Кобрина Евгения: другие произведения.

Ярый

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    - Твоего мужа арестовали. Тебе нужно срочно собрать вещи. Поживете пока у меня. - Что? Как арестовали? За что? - Все подробности в машине. Собирайся, Ксения, - велел малознакомый мужчина, бизнес-партнер её мужа. Ксюша лихорадочно пыталась вспомнить его имя: - Я никуда не поеду. - Давай сейчас без глупостей, - разозлился он. - С минуты на минуту здесь будет полиция с обыском. А потом квартиру опечатают. Ты уверена, что хочешь, чтобы твоя трехлетняя дочь при всем этом присутствовала? "Полиция? Обыск? Опечатают квартиру? Откуда он знает возраст моей дочери?" Мужчина терял терпение, он шагнул к Ксении и тихо прорычал: - Или ты начинаешь шевелиться или я придам тебе ускорение. Ксюшу точно пронзило током, она не привыкла к такому откровенному мужскому напору. Автор уважает всех читателей и их время, поэтому предупреждает: все персонажи книги являются плодом воображения автора, любое сходство с реальными людьми ќќ- простое совпадение. Воображаемые люди в воображаемых ситуациях и ведут себя "по-воображаемому". Если хотите историю про реальных людей, с реальными проблемами и эмоциями, скорее всего вам в раздел документальной литературы. Спасибо. Всем хорошего дня... или ночи:)

Ярый

 []

Annotation

     - Твоего мужа арестовали. Тебе нужно срочно собрать вещи. Поживете пока у меня.
     - Что? Как арестовали? За что?
     - Все подробности в машине. Собирайся, Ксения, - велел малознакомый мужчина, бизнес-партнер её мужа.
     Ксюша лихорадочно пыталась вспомнить его имя:
     - Я никуда не поеду.
     - Давай сейчас без глупостей, - разозлился он. – С минуты на минуту здесь будет полиция с обыском. А потом квартиру опечатают. Ты уверена, что хочешь, чтобы твоя трехлетняя дочь при всем этом присутствовала?
     «Полиция? Обыск? Опечатают квартиру? Откуда он знает возраст моей дочери?»
     Мужчина терял терпение, он шагнул к Ксении и тихо прорычал:
     - Или ты начинаешь шевелиться или я придам тебе ускорение.
     Ксюшу точно пронзило током, она не привыкла к такому откровенному мужскому напору.

     Автор уважает всех читателей и их время, поэтому предупреждает: все персонажи книги являются плодом воображения автора, любое сходство с реальными людьми ­­-  простое совпадение. Воображаемые люди в воображаемых ситуациях и ведут себя «по-воображаемому». Если хотите историю про реальных людей, с реальными проблемами и эмоциями, скорее всего вам в раздел документальной литературы. Спасибо. Всем хорошего дня… или ночи:)


Евгения Кобрина
ЯРЫЙ

     Посвящается сильному мужчине.


     Глава 1.
     В дверь квартиры позвонили. Ксения встала с пола, на котором играла с трехлетней Кирой в кубики, и пошла открывать. На пороге она с удивлением обнаружила партнера по бизнесу её мужа:
     - Здравствуй. А Артема нет дома.
     - Я знаю, - кивнул мужчина и решительно прошел в квартиру.
     Ксюша неуверенно отступила в сторону, не решаясь преградить ему путь. Она плохо знала этого мужчину, хотя они и встречались на светских приемах и деловых ужинах и однажды, он даже был у них в гостях. Мужчина всегда был с ней учтив и даже приветлив, но его пронзительный взгляд и внушительное телосложением настораживало Ксению и заставляло держаться на расстоянии. Она закрыла дверь и обернулась, на ходу запахивая края мастерки. Ксюша лихорадочно вспоминала его имя, которое никак не хотело всплывать в памяти.
     Мужчина улыбнулся Кире, которая с любопытством рассматривала его, выглядывая из комнаты:
     - Привет, принцесса. Как поживаешь?
     Кира смущенно улыбнулась и спряталась в комнате. Ксюша прошла по коридору, неосознанно прикрывая проход к дочери. Мужчина сразу стал серьезным и тихо сказал:
     - Артема арестовали. Тебе нужно срочно собрать вещи. Поедите со мной.
     - Что? – распахнула глаза Ксюша. – Как арестовали? За что?
     - Все подробности в машине. Собирайся.
     Женщина сделала неуверенный шаг назад, из-за чего мужчина нахмурился.
     - Я никуда не поеду.
     - Давай сейчас без глупостей, - сказал он, сжимая кулаки, и Ксюша поняла, что он начинает злиться. – С минуты на минуту здесь будет полиция с обыском. А потом квартиру опечатают. Ты уверена, что хочешь, чтобы Кира при всем этом присутствовала?
     «Полиция? Обыск? Опечатают квартиру? Откуда он знает имя моей дочери?» – пронеслось в голове у Ксении.
     Мужчина терял терпение:
     - Или ты начинаешь шевелиться или я предам тебе ускорения, - заявил он и сделал к ней решительный шаг.
     Ксюшу пронзило точно током, она не привыкла к такому мужскому напору. Женщина неосознанно кивнула и направилась в спальню за чемоданом. Она быстро покидала в него самые необходимые вещи, средства гигиены и документы. Выходя из спальни, Ксюша вспомнила про драгоценности и деньги. Когда первое было отправлено в чемодан вместе со шкатулкой, женщина встала на колени у комода, там был скрытый сейф.
     - Деньги оставь, - услышала она мужской голос и дрогнула. Он стоял у порога спальни и наблюдал за ней.
     - Почему?
     - Оставь, говорю, - повторил он, ничего не объясняя, и застегнул её чемодан.
     Ксюша нерешительно взглянула на сейф, но медленно поднялась, не решаясь ослушаться. Она только надеялась, что он лучше знает, что делать в таких ситуациях. Ксения накинула спортивную куртку прямо поверх домашнего костюма, обула кроссовки и перекинула через плечо небольшую сумку, где лежали ключи от квартиры и кошелек. Она взяла верхние вещи дочери и прошла в гостиную:
     - Кирюша, оставь кубики. Мы поедем кататься.
     - На машине? – оживилась девочка.
     - Да на машине, - ответил мужчина, наблюдая, как женщина быстро одевает ребенка.
     - Большой машине?
     - Большой, - улыбнулся он.
     - Хорошмо, - кивнула девочка, давая свое царское согласие на поездку.
     Ксюша подхватила дочь на руки и вышла из квартиры. В подъезде стояло два незнакомых мужчины, и она испуганно притормозила.
     - Отдай им ключи от квартиры, - велел партнер её мужа, который выходил вслед за ней, неся чемоданом. – Они дождутся полицию.
     Ксюша нерешительно достала ключи из сумки и протянула незнакомцам.
     - Идем, - поторопил партнер мужа, имя которого женщина до сих пор так и не вспомнила.
     Они вышли на улицу и Кирюша радостно захлопала в ладоши, когда поняла, что её покатают на черном Mercedes-Benz G-Wagen. Водитель забрал у мужчины чемодан и помог им устроиться в салоне. Ксюша очень удивилась, когда для Киры в машине нашлось детское кресло.
     Машина тронулась с места и женщина спросила:
     - Куда мы едем?
     - Поживете пока у меня, - ответил мужчина, глядя на неё в зеркало заднего вида.
     - Нет. Это не к чему. У меня есть деньги на гостиницу…
     Он обернулся, пронзая её яростным взглядом:
     - Я же велел не брать деньги.
     - Они мои, - оправдываясь, сказала Ксения и почему-то вжалась в сидение. – Декретные деньги.
     - На карте?
     - Да.
     - Давай сюда карту.
     Женщина вцепилась в свою сумку, почувствовав себя жертвой рейдерского захвата:
     - Нет.
     Он пару секунд буравил её взглядом, а потом тихо спросил:
     - Мне что, силой забирать?
     Ксюша облизнула в мгновение пересохшие губы и взглянула на дочь, которая с любопытством следила за их перепалкой. Мужчина тоже взглянул на девочку и его лицо сразу подобрело. Он подмигнул Кире и спросил:
     - Хочешь погостить у меня? У меня есть собака, а еще качели во дворе. И можно будет кататься на машине.
     - Прекрати, - прошептала Ксения.
     Мужчина, как будто не слыша её, продолжил:
     - Моей дочка Даша шесть лет, и она будет рада новой подружке.
     Кира нерешительно ответила:
     - А мне только тли с половиной.
     - Тем более, ты уже большая чтобы заводить новых друзей, - улыбнулся он. – Ну что, Кира, хочешь погостить у меня?
     Девочка взглянула на маму и смешно сложила губки:
     - Мама, давай поедем к нему в гости. Ну, ненадолго. Я только взгляну на качели и все.
     Ксения посмотрела на мужчину:
     - Это нечестный ход.
     - Знаю, - кивнул он и протянул ладонь. – Давай карту. Или ты думаешь, мне нужны твои декретные деньги? – усмехнулся он.
     Женщина заколебалась. Во взгляде мужчины появились яростные искорки, и она поняла, что он не привык, чтобы его не слушались. Ксюша уже открыла рот, чтоб сказать, что не воспользуется картой, но под его пронзительным взглядом передумала. Она расстегнула сумку и достала кошелек, а потом протянула две платежные карты (декретную и ту, что дал муж на ежедневные расходы):
     - Наличные тоже отдавать? Копейки? – ехидно спросила она.
     Он забрал карты и усмехнулся:
     - Копейки оставь себе, пригодятся. Дашь на чай Владу, - он посмотрел на водителя, и тот  усмехнулся, видно тем самым Владом и был. – Только не слишком много, а то еще уволится.
     И мужчины легко рассмеялись.
     Ксения отвернулась к окну. Придурки! Смешно им видите ли. Она прикусила щеку, чтобы сдержать мгновенно навернувшиеся слезы. А ей что делать? Без мужа, без денег, без квартиры, с маленьким ребенком на руках? Может зря она доверилась мало знакомому мужчине, даже имени его не помнит. Правда Артем, вроде хорошо о нем отзывался, и даже говорил, что тот как-то помог с бизнесом. Ксюша украдкой посмотрела в зеркало заднего вида, и тут же наткнулась на внимательный мужской взгляд. Она резко отвела глаза и чтобы уйти от неловкости спросила:
     - Может нужно кому-то позвонить? Адвокату?
     - Мама, а кто такой атвокат? – тут же спросила любознательная Кира.
     Ксюша тепло улыбнулась дочери и поправила на ней полу весеннего плаща:
     - Это такой хороший и очень умный человек, он помогает другим людям. Дает советы как себя вести.
     - Значит наша Нина Ивановна атвокат? – спросил ребенок, вспоминая своего воспитателя из детского сада.
     - В каком-то роде, - ответила Ксюша и снова посмотрела на мужчину: - Я не знаю никого из адвокатов, может…
     Он перебил её:
     - Я все решу. Не беспокойся об этом.
     - Если нужны деньги…
     Он улыбнулся:
     - У меня есть твои декретные карты, - и они с водителем снова рассмеялись.
     Ксюша разозлилась, но вовремя вспомнила, что рядом дочь и только тихо заметила:
     - Рада, что повеселила вас.
     Мужчина перестал смеяться и обернулся к ней. Ксюша вся подобралась под его пронзительным взглядом:
     - Я же сказал, что все решу. Точка. Больше не поднимаем этот вопрос, - он перевел взгляд на Киру и снова подмигнул той. Девочка засмущалась и вцепилась ладошкой в мамину руку.

     Глава 2.
     До загородного дома, в котором жил бизнес-партнер Артема они доехали в течение получаса. Дом был современным, трехэтажный и располагался в элитном поселке. Весенние цветы, которые уже успели распуститься к маю, постриженные кустарники и деревья были как бы небрежно разбросаны по участку профессиональной рукой ландшафтного дизайнера. Ксения крепко держала Киру за руку и вела ту по мощеной дорожке за хозяином дома. Женщина только сейчас осознала, что выглядит не лучшим образом, в своем домашнем костюме, без прически и макияжа. Наверняка хозяйка такого элегантного дома, будет совсем не рада принимать у себя двух сомнительных гостей. Хотя вряд ли та станет перечить своему мужу. Будь у Ксении такой муж, как тот мужчина, что шел впереди, она бы или ушла от него, не выдержав деспотичности, или бы во всем стала слушаться беспрекословно – третьего не дано. Он открыл дверь и пропустил их вперед. Большой светлый холл, переходил в элегантно обставленную гостиную и заканчивался лестницей на второй этаж. Ксюша помогала дочери снять плащ и обувь, когда услышала приятный женский голос:
     - Здравствуйте, Германа Романович. У нас гости?
     Ксения подняла голову и увидела элегантную женщину лет 50, которая вежливо улыбалась им. Ксюша перевела взгляд на мужчину, имя которого, наконец, вспомнила, а точнее узнала заново, и нервно поправила прядь волос, которая выбилась из небрежно-завязанного хвостика.
     - Здравствуйте, Мария. Да, это Ксения и Кира. Они будут жить у нас.
     - Пару дней, - зачем-то добавила Ксения, чем заслужила неодобрительный взгляд Германа и заинтересованный Марии.
     - Очень хорошо, - кивнула Мария. – Вы как раз к обеду. Надеюсь, вы голодные?
     Кира теснее прижалась к маме, она не любила есть то, что не любила. Ксения быстро сняла куртку и кроссовки и подняла дочь на руки. Женщина нервно поджала пальцы в серых носках, отмечая, что на ногах у Марии элегантные туфельки на низком каблуке. Герман заметил её неуверенность и нахмурился:
     - Да голодные.
     - Тогда пойду накрывать на стол, - улыбнулась Мария и, подойдя к лестнице, громко сказала: - Дарья, спускайся вниз, у нас гости.
     Ксюша посторонилась, когда Влад занес её чемодан. Он поставил его на пол и уже собирался уходить, когда Ксения вдруг опомнилась:
     - Подождите, пожалуйста, - она поставила дочь на пол и быстро достала из сумки кошелек. Горсть монет высыпалась ей на ладошку и женщина с невинным видом протянула деньги водителю. – Ваши чаевые.
     Мужчина пару секунд удивленно смотрел на деньги, а потом перевел вопросительный взгляд на Германа. Тот не сдержал веселой улыбки:
     - С характером. Бери, пока дают.
     Влад тоже улыбнулся и подставил ладонь, монеты звонко перекачивали к нему:
     - Спасибо. Если что всегда к вашим услугам, - сказал водитель и, посмеиваясь, вышел за дверь.
     Ксения проигнорировала смех и быстро достала из чемодана домашние туфельки для Киры. Она присела на корточки и надела туфельки дочери.
      С лестницы сбежала улыбчивая девочка и остановилась возле папы, разглядывая гостей.
     - Даша, знакомься, это Кира и Ксения. Они будут жить у нас.
     - Здравствуйте, - поздоровалась Даша и подошла ближе.
     - Здравствуй, - ответила Ксения.
     - Даша, покажешь Кире свою комнату? А потом будем вместе обедать, - сказал Герман.
     - Хорошо, - улыбнулась девочка и протянула Кире руку. – Идем.
     Кирюша нерешительно вложила свою ручку в протянутую ладонь. Оглядываясь на маму, Кира пошла за старшей девочкой, отвечая на её вопросы. Взрослые проводили детей взглядом, и Герман спросил, оборачиваясь к Ксении:
     - Так и будешь там стоять? Или уже пройдешь в дом.
     Ксения прошла вперед и огляделась, а потом спросила:
     - А твоей жены дома нет?
     - Нет. И уже довольно давно, - ответил Герман. Женщина непонимающе посмотрела на мужчину и тот пояснил: - Мы в разводе.
     Ксюша остро почувствовала неловкость момента и поэтому только кивнула, а потом задала более важный для себя вопрос:
     - За что арестовали Артема?
     - Финансовое мошенничество. Решил кинуть не тех людей.
     - Артем? Кинуть? Не мог он этого сделать.
     Герман усмехнулся:
     - Вот следствие и разберется, мог или не мог.
     Ксения посмотрела прямо мужчине в глаза, чего всегда старалась избегать:
     - Ты сказал, что все решишь, я услышала тебя. Но если нужна будет моя помощь, пожалуйста, скажи мне об этом.
     - Хорошо, - серьезно ответил он.
     Ксения только кивнула, а затем быстро отвела глаза:
     - Где у вас можно помыть руки?
     Он проводил её и оставил. Женщина быстро помыла руки и ополоснула лицо. Она кое-как собрала непослушные волосы и посмотрела на себя в зеркало: да «видок» еще тот. Хорошо, что в доме нет надменно-ухоженной хозяйки, хватит с неё и Марии, которая, наверное, занимает пост домоправительницы, с её уложенными волосами и модными туфлями. Ксения тоже имела вкус и деньги, для стильных привычек, но всегда предпочитала оставаться естественной, особенно дома. У неё больше нет дома, - вдруг подумала женщина и прислонилась к стене. А если Артема и вправду посадят, отнимут квартиру и закроют все счета? Надо было не слушать Германа и забрать деньги из сейфа, хватило бы им с Кирой на первое время. Ксюша сразу отринула мысль, вернуться к родителям, они не очень хорошо расстались, когда они с Артемом уезжали из родного маленького городка. Её родители  всегда были против её скорого замужества, и выслушивать их «мы же тебе говорили», ей совсем не хотелось. Ксюша решила, что найдет работу, а Кире придется идти в садик на целый день, а не быть «вольным слушателем», которым она являлась сейчас. Ничего, решила женщина, она справится, со всем справится, потому что у неё есть хороший трехлетний «мотиватор» на руках.  
     Женщина вышла из ванной комнаты и нашла кухню-столовую, за столом уже расположились дети и Герман. Мария наливала в тарелки дымящийся суп, а Кира во все глаза смотрела на женщину, с замиранием сердца ожидая свою тарелку. Ксения поняла, что дочка беспокоится о том, что это будет за суп, ведь если это щи или рассольник, который она не могла терпеть, будет катастрофа. Мама знала, что маленькой Кирюше врожденное стеснение не позволит отказаться от обеда в гостях, и она станет сквозь слезы глотать ненавистный суп. Когда перед ребенком поставили небольшую тарелку супа с фрикадельками и макаронами-звездочками, на её лице засияла радостная улыбка. Покажите мне ребенка, который не любит разноцветные макароны-звездочки?
     - Спасибо, - сказала Кира и взяла ложку.
     - Приятного аппетита, - с улыбкой ответила Мария и выразительно посмотрела на Дашу. Та нахмурилась.
     Ксения села возле дочери и взяла свою ложку, намереваясь помочь ей есть. Но девочка решительно отодвинула мамину руку со строгим выражением лица, мол «не позорь меня»:
     - Я сама.
     Ксения, улыбаясь, подняла руки вверх, как будто сдаваясь:
     - Хорошо-хорошо. Не трогаю.
     Девочка не очень умело зачерпнула суп и отправила его в рот. Ксения поправила волосы дочке и подняла взгляд. И сразу наткнулась на два пристальных взгляда: Даша смотрела на них с голодной завистью, а взгляд Герман отдавал легкой грустью. От неловкости Ксению спасла Мария, поставив перед ней тарелку с супом.
     - Спасибо.
     - Приятного аппетита.
     Все стали, молча, есть, и даже Кира, которая всегда болтала во время обеда, не произносила ни слова. Такая тишина была для Ксении не привычной и немного пугающей. Наверное, в этом доме действует строгое правило «когда я ем, я глух и нем», но Ксения решила его нарушить:
     - Спасибо, Мария, очень вкусно.
     - Не за что, - ответила женщина и продолжила хлопотать по кухне.
     - Кира, тебе понравилась комната Дарьи?
     Девочка отвлеклась от сложного процесса «супоедения» и сразу оживилась:
     - Да! У неё там настоящие качели и огломный дом для куклы. И плинцессы на стенах!
     - Принцессы? – Ксения посмотрела на Дашу. – Я тоже люблю принцесс? Какая твоя любимая?
     - Эльза, - ответила Даша и посмотрела на отца, как будто спрашивая у него разрешения на ответ. Мужчина улыбнулся и девочка продолжила: - А твоя?
     - Ваша, надо говорить ваша, - поправила Дашу Мария.
     Дарья сразу смутилась, а Ксения улыбнулась:
     - Ничего страшного, можно на «ты», мне так больше нравится. А я люблю принцессу Мириду. У нас с ней есть небольшое сходство, - Ксения усмехнулась и заправила прядь каштановых вьющихся волос за ухо: - Ты как думаешь?
     - Да, моя мама плинцесса Милида! – радостно воскликнула Кира.
     Даша тоже улыбнулась и хитро спросила:
     - А из лука ты умеешь стрелять?
     Ксения шутливо округлила глаза:
     - О-у-ч, поймали. Признаюсь, не умею. Но зато очень люблю лошадей. Это считается?
     - Нет-нет, - рассмеялась Даша, Кира весело ей вторила, - не считается. Не считается!
     Герман с улыбкой наблюдал за оживлением за столом. Его дочь и маленькая Кира радостно веселились, поддразнивая Ксению. А та, подыгрывала им с искренней улыбкой. И вдруг всеобщие внимание переключилось на него,  и мужчина понял, что пропустил вопрос, любуясь женщиной напротив.
     - Папа, - позвала его Даша, - какая принцесса больше всех нравится тебе?
     - А какие есть? – спросил он.
     - Мирида, Эльза, Жасмин, Золушка, - начала перечислять дочь.
     Герман улыбнулся:
     - Мне нравится принцесса Дарья Улыбчивая, Кира Взрослая, Мария Хозяйственная и, - мужчина посмотрел на Ксению и заметил её смущение: - принцесса Ксения-что-не-умеет-стрелять-из-лука, - закончил он. На его языке вертелось совсем другое определение для принцессы Ксении, но его нельзя было произносить при детях.
     Все дружно рассмеялись.

