Каминяр Дмитрий Генаддьевич: другие произведения.

Третий Виток

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:

   Третий Виток
  
   III.1 - Мадагаскар (часть первая)
  
   Примерно 2.5 года спустя после конца второго витка
  
   Пыль только осела в частном аэропорту, который находился в окрестностях Антананариво, а люди уже осторожно выходили на лётное поле, взирая на открывавшуюся в самолёте дверь с некоторой опаской.
   - Мадам Вильер? - первый из присутствующих спросил у вышедшей из самолёта женщины.
   - А кто же ещё? - ответила та, тоже смотря на "комитет прибывших".
   Ну, последним было на кого посмотреть: мадам Вильер была женщиной с очень яркой биографией. Англичанка (правда, северная) по рождению, она сперва переехала в Ирландию, (несмотря на настойчивые рекомендации её бывших сослуживцев этого не делать), где она немало помогла последним в создании их "Плейстоценового Парка" когда дело дошло до воссоздания, пускай и частичного, быта неандертальцев и кроманьонцев; затем она побывала и в России - опять в связи с кроманьонцами и мамонтами; а там дошло дело и до Европы.
   То, что путешествия "мадам Вильер" по Евразии были связаны не только с научной антропологией - это другой вопрос. Мадам Хелена была ещё и художницей-портретисткой, как говорится, от Бога, а вдобавок - не гнушавшейся несколько политическими поручениями... но об этом - в другой раз.
   - Здравствуйте, - кивнул спросивший её человек. - Я - Эдуард; я - ваш гид.
   - Очень хорошо. А остальные тут кто - поддержка?
   - Да.
   - Ясно, - только и сказала Хелена. - И куда же мы пойдём?
   - В аэрокар.
   - В эти новомодные штучки? Ладно. А что будет дальше?
   - Увидите!

* * *

   И мадам Вильер увидела. Судя по мнению Эдуарда и его помощников (группы поддержки?) "дальше" означало несколько огромных птиц, вроде страусов с африканского материка, но гораздо выше и массивнее. Правда, Хелена увидела этих птиц не сразу, а через 5-6 часов езды, когда городской ландшафт Антананариво остался далеко позади и вокруг них простёрлись леса.
   - Когда-то мне казалось, что Мадагаскар - достаточно заселённый остров, где природы - вне заповедников - осталось довольно мало, - заметила не без любопытства экс-англичанка. (Английского гражданства она давно лишилась - Англия не простила своей блудной дочери её игры с новой экономической-политической силой, сиречь Треугольником. Но в последние годы и сама Англия, а со-ответственно и её паспорта с гражданствами были уже не той силой.)
   - Понимаю, мадам, и недаром ещё в начале 21-ого века нашему правительству приходилось идти на очень серьёзные меры, чтобы сделать что-то, чтобы спасти её, - серьёзно кивнул Эдуардо. - Но потом... я даже не знаю, как это объяснить. Т.е. нет, могу, но не знаю, если это будет понятней: всё изменилось.
   - Это-то понятно; а конкретнее?
   - Деньги, мадам! Природа стала финансово выгодной, и мы стали её защищать, - Эдуард помолчал. - А потом, у нас появились другие деньги, не связанные с природными ресурсами, и мы смогли эти самые ресурсы не растрачивать!
   - Английский - не ваш родной язык, - Хелена смогла "расшифровать" заявление своего спутника после небольшой паузы. - Можете говорить на французском - думаю, что я смогу вас понять.
   - Qui, madame; merci, madame, - с благодарностью сказал Эдуард и перешёл-таки на французский. - Значит, так. Природа - это выгодно. Искусственно воссозданные животные и птицы - тоже выгодно. Не соблюдать правила по их созданию - невыгодно, даже несмотря на присутствие мутантов-моро, а может быть - и из-за него.
   - Так, - Хелена кивнула головой. - Понятно. Про Новую Зеландию все знают. Большинство аналитиков, кстати, считают, что если она не станет "карнавалом уродов" - а мне кажется, что таковым она не станет - гордая слишком и умная, что хорошо - то канет в забвение. Там же всё обрушено... или нарушено... и конкретно не хватает рабочих рук и умных голов, а мировое сообщество не спешит помогать... кроме Австралии, но эту помощь я бы не спешила брать...
   - Ну почему же, - не удержался Эдуард. - Мы вот - республика Мадагаскара - помогаем. У нас с новозеландцами есть договорённость-
   - Франция не возражает?
   - Нет... - Эдуард осёкся. - А вы здесь причём?
   - Молодой человек, скажем так: я франкофил и прибыла сюда как раз по просьбе моих знакомых во Франции, которые тоже вложили в ваш "Птичий парк" не так уж мало денег и хотят знать, что тут происходит. Т.ч. я здесь уже как отчасти официальное лицо, поняли?
   - Да-а, - только и сказал Эдуард, обрадовавшись про себя, что ничего не сказал про Францию, их европейского партнёра. Но обрадовался он рано: на дорогу перед ними вышел эпиорнис.
   - Это кто? - мадам Вильер спросила, как только аэрокар окончательно остановился и можно было говорить без опаски задохнуться.
   - Эпиорнис, слоновая птица, - Эдуард выдохнул. - Этого зовут Микрош - идея Андрэ - он один из самых крупных в нашем парке, уже почти три метра росту-
   - Но учтите, что новозеландские моа, пока они не вымерли вторично, могли быть ещё больше - скажем, чуть выше три с половиной метров, - добавила девушка, вышедшая из-за пернатого великана. - Здраствуйте, я, э, Джоанна Грэй, и я - одна из ответственных за эпиорнисов людей... да!
   - Очень приятно, - кивнула Вильер, выйдя из аэрокара. - И каково это - работать с такими великанами? Трудно?
   - Да не то чтобы, - Джоанна Грэй продолжила с минимальной запинкой, если вообще. - Они не злобные и не страшные, только тупые, знаете? Т.е., наверное, упрямые: куда им захочется, туда и идут. Едят они орехи, плоды, травянистые части растений - мяса не едят. Совсем.
   - Удивительно, - Вильер продолжала смотреть на эпиорниса. - Но по моему вы преувеличиваете их тупость. Сдаётся мне, что эта птица не тупее среднестатичной лошади, а это, право, не самые тупые животные.
   - Может быть, - легко согласилась Джоанна. - Я лошадей видела только на картинке или в интернете: на островах - хоть у нас, хоть здесь, они как-то не живут...
   - Зато эпиорнисы живут, - Хелена продолжала наблюдать, правда с достаточно большого расстояния, но без особой тревоги.
   - И что?
   - Может, их использовать вместо лошадей - в ограниченном масштабе, разумеется? Сдаётся мне, по птичьим меркам у них немало силы-
   - Нет! - Эдуард наконец набрался достаточно силы духа, чтобы заговорить. - Как было решено по договору с Всемирным Фондом Дикой Природы - никаких злоупотреблений и развлечений! С лёгкой руки Треугольника идея о коммерческом использовании искусственно воссозданных животных слишком распространилась по миру, а это нехорошо!
   - Ну почему же? Слонов, например, стали убивать меньше; носорогов тоже, - Хелена посмотрела на своего сопровождающего. - И не только в Африке, кстати. Я, вот, недавно беседовала с одним индусом-
   - Извините, но это вне нашей компетенции, - твёрдо сказал Эдуард. - Если у вас есть вопросы, или собственное мнение, можете послать их в книгу жалоб и вопросов на сайте; правда, сперва прочтите FAQ - может, там найдёте ответ заранее?
   - Сомневаюсь, молодой человек, - ответ был гораздо более суше, чем предыдущие. - Я ведь всё-таки антрополог - не забыли? К птицам и орнитологии я совершенно никакого отношения не имею, т.ч. для чего, и для какой роли, вы хотите меня нанять? А?
   Эдуард покраснел.
   - Извините, мы отвлеклись. Значит так. Эпиорнисы, они же воромпатры - это только одни из воссозданных обитателей нашего "Плейстоценового Парка". Другим его жителем будет двухметровый лемур палеопропитек-
   - Молодой человек, можно вас поправить? Конечно, я мало помню про лемуров, особенно вымерших, но двухметрового мадагаскарского лемура звали мегаладапис; это было животное с очень специфическим обликом, и мне будет действительно интересно на него посмотреть, но вот палеопропитек тут не совсем причём. Конечно, он тоже жил на Мадагаскаре, а потом вымер, но он был гораздо более скромного размера, чем мегаладапис; т.е. руки-ноги у него были длинные, а вот само тело - небольшое. Молодой человек, вы в порядке?
   - Нет, - простонал Эдуард, вытащив свой ручной компьютер и войдя в него (не минуя пароль, разумеется). - Вот, смотрите, планы на воссоздание мадагаскарских лемуров - вторая волна.
   - Та-ак, посмотрим... пока всё правильно. Судя по параметрам и по костям - Palaeopropithecus maximus вместе с ingens - это два разных вида. Мегаладапис тут причём? Его здесь нет совсем.
   - Совсем?- По внешнему виду Эдуарда было видно, что тут нужно действовать тактично, не то человек зарыдает.
   - Совсем. Слева maximus, справа ingens - видите?
   - Извините, мне нужно поговорить с начальством. Немедленно! - Эдуард снова запрыгнул в аэрокар и уехал на ней очень быстро, оставив остальных в клубах пыли.
   - М-да, похоже что вам здесь без специалиста по приматам всё же не обойтись, - Хелена задумчиво сказала своим оставшимся спутникам.
   - Есть такое, - мисс Грэй кивнула в ответ. По честному, из случившегося она поняла мало чего, но даже ей было ясно, что где-то кто-то ошибся, и теперь у кого-то полетит голова, а может быть - и не одна. - А скажите, вас не беспокоит, что я... это я?
   - Нет, - ответила Хелена после некоторых раздумий. - Думаю, что мы сможем работать без особенных проблем. У меня - лемуры...если будут, у вас и ваших - птицы.
   - Да нет, лемуры будут, их уже начали создавать два дня назад, - мисс Грэй пожала плечами. - Отменить не то, чтобы невозможно, но легче уже их завершить - волокита и такой импетус, что представить невозможно!
   Эпиорнис обиделся, что про него забыли и наложил на дороге довольно большую кучу.
   - А с птицами они конфликтовать не будут? - опомнилась мисс Грэйс.
   - В далёком прошлом - не конфликтовали, - Хелена покачала головой. - Они вообще, палеопропитеки, жили в более густых лесах, чем птицы-великаны, т.ч. думаю конфликтов между ними не будет, между ведомствами по меньшей мере тоже.
   Тут у Джоанны зазвонил мобильный телефон. - Да? Кого? Вас, - передала она его Хелене. - Может, местных лемуров вы и знаете, но вот бюрократов и "специалистов" - нет.
   - Посмотрим, - хмуро сказала её собеседница и заговорила в трубку. - Да, г-н Эдуард? В чём проблема? А-ах, кто такие палеопропитеки и чем конкретно они отличаются от мегалодаписов? Садитесь, вызывайте машину и пишите. Кому машину? Мне.
   ...Тёплый ветер гулял среди деревьев. Джоанна Грейс, "птицедева" из Новой Зеландии, пушила свои перья (как и её сосед-эпиорнис) и думала, что Хелена Вильер ещё себя здесь покажет.
  
