Канавиня Нина Игоревна: другие произведения.

Тени Грехов. Время собирать камни. Глава 6. Маски

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:

  
  
  Глава 6. Маски
  
  Так ты ушла? Ни сном ни духом
  Я не виновен пред тобой.
  Ещё ловлю привычным слухом
  Твои слова и голос твой.
  Как путник с беспокойством смутным
  Глядит в бездонный небосвод,
  Где жаворонок ранним утром
  Над ним - невидимый - поёт;
  Как взгляд мой, полный нетерпенья,
  Следит - сквозь чащи - даль и высь,
  Так все мои стихотворенья
  "Вернись! - безумствуют. - Вернись!"
  
  Отрывок из стихотворения Гёте "Ушедшей".
  Перевод: О. Чухонцева.
  
  Таймер будильника оживил музыкальный центр. Из его динамиков моментально вырвался рык бас-гитары, плотно пульсирующий ритм секций и шум барабанов, по которым били резко, с напором. Вокал исполнителя, точно боевой клич, старался изо всех сил пустить по жилам слушателей энергию; безоговорочно требовал действовать, не отступать, шаг за шагом идти вперёд, не обращая внимания на кровоточащие раны тела и души.
  
  Экспрессия роковой композиции заставила сон Беслана неохотно, но быстро отступить от его сознания. Тот, зевая, потянулся. Мотнул головой и лениво сел на кровати. Щурясь, посмотрел на дисплей музыкального центра, который показывал ровно восемь часов утра.
  
  - Чёртова электроника, не могла, что ли, сломаться?.. - вновь зевнув, потёр лицо ладонями и, откинув одеяло в сторону, встал. Сделав музыку погромче, взял со стула аккуратно сложенные джинсы и футболку. Одевшись, распахнул шторы. Июльское солнце, на миг его ослепив, спряталось за облаками. Они быстро плыли и уплотнялись, подгоняемые ветром, который в скором времени сулил привести за собой дождь. Приоткрыв окно, Беслан почувствовал резкий запах цветов. После достал из шкафа, обклеенного плакатами полуобнажённых девушек в эротичных позах, туристический рюкзак. Сев за стол, ещё раз пересмотрел рыболовные принадлежности, которые накануне в него положил. Убедившись, что ничего не забыл, закинул рюкзак за плечо. Засунул мобильный телефон в задний карман джинсов и, выключив музыкальный центр, покинул свою комнату. Проходя мимо кухни, бросил рюкзак к столу. Мысленно отметил, что Ангелина, его сестра, уже ушла, раз в помещении не пахнет кофе и не жарится омлет. Испытал досаду, что она убежала на занятия, не попрощавшись с ним. Бурча под нос: "Эти мне танцы-обжиманцы", - открыл дверь в ванную, вошёл и остолбенел.
  
  Дёрнувшись, Ангелина с зубной щёткой во рту, одетая в одно лишь алое кружевное нижнее белье, обернулась к нему и тоже замерла.
  
  Сердце Беслана резко сорвалось с места, погнав по венам вспыхнувшую желанием кровь. Он, не в силах отвести взгляд, с жадностью принялся разглядывать изгибы стройного тела сестры, которое показалось ему самым прекрасным зрелищем в мире. В голове стали очередями взрываться безумные чаянья. Горячее и тугое созрело внизу живота, требуя атаковать, прорывать преграды, пробивать их и пробивать, словно таран стену крепости.
  
  - Стучать разучился? - Ангелина густо покраснела. Её голос дрогнул. Взгляд серых глаз наполнился смятением. - Ты почему, вообще, не спишь? Куда собрался? - учащённо задышала. Попыталась сделать вид, что ничего особенного не произошло, но это не увенчалось успехом. Мимика выдавала, что она находится в растерянности.
  
  Но Беслан, словно не слыша вопросов и не замечая ничего вокруг, продолжал раздевать её пылающими лихорадочным блеском глазами.
  
  - Беслан! - с нервной ноткой обратилась Ангелина к нему, смущаясь ещё больше.
  
  - А, да. Прости, - заморгав, потерянно сказал он, ощущая, будто ему зарядили пощёчину. Попятился, но продолжил взглядом ловить сладкие для себя линии губ, шеи, плеч и бёдер Ангелины. - Я думал, ты... мне тут... потом, - закрыв дверь, алчно задышал. Быстро прошёл на кухню. Взял из холодильника бутылку газировки и сделал несколько глотков. Приложил холодный пластик ко лбу. - Чёрт, - сквозь зубы. - Нужно быстрей по серьёзному завести себе женщину. Хватит цветы, поцелуи и поглаживания с Полиной разводить.
  
  Сейчас Беслан чувствовал стыд, но и желание подчинить своей воле каждый вдох и выдох Ангелины никуда не уходило. Это было ему не ново. С самого детства он ощущал сильное желание заботиться о сестре. Рядом с ней ему всегда было спокойно. Врозь делалось неуютно, что-то постоянно раздражало. До полового созревания тяга к сестре не причиняла ни мук совести, ни боли где-то глубоко в груди. Он оберегал Ангелину, делился с ней вкусностями или вовсе все свои отдавал, играл с ней в куклы, бывало, и спорил, чуть ли не дрался, но всегда мирился первым, уступал ей, после чего моментально получал поцелуй в щёку и чувствовал себя самым счастливым. Но детство стало заканчиваться, и он обнаружил, что его сильно злит, когда она общается с другими мальчиками; что ему интересно наблюдать, как ветром приподнимается её юбка, и хочется увидеть больше до такой степени, что руки жжёт. Во рту пересыхает, когда смотрит на бугорки с каждым годом растущей груди. Он понимал, это неправильно, она сестра, но иногда его словно обуревало безумие, и контроль трещал по швам. Тогда он украдкой подглядывал за ней, занимающейся домашними делами, или болтающей с подружками, или купающейся в речке. Мысленно трогал её там, где было нельзя, предавался неприличным фантазиям. Бывало, удовлетворял себя, думая о ней. Но эта болезненная тяга ослабла и отступила, когда он попробовал ближе общаться с другими девочками. У него получилось переключить стыдные желания с сестры на тех, которых можно трогать и целовать. Правда, встречаться у него получалось лишь всегда с одной, хотя внимание к нему проявляли несколько девушек. Выбор зачастую падал на ту, что вызывала не только симпатию, а манила к себе желанием заботиться о ней, как об Ангелине. Он искал любви разрешённой, способной увести его от безумия запретной. С Полиной посчитал, что встретил такую.
  
  - М-да, чёрт, - ещё несколько глотков студёной воды. - Надеюсь, она даст, иначе придётся сбегать из дома, - он усмехнулся. - Чёртовы гормоны! Пожалуй, пойду в армию, сбегу с пользой.
  
  Открыв холодильник, Беслан положил на полку бутылку и достал кастрюльку с остатками борща. Подогревать его было лень, поэтому он, поставив ту на стол и взяв хлеб с ложкой, принялся есть суп холодным.
  
  - Ох... - войдя на кухню, всплеснула руками Ангелина. Она уже была одета в шорты и широкую майку. На кончиках мокрых чёрных волос висели бусинки воды, а на щеках играл румянец. - Ты смерти моей хочешь? Отдай! - забрала у него ложку.
  
  - Да чего? - обиженно проворчал он с полным ртом.
  
  - Меня мама убьёт, вернувшись из санатория, если прознает, что ты питался прокисшим борщом! - она отняла у него и кастрюлю, в которую он лез вымочить кусок хлеба.
  
  - Да? Он пропал? - удивился Беслан, откусывая хлеб. - А я думаю, чего такой кислый стал... хм.
  
  - Вот именно - пропал, - вздох. Ангелина закатила глаза. - Я же тебе вечером говорила, отдай собаке! Чем ты меня слушаешь?..
  
  - А-а-а... - глубокомысленно протянул он, встав из-за стола и кладя недоеденный ломоть хлеба в рюкзак. - По-моему, нормальный борщ. Маме я скажу, что ты кормила меня каждый день новым блюдом, вкуснющим до невозможности! - он чмокнул Ангелину в щёку и подмигнул.
  
  - Ты куда? - она нахмурилась, придержала его за лямку рюкзака.
  
  - С пацанами на рыбалку, - задорная улыбка.
  
  - Какая ещё рыбалка? Ты с ночной смены вернулся, не спал, не отдыхал, и вечером вновь работать! - строгий обеспокоенный взгляд. - Или на склад не пойдёшь?
  
  - Два часа я уже поспал, - Беслан махнул рукой. - Вернусь с реки - ещё вздремнуть успею часа четыре. Потом уже на склад. Не волнуйся ты, мамочка, я уже взрослый! - он, смотря на неё сверху вниз, потому как она была чуть ниже его, щёлкнул её по кончику носа.
  
  - Ты семнадцатилетний ребёнок! А я семнадцатилетний взрослый! Меня и папа, и мама за старшую оставили! Так что иди в кровать, - требовательный взгляд.
  
  Беслан криво улыбнулся. Ангелина от его вмиг сменившегося взгляда ещё больше зарумянилась.
  
  - Интересно, конечно, как ты меня накажешь, если не послушаюсь, но лучше скажи, почему ты дома? Проблемы на танцах?
  
  - Проблемы с ушами твоими, - она покачала головой. - Сегодня занятия вечером. Вчера говорила тебе, что днём в магазин пойду только.
  
  - А-а-а... Тогда я тебя вечером провожу, - он мягко улыбнулся.
  
  - За мной Алекс заедет, - со смущением ответила Ангелина.
  
  - Ясно. Ну, не скучай, - выдавив из себя полуулыбку, Беслан тронул пальцем ей нос и направился к входной двери. Грусть сдавила сердце. Надев кроссовки, вышел на улицу с мыслями о том, что Алекс - партнёр Ангелины по танцам - весьма хороший девятнадцатилетний молодой человек. Добрый, воспитанный и деятельный.
  
  "Ещё год, и он... Может начать с Ангелиной взрослые отношения со всеми втекающими и вытекающими последствиями. Возьмёт в жёны. Наверное..." - подумал Беслан, а в душе упало солнце, разбилось о зависть и затлело угольками.
  
  Со спины подбежала собака и уткнулась носом в его ладонь. Облизала.
  
  - Эльза, Эльза, - прошептал Беслан, поглаживая её по шее и скребя пальцами по короткой шерсти грязно-песочного цвета. Присел на корточки. Обхватив руками голову собаки, уткнулся в её лоб своим. Заглянул в тёмные глаза, которые, казалось, сияли человеческим умом. - Похоже, я лишил тебя внеочередной похлёбки.
  
  Собака лизнула его по носу, отчего грусть начала постепенно ослаблять оковы. Беслан улыбнулся и, почесав за ухом Эльзу, встал. Ему невольно вспомнилось, как три года назад он, выкидывая мусорный мешок, увидел около урны худющего щенка, дрожащего и вяло поднимающего полустоячие ушки. Не думая, взял его к себе домой и уговорил родителей оставить. Те вначале сетовали на то, что за ним нужен уход, спрашивали, готов ли он, Беслан, к такой ответственности, но, получив от него категоричное согласие, дали добро и ни разу не пожалели.
  
  - Охраняй Ангелину, - взъерошив шерсть на затылке Эльзы, проводил её взглядом, пока та послушно бежала к двери.
  
  Выйдя со двора, оглянулся на свой дом - одноэтажный, длинный и широкий, окрашенный в шафрановый цвет. Странная ностальгия охватила душу. Какое-то неосознанное беспокойство. Оно было похоже на страх потерять самое бесценное, что у него было. И это была не родная крыша.
  
  Миновав несколько дворов и пройдя по узкой тропинке, окружённой кустами сирени, остановился напротив двухэтажного кирпичного дома. Просвистел морзянкой имя друга. Тот тут же отозвался из-за высокого металлического забора:
  
  - Уже выхожу, капитан!
  
  Потом до ушей Беслана донёсся обрывок разговора друга с матерью. Та строго напутствовала сына быть осторожным и внимательным на дороге, не гонять и соблюдать правила. Камил односложно отвечал, заверяя, что всё, как всегда, будет в порядке.
  
  Спустя пару минут открылась железная дверь в заборе. На улицу из двора дома, перед фасадом которого был разбит небольшой сад, мигом выскочила немецкая овчарка и, радостно подпрыгивая, виляя хвостом, бросилась к Беслану.
  
  - Марта, домой! - крикнул Камил, выкатывая мотоцикл.
  
  На команду хозяина овчарка не обратила никакого внимания. Она развалилась перед присевшим на корточки Бесланом, который уже вовсю энергично чесал её за ушами, по шее, груди.
  
  - Невозможное что-то. Ты её не кормишь досыта, не поишь, а она любит тебя с кутёнка больше, чем сейчас мясо. Когда ты мне признаешься, что в кости добавляешь, которыми её угощаешь? - Камил поставил мотоцикл на подножку. Рядом с ним он казался ребёнком из-за своего невысокого роста и худощавого телосложения.
  
  - Воздух свободы, - поведя плечами, Беслан улыбнулся. - Домой, Марта! - мягко, но в то же время безапелляционно приказал он, хлопнув ладонью ей по бедру.
  
  Овчарка, быстро встав, лизнула его в лицо и, махая хвостом, выполнила команду.
  
  - Воздух... слышал уже, - с досадой на узком лице Камил закрыл заборную дверь.
  
  - Хорошо, не обижайся, - Беслан подошёл к нему и взъерошил светлые волосы. - Я ей в полнолуние приношу в жертву девственниц-блондинок! Марта - оборотень! - серьёзным заговорщицким тоном прошептал он.
  
  - Ха... ха... - Камил скривился и закатил глаза. - Не моряком военным тебе быть, а писакой ужастиков. Держи, - он протянул шлем.
  
  - Я совмещу, - Беслан подмигнул. - Всё равно в океане нет женщин, почему бы не ваять пером что, - с полуулыбкой надел шлем.
  
  - Ах, да... ещё стихи. Той принцессе неземной красоты, которая снилась тебе в детстве заточённой в зеркало в далёком замке за океаном, - посмеиваясь, Камил тоже надел шлем и сел на мотоцикл. - Не напомнишь, дракон там был, сторожил её или как?
  
  - Был, - Беслан занял место позади друга. - Один в один на тебя похож. Я его победил волшебными словами.
  
  - Ах... да, - Камил запустил двигатель. Мотоцикл утробно зарычал. - Это помню. Дам в глаз, принцесса моя!
  
  - Верно. Я помню, ему в оба досталось.
  
  - А тебе дракон нос расквасил зато! - Камил крутанул рукоять газа, и они понеслись по дороге между домов и редких деревьев, убегая от тёплых порывов ветра.
  
  - Ещё и ремня влетело от бати, что в процессе борьбы с драконом зеркало разбил.
  
  - Этого вот я не помню.
  
  - Ещё бы, - Беслан хмыкнул. - Твоей же головой.
  
  - И ты ещё мой лучший друг.
  
  - Так голова у тебя одна, а зеркал много! Куда тебе деваться, - смешок.
  
  - И не говори. Кстати, тебе много ещё на свой байк копить?
  
  - Одна получка, - не без гордости отозвался Беслан.
  
  - Ещё месяц ждать... - расстроенно. - Нафиг, друг, давай подарю, сколько не хватает. Или займу больше, и купишь новый. Зачем старьё брать?
  
  - Спасибо, но нет, - категорично. - Я сам заработаю. Кстати, ты, когда увидишь ту рухлядь подержанную, с хозяином которой я уже сговорился и задаток внёс, так сам мне два новых предложишь в обмен на такого красавца. Он тюнингован, расписан и словно ворон летит!
  
  - Упёртый ты. Пол-лета считай пройдёт зря, - Камил сбавил скорость и свернул на трассу, с одной стороны которой находился угрюмый лес, а с другой - раскинулось поле.
  
  - Труд не пропадает зря. Мне в удовольствие видеть в глазах отца гордость, что я уже мужчина. Работаю, не за юбку матери держусь, в карман семьи не заглядываю, даже сам туда докладываю. Без обид!
  
  - Нормально. Я не жалуюсь, что мои предки с достатком и меня балуют. Каждому свой кайф!
  
  - Верно, - Беслан кивнул.
  
  Камил немного прибавил газа. Спустя примерно полчаса они подъехали к реке. Беслан отметил, что ветер усилился. С горечью подумал, что дождю всё-таки быть, а значит, рыбалка будет недолгой.
  