     Глава 3.
     Герман вышел из-за стола первым, ему позвонили. Дети убежали сразу после него, одеваться на прогулку. Ксения принялась собирать тарелки со стола.
     - Не нужно, оставьте. Я все уберу, - остановила её Мария.
     - Я хочу помочь. Вы готовили обед, я мою посуду. Это честно.
     Мария возразила:
     - Ни в коем случае, вы гостья в доме.
     - Ерунда, я же не белоручка, - Ксения улыбнулась и решительно отодвинула Марию от раковины. – Идите, вы же хотели погулять с детьми.
     Женщина потопталась на месте пару секунд и вышла из кухни. Она поднялась на второй этаж и решительно постучала в дверь кабинета хозяина дома. Секрет долгой и успешной  работы в этом доме был прост, Мария сразу спрашивала у Германа Романовича то, что ей было не понятно. Откровенность и прямота – вот их негласные правила. Мужчина разрешил Марии войти, и та прикрыла за собой дверь.
     - Я бы хотела уточнить статус Ксении в доме? – сразу спросила женщина.
     - Статус?
     - Она сейчас моет посуду внизу, потому что просто отстранила меня от этого. Если она гостья, то не может мыть посуду, так как не должна заниматься домашним хозяйством – это просто неприлично. Если же она не гостья, тогда кто? - мужчина, молча, смотрел на женщину и та продолжила: - Не подумайте, пожалуйста, что я спрашиваю из любопытства, просто хочу понять. Может, вы с ней договорились, что она должна отрабатывать свое проживание, я должна знать, чтобы вести себя правильно. Или как?
      - Мария, пусть делает что хочет, - ответил, наконец, мужчина.
     - Что хочет, ясно, - кивнула женщина, хотя после его «что хочет», еще больше запуталась.
      - Буду с вами предельно откровенен, как и вы со мной. Ксения гостья, пока. Но я намерен сделать её… хозяйкой дома.
     Мария сдержала удивление и только кивнула:
     - Поняла.
     Герман улыбнулся:
     - Вот и хорошо. Что-нибудь еще?
     - Нет ничего. Только, пожалуйста, уведомите меня, когда «гостья» приобретет статус «хозяйки». Не хочу «сесть в лужу».
     Мужчина усмехнулся:
     - Я вам этого не позволю. Обязательно вас предупрежу.
     - Спасибо.
     Женщина уже направилась к двери, но Герман её задержал:
     - У меня к вам тоже будет просьба.
     - Вся внимания.
     - Я редко ошибаюсь в людях, но все же. Если вас станет что-то беспокоить в отношениях Даши и Ксении, пожалуйста, сразу сообщите мне об этом.
     - Конечно, - ответила женщина и вышла. Она прикрыла дверь и улыбнулась: «Ну, наконец-то свершилось! Решил покончить с холостяцкой жизнью. Надо внимательнее присмотреться к этой Ксении, хотя она сразу мне понравилась. А я тоже редко ошибаюсь в людях».
     Герман смотрел на закрывшуюся дверь кабинета и вспоминал его знакомство с Ксюшей. Она сразу показалась ему особенной на фоне холеных светских львиц, на лицах которых красовались натренированные улыбки. Женщина была стильно, но не дорого одета, а её кудрявые волосы были уложены в простую прическу. Ни тебе кричащего макияжа, не модно-яркого маникюра, ни блестящих побрякушек. В её глазах стояла настоящая паника, и Герман с улыбкой вообразил, что эта женщина попала на светский прием сквозь теле-порт, совсем из другого мира. Он уже сделал несколько шагов по направлению к ней, потому что всем телом ощутил первобытный мужской инстинкт защитить. Но вдруг резко остановился, когда увидел, что к заинтересовавшей его женщине подошел невысокий мужчина и она с явным облегчением ему улыбнулась. И тогда Германа неожиданно пронзила жгучая ревность - он не помнил, чтобы когда-нибудь ощущал такие сильные эмоции, направленные на незнакомых ему людей. Герман яростно возненавидел мужчину и безумно захотел обладать женщиной. Он нашел друга, который представил его паре: оказалась, что Артем и Ксения в браке, у них растет маленькая дочка, и они недавно переехали в столицу. Артем открывает свой бизнес, а Ксения пока не работает, так как находится в декретном отпуске. Герман вполуха слушал увлеченные рассказы Артема о бизнес проекте и финансах, а сам незаметно наблюдал за Ксенией. Она была застенчива и немногословна и явно чувствовала себя не в своей тарелке. В какой-то момент женщина извинилась и, сославшись на то, что ей надо позвонить няне, на которую она оставила сегодня дочь, отошла. Её муж недовольно поджал губы, и, бросив что-то насчет матерей-наседок, продолжил свой рассказ. А Герман с завистью подумал, что хотел бы такую мать, как Ксения, для своей дочери, которая собственной матери была нужна лишь в качестве шантажа для него. Он перевел хмурый взгляд на Артема, и что-то спросил про его бизнес, хотя ему было совсем не интересно. На следующий день Герман позвонил Артему и договорился о встрече, решив вложить деньги в его проект. Герману это было финансово не интересно и даже не выгодно, но он решил стать партнером мужчине, жену которого хотел для себя. Так он мог больше о ней узнать, чаще её видеть и незаметно заботится, если бы это потребовалось. Как оказалось, Герман все сделал правильно. Артем совершил ошибку и не один раз, а Герман был рядом, чтобы вовремя подать Ксении руку помощи. И она приняла его помощь, пусть и под напором, но приняла.
     Герман не верил в лихую удачу, он строил свой бизнес и свою жизнь трудом и собственными руками. И да, он умел идти по головам для достижения цели. «Акула бизнеса» – говорили про таких, как он. Сейчас Ксения была его главной целью, он хотел, чтобы она была рядом, в его доме, в его постели, в его жизни. Он хотел, чтобы она была счастлива с ним, чтобы приняла и полюбила его. Чтобы не представляла своей дальнейшей жизни без него. Муж Ксении никогда не был её достоин, а сейчас и вовсе потерял на женщину любое право. Артем оступился сам, Герман не имел к этому никакого отношения. Все честно – побеждает сильнейший, и тот, кто умеет ждать. А Герман был сильным и умел ждать.

     Ксения намылила губкой очередную тарелку, когда услышала с порога мужской голос:
     - Я привез в дом Золушку? Она кажется тоже принцесса?
     Женщина посмотрела на хозяина дома и смущенно улыбнулась:
     - Решила помочь Марии. Ты не против?
     - Против, - ответил он и подошел ближе. – Ты не должна этого делать.
     - Я знаю, что не должна. Мне просто захотелось помочь.
     Мужчина стал возле кухонной столешницы и сложил на груди руки:
     - Решила оплачивать свое проживание мытьем посуды? Боишься, что я потребую другую плату?
     Женщина смутилась и опустила взгляд на тарелку, которую мыла уже слишком долго:
     - Не боюсь. Ты слишком благородный для этого.
     - Благородный, ты уверена в этом?
     Ксения посмотрела на мужчину:
     - Уверена. Артем всегда хорошо о тебе отзывался.
     При упоминании о её муже, мужчина нахмурился:
     - Ясно, - он отступил от столешницы и потянул за ручку, открывая скрытую дверцу посудомоечной машины.
     Ксений замерла и прикусила губу, а потом улыбнулась:
     - Она всегда здесь была?
     - Сколько себя помню.
     - Спасибо, теперь буду знать.
     - Обращайся, если что, - хмыкнул он.
     У Ксении в кармане завибрировал телефон. Она быстро выключила воду и вытерла руки о полотенце.
     - Слушаю.
     - Смолина Ксения Дмитриевна? – раздался мужской голос
     - Да это я.
     - С вами говорит…
     Дослушать Ксения не успела, Герман отобрал у неё телефон и отошел:
     - С кем я разговариваю?
     Ответа Ксения не слышала, она подошла к мужчине. Тот продолжал разговор.
     - Вы будете говорить со мной… Я все ей передам… Да, хорошо. Она будет, - Герман закончил разговор и скинул звонок.
     Ксения взволнованно спросила:
     - Кто это был?
     - Следователь. Тебе нужно будет дать показания.
     - Показания?
     - Не волнуйся, я поеду с тобой. И адвокат тоже будет. Будешь говорить и делать все, что он скажет.
     - Ладно, - Ксения протянула руку за телефоном, но Герман положил его себе в карман. Ксения возмущенно на него посмотрела: - И телефон?
     - Тебе не нужно никому звонить. И не с кем говорить.
     - Почему?
     - Потому что. Это вынужденная мера.
     Женщина сложила на груди руки:
     - Я что тоже арестована? Только не полицией, а тобой?
     Он имел наглость усмехнуться, а затем как ни в чем не бывало, обнял её за талию и нежно поцеловал в висок:
     - Просто верь мне.
     Ксения перестала дышать, его объятия и тихий шепот, пустили ток по её телу. Она на секунду замерла, а потом медленно отстранилась:
     - Зачем ты делаешь все это? Зачем помогаешь мне?
     - Потому что могу помочь, - просто сказал он и, обойдя её, направился из кухни. – Сегодня буду поздно. Не жди меня.
     Ксения так и осталась стоять на месте, даже не обернувшись на это наглое «Не жди меня», которое прозвучало, как будто они были женаты много лет. Женщина до сих пор ощущала мужские руки у себя на спине и горячие губы на коже. Она резко подняла ладони и потерла лицо, сбрасывая с себя наваждение. Просто бред какой-то! Странный сон! Нужно срочно найти детей и отвлечься, чтобы в голове перестало звучать эхо от этого интимного «Просто верь мне».

     Глава 4.
     Девочки хорошо поладили, и Ксения была рада этому. У женщины было мало знакомых в городе, а подруг с детьми и вовсе не было, поэтому не было подружек и у Кирюши. Девочка не успела завести друзей и в детском саду, в который редко ходила, поэтому ощущала дефицит в детском общении. А с Дашей они быстро нашли общий язык. Дочка Германа была живой и общительной, она ярко фантазировала, поэтому интересные игры и занятия били из неё как их фонтана. То девочки становились весенними бабочками, которые собирали нектар и порхали в саду, то превращались в хитрых шпионов, спасающих мир. Качели были кораблем пришельцев, скамейка – магазином сладостей, каменная дорожка – модным подиумом, а зеленый газон – просто зеленым газоном, по которому не разрешили качаться. К вечеру дети так утомились, что засыпали уже за ужином, и мыть Кирюшу пришлось сонной.
     Ксения быстро приняла душ и улеглась возле дочери, на большой кровати в комнате для гостей. Она устало закрыла глаза, и весь хаос сегодняшнего дня обрушился на неё с новой силой. Мысли о произошедшем не давали уснуть, хотя тело требовало отдых. Наконец, Ксения устала ворочаться и откинула одеяло. Она бесшумно встала и вышла из комнаты - стакан воды мог стать её спасение от бессонницы. Женщина прошла к лестнице и в самый последний момент остановилась. Она не сразу заметила девочку, находящуюся в темноте. Даша сидела на первой ступеньке и  вполоборота смотрела на неё.
     - Ты чего здесь? – удивилась Ксения.
     Девочка смущенно пожала плечами:
     - Не спится.
     - И давно ты здесь сидишь?
     - Не знаю, - ответил ребенок и отвернулся.
     Ксения присела рядом на ступеньку и вздохнула:
     - Я тоже не могу уснуть.
     - Тебе тоже приснился кошмар? – спросила Даша, в надежде глядя на неё
     Женщина понимающе ответила:
     - Можно и так сказать, - она помолчала пару секунд для лучшего эффекта, а потом предложила: - А знаешь что, давай вместе спустимся на кухню, выпьем воды, а потом пойдем спать.
     - Не хочется, - отказалась девочка.
     - Нет? Ну, тогда, может, присмотришь за Кирой, пока я спущусь на кухню?
     От этого предложения Даша сразу оживилась и быстро встала:
     - Хорошо, я присмотрю, - она пошла по коридору к спальне, а Ксения улыбнулась.
     Женщины спустилась вниз, выпила стакан воды и снова поднялась в спальню. Даша сидела на кровати, поджав под себя ноги, и не отрывая глаз, смотрела на спящую Киру. Как будто Кира могла исчезнуть из комнаты, если Даша на секундочку отвернется от неё.
     - Не просыпалась? – шепотом спросила Ксения.
     - Нет.
     - Хорошо. Если ты все равно не спишь, может, останешься у нас, поможешь мне. Видишь, я положила подушки с другой стороны кровати, чтобы Кира случайно не упала во сне. Но если там ляжешь ты, как живой барьер, мне будет спокойнее.
     - Да я могу, мне не трудно, - серьезно закивала девочка.
     Ксюша обошла кровать и убрала подушки, она помогла Даше устроиться под одеялом и вернулась к своему краю кровати. Женщина легла на бок и посмотрела на девочку, которая удобно устроилась с другого края.
     - Спасибо тебе за помощь.
     - Не за что, - ответил ребенок и как по команде зевнул.
     Ксюша закрыла глаза и через несколько минут услышала легкое сопение. Она улыбнулась и легла на спину. Как просто решаются твои проблемы и уходят кошмары, если ты ребенок, а рядом есть взрослый. Вот бы и ей… Ксения решила, что развивать мысль не стоит, ведь если она станет думать о том кто сейчас рядом, кто помогает ей с проблемами и кошмарами, то сегодня точно не уснет.

     Наутро Ксения проснулась совершенно одна. Девочек не было в спальне. Она потянулась и задумалась о времени, ведь телефон, по которому она всегда узнавала который час, у неё вчера конфисковали. Женщина скоро переоделась, совершила водные утренние процедуры и вышла на поиски детей. Они оказались в комнате Даши, умытые, одетые, причесанные и даже накормленные.
     - Доброе утро.
     - Привет, мама, - улыбнулась ей Кира, не отрываясь от сложной задачи натянуть на куклу комбинезон.
     - Доброе утро, - поздоровалась Даша, с опаской глядя на женщину.
     Та подошла к девочке и погладила ту по волосам, жест, который должен бы сказать Дарье, что Ксения не сердится, что Даша вчера уснула в их кровати:
     - Во что вы играете?
     - В модельеров, - сразу оживилась Дарья и указала ей на небольшой диван у окна, на котором в ряд сидели уже переодетые куклы. – Поиграешь с нами?
     - Поиграю. Только спущусь съем завтрак. Вам принести чего-нибудь?
     - Еду наверх брать нельзя, - тут же сказала Даша и смущенно опустила глаза.
     - Понятно. Тогда если чего-нибудь захотите, спускайтесь вниз.
     - Хорошо, - ответили девочки и продолжили играть.
     Женщина вышла из детской и спустилась на кухню. На часах она с удивлением обнаружила цифры 11:30 и смутилась – Ксюша никогда не спала так долго. Возле плиты хлопотала Мария, женщина обернулась и улыбнулась:
     - Доброе утро.
     - Доброе. Простите, что так поздно встала, вчера долго не могла заснуть.
     - Не извиняйтесь, спите сколько хотите.
     - Спасибо что позаботились о Кире.
     - Не за что. Она очень самостоятельная и смышленая девочка.
     - Самостоятельная? Вы о моей дочери говорите? – улыбнулась Ксения. – Думаю, это Дарья на неё так хорошо влияет.
     - А Кира хорошо влияет на Дашу, та начала говорить «спасибо» без напоминаний, - ответила Мария.
     - Вы готовите обед? Помочь вам?
     - Нет, я справлюсь. Садитесь, покормлю вас завтраком.
     - Спасибо
     Молчать во время еды было неловко, поэтому Ксения узнала у Марии, сколько та работает здесь и откуда она родом. Сама рассказала о своем детстве и о смешных историях с Кирой, спросила о Даше, о её учебе и увлечениях.
     - Даша часто живет у отца? – задала Ксения очередной вопрос и отпила горячий кофе.
     Мария обернулась и как-то странно на неё посмотрела:
      - Всегда.
     Ксения опустила чашку и почувствовала неловкость, но не удержалась от следующего вопроса:
     - А как же её мать?
     Мария поджала губы и отвернулась:
     - Нет у неё матери.
     Ксения совсем запуталась, Герман же сказал ей, что они с женой в разводе. Очень странно. Но это было не её дело, поэтому она не стала продолжать расспросы. Ксения, молча, допила кофе и встала из-за стола:
     - Спасибо.
     Мария только кивнула, а когда Ксения поставила тарелку и чашку в раковину, посмотрела на женщину:
     - Вам лучше спросить обо всем у Германа Романовича. Так будет правильно.
     - Это вообще не мое дело. Простите, что затронула эту тему.
     Ксения поднялась в детскую и, как обещала, присоединилась к игре. Она провозилась с ними, пока Мария не позвала тех к обеду. После обеда Ксении удалось уговорить Киру «просто тихонечко полежать» с условием, что и Даша полежит с ними. Через 10 минут спали обе девочки. Женщина аккуратно прикрыла за собой дверь и обернулась – перед ней стоял Герман:
     - Привет.
     - Привет.
     - Как ты устроилась, все хорошо?
     - Да, спасибо, - она отошла от двери, и мужчина последовал за ней. – Дети спят.
     - Мария сказала, тебе пришлось пойти на миллион уловок, чтобы затащить их после обеда в скровать, - усмехнулся он.
     - Мне во всем помогает Даша. Я взяла её в соучастницы, - улыбнулась Ксения. – Теперь у Киры просто нет шансов против нас двоих.
     Мужчина стал серьезным:
     - Даша рассказала мне утром, что ты разрешила ей переночевать у вас в комнате.  Спасибо. Она всегда приходит ко мне, если ей страшно ночью, но меня не было дома.
     Ксения вовремя прикусила язык и, слава небу, не спросила, а где он был ночью:
     - Не благодари, это же ребенок.
     - Но ведь это чужой ребенок, - заметил он.
     Женщина нахмурилась:
     - Какая разница. Чужой, свой, ребенок есть ребенок. И вообще мне неприятен этот разговор. Я же не благодарю тебя всякий раз, как Кира ест твой хлеб. Она ведь для тебя тоже «чужой ребенок».
     Мужчина примиритель поднял руки:
     - Прости. Ты права, закроем эту тему.
     Ксения согласно кивнула. Герман посмотрел на наручные часы:
     - Через час нам надо быть у следователя.
     - Сегодня?
     - Да.
     - Мне надо переодеться, и предупредить Марию. Я сейчас.
     Женщина очень тихо вошла в спальню и переоделась. Они спустились с Германом вниз, и тот познакомил её с адвокатом – вежливым мужчиной 45 лет. Всю дорогу до полицейского участка адвокат задавал вопросы и что-то записывал у себя в блокноте. Потом он объяснил Ксении, как ей себя держать, что говорить, а о чем говорить не стоит. Когда они подъехали к зданию, у Ксюши голова пошла кругом от количества информации. Она очень нервничала. Адвокат, замечая состояние женщины, улыбнулся:
     - Ксения Дмитриевна, успокойтесь. Все пройдет хорошо, я же буду с вами.
     - А если я скажу что-то не то.
     - Ксения Дмитриевна я расспрашивал вас всю дорогу, и вы честно отвечали на все мои вопросы. Могу вас заверить, если уж я не усомнился в вашей невиновности, то никто не усомнится. Им не к чему будет придраться.
      Слова адвоката не успокоили, а ввергли её еще в большую панику:
     - Моей невиновности? – она с ужасом посмотрела на Германа, который обернулся к ним с переднего сидения машины: - Они могут и меня в чем-то обвинить?
     - Они не в чем тебя не обвинят, - заверил он.
     А адвокат согласно кивнул:
     - Ксения Дмитриевна, это просто формальность. У каждого своя работа, у них своя, у меня своя. Но уверяю, все пройдет для вас гладко.
     - А для Артема? – спросила женщина.
     Адвокат посмотрел на Германа и тот отвернулся. Адвокат обратился к Ксении:
     - С вашим мужем все сложно. Обвинения серьезные и, насколько я знаю, есть неоспоримые улики. Но пока рано о чем-то говорить, прошли только сутки с момента его ареста.
     «Только сутки, - подумала Ксения, - а, кажется, целая жизнь».
     - Да я понимаю. Но, пожалуйста, держите меня в курсе всего происходящего, - сказала женщина. К ней резко повернулся Герман и пронзил суровым взглядом, она поежилась: - Нас. Нас с Германом Романовичем.
     - Разумеется, - улыбнулся адвокат и взглянул на часы. – Пора.
     У следователей Ксения провела больше часа и успела ответить на миллион и один вопрос, который все повторялся и повторялся: «Вы знали о финансовых махинациях мужа?»  Когда они с адвокатом, наконец, вышли из здания, мужчина улыбнулся:
     - Вы держались отлично!
     - Если бы не ваше присутствие рядом, не знаю, чтобы со мной было.
     К ним подошел Герман, который все это время ждал в машине:
     - Как все прошло?
     - Как мы и предполагали, хорошо. Даже лучше того, - ответил адвокат. - Если честно, Герман Романович, я опасался, что Ксения Дмитриевна может не справиться с волнением. Но вы бы её видели – просто пример спокойного достоинства и невозмутимости. Вы не задумывались о юридической карьере? Из вас бы вышел отличный адвокат, - улыбнулся он женщине.
     Ксения смущенно ответила:
     - Вы мне льстите. Но спасибо за поддержку и помощь.
     - Всегда к вашим услугам.
     Герман помог Ксении сесть в машину и закрыл дверь. Мужчины еще несколько минут о чем-то говорили, а потом попрощались. Герман сел возле неё и они отъехали от здания:
     - Все хорошо? – спросила женщина.
     Мужчина улыбнулся:
     - Конечно. Видишь, не стоило так волноваться.
     - Адвокат очень профессиональный. Спасибо.
     - Не благодари, - ответил он, а потом добавил: - Не хочешь перекусить в городе?
     - Если честно, то нет, я выжатый лимон. И немного волнуюсь о Кирюше.
     - Не волнуйся, если бы что-то случилось, Мария бы мне позвонила. Едем домой, - сказал он водителю.
     Ксения заметила:
     - Я была бы рада получить назад свой телефон, что бы Мария могла и мне позвонить «Если что».
     Герман улыбнулся:
     - Не беспокойся, если рядом не будет меня лично, то всегда будет кто-то с телефоном, на который она сможет тебе позвонить.
     - Герман, ты что мне не доверяешь? Думаешь, как только я получу телефон назад, сразу начну названивать всем подряд?
     - Думаю, сразу не начнешь. Но такой соблазн всегда может появиться. Так что не будем рисковать.
     - У меня стойкое подозрение, что ты мне не все рассказываешь. Отобрал мои платежные карты, мой телефон. Сначала я думала, что ты скрываешь меня от полиции. Но теперь… Что происходит? - мужчина, молча, смотрел в окно. - Герман я тебя спрашиваю.
     Он повернулся к Ксении с не читаемым лицом:
     - Это простая предосторожность.
     - Ты смотришь мне прямо  в глаза и нагло врешь, - прошептала женщина.
     Он пожал плечами:
     - Думай, как хочешь.
     Ксения тоже отвернулась к окну. До дома они доехали в полной тишине. А когда переступили порог, шум детского плача обрушился на них. Плакала Кира, и Герман взволнованно посмотрел на Ксению. Так, как ни в чем не бывало, спокойно разулась и прошла в гостиную. Увидев маму, девочка соскочила с рук Марии и бросилась к ней. Она вцепилась в мамины колени, продолжая громко рыдать. Мария тоже быстро поднялась, на её лице читалось беспокойство, а от хмурого взгляда Германа Романовича ей стало совсем не по себе.
     - Что случилось? – строго спросил он.
     Мария заломила руки:
     - Я не хотела вам звонить. Отвлекать. Думала, сама справлюсь.
     - Мама-мама, - рыдала Кира, а Ксения только улыбнулась, чем очень удивила Германа и Марию.
     - Ну, и что ты тут устроила, моя актриса? – невозмутимо спросила она, наконец, присаживаясь перед дочерью на корточки.
     - Я хочу домой, - плакала девочка.
     - Значит, домой, юная шантажистка. Тебе не разрешили то, что ты хотела, и ты устроила показательное выступление? Так?
     Кажется, Герман начинал понимать, почему Ксения совершенно спокойно реагирует на слезы Киры. Она хорошо знала свою дочь. Девочка обхватила ручками мамину шею, и слез стало на порядок меньше. Ксения подняла ребенка на руки и спросила:
     - Кира, мы же говорили с тобой об этом. Так делать разве хорошо? - девочка крепче обхватила мамину шею и отрицательно закивала головой. Ксения взглянула на Марию: - Простите нас, вы стали жертвой наших хитриков. А где Даша? – спросила женщина, замечая, что второго ребенка нет. Мария обернулась к лестнице, там и седела девочка, и вид у неё был испуганный. Ксения улыбнулась ребенку и сделала к ней пару шагов. Не нужно быть детским психологом, чтобы понять, что дети что-то не поделили. – Даша спускайся к нам. Расскажешь, что у тебя требовала моя маленькая капризуля?
     Кира тоже посмотрела на девочку и вытерла кулачками слезы. Дарья нерешительно поднялась, но спускаться с лестницы совсем не торопилась. Герман строго сказал:
     - Дарья, ты слышишь, что тебе говорят?
     После его слов девочка закусила нижнюю губу и Ксения поняла, что если сейчас же не вмешается, у них начнется новая детская истерика. Она неодобрительно посмотрела на мужчину и, вдруг, сделала совсем нереальное, сама от себя такого не ожидала: женщина передала Киру Герману. Тот с легким удивлением подхватил ребенка на руки, а Кирюша стала третьим удивившимся человеком за последнюю секунду. Женщина прошла к лестнице и поднялась к Даше:
     - Ну, что испугалась? Думала, тебя будут ругать из-за моей ревы-коровы? - девочка быстро кивнула, а Ксения раскрыла объятия. Даша, не колеблясь ни секунды, обняла женщину и все-таки расплакалась. Ксения погладила ребенка по голове: - Не бойся, никто не будет тебя ругать, - она подняла к себе детское личико: - Прости Киру, она еще маленькая и не понимает, что есть интересы и других людей. Что вы не поделили?
     - Куклу. Она хотела куклу, а ей не дала. Я боялась, что с куклой может что-то случиться. Мне её мама подарила, - объяснила Даша.
     Ксения понимающе кивнула и прижала девочку к себе. Она снова погладила Дашу по голове, а потом взяла за руку и они вместе спустились вниз. Ксения заметила, что теперь и Мария украдкой вытирает слезы, а Кира неосознанно теребит пуговицу на рубашке Германа, глядя на них. Ксения с легким волнение подумала, что если её дочь оторвет пуговицу, она может и не рассчитаться за эту рубашку:
     - Кирюша, оставь пуговицу в покое, - велела женщина. Герман и Кира одновременно посмотрели на волнующий Ксению предмет. Девочка быстро отняла руку, а Герман вскинул брови, мол «чего такого, пусть теребит». – Теперь, когда мы все выяснили, я, думаю, пришла пара извинений. Кира?
     - Плости, - сказала девочка и опустила глаза.
     - Ты тоже меня прости, - вторила ей Даша.
     Ксения глазами велела Герману опустить Киру вниз, и он поставил ребенка на пол. Кира сразу обняла Даша и та обняла её в ответ.
     - Ты будешь со мной иглать? – спросила Кира.
     - Буду. Пойдем. Я дам тебе поиграть с маминой куклой. Только осторожно.
     Кира улыбнулась:
     - Я буду остоложно-остоложно. Только поделжу её в луках и отдам.
     Они опять стали друзья не разлей вода, и направились к лестнице. Ксения их остановила:
     - Минуточку, юные леди. Мне, кажется, есть еще один человек, который заслуживает ваших извинений, - Ксения посмотрел в сторону Марии.
     Девочки тут же подошли к женщине и извинились. А потом быстро убежали наверх. Ксения посмотрела на Марию и вдруг спросила:
     - Во сколько у вас сегодня заканчивается рабочий день? - женщина удивленно моргнула и глянула на хозяина дома. Ксения тоже посмотрела на него: - Герман Романович могу я отпросить Марию сегодня чуть раньше с работы? Мне нужен собутыльник, - пояснила она, и устало улыбнулась.
     Он улыбнулся в ответ:
     - Отпускаю. Только, пожалуйста, без танцев на столе.
     - Договорились, - кивнула Ксения и спросила: - Где у вас ближайший магазин?
     Мария подошла к ней и взяла под руку:
     - У меня есть все необходимое для женских посиделок. А если что, сделаем набег на бар Германа Романовича, он и не заметит.
     Женщины, посмеиваясь, скрылись на кухне. Мужчина еще пару секунд изучал их спины. Ксения каждый раз открывалась для него с новой стороны: она не была так застенчива и пуглива, как ему казалась раньше, имела хорошее чувство юмора, была ласковой, но справедливой с детьми, спокойной и рассудительной. Ксения нравилась ему все больше и больше.  