   Продолжение следует
  
   III.1 - Мадагаскар (часть вторая)
  
   Примерно год спустя
  
   Хелена сидела между корней большого дерева неизвестной породы (вот ботаникой она никогда не интересовалась) и смотрела на деревцо поменьше. Там, удобно сидя между веток (довольно тонких и колючих, кстати) на неё смотрел палеопропитек с семейством.
   - Итак, мой древний, милый друг, чем мы займёмся сегодня? - Хелена говорила больше не лемуру - тот всё равно не понимал ни английский, ни французский - а самой себе. - За последние 65 миллионов лет приматы прошли, разумеется, немалый путь: от небольших хвостатых ночных зверьков размером с домашнюю кошку до собственно нас, но! Где на этом пути находитесь вы?
   В ответ палеопропитек что-то мелодично свистнул и даже развёл своими руками. Он был не очень большим зверем: примерно по пояс взрослому мужчине, но обладал очень длинными руками, что компенсировало его относительно короткие задние.
   - Ну да, конечно, понимаю. Мадагаскарские лемуры - включая и вас - сошли с дистанции на пути к человечеству довольно рано, вместе с Мадагаскаром, когда он-там-у-нас-откололся? Впрочем, это к Эдуарду или Гильому или кому-то-там-ещё, кто этим занимается, а мы займёмся вами.
   Палеопропитек снова что-то свистнул. Хелена вздохнула и повернулась. Там, за ней, а вернее - над ней, сидел ещё один палеопропитек, помоложе и поменьше первого и довольно успешно обезьянничал.
   - Угу. Что касается мозгов, молодой человек... т.е. обезьян... т.е. лемур, то они у вас не самые простые - но и не самые сложные. В конце концов я на данный момент тоже не виду себя особенно сложно, даже с точки зрения мамонтов... - Хелена резко повернулась и столкнулась нос с носом с первым палеопропитеком, пока тот, быстро свесившись пониже, стырил у неё карандаш. - И что же ты собираешься с ним делать, мОлодец?
   Вместо ответа палеопропитек взял карандаш в рот и укусил. Его морда исказилась от неприятного вкуса, и он однозначно выбросил оную деревяшку с графитом куда подальше.
   Немедленно, все остальные палеопропитеки, возглавляемые вторым, который и передразнивал изначально антрополога, кинулись вслед за карандашом. Первый палеопропитек, оставшийся в гордом одиночестве, озадаченно кивнул и кинулся вслед за остальными.
   - Зато вот иерархии в ваших стаях, как у настоящих обезьян, нет, - Хелена меланхолично продолжала делать записи в своём бланкноте вторым карандашом. - Да не стаи это - скорее семейные группы, как у человекообразных обезьян Африки: горной и равнинной гориллы, карликового шимпанзе...
   Мысли о материковой Африке заставили экс-англичанку помрачнеть: был ли это материк "колыбелью человечества" или нет, но вот положение там было не очень хорошим. Намеренно или нет, но Треугольник залихорадил весь мир: деньги - это всегда деньги, но иногда - не только.
   Слоновая кость, как и носорожий рог, были всегда очень серьёзным вопросом в мире экологии и экономики, и Треугольник, так получилось, нажал именно на них. Он - его члены - нажал, а другие, вроде Всемирного фонда подхватили, и мир затрясло. Затрясло даже не столько в финансовом смысле, сколько в общественном. Нет, действительно, зачем связываться с браконьерами и прочей уголовщиной, если можно получить хоть одно, хоть другое совершенно законно, да ещё и от некогда вымерших зверей? Это ж не менее круто! Так считали одни (китайцы, например).
   Другие так не считали, а усилившиеся запреты и штрафные санкции на кость и рог африканских и азиатских слонов только подтолкнули их аппетиты, т.ч. теперь браконьеры шли на дело серьёзно, чуть ли не по военному, где их встречали лесники, подготовленные тоже достаточно обстоятельно: у фонда, благодаря договору с Треугольником (правда, договор этот никто никогда не видел) деньги на экипировку разных защитников природы были.
   А вдобавок - и Мадагаскар. Деньги у него тоже завелись, и он - его правительство - охотно их использовали для решения своих политических проблем, например в Сомали, которую африканская островная республика уже практически купила и превратила в своего вассала, отчасти деньгами а отчасти солдатами. Недаром Индия, с её собственными проблемами - браконьерами и т.д. - заклялась иметь дело с африканцами.
   И самое занятное - что это не устраивало кое-кого в Европе. Если СЮС в своё время связался с США, то Мадагаскар - с Францией, и теперь, было похоже, история повторялась, ещё и с благославления Интерпола.
   Мысли Хелены были прерваны двумя событиями. Во-первых, семья палеопропитеков промчалась мимо, "преследуемая" несколько ошалевшим эпиорнисом. А во-вторых ей пришла СМС. Хелена прочитала её, подняла от задумчивости брови, и пошла по направлению к дороге.

* * *

   - Мадам Вильер, - Эдуард был самой учтивостью, что означало, что в АТВ (аэрокары в парке не годились: слишком гудели и распугивали животных и птиц) были посторонние люди, которых он не знал. - Как исследования проходят?
   - Как я и ожидала, - Хелена была не прочь поговорить про них. - Эпиорнисы - воромпатры - совершенно не мешают лемурам, а те - птицам. Контакты - и конфликты - конечно будут, но участники-то в слишком разных весовых категориях, чтобы тут были проблемы...
   - Здорово, Хелена, - вышедшая из АТВ невысокая но крепенькая блондинка хотя и была относительно молодой, но только настолько, чтобы быть младшей сестрой антропологинии. - Ты совершенно не изменилась.
   - Здорово, Сара, - Хелена среагировала на новоприбывшую довольно мирно, что не было вполне обычно для неё. - Эдуард, это моя младшая двоюродная сестра Сара; её брат, Джэк, наверное ещё в авто?
   - Да нет, вышел из него - с сопровождающими, - блондинка покачала головой, но заметив, как изменилось лицо старшей родственницы, поспешила добавить: - Нет, честно. Он тут ничего не мудрит, наш Покоритель Великанов-
   - Твой брат, Сара, имеет тенденцию влипать в неприятности, а они тут могут быть международными, - Хелена покачала головой. - Да и если не будут...
   - Говоря о неприятностях? Коннор меня бросил, - Сара внезапно выпалила как из пушки. - Говорит, что я страшно холодная - каково?!
   - Ты точно уверена, что из-за этого? - Хелена оставалась невозмутимой, в отличие от своей младшей родственницы.
   - Надеюсь...
   Эдуард деликатно закашлялся, привлекая к себе женское внимание. - Мадам...
   - Ещё раз. Сара, этот молодой человек - Эдуард А, А, никак не запомню его фамилию - она длинная, как сам Мадагаскар. Эдуард, эта молодая дама - моя двоюродная сестра Сара, с её братом Джеком вы кажется уже познакомились...
   И тут на дорогу и выбежал оный Джек. Выбежал, увидел старшую родственницу, и застыл. А вслед за ним - пара сопровождающих (нормальных, не генетически модифицированных), которые сперва машинально тоже остановились, а потом взяли его за плечи и оттащили в сторону, т.к. вслед за ними на дорогу вышел очередной эпиорнис, который несколько недоумённо остановился, посмотрел со своей трёхметровой высоты, и пошёл себе обратно в лес.
   - Джэк, - голос Хелены был подчёркнуто уравновешен. - Что ты сделал?
   - Я? Ничего? Просто пошёл за этими приматами, обезьянами-
   - Полуобезьянами, Джэк. Ты на него наступил?
   - Да я и сам не понял - шёл себе, шёл, и вдруг чуф! Ффыр! И передо мной - трёхметровая птица. И чего она на земле делала?
   - Отдыхала. Эпиорнисы много едят и много отдыхают; впрочем, все местные звери и птицы так делают - островная специфика... Какие вести из Англии?
   - Сару сократили, - Джэк машинально выпалил, после чего родная сестра одарила его очень сердитым взглядом, а двоюродная - подчёркнуто ровным. - Что? Ведь сократили. Правда, предложили ей работу в слоновнике - дерьмо убирать. А ведь у неё диплом!
   - Какой диплом? - не выдержал Эдуард.
   - По... гер-пе-то-ло-гии, - Джэк аккуратно ответил, по слогам. - Вот какой! Это ящерицы, змеи... ну, для неё - в основном ящерицы. Где здесь слоны?
   - Да, действительно, где, - согласилась и Хелена. - Сара, это не из-за меня?
   - Не знаю, - призналась блондинка. - Одно время про тебя все "забыли", а мы на наше родство не очень напирали, т.ч. не знаю. Плюс экономика у нас сейчас не очень - одни санкции. Против Ирландии и остального Треугольника; против Канады; Австралия по-прежнему чего-то выпендривается; Новая Зеландия - не знаю.
   - Зато я знаю. Лицо мира меняется...
   - И на что?
   - Или на мир, где будет несколько крупных полюсов, а более мелкие страны будут у них сателлитами, или на лоскутный мир, где будет одна мелочь, и только.
   - Ага, Тёмные века...
   - В Тёмные века, мой мальчик, было такое время когда вокруг Средиземного моря было аж четыре империи, - флегматично заметила Хелена. - Франкская, византийская, испанская и мусульманская. В Испании, правда, тоже правили мусульмане, но вроде бы другого толка, чем на Ближнем Востоке... не помню. Одним словом, ты попал пальцем в небо.
   - Ну, почему? Чем же это не многополюсный мир, о котором и шла речь раньше?
   - Тем, что ты думал не о нём, когда упомянул Тёмные века!..
   - Ну, это у них может быть надолго, - Сара повернулась к Эдуарду, - т.ч. я пока пожалуй позавтракаю. Где это здесь можно сделать?
   - Это - дальше, - со вздохом сказал Эдуард. - Мадам Вильер, вы с нами?
   - А как же!

