Каминяр Дмитрий Генаддьевич: другие произведения.

Первый Виток

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
 Ваша оценка:

   Первый Виток
  
   I.1. - Австралия
  
   - Господа, я пригласил вас, чтобы рассказать вам прелюбопытное известие: я разобрался в ДНК!
   ...Их было трое. Глава крупнейшей научной лаборатории Австралии, Джаспер Финч, невысокий рыжий очкарик, чьи волосы собирались в короткий хвостик на затылке. Алан Бекар, главный зам премьер-министра Австралии, тоже невысокого роста, немного похожий на медвежонка (или на поросёнка, по словам его противников). И Ким Моррис, собственно премьер-министр - худощавый шатен, несколько похожий на Шерлока Холмса, особенно в профиль, как это признавали даже его противники.
   Некогда, эта странная троица призналась друг с другом в вечной дружбе, пообещав себе в тесном кругу изменить если не мир, то Австралию, но с тех пор много утекло воды: Финч так не вошёл в политику, предпочитая работать то у себя в лаборатории, то дома, т.е. в той же лаборатории, но домашней, а Бекар и Моррис хотя и достигли главных высот Олимпа австралийской политики, пока ничего не совершили, ничего не показали - а были они уже не первой молодости. И тут - такой демарш....
   - Джаспи, я конечно понимаю в биологии или что-там-у-тебя немногим лучше, чем ты - в политике, но как будто даже я знаю, что ДНК состоит из некого количества каких-то там кислот, не то трёх, не то четырёх-
   - Да-да-да, из кислот, которые и отвечают за облик человека, ромашки, букашки, чайки и так далее, - Джаспер кивнул, приплясывая на месте от восторга и переполнявшей его энергии. - Они самые, родимые. ЦАТ-ЦАТ-ЦАТ. Или нет-
   - Ну и что же ты тогда открыл? - Алан совсем нахмурился. - Ты это, поподробнее-
   - Я понял, что из них идёт куда. Вот, смотрите! - На настенном экране появилось изображении молекулы ДНК, рядом с ним - другое, но немного иное. - Слева - наше ДНК, т.е. человечье. Справа - ДНК ехидны, колючего муравьеда.
   - ...Почему ехидны? Почему не, скажем, кролика?
   - Потому что когда меня озарило, у меня во дворе копалась ехидна, а не кролик, - Финч пожал плечами. - Это не так уж и важно, а эволюционная разница между нами и ехиднами сделала это только более интересным...
   - Ясно, - голос Бекара окончательно скис. - Джаспи, на одном голом энтузиазме не выедешь. Ехать-то на нём можно, но недолго, недалеко.
   - Да причём здесь энтузиазм? Нет, вы посмотрите! - Финч нажал ещё несколько клавишей, и вокруг обоих моделей закружились облачка лэйблов. - Это вот те компоненты, которые общие у нашего ДНК и ехидненого, а вот эти вот - разные. Это вот, - ещё несколько нажатий на клавиши, и к двум моделям присоединилось ещё несколько, - ДНК кролика, попугайчика и эму, для сравнения. Я их тоже разобрал!
   - Что ж, поздравляем тебя, Джаспи, - Бекар говорил по прежнему кисло. - На премию ты действительно накопал, не знаю только - на нобелевскую или на шнобелевскую...
   - Согласен, - Моррис подал голос со своего места. - Нет, с одной стороны, Джаспер, ты молодец. Эти твои... фокусы сделают Австралию, или хотя бы её науку, гораздо более известной, чем все наши с Аланом потуги. Но с другой стороны - это всё всё-таки фокусы, и я не уверен, насколько они полезные.
   - Что? Алан, Ким, вы послушайте меня-
   - Нет, Джаспер, это ты нас послушай. В мире неспокойно. У нас, в нашем подвале мира да, относительно тихо и благополучно, хотя госбюджет всё-же не резиновый, а сколько ты и твои люди выцыганили из него - это другой вопрос. В остальном мире - ещё хуже. В той же родной Англии назревает склока о том, кто же унаследует Её Величеству - Сын или Внук, причём их парламент игнорирует все остальные проблемы, типа мигрантов и безработицы. В других странах, от Ирландии до Южной Америки - ещё хуже.
   - Южная Америка не страна, это континент, целый конгломерат стран, - Джаспер не выдержал, и перебил бывшего друга-товарища.
   - Оно конечно, мы уже не те, каким были раньше, - Моррис, казалось, не заметил вспышки Джаспера, - но всё-таки, Джаспер, всё-таки...
   - Что, "всё-таки"? - Джаспер спросил более жёстким голосом, чем раньше. - Что, "всё-таки"? Ким, ты совсем обалдел от своих друзей из военки и прилипал из парламента. Я тебе чисто английским языком пытаюсь объяснить, что сделал прорыв, что при помощи моего открытия можно теперь работать с ДНК, как с любым другим, с любой другой... тьфу! Слово забыл!
   - Так, Джаспи, успокойся. Ким тебя не хотел обидеть, - Бекар воспользовался паузой друга (впрочем, друга ли?), чтобы попытаться разрядить атмосферу, а то Финч и Моррис стали смотреть друг на друга очень нехорошо, даже не сердито, а с презрением. - Его просто занесло. Тебя занесло с ДНК, а его - с бюджетом. Вы, ребята, выпейте водички, и мы пойдём, пока на голом месте не поссорились. Ну, не понимаем мы друг друга. Ким, Джаспи сделал настоящий прорыв в науке, пускай только в теории-
   - И совершенно не в теории, стал бы я вас беспокоить по пустякам, если всё было бы только в теории, - Финч хотя и стал отходить, всё ещё был зол. - А на практике. Я не кончил. Благодаря моему открытию, можно переносить части ДНК с одной молекулы на другую, создавая нечто новое, небывалое! Главное, чтобы донор-ДНК не заменял больше 30-45% процентов ДНК-рецепиента, а не то получится совершенно наоборот, задом наперёд...
   - Так, Финч, подожди. Вот мы, скажем, возьмём человека, и согласно твоему открытию пересадим ему эти 30-45% ДНК ехидны. Что получится?
   - Человек. Ну, согласно нашим, т.е. человеческим законам - человек. Но с непропорционально большой физической силой, большей физической выносливостью, способностью прожить на одних только муравьях и термитов, и мало ли что ещё. Одним словом всё то, что так должно тебе нравиться, судя по твоей речи о военных, которую мы с Аланом выслушали в твой день рождения, четырнадцатого.
   - Пятнадцатого, - возразил Моррисон.
   - В ночь с четырнадцатого на пятнадцатое, - поправил его Бекар. - Джаспи, а ты не врёшь? Все эти... карты ДНК это одно, это так, зарядка для ума, а вот то, что ты говоришь, это уж слишком... А за слова ответишь?
   - Отвечу! Я даже программу смастерил, специально для демонстрации - нужён только волонтёр! - Было видно, что Финч успокоился и был готов для мирного сотрудничества. - У тебя, Моррис, не найдётся?
   - А на кошках нельзя? - Моррис почесал нос. - У тебя ведь пока только модели...
   - Совершенно не модели! Это вот ДНК заложенные в образцах - каплях крови - которые я уже вложил в банк памяти машины. Т.е. я, конечно, могу показать и на них, на этих "моделях", как это действует, но ведь вас это не убедит...
   - Нет, не убедит, - согласился Моррис. - Стю!
   В комнате, лишь слабо освещённой, кроме "трёх мушкетёров" - рыжего Арамиса, лысеющего Портоса и Холмсообразного Атоса, оказался и четвёртый, д'Артаньян - крепкосбитый, если не сказать коренастый, мужчина, явно с военной выправкой и с не самым приятным лицом, если это кого-то интересовало...
   - Да? - спросил он без особого энтузиазма.
   - Ну, вон, иди к доктору Финчу. Он тебе и покажет, - сказал Моррис, тоже без особого энтузиазма.
   Стю подошёл.
   - Вот, вложи палец сюда, да смотри, ручной а не ножной, хе-хе, - Финч хихикнул совсем уж специфически.
   Стю посмотрел на него не самым дружелюбным взглядом, но Финч уже нажал на клавишу "ENTER", и телохранителя затрясло как будто под сильным током - и это продолжалось минут 13, а затем... всё кончилось. Телохранителя отпустило, и он, пошатываясь, отошёл назад на достаточное расстояние для размаха - и тут он застыл.
   Застыл, а потом и подавно опустил свою руку и стал на неё смотреть - и ведь был, на что посмотреть. Со стороны казалось, что телохранитель усыхал, из шкафообразного он становился всё более сухопарым, но одновременно с этим - угловатым, и каким-то более жёстким, с головы до пят. Но если пятки оставались скрытыми за ботинками, то голова резко менялась - на ней прорезалось нечто, похоже на иглы, а скорее всего, это иглами и являлось.
   Рот тоже испытывал какие-то метаморфозы: губы усыхали, превращались в какие-то роговые пластинки, а уж что происходило за ними, не хотелось и думать...
   Но ничто не вечно, и злосчастного Стю тоже отпустило - минут через 14-15.
   - Вы в порядке? - Бекар спросил довольно глупый вопрос.
   Вместо ответа Стю схватил ближайший лабораторный столик... и без труда оторвал от него большой кусок. Это его поразило настолько, что он даже не бросил его в своего собеседника, а стал смотреть на него с интересом, а потом оторвал ещё один.
   - А до потолка докинуть можете? - раздался любопытный голос Финча.
   Стю подбросил, потом подбросил ещё раз, и ещё. Его собеседники не утерпели, и взяли один из кусков. Он был тяжеловат, по крайней мере настолько, чтобы среднестатичный мужчина не мог подбросить его до потолка одной рукой.
   - Получилось! - Финч не смог сдержать довольно улыбки. - Я же сказал, получилось!
   - Это да, получилось, - телохранитель заговорил впервые за всё время, приобретя при этом странный акцент. - Только, знаете, я не знаю, если об этом стоит звонить. А то, вон, я вот недавно говорил со Столбом, а он, знаете, из этих, ирландских-республиканских недобитков, от незаконных дел, он конечно, отошёл, но всё-таки... Узнает про это, не знаю, что будет.
   - Помолчите, а? И какой-такой Столб? - Финч нахмурился.
   - Не обращай внимания, - быстро сказал Моррисон. - Стю хороший телохранитель, молчаливый, но после этого даже его пробрало. И где-то он прав. Учёная братия более чем прославит очередную теоретическую... теорию, и даже демонстрацию, но применение на практике? Этого она не простит.
   - Ну, не знаю, не такой уж я чайник. Для нобелевки я припас другой экземпляр, другую запись, неполную, - ответил Финч. - Может, всё обойдётся?
   - Может быть, - сказал Моррисон, снова почёсывая свой нос. - Бекар, можно тебя на минутку?
   - Сейчас, - и Бекар с Моррисоном отошли немного в сторону от остальных. - Что ты думаешь?
   Моррисон помолчал. В детстве он, Алан и Джаспер были действительно близкими друзьями, даже несмотря на то, что у него был характер, а у Джаспера... тоже. Обычно Финч не соответствовал рыжеволосому стереотипу, но иногда ему что-нибудь попадало -то вожжа, то вдохновение, и тогда держите его четверо! ...И шутки шутками, а ведь действительно создал карту ДНК, спасибо той ехидне (даром, что это не городские животные), о да.
   И это полбеды, а вторая половина - Джаспер плохо себя контролирует, а уж про посторонний контроль и говорить не приходится, тут уж не четырём его держать, а шестерым... И всё-таки, всё-таки...
   - Никаких "но", Ким, - мысли Алана шли в том же направлении, что и самого Моррисона. - Тут действительно - "или"-"или". Или мы идёт с Финчем до конца, или не идём совсем, а отдаём инициативу тому, кто её первым возмёт, и тогда уже судьбе не жалуемся. Ну, что делать будем?
   - Ты будешь молчать, а я - говорить, - отрезал ставшего излишне говорливым помощника Ким, прежде чем вернуться к Джасперу. - Так о чём эта неполная запись?
   - Практически о том же, о чём и полная, т.е. эта, - ответил ничего не подозревающий рыжик. - Ким, я могут тебе её показать, но ведь если серьёзно, ты там всё равно ничего не поймёшь!
   - Нет, - согласился Моррисон, - не пойму. А они поймут?
   - Да.
   - Вот и ладно. Значит, так. Когда ты отлетаешь?
   Финч посмотрел на свои пальцы и пересчитал их (иногда - по нескольку раз). - Через 12 дней.
   - Вот и хорошо. Как Алан тебе рассказывал раньше, в мире сейчас беспокойно, т.ч. Стю, не возражай, но обеспечь доктору Финчу надёжную защиту и поддержку.
   Телохранитель кивнул.
   - А иглы на волосы заменить обратно можно?
   - Да, конечно, но вы этого не переживёте, по крайней мере - сейчас, - Финч ответил телохранителю в задумчивости. - Если умрёте, будет жалко, особенно Киму - он к вам по настоящему привык...
   - Значит, дело решено, - Моррисон закончил, с удовольствием глядя на специфическую реакцию его телохранителя на последние речи Финча. - Стю, я на тебя рассчитываю, не подведи.
   - Есть, сэр! - вполне профессионально ответил последний.
   - Очень хорошо, - повторил Моррисон и вышел. Бекар вышел ещё раньше.
   Увидев это, и удостоверившись, что дверь закрыта, Стю повернулся к Финчу. - Эй, док, - сказал он менее профессиональным тоном.
   - Да?
   - А вы можете передать эту вот конкретно программу мне и моим мальчикам? Знаете, иглы побоку, я чувствую себя очень даже неплохо, только вот акцент этот дурацкий...
   - А ваши мальчики разбираются в компьютерных программах и в генетике?
   - Да, да, у нас есть всякие, - Стю скорчил гримасу, лживую от начала до конца. - И в программах разбираются, и в генетике.
   - Тогда пойдёмте к адвокату, я передам вам права, - Финч пожал плечами - в людях он точно не разбирался. - Обладание, конечно, девять десятых по закону, но всё-таки.
   - По закону? - Стю присвистнул: такого успеха он не ожидал. - Док, вы золото! Если вы... Если мы... Да за вас - хоть в самый ад!
   - Посмотрим, - согласился Финч, окончательно выключив свой аппарат. - Пойдёмте, уважаемый.
   - Пошли!
   И они ушли, не подозревая, что это было только начало.
  
