Khoel: другие произведения.

Ф. А. Каммер-мл. - Приключение в Лемурии

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Героическое фэнтези - или литература "меча и колдовства" - жанр старинный, берущий исток в бульварных иллюстрированных журналах, где он делил место с мистикой, ужасами, историческими приключениями и фантастикой. Многие имена, стоявшие у истоков, порой забыты или и вовсе неизвестны нашему читателю. Одно из этих имён и хотелось бы сегодня вспомнить.

  Героическое фэнтези - или литература "меча и колдовства" - жанр старинный, берущий исток в бульварных иллюстрированных журналах, где он делил место с мистикой, ужасами, историческими приключениями и фантастикой. Многие имена, стоявшие у истоков, порой забыты или и вовсе неизвестны нашему читателю. Одно из этих имён мы и хотели бы сегодня напомнить.
  Фредерик Арнольд Каммер-младший родился 27 марта 1913 года в Кантонсвилле, штат Мэриленд, в семье Фредерика Арнольда Каммера и Мэрион Дж. МакЛин. Его отец был писателем, драматургом, киносценаристом и автором двух фантастических романов. Младший Каммер решил во чтобы то ни стало не быть писателем и потому после окончания средней школы начал работать кассиром в страховой компании, но через четыре года параллельно с основной работой начинает публиковать сначала детективные, затем фантастические рассказы в различных американских журналах. В течение полутора десятков лет он написал более 60 повестей и рассказов. Последняя публикация состоялась в 1950 году - научно-фантастическая повесть "Когда время сошло с ума", написанная в соавторстве с Дирком Уили (псевдоним Фредерика Пола). После этого писатель перестал публиковаться и продолжил заниматься бизнесом. Умер Фредерик Арнольд Каммер-младший в 1990 году.
  Для нас представляет интерес прежде всего его рассказ "Приключение в Лемурии" ("Adventure in Lemuria" / Рис. Джулиана Крупа (Julian S. Krupa) // журнал "Fantastic Adventures", 1939, май - с.60-68.) - едва ли не единственное произведение автора, которое в полной мере можно отнести к жанру "меча и колдовства", в легкой его версии.
  Главный герой, критянин Кхор Скиталец, сражается на арене и противостоит бычьему богу в излюбленной тогдашними фантастами мифической Лемурии. Герой не столь крут, как Конан, однако автор здесь почти вплотную приближается к жанру Sword & Sorcery. За этим рассказом последовали "Intrigue in Lemuria" (Fantastic Adventures, July 1939) и "Volcano Slaves of Mu" (Fantastic Adventures, March 1940), однако там главным героем является попаданец с современной автору Земли, и действие уже напоминает скорее Марсианский цикл Берроуза, чем героику Говарда.
  Именно с переводом "Приключения в Лемурии" мы и предлагаем ознакомиться подписчиков. Всего на нескольких страницах вас ждёт хрестоматийный сильный герой, сексапильная королева-ведьма, могучий монстр и море приключений! (Переведено специально для ВК-сообщества Любители Фэнтези)
    []
  
  Перевод: Марк Каллас
  
  Журнал Fantastic Adventures, 5-й выпуск за 1939й год.
  
  Фредерик Арнольд Каммер-младший
  
  

Приключение в Лемурии

  
  В землю Му явился Кхор по прозвищу Скиталец, дабы бросить вызов самой Лалат, королеве Лемурии, и ее демоническому богу Молоху, чьё дыхание приносит смерть.
  
  

