Южанин Сергей Егорович: другие произведения.

Существование Под Вопросом

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:

  СУЩЕСТВОВАНИЕ ПОД ВОПРОСОМ
  
  1
  
  Он стоял у блочной пятиэтажной хрущевки перед деревянным мольбертом с кистью и палитрой руках. Он писал портрет Леонида Ильича Брежнева. Мимо прошел маленький толстый мужчина в костюме и галстуке. На секунду человек задержался и бросил фразу:
  -А Брежнев-то не похож!
  После этих слов толстяк проследовал дальше и скрылся за углом.
  Он в растерянности проводил взглядом прохожего и сказал вслух:
  -Но если Брежнев не похож, как вы догадались, что это он!?
  Положив кисть и палитру на мольберт, он сделал шаг к подъезду...
  Пятиэтажка. Третий подъезд. Третий этаж. Квартира ТОЙ САМОЙ ДЕВУШКИ. Он влил в себя сто грамм для храбрости и нажал кнопку звонка. Дверь открыла мать и сегодня была настолько приветлива, что пригласила пройти в жилище. Из кухни появился отец в вытянутой майке и засаленных спортивных штанах. Он обратил на лицо отца, а оно казалось весьма и весьма странным, т.е. смытым, причем в самом прямом смысле слова.
  -Я хотел бы увидеть Ольгу, -произнес он.
  -Она сегодня работает в ночную смену, но я могу написать ее номер телефона, - ответила мать и протянула ему бумажку, и он принял ее, но это совершенно не значило, что он стал бы звонить по этому номеру.
  Он бросил взгляд на отца со смытым лицом и направился к двери.
  Выйдя из подъезда, он заметил компанию мужчин. Они все были знакомы, но многих он так и не смог вспомнить. Он смотрел в эти лица и никак не мог понять, откуда он знает их. Они поднялись на один из этажей, он снял куртку и расположился на диване, разложенном прямо на кафельном полу. Мужчины встали вокруг дивана, и один из них, которого он условно назвал Понкратом или Кондратом, сначала принялся сыпать колкости в его адрес, а в конце концов стал откровенно хамить и оскорблять. Он не выдержал, встал и пошел по лестнице вниз. За ним увязались двое.
  Когда они оказались на улице, он окончательно понял, что эти люди абсолютно не знакомы ему, но один из них, улыбнувшись, сказал:
  -У меня есть сто рублей. Что будем брать?
  Он же нащупал в кармане несколько денежных ассигнаций:
  -У меня тоже кое-что есть, - и с этими словами швырнул на лед маленькую пивную кружку.
  -Напрасно ты сделал это, пить-то из чего будем?
  -А из того же и будем, - проговорил второй, поднимая не разбившуюся кружку.
  Взяв кое-какой выпивки, они вновь пришли к ТОМУ САМОМУ ПОДЪЕЗДУ и поднялись на определенный этаж, где уже никого не было. Не было также и дивана.
  -Где будем пить? - безразлично спросил он, а один из его товарищей плечом выносил дверь соседней квартиры...
  
  Он проснулся на грязной постели в совершенно незнакомой квартире. Из маленькой комнаты вышла жуткого вида старуха и удивленно посмотрела на него. Он начал что-то лепетать, а потом, понизив голос, сказал:
  -У меня в соседнем подъезде живет девушка...
  -И кто же она такая? - старуха стала еще безобразнее, а он принялся на пальцах объяснять ей, кто такая Оля, и кто ее родители.
  Старуха захохотала, и отвратительный хохот не прекращался несколько минут, а потом, она посерьезнела:
  -Такие в нашем доме никогда не жили...
  Ему стало по-настоящему страшно, и он в один миг очутился на улице. Рядом прогуливалась семья: мама, папа и мальчик лет десяти-двенадцати. Мальчик постоянно убегал от родителей и подбегал к засохшему дереву метров шести в окружности, что-то выкрикивал на своем детском наречии и вновь направлялся к маме и папе. Наконец семейка удалилась, и он решил посмотреть, что так заинтересовало ребенка. К своему удивлению он увидел в траве и многочисленных ямках разноцветные сверкающие минералы и припомнил, что когда-то давным-давно тоже интересовался камнями и даже собрал довольно приличную коллекцию, но при переезде все исчезло, словно ничего и не было. Он собирал камешки в карманы, как вдруг услышал голос:
  -А вы опять минералами интересуетесь!?
  Он поднял взгляд, осмотрелся по сторонам и никого не увидел.
  Однако метрах в трех неподалеку лежал запечатанный конверт. Он поднял его, распечатал и вытащил оттуда приглашение на какую-то презентацию, причем приглашение было выписано на его имя. Он пожал плечами, покопался в конверте и извлек фотографию привлекательного импозантного мужчины.
  -Где-то я его видел, - заключил он и решил отправиться по указанному адресу...
  Он вошел в офисное здание и поправил синий галстук на синей рубашке.
  Оказавшись в актовом зале, он прошел между рядами и сел на кресло там, где по-соседству расположилась довольно симпатичная девушка, которая судя по ее длинным ногам, была довольно высокой. Он отметил пышный бант красного цвета на ее шее и невольно посмотрел за ее спину, где расположилась дама в очках с волосами, собранными в пучок, отчего не трудно было догадаться, что она преподает в средней школе то ли географию, то ли ботанику.
  Но вот началось действо, и тот самый импозантный мужчина с фотографии из конверта начал распаляться, представляя глубокоуважаемой публике какие-то заморские продукты, никому не известных фирм. Мужчина пританцовывал, пытался петь и шутить, но то и другое у него получалось не слишком хорошо.
  Здесь наш знакомый извлек из кармана блокнот и сделал там какие-то записи, но, вот незадача - стержень в шариковой ручке потек, и он, аккуратно вытерев испачканные руки о впереди стоящее кресло, снова превратился в слух. К своему удивлению он обнаружил, что на сцене находится никакой не мужчина, а та самая женщина, вида учительницы географии или ботаники. Ее голос поднимался все выше и выше, и наконец перешел в противный писк. С трудом разбирались слова пищащей о покупках каких-то экзотических туров в страны людоедов и извращенцев. Он сжался в комок, а учительница уже скакала возле его соседки с бантом, пытаясь всучить ей эксклюзивные предложения, для пущей солидности потрясала красочными буклетами, яркими и блестящими пакетами, в которых что-то погромыхивало и отчасти попахивало. Девушка с бантом отказалась, мотивирую свой отказ тем, что она работает в сетевой компании, а там не только не платят зарплату и кормят три раза в неделю, а уж про курево и разговор не идет. Конечно в наш век толлерантности, политкорректности и здорового образа жизни, возможно все это оправданно, когда в телепередачах, фильмах и т.п. вырезают сцены табакокурения и даже самих курящих людей, но в жизни-то их устранить не так-то просто... Хотя...
  Мы отвлеклись.
  Итак девушка и наш герой чуть ли не в один голос отказались от выгодных предложений. Женщина в очках заплакала и проревела практически мужским басом:
  -А как же я верну денежки, затраченные на рекламу!?
  Тут все увидели, она снова превратилась в предыдущего ведущего шоу, т.е. импозантного мужчину, и он, пританцовывая, удалился на сцену...
  Он с самого начала презентации положил на девушку с бантом взгляд, а в мыслях положил и еще кое-что, но тихонечко произнес:
  -Мы можем незаметно удалиться отсюда.
  Она согласно кивнула ему...
  В это время вдоль рядов прямо перед рядами проехал Запорожец с открытым верхом цвета хаки, за рулем которого находился довольно молодой парень безобразной внешности и без зубов, а рядом с ним сидела маленькая взлохмаченная обезьянка. На заднем сиденье были навалены какие-то коробки, книги, журналы. Автомобиль остановился возле наших знакомых, и беззубый парень уставился на симпатичную девушку с бантом неприлично сладострастным взглядом, отчего ему стало совершенно неуютно.
  -Прошу Вас, проходите в машину! - пригласил водитель девушку, а публика, находящаяся в зале выдохнула и прокричала хором:
  -Вот это - да!
  Он посмотрел на свою соседку, но оказалось, рядом с ним сидела уже совершенно другая женщина, тощая и сутулая, с лошадиным лицом, в белом в черный горошек платье. Она резко встала, а он вскочил и, схватив свою куртку, выбежал из помещения.
  А со сцены раздавались крики и всхлипы, переходящие в нечленораздельное блеяние...
  
  Смеркалось. Он шел по улице, и, доставая из портфеля печенье, поглощал его, проявляя животный аппетит. Никого вокруг не было, и вдруг появилась супружеская пара преклонных годов, каковая без унынья и лени приблизилась к нему. Взглянув на его печенье, пожилой господин спросил, несмотря на свой благопристойный вид, весьма развязно и даже где-то грубо:
  -Ты что, еду на помойке находишь? Я бы посоветовал ее шуманитом обработать, очистить, так сказать, от грязи, жира и копоти.
  Старуха засмеялась задорным юношеским смехом, закашлялась, изо рта и носа полетели комья не переваренной пищи, сопли и слюни. Старик поспешил на помощь своей даме, а он завернул за угол забора и заметил проливающихся стариков и старух. Их было великое множество, а в их движении можно было усмотреть определенную упорядоченность.
  Он оглянулся по сторонам...
  
  2
  
  Он сидел в своей комнате и рылся в бумагах. Сын сидел на полу и раскладывал пластмассовые кубики, на которых были изображены буквы, похожие на те, какими написан манускрипт Войнича. Отец ходил по квартире и что-то бурчал себе под нос. Из кухни слышались голоса, говорящие о погоде... Откуда-то с улицы визг, скрип и шум.
  -Такое впечатление, что сейчас к нам опустится инопланетный космический корабль, - сказал он и многозначительно поднял вверх указательный палец.
  И тут же в окно полетела пыль, очень похожая на кадры из фантастического кинофильма "День независимости". Но нет, это не был звездолет, а настоящая боевая ракета.
  -Это баллистическая ракета! - завопил он, а из-за горизонта появилась вторая ракета и опустилась на площади перед домом.
  Сын подбежал к нему, он поднял ребенка на руки и приблизился к окну. А по проезжей части маршировали армейские подразделения, и все солдаты были одеты в форму британцев времен Первой мировой войны. Они несли наперевес одинаковые винтовки, а офицеры отдавали приказы, размахивая старинными револьверами. Один лейтенант заметил отца с сыном в окне и почти бегом устремился в подъезд дома, а за ним следовали верные Его Величеству солдаты.
  -Вы временно выселены из квартиры! - орал офицер, и в его руках появилась сабля.
  Солдаты же разместились в комнатах и вели себя настолько нагло, что любой мало-мальски воспитанный человек ужаснулся бы. Кроме всего прочего бравые вояки достали семейные альбомы и со смехом разглядывали фотографии, а кое-кто копался в его архивах и мазюкал красками по готовым картинам...
  "Эх, как жаль, что я ничего не могу взять с собой!" - практически со слезами на глазах подумал он, а где-то за порогом промелькнула тень его отца.
  
  3
  
  Он выскочил во тьму города и побежал к Садовому кольцу. Необходимо как можно быстрее поймать такси и уехать отсюда по-дальше.
  Не успел он поднять руку, как рядом остановилась не то Копейка, не то Шестерка, не то Семерка (надо заметить, он не слишком разбирался в марках автомобилей, как отечественных, так и импортных, прямо скажем, он не смог бы отличить Мерседес от Москвича!). Он открыл дверь машины, но не увидел водителя, поскольку в салоне царила абсолютная темнота. Назвав знакомый адрес, он услышал довольно грубый голос: "Поехали!" и уселся на правое переднее сиденье. Копейка (а возможно, шестерка и даже Семерка) заскрипела, затряслась, издала неприличные звуки и наконец двинулась с места. В салоне зажегся свет, он повернул голову и, увидев водителя, испугался: На него смотрела физиономия, за один вид которой человека можно было приговорить годам к пятнадцати исправительных работ. Он взглянул на руки обладателя брутальной физиономии. О, они могли бы служить таранными орудиями в средневековье, а в день сегодняшний стали бы незаменимы при сломе ветхих строений. В любом случае человек, наделенный такой внешностью, не походил на клерка или ведущего солиста Большого театра. Внешнее знакомство продолжалось несколько мгновений, после чего водитель криво ухмыльнулся, прищурил левый глаз, толкнул локтем своего пассажира и прохрипел:
  -Че, Наговицына уважаешь!?
  Кто такой Наговицын он не знал, но, опасаясь каких-либо последствий, робко (хотя ему казалось довольно развязно) произнес:
  -Конечно уважаю...
  Монстр нажал кнопку кассетного плеера, и несмотря на некачественный звук из динамиков донеслись вполне различимые слова о зоне, блатном мире и т.п...
  
  Автомобиль вез его к кому-то на свадьбу, пересекая параллельные улицы, располагавшиеся на пологом склоне холма.
  И самое интересное, что когда они приехали на место, оказалось, никакой свадьбы нет и в помине, однако он четко помнил, что был здесь.
  Как на параде выстроились его знакомые, среди которых были: Гзом и Электрик, Виталик и еще Кто-то. Подъехал на тачке Таша Милорадович. И все без исключения говорили о свадьбе, которой не было. Он говорил - свадьба была в кафе на проспекте, который все знают, особенно Таша, и Таша подтвердил: Именно, проспект находится отсюда метрах в ста, и нас там ждут, однако время уже позднее, к тому же тебе стоило бы дождаться Ольгу...
  И он увидел ее возле пятиэтажного дома. "Отлично! Скорее туда!"
  Третий подъезд. Третий этаж. Они поднялись по лестнице, вошли в квартиру и легли спать...
  
  На одной кровати лежали - Гзом, Электрик, он и Ольга. Таша Милорадович исчез. А на кровати было настолько тесно, что он и Ольга расположились в ногах остальных. Раздался жуткий храп Гзома. Не успели он и Ольга обняться, как Гзом зашевелился, стал извиваться словно червяк, а затем встал и отправился в туалет. Тогда они переместились и легли рядом с Электриком, а тот заворчал, что Гзом никому так и не дал заснуть...
  Сон все-таки сломал их, но не прошло и часа, как послышался невообразимый шум, и в комнате появился маленький человечек, удивительно похожий на его покойного дядю. Он склонился над ним и проговорил:
  -Я знаю, что произведения очень хороши, и нам всем хотелось бы, чтобы они заняли достойное место в истории литературы...
  Он искоса посмотрел на Олю, ведь та никогда всерьез не относилась к его работам...
  