   Конец I.1. - Австралия
  
   I.2 - Южная Америка (часть 1)
  
   Утро было туманным, даже облачным; возможно, что позднее днём будет и дождь. Собравшиеся перед закрытыми воротами представители стран позёвывали, попивали выданным им кофе, смотрели на часы.
   - Сколько лет Бразилия разрабатывала какоё-то новое предприятие, "просто грандиозное", "настоящий прорыв в науке", если послушать их, - говорила представительница от Штатов. - Пока что они на пороге настоящего финансового кризиса, и всё!
   Её собеседник поневоле посмотрел на американку и промолчал. Последней, кстати, можно было найти себе собеседника и получше - господин, вернее товарищ Вень Пинь считался в учёных кругах личностью довольно мутной, в том числе и агентом русской разведки (ну, это было маловероятно), и собственно китайской (а вот это вполне могло было быть так). Распускать перед ним хвост было не самым умным поступком.
   - Господа! Я очень раз видеть вас здесь, в этот день! - профессор Алевтино Флорегино, который и пригласил всех собравшихся учёных в это место, говорил по английскому хотя и чётко, но не совсем правильно: волновался очень. - Сегодня вы прибыли сюда, чтобы увидеть небывалое - животных, возвращённых наукой и пучин времён!
   - О чём он говорит? - американка повернулась к соседу направо, представителю одной африканской страны, который тоже откровенно скучал. - Последний раз такие речи вёл доктор Джаспер Финч - вы его не знаете, этакой австралоирландец был, на муравьеда похож. Кандидат на нобелевку от Австралии - ох уж эта Австралия. Ихний премьер всё изображает из себя настоящего англичанина, даром, что в Англии он не очень пришёлся ко дворе, а характер-то у него волчий! Недаром, после того, как Финч не прошёл - да ещё и впал в некоторое буйство - его больше никто и не видел. Утонул, да уж!
   Африканец промолчал. Ему было откровенно скучно, да и голодно: за то время, когда Бразилия окунулась с головой в этот проект она испытала не самое лучшее время: массовый вклад денег в этот проект привёл к определённому оттоку этих же самых денег из многих других отраслей промышленности, особенно - частной собственности. Говорили даже, что Штаты особенно недовольны бразильской политикой в последние годы, и если бы у Бразилии были бы какие-нибудь особенно ценные ресурсы, они наверняка прибыли сюда, чтобы возводить демократию на штыках. Но ресурсов не было, а вот хаос в американской политике был - бразильцы как-то умудрились добыть себе сторонников среди "Зелёных", поклонников природы - т.ч. Бразилия отбилась.
   - Но что это я, господа, всё говорю и говорю? Пожалуйста, садитесь в машины, и мы поедем! - Флорегино окончил свою речь, и собравшиеся люди увидели подъезжающие к ним машины-джипы. И прикреплённый к одной из них сзади пулемёт, и физиономии водителей-охранников заставили собравшихся стать гораздо более серьёзными и встревоженными: уж не попадут ли они в заложники.
   - Садитесь, садитесь, господа, - Флорегино продолжал разливаться соловьём. - Господин, э-э, Калибан, пожалуйста, это ваша вотчина...
   - Ага, - вышедший из первой машины "господин Калибан" сам по себе напоминал некого зверя, возвратившегося из пучины времён, ещё и с ножом-мачете на боку. - Значит, так. Господа учёные, садимся по алфавиту. В большие машины - по четыре. В маленькие - по двое. Места хватить должно всем. С охранниками прошу не говорить, и вообще не отвлекать. Все вопросы - к господину профессору и его помошникам. Поняли?
   Подобно профессору, Калибан говорил на английском с акцентом, но не местном, а на каком-то ещё - что не помешало собравшимся иностранцам его понять. Поеживаясь, и бросая косые взгляды на охранников, которые тоже были вооружены не только мачете, но и огнестрельным оружием, они расселись по местам, пристегнули ремни, и машины тронулись с места.

* * *

   К удивлению пассажиров, за раскрывшимися воротами простиралась тропа, а может и даже шоссе, но - высокогорное. В низины дорога не спускалась, а на полпути вниз по склону (или чуть повыше) она вообще была отделена от низин решётками, и довольно прочными при том.
   - Это зачем? - спросил кто-то из гостей.
   - Итак, господа, - по радио раздался голос профессора, - мы начинаем. Пожалуйста, смотрите налево: очень скоро горный лес прервётся, и мы увидим равнину, где и обитают наши питомцы.
   - Это какие? - спросил всё тот же гость.
   И тут горный лес действительно закончился, и гости увидели равнину, пампасы, где паслись доселе невиданные людьми животные, немного напоминающие ллам, но с мордами в хоботки.
   - Как вы можете видеть, перед вами стадо - одно из стад - Macrauchenia patachonica, самого многочисленного из наших животных. Это травоядный и общительный зверь, живущий и в стадах, и парами, и даже в одиночку...правда, в последнем случае плохо и недолго. Как известно, это были именно кости макраухении, которые были найдены Чарльзом Дарвином в своё время, и которые подтолкнули его на мысли о научном происхождении видов...
   Пока профессор говорил, макраухении паслись внизу, используя свои хоботки как руку, чтобы вырвать пучок травы или подтянуть поближе ветку. Это были сторожкие звери, которые регулярно смотрели по сторонам, да и слушали тоже, судя по их поднятым ушам. И причина - вернее, причины - для этого поведения не замедлили появиться: из густых зарослей вырвалось несколько зверей, известных многим людям пускай и только по костям и картинкам.
   - Саблезубы! - вырвалось сразу у нескольких учёных гостей.
   - Именно они! - подтвердил по радио Флорегино. - Smilodon populator, последний и главный из саблезубых кошек, самый успешный из них! Причина в его успехе, кстати, кроется в том, что он живёт скорее по собачьему, чем по львиному, т.е. скорее в стаях, чем в прайдах, и полового диморфизма он, как лев, не демонстрирует.
   - Ага, только людоед он по львиному, - заметил всё тот же неизвестный гость.
   - Нет, слушай! - на радио раздался голос Калибана. - Саблезубый зверь - он умный зверь. Он видит, что мы для него слишком костлявые, он нас не ест! Один вон стал задираться, мы мимо него пулемётную очередь пустили, понял. Слушай: пулемёт М60 - плохая модель, советский ПКМ - и то лучше. Из него только в слона попасть можно, но! Саблезуб где пули попали понюхал, понюхал, понял - и ушёл. Ещё и обиделся, да.
   - Извините, но что господин начальник охраны имеет в виду, это то, что детство многих из этих зверей, особенно из старшего поколения, проходило в тесном контакте с людьми, и они не боятся нас, но и не считают за врагов. Они, действительно, не глупее современных кошек и собак-
   Там временем в низине разворачивалось новое действитие. Саблезубы насытились и отошли в сторону от задранной макраухении, и в результате этого из зарослей вышло несколько птиц - выше человека ростом и с клювами, напоминающими сабли или ятаганы.
   - Phorusrhacos longissimius! - профессор Флорегино был открыто рад сменить тему для разговоров. - Вместе с титанисом, бронторнисом и келенкеном - одни из крупнейших хищных птиц Кайнозоя!
   - Чего же они саблезубов не прогнали?
   - Дураки потому что! - не удержался снова Калибан. - Слышишь? Саблезубы всегда вместе, мать с детьми смотрит, отцы-тётки её до еды допускают. Птицы эти - всегда по одиночке, ну или парами - никого не терпят, никого не любят, детей полувзрослых от себя прогоняют. Смотришь на саблезуба - он на тебя вполне по человечьи смотрит, с ним договориться можно. Смотришь на эту птицу - она на тебя свысока смотрит, как динозавр смотрит - что это ещё за козявка?
   -Калибан... - но прежде чем профессор Флорегино перервал своего излишне говорливого сотрудниках, вблизи от решёток раздался громкий топот, как будто по лесу шёл слон, и среди деревьев мелькнула какая-то бурая туша.
   - Поехали! - рявкнул профессор по радио неожиданно командным голосом, и машины взяли старт очень резво.