* * *

   Завтрак был достаточно прозаичен, если не считать различных тропических мотыльков, мух и ос, которые роились вокруг веранды - даже противомоскитные сетки не помогали до конца. Цикады, разные древесные сверчки и кузнечики были менее назойливыми - они просто сидели на деревьях и кустах и позванивали на разные лады.
   - А мне казалось, что они это делают по ночам, - невпопад сказал Джэк, прежде чем до него дошло смысл сказанного. - Тьфу ты!
   - О Покоритель и Победитель Великанов, сейчас сколько? Почти четверть четвёртого ночи! - Сара едва сдержалась от соблазна показать брату язык. - У тебя часовые пояса совсем нарушились!
   - У тебя тоже! Завтрак-
   - Мадам Вильер? Вы уже вернулись? - тишину нарушил новый голос.
   - Мисс Грэй, извините, - Хелена повернулась к нововошедшей. - Сара, Джэк - это мисс Грей: она отвечает за эпиорнисов. Мисс Грэй - это мои двоюродные брат и сестра, Джэк и Сара Амброуз.
   - Очень приятно... только за эпиорнисов отвечаю не я, в смысле - я не главная, - мисс Грэй заметно смутилась. - А, э, почему вы здесь? В смысле - это личный визит или в гости? Тьфу ты - по работе?
   - По работе, - важно заметил Джэк, взяв себе на тарелку ещё мюслей. - А вы местная?
   - Разве не заметно? - мисс Грэй ответила вопросом на вопрос, выйдя на более освещённое пространство. - Из новозеландских я!
   - Очень приятно, - Сара кивнула почти также невозмутимо, как когда-то это сделала её двоюродная сестра. - Извините за Джэка - он с хорошенькими девушками кокетничать не умеет, а любит...
   - ...
   - Сара, помолчи. Мисс Грэй - извините моих обормотов. Сара, ещё раз - у мисс Грэй низкая самооценка, и Джэк ей не нужен в любом случае.
   - Мадмуазель... Грэй, вы же знаете: мадам Вильер - женщина неординарная, естественно, что и её родня...родичи...родственники - тоже, - добавил свою лепту и Эдуард.
   Птицедева хихикнула. - Я знаю. Я просто ожидала, что они будут помоложе, что ли?
   - Мадмуазель, я может быть стар снаружи, но внутри я очень даже молод! - наконец сказал своё слово и Джэк.
   -... Вот теперь вы действительно такой, каким вас описывала мадам Вильер, - Джоанна покачала головой. - Так вы тут в гости? Или на работу? Или как?
   - На работу, - Джэк не думал униматься. - Блоха... в смысле сестра - в штат, герпетологом, я-
   - Мы ещё не решили - может, отправим его обратно, - заметила Сара, явно задетая "блохой". - В Англию, значит. - Она помолчала, и добавила. - Кстати, кузина? Я говорила с этой Кристой - ты её знаешь - она намекала, что скоро уйдёт в отставку.
   - Знаю, - важно кивнула та. - ЕС встал. Намечалось, вроде бы, противостоянии, две равновесящие партии, католический юг против протестантского севера, так Франция воспротивилась - из своего интереса, ясен день, т.е. ночь - и там теперь раскол. Юг-то по-прежнему держится вместе, а вот север - не очень.
   - И это всё заслуга твоих новых друзей, Хелена!
   Наступила пауза, пока Хелена достала свои очки и посмотрела на новую гостью.
   - Меня укусила очередная ядовитая дрянь и я брезжу, или это действительно ты, Кристи, чертовка. Заявилась часов в пять утра и сразу руки в боки? Мы что - с тобой расписались?
   - Я. И нет - с тобой не распишешься, - последнее немного смутилась, но именно, что немного. - А здесь я потому, что я в отпуске - и скорее всего, навсегда.
   - И это из-за меня?
   - И из-за тебя тоже. Пока ты изображала из себя англичанку перед туземцами в РФ и Ирландии - это ещё можно было понять. Но это...ты тут решила остаться?
   - Да.
   - Значит, ушла эпоха, - философично подытожила речь Криста. - Может...
   Из джунглей раздался резкий крик. - Это что - богомол? - Джек попытался отмочить очередную шутку.
   - Нет - фосса. Ещё один мадагаскарский эндемик, спасённый от вымирания... метафорически, не буквально, в отличие от параплиопитеков и ко., - пояснила Хелена. - Местное правительство одно время очень волновалось, что будет, когда этот мега-мангуст познакомится поближе с возрождёнными птицами и лемурами, но всё обошлось... а Криста, политика - это же твоя жизнь-
   - Эпоха прошла, - та стояла на своём. - Северную Ирландию мы потеряли, ЕС на наше мнение плевать, а всё, что их интересует Её Величеству - это кто унаследует, Сын или Внук?
   - И кто?
   - Сын! Для Внука - его жена малохольная единственный свет в окошке. Филипп вот не удержался, высказал Внуку в частной беседе всё, что его партия про это думает, а Внук устроил истерику, выложил всё это и на Интернете, и на ТВ...его дело, одним словом, проиграно.
   - И ты вспомнила обо мне - спасибо Криста, я это оценила, - Хелена только и вздохнула. - И это как раз тогда, когда мне ещё надо о семье подумать...
   - Кузина! - Сара не выдержала. - Она же - тоже семья. Ну, с твоей стороны... - она пнула ногой сидящего рядом с ней мужчину. - Ну, скажи что-нибудь!
   - Я уверен, мадам, что мы найдём вам место, - сказал Эдуард, пускай и несколько чопорно. - Что? Меня пнули, я и сказал.
   - Я, э, брата хотела пнуть, - только и пискнула Сара.
   - Одним словом, у меня приданного - полная семья психов с возможным пополнением в будущем, - флегматично сказала Хелена. - И другого предложения, а также альтернативы, не будет. Пойдёшь? Т.е. берёшь?
   - Беру. И иду, - Криста только и выдохнула. - А теперь - спать!
   - ...
   - Что? Полседьмого утра, а я ещё не минуты не спала! - и Криста твёрдой походкой ушла в спальню.
   - Какая женщина, - только и сказал Эдуард.
   - Это ты ещё ничего не видел! - только и ответила ему Хелена.
  
   Конец III.1 - Мадагаскар
  
   III.2 - Северная Европа
  
   Через несколько месяцев...
  
   Зима в Германии - даже в её "хартленде" - это нечто другое, чем зима на Мадагаскаре и вообще к югу от Сахары. Да, на дворе был конец февраля, согласно календарю с дня на день должна была быть весна, но подобно тому, что бьют не по паспорту, а по морде, так и кожа ощущала на дворе самую полновесную зиму, а не весну, хоть ты тресни!
   - Да-а, - сказала одна из пассажирок вертолёта, слегка поёживаясь в своём видавшем виды пальто, - это не Ирландия и не РФ, а нечто третье!
   - Да? Очень рада, - пассажирка номер два была закутана гораздо сильнее, но по-видимому она и мёрзла гораздо сильнее тоже. - Я, в отличие от тебя, никогда не путешествовала по всему свету-
   - Это потому, что если в областях генетики и прочее мы сделали колоссальный прорыв, то вот в технике - не очень, - ответила номер один. - Такое ощущение, что аэрокары и их гибриды с автомобилями - это пока что наш потолок. Плюс, конечно, конспирация - сюда, до Халле, мы летели на каком-то ублюдочном потомке я даже не знаю чего - автожира 1923 года, наверное...
   - Ты несправедлива и не понимаешь в технике - совсем запуталась со своими лемурами, на человека перестала быть похожей!
   - И что? С лемурами-то просто, человек!
   Хелена лукавила, правда не до конца. Действительно, после нескольких бурных и активных месяцев дискуссий, когда ей пришлось объяснять чуть ли не всем и каждому, что палеопропритек - это не мегалодапис, хотя общего у них было не мало - она стала немного мизантропом, что есть то есть. Но вместе с тем она ещё и создала себе репутацию как знатока не только лемуров из мира приматов.
   Возможно, это был справедливо - в конце концов в антропологии Хелена специализировалась именно на эволюции людей, а не мадагаскарских лемуров, т.ч. первых знала гораздо лучше последних - но то, что обещало произойти здесь, к эволюции имело довольно отдалённое отношение вообще...
   - Донья Хелена! Донья Криста! - чеканный мужской голос заставил их обернуться. - Я очень рад, что вы прибыли сюда как независимые наблюдательницы...
   Обе дамы резко помрачнели. Бравый дон Мигель-Мануэль Эльманрикес представлял на намечающемся празднике жизни СЮС и практически не скрывал, что он занимал немалый чин в военных силах данного Союза. Это-то полбеды, но СЮС в последнее время твёрдо занял место "l'enfant terrible" в мировом обществе: хотя его внутренний рост оставался стабильным, СЮСу явно хотелось расти и дальше, а это уже мало кого устраивало...
   - Именно так! - кивнул дон Мигель. - У нас практически нет друзей, кроме Штатов, и те больше друзья политические, а не по воле. Нам нужно зорко бдеть, чтобы не обзавестись наоборот врагами!
   Его собеседницы промолчали: они уже наслушались политического мнения в полёте сюда и вовсе не желали слышать снова...
   Тоже самое можно было сказать и о американце, который вышел вслед за доном Мигелем из воздушной машины.
   - Не надо, дон, израсходовать своё красноречие зря, - сказал бородатый шатен. - Мы его полностью оценили - не правда ли, дамы?
   "Дамы" снова помолчали, только кивнули: американец хотя и был доктором каких-то там наук, возможно, что и генетических, но выглядел столь блёкло и невыразительно, что с ним просто не хотелось общаться: и не за чем, и чревато.
   - Да ладно тебе, Филиппе! - СЮСовец повернулся к своему американскому визави вполне по-панибратски. - Ты что, не видешь, что доньям холодно - особенно донье Кристе - и я пытаюсь согреть и развеселить их своими речами!
   - Не сомневаюсь, - согласился ещё один мужчина, тоже вышедший из нутра их транспортного средства: что бы Хелена по поводу этого средства не брюзжала, а было оно и надёжным, и вместительным. - Благородный дон, ты взгрел всех нас своими речами. Не правда ли, "донья Криста"?
   - Патрик, - бывшая англичанка брезгливо оттянула свою губу при виде своего бывшего соотечественника. - Ну, теперь я точно знаю, что Англии конец.
   - Да-да, конечно, Криста - Англию давно хоронили, и она всё ещё жива-
   - Но как ты показал в вопросах о полезных ископаемых и о равных правах сексуальных меньшинств, это тебя не остановит - ты её как гробил, так и гробить будешь-
   - Криста, - Патрик начал багроветь. - Что ты тут вообще делаешь?
   - Она со мной. Мы представляем Францию с союзниками на этом празднике жизни, - Хелена аккуратно встала между двумя собеседниками. - И на возможный вопрос "почему?", отвечаю - возможно, от нас хотят избавиться... политически, а не буквально. - Она помолчала, и добавила:
   - Кстати, это мне только кажется или нас в этой автожире было больше?
   - Вы про китайца забыли - вот он, товарищ Пинь Чо, или как там тебя, а? - СЮСовец обратился к невысокому и невзрачному китайцу: по сравнению с ним американец казался просто Гераклом. Тем не менее, взгляд, которым он одарил дона Мигеля был очень недружелюбным и красноречивым.
   - Дамы и господа! - зарождающийся не то скандал, не беседу, прервал ещё один голос. - Я рад видеть представителей ООН в нашем научном комплексе. Я - доктор Вильгельм МкКарти и я буду вашим гидом здесь.
   Все дружно ему похлопали, ещё и потому, чтобы немного согреться: небо хоть и расчистилось, но на дворе всё равно было холодно.
   - Благодарю, - сказал странный доктор Вильгельм (одетый, кстати, с иголочки). - Я также рад и почтён вас всех встретить. Попрошу за мной.
   И делегация пошла вовнутрь комплекса.