  Мелькали темные переходы, лабиринты улиц, длинные-предлинные эскалаторы и повсюду силуэты людей, животных и птиц...
  
  4
  
  Они прогуливались по бульвару с Капитаном, и к ним присоединилась некая дама лет сорока, а сзади шумною толпою толкали в гору скрипучую телегу личности в пестрых костюмах, с бородами и длинными спутанными волосами. Капитан достал из сумки мобильный телефон, который требовал ответа на звонок. Звонил, как ни странно Андрей В., и он удивленно взглянул на Капитана, а тот улыбнулся. У него потекли слезы, а когда он протер глаза, то увидел, что вокруг никого нет; ни Капитана, ни сорокалетней дамы, ни волосатых людей, зато его джинсы были облиты какой-то белой жидкостью. Он приблизился к деревянному столику со скамейками, вытащил сигареты, снял штаны и закурил. К нему направлялась компания - мужчины и женщины. Он понял их намерения, но сигареты прятать поздно. Высокий мужчина грозно пододвинулся к нему и, сцепив зубы, потребовал закурить. Он протянул пачку, заметив, что там лишь одна сигарета.
  -Не дам! - воскликнул он и отдернул руку.
  Дама, прогуливавшаяся вместе с ним и Капитаном, а теперь находившаяся в компании подошедших, сузила зрачки и засмеялась. Он отступил и взглянул в окна ближайших домов. Мелькали лица - Царь, Селезень, Folamge 13...
  Тем временем его похлопали по плечу, протянув три бумажки по пятьдесят рублей каждая. В тот момент он почувствовал непреодолимое желание выпить. Третий подъезд. Третий этаж.
  Он поднял в квартиру Ольги, и она ходила туда-сюда по комнате, не обращая на него никакого внимания. Он ощутил зуд и стал счищать с лица белых мучных червячков. Затем присел в кресло, обращаясь к Ольге:
  -Мне нужна квартира!
  Оля почему-то на мгновение превратилась в его бывшую жену, но потом они говорили долго и насыщенно: о женщинах и сексе, о квартирах и государствах, о мертвых котах и кроликах, а в конце концов он предложил ей переехать жить к нему.
  -Но я же и так существую, - полувопросительно произнесла она.
  -Твое СУЩЕСТВОВАНИЕ ПОД ВОПРОСОМ, - парировал он и, подойдя к бельевой корзине, добавил, - И все благодаря Анжелике Н.
  Он вытаскивал из корзины жирных и скользких зеленых червей, отчасти напоминавших парниковые огурцы, и бросал их на пол, а она долго говорила что-то о родителях, о том, что ей не нужно переезжать к нему, а ему следует жить на съемной квартире, и тогда у него перед глазами возникали образы хозяев квартиры, где он проживал. Оля замолчала, а потом пристально посмотрела ему в глаза и сказала:
  -У тебя на лице червяки...
  Он посмотрел в зеркало стал очищать свое лицо, а в районе живота, прямо из под кожи вылезали те самые зеленые червяки. Невыносимая боль пронизала тело, он попытался выдавить червей, но тут же проснулся...
  
  5
  
  Он посмотрел вокруг и заметил за письменным столом свою бывшую супругу.
  -И что мы здесь делаем? - спросил он.
  -Я уже иду на рабу, ведь подруга ждет меня где-то... - невозмутимо отвечала женщина.
  -Хорошо. Мы пойдем вместе.
  Они вышли на свежий воздух и разошлись в разные стороны.
  Темные переходы, лабиринты улиц, длинные-предлинные эскалаторы и повсюду силуэты людей, животных и птиц...
  Он вновь увидел бывшую жену, и она держала за руку девочку лет десяти.
  -Я думала, что ты все-таки сегодня работаешь, - с укором произнесла она.
  -А я думал, что у тебя есть только сын! - сказал он.
  -Но у меня теперь есть подруга и это ее дочь!
  Он отвернулся и быстрым шагом направился в центр города.
  Перед ним появилось здание Учебного заведения, и он проник внутрь. Вокруг суетились студенты, а ему казалось, что его ожидают на четвертом этаже. Там может быть что-то очень сексуальное! - мелькнуло в воспаленном мозгу, и он сбросил куртку, оставаясь в белой футболке и белых трусах. Но никто из проходящих мимо, не обратил на него никакого внимания. Он свернул в длинный боковой коридор, по колено залитый тухлой водой.
  -Да здесь нет ничего, из того, что мне нужно! - громко сказал он, а из-за стекол словно из-за магазинных витрин за ним наблюдали взглядоблудствующие студенты...
  
  6
  
  Он находился в тесной комнатушке и видел мелькавшую женщину с маленькой девочкой, как неожиданно на пороге предстал человек по имени Ко, бывший пьяным и нудным. Он взглянул на Капитана, сидевшего на стуле и сказал что-то резкое в адрес вышеозначенного Ко. Он же продолжал бубнить себе под нос. Ему это ужасно надоело, и он решился на агрессивный выпад, ударив оппонента в челюсть, однако удар получился ватным, как это часто бывает во сне. Ко ухмыльнулся и закрыл глаза. Снова появилась женщина с маленькой девочкой. И на этот раз она явилась, чтобы забрать Ко. Он выглянул в коридор и увидел странно прозрачного Алешу Викторовича, говорившего с его отцом, но самого отца не было видно. Стали двигаться гипсокартонные листы, сама собой открылась входная дверь, и на площадку выбежал домашний кот, а за ним второй, точно такой же. Раздался кошачий вой, возвещавший о страшной схватке, и он, выругавшись, схватил обоих котов и швырнул их назад в квартиру, а там повсюду бегали морские свинки, хомяки и еще какие-то существа, напоминавшие весьма упитанных тушканчиков. Он резко поднял матрац на кровати. Там лежала жирная рыжая кошка и кормила грудью пятерых слепых котят.
  -Откуда эта кошка? - спросил он.
  -Это принесла Оля, - произнесла его бывшая жена.
  -Я же просил не принимать от нее никаких подарков. Пусть сегодня же заберет!
  -Она не сможет этого сделать, поскольку находится в тюрьме!
  -Тогда я выброшу это животное!
  Он схватил кошку, но та выпустила когти и разодрала его левую руку от мизинца до самого локтя. Рана была настолько глубокая, что должны были порваться вены, но вопреки всему кровь лишь слегка выступила на коже...
  "Как же с такой раной я отправлюсь на станцию переливания крови?" - подумал он и потерял сознание...
  
  Он очнулся на самом верху башни в окружении древних воинов, и они застыли в ожидании его приказаний. Он осмотрел окрестности: с одной стороны бездонное ущелье, сжатое высокими горами, где видны леса и дороги; с другой стороны - водная гладь, и по ней к опорному пункту приближается огромный деревянный корабль. Он достал бинокль... Это - вражеские воины, и нужно предпринимать что-то определенное. Он расставил своих воинов, но, посмотрев на подразделения, подумал: Это же игрушечные солдатики. Впрочем, они вполне серьезно готовятся к бою, и вот начинается настоящая схватка, ведь огромный деревянный корабль уже высадил десант. Он наконец-то поверил, что его войска настоящие, а вражеское судно уже затоплено. К тому же подоспели подкрепления, разместившиеся в горных лесах. Однако по горным дорогам движутся бесчисленные отряды врагов и там в основном конные рыцари в тяжелых доспехах, вооруженные до зубов, а из глубин ущелья по канатам поднимаются воины неприятеля, и они тоже готовятся взять штурмом нашу крепость. Сейчас он заметил, что все его воины спят глубоким сном, и разбудить их нет никакой возможности.
  -Подъем!!! - завопил он, и началось непрерывное хаотичное движение, но ничего существенного не произошло.
  В проеме возникло перекошенное от злобы лицо врага, и он бросил в него увесистый камень...
  
  7
  
  В кромешной тьме извивались три фигуры. Мелькал стробоскопический свет. Фигуры вытягивались и качались в ритм музыки, но не отрывали ноги от пола...
  
  Отец что-то говорил ему назидательным тоном, и наконец это ему надоело. Он оборвал отца на полуслове. Тот поднялся и сказал:
  -Тогда я ухожу...
  
  Бывшая супруга принимала гостей - его дальних родственников: женщину его возраста с маленькой дочкой. Его сердце трепетало, так как давние нежные чувства вспыхнули с новой силой, но времени не оставалось, поскольку его ждал Капитан, ведь сегодня день рождения Капитана...
  Он ушел от семейной идиллии и прибыл к Капитану и поразился тому, что квартира, которую он посещал не раз и не два, изменилась словно по мановению волшебной палочки, и теперь она походила на мрачные залы старинного замка с анфиладами, лабиринтами переходов и колоннами. Пока он осматривался, пьяный Капитан принялся читать свои новые рассказы, а гость в свою очередь достал из портфеля толстую тетрадь в кожаном переплете и, раскрыв ее, начал читать собственные тексты. Спустя полчаса Капитан уснул, а в квартире появилась семья тех самых дальних родственников, но к ним прибавилась пожилая мама женщины, а он никак не мог открыто взглянуть в глаза женщины, а лишь протянул ей букет сказочных цветов.
  Пришло время рассаживаться за стол, он вновь искоса посмотрел на родственницу и с удивлением отметил, что она выглядит как в те давние времена, когда они были подростками, и снова чувства вырвались наружу, и он решился и взял ее за руку, и они вышли на балкон, где за столиками расположилась его бывшая жена и неизвестные мужчины в клоунских костюмах и с бакенбардами. Спиртные напитки лились рекой, а один клоун декламировал поэму собственного сочинения и, повернувшись к вошедшим, с гордостью произнес:
  -Да, я тоже пишу! - с этими словами протянул ему бутылочку.
  Он принял напиток, наполнил свой бокал, сделал глоток, поморщился и произнес:
  -Очень крепко...
  Все вокруг засмеялись, и кто-то в сером длиннополом пальто шепнул ему на ухо:
  -А как же все-таки закончился тот бой у башни, ведь вы получили подкрепления?
  
  8
  
  Он уехал в свою старую квартиру со своей бывшей женой, а там их ожидали новые гости: родители супруги, его сосед по Трехгорке, и еще тот, кто находился в настоящее время на кухне.
  Он вышел на балкон покурить и услышал внизу голоса, обсуждающие события, связанные с Ольгой. Он прислушался и почувствовал легкий холодок. Оказывается, Оля давным-давно проживает в квартире Селезня вместе с Музыкантом. Эта новость поставила все точки над Ё. Он перегнулся через перила, желая увидеть, кто это говорить, но тщетно; на нижнем балконе никого нет.
  Как же достали эти бесконечные гости! Они вышли проводить всех, причем женщины пошли одной дорогой в сторону Проспекта Мира, а он направился в сторону противоположную - к станции метро Комсомольская.
  -Стоило бы проехать одну станцию на метро! - сказал он сам себе и спустился в вестибюль.
  Глючные турникеты не срабатывали, и стоило приложить некоторые усилия, чтобы пройти к поездам. Зазвонил телефон. Он поднял трубку. Звонил его сын.
  -Папа, я хочу с тобой встретиться, я знаю очень много о ней!
  Они сидели за столиками на станции, и их обслуживали де молоденькие официантки, постоянно намекая на денежное вознаграждение, но он отрицательно качал головой и произносил странные слова:
  -Это - Костя, мы вместе работаем, но я могу взять одну из вас с собой...
  Вдруг из-за колонны появилась Его мать.
  -А где же Оля? - спросила она.
  -Я и представления не имею... - отвечал он, пятясь назад.
  Мимо прошли в обнимку два парня, и один из них говорил другому словами пана Гималайского на встрече с паном Зюзей из знаменитого в свое время кабачка 13 стульев:
  -Петух наш озабоченный!..
  