Глава 1. Бой в роще

   Кхор легко шагал по широкому тракту, бронзовый щит у него за спиной ярко сверкал на солнце, а на поясе болталась увесистая двулезвийная секира.
   По обе стороны от дороги лежали тенистые рощицы, приютившиеся меж базальтовых скал. Островки деревьев: апельсинов, гранатов, баньянов - и цветов: струящихся жасминов, бриллиантовых гибискусов и священных лотосов, которые наполняли воздух тяжелым, перехватывающим дыхание ароматом.
   Оглядевшись, Кхор удовлетворенно кивнул. Приветливое место, эта земля Му. Здесь любой человек охотно построит дом, чтобы вести спокойную жизнь. Вернее, почти любой человек. Ибо Кхор, которого еще называли Скитальцем, покоя не знал; тайна, что всегда скрывалась за горизонтом, всякий раз увлекала его на бесконечные поиски неведомого.
   Небольшой ручей, шумно струящийся в роще справа, заставил Кхора резко остановиться. Он проделал долгий путь от небольшого прибрежного городка, где бросила якорь галера. Пожалуй, не повредит отдохнуть, да вкусить этих аппетитных плодов... Сойдя с тракта, он вошел в рощу.
   Но едва он перешагнул через ручей, как услышал... крики, боевой клич и звон мечей о доспехи. Откинув назад длинные, светлые волосы, он выпрямился, и в глазах его засверкал воинственный огонь. Он поспешно просунул левую руку в кожаные ремни щита, правой схватил тяжелую секиру и побежал прямо на шум.
   Лишь на миг, едва выскочив из гущи зарослей, Кхор застыл, изучая открывшуюся взору сцену. На поросшей травой поляне, что лежала между скалами и рощей, показалась группа сражавшихся людей... один, стройный черноволосый юноша в синем плаще... и другие, четверо приземистых смуглых воинов в сверкающей броне, на лицах которых застыли свирепые и безжалостные гримасы.
   С полдюжины скорченных фигур распластались на поляне как свидетельства лютой сечи, и похоже, что вскоре к ним присоединится еще одна, ибо молодой человек в синем плаще был изранен и измотан под напором четверых противников.
   Кхор подивился умению, с которым юноша, вооруженный лишь охотничьим клинком, защищался от четырех сверкающих лезвий; но было очевидно, что он проигрывает, что люди в золотистой броне изматывают его до потери крови и истощения, пока он не упадет к их ногам, став легкой жертвой.
   Это обстоятельство всё решило для Кхора. Честный человек будет сражаться насмерть и убивать... но вот так ослаблять противника, а затем перерезать ему горло одним движением - удел трусов. Он мрачно поднял блистающую бронзовую секиру и, с ободряющим юношу кличем, выскочил из тени деревьев.
   На голос Кхора приземистые смуглые воины обернулись, и лица их побледнели от неожиданности. Возможно, он показался им богом, со своими желтыми волосами и белой кожей; и, хотя он не считался слишком высоким на родном Крите, стройная и гибкая шестифутовая фигура Кхора возвышалась над ними на целую голову.
   Бог или человек, но секира в его руках блистала угрожающе, и, оставив одного подельника добивать юношу, трое оставшихся воинов двинулись к новому противнику.
   Одним прыжком Кхор оказался перед ними, безумно усмехаясь поверх круглого щита из бронзы. Когда он приблизился, два воина устремили мечи ему в грудь, заставляя держать щит выше. Третий, пригнувшись, рубанул по открытым ногам.
   - О Иштар! - выкрикнул Кхор, отскочив от меча. - Коварный трюк!
   И, прежде чем подкравшийся воин успел выпрямиться, огромная бронзовая секира со свистом упала, направленная могучею рукою Кхора. Бронзовое лезвие прошло через золоченый шлем и кость, разрубив голову так, что она развалилась как две половинки расколотого ореха. Но прежде, чем Кхор успел поднять секиру снова, другие двое оказались перед ним, со сверкающими на солнце мечами.
   Подчиняясь инстинктам, критянин широко взмахнул левой рукой. Тяжелый щит с оскаленной мордой льва ударил одного из воинов в золоченой броне, и тот растянулся с окровавленной маской вместо лица.
   Последний из трех мурийцев, увидев, как Кхор раскрылся, сделал выпад, стремясь пронзить его острием. Когда он бросился на Кхора с вытянутой рукой, критянин взмахнул двойной секирой еще раз, выдернув ее из черепа поверженного воина. Сверкающей дугой пронеслось острое оружие, начисто отсекая руку мурийца чуть выше запястья. Один миг смуглокожий воин стоял прямо, глядя на собственную кисть, по-прежнему сжимавшую золоченую рукоять меча, на траве у себя под ногами. Затем с остекленевшими глазами повалился наземь.
   - Клянусь священным алтарем Миноса! - отдышался Кхор. - Эти мелкие коричневые демоны умеют драться!
   Вдруг, вспомнив о человеке в синем плаще, он направился ему на выручку. Худощавый юнец уже стоял на одном колене, отчаянно обороняясь от своего чернобрового противника с горящими глазами.
   - Погоди! - прокричал Кхор, подбегая к нему. - Еще чуть-чуть...
   Он замер, уставившись расширенными от изумления глазами.
   Человек в синем плаще, истекая кровью от множества ран, прерывисто дыша в изнеможении, вдруг вновь вскочил на ноги и, с неимоверным усилием воли, выбил меч из вражьей руки. Безоружный и напуганный грозной фигурой Кхора, последний из позолоченных воинов бросился бежать.
   - Вот так! - юноша в синем плаще, тяжело дыша, поднял меч и печально взглянул на трупы, лежащие на земле. Затем посмотрел на Кхора. - Я и сам мог к ним присоединиться, если бы боги не послали тебя, незнакомец, мне на подмогу. Или ты всё же рожден на Земле?
   Кхор рассмеялся, отчищая секиру пучком травы. Он заговорил на упрощенном языке Му, которому выучили его купцы с галеры во время долгого путешествия из Сафана, что на брегах Инда.