* * *

   - Что это было? - минут через 4-5, когда машины наконец остановился, был задан естественный вопрос. - Саблезуб? Форорак?
   - Не совсем, - Флорегино звучал по радио несколько смущённо. - Это был, э-
   - Мапингуари, - раздался голос одного из водителей. - Учёные создали настоящих мапингуари и выпустили их сюда. Вон, если посмотреть в бинокли, вы одного из них можете увидеть!
   Гости посмотрели в бинокли - действительно, у одного из деревьев, стоя на задних ногах, стояло нечто. Отчасти это напоминало ленивца, но размером с небольшого слона, или даже с небольшое дерево. Когтистыми - очень когтистыми - передними лапами нечто обламывало ветки с дерева, и затаскивало их в пасть длинным языком.
   - Это, конечно, не мапингуари, это - мегатерий, э Megatherium altiplanicum, родич более известного americanum, - профессор снова вернулся к своим обязанностям гида. - И да, к сожалению, это самые опасные животные в нашем Плиоценовом Парке, как не странно.
   - Что мапингуари захочет, куда он захочет - так и будет, - подал голос всё тот же водитель. Увидит саблезуба или птицу - на них идёт, увидит пулемёт - на пулемёт идёт, увидит забор под током - на него идёт. Пока не умрёт - не остановится, всё по его воле будет. Плохой зверь!
   - Энрике преувеличивает, - Флорегино звучат на редкость недовольно, - но не намного. К сожалению, когда мы начинали создавать наш парк, мы ещё не знали об особенностях поведения доисторических животных, увы. Среди нашего "незнания" - извините за каламбур - была и повышенная агрессивность мапингуари... т.е. гигантских ленивцев. Это очень необщительные, нелюдимые и агрессивные звери, из-за которых мы и должны были разделить зверей и людей. Мегатерии, хотя и являются семейством из отряда неполнозубых, Pilosa, но ведёт себя скорее как это делают медведи - белый, бурый, американский барибал и гималайский, т.е. как всеядный хищник...
   - А что это там, вдали, вышло вон из-за термитника? - наконец-то нашла голос американка.
   Все немедленно направили туда бинокли.
   - Doedicurus clavicaudatus! - важно сказал профессор. - Последнее из всех животных, которых мы пока смогли воскресить, кстати. Признаюсь сразу, это довольно мирно, но для обывателя - скучное животное, которое не обладает особыми чертами, вроде повышенного общественного инстинкта, агрессивности или чего-то подобного.
   Тут на поле действия появились очередные форораки. Держась на расстоянии от ленивца, они бочком стали подходить к гигантскому броненосцу.
   Что-то свистнуло, и нелетающие птицы резво отскочили в сторону. У гигантского броненосца оказался хвост - не хвост, а моргенштерн, типа того, что был у средневековых рыцарей.
   - И да, - как не в чём не бывало продолжил Флорегино, пока птицы начали чистить себя как не в чём не бывало, ленивец продолжил кормиться, а броненосец неторопливой походкой скрылся в зарослях, - если вы посмотрите на крылья форораков, то вы сможете увидеть что у них есть своеобразные когти - гипертрофированные пальцы, так сказать. Этими когтями форораки не столько добывают корм, сколько чистят себя, как это делают современные птицы, только не совсем...
   Над головами у людей прогремел гром, все инстинктивно вздрогнули и посмотрели туда, а когда все посмотрели обратно вниз, форораки закончили свой туалет и стали посматривать на ленивца.
   Листоядному великану это не понравилось - он перестал есть, отвернулся от дерева, и стал наступать на птиц сам. И оказалось, что даже когда он на четвереньках, он всё равно возвышался над птицами как гора.
   Птицы это осознали тоже, и с резкими криками побежали прочь.
   - Поехали дальше? - предложил Флорегино.

* * *

   Остаток экскурсии прошёл без эксцессов. Гости увидели снова и саблезубов с макраухениями, и других "мапингуари", и форораков с броненосцами, но это всё было не то, чтобы не то, но и не совсем то тоже, и они добрались до конца экскурсии без особенно продолжительных разговоров на месте. Зато, когда их наконец выпустили из машин, и они оказались в закрытом помещении (дождь всё же пошёл, мелкий, но частый), разговоры пошли по настоящему...
   - Значит, видов только пять, по большому счёту, - задумчиво подсчитывала что-то на бумажке американка. - Гм, не много, но зато отдельных особей не так уж и мало. А откуда берётся корм?
   - В первую очередь - из Аргентины, - ответил ей Флорегино. - Надо заметить, пожалуй, что наш Плиоценовый Парк - не столько национальная, сколько интернациональная организация. Так, Аргентина помогла нам с кормом, скажем Парагвай - деньгами, Колумбия - рабочей силой.
   - Это как?
   - А вот так. Баш на баш. Они нам - амнистию, мы им - помогаем со зверьми работать. В случае, э, "нарушения контракта" полный расстрел и репрессии посмертно. Ну, что? Работать со зверьми изначально было не так уж и страшно; вот когда пошли эти бескрылые птицы и мапингуари, тогда да, пришлось повозиться; но мы - ребята крутые, мы справились, - заметил ей один из сопровождающих, выполняющий на данный момент ещё и роль обслуги. Нет, теперь к мужчинам присоединилось некоторое количество женщин, но особенной женственностью тут и не пахло; наоборот, разные татуировки, а иногда и шрамы, наводили на совсем другие мысли...
   - Да, да, - вмешался Флорегино, - всё было так. На данный момент финансово мы в не очень хорошем месте, но теперь, при помощи этого научно-развлекательного парка мы думаю сможем поправить свои дела.
   - Что до "развлекательного", то да, это заметно. Крайтон, конечно, писал больше о рапторах с цератозаврами, но ведь ваш Плиоценовый Парк реален. Но вот что до науки, то это как? Какие именно открытия вы сделали?
   - Например такое, - ответил профессор. - Немалую часть корма наших травоядных питомцев составляют яблоки, которые мы завезли и посадили из Аргентины. Мегатерии их поедают помногу - больше всего семян было найдено в их кучах, которые служат ещё и удобрением для будущих саженцев. Мой друг Фернандино весьма заинтересован в этом процессе, и даже написал об этом репорт в его родной Парагвай.
   - То-то вы построили свой парк на юго-западе.
   - Это не совсем так. Мы изначально собирались строить наш парк на западе - правда, на северо-западе, не на юге. Но как оказалось, юго-запад больше подходил для нашей задумке, и соседство с Парагваем тут не причём.
   - Профессор, а имеет ли отношение создание вашего парка к профессору Джасперу Финчу?
   Профессор пристально посмотрел на спросившего.
   - Вы из России? - спросил он сам, задумчиво.
   - А какое это отношение-
   - Извините, думал как лучше ответить. Значит так. Профессор Финч и я были давно добрыми друзьями по переписке и коллегами, это раз. Два - Джаспер был на той злополучной выдаче премии в на редкость взвинченном настроении и когда ему показалось, что его обидели, то он взорвался. Ох уж эти рыжие с их характером. Другое дело, что Джаспер был ещё и отходчивым малым - и позднее, когда всё, когда та ужасная сцена была позади, он подошёл ко мне сам, извинился, и передал свои исследования - не все, конечно, но то, что он считал важным, в приватном порядке. Скажу по честному, моё поведение в те дни тоже не было особенно приличным, я так, извиняюсь, ныл про свою бедную родину... вспоминать стыдно. Но в любом случае да, Джаспер передал - вернее даже продал - свои исследования совершенно законно. Другое дело, что я могу - и собираюсь - доказать, что я и Фернандино их весьма сильно расширили и улучшили; открытие Джаспера дало нам только некоторую базу, не больше.
   - Понятно, профессор.
   - И кстати, мне некогда не нравились причина, объясняющие кончину Джаспера. Я видел этого австралийского премьера, как его, Кимболл? Вроде бы он и вежливый, и корректный, а только есть в нём что-то от какого диктатора из банановой республики, знаете?
   - Ясно, господин профессор, - "вроде бы" русский учёный кивнул и отошёл, что-то записывая в своём бланкноте. На улице, за окном, падал дождь, превращая землю в грязь и стекая в специальные отстойники, чтобы потом влиться, пускай и в несколько профильтрированном состоянии, в водоёмы "Плиоценового Парка".
   "Всё будет хорошо," думал профессор Флорегино. "Мировому учёному обществу явно пришлось по вкусу - да и могло быть иначе?! - наше творение. Теперь на нас прольются гранты, мировое признание и слава, и другие призы, не менее вкусные. Всё будет хорошо."
  