  9
  
  Все-таки он вырвался на работу. Одно не радовало, что наступило резкое похолодание. Он оглядывал присутствующих, когда всех пригласили пройти к автобусам.
  -Каждый берет только свои вещи! - объявил строгий голос.
  Стройные колонны распевали песни, под присмотром людей в униформе с мегафонами в руках двигались к корпоративному транспорту, и рядом с ним шествовали его младшие брат и сестра, которым он рассказывал смешные истории, постоянно меняя интонации голоса, и они веселились, не обращая внимания на людей, выкрикивающих патриотичные лозунги, размахивающих флагами и произносящих различные команды. Массовое движение было все еще относительно упорядоченным, однако тревога росла.
  И вдруг их колонна свернула направо, и все вошли в пещеру и заняла две комнаты, расположенные под углом друг к другу. Брат и сестра оставались рядом с ним, а их родители находились в соседней комнате, мелькая то там, то здесь, но не обращая никакого внимания на своих детей, потому что были заняты своими делами, а дети совершали бесконечные телефонные звонки. Он расставлял по полу солдатиков, как оловянных и пластиковых, так и слепленных из глины и пластилина. Разыгрывалась настоящая битва, и ему казалось, что от этого сражения зависит многое в реальной жизни. Сестра надела длиннополое клетчатое пальто и указала пальцем на вошедшего в комнату высокого человека с огромными чемоданами в обеих руках. Деланная голливудская улыбка быстро расположила окружающих к себе, и человек извлек из чемоданов стаканы с коктейлями и стал предлагать их всем подряд. Они выпивали и становились веселее.
  Вдруг начало происходить нечто странное. Смолкли голоса, прекратились трансляции радио, люди с мегафонами пропали. Он обнаружил, что солдатики, расставленные по комнате, стали мягкими.
  Его тронул за плечо человек, пришедший с чемоданами. Он сказал:
  -В этой комнате поднялась температура пола, поэтому нужно перенести все в другую комнату.
  Он посмотрел на говорившего, затем перевел взгляд на ребят, на трубу, торчавшую из стены и ему стало невыносимо страшно, поскольку он неожиданно четко осознал, что вскоре выскочит клапан, труба лопнет, и хлынет поток воды, которой смоет все. Он видел это в каком-то импортном фильме и стал спешно прятать своих солдатиков в пакеты, сумки, рюкзаки. Брат и сестра присоединились к нему, а мужчина с чемоданами собирал еду, и на полу уже образовывалась изрядная куча съестного.
  Он взглянул на трубу. Поздно! Клапан сорвало, и он тщетно пытался вставить его на место...
  -Нужно все это сфотографировать для истории! - закричал он, а в его карманы засовывали продукты.
  Пока он занимался клапаном, армии солдатиков переместили в соседнюю комнату, но в это время туда прибыли новые партии людей, и многие из них показались ему знакомыми по прежним местам работы: менеджеры, продавцы, официанты, бармены, директора... Они топтали солдатиков и издевательски хохотали... Раздал крик:
  -Вам всем нужно убираться оттуда и садиться в автобусы, которые отвезут вас в метро, а на поездах вы доберетесь до аэропорта!
  Толпы людей рвались к выходу. Он выискивал своих родственников, но внезапно нестерпимо захотел в туалет. Он побежал по смежному коридору, потом сбавил шаг, т.к. кромешная тьма поглотила свет. Он нащупал в стене дверь, открыл ее, и тут цепкие пальцы схватили его за руку. Он резко вырвался и побежал назад. Показался свет, и в проеме металась его младшая сестра. Он прижал ее к себе. "Главное не потеряться!"
  Наконец они выбрались на поверхность, и к ним присоединился брат. Они стояли в центре древнего кладбища с покосившимися крестами, развалившимися оградами и часовней, прекратившей службы еще при царском режиме. И повсюду сидели испуганные и промерзшие люди. Страх постепенно перерос в панику. Сестра проваливается в одну из могил, но он успел схватить ее за руку и вытащил наружу. Ее клетчатое пальто пропало, и девушка осталась в одном нижнем белье.
  -Оденьте девочку! - слышны робкие голоса, но он уже сбросил свою куртку и накинул ее на сестру.
  Но куда подевался брат!? А, вот и он!
  Наконец порядок восстановился, и люди, выстроившись в колонны, двинулись к шоссе, где один за одним уходят, битком набитые автобусы. Далеко у горизонта было видно зарево пожара. Человек с повязкой на руке указал им путь и проговорил:
  -Вот ваш автобус...
  Брат вновь потерялся, но искать его сейчас не представлялось возможным. "Нужно спастись самому и постараться спасти сестру!" - подумал он и уселся на мягкое сиденье. Она присела рядом. Он включил тусклую лампочку, располагавшуюся под самым потолком и только тут увидел, что рядом с ним находилась Ольга. Он притянул ее к себе и нежно поцеловал...
  
  
   5.11.14-5.01.16
  
  
  ЛЕСТНИЦЫ
  
  1
  
  -Мы знакомы? - наконец-то я решил спросить у двух подростков, уже долгое время неотступно следовавших за мной. Худенький, коротко стриженный мальчик закивал головой, а круглолицый кудрявый рыжеволосый почти нагло произнес:
  -Конечно! Мы же идем вместе!
  Я поправил красную футболку и протянул руку поочередно каждому, а мысленно выругался, поскольку мне очень срочно нужно было пересечь двор и пройти к ресторану. Я похлопал себя по карманам и, обнаружив отсутствие сигарет, еще раз выругался, но теперь вслух и вспомнил объявление, прочитанное утром в нашем подъезде:
  "ВНИМАНИЕ! НА УЛИЦЕ ВЫ УВИДИТЕ МНОГОЧИСЛЕННЫЕ СЦЕНЫ ДЕМОНСТРАЦИИ ТАБАКА И КУРЕНИЕ. БУДЬТЕ БДИТЕЛЬНЫ. КУРЕНИЕ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ!"
  Войдя в аптеку и выйдя из нее, я увидел, что мои знакомые подростки стреляют сигареты, и облизнулся. Очень хотелось курить.
  Получив долгожданную сигарету, я закурил и попрощался с ребятами. Передо мною было Дмитровское шоссе, и я направился к подземному переходу, который выводил меня к ресторану, где я работал. Я обогнул здание и проник в заведение с ""черного" хода. Столкнувшись в дверях с шеф-поваром Стасом, я молча кивнул ему и вдруг вспомнил, что мне нужны сигареты. Я прошел через кухню, по коридору и вышел с противоположной стороны в новый подземный переход. Оставалось подняться по лестнице и первом же киоске приобрести товар, находящийся в наше время практически под запретом.
  Меня окликнул бармен Дима, которого наши завсегдатаи часто называли "пожилой официант", потому что, несмотря на тридцать с небольшим лет волосы Димы покрывала обильная седина.
  -Ты куда? - Дима был взволнован.
  -За сигаретами, - отвечал я, невозмутимо осматривая свои футболку и джинсы.
  -Егор Петрович собирает всех на какие-то поминки.
  -Но у меня сегодня выходной...- попытался закосить я.
  Не получилось.
  -Всех, значит, все! - слишком твердо и совсем непохоже на себя произнес Дима. Сейчас он напоминал важного администратора ресторана или, скажем, менеджера KFC, только-только примерившего фиолетовую рубашку.
  -Ладно-ладно, в тон ему сказал я и добавил: Подойду к магазину. Там вы меня подождете...
  Я увидел, стоящие рядком автомобили, а возле них - шеф-повар Стас, бармен Дима, бармен Игорь и еще какие-то люди, лиц которых нельзя было разобрать в темноте вечера. Возле каждой машины стоял водитель в строгом черном костюме и белой рубашке при галстуке. Егор Петрович пулей пронесся мимо нас, указывая рукой куда-то вперед, словно полководец, ведущий войска в генеральное сражение.. Повинуясь его команде, все разместились в салонах, и эскорт двинулся по извилистым улочкам, пересекая широкие автострады, проносясь по проселочным дорогам, минуя леса и поля. Не прошло и пяти часов, как мы остановились у грязно-желтого трехэтажного здания, находившегося на территории, обнесенной забором, отчего частично напоминало некий расчетный центр в городе Подольске на улице Ленинградской. Я слегка поморщился и побрел за своими товарищами.
  На первом этаже в гостиной, на обитых дерматином деревянных стульях сидели мои старые знакомые из прежней жизни, и их было так много, что одно перечисление имен могло бы отнять у читателя немало его драгоценного времени. Назову лишь некоторых: Эжен Тутис, Бобровский, младший Селезень, Алеша Викторович...
  Однако я отвлекся.
  Я проследовал прямиком на второй этаж и, бродя по лабиринтам коридоров, комнат и иных помещений и поражаясь подобно булгаковской Маргарите размерам помещения, видел повсюду суетящихся женщин в косынках и фартуках. Они разносили блюда и расставляли их на столы, покрытые белыми скатертями. Столы были выставлены буквой "Т".
  Затем я отправился на третий этаж, а после спустился на первый, и везде происходило одно и то же. Люди сновали муравьями, и каждому была отведена определенная роль. Я вновь и вновь возвращался в комнаты, стараясь понять, что же здесь должно произойти. И вот, поднявшись в шестой или седьмой раз на верхний этаж, я обнаружил во главе перпендикулярно поставленного стола возле стены постамент, на котором по всей видимости должен был разместиться гроб. Но постамент был пуст. Более того, я могу поклясться, что ранее ничего подобного здесь не было. Ну не мог же я не заметить!
  -Посторонись! - услышал я окрик сзади и отступил в сторону.
  Бравые молодцы в черных костюмах с мощными лбами, челюстями и бритыми затылками внесли дорогой пустой гроб и разместили его на постаменте, а крышку прислонили к стене. Я склонил голову вправо и спустился во двор, где толпились все наши, как прошлые, так и настоящие. Все курили, выпуская облака ядовитого дыма и нисколько не заботились о своем здоровье, да, к слову сказать, как и большая часть населения страны. А прямо за забором чинно прогуливались люди, по всему виду которых было ясно, что их капиталы в твердой валюте определялись числами со многими нулями. Слева от нашей компании собиралась довольно внушительная толпа, обозначаемая в новом русском языке емким словом - "братва".
  В воздухе повисла фраза: "Все куплено, за все заплачено!" Она была физически ощутима, и в горле запершило.
  Я окинул взглядом периметр забора и отметил, что мероприятие хорошо охраняется, и охрана - полиционерская.
  Откуда ни возьмись появился долговязый полиционер-участковый с темно-коричневой папкой под мышкой. Полиционер имел звание капитана и то и дело сдвигал на затылок фуражку, которая была ему явно велика. Он важно словно аист прохаживался между гостями и многозначительно посматривал в бездну неба. Я не выдержал и дернул его за рукав:
  -Уважаемый! Здесь все куплено, за все заплачено! Охрана полиционерская...
  На что участковый удивленно вздернул бровь и почесал переносицу:
  -Я в курсе. Но рядом стоит войсковая часть ВДВ, и если что, они возьмут всех, не взирая ни на что!
  Все вокруг засмеялись, а я увидел, что народу прибыло, и во дворе разместились десятки, а то и сотни весьма живописных персонажей. Меня посетила странно злорадная мысль: "Вот был бы прикол, если бы их всех взяли одновременно!" Я нарисовал в уме красочные картины, как бравые десантники укладывают на землю авторитетов, надевают на них наручники, бросают в машины и увозят...
  Но пора устраиваться где-то за столом. Я опять вошел в здание и стал искать себе место, пока еще таковые остались.
  Я устроился на жидкой перекладине за столом у постамента с пустым гробом на третьем этаже, но только протянул руку к тарелке, как ощутил на себе взгляд одного авторитета, только за внешность которого можно было упрятать в исправительное учреждение очень и очень надолго. Я понял, что присел не туда и поспешил встать, а за длинный стол усаживались VIP-персоны. Появился человек, похожий на сутенера нетрадиционной ориентации в белом костюме и цветастой рубахе с расстегнутым воротом, в канареечном галстуке. Но по его поведению и подобострастному поглядыванию окружающих становилось ясно, что человек тут самый главный. Босса держала под руку высоченная жена-фотомодель, а позади шествовали любовницы разного возраста, телосложения и вероисповедания. Я протискивался сквозь толпу бандитов, которые по-свойски обнимались, похлопывая друг друга. Я тоже оказался своим (среди чужих) и, изрядно нервничая, перешел на второй этаж. Здесь я нашел своих товарищей и присел рядом с Тутисом.
  Егор Петрович словно распорядитель появлялся то тут, то там, размахивая руками и отдавая приказания направо и налево суетящимся женщинам. Он вроде бы не замечал нас, но я точно знал: не дремлющее око опытного руководителя фиксировало все происходящее, даже в те моменты, когда вроде бы ничего и не происходило.
  Наконец-то мне удалось выпить и закусить, потом выпить еще и еще закусить, а затем выпить без закуски. Я попытался завести беседу с Тутисом, но тот был безмолвен словно древнеегипетский сфинкс или статуя Давида из музея изобразительных искусств имени А.С.Пушкина. Я повернулся к шеф-повару Стасу, но с удивлением заметил, что это - Стас, но совершенно другой, тот самый, который снимал комнату в квартире где-то в Московской области, там же проживал некоторое время и я. Я отпрянул назад, так этот Стас был не похож на того, которого я знал когда-то; грязного, ущербного и угрястого. Сейчас же он был одет в блестящий с иголочки серый костюм, чисто выбрит и даже пахло от него не "Виноградным днем", смесью дорогой туалетной воды и дорогого алкоголя.
  Мы поменялись местами с Тутисом, выпили, закусили, снова поменялись местами, выпили... А большинство присутствовавших молча смотрели в свои тарелки.
  Внезапно воцарилась мертвая тишина, и трубный голос произнес:
  -Внесите тело!
  Молодцы в черных костюмах внесли покойника, и пока они медленно переносили его из комнаты в комнату, трубный голос читал панихиду и какие-то молитвы. Я же не вникал в смысл слов, а потихоньку встал и направился на третий этаж.
  У самого входа сидели вооруженные автоматами верзилы почтенного возраста. Они мирно похрапывали, пуская желтую слюну. За спиной босса сутенерского вида возник толстый человечек с маленьким розовым пистолетиком в левой руке. Казалось, что сейчас из дула пистолетика вылетит водная струйка, и в зале разразится смех. Но случилось следующее. Возле толстяка словно из-под земли выросли здоровые парни, и одни из них крутили ему руки, а другие кривыми ножами вспарывали его живот и грудную клетку. Но через окно стали пролезать новые и новые наемные убийцы, и все они покушались на жизнь босса в белом костюме, а тот несмотря ни на что продолжал трапезничать, не забывая ласкать своих прелестных спутниц. Пришло время проснуться верзилам почтенного возраста и пустить в ход свое оружие. Я же почти с завистью смотрел на главного авторитета и к большому изумлению увидел, что все его тело утыкано цветными булавками. Кто-то шепнул мне на правое ухо:
  -Это - защита от яда! - я не решился повернуться, мало ли кто там за спиной!
  Вместо этого я двинулся к шкафу, открыл дверцу и, вытащив оттуда горсть цветных булавок, принялся вставлять их в сидящих за столом. Большой босс, заметив мои действия, одобрительно кивнул, и волна умиления прокатилась по моему телу от головы до пяток.
  Тем временем процессия с телом умершего достигла постамента, но труп положили не в гроб, а рядом с ним, и теперь я услышал со всех сторон славословия в честь усопшего. Но самое примечательное, никто не называл его имени, титула или звания. Я прозрел: "Никто не знает, кого хоронят и поминают!"
  После того, как с телом было покончено, началось броуновское движение братвы по этажам, а я, оттесняемый парнями, прижался к долговязому участковому, который все это время находился рядом и что-то записывал в блокнот, подобные которому Егор Петрович называл страшным иноземным словом ГРОССБУХ.
  Людей стало значительно меньше, места освободились, и я поймал себя на мысли, что ни разу не вспомнил о своих домашних, а ведь меня ждали: жена, маленькая дочка и пожилая мама.
  "Пора и честь знать!" - сказал мой внутренний голос, я взял за плечо Стаса (не помню точно, какого), и мы направились к лестнице.
  -Ты же мне -друг!? - неожиданно спросил Стас и пристально посмотрел мне в глаза.
  Я на секунду замялся и тихо пролепетал:
  -Да...
  Мне сильно захотелось отлить, и мы поспешили . Переходя с этажа на этаж, мы тщетно искали нужное место, а желание усиливалось. Я чувствовал, что больше не смогу терпеть, и вот перед нами оказалась очередь, в конце которой мы не замедлили встать.
  Мимо нас проходили люди, напившиеся и наевшиеся, рыгающие, ковыряющиеся во рту зубочистками и отпускавшие скабрезные шутки в адрес присутствующих здесь дам, посмеивающиеся над большим боссом и новопреставленным.
  Как только подошла моя очередь, дверь раскрылась, и из туалета вышла симпатичная девушка, на ходу поправлявшая колготки и короткую юбку. Я машинально посмотрел на табличку, закрепленную в верхней части двери... Буква "М" не оставляла сомнений - это то самое место, а изнутри, шатаясь, выходила еще одна девушка, точная копия предыдущей. Войдя в туалет, я увидел возле умывальника еще двух девушек, и они, повернувшись ко мне и подмигнув, в один голос произнесли:
  -Мы предоставляем различного рода услуги!
  -Спасибо, не нужно, - отвечал я и, зайдя в кабину, наконец-то облегчился.
  Я выбежал наружу с мыслью: "Мне стоило бы отдохнуть. Необходимо подыскать спальню".
  Поиски оказались недолгими, и я рухнул на постель, свернувшись калачиком на подушке...
  Я закрыл глаза и через мгновение открыл их. Я понял, что все вокруг ненастоящее - стены и потолок, столы и стулья, комнаты и коридоры...Все!!! Даже закуски и выпивка... Да и сами гости всего лишь картинки, плакаты, фото-обои...
  Пора возвращаться домой...
  