* * *

   Вопряки ожиданиям делегатов, за той стороной ограды зданий было мало, и они казались не жилыми, а нежилыми, построенными явно для других целей, чем для жилья.
   - Однако, напоминает полигон, - задумчиво протянут дон Мигель. - Вон явная полоса препятствий, вон там - стрельбище, а здания мне конкретно напоминают бараки, да.
   - Потому что они и есть - сделаны по планам соответствующих учреждений Треугольника, - ответила ему тихо Хелена, - только вот по устаревшим планам, понятно?
   - Леди и сэр, я могу открыто объявить вам, что мы сделали это так в виду собственных причин, - доктор Вильгельм услышал их и вмешался в разговор; вообще, несмотря на то, что одет он был с иголочки и выглядел очень престижно, включая аутентичную трубку в зубах (с табаком), было в нём какое-то несоответствие своему имиджу; было в нём что-то бутафорическое, что заставило высокопоставленных гостей засомневаться в нём с самого начала. - Возможно, высшее руководство Треугольника считает, что их старый режим обучения охраны устарел; возможно, что в наши дни прорывов в науке и технике, это так. Но мы так не считаем! Тело тоже нужно подготавливать, а не только мозги!
   - Тело, герр доктор? - Криста посмотрела на него с открытым непониманием. - Вы что хотите сказать?
   - Извините, - доктор несколько смутился. - Хотя моя семья в своё время иммигрировала из англоязычной Канады по... личным причинам, в нашей семье по английскому почти не говорят, и я его изрядно подзабыл. Я хотел сказать, что наша программа более динамична, но и сурова, чем её визави в Треугольнике, и создает лучших солдат, чем там.
   - А зачем вам нужны солдаты?
   - Под "нами" вы имеет в виду ЕС? А как это зачем? Не хочу обидеть вас, гости дорогие, но в последнее время многие страны начинают создавать новые, профессиональные армии. СЮС по-прежнему планирует расшириться за счёт своих северных соседей, и те реагируют на это однозначно: образуют новые коалиции, усиляют свои армии вплоть до наёмников из бывших Зелёных беретов. Интерпол образует собственные вооружённые силы - вместе с Францией. Англия, Китай, США... объяснения ведь не нужны?
   - И ЕС решило следовать общим тенденциям?
   - А что нам остаётся делать? Идти на поводу у Треугольника с его полным отсутствием моральных и нравственных ориентиров? Нет! Но без собственных вооружённых сил этого не будет!
   - Чего не будет?
   - Собственной политики! Добро должно быть с кулаками, и вы в этом убедимся, когда мы представим вам новое лицо ЕС-
   Тут, из какого-то здания, послышался шум, звуки. Со времён несчастного открытия "Птичьего Парка" старой Новой Зеландии прошло немало времени, и непосредственных очевидцев того события не было вообще, (не выжили), но информация - иногда очень свежая, почти непосредственная - как раз сохранилась, и теперь она всплыла в мозгах у кое-кого из делегатов.
   - Назад! - крикнул кто-то, оставшийся неизвестным. - Сейчас начнётся!
   Началось! Из здания вырвался очередной кто-то, чей облик на глазах менялся и деформировался. Даже применённая правильно, генетическая модификация людей является очень неаппетитным зрелищем, а тут, на глазах у делегатов, несчастный прорастал новыми костями, которые тут же обрастали плотью и было ясно, что это был очень болезненный процесс.
   Несчастный человек - очень молодой человек, возможно даже юноша - худо-бедно приподнялся на колени и простонал:
   - Воды!
   Его лицо, да и голова в целом, было резко искажено, и даже не особенно напоминало человечье, в отличие от торса, который был вполне гуманойдным, правда, поросшим густым волосом или даже шерстью. Но вот ноги, особенно ниже колен, уже совершенно не напоминали человечьи...
   - Воды! - снова простонал несчастный, и все бросились кто куда: кто - выполнять просьбу парня; кто - вызывать поддержку по мобильному или искать её (поддержку) среди обслуги; а кто - разобраться, что же тут происходит?!
   - Нет, не надо, это эксцесс! - доктор Вильгельм попытался взять ситуацию под контроль: вместо этого за воротник взяли его самого.
   - Ах, эксцесс? А где же норма? Отвечай!
   Доктор пискнул и упал в обморок.

* * *

   - Итак? - только и был задан вопрос когда через пару с лишним часов на территории данного научного комплекса ЕС, образовалось хоть какое-то подобие порядка.
   - Молодой человек, - Хелена обратилась к тому парню, который и вырвался как раз на свободу. - Как вы себя чувствуете на данный момент? Сейчас?
   - Сейчас? - парень почесал у себя в затылке, даром что на руках пальцы остались, в отличие от ног. - Сейчас... Знаете, можете смеяться, но сейчас-то я чувствую себя как обычно, нормально. Звучит, конечно, бредово: даже без зеркала ясно, что я похож на чёрта, но внутри, под кожей, ничего!
   - А раньше?
   - Когда вкололи - утром, тогда и началось. Т.е. нет, сперва всё было, как доктор и обещал: мускулатура, костяк, всё чин-чином, где-то даже хорошо, бодряще так... А потом, минут через 10, наверное, может чуть меньше или больше, и началось... Меня однажды скорпион ужалил, т.в. это было совершенно не так! ...А дальше я и не помню, только с той минуты когда я вас увидел помню...
   - Да, молодой человек, вам не повезло, - только и кивнул Патрик: он помог Хелене докатить 10-литровую бутыль с водой к "пострадавшему номер 1", а уж затем оный пострадавший поднял ту бутыль одним махом, осушил, в принципе, тоже. - Мы ещё не знаем, что пошло не так-
   - Что-что. Согласно протоколу им. Хаягасы замена ДНК-реципиента на ДНК-донора не должно превышать 35%, а добрый доктор Дуллитл-МкКарти загнал аж 45%! Вот реципиентов и скрутило! - Криста безцеремонно перебила бывшего соотечественника, оторвавшись от чтение информации на компьютере доктора. - Нет, мы знаем, что этот протокол ещё не признан во многих странах, но массово проводить эксперименты на людях - это тоже нечто!!
   - 45%? Это... сильно... - даже американец смутился. - И очень плохо. Хотя могло быть и хуже. Погибших - около 23% от общего числа. Это плохо, но могло быть и хуже... - он замолчал.
   - Ну, что ещё? - даже представитель СЮС повернулся к янки. - Не томите душу, благородный дон!
   - Женщин, участвующих в эксперименте было довольно мало, в крайнем случае одна треть от всего числа участвующих. Т.в. - большинство из них выжило! Это странно.
   - Вы их просто не видели, - Хелена покачала головой. - По-честному, я тоже их увидела только одним глазом, но-
   - Но? Не томите и вы, благородная донья.
   - Делом в том, что ДНК-донор был крупный рогатый скот; не знаю только мясной или молочный-
   - Коровы. Спонсоры доктора Дуллитла использовали ДНК коров. На Мадагаскаре-то используют ДНК бегемотов: тоже не хищный зверь, и не особенно грациозный, но сильный, достаточно маневренный, и с агрессивностью у него всё в порядке. Вот ЕС и решил действовать аналогично... - пояснила Криста.
   - Всё так, с одной важной разницей: быки и коровы различаются друг от друга гораздо заметнее, чем бегемоты от бегемотих, и даже чем мы - от вас, т.ч. в данном случае вторая волна мутации вычеркнула первую и вообще прошла более мягко, чем у мужчин, - Хелена закончила свою речь.
   - Одним словом, ЕС попал - просто попал, - подвёл итог американец и все с ним согласились.