   - Кхор Скиталец, так меня зовут, - произнес он. - Я рожден на земле Крита, что в Верхнем море. Более сотни лун я держал путь на восток. И вот достиг страны Му, которую называют домом богов. Ты из народа Му?
   - О да! - стройный юноша горделиво откинул голову. - Мое имя Джадор, я правлю Заком, который входит в великую державу Лемурии... Му.
   - Принц! - с иронией усмехнулся Кхор, посмотрев на тела облаченных в золото воинов. - А эти...?
   - Прислужники моей единокровной сестры, Лалат. - Лицо юноши помрачнело. - Пять лет назад, когда я был еще ребенком, она заняла престол Зака. Лишь благодаря верности гвардейцев мне удалось спастись. Я скрывался пять лет, и теперь, достигнув совершеннолетия, намерен отвоевать свой трон и восстановить могущество Нарайямы, истинного бога, вместо кровавого Молоха. Сегодня, в сопровождении нескольких верных соратников, я явился сюда, чтобы дождаться тех, кто пойдут за мной к цели: крестьян, купцов, дворян - всех тех, кто присягнул явиться сюда ночью, дабы атаковать город завтра на рассвете. Нам не повезло напороться на патруль воинов Лалат... остальное тебе известно.
   Кхор обратил свой взгляд на город, который лежал в долине внизу. Башни, белые как слоновая кость, копьями устремлялись к самому небу; мраморные здания, прекрасные сады, сверкающие на солнце озёра - всё это было обнесено серыми крепостными стенами, которые показались Кхору широкими настолько, что по ним могли проехать бок о бок две колесницы.
   - Никакая толпа мятежников не возьмет этот город, если в нем обученные воины, - проворчал он. - Мощные осадные орудия и тысяч двадцать вооруженных людей с большим трудом смогли бы это сделать. Ты безумен, парень, если мечтаешь победить в этой войне.
   Юноша расправил плечи и, несмотря на свои изорванные, окровавленные одежды, принял величественный вид.
   - Нарайяма, истинный бог, поможет нам, - с гордостью произнес он. - В этих утесах над нами находится древняя гробница моих предков, могущественных правителей Зака. Там я помолюсь Вечному о помощи. - Он протянул руку и дотронулся до правого плеча критянина в мурийском жесте приветствия или прощания. - Когда я верну свой трон в Заке, ты будешь вознагражден. Спасибо тебе, и да хранят тебя боги.
   Повернувшись, Джадор пересек поляну, чтобы двинуться каменистой тропой к вершинам базальтовых утесов. Кхор увидел, как тот пошатнулся от слабости, упал на камни и с трудом попытался встать.
   - Постой! - критянин взбежал по тропе с легкостью горного козла. - Ты собрался подняться в горы, после того как потерял добрую половину своей крови в сражении? Вот, парень, берись за мою руку!
   Со вздохом Джадор взялся за мускулистое предплечье Кхора.
   - Ты всё-таки был послан истинными богами, - проговорил он. - Путь в нашу горную усыпальницу не предназначен для раненого человека... если он один.
   Всё выше, и выше, тропа вела вперед небольшими зигзагами в скале. Кхор, всю дорогу несший юношу на себе, начал тяжело дышать и покрываться потом.
   Через время, показавшееся часами изнуряющего пути, тропа вывела на широкое, футов в десять, плато. Перед ними прямо в скале возник огромный каменный диск, выше человеческого роста.
   - Отодвинь его, - прошептал Джадор.
   Кхор уперся плечом в край диска и поднажал на него всем весом. Легко сдвинувшись по желобу, прорубленному специально для этого, диск отъехал в сторону.
   Вход, возвышавшийся над городом, которым правила единокровная сестра Джадора, вел в его убежище. Какие тайны прятались за ним, какие силы были готовы помочь Джадору вернуть его королевство, Кхору не суждено было узнать. Ибо Джадор, протянув руку в лемурийском жесте благодарности, попрощался со своим новым другом.
   После церемонии моления Джадор вышел на скальный выступ и посмотрел на мраморные колонны города далеко внизу. - Кхор, видишь эту каменную башню в самом сердце города? У ее основания Лалат воздвигла алтарь Бычьего Бога, Молоха Ужасного. Там, как говорят, дыхание Молоха приводит человека к безумию и смерти! Завтра мы ударим первым делом по нему и уничтожим храм! Так, свергнув Молоха, мы победим, по слову Нарайямы!
   - Возможно, - буркнул Кхор, силы которого уже восстановились под ярким солнцем и свежим горным воздухом. - Но я бы предпочел иметь в своем распоряжении тысячу отважных воинов, чем пророчество твоего бога, каким бы могущественным он ни был! Что касается меня, Джадор, то я - чужеземец, и потому вне подозрений, а значит могу войти в город и в нужный час напасть на стражу внутренних ворот, открыть их и впустить твои армии.
   - Смелый план! - Юный принц просиял. - Но нет... такая попытка обречена на провал. По шесть воинов охраняют каждые ворота города, даже самые малые. Даже человеку твоей силы и отваги...
   Кхор осклабился и потряс тяжелой секирой в знак ярого несогласия.
   - Тебе надо только назвать ворота, - сказал он. - Та маленькая стычка на поляне лишь пробудила во мне аппетит к настоящей заварушке. А то мой Геклос, - ... тут он ласково погладил свое оружие... - совсем затупится без дела. Так какие ворота, Джадор, правитель Зака?
   - Значит, ты берешься это выполнить? - Глаза юного принца изучали покрытое шрамами, гладко выбритое лицо Кхора. - Почему ты, пришелец с запада, рискуешь жизнью из-за незнакомого изгнанника?
   Кхор немного потоптался в задумчивом молчании.
   - Потому что ты мне понравился, - ответил он. - Возможно, я следую за своей судьбой. - Он посмотрел вниз, куда спускалась каменистая тропа. - Сможешь спуститься без посторонней помощи?
   Джадор кивнул.
   - Северные черные ворота, - сказал он. - В час восхода солнца. Да пребудет с тобой Нарайяма, Кхор Скиталец!
   - Ага, - буркнул Кхор. - Мы там будем - я и Геклос!
  