   Продолжение следует
  
   Виток I.2 - Южная Америка (часть 2)
  
   Несколько лет спустя
  
   В отличие от "Плиоценового Парка" в Бразилии, сие госучреждение в Парагвае выглядело как раз как таковое - госучреждение, причём не для широкой публики, а для более делового, профессионального потребителя. (Такое бывает.) Впрочем, фасад, а вернее даже и сторона для более широкого слоя общества тоже был - но сейчас речь не о нём.
   Речь идёт об офисе, вполне современном, оснащённой типичной офисной техникой, плюс широкоэкранным телевизором на всю стену. Стена, правда, была относительно короткой - офис был скорее прямоугольной чем квадратной формы.
   Помимо техники, внутри офиса был ещё и стол, а вокруг стола - стулья, на котором и сидели посетители офиса, в данном случае - вкладчики, включая и гостей из заграницы, в первую очередь - США.
   - У вас есть мысли о том, почему мы здесь? - один из этих вкладчиков спросил у другого.
   - Хороший вопрос. Да, "Плиоценовый Парк" Бразилии действительно является источником очень неплохих доходов и информации о ранее вымерших зверях - как тот ленивец называется? Мапингуари?
   - Нет, это местное название; на латыни это звучит как-то по другому, но тоже на м-
   - Megatherium altiplanicum, - отчеканил новый голос, на очень чётком английском, но с заметным испанским акцентом. - Дамы и господа. Я - профессор Хосе Фернандино, возможно, мы даже встречались с вами пару лет назад у моего друга Алевтино. Я - уполномоченный представитель фирмы ПАПЛ, сиречь "Парагвай-Плиоцен", и я хочу обсудить с вами наше деловое предложение.
   - Это какое же? Новое открытие нового - второго - парка? Профессор, первый парк, как мы вот обсуждали до вашего прихода, место очень замечательное и примечательное, даже достопримечательное, но есть одно "но", даже два. Первое - его расходы немногим меньше, чем доходы; Бразилия по сей день, как мне кажется, в долгу у остальных стран Южной Америки, несмотря на вышеучтённые доходы, - говорящий помедлил, посмотрел на профессора Фернандино, и продолжил всё тем же голосом, достаточно уверенно:
   - И кроме того, учтите, что отчасти высокие доходы парка достигаются, вернее добываются, его новизной и необычностью. Среди американцев, канадцев, русских и т.д. существует довольно большой процент людей, которые посещают то или другое место из-за его новизны, уникальности. Вы построите здесь, в Парагвае, новый парк, и вы не только не получите особенно больших доходов, но и урежите доходы Бразилии - а поскольку вы их вкладчики тоже, вы только себе нагадите - т.е. навредите.
   - Спасибо, г-н Холт, - на профессора эта речь явно не произвела большого впечатления. - Я очень рад видеть, что американские дельцы не потеряли свою хватку, чтобы там разные СМИ не говорили про их политиков. Всё, что вы нам сказали - верно. Но - не существенно, т.к. мы - вернее, наш президент и его кабинет - решили не создавать новый парк - или что-то похожее - как раз ввиду вышеописанных вами причин, да. Вместо этого, мы решили пойти другим путём. Господа и дамы! Посмотрите, пожалуйста, на экран!
   Профессор повернулся в своём кресле и включил пультом телевизор. На экране появились съёмки саблезубов из "Плиоценового Парка".
   - Как вам известно, - продолжал профессор, - Smilodon populator оказался весьма общительным и добродушным зверем, в отличие от большинства современных диких кошек рода Pantera. Он также оказалось обладает довольно большим уровнем интеллекта - опять же по меркам зверей вне класса приматов...
   - И что? - спросил другой из спонсоров, мельком посмотрев на интервью с Калибаном, одним из главных служащих "Плиоценового парка", где последний как раз и описывал это. - Вы что, хотите их разводить для общественных нужд?
   - Да! Именно! Хорхе!
   Дверь раскрылась, и в комнату вошёл мужчина в рабочей одежде и с саблезубом. Ещё молодой, неполовозрелый, саблезуб на воле произвёл несравнимое впечатление на гостей - все они попятились.
   - Хорхе, покажи им, пожалуйста, - профессор Фернандино остался всё также невозмутим и безмятежен. Тот кивнул.
   - Сидеть!
   Саблезуб сел.
   - Лежать!
   Саблезуб лёг.
   - Встать!
   Саблезуб встал.
   - Вверх!
   Саблезуб встал на задние лапы, и хотя он был ещё молод, он был уже почти одного роста с Хорхе, который сам был не такой уж и хлюпкий дядя.
   - Покатись!
   Саблезуб покатился в одну сторону, потом обратно.
   - Ну, каково? - профессор повернулся обратно к гостям. - Работа Хорхе и его сотрудников показала, что саблезубы - очень умные и даже добрые животные; с ними легко работать - немного труднее чем с собаками крупных пород, разве что корма нужно немного больше... и в других пропорциях...
   - Да. Это точно. - Хорхе посмотрел на своего начальника каким-то специфичным взглядом. - Саблезуб - он вроде человека, он ему друг. Надо быть ему другом, и тогда он вас не обидит.
   - Да-да, - профессор поморщился в первый раз за всю беседу. - Спасибо, Хорхе. Вы можете идти. Деньги-
   - Профессор. - Хорхе ничего такого не сказал, даже не пошевелился, но в офисе запахло чем-то нехорошим. - Мы же договорились...
   - Да, Хорхе, действительно, - профессор продолжи морщиться. - Если вы уверены-
   - Да, уверен.
   - Можете идти, тогда. Я держу своё слово.
   - До свидания, профессор. И сестра попросила передать вам её пожелание, чтобы ваше предприятие окончилось успехом. - Хорхе развернулся и вышел.
   - ... - профессор почему-то покраснел, поправил галстук-бабочку, и повернулся обратно к своим посетителям. - Извините за эту сцену. Конечно, все эти мыльные оперы чушь и чепуха, но иногда, жизнь бывает, да... Ладно. Это, значит, была первая часть. Теперь вторая. Phorusrhacos longissimus.
   - Кто-кто?
   - Птицы эти, - заметил другой из гостей, аргентинец с небольшой бородкой-эспаньёлкой. - Вон, профессор канал переключил, видите?
   - Нет, позвольте! - поднялся ещё один гость, вернее гостья - дама средних лет и с крашенными волосами. - Я была в этом парке, и я видела этих птиц. Саблезубы - да, это добрые и умные звери. Я, кажется, понимаю идею профессора Хосе в этом ракурсе: в Бразилии, да и в Колумбии, в северных странах идея об использовании - ограниченном использовании - саблезубов вместо сторожевых и рабочих собак, тем более, что и зрение, и слух, и даже нюх у них соответствующий. Но эти птицы? Одна из них смотрела на меня через ограду свысока, и глаза у неё были - брр. Таких запросто не выдрессируешь!
   - Разумеется, разумеется, г-жа де Эстебан, - мягко заметил профессор, - но можно. Но опять-таки - в очень ограниченном количестве, возможно даже в ещё более ограниченном, чем саблезубы. Учитывая, что они могут быть обучены охранять определённую, ограниченную территорию - извините за тавтологию - то это может их сделать достаточно популярными как сторожевые - именно сторожевые - собаки, тогда как саблезубы могут быть обучены и другим видам службы, не только сторожевой.
   - Так. Интересно... - кивнула г-жа де Эстебан.
   - Ну да, а эти мапингуари могут быть обученными в самом ограниченном количестве. Видел я их в парке - и саблезубы, и форораки, и все прочие птицы и звери от них просто убегают-улетают-
   - Нет! - резко перебил говорившего Фернандино. - Т.н. "мапингуари" - это ленивцы. Гигантские, наземные, но ленивцы! А ленивцы - это отряд неполнозубых, Pilosa - т.е. очень древние звери, с достаточно простым, примитивным поведением. Добавьте к этому их размеры, силу и характер - и у вас будет животное не более подходящее к одомашниванию, чем чёрный или белый носорог.
   - Тогда что же вы предлогаете?
   - Нечто совершенно иное, - улыбнулся профессор и переключил канал на телевизоре.
   - Это что? - теперь на экране были совершенно невиданные раньше звери, напоминающих не то безрогих носорогов, не то ещё кого.
   - Toxodon. Toxodon platensis, - пояснил Фернандино. - Ещё один вид зверей, спасённых из пучины времени, так сказать. Вроде макраухении, но гораздо более массивные. И мясистые.
   - И что?
   Профессор помолчал. - Как вы знаете, одним из источников дохода - до открытия "Плиоценового Парка" - наших южноамериканских стран был крупный рогатый скот.
   - И то, что парк этот источник урезал - плохо? - кто-то из гостей не удержался от вопроса.
   - "Плиоценовый Парк" - оздоровил, оживил нашу экономию! - профессор Фернандино ответил как отрезал. - Но - худа та мышь, у которой только один отнорок! Наш президент поручил нам, своему кабинету, найти и другие, альтернативные источники дохода, помимо тех, что мы получаем от парка. И то, что я предлагаю от лица компании "Парагвай-Плиоцен" - это одна из таких альтернатив.
   - Гм. Парк, при всей его неоднозначности, является доходным, популярным, ещё и потому, что это - не коммерческое предприятие, - не сдавался новый скептик. - Люди любят посмотреть на новое, небывалое, особенно если оно отгорожено от них забором, стеклом, сеткой, решёткой, даже профессионалами. Но вот принять это в дом - это они не любят, и любят, но на порядок, даже на несколько, меньше.
   - Я, мы, и не ставим основной упор на саблезубов и птиц, - парировал профессор. - Мы ставим основной упор на мясо!
   - Этих, ваших, токсодонов?
   - Именно.
   - А каково оно на вкус? Каковы его остальные качества, как у мяса?
   - О! Вот это - правильные вопросы! - просиял профессор. - Дамы и господа - попрошу к столу!