* * *

   Даже в феврале, в конце зимы, темнеет рано. Оно конечно, никто после случившегося днём спать не собирался, но "подоспела кавалерия" (всё на тех же потомках Сикорского), и "героев первой волны" оттеснили в сторону: надо было решать, что делать.
   - Это, быть может, и не конец ЕС, - американец говорил дону Мигелю, - но вполне может им быть. Особенно если постараться... - он задумался и замолчал.
   Дон Мигель (который был таковым только по данному паспорту), молчал ещё раньше. С точки зрения СЮС, США создал в своё время ЕС чтобы говорить с Европой на равных, а то и как старший брат, после того как СССР вымер. Но как-то не получилось, а после истории с Сирией отношения ЕС и США стали постепенно ухудшаться. Оно конечно, нечто не вечно под луной, и когда-то было так, что США находились в "прекрасной изоляции" от остального мира, но тогда у них была доктрина Монро, которая позволяла им творить, чего они бы не захотели в Новом Свете, а теперь - нет.
   Т.е. доктрина была по-прежнему (скорее всего), но теперь там был СЮС, у которого были собственные планы, и который совершенно не нуждался не в какой американской доктрине. Нужно было что-то делать... но это было в будущем.
   "Нуждается ли Европа в ЕС?" думал полковник. "Сказать трудно. Очень уж Европа разная, а в последнее время чем дальше, тем больше. Нуждается ли Европа в США? Когда янки поняли, что европейцы отнюдь не склонны таскать Штатам каштаны из огня, но вполне наоборот, и дали о том европейцам понять, дружба Европы и США стала рушиться. Нуждается США в ЕС? Да. Это создаёт не то реальность, не то её иллюзию, что Европа - это одно единое целое, как и США, в чём Штаты конкретно нуждаются - ну, это их тараканы. Нуждается ли США в Европе? Сказать трудно. Когда они поняли, что даже на бреющем полёте и супер-новой технике демократию по миру не разнести, вопрос об их отношениях с Европой завис в воздухе..."
   - Это, быть может, и не конец ЕС, - сказал дон Мигель, невольно имитируя своего собеседника (о чём он в будущем весьма жалел), - но хоронить ЕС будем не мы!
   - А кто? Россия?
   - Не знаю... Европа не может решить: Россия - это Европа или нет? Россия, кстати, решить этот вопрос тоже не может, но речь не об этом. Речь о том, что Европа должна этот вопрос решить: уж больно сильно Россия в Европу влезла.
   - Треугольник...
   - Именно. Кстати, вы заметили, что представителя РФ тут не было. Не пригласили, принципиально не пригласили, и если бы не конфуз...
   - Это так, но пожалуйста помолчите: вы слышите?
   Оба мужчины прислушался: где-то поблизости назревал большой скандал.

* * *

   Мутантка (минотавриха, как их уже окрестил Патрик) была безутешна.
   - Две серебряные медали по лёгкой атлетике, - рыдала она. - Причём я могла рассчитывать и на золото! Главная спортсменка в нашем батальоне - вот кем я была! А теперь я кто? Рыжая корова какая-то!
   - Беата, ты не права - ты и теперь очень хороша! - пытался утешить безутешную "корову" её кавалер, но безуспешно.
   - Отстань, Бенедикт, - только и хлюпнула носом она. - И почему вообще рыжая? Никогда у нас в роду рыжих не было!
   - Зато среди коров было. Надо было учитывать и масть доноров тоже, - Хелена только покачала головой. - Другое дело, что я не знаю, что есть ли белые породы коров - вот чёрно-белые - это да, наверняка...
   - Извините, фрау-
   - Вильер.
   - Нельзя ли эту масть вывести? - Беата спросила вполне адекватным голосом и тоном.
   - При современном уровне техники? Никак нет.
   - А как же Мадагаскар?
   - А там мы работаем с бегемотами - у них масти нет, все поголовно лысые. Вон, видели, прибыли и они...
   Парочка посмотрела на очередную группу поддержки: на этот раз дюжих африканцев, ростом и шириной плечь не уступавших "минотаврам", а потом друг на друга.
   - Ступай, - Беата мрачно кивнула своему кавалеру. - Может там выяснишь что-нибудь толковое?
   Тот кивнул и пошёл, пускай и несколько медленно,а Беата посмотрела обратно на Хелену:
   - И всё-таки, фрау Вильер, вы же женщина и умная, и опытная, вы не можете посоветовать, что мне делать? Что нам делать? Люди говорят - равноправие, равные возможности, а вот только это тронули, и оказалось совсем не так. Бенедикт и другие - они хотя бы сохранили свои способности, а вот мне и другим девчатам как? Сила у нас, конечно, есть, но вот всё остальное... Чувствую себя коровой не только буквально, но и метафорически...
   - Знаете, мадмуазель Беатриса, - Хелена не договорила: в стороне раздались крики, шум, и когда все посмотрели туда, то оказалось, что они окружили худощавую крашеную блондинку неопределённого возраста с довольно сварливым выражением лица.
   - А! Да это же г-жа Кададэнас! Это она здесь главная! Доктор Вильгельм, по крайней мере, всегда её слушал! - вскричала экс-спортсменка. - Да она мне, нам-
   - Минуточку, - Криста перебила её. - Сейчас разберёмся.
   Впрочем, "разобралась" Криста довольно своеобразно. Сперва она подошла к толпе, которая мрачно и озлоблённо слушала пронзительный голос крашеной Кададэнас, которая отчаянно утверждала, что всё её комплекс сделал правильно, что во всём виноваты злые коммунисты и американцы, а потом сказала:
   - Мадам. Как представитель комиссии прав человека ООН я помещаю вас под временный арест за нарушение техники безопасности и наказываю вас денежным штрафом, размеры которого будут выяснены лично.
   - Что-о? - крашеная блондинка не удержала ноту и закашлялась. - Меня? За что?
   - За то, что вы могли были быть введены в заблуждение местными горе-специалистами, - флегматично ответила Криста. - Ваша окончательная беда ещё не выяснена, успокойтесь. Адвокат у вас есть?
   - Есть, - машинально ответила та, - только он вне пределов досягаемости.
   - Это плохо. Что ж, думаю вы получите государственного адвоката, ясно? А пока, - она обратилась к своим новоприбывшим подчинённым, - уведите её куда-нибудь под арест пока её не линчевали, ясно?
   И Кададэнс увели.
  
   Конец III.2 - Северная Европа
  
   III.3 - Маврикий
  
   Несколько месяцев спустя
  
   Дождь висел в воздухе. Небо было затянуто облаками, над низинами поднималась туманная - и сырая - дымка, и на губах был явный вкус влаги. А что тут поделаешь? Начало весны, сезона дождей и муссонов...
   Муссонов, правда, пока не было, что было очень хорошо - ДНК человечество научилось разбирать (правда, судя по последним новостям из Европы - по-прежнему с ошибками), а вот климат - нет. Ну, судя по ошибкам связанных с ДНК, это может и к лучшему.
   - Что к лучшему? - спросил спутник Симон. - Вы что-то сказали? Я не расслышал.
   Симон-Филипп, уполномоченный представитель островов Маскарен на Маврикие покраснел. На его счастье и на счастье его начальства, знаменитая и ужасная Хелена Вильер не прибыла на Маврикий, чтобы дотошно разобраться во всех деталях - она и её партнёрша, Кристина "Криста" Джонсон-Вильер сейчас были в Европе как свидетели и эксперты по делу "минотавров", и Симон-Филипп считал, что это хорошо: при одной мысли о столкновении с грозной Хеленой лицом к лицу он самым стыдным образом потел. Но в то же время...
   Но в то же время Хелена видно потянула за какие-то рычаги, а их было у неё немало, и союз Франция-Мадагаскар-Новая Зеландия на Маврикии (вернее, на Маскаренах) был представляет на данный момент молодым человеком по имени Джэк Амброуз и его спутниками, и о них у Симона были свои сомнения.
   Первым делом молодой человек Джэк Амброуз (кстати, почти одного возраста с Симоном-Филиппом) спросил у С.-Ф. в аэропорту, а знает ли уважаемый С.-Ф. где тут можно найти травку (речь шла не о простой мураве, естественно)? С.-Ф. машинально ответил, что знает, чем вызвал понимающее выражение лица у Джэка, и с тех пор (прошло часа 4) их отношения явно не оправились.
   А вот его спутники... про "птицелюдей" с Новой Зеландии Симон-Филипп конечно слыхал, но никогда не ожидал увидеть... глупо, конечно. Если уж правительство решило возрождать дронта (по договору с Мадагаскаром и ко., кстати), то следовало было ожидать и "главных экспертов" по птицам, особенно вымершим и нелетающим.
   Проблема была в том, что Симон-Филипп не ожидал, что "эксперты" будут выглядеть именно так. Он ожидал не то птицеголовый людей, не то наоборот - птиц с человечьими головами, и возможно руками; одним словом, кого-то из античной мифологии, а прибыли гуманойды с вполне человечьими телами, с руками, обросшими перьями, но небольшими, (перьями - руки были вполне нормального размера), но с ногами, которые действительно напоминали ноги птиц (или хищных динозавров), и с лицами, которые действительно напоминали морды птиц, но сплющенные в более человечьи пропорции. Результат, одним словом, больше напоминал японских тенгу (или кенку), чем кого-то из древней Греции или Рима, и Симон-Филипп теперь с тревогой ждал, в чём теперь он ошибётся ещё?
   Внезапно джип остановился: впереди показались небольшие ворота: постройка, вошедшая в моду ещё со времён "Плейстоценовых Парков" РФ и Ирландии, если не "Плиоценового Парка" СЮС. В чём был их смысл сказать было трудно; там, допустим, были действительно опасные звери, вроде пещерных львов и медведей, но уже на Мадагаскаре, где хищников крупнее фоссы никогда не водилось, это было абсурдно; а уж здесь!
   Тем не менее, не смотря на эту абсурдность, Симон-Филипп вышел из машины (он был ещё и за водителя) и подошёл к часовом (их было двое).
   - Пароль! - приказал старший из них.
   Симон-Филипп ответил.
   - Пропуск!
   Симон-Филипп дал пропуск. На небе светало, облака немного расходились, и он понемногу начинал надеяться, что всё обойдётся.
   - Проезжайте!
   Симон-Филипп кивнул, вернулся в свою машину, и его мини-кавалькада поехала дальше. Часовые проводили машины взглядами (так, кстати, нужно было и по уставу), а затем переглянулись: если это птицелюды, то может они напрасно волновались? Посмотрим...