  - Кэп, динамит привёз? - их встретил Радек - рослый парень с густыми вьющимися волосами цвета сажи и тёмными глазами. Одна из его широких ладоней находилась в кармане шорт, второй же он держал горсть семечек, порой их грызя. Был оголён по пояс, однако мурашек от свежих дуновений ветра невозможно было приметить на его загорелой коже. Он уже лет пять вместе с бывшим одноклассником Петером увлекался тем, что закалялся. Принимал контрастный душ и часто зимой нырял в прорубь. Иногда они вместе ходили в спортзал. Радек был из тех, кто серьёзно следил за своей внешностью и своим здоровьем. Однажды сказал: "Кто не курит и не пьёт, тот на девочке помрёт. Самая классная смерть из всех!"
  
  - Здоров, Радек, - Камил заглушил двигатель.
  
  - Не клюёт? - Беслан встал с мотоцикла и снял шлем.
  
  - Петер клюёт носом постоянно, - с широкой улыбкой ответил Радек, пожимая руку сперва Беслану, потом Камилу.
  
  - С трёх ночи вы ничего не поймали? - Камил, вешая шлем на руль, скривил кислую мину. Почесал затылок.
  
  - Почему?.. - Радек присел на сёдлышко мотоцикла с коляской, который принадлежал Петеру. - С десяток раков.
  
  - У-у-у... - разочарованно протянул Камил.
  
  - Курица не птица, рак не рыба, - Беслан снял со спины рюкзак. - Захватил я свои глушилки и донку.
  
  - Не зря же ты Кэп у нас! - Радек чуть улыбнулся.
  
  - Мне кинуть дашь? В прошлый раз обещал! - засветился предвкушением Камил. В глазах цвета янтаря заплясали чертенята.
  
  - Как в позапрошлый бросишь? - Беслан криво усмехнулся, и они втроём пошли по тропинке, ведущей вниз по склону через заросли сорняков к водной глади.
  
  - Оступился тогда. Говорил же, оступился! С кем не может случиться? Чего цепляться к этому?.. - Камил насупился. Сдвинул брови.
  
  - О"кей, бросишь, - со вздохом сдался Беслан.
  
  - Камикадзе! - с усмешкой Радек покачал головой. - Я, чур, подальше сначала отойду, потому как на встречу с ангелами или демонами не тороплюсь!
  
  - Будто тебя кто из них желает видеть. Сдался ты им, мистер пугливое совершенство, - едко подцепил Камил.
  
  Радек посмотрел на него блеснувшими глазами. Этот взгляд не понравился Беслану, но придавать значения ему не стал, ибо взаимные насмешки были нередки в их компании и никогда не порождали реальных ссор.
  
  - Предусмотрительность не страх, - снисходительно улыбнувшись, сказал Радек. - Будет кому, если вдруг поскользнёшься - с кем не бывает - Кэпу скорую вызвать.
  
  Камил, сжав кулаки, открыл рот, но тут же отвлёкся. Всплеснул руками и побежал вперёд, к стоящей почти у воды палатке. Возле неё на подстилке, развалившись, лежал Петер - рыжеволосый физически крепкий парень. На его руках, заведённых под голову, и груди красовались разноцветные татуировки: Смерть с косой, кельтский крест и скалящийся череп. Петер громко храпел, а у одного из четырёх фидерных удилищ вовсю пищал сигнализатор поклёвки.
  
  - Чёрт! Вот же чёрт! - подсекая, взволнованно прокричал Камил.
  
  - Здорово! - Беслан пожал руку проснувшемуся Петеру, который, приподнявшись на локтях, прищурился.
  
  - Привет, Капитан, - почесав затылок, тот встал и зевнул. Лениво посмотрев на Камила, подтаскивающего к берегу рыбу, спросил: - Кнопка сегодня буйный или как?
  
  - Ещё какой бешеный. Ядрёную смесь Кэпа кидать собирается! - хмыкнул Радек и взял подсак.
  
  - О-о-о... - многозначительно протянул Петер. - Знал бы, так не дрых, окоп копал, - вместе с ним засмеялись Беслан и Радек.
  
  - Эй! Мужики, помогать кто будет? Сорвётся же, блин! - обеспокоенно крикнул Камил.
  
  - Пойду спасать нашу барышню от истерики, - хмыкнув, Радек направился к воде, помахивая подсаком, словно мечом.
  
  Беслан снял рюкзак со спины, присел на корточки и стал выкладывать из него всё необходимое для рыбалки. Петер сел рядом.
  
  - Слушай, Кэп, есть вопрос. Хочу по-тихому с тобой его обговорить, - сказал он с напряжённым взглядом зелёных глаз.
  
  - Хорошо, - Беслан кивнул. - Насадки для донки есть? - закрыл рюкзак.
  
  - Само собой, захватил тобой любимых обжаренных в семечках кузнечиков, ещё шпик и плавленый сырок.
  
  - Отлично. Бери. Отойдём в сторону поставить донку и поговорим, - Беслан выпрямился, смотря на ребристую гладь воды.
  
  - Обалдеть! Чёрт, гляди! Беслан! - держа над головой двумя руками карася, который весил явно не меньше полутора килограммов, Камил лучисто улыбнулся подобно солнцу, разгоняющему грозные тучи.
  
  - Молодец! - Беслан показал ему большой палец вверх. - Дог, мы донку поставить. Присмотри за глушилками, - он кивнул на металлические цилиндры, лежащие у рюкзака, и пластмассовую баночку.
  
  - Лады. Кнопка, куда рот открыл? Смотри в садок, рыбу, не промажь, кидай, - Радек взялся за воспитание Камила. - И не оступись!
  
  - Да иди ты... вон, клюёт!
  
  Беслан с Петером пошли вдоль берега, обходя заросли осоки.
  
  Их разговор был безэмоционален, чёток и по делу. Петер сообщил, что их район начала посещать компания из соседского квартала. И всё было бы ничего, если среди тех не было бы наркоманов и воров, которые промышляли грабежами. Недавно один из них пристал к его девушке, когда та вечером возвращалась домой от подруги. Хватал за юбку, стараясь поднять. Она отмахнулась сумкой и убежала.
  
  - Но, думаю, это была проверка. Выходит, если мы их не приструним, то они и вовсе страх потеряют и случится что-то совсем нехорошее, - закончил Петер.
  
  - Забивай стрелку. Поговорим, - коротко отозвался Беслан.
  
  - Их больше...
  
  - Зато у нас кулаки и зубы крепче, - холодно хмыкнул. - Впервые разве? - вскинул бровь.
  
  - Я в тебе не сомневался, - Петер похлопал Беслана по плечу.
  
  Закинув донку, они вернулись к палатке.
  
  Камил, словно голодный кот перед мышкой в банке, сидел около цилиндров с опасной химической смесью. Радек следил за фидерами. Увидев Беслана, с негодованием сказал:
  
  - Твой оруженосец заносчивый идиот. Намылить бы ему шею, да ты на дуэль вызовешь. Мне оно нужно?.. - покачал головой. - Хочет подорваться - сам с ним разбирайся.
  
  - Не вопрос. Не психуй, - твёрдо ответил Беслан. Приблизился к Камилу, который тут же сконфузился. Присел на корточки. - Ну и?.. - изогнул бровь, требовательно смотря ему в глаза.
  
  - Да я что?.. Он нервный какой-то, - забурчал Камил, отводя взгляд. - Я ему говорил, что трогать не буду твои самоделки. Будто мне жить не хочется, что ли, - вздох. - Так он распричитался, как девчонка, что у меня руки не оттуда растут и ума хватит случайно тронуть, а потом ему отвечай. Ну его в баню!
  
  - Детсад, - Беслан с теплотой чуть улыбнулся. Взяв металлический цилиндр, в котором находился концентрированный раствор перекиси водорода, отвинтил на нём крышку. Открыл пластмассовую банку и на глаз налил из неё в цилиндр быстро синеющую из-за взаимодействия с воздухом жидкость. Это был аммиакат меди. Все химические реактивы он доставал и готовил из них, что требовалось, благодаря внеклассным занятиям со школьным химиком. Небольшая плата тому два раза в месяц за помощь в познании широких просторов удивительной науки открывала Беслану и тайные от преподавателя перспективы и возможности. Быстро закрутил крышку. - Держи. Мирись! - бросил цилиндр Камилу, у которого моментально округлились глаза.
  
  Тот с воплем: "Кэп, ты псих!" вскочил на ноги и побежал к воде. Сходу метнул смертельно опасный предмет подальше в реку. В те же самые секунды Радек и Петер с матом кинулись прочь в стороны. Прыгнули и, упав на живот, вжались в берег. Накрыли головы руками.
  
  Беслан невозмутимо наблюдал, как на реке взметнулся к хмурому небу фонтан. Бас взрыва прокатился по воздуху, полному брызг.
  
  - Ох, бля... - Камил, бледный словно мел, стоял и дрожал, с шоком смотря на Беслана. - Капитан, ты чего?.. Я чуть не обоссался.
  
  - Ни хрена себе жахнуло, - присвистнул поднимающийся Петер.
  
  - Да у меня вся жизнь перед глазами пронеслась, пиздец! Кнопка с бомбой бежит, орёт... - Радек сел на траву, покачивая головой. - Реально почуял, как мои яйца вмиг упали к пяткам. Ну, ты, Кэп, даёшь. Титановые нервы.
  
  - Так у вас мир или вражда? - со спокойным видом Беслан взял ещё один цилиндр и принялся им жонглировать.
  
  - Мир! - в один голос выкрикнули трое его друзей.
  
  - Отлично, - Беслан положил цилиндр. - Хотя, может, у тебя, Камил, есть ещё желание кинуть?
  
  - Не-не-не! - тот отчаянно замотал головой, подняв руки. Побрёл к фидерам. - Мне хватит. Кажется, я уже поседел. Вот ловля удочками - благодать, посмотрю на стрекоз, повспоминаю мамкины пирожки с капустой. Подышу глубже. Почувствую, как охрененно хороша жизнь!
  
  - Я тоже о поэзии задумался, - усмехнулся Радек.
  
  - Жуткий ты тип, Кэп, - шумно выдохнул Петер.
  
  - Это давно не новость, - Беслан встал и начал раздеваться догола.
  
  - Страшней тебя лишь сеструха твоя! - Радек широко заулыбался. - Бомба так бомба! Кажется конфеткой, и вдруг... - он резко хлопнул в ладоши. - И нет уже света в глазах у тебя. И что такого сделал-то?.. Дёрнул за косичку.
  
  - Помню, круто она тебе, раз - и коленом между ног и сразу портфелем по затылку! - Петер захохотал во весь голос.
  
  - Что от девочки ожидать, когда у неё такой брат замечательный, - Камил хихикнул. - А в одном классе с ней учиться просто сказка! Вам-то везёт, вы старше на два года, то есть наоборот, как мне подфартило быть с ней одного года! - снова смешок. - Теперь всё, школа позади. Хотя кто знает, может, мы с ней пойдём в один универ. Кэп, куда она документы собирается подавать? Явно не с тобой в морскую академию в Щецине, - мечтательно вздохнул.
  
  - Хореографом Ангелина собирается стать, так что вам не по пути, конечно, если ты по взмаху какой волшебной палочки из косолапого кавалера не превратишься в грациозного лебедя, - заходя в прохладную воду, Беслан подмигнул ему. - Кнопка, если в тебя рыба прилетит, я не нарочно!
  
  - А я точно специально кину... - хохоча, Радек стянул с себя шорты и пошёл к реке.
  
  - Ты сначала в слона с двух шагов попади! - Камил, подтрунивая, махнул рукой.
  
  - Не боись, Кнопка, я тебя прикрою от этого косого снайпера! - с весёлым выражением лица Петер взял подсак. - Буду отлавливать атомные рыбоголовки.
  
  - Дог, давай сперва за той вон, крупной, - Беслан указал на большую рыбу, покачивающуюся на мелких волнах вверх брюхом. - Похоже, это сом! - довольно улыбнувшись, он энергично поплыл к цели.
  
  - Какой трофей! Сейчас. Сам не тяни, - Радек прыгнул в воду.
  
  
***
  
  - Ангел! - мокрый до нитки Беслан вошёл в дом. К груди он прижимал не меньше, чем семикилограммового сома. Это была не вся его честно заслуженная доля с успешно прошедшей рыбалки. Но он отказался брать больше, сказав друзьям, что этого вполне достаточно, потому как они покупали бензин и насадки и даже бутерброды брали. А он лишь кусок хлеба привёз да взрыв устроил, который посчитал мелочью по затратам. Друзья бурчали, ворчали, пытались впихнуть ему хотя бы ещё несколько приличных окуней, но смирились с его характером неприступной горы. На полпути домой их накрыла гроза и шквалистый ливень, но тот ничуть не испортил им прекрасного настроения от вместе проведённого времени. Они договорились на неделе ещё съездить половить плотвичку под засолку исключительно на поплавок.
  
  Войдя в коридор, Ангелина, закинув на плечо полотенце, застыла на мгновение.
  
  - Смотри, какую добычу я принёс, - радостно сказал Беслан и слегка потряс рыбу в руках.
  
  - Ты мокрый весь! Чем думал? Зачем так долго рыбачил? Тучи уже шли с самого утра, - причитая, она подошла к Беслану и, нагнувшись, развязала ему кроссовки. Помогла снять, хотя тот пытался отнекиваться. - Заболеть хочешь? Бегом отнёс рыбу на кухню и отправился в горячий душ! А лучше ванну прими, - заботливо, но требовательно.
  
  Тёплая волна пробежала по жилам Беслана. Не успел он и шагу ступить и слова сказать, как Ангелина встала перед ним. Горький аромат шоколада её духов ударил ему в нос.
  
  - Стоять. Я полчаса назад только полы помыла, - стянув с Беслана грязные носки, достала из шкафа тапки и надела их на него. - Теперь ступай, но быстро.
  
  - Знаешь, иногда я сомневаюсь, что ты моя юная прекрасная сестра, а не старая-престарая ворчливая мамочка! Так и хочется подёргать тебя за нос, проверить, не снимется ли маска! - смешок. Положив рыбу на кухонный стол, Беслан подошёл к раковине мыть руки.
  
  - Я тебе подёргаю ремнём по одному месту, так что и папой представишь, если не будешь себя беречь! - строго и недовольно.
  
  - Ну да, не сомневаюсь, - он подмигнул. - Зато, гляди, какой сом, - самодовольно. - Знала бы ты, как мы его тянули! Тяжёлый, зараза.
  
  О том, как именно трофеи доставались, Беслан предпочитал благополучно умалчивать. Отцу с матерью сестра, разумеется, как он знал, его не сдала бы, но сама стала бы нервничать и переживать, упрашивать больше так не поступать. Однажды он уже обещал семье не баловаться с химией. Хотя случился, как считал, сущий пустяк. Он всего-то чуть-чуть не рассчитал пропорции ингредиентов и безопасное расстояние, в результате чего мелкая раскалённая шрапнель пропалила ему куртку и немного испортила причёску. И сколько было криков из-за такой, как он говорил, ерунды. По сути, обещание он и не нарушил. Он его обошёл. Химией с того дня занимался серьёзно как в классе, так и на досуге.
  
  - Представляю, - она улыбнулась. - Ещё и тиной очень пахучий. Даже не знаю, он сом или уже ты! - Ангелина потрепала его по мокрым волосам.
  
  - Да, леска звенела, как струна гитары пела, - Беслан вытер руки о полотенце. - А дух глубины - мелочь, - он заглянул под крышку сковородки, стоящей на газовой плите. С удовольствием вдохнул запах плова. - Как вкусно... - протянул он и улыбнулся. - Я с тиной разберусь. По пути купил бутылку пива. Замочу сомика минут на пятнадцать. Потом помидорчиков и чесночка ему в брюхо затолкаю и засуну в духовку, хотя нет, лучше с ними кусочками поджарю! - достав из холодильника газированную воду под строгим и чего-то выжидающим взглядом Ангелины, сложившей руки под грудью, сделал пару глотков. - Что?..
  
  - Я сказала - марш в душ! - она жестом руки указала на выход из кухни.
  
  - Иду-иду, мамочка, сейчас, - вернул газировку на место. Сняв рюкзак, достал из него бутылку пива, поставил её на столешницу. - Какая же ты всё-таки несносная женщина. Никаких восторгов в честь добытчика! Лишь склочное ворчание, что он чумазый поросёнок. Э-эх... - проходя мимо Ангелины, взлохматил её распущенные волосы, достигавшие поясницы. В ответ она лишь фыркнула, но после едва заметно приподняла уголки губ. Беслан вдруг резко развернулся и отбежал обратно к столешнице. Схватив с разделочной доски пару нарезанных кубиков моркови, тут же получил лёгкий подзатыльник, больше похожий на робкое поглаживание.
  