  2
  
  Зачем я пошел сюда? Это же не мой подъезд, не мой дом, более того, это не моя улица и даже не мой район.
  Я пожал плечами и дернул ручку. Дверь не открывалась. Еще бы! Кодовый замок. Но ведь я не знаю код.
  Эх, были времена, когда страной правил пьяница-президент, говоривший как паралитик, а премьер-министр, похожий на Марлона Брандо, путал слова и междометия...
  Внезапно дверь открылась, и из темноты на свет, прихрамывая, вышла девушка в одной туфле и одном чулке, а второй она держала в руке. В другой руке девушка держала иголку с нитками и, повернувшись ко мне, проговорила басом:
  -Мне бы чулок заштопать от и до...- а затем добавила почти детским голосом, - я гуляла, буду пойти со мной, - а затем еще по-детски неразборчиво и, - Ты - мой папа, а я - дочка...
  Я закрыл глаза и вошел в подъезд.
  -Какого хрена я делаю здесь, ведь мы живем на одиннадцатом этаже! - воскликнул я, испугавшись собственного голоса.
  Я с надеждой поискал в кромешной тьме лифт, но не нашел его и стал подниматься по обшарпанной лестнице...
  
  3
  
  Похоже, я успел вовремя. Подготовка к празднику шла полным ходом. Мама и супруга готовили салаты, Музыкант заправлял их майонезом и растительным маслом, отправляя тарелки в большую комнату, и блюда появлялись на столе, маленькая дочка бегала по комнатам, заворачивала на кухню, постоянно выкрикивая фразы, понятные ей одной.
  Я тщетно пытался вспомнить, к какому празднику мы готовимся, но через некоторое время оставил это занятие. К тому же мне не было известно, который сегодня день недели, и который час. Да какая разница!? - сказал я словами Егора Петровича, и все посмотрели в мою сторону, на некоторое время бросив свои дела. А потом все снова пришло в движение. Я подошел к окну, выходящему на балкон, посмотрел на море, бескрайней гладью раскинувшееся справа от дома, потянулся, зевнул и направился к дивану, ведь мне так и не удалось отдохнуть.
  Я прилег и раскрыл книгу А.И.Герцена "Кто виноват?". Прочитав несколько страниц, я отложил ее и взял в руки другую - Эрих Фромм "Душа человека", но и она сейчас не давалась мне. Я просмотрел кое-какие альбомы с репродукциями художников-сюрреалистов, почувствовав прилив сил и бодрости. Приблизившись к тумбочке, я вынул из нижнего ящичка коробку с орденами и медалями, а также пачку открыток. Мои родственники продолжали готовить праздничный стол, Музыкант, как мог, помогал им и, казалось, что никто не обращает на меня ни малейшего внимания.
  А за окном собирались тучки.
  Я не слышал звонка в дверь, не слышал, что кого-то впустили в квартиру, но увидел перед собой соседа, живущего в третьем подъезде дома, расположенного совершенно в другой части города. Он улыбался широкой, практически голливудской улыбкой, и мне стало противно.
  -Подарок! - слащаво прошипел он, а я поспешил встать и отправиться в маленькую комнату, чтобы переодеться. За мной бежала дочурка, говорившая без перерыва, но я разобрал лишь одно: Платье принцессы.
  -Что ж, платье принцессы, платье принцессы! - сказал я и достал из гардероба нежное салатовое платьице, которое так любила девочка. С восторженными криками она убежала к маме.
  Надев праздничные рубашку и брюки, я с удивлением заметил, что все вокруг и не собирались переодеваться. Пусть будет так, философски произнес я и снова опустился на диван, где уже хозяйничал сосед, разбросав ордена и медали в стороны. Но он принес новые награды, а также открытки, причем некоторые с запретной нацистской символикой. "Он бы еще закурил в общественном месте!" - подумал я, а потом тряхнул головой, - "Что-то я повторяюсь..."
  В комнате собралась вся семья и кроме них - Музыкант и сосед. Я же нацепил на себя вновь приобретенные ордена и медали. Громкий смех сотряс стены квартиры, и я посмотрел по сторонам, опасаясь, что из стен начнут вылезать возмущенные соседи. Но ничего подобного не случилось. А дочка, стоявшая возле балкона, закрыла ладошками уши и неожиданно по-взрослому сказала:
  -Мне слышится шум...
  Супруга с жалостью посмотрела на ребенка:
  -Нужно вести ее к врачу.
  Я поспешил к окну и увидел, что волны, катящиеся с моря, поднимались почти до десятого этажа, и их брызги рассыпались, ударяясь о стекла нашей квартиры.
  Погода же резко поменялась, и снаружи стоял январский мороз.
  -Нет! - заявил я, - Девочку не стоит вести к врачу, она совершенно здорова, у нее не болят уши, и она не врет! Это всего лишь стихия!
  Сосед не замедлил удалиться, а остальные прильнули к окну. С улицы слышалось не то пение цикад, не то стрекотание кузнечиков.
  -Взгляните! - воскликнул я и указал на море.
  Вода поднималась с неимоверной скоростью и уже накрыла третий этаж. Я помчался к дивану и принялся спешно собирать постель, хотя понимал, что все это напрасно. Слышались разговоры о том, какую единственную книгу стоит брать с собой на необитаемый остров, но я определенно знал, что единственная книга, которую я возьму туда - Библия.
  Мы направились по лестнице вниз, а вода поднималась все выше и выше. Навстречу нам шли изможденные люди со злобными лицами, нагруженные тюками с вещами и провизией. Я сожалел, что забыл недочитанные книги и поймал на себе взгляд Музыканта:
  -Я взял все! - сказал он, и я проникся к нему искренней благодарностью.
  К тому времени, как небо заметно посветлело, мы оказались на улице.
  Повсюду валялись брошенные вещи, появлялись усталые, промерзшие люди. На сломанной деревянной лавочке сидел давешний участковый капитан с неизменной папкой в руках и, улыбаясь, курил. Он посмотрел на Музыканта, державшего в руках Герцена и Фромма и задумчиво произнес:
  -Не так-то плохо в наше время!
  Я подумал о том, что волны все вымыли из квартиры, но мои мысли перехватил Музыкант:
  -Не беспокойся, я закрыл все окна и двери. Все останется в целости и сохранности.
  "А как же еда?... Как же праздничный ужин?..." - пролетело в мозгу...
  А в это время полиционер прыгнул в седло, и конь понес его вверх по очередной лестнице. Вскоре он совсем пропал из виду...
  
   январь 2016
  САНТЕХНИК
  
  
  Семья из трех человек находилась в комнате, когда до их слуха донесся шум льющейся воды. Он вскочил и выбежал в коридор, дошел до кухни и просунул голову в приоткрытую дверь. Из лопнувшей трубы била струя, обливая стены и рассыпаясь искрами брызг по полу. Из-за плеча выглядывала жена, а старушка-мать уже набирала нужные цифры на телефонном аппарате.
  В трубке прозвучал голос диспетчера, и после нескольких дежурных фраз раздались короткие гудки.
  Спустя некоторое время в дверь позвонили, и на пороге появился долговязый молодой человек с богатой шевелюрой и кожаной сумкой в руке, в которой погромыхивали металлические предметы. Не было сомнений - это сантехник!
  Сантехник ловко выхватил разводной ключ и подобно искусстному дирижеру сделал несколько пассов, после чего окинул семью взглядом полным гордости и самолюбования. Вода не текла. Сантехник сделал реверанс, совершая замысловатые движения руками и исчез в темноте подъездной лестницы...
  Муж уселся на пол и принялся извлекать из чемоданов, коробок, пакетов и прочего оловянных солдатиков, а после этого начал расставлять их по всем жилым и не жилым помещениям квартиры. Скоро повсюду выстроились подразделения, где были представлены конные и пешие воины, мифические и сказочные существа, а также ужасные чудовища. Казалось, все это бесчисленное воинство двигалось, издавало грохот, лязг, скрежет и вой; развивались флаги и штандарты, щетинились копья, сверкали мечи, а орудия, начищенные до блеска, готовились извергнуть тонны металла и огня на неприятеля. Лишь возле книжного шкафа были стопками сложены альбомы репродукций великих живописцев эпохи Возрождения, менее великих мастеров авангарда конца 19-го и 20-го веков и уж совсем мелких поддельщиков современного искусства. Кроме того здесь лежали картины, написанные мужем на самодельных холстах, досках, фанере, оргалите, а также бесчисленные рисунки, исполненные в различной технике. Муж позиционировал себя художником, но никто, включая жену и мать, его таковым не воспринимал, мало того, все вокруг посмеивались над ним и острили по поводу и без оного.
  Сейчас же супруга посмотрела на воинство и заметила, что из-под альбомов по полу расползаются подозрительно мерзкие ручейки. Муж встал и направился в ванну. Он четко видел цель своего краткого путешествия, и она открылась перед ним в виде расколотой раковины. Снизу торчал обломок чугунного смесителя, проржавевшего насквозь и треснувшего много-много лет назад. Под ним валялись куски ржавых труб. Из погнутого крана в раковину текла желтая вода, стекала в никуда, а затем, растекшись по бело-красному кафелю, распространялась в другие помещения...
  Примерно через полчаса в квартире появился давешний сантехник, но не один, а с товарищами, точно также вооруженными всевозможными специальными инструментами. Оценив происходящее в ванной, они стали громко хохотать и тыкать грязными заскорузлыми пальцами то в вышеупомянутую раковину, то в растерянных жильцов. Парень, приходивший ранее, не только саркастически смеялся, но и язвил и оскорблял жену и старушку-мать. Они все молчали и, опустив головы, виновато кусали, кто - губы, а кто - ногти. Молодой сантехник пробирался к книжному шкафу. Что-то его заинтересовало возле стопок картин и альбомов. У мужа защемило сердце, он беспокоился за солдатиков, собранных в коллекцию за добрую половину его сознательной жизни. Однако сантехник аккуратно переставлял ноги между полками и гарнизонами, не наступив ни на одного воина. Достигнув желаемого, он наклонился и поднял с пола несколько разноцветных осколков стекла. Возможно, раскололась лампочка, хотел сказать муж, но сантехник покачал головой и молча объяснил, что это стекло было вложено в один из альбомов одного знаменитого певца, настолько знаменитого, что его имя здесь произносить не следует, но следует с ним связаться, ведь певец рассказывал ему когда-то, что забыл альбом в этой квартире...
  Семья с благоговением провожала удаляющегося сантехника...
  
  *****
  
  Муж вышел на площадку и увидел на лестнице трех, а может быть четырех (он точно не смог сосчитать, хотя не плохо дружил с арифметикой) детей весьма странного вида. Нет, они не были одеты ка-то по особенному, но у них были не пропорционально длинные руки, однако не это главное: они имели совсем не детские лица, они походили на стариков при том, что кожа оставалась гладкой и нежной.
  Муж приготовился сбежать, но задержался буквально на мгновение... и тут же пожалел об этом. На него посыпались неожиданные предложения, а он, как водится продолжал молчать, нервно качая головой, точно отказываясь от сделки. Страх пробирался под одежду, домашние тапочки и даже под кожу.
  Все прекратилось также быстро, как и началось: дети-старики исчезли, они пропали, словно растворились в воздухе...
  
  *****
  
  Муж прошелся по всем комнатам и не обнаружил семьи. На улице за окном стемнело, он разделся догола, лег на пол возле окна и стал совершать ритмичные движения тазобедренным суставом. Он видел тени прохожих, и ему казалось, что они следят за ним, но он не прекращал своих действий, а лишь закрывал глаза, прячась от окружающего мира.
  Сколько прошло секунд, минут, а возможно часов, никому не ведомо, но когда муж открыл глаза, прямо перед окном стояли те самые дети-старики из подъезда, а за ними - рядами и колоннами другие еще более неприятные существа. Все они перешептывались между собой, точно не замечая человека внутри, однако они обсуждали именно его. Муж осторожно снял с крючка полотенце, обернул его вокруг тела и выпрыгнул во двор. Сборище вмиг рассеялось, но остался один, и он протянул свою длинную руку и взял мужа за плечо. У того побежали по коже мурашки, он попытался отстраниться, но не смог... и вдруг узнал в старике-ребенке того самого утреннего сантехника...
  