* * *

   Впрочем, когда комиссия, или коллегия, или кто там они ещё, увидели дронтов (они же додо), Симоном-Филиппом снова овладел пессимизм. На этих птиц изначально не ставили много надежд; конечно, сказать, что они "выродившиеся голуби", как это сделал один орнитолог-специалист, было излишне, но и особым интеллектом эти птицы не блистали: если и не глупее домашних индюков, то и не умнее тоже.
   На данный момент эти птицы паслись в их вальере, обустроенной и по историческим фактам, и по последнему слову науки (орнитологии) и ничего не делали. Т.е. они и так особым трудолюбием не отличались, даже по меркам животного мира, но сейчас они просто стояли у загородки и смотрели на прибывших.
   - Интересно, - сказал Джэк Амброуз. - Доминик, хочешь попробовать с ними? Предупреждаю, неофициальное мнение на Маврикии и Реюньоне, что эти птицы - тупы как вешалки.
   - Вот как? - сказал один из птицелюдей, судя по одежде (вполне человеческой) - мужского пола. - Это мы сейчас посмотрим! - И он пошёл к вальере.
   Симон-Филипп покраснел от стыда. Данный факт не был тайной, но и не особо разглашался, да и что подумают посторонние?
   - Джэк! - другой птицечеловек, судя по тону голоса - "птицедева" - стукнула Джэка Амброуза по плечу. - Хватит! Перестань издеваться над месье!
   - Извини, Джоанна, - Джэк сказал более мирным тоном, - но кузина сказала мне совершенно точно, что если я тут чего-нибудь напортачу, она сперва меня съест без соли, а потом прилетит сюда и снимет со всех двойную стружку. Т.ч. ты, пожалуйста, возьми дипломатию в свои руки, а я займусь бумагами: ты же её знаешь!
   С этими словами Джэк Амброуз действительно взял всю документацию, нужную (или считающуюся нужной) в этом деле и отошёл в сторону под дерево, где он и принялся читать её, а Симон-Филипп посмотрел на Джоанну.
   - Э-э-
   - Мисс Грей, - сказала последняя с улыбкой в голосе (может быть и на устах тоже, хотя заметить это на её лице было для неопытного человека сложно).
   - Мисс Грей. Я очень извиняюсь насчёт вешалок, я уверен, что эти птицы-
   - Дронты-
   - Дронты, они же додо, они же Raphus cucullatus, вполне достойные птицы. Просто надо признать, что они были созданы нами из-за политических, нежели экологических, соображений. Нет, вы поймите меня правильно, я уверен, что они чудные птицы, про них ещё Льюис Кэррол писал, но вот как они повлияют на экологию, да и экономику страны, мы не знаем. Мы, - он замялся и продолжил, - сделали это под влиянием т.н. французской партии, если по-честному.
   - Не английской?
   - Сложно сказать. Мы - острова небольшие, в большой политике никогда не участвовали, и вообще мы тут, в своём большинстве, потомки колонистов из Европы - и к ней мы большого отношения не имеем. Но вот в последние годы всё изменилось.
   - Австралия?
   - Судьба миловала. Покойный г-н Моррис держал свою вотчину в кулаке, и весь тот парад генерал-губернаторов не имел никакого веса. Но на нас, он к счастью, внимания не обратил - слишком мелкие. Нет, я говорил всё о той же Европе. До последнего времени мы - номинально - держались Англии и Нидерландов, просто так, по инерции. Англия, конечно, бурлила-
   - Теперь успокоилась. Коронация Сына будет примерно через неделю - Её Величество совсем плоха, а её внуки сошли с дистанции.
   - Знаю, это дошло и до нашего захолустья. Тем не менее, нас этот процесс затронул тоже мало, и мы продолжали жить как всегда, пока мы не столкнулись с г-ном Фёрном, вернее - с одним из его представителей.
   - О!
   Это "О" было произнесено так, что Симон-Филипп вздохнул и стал говорить детальнее:
   - Нет, он говорил с нами только про "Птичий парк", - он резво стал расставлять акценты, - и там захватывающе, что мы тоже решили сделать что-то похожее здесь, тем более что дронты, вы же знаете, это символ Маврикия, и вместо того, чтобы вложить деньги в акции "Птичий Парк", мы решили вложить их в дронтов. И вот результат-
   - И очень хороший результат - генетической кросс-контаминации нет и в помине, Маврикий сейчас является самым экономически развитым островом среди Маскарон, - Джэк Амброуз (Симон-Филипп про него немного забыл, кстати) подал голос. - Т.ч. успокойтесь, месье, и продолжайте более спокойно. И кстати, вы не знаете, кто ещё вкладывал деньги в "Птичий Парк" из иностранного капитала?
   - А, э, как я слышал от дяди - он работает в министерстве финансов, кстати - Англия и немного Германия, Австрия. Говорят, конечно, и про СЮС, но тот как раз с иностранным - для себя - капиталом работает редко, т.ч. в нашей семье в это не верят.
   - А во что верят?
   - В то, что Франция заинтересовалась Реюньоном - а потом и нами - для того, чтобы иметь противовес Мадагаскару. Скажу честно: нам это не нравится, мы против Мадагаскара жидковаты, да и неохота воевать в случае чего с ближним соседом ради дальнего союзника...
   Симон-Филипп осёкся: мисс Джоанна Грэй смотрела на него весьма грозно, возвышаясь над ним, хотя они были одного роста:
   - Месье С.-Ф., можете передать и своему дяде, и своему начальству, и всем остальным - что это чушь. Франция не собирается воевать с Мадагаскаром-
   - А против кого? Австралии?
   - Не знаю. Ваш дядя должен знать, что Маскароны, и в первую очередь Реюньон их интересуют, как острова. В отличие от Англии, Франция некогда не была "владычицей морей", но тянуло. Сейчас - это её очередная попытка. Кто-то умный изобрёл новый вид корабля, вдохновленный новозеландскими приключениями, и решили их построить здесь, до покорения, в первую очередь, Индийского океана.
   - Австралия...
   - Новые корабли на подводных крыльях у Австралии и СЮС не доказаны, - отрезала Джоанна Грэй. - А вот у Франции... - она замолчала, т.к. подошёл Доминик. - Ну что? - спросила она у него вместо продолжения о Франции.
   - Всё нормально, они - хорошие птицы, им только скучно.
   - ??
   - Все считают, что они тупые как... как додо, и избегают их, отделываются с ними формальностями, - Доминик покачал головой. - Зря. У птиц тоже есть душа, знаете?
   - Не сомневаюсь, - хмуро сказал Симон-Филипп. - План приёмки принят?
   - Да.

* * *

   Вечерело. Дождь так и не пошёл, но на улице изрядно парило. Симон-Филипп, опустив шляпу и подняв воротник (и чувствуя себя при этом изрядным дураком) шёл по улицам Порт-Луи к месту встречи, которое изменить было нельзя. Внезапно потемнело ещё больше, налетел ветер и полил дождь. Симон-Филипп и не помнил, как вбежал в "Молоток": непогода разыгралась не на шутку.
   - Ну, что? - спросила г-жа Дижон, непосредственная начальница Симона-Филиппа.
   - Ничего. Я говорил только с одной - Джоанной Грэй. Она - из птицелюдей, т.ч. я не знаю, насколько ей можно доверять, но она твёрдо считает, или знает, что Франция и ко. не собираются воевать - пока.
   - Пока... - повторила г-жа Дижон. - Это ключевое слово. Наш мир, мне так кажется, должен воевать, хоть кто-то, хоть с кем-то. СЮС захватил Панаму к югу от канала, а в ответ на это Панама и её союзники объявили об образовании СЦР - Союза Центральноамериканских Республик, причём войско у них совершенно не бутафорское, государственная организация - тоже... А мы? Ну да, самые сильные и важные на Маскаронах. Как там Шекспир говорил? "Тритон плотвы"? Ну да, это мы. А теперь прибыли по-настоящему важные люди, и мы легли им под ноги - причём с удовольствием. Ну да, где же нам с тобой, Филипп, иметь собственное мнение? Да и зачем? Мы же только Маврикий, и наш символ - это глупый нелетающий голубь-додо!
   - Мадам, - г-жу Дижон перебил бармен "Молотка", - к вам новые посетители.
   - Кто? - г-жа Дижон повернулась, как ужаленная. - Я никого сегодня не ожидала!
   - Алиса-Клавдия Дижон, а если я решила сделать тебе сюрприз? - произнёс новый голос, от которого душа у Симона-Филиппа ушла в пятки.
   - Мадам де Во! - лицо Алисы-Клавдии Дижон тоже перекосилось: не каждый раз ей приходилось беседовать со своей начальницей с глазу на глаз, и каждый раз это было очень неприятное событие.
   - Я, - хмуро согласилась высокая и худая женщина (за глаза прозванная "Паучихой" и "Старой Девой", но в глаза - никогда) сев за стол без приглашения. - Алиса-Клавдия, скажи открыто - ты не собираешься ложиться под англичан?
   - Нет, и не только потому, что дело Англии, Великобритании, Великой Британии - труба. Нет, потом она быть может и вернёт своё величие, но мы уже десятки лет - сами по себе, а тут прибыла Франция на правах старшего брата-
   - А если бы это была Англия-
   - Всё равно, - Алиса-Клавдия сжала губы и посмотрела начальнице в глаза. - Одно и то же. И нет, я не работаю на иностранную разведку - английскую, немецкую, австралийскую и т.д. - ясно?
   - Ясно, - кивнула де Во. Глава министерства безопасности республики Маврикия страдала от какой-то редкой тропической глазной болезни, поэтому и носила специальные очки, о чём мало кто знал. - И я тебе верю, и поэтому я не содру с тебя и всех твоих сторонников шкуры.
   - Спасибо, - только и кивнула Алиса-Клавдия, т.к. её начальница шутить не любила. - Что ещё?
   - Ещё? Как вам месье Доминик?
   - Это не ко мне, это к Симону-Филиппу.
   Де Во посмотрела на последнего; тот машинально пожал плечами, открыл рот, задумался, закрыл рот, и открыл его снова:
   - Он будет с нами работать, да? Как знак дружбы?
   - Сотрудничества, - Де Во сказала без тени улыбки. - Во Франции - и Мадагаскаре - понимают, что не всех здесь это сотрудничество радует, т.ч. да, операции, и прочая работа, будет смешанной, общей.
   Алиса-Клавдия открыла рот; де Во на неё посмотрела. - И да, конечно, полного равенства не будет, и это было понятно всем, изначально. Другое дело, что будут равные возможности, а это совсем другой зверь, вернее птица.
   - Говоря о птицах, что будет с дронтами? Визитёры открыто говорили, что придётся всё переделать...
   - Не знаю насчёт "всего", но насчёт переделки - правда. Вторым Мадагаскаром нам не стать, придётся быть кем-то другим, - де Во поднялась со стула, указывая, что разговор с ней закончен. - От души надеюсь, что этот "кто-то" будет тоже успешным. - И она ушла.
   - И всё-таки интересно...- Алиса-Клавдия не закончила.
   - Птицелюды, - сказал Симон-Филипп. - Они умеют говорить с птицами и понимать их. Мы встречались около вольера с дронтами - специально, потому что посторонние их избегают, а свои там - свои. Вот те птицелюдам и рассказали, а те - своему начальству.
   - ...Даже если предположить, что то, то что ты говоришь, не бред, то это ж додо! Они тупые!
   - Зато мы встречались там достаточно часто, чтобы даже дронты нас запомнили, и по-рассказали птицелюдям, - Симон-Филипп стоял на своём. - Впрочем, это уже детали.
   - Да, детали, - Алиса-Клавдия покачала головой. - А в целом - ты со мной?
   - Да.
   И они ушли в расходившуюся мглу (дождь уже кончился) и в будущее, где люди умели говорить с птицами, а морские просторы бороздили новые, сверхбыстроходные, корабли.
  