  - Да за что? Я же для аппетита, пробу свежести снимаю! - он прищурился на Ангелину. Сам же внутри чуть ли не падал от смеха.
  
  - Бегом, дегустатор, мыться! Придёшь и нормально поёшь, - Ангелина показала язык и, словно вдруг чего-то испугавшись, поджав губы, отвернулась. Принялась дорезать овощи.
  
  Стараясь сохранять спокойствие, Беслан отправился к себе в комнату, оставил в ней рюкзак и пошёл в душ.
  
  Стоя под струями воды, весь в пене, Беслан закрыл глаза. На ощупь повернул ручку смесителя по памяти в сторону синей отметки на нём. Он стремился остудить пожар внутри тела, сердца, разума. Но этот манёвр не принёс ожидаемого результата. Перед глазами всё так же стояла Ангелина в коротких шортах и широкой майке. С её немного приоткрытых губ срывалось горячее дыхание, в глазах мерещился огонь за подтаявшей стеной льда. Изгибы стройного тела, вздымающаяся грудь манили к себе пуще, нежели мотылька - пламя. Явственно ощущался её аромат.
  
  Беслан потряс головой, прогоняя наваждение. Распахнул глаза. Ему казалось, что во рту есть вкус языка Ангелины - влажного, жаркого, беспокойного. Но определить, какой тот - сладковатый ли, с пикантной горчинкой ли, с оттенком клубники или вишни, или персика, а может, чего-то иного - совершенно не получалось. Это вызывало злость в каждой клетке возбуждённо дрожащего тела.
  
  - Срочно позвонить Полине, - процедил он и выключил душ. Вспомнив, что не взял с собой сухую одежду, наспех вытерся и обмотал полотенце вокруг талии. Закинув мокрые джинсы и футболку в стиральную машину, набрал номер на сотовом телефоне.
  
  - Да, любовь моя? - гудки в трубке сменил мелодичный женский голос. - Как ты? Почему не спишь? - обеспокоенно. - Соскучился? - игриво и с нежностью.
  
  - Не представляешь, насколько истосковался, - натужный вздох. Беслан потёр ладонью словно каменеющее лицо. - Солнышко, сможешь сегодня со мной около восьми вечера встретиться?
  
  - Я постараюсь, - радостно. - Очень-очень! - короткая пауза. - Где? - задумчиво.
  
  - Можно в парке или в кафе недалеко от склада. Как тебе удобней. Но только если тебя есть кому проводить! Или я подъеду к тебе!
  
  - Не придумывай, - недовольно.
  
  Беслан представил, как она, скорее всего, сейчас отмахнулась и смешно наморщила нос.
  
  - У тебя начальник форменное чудовище, не нужно лишаться работы из-за пустяка. Найдётся кому проводить и к тебе, и от тебя, волк ты мой соскучившийся, - с большой теплотой договорила она.
  
  - Хм... да нет, Полина, обратно я сам провожу. Сегодня после восьми боров сваливает к любовнице, и у нас станет посвободней. Если загрузки не будет, то я волен как ветер! А коли придёт, найду возможность довести тебя до дома.
  
  - Хорошо, проводят лишь к тебе, - застенчиво и томно ответила Полина. - А завтра он, значит, торчит для жены на работе?
  
  - Нет, и завтра тоже гуляет. Жена к маме уехала. Неделю кабанчик без всякого присмотра, - Беслан ухмыльнулся.
  
  - Какие замечательные новости, и так совпало, что ты сильно-пресильно соскучился, - дразнящим тоном отозвалась Полина.
  
  - А ты не соскучилась? - его голос слегка сел.
  
  - Я тебя люблю! - с глубоким чувством сказала она.
  
  - Я тебя тоже люблю, солнце. Целую! - с внутренним напряжением ответил он. В голову пришла мятежная мысль, что девушка догадалась, зачем он её зовёт сегодня и в вечер, когда они договаривались встретиться завтра днём. - Мне пора. Увидимся. Люблю!
  
  - Люблю!
  
  Беслан отключил звонок. Глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Противоречивые чувства начали гулять по его гулко бьющемуся о рёбра сердцу. Он посмотрел на запотевшее зеркало. Протерев его ладонью, заглянул в темнеющую синеву своих глаз, на которые спадали пряди иссиня-чёрной чёлки.
  
  - Чёрт. Нет, я прав. Она будет со мной счастлива. И я с ней тоже буду, - он повертел мобильный телефон в подрагивающих пальцах и покинул ванную комнату.
  
  Зайдя на кухню, увидел, как Ангелина, уже надев фартук, стоит к нему спиной и пытает ножом сома.
  
  "Тот, даже будучи мёртвым, героически сопротивляется разделке женскими руками. Не зря усач. Генерал-рыба", - с полуулыбкой подумал Беслан и, покачав головой, подошёл к сестре. Молча забрал у неё нож, отчего получил вопросительный с тенью укора взгляд, который отчего-то в следующую секунду заметался. Щёки Ангелины окрасились румянцем.
  
  - Садись за стол, сейчас я положу тебе плова. А потом ложись спать, - мягко сказала она, пряча глаза. - Отдыхай. Рыбу я сама приготовлю. Встанешь - поешь перед работой.
  
  - Что мужик добыл, то и приготовил. А дело благодарной женщины его развлекать, - ухмыляясь, отозвался Беслан, стараясь казаться расслабленным и весёлым. Но из-за бушующих фантазий, не поддающихся контролю, внутри него всё вновь сжалось, точно перед прыжком тигра на антилопу.
  
  - Но... - нетвёрдый взгляд.
  
  - Никаких "но", - категорично и с нежностью. Беслан щёлкнул по носу Ангелину. Аккуратно подвинул её в сторону и одним движением ловко вспорол рыбе брюхо.
  
  - Ты невыносим! - она закатила глаза. - Тут нежарко. Хоть бы оделся, - мягко и с робостью. - Под дождём ведь был, простудиться можешь.
  
  - В таком случае ты меня вылечишь. Не так ли? - Беслан подмигнул, кинув на неё голодный взгляд. Она смутилась. Закусив край нижней губы, затеребила на указательном пальце золотое кольцо с сапфиром, которое он подарил ей с первой получки два года назад.
  
  - Вначале ремнём только пройдусь по твоей мягкой точке, - натянуто улыбаясь, немного нервно ответила Ангелина.
  
  - Очередное заманчивое предложение. Такое воспитание лишь провоцирует мужчину не подчиняться! - с задором посмотрел на неё и сразу сделался серьёзным. Она стояла слегка бледноватая, кроткая и потерянная, хрупкая и такая невинно-чистая.
  
  Пару минут задумчиво в тишине, нарушаемой барабанящим за окном дождём, Ангелина смотрела на него. Затем взяла с тумбы пульт и включила телевизор. Слушая его, принялась мыть посуду.
  
  Беслан, уложив разделанного сома в эмалированную кастрюлю, залил его пивом. Шинкуя томаты, нет-нет и ловил себя на том, что его глаза с жадностью сами облизывают тело сестры. А он пытался думать о Полине и невольно сравнивал её с ангелом, с которым разделил одну утробу и порочно желал всё сильней и неукротимей.
  
  "Полина хорошая, - начал вести сам с собой монолог. - Искренняя, добрая, в чём-то наивная. Открытая миру и любви. Уверен, даже если мне примерещилось из разговора по телефону, что она тоже хочет большего от наших отношений, и не согласится мне отдаться, то... То мне достаточно будет ей лишь сказать, что секс позарез нужен, подыхаю, и она согласится без какого-либо колебания. Любит... Очень любит меня, чувствую это. Вижу по глазам, по голодному взгляду. Часто идёт на уступки мне, хотя, да... характер порой у неё тот ещё. Никогда не забуду, как она в апреле, спустя четыре месяца после нашего знакомства у общих друзей, толкнула меня с мостика в реку и веслом пригрозила по голове огреть. А ведь отчего? Потому что чуть выпил и тронул её за грудь, аккуратно, нежно, словно нечаянно. Ну да, и тут же прилетело. Самое забавное, позже у костра призналась, что досталось мне именно за выпивку. Как она смущённо спросила, очень ли я хочу потрогать её. Как она пристально смотрела мне в глаза. Я же, язык проглотив, кивнул, точно китайский болванчик. Какой же идиот. Сквозь землю тогда хотел провалиться. И стыдно, и страшно её обидеть, и чертовски хочется видеть. А она смелая, раз - и сняла лифчик от купальника, хотя я только потом понял, что она таким образом, любя, пыталась извиниться за то, что скинула меня в реку... Зарумянилась, тихо прошептала: "Трогай. Я тебя люблю". М-да уж, "трогай"... Когда душа перевернулась от осознания своей власти над её сердцем. Какие же у неё были большие глаза, когда я взял и усадил её себе на колени вместо того, чтобы наслаждаться прикосновениями к её груди. Нежно и крепко прижал к себе. Сказал: "Спасибо, любимая". Да, тогда всё у нас изменилось, мы стали гораздо ближе друг другу. Блин, до чего же круто вспоминать, как она на следующий день просто насела на меня, заставляя поласкать её грудь, а я, с ума от удовольствия сходя, ещё и ломался как девочка-недотрога. Было весело. Особенно потом, когда я её рукой водил у себя в штанах. Ох, чёрт, как у неё блестели глаза. Они прямо кричали: "Хочу тебя съесть!" А сама смущённо краснела донельзя сочно. Упёртая, но в моих объятьях тает. С ней легко. Уютно. Но... - Беслан включил газовую плиту, поставил на неё сковородку и смочил ту подсолнечным маслом. - Не так, как с Ангелиной, с которой появляется полное ощущение безмятежности, невесомости, покоя. Чёрт! Появлялось. Теперь эти чёртовы гормоны напрочь всё рушат. Нет, покой остаётся, но к нему примешивается какая-то дикая, животная страсть. Одержимость. Может, я психически болен? Так вот, видимо, и сходят с катушек, и делаются маньяками. На самотёк пускать нельзя. Тупо отрицать происходящее не поможет. Терпеть опасно, каждой клеткой ощущаю, как пар накапливается и... если ничего не делать, то рванёт разум. Клин клином вышибают ведь. Срочно нужен секс. Он расслабит. И фантазии о запретном плоде потухнут, словно их никогда и не было. Уверен, они полностью переключатся на Полину, - положил на сковороду несколько кусков рыбы. Те алчно зашипели. Включил вытяжку. - Полина, Полина, как сейчас ты мне нужна. Честное слово, сойду с ума и что-то натворю, если не встречу тебя сегодня и не утону в твоём тепле, - взглянул на Ангелину, сидящую к нему в профиль и смотрящую новости по телевизору. Невольно в очередной раз залюбовался её ногами и бёдрами, линией спины, шеей и каждым волоском, струящимся на грудь. Лёгким стало не хватать кислорода. Скрипнув зубами, Беслан отвернулся. Переложил куски рыбы на другой бок. - Интересно, я один такой больной или есть в мире те, кто питает к сестре острое влечение? Не будь я братом, уже давно бы..." - монолог резко закончился, потому как перед глазами встали картины, как он, крепко сжимая Ангелину в объятьях, ненасытно целует её губы, скользит руками по талии, опуская ладони ниже и ниже. Рывками стягивает с неё шорты и запускает пальцы ей между ног. Зубами тащит вверх майку, слыша порывистое дыхание и вдыхая родной аромат, чувствуя мягкие руки на своих плечах. Покусывая и облизывая ей грудь, теребит языком набухшие затвердевшие соски. Впивается поцелуем в шею. Погружает свою пульсирующую, горящую желанием извергнуться плоть в её жаркое, влажное лоно и двигается в ней быстрей, и быстрей, и ещё быстрей. А дальше мир взрывается мириадами звёзд.
  
  Тело Беслана кинуло в жар. Он судорожно вдохнул и медленно выдохнул. Проведя ладонью по лицу, откинул чёлку с глаз.
  
  "Дьявол, - подумал он, поправляя полотенце, надеясь, что Ангелина ничего не заметит. Кинул на сковородку горсти порезанных томатов и щепотки натёртого чеснока. - Это становится слишком невыносимо".
  
  Подойдя к раковине, включил холодную воду и умыл лицо.
  
  - Тебе плохо? - встревоженно спросила Ангелина, тут же подойдя к нему. В её глазах заплескалось беспокойство.
  
  - Нет, всё в порядке, - невозмутимо ответил Беслан и подмигнул.
  
  Ангелина коснулась ладонью его лба.
  
  - Да всё в порядке. Жарко стало около плиты стоять, и только.
  
  Ангелина закатила глаза.
  
  - Иди лучше спать! Я сама дожарю.
  
  - Нет, - категорично. - Сиди и отдыхай, ты принцесса, а я золушка, но вначале, - подойдя к сковороде, отщипнул кусок мяса от рыбы, - попробуй, - дуя на него, вернулся к Ангелине и положил его ей в рот. На миг её губы коснулись его пальцев. Глаза в глаза. Искра страсти загорелась с новой силой. Всё вокруг точно начало темнеть, вены вспыхнули, низ живота налился сталью, закручивающейся в сжимающуюся пружину. Беслан напряжённо улыбнулся, теряя связь с реальностью. - Как? - низко и с большим трудом спросил он.
  
  - Вкусно, - моргнув, Ангелина отвела взгляд в сторону, но после вновь посмотрела на Беслана. Натянуто приподняла уголки губ, хотя в её глазах застыла растерянность. Щёки и уши покрылись густым румянцем.
  
  - Люблю тебя, - хрипло сказал Беслан и поцеловал Ангелину в кончик носа. Заметил, что её глаза стали влажными.
  
  "Чёрт, надеюсь, она не понимает, что меня тянет к ней как к женщине, - подумал он, вновь становясь у плиты. - Но она же не дура. Я могу себе соврать, что глаза у неё заслезились из-за плохо работающей вытяжки. Ну да что это даст?.. Она знает... Дьявол... знает. Наверное, давно догадалась. Если и только сейчас поняла, то что?.. Ничего. Ей жалко меня. Наверняка жалеет. Больно от моих взглядов. Как иначе, разумеется, больно. Какая же я сволочь. Разве заслужила Полина такого психа любить? Ещё хуже быть им любимой. Она же мне не вещь, но скажи Ангелина "да", и... Не думай ты об этом, идиот! Забудь! Полина замечательная, поможет мне не сойти с ума, а я сделаю её счастливой! - пауза. - Скоро уеду учиться, придумаю что-нибудь, чтобы не разлучаться с ней надолго, встречаться чаще. Потом женюсь, и уедем подальше от Ангелины. Всё будет хорошо. Забуду! Забуду..."
  
  - И я люблю тебя, - едва слышно прошептала Ангелина, садясь на стул.
  
  - Да, конечно, - задумчиво протянул он. Переложил со сковородки в глубокую тарелку готовую порцию. - Что за дебилы?.. - уверенно продолжил, переводя разговор на шедшие по телевизору новости, в которых рассказывалось о разгорающемся военном конфликте на Ближнем Востоке. - Сколько можно на одни грабли?.. Теперь с Ираном то же, что прежде с Сирией творилось. Бред, - окропил сковороду маслом, готовясь жарить следующие куски сома. - Снова всё затянется в мясорубку и вмешаются русские. Наваляют и тем, и этим, получат новую оплеуху санкций от США, поржут над ней за кулисами. А официально выразят огромнейшую обеспокоенность и желание сотрудничать ради всеобщей демократии и мира. Американцы их пошлют в очередную политическую изоляцию, где Россия с Китаем уже лет десять себя припеваючи чувствуют. Нашёлся карцер, - усмешка. Рыба зашкварчала на сковороде. - Больше на таверну с борделем похоже. Кого там только нет из желающих поближе поизолировать их. Германский канцлер и то недавно засветился у барной стойки, где под водочку и селёдочку обсуждал с министром РФ новый газопровод в Европу. Красота! Какой цирк! Просто фабрика по утилизации лишнего населения - эта борьба за демократию и общечеловеческие ценности, - Беслан хмыкнул. Посмотрел на Ангелину. - А ты что думаешь?
  
  - Ты очень умный, даже для капитана, - тёплая улыбка скользнула по её губам, но в глазах всё так же стояла грусть. - Тебе в политику идти нужно!
  
  - Ну да, - смешок. - Зачем я тогда мылся? - подмигнул ей. Ангелина засмеялась.
  
  Закончив готовку рыбы под незатейливый разговор, Беслан накрыл на стол и поухаживал за сестрой, не позволив ей себе даже хлеба самой отрезать. Они поели. Ангелина его несколько раз похвалила за вкусное блюдо. Он же вдобавок к рыбе съел порцию плова и поблагодарил её за сытный аппетитный гарнир.
  