* * *

   - Ну и как вам мясо? - г-жа де Эстебан мрачно спросила у своего соседа по столу - им оказался блондинистый г-н Холт.
   - Интересное. Не похоже ни на говядину, ни на свинину и ни на баранину, - задумчиво ответил последний, вытирая рот салфеткой и заполняя вопросник. - У меня есть знакомые в Техасе - надо порекоммендовать им. Лучше всего это мясо пойдёт как солонина, консервы...
   - Эх вы, американцы, - г-жа де Эстебан выдохнула. - Всё вам бизнес!
   - Мадам, в смысле - сеньора-
   - Сеньорита!
   - Сеньорита де Эстебан, вы несправедливы. Я не американец, я канадец.
   - Извините.
   - Ничего-ничего. Я сам вот до конца не понимаю, к примеру, чем Парагвай отличается от Уругвая-
   - Он более крупный.
   - Извините?
   Г-жа де Эстебан помолчала, посмотрела на свою тарелку, повернулась к соседу. - Плиоценовый парк оздоровил экономику, да, но не страны, а скорее всего материка в целом. Это - интернациональное предприятие.
   - Как у коммунистов, да? - г-н Холт не удержался от вопроса. - Извините. Просто, из истории помню что-то там про их интернационал-
   - Молодой человек, - г-жа де Эстебан посмотрела свысока на своего собеседника, даром, что он и не был моложе её, - коммунизма давно уже нет как нет. Кроме Китая, но он не причём, да на Кубе чего-то там шевелится, но здесь его нет. Как и, скажем, семьи Каркавера.
   - И чего в этом плохо? В последние годы это был самый крупный и агрессивный наркокартель-
   - Неправильно поставленный вопрос, - вздохнула де Эстебан. - Семья Каркавера была де-факто теневым правительством Колумбии, похлеще того, что было в ХХ веке. А потом г-н профессор Флорегино поднял вопрос о строительстве парка, парк начал строиться, обзавёлся собственной армии, и Каркавера рухнула. Почему-
   - Почему?
   - База рухнула. Поднялась экономика, поднялась зарплата, престиж. Появились опции - можно идти в преступный мир, а можно - не идти. Поднялась зарплата у полиции, коррупции там стало и меньше, и дороже - планка выше.
   - Это хорошо?
   - А с другой стороны Колумбия сейчас чуть ли не провинция Бразилии, особенно если не смотреть на бумагу, и Аргентина тоже.
   - Извините, а вы сами откуда будете?
   - Из Мексики, извините, что забыла сказать. Можно продолжать?
   - Да-да, пожалуйста. Как я понял, вы намекаете, что коммунизмом тут и не пахнет?
   - ... Можно о нём как-нибудь в другой раз?
   - Да...
   - Значит так. В Южной Америке, как я понимаю, начинает образоваться новый процесс - интернациональное государстве, сиречь империя, и нам это не нравится.
   - Вам, значит Мексике?
   - Да.
   - А вам не кажется, что вы сгущаете краски? Да, "Плиоценовый Парк" является новым чудом света, но уже то, что Бразилия и ко. отдали право снимать, делать киносъёмки каналам Discovery, Animal Planet, а не BBC Earth, может стать на них проблемой - англичане весьма злы и сердиты и на бразильцев, и на эту зарождающуюся индустрию в целом. Что же, скажем, до мяса этих токсодонов, чьё создание может считаться попыткой Уру, в смысле Парагвая урвать кусок хронологического пирога, т.с. - но я не уверен, что и это пройдёт без проблем. Моя семья разбирается в законах - самым законным образом, и я-
   Холт сделал глоток вина. - Короче, с точки зрения закона, законодательства, это новое мясо, искусственно созданных животных, отнюдь не безупречно, а потом создавать, готовить таких животных как мясо отнюдь нелегко.
   - С чего вы это взяли?
   - Поговорил с профессором Фернандино после обеда. Он, конечно, профессор экономических наук, но и в законодательстве разбирается очень неплохо - не хуже меня, например.
   - И он так сразу и раскололся?
   - А чего ему скрывать? Правительство Парагвая, как и Бразилии, собирается всё делать по закону, а тут, на этом уровне, жульничать не рекомендуется и скрывать информацию - тоже.
   - Забавно. Не постучишь - не откроется. И он что, выложил всё, как на духу?
   - Не мне, но Канаде - я же её уполномоченный представитель. Да, наши вклады в парк были на порядок меньше американских, но всё-таки они были - в отличие от русских, которые теперь, говорят, локти кусают с досады у себя среди медведей.
   - А может им медведи локти кусают? - неожиданно для себя хмыкнула де Эстебан, потом посмотрела на Холта и добавила: - Это шутка.
   - А-а, ясно. В любом случае, Канада готова сотрудничать с Парагваем, но при условиях, и Парагвай теперь это знает. А Мексика?
   - А Мексика... подумает, - ответила де Эстебан, теперь уже совершенно серьёзно.
   Наступила тишина, нарушаемая только телевизором - как обычно, основная программа была передача из парка, где макраухении паслись рядом с гигантскими броненосцами и современными оленями-мазамами. Голос за кадром объяснял, что реконструкция плиоценовых экосистем в парке всё же не является полностью аккуратной; скорее сами животные, птицы, растения и т.д. создают её по-новому.
   - Как показали наши исследования, - голос за кадром продолжал говорить, - современные и древние животные уживаются друг с другом в очень неожиданных - и непредвиденных комбинациях. Так, мегатерий поедает в основном листья и ветки деревьев, реже кустов; додикур питается кустами и высокой травой; макраухения ест всё, что захочет; а пампасные олени мазамы очень часто доедают то, что остаётся за более крупными зверьми.
   С другой стороны, хе-хе, навоз плиоценовой мегафауны является гораздо более мощным удобрением, чем мы ожидали, особенно когда дело доходит до плодовых деревьев - яблок, груш, которые были посажены здесь для разнообразия корма. В последнее время эти качества доисторических зверей активно изучаются не только биологами и микробиологами, но и химиками-
   Пока голос гудел, на экране появилось новое действующее лицо: оцелот, небольшой (современный) дикий кот, особенно по сравнение с саблезубами. В зубах у него была небольшая птица, видно пойманная где-то за кадром.
   Макраухении пошевелили ушами, хоботками и постепенно стали смотреть в ту сторону. Оцелот посмотрел на них, хмыкнул носом, и потрусил дальше в заросли. Макраухении же проводили его взглядами, и продолжили кормиться, как не в чём не бывало, периодически посматривая на пасущихся неподалёку от них оленей и дедикура.
   - Сначала, - голос за кадром продолжал говорить, - макраухении шарахались даже от оцелота, этого карликового леопарда, но по мере того, как их встречи стали более регулярными, даже эти робкие звери поняли, что оцелот не представляет для них опасности...
   Щёлк! Холт машинально переключил канал: теперь на телевизоре была чья-то свадьба.
   - ...Свадьба профессора Хосе Фернандино и Паломы Перес была полной неожиданностью для всех, кроме новобрачных и их семей. Как известно, профессор экономический наук сеньёр Фернандино был убеждённым холостяком, не признававший никой женщины в своей жизни, кроме науки, т.ч. такая перемена взглядов весьма радикальная.
   - Ничего радикального тут нет, - профессор Фернандино внезапно появился на экране. - Любовь - она просто не логичная, она... просто есть, и всё. Вопреки тому, что вы считаете, господин журналист, я и Палома достаточно долго думали над этим вопросом и наконец решили, да.
   - И какая же будет ваша семейная жизнь?
   - Бурной! Молодой человек, это только в мыльных операх, которые засорили наше телевиденье сильнее, чем микробы болота, всё кончается свадьбой - в реальности наша жизнь после свадьбы и начинается. И теперь, если вы не возражаете, (за кадром раздался гудок автомобиля), я уезжаю. В брачной путешествие.
   Журналист повернулся к экрану, чтобы прокомментировать это заявление почтенного профессора, но Холт выключил телевизор.
   - Да-а, он конечно был нетерпеливым, когда я с ним разговаривал, но такое? Это нечто новое, небывалое.
   - Не то слово, - согласилась де Эстебан. - Эта Перес явно экстраординарная женщина, чтобы заполучить такого холостяка в мужья. Интересно, это брак по расчёту или по любви?
   - Я что, похож на француза, чтобы классифицировать брак с налёту? - хмыкнул Холт. - В любом случае я, пожалуй, желаю профессору удачи. Убеждённый холостяк, даже став мужем, отнюдь не всегда теряет свои холостяцкие привычки-
   - Говорите по личному опыту?
   - Можно сказать и так, - Холт почесал в затылке. - В смысле жены у меня нет, но однажды - или дважды - я жил с подружкой и это кончилось неудачно... - он помолчал и переменил тему. - Ладно. Похоже, что профессор к нам не вернётся, и нам придётся знакомится с его замом. Это случится не очень скоро. Хотите, э, погулять по городу и посмотреть, какие тут есть достопримечательности? С гидом там и прочее?
   Де Эстебан посмотрела на бравого канадца. - А почему бы и нет? Ведь один раз живём. Пойдёмте, амиго!
   И они ушли, рука в руке, из гостиничной столовой. Телевизор же остался выключенным, как потухший глаз в мир, который некогда был не то утерянным, не то статичным, а теперь он динамично менялся...
  