     Глава 5.
     Вчера они с Марией вели легкий разговор, пили белое вино и разошлись не поздно. Поэтому сегодня Ксения встала вместе с дочерью и помогла той с утренним туалетом. Даша уже ждала их внизу, все вместе позавтракали, и отправились на улицу. Погода была хорошая. Загоняя детей в дом на обед, Ксения задержалась на улице. Её окликнул один из водителей Германа. Стас поздоровался и подал женщине телефон:
     - Герман Романович.
     Ксения чуть отошла от Стаса и ответила на телефонный звонок:
     - Здравствуй.
     - Здравствуй, Ксения. Как ты, как дети?
     - Все хорошо. Гуляли на улице, теперь идем обедать.
     - Хорошо. Ксения, у меня к тебе будет небольшая просьба.
     - Вся внимания.
     - Мне нужна твоя помощь. Сегодня вечером я приглашен на одно светское мероприятие и мне нужна спутница. Сходишь со мной?
     Ксения очень удивилась такой просьбе:
     - Герман, не думаю, что это хорошая идея. Мой муж в тюрьме, а я шатаюсь по вечеринкам. Как ты себе это представляешь?
     - Там никто не знает ни тебя, ни твоего мужа, - ответил он.
     - Все равно, это как-то неправильно.
     - Ты меня очень выручишь, если согласишься. Ксения, правда, ничего в этом такого нет. Сама отвлечешься немного.
     Герман помогает ей, и она чувствовала себя обязанной:
     - Не хочу оставлять Киру.
     - Они с Дашей прекрасно ладят. И Мария за ними присмотрит.
     - У меня нет подходящего платья.
     - Ты сейчас серьезно?
     - Как никогда. Я не посчитала вечернее платье «самым необходимым», когда спешно собирала «самое необходимое» - ответила она.
     Он начинал раздражаться:
     - Ты надо мною издеваешься? Ты считаешь, что я не могу себе позволить купить тебе платье?
     - Думаю, этого не могу позволить себе я, - тихо ответила Ксению. – Я не должна позволять тебе, что-то мне покупать. Тем более личные вещи, - он молчал, но она чувствовала, что мужчина злится. Ксения пошла на попятную, потому что всегда старалась избегать конфликтов: - У меня есть наличные, я сама куплю себе платье.
     - Нет.
     - Это будет наш компромисс, я иду с тобой, но платье покупаю сама.
     - Нет.
     - Как ты вообще построил бизнес, если не умеешь вести переговоры? – осторожно пошутила она. Мужчина молчал, и Ксения добавила: - Герман, так мы идем сегодня на вечеринку или нет?
     - Ты что сейчас манипулируешь мной?
     Ксения прикрыла глаза и тихо заметила:
     - Думаю, ты последний мужчина на земле, которым можно манипулировать.
     - Вот и не пытайся, - ответил он. – Стас отвезет тебя, будь готова к семи вечера.
     Он отсоединился, и Ксения отдала телефон водителю. У неё еще было время, чтобы успеть покормить детей, уложить их на обеденный сон и собраться. Она похвалила себя за то, что в список самых необходимых вещей вошла её косметичка, чулки и элегантные туфли на устойчивом каблуке. Нахватало еще, чтобы чулки стали предметом их с Германом торга.
     К пяти часам Ксения была готова – легкий макияж и незатейливая прическа были оценены на «отлично» и девочками и Марией. Ксюша обувалась и надевала плащ, когда давала наставления дочери:
     - Кирюша, во всем слушайся Марию и Дашу. Хорошо?
     - Да, мама. А ты когда велнешься?
     - Когда вернусь сразу приду к вам в комнату и поцелую.
     - А если мы уже будем спать? – спросила Даша, с надеждой рассчитывая, что «поцелую» относится и к ней.
     - Тогда еще поправлю вам одеяло и потушу свет, - улыбнулась женщина. – Мария, если что, сразу звоните.
     - Конечно, ни о чем не волнуйтесь. У нас все будет в порядке. Правда, девочки?
     Кира и Даша одновременно закивали. Ксения обняла девочек на прощанье, и еще обернулась, когда садилась в машину, чтобы дети помахали ей из окна. Стас быстро довез её до города и припарковался у брендового магазина женской одежды. Ксения раздраженно поправила свою сумочку, в которой были её последние наличные. Герман не любил проигрывать – в этом магазине ей точно не хватит личных денег на платье. Она вышла из машины, с благодарностью принимая помощь Стаса. Мужчина проводил её к магазину:
     - Герман Романович будет через пять минут, - сообщил он и открыл перед ней дверь.
     Услужливый продавец вежливо улыбнулся:
     - Добрый день, могу я вам чем-то помочь?
     - Здравствуйте. Мне нужно коктейльное платье.
     - Сюда, пожалуйста. Помочь вам с выбором?
     - Нет, спасибо, я сама.
     - Если что-то будет нужно, обращайтесь, - и продавец отошел.
     Ксения начала рассматривать платья на вешалке, они были элегантными и модными. Она подцепила пальцами ярлык и взглянула на цену. Крышесносно! Не сказать, что они с Артемом бедно жили, и она одевалась как попало, но тратить столько денег на одежду было не в их финансовых возможностях.
     - Вижу, ты не сдаешься, - услышала девушка недовольный голос Германа и он забрал из её пальцев ярлык.
     Ксения посмотрела на мужчину:
     - Я капитулировала, ты не оставил мне шансов. У меня нет столько наличности.
     - Вот и отлично, - одобряюще кивнул он. – Выбирай, я подожду тебя там.
     Мужчина отошел к дивану у входа, и включил свой телефон. Ксения вздохнула, по крайне мере не будет ей советовать и контролировать. Если Артем брал её на свои деловые и светские встречи, то всегда придирчиво относился к  её нарядам. И если честно Ксению это немного подбешивало, потому что их вкусы часто не совпадали. Женщина выбрала пару неброских, но стильном вариантов и скрылась в примерочной. Она остановила свой выбор на элегантном черном платье, чуть выше колена. «Маленькое черное платье, должно быть в гардеробе каждой женщины», - вспомнила Ксения известные слова. Если опись дома снимут и к ней вернутся её вещи, у нее станет целых три маленьких черных платья. Не страшно, зато одно из них будет брендовым и неимоверно дорогим.
     Она попросила продавца срезать ценники и надела поверх платья свой плащ. Расплатившись за покупку, Герман уже ждал её у входа. Они, молча, вышли из магазина и сели в машину.
     - Спасибо, - сказала Ксения с легкой улыбнулась.
     - Не за что, - ответил он, внимательно глядя на неё.
     - Знаешь, я решила не портить тебе настроение, и не заводить разговоры о том, что позже верну тебе деньги за платье.
     - Спасибо, - усмехнулся он. – Ты умница.
     После его слов девушка смутилась и стала смотреть в окно. Через пятнадцать минут они были на месте. Вечеринка проходила в  элитном клубе, в центре города. Оказалось, что поводом для веселья стал день рождения одного из друзей Германа. Они подарили подарок, и Герман представил Ксению хозяину вечера – Тимуру. Тот прошелся оценивающим взглядом по её телу и лукаво улыбнулся, вернувшись к глазам:
     - Здравствуйте, Ксения. Рад нашему знакомству.
     Герман придвинулся к женщине и собственнический обнял за талию, заявляя всем и каждому, что она с ним. Ксения сразу смутилась, но решила не убирать мужскую руку, чтобы не подогревать интерес к их паре:
     - Здравствуйте, Тимур. Я тоже рада познакомиться.
     - Ярый, ты скрывал Ксению от нас все это время? Или сам недавно с ней знаком? – спросил Тимур у Германа, и Ксения впервые услышала его кличку.
     - Много будешь знать, скоро состаришься. Хотя ты и так уже старый, - усмехнулся Герман.
     - Ксения, он неисправимый грубиян, вы не находите? – улыбнулся Тимур.
     Ксения вернула улыбку:
     - Не знаю, пока не замечала. Но спасибо, что предупредили, теперь я буду внимательней.
     Тимур рассмеялся:
     - Слышишь, Ярый, теперь она будет внимательней.
     Герман шутливо толкнул друга и потянул Ксению за собой – они отошли от именинника, чтобы дать возможность другим гостям его поздравить.
     - Что ты будешь пить?
     - Белое вино, спасибо, - ответила Ксения и вежливо убрала мужскую руку со своей спины. Если Герману это и не понравилось, он сдержал недовольство и не подал виду.
     Через час она познакомилась со многими людьми, имена которых Ксюша не давала себе труда запомнить. Герман не отходил от неё ни на шаг, но после того, как Ксения убрала его руку, больше не обнимал. Она была немногословна, но старалась всегда поддерживать разговор и улыбаться. В основном люди говорили на неизвестные ей темы, так как все они были знакомы – женщине только и оставалось, что вежливо слушать. Хотя с одним из гостей у Ксюши получился особенно увлекательный разговор, он тоже был в этой компании новичок.
     - Герман, Ксения, позвольте вам представить – Эжен. Мой партнер по бизнесу из Франции. А это мой друг детства Герман и его очаровательная спутница Ксения, - Тимур посмотрел на переводчика, и тот скоро все перевел.
     Француз улыбнулся и сказал приветственные слова. Переводчик перевел:
     - Я очень рад познакомится.
     Иностранец посмотрел на Ксению и добавил фразу на французском языке лично для неё. Переводчик начал переводить, но Ксения его остановила с вежливой улыбкой:
     - Спасибо, я поняла, - а дальше она ответила Эжену на чистом французском языке, так как по профессии была лингвист-переводчик с французского и английского языков (он сказал: «Ксения, я сражен. У вас нет французских корней? Ваше очарование и улыбка чисто Парижские»). – Уверена моя родословная сугубо славянская. Но спасибо за комплимент. Мне приятно, что я напоминаю вам о доме. Или вы не из Парижа?
     - Сказочный Париж мой родной город! - улыбнулся Эжен. – Но, Ксения, вы просто обязаны проследить свою родословную. Теперь, когда я слышу ваш искусный французский, я еще больше уверен, что мы в некоторой степени родственники.
     Ксения рассмеялась, чем, кстати, заработала два хмурых взгляда от Тимура и Германа, которые не знали французского языка. Им сразу стал неприятен этот иностранный щеголь, со слов которого она смеялась:
     - У меня просто были хорошие учителя. Ничего более.
     - Вы скромничаете, но скромность вам к лицу, - сказал Эжен, а потом выразительно заметил: - Надеюсь ваш спутник не мастер спорта по русской борьбе? Его ревностный взгляд меня сейчас заморозит.
     Ксения посмотрела на Германа и неосознанно придвинулась к нему ближе, мужчина тут же её обнял. Она смущено улыбнулась иностранцу:
     - Если честно, я не знаю, Эжен. Мы с ним недавно знакомы. Но не волнуйтесь, я его задержу, если что, чтобы дать вам фору.
     Француз широко улыбнулся:
     - Спасибо, вы так добры. А потом я буду рассказывать на родине легенды, как пострадал из-за очаровательной Ксении, спутник которой её безумно любил и ужасно ревновал.
     После его слов о любви, женщина совсем смутилась. Герман сильнее сжал её в кольцо своих рук и яростно прошептал на ухо:
     - Что он сказал тебе? Ты покраснела. 
     - Ничего такого, - тихо ответила Ксения, чувствуя, что Герман на взводе: - Сказал, что я похожа на парижанку, и предположил, что у меня есть французские корни.
     - Что еще?
     - Остальное вежливая ерунда.
     Иностранец уже общался через переводчика с Тимуром, и Герман медленно отвел Ксению от них. Он заглянул ей в глаза, пытаясь прочесть ответ:
     - Мне не понравился ваш разговор.
     - Ты же не понял ни слова.
     - Зато я понял, о чем говорил его взгляд. И мне это не понравилось.
     Ксения улыбнулась:
     - Герман, он же француз, искусный мастер комплиментов и флирта.
     - Это должно меня успокоить?
     Ксения запоздало вспомнила, что вообще не должна оправдываться перед этим мужчиной и тут же об этом ему и сообщила:
     - Это не должно тебя волновать, - сказала она, и сделал шаг назад. – У меня есть муж, это должно волновать его, а не тебя.
     После её фразы холод стал между ними, и Ксения явно это почувствовала. Она неосознанно провела руками по плечам, в защитном жесте и оглянулась:
     - Мне нужно ненадолго отлучиться.
     Герман не ответил, и женщина быстро ушла в дамскую комнату.