  - Объелся, - Беслан потянулся, сидя за столом.
  
  Ангелина, поджав губы, устремила взгляд в окно, за которым продолжал бушевать ливень. Тучи словно и не думали таять, всё больше и больше уплотняясь, нависая грозной плитой над городом.
  
  Беслан печально чуть улыбнулся, осознавая, что смущает Ангелину, красуясь перед ней почти голым. С горечью подумав, что ему приятно быть неодетым перед её глазами, он встал. Предательски захрипевшим голосом сказал:
  
  - Посуду я помою, как посплю.
  
  - Нет. Я сама, - Ангелина вдруг решительно посмотрела на него. Так, словно это был вопрос жизни и смерти.
  
  - Ладно, - он пожал плечами. - Ну, я пойду подрыхну?
  
  Зачем спросил это, Беслан и сам не понял. Почувствовал, как кровь хлынула к лицу.
  
  "Ты бы, идиот, ещё сказал: "Пойдём вместе, колыбельную мне споёшь"", - отчитал он себя.
  
  Ангелина кивнула и начала убирать со стола посуду.
  
  Зайдя в спальню и закрыв дверь, Беслан легко хлестнул себя ладонью по щеке.
  
  - Да очнись ты, - сквозь зубы сказал он и, повесив полотенце на спинку стула, лёг на кровать. Заложил руки за голову и закрыл глаза.
  
  На улице раскатисто прозвучал гром.
  
  "Нет. Не могу я Ангелину оставить. Секс сексом. А её я люблю. Сколько себя помню, она половинка моего сердца и души. Никогда не мог не опекать её, а она всегда заботилась обо мне. Ни черта я не побегу! Предать её и бросить? Хочу, с ума схожу, но это мои проблемы и не её вина! Нет, не уеду насовсем. Буду стараться встречаться, жить поближе к ней. За что её пытать разлукой вечной? За то, что я самец? Нет. Я справлюсь! Всё будет нормально, сестричка!" - с этим убеждением он уснул. Нырнул в темноту. Бархатную и тёплую. Но не пустую.
  
  ... Там звучал тихий звон. Какое-то время Беслан не мог догадаться, что слышит, а потом заметил мерцающий свет и, приблизившись к нему, увидел покрытое трещинами зеркало. Оно медленно осыпалось, роняя острые кусочки в непроглядную бездну. В зеркале мелькнула молния, а затем по нему прокатился огненный блик. Осколки падали и падали. Молнии сверкали. Огонь мерцал. Пока не осталась лишь покрытая плесенью резная рама. На ней стали проявляться тёмно-багровые знаки, похожие на мистические письмена. Вдруг за рамой в быстро сформировавшейся туманной дымке проступил силуэт. Это была девушка в красном, облегающем точёную фигуру платье. Она стояла, опустив голову. Тёмные волосы, закрывая лицо, свисая, покачивались, будто под слабым ветром, постоянно меняющим направление. Она смотрела на свои бледные ладони, прижатые друг к другу так, словно на них что-то лежало. Беслан протянул к ней руку, но пальцы упёрлись в невидимый обжигающий лёд, стеной отгораживающий её. Отдёрнув руку, он посмотрел на неё. Кисть была вся в крови, но ему не было больно.
  
  - Смотри, - заговорила девушка приятным шёлковым голосом. Её ладони тоже стали алыми. - Найди. Не упусти. Смотри, - с кончиков её волос начали падать кровавые капли.
  
  Жуткая, оглушительная смесь треска и визга наполнила голову Беслану. Он сжал руками виски. Попятился, шатаясь и словно зверь рыча от дикой боли, раздирающей сознание. А в уши ему забился ритмичный ускоряющийся стук, будто сотни, затем уже тысячи и миллионы часов взбесились. Вдруг эти звуки слились со стремительными ударами его сердца и стихли.
  
  Сев, девушка поджала ноги и положила ладони на колени. Кровь прекратила капать с её волос, став кристально прозрачной росой, в каждой замершей капле которой сияло радугой крошечное солнце.
  
  Потрясённый Беслан, опуская руки, с трудом сглотнул и хрипло спросил:
  
  - Кто ты? - в его душу вгрызлась мысль, что ему известен ответ.
  
  - Прошлое за мной тенью лихой. Клеткой стальной окружает судьбу. Я кричу, я ищу свет звезды - глаз родных. Где та дверь, что свободу мне даст? Я взлечу, я найду солнца рай голубой и вернусь за тобой - ночь моя из стекла. Поцелую любя, пробудимся тогда, обнимая друг друга уже навсегда.
  
  Внутри рамы сверкнула молния. Одно из её ответвлений метнулось к груди Беслана.
  
  Резко дёрнувшись, он проснулся. Распахнул глаза и упёрся взглядом в часы, стоящие на прикроватной тумбе и показывающие семнадцать часов и пять минут. Чувствуя, как стук сердца отдаётся в висках, шумно сглотнул. Ощущения от прошедшего сна были неприятные, словно его лицом окунули в грязь, заставляя ту с удовольствием глотать. Липкий страх пробежал вдоль позвоночника, хотя Беслан отчётливо понимал, что увиденные в царстве Морфея картины не были чудовищными, но интуитивно чувствовал, что то, что скрыто за ними, несёт в себе абсолютную Тьму.
  
  - Сон. Это просто сон, - прошептал он и провёл ладонью по лицу. Вздрогнув, задержал взгляд на пальцах. Они были чисты. Посмотрел в сторону окна. Ливень стих. Робкие лучи солнца стали просачиваться сквозь расползающиеся серые облака.
  
  В коридоре послышались шаги, а после стук в его дверь. Не дожидаясь ответа, Ангелина зашла в спальню.
  
  - Ой... - она, вмиг сделавшись красной, словно спелый помидор, выскочила назад за дверь.
  
  - Чёрт, - тихо простонал Беслан, прикрыв одеялом свою наготу ниже пояса и садясь. - Ангел, всё нормально! Заходи!
  
  - Прости, - она вошла робко и опустив глаза. - Я не должна была...
  
  - Прекрати, - настойчиво сказал он. Похлопал ладонью по постели. - Не за что извиняться. Мы что, не родные? Что такого случилось? Нормально всё. Видишь, я не лысею от ужаса.
  
  Ангелина кивнула.
  
  - Ты уже проснулся, - ласково сказала она и села на край кровати у ног Беслана. - А я как раз пришла тебя будить на работу, - смущённый взгляд ему в глаза. - Ты чего такой хмурый? Не обижайся, - мольба во взгляде. - Нет за что просить прощения, я поняла и... - пауза, - согласна. Или что-то ещё? - сдвинув брови к переносице, обеспокоенно спросила она и взяла Беслана за руку.
  
  - Да кошмар увиделся, - махнув другой рукой, он улыбнулся. Предчувствие беды, вызванное сном, словно тень, стало прятаться в уголки сознания от солнца, вызванного теплом Ангелины. Стал перебирать её пальцы в своих, задумчиво на них глядя. - Что бы ни происходило, я тебя никогда не обижу. Не бойся. Не волнуйся. Никогда не сделаю того, что причинит боль. Тебе достаточно лишь сказать, что нужно, и я позабочусь обо всём. Хорошо?
  
  - Да. Спасибо, - едва слышно произнесла Ангелина, с вуалью тоски смотря на переплетённые с ним пальцы. - Там Камил пришёл.
  
  Беслан неохотно выпустил её ладонь из своей, чтобы не смущать ещё больше.
  
  - Раков варёных принёс, - робкая улыбка. - Хочет отвезти тебя на склад. Я его пока что усадила на кухне, дала отведать твоего сома. Он захвалил тебя, сказал, что если акула при готовке съест кока, то ты спасёшь весь экипаж.
  
  - Сейчас приду, - кивнул Беслан и чуть не откинул одеяло в сторону, чтобы встать. Замер и выжидающе посмотрел на Ангелину. Та, отведя глаза в пол и облизав губы, поднялась, пошла к двери, но, дойдя до неё, остановилась.
  
  - Беслан, - неуверенно начала она. Мельком на него взглянула. - Я хочу сделать Алексу хороший подарок, но мне не хватает денег. У родителей не хочу просить. Ты не мог бы...
  
  - Сколько? - перебивая её, сухо спросил Беслан. Горло сдавила ревность.
  
  - Тридцать евро, - шёпотом.
  
  - Открой шкаф, - он указал на тот рукой. - На верхней полке за одеждой возьми шкатулку.
  
  Сделав это, Ангелина протянула её ему. Отсчитав деньги, он положил шкатулку на тумбу.
  
  - Держи.
  
  - Но тут сто евро, - взяв купюры, растерянно сказала Ангелина. - Забери лиш...
  
  - Купишь себе что-нибудь приятное, - вновь её перебив, ответил Беслан, - косметику, одежду, обувь или сумочку мод... - теперь он не смог договорить, потому как Ангелина, сев к нему, крепко его обняла и поцеловала в щёку.
  
  - Спасибо, родной, - со светлой радостью произнесла она.
  
  Взгляд Беслана, скользнув по её лицу, остановился на губах, которые были невыносимо близко. Голова в очередной раз пошла кругом. До боли в костях захотелось сковать Ангелину в объятьях, завалить на кровать, под себя, и целовать... целовать её страстно, а порой и медленно, нежно. Вдыхать её запах, ловить ртом каждый вдох и выдох. Лаской заставить её забыть, что он брат, вычеркнуть, стереть из памяти это недоразумение судьбы жаром воплощаемых в реальность желаний мужчины к любимой женщине.
  
  "Полина, Полина, Полина", - как мантру начал повторять про себя Беслан, пытаясь ухватиться за её облик в сознании, дабы не напасть на Ангелину голодным зверем. Но как он ни старался, ничего не выходило. Желание не затухало, лишь явственнее разгоралось. Но он ещё сам не мог забыть, что она сестра. Ему на это не хватало крохотного импульса от неё. Одного чуть откровенного касания, действия, слова... и он бы сорвался. В этом он не сомневался.
  
  Ангелина, переведя взгляд с губ Беслана, потерянно заглянула в его глаза. Секунда, вторая... И её взгляд заметался, точно ища притяжения. Встав, прижала деньги к груди.
  
  - Устроюсь работать - верну.
  
  - Только после того, как скажешь, что я тебе чужой человек. Мы уже это с тобой обсуждали. Я в состоянии заработать сколько мне нужно, - категорично заявил Беслан, чувствуя в руках пустоту. Боль уколола сердце.
  
  - Ты невыносим! - нервно, но с жаром в голосе. Ангелина коснулась ручки двери. - Да, вот что ещё... - задумчиво протянула она. - На следующих выходных у меня выступление в Чешском центре, в шесть часов вечера. Если сможешь, приходи... И Полину бери, - улыбка. - Мы давно с ней не виделись.
  
  Беслан кивнул. Ангелина покинула спальню. Он задумался о её предложении. От него не ускользнуло, что она улыбалась через силу, говоря о Полине. Это ему не понравилось.
  
  "Ещё мне не хватало, чтобы они обе сцепились друг с другом в смертельной драке бешеными кошками. Женская ревность от того, кто больше контролирует, оказывает влияние на важного в их жизни мужчину - это чистое безумие. Беспощадное в первую очередь для этого несчастного, разрываемого надвое".
  
  Встав с кровати, он быстро оделся. Захватив телефон, сунул в карман сотню евро и пошёл на кухню. Дал "пять" Камилу, который чистил раков и складывал их мясо на тарелочку, попутно рассказывая Ангелине о своих раздумьях, куда поступать. Диапазон стремлений был у него широк, раскинувшись от юриста до пилота боинга, но склонялся Камил к увлекательному труду на ниве хореографии.
  
  "Кто бы сомневался, танцор страусам на зависть", - с озлобленностью подумал Беслан, отмечая знакомый голодный взгляд. Камил жадно разглядывал Ангелину, сидевшую на подоконнике, которая мыслями словно была не здесь, хотя и поддерживала беседу.
  
  - Я думаю, тебе лучше в астронавты, их девушки больше всего любят! - Беслан хлопнул друга по плечу, подумав: "Потому что те никогда внезапно не вернутся домой. Да и тебе, приятель, безопасней будет в космосе. Ведь если тронешь Ангела моего, обидишь, я убью тебя, шалопая. Не пожалею, задушу". - А пока ты размышляешь, я быстро в туалет, и поехали. Мне ещё в одно место заскочить нужно и на работу не опоздать.
  
  - Не проблема! Я тебя как на ракете - вжик! - Камил широко заулыбался. Встал и подошёл к раковине, чтобы помыть руки.
  
  Беслан приблизился к Ангелине. Наклонившись, поцеловал её в щёку.
  
  - Для тебя я всегда свободен, звони, если что, - он направился к выходу. Жёстко взял в обнимку Камила. - На улице, заводя байк, подумаешь о звёздах. Давай-давай, идём.
  
  - Беслан, а поесть? - точно вынырнув из непонятного ему марева, удивлённо-потерянно спросила Ангелина. - Давай хоть с собой соберу?..
  
  - Не сегодня, Ангел. Я в кафе с Полиной зайду.
  
  Со странным блеском в глазах она кивнула.
  
  - А-а-а... - Камил не мог вывернуться из рук продолжавшего его тащить к выходу Беслана. Беспомощно оглянулся. - Ангелина, попробуй раков обязательно! Я сам варил. Пока, увидимся!
  
  Кивнув, она улыбнулась. Рассеянно посмотрела на Беслана.
  
  - Молодец, спасибо, непременно, - Беслан мягко выставил Камила за входную дверь. - Не обижайся, ей переодеваться пора, собираться на танцы, и я не хочу, чтобы ты её нечаянно отвлёк! Я скоро... - он закрыл дверь и пошёл в ванную.
  
  
***
  
  Женщина бальзаковского возраста с жидкими тёмными волосами, собранными в хвост, напоминавший мышиный, стояла за стойкой в небольшой круглосуточной аптеке. С укором смотря в глаза Беслану, выдала ему упаковку из трёх презервативов. Выбила чек, брезгливо сжав накрашенные ярко-розовой помадой губы. Он, не отводя уверенного взгляда и расплатившись, улыбнулся ей и, поблагодарив, положил покупку в карман джинсов. Поспешил к выходу.
  
  - Даже не стесняется. Какая распутная пошла сейчас молодёжь, - за его спиной прозвучал тонкий голос аптекарши, обратившейся к старухе, которая стояла в очереди после Беслана.
  
  "Любопытно, что бы она сказала, узнай, насколько и вправду развратная... вот, покупает это, чтобы сестру не изнасиловать. Действительно, какой я плохой. Нет бы стесняться ваших осуждающих глаз и не брать, а в тишине без свидетелей родного человека что вещь использовать. Тогда бы, видимо, был хороший для вас", - с внутренней яростью подумал он и зашёл в соседний магазин. Купил шоколадку и коробку конфет с коньяком да вишней в начинке. Положив их в целлофановый пакет, выданный на кассе, бегом направился на улицу. Запрыгнул на мотоцикл и сказал Камилу:
  
  - Сейчас газуй к цветочному...
  
  - О, да у тебя свиданка! - Камил выполнил его желание. - Аптека, цветы... По серьёзному всё будет? Полина? Или более доступную нашёл?
  
  - Ценность женщины не в доступности, а в преданности и понимании! - твёрдо отозвался Беслан. - А покупаю не для себя. Борову лень, и мне позвонили, чтобы привёз, по пути на работу захватил, - солгал он, посчитав, что так оградит Полину от некрасивых перешёптываний за спиной.
  
  - У вас дедовщина настоящая, - фыркнул Камил, поворачивая налево на перекрёстке.
  
  - Само собой, крепкий мужской коллектив. Нормальная практика перед флотом. Приходи к нам, вроде есть вакансия на помощника механика.
  
  - Я ещё на скорости в двести головой не бился! - усмехнулся Камил. - Хитрец какой. Меня в селёдку, а сам в старослужащего.
  
  - Ну как знаешь. Только учти, Ангелина уважает реальных, конкретно работящих мужиков. Не пасующих перед акулами, даже когда сами лишь килька! - поддел его Беслан.
  
  - Вот ты сволочь! Я подумаю, - пробурчал Камил и остановил байк около цветочного павильона.
  
  - Ещё тот монстр, - Беслан хмыкнул. Встал. - Думай, пока она замуж не вышла, потом поздно будет, - хлопнул Камила по плечу.
  
  - Да иди ты!
  
