтобы заговорить, но в этот момент неизвестный сделал очередной неуверенный шаг - и оказался в косом столбе света, проникающего в тоннель через очередную вентиляционную шахту... Увиденное заставило Элемара резко втянуть воздух сквозь крепко стиснутые зубы - все тело незнакомца было покрыто мокнущими багровыми язвами. И, словно этого было мало, он остановился, покачиваясь, и почесал уродливую опухоль под ключицей. Бледная, словно бы выцветшая кожа, густо покрытая каким-то налётом, лопнула, разбрызгивая густую розоватую слизь.
   "Блядь! - охнул Второй. - Ловчий корпруса!"
   Подсказка духа была лишней - Элемар и сам успел вспомнить название существа. Именно существа, потому что мером оно уже не было и довольно давно: беседы сначала с Дралвалом Андрано, а потом и с Ллоросом Сарано не прошли даром, и Элемар знал - корпрус изменяет заражённых не мгновенно. Этот несчастный был болен уже давно...
   Видимо, он себя как-то выдал, потому что ловчий вдруг замер, перестав чесаться, и поднял голову, уставившись прямо на Элемара. Взгляд не по-данмерски белёсых выпученных буркал встретился со взглядом альтмера... а в следующий момент ловчий оскалился и бросился в атаку.
   "Не подпускай его к себе!" - рявкнул Второй.
   "Сам знаю!" - огрызнулся Элемар.
   Шар огня ударил в каменную кладку прямо под ногами ловчего, заставив того отшатнуться. Но это его только разъярило - издав сиплый рёв, существо снова бросилось вперед. Следующий огнешар врезался ловчему в грудь. И следующий. И еще... Ловчий рычал от боли, но продолжал упорно рваться вперед, вытянув перед собой руки со скрюченными пальцами. Стенка из ящиков его слегка замедлила, но остатков разума ему хватило, чтобы попытаться её обойти. Чувствуя подступающее головокружение, свидетельствующее о том, что запас магических сил почти исчерпан, Элемар отчаянно пожалел, что не захотел убраться из подземелий сразу, как только стало понятно, что Аддхиранирр здесь нет. Или, как только понял, что - кто - её спугнуло... А в следующий момент всё исчезло. Головокружение, усталость... перед глазами по-прежнему расцветали огненные вспышки, а в ушах стоял яростный рёв ловчего - но теперь он словно наблюдал за происходящим со стороны. Впрочем он тут же понял, что так оно и есть - в дело вмешался Второй, оттеснив выдохшегося "напарника" внутрь. И теперь, изрыгая проклятия между заклинаниями, добивал живучую тварь.
   - Всё, - выдохнул дух, снова убираясь внутрь.
   "Живучий, сволочь" - протянул Элемар.
   Второй фыркнул.
   "Ну, во-первых, это данмер. А они, если ты помнишь, способны игнорировать до трех четвертей получаемого урона огнем. А во-вторых, если бы ты не запаниковал и не начал садить заклинаниями в белый свет, то справился бы сам. И не спорь - я от твоего коктейля эмоций в первое мгновение чуть умом не двинулся".
   "Я не..." - начал было возмущаться Элемар и осёкся, признавая правоту "соседа".
   В душе заворочалась глухая обида, щедро приправленная стыдом.
   "И не психуй. Я кому в свое время про алхимию тела рассказывал?"
   "Да помню я. Только от этого не намного легче, знаешь ли".
   "Ну, можешь считать, что я сейчас отыгрался на тебе за... - Второй за миг задумался и продолжил: - Скажем, за твои показушные прыжки на площадку силт страйдера. Знаешь же, что я этого не люблю".
   "Мудак", - успокаиваясь, фыркнул Элемар.
   "От мудака слышу, - жизнерадостно отозвался дух. - Запиши там себе на мой счёт еще один хук левой и пойдем смотреть, кого это мы повстречали. Есть у меня кое-какие подозрения насчет этого бедолаги".
   К подозрениям Второго Элемар привык относиться со всей серьезностью, потому что они имели препаскуднейшее обыкновение оправдываться. Так вышло и на этот раз - при внимательном осмотре убитого ловчего альтмер заметил на его руке тонкий ободок серебряного кольца.
   "Меня терзают странные подозрения..." - пробормотал Элемар, прикидывая, как стянуть кольцо с обгорелого пальца, не прикасаясь ни к первому, ни ко второму.
   Задача казалась невыполнимой...
   Второй странно хрюкнул, но тут же посерьёзнел и посоветовал взять тряпку. Благо в ухоронке разнообразного тряпья было в достатке. Сняв, отчистив и обеззаразив - сначала огнём, а потом зельем лечения моровых недугов - найденное кольцо, Элемар покрутил его в руках, разглядывая. И вздохнул, вспомнив, где и когда он видел точно такое же: тонкая серебряная полоска с неумело вычеканенным узором в виде листочков вереска и цветов чего-то похожего на ивопыльник. На внутренней стороне темнела неровная надпись: "Данар и Морони".