  

Глава 2. Лалат

   Наступил закат, когда Кхор вошел в главные ворота Зака. Возвышаясь над приземистыми торговцами, нищими и паломниками, которые наводняли вход в город до наступления ночи, он выглядел мощным, сильно выделяющимся незнакомцем. На каждом шагу на него бросали любопытные взгляды, удивленные его ростом, желтыми волосами и белым цветом кожи. Невозмутимый критянин шел вперед, интересуясь лишь северными воротами и их защитой, чтобы подготовить завтрашнее нападение.
   Город, как успел заметить Кхор, далеко превосходил любой другой из тех, что он видел в своих странствиях, даже многостенный Ур, или столицу Кхина. Всюду были великолепные здания из черного и белого мрамора, богато украшенные изразцами, сады на террасах пестрели яркими бутонами цветов.
   Едва пройдя вглубь города, Кхор сообразил, что это был день какого-то праздника, или вроде того. Торговцы на базарах выставляли лучшие товары, а улицы полнились жрецами, купцами и цветочницами, которые осыпали ступени лепестками лотоса. На каждом шагу были воины из гвардии королевы-ведьмы, облаченные в позолоченные латы, и знатные дворяне, проезжающие туда и сюда в богато украшенных колесницах, не думая о простонародье, которое разбегалось врассыпную от гремящих копыт и огромных колес.
   Но, несмотря на всю пышную и праздную суету, критянин сделал и другое наблюдение. Приглушенные проклятия в спину сверкающих латами гвардейцев, мрачные взгляды, полугнев, полустрах, который шел по пятам за увешанными драгоценностями жрецами и знатью. Кхор усмехнулся. Похоже, дело Джадора не так уж безнадежно... Повернувшись к стоявшему рядом белобородому старцу, он кивнул.
   - Извини, отец. Я чужестранец с запада. Какой праздник вы проводите нынче в Заке?
   - Праздник? - старец обратил печальные глаза к критянину. - Королева-ведьма Лалат приносит жертву Молоху Ужасному. Двенадцать лучших юношей выставят против храмовых быков. Да, и те, кто выживет, будут всё равно обречены на смерть от ядовитого дыхания Молоха на закате.
   - Что? - Кхор нахмурился. - Мы, народ Миноса, живя на земле Крита, кое-что знаем об играх с быками. Как никто другой. Но истории о боге, дыхание которого убивает...
   - Помалкивай, и узнаешь больше. - Старец, увидев приближающегося воина в золоченых доспехах, растворился в толпе. Кхор собирался последовать за ним, как вдруг услышал оклик за спиной.
   - Великий Молох! - пророкотал глубокий бас. - Это он! Тот самый бледнолицый незнакомец, что спас этого пса, Джадора! Взять его!
   Кхор резко обернулся и оказался лицом к лицу с чернобровым воином, который бежал после схватки нынешним утром. Резко отскочив назад, критянин снял щит со спины и вытащил из-за пояса двойную секиру.
   Первый удар тяжелого орудия Кхора разрубил медный щит гвардейца точно древесную кору. Отбросив в сторону бесполезный обломок, муриец осторожно атаковал, держась подальше от топора и стараясь нанести проникающий удар по открытым ногам или голове критянина. Шум схватки и крики гвардейца быстро привлекли внимание его товарищей. Двое, трое, дюжина позолоченных воинов обступили высокого чужестранца. Кхор, прижавшись спиной к мраморной стене, махал секирой молниеносными кругами, удерживая их на расстоянии. Один, сунувшийся слишком близко в попытке поразить Кхора выпадом в бок, оказался на пути лезвия. Секира с треском пробила украшенный орнаментом доспех, оставив глубокую рубленую рану в бедре. Другой воин, воспользовавшись тем, что Кхор открылся, бросился вперед, но тут же отлетел с длинным кровавым рубцом на груди от обратного движения секиры.
   Критянин же, умело пользуясь сверкающим щитом, оставался невредимым. Однако, хоть он и не получил ни одной раны, дыхание его начинало сбиваться, а лицо покрывалось потом. Понимая. что силы рано или поздно иссякнут, он бросился в атаку, намереваясь прорубить себе путь к свободе. Раз, другой, третий взметнулась окровавленная секира, и трое мурийцев один за другим упали в песок. Остальные, в изумлении глядя на ставшего берсерком пришельца, в ужасе отступили.
   - Пращники! - прокричал кто-то. - Скорее! Чужака надо взять живым, чтобы королева принесла его в жертву! Во славу Молоха!
   Услышав это, Кхор отчаянно кинулся вперед, но мурийские воины, хоть и отступали, но мешали ему своими кривыми мечами. Cердце критянина тяжко колотилось в груди, мышцы горели от напряжения. Вдруг, почти ослепленный от пота, он увидел приближающихся темнокожих людей, которые раскручивали кожаные ремни у себя над головами. Инстинктивным жестом он вскинул щит, но было слишком поздно. Что-то тяжелое попало ему в темя, и мир для него растворился в густом тумане.
  