   22.10.2015
  
  
  
  СВАДЬБА
  
  На дворе стояла глубокая осень, и они готовились к свадьбе, однако его мать явно была против. Но решено, так решено! Впереди - два выходных, соответственно - два дня свадьба. Несмотря ни на что. Пусть рухнет мир, пусть погаснут звезды. Но куда же пропала сестра невесты? Плевать! Он пригласил всех своих лучших друзей, даже тех, с которыми не виделся больше двадцати лет. И вот он вернулся с работы поздно вечером и увидел, что дом полон гостей. во всех квартирах горел яркий свет, люди высунулись в окна и смотрели на него. Люди стояли на улице и курили, а в его плеере оглушительно ревел Высоцкий.
  Невеста в роскошном белом платье встретила его у квартиры, крепко поцеловала. За ней стояла его мать. По небу покатились гигантские пустые бочки, черноту разрезали ломаные сверкающие линии, и крупные капли дождя в перемежку с градом и снегом разогнали людишек. Словно по приказу все окна и двери закрылись. Повсюду погас свет. Он покачал головой, взял под руку невесту, за руку маму, и они втроем направились в ближайшее отделение ЗАГС.
  -Я не смогу пойти дальше, - сказала мама и передала ему зонт.
  Он прикрыл от разбушевавшейся стихии любимую, и они двинулись регистрироваться.
  Любовь кипела, и всю дорогу до дома они целовались. Ее рука была в его руке, а когда он вставил ключ в замок и обернулся, то никого не увидел позади себя. Он вошел в прихожую, прошел в холл и окинул взглядом гостевой стол.
  -Этого не может быть! - воскликнул он, - Половина этих людей не должна находиться здесь, а вторая половина давно умерла!
  Гости продолжали сидеть за накрытым столом, осыпали его поздравлениями и поднимали пустые бокалы. Они закатывали глаза, кривили рты, высовывали языки и тайком плевали на скатерть.
  -А где же моя невеста? - вопрошал он, но не слышал ответа.
  Смутной тенью промелькнула в дальних комнатах исчезнувшая сестра невесты, но он успел отметить, как она красива.
  -Где моя суженая? - крикнул ей вслед жених, но услышал шелест эха:
  -Ее похитили люди этажом ниже или этажом выше...
  "Нет, - размышлял он, - этажом выше быть не может, поскольку было бы много шума, значит, она - внизу".
  Из-за шкафа появился его бывший одноклассник, долгие годы занимавшийся рукопашным боем, различными восточными единоборствами, еще бог знает чем, служивший в десантных войсках, работавший в органах государственной безопасности, в различных охранных предприятиях и т.п. Он пожал однокласснику руку, взял со стола большой кухонный нож и засунул его в задний карман брюк:
  -Пойдем со мной, ты мне нужен...
  В тот же момент открылась боковая дверь, и он с удивлением увидел, что в комнате нет мебели. На полу, поджав под себя ноги, сидел покойный брат его матери, у окна стояла умершая родственница, по углам расположились жуткие мертвецы без глаз, а у стены - девушка в платье невесты. Ее глаза были широко раскрыты, но не зрячи. Из раздвинутых половиц вылезла сестра невесты, державшая на руках, словно ребенка, фарфоровую куклу, настолько реалистично сделанную, что он поморщился. Внезапно он узнал в той самой кукле свою невесту. Он развернулся к стене, и девушка в платье невесты рассыпалась точно песочный замок, но успела произнести слова:
  -Это и есть моя исчезнувшая в будущем сестра...
  Он поспешил уйти к гостям, но в холле никого не было, стол был пуст, пропала даже скатерть. Жених присел на корточки, а рядом встал его покойный отец. Отец без перерыва что-то говорил, но слова звучали бессвязно, да и словами-то это нельзя было назвать. Говоривший рассердился, сжал кулаки и стал грозно надвигаться.
  -Не стоит! - прохрипел сын.
  Он схватил отца за ноги, потянул на себя надавил так, что тот упал, затем отполз и присел. Он удивленно смотрел на сына, что-то пробормотал и начал уменьшаться в размерах
  -Я не хочу и не стану тебя бить...- прошептал сын и, почти задохнувшись, упал без чувств...
  
   июль - 22.10.2015
  
  ЛАМПОЧКА
  
  Мужчину уже несколько дней мучили ночные кошмары, и он практически не спал. Но так как он жил один, то никто не мог ему помочь, ни делом, ни словом. Его бросало в жар и в холод, но все-таки он кое-как существовал. Шли дни, соединяясь в недели, но постепенно он привык к жутким ощущениям и смирился с собственным бытием. И вот однажды утром он проснулся и сначала не понял, что произошло. Перед ним было стекло. Мужчина стал стучать в стекло, сначала боясь, что разобьет его, но потом понял, что стекло прочное. Тогда он принялся стучать сильнее и бегать по кругу, как вдруг до него дошло, что он находится в обыкновенной лампочке накаливания. Как он там очутился, осталось тайной, но только чья-то гигантская рука взяла лампочку, легонько встряхнула ее, и мужчина несколько раз перевернулся, больно ударившись о стекло. Затем лампочка была помещена в патрон люстры, и некто нажал кнопку выключателя. От яркой вспышки мужчина вспыхнул и в мгновение сгорел словно комар...
  
  КУЛИНАРИЯ
  
  Ясли, детский сад, школа, посещение "красного уголка", кружков "умелые руки", занятия музыкой с частным преподавателем, музыкальная школа, спортивная секция, высшее учебное заведение... Кому из людей, родившихся в эпоху развитого социализма и ожидавших построения коммунизма, не знакомы эти ступени всестороннего развития личности? Практически всем.
  Но мало кто, достигая определенных вершин в иерархии общества всеобщего благоденствия, совершал поступки, идущие вразрез с мнением идущих в ногу, вскормленных лозунгами равенства и братства, скованных одной цепью и связанных одной целью, не высовывающихся и не обладающих индивидуальностью. Стандарт! Люди, действующие по утвержденным стандартам и становящиеся стандартными по своей сути.
  В годы перехода от диктатуры пролетариата к развитому социализму Мамонт Маломальский был руководителем творческого кино-объединения Седьмая молодость, изредка посещал знаменитый кабачок 13 стульев, но, главное: он являлся отцом нашего героя - Льва Мамонтовича Маломальского, который, как и все дети, окончив школу, приложил палец ко лбу и задумался: Что делать? И поступил в музыкальное училище, каковое и закончил, овладев искусством игры на альте и как смежные специальности освоил фортепьяно, виолончель и еще какие-то струнные инструменты. Проявив исключительные способности, Лев поступил в консерваторию и скоро, воспитанный на бессмертной классике, мог, не заглядывая в ноты, играть Бетховена, Баха, Рахманинова, Чайковского, Глинку, а также Рихарда Вагнера. Он давал концерты в Большом зале консерватории в сопровождении симфонического оркестра, в домах культуры с оркестрами малого состава и в небольших клубах соло и кроме того объездил как участник филармонии бесчисленные учебные заведения своей необъятной родины.
  Личная жизнь у Льва Мамонтовича как-то не задалась, поскольку он был влюблен в классическую музыку, и рок-н-роллы все различны были чужды его структуре. Он питался в пунктах общественного питания, не слишком кичившихся разнообразием меню, и по большей части то были диетические столовые, где свинина и курица могли соседствовать в одном блюде, а салат из квашеной капусты вообще есть было не возможно.
  Время текло словно густой липовый мед, однако годы спокойствия и процветания остались в воспоминаниях. Наступила эпоха, названная перестройкой.
  Лев Мамонтович вновь приложил указательный палец ко лбу и призадумался. Но не успел он пораскинуть мозгами, как колесо истории сделало новый оборот, и перестройку сменила система, где все встало с ног на голову. Люди, обворовывающие народ и уничтожавшие вековые ценности и насаждавшие анти-культуру, назвали себя демократами, бандиты большой дороги, представлялись блюстителями порядка, а распродавшие все, что было нажито непосильным трудом, направо и налево - деловыми людьми, а по-импортному - бизнесменами...
  Надоела политика! - воскликнет обыватель и будет несомненно прав. Прошли времена митингов и демонстраций, канули в небытие музыканты, всегда бывшие против, диссиденты исчезли или просто-напросто переквалифицировались в брюзжащих аристократов, умерли Сахаров и Солженицын, а дочка известного в прошлом политического деятеля улыбалась из всех телеотсосов своей лошадиной улыбкой, трясла бедрами и постоянно выставляла напоказ, купленные на отцовские деньги, заграничные дипломы о высшем образовании.
  Но мы ведем речь совсем не об этом...
  Наш герой впал в задумчивость, стоя на главной площади главного города когда-то великой и богатой страны. Во времена великого передела для него открывались новые перспективы, и Лев Мамонтович, держа левой рукой саквояж, почесал свободной рукой шею.
  Тут нужно сделать отступление и рассказать, что Маломальский всю свою сознательную жизнь был склонен к коллекционированию, такое было у него хобби, а так как кроме музыки его ничего не интересовало, он собирал музыкальные инструменты, благо средств, заработанных тогда, когда музыка еще интересовала определенную часть населения, было вполне достаточно, а часть их, стоит заметить, не малая, была своевременно, еще до "черного" вторника, переведена в твердую заграничную валюту (право, до сих пор не могу понять, почему эта валюта такая твердая!?).
  Итак, оказавшись не у дел, в новом дивном мире, Лев Мамонтович стал путешественником. Он путешествовал по осколкам бывшей большой страны, которые именовали себя то самостийными, то независимыми, а то и ближним зарубежьем. Он глубоко вздыхал, вспоминая прежние времена, а спустя некоторое время посетил настоящую заграницу, куда его ранее не выпускали по совершенно не известным причинам. Увидев иные миры, он понял, что там люди живут. Конечно с полной уверенностью он не мог сказать - лучше или хуже, но они жили и были совершенно другими.
  Совершая многомесячный вояж по свету, Лев Мамонтвич задержался чуть дольше в одной из густонаселенных жарких стран юго-восточной Азии. Его поразила местная музыкальная традиция. Ничего подобного он не слышал прежде, а диковинные музыкальные инструменты вызвали в нем чувство обделенности и даже определенной ущербности. Классическое образование не предлагало отклонения, и Маломальский ощутил острую боль под левой лопаткой. Пополнив свою коллекцию, Лев Мамонтович вернулся домой и попытался изучить заморскую гармонию, но ничего не получалось. Маломальский поспешил в музыкальные магазины, дабы приобрести соответствующую литературку, но здесь его ждало разочарование; музыкальные магазины в большинстве своем перестали существовать, а на их месте возвышались офисные небоскребы, супермаркеты и бутики, куда люди заходили, чтобы посетить бесплатные туалеты или подивиться изобилию не доступной их кошелькам продукции. Лев Мамонтович задал себе банальный вопрос: А для чего открываются все эти предприятия? Не получив на него ответа, наш герой подумал - существует вероятность, что где-то в старом городе в букинистических отделах можно отыскать что-то для моего увлечения...
  Стоял погожий весенний день. Он сошел с троллейбуса на главной улице города и углубился в переулок, но, пройдя несколько десятков метров, застыл как столпом...
  До ушей альтиста донеслись чудесные звуки, слышанные в экзотической стране. Пару минут Лев Мамонтович вслушивался и наконец двинулся. Звуки усиливались...
  На небольшом сквере, среди двухэтажных домов с облупившейся краской и штукатуркой, окруженном деревянными скамейками, собрались граждане разного пола и возраста, образовав круг. Вот внутри этого круга и происходило действо. На пестром коврике, расстеленном на асфальте, скрестив под собой ноги, сидели четыре наголо выбритых человека в свободных розово-оранжевых. Они играли на инструментах: один - на ситаре, второй - на пунги, третий на дамару. На табле играла лысая девушка, и у нее на лбу, чуть повыше носа красовалась жирная темная точка, либо накрашенная, либо вытатуированная. К музыкальному квартету примыкал человек в такой же одежде, что и остальные, но он стоял, держа в руках книгу и декламируя тексты, не понятные не только Льву Мамонтовичу, но и большинству здесь присутствовавших.
  Человек говорил что-то об особом имени Бога, о Верховной Абсолютной Истине, о ведах и еще много о чем, то и дело прерывая свои речи выкриками: Харе Кришна! Харе Рама!
  Музыка не прекращалась, но она не заглушала оратора, а словно дополняла и даже где-то возвышала его. Он же говорил следующее:
  -Мясо невозможно получить, не причинив вреда живым существам, поэтому пусть каждый воздержится от употребления мяса. Помня о том, каким отвратительным способом добывается мясо, и о той жестокости, с которой содержатся в неволе и убиваются живые существа, человек должен раз и навсегда отказаться от употребления в пищу мяса...
  Далее он продолжал:
  -Тот, кто наращивает свое мясо, поедая плоть других созданий, обрекает себя на страдания, в каком бы теле он не родился. Нет на свете более жестокого и эгоистичного человека, чем тот, кто увеличивает свою плоть, поедая плоть невинных животных... Душа является источником сознания и животворящей силой в теле каждого живого существа... Живое существо, которое находится на более низкой ступени развития, чем человек, постепенно поднимается по эволюционной лестнице, пока в конце концов не получает человеческое тело. Только та душа, которая обрела тело человека, может обратить свое сознание к Богу и перенестись в момент смерти в духовный мир... Все живые существа должны отбыть определенный срок в том или ином материальном теле. Этот срок установлен свыше, и он должен истечь, прежде чем они смогут переселиться в другое тело или подняться на более высокую ступень эволюционной лестницы. Убийство животного или любого другого живого существа лишает его возможности до конца отбыть срок, отведенный для пребывания в определенном теле. Человек ни в коем случае не должен убивать другие живые существа ради собственного удовольствия, потому что тот, кто лишает их жизни, запутывается в сетях греховной деятельности...*
  Говоривший на несколько мгновений прервался, и Лев Мамонтович встретился взглядом с лысой девушкой, игравшей на табле. И они уже не могли отвести друг от друга глаз...
  -Слово карма означает "действие" или, в более узком значении, любое материальное действие, влекущее за собой последствия, которые привязывают человека к материальному миру...Каждое наше действие влечет за собой определенные последствия. Согласно закону кармы, если мы причиняем боль и страдания другим живым существам, то также будем страдать... Иногда в бамбуковой роще в результате трения стволов бамбука друг о друга начинается пожар. Однако истинной его причиной являются не деревья, а ветер, раскачивающий их. Деревья - это всего-навсего посредники...* - продолжал человек, державший в руках книгу, - ...Изначально слово "вегетарианский" означало гармоничный философской и нравственной точки зрения образ жизни, а не просто фруктово-овощную диету... Вегетарианство - это очень важный шаг на пути к совершенному обществу, и те, кто задумается над его преимуществами, окажутся в одном ряду такими мыслителями, как Пифагор, Сократ, Платон, Климент Александрийский, Плутарх, царь Ашока, Леонардо да Винчи, Монтень, Акбар, Джон Мильтон, сэр Исаак Ньютон, Эммануэль Сведенборг, Вольтер, Бенджамин Франклин, Жан-Жак Руссо, Ламартин, Перси Биши Шелли, Ралф Уолдо Эмерсон, Генри Дэвид Торо, Лев Толстой, Джордж Бернард Шоу, Рабиндранат Тагор, Махатма Ганди, Альберт Швейцер и Альберт Эйнштейн...*
  "Адольф Гитлер..." - мысленно продолжил список Лев Мамонтович, его глаза по-прежнему пристально смотрели на девушку, но слова говорившего все сильнее действовали на Маломальского.
  -Те, кто знает, как действует закон кармы, понимают, что мира невозможно добиться с помощью демонстраций и петиций. Вместо этого следует объяснять людям, какие последствия влечет за собой убийство невинных существ (и не рожденных детей).*
  Представление, судя по всему, завершалось, человек закрыл книгу и закончил свою речь словами:
  -Преданные Господа, принимающие пищу, принесенную Ему в жертву, избавляются от всех грехов. Те же, кто готовит пищу, чтобы насладиться ею, питаются одним грехом...*
  Музыканты прекратили играть, встали дружно пропели Харе Кришна и стали собирать свои нехитрые пожитки, складывая все в заплечные мешки, сшитые из разноцветных кусков. Лысая девушка, не отрывая взгляда от нашего знакомого, передала мешок своему товарищу. Слушатели во дворике также стали расходиться, и спустя пару минут возле лавочек остались двое - Лев Мамонтович Маломальский и симпатичная лысая девушка, и, слава Богу, что ее никто не заставлял есть ногти с перхотью.
  Не говоря ни слова они приблизились друг к другу и взялись за руки. Лев Мамонтович чувствовал дрожь по всему телу, что-то ворочалось в горле, ноги стали ватными и не слушались приказов. По правде сказать, Маломальский никуда идти и не собирался, по крайней мере в данную минуту. Тянулись мгновения, коих, как вы правильно подумали, было ровно семнадцать, и девушка, нарушив тишину, извлекла, казалось, из ниоткуда книгу, не толстую, не тонкую, а стандартную:
  -Вот... - ее голос соответствовал внешности, приятный, но какой-то "лысый", - возьмите, пожалуйста, вам обязательно пригодится... - она потопталась на месте и добавила, - А мне пора уйти...
  -Но сможем ли мы увидеться когда-либо? - принимая книгу, почти шепотом произнес Лев Мамонтович, после чего последовала пауза, а затем альтист, спохватившись и повысив голос, сказал, - Мне же нужно будет вернуть вам книгу...
  -Книгу возвращать нет смысла, - загадочно улыбнувшись, произнесла девушка, - А встречи... Встречи и расставания происходят всегда и везде. Просто нужно видеть того, с кем встречаешься... Мы обязательно встретимся...
  Она пропала. Исчезла, растворившись в бесконечном лабиринте старых двориков, а Лев Мамонтович продолжал смотреть ей вслед...
  Он открыл дверь квартиры и посмотрел на часы, висевшие под потолком между ванной и туалетом. Они показывали десять часов вечера и почему-то напомнили Маломальскому пятно на лбу давешней девушки. Включив свет и усевшись на мягкий диван, обтянутый велюром пастельных тонов, от времени потерявших истинные цвета. Он достал книгу. Она называлась "Ведическое кулинарное искусство", и автором значился Адираджа Дас. Первые же строчки вступления закрепили все, услышанное днем в скверике...
  "Поваренные книги обычно не читают. В них заглядывают, когда нужно что-нибудь приготовить. Но эта книга - не обычная поваренная книга. Это, скорее, путешествие по новому для вас миру, полному неожиданностей и сюрпризов. Это экскурсия в иную культуру, которая на первый взгляд может показаться чужой и далекой, но если вы все же рискнете отправиться в это путешествие, то поймете, что при всей внешней экзотичности эта культура основана на ценностях и понятиях близких сердцу каждого человека, таких, как любовь, милосердие, сострадание. Мы уже видим удивленно поднятые брови: "Полноте, какое отношение кулинарные рецепты могут иметь к любви, милосердию и состраданию?" Действительно, трудно представить себе, как бутерброд, перехваченный на бегу, может иметь какое-то отношение к таким высоким понятиям. Но в основе кулинарной традиции, о которой идет речь, лежат представления о том, что пища, употребляемая человеком, оказывает влияние не только на его физическое состояние, но и на его умственные способности, а также нравственные и духовные качества. ("Человек есть то, что он ест".)"*
  Лев Мамонтович прилег, взглянул внутрь себя и вдруг понял, чего именно не хватало ему в его жизни. Он прочитал еще несколько строк:
  "...Рецепты, собранные в данной книге, и, главное, философия питания, лежащая в их основе, помогут вам найти путь к сердцу любого человека, прежде всего, к своему собственному. Веды, древнейшие священные писания в мире, утверждают, что в сердце каждого живого существа дремлет любовь к Богу и что настоящее счастье может обрести только тот, кто пробудил в себе эту любовь. Вы научитесь готовить и есть приготовленную пищу так, чтобы источник этой любви снова забил в нашем пересохшем сердце..."*
  Отложив книгу в сторону, Лев Мамонтович вскочил с дивана и, размахивая руками точно дирижер на концерте, прокричал тонким хрипловатым голоском:
  -Я постиг суть! Я понял смысл своего существования!
  Он побежал на крохотную кухоньку, обставленную и обвешанную стандартными белыми шкафами, полками и столами. Лев Мамонтович принялся извлекать отовсюду посуду разного объема, кухонные принадлежности, а когда все это было размещено на столах, убежал в комнату и вытащил из шкафов и стеллажей предметы своей коллекции. Он срывал, висевшие на стенах диковинные инструменты и относил их на кухню, а затем на несколько секунд присел на свободный стул.
  После этого закипела работа...
  Поначалу его действия были хаотичными, но через некоторое время приняли упорядоченный характер, и суета уступила место порядку.
  Альтист приговаривал: "Так, так, хорошо! Не торопись, Левушка, все получится!"
  И вот стали появляться самые невероятные блюда...
  Английская гитара, фаршированная бамбирами, обжаренными в масле и приправленные кларнетами. Все это было посыпано белым порошком, напоминавшем муку и выложено на большой поднос.
  Балалайки, раскрашенные в самые невероятные цвета и разрубленные на мелкие части, были отварены в соусе и помещенные в тубу.
  Эрху, начиненные мелкими тимбалами и прожаренные с шалмеем. Это блюдо было приправлено соусом ржавого цвета.
  Тангентенфлюгель был аккуратно разрезан на четыре части, и из него торчали трембиты, ребабы, укеке, рожки, пондары и даже паркапзуки! Вокруг всего этого лежали сверкающие сагаты, политые жидкостью, переливающейся при свете электрических ламп всеми цветами радуги. В стеклянной гармонике помещались маленькие челесты, и они звучали, создавая невероятную мелодию, и по ним сползала масса, напоминавшая какой-то сладкий джем...
  Лев Мамонтович Маломальский выскочил на балкон с истошными воплями:
  -Прасад! Прасад! Прасад! Пусть все, кто голоден, заходят в мой дом, и я накормлю их!*
  А в густых черно-розовых облаках появились улыбающиеся глаза лысой девушки...
  