  - Ага... - усмехаясь, Беслан пошёл в павильон. Не колеблясь, купил пять сочно-красных роз с крупными бутонами и длинными стеблями, лишёнными шипов. Бережно пристроил цветы в пакет с конфетами и вернулся к мотоциклу. - Ну как, надумал? - сел на сёдлышко.
  
  - Ты меня угробить хочешь? - Камил завёл двигатель и прибавил газу. Свежий ветер вновь ударил в лицо. - Я хлипкий таскать тяжести. Сломаюсь и сдохну молодым. Думаешь, я совсем не пара Ангелине? - в голосе просквозила горесть.
  
  - Неважно, что я думаю, - Беслан внутренне смягчился. Пожалел, что поддевал друга. - У неё есть Алекс, и он тебе голову отвинтит, если ты к ней хотя бы мизинец протянешь. Я лишь пытаюсь уберечь тебя от глупости.
  
  - Лучше бы ты ему голову открутил заранее. Радек и Петер тебе бы помогли. И я бы был счастлив, - вздохнул Камил.
  
  - Ну да. А Радеку откручивать потом ты бы мне помогал? Петера бы на себя взял?
  
  - Чёрт, как жизнь несправедлива!
  
  - И не говори, - Беслан вздохнул.
  
  Камил остановил мотоцикл у проходной склада. Они попрощались крепким рукопожатием, и Беслан прошёл через приоткрытые железные ворота. В небольшой диспетчерской, обставленной дешёвой мебелью и огромным количеством папок с документами, он вынул из пакета шоколадку и протянул её Монике - полной женщине, возраст которой находился на отметке между пятьюдесятью и шестьюдесятью годами. Её кучерявые волосы, некогда имевшие цвет горького шоколада, а теперь с проседью, были закручены в тугой пучок. Моника являлась сердобольной женщиной, всегда подкармливающей уличных котят. Не было ни дня, чтобы Беслан не чувствовал от неё волны мягкости, доброты и домашнего уюта. Но несмотря на кроткий вид, Моника была весьма эмоциональна. Остро реагировала как на положительные, так и на отрицательные эмоции окружающих её людей.
  
  - Присмотрите за моими вещами? Там цветы, их бы в воду пока что поставить.
  
  - Да, - кивнула Моника. - Спасибо, - повертев шоколадку в руках, положила её на стол. - Не беспокойся, поухаживаю. За такими-то красивыми розами как не приглядеть, - забрала у Беслана пакет. Вынула из того розы и с удовольствием вдохнула их аромат. - Кому цветы? - она тепло улыбнулась.
  
  - Девушке любимой, - с задумчивостью сказал он. Взглянул на наручные часы, которые показывали восемнадцать часов и три минуты.
  
  - Счастливая! Ей понравится! Эх, будь я моложе годков хотя бы на двадцать, - в серых глазах Моники засверкали мечтательные искорки.
  
  Беслан подарил ей полуулыбку.
  
  - Что за бестолочи меня окружают? Бездельники! Почему фура стоит закрытой, не разгружается? Я вам всем за что плачу деньги, попрошайки! - донёсся с улицы грубый голос Алоиса Груды.
  
  - Начинается извержение Везувия, - осуждающе покачала головой Моника и достала с верхней полки пустую трёхлитровую банку.
  
  - Спасибо за помощь! Пойду я, постараюсь не присоединиться к участи Помпей, - усмехнувшись, Беслан направился к двери.
  
  - А как её загружать, когда подогнать к складу никак. Солярка кончилась! Ещё повезло, что бак опустел, когда уже на базу заехал, а не на перекрёстке, к примеру. Я ведь предупреждал... - пытался оправдаться сорокалетний худощавый водитель с вытянутым лицом, впалыми глазами и длинной рыжей бородой.
  
  Беслан, став за его ссутуленной спиной, посмотрел на начальника, как на мерзкую толстую жабу, посчитав, что тот от неё отличается лишь размером, человеческим лицом и дорогим костюмом да парфюмом.
  
  - Не загружать! Разгружать! Бестолочь! - брызжа слюной, проорал Алоис. - Уволю к чёрту! Вечно вам топлива не хватает! Ворьё! Что мои ботинки изучаешь? Уткнул нос в землю он. Бери канистру, деньги в бухгалтерии и беги на заправку, идиот!
  
  Водитель кивнул и поспешил выполнять хозяйскую волю.
  
  - Чего уставился, пацан? - зло спросил Алоис у Беслана. В его чёрных узких глазах стоял блеск, напоминавший всполохи молний.
  
  - Жду, пока вы меня уволите и я пойду в ресторан пропивать наворованное состояние, - он вяло пожал плечами.
  
  - Размечтался, - Алоис язвительно усмехнулся. - Будешь и дальше горбатиться за гроши, колкий ты на язык. Отец твой хороший работник и мужчина! Бери с него пример и вырастешь человеком! Или собакой бездомной подохнешь с голоду!
  
  - Всегда беру, когда он из командировок на пару дней возвращается домой и вас нахваливает, - Беслан снова пожал плечами и с флегматичным выражением лица прибавил: - А про собаку, я думаю, не такой и плохой конец. Ведь сперва можно бешенством заразиться и крепко покусать много кого из тех, кто не кормил, проходя мимо гордо.
  
  - Да, пацан, - с лукавой улыбкой протянул Алоис. - Спесь у тебя бандитская, но умён, такие шестёрками не бегают. Держи... - он вынул из пиджака бумажник, достал из него шесть купюр номиналом в сто евро и протянул Беслану. - Когда вырастешь в волка, не забудь, что я кормил тебя щенком.
  
  "Вот и вся суть такого человека с гнильцой. Покупать верность. Пускать золотую пыль в глаза, тем самым выставляя себя безмерно щедрым и одним махом маскируя свою большую жадность и подлость да страх, что в душе мелкой. Нищему кинешь сотку и думаешь, чист, что и не стрельнёт он тебе в спину, ожидая другого подарка или святым почитая. А сам разве от подачки обеднеешь? Для тебя копейка это. Это нам, рабам, много. А такие, как ты, в казино враз тысячи просаживаете и любуетесь собой, кость кидая тому, кого боитесь, что мясо ваше отнимет. Не зря боитесь".
  
  - Спасибо, - Беслан взял деньги и засунул их в карман джинсов. - Не сомневайтесь, буду помнить.
  
  - Да, взгляд волка, голодного и дерзкого. Такой охотников не боится и со спины заходит к ним. Такого бы мне сына! Аннет, соплежуй уродился. А тебе, пацан, совет: всегда бей первым, не жди! Честен и прав тот, кто уцелел!
  
  Беслан кивнул. Алоис, посвистывая, пошёл в диспетчерскую.
  
  Через некоторое время вернулся водитель фуры, заправил её и подогнал к складу. Началась разгрузка. К её середине Алоис собрался и уехал, перед этим накричав на работников, чтобы те быстрей, муравьи, шевелились. Кого-кого, а Беслана подгонять было незачем. Он сам жаждал поскорей покончить с переносом упаковок с водой, консервами, мешков с крупами и сбежать на сегодня с галеры. Скинув рабские оковы, заключить в объятия красивую девушку на всю ночь. Планы были отличные, но как оставить Полину до утра при себе, он пока не знал. Решил, что по ходу дела разберётся. Приличная сумма в кармане насылала на разум радужные перспективы.
  
  Окончив работу, Беслан разделся по пояс. Налив из бойлера в тазик воду и взяв из своего шкафчика шампунь, принялся мыться, размышляя о любви. Думал, чем она хороша, а чем плоха. Мысли приходили к парадоксальному выводу, что не имеет значения, та дурна или прекрасна, всегда лучше, если у тебя есть финансы. С ними хорошее станет слаще, а плохое не таким горьким.
  
  "М-да, Алоис, разумеется, сволочь, но прав, я есть волк и сдохну им! Собакой у забора - никогда! Как отец пахать годами смиренно на такого вот урода не смогу, вцеплюсь в глотку клыками. Море, судно, контрабанда, своё дело, босс мафии в крупном городе, потом серый правитель страны. Это интересная карьера по мне", - с усмешкой Беслан вытерся полотенцем, надел запасную футболку и пошёл в диспетчерскую.
  
  - Завтра около двенадцати часов дня наш водитель вам позвонит, - сказала Моника в трубку. - Да, будьте готовы, - пауза. Быстрый взгляд на Беслана. - Всего хорошего, - на пухлых губах мелькнула улыбка.
  
  - Работа ещё будет? - оперевшись плечом об косяк двери, спросил он.
  
  - Вряд ли, - Моника пожала плечами и откинулась на спинку стула. - Наша фура стоит на оптовом терминале в огромнейшей очереди. Там, видите ли, компьютер сломался. Никак починить не могут. Похоже, что раньше утра никого не начнут даже загружать, - сделала глоток кофе. - Беги на свидание со своей красавицей, - с теплотой сказала она. - У вашего старшего я сама тебя отпрошу.
  
  - Спасибо, вы самая лучшая коллега, - подмигнув, с признательностью ответил Беслан и, забрав пакет да цветы, стебельки которых покрасневшая Моника обмотала алой лентой, отправился в парк. Тот был в пяти минутах от его работы.
  
  Стоя под широким дубом и вдыхая аромат незабудок, Беслан набрал на телефоне номер Полины.
  
  - Да, любовь моя? - в динамике прозвучал мягкий с нотками кокетства голос.
  
  - Я уже освободился. Через несколько минут буду у нашего кофе.
  
  - Замечательно. Я вот думаю о наградах и желаниях... - многозначительная пауза. - Буду через пару минут на месте. Кто быстрее, мой Бес? - задорно спросила Полина и отсоединила связь.
  
  Улыбнувшись, Беслан покачал головой и побежал в сторону кафе.
  
  "Чертовка. Кто из нас ещё бес? Иногда она просто сама святая невинность, а временами легко переплёвывает меня по изобретательности, озорству и другим чувствам, эмоциям, действиям, свойственным охваченному страстью бесёнку!" - с радостью в энергично бьющемся сердце подумал он.
  
  Беслан оказался у двери заветного заведения на десять секунд раньше, нежели Полина. Как увидел её, отметил про себя, что к сегодняшнему свиданию она тщательно приготовилась, явно желая до безумия раздразнить его внутреннего зверя. Короткое ситцевое платье туманной дымкой обнимало её, обтекая стройную фигуру; узкие бретельки загадочно чуть спадали с плеч, высокие каблуки, сделавшие её одного роста с Бесланом, придавали походке нечто близкое с грациозным порханием над землёй тонконогой газели. Беслан сглотнул. Едва ощутимое дыхание ветра, точно забавляясь, заиграло с локонами рыжих волос Полины, которые были завиты в большие кольца. Она походила на ангела, в зелёных глазах которого плясали чертенята.
  
  Полина подошла к Беслану в сопровождении статного мужчины.
  
  Разглядывая того, Беслан нахмурился. Прежде он никогда его не видел, поэтому ему пока и оставалось лишь гадать, кем тот приходится Полине. Мужчине на вид было примерно тридцать лет. Он имел высокую и подтянутую фигуру. В его карих глазах словно отсутствовала жизнь, они казались мёртвыми, точно стеклянными. Сомнений не возникало, что он человек властный и весьма прямой, явно сильный духом, а также... на языке у Беслана крутилось слово-ощущение "опасный" в самом худшем его понимании. Но было ещё что-то... оно вползало в душу из глаз этого мужчины и разворачивалось там шипящей змеёй.
  
  - Ты прекрасна! - Беслан вручил любимой цветы и демонстративно поцеловал её в щёку, затронув уголки губ. - Добрый вечер. Беслан, - он протянул руку провожатому Полины.
  
  - Здравствуйте, юноша, - мужчина проигнорировал его ладонь и пристальным взглядом смерил с макушки до кончиков кроссовок. - Предупреждаю сразу, обидишь её и горько пожалеешь. Очень горько!
  
  - Леон, - Полина сконфузилась. Одновременно просяще и сердито смотря на спутника, дёрнула его за рукав короткой модной куртки серого цвета. - Пожалуйста. Мне, что, затворницей быть? Я знаю, с кем общаюсь. Я же тебе говорила... - её взгляд стал очень выразительным.
  
  - Прости. Однако он мне не нравится. Я бы сказал, от него дурно несёт... неприятностями, - не прячась под маской учтивости, сказал Леон и многозначительно посмотрел на Полину.
  
  - А мне нравится, как от него пахнет! - она вдруг стукнула того дамской сумочкой по прессу и с вызовом прищурилась. - Ты обещал не мешать мне жить.
  
  - Извините, я отойду, вам не...
  
  - Нет! Стой, - Полина с напором перебила вежливо заговорившего Беслана. Подошла к нему и взяла под руку. - Я позвоню, если что-нибудь будет нужно. Спасибо, что проводил, - её решительный и горячий взгляд впился в Леона.
  
  - Твой характер весь в... - желваки заходили на его лице. - В того самого несносного родственника. Не забывай о его судьбе, принимая решения, кого слушать, а кого прогонять.
  
  - Я люблю тебя, - тон Полины вновь резко сменился. Теперь он стал мягким и кротким. - Пожалуйста, не обижайся. Беслан и вправду замечательный, и мне с ним хорошо. Я обещаю, он меня не обидит и я его тоже. Всё будет без проблем.
  
  Беслан невольно усмехнулся, вспомнив о весле, однажды занесённом над его головой. Увидев напряжённое недоумение на лице Леона и злость в его глазах, нацеленных на себя, спешно сказал:
  
  - Рядом со мной Полина в полной безопасности! А вот я с ней - не гарантированно, что буду цел. Уверен, зная её, вы беспокоитесь именно за меня и понимаете меня.
  
  - Сказала бы я тебе, - Полина надула губы и легонько ткнула локтем Бесланом в бок. - Всего-то один раз и маленькое весло, и то в шутку, а ты так распереживался. Неженка.
  
  Леон скупо, но улыбнулся.
  
  - Я понимаю вас, юноша, гораздо больше, чем вы способны себе представить. В чём-то даже сочувствую, - он задумчиво вздохнул. - Так и быть, приятного вечера. Полина, я тебе доверяю, но не забывай, если что, твоя мама меня убьёт и твоих оправданий в мою защиту не послушает.
  
  - Я помню. Спасибо! - Полина подбежала к Леону и, повиснув на его шее, поцеловала в обе щеки. Потом вернулась к Беслану.
  
  Леон мрачно и тяжело посмотрел на него и, скрипнув зубами, ушёл.
  
  - Кто он тебе? - открыв дверь в кафе и пропустив вперёд Полину, спросил Беслан, продолжая хмуриться.
  
  - Дядя. Мамы брат.
  
  - Ты о нём раньше не упоминала. Хотя, как вижу, очень привязана к нему, а он к тебе, - странная ревность кольнула сердце.
  
  - Мы очень редко с ним встречаемся. У него с женой нет детей, и я им как дочь, - грустная полуулыбка. - Они всегда увлечённо опекают меня и заботятся. Много добра и тепла мне дарят, и я отвечаю им тем же. А тебе он не понравился, да? - Полина села за выбранный Бесланом столик, стоявший в углу зала и утонувший в густой тени раскидистых папоротников, росших в кадках на тумбах. Тут было темновато, но создавалась приятная иллюзия уединения.
  
  - Что-то в нём угрожающее есть. И надменное, - Беслан сел напротив неё. Взял читать меню.
  
  - Он военный. Привык быть строгим и рассматривать всех, как солдат. Не обижайся на него, пожалуйста, - Полина, положив розы на край стола, потянувшись, коснулась его ладони.
  
  - Для тебя всё, что захочешь, - отложив меню, он тепло улыбнулся и взял её за пальцы. - А его жена кто? Как его терпит?
  
  - Она тоже военная, но врач, - Полина прищурилась. - Тебя он сильно заинтересовал. Не больше ли меня?
  
  Беслан коротко засмеялся.
  
  - Солнышко, разумеется, заинтересовал! Как настолько важная часть твоей жизни может быть мне не важна?
  
  - Ты любишь меня? - она начала пристально вглядываться в его глазах, словно пытаясь понять что-то важное для себя.
  
  - Это неверный вопрос, - Беслан пересел к ней. Обнял за талию и привлёк к себе крепко. Другой рукой провёл по щеке, чуть дотронувшись пальцами до приоткрывшихся губ Полины. - Нужно спросить было, насколько сильно я люблю тебя! - коснулся её лба своим. - Полина, ты мне нужна... как воздух, - шёпотом. - Я люблю тебя. Не обижу тебя. Ты очень многое для меня значишь, - с наслаждением вдохнул её запах карамели.
  
  - Я люблю тебя. Всё для тебя сделаю. Я не могу тебя потерять, - её глаза увлажнились, а рука легла на его грудь в районе сердца.
  