   Огромный амфитеатр Зака, раскинувшийся у подножия скалы, на которой стоял храм Молоха, озарялся тысячами светильников. Рыжеватое пламя отсвечивало на ступенях отполированного мрамора. На высокой стороне арены драгоценные лампионы освещали ложу королевы: сооружение из резного сандалового дерева, задрапированное шелковыми занавесями, расшитыми золотом.
   Вдруг открылись ворота в конце арены, и в свет факелов вышел смуглый коренастый юноша. Безоружный, одетый лишь в набедренную повязку, он казался ничтожно малым на фоне тысяч нетерпеливых, скалящихся лиц. Когда юноша вышел к центру арены, распахнулись другие ворота и огромный черный бык, один из тех, что были посвящены Молоху, ворвался на арену. У разъяренного и озверевшего животного раздувались ноздри, изо рта капала пена, чудовище кружило по площадке, фыркало и било копытами о землю. И тут, увидев коренастого молодого человека, бык склонил голову вперед и бросился в нападение.
   Юноша тщетно попытался отскочить, избежать украшенных позолотой рогов. Быстрое движение бычьей головы, и юноша, распоротый и окровавленный, пролетел через всю площадку. Бык яростно развернулся и растоптал его в кровавую кашу.
   Сидя на ложе, набитом страусиными перьями, Лалат, королева Зака, подавила зевок. Ее большие опалесцирующие глаза выражали совершенную апатию, и она изогнула свое гибкое полуобнаженное тело в изящной позе.
  - Вот видишь, Хатан, - обратилась она к блистательному капитану гвардии, стоявшему у нее за спиной. - Очередная победа священного быка. Есть ли среди наших узников хоть кто-то, способный показать настоящее состязание?
   - Возможно, госпожа, - пробормотал зардевшийся румянцем капитан. - Среди них есть один, чужестранец с запада, которого схватили всего несколько часов назад. Он огромного роста и неимоверно силен...
   - Ну так выведи его на арену. - Лалат нетерпеливо улыбнулась. - Немедля, Хатан! Мой народ жаждет действа, желает увидеть кого-то такого, кто померяется силами с быком, прежде чем оставит свои внутренности на песке арены!
   Хатан поклонился и передал приказ подошедшему нубийскому рабу. Через несколько мгновений медные ворота в конце амфитеатра открылись вновь, и на покрытую песком арену вышла высокая, могучая фигура незнакомца. Алый свет играл на его золотистых волосах, и рельефные мускулы перекатывались под светлой кожей словно морские волны.
   - Что ж, Хатан! - Лалат подалась вперед, облизывая губы в предвкушении. - Ты хорошо постарался! Здесь и правда тот, кто подарит нам незабываемое зрелище!
   Стоя в центре арены, критянин обвел быстрым взглядом ярусы, с которых на него смотрели лица замерших в ожидании зрителей, обернулся, когда у него за спиной раздался грохот копыт. Опустив огромную голову, сероглазый бык мчался прямо на него.
   Мрачная ухмылка заиграла на лице критянина. Выставив руки вперед, на полусогнутых коленях, он выжидал. Фыркающее белое чудовище подбегало всё ближе и ближе. Над толпой повисло шокированное молчание. Чужеземец сошел с ума? Неужели он вознамерился встретить атаку разъяренного быка лоб-в-лоб? Лалат встала со своего места, шурша шелковыми одеждами.
   - Глупец! - прошептала она. - Он ищет быстрой смерти, надеясь лишить нас такого удовольствия...
   Голос королевы перешел в неразборчивое бормотание, потонувшее в реве толпы.
   Критянин быстрым, неуловимым движением схватил руками нацеленные на него бычьи рога и легко взметнулся вверх в пружинистом кувырке. Его тело описало в воздухе дугу, стопы лишь слегка коснулись спины быка, и в следующий миг он приземлился на песок арены. Размеренно дыша и держа руки на бедрах, он встал прямо за несущимся вперед быком.
   - Молох Всемогущий! - Лалат стояла словно статуэтка из слоновой кости, стиснув ладонями груди. - Ни один смертный не видел подобного! Смотри, бык разворачивается для новой атаки!
   Обернувшись, черный монстр бросился на Кхора, грохоча копытами по утоптанному песку. Критянин снова сжал руками окровавленные рога и грациозно перелетел через спину чудовища. Бык нападал, снова и снова... и всякий раз ловкость Кхора помогала ему избежать смертоносных рогов. Прошло несколько долгих мгновений, и напряженное молчание повисло над толпой. Теперь уже бык начинал уставать, но в приступах бешенства продолжал атаковать неуловимого критянина.