   14.01-17.04.2015
  
  ______________________________________________________________
  
  *Часть текста, отмеченная звездочками взята из книги Адираджа Дас "Ведическое кулинарное искусство"
  
  
  АНТОН
  
   посвящается Антону Липовому
  
  Смайлы появились в незапамятные времена, когда слово "стандарт" не имело того зловещего значения, которое оно имеет сейчас, а означало: в широком смысле слова - образец, эталон, модель, принимаемые за исходные для сопоставления с ними др. подобных объектов. Существовали и другие значения слова стандарт: общепринятый, исторически сложившийся набор правил; изделие, служащее в качестве образца; в переносном смысле - шаблон, трафарет, не содержащий ничего оригинального.
  В те века Петровичи еще лазили по деревьям и занимались собирательством, а их соседи вели непрерывные войны между собой, отвоевывая территории, возводили на этих территориях деревянные постройки, обносили их заборами, называли городами и давали им красивые, я бы даже сказал величественные имена. Они выбирали князей, которые с помощью дружинников облагали данью подданных, но всех ждало порабощение племенами, волна за волной катившимися с востока.
  Смайлы, будучи по сути своей политкорректными и толлерантными, избежали тотального истребления, рабства или иного насильственного принуждения.
  Кто-то до сих пор считает, что смайлы - национальность, биологический фактор и даже лица с других планет, однако это совсем не так. Смайлы - сообщества людей различных принадлежностей и рас. Смайлы могут быть любого пола, хотя многие придерживаются мнения, что они бесполы, не стану с ними спорить, ведь каждый человек имеет право на собственное мнение. Каждый, но только не смайл! Что же отличает истинного смайла от других представителей рода человеческого?
  Во-первых: почитание Святого Генерала.
  Во-вторых: исполнение шести заповедей, занесенных в святое писание смайлов.
  В-третьих: безукоризненное знание и исполнение 1000 и одного тома стандартов смайлов.
  И в-четвертых: улыбка, присутствующая на лице любого смайла, независимо от его настроения и физического состояния.
  Смайлом может стать человек любого возраста, и лишь немногие рождаются таковыми, также как кто-то рождается генеральным директором или прорабом.
  Итак смайлы появились так давно, что никто точно не знает где и самое главное - в каком количестве. Смайлы верят, что первым был Святой генерал, явивший миру шесть заповедей, написавший 1000 и один том стандартов, что он разработал исключительный рецепт специй, состоящий из 578 целебных трав и спрятал рецепт в тайнике, местоположение которого знали 77 посвященных, а уж они донесли знания следующим поколениям. Многие века посвященные хранили тайну местонахождения рецепта, но времена, как известно, меняются, и однажды в клане появились неверные, попытавшиеся внести раздор в ряды смайлов и завладеть тайной 578 целебных трав и отдать рецепт во всеобщее пользование, но неверные были изобличены, преданы анафеме, а затем подавлены морально и уничтожены физически. Тогда еще смайлам разрешалось применять насилие, но дело совершенно в другом. На великом совете смайлов присутствовали посвященные со всех уголков света, и было принято историческое решение разделить рецепт на 125 равных частей, отправить их во все страны мира и хранить там под усиленной охраной. Т.О. разгадать секрет рецепта становилось практически невозможно. Так обстоят дела и по сей день.
  Но это - версия самих смайлов. Возможно все так и есть, поскольку смайлы плодятся и размножаются ежедневно и ежечасно, неся стандарты в инертные массы. Улыбнитесь, друзья, вас подстерегают смайлы!
  
  Итак Святой генерал (к слову сказать, он тогда еще не был ни Святым, ни генералом; он вообще не имел воинского звания и не служил в армии) в самые древние времена странствовал по миру в поисках того, не знаю, чего, но никак не мог найти этого, поскольку сам был не особо одаренным человеком, и даже обмануть по-настоящему не мог кого-то. Однажды он голодный и холодный прибился к труппе бродячих артистов, и те разглядели в нем НЕЧТО и приняли за своего. Тут-то и началось восхождение генерала. Сначала он выучился искусству лицедейства и стал приобретать навыки общения с людьми, и поднаторел в том, как сказали бы сейчас - стал психологом. Труппа кочевала от селения к селению, генерал вел записи, укреплял связи и в один прекрасный день оставил своих товарищей, загоревшись странной идеей покорить весь известный мир своими кулинарными изысками. Однако уже тогда существовало такое количество кушаний, продававшихся в различного рода пунктах общественного питания и даже в магазинах. Стоило придумать что-то из ряда вон! Генерал отправился в лес. Пользуясь своими записями, составленными в разных странах, он собрал 578 трав, пусть не слишком целебных, на главное - РАЗНЫХ, иссушил их и разложил в мешочки и коробочки. Теперь стоило подвести под это теорию. Нужно было сколотить команду, которая, работая в будущих заведениях, использовала бы секретный рецепт и безоговорочно подчинялась своему лидеру. Именно!!! СЕКРЕТНЫЙ РЕЦЕПТ! Это стало основой нового мышления. Генерал написал в своей книге: "Я - Святой генерал - разработал секретный рецепт, состоящий из 578 целебных трав и открываю его для смайлов!" Он провел в лесу еще некоторое время и явил Шесть заповедей:
  
  1. Я верю в позитивные настроения людей и уверен в том, что каждый человек, особенно благодаря тому, что отличается от других, обладает потенциалом внести значимый вклад в работу команды. Я осознанно ищу людей, отличающихся от всех, и это позволит расширить границы моего мышления и принимать лучшие решения. Я обучу и поддержу каждого, помогу максимум раскрыть его потенциал.
  2. Я являюсь фанатом заведения и посетителей. Я люблю управлять успешными заведениями, и мои посетители в центре всего, что я делаю.
  3. Я достигаю прорыва. Я постоянно спрашиваю себя, что я могу сделать сейчас, чтобы достичь великих результатов, и я знаю, за что несу ответственность.
  4. Я знаю как! Я расту, жадно впитывая новые знания и перенимая передовой опыт, как внутри, так и снаружи. Следуя этому принципу, я всегда предпочитаю истину комфорту.
  5. Я покоряю высоту вместе с командой. Мы все одна команда, целью которой является действие, а не деятельность. Я обсуждаю необсуждаемое, применяя здоровые споры для принятия эффективных решений.
  6. Я привлекаю и удерживаю лучших людей и вдохновляю на подвиги. Я люблю ярко отмечать достижения других и делаю это с большим удовольствием!
  