  - Ну ты чего, чертовка моя? - он обнадёживающее улыбнулся и нежно её поцеловал в губы. - Не бойся. Не оставлю тебя, даже если совсем не всё сделаешь. Глупенькая моя девочка, - он погладил её по волосам. - Я же сказал, что не обижу тебя, что люблю! Мне никогда не будет нужно от тебя что-то через силу, без желания твоего. Поняла?
  
  Полина кивнула, трогая его лицо.
  
  - Но я хочу всего, что хочется тебе, - она поджала губы, смущённо краснея. - Правда.
  
  Беслан едва не поперхнулся застрявшим в горле воздухом, внезапно сделавшимся словно стальной ком. В его сознании мелькнули вперемешку смелые фантазии о сексе с Полиной и с Ангелиной.
  
  К столику подошёл официант, облачённый в классические брюки и рубашку с логотипом кафе, верхние пуговицы которой были расстёгнуты. Это был невысокого роста парень лет двадцати, в жилах которого явно текла азиатская кровь. У него были тонкие аккуратные черты лица, смуглая кожа и белоснежная улыбка. В чёрных глазах, на которые падала косая чёлка, стоял огонь, но под ними красовались небольшие серо-синие лужицы, свидетельствующие о его усталости. На шее висела цепочка с кулоном, изображавшим половину сердца.
  
  "Вторая половинка его кулона, быть может, у девушки, которую он любит? Тогда с ним, наверное, будет возможно договориться, когда я попрошу алкоголя... Поймёт меня".
  
  Беслан, как спасательный круг, схватил меню и дал его Полине.
  
  - Солнышко, заказывай всё, что пожелаешь. Мне приличную премию выдали, так что не стесняйся, - с самодовольным видом сказал он, властно обнимая её за плечи одной рукой.
  
  Полина внимательно принялась изучать меню, какое блюдо из чего приготовлено. Спустя пару минут её выбор пал на салат из овощей, в который были добавлены кусочки сыра фета, а сам он был приправлен оливковым маслом. Беслан вскинул бровь и задумчиво посмотрел на Полину. Та нахмурилась и, словно прочитав его мысли, дополнительно пожелала десерт: крем из маскарпоне с печеньем и голубикой. Пить попросила чёрный китайский чай, ткнув в его название указательным пальцем, потому как не могла выговорить или не захотела.
  
  - Бай Хао Инь Чжень, - добродушно улыбнувшись, сказал официант и записал в блокнотик заказ.
  
  Беслан, покачав головой, хмыкнул. Забрав у неё меню, пробежался по нему взглядом и добавил к заказу две порции классического римского блюда из говядины с пармской ветчиной и овощным гарниром, а также пару фужеров мороженого с ягодами, политыми сиропом и покрытыми сливками.
  
  - Ещё нам бутылочку шампанского Laurent-Perrier Demi-Sec, - Беслан отложил меню и поцеловал ладонь, казалось, оробевшей Полины.
  
  - Прошу прощения, но для заказа алкоголя не могли бы вы показать документы, удостоверяющие ваше совершеннолетие? - подчёркнуто вежливо спросил официант, приподняв уголки губ.
  
  Встав, Беслан наклонился к уху официанта и тихо сказал:
  
  - За щедрые чаевые в стоимость шампанского можно ли мне поверить на слово, что мы уже очень взрослые? Помоги, прошу как мужчину. Пойми, люблю её, с ума схожу.
  
  - Впрочем, извините, вы с вашей спутницей так прекрасно выглядите, что я невольно принял вас за школьников. Ещё раз простите, конечно, ваш заказ будет исполнен в полном объёме, - кивнув, официант тепло улыбнулся и ушёл.
  
  Беслан сел обратно рядом с Полиной. Поцеловал её в висок.
  
  - На что ты, солнышко, надеялась? Что позволю тебе играть в Дюймовочку и умереть с голода? - хитро прищурился. - У меня на тебя большие и долгие планы! Так что тебе придётся много кушать и быть сильной, - подмигнув, щёлкнул её по носу.
  
  - Неужели? - с блеском в глазах спросила Полина. - Можно ли подробней о планах? - её дыхание участилось, а щёки начали заливаться густым румянцем.
  
  - Ну как... - Беслан замялся, поняв, что не может сейчас ей сказать прямо о своих желаниях. Для него в помещении было слишком людно, да и в груди, к горлу, дабы придушить, тянулись холодными руками праведная совесть и порядочность. Он не желал, чтобы близость с Полиной хоть чем-то оказалась похожа на встречу с проституткой. Он не хотел секса. Ему была нужна любовь, но вся до дна, до последней капли. - Поход в кинотеатр, прогулка по парку, утренняя пробежка километров пять и заплыв в бассейне метров триста. Думаю, неплохое будет начало для подготовки к свадьбе и первой брачной ночи. За два года как раз наберём нужную спортивную форму, а то мы хлипковаты, как мне думается, - он ей подмигнул.
  
  - Ты как считаешь, швабра сойдёт взамен весла или у них тут найдётся что поизощрённей на кухне? - прищурившись, Полина начала постукивать по столу ноготками, покрытыми красным лаком.
  
  - Слушай, - словно вспомнив что-то важное, как можно спокойнее заговорил Беслан, - вот официант спросил о документах, и тут мне подумалось, что твой дядя поразительно молодо выглядит в сравнении с твоей мамой. Прости, мне любопытно, насколько он её младше? - он умышленно перевёл тему в иное русло, где преимущество было на его стороне.
  
  Полина моментально стала серьёзной. От её лица отхлынула кровь.
  
  - Нет, он, наоборот, немного старше её. Но вот такая у него хорошая наследственность, - облизала губы. - Я частенько над ним шучу, что он явно спит в холодильнике или имеет блат у Дракулы, - напряжённо засмеялась.
  
  Беслан, посчитав, что она не жаждет сейчас вести беседу о своей семье, тепло, но вымученно улыбнулся. Лихорадочно начал думать, как будет лучше приступить к важному разговору.
  
  - А я тебе ещё и конфет купил, - он нежно сжал руку Полины.
  
  - Мне очень прията твоя забота, но в действительности кроме тебя ничего не нужно. Просто ты... сам по себе, - точно кошка она прильнула к нему, с лаской смотря прямо в глаза.
  
  - Полина, - он вздрогнул. Тяжело вздохнул. - Какая, к чёрту, забота? Конфеты с коньяком. Ещё шампанское это. И мне охота выпить водки. Я напоить тебя собрался. Заботливого нашла... - стиснул зубы.
  
  - Представляешь, я догадалась, что... - нежно и с пониманием.
  
  Беслан не дал ей договорить, приложив палец к её губам.
  
  - Я люблю тебя и хочу, чтобы нам приятно запомнился этот вечер и эта ночь. Я бы их не испортил. Тебе нечего опасаться. Можешь хоть в дым набр...
  
  Теперь Полина помешала ему говорить, прижав палец к его губам.
  
  Подошедший официант учтиво кашлянул и, поставив на стол ведёрко с охлаждённой бутылкой шампанского, спросил:
  
  - Мне откупорить сейчас или позже?
  
  - Я сам. Спасибо! - ответил Беслан, приобняв Полину за талию.
  
  - Ваши блюда подадут через пять минут, - сказав это, официант удалился.
  
  Беслан встал и взял бутылку. Прищурившись, посмотрел на Полину.
  
  - А может быть, это ты меня хочешь споить и... - он многозначительно вскинул бровь.
  
  - Наконец догадался, что это тебе стоит бояться! - она засмеялась. - Наливай, любимый, бежать поздно! - показала язык.
  
  - Ау!.. Это я волк, а ты добыча! - широко улыбаясь, отреагировал Беслан на то, как она шлёпнула его ниже талии.
  
  - Смотря, кто из нас будет трезвей! - Полина вновь показала ему кончик языка.
  
  Беслан с хлопком откупорил бутылку.
  
  Идя по дальней аллее парка, Беслан трепетно прижимал к себе захмелевшую Полину, с наслаждением вдыхая её запах, ставший близким и родным. Редкие фонари тускло освещали им дорогу, а луна, бледная и величественная, играла лучами на глади пруда. Звёзды подмигивали. Ветер едва ощутимо качал макушки деревьев, словно желая те усыпить. Полночный час дышал покоем и теплом, даруя Беслану ощущение чего-то загадочного, но долгожданного. Он, нежно держа Полину за талию, взял её ладонь. Поцеловал. В царственном уединении под присмотром лишь матери-ночи, молчаливых стражей-деревьев и притаившихся пажей-цветов опьянённый Беслан никак не мог решиться на прямой, откровенный разговор с Полиной. Несмотря на то, что вдобавок к шампанскому перед уходом из кафе отлучился в туалет и добыл себе ещё сто грамм водки, жалел, что не двести. Ему не хватало их, дабы заглушить голос разума и отдаться чувствам. Хотя ему было очевидно, что Полина и без этой беседы готова перейти к горячим действиям, но претило быть обласканным жаром любви не от страсти. Было противно от мысли, что, если она подарит ему себя, займётся сексом из сострадания. Беслан желал разобраться в чувствах Полины, заглянуть ей в душу и в ответ приоткрыть свою сначала словами и после уже добавив тело.
  
  "Это трудный путь, но я обязан по нему пройти", - подумал он.
  
  В сердце Беслана жило, что и шаг в бездну это лишь пустяк для него. Во всём простом ему виделась ловушка, делающая его слабым. Он же считал себя сильным.
  
  - Тебя во сколько часов перестанут дома ждать и поднимут на уши всю полицию? - стараясь незаметно для Полины оглядеться, начал он ту беседу, что оттягивал. Вокруг по-прежнему никого не наблюдалось. Это прибавило ему уверенности и спокойствия.
  
  - Где-то до двух. Я сказала, что ты пригласил меня в кафе, а потом на последний киносеанс, - она улыбнулась, точно лиса. - Но я предупредила, что мы можем после и в клуб зайти потанцевать с Ангелиной и Алексом. Так что мне только стоит позвонить и предупредить, что задержусь до утра, - пауза. - Если захочешь... - приглушённо.
  
  - Молчу про дядю, но как тебе мама и отец такое позволили?.. - он с удивлением приподнял бровь. Алчно впился взглядом в её губы, по которым быстро скользнул кончик языка.
  
  Полина, с кокетством закусив краешек нижней губы, пожала плечами. Спрятала кончик носа в бутоны роз. Глубоко вдохнула.
  
  - Наверное, считают, что борьба запретами с моим бунтарским характером к хорошему не приведёт.
  
  - А доверяя тебе, получают взамен больше любви, и верности, и уважения, - Беслан кивнул. Поцеловал её в висок.
  
  - Ты неплохо меня уже знаешь, - с открытой улыбкой она заправила за ухо выбившуюся прядь.
  
  - Хотел бы гораздо лучше, - он остановился, взял её лицо в чашу ладоней. - Ты мне нужна шире и глубже, полней. Нужна вся, - сглотнул, всматриваясь в зелёные блестящие глаза. - Тебе всего шестнадцать, мне лишь семнадцать. Глупо звучит, что я не только секса хочу от тебя, но это так. Мне нужно больше. Всю тебя. Я не хочу иначе женщину. Будь мне нужен только секс, давно бы с кем спал, а не стоял тут девственником, не зная, чего боюсь больше: согласия или отказа, - хрипло сказал он. Мягко поцеловал её губы.
  
  Полина перевела руки с его талии на шею. Он прижал ладони к её бёдрам.
  
  - Хочешь заняться любовью, лишить нас девственности тут на лавочке или под каким-то кустиком? - полыхая румянцем, она хихикнула и уткнулась носом в его плечо.
  
  - Думаю, тебе здесь будет не очень удобно и приятно, - Беслан запустил пальцы одной руки ей в густые волосы, другой же принялся поглаживать спину. - Рассчитывал в гостиницу попасть с чёрного хода.
  
  - Ещё спрашивал, почему я тебя Бесом зову, - Полина с желанием посмотрела ему в глаза. Её дыхание стало глубоким и тяжёлым, напряжённым. - Я бы умерла за ночь с тобой, - горячим шёпотом призналась она. - А ты?
  
  - Нет. Я что ненормальный? - он хмыкнул. Лицо Полины посерело, глаза окутала боль. Беслан покачал головой и щёлкнул её по кончику носа. - Дурашка, зачем мне с собой ночь проводить, когда я тебя люблю!
  
  - Дурак! - с визгом вскрикнув, Полина толкнула его в грудь. Он, отшатнувшись, едва не упал. - Ты хоть соображаешь, как меня напугал?.. Я тебя побью, дурак ты этакий! Поколочу до смерти! - накинулась на него, хлопая ладонями по груди. - Прибью, дурак!..
  
  - Лучше поцелуями! - посмеиваясь, Беслан обнял её и закружил.
  
  - Пошли в гостиницу скорей! А то я за себя не отвечаю! Могу и закусать! - Полина впилась пальцами ему в волосы.
  
  Его и её губы встретились в страстном глубоком поцелуе.
  
  
***
  
  Благодаря взятке портье Беслану с Полиной удалось попасть в одноместный пятизвёздочный номер без каких-либо документов и регистрации. Поднявшись на седьмой этаж в лифте, напоминающем зеркальную шкатулку, Беслан отпер дверь и пропустил лукаво улыбающуюся Полину вперёд. Внутренне его сковывало волнение, но он упорно старался казаться спокойным и очень уверенным в себе. Закрыв замок, положил электронный ключ на рядом стоящую тумбу и включил верхний свет. Номер оказался просторным. Напротив входа располагалось окно, украшенное белоснежно-алыми тюлевыми шторами с ламбрекенами. По правую сторону находилась заправленная светло-бордовым покрывалом кровать, рельеф изголовья которой был выполнен в виде треугольников с декоративной строчкой. На стене висела картина, показывающая эпизод осени: в парке молодой мужчина держал на руках девушку и кружил её, а листья, сорванные хулиганом-ветром, сыпались и сыпались. Солнце ярко сияло над ними. Уголки их губ были приподняты вверх, а в глазах плескалось счастье.
  
  Беслану невольно вспомнилась Ангелина, любящая порой часами сидеть над альбомным листом, рождая на нём благодаря карандашам и мелкам отблески того, к чему в данный момент тянется её душа. Прежде он часто видел её рисунки, но в последнее время они пропали, будто их никогда не существовало. Он только сейчас, находясь в гостинице с девушкой, с которой собирался разделить постель, это осознал.
  
  Нахмурился, прогоняя любые мысли об Ангелине. Посмотрел на телевизор, стоящий на небольшом шкафчике у другой стены.
  
  - Я припудрить носик. Чтобы не забыл обо мне, - ласково сказала Полина, передавая ему букет, и, скинув с ног туфли цвета рубина, покачивающейся походкой направилась в ванную комнату.
  
  Беслан проводил её взглядом. Потёр лицо ладонью и, вдыхая аромат роз, прошёл к кровати.
  
  Несколько раз то включал ночник и выключал люстру, то полностью гасил свет, то зажигал все, что можно.
  
  "Чёрт его знает, как нам будет лучше, когда видно или когда на ощупь? А мне раздеться или ждать её голую так? Может быть, пойти за ней и вместе принять душ? Как она мечтала, думала расстаться с девственностью? Как угадать это, чёрт? Как не облажаться, чтобы ей потом не было противно вспоминать о первом разе и не затошнило от меня? Тошнило... Мать! Ещё этот презерватив... Самому его надевать или ей дать? Чёрт, это ужас какой-то, когда любишь, всё так сложно", - Беслан, покачав головой, покрутил букет цветов Афродиты в руках.
  
  - Ну да. С одним вопросом у меня хотя бы нет сомнений, - хмыкнув, принялся обрывать с роз бархатные красные лепестки и бросать их на постель.
  
  - Какой ты у меня романтичный, - за его спиной раздался голос Полины, точно пропитавшийся мёдом.
  
  Беслан так увлёкся процессом украшения ложа, что не услышал ни как она открыла дверь ванной, ни её шагов. Повернувшись к ней, улыбнулся. Изогнул бровь, разглядывая её. Она была всё так же в платье, но нечто неуловимое, как ему показалось, всё-таки в ней изменилось.
  
  - Что? - хитрый прищуренный взгляд.
  
  - Сумочка. Ты оставила её в ванной! - спустя миг, он вычислил, чего не хватает.
  
  - Ты всегда очень наблюдательный, - Полина чуть склонила голову набок. - Огорчён, что лишь её там бросила?
  
  - Ну да. Расстроилась, что я тут всё одет? - он коснулся её носа неободранным бутоном.
  