     Глава 6.
     Сполоснув руки и поправив макияж, Ксения пристально посмотрела на себя в зеркало. Что она здесь делает, зачем согласилась приехать сюда с ним? Как могла принять от него в подарок платье? И главное, почему терпит его объятия, которые всем и каждому указывают на определенные отношения между ними? Ведь ничего такого между ними нет. Герман просто партнер её мужа, который помогает ей с дочерью в трудную минуту. Женщина прикрыла глаза – зачем она обманывает сама себя? Между ними определенно что-то большее, иначе бы она так не волновалась рядом с ним. Любая женщина чувствует и знает, когда небезразлична мужчине. И она была небезразлична Герману. Определенно небезразлична.
     «Надо заканчивать с этой «гуманитарной помощью», - решила женщина, - иначе добром это не кончится. Видно, все-таки придется на некоторое время вернуться к родителям, пока не найду хорошую работу».
     Дверь в уборную открылась и две смеющихся молодых девушки зашли в дамскую комнату. Ксения вежливо улыбнулась, узнав одну из них – младшая сестра Тимура, имени которой женщина, конечно, не запомнила. Девушки перестали смеяться и встали возле умывальников. Сестра Тимура сложила на груди руки:
     - Значит ты сейчас с Германом?
     Ксения подавила удивление от нахального тона вопроса и посмотрела на девушку. Красивая, молодая, ухоженная – яркая представительница золотой молодежи. Все ясно, банальная ревность. Женщина улыбнулась:
     - Мы просто знакомые.
     - Ну, да, - протянула подруга сестры Тимура: - Хотела бы и я быть «просто знакомой», которую он ТАК обнимает.
     Ксении вдруг вспомнилось, что она, будучи подростком, ни разу не участвовала в девичьих разборках и драках из-за парней. Хорошо бы, чтобы это так и оставалось, не начинать же в 27 лет. Женщина вложила в свою улыбку максимальное количество добра:
     - У меня есть муж, и другие мужчины меня не интересуют.
     Сестра Тимура придвинулась к ней:
     - Будешь стоять у меня на пути – раздавлю. Герман мой. Запомни это.
     Ксения лишь кивнула, понимая, что если откроет рот, может и не сдержаться, и тогда потасовки не миновать. Слишком агрессивно были настроены эти «школьницы». Она обошла девушек и вышла из уборной. Вечер перестал был «томным и удивительным» - хотя и сразу таким не был. Женщина быстро спустилась на первый этаж и, забирая свой плащ, попросила на ресепшене вызвать ей такси. Она также взяла лист бумаги и ручку, будучи уверенной, что её ухода по-английски Герман не оценит. Написав пару строк, женщина попросила одного из официантов передать записку и тот согласно кивнул. Она попрощалась с вежливым персоналом и вышла ждать такси на улицу.
     Герман медленно пил виски, сдерживая себя, чтобы не напиться. Он был очень зол. Вечер сразу не задался. Ксения, которая от природы была очаровательной,  в элегантном черном платье стала просто неотразимой, и это заметил не только он – один взгляд Тимура чего стоил. За такой взгляд на его женщину десять лет назад Герман бы сразу разбил другу нос. Но они с Тимуром были уже не в том возрасте, статусе и отношениях, чтобы на людях клеить разборки. А потом этот француз со своими говорящими улыбками и выразительным взглядом. Герману казалось, что иностранец прямо на глазах у всего зала предлагает Ксении заняться с ним французской любовью, осмелевший из-за того, что его никто кроме женщины не понимает. Но последней каплей стало её упоминание о муже, Герман всегда просто белел от ярости, когда Ксения вспоминала об этом ничтожестве. От неприятных мыслей его отвлек официант:
     - Извините. Вам просили передать, - вежливо сообщил он и протянул мужчине записку.
     Герман удивленно вскинул брови. Рукописная записка? В век космических скоростей, айфонов, и интернета? Мужчина развернул листок:
     «Разболелась голова, поеду домой.
     Я вызвала такси. Хорошего тебе вечера.
          Ксения».
     Он в ярости посмотрел на официанта:
     - Она давно ушла?
     - Только что. Я сразу вас нашел.
     Мужчина кивнул и быстро пошел к выходу. Он сразу заметил на улице знакомую фигуру, которая садилась в такси. Герман ускорил шаг и открыл дверь машины, пока та еще не тронулась. Мужчина подхватил Ксению за локоть и просто вытащил из машины. Водитель такси начал протестовать и Герман кивнул Стасу, который маячил рядом, чтобы тот разобрался. Стас протянул таксисту деньги, за отмененный заказ и все вопросы сразу отпали.
     - Подгони машину, - велел Герман Стасу.
     - Зачем? Я могу спокойно доехать на такси, - начала протестовать Ксения.
     Герман её перебил и жестко произнес:
     - Если мы приехали вместе, то и уезжаем вместе. Запомни это.
     - Сегодня прям как в школе, все «запомни» да «запомни» - буркнула Ксения и высвободила из захвата мужских пальцев свой локоть.
     - О чем ты?
     - Не обращай внимания, мысли вслух.
     Стас подогнал машину, и Герман открыл для Ксении дверь. Она запротестовала:
     - Я не хотела срывать тебя с праздника. Ты не должен уезжать из-за меня. Это не хорошо.
     - Садись в машину, - выходил он из себя.
     - Герман, чего ты на меня рычишь? Я хотела как лучше. Давай вернемся на вечеринку.
     - Что, голова уже прошла? – с сарказмом спросил он.
     Ксения хмуро уставилась на мужчину:
     - Проходит, таблетка помогает.
     - А потом будешь обвинять меня, что я смотрю тебе прямо в глаза и вру? - женщина смутилась и опустила взгляд. Герман вздохнул: - Ксюша, мы долго будем тут стоять, или ты уже наконец-то сядешь в машину.
     Он первый раз назвал её «Ксюша», и это произвело эффект взорвавшийся бомбы. Чтобы справиться с чувствами, нахлынувшими на неё, женщина пришла в движение. Она быстро села в машину и обхватила себя руками. Герман сел с другой стороны, и они отъехали от клуба.
     - Мы не попрощались с Тимуром, это не вежливо, - тихо заметила Ксения.
     - Переживет.
     Она хотела еще что-то сказать, но передумала и отвернулась к окну. Он злился, и не скрывал этого. Ксюше тоже было за что злиться, но она старалась себя не накручивать и успокоиться.
      Через пятнадцать минут молчаливой поездки Герман обратился к водителю:
     - Стас, останови здесь, - машина замедлилась и стала на обочине у какого-то круглосуточного ресторана быстрого питания. – Иди, попей кофе.
     Стас кивнул и вышел из машины, Ксения занервничала, оставшись с Германом наедине. Она быстро глянула на него, замечая пристальный взгляд мужчины:
     - Нам нужно поговорить.
     - Мы можем дома поговорить, - заметила она.
     - Можем, - кивнул он. – Но поговорим здесь.
     - Хорошо.
     Герман отвернулся к окну, как будто не решаясь начать разговор. Ксения не могла поверить, что этот мужчина может на что-то не решаться. Герман посмотрел на неё:
     - Ты должна знать: против Артема есть серьезные улики, а, значит, его посадят, лет на пять-семь. И это еще хороший вариант для него.
     - Хороший? – прошептала Ксения.
     - Да, Ксюша, хороший.
     - Нет! Надо что-то сделать. Кому-то заплатить. Я найду деньги, скажи только сколько надо.
     Герман усмехнулся:
     - Почку продашь?
     - Не смешно.
     - Ты ничем не сможешь ему помочь. Там без вариантов.
     - Всегда есть варианты. Всегда, - она задумалась, а потом посмотрела Герману прямо в глаза и тихо попросила: - Тогда помоги ему ты.
     Они оба понимали, о чем она говорит, и что готова отдать взамен за помощь. Глаза Германа зловеще блеснули:
     - Готова уже себя продать? - Ксения прикусила губу и отвернулась, а затем услышала: - Может, еще предложишь мне стать твоим сутенером? Так больше денег получиться срубить. Думаю, первым клиентом с удовольствием станет француз, после того, конечно, как я сниму пробу. 
     Она резко посмотрела на мужчину:
     - Это грубо. Я просто пытаюсь помочь близкому человеку. Разве ты не понимаешь?
     - Он не заслуживает этого, - прорычал мужчина.
     - Не тебе судить чего заслуживает мой муж, а чего нет, - холодно ответила она.
     Глаза Германа вспыхнули яростью:
     - Не мне судить? Видит Бог, я не хотел этого, но видно правды не избежать.
     - Какой правды? – шепотом спросила Ксения, в ожидании чего-то ужасного.
     - Всей. Твой муж - дурак, он серьезно подставился, он связался с опасными людьми и решил, что может их кинуть. Они такого не прощают.
     - Зачем ты пугаешь меня?
     - Потому что по-другому ты, кажется, не понимаешь. Ты должна знать это, чтобы вести себя правильно.
     - Что они сделают с Артемом?
     - Пока он будет сидеть в тюрьме, с ним ничего не случится. Это не их методы. Поэтому я и говорю, что срок для него лучший вариант.
     - А потом?
     - Когда выйдет, лет через шесть, тогда и будет видно. Время покажет.
     Ксения прикрыла глаза, осознавая всю серьезность ситуации. Она хорошо знала своего мужа, поэтому поверила словам Германа, он и вправду мог пойти на такой безумный шаг, ради легких денег.
     - Я так понимаю квартира, бизнес и счета арестованы. И мы с Кирой можем про них забыть? – спросила женщина.
     - Да.
     Она потерла лицо руками и вздохнула, озвучивая мысли вслух:
     - Ладно. Значит, придется все-таки ехать к родителям.
     Её ладони накрыли мужские и оторвали от лица. Герман произнес:
     - Ты никуда не поедешь.
     Ксения устало посмотрела на него:
     - Я очень благодарна тебе, Герман, что ты приютил нас на время. Но пора мне уже самой брать жизнь в свои руки.
     - Ты. Никуда. Не поедешь, - отчеканил он каждое слово и сильнее сжал её ладони.
     Ксения вырвала свои руки из мужского захвата, она тоже умела злиться и быть упрямой:
     - Герман, хватит. Если ты не заметил я уже взрослая, и сама могу позаботиться о себе и своей дочери.
     - Ни черта ты не можешь, - прорычал он.
     Ксения прищурила глаза:
     - Тимур прав, ты грубиян. Но я не хочу с тобой ругаться. Давай не будем ссориться. Ладно?
     - Не будем. Если ты будешь меня слушать и делать то, что я говорю.
     - Ты себя слышишь? С тобой просто невозможно нормально разговаривать. Что, есть только два мнения, твоё и неправильное? Я вообще не обязана что-то тебе доказывать и оправдываться. Я взрослая женщина и сама принимаю решения. Запомни это!
     Герман резко придвинулся к ней, и Ксения реально испугалась. Но мужчина лишь открыл дверь с её стороны машины:
     - Тогда проваливай отсюда! Давай выходи из машины, взрослая женщина!
     Ксения покосилась на открытую дверь и тихо сказала:
     - Я заберу Киру, и мы сегодня же уйдем.
     - Нет. Если ты хочешь уйти, уходи сейчас. А Кира останется в безопасности моего дома.
     Ксения вскинула на мужчину взгляд:
     - Что?
     - Что слышала. Давай, чего сидишь, иди во взрослую жизнь. Жизнь без мужчины, квартиры и денег. Посмотрим, сколько ты пройдешь: до первого фонарного столба или до второго.
     - Без дочери я никуда не пойду.
     - А кто тебе её отдаст? Я не позволю из-за глупого упрямства подвергать опасности ребенка. Хотя она и так уже в опасности, из-за такой матери.
     - Какой, такой?
     - Гордой идиотки, что ставит свои принципы выше благополучия ребенка.
     От его напора Ксения просто потеряла дар речи. Она никогда не слышала в свой адрес столько «комплиментов». Её так и подмывало выйти из машины и громко хлопнуть дверью. Но она сдержалась, понимая, что мужчина очень зол, и может непредсказуемо отреагировать на её выходку. Ксения решила успокоиться и попробовать поговорить с ним языком разума:
     - Герман, если мы останемся еще на пару дней, что это решит? Мы же не можем жить у тебя вечно? – тихо заметила Ксения. Мужчина молчал и она продолжила: - Я все продумала, я вернусь на некоторое время к родителям, найду работу, отдам Киру в детский сад, сниму квартиру. Многие так живут, и мы проживем. Тем более в маленьком городе совсем другой уровень жизнь. У меня все получится, я уверена.
     - У тебя ни черта не получится, Ксюша. Ты даже из города не сможешь уехать.
     - Почему? - он молчал, и тогда Ксения четко поняла, что еще не слышала всей правды. Она запоздало вспомнила его слова «безопасности моего дома» и «подвергать опасности ребенка». Какой опасности? Страх сковал её тело: – Что ты мне не договариваешь, Герман? Эти люди, о которых ты говорил, они могут навредить и нам с Кирой?
     Герман посмотрел на неё и четко произнес:
     - Они не навредят вам.
     - Ты уверен?
     - Да. Уверен.
     Она совсем запуталась:
     - Тогда о чем ты говоришь? Пожалуйста, Герман, объясни мне. Ты хочешь, чтобы я делала по-твоему, но не объясняешь почему…
     - Я же просил просто мне верить. Неужели это так сложно?
     Ксения прочитала по мужскому взгляду, что задела его за живое, своим недоверием. Ей почему-то стало стыдно, хотя она не понимала, почему. Ведь они совсем чужие люди, плохо знают друг друга, и ничего друг другу не должны. Но ей было стыдно:
     - Это не сложно, Герман. Но доверие это взаимная вещь. Если ты не доверяешь мне, и ничего не рассказываешь, почему я должна доверять тебе?
     - Я не рассказываю тебе того, что, поверь мне, ты не захочешь знать.
     - Позволь мне самой решать, что я хочу знать, а что нет. Кажется, я имею на это право.
     Герман молчал, но по его взгляду она поняла, что он задумался. И была права. Мужчина отстраненно посмотрел в окно и бесстрастно сказал:
     - Я знаком с тем, кого Артем хотел кинуть. Я вчера встретился с ним и сказал, что ты с Кирой под моей личной защитой, - он посмотрел на неё и спросил: - Ты понимаешь, что это значит? - она неуверенно покачала головой. - Я сказал ему, что ты моя женщина. И поэтому тебя и твоего ребенка трогать нельзя.
     Ксюша не хотела осознавать сказанное им:
     - Твоя женщина, в смысле… любовница?
     - Моя женщина, в смысле – моя женщина. За обычную любовницу в такой ситуации никто не станет вписываться. Не с такой проблемой и не с такими людьми.
     Она во все глаза смотрела на Германа и удерживала себя от дальнейшего вопроса, но напрасно:
     - Зачем ты сделал это?
     Он снова посмотрел в окно:
     - Потому что мог.
     - Это не ответ.
     - А какой ответ тебя устроит? – резко повернулся к ней Герман. – Может тот, что я не мог спокойно стоять в стороне, зная, что они могут с тобой сделать, - Ксюша нервно сглотнула, но следующий вопрос задать не успела, Герман опередил её: - Даже не спрашивай.
     Ксения стала нервно теребить застежку сумки:
     - У меня в голове это не укладывается. Я еще могу представить Артема, который рискует деньгами и своей свободой. Но чтобы он рисковал мной и тем более Кирой… Я ничего не понимаю. Может они что-то напутали и Артем не виноват?
     - Такие люди ничего и никогда не путают, Ксения. Вся их жизнь череда жестких, но выверенных решений. Они не могут себе позволить «что-то напутать» и тем самым очернить свое имя и репутацию.
     - Это какие-то бандиты? Не понимаю, как можно мстить невиновной женщине и ребенку. За что? Что такого сделал Артем? - Герман снова отвернулся к окну, и у Ксении мгновенно заледенели руки. Правда на сегодня еще не закончена? - Скажи мне все. Я хочу знать, - тихо, но твердо произнесла она.
     - Артем спал с его бывшей женой, и тем самым тянул нужную информацию, чтобы провернуть свою аферу.
     - Откуда ты знаешь?
     - Есть фотографии.
     Ксения закрыла глаза. Вот теперь вся правда на сегодня. Вся правда до конца.
     Можно кричать, бить кулаками и обвинять Германа во лжи. Но Ксения не стала делать этого, она приняла все спокойно. Его слова не стали вселенской неожиданностью, Ксения до этой минуты не подозревала мужа в измене, но когда услышала об этом – поняла, что это правда. После того как они переехали в город и Артем стал строить бизнес, а вместе с ним жизнь своей мечты, Ксения интуитивно ощущала, что начинает не вписываться в его мечту. Муж ничего не говорил, не упрекал её и не проявлял недовольство, но она и так понимала, что начинает не соответствовать его требованиям. Она была слишком застенчивой, слишком молчаливой, слишком скромной. Она неброско красилась, просто одевалась, и не разбиралась в модных брендах. Она не ходила на высоких каблуках, не посещала солярии и предпочитала проводить время с дочерью. У Ксении были открыты глаза, и она умела ими видеть: любовницы и жены его коллег по бизнесу были не похожи на неё. Ксения старалась меняться, чтобы соответствовать новому статусу мужа, и это получалось, но не так быстро как хотелось бы Артему. В общем, его измена не стала для Ксении неожиданностью, она была закономерна. Но от этого причинила не меньше боли.
     - Я же говорил, ты не захочешь знать всей правды, - вывел женщину из задумчивости тихий голос Германа.
     - Нет, хорошо, что ты мне все рассказал. Ты прав, я должна знать правду, чтобы вести себя правильно, - она посмотрела на мужчину и добавила, принимая решение: - Я буду делать, что ты скажешь, и не только ради себя и Киры. Ты рисковал, чтобы помочь нам, и я не хочу тебя подставлять.
     - Хорошо. Значит, завтра ты подашь на развод.
     - Завтра? – одно дело все осознать, но совсем другое принять.
     - Да, Ксюша, завтра. Не нужно с этим откладывать.
     Она грустно усмехнулась:
     - Классика жанра: муж попадает в тюрьму, жена подает на развод.
     - Ты подаешь на развод не потому, что Артема арестовали, а потому что… совсем по другой причине.
     - Потому что он изменил мне. Называй вещи своими именами, - Ксения помолчала и тихо спросила: - Она красивая?
     Герман рассердился:
     - Нет. И не будем больше об этом говорить, - он достал телефон и набрал Стаса: - Возвращайся.

     Ксения сняла туфли и тихо вошла в детскую, Герман остался в дверях. Женщина поправила детские подушки и одеяла и подошла к окну. Она потянула за ручку и приоткрыла окно, а потом обернулась к Герману:
     - Ты не против?
     - Чего?
     - Я открою окно, в комнате душно.
     - Почему я должен быть против этого?
     - Ну, мало ли, боишься, что Дашу продует.
     - Если ты не боишься этого, мне чего бояться?
     Ксения неуверенно пожала плечами и вернулась к кровати. Как и обещала, она поцеловала спящих девочек, которые удобно разместились на широкой Дашиной постели. Женщина вышла из детской и тихо прикрыла за собой дверь. Она устало посмотрела на Германа и улыбнулась:
     - Не буду благодарить тебя за прекрасно проведенный вечер, он таким не был. Но за платье и новые знакомства спасибо.
     - Это ты сейчас про француза? – мужчина приподнял бровь.
     Ксения усмехнулась:
     - Он спрашивал, не занимаешь ли ты русской борьбой. Твой взгляд его пугал.
     - Правда?
     - Ага. Я обещала тебя задержать, если ты вдруг вздумаешь на него напасть.
     - Значит, все это ты называешь «вежливая ерунда»? Что еще он сказал?
     - Больше ничего.
     - Ничего?
     - Ничего.
     Герман подвел Ксению к двери её спальни:
     - В следующий раз найму переводчика, чтобы точно знать, о чем ты говоришь с иностранными мужчинами.
     Она усмехнулась и открыла дверь:
     - Можешь нанять меня, я сделаю тебе хорошую скидку, - Герман не ответил, пристально разглядывая её в двери спальни. Ксюша уже начала привыкать к его резким сменам настроения: - Спокойной ночи, Герман.
     - Спокойной ночи, Ксения.
     Женщина закрыла дверь и, пройдя пару шагов, просто рухнула на кровать. Её мир разбит и восстановлению не подлежит. Обидно. Досадно. Но… ладно-ладно-ладно.
     Ничего не поделаешь.
     Новый вздох, новый день. Время строить новый мир.

     Глава 7.
     С самого утра Ксюша решила погрузиться в дела, чтобы не думать об Артеме и его измене. Она рано встала и приготовила завтрак, чем заслужила от Марии укорительный взгляд. Потом разбудила детей, помогла им с утренним туалетом и покормила. Без разрешения экономки навела порядок в детской, пока девочки резвились на улице, и убрала у себя в спальне. Это стало для Марии последней каплей, и женщина строго заявила:
     - Ксения вы мне нравитесь, но если вы продолжите вести себя подобным образом мы поссоримся. Я, конечно, сомневаюсь, что вы решили меня подсидеть и устроится на мое тепленькое местечко, но, знаете, всякое бывает.
     - Мария вы незаменимы, никогда в этом не сомневайтесь. Я просто хотела быть полезной и хоть что-то сделать.
     - Вы делаете достаточно. Даша в вас души не чает.
     Ксения оставила без комментариев последнее замечание и спросила:
     - Герман Романович ничего не просил мне передать?
     - Меня не просил.
     - Ладно, - кивнула Ксения и ушла на улицу к детям.
     К обеду Влад сообщил Ксении, что через час они поедут в ЗАГС, где их будет ждать адвокат. Ксения нервничала, но все прошло гладко и быстро. Женщина ожидала нравоучений и осуждающих взглядов от работников ЗАГСа, но, похоже, все было решено заранее адвокатом. Девушка, принимавшая заявление о разводе, не задала Ксении ни одного вопроса и только попросила поставить подпись в нужных местах. Уходя, Ксения все-таки спросила, как быстро оформят развод.
     - Три дня, - ответила работница ЗАГСА и посмотрела на адвоката. – Как и договаривались.
     Тот кивнул и попрощался. Они вышли на крыльцо здания и мужчина сказал:
     - Сейчас, Ксения Дмитриевна, мы поедем в вашу квартиру. Вам разрешено забрать личные вещи, - Ксения взволнованно посмотрела на мужчину, и тот ободряюще ей улыбнулся: - Нужно ваше личное присутствие, таков порядок. Тем более, думаю, будет лучше, если вы сами решите, что взять, а что нет. Простите, что не предупредил вас заранее, это решилось только что.
     - Да, конечно. Я понимаю.
     У подъезда её дома, бывшего дома, их уже ждал Герман. Ксения облегченно вздохнула, присутствие мужчины её успокоило.
     - Привет.
     - Привет. Как все прошло? – спросил он у адвоката.
     Тот кивнул:
     - Как и планировалось. Бумаги будут готовы через три дня.
     - Хорошо, - ответил Герман и посмотрел на Ксению. – Ты как?
     - Все хорошо. Можем идти.
     Последующие полчаса под неусыпным надзором следователей Ксения собирала свои вещи. Влад и Стас были назначены грузчиками. Женщина сложила Кирины вещи, игрушки и книжки, упаковала бабушкин сервиз и подаренное мамой столовое белье. Она сложила и свои личные вещи, но как ни уговаривала себя, не смогла взять то, что дарил ей Артем. Когда следователь сказал, что она не может забрать свой ноутбук, Ксения чуть не расплакалась:
     - Там же все Кирюшины фотографии, - прошептала она, глядя на Германа.
     Мужчина отвел следователя в сторону, и через пять минут на флеш-карте была вся личная информация Ксении. Уходя, женщина оглядела квартиру – она оставила в ней очень много вещей, но закрывая дверь, поняла, что ничего не забыла.
     Кира встретила коробки со своими вещами радостным криком, и весь вечер ушел на то, чтобы показать Даше все её игрушки, платья и книги. И только готовясь ко сну, девочка спросила у Ксении:
     - Мама, а  мы еще долго будем здесь гостить?
     - А тебе здесь не нравится?
     - Нлавится, - ответила Кира и, конечно, спросила: - А папа сколо велнется из командиловки?
     Её ребенок привык, что папы часто не бывает дома, он «работает», «занят делами» и «ездит по командировкам». Так часто, что трехлетний ребенок наизусть выучил это сложное слово.
     - Нет, Кира, не скоро.
     Девочка только кивнула и, взяв свою любимую куклу, побежала к Даше в комнату. О том чтобы сегодня спать с мамой, а не с Дашей, как вчера, даже вопроса не возникло. Пусти лисичку на порожек. Ксения прочитала девочкам любимую Кирину сказку и поцеловала на ночь, когда те уснули. Она спустилась вниз, выпила с Марией чай и пошла отдыхать, ведь был «очень тяжелый день». Но до своей комнаты Ксения так и не дошла, потому что и не намеревалась туда идти. Уже два часа она решалась пойти совсем в другое место.
     Герман просматривал в ноутбуке мировые новости, когда в дверь его кабинета постучали. Поздний гость:
     - Войдите.
     На пороге появилась Ксения и нерешительно вошла. Она прикрыла за собой дверь и прошла в комнату. Герман не отказал себе в удовольствии скользнуть по женщине быстрым взглядом, тем более что короткое домашнее платье давало хороший обзор.
     - Ты не очень занят? – спросила женщина и, не дойдя до стола, заинтересовалась его книгами, что стояли на полке у стены.
     - Нет.
     - Не была раньше в твоем кабинете, - обернувшись, сказала она и снова начала рассматривать книги. – Ты их читаешь, или так для представительного интерьера?
     Он усмехнулся:
     - Я люблю читать, хотя времени на это всегда не хватает. Так что редкое чтение одно из занятий, что приносит мне настоящее удовольствие, - Ксения не стала кокетливо спрашивать, что приносит ему еще удовольствие, кроме книг, потому что была здесь совсем не за этим. Она все молчала, решаясь на то, зачем пришла. Он помог ей: - Думаю, ты пришла сюда не для того, чтобы вести отстраненную беседу о книгах.
     - Не для того, - ответила она и посмотрела на него. Герман внутренне подобрался, неужели она… - Я хочу, чтобы ты показал мне фотографии.
     Не для этого…
     - Какие фотографии? – спокойно спросил он.
     Женщина сложила на груди руки:
     - Герман, давай без игр «я не знаю о чем ты». Ты прекрасно знаешь, ЧТО я прошу мне показать.
     - У меня их нет.
     - Ты сказал что есть.
     - Я имел в виду, что фотографии есть в принципе, как доказательство их связи.
     - Ты их лично видел?
     - Да.
     - Кто тебе показывал?
     Мужчина вскинул брови:
     - Ты что меня допрашиваешь?
     - Я просто хочу добиться желаемого, а с тобой это очень трудно. Особенно если ты решишь, что мне это не нужно.
     - Тебе это не нужно.
     - Нужно, я хочу их видеть, - настаивала женщина и сделала к нему шаг. – Мне это просто необходимо, чтобы пережить и существовать дальше, - он молчал, и Ксения подошла совсем близко, теперь их разделял только стол: - Герман, я прошу тебя, покажи мне их, - он молчал, она прошептала: - Пожалуйста.
     Мужчина прищурился и резко пришел в движение. Он набрал что-то на клавиатуре ноутбука и развернул его к Ксении. Она, наконец, увидела любовницу своего мужа: женщина сидела рядом с Артемом на постели, и тот обнял её за шею, собираясь поцеловать. Женщина на фото была красивой: качественный макияж, модная стрижка, загорелое тело в стильном коротком платье – все то, что нравилось ее мужу, да и любому мужчине. Все то, что Артем не смог добиться от Ксении, или не имел терпения дождаться. Нет, решила Ксюша, она бы никогда не стала такой холеной, никогда. Правильно поступил Артем, что не стал ждать от неё этого.
     - Еще, - прошептала женщина, а потом прочистила горло и сказала громче: - Еще.
     Герман резко захлопнул ноутбук:
     - Хватит.
     Ксения пару секунд со злостью смотрела на него, а потом прикрыла глаза и выдохнула:
     - Она красивая.
      Мужчина встал со стула и обошел стол. Он развернул Ксению к себе, удерживая за плечи, и встряхнул:
     - Это ты красивая. Слышишь. Ты.
     Женщина грустно усмехнулась и открыла глаза:
     - Он видимо так не считал.
     - Он идиот.
     Ксения прикусила губу и закивала, слезы быстро подступали к глазам. Герман притянул женщину к себе и крепко обнял. Она приняла его объятия:
     - Это я идиотка,  - сквозь слезы сказала женщина. – Чертова мазохистка. Но зато теперь я знаю, что никогда бы не стала тем идеалом, который он хотел возле себя видеть.
     Герман погладил её по спине:
     - Ты уже идеальна, тебе не надо становится кем-то еще.
     Ксения высвободила руки и крепко обняла мужчину:
     - Спасибо тебе за поддержку, Герман. И за помощь. Я хочу, чтобы ты знал, я очень ценю это.
     - Я знаю.
     Они стояли, молча, все так же обнимая друг друга, пока Ксения не успокоилась. Она отстранилась и вытерла слезы. Герман отпустил её, внимательно наблюдая за женщиной:
     - Полегчало?
     Ксения усмехнулась:
     - А как же, лучший женский антидепрессант – это слезы. Раз, и проблемы нет.
     - Может предложить тебе выпить?
     Ксения рассмеялась:
     - Нет, Герман, спасибо. Я вообще редко пью, хотя в последние дни, только и делаю, что пью. Могу и пристраститься. Что тогда будешь делать с новоявленной пьянчужкой?
     - Запру в комнате, пока не пристрастишься обратно.
     Женщина улыбнулась:
     - Ладно, пойду спать. Спокойной ночи.
     - Спокойной ночи, Ксюша.
     Она кивнула и вышла из кабинета. Женщина зашла в свою спальню и закрыла дверь, и только тогда перевела дыхание. Его объятия для её тела из утешающих почти сразу стали возбуждающими. И даже шутки не смогли её отвлечь. Ксения подумала, что должна плюнуть на все и отдаться желанию тела, которое проснулось рядом с этим мужчиной. В сложившийся ситуации никто не посмеет её осудить. Но если она сделает это, все сразу усложнится. Или упростится – нашептывал разум. Но Ксения не стала его слушать, её сердце было не готово разбиться второй раз за такой короткий срок. А женщина была уверена, что рядом с этим мужчиной именно это её сердце и ждет.