   Наконец пришел момент, когда Кхор не стал прыгать через быка. Подобравшись, он дождался, пока ослабленный бык подбежит к нему, и вновь ухватился за жуткие рога. Затем сместил вес тела на одну сторону, напрягая мышцы словно канаты, и крутанул голову животного. Задыхающийся, совершенно изможденный, бык перевернулся на спину и остался лежать в пыли, укрощенный, у ног критянина.
   Амфитеатр сотряс рев одобрения. Жрецы, обеспокоенные падением священного быка, отправили гонца в ложу королевы, требуя взамен жизнь чужеземца. Лалат отмахнулась от них, разговаривая с Хатаном.
   - Приведи его ко мне, - велела она. - Немедленно! - И с легкой улыбкой сфинкса на игривом лице королева поправила цветок лотоса в своих черных, блестящих волосах.
   Расправив плечи и высоко держа голову, Кхор проследовал за чинным Хатаном по устланным коврами ступеням в ложу королевы. Лалат, откинувшись на своем шелковом сидении, пристально изучала его взглядом из-под длинных ресниц.
   - Кто ты такой? - промурлыкала она. - Я еще не встречала человека такой силы и отваги, да еще с такими золотыми волосами, мраморно-белой кожей и глазами цвета далеких гор.
   - Меня зовут Кхор Скиталец, - ответил он. - У меня на родине в Миносе, что на острове Крит, мы играем с быками на спортивных состязаниях.
   - Кхор, - повторила за ним Лалат. - Это имя тебе к лицу. - Она отвернулась, зашептавшись со своими служанками, которые стояли у ее изголовья.
   Наконец те покинули ложу. Тяжелые занавески упали с кровли из сандалового дерева, и Кхор с Лалат оказались скрыты от посторонних взглядов и остались в ложе наедине.
   Кхор, стоя перед ложем как белокаменная статуя, пристально смотрел на королеву-ведьму. Она была стройна, гибкое тело блестело в огне драгоценных светильников как слоновая кость. Ее голубая накидка лежала складками на полу, так что единственной одеждой на ней оставалась лишь расшитая золотом шелковая повязка на бедрах. Ее груди, упругие и приподнятые, вздымались и опадали от глубокого дыхания. Ее алые губы слегка приоткрылись, а прикосновение пальцев к руке Кхора было нежным, словно лепестки роз.
   Вдруг Лалат подняла глаза, черные как тропическая ночь, к лицу Кхора. Они притягивали его ближе и ближе, точно магнит. Теперь он ощущал, как ее тело прижимается к нему в напряжении, как ее дыхание горячит его щеку. И эти огромные темные глаза, два бездонных бассейна Леты, приносящие забытье...
   Внезапный страх накатил на Кхора. Бездонные глаза королевы показались ему двумя источниками зла, полными адских демонов. В них таились мрачные, жуткие тайны, неподдающиеся описанию помыслы и чудовищные, вампирические желания. Резкое отвращение к этой мерзости охватило критянина. Он мгновенно отпрянул от обнимающих рук, вскочив на ноги.
   - Кхор! - прошептала Лалат. - Что такое? Смотри... разве ты не желаешь меня? Или мои ласки неприятны тебе? Иди же ко мне...
   - Не-а, - Кхор грубо рассмеялся. - Я скорее гадюку на груди пригрею. Правы те, кто зовет тебя королевой-ведьмой!
   При этих словах в Лалат произошла резкая перемена. Скривив красивое лицо и яростно сверкая глазами, она встала со своего ложа.
   - Хатан! - хрипло прокричала она. - Стража!
   Кхор смотрел на нее, изумленный видом искаженных, демонических черт. Откинув пурпурный полог, вошел Хатан в сопровождении троих гвардейцев.
   - Итак, Хатан... - королева говорила с холодной угрозой: чистый лед, хотя считанные мгновения назад была пламенем... - этого чужеземца не устраивают мои объятия! Возможно, объятия Молоха понравятся ему больше. Передай жрецам храма, что на закате я прибуду на жертвоприношение, чтобы посмотреть на его смерть!
   - Дьяволица! - Кхор потянулся к ней, пытаясь стиснуть пальцами мягкую, нежную шею. Хатан и три стражника обступили его, схватили и потащили сопротивляющегося критянина из ложи. И когда, под жестокими ударами, Кхор повалился на ступени, ему показалось, что он видит лицо Лалат, улыбающееся в насмешке над ним.
  