   "Что ж, по крайней мере, мы теперь можем выполнить обещание, данное Морони Увелас", - задумчиво протянул Второй.
   "Не могу сказать, что я этому хоть сколько-нибудь рад", - отозвался Элемар.
   "Ладно, пойдем отсюда, - проговорил Второй. - Кошки тут нет и вряд ли она в ближайшее время появится. Надо будет хорошенько подумать, где она может быть - мне что-то не улыбается бродить по канализации всего Вивека. Мне и тутошних красот хватило".
   Вместо ответа Элемар сотворил заклинание Вмешательства Альмсиви - шляться по коллекторам Святого Олмса ему надоело ничуть не меньше.
  
   Глава 35. Информаторы в Вивеке. Кошки-мышки
   После прогулки под Святым Олмсом прочёсывать коллекторы всего города Элемар не имел ни сил, ни желания - и Второй его в этом всецело поддержал - так что после короткого обсуждения было решено исключить из поисков кантоны Телванни, Хлаалу и Арену. В первый, по мнению духа, Аддхиранирр не сунулась бы потому что Телванни относились к имперским законам еще более наплевательски, чем она. Так что прячущаяся от кого бы то ни было каджитка стала бы отличным подарком телваннийским ловцам рабов. И Аддхиранирр не могла этого не понимать. В подземельях кантона Хлаалу её бы тоже вряд ли ждал бы теплый приём - там наверняка ошивались контрабандисты, ходившие под рукой Камонны Тонг. Учитывая невольно спровоцированную Элемаром резню в Балморе, которую тамошней Гильдии Воров устроили камонновцы почти год назад, соваться на их территорию было бы глупостью. А глупой Аддхиранирр явно не была. Примерно по той же причине Второй исключил и Арену - по слухам, где-то там располагалась штаб-квартира Мораг Тонг, тайная, в отличие от представительств в Балморе, Альд'Руне или Садрит Море. Вряд ли они потерпели бы чужаков неподалёку от их убежища... Таким образом, оставались только кантон Святого Делина, Поселение Редоран и Квартал Чужеземцев.
   Первой стала прогулка под Святым Делином. Аддхиранирр там, разумеется, не было, хотя Элемар нашел там еще один схрон, причем оборудованный куда как лучше, чем кошкина лёжка, в которой его почти поймал ловчий корпруса: в одном из тоннелей некогда обрушилась часть каменной кладки, за которой оказалась небольшая каверна. И кто-то предприимчивый не поленился эту каверну обустроить, укрепив стены и потолок, сложив простенький очаг и набросав то ли травы, то ли высушенных водорослей в дальний угол. А заодно и стенку тоннеля подремонтировал, уберегая её от дальнейшего обрушения и дополнив загородкой из плотно сколоченных досок. Причем сделано было хитро - доски явно подбирались по размерам каменных блоков, из которых были сложены стены тоннелей. И, как предположил Второй, так же подивившийся смекалке неизвестных строителей, скорее всего, изначально были обмазаны здешней же грязью для маскировки. А время и сырость доделали остальное - потемневшие и покрытые слоем плесени доски на вид теперь почти не отличались от камней. Во всяком случае, Элемар разницу заметил только с помощью заклинания, когда проходил рядом. И то сначала не понял, что ему показалось неправильным.
   Ещё там обнаружилось разорённое святилище Ихинипалит. Причём разорённое буквально перед самым его появлением - более опытный Второй, перехватив управление, подёргал труп охранника-норда за руки, помял пальцами восковеющее лицо и заявил, что убили его не более пары часов назад. Внутри же их встретили ещё несколько мертвецов-культистов, словно нарочно сваленных в кучу, и один аккуратно вскрытый труп дреморы, лежащий прямо под ногами статуи Шеогората. Эта аккуратность, вкупе с явными следами обыска вроде распахнутого шкафа с грудой вываленного тряпья перед ним и сундуков с откинутыми крышками, наводила на неприятную мысль, что с тем, кто устроил в святилище резню, Элемар разминулся буквально на несколько минут. Встречаться с ним альтмер ничуть не желал, а потому утроил осторожность и покинул тоннели под Кантоном Святого Делина, едва убедился, что Аддхиранирр там нет и, вероятнее всего, никогда и не было.
   В редоранском кантоне сюрпризы начались еще на уровне Каналов. Элемар только успел подойти к люку, ведущему в подземелья, когда услышал отчаянный женский крик:
   - На помощь!
   Единственным местом на этом ярусе, где сейчас кто-то мог находиться, были Своды Предков - общий кард'рун Поселения Редоран. И именно перед входом в него Элемар едва не столкнулся с патрульным ординатором - тот явно тоже услышал этот крик. А в следующий момент из кард'руна ст