   Конец III.3 - Маврикий
  
   III.4 - Дальний Восток
  
   Несколько лет спустя
  
   День выдался примечательный: тёплый, светлый, с прохладным ветерком. Небо было в основном чистым, только иногда, отдельными клоками (правда, иногда довольно длинными) проплывали отдельные облака - светло, светло-белые и совсем не похожие на тучи.
   Журналист Строчкин (нет, это не творческий псевдоним, как не странно) ехал на вездеходе (машина на воздушной подушке по чину не полагалась) к морю-океану. Тихому. Не в переносном, но в прямом смысле - к Тихому океану. А может быть и к Северному Ледовитому - Строчкин был не силён в географии, да и не это его волновало...
   - И вот приходит ко нам в редакцию некто - не то Михайлов, не то не Михайлов: я его фамилию не запомнил, - писал он в своём блоге. - Говорит, что принёс повесть про Россию и русскую нацию, предлогает её опубликовать, а деньги пополам. Редактор наш, Пломба, говорит - сперва её надо прочесть. Стали читать. Ё-моё! Прямо персонаж "Чугунного всадника" М. Успенского с зациклинностью на придатки! И - в тоге русского национализма!
   Скажем так, тога довольно тонкая и не ахти какого качества. Националистом тоже надо быть умеючи, а так этот Михайлов-не Михайлов только нагадил на всех, кого пытался хвалить - кроме евреев. Этих он хотел сделать главными плохими, но не смог. Наоборот, он их выставил в позитивном свете, мастер пера!
   А впрочем, евреи бравого автора не волнуют: его волнуют штаны, а ещё вернее - то, что в них спрятано. Это, по его мнению, символ не мальчика, но мужа, и в результате этого его главные герои регулярно ковыряют у себя в ж-пе: это должно означать их светлую сущность и реализм. Какой уж тут национализм?! Естественно, что мы ему отказали: посоветовали только выложить его труд на одном из литературных сайтов: там только оплати членство и выкладывай свои труды: всё! Уверен, что если бравый аффтар так сделает, поклонники ему гарантированны!
   И тут машина остановилась. - Да? - спросил Строчкин, отложив свой электронный бланкнот. - Что случилось?
   - Мы приехали.
   - Да? - переспросил журналист и вышел из вездехода. Они находились на морском берегу, т.ч. окружающая среда стала несколько более прохладной, а отдельные облака на небе уже несколько разрослись и образовали этакую белёсую пелену, правда с довольно большими разрывами. Вдали, подальше от берега, росли одинокие деревья, покрытые листвой только отчасти: мировое потепление или нет, но для диственных деревьев так далеко на севере (вернее - на северо-востоке) было неуютно.
   - Ясно, - Строчкину было ничего не ясно, но он блефовал и посмотрел почему-то на свои сапоги. - И где же г-н Пётр-
   - Здесь мы, - сказал хриплый голос, и из морских вод показалась большая голова, лысая, но с усами. - Пётр я, а это Александр и Жанна.
   Александр и Жанна были довольно схожи с Петром, разве что усы были поменьше, и то потому, что Александр был моложе Петра, а Жанна - была вообще женщиной.
   - Что ж, мне и нашему Вестнику очень приятно познакомиться с молодыми представителями первых морских моро, - Строчкин и глазом не моргнул (он решил остановиться на моро, т.к. термин "мутант" был немного менее корректным). - Очень приятно познакомиться, господа! Итак, про что вы хотите рассказать нашей газете и всему миру?
   - Ну, это, - Пётр поднял из воды одну из своих рук-ласт (больше похожие на человеческие руки, но гораздо более короткие и толстые). - Про нас, если судить по интернету, много судачут, да?
   - Так.
   - Ну, т.в., это всё неправда. На самом деле ведь что было? Жили мы на суше, в Сибири. Жили мы плохо в телесном плане, но хорошо в духовном: ведь к звёздам нужно в тернии - т.е. через тернии: так говорит отец Андрей, а уж он-то голова!
   - Так. Голова, - согласился Строчкин, не указывая своему собеседнику, что до того, как пойти в религию оный Андрей был владельцем парочки казино, и не мелких, а в религию он ударился только тогда, когда он этих казино лишился. - И что дальше?
   Следует заметить, что Строчкин был далеко не дурак, и понимал, что ещё неизвестно, если это интервью будет опубликовано, а уж то, что у молодого Петра и его команды будут проблемы - он был уверен. Был уверен, и не спешил прицепиться к ним: не к Петру и ко., не к их проблемам - своих хватало.
   - Да ничего. Потом появились мамонты и ко., жить стало лучше материально, но хуже духовно: вместо царства духа у нас появилось царство брюха, а потом и религию отменили. Так сказал отец Бернард, и отец Андрей подтвердил.
   Строчкин молчал. В своё время у "отца Бернарда" было другое прозвище - "истукан", и никто не сомневался, что он говорит только то, что хочет "отец Андрей". Но всё-таки кое-что надо было уточнить.
   - Отец Андрей был за старого патриарха?
   "Старым патриархом" называли... ну да, старого, бывшего патриарха, который был против образования Треугольника. Да, и в Европе это образование произвело споры, но больше светские, а вот в РФ - религиозные. Т.е. старый патриарх решил, что он получает, или получит, или получал, недостаточно много от всего этого, и восстал, ну, как примерно в том анекдоте, когда батюшке угрожают изъятием партбилета: результат соответственный. Вторым протопопом Аввакумом старый патриарх конкретно не стал - слишком много у него было: и квартиры, и машины, и бизнес, и любовницы... Выкинули из религии, а заодно и его сторонников подчистили...
   Следует заметить, что у католиков таких проблем не было: папа довольно быстро поддержал итальянскую сторону дела, а там и до католической-православной дружбы дошло. Ну, и сохранил кресло, а там и до новой статьи доходов дошло, м-да.
   - Не знаю, - тем временем гудел Пётр, пока Строчкин уже делал наброски для статьи, основываясь на интервью. - Знаем мы только, что сказали нам отцы наши, что на суше уже не укрыться, пора уходить в море, тем более, что и быть зверолюдом в наши дни довольно почётно...
   "Изначально", писал тем временем журналист, "отец Андрей и другие хотели было объявить моро порождениями греха и ехидны, как и другие сторонники бывшего патриарха. Но опоздали, слишком выжидали, и того уже скинули. Поэтому секта о. Андрея не стала вести себя особенно громко, осознавая, что один в поле - не воин, и наоборот, пошла другим путём. Она (секта) узнала про немецкий скандал с их моро, и-"
   Что "и" Строчкин недодумал: к нему подошёл один из его спутников:
   - Кто-то движется к нам с юго-востока, - сказал тот, - и на антигравах. Оно нам надо?
   - Нет, не надо, - также хмуро ответил Строчки. - Молодой человек? - он обратился к Петру, но тот, несмотря на то, что с точки зрения ДНК, был помесью человека и морской коровы, продолжал прокачивать своего внутреннего глухаря, и толку добиться от него было невозможно.
   - Молодые люди, - Строчкин обратился к Александру и Жанне. - Скажите потом вашему другу, что мы вынуждены были прервать интервью из-за посторонних факторов. Было очень приятно, до свидания, - и он вскочил в вездеход, а водитель нажал на газ.
   Вездеход рванул. Обычно эти громоздкие и относительно устарелые машины заводились медленно и останавливались тоже медленно, но водитель Строчкина (нет, не личный водитель, но просто хороший знакомый, который согласился свозить журналиста в это относительно безлюдное место) был неплохим механиком и водителем, т.ч. его вездеход был личной моделью, более совершенной, чем обычные.
   Всё так, и скорость у этой машины была вполне приличная, но вот у машин на воздушной подушке скорость была ещё выше, т.ч. даже несмотря на фору во времени и пространстве расстояния между двумя видами транспорта сокращалось.
   - Сволочь Паша, - прошипел Строчкин. - Конечно я тоже неизвестно куда смотрел, но всё-таки, я не знал, что он связан с такой дрянью.
   Вездеход резко остановился, т.к. вторая машина на воздушной подушке неслась ему наперерез, в то время как первая заходила к нему сбоку и сзади. Они только не учли, вернее не знали, о модификациях вездехода. В результате этих модификаций вездеход затормозил гораздо быстрее, чем ожидалось, и первая машина (едва не врезавшись во вторую, но чего не было, того не было) унеслась куда-то мимо и далеко вперёд, а вторая пролетела тоже мимо, но чётко по направлению к океану, что явно не устраивало её экипаж: колес там нет, и эта техника де-факто летит, но всё равно не так, как на суше, да и вообще нервно. И поэтому её водитель попытался резко свернуть направо или даже развернуться назад, но без учёта инерции. Зря. Развернуть боком свою машину он развернул, но толком её не остановил, и машина всё равно въехала в море-океан, но боком, прежде чем остановиться совсем.
   - Забавно, - пробурчал второй спутник Строчкина, который и заметил изначально оба антиграва: журналист в своё время решил перестраховаться и взять себе ещё и телохранителя... и по большому счёту не прогадал.
   - Чего забавного? Сейчас они снова заведутся, а их спутники вернутся, и нас задавят числом, - возразил журналист.
   - Нет, не вернутся: там ёлки, а на полном разгоне антигравы этого не любят, - был ответ. - Вот посмотрите в бинокль, и вы увидите почему.
   Журналист (который всё это время продолжал создавать материал для статьи - сказалась профессиональная привычка) посмотрел. На пути у первого антиграва (а изначально - и у их вездехода) стояла роща деревьев, быть может и ёлок. Некогда, конечно, где-то до 20-ого века, в тундре все деревья были карликовыми, но с тех прошло немало лет, и "настоящие" деревья постепенно начали колонизировать "ледяную пустыню севера", делая её мало-помалу менее пустынной. Всё так, но этим зелёным колонистам не повезло: они задели машину на воздушной подушке только самыми своими макушками, но этого оказалось достаточно, чтобы равновесие (или эквилибриум) технического "чуда" оказалось нарушенным, и оно свалилось вверх тормашками на эти самые деревья.
   - Жертв не будет? - озабоченно спросил Строчкин.
   - Да нет, там есть техника безопасности для подобных случаев, - ответил его водитель. - А вот вторая машина... Там, видно, и впрямь что-то внутри сломалось: уж больно там материалы легковесные и хрупкие...
   Водитель не договорил: со стороны последней машины что-то громыхнуло, потом рвануло, и экипаж последнего антиграва стала выпрыгивать из машины в море, а за ними потянулись облака чёрного дыма, причём вонючего.
   - Однако, погода, - заметил спутник Строчкина н. 2. - Она меняется.
   И это было действительно так: небо уже почти полностью было затянуто облаками, если даже не тучами, а ветер стал весьма холодным и сильным. По морю уже бегали волны, достаточно сильные, чтобы сбить с ног людей даже на мелководье, а под волнами - правда, Строчкин не был уверен -
   И тут шум пропеллеров перекрыл даже гул ветра и волн: прибыли пограничники.