  

Глава 3. Бычий Бог

   Каменный мешок под храмом был темным и сырым. Кхор беспокойно шагал туда и обратно, пытаясь разорвать кожаные ремни, стянувшие запястья. Ему почему-то трудно было избавиться от мыслей о Джадоре, благородном принце Закском. Он беспечно пообещал ему, что откроет северные ворота. И Джадор, поверив ему, будет думать, что врата открыты.
   Если бы он, Кхор, выполнил свою миссию, то дальнейшее было бы проще простого. Внезапно проникнуть через незащищенный вход, застать стражу врасплох, освободить и вооружить народ. Но теперь... Кхор печально покачал головой.
   Наткнувшись на запертые ворота, они будут вынуждены отступить, искать осадные лестницы, веревки. А когда найдут всё это, гарнизон города будет уже подготовлен и усилен.
   Кхор посмотрел в крохотную щель окна. Предательский рассвет уже озарял небо на востоке. Джадор и его последователи уже, должно быть, собрались у гробницы древних правителей, дабы пойти на город. В любом случае, Кхор не доживет до того, как увидит их поражение. Смерть, на алтаре Молоха... Жалкий способ умереть для воина. Возможно, если бы он не отверг Лалат... Кхор вновь покачал головой, вспомнив светящиеся, гипнотические глаза королевы-ведьмы. Уж лучше дыхание Молоха...
   Мягкие, шуршащие шаги послышались в коридоре снаружи, следом раздался скрип отпираемого затвора. Тяжелая дверь медленно открылась. Трое жрецов, три худощавых морщинистых стервятника, встали у порога, похожие на невесомых призраков в своих просторных одеждах.
   - Идем. - Предводитель троицы, в нефритовой и серебристой верхней ризе, подогнал Кхора вперед своим длинным жертвенным ножом.
   Они пошли вверх по каменным ступеням. Расположенные на одинаковом расстоянии светильники по всему пути играли стеклянистым светом на сырых и скользких стенах. По мере продвижения к ним присоединялись другие группы тех, кто был обречен на гибель на алтаре Молоха, в сопровождении жрецов в черных балахонах. Вот молодая девушка, стройная и красивая; вот седой, согбенный старец; дальше - тучный, трясущийся купец; плачущий ребенок... Бессильный гнев охватил критянина. Если бы только он не подвел Джадора...
   Впереди послышалась музыка, пульсирующий, зловещий распев, наполненный страдальческими воплями, мрачной интонацией смерти. Становясь громче и громче, переходя в дичайшее крещендо, в кровожадный крик.
   Жрецы инстинктивно ускорили шаг, сверкая глазами. Расшитые занавески раздвинулись перед ними. Подгоняемые жертвенными ножами, пленники один за другим проходили внутрь.
   Вдоль стен храма стояли ряды облаченных в ризы идолопоклонников, самозабвенно распевавших ту самую мелодию. В центре огромной залы возвышалась пирамида, достигавшая вершиной тенистых сводов. На пирамиде восседала кошмарная, вызывающая ужас фигура. Втрое крупнее человека, с телом мужчины и с огромной, звериной, мерзкой головой быка. Ужасный, нечеловеческий лик Молоха с полуоткрытыми бычьими губами и дикими, алчными глазами. При виде этого образа у несчастных пленников вырвался вопль ужаса.
   Вдруг фигура, стоявшая на коленях у основания пирамиды, поднялась и обернулась лицом к человеческим жертвам. Лалат, в мрачном одеянии верховной жрицы, сатанински улыбалась своими кроваво-красными губами. Коварные, бездонные глаза осматривали ряды приговоренных, насмешливо задержавшись, на миг, на Кхоре. Затем ее рука вытянулась, указывая на стройную девушку, стоявшую рядом с ним. Тут же два жреца, с горящими ладанками в руках, вышли вперед, схватили девушку и отвели ее к Лалат. С хриплым смехом королева крепко связала ноги девушки, подтолкнув ее к гнусной статуе Молоха.
   Два жреца, отставив свои курильницы, подхватили полубессознательную девушку и потащили вверх по ступеням пирамиды. Кхор, не способный оторвать взгляд, следил за их движениями с мрачным любопытством.
   Жрецы достигли вершины, действуя в спешке, как будто сами чего-то боялись. Стройное девичье тело положили на вытянутые руки Молоха, прямо под ухмыляющимися огромными бычьими губами. Затем служители поспешно отступили.
   Кхор смотрел на девушку, бледное лицо которой было обращено к полуоткрытому рту идола. Что они там говорили о дыхании Молоха? Однако непохоже было, чтобы девица получала сейчас какой-то вред, безучастно лежа на огромных ладонях и не сводя глаз с искаженного лика, зависшего над ней. И вдруг он увидел, как она беспокойно зашевелилась.
   Слова стали срываться с ее губ - странные, незнакомые слова, произносимые неестественно низким голосом. Бесноватые метания помутненного рассудка. Теперь девица выгибалась и визжала, вытаращив глаза и раздув ноздри. Внезапно она начала задыхаться, а лицо ее - чернеть. Сопротивляясь и корчась, она противостояла таинственной силе, вытягивавшей из нее душу. Затем, постепенно, сопротивление прекратилось. Обмякшая, обездвиженная, лежала она на гигантских ладонях, и ее стройное тело было безжизненно. А зависший над ней лик зловещего Бога-Тельца исказила гримаса дикого экстаза...
   Наблюдая за этим, Кхор почувствовал, как по спине побежали мурашки. Однако где-то, он был уверен, где-то он уже видел подобное. Но где же... почему ответ ускользает от него? Было то в Сирике... или в Майяване?..
   По ступеням пирамиды поднялись жрецы, которые сняли труп девушки с каменных ладоней идола. Вновь божественные глаза Лалат скользнули по рядам пленников, и палец указал на Кхора. К нему подошли две фигуры в черном, раскачивая в руках курильницы. Они схватили Кхора и привели его пред очи Лалат.
   - Что ж, мой милый Кхор. - Голос королевы был сладок, как отравленное вино. - Сейчас ты узнаешь, чье дыхание приятней - мое или Молоха. - Затем обратилась к жрецам. - Хорошенько свяжите ему ноги, чтобы он не удрал от Лап Смерти.
   Когда они наклонились связать его лодыжки, Кхор напряг мускулы. Лучше погибнуть в бою, под ударами жертвенных ножей, чем от ядовитого дыхания Бога-Тельца. Критянин откинул свою густую гриву назад и безумно рассмеялся. Сейчас...
   Вдруг где-то внизу, в городе, раздался рев труб и крики воинов, и Кхор замер в неподвижности. Джадор пошел на штурм! Поверив, что северные ворота открыты! Еще не зная, что... Кхор... проиграл!
   Внезапно воцарился переполох, тревожные возгласы прокатились по зале. Жрецы и пленники заглядывали вниз, вставая меж черных колонн, чтобы увидеть, что же там творится. Небольшое войско бежало с утесов к северу от города к ближайшим воротам. По большей части, то были шайки оборванцев, вооруженные косами, ножами и дрекольем. Их возглавляла стройная фигура в синем плаще. Доносящиеся издали возгласы "Джадор!" и "Нарайяма!" эхом разносились по равнине.