     Глава 8.
     Прошло два спокойных дня, в течение которых ничего особенного не происходило. И это уже казалось Ксюше непривычным. В начале пятницы адвокат привез ей документы о разводе и на вопрос о следствии по делу Артема ответил, что все идет своим чередом. В середине пятницы, Ксения, наконец, сдалась под уговорами двух юных нытиков и свозила их в развлекательный центр, в котором серьезный Влад не отходил от них не на шаг. В конце пятницы Герман обманом затянул её в ресторан, в котором она с большой радостью снова встретила Эжена и Тимура, и, с малой ­- сестру Тимура Эльвиру, имя которой теперь запомнила. В их компании были еще две супружеские пары, с которыми Ксения познакомилась на дне рождении друга Германа.
     - А вот и наши беглецы, - воскликнул Тимур, раскрывая объятия. Герман подал другу руку, и они шутливо обнялись. Тимур отстранил его и заметил: - Я не с тобой хотел обниматься, а с Ксенией.
     - Я понял, - усмехнулся Герман и обнял друга во второй раз.
     Все рассмеялись и даже Эжен, который, похоже, ничего не понял, потому что был почему-то без переводчика. Ксения поздоровалась с ним и быстро все перевела. Француз улыбнулся:
       - Значит, чтобы обняться с вами, очаровательная Ксения, мне нужно обниматься с вашим спутником?
     Ксюша рассмеялась и перевела вопрос Эжена для всех (ремарка автора: дальше главная героиня так же будет переводить с французского на русский и обратно, для всех, за исключением тех случаев, о которых автор будет писать). Герман подал французу руку для пожатия:
     - Здравствуйте, Эжен. Я профессионально не занимаюсь русской борьбой, но пару приемов знаю. Могу показать.
     Француз вопросительно посмотрел на Ксению, и той пришлось перевести. Эжен рассмеялся и шутливо капитулировал с поднятыми руками:
     - О нет, я лучше откажусь.
     - Где ваш переводчик? – спросила Ксения.
     - О, когда я узнал, что вы будете на сегодняшнем ужине, я решил дать ему выходной. Это мой стратегический ход, чтобы быть поближе к вам, Ксения. Только не переводите это Герману, - в заговоре прошептал Эжен.
     Ксения улыбнулась и подмигнула ему, ничего не переводя. Они сели за стол и сделали заказ.
     - Как вам нравится наш город? – спросили у Эжена.
     - Мне проводят экскурсии по знаменитым местам и музеям. Хотя я считаю, настоящий город открывается только его жителям, в местах, куда не ступала нога экскурсовода.
     - В таком месте не только откроется настоящий город, а еще откроется и куча неприятностей, - рассмеялся Тимур.
     - Меня могут ограбить? – спросил Эжен.
     - И это меньшее, что может с тобой случиться, - ответил Тимур.
     Француз шуточно воскликнул:
     - Срочно хочу в такое место!
     Все рассмеялись.
     - Вам что, Парижа мало? - спросила Эльвира, сестра Тимура. - Там ведь тоже есть злачные места. Целые районы. Каждый раз, когда я бываю в Париже, экскурсовод об этом предупреждает,
     - О да, Париж нынче не тот, - вздохнул Эжен. – Но он все равно очаровывает. Разве нет?
     - Да, он прекрасен, - подтвердила Эльвира.
     Тимур усмехнулся:
     - Особенно внутри модных магазинов.
     Сестра нахмурилась, а Эжен улыбнулся:
     - Поверьте мне, парижские женщины тоже лучше всего знают город именно с этой стороны. Ксения, а вам что больше всего нравится в Париже?
     Ксюша улыбнулась и ответила  только Эжену:
     - Наверное, мне понравится все.
     - Понравится? Как, я не ослышался? Неужели вы еще ни разу не были в Париже?
     - Нет, - ответила Ксюша, не переводя ни для кого их разговор.
     - Это просто невозможно! Позор вашему мужчине. Как он мог ни разу не свозить вас в Париж, город любви! Если он этого не сделает в ближайшее время, я сделаю это за него, - строго сказал Эжен, и добавил: – Ксения, сейчас же переведите ему мой ультиматум.
     Герман наклонился к Ксюше:
     - Чего он с таким возмущением смотрит на меня?
     Женщина кивнула Герману, мол «сейчас объясню», а сама улыбнулась французу:
     - Эжен, ваше негодование не по адресу. Мы с Германом меньше недели знакомы, так что он просто не мог успеть свозить меня в Париж.
     - Только неделю? А у него уже такой огонь в глазах? – заметил француз: - Хотя чему я удивляюсь. Вы, Ксения, очаровали меня с первого взгляда, а за неделю я бы совсем пропал.
     - Эжен, перестаньте, вы избалуете меня комплиментами, - улыбнулась Ксения и, наконец, повернулась к Герману, взгляд которого не предвещал ничего хорошего. – Мы обсуждали Париж и его красоты.
     - И?
     - Он узнал, что я не была в Париже, и удивился, - тихо сказала Ксения.
     Герман внимательно смотрел на неё, а потом спросил:
     - И он пригласил тебя в гости?
     - Нет, не пригласил, - успокоила она его.
     Герман хотел еще что-то спросить у Ксении, но её отвлекли, попросив быть переводчиком в разговоре с Эженом.
     Вечер проходил в приятной дружеской атмосфере, и только Эльвира, все больше хмурилась. Ей не нравилось, что Герман привел с собой эту женщину, не нравилось, как он смотрит на неё, не нравилось, что та стала центров всеобщего внимания из-за знания французского языка. Она ведь, кажется, сказала что замужем, чего тогда делает рядом с ним. Может он не знает, что у неё есть муж? Или падкая на деньги женщина? Аферистка? Эльвира давно решила, что влюблена в Германа, и что он должен принадлежать только ей. Раньше она была просто младшей сестрой его друга, но теперь выросла и превратилась в молодую, красивую женщину. Она идеально ему подходила, а эта Ксения не подходит. Просто надо открыть Герману на это глаза.
     Герман вышел с Тигром (под таким прозвищем Тимура знали друзья и враги) на улицу, когда тот пошел курить. Сам Герман давно бросил эту пагубную привычку, а вот у Тимура с этим пока никак не получалось.
     - Давай колись, друг, - сказал Тимур, – откуда взялась наша очаровательная Ксения. А то в прошлый раз, мы не успели поговорить с глазу на глаз.
     - Не наша, а моя, Тигр.
     - Ой, какие мы собственники, - рассмеялся Тимур. – Твоя-твоя, никто не претендует. Разве что Эжен? Видел, как он ей улыбается? И шушукаются всё о чем-то на своем французском.
     - Ты сейчас нарочно меня злишь?
     - Да ладно я шучу, где ему тягаться с тобой, Ярый, - Тимур сделал затяжку сигареты. – Так как вы познакомились?
     - Я знаю её уже полгода.
     - Так долго обивал пороги? А она не промах, раз мурыжила тебя столько времени, - рассмеялся Тимур. Герман нахмурился, и его друг сразу стал серьезным. Тимур знал этот взгляд Ярого, которым он умел очертить границы дозволенного. Похоже, эта женщина значила для Германа гораздо больше, чем с первого взгляда показалось Тимуру. – Что, все серьезно?
     Герман кивнул другу, и устало потер глаза:
     - Да, Тигр, серьезно. Просто наваждение какое-то. Никогда не думал, что так сильно захочу чужую женщину.
     - Чужую? – нахмурился Тимур.
     - Уже моя. Или будет моей.
     - Объясни.
     Герман вкратце рассказал другу историю их с Ксюшей знакомства и её неудачного замужества.
     - Ну, её бывший и мудак, - потушил сигарету Тимур. – Это же надо было, так подставится. Да еще перед кем... Ксении повезло, что она твое «наваждение», ты её просто спас. Её и ребенка.
     - Только почему-то героем я себя совсем не ощущаю, скорее наоборот.
     - Ярый, перестань, все честно. Ты семью не разрушал, жену от мужа не уводил. Этот мудак сам все разрушил. А ты просто оказался в нужное время в нужном месте и помог дорогому тебе человеку. Ксения знает подробности?
     - Да, пришлось ей рассказать, - кивнул Герман. – А то уже паковала вещи, отчаянная жена декабриста.
     Тимур усмехнулся:
     - Хотела спасать этого мудака?
     - Да, совсем крышу ей снесло. Даже предлагала мне себя, в оплату помощи бывшему.
     Тимур усмехнулся:
     - Я, надеюсь, ты воспользовался столь выгодным для тебя предложением?
     Герман шутливо толкнул друга:
     - Заткнись. Мне нужно от неё совсем не это.
     - Да ладно, мне-то не заливай. Я же вижу, как ты на неё смотришь.
     Ярый усмехнулся:
     - Ну ладно, не только это.
     Друзья рассмеялись и Тигр заметил:
     - Завидую тебе, Ярый, найти женщину, ради которой готов пойти на все – это настоящее везение. Особенно сейчас в нашем мире гламурных-кукол и охотниц за обеспеченной жизнью. Ладно, пошли, друг, вернемся к остальным. А то, как бы наш француз совсем не осмелел с твоим отсутствием.
     Мужчины вернулись в ресторан, к своему столику. Эжен вел легкую беседу на английском с их друзьями, а Ксении и Эльвиры не было за столом. Тимур спросил:
     - Где мелкая? – так он называл свою сестру, когда та не слышала.
     Жена одного из их друзей пояснила:
     - Случилось ЧП, Эльвира случайно разлила вино, и оно попало на платье Ксении. Они в уборной.
     Герман кивну и сел за стол, а Тимур потоптался на месте и ушел в сторону уборных. Сестра придумала, что влюблена в его друга, и должна стать его женой, во что бы то ни стало. Тимур хорошо знал все её недостатки и не желал своему другу такой незавидной участи, хоть и очень любил свою сестру. Но он также хорошо знал, на что Эльвира была способна ради достижения своих целей. Она все еще была избалованным подростком, хотя уже и переросла этот возраст, и её средства по достижению желаемого, порой выходили за рамки приличия. Разлитое вино однозначно было частью коварного плана по избавлению от Ксении. Тимур не ошибся, уже подходя к двери дамской комнаты, он услышал возмущенный голос своей сестры.

     Ксения почти сразу поняла, что вино было разлито неслучайно. Но она приняла неискренние извинения с легкой улыбкой. Ей не требовалось помощь, платье все равно было безнадежно испорчено, но отвязаться от Эльвиры, и при этом сохранить приличия было невозможно. Как только за ними закрылась дверь уборной, Эльвира сразу сменила извиняющую улыбку на хищный оскал:
     - Я же тебя предупреждала. Герман мой. Ты что - плохо понимаешь с первого раза? - Ксения открыла воду и намочила тканевую салфетку, не было никакого смысла тереть пятно, но она начала делать это, чтобы занять руки. Эльвира, разозлилась, когда ей не ответили, она подошла ближе: - Оглохла?
     - Я прекрасно слышу, не надо кричать мне на ухо, - спокойно ответила Ксения, поднимая на девушку взгляд.
     - Значит со слухом все хорошо? Отлично. Значит плохо с головой? Повторяю еще раз – Герман мой. Отвали от него.
     Ксения не сдержала улыбки, чем очень сильно удивила соперницу:
     - Эльвира, я тебя услышала и поняла. Он твой. Только хочу спросить, а сам он об этом знает?
     - Узнает.
     - Хорошо. Теперь, когда мы все выяснили, я могу идти?
     - Еще нет, - загородила ей путь девушка. – Мне кажется, ты не до конца поняла. Ты мне не соперница, ты старая и скучная, а я молодая и интересная. Я сестра его лучшего друга, и сколько бы у Германа не было женщин, в конечном итоге я останусь с ним. Он наиграется с тобой и бросит, сколько раз так уже было. Ты знаешь, сколько у него было женщин?
     - Мне это не интересно, - Ксения начала терять терпение и благодушие.
     - Сотни. И ни с одной из них он не оставался больше недели. Напомни-ка, сколько вы с ним вместе? – ехидно усмехнулась Эльвира и картинно щелкнула пальцами: – Твое время заканчивается, детка, пора на выход.
     Ксения снова не сдержала улыбки. Ну как можно злиться на эту девочку, которая строит из себя прожженную стерву, насмотревшись мелодраматических сериалов:
     - Значит, у меня в запасе еще пару дней. Спасибо, что предупредила.
     Похоже, равнодушие Ксюши безмерно злило Эльвиру, она повысила голос:
     - Ты совсем дура или прикидываешься? Я сказала - отвали от него или тебе популярно объяснить? – девушка придвинулась к Ксении с явным намерением перейти от словесных объяснений к физическим. Женщина, не уверенная, что хочет получить по лицу в первый раз в жизни от этой эмоциональной девушки, сделала шаг назад. «Похоже, драки в женском туалете из-за парня мне не избежать, хоть мои 14 лет остались в далеком в прошлом», - подумала Ксения.
     Её спас Тимур, он как по мановению волшебной палочки появился в дверях женской уборной:
     - Эльвира, веди себя прилично, а то поставлю в угол, - шутливо заявил он.
     Сестра быстро глянула на брата:
     - Тима, отвали, не до тебя.
     Тимур прошел вперед и буквально оттянул сестру от Ксении:
     - Вежливость и уважение к старшим - не её конек, - улыбнулся он Ксюше.
     Эльвира попыталась вырваться из захвата брата, но тот не пустил, и тогда всю злость девушка обрушила на Тимура:
     - Пусти меня, сказала! И вообще, вали из женского туалета. Мы здесь без тебя разберемся. Как девочки. Правда? – со злостью спросила она у Ксении.
     - Мне, кажется, мы уже все выяснили, - спокойно ответила женщина. – А рвать друг другу волосы и царапать лица, у меня нет не малейшего желания.
     - Что, струсила? Тряпка! - заявила Эльвира.
     Ксения удивилась, как девушка после этих слов еще не плюнула на пол возле её ног.
     - Ну, хватит, Эльвира, - встряхнул её брат. – Ты переходишь черту.
     - Она перешла черту, когда заявилась сегодня с Германом! Я её предупреждала не стоять у меня на пути. Так что она сама нарывается.
     Тимур хмуро посмотрел на Ксюшу:
     - Идите, Ксения, мы дальше сами разберемся. По-семейному.
     Женщин кивнула и направилась к выходу. Вслед ей полетело злое предупреждение Карины:
     - Еще увидимся, сучка!
     Ксюша закрыла дверь уборной и перевела дух. И в театр ходить не надо, прямо шекспировские страсти. Она вернулась к общему столу и улыбнулась:
     - Платье испорчено, но это не повод портить вечер. Если никого не оскорбляет мой вид…
     - Ну что вы, Ксения, садитесь, - улыбнулась одна из женщин.
     Герман отодвинул для неё стул:
     - Спасибо.
     - Все хорошо? – тихо спросил он.
     - Да, - ответила Ксения и пригубила из стакана воды, а потом улыбнулась, когда увидела, что официанты начали подавать десерт: - Я, оказывается, очень вовремя вернулась.
     Все рассмеялись, а Эжен, которому быстро перевели её слова на английский, заметил:
     - Да, женщины во всем мире одинаковые, как только видят сладкое, сразу забывают обо всех своих бедах.
     Десерт был потрясающий, и Ксения нисколько не пожалела, что решила остаться на ужине. Даже если сейчас вернется злая Эльвира, это не сможет испортить Ксюше удовольствие. Но девушка не вернулась, Тимур пришел один, сообщая, что сестра поехала домой. На удивленные взгляды и вопросы мужчина только улыбнулся и заявил:
     - Уже поздно. Детское время закончилось, - он сел за стол и пригубил свой напиток. Под его пристальным взглядом Ксения смутилась.
     Разговор за столом потек своим чередом, и Эжен снова попросил Ксению стать его переводчиком. Она улыбнулась французу и сказала:
     - Эжен, вы обманщик. Вы отлично можете общаться на английском, как и многие здесь.
     - Ах, Ксения, вы меня рассекретили. Но почему я должен говорить на английском, а не на своем родном языке, когда мой переводчик столь очарователен? Тем более я думаю… Нет, я почти уверен, что вы вовсе не все переводите нашим друзьям. Кое-что оставляете только для себя. И это придает нашей беседе особую пикантность. Я прав?
     - Ах, Эжен, вы меня рассекретили, - улыбнулась Ксения, на что француз ей подмигнул.
     Теплая рука обхватило сзади шею Ксюши и мужские пальцы стали выводить на ней замысловатые узоры. Женщина нервно сглотнула и быстро глянула на Германа. Он ответил ей спокойным взглядом, как будто в его интимном прикосновении не было ничего особенного. Пока Ксения думала, как ей поступить, убрать его руку или нет, к ней обратился Тимур:
     - Ксения, вы должны мне танец.
     - Я?
     - Да. Вы так быстро сбежали с моего дня рождения, что я не успел вас пригласить, - мужчина поднялся и, обойдя стол, подал ей руку.
     Ксения отложила салфетку и встала, даже не взглянув на недовольного Германа. Они прошли к танцполу и Тимур обнял её. Пару секунд они танцевали молча, но потом мужчина наклонился к ней и прошептал:
     - Ксения, ты играешь с огнем, - девушка вскинула на него удивленный взгляд. Неужели его сестра и в правду способна ей навредить? - Эти твои улыбочки и разговорчики с Эженом до добра не доведут, - хитро улыбнулся Тимур. – Я думаю тебе не нужно объяснять, почему мы называем Германа Ярый? Или нужно?
     - Нет.
     - Я хорошо знаю своего друга, он терпелив, но если взрывается… Тебе что, правда не жаль бедного француза?
     - Хотя я и не должна перед тобой оправдываться, скажу, между нами ничего нет.
     - Ты сейчас о ком говоришь? – улыбнулся мужчина. – О Эжене или о Германе?
     Ксюша с упреком посмотрела на него и добавила из вредности:
     - Об обоих.
     Тимур рассмеялся:
     - Ксения, ты бесподобна. Именно потому, что между тобой и Ярым ничего нет, моя сестра и хотела расцарапать тебе лицо? Да?
     Ксюша улыбнулась, ловя себя на мысли, что ей начинает нравиться веселый друг Германа:
     - Твоя сестра поклонница сериалов. Она представляет себя героиней какой-нибудь лирической драмы, где идет война за главного героя. Я в её возрасте тоже была порывистой и отчаянной.
     - Ты права, Эльвира еще ребенок, избалованный и глупый ребенок. Но это лечится – временем.
     - Пусть подольше остается ребенком, во взрослую жизнь всегда успеет окунуться, - грустно заметила Ксения.
     Тимур пару минут молча, её рассматривал, а потом спросил:
     - А тебя что сделало взрослой?
     Ксения пожала плечами:
     - Наверное, рождение дочери. Я сразу поняла, что сказочное детство закончилось, - ответила женщина, и, добавив, рассмеялась: - Но, как оказалось, ненадолго. Сейчас у меня как раз кукольно-сказочный период, Кире три года.
     Тимур согласно кивнул:
     - Понимаю. У меня пока нет своих детей, но есть племянники, сыновья старшего брата. Правда, у них машинно-войнушачный период. И, знаешь, я всегда не против, окунуться в него вместе с ними.
     Ксения рассмеялась, окидывая взглядом внушительную фигуру Тимура:
     - Представляю тебя с игрушечным пистолетом в руках в засаде за диваном.
     - Ты надо мной смеёшься, женщина? Не веришь, что я могу одержать славную победу в войнушке? – притворно строго спросил он и сам рассмеялся. Тимуру нравилась Ксения все больше и больше, он был очарован её остроумием и искренней улыбкой. Мужчина озвучил свои мысли: - Ксения, ты прелесть. Знаешь, не будь мы с Германом лучшие друзья, я бы рискнул здоровьем и попробовал тебя отбить у него. Правда, у меня бы это вряд ли получилось, он всегда яростно оберегает то, что считает своим, - женщина смутилась и опустила взгляд. Тимур тихо спросил: - А ты считаешь его своим, Ксюша? - от такого вопроса Ксении еще больше стало не по себе, и мужчина расценил её молчание по-своему: - Знаю, я лезу не в свое дело, но хочу, чтобы ты меня правильно поняла. Мы с Германом с детства дружим, вместе  взрослели, вместе покоряли большой город и бизнес. Он мне как брат, понимаешь? Я хочу, чтобы он был счастлив. Просто по человеческий счастлив. Чтобы рядом с ним была женщина, которой нужен он сам, а не его сила, связи или деньги. Ты понимаешь меня?
     - Я понимаю тебя, Тимур. Поверь мне, очень хорошо понимаю, - тихо ответила Ксения.
     - Тогда, пожалуйста, просто ответь мне на один вопрос, - Ксения затаила дыхание в ожидании, но услышала совсем не то, что думала: - Ты все еще любишь своего бывшего мужа? - она подняла на Тимура удивленный взгляд, и тот кивнул: - Да я хочу знать именно это.
     Тимуру пришлось ждать от неё ответа всего секунду. Всего за секунду Ксения поняла, что ей не нужно разбираться в себе и взвешивать все за и против, не нужно вспоминать плюсы и минусы своей семейной жизни, не нужно искать оправдания или упреки – все это было лишним. Ответ пришел к ней сразу, просто и ясно:
     - Нет. Я больше не люблю Артема.
     Тимур улыбнулся и кивнул:
     - Хорошо. Теперь я спокоен за друга.