   Конец I.2 - Южная Америка
  
   I.3 - Канада
  
   Несколько лет спустя
  
   Канада - это страна с континентальным климатом. Зимой там страшно холодно, весной и осенью - тоже, летом бывает страшно жарко, вот как сейчас, тем более в прериях. Кондиционеры работают на полную мощность, но всё жарко, даже не жарко, но душно, из-за повышенной влажности.
   - Встать перед почтенным судьёй!..
   Все встают, включая обвинённых, кроме обвинительницы. Это, конечно, нарушение всех правил, но даже судья может видеть, что этот случай - не типичный.
   - Итак, слушанье "государство и Хоровей против Свамп и МкКарти" продолжается. До совещания было установлено, что господа Ховард Свамп и Роберт "Боб" МкКарти открыли своё дело по производству искусственного мяса доисторических зверей - Castoroides leiseyorum, иначе говоря гигантских бобров. Как показали дополнительные допросы, господа Свамп и МкКарти не соблюдали никаких правил безопасности, принятые четыре года назад правительствами Канады, США и Центральной Америки, и выполняли всё второпях. Слово эксперту.
   Эксперт встаёт - невысокий мужчина-индеец, чем-то похожий на хорька или мангусту. Некто, однако, не хихикает над его внешностью, особенно в самом зале суда - и засудить может, и присутствие истицы Рут Хоровей гасит любое веселье на корню, да и судья Холт шуточки в зале не терпит, если что может и выгнать.
   - Итак, - начинает эксперт, - когда компания "Парагвай-Плиоцен" начала экспорт своего мяса в 21.. году, она начала делать это с полной осознанностью, что могут произойти случаи кросс-генетической контаминации. Чтобы если не исключить, то максимально минимизировать эту возможность, её учёные сотрудники тщательно изучили работу им. Финч-Флорегино. Следует также отметить, что они были специально наняты для этого, а также для создания животных-доноров мяса - toxodon platensis. В результате этой кропотливой работы, если говорить коротко, "Парагвай-Плиоцен" изначально потратил больше денег на финансирование работы учёных, но поскольку пока случаев кросс-генетической контаминации в связи с мясом компании "Парагвай-Плиоцен" не произошло, в отличие от "Свамп и МкКарти".
   Пауза. В зале жужжит муха. Присутствующие в зале люди обдумывают слова эксперта. Надо же как длинно могут звучать слова "виноваты они, сукины сыны и мазурики"!
   - Ну, а господа Свамп и МкКарти так не поступили, а наоборот, попытались урезать свои расходы при любой возможности. Т.ч. как независимый эксперт-представитель я могу сказать только одно - они виновны.
   - Спасибо. Слово истице, вернее - её представителю, - поправился судья (уж на что он пытался держаться невозмутимо, а тут и он дёрнулся). - Пожалуйста, г-н Бафта.
   - Благодарю. 22 мая этого года моя клиентка купила мясо фирмы "Свамп и МкКарти" и приготовив, съела его и накормила свою собаку. Прошу учесть, что моя клиентка одинокая женщина - у неё нет никого, кто о ней мог позаботится...
   - Учтено. Ближе к делу, - потребовал судья.
   - Итак, 22 мая она съела это мясо, а через неделю она почувствовала первые признаки недомогания и обратилась к своему врачу. К сожалению, она не успела попасть к нему - её болезнь, эта... контаминация развивалась слишком стремительно.
   Господин судья. Попрошу посмотреть вас на эти снимки. Первые 7 - это ранняя, вернее средняя стадия болезни, когда моя клиентка только попала в больницу. Изначально, лечащие её врачи - включая и её семейного - считали, что это раковая опухоль, но доброкачественная, и легко оперируемая. Однако, исследования её крови, магнитно-резонансная томография и даже рентген показали, что это не рак, а что-то другое. Со временем - следующие 8 снимков - они решили, что это тератома, и стали лечить уже её, включая локализированную операцию. Это не помогло, и даже ухудшило её ситуацию. Следующие 4 снимка-
   - Не надо, - судья перебил адвоката, и не особенно вежливо. - Мы можем видеть окончательный результат - извините меня, г-жа Хоровей за эти слова, но тем не менее, окончательный результат-
   Лицо - вернее, то, что было когда лицом - Рут Хоровей дёрнулось.
   - Она понимает вас, г-н судья, - сказала её сиделка и покраснела.
   - Спасибо, это хорошо, - судья кивнул на полном серьёзе. - Она хочет что-нибудь добавить?
   Наступила нелёгкая пауза.
   - Хочет, - сказала сиделка, - но не может. Врачи имеют все причины полагать, что слух и уши - единственное, что осталось под контролем моей подопечной. Но, - она посмотрела в сторону ответчиков, - ещё полторы недели назад она могла худо-бедно писать своей правой рукой, и последнее, что она написала, было "Зачем? Зачем они со мной это сделали? Они же с меня деньги содрали. Зачем?" Это было последнее, что она написала: на следующий день, вернее, уже утром следующего дня эта рука тоже... я не знаю даже что, какой термин использовать. Мутировала, наверное.
   - Ясно. Ещё есть, что сказать?
   - Н-нет, - сиделка опомнилась. - Извините за ответ. Просто, она - очень приятная старая дама, она такое не заслужила...
   "Этого никто не заслужил", подумал про себя судья, но вслух он сказал:
   - Заявление принято, и ежели г-ж Хоровей так плоха, не пора ли ей возвратиться обратно? Незачем тревожить и беспокоить г-жу истицу, ежели она так плоха.
   Новый дёрг. Сиделка встревожено посмотрела на свою подопечную. - Да, пожалуйста, и побыстрее, - сказала она.

* * *

   С удалением ответчицы дело пошло не то, чтобы веселее, но более бойко.
   - Итак, - судья решил заполнить освободившуюся паузу первым. - Как нам рассказал г-н адвокат ответчицы, после того, когда последняя съела мясо, произведённое компанией "Свамп и МкКарти", её здоровье стало резко ухудшаться; физическое состояние тоже. Что же нам скажут г-да Свамп и МкКарти?
   - Виноваты мы, виновны, - ответил внезапно Ховард Свамп, крепкий брюнет, отчасти похожий на моржа. Это было редкостью: из них двоих отвечал обычно МкКарти, худощавый и бледный рыжик. - Признаём. И за эту, жертву, и за государство.
   - Не "за", а "перед", - поправил партнёра по бизнесу Роберт МкКарти. - Т.е., г-н судья, можно слово?
   - Можно.
   - Значит, так. Когда эти латиносы стали делать свой бизнес с их дино-парком, мы с Ховардом только в затылках чесали. Когда стали продавать сторожевых саблезубых котов и птиц, мы только завидовали. Но мясо - это мы знали. Что ж, мы заняли деньги у старого Мартынника, что из молокан, и начали своё дело.
   - Это попытка оправдания?
   - Это рассказ. Значит, заняли деньги у Мартынника, ещё у кое-кого, построили завод, и стали создавать.
   - И спешили.
   - И спешили. Экономили тоже, - философично пожал МкКарти. - Кто же знал, что если экономить и не соблюдать, то это мясо на людей перекинется? Сперва всё было нормально, бобры росли, мы их кормили-
   - А почему бобры? Это же не мясные звери?
   - Когда ростом с небольшого медведя - очень даже мясные. А бобры - ну, Канада же! Национальный символ!
   - Иначе говоря, вы и в мясном бизнесе не очень разбираетесь, а не только в мерах безопасности и генетике, - не удержался адвокат Хоровей.
   - В генетике мы понимаем очень хорошо, - вспыхнул МкКарти, (который как раз и отвечал за это в их партнёрстве), - но то нормальные гены, а тут - воссозданные.
   Но, в любом случае, да, это не существенно. Сперва всё было нормально, а потом...
   А потом всё пошло как у г-жи Хоровей. Не то опухоль, не то тератома, а потом - смерть. И у людей, и у бобров. Причём смерть очень поганая, никогда такого не видел. Это просто, просто, - МкКарти вдохнул воздуха и продолжил, как в омут головою, - какой-то распад, чтобы не сказать сильнее.
   - У бобров тоже? - эксперт резко подался вперёд.
   - Да, - ответил МкКарти, и Свамп кивнул в согласии с партнёром. - У них даже быстрее. У людей... ну вы видели, а у бобров - ещё резче.
   - Словом, - перебил партнёра Свамп, - нам стало понятно, что наше дело-то плохо, если не хуже. Тут нас и арестовали. Словом да, виновны мы, виноваты: не за своё дело взялись! Нормальное мясо - это мясо, а тут...
   - Суд удаляется на совещание!

* * *

   Вечера в Канаде наступают поздно, и проходят быстро, но они есть. День не сразу становится ночью, что бы люди не думали. Судья Холт, который наконец окончил свои дела, ужинал дома, в окружении семьи и знакомых. Это, кстати, бывало редко, но после сегодняшнего дела, пробрало даже его.
   - Рут Хоровей пробрала даже меня, - пояснил он супруге и сыну. - Это был не человек, даже не чудовище из кино, а какая-то мешанина из частей тела, человека и животного. Помнится, в какой-то доисторической карикатуре было изображено, что прививки от оспы заставят пациентов прорасти коров на своём теле - т.в. сегодня в суде было нечто похожее, но не совсем. Это было ужасно.
   - Не сомневаюсь, - тихонько сказала Миранда де Эстебан: она ещё чувствовала себя неудобно в семействе Холт, как белая - вернее, крашенная - ворона.
   Несмотря на тихий тембр её голоса, Джордж Холт всё равно её услышал:
   - Вы что-то сказали, сеньорита?
   - Да, г-н Холт - то, что это ужасно. Несколько компаний у нас на юге попробовали сделать что-то похожее на то, что сделали г-да Свамп и МкКарти, но там всё удалось выжечь до выхода в общество. Т.е., говоря по испанскому-
   - Благоразумие одержало вверх над жадностью - не то, что здесь, - кивнул судья. - Майкл, я тебе говорил, что твоя новая знакомая - очень разумная женщина, не то, что бывшие?
   - Да, папа.
   - И буду говорить ещё. Если бы Свамп и МкКарти вовремя бы остановились, проявили благоразумие, а не жадность, то им бы, возможно, ещё и перепала компенсация от государства. Финансовая тоже. А так... даже адвокат истицы подал на них в суд за преступную неосторожность, а я и подавно осудил их за тяжёлую неосторожность. Другое дело, что теперь они лишатся всего: вся их недвижимость заражена, а по закону они отвечают за своих рабочих, но тем не менее...
   Судья Холт помолчал и добавил:
   - Одним словом, и преступного умысла тут не было, и он был. Ужасно.
   - Да, папа, - подал голос Майкл Холт. - А теперь представь себе, что будет там, пускай и в других странах, где власть и закон слабее, чем у нас.
   И на столовую комнату опустилась тишина, нарушаемая лишь лившимся за окном дождём.
  