  - Ага, но не сильно. Мне будет интересно самой тебя раздеть! - со смущением провела языком по губам.
  
  - А я вот ещё не определился, как будет мне приятней: самому снять с тебя одежду или понаблюдать, как ты это сделаешь, - с напускной задумчивостью он пожал плечами и протянул ей цветок. - Ну-ка, потренируйся, помоги, пока я думаю.
  
  - Какой наглец! - Полина разом сорвала все лепестки с розы и бросила их ему в лицо. - Подойдёт?
  
  - Да, спасибо! - Беслан, уронив стебель, резко схватил её на руки и аккуратно уронил на кровать. - Сойдёт? - нависая над ней, шумно дышащей, он замер, утопая в её широко распахнутых глазах.
  
  Долгую неловкую паузу нарушила Полина, прошептав:
  
  - Люблю тебя очень-очень. Спасибо, что так бережно относишься ко мне. И я боюсь, но всё будет хорошо. Мы вместе справимся. Что тебя тревожит?
  
  Беслан, сглотнув, мягко поцеловал её в веки. Сел и помог ей подняться, затем взял её к себе на колени. Она обхватила ногами его бёдра, а руками обвила шею.
  
  - Ты хочешь со светом или без?
  
  - Мне нравится видеть твои раздевающие меня глаза. Блеск в них! - Полина тихонько начала елозить по его коленям и низу живота.
  
  - Значит, свет оставляю, мне тоже хочется рассмотреть каждый твой изгиб, - он напряжённо улыбнулся, поглаживая ей бёдра.
  
  - Я слышала, у мужчины сразу от волнения может не получиться или слишком быстро всё закончиться, - поджала на миг губы. - Ты ведь не уйдёшь? Не подумаешь, что я плохая женщина? Мы попробуем ещё и ещё, пока не получится, как хотим? Подскажешь, как и чем тебе помогать для этого? - волнение в глазах.
  
  - Скорее бы подумал, что я плохой мужчина, - Беслан вздохнул, увидев, как помрачнела Полина. Запустив одну руку под платье и сжав бедро, другой принялся ласкать ей грудь. Полина зарумянилась. Он подмигнул. - Ответ на твои вопросы, моя замечательная женщина, понятен?
  
  - Да, но хочется убедительней! - теперь она подмигнула и пробралась пальцами к молнии на джинсах.
  
  - Солнышко, - хрипло начал он, чувствуя её требовательные касания. - А презерватив? Что с ним? Я несколько купил. В кармане лежат. Мне надеть, когда... или ты сама?
  
  - Как тебе лучше. Но я хочу ощутить тебя так, без него. Доверяю тебе, что у тебя никого не было, а таблетку противозачаточную... я приняла, - в её взгляде промелькнуло смятение, но возможно, как подумал Беслан, это было сильное волнение с окраской стыдливости за свою предусмотрительность. Беслан не разобрался в этом мимолётном чувстве, его разум уже кипел более важными для мужчины мыслями.
  
  - К дьяволу презервативы! - сказал он и стал покрывать её шею поцелуями, попутно расстёгивая молнию платья. Сделав это, он принялся нетерпеливо его стаскивать. Тело кинуло в жар. Мужское начало окрутило сердце, душу и каждый мускул. Подожгло разум единственным смыслом, чтобы дышать: проникнуть, войти глубже и взять себе всю влагу, тепло и мягкость женской плоти. Под кожей потекло электричество страсти. Оно стремительно накапливалось внизу живота. - Прости, что сделаю больно. Постараюсь нежнее. Если хочешь это как-то так или так, я с радостью выполню! Только скажи. Люблю тебя, люблю! - покрыл дождём поцелуев её плечи, ключицы и верх груди. Замялся с раскрытием застёжек на бюстгальтере.
  
  - Это будет не боль, а счастье быть твоей, - жарко дыша ему в лицо, Полина помогла расстегнуть бюстгальтер. - Делай, сколько хочешь и как хочешь! Мне нужно видеть твои счастливые глаза! Подари мне себя!
  
  - Бери! - с этими словами он повалил её на кровать.
  
  Их движения были порывистыми, горячими и настойчивыми. Поцелуи - глубокими, полными исступлённой страсти, а порой, и нежности. Кровь горела, сознание окутывалось сладкой дымкой. Но, как и остерегалась Полина, с первого раза у Беслана ничего не вышло. Он перенервничал. После неудачной попытки чуть ли не поддался психозу, но ласковые поглаживания Полины, самозабвенные поцелуи, тёплые слова его успокоили. Подарили уверенность, что всё получится. И со второй попытки это произошло, но вновь, как и предупреждала Полина, разрядка наступила очень быстро.
  
  - Спасибо, солнышко, - прошептал Беслан между поцелуями, поглаживая Полину по груди. - Прости, что так быстро. Я не смог подарить тебе удовольствие, - он нахмурился, глубоко вдохнул и с шумом выдохнул. - Я идиот! - резко сел и врезал кулаками в кровать. - Дурак! - обратно вернулся к Полине, дрожа, целуя ей живот, хрипло зашептал: - Тебе там внутри больно, а я об удовольствии. Я идио...
  
  - Всё в порядке, любимый, - прервала его Полина. Коснувшись ладонью его щеки, заглянула в глаза. - Я счастлива. А первый раз на то и первый раз. Но для меня он был волшебный, потому как ты... ты очень заботливый. Одновременно страстный и нежный. Я люблю тебя, - её губы украсила лучистая улыбка.
  
  Беслан поднялся выше и поцеловал её в кончик носа.
  
  - Но я хочу дать тебе больше, и не завтра, а уже сегодня! Хочу, чтобы ты почти сошла с ума от близости со мной! Может, у всех первый раз, как блин, комом. А у тебя не будет! Как ты смотришь на то, что я дам тебе минут пятнадцать отдохнуть и начну сладко мучить, пока ты не улетишь в Рай? Внутри тревожить не буду. У меня есть иная идея! - он озорно подмигнул.
  
  - А можно мне сперва узнать, какая? - она кокетливо прищурилась и, дразня, лизнула его губы.
  
  - Ну, ты её фактически отгадала. У мужчины есть не только пальцы и разводной ключ.
  
  - Мне нравится твоя идея, и, представь себе, я уже отдохнула! - она подмигнула и хихикнула.
  
  - Ну тогда... - Беслан начал прокладывать дорожку влажных бархатных поцелуев от её губ через шею к груди, затем к животу и бёдрам. А потом она застонала, а он силой стал не давать ей сомкнуть ноги и зажать свою голову.
  
  "Полина, девочка моя. Уберегу тебя от разочарования мной. Хотя ты достойна парня получше, чем я. Честней и нормального мозгами, не желающего сестру, не бегущего прятаться от одних желаний за другими. Я люблю тебя, а ей болен. Ты исцелишь меня. Чувствую, да! Мы будем счастливы! Создадим свой мир, яркий и солнечный, и Ангелина в нём будет лишь иногда, как затмение, мелькать на тебе - моём солнце! Люблю тебя! Не подведу", - пообещал он себе и забылся в урагане ласк, что обрушил на Полину.
  
  
***
  
  На горизонте брезжил рассвет. Алые мазки, наносимые художником Солнцем, пробирались к синему небу через серые тучи. Новый день вступал в свои права, но минувшая ночь всё ещё крепко держала Беслана в судьбоносных объятиях так же, как он руками прижимал к себе Полину. Они стояли у ворот её дома - белокаменного трёхэтажного особняка. Из-за кирпичного забора доносилось ленивое гавканье волкодава, который устал пытаться прогнать чёрного кота, нагло развалившегося на дороге и не обращающего на него никакого внимания.
  
  - Не хочу тебя отпускать, - Беслан уткнулся носом в шею Полины. С жадностью вдохнул аромат её волос и кожи. Запах измождённого занятием любовью тела кружил ему голову. Это были лучшие духи, какие он когда-либо нюхал. Невольно вспоминались недавние ощущения, что отделили его детство от новой жизни взрослого. Тот жар, та неведомая внутренняя сила, которая сжимала всё его естество и толкала цунами извергнуться в любимую девушку, прорвать любую дамбу и захватить её мир, соединить полностью со своим. Эти стихии ворочались в Беслане. Он желал их очередного триумфа.
  
  "Или это они не хотят спать, стремясь управлять мной, гоня брать то, что нравится. То, что питает внутри океан огня?.." - в голове невольно мелькнул этот вопрос. Но, в сущности, Беслану было всё равно, чем была обусловлена жажда брать и пить Полину и дарить ей глотки счастья. Ему нравилось тонуть в любви и страсти, остальное не волновало.
  
  - Держи, любимый.
  
  - С радостью! Твои родные будут сильно возражать, если я заберу тебя к себе домой прямо сегодня, прямо сейчас? - он голодно посмотрел ей в глаза, крепко стиснул пальцами бёдра.
  
  - Только убить тебя захотят, и всё, - она провела ладонью по его щеке и чуть улыбнулась.
  
  - Ну, это мелочь, - Беслан усмехнулся. - Любовь же бессмертна!
  
  - Счастье моё, я бы с...
  
  - Полина, ты говорила, ещё пять минуток, но они уже растянулись на полчаса! Завтра наобнимаетесь, - раздался во дворе с нотками сердитости голос Леона.
  
  - Иду. Сейчас, - Полина скорчила кислую гримасу. Вздохнув, дыша в самые губы Беслану, прошептала: - Спасибо за радость быть женщиной. Люблю тебя больше жизни.
  
  Беслан нежно её поцеловал. Не удержавшись, ласково потрогал между ног и грудь. Тихо прохрипел:
  
  - Нет мужчины без женщины. Люблю тебя, солнышко. Во сколько сегодня встретимся?
  
  Счастье в её глазах потускнело.
  
  - Увидимся лишь завтра. Я с родными в обед уезжаю по делам семейным.
  
  - Понятно. Поэтому дядя и сказал "завтра", а я-то подумал, что он ошибся, оговорился, - Беслан тяжело вздохнул. Поцеловал Полине ладони. - Я уже скучаю.
  
  - Я то...
  
  - Полина! - резкий и уже грозный призыв Леона заставил её вздрогнуть.
  
  - О, чудовище... - Беслан скорчил рожу. Улыбнулся и с жаром поцеловал в губы Полину. - Ладно, беги, а то мне придётся его убить, защищая тебя.
  
  - Ты моё счастье, - она с тоской в глазах попятилась к калитке. На ощупь её открыла. И, заходя спиной во двор, жадно ловя взглядом Беслана, сказала одними губами: - Спасибо, что я твоя.
  
  Калитка затворилась. Беслан глубоко вдохнул, он чувствовал, что задыхается. С быстро бьющимся сердцем направился домой. Душа ликовала, мысли были свободны от неприличной тяги к Ангелине.
  
  "Теперь всё будет отлично. Не сорвусь в пропасть. Не изгажу жизнь сестре. Сделаю счастливой и Полину, и Ангела, и сам не буду страдать. Любовь лечит любой недуг!"
  
  Закрыв за собой дверь, он, стараясь как можно меньше шуметь, снял обувь и на цыпочках прошёл к спальне Ангелины. Приоткрыл дверь, желая убедиться, что она мирно спит, что она дома, что с ней всё хорошо.
  
  Словно ведро кипятка плеснула ему в сердце совесть. Дыхание замерло, а во рту вмиг пересохло. Глаза с жадностью впились в юное тело на кровати. Ангелина действительно спала, но вместо привычных футболки и шортиков в качестве пижамы на ней отчего-то были кружевные чёрные трусики и ажурная короткая сорочка. Сестра лежала, обнимая сползшее одеяло и закинув на него согнутую в колене ногу. Одна из бретелек сорочки, развязавшись, упала и открыла левую грудь почти до самого соска, выпирающего под полупрозрачным материалом.
  
  Возбуждение моментально охватило Беслана. Он, стиснув зубы, попятился. Уткнувшись спиной в стену, судорожно вдохнул и медленно выдохнул. Смотря на приоткрытую дверь, сжал кулаки.
  
  "Чёрт возьми. Болезнь так просто не сдастся. Размечтался легко победить самого себя. Идиот. Думать нужно, куда смотришь, как трогаешь и что говоришь. Ты беды хочешь Полине и Ангелу или счастья?" - покачав головой, Беслан вернулся к двери и, смотря на Ангелину, прошептал: - Сладких снов, родная, - дрожащей рукой потянул за ручку, отгораживая себя от непоправимого. Затем принял холодный душ и лёг спать.
  
  ... Темнота рассеялась утренним туманом, и тёплый радужный свет обвил его. Чьё-то дыхание коснулось затылка. Проползло по шее. Тронуло губы.
  
  Беслан попробовал пошевелиться, но его будто опоясывали десятки анаконд.
  
  Чья-то рука надавила ему на грудь над сердцем.
  
  - Ты слеп. Очнись. Смотри. Где кружит ворон, там смерти нет. Там выход в жизнь. Встань из могилы. Иди к ней, беги. Не оставляй, не отдавай ты зверю её. Смотри в сердце, гляди в душу... - сказал шёлковый женский голос.
  
  Темнота, подобно лавине, упала на Беслана. Он сдавленно закричал в ней:
  
  - Кто ты? Кто?
  
  Вместо ответа заиграла мелодия звенящей тишины. Мрак поглотил его разум, и, когда ему показалось, что вот-вот кончится воздух в каменеющих лёгких, волна солнечного света ударила его по глазам. Он крепко зажмурился и дёрнулся, будто от поцелуя молнии, ощутив касание ладони у сердца.
  
  - Беслан, ты как? - совсем близко прозвучал встревоженный голос Ангелины.
  
  Тепло ладони у сердца исчезло.
  
  - Ангел?.. - Беслан открыл глаза. В комнате гуляло яркое солнце, и его золотые лучи, обтекая Ангелину, сидевшую на кровати, придавали ей образ неземного создания. Просторная майка и штаны на ней не могли скрыть её очаровывающей женской красоты. Беслан сглотнул. Часто заморгал, приподнимаясь на локтях. Одеяло, закрывавшее его ниже пояса, предательски несколько сползло, приоткрывая часть бедра и низ живота. - Что случилось? - смотря в родные, растерянные глаза, спросил он с заботой. Румянец на скулах Ангелины стал сочней. Она поджала губы. Её взгляд метнулся к его животу и тут же бросился обратно к его глазам. - Я тебя испугал? - мягко сказал он и сел. Одеяло ещё больше оголило ему бедро. Но он не собирался это исправлять.
  
  "Ну что, болезнь? Поиграем? Давай, нападай. Я не отвернусь. Я сильней", - подумал он, взяв за руку потерянную Ангелину.
  
  Она вздрогнула и странно улыбнулась.
  
  - А? Нет, - мотнула головой. - Чего мне бояться с тобой? - натянуто улыбнувшись, крепче сжала его пальцы, удерживавшие её ладонь. - Тебе Петер звонил, а ты трубку никак не снимал. И он меня набрал.
  
  - Прости. Точно, я мобилу на беззвучный режим вчера поставил и забыл изменить, - щёлкнул пальцем по кончику носа Ангелины. Приподнял уголки губ.
  
  - Он попросил передать, чтобы ты срочно ему перезвонил, - пауза. - Беслан, ты ни во что грязное не лезешь? - обеспокоенно спросила она. - У меня дурное предчувствие. Не нравится мне этот Петер, глаза у него хитрые, улыбка неискренняя. Поэтому если ты...
  
  - Не переживай, - перебил он её. - Дело лишь в запчастях. Мы расточить цилиндры собрались, мастер... - Беслан, соврав не моргнув глазом, с полуулыбкой небрежно махнул рукой. - В общем, долгая история. Сейчас перезвоню...
  
  Он отпустил ладонь Ангелины и потянулся к тумбочке за мобильным телефоном.
  
  - Смотри мне, - строго сказала она. - Ой, у меня же там на плите... - Ангелина быстро выскочила из спальни и плотно закрыла дверь.
  
  Взяв телефон, Беслан усмехнулся и поправил совсем бесстыдно сползшее одеяло.
  
  "Вот так. Кто победитель? Вот так, просто брат и сестра без неловкости ожидания большего. Вот так, как в детстве, с голой попой на один горшок", - довольный собой, он набрал номер Петера.
  
  - Крепко спишь, друг. Много впахивал на жирдяя, не надорвался?
  
  - Богатырский сон - признак чистой совести, - Беслан мрачно хмыкнул. - Я в отличной форме, не беспокойся. Как понимаю, встреча организована?
  