     Глава 9.
     Они, молча, ехали домой. Ксения чувствовала, что Герман на взводе, но сама была абсолютно спокойна. После откровенного разговора с Тимуром в ней что-то поменялось, и она понимала, что больше не было той боли и сожаления, что мучили её раньше. Ксения сейчас осознала, что любви между ней и Артемом не было уже давно. Любовь как-то сама собой прошла, а женщина этого и не заметила. Они жили и жили, не анализируя свои чувства, по привычке, по заведенному порядку. Если бы не случилось всего этого хаоса, Ксения бы и дальше жила с Артемом и, возможно, прожила бы с ним всю жизнь, так и не поняв, что между ними больше нет нежных чувств. Но теперь она знала правду, теперь она была свободной, по-настоящему свободной женщиной, а не только по бракоразводным бумагам.
     Машина въехала во двор и остановилась. Ксения, погруженная в свои мысли сама вышла из неё, не дожидаясь пока ей откроют дверь. Она прошла по дорожке и вошла в дом, сняла туфли и в темноте поднялась на второй этаж, к двери своей спальни. Девушка вошла в комнату и толкнула рукой дверь, но та не закрылась.
     Мужские пальцы схватили её за локоть, и Герман прижал Ксению к стене, закрывая дверь. Его взгляд яростно изучал её, и Ксения вся подобралась, возвращаясь в реальность из своих мыслей:
     - Герман, - тихо сказала она, не решаясь добавить что-то еще.
     - Наконец, вспомнила, что я существую?
     - Я никогда и не забывала.
     - Правда, а мне показалось, что ты напрочь забыла обо мне сегодня. Эжен, Тимур, любой другой мужчина, интересовал тебя. Только не я.
     Ксения подняла руку и невесомо коснулась пальцами его плеча, как будто проверяла, настоящий он или это мираж:
     - Ты что ревнуешь?
     Герман резко дернул плечом, сбрасывая её руку:
     - А ты этого и добивалась? Поздравляю, справилась на отлично, - зло сказал мужчина и добавил: - Получай награду.
     Он быстро обхватил её за талию и накрыл женские губы в яростном, наказывающем поцелуе. Ксения растерялась лишь на несколько секунд, не таким она представляла их первый поцелуй. Девушка уперлась руками в мужскую грудь, с силой отталкивая его от себя. Игра называется «Оттолкни скалу», играли когда-нибудь? Её протест возымел обратный эффект, мужчина сильнее сжал её в объятиях и стал активнее терзать губы, принуждая их раскрыться. Ксения начала задыхаться, она подалась на него всем телом, яростно вырываясь, и, кажется, добилась желаемого. Герман оторвался от её губ, но лишь для того, чтобы начать целовать и прикусывать кожу на шее и открытых, благодаря вырезу платья, плечах.
     - Герман, хватит. Перестань, отпусти меня. Герман!
     Он не слышал, а его руки спустились со спины на бедра и начали задирать платье.
     - Герман, нет! Я не хочу! Отпусти! – Ксения поняла, что если что-то не предпримет, случится насилие, которое навсегда встанет между ними. Она неимоверными усилиями высвободила руки и подняла его голову, заглядывая в глаза: - Пожалуйста, остановись. Не надо так. Ты будешь жалеть об этом.
     Он несколько секунд смотрел на неё безумным взглядом, а потом сказал:
     - Я жалею только о том, что не сделал этого раньше.
     Его натиск возобновился с новой силой. Он одним резким движением задрал подол платья и накрыл руками развилку ног. Ксения вскрикнула и попыталась сжать бедра. Мужчина придвинулся к ней, прижимая телом к стене, и зашептал на ухо:
     - Ну чего ты испугалась? Ты ведь у нас уже взрослая девочка, знаешь, что к чему, - одна его рука продолжала натирать её чувственное место, а другая удерживала за спину. – Давай, раскрой свои ножки для меня. Обещаю, тебе понравится.
     Ксюша прикусила губу, удерживая слезы. Никто никогда так не говорил с ней, и тем более не принуждал к близости. Она почувствовала себя шлюхой. Женщина отвернула голову и зажмурилась, и горячие слезы все-таки пролились. Ксения судорожно вздохнула, и мужчина отнял руку, почувствовав перемену в ней. Он сделал шаг назад, отпуская её, и Ксения быстро прикрыла лицо руками. Стыд и страх смешались воедино. Герман смотрел на неё пару секунд, а потом выругался матом и снова приблизился. Ксения вздрогнула, когда Герман её нежно обнял:
     - Ну, все, не плачь. Ксюша, слышишь, перестань, - велел он. – Я не стану тебя не к чему принуждать. Слышишь? – она неуверенно кивнула и попыталась взять себя в руки. Мужчина вздохнул: - Я не буду извиняться за то, что сорвался, ты сама виновата, игнорила меня весь вечер. Но я уже успокоился, так что и тебе пора. Договорились? - Ксения ладонями вытерла слезы и закивала. Герман улыбнулся: - Ты сейчас похожа на Киру, такая же плакса.
     Женщина посмотрела на него сквозь слезы:
     - Я не игнорила тебя.
     Герман усмехнулся:
     - Готова спорить, значит, уже успокоилась.
     - Я просто была вежливой с твоими друзьями.
     Мужчина приблизился к ней, его глаза снова яростно загорелись:
     - К черту моих друзей, и твою вежливость. Поняла? - она только кивнула, боясь снова распалить в нем гнев. Мужчина опусти страстный взгляд на женские губы, и Ксюша затаила дыхание. Герман тихо произнес: - Хочу тебя до безумия.
     Он наклонился и снова завладел её губами, но на этот раз все было по-другому. Женщине сразу передалась его нежная страсть, и она неуверенно ответила на поцелуй, раскрывая губы. Герман сдержал порыв, чтобы снова её не напугать. Он неспешно провел руками по женским плечам, в то время как его язык ласкал её губы. Мужчина почувствовал, что она начала загораться в его руках, и нащупал на спине замок женского платья. Он быстро расстегнул молнию, и спустил платье с плеч, оголяя женскую грудь, прикрытую кружевным бельем. Ксения повела головой, прерывая поцелуй, и попыталась натянуть платье обратно. Герман не позволил ей этого сделал и накрыл женскую грудь руками, лаская поверх белья. Она попыталась отвести его руки:
     - Герман…
     Он не дал ей закончить, прерывая:
     - Все хорошо, девочка моя. Не бойся. Я не обижу тебя, - и снова её поцеловал.
     Ксюша решительно прервал поцелуй, и все же прикрыла грудь руками:
     - Герман, пожалуйста, не надо. Мы будем жалеть об этом потом.
     Он гневно прищурился:
     - Я не буду не о чем жалеть. Разве только ты?
     Она смутилась, услышав его обвинение, но взгляда не отвела:
     - Думаю, ты тоже будешь, когда поймешь, что во всем этом не было чувств, только жажда тела. Если тебе сейчас нужен секс, мы можем им заняться, а на утро сделать вид, что ничего не было, - спокойно сказала Ксения. – Если тебя так устроит, тогда без проблем, я займусь с тобой сексом. Только скажи, - и она отняла руки от груди, разводя их в стороны.    
     Герман, нахмурившись, смотрел на неё: она была красива, желанна, доступна. Только протяни руку и окажешься в раю. Но она права, завтра все будет казаться неправильным и поспешным. Нет, не для этого мужчина давно и безнадежно помешан на ней. Для Ксении, для неё еще слишком рано, она не готова к новым отношениям, пока нет, но уже на пути к этому.
     Герман, не говоря ни слова, быстро вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Ксения перевела дыхание и прикрыла глаза. Ей хотелось вернуть его, сказать, что она передумала – возбужденное тело и разум взывали к этому. Но её сердце подсказывало, что Ксения все сделала правильно. Еще не время.
     А когда же оно, наконец, наступит – это время?     