   Конец I.3 - Канада
  
   I.4 - Ирландия
  
   Несколько лет спустя
  
   Зима выдалась ранней (или это осень оказалась такой короткой?), снег стал выпадать уже в начале августа. Рори проснулся от того, что соседи сверху начали ремонт - покраска, штукатурка, т.д. - уже засветло. Что ж, они его честно предупредили, и на том спасибо.
   Положение и настроение у Рори - хуже некуда, вроде того туманного утра, что находилось по ту сторону окна. Вроде бы и ночь прошла, и день настал, а что толку?
   Жизнь у Рори довольно невесёлая, хорошо ещё, что собственную квартиру завёл, даром что это не квартира, а скорее хибара. Одному-двум ещё место есть, а если детей, хотя бы одного? Что тогда?
   Впрочем, до детей дело далеко: Молли хотя и поднимала об этом вопрос раньше, но в последнее время - нет. Видно крепко её новая работа, (хотя бы её возможность), закружила...
   Да и винить ли её? Рори и сам не прочь найти себе работу, но где? Ирландия, конечно, "зелёная страна" и родина, но вот с работою в ней - не ахти. Хоть на север податься, к сассенахам, к окаянным протестантам, там быть может и не откажут... прислуживать! Вон, Алекс-Паук вчера по пьяни возмущался, идти вон замуж по расчёту или нет? "Грымза костлявая или бочка сальная, будет попрекать каждым куском", а сосед сверху возьми и заметь: "Ну так и оставайся холостяком!" И ух, как потом Паук ругался и истерил - вспомнить противно.
   Вот только, у самого Рори что в будущем-то? Не больше чем у Паука, если по честному. С Молли вот что-то было, да видать сплыло...
   Рори сплюнул, встал с кровати, застелил её, чтобы не так глаз резала, и сел завтракать. Завтрак тоже разнообразием не радовал: вчерашняя курица, ещё и холодная - разогревать её у Рори не было не сил, не желания. На вкус она тоже была специфической - Рори ел её уже чрез силу, т.к. ничего другого дома не было, а если и было, то годилось на завтрак ещё меньше курицы.
   - Где бы работу найти? - спросил у себя парень. - Хоть какую-нибудь, даже у сассенахов... но лучше бы не у них!
   Тут в окно постучали, вернее - кинули гальку: Рори жил на втором этаже. Нахмурившись - опять Фингус за своё! - парень высунул туда голову, чтобы послать Фингуса к этакой матери, но он не успел: внизу стояла Молли.
   - Эт-то ты! - закашлялся парень, едва успев не послать её вместо Фингуса. - Зачем пришла? - звучало грубо, но всё же они на днях успели поругаться...
   - Работу ищешь?
   - А то! Есть где?
   - Да!
   - В смысле для меня?!
   - Да!! - рявкнула Молли совсем уж громко. - Может, спустишься или впустишь, а то мы на всю улицу уже орём!!
   Получись нехорошо...

* * *

   Минут чере 5-6, когда Рори оделся, засунул остатки завтрака в мойку и вышел на улицу, Молли его уже явно заждалась и прыгала с ноги на ногу, чтобы согреться.
   - Ну?! - Рори продолжил во всё том же громком ключе. - Где работа?
   - Питера Коллинза знаешь?
   Рори знал. Про него ходило немало слухов: вроде бы в молодости воевал против сассенахов в рядах И.Р.А., потом - в конце 1990-ых - куда-то подевался, вроде бы и в Европу, а то и нет, в Америку, а вот теперь вернулся, и с деньгами!
   С деньгами, да, и с планами: он начал конкретно чего-то строить, вроде бы и ребят нанимать стал. Что ж, работа есть работа, особенно если сассенахов нет, но в то же время...
   - Страшно мне что-то, вернее - сомнительно, - Рори признался Молли. - Со строительством у меня не очень, особенно опыта. А вдруг не получится?
   - Тебя не по строительству, тебе по другому ведомству работа будет... если будет, - признала Молли, поднимая воротник: на небе хоть и появились прорывы между облаков, но начавшийся ветерок был холодным, а заодно и погнал по земле позёмку, т.ч. было по-прежнему холодно. - Ты как, стрелять не разучился?
   - Вот только об этом не надо! - настроение у Рори резко испортилось. Примерно полторы недели назад он соревновался с ребятами Фингуса в тире и неплохо, даже слишком. С тех пор у него с Фингусом разлад и пошёл. - Я магазины грабить не буду!
   - ... Ты о чём? - Молли уставилась на него как на придурка.
   - О своём. Ты Фингуса не знаешь?
   - Это его отец стал новым олдерманом в последних выборах?
   - Не уверен. Мы тут просто с ним поругались, как раз из-за этой стрельбы, а тут ты, соль на раны. Так какая работа-то.
   - Знаешь, мы вот придём, ты вот начальника и послушаешь, какая тут работа нужна, - Молли, кажется, была готова с ним поругаться уж в который раз...
   ...И тут они пришли.
   Перед ними раскинулось огромное пространство, огороженное забором с воротами, над которыми висела надпись-
   - П, Плей, Плей-сто-це-но-вый парк, - прочитал по слогам Рори. - О! Парк! Как в Америке, да?
   ...Ещё года три назад Рори помнил, как разные журналы и газеты писали про доисторический парк в Южной Америке: мол, восьмое чудо света и т.д. Потом американцы чего-то поругались с европейцами - мол, европейцы американцев в Азии не поддержали, потом был какой-то скандал в Канаде (тоже Америка, но Северная, Рори об этом даже у соседей сверху спрашивал, специально) связанный с южноамериканскими чудесами-чудовищами, и теперь газеты про этот парк замолчали.
   - А мясо продавать мы не будем? - Рори решил уточнить.
   - Нет, не будем, - ответил кто-то, и этот "кто-то" не был Молли.

* * *

   Как оказалось, Молли была не единственная, которая вспомнила о безработных - временно конечно - друзьях, когда дело дошло до работы, и Рори не был уникумом тоже (с плохой стороны). Всего их оказалось около полста человек, которые собрались на входную площадь (плазу) перед г-ном Коллинзом.
   Последний был мужчина тоже примерно пятидесяти лет от роду, может быть чуть побольше, но ещё крепкий и совсем не седой; правда, с большими бровями, но они-то тут причём?!
   - Итак, - г-н Коллинз начал свою речь. - Молодые люди. Вам нужна работа?
   - Да, - хрипло ответил Рори сотоварищи.
   - Очень хорошо. Мне нужны рабочие. Как известно, несколько лет назад Бразилия, Парагвай и вся остальная Южная Америка создала т.н. "Плиоценовый Парк".
   - А теперь его закрыла, - пробурчал кто-то справа от Рори, но г-н Коллинз это услышал.
   - Нет, не закрыла, он и теперь работает. Просто Европа не знает, что делать с СЮС.
   - С чем? - спросило сразу несколько человек.
   Г-н Коллинз помолчал, было видно что он сказал последнее явно случайно, и теперь не был уверен, что сказать. Но человек, который стоял рядом с ним - знал.
   - СЮС. Союз Южноамериканских Стран. Нечто новое, необычное, и Евросоюзу это не нравится.
   - Сассенахам тоже? - не удержался Рори.
   - Если они члены Евросоюза - то да, молодой человек. И кстати, к мясу они не имеют никакого отношения, т.ч. вопросы про него можно не задавать. (Массовые кивки). Другое дело, что и продовать тут его не будут тоже, и вообще здесь торговать не будут. Это будет, скорее, развлекательное учреждение.
   - Чего-о?
   - Типа Диснейленда для туристов в Америке, если кто слыхал, только без гигантских мышей и прочих бобров, - г-н Коллинз наконец заговорил. - Ясно?
   - Все кивнули.
   - Тогда пожалуйте на объясняющую поездку.

* * *

   Давным-давно, когда Рори жил с родителями, у них была свой автомобиль. Это было, однако, даже не так давно, но Рори со своими родителями разругался и больше к ним не заходил, т.ч. вопрос о времени для него был не существенным: он давно на машине не ездил, и точка.
   Теперь поехал. Он, Молли, и ещё несколько ребят ехали в каком-то автобусообразном авто, которое было совсем не похоже ни на одну машину, которую Рори когда-нибудь видел. Его соседи, похоже, тоже.
   - Значит так, - раздался голос по радиоговорителям: они были не в самом хорошем состоянии, и понять точно, кто говорил - г-н Коллинз, кто-нибудь ещё - было невозможно. Американцы, когда стали создавать свой "Плиоценовый Парк" основали его при помощи коренных американских животных: саблезубов, гигантских ленивцев, и прочих. Мы же используем тоже коренных животных - но наших, ирландских и европейских. Посмотрите прямо и направо.
   Рори посмотрел. Другие тоже. У Рори спёрло дыхание. У других тоже. В загородке паслось стадо оленей, да таких красивых, каких Рори никогда не видел раньше. Другие тоже.
   - Это ирландские лоси, Megaloceros giganteus, величайший олень всех времён и стран, и наша национальная гордость, - голос продолжать звучать из радиоговорителя. - Также гордость нашего будущего парка, и возможно нашей же страны в настоящем и будущем.
   Рори и другие почти не слушали, а лишь смотрели на величественных зверей, пока не проехали мимо них окончательно.

* * *

   Следующий загон был укреплён гораздо сильнее, чем загон оленей, впрочем понятно почему. Там оленей не было. Там были-
   - Саблезубы! - кто-то радостно вскричал. - Только без сабельных зубов!
   - Не саблезубы, - даже на подпорченном радиоговорителе можно было услышать не высказаное "придурок!" - а пещерные львы. Они ещё больше саблезубов и массивнее, но не менее умны, чем последние. В то же время, они ведут себя вполне как современные львы, т.ч. дрессировать и продавать их не будем. Буржуи и без них обойдутся, даром что и с саблезубами не всё гладко...
   Остаток фразы потонул в треске статического электричества...и львиного рёва. Вожак прайда, огромный серебристо-серый зверь наконец соизволил обратить внимание на людей - и зарычал, заревел, громко, угрожающе, как и подобает царю зверей. Какое уж тут электричество!
   И этот рёв был отвечен - ещё более громким трубящим звуком. Слева, как черно-белая (из-за снега) гора на львов стал надвигаться мамонт и не один.
   - Стоять! - с макушки мамонта кто-то крикнул на английском языке со странным акцентом.
   Мамонт-вожак дёрнул ухом, но замедлил шаг.
   - Стоять! - снова крикнул махут (что это был махут Рори узнал гораздо позднее).
   С другой стороны, (где была вольера для львов) уже бежали люди, вооружённые именно АР-15 ("именно" потому, что Рори их сразу узнал - не зря он посящал тир и т.п.). Обычно грозное оружие, сейчас эти винтовки казались банальными дробовиками по сравнению с живыми горами-мамонтами.
   - Кругом! - переменил тактику махут. - Не шали!
   И, о чудо, мамонты свернули направо, прочь от львов (по направлению к оленям). Правда, в знак своего пренебрежения они ещё и навалили кучу, один за другим, т.ч. когда они ушли, эта куча была размером примерно с автобус и пахла соответственно.
   - Всем отбой!.. - крикнул г-н Коллинз.