  - Либо отсутствия совести, - Петер коротко засмеялся. - Да, стрелку забили. Сегодня в пятнашку часиков зубы и рёбра считать заказано. За школой нашей родной на пустыре.
  
  - Старое доброе место, - с лёгкой ностальгией сказал Беслан. Взглянул на часы. Был ровно полдень. - Радек будет? А Кнопка не пронюхал?
  
  - Как Догу такое шоу и пропустить?.. Он мёртвым и то приползёт покусаться! А Кнопка нет, не в курсе. Его только, камикадзе, там и не хватало. Мелкий и дурной, и бешеный, точно хорёк. Убьётся сам, а нам с легавыми цапайся.
  
  - О том и речь, ума ему не вобьёшь. Голова слишком крепкая, - улыбнулся Беслан. - Ладно, до встречи.
  
  Отключив звонок, он надел джинсы и, подойдя к окну, набрал номер Полины.
  
  - Привет, солнышко. Как ты? - ощущая тоску, задал вопрос.
  
  - Ненавижу каждый миллиметр, разделяющий нас. Дышу ожиданием встречи! С ума схожу от желания продолжить тренировки наши. Люблю тебя, люблю, мой Бес! Мужчина мой! Хочешь, телефон в режим видео переведу? На пару минуток смогу.
  
  - Не хочу, а требую! Что ты ещё сможешь за эти пару минуток? - Беслан перевёл мобильный в режим видеосвязи. Стал держать его перед собой. Подмигнул появившейся на дисплее Полине, в зелёных глазах которой плескалось безграничное счастье.
  
  - А чего желаешь? - она кокетливо прищурилась и подкусила край нижней губы. Села на мягкий подлокотник кресла и, дразня, несколько развела ноги. Подол нежно-голубого короткого сарафана провокационно чуть потянула рукой к бёдрам.
  
  - Видеть твои глаза, когда запустишь для меня пальчики в трусики, - Беслан сглотнул. Во рту стало невыносимо сухо. Но он хотел далеко не воду пить. - Для начала...
  
  - У-у-у, какой ты мой горячий! - она радостно заулыбалась. - А ты для меня что погладишь? - хихикнула, направляя камеру так, чтобы было лучше видно показавшиеся трусики.
  
  - Всё, что пожелаешь любимая! - хрипло сказал он.
  
  - Хорошо! - Полина перевела камеру на глаза. Они сияли. - Так, где там твоя попа?
  
  - Серьёзно? - краснея, он засмеялся.
  
  - Ага! Ещё как! - она грозно прищурилась.
  
  Беслан покачал головой.
  
  - Сейчас будет. А с тебя подробней, что там в трусиках происходит! - расстегнул пуговицу джинсов.
  
  - Может, их лучше снять? - она изогнула бровь и направила объектив себе на уже приоткрытую грудь.
  
  Он не успел ответить. У Полины раздался голос Леона: "Ты собралась?"
  
  - Да! - крикнула она. Картинка с камеры замельтешила. - Чёрт. Зараза. Прости. Люблю, - прошептала она, и касание её губ к объективу завершило звонок.
  
  - И я тебя, и я... - Беслан вздохнул, застёгивая пуговицу на ширинке. Надев футболку, взлохматил волосы и зевнул. Всунув телефон в карман, пошёл на кухню. Включил телевизор и принялся делать себе тосты и крепкий кофе. В мыслях сумбурно крутились отрывки из кошмаров и горячие фрагменты, связанные с Полиной и Ангелиной.
  
  "Или схожу с ума, или что? Голос с неба? Из Ада? Не могу выбрать разве, Полина или Ангелина? Дьявол, у них даже имена созвучны. Почему не замечал этого раньше? Солнце и луна? День и ночь? Точно с ума схожу. Глупость какая-то, я выбрал счастье нам троим, почему тогда не оставлять её звер..." - его размышления прервала Ангелина. Она зашла на кухню и тронула ему плечо. От неё пахло лаком для ногтей.
  
  - Ты уходить собрался? Почему опять так рано? Рыбалка? - в её голосе послышалась отчётливая тревога. Во взгляде серых глаз нечто непонятное, словно коктейль из желания, и страха, и ожидания.
  
  - С Петером встречусь, по мотору там дело. А после на работу сразу, - ему захотелось, и он поцеловал её в щёку, наплевав на осторожность, на то, что знал - его это сразу начнёт возбуждать. Ангелина часто заморгала, обняла себя за талию и задумчиво слегка улыбнулась. Он подмигнул и бросил поджарившиеся тосты на тарелку. Добавил из холодильника к ним кусок рыбы.
  
  - Давай разогрею, - с теплотой. - И вообще, тебе надо нормально поесть. Ещё плов остался, я сделала куриный суп. Что из этого ты бы...
  
  - Не нужно, Ангел, - перебив её, отозвался Беслан. - Я так... - поставил на стол тарелку и кружку с горячим кофе. Сел.
  
  - Ты невыносим, - осуждающе покачала головой. Но, поймав его насмешливый взгляд, смягчилась. - Как на работе, много грузов? - взяла из вазочки печенье и, прижавшись бёдрами к столешнице, откусила его.
  
  - Вчера была одна фура. Другие в проблемах завязли. Сегодня должны пригнать сразу четыре или пять.
  
  - Много. А ты не выспался, - Ангелина нахмурилась. - Может, всё-таки отдохнёшь? Потом с Петером встретишься и уладишь все дела? Тебе отдыхать надо, вон какие уже круги под глазами.
  
  - Не волнуйся! У меня сил больше, чем у слона! - он приподнял руку и напряг бицепс, демонстрируя, насколько нехрупкий мужчина. - Лучше скажи, что там мама и отец? Созванивалась с ними?
  
  Вчера он сам разговаривал с ними, но решил отвлечь Ангелину.
  
  - Папа дня через два вернётся, а мама через три. Процедуры ей пошли на пользу, чувствует себя гораздо лучше, - она вдруг подошла и села за стол. Коснулась его руки.
  
  Дыхание застряло в лёгких. Он замер и, вскинув бровь, в упор посмотрел в родные глаза.
  
  - Беслан, у меня плохое предчувствие. Мне не нравится твоё общение с этим Петером. У него фамилия Чёрный и кличка Чёрт, и сам он такой... им соответствует. Когда смотрит на меня, по коже мороз бежит. Такие люди, как он, беду притягивают! Я тебя прошу, очень прошу с ним не...
  
  - Ангел, ты не моя женщина, чтобы такое просить! - недослушав, вспылил он. Резко встал. - Он мой друг. Спину мне не раз прикрывал. Да, ты ему нравишься, но он знает, что не в твоём вкусе, и не беспокоит тебя. У него вообще уже есть девушка и у них всё хорошо! Так что нечего меня тут... - кипя не столько гневом, сколько возбуждением, смотря ей в широко распахнутые глаза, в которых запульсировала растерянность, ударил кулаком в стол и стремительно пошёл к выходу из дома. Под оклик Ангелины хлопнул входной дверью и жадно вдохнул воздух, в котором не было аромата, сводящего с ума. Не обратив внимания на ластившуюся Эльзу, выбежал на улицу и поспешил к школе. Сейчас он стремился быть подальше от сестры ради её же блага.
  
  "Безумие. Зачем ей такой упрёк кинул, что не женщина?.. Она как сестра, имеет полное право волноваться и говорить, просить меня. Не требовала ведь. Чего завёлся?.. Да знаешь ты, чего... Раздеваешь её мысленно, когда видишь, в чём бы она ни была... и паранджа не поможет. Её глаза - проклятие, душу переворачивают. Пробило во мне что-то серьёзное, когда в ванной её в одних трусиках и лифчике застал. Тот её взгляд... Какой-то бред. Я Полину люблю. Чёртова болезнь. Похоже, вот так и педофилами и маньяками, насильниками становятся. К психиатру анонимно обратиться, что ли? Ну да, можно ещё себя запереть в подвале на цепи. Чушь. Справлюсь. Полина приедет, и нормально, с ней мне сразу лучше", - за размышлениями Беслан и не заметил, как вышел на оговорённый пустырь. До назначенной встречи оставалось ещё часа полтора. Очнулся, когда в плечо прилетел небольшой камень. Остановился и повернулся, ища холодным взглядом бросившего.
  
  На помеченной ржавчиной трубе, бывшей частью одного из турников, некогда составлявших инвентарь спортивной площадки, сидела компания из пяти парней и трёх девушек. Они потягивали пиво из алюминиевых банок. Одеты были кто в спортивный костюм, кто в косуху, кто в драные колготки и джины, кто украсил себя галстуками, увешанными булавками, и нацепил кепку, кто оказался облачён во всё чёрное и без дыр кожаные брюки.
  
  "Типичные панки и готы".
  
  - У тебя проблема, мужик? - с едкостью обратился к Беслану самый широкоплечий парень из группы. На вид ему было от восемнадцати до двадцати лет. Его бледное лицо покрывали прыщи, тёмные глаза излучали насмешку с презрением, а обветренные губы изгибались в ухмылке.
  
  - У меня нет. У тебя - да, есть, - Беслан сделал к ним несколько решительных шагов. Сжал кулаки. - Кто бросил камень, пускай извиняется, и проваливайте. Вы явно неместные и делать тут вам нечего, кроме как здоровья лишаться.
  
  - Не понял? - широкоплечий парень поднялся и снял спортивную куртку. Размял шею и повёл плечами. Следом за ним встали все его приятели. - Ты чего вякаешь, шкет? Дышать надоело? Уёбывай отсюда. Радуйся, что я добрый и сейчас мы заняты, не тебе кровь пускать собрались.
  
  - Да? Не Чёрта ли ждёте? - Беслан изогнул бровь и усмехнулся.
  
  - И чё, если да? - спросил парень с высоким розовым ирокезом и, вытащив из кожаных брюк нож-бабочку, начал им играть.
  
  - Да то, что встретили Беса, - стремительно подбежав, Беслан ударил ногой в прыжке в живот широкоплечему парню. Пока тот отлетал в сторону, с размаху кулаком зарядил ближайшему противнику в нос. Это был низкорослый парень с более крепкой фигурой, чем у его друзей.
  
  Блеснуло лезвие... Но Беслан успел отскочить от выпада владельца ирокеза. Остриё лишь чуть царапнуло плечо, разрезав майку.
  
  - Валите его, пидар... - с болью прохрипел на земле широкоплечий.
  
  Беслан, отдавая себе отчёт, что один против восьмерых не выстоит, побежал. Банда кинулась за ним.
  
  - Сука! Я тебе все зубы выбью за нос! - послышался выкрик позади.
  
  - Охота! Охота! - вторил ему весёлый женский визг.
  
  - Стой, падла, хуже будет! - мужской голос, резкий и сиплый.
  
  Беслан, миновав пустырь, оглянулся.
  
  - Ты, падла, пожалеешь! - грозно предупредил тем же сиплым голосом полный парень в кепке, с галстуком, утыканным булавками.
  
  Преследователи в основном отстали, но погони не прекращали. Их вожак был дальше всех, держась за живот, он двигался с хромотой. У получившего в нос удар парня всё лицо было перепачкано кровью, его взгляд переполняло бешенство, не боль и не страх. Ближе всех к Беслану был хозяин ножа, и бежал он отлично.
  
  - Чёрт! - Беслан понял, что от этого парня будет нелегко скрыться, и свернул на улицу, ведущую к проезжей дороге. Его план был дерзкий и отчаянный, ибо он намеревался занять оборону прямо посередине трассы.
  
  "Там поток машин будет играть в мою пользу, а вот банде станет труднее меня окружить и не угодить под колёса. Если они вообще рискнут продолжить тогда схватку".
  
  Тупая боль пронзила голень, и нога подкосилась. Беслан упал, успев сгруппироваться и кувыркнуться.
  
  - Попал, бля! - радостный возглас самого низкорослого парня из преследователей. - Шарами по кеглям, бля, может, и косой, а палкой по копытам враз зарядил!
  
  - Молоток! С нас пива ящик! - крикнул широкоплечий преследователь.
  
  - Молись, пидор! Рот шире открывай! Резать не буду пока... - владелец ирокеза зло усмехнулся и обошёл тяжело поднявшегося Беслана, отсекая путь к отступлению. Остальные из банды приближались.
  
  - Сейчас посмотрим, кто рот откроет, а кто язык в жопу засунет себе за базар гнилой. Сука! - Беслан сплюнул, схватил с обочины из декоративного ограждения для маленькой клумбы пару камней - обломков кирпичей.
  
  - Если так, то резать! - жестокая ухмылка. Нож заиграл бликами в его руке.
  
  - Ну давай, сопляк, на кулаках же ссышь! - Беслан изготовился защищаться. Нога болела, но опираться на неё уже стало легче.
  
  - Сердце вырежу! - с криком владелец ирокеза напал.
  
  Выпад. Уклон... Выпад. Уклон и удар. Беслан попал кирпичом по кисти атакующего. Тот мигом выронил нож и через пару секунд получил бы сокрушительных тумаков, но к нему успели подбежать на помощь друзья. Беслан оказался окружён. Броском сзади его схватили за руки двое. Он сопротивлялся как мог. Боднул одного головой. Другому готу, наседавшему спереди, попал ногой в бок. Но тут же сам пропустил удары кулаком в челюсть и в живот от широкоплечего. Вся кодла, и девушки в том числе, накинулась его избивать. Он оказался на земле. Стараясь руками прикрыть голову, а коленями пах, пытался крутиться, чтобы не получать по почкам, силился держать спину плашмя ближе к асфальту дороги и вращаться-вращаться. В мыслях мелькало найти нож, вспыхивали глаза Полины и Ангелины. В бешено бьющемся сердце свербела досада, что если его сейчас убьют, то как глупо он расстался с сестрой, обидел её ни за что.
  
  Рёв мотора. Визг тормозов.
  
  - Ах вы, шакальё! - прозвучал полный ярости женский голос. - Пошли прочь от него, мрази!
  
  - Иди на хуй, сучка, если не хочешь, чтобы мы тебя во все дырки порвали! - рявкнул широкоплечий парень.
  
  - Это ты меня, глист, иметь собрался?
  
  Удары прекратили сыпаться на Беслана. Вокруг него быстро стало как-то свободно. Воздух пронзали крики боли. Он опустил руки от лица и увидел потрясающую картину: на дороге стоял чёрный мотоцикл, неподалёку от него женщина, затянутая в кожу, двигаясь со скоростью змеи и грацией кошки, ловко уничтожала недавно избивавших его. Она более чем мастерски владела приёмами единоборств, целым спектром стилей. Некоторые из них Беслан узнал. Но что точно входило в её арсенал кроме карате, ушу и самбо, он сказать не мог. Таких изящных и сокрушительных связок ударов просто никогда не видел. Женщина не жалела и девушек. Нет, она никого не убила, но искалечила всех. Кому сломала руку, кому ногу, кому и то и другое, кому досталось так, что сознание провалилось в небытие.
  
  Не обращая никакого внимания на вопли боли побеждённых, женщина подошла к Беслану и протянула ему руку.
  
  - Как ты, мальчик? Цел?
  
  - Да. Спасибо. Нормально, - он принял её помощь и встал.
  
  - Славно, - она с какой-то глубокой печальной теплотой в пронзительно-синих с вкраплениями изумруда глазах чуть улыбнулась. Ветер встрепал её смоляные слегка завивающиеся волосы, струящиеся на высокую грудь. - Домой доберёшься сам или подбросить?
  
  - Дойду. Спасибо! - Беслан отёр ладонью кровь, сочащуюся из разбитой губы. Принять щедрое предложение от незнакомки ему помешала гордость. Нужно было сохранять мужское лицо.
  
  - Да не за что. Удачи! - она вернулась к мотоциклу. Села на него и запустила мотор. - А вы, шакальё, ещё сунетесь к нему - найду и позвоночники повыдираю, - со сталью в голосе сказала она. Надев шлем, крутанула ручку газа и умчалась по направлению к школе.
  
  Немного прихрамывая, Беслан пошёл домой. Позади простонал тот, у кого был ирокез:
  
  - Помоги, пожалуйста!
  
  У просящего были сломаны обе ноги.
  
  - Бог поможет, - чёрство ответил Беслан, даже не обернувшись.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) А.Емельянов "Мир Карика 12. Осколки"(ЛитРПГ) А.Платунова "Тень-на-свету"(Боевое фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) В.Февральская "Фавориты. Цепные псы "(Антиутопия) А.Тополян "Механист"(Боевик) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Е.Рэеллин "Конкордия"(Антиутопия) Э.Холгер "Чудовище в академии или Суженый из пророчества 2 часть"(Любовное фэнтези) О.Валентеева "Проклятие лилий"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"