  И тут у него стали один за другим выплескиваться на бумагу откровения в виде 1000 и одного тома стандартов, по которым следовало организовать работу и которые должны были неукоснительно выполняться...
  
  Святой генерал вышел в мир, и к нему потянулись смайлы...
  
  Когда братские народы, ведомые своими правителями, избранными на демократических выборах с присутствием наблюдателей из зарубежных стран, правили по-разному и разные сроки, и в одних странах правители менялись каждый месяц, а потом их обвиняли во всех грехах, изгоняли и объявляли в международный розыск, в других же правителей было не слишком много - всего лишь два - Труляля и Траляля, и они изобрели отличный способ оставаться у власти всегда, периодически меняя друг друга, не нарушая при этом конституцию государства, запрещающую оставаться правителем более двух сроков. Конечно же присутствовала и оппозиция, однако ее при помощи демагогии разделили, и лидеры этой оппозиции, противостоящие генеральной линии, вызывали только возмущение общественности. Один представлял устаревшие взгляды на мир, поскольку слова о всеобщем равенстве, свободе и братстве, уже ничего не значили. Другой выражал идеи демократии западной системы, к которой и пытались, собственно говоря, вести страну Труляля и Траляля, но, показывая все прелести благополучной капиталистической действительности, правители настраивали народ против, показывая, как живут в развитых странах. Для этого использовалась не только теле и радио пропаганда, но и другие средства массовой дезинформации, дессидентствующие писатели-сатирики играли на руку правящей партии, настраивая народ против того, к чему его вели. Третий деятель оппозиции говорил очень правильно, но слишком резко, а потому слыл политическим шутом и эксцентричным шоу-меном. Т.О. Труляля и Траляля правили, не обращая внимания на желания народа, на его обнищание и т.д. Они отхватили кусок земли у соседей, объявив, что на то была воля местного населения, а также вспоминая времена, когда эта территория была "наша", однако иные восточные страны с полным правом могли претендовать на территорию, которая некогда принадлежала им, а это по сути вся территория нынешнего государства. И вот начались проблемы. Курсы иностранных валют выросли в одночасье, за ними потянулись цены, а бывшие партнеры по бизнесу принялись объявлять стране всевозможные санкции, и, оказалось, что против политики, проводимой Труляля и Траляля, были девяносто процентов государств в мире. Экономика разваливалась, бюджет трещал по швам, но правители не унывали. Выступали их глашатаи, возвещавшие, что бюджет можно выровнять, увеличив срок выхода на пенсию по старости, сокращение пособий матерям на детей, сворачивание различных социальных программ. Нашлись сторонники предстоящих реформ, предложившие, например, отменить пенсии вообще, чтобы люди умирали от старости и болезней прямо на работе. А выступавшие на митингах и собраниях Труляля и Траляля заверяли, что все идет по плану, что все хорошо, и им верили. Но это уже пресловутый синдром администраторов, при котором простой администратор хочет стать главным, главный - великим, великий - величайшим, а величайший уже в вечно живые метит. И на каком-то периоде правитель перестает замечать собственные ошибки, просчеты и т.д. В собственных глазах он предстает неким высшим существом, он начинает верить, что его народ его любит и боготворит, он считает, что каждое его слово свято. А те, кто против, которых к слову сказать может насчитываться многие и многие миллионы, обыкновенные предатели, и их нужно либо выслать, либо заткнуть им рот, либо просто-напросто устранить физически.
  И вот в такие моменты истории особенно активизируются смайлы.
  
  После вчерашнего вечернего разговора по телефону с заместителем управляющего Антон ехал в заведение, чтобы провести очную встречу с руководством, познакомиться с местом будущей работы и войти, т.ск., в курс дела.
  Он прибыл на станцию и принялся разыскивать нужный автобус. Сначала он рассматривал вывески на остановках, а, не обнаружив искомого номера, стал расспрашивать проходивших мимо граждан, каковые в большинстве своем не обращали на него никакого внимания, а остальные пожимали плечами, разводили руками и трясли головами. Антон увидел, куривших возле кассы кондукторов, приблизился к ним, достал из кармана бумажку, на которой он записал номер автобуса и произнес:
  -Здравствуйте! Разрешите задать вам вопрос?
  -Нам некогда! - отрезала толстая женщина, одарив Антона злобным взглядом.
  -Но я хотел всего лишь спросить, где останавливается автобус под номером 100998.
  -Такого маршрута здесь нет! - злая женщина скривилась и вся позеленела от возмущения.
  -Но быть может, вы подскажете мне, как добраться до остановки Подлёт...
  -Переходите по мосту на другую сторону и там спросите...
  Антон не стал задерживаться дольше и поспешил удалиться.
  Наконец он оказался на площади, где стояли автобусы и маршрутные такси. Людишки сновали туда-сюда, матерясь и покуривая, некоторые пили пиво, а кое-кто заходил в ЗАКУСОЧНУЮ, чтобы употребить напитки покрепче.
  Наш знакомый огляделся по сторонам, отметил, проходившего мимо человека, очень похожего на Гзома, увидел маршрутку, показавшуюся ему именно той и направился к ней. В кабине сидел водитель с суровым лицом и топорщившимися рыжими усами. Водитель смотрел прямо перед собой, попыхивал папироской и по-видимому о чем-то думал. "Спрашиваю только один раз!" - сказал про себя Антон, а вслух проговорил:
  -Подскажите, пожалуйста, как доехать до остановки Подлёт.
  Суровый водитель не удостоил Антона ответом, а только еще больше сдвинул брови и зашевелил губами, и по ним можно было определить, что он ругается.
  Однако Антон проявил настойчивость:
  -Мне сказали, что именно отсюда отходят маршрутки до Подлёта.
  Водитель повернул голову, и в его глазах было столько ненависти, что хватило бы на несколько поколений врагов человечества.
  -Доедешь... - процедил он сквозь зубы, - моя машина отправляется через три часа...
  -Хорошо, - Антон старался оставаться спокойным и вдруг увидел маленькую бумажку, наклеенную в салоне такси.
  На желтом фоне было изображено улыбающееся личико, а надпись под ним гласила:
  "Доброжелательность - залог вашей безопасности".
  Время прошло, и Антон все-таки прибыл на место. Заведение поражало своими размерами. Снаружи оно было окрашено в ярко-оранжевый цвет, и это напомнило Антону некие ассоциации из прежних времен. Рядом возвышалась гигантская стела, на самой вершине которой красовался портрет, и это был портрет Владимира Ильича Ленина. До ушей долетели странные звуки. Антон повернулся и увидел, сидящего на бревнышке смайла. Как водится, смайл улыбался и пел любимую песню всех смайлов - "От улыбки станет всем теплей..." Прокрутив в голове все предыдущие события, Антон хотел выругаться, но не стал этого делать, а просто запел песню Егора Летова "Пошли вы все на хуй!"
  Он вошел в заведение. Управляющая - женщина бальзаковского возраста, весьма приятной наружности, с неизменной улыбкой кричала на сотрудников, а затем, повернувшись к трем симпатичным девушкам, суетившимся возле тепловых шкафов, спросила:
  -Девочки, вы были на перерыве?
  -Да, - в один голос выкрикнули девушки, а из-за угла появился человек в оранжевой футболке с короткими рукавами. Человек был бы совершенно неприметным, если бы не его руки, протатуированные от пальцев до локтей. Татуировки представляли собой какие-то непонятные знаки, возможно - письмена на неведомых языках.
  Итак, управляющая заметила вошедшего и задала ему тот же вопрос:
  -А ты был на перерыве?
  -Я курю, - ответил татуированный человек, почесал затылок, подтянул штаны.
  -И что же ты куришь? - продолжая улыбаться, спросила управляющая.
  -Союз-Апполлон, - не моргнув глазом, выпалил работник.
  Управляющая улыбалась, но не могла выдавить ни одной фразы.
  В раскрытое окно заведения влетел мертвый космонавт, а смайлы продолжали работу... Несколько смайлов возле барной стойки с улыбками на лицах нападали на гостя, заставляя его делать заказ. Тот сначала отказывался на словах, но смайлы не отставали, хватая его за рукава, за брюки, а некоторые - самые ловкие - даже за волосы. Посетитель отбивался как мог, но откуда-то из подсобных помещений спешила на помощь очередная группа улыбающихся людей. Вся эта толпа повалила гостя на пол и принялась избивать его руками и ногами, не снимая улыбки с лиц. Антон поморщился и заглянул на кухню заведения.
  Парень в оранжевой футболке и такой же кепке сбил муху, сидящую на краю ведра с водой, в которое окуналось мясо, предназначенное для жарки. Лысый человек в татуировках вытащил муху и утопил ее в раковине. А парень специально не стал менять воду, дабы яички, отложенные мухой, заразили посетителей. Перед глазами Антона побежали видения... Будто бы прошло время, и он - Антон, смотрящий телевизор, видит репортаж о том, как люди превращаются в мух. Это - тот самый парень - говорит Антон, он сделал величайшее открытие в истории человечества, поскольку никто и никогда не мог скрестить насекомое с человеком! Однако его вывела из оцепенения группа инородцев, которые сидели на корточках под огромным столом, целиком сваренным из нержавейки. Все они были странной внешности, все сложили руки на груди и беззвучно произносили какие-то заклинания или молитвы... Да кто их разберет?! Антон вопросительно посмотрел на менеджера-смайла, и тот с безукоризненной улыбкой произнес, да что там произнес, пропел:
  -Это - веродержатели! И у них сейчас наступил месяц воздержания. Они только молятся и бьются головами о каменный пол! Им нельзя больше ничего делать...
  -Неужели?! - пробормотал Антон, искоса поглядывая на людей под столами, а те украдкой, прищурившись, отчего их узкие глазки превращались в щелки, уплетали за обе щеки готовую к продаже продукцию заведения.
  -Конечно! - менеджер повысил голос и тут же перешел на шепот, - Они ничего не едят, ничего не пьют, а также ничего не делают... Но по их представлению, если находишься под столом, то боги не видят тебя, и ты можешь делать все, что захочешь...
  -Но работать... - Антон никак не мог понять, что же здесь происходит.
  -Нет, работать они не хотят, потому и не работают.
  Работники в оранжевых рубахах сновали туда-сюда, и послышались тревожные выкрики: "Тепловые шкафы не работают!" "Температура упала!" Нужно звать Главную!" На кухне появилась та самая управляющая бальзаковского возраста, весьма приятной наружности, с неизменной улыбкой. Она окинула всех присутствующих покровительственным взглядом и присела на стул возле первого теплового шкафа, широко разведя в стороны колени. Антон внимательно наблюдал за женщиной, а та закрыла глаза и принялась шевелить губами. Стоящие вокруг работники восхищенно следили за ней, боясь произнести слово, да что там слово, они и дышали через раз, понимая, что могут нарушить проведение ритуала. Правда кое-кто из новеньких недоверчиво посмеивался, и, возможно, даже что-то возражал про себя, но вслух тоже самое произнести побаивался. Антон достал портсигар, привезенный ему в подарок одним его хорошим знакомым-татарином из Чувашии, достал сигарету Парламент, которые обычно курил Максим, но вдруг вспомнил, что не курит, засунул сигарету обратно в портсигар и подумал: Угощу-ка я лучше Сашу, а то у него как всегда с сигаретами проблема... - он помолчал и добавил мысли: Зато юморит Саша отменно!
  Тем временем управляющая покачала головой, и это могло бы означать, что она не может восстановить работу тепловых шкафов, и она уже собиралась подняться, как в самой горловине появилась искра, практически незаметная, но с каждой секундой увеличивающаяся, и вскоре из этой искры разгорелось пламя.
  -Посвященная! - шепнул рядом стоящий смайл, и у Антона побежали мурашки по телу...
  Его повели на экскурсию по заведению... Я выразился не совсем правильно. Антона вел за собой менеджер в вызывающе яркой рубахе, но они шли по служебным помещениям, а Антону хотелось увидеть все изнутри и снаружи. Будто прочитав его мысли, менеджер на мгновение сбросил улыбку, и его лицо исказилось зловещей гримасой:
  -Не положено! - сквозь зубы процедил менеджер, сжал свои пальцы так сильно, что на ладонях выступила кровь, но, повторюсь, это было лишь мгновение, а затем...В темные лабиринты подсобок смайлы кнутами загоняли работников в оранжевых рубашках, а те стонали и хрипели, но не произносили ни слова...
  Возле колонны стоял высоченный и очень худой светловолосый парень, жевавший по-видимому что-то очень вкусное и запивавший это самое вкусное жидкостью, цветом напоминавшую какие-то полудрагоценные камни. Антон сглотнул слюну и подумал: Я попрошу только один раз!
  Однако попросить он не решился, а лишь тихо проговорил:
  -Ну скажи что-нибудь!
  Высокий парень выплеснул остатки жидкости в лицо проходившей мимо уборщицы и сказал:
  -Что-нибудь!
  "Да - логика- великая вещь!" - подумал Антон и побрел дальше, поскольку менеджер уже затерялся где-то за поворотом...
  Один из смайлов бил себя кнутом по спине и животу, приговаривая:
  -Я совершил святотатство! Я взял пакет с портретом генерала прямо за его лицо!
  Оранжевая футболка промокла насквозь от крови мученика, а он начинал читать какие-то заклинания на неведомом Антону языке, постоянно добавляя:
  -Я не поставил все бирки на продукцию... Что же мне делать?
  Антон увидел надпись на тепловом шкафу - SURFACES IN THIS FRYER MAY BE HOT - и тут же перевел ее: Ну, все просто, сюррелистические лица этого фраера могут быть горячими. Ну что ж, так все и есть!
  Антон продолжал шестовать, отыскивая взглядом идущего впереди экскурсовода...
  Время не остановишь. Антон решил присоединиться к сообществу смайлов.
  Минуло несколько месяцев, и наш знакомый стал почти своим в заведении, освоив несколько смежных специальностей, как то: разгрузка и погрузка машин, уборка помещений и территории, чистка туалетов, замена жира, а главное, он мог поставить бирки не только на готовую продукцию, но и на все остальное. Даже дома он ставил бирки на все, что попадалось на глаза, а также приучил к этому всех соседей. Кроме того Антон с нескрываемой нежностью вспоминал случаи, когда смайлы в отсутствии людей, продолжая улыбаться, набрасывались на пищу и поглощали ее, не забывая бросать в кассу купюры различного достоинства, т.о. делая план, спускаемый им сверху смайлами иных уровней. Сердце замирало, когда в памяти всплывали моменты награждений и посвящения в смайлы рядовых сотрудников. Они падали на колени, целовали начищенные туфли смайлов в рубашках, прятали в сумки позолоченные статуэтки с надписями: Готовящийся стать смайлом! Будь смайлом! Улыбка - залог наших побед!
  На кухню ворвалась управляющая. Ее волосы растрепались, и хотя по всем стандартам женщина должна была находиться здесь в головном уборе (хотя бы и в чалме!), а она была с не покрытой головой, на это никто не обратил внимания, ведь она же смайл высокого уровня! Итак, управляющая стояла посреди кухни, широко расставив ноги, заведя руки за спину, и сверкала глазами, но неизменная улыбка ни на секунду не сходила с ее лица. Она была в гневе и произнесла сладким голосом:
  -Девочки, вы все были на перерыве?!
  -Да! - хором ответили девочки, уже получившие звание смайла первого уровня.
  -А ты! - управляющая обратилась к татуированному мужчине, ежесекундно подтягивающему свои штаны и шмыгавшему носом.
  -А я курю, - невозмутимо отвечал человек в наколках.
  -И что же ты куришь? - улыбалась управляющая.
  -Ротманс синий...
  Антон ощутил дежавю и побрел к дебаркадеру.
  Он вышел на улицу, посмотрел на свою машину, вдохнул полной грудью зловонье, исходившее от ассенизаторской фабрики, располагавшейся неподалеку и заметил упавшего рядом с ним пьяного человека, выпавшего из окна восьмого этажа дома напротив.
  -Пью только один раз! - воскликнул Антон, а из-под умирающего человека в разные стороны бежали ручейки алой крови. Антон развернулся и вошел в родное заведение.
  Откуда-то из темного полуподвального помещения появился человек в странном облачении (черный резиновый фартук, стальной шлем с забралом, перчатки-краги с острыми шипами, кожаные сапоги до бедер, наплечники...) в руках он держал лопату, шпателя невиданных размеров, ершики, пластиковые короба, пакеты с жиром. Вокруг человека скакала тощая девушка-менеджер и кричала невыносимо высоким голосом: На каком уровне находитесь!? Антон хихикнул: На том уровне, где появляются какодемоны!
  А рядом прохаживался молодой человек в оранжевой рубашке, что означало - человека ждало посвящение в смайлы первого уровня, т.е. он должен был подняться на первую ступень. Человек улыбался и пытался рассказывать анекдоты, но возможно он смешил себя лишь для того, чтобы улыбка не сходила с лица. На улице смайлы с улыбками пинками подгоняли иноземных грузчиков, а из окна высовывались улыбающиеся менеджеры и, размахивая цветастыми флагами, пели гимны на неизвестных языках. Надпись на рекламном плакате гласила:
  "МЯСО, ПРИГОТОВЛЕННОЕ В НАШЕМ ЗАВЕДЕНИИ, ДОСТАВЛЕНО С ФАБРИК, ГДЕ ЖИВОТНЫХ УБИВАЮТ ЛУЧШИЕ ЖИВОДЕРЫ, РАЗДЕЛЫВАЮТ ОПЫТНЫЕ ПАТАЛОГОАНАТОМЫ, А ЖАРЯТ В СЕКРЕТНЫХ СПЕЦИЯХ ВЫСОКОКВАЛИФИЦИРОВАННЫЕ ПОВАРА".
  