     Глава 10.
     Ни в субботу, ни в воскресенье, ни в понедельник время так и не пришло. И не потому, что Ксения не была готова, а потому что Герман просто не появлялся дома. Он устроил ей бойкот, а вместе с ней и всем обитателям своего дома, во главе со своей дочерью. И за одно это, Ксения готова была разорвать его на части. Когда утром во вторник она спустилась вниз на завтрак, и Мария безмолвно ответила на её не заданный вопрос качанием головы, Ксения сжала кулаки. С неё достаточно! Она посмотрела на детей, которые тихо ели свой завтрак и спросила:
     - Кто сегодня хочет поехать со мной в город?
     - Я! – радостно воскликнули девочки и одновременно подняли руки.
     - Отлично, тогда доедайте свои хлопья и живо одеваться.
     Ксения развернулась и пошла на поиски Стаса, сказать, что он должен отвезти их в город. В гостиной её догнала Мария:
     - Ксения, вы хотите отвезти детей в детский центр?
     - Да, поедем развлекаться.
     - Хорошо, - согласилась Мария, а потом неуверенно добавила, - у вас такое лицо, как будто вы задумали что-то неладное.
     Ксения зловеще улыбнулась:
     - Мария, вам лучше не знать всех подробностей, чтобы быть чистой перед законом.
     - Ксения, вы меня пугаете.
     - Не беспокойтесь, я верну детей в целости и сохранности к ужину. Обещаю, - сказала она и ушла.
     Стас без лишних вопросов согласился отвезти их в город, и через час они уже были в пути.
     - Мы едем в цилк?
     - Нет.
     - В аквапалк?
     - Мы не можем ехать в аквапарк, - объяснила Кире Даша. - Мы же не взяли с собой купальники. Может в детский театр?
     Ксения снова отрицательно покачала головой и игра в «Угадайку» продолжилась:
     - Кафе? Детский городок? Парк развлечений?
     - Все не то, - улыбнулась Ксения.
     - Может планетарий или музей? – с сомнением спросила Даша, которая явно не считала музей интересным местом.
     - Не-а.
     - Тогда я сдаюсь.
     - Я тоже сдаюсь, - вторила подружке Кирюша
     - Сдаётесь, значит, ладно. Стас, может вы попытаете счастье? - спросила у водителя женщина.
     Он удивленно улыбнулся:
     - Ну не знаю, чего там еще не было? Может мы едем в центр виртуальной реальности? Или на картинг?
     - Это все для мальчишек, - авторитетно заявила Даша. – А мы девочки.
     - Ну тогда я не знаю, - рассмеялся Стас. – Я тоже сдаюсь.
     Ксения улыбнулась и посмотрела на водителя:
     - Стас, вы не можете сдаваться. Только вы один знаете, куда надо ехать, - он удивленно посмотрел на женщину и она пояснила: - Вы один из нас четверых знаете, где находится офис Германа Романовича, - Ксения повернулась к девочкам и торжественно объявила: - Мы едем к Дашиному папе на работу! Та-да-м!
     В машине на несколько секунд повисла гробовая тишина, а потом раздались радостные крики Киры:
     - На лаботу! На лаботу! Тадам! Тадам! – её крики постепенно превратились в веселую песенку собственного сочинения.
     Даша неуверенно посмотрела на Киру, как будто сомневаясь в её разумности, а потом все же улыбнулась. Через пару секунд она подпевала вместе с Кирой, так же смешно не выговаривая букву «р»:
     - На лаботу, на лаботу. Тада-дам, тада-дам. На лаботу!
     Ксения рассмеялась их песенке и подпела пару строк, а потом посмотрела на хмурого Стаса:
     - Не хотите спеть с нами?
     - У меня нет музыкального слуха, - сказал он и посмотрел на женщину. – Герман Романович знает о вашем приезде?
     - Конечно, нет. Это же сюрприз. Правда, девочки?
     Они прервали песенку и закивали:
     - Сюлплиз! Сюлплиз, - а потом песенка продолжилась, только уже на новый текст.
     - Не уверен, что он любит сюрпризы, - тихо сказал женщине водитель.
     - Глупости, их все любят. Вот увидите, Стас, он очень обрадуется.
     Мужчина в этом сомневался:
     - Может лучше позвонить и предупредить?
     - И испортить детям праздник? – тихо спросила Ксения, наклоняясь к Стасу. – Вы уверены, что хотите это сделать?
     Мужчина посмотрел в зеркало заднего вида на весело поющих девочек и отрицательно покачал головой. Стас был на сто процентов уверен, что Герману Романовичу не понравится такой сюрприз. Но босс выскажет свое недовольство только ему и, причем, в очень резкой форме. Они подъехали к новому зданию бизнес-центра, в котором располагался головной офис компании Германа и припарковались. Стас помог Ксении и детям выйти из машины и повел их к зданию. Он все же решил не жертвовать своей головой и достал телефон. Ксения все это время только этого и ждала, она быстро перехватила телефон у мужчины и опустила себе в карман:
     - Сюрприз, помните? – улыбнулась она.
     Мужчина нахмурился. Отобрать телефон назад у этой миниатюрной женщины не составит труда – он был уверен, что по-хорошему она его не отдаст. Но не драться же с ней посреди улицы, да еще при детях, в самом деле? Они зашли в здание, и дети начали озираться вокруг, не сдерживая своих эмоций. Ксения улыбнулась их непосредственности, хотя внутренне очень волновалась. Она пошла на этот решительный шаг в большей степени из-за Даша – девочка не должна страдать из-за их с Германом размолвки.
     Вежливые охранники не заставили себя долго ждать:
     - Здравствуйте. Простите, вы к кому? – спросил охранник внушительного роста.
     Девочки сразу перестали охать, ахать и показывать на все пальцами. Они придвинулись ближе к Ксюше и вместе сказали:
     - К папе.
     - И кто у нас папа? – добродушно улыбнулся мужчина.
     - Все в порядке, - сказал Стас, подходя к ним, - Мы к Герману Романовичу. Он у себя?  
      Охранник приветственно кивнул Стасу и с улыбкой посмотрел на посетительниц:
     - У себя. Я сейчас доложу.
     - Нет, это сюрприз. Тссс, - строго сказала Даша и для убедительности приложила палец к губам.
      Мужчина кивнул и подмигнул ей, тоже приложив палец к губам. Он провел их через пост охраны, на котором, правда, они немного задержались. Девочки никак не хотели уходить, пока не прошли по три раза туда-сюда через металлоискатель. Они упросили Ксению дать им монеты, когда поняли, что те будут пищать. Наконец, аттракцион «Пищащие карманы» был пройден, и веселая компания загрузилась в просторный лифт. Стеклянная стена лифта, которая открывала панораму на город во время поездки, испугала маленькую Киру, и она прижалась к маме. Но по мере того, как лифт поднимался на нужный 21 этаж, девочка смелела. В конце поездки ей так понравилось, что Кира отказывалась выходить, готовая кататься в лифте до бесконечности. Даша взяла упрямую подругу за руку:
     - Мы должны сделать папе сюрприз, а потом еще покатаемся, - сказала она. Кира согласно кивнула и вышла из лифта.
      Большой аквариум под столом рецепшена просто заворожил детей. Молодая холеная секретарша оторвала взгляд от компьютера и с вежливой улыбкой спросила:
     - Здравствуйте, вы к кому?
     - К Герману Романовичу. Он у себя? – спросила Ксюша
     Девушка неуверенно посмотрела на Ксению, потом на детей, которые прилипли к аквариуму, а потом на Стаса:
     - Да, у себя. Но он занят сейчас. Вы можете подождать там, - сказала она и указала на большой диван у окна.
     Ксения проследила за её рукой и снова посмотрела на девушку:
     - Похоже, что мы готовы ждать там? - секретарша смутилась и не нашлась с ответом. Ксения спросила: - Он один сейчас?
     - Да, но у него важный звонок, он…
     Ксения уже не слушала. При виде этого юного идеала женской красоты у Германа в приемной, женщина совсем потеряла страх. Раздражение и злость просто лилось из неё. Она взяла детей за руки и повела к двери. Вдогонку ей летели какие-то слова протеста и стук каблучков о паркет, но уже ничто не могло остановить женщину. Перед самой дверью Ксения посмотрела на детей и улыбнулась:
     - На счет три, хорошо? - девочки заговорщицки кивнули. Ксения взялась за ручку двери и начала считать: - Один, два, три!
      Ксюша открыла дверь кабинета Германа, а Даша с Кирой весело и громко закричали «Сюрприз!».
     Герман резко оторвал взгляд от монитора своего ноутбука и посмотрел на дверь. Композиция, представшая пред ним, удивляла: в центре композиции находилась Ксения, она хмуро смотрела на него, сложив на груди руки; возле неё по обе стороны весело прыгали Даша и Кира и громко кричали «Сюрприз!»; на заднем плане застыла его секретарша с неимоверным ужасом на лице, а возле неё стоял хмурый Стас и изображал пантомимой отсутствие телефона. Герман не сдержал улыбки, от безумия происходящего и посмотрел на Тимура, с которым говорил по видеосвязи:
     - Я тебе перезвоню. У меня тут «Сюрприз», - мужчина отключил скайп и встал из-за стола.
     Даша и Кира тут же пришли в движение и подбежали к нему обниматься:
     - Тебе понравилось? Понлавился сюлплиз? – наперебой спрашивали они.
     - Конечно, очень понравился, – обнял Герман детей.
     - Это Ксюша придумала, - тут же «сдала» женщину Даша.
     Мужчина посмотрел на Ксению, которая в данный момент возвращала Стасу его мобильный телефон и тихо заметил:
     - Кто бы сомневался.
     Герман кивнул водителю и секретарше, мол «все в порядке» и они вышли из кабинета, закрыв за собой дверь. Ксения прошла вперед и осмотрелась:
     - У тебя тут… миленько.
     Мужчина приподнял бровь, она явно была не в духе.
     - Папа, нас обыскивали на металлоискателе. И монеты пищали! Представляешь?
     - Мы ехали на лифте, мне было не стлашно, - похвасталась Кира.
     - Там такой большой аквариум и огромные рыбы!
     - Класные лыбы, и синие лыбы, и желтые лыбы, - начала перечислять Кира.
     Даша отошла от отца и покружилась по его просторному кабинету:
     - Смотри, Кира, здесь можно танцевать!
     Девочки начали кружиться вместе, пока панорамное окно во всю стену не привлекло их внимание. Они подбежали к нему и прилипли маленькими носиками, разглядывая город внизу. Герман посмотрел на Ксению:
     - Могла позвонить. Предупредить.
     - У меня нет телефона, - ответила она, разглядывая картины на стене. – И я бы испортила сюрприз, - женщина обернулась к нему: - А сказал, что понравилось.
     Только сейчас он, наконец, оценил, во что она была одета. Летящее шифоновое платье открывало колени, короткая кожаная куртка и изящные белые кроссовки придавали ей совсем юный вид. Распушенные вьющиеся волосы удерживались яркой повязкой, которая дополняла легкомысленный образ. Сейчас она походила на студентку какого-нибудь творческого вуза, которая пыталась заработать зачет у преподавателя-мужчины при полном отсутствии знаний. Он никогда не видел её такой.  
     - Понравилось, - кивнул Герман, оценивающе скользя по ней взглядом. Они оба поняли, что он имеет в виду совсем не «Сюрприз».
     Ксения безразлично пожала плечами и сказала:
     - Мог бы угостить нас чаем.
     Герман развернулся к столу и вызвал секретаршу. Девушка тут же появилась на пороге:
     - Что-то нужно, Герман Романович?
     Ксения отвернулась и, не сдержавшись, беззвучно её спародировала: «Что-то нужно, Герман Романович?». Это не укрылось от Германа. Он посмотрел на Анжелу, свою секретаршу, и произнес:
     - Сделай нам, пожалуйста, чай.
     - Какой вы предпочитаете? – спросила Анжела.
     Ксения обратилась к детям:
     - Мы предпочитаем чай с пирожными. Верно?
     - Да, да, с пирожными, пиложными, - весело закричали они.
     Анжела легко улыбнулась:
     - Какими именно?
     - А какие у вас есть? – серьезно спросила Даша и подошла к девушке.
     - А вы идите и сами посмотрите, выберете, что понравится, - предложил Герман.
     - Ксюша, тебе какое пирожное взять? – спросила Даша у женщины.
     - Какое себе, такое и мне возьми.
     - Папа?
     - Вкусное, - улыбнулся мужчина.
     - Хорошо, - кивнула Даша и взяла Киру за руку, девочки ушли вместе с секретаршей.
     Герман посмотрел на Ксению, которая сразу поменялась в лице и перешла от лирики к делу:
     - Я понимаю, ты объявил бойкот мне. Но Даша здесь причем?
     - О чем ты?
     - Ой, только не надо мне заливать про срочную и важную работу на выходных. Хотя теперь все стало на свои места, с такой секретаршей можно и по ночам работать.
     - Ты берега не попутала? – спросил Герман, и Ксюша сразу узнала в нем Ярого.
     Она подумала, что надо притормозить, но не смогла, слишком сейчас злилась:
     - Я-то не попутала. А ты? Мне абсолютно все равно где и с кем ты проводишь время, но ты должен приезжать домой, чтобы видиться со своей дочерью. И если мое присутствие тебе в этом препятствует, будь добр отдай мне мой телефон и денежные карты, и я исчезну из твоего дома в ту же секунду.
     - Ты никогда не думала, что мир не крутится вокруг тебя одной?
     - Нет, не думала, - ответила Ксения из вредности и развела руками: - Вокруг кого же ему еще крутиться? Здесь больше никого нет.
     - Ты специально нарываешься? – тихо спросил Ярый.
     Ксюша зло прищурилась:
     - На что? Ударишь меня?
     Он сразу пришел в движения. Вот буквально секунду назад он спокойно стоит у стола, а уже в следующую секунду, заведя женскую руку за спину, прижимает Ксению к себе. Вторая его рука несильно, но твердо сжимало её горло:
     - На что? Ты вырядилась как взбалмошная десятиклассница, заявилась ко мне без приглашения и сыплешь дерзостями. Думаешь прикрыться детьми, когда я решу сделать то, на что ты напрашиваешься? - Ксения попыталась его оттолкнуть свободной рукой, но у неё не получилось. Мужчина легко встряхнул женщину: - Ну, что, уже не такая смелая?
     - Я просто не хочу, чтобы из-за меня ты не виделся с дочерью, - тихо ответила она, все таки идя на попятную.
     - А я не хочу, чтобы мной вертели, как вздумается, - яростным шепотом ответил он. – Я отправлю детей в игровой зал, на первом этаже, а с тобой сделаю то, для чего ты так вырядилась. Ты же поэтому пришла сюда? За этим?
     - Нет, не по этому. Не за этим!
     - Тогда зачем?
     - Я просто хотела убедить тебя, вернуться домой.
     Он разбирался в людях и видел, что она говорит искренне:
     - Ты меня не убедила, а разозлила.
     Ксения прикусила губу:
     - Ты тоже разозлил меня, тем, что не появлялся все это время дома. Так что мы квиты, - сказала она и, помолчав, примирительно добавила: - Может, начнем с чистого листа?
     - Ты первая, - велел Герман, не отрывая взгляда от её губ, которые она нервно облизнула.
      - Хорошо. Здравствуй, Герман. Прости что без звонка, хотела сделать тебе сюрприз. Ты не очень занят?
     Он посмотрел Ксюше в глаза:
     - Ты сейчас серьезно?
     - Мы же решили, начать с чистого листа. Ну, же подыграй мне.
     - Ксюша, я не буду играть в твои глупые игры.
     - Они не глупые, - обиделась женщина и снова попыталась освободиться из его захвата.
     Мужчина не пустил:
     - Нет глупые. Я вообще не люблю игры. В наших отношениях все должно быть честно и прозрачно. Ты поняла?
     - Попробуй я скажи, что не поняла, - буркнула она.
     - Ты опять начинаешь? – прищурился Герман, снова превращаясь в Ярого.
     - Что начинаю?
     - Дерзить.
     Ксения ощетинилась, с этим мужчиной вообще возможно о чем-то спокойно говорить?
     - Пусти меня, сейчас вернутся дети.
     - Не сейчас, - ответил он. – У нас нет пирожных, так что Анжела, наверное, повела их в кондитерскую на другой стороне улицы.
      - Ты это специально? Да?
     - Ты сама сказала про пирожные, не я.
     - Но ты отправил девочек с ней.
     - Ксюша ты говоришь и говоришь, но все время не то и не о том, - протянул Герман.
     Ксения надменно заявила:
     - Ну, так просвети меня глупую, о чем мне надо говорить.
     - Знаешь, я все больше убеждаюсь, что тебе вообще сегодня лучше не говорить, - хмыкнул мужчина и страстно её поцеловал. Ксения попыталась его оттолкнуть и отвернуть голову, но у неё не вышло. Она из чистого упрямства не хотела принимать его поцелуй – её тело было совсем не против мужской ласки. Герман теснеё прижался к женщине и углубил поцелуй, его руки скоро забрались под платье и сжали ягодицы, прикрытые только тонким бельем. Ксения пискнула и прервала поцелуй, возмущенно уставившись на мужчину. Тот усмехнулся:
     - Когда надеваешь такое платье, будь готова к последствиям.
     - С тобой вообще лучше не носить платья. Будь на мне даже строгая юбка в пол, ты бы и с ней быстро справился, - буркнула она и снова попыталась вырваться. Герман передвинул руки и быстро приподнял девушку над полом. Он легко перенес её к рабочему столу и усадил на столешницу, становясь между её раскрытых бедер. Ксения возмутилась: - Пусти! Вдруг кто-то войдет.
     - Никто не входит в мой кабинет без предварительной договоренности или разрешения войте. Никто, - добавил он: - Только ты себе это позволила.
     - Мы хотели сделать тебе сюрприз, - сказала Ксения, пытаясь не отвлекаться на мужские руки, которые в это самое время поглаживали кожу её бедер и коленей.
     - У вас получилось. Особенно у тебя, - сказал мужчина и опустил взгляд на глубокий V-образный вырез её платья. – Никогда не видел тебя такой. И часто ты так легкомысленно одеваешься?
     Ксюша прикусила губу, вспоминая Артема, ему тоже никогда не нравилось, когда она так одевалась. Он всегда недовольно поджимал губы и спрашивал: «Ксения, сколько тебе лет? Ты взрослая женщина или подросток?» А ей всегда нравился такой стиль, она чувствовала себя свободно и непринужденно. Женщина раздраженно ответила:
     - Я буду одеваться так, как захочу. Я теперь, между прочим, свободная женщина. Паспорт показать?
     Он приподнял брови:
     - Свободная женщина значит? Что еще ты намерена делать, став свободной. Огласи, пожалуйста, весь список, чтобы я морально подготовился.
     - Что захочу то и буду делать. Вот, - заявила она.
     Мужчина взял в кулак её распушенные волосы и несильно потянул, запрокидывая к себе женское лицо:
     - Нет, Ксюша, не будешь. Потому что ты не свободная женщина. Ты моя женщина. И будешь вести себя соответственно.
     Ксения, не отрывая взгляда, смотрела ему в глаза – этот мужской собственнический взгляд должен был её пугать. Но он как не странно был ей приятен и очень возбуждал. Женщина облизала пересохшие губы и тихо сказала:
     - Тогда самое время ТЕБЕ, огласить весь список. И уже Я буду морально готовиться.
     - Все просто, - сказал мужчина, проводя пальцами по её губам: - Позволь мне быть рядом и заботится о тебе.
     Ксения неуверенно кивнула и с трепетом приняла его нежный поцелуй, который через мгновения стал страстным. Она вцепилась пальцами в мужские плечи и погладила кожу у ворота рубашки. Мужчина резко придвинул Ксюшу к себе, и она ощутила его эрекцию. Жар быстро пробежал по женским венам. Герман стянул с женщину куртку и погладил открытую кожу рук, а потом накрыл руками её грудь и несильно сжал. Ксения не сдержала стона, который приглушили мужские губы. Она сильнее сжала мужские плечи поверх рубашки, оставляя на мужском теле полумесяцы от своих коротких ногтей.  Герман разорвал поцелуй и прикусил кожу женской шеи:
     - Если мы продолжим в том же духе, то я забью на разумность и возьму тебя прямо сейчас, на этом столе. Быстро и грубо. Но, думаю, маленькие нежные девочки, вроде тебя, любят ласковый и неторопливый секс. Я прав?
     Ксения неопределенно кивнула головой, и Герман не понял, это «да» или «нет». Но он взял себя в руки и сделал шаг назад, отступая от желанной женщины. Сейчас не время и не место. Ксения тут же прикрыла глаза, чтобы мужчина не прочитал в них о страсти, что сейчас бушевала в ней. Она быстро слезла со стола и поправила платье и волосы. Все это было сделано очень вовремя, так как в дверь вежливо постучали и через секунду в кабинет вошли дети с коробками пирожных. Анжела проводила их и сказала:
     - Сейчас принесу чай.
     - Спасибо, - кивнула Ксения и подошла к девочкам, которые раскрывали коробки с пирожными, поставив их на кофейном столике у дивана: - Вы решили устроить настоящий сладкий пир? – в коробках было однозначно больше, чем четыре пирожных.
     - Мы решили устроить дегустацию, - улыбнулась Даша Ксении. – Кира сказала, что вы с ней часто так делаете. А потом присуждаете первое, второе и третье место.
     - И глан пли! – подтвердила Кирюша и улыбнулась Герману, который подойдя к ней, усадил девочку на высокий диван: - Ты будешь с нами плобовать?
     - Конечно, - улыбнулся мужчина и сел рядом: - Я тоже хочу участвовать в вашей дегустации.
     Вошла Анжела с подносом и расставила чай на столе. Ксения взяла нож и разделила пирожные, чтобы была возможность попробовать все. Они начали свою дегустацию, смеясь и подшучивая друг над другом. Девочки рассказали, что снова катались на лифте и проходили через металлоискатель, когда ходили за пирожными. Через полчаса пирожные были съедены или надкусаны, а места расставлены. Ксения помогла Анжеле убрать со стола и посмотрела на девочек:
     - Нам пора домой.
     - Ну, мамочка, ну, еще немножечко.
     - Нет, милая, пора домой. Мы и так оторвали Германа от работы.
     Кирюша с испугом посмотрела на мужчину, ведь её папа не любил и ругался, когда его отрывали от работы:
     - Ты злишься на нас?
     Герман посадил девочку к себе на колени:
     - Нет, Кира я не злюсь. Я очень обрадовался вам и вашему «Сюрпризу». Приедете ко мне на работу ёще как-нибудь?
     - Холошо, - кивнула Кира и спросила: - А ты когда плиедишь домой?
     Герман улыбнулся ей и посмотрел на свою дочь, которая с таким же интересом ждала от него ответа:
     - А знаете, что? Если вы подождете меня минут двадцать, поедем домой вместе. Как вам идея?
     - Отличная, - широко улыбнулась отцу Даша: - Мне нравится!
     - И мне нлавится! – вторила ей Кира.
     Глава 11.
     Вечером они устроили небольшой семейный праздник. Мария с Ксенией приготовили вкусный ужи, и после него детям разрешили погулять подольше. Когда девочки все-таки были отправлены спать, Ксения решила принять ванну: набрала воду и налила много пены. Она заколола волосы, чтобы не намочить их и погрузилась в горячую воду. Блаженство. Женщина прикрыла глаза и расслабилась, все напряжение прошедших дней стало покидать её тело.
     - Я привел в дом русалку? Она ведь тоже в некотором смысле принцесса?
     Ксения улыбнулась Герману и кивнула, не открывая глаз. Она ожидала, что он придет к ней в комнату и сегодняшнюю ночь они проведут вместе:
     - Принцесса Ариэль.
     Он сел на бортик ванны и погладил торчащее из воды женское колено:
     - Рад, что у тебя ноги вместо хвоста.
     Ксения распахнула глаза с возмущенным возгласом:
     - Герман!
     - А что, я не должен этому радоваться? - улыбнулся мужчина
     Ксения ничего не ответила и глубже погрузилась в ванну, скрываясь в пене. Мужская рука последовала за ней в воду, и погладило бедро. Девушка не отрывала взгляда от его лица, даже когда мужские пальцы стали придвигаться к развилке её ног. Горячая ладонь накрыла венерин холмик, и Ксения чуть сжала бедра, останавливая дальнейшее вторжение. Мужчина приподнял бровь:
     - Русалка не хочет быть пойманной  в сети?
     - Русалка уже давно в сетях, - ответила женщина. Она приподнялась из ванны и, схватив Германа за ворот майки, потянула к себе: - Маленькие нежные девочки, вроде меня, тайно мечтают о взрослых плохих мальчиках вроде тебя.
     Ксения быстро и страстно поцеловала Германа . Мужчина тут же протянул руки и вынул Ксению из воды. Он прижал женщину к груди, намочив свою одежду, и понес её в спальню. Уложил Ксюшу на спину на постель, и, не отрывая от её обнаженного тела своего страстного взгляда, Герман быстро стянул с себя майку. Сквозь полу прикрытые веки женщина очертила взглядом мужской торс и вновь вернулась к лицу. Герман не двигался, он предельно откровенно и медленно рассматривал женское тело, которое, наконец, было в его полной власти. Ксения смутилась, но подавила в себе это чувство, она приподнялась на локти и спросила:
     - И долго ты будешь там стоять?
     - Сколько захочу, столько и буду, - ответил он сердито.
     Ксения пожала плечами и заметила:
     - Хочешь меня заморозить?
     - Ты меня снова дразнишь? Еще не поняла, что эта тактика со мной не работает?
     - Ну почему же, - усмехнулась она: - очень даже работает.
     Мужчина тихо выругался и пришел в движение. Он быстро снял с себя спортивные штаны, под которыми ничего больше не было, и лег на Ксению, придавливая её своим обнаженным телам. Она сразу растеряла уверенность и начала нервничать. Герман еще больше подлил масла в огонь, когда зафиксировал женские руки у неё над головой своей ладонью:
     - Что теперь скажешь, русалка? Какую тактику еще хочешь на мне опробовать? - Ксения подняла голову, пытаясь его поцеловать, но он увернулся и усмехнулся: - Нет, Ксюша. В нашей постели, как и в нашей жизни, руковожу я, а ты подчиняешься. Ты женщина я мужчина, все просто. И никаких тебе глупых игр.
     Покориться настоящему мужчине для женщины не сложно. Сложно найти настоящего мужчину.
     - Согласна, - прошептала Ксения, и он, наконец-то её поцеловал.
     Ксения попыталась высвободить руки, но Герман не пустил. Он коленом раздвинул её бедра и стал ласкать свободной рукой клитор, который уже сочился страстной влагой. Ксения зажмурила глаза, такие острые ощущения она никогда не испытывала. Мужчина спустил дорожку поцелуев к её груди и прихватил зубами сосок. Ксения вскрикнула и выгнулась дугой, пытаясь отстраниться от мужских прикосновений и острых ощущений. Она не могла больше терпеть и попыталась свести бедра:
     - Герман, очень остро! - взмолилась девушка.
     - Терпи, - ответил он и продолжил свой страстный натиск.
     Ксения подогнула пальчики на ногах и резко вскрикнула – яркий оргазм накрыл изголодавшееся тело. Она вытянулась струной под ним – белые вспышки горели перед зажмуренными глазами. Когда наступил спад, женщина медленно расслабилась, растекаясь по простыням точно мороженое, по тарелке, в теплый день. Мужчина внимательно следил на Ксюшей, замечая все перемены тела и лица. Он прошептал:
     - Ты очень красивая в своей страсти.
     - Я безумная, - улыбнулась она и несильно укусила мужчину за плечо. – Теперь и ты безумен. Я тебя заразила.
     И он проявил свое безумство в полной мере. Мужские глаза резко вспыхнули в пламенной страсти, и он вылил её на Ксению в своем жарком поцелуе. Женщина почувствовала мужское вторжение в свое тело, и подстроилась под него, сгибая колени. Она рвала свои руки из мужского захвата, хотела его обнять, но Герман крепче вцепился в её запястья продолжая двигаться в древнем как сам мир ритме жизни. Ксения резко повернула голову, понимая, что сейчас просто задохнется от тех эмоций, которые обрушились на неё:
     - Нечем дышать, - прохрипела она, ощущая, как в теле снова закручивается тугая пружина страсти.
      - Смотри на меня, - велел он и Ксюша подчинилась.
     Его горячий взгляд сделал свое дело, женщину снова пронзила страстная дрожь и она зажмурилась. Но Герман не дал ей и секундной передышки, продолжая размеренно двигаться в ней. Ксения закинула на мужскую спину ноги, и начала отвечать на его вторжение покачиванием бедер. Их ритмы соединились в один и ускорились. Она распахнула глаза, понимая, что он все так же неотрывно смотрит на неё. Ксения снова попыталась высвободить руки, и когда у неё в очередной раз не получилось, захныкала:
     - Пусти, я хочу тебя обнять.
     Он не ответил и тогда Ксения начала яростно вырываться, скорее сжигаема страстью, чем желая освободиться. Герман опустил голову и прикусил кожу на её шеи, а потом прорычал:
     - Теперь ты моя.
     От его слов, сказанных с неприкрытой мужской силой, Ксения вся задрожала, готовая улететь за пределы Вселенной. Она изогнулась и через мгновение разлетелась на миллион осколков, или наоборот, стала цельной как никогда. Герман присоединился к её освобождению через пару секунд. Он заглушил свой стон, прикусив женское плечо, и Ксюша снова начала биться в агонии.
     Мужчина не отпустил её и тогда, когда страсть улеглась, и Ксения томно потянулась:
     - Ты решил удерживать меня всю ночь?
     - Если потребуется, - усмехнулся Герман и отпустил, скатываясь с неё.
     Они пару мгновений, молча, лежали рядом, уставившись в потолок, пока Герман не повернулся к Ксюше, устраиваясь на боку. Он опустил свою руку женщине на живот и нежно провел по коже пальцами:
     - Мы не использовали защиту, ты можешь забеременеть.
     Ксения прикрыла глаза:
     - Я на таблетках.
     Мужская рука застыла и Герман нахмурился:
     - Разве это не вредно для женского здоровья? - Ксения неуверенно пожала плечами. Мужчина велел: - Перестань принимать их.
     Она посмотрела на него и спокойно сказала:
     - Я подумаю над этим, если мы найдем альтернативные способы защиты, - Герман зло прищурился, но взял себя в руки и кивнул. Он убрал руку с её живота и встал с постели. Ксения потянулась за ним: - Чем я разозлила тебя? Тем, что не готова на третий день знакомства забеременеть?
     - Мы знакомы полгода.
     - Ты понял, что я имела в виду.
     Он посмотрел на неё:
     - Да, я все понял, - мужчина развернулся и ушел в ванную комнату.
     - Почему-то мне кажется, что ты все понял не так, - прошептала Ксения. Она нащупала рукой одеяло и укрылась. Все было прекрасно, до тех пор, как они не начали говорить. Она усмехнулась, Герман прав, сегодня ей лучше вообще не говорить.
     Мужчина спешно тер кожу под прохладными струями воды. Он злился на неё, на себя, а больше всего на её мужа. Бывшего мужа. С некоторых пор он стал просто ненавидеть его. То, как Артем беспечно обращался со своей женой, выводило Германа из себя. Но это все в прошлом, теперь Ксения с ним, а значит, будет окружена заботой и вниманием. Она и её дочь больше никогда и ни в чем не будут нуждаться. У Ксюши больше не будет ни малейшего повода для тревоги  или страха. Рядом с ним женщина не будет сомневаться в себе, сомневаться в том, что красива и желанна. Она самая лучшая женщина в мире, он знает это и скоро это поймет и Ксюша. Герман выключил воду, вышел из душа и вытерся полотенцем. Он вошел в спальню – Ксения лежала на постели, укрывшись одеялом. Герман подошел ближе, замечая, что её глаза закрыты. Спит, решил мужчина и тихо направился к выходу.
     - Ты уходишь?
     Мужчина обернулся к ней:
     - Я думал, ты спишь.
     - Я не сплю, - сказала она очевидную вещь.
     Он улыбнулся:
     - Я вижу.
     В комнате повисла неловкая пауза. Её нарушила Ксения, тихо спросив:
     - Не хочешь остаться? - мужчина тут же вернулся к кровати и лег рядом с ней. Он обнял её, а она укрыла его одеялом. – Ты теплый.
     - Замерзла? – спросил он, прижимаясь к ней плотнее.
     Ксения кивнула:
     - Согреешь?