* * *

   - Значит так, - г-н Коллинз больше не пытался претендовать на торжественность или что-то похожее. - Ребята и девчата, слушайте меня внимательно. Я и мои партнёры собираемся открыть нечто похожее на то, что в Южной Америке, но менее торжественное и более приземленное, так сказать. Работы будет немало, и она будет нелегкая - те же мамонты, как вы видите; хоть мы и наняли для них профессионала, (и не одного), но всё равно они животные своевольные; а ведь есть и шерстистые носороги... Одним словом, ребята, халявы не будет. Будет и есть работа, причём достаточно тяжёлая - но и зарплата будет приличная, особенно когда мы встанем на ноги.
   - А какая конкретно? - спросил кто-то из задних рядов. - За животными убирать?
   - Убирать, кормить, поить, охранять. Кто-нибудь из вас с огнестрельным работать имеет?
   Не меньше 15 рук поднялось в воздух, включая и Рори.
   - Ясно. А лицензия у кого есть?
   Большая часть рук опустилась.
   - Ещё яснее. Кто хочет получить лицензию - и умеет стрелять, знает оружие, пойдёмте на стрельбище. Те, кто стрелять не умеет - и не хочет, может найти здесь себе работу гораздо более мирную, список вакансий вон спросите у Лаки, - г-н Коллинз указал на невысокого блондина в тёмной шапке. Ещё вопросы есть?
   - Кто убирать за мамонтами будет? - спросил один из охранников. Г-н Коллинз слегка дёрнулся:
   - Ответы на такие вопросы - у Лаки.

* * *

   Стрельбище, вопреки его "экзотическому" названию мало чем отличался от тира, где Рори и поругался с Фингусом, разве что построенное немного похуже.
   - Ну что, ребята? Берите винтовки и айда, - сказал собравшимся там людям рыжеволосый мужчина, слегка похожий на обезьяну, в котором Рори (по крайней мере он) узнал отца Фингуса. - Посмотрим, на что вы годитесь.
   - На себя глядя, ахал бы дядя, - сказал кто-то за Рори, но отец Фингуса это не услышал, а продолжал раздавать оружие. Взял своё и Рори. Взял, и стал стрелять: дело-то привычное, цели тоже: практические такие же, что и в родном тире. Ну и набил привычное количество очков, даром что тут их никто и не отмечал.
   - Ну, как?
   - Хорошо, молодой человек! - отец Фингуса оказался совсем рядом: вроде бы стоял не так уж и близко, рядом с г-ном Коллинзом и его другом, что про какой-то СЮС рассказывал. - Очень хорошо. Лицензия есть?
   - Нету, - признался Рори.
   - Значит будет! - Он помолчал и добавил. - Да, а что вы с Фингусом не поделили?
   - Да ничего, просто дружить как-то не получилось, - признался Рори. - Он похоже на меня ещё и сердит.
   - Бывает, - кивнул старший О'Рари. - Если встретишь своих родителей, передавай им от меня привет!
   Рори промолчал.

* * *

   Во второй половине дня погода не улучшилась: всё та же неразбериха из неба, снега и облаков; на небе - солнце, на земле - позёмка, и холодно.
   - Ну, вот и носороги, - Молли показала их Рори и ещё нескольким любопытным ребятам, которые увязались за ними. - Хороши, правда?
   - Хороши, но уродливы, - заметил Рори, пока массивные волосатые зверюги чесали по земле своими рогами. - Они должны так себя вести?
   - Да, - Молли кивнула. - Они так снег расчищают, себе корм добывают.
   - Снегоуборочные машины десятивековой давности.
   - Раз в десять побольше - не тысяча лет, а десять тысяч! - гордо сказала Молли. Рори заподозрил, что она работает именно с ними, о чём он Молли и спросил.
   - Именно, - кивнула она. - Правда, пока на подхвате; может быть летом меня и переведут в "неандертальцев" или "кроманьонцев".
   - Кого-кого?
   - Рабочих в вольерах: тут будет ещё и что-то вроде канадского Маринленда.
   - Надеюсь, не с оленями? - ревниво сказал Рори. Представить себе этих красавцев в цирке он не мог, и потом - это ж национальный символ. И секс- тоже, ясно что с потенцией у таких рогачей всё в порядке.
   - Разумеется нет! Они ведь - национальный символ Ирландии, в прошлом, но возможно и в будущем! - воскликнула Молли и добавила. - Другое дело, что и вести себя как олень с гаремом, Рори О'Нил, я не позволю!
   - Да я-то тут причём?
   - А у кого улыбка блудливая на лице была? Не у носорога, это уж точно!
   Рори покраснел. Получалось как-то нехорошо.
   - Извини, это я случайно.
   - За случайно бьют отчаянно, Рори О'Нил! Не забудь!
   И они рассмеялись. Рори не умел смотреть в будущее, чтобы там его сестра не говорила, а колдунов и ведьм в их роду никогда не было, все добрые католики... но и не святые, чтобы Бог дал им такой дар. Но тем не менее, пока, будущее ему казалось не таким уж беспросветным...

* * *

   - Смеются, чертенята?
   - Смеются. Но они не какие не чертенята, они хорошие ребята...правда пока я их имен не припомню.
   Их было трое в офисе зарождающегося "Плейстоценового Парка" ирландской республики - Коллинз, О'Рари и Звонцов, их иностранный партнёр из далёкой и снежной России. (Это он в своё время пояснил Рори и ко. что такое СЮС.) Другое дело, что и саму Ирландию бесснежной назвать было нельзя, но всё-таки, что она и что Россия!
   Помолчали.
   - Так как мы будем идти в будующее, - спросил Ангус, отец Фингуса. - Как в Америке?
   - Можно сказать и так, - согласился Звонцов. - Только в отличие от Штатов мы не будем почивать на лаврах, а... ну, не будем, и всё!
   - Коротко и ясно, - фыркнул Ангус.
   - Хорошо, попробуем яснее. Вы свой парк делаете для развлечения и для бизнеса, верно ведь?
   - Для экономики, ты старый коммунист!
   - Коммунисты, батенька, теперь только в Китае. Ну, и на Кубе немного. На материке их СЮС весь вытравил.
   - Да чем плох этот СЮС?
   - Трудно сказать. С одной стороны коммунизма там не было и нет. Это классическая империя со столицей...ну, Бразилиа и Асунсьон это как раз и выясняют, и с провинциями. Плюс анклав Великобритании на юге-
   - Окаянные сассенахи-
   - Да, да, и как они насчёт этой идеи?
   - Очень недружелюбно, но, знаете, у нас республика, и если сассенахи считают, что они нам могут что-то диктовать, то они ошибаются, дети бесовы, протестанты окаянные! Они попробывали надавить, и в результате наш президент наш парк признал! Всякие протестанты нам не указ!!
   - Успокойся, Ангус, - Коллинз подал свой голос в первый раз. - Звонцову наши ужимки и прыжки неинтересны.
   - Ну-ну, не надо упрощать, - примерительно ответил тот. - Я вас даже понимаю: в РФ сейчас протестанты тоже не в почёте. Но имейте в виду, что "Плейстоценовый Парк" удался - хотя бы и в теории, до полной практики ещё далеко - также потому, что их парламент ещё и отвлёкся на то, кто унаследует, Сын или Внук...
   - Мы в курсе. Вы тоже. Вы ведь тоже в курсе, что Их Величество ещё та железная леди и проскрипит достаточно долго, хотя бы для того, чтобы разобраться, кто ей в действительности унаследует.
   - И Ирландию это не волнует?
   - Волнует. Но мы не уверенны, какие будут наши отношения с Россией, чтобы с вами это обсуждать.
   Мужчины помолчали, посмотрели друг на друга, и решительно отложили пиво: ведь именно это, отношения Ирландии с Россией они собирались обсуждать. У русских явно был свой план? Хорошо, но и у Ирландии тоже, пускай и менее продуманный: давайте обсуждать.
   И обсудили.

* * *

   - Эй, Рори!
   Рори О'Нил сердито обернулся.
   - Фингус. Опять ты. Я знаю, что твой папа тут один из главных - может, хоть до конца осени подышим друг на друга ровно?
   - Вот что, не то, - более рослый Фингус покачал головой. - Ты, значит, теперь тут работаешь?
   - Да.
   Фингус помолчал, молчал и Рори.
   - Знаешь что, О'Нил? - наконец Фингус начал снова. - Ты это зря. Мой папаша ещё тот фрукт. Как бы ты не влип вместе со своей девкой.
   - Знаешь, Фингус, я не знаю, что у тебя там со своим отцом - у самого с предками проблемы - но пожалуйста, меня в них вовлекать не надо. Мы с тобой пиво вместе не пили, да и сердит я на тебя, не забыл?
   - Знаю, - ответил Фингус каким-то тоскливым голос, - но я решил тебя предупредить. Держи ухо востро!
   Он повернулся и быстро зашагал прочь - вскоре он совсем исчез из виду.
   - Что это было? - Молли подошла к Рори.
   - Фингус ведёт себя по ослячьему, как обычно, - Рори повернулся к Молли и уставился за неё. - Что он тут делает?
   - Александр? Вообще-то тоже на работу нанялся. Он рядом с тобой на стрельбище стоял - ты что, его не признал?
   Рори помолчал. Как он помнил, стоящий рядом с ним стрелок был неплох, но имел тенденцию забирать слишком влево, за что и подвёргся критике - а это, оказывается, был Паук? Видно с вдовами и впрям пошли перебои, что он решил пойти и зарабатывать на жизнь честным путём... а впрочем, чего это Рори на него взъелся? Можно подумать, что у него дела были лучше!
   - Ты в порядке? - тихо спросила у него Молли. - У тебя лицо какое-то странное.
   - Да-да, просто что-то в округе слишком много знакомых лиц объявилось: только соседей сверху не хватает.
   - Ну-у, может это слишком мелко для таких эпических личностей? Ты про них говоришь так часто-
   - Извини. Может пойдём, отпразднуем?
   "Что?" хотела было спросить Молли, но поняла, что это слишком - Рори таких шуток не понимал.
   - А пошли! - сказала она вместо этого. - Один раз ж живём!
   И они пошли в ближайшую пивную. Тёмная громада зарождающегося "Плейстоценового Парка" Ирландии возвышалась сзади над ними этакой тёмной массой со светящимися окнами...
  
   Конец I.4 - Ирландия.
  
   Конец Первого Витка
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) М.Снежная "Академия Альдарил: цель для попаданки"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) С.Казакова "Своенравная добыча"(Любовное фэнтези) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) А.Робский "Охотник 2: Проклятый"(Боевое фэнтези) М.Боталова "Невеста под прикрытием"(Любовное фэнтези) М.Тайгер "Выжившие"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"