  Прошли годы, возможно десятилетия, и вот Антон, стремящийся стать смайлом, когда-то видевший Славу и возможно знавший Гзома, проснулся в своей машине возле заведения, в котором работал и решил привести себя в порядок. Он потянулся, открыл дверь и поставил ноги на землю. В заведении горел свет, хотя время было позднее, но Антон знал, что ночной персонал не дремлет, по крайней мере менеджер, т.к. тот уже встал на первую ступень, изучал 773 том стандартов и готовился получить соответствующий уровень. Он получил рубаху определенного цвета, даже примерил ее и теперь, улыбаясь, свысока поглядывал на сослуживцев, выискивая недостатки в их работе, развешивал бирки на произведенную продукцию, не задумываясь о том, что в столь поздний час никто не сможет ни проверить ни оценить его труд.
  Антон постучал в стекло и несколько секунд ожидал появления менеджера. Менеджер подбежал словно сатир, поднимая колени к груди, согнув руки в локтях и сжав кулачки, располагавшиеся на уровне плеча. Увидев через витрину лицо Антона, его улыбка стала еще радушнее, и он весь излучал такое сияние, что искусственный свет здесь был совершенно лишним.
  -Привет! - почти пропел менеджер, и это было своеобразным сигналом для Антона, который в ответ изобразил подобие улыбки, что слегка озадачило человека в рубашке.
  -Здравствуй! - сказал Антон, заглядывая за спину менеджера и пытаясь увидеть еще кого-либо из работников.
  -Хорошо, что ты пришел! - продолжал петь менеджер, - поможешь мне поставить бирки на продукцию и порядочек навести...
  Антон несколько стушевался, поскольку он не ожидал увидеть смайла такого уровня, к тому же он готовился к встрече с девушкой и хотел освежиться.
  -Да-да, - не унимался смайл, приплясывая, - Я уже на пятьдесят процентов все сделал...
  Антон, сделавший было несколько шагов вперед, остановился.
  -А где все? - растягивая слова произнес он, и улыбка окончательно покинула его лицо, менеджер, напротив, с каждой секундой расцветал все больше и больше:
  -Что ты хочешь от людей, не соблюдающих стандарты, не исполняющих шесть заповедей!? Они спят.
  -Не может быть, - Антон искренне возмутился и быстрым шагом отправился на кухню, откуда действительно раздавался довольно громкий храп со свистом и похрюкиванием. Он бросил взгляд на шкафы с кипящим растительным маслом и вновь улыбнулся:
  -Хорошо, что шкафы работают.
  Менеджер скакал вокруг Антона, и теперь в его руках появились разноцветные бумажки с таинственными знаками и цифрами.
  -Ты поможешь мне!?
  Антон с некоторой завистью посмотрел на смайла и подумал: "Он тоже посвященный!"
  -Конечно помогу, но не до конца! - сказал он вслух, - Я очень спешу.
  -Да-да, - менеджер плясал вприсядку, попеременно выкидывая вперед то левую, то правую ногу. Кроме того он жонглировал бумажками, извлекая из воздуха новые, которые были чистыми, и он наносил на них странные надписи.
  -Но сначала я должен проверить масло...
  -Отлично! - могло показаться, что человек в рубашке слегка расстроился, но он просто проверял, насколько Антон готов к вступлению в ряды смайлов.
  Антон же приблизился к шкафам и поочередно сунул указательный палец правой руки в кипящее масло каждого из восьми.
  -Да! - воскликнул он, - Нормальная температура поддерживается только во втором, третьем и седьмом. В первом упала до 167 градусов, а в восьмом слишком высокая - 187, в четвертом, пятом и шестом более-менее, но нужно налаживать. Продукция будет приготовлена не по стандартам!
  Менеджер перестал плясать и скакать, приоткрыл рот, убрал бумажки в карман рубашки и прищелкнул пальцами:
  -Я так и знал! Меня опять обманули! - вскрикнул он и добавил, - Отрегулируй шкафы, пожалуйста, а с бирками я сам справлюсь.
  Скажу по секрету, менеджер сам завидовал Антону, достигшему высочайшего уровня по регулировке газовых и электрических шкафов. Как практик смайл был откровенно слаб, но это ничуть не могло отразить на его знаниях стандартов, почитании Святого Генерала. Тем временем Антон окунул по локоть обе руки в масло восьмого шкафа, побултыхал ими, делая быстрые движения всеми пальцами, затем умыл лицо, набрал масла в рот, сполоснул его, согласно стандартам выплюнул жир в помойное ведро и присел на корточки у шкафа Љ2. Он внимательно всматривался в цифры, мелькавшие на мониторе, и так продолжалось несколько секунд. Затем Антон встал и перешел к первому шкафу. Он вновь присел на корточки и просидел еще несколько секунд. Он повторял тот же ритуал возле каждого шкафа. Менеджер как завороженный следил за действиями Антона, а тот поднялся и торжественно произнес:
  -Все готово! Теперь все шкафы работают нормально! Можно я теперь уеду!?
  -Конечно! Конечно! - менеджер несколько раз подпрыгнул на месте, долго тряс руку Антона, - спасибо за работу!
  Антон покидал заведение с чувством глубокого удовлетворения и мыслями: "Вот, что значит, внимательно следить за действиями посвященной!"
  Он повернул голову направо и увидел нечто совершенно поразительное... Молодая, красивая и абсолютно обнаженная женщина стекала по кирпичной стене в пустую бутылку из-под пива...
  Потрясенный Антон садился за руль автомобиля. Мысли в его голове путались и бегали по извилинам, но те вскоре выпрямились, и он забыл о происшествии Антон мчался по ночному шоссе туда, где его ждала девушка, которой вскоре предстояло присоединиться к сообществу смайлов...
  А в машине звучала песня группы "Крематорий":
  "Вот и весь рассказ, о том как меня достали твари, играющие на дудках..."
  
   15.01-31.07.2015
  
  
  КОНЕЦ СВЕТА
  
  Человек выглянул в окно. Его квартира располагалась на четвертом этаже дома, напоминавшего гражданам времена, занесенные историческим пеплом. Как известно, история строится на фактах, но люди со временем воспринимают эти факты по-разному. Для одних прошлое представляется некой праздничной картинкой с улыбками на лицах, песнями и плясками, жизнеутверждающими лозунгами и величественными образами, зовущими к свершениям и победам. Они верят, что сильная рука власти малейшим взмахам вела народы к намеченной цели, и все было хорошо. Для других же наоборот те времена напоминают космические черные дыры, где и лучи света исчезают, а люди являются лишь деталями определенного механизма, перемалывающего словно безумная мельница человеческие судьбы. Индивидуальность не имеет смысла, она растворяется в массе...
  В любом случае квартира на четвертом этаже дома, построенного в те, покрытые мраком времена, существовала, и в ней существовал человек, выглянувший в окно.
  Уже рассвело, и первые лучи солнца коснулись водной глади реки, и мелкая рябь, вызванная легким ветерком, сверкала и переливалась, возвещая городу о наступлении нового дня.
  Человека выворачивала наизнанку тревога. Он не мог понять, что с ним происходит и многие дни не находил себе места. Странное дело, ничто не могло успокоить человека, хотя, по правде сказать, он и не пытался этого сделать. Воспоминания о былой любви, о близких людях, о событиях, вылезших из небытия в мир, растворялись в навязчивых мыслях, не имевших определенного смысла, но ежесекундно коловших его подсознание. Он искал подсказки вокруг, но это лишь еще больше удручало человека. Потеряв сон, он метался по комнатам и коридорам, но реальные метры жилой площади растворялись в иллюзорной вселенной, созданной страхом.
  Внизу по тротуарам семенили первые пешеходы, а по шоссе ползли первые машины, но для человека они представлялись всего лишь насекомыми, ничего не значившими для его бытия. Он нервно курил и выбрасывал окурок на улицу, в то время как рука тянулась за новой сигаретой.
  Взгляд человека бегал по рекламным щитам, своей вызывающей пошлостью, навязчивой однообразностью, отчасти сексуальностью старавшихся обратить на себя внимание, но он хотел докопаться до сути накатившей депрессии, однако потуги были напрасны. Дорога вела в никуда.
  Тем временем у одного из рекламных щитов, прямо напротив его окна остановились две грузовые машины, в кузове одной из них размещались громоздкие панели и люди в желтых комбинезонах, а вторая представляла собой телескопическую вышку. Почему-то эти машины, люди в комбинезонах, а особенно панели привлекли внимание человека.
  Вышка стала медленно распрямляться и вытягиваться, и в ее кабинке разместились те самые люди в желтых комбинезонах с громоздкими панелями. На панелях были начертаны какие-то буквы, но человек не мог их прочитать, как ни старался. Внезапно он посмотрел на щит, к которому приближалась кабинка. На щите не было ничего, он был чист. Люди в комбинезонах стали укреплять панели на пустом месте, и человек по-настоящему заинтересовался. Все темные мысли рассеялись, и он почувствовал облегчение. А на рекламном щите уже появилась черная надпись: ЗАВТРА - КОНЕЦ СВЕТА...
  
   15.01.2015
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Боевая фантастика) А.Лоев "Игра на Земле. Книга 3."(Научная фантастика) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) С.Юлия "Иллюзия жизни или последняя надежда Альдазара"(Научная фантастика) В.Кощеев "Тау Мара-02. Контролер"(Боевая фантастика) Ф.Вудворт, "Эльф под ёлкой"(Любовное фэнтези) A.Opsokopolos "В ярости (в шоке-2)"(ЛитРПГ) А.Емельянов "Последняя петля 2"(ЛитРПГ) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика)
Хиты на ProdaMan.ru Невеста двух господ. Дарья ВеснаМалышка. Варвара Федченко��ЛЮБОВЬ ПО ОШИБКЕ ()(завершено). Любовь ВакинаОсвободительный поход. Александр МихайловскийНе та избранная. Каплуненко НаталияКоролева теней. Сезон первый: Двойная звезда. Арнаутова ДанаСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеЛили. Сезон первый. Анна ОрловаВолчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиПроклятье княжества Райохан, или Чужая невеста. Ируна
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"