* * *

   - Ну что ж - всё хорошо, что хорошо кончается, - подполковник Жёлтый, который и замыслил всю эту операцию (ну, если по честному - то только её непосредственную часть), - сказал Строчкину и ко позднее, ближе к вечеру (если только этот термин может быть использован во время полярного дня), когда вышеописанные приключения были позади. - Скажу только, что не ожидал, что вы согласитесь сотрудничать так быстро.
   - А чего тут удивительного? Это же Паша-Вентилятор, один из главных в нашем околотке мошенников и болтунов, - Строчкин пожал плечами. - Сперва он принёс нам рукопись... не буду вдоваться в детали, скажу только, что даже по нашим меркам плохая рукопись; устроил нам скандал, а потом принёс нам инфу о "неофициальном интервью с представителями свободного морского народа", ага. Этих сектантов хоть признали свободным народом или как?
   Жёлтый пожал плечами. - Неубедительно. Может быть, это была его версия взятки: я вам интервью, а вы мне публикацию?
   Строчкин пожал плечами. - Господин пограничник, я ничего не разбираюсь в военных - или в полицейских - операциях, не тот у меня профиль, а вот в интервью... Этот Пётр просто гнал всю ту же информацию, которую обычно рассказывает их "официальный представитель", только длинно, занудно и вообще тянул время. Т.ч. послушав его пару минут я уже не сомневался, что тут - очередная афёра и был готов к отступлению, когда и появились браконьеры. - Он помолчал и добавил. - А скажите, неофициально: можно было с ними договориться?
   - Они и рассчитывали на то, что вы с ними попробуете договориться, - пожал плечами Жёлтый. - Когда Андрей - тогда ещё не отец, но брат - перевёл часть своей секты в состояние мутантов, другая часть - та, что изначально была в деле - в это состояние не перешла, понимаете, а осталась на суше, и продолжала свои старые дела.
   - Тогда зачем Андрею понадобился этот... переход?
   - В корне - чтобы застолбить участок. В последние годы речь о новых видах кораблей постепенно переходит к делу: как-то так получилось, что нелепые слухи - ещё со времён новозеландской катастрофы - стали оборачиваться явью. Вопрос о том, кто какой акваторией владеет стал очень острым. А тут, у нас, до Аляски недалеко, а она же Америка...
   - И что Андрей? Т.е. он что - "застолбил участок" для РФ, т.с.?
   - Изначально, на словах - да. Но на деле - он застолбил только для себя и стал вымогать у правительства деньги, чтобы вступить с ним в пай.
   - ... Он был в порядке? Он уже тогда был не в порядке? Мы же не собираемся быть владыками морскими!
   - Но укрепляем свой флот, да и союзнический тоже, а для Андрея и его друзей, изначально считавших себя самыми умными, этого было достаточно, чтобы сформулировать такое мнение и провести свою операцию. Они, конечно, ошибались - и скольким людям жизнь искорёжили? Не меньше, чем протестанты в Германии, - пожал плечами Жёлтый.
   - Ну браконьеры-не браконьеры? Паша Михайлов и пр.? - не уступал Строчкин.
   - Снабженцы. Морские сектанты должны же были на что-то существовать? Денег им, конечно, было не надо - в отличие от новозеландцев, скажем, им до магазинов не до браться - но интернет у них есть, связь со старой жизнью у них была, хотя бы для вербовки новых членов...
   - Не шло у них это дело, - покачал головой Строчкин. - Уж больно непривлекательные они были, даже женщины. У минотавров, т.е. не минотавров-
   - Понимаю, - подполковник Жёлтый только кивнул. - Харизмы у них не было: Андрей потащил в море самых тупых и доверчивых - вот и попало. - Он помолчал и добавил. - Вопросы ещё есть?
   - Вам нужно моё горе-интервью с этим Петром?
   - ... Пожалуй, нет. Но вы его пока придержите - может, понадобится для суда.
   Строчкин кивнул.

* * *

   Смеркалось. Как это бывало в последнее время, к вечеру облака вновь разошлись, не выпустив никаких осадков: дожди (и снега) случались обычно в первой половине дня, но Строчкин не обольщался на этот счёт - что-что а погоду человечество так и не научилось контролировать, даже и не пыталось, в отличие от ДНК. Ну, и на том спасибо.
   - Где был, Одиссей?
   Строчкин поморщился. Его соседка снизу, Магда, была миленькой блондинкой, но всерьёз мнила себя Пенелопой и регулярно принимала у себя сто-не сто, но по нескольку мужчин, якобы женихов. И это ещё полбеды, но она, похоже, всерьёз возомнила его своим Одиссеем, что Строчкину совершенно не хотелось. Впрочем, ссориться с соседкой тоже, и он обычно всё спускал как шутку, но в последнее время у него было слишком плохое настроение, и он пропустил её вопрос мимо ушей, вместо этого зайдя к себе.
   Через несколько минут, когда журналист затягивал занавески: ветер уже разогнал тучи по-настоящему и солнце стало заливать его квартиру, что Строчкин не любил, в дверь постучали.
   Строчкин, который хотел побыть один, стук проигнорировал.
   Стук раздался снова.
   Ноль внимания.
   В третий раз.
   Нахмурившись, Строчкин подошёл к двери и посмотрел в глазок. Никого, кроме Магды, которая стучала ему в дверь с необычно для неё хмурым видом.
   Четвёртый стук.
   Строчкин нахмурился, и хотел было открыть дверь, но тут ему пришла в голову мысль - одна из тех, которыми он так отличался. Он взял мобильный телефон и послал соседке СМС: кому что, а у Магды мобильник был всегда под рукой.
   "Чего тебе надо, Пенелопа?! Не видишь - Одиссей желает почивать в одиночестве."
   Несколько минут тишины: Магда считывала СМС, а потом пришёл ответ:
   "Скотина! Открывай немедленно дверь а не то её вышибу! Полицию вызову-"
   Магда не дописала: за дверью хлопнул выстрел, потом ещё и шаги вниз по лестнице.
   Машинально Строчкин вызвал номер полиции по мобильному, а потом впал в ступор.

* * *

   Полиция прибыла скоро: выстрел слышал не только журналист. Магда к тому времени уже остыла: её застрелили. Макаровым. Опросив свидетелей, следователи пришли к мнению, что её застрелил один из её кавалеров-любовников, который приревновал её к соседу сверху. Возможно, конечно, были и другие возможности, но полиция их не огласила, а Строчкин не спрашивал их - он думал.
   "Магда... Секта "морского народа" любила блондинок... Стрелок с Макаровым был там же, на пролёте, вне обзора глазка... Магда явно хотела попасть во-внутрь квартиры или задержать меня на лестнице... Если бы я задержался или открыл дверь..."
   Строчкин покачал головой. Его тянуло на конспиралогию, а это был верный путь к хроноколодцам и тому подобной чуши. И всё-таки надо было что-то сделать, и на следующий день журналист обзовёлся собственным пистолетом - для самозащиты, а ещё через несколько недель... он присутствовал на похоронах соседки снизу, не проронив при этом не слова.
   "Да", он напишет позднее в своём блоге, "ДНК может меняться и менять мир, но человеческая природа не меняется".
  
   Конец III.4 - Дальний Восток
  
   Конец Третьего Витка
Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) М.Боталова "Темный отбор 2. Невеста дракона"(Любовное фэнтези) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) Е.Рэеллин "Конкордия"(Антиутопия) LitaWolf "Избранница принца Ночи"(Любовное фэнтези) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"