   Джадор и его отряд были уже перед самыми северными воротами. Пробежав вперед, юный принц бросился со всей силы на бронзовые ворота, но те не поддались. Среди его сподвижников прошел гул разочарования. Глядя на это, Кхор стиснул зубы в бессильном гневе. Внутри городских стен фигуры в золоченой броне уже спешили к укреплениям, сверкая в лучах утреннего солнца своими щитами и шлемами. Стрелы, копья и огромные глыбы, пущенные из боевых машин, проредили ряды атакующих.
   В отчаянии Джадор и воины его отряда принялись колотить мечами и топорами в ворота, надеясь проломить их. Уже около половины их войска пало под дождем летевших со стен снарядов, а остальные начинали помышлять о бегстве. За стенами уже ждали королевские воины на колесницах, взнуздывая могучих буйволов. Как только мятежники бросятся в бегство, за ними будет выслана погоня, и все они полягут под добивающими ударами.
   - А! - Лалат усмехнулась, глядя на сцену битвы своими большими глазами. - Никто не спасется! Критянин станет победным подношением Молоху.
   Кхор, натянув свои путы, безнадежно взирал на битву внизу. Эти рьяные бунтовщики были храбры, но малочисленны. Вот так же гибли под стенами Трои воины Эллады... И тут Кхор замер. Эллада! Вот что он так судорожно пытался вспомнить! Храм в Дельфах, где из щели в скале просачивались таинственные испарения, туманившие разум жрецов! В том храме был под запретом любой открытый огонь... Что, если подобная щель находилась за статуей Молоха!
   - Боги Крита! - прорычал Кхор. - Я всё понял! Дайте мне сил! - И единым геркулесовым усилием он разорвал ремни у себя на запястьях и на ногах.
   Все взоры были обращены к сражению, поэтому на критянина никто не смотрел. Он быстро схватил одну из курильниц с благовониями и побежал вверх по ступеням пирамиды. Выше и выше, в клубящиеся тени, застилавшие своды храма.
   Вот послышались крики жрецов, и брошенный нож звякнул о камень у него за спиной. Слишком поздно... Критянин был уже у подножия изваяния. Резко замахнувшись, Кхор запустил курильницу прямо в приоткрытую, ухмыляющуюся пасть Молоха!
   Что именно случилось дальше, Кхор так и не смог понять. Стена пламени едва не ослепила его, а весь храм закачался, как корабль в открытом море. Соскользнув и полетев кубарем, воин упал с пирамиды, приземлившись на мраморный пол. Кругом в ужасе метались жрецы Молоха, пытаясь спастись бегством в город. Оглушенный Кхор с трудом поднялся и осмотрелся вокруг. Огромные куски свода отламывались и летели вниз, черные колонны трескались и рушились. Бог-Телец был весь охвачен фонтаном пламени, и неясный рокот звучал где-то под землей.
   Словно во сне, Кхор увидел, как Лалат раскрыла губы в чудовищном вопле, достала кинжал из ножен на поясе и отвела свою тонкую руку для броска. Но прежде чем она успела метнуть оружие, храм сотряс новый толчок, и огромная сидящая на пирамиде статуя покачнулась и упала со своего пьедестала. Вопль ужаса вырвался из горла Лалат; инстинктивно, словно пытаясь закрыться от многотонного падающего камня, она взметнула руку вверх. Кхор на миг увидел ее прекрасное лицо, искаженное дьявольским ужасом и злобой, прежде чем она оказалась погребена под ухмыляющимся быкоподобным идолом.
   Откашливаясь от пыли, критянин по памяти выбрался из храма, затем сбежал вниз по ступеням, вырубленным в скале. Хаос охватил весь город. Здания и монументы разваливались на куски; огромные разломы, исходя дымом и пламенем, зияли на улицах. Земля дрожала. На севере, куда с трепетом смотрели Джадор и его воины, большие участки городской стены обрушились и обратились в руины.
  Кхор оказался на улице, пробиваясь через обезумевшую толпу. Тут и там падали глыбы и булыжники; сквозь облако дыма над утесом вырвался столп огня, гигантским факелом устремившись в небо. Повсюду раздавались крики ужаса. "Молох пал!" "Великого Молоха больше нет!" Внезапный оглушительный гром неимоверной силы сотряс улицы и отбросил критянина к стене ближайшего дома. Обернувшись, он увидел, как черная башня распадается на куски!
   Семь кошмарных минут земля вздымалась и содрогалась, растрескивалась, обнажая расплавленный камень, затем вырывался столп огня с массой скальных обломков, после чего подземные толчки затихли, и грунт вновь стал твердым. Кхор протер глаза от пыли. Впереди слышались победные крики Джадора и его людей.
   "Нарайяма сказал слово! Истинные Боги уничтожили Молоха и сокрушили стены города! Пророчество гробниц сбылось! Да здравствует Джадор, любимец богов!" И радостный глас народа подхватил клич: "Слава Джадору! Слава Нарайяме!"
   Критянин, протолкавшись к своему союзнику, усмехнулся. Пусть всё случившееся приписывается богам Джадора; это поднимет престиж молодого короля. Люди всегда предпочитают чудеса логическому объяснению. По-прежнему ухмыляясь, критянин подошел к королю.
   - Кхор! - Джадор удивленно вытаращил глаза. - Теперь уж ясно, что тебе благоволят боги! Мне сказали, что ты погиб в лапах Молоха! Смотри... - он указал на бронзовую секиру и щит, лежащие у его ног. - Это мы обнаружили среди трофеев гвардии королевы-ведьмы. Я приказал вывесить их в Зале Героев!
   - Нет уж! - Кхор жадно схватил щит и секиру. - Скиталец еще не отправился в свой последний путь! - Сверкнув глазами, он посмотрел на восходящее солнце. - Слишком долго пыль да грязь городских улиц забивала мне ноздри! Синяя полоса горизонта зовет меня вдаль...
   - Так значит, ты не останешься? - Улыбка Джадора была печальной. - Ни богатства, ни почести тебя не удержат?
   - Нет. - Взгляд Кхора был устремлен к далеким горным утесам. - Даже мое расположение к тебе, парень, не удержит меня здесь!
   - Стало быть, я обретаю королевство и теряю друга, - пробормотал Джадор. - Да хранят тебя боги, Кхор Скиталец!
   - Ага! - Кхор приобнял юношу за плечи. - Здравствуй и прощай, Джадор, Король Закский!
   Отвернувшись, он зашагал с городской площади. Хотя он еще не покинул пределов города, Зак, Джадор и Лалат уже сделались частью его прошлого; его зоркие голубые глаза уже полнились новыми мечтами о новых странах, новых людях и новых приключениях. Глубоко вдыхая прохладный утренний воздух, Кхор Скиталец вышел на тракт и отправился на восток.
  
  
  КОНЕЦ
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"