     Посреди ночи, когда Герман, наконец, уснул, «согрев» её второй и третий раз, женщина аккуратно отодвинула мужскую руку и откинула одеяло. Она тихо встала с постели, натянула короткую ночную рубашку и вышла из комнаты. Сначала, Ксения заглянула к детям и проверила их сон, а потом спустилась вниз выпить воды.
     На пороге кухни женщина резко затормозила: у открытого холодильника стояла незнакомая молодая девушка и набирала себе еды. Она быстро глянула на Ксюшу и вынула изо рта большой кусок батона, который до этого там держала, потому что руки её были заняты:
     - Привет. Ты у нас кто?
     - Ксения, - неуверенно протянула женщина.
     Девушка закрыла холодильник и поставила еду на стол:
     - Вижу что не Константин. Я в смысле - кто ты в доме? – пояснила она, по-хозяйски устраиваясь за столом.
     Ксения задержала дыхание, быстро произведя подсчеты в голове. Она чуть успокоилась, когда решила, что данная юная особа вряд ли может быть матерью шестилетней Даши. Пока Ксения молчала, девушка оценивающе провела по ней взглядом: спутанные волосы, искусанные губы, утомленный взгляд – не оставляли места для воображения. Незнакомка откусила кусок батона и приподняла бровь: - Он что, уже дошел до того, что начал спать с прислугой?  
     Ксения поёжилась:
     - Я не прислуга.
     - Значит то, что Герман спит с тобой, ты не отрицаешь, - кивнула она и выпила глоток кефира прямо из бутылки. – И давно?
     Ксюше перестал нравиться этот разговор. Кем бы ни была эта девушка, это не её дело. Или её? Ксения приподняла брови:
     - Может, скажете - кто вы?
     - Я-то? Тебе что, имя или место в доме?
     - Что-нибудь, что убедит меня не вызывать полицию, заявляя о вторжении в частную собственность.
     Девушка рассмеялась и отсалютовала ей бутылкой кефира:
     - А ты не промах, с характером. Я Николь, его непутевая младшая сестра. Будем знакомы.
     Ксения чуть расслабилась и снова забеспокоилась, когда услышала её вопрос:
     - Так как, давно он спит с тобой под крышей нашего дома?
     - Недавно, - ответил за Ксению Герман и женщины обернулись.
     Мужчина в одних спортивных штанах стоял на пороге кухни. При его появлении Николь подскочила с радостным криком и бросилась в объятия брата:
     - Герман! Привет! Как я рада тебя видеть!
     Он обнял сестру:
     - Я тоже рад тебя видеть, Ника. Но обрадовался бы больше, если бы ты сообщила о своем приезде.
     Девушка отстранилась от мужчины и посмотрела на Ксению, которая все это время тихо стояла в стороне:
     - Братик, я что помешала тебе предаваться любовным утехам?
     Ксения тут же попыталась выйти из кухни, но Герман её задержал. Он взял Ксению за руку, не давая уйти:
     - Ксюша, это моя младшая сестра, Николь. Она ёще только на пути взросления и становления в культурного человека. А пока выдает в открытый эфир все, что взбредет ей в голову, не фильтруя.
     - Ты забыл добавить, что я самое милое создание на свете и что ты безгранично мною гордишься, - приторно-сладко добавила Ника и изобразила на лице невинность.
     Герман улыбнулся:
     - Скорее безгранично люблю, поэтому ты и выросла такой избалованной хулиганкой.
     Николь рассмеялась и снова уселась за стол, беря в руки бутылку с кефиром:
     - С мной-то все понятно, а вот с Ксенией нет. Её ты не хочешь мне представить?
     Мужчина потянул Ксюшу к себе и обнял со спины:
     - Николь, знакомься, это моя Ксения.
     Девушка поставила на стол кефир и спросила:
     - И?
     - Что, и? – усмехнулся Герман.
     - Моя Ксения и… дальше?
     - Просто моя Ксения, без «дальше».
     - Понятно, - усмехнулась Николь, - Значит, никаких интересных эпитетов и скандальной подноготной?
     - Нет. Никакой информации для твоего болтливого языка, - рассмеялся Герман и крепче обнял Ксюшу, замечая, что та ежится: - Замерзла?
     - Немного, - ответила женщина и повернулась к мужчине, разрывая объятия. – Пойду наверх.
     - Хорошо, - ответил он и нежно поцеловал её в висок. – Я скоро.
     Женщина кивнула, смущенная его прилюдной лаской, и обернулась к Николь:
     - Доброй ночи.
     Та улыбнулась:
     - Вряд ли она у меня будет такой же доброй как у тебя. Но спасибо.
     Ксения оставила брата и сестру наедине и ушла к себе в спальню.
     - Значит «твоя Ксения», - протянула Николь, когда брат сел за стол напротив неё. – И давно вы вместе?
     - Недавно.
     - Даша с ней знакома?
     Герман усмехнулся:
     - А ты как думаешь?
     - Ну мало ли. Может, ты втаскиваешь свою Ксению по вечерам в окно спальни, а по утрам выталкиваешь оттуда.
      Мужчина рассмеялся:
     - Как будто мне больше нечем заняться.
     - А кто тебя знает? - рассмеялась в ответ Николь, а потом спросила: - Значит у вас все серьезно?
     - Серьезно, Ника. И поэтому прошу тебя, веди себя по-взрослому. Давай, без твоих тролльских подколок и проверок на прочность.
      - Я буду сама любезность, - ангельский улыбнулась Николь и добавила: - Когда решу, что она тебе подходит.
     - Она мне подходит, я уже все решил.
     - Мужчины, - протянула Николь: - Знаю я, как у вас там все решается, не маленькая.
     Герман улыбнулся:
     - «Не маленькая» она. Так бы и придушил тебя своими собственными руками.
     - Что, так сильно меня любишь? – рассмеялась девушка.
     - А то.
     Глава 12.
     Наутро в доме было оживление, неожиданный приезд Николь ввел всех в радостное возбуждение. Оказалось, она бессрочно отдыхала в Индии и вернулась домой, никого не предупредив. Девушка привезла кучу подарков, которыми просто завалила всех обитателей дома. По стечению обстоятельств, Ксении и маленькой Кире, которая очаровала Николь своей непосредственностью и открытостью, тоже перепало. Через полчаса гостиная комната стала походить на индийский базар, заваленный восточными вещами. Герман, который по случаю приезда сестры уходил на работу позже обычного, обвел обитательниц дома улыбчивым взглядом:
     - Я стал шейхом восточного гарема?
     Девочки, которые в это время медленно кружились в разноцветных платках, весело засмеялись:
     - Да, папа, теперь я восточная принцесса, - ответила Даша.
     - И я, и я, - вторила ей Кира, звеня монетами на шелковой шали.
     Николь рассмеялась и посмотрела на брата:
     - Ага, в твоем гареме куча бесполезных принцесс и только одна наложница.
     Ксения сразу вся подобралась и даже покраснела.
     - А кто такая наложница? – тут же спросила любопытная Кира.
     Герман недовольно посмотрел на сестру и, подойдя к Кире, поднял ту на руки:
     - Эта самая красивая и самая умная восточная принцесса.
     - Красивее Жасмин? – спросила Кира.
     - Да, красивее Жасмин.
     Девочка кивнула и обняла Германа за шею маленькими ручками. Она тихо у него спросила, воспользовавшись случаем:
     - А ты плидешь сегодня вечелом домой? Или  у тебя много лаботы?
     Сердце Германа пропустило удар, и он серьезно ответил:
     - Конечно, приду.
     Девочка улыбнулась ему:
     - Холошо, - и начала спускаться с мужских рук. Герман поставил ребенка на пол и подошел к Даше, которую обнял и погладил по голове. Дочка ему улыбнулась и спросила:
     - Папа, можно я тебя провожу до машины?
     - Конечно, идем.
     Они вышли из дома и вместе пошли по дорожке:
     - Папа, а Кира и Ксюша будут еще долго у нас жить?
     Герман остановился и присел на корточки:
     - Тебе не нравится, что они у нас живут?
     - Нет, мне нравится, - ответила Даша, а потом добавила: - Я не хочу, чтобы они от нас уезжали.
     - Они и не уедут, не волнуйся.
     - Обещаешь? – серьезно спросила Даша.
     Герман обнял дочь и вздохнул:
     - Я сделаю все возможное, чтобы они не уехали. Обещаю тебе.
     - Хорошо, - поверила дочь отцу и улыбнулась. – Папа, а привезешь сегодня вечером тех пирожных, что мы ели вчера?
     Герман рассмеялся и встал на ноги:
     - Привезу, лисичка. Беги в дом.
     Они обнялись, и девочка убежала, Герман сел в машину. Он был несказанно рад, что его дочь приняла Ксюшу и Киру. Теперь дело было только за своевольной Николь. Но мужчина был уверен, что и её расположение Ксюша и Кира быстро завоюют.
      Даша вбежала в дом и радостно сообщила подружке:
     - Кира, папа сказал, что вы не уедете от нас. Так что не волнуйся!
     - Плавда? – спросила Кира и перестала кружиться. Она посмотрела на маму: - Мама мы не уедем? Плавда?
     Ксения притянула дочь к себе и спросила:
     - Тебе здесь понравилось?
     - Да, очень. Я хочу жить с Дашей в одной комнате.
     К ним быстро подошла Дарья и посмотрела на Ксению:
     - Ксюша, вы останетесь у нас жить? Пожалуйста.
     - Пожалуйста, мамочка, - протянула Кира и мило сложила ручки.
     - Пожалуйста, - вторила ей Даша.
     Ксения улыбнулась и обняла девочек:
     - Ну как я могу отказать таким миленьким хитрюшкам, -  она потянула детей на себя и они вместе упали на диван. Ксения начала их щекотать, а девочки звонко смеяться и пищать. Ксюша остановилась и строго сказала, поднимая вверх указательный палец: - Только уговор, никаких капризов и ссор. И спать по вечерам отправляетесь по первой команде. Договорились? – она протянула вверх открытые ладони.
     Девочки дружно ударили по ним своими маленькими ладошками и ответили:
     - Договорились. Договолились.
     Николь, сидевшая напротив, заметила:
     - Ксюша, надо было под шумок отжать у них больше выгодных для себя условий.
     Даша посмотрела на тетю и сказала, грозя ей пальчиком:
     - А ты не подговаривай. Так нечестно.
     - Ах, значит нечестно, - притворно возмутилась Николь и встала со своего места, подходя к ним: - Значит злостно манипулировать несведущим человеком можно, а подговаривать нельзя? Ксюша, ты даже себе не представляешь, с каким опасным преступным элементом ты связалась. Хотя теперь это целая преступная группировка.
     - Ксюша, - хитро улыбнулась Даша, - не верь ей, она все сочиняет. Мы милые и хорошие. Да Кира?
     - Да, мамочка, мы миленькие и холошенькие, - закивала Кира.
     - Да? – спросила Николь: - Сейчас проверим, какие вы хорошенькие. А ну-ка!
     Девушка принялась щекотать детей, вваливаясь в общую кучу-малу из смеха и юрких тел. За всем этим весельем издалека с улыбкой наблюдала Мария. Она была рада, что все складывается именно так, наилучшим для всех образом.
       После веселой забавы Николь велела всем нарядно одеваться и делать прически, потому что они поедут гулять в город.
     - Пло-ме-над? – повторила за Николь Кира и удивленно посмотрела на маму. Такое смешное слово она еще не слышала. Ксения улыбнулась дочери и повела девочек наверх. Когда наставления Николь были выполнены, красивые платья одеты и прически сделаны, они загрузились в машину и отъехали от дома. Николь всю дорогу рассказывала детям о своих приключениях в Индии, об экзотических животных и растительности. Она так увлеклась, что даже когда машина остановилась в нужном месте, все еще продолжала рассказ. Ксения с улыбкой посмотрела на девушку, которая, в сущности, была еще таким же ребенком, как и Даша с Кирой.
     - На слоне? – восхищенно спросила Даша. – А ты не боялась упасть с него?
     - Боялась, конечно, но все равно прокатилась, - улыбнулась Николь, наконец, замечая, что они приехали. – Так, все на выход, - скомандовала она.
     Огромный торгово-развлекательный центр со стеклянным куполом вместо крыши и настоящим миниатюрным парком внутри распахнул для них свои двери. Дети были в восторге, они только и успевали, что вертеть головами туда-сюда. Магазин игрушек, настоящая карусель, настольные игры, бутик с вещами для маленьких модниц и много другое – Ксения решила, что Николь еще сама не наигралась в детство. Перевалочным пунктом стало детское кафе, и Ксения, наконец, присела. Она с улыбкой наблюдала за тремя девчонками, что очень внимательно изучали меню с мороженным. Наконец, после долгого совещания выбор был сделан и улыбчивая официантка-единорожка ушла выполнять заказ.
     Николь продолжила свой рассказ об Индии, пока, вдруг, не остановилась на полуслове. Девушка проворно встала из-за стола, и Ксения обернулась, кого она там увидела?
     - Ника, ты вернулась, - улыбался Тимур, подходя к их столику.
     - Как видишь, - обняла мужчину девушка. – Ну, как вы тут без меня?
     - Плохо, - притворно грустно ответил Тимур. – Скучно, совсем уж по-стариковский.
     К ним неуверенно подошла Даша, и Тимур тут же подхватил её на руки:
     - Привет, крестница? Как живешь?
     - Привет, Тимур, - ответила девочка и тут же указала ему на Ксению и Киру: - А с нами теперь живет Ксюша и Кирюша.
        Мужчина улыбнулся:
     - А я знаю, - и по секрету сообщил Даше: - Даже с одной из них знаком лично.
     - С кем?
     - С той, что постарше, - улыбнулся он. – А вот с этой маленькой принцессой я пока не знаком. Представишь меня?
     Кира, понимая, что сейчас о ней идет речь, засмущалась и полезла на руки к маме. Ксения улыбнулась, обнимая ребенка. Даша сказала Тимуру:
     - Это Кира. Она моя подружка. Кира, познакомься, это Тимур, он мой крестный папа.
     Девочка неуверенно смотрела на мужчину, не отрывая от маминой шеи рук.
     - Привет, Кира, - поздоровался Тимур.  
     - Пливет, - тихо сказала она и спрятала лицо в маминых волосах.
     - Здравствуй, Тимур, - улыбнулась Ксения. – Вот уж не ожидала встретить тебя в детском кафе.
     - Выгуливаю племянников, - ответил мужчина.
     - Фу, Тигр, - тут же воскликнула Николь, - они же не собаки!
     - Да, - рассмеялся он, - но выгуливать их тоже надо.
     Даша, услышав, что где-то здесь знакомые ей мальчишки, тут же слезла с мужских рук. Она уговорила Киру, и они побежали искать племянников Тимура, чтобы вместе поиграть. Мужчина задал девочкам нужное направление и сел за стол к Николь и Ксении:
     - И давно ты приехала?
     - Сегодня ночью явилась. И как ты думаешь, что я обнаружила? - улыбнулась Николь и глянула на Ксюшу. – Меня не было три недели, а у вас тут такие перемены.
     - А что ты хотела, жизнь без тебя не останавливается, - рассмеялся Тимур.
     Ксения смутилась, они говорили о ней, как будто её здесь не было. Она извинилась и встала. Женщина оставила Николь и Тимура беседовать, а сама пошла к детям. Убедившись, что у девочек все хорошо, они весело играли с племянниками Тимура, Ксения, чтобы потянуть время, отправилась на поиски уборной. Выходя из кафе, она перемолвилась несколькими словами с Владом, который сегодня был их водителем. Не успела Ксения завернуть за угол, как к ней подошла молодая красивая женщина и быстро спросила:
     - Вы здесь с сестрой и дочерью Германа Ярового, я права? - Ксюша остановилась и медленно кивнула. Женщина нервно обернулась и снова посмотрела на неё: - Вы Дашина няня?
     - Нет. А вы кто?
     - Знакомая семьи… я крестная Даши. Понимаете, у нас с Николь не очень хорошие отношения, а я бы очень хотела увидеть Дашу. Вы не выведете её сюда,  ко мне?
     Ксения неуверенно покачала головой, нехорошее чувство забиралось под кожу:
     - Я вас не знаю, так что простите, - она уже собралась отойти, но незнакомка схватила её за руку.
     - Пожалуйста, я заплачу. Сколько вы хотите? – женщина стала открывать свою модную сумку. – Сейчас…
     - Мне не нужны ваши деньги, - сказала Ксения и вырвала свою руку. – Вам лучше поговорить с Николь, уверена она не будет против.
     - Я же сказала, у нас плохие отношения. Вы не понимаете? – резко сказала женщина, а потом осеклась, видно поняла, что начала грубить. – Простите, я просто волнуюсь.
     - Я вижу.
     Женщина устало прикрыла глаза, а потом их распахнула, в них стояли слезы:
     - Как вас зовут?
     - Ксения, - ответила Ксюша, отчитывая себя за мягкосердечие.
     - Ксения, пожалуйста, помогите мне. Я очень вас прошу.
     - Единственное что я могу сделать, это поговорить с Николь, если она…
     - Нет-нет, не нужно с ней говорить, - снова нервно обернулась женщина, и нехорошее чувство у Ксюши обострилось. – Ксения, ну в этом же ничего такого нет, ребенок же не должен страдать из-за ссор взрослых. Я только передам ей куклу и все, - быстро проговорила незнакомка, доставая из сумки модную игрушку.   
      Ксюша внимательнее присмотрелась к женщине, она уже начала догадываться кто на самом деле перед ней. Её догадку подтвердил Влад, мужчина появился как из-под земли и быстро оттеснил Ксению от незнакомой женщины:
     - Ксения Дмитриевна, пожалуйста, возвращайтесь в кафе.
     - Влад, не вмешивайся, мы просто разговариваем, - раздраженно сказала бывшая жена Германа, пытаясь обойти мужчину.
     Он преградил ей дорогу и снова обратился к Ксюше:
     - Ксения Дмитриевна, пожалуйста, делайте, что я говорю.
     Ксюша посмотрела на женщину, та нервно кусала губы и смотрела на неё. Вдруг она быстро протянула ей куклу:
     - Пожалуйста, передайте куклу Даше, - столько мольбы было в глазах Дашиной матери, что Ксения поддалась порыву и протянула руку за куклой.
     Влад сделал шаг назад, оттесняя Ксению от женщины. Раздражение завладело Ксюшей:
     - Влад, перестаньте меня толкать, - она отодвинула мужчину и взяла куклу.
     Влад хмуро посмотрел на неё:
     - Герману Романовичу это не понравится.
     - С Германом Романовичем я как-нибудь сама разберусь, - она посмотрела на женщину: - Я попробую передать, - пообещала Ксюша, ведь она тоже была матерью.
     Та благодарно кивнула:
     - Спасибо большое, Ксения, -  женщина еще секунду смотрела на неё, как будто хотела что-то добавить, но потом передумала и быстро ушла.
     Влад проводил её напряженным взглядом и осуждающе посмотрел на Ксюшу:
     - Что? – спросила она раздраженно. Он не ответил и только указал в сторону детского кафе. Ксюша ощетинилась: - В туалет я могу хотя бы сходить или нет?
     Мужчина кивнул и отошел.
     Ксения уже мыла руки, когда дверь женской уборной открылась. Мужчина спортивного телосложения уверенно зашел внутрь и начал методично открывать все кабинки. Ксения быстро выключила воду и, удивленно глядя на него, пошла к выходу. Ей преградил путь другой мужчина, и она сделал шаг назад. Кольцо страха сковало её, не давая вздохнуть.
     - Чисто, - сказал первый мужчина, второй кивнул, отступая.
     Он открыл дверь уборной и в комнату вошел третий мужчина: средних лет с холодными синими глазами. Сердце Ксении подпрыгнуло и пустилось в бешеную скачку, интуиция сразу подсказала женщине, кто находится перед ней. Похоже сегодня день неожиданных встреч. Мужчина окинул её медленным взглядом и пристально посмотрел в глаза. Ксения неосознанно сделала еще один шаг назад. Он слегка улыбнулся:
     - Не бойтесь, Ксения. Мне просто стало любопытно, хотел на вас посмотреть, - она не стала отвечать ему дерзостью, вообще не стала ничего отвечать. Мужчина кивнул своим помощникам и те вышли. Женщине стало от этого еще страшнее. – Знаете, кто я?
     - Догадываюсь, - тихо ответила она.
     - Думаю, правильно догадываетесь, - усмехнулся он. – Знаю, обстановка для разговора не совсем подходящая, но я не хотел привлекать к нашей встрече излишнее внимание. Понимаете, о чем я?
     - Да, - ответила Ксюша, понимая, что Герман не должен узнать об их разговоре.
     - А вы сообразительная. Если честно, представлял вас совсем другой. Ну, знаете, такой роковой женщиной, которая вскружила Ярому голову. Ан-нет, ошибся. Вижу вы совсем из другого теста. Не из этих.
     Ксению так и подмывало спросить не из каких, «не из этих», но она удержалась. С этим мужчиной она выбрала тактику тишины и односложных ответов, когда спросят. Мужчина снова окинул её изучающим взглядом, и Ксения мысленно отругала Николь, за то, что та велела им принарядиться. Сейчас бы она гораздо уверенней чувствовала себя в джинсах и мастерке, а не в этом коротком весеннем платье. Мужчина снова посмотрел Ксюше в глаза:
     - Вот смотрю я на вас, Ксения, и думаю, что Ярый меня обманул. Он сказал, что вы его женщина…
     - Это так, мы вместе, - быстро вставила Ксюша.
     Мужчина улыбнулся:
     - Сейчас возможно. Но тогда… Ксения, давайте на чистоту, вы не похожи на женщину, которая станет изменять своему мужу, даже если он последняя сволочь. Такие женщины, как вы долго терпят, но когда терпению приходит конец – просто уходят. Они не опускаются до обмана и измены, это ниже их достоинства. Я прав? - пока Ксения думала, что же ей ответить, мужчина рассмеялся: - Подбираешь нужный ответ?
     - Я просто…
     - Не бойся. Ты светлый человек, Ксения, я таких не трогаю, слишком мало вас осталось, - мужчина усмехнулся. – Теперь я понимаю Ярого и его желание тебя защитить. Хотя, может он и не врал мне, уже тогда считал тебя своей. Просто ты об этом еще не знала… Был рад познакомиться, Ксения, - сказал он и уже собрался уйти, но посмотрел на неё и добавил: - Хочу, чтобы ты знала, тебе больше не надо опасаться меня или моей мести. Ты в безопасности, даю слово, - мужчина хитро улыбнулся: - Но Ярому пока не нужно об этом знать. Мы друг друга поняли? – Ксения кивнула. – Вот и хорошо. Я скажу ему об этом лично, когда придет время. Хочу посмотреть на его лицо, когда он узнает, что ты больше не нуждаешься в его защите. Думаю, Ярому это не понравится, - мужчина рассмеялся и вышел за дверь.
     Ксения прикрыла глаза и перевела дух. Теперь она свободна и больше не нуждается в помощи Германа. Почему она не была этому рада?
     Ксюша вернулась к остальным через пять минут, когда немного успокоилась. Её встретили два хмурых взгляда. Она повесила сумочку, в которой находилась «контрабандная» кукла, на спинку своего стула и села, надеясь, что они знают только о первой встрече:
     - Уже доложили? – спокойно спросила Ксения и придвинула к себе креманку с мороженым.
     - Ты хоть знаешь, кто была эта женщина? – раздраженно спросила Николь.
     - Не глупая, догадалась.
     - Тогда зачем говорила с ней?
     Ксения прямо посмотрела на Николь:
     - Николь, когда у тебя появятся свои дети, ты поймешь.
     - Никогда! Никогда я этого не пойму, - яростно прошипела девушка, наклоняясь вперед. Сейчас она особенно напоминала своего брата: - Она дрянь, каких еще поискать.
     Тимур хмуро посмотрел на Николь
     - Ника, успокойся. Думаю, Ксения, просто не знает всех подробностей.
      Ксюша не то, что не знала подробностей, она не знала ничего. И, если честно, не была уверена, что хочет что-то знать о бывшей жене Германа и матери Даши. Ксения съела ложку мороженного, стараясь не упасть заживо от убийственного взгляда Николь:
     - Тебе не надо было с ней говорить.
     Ксения подняла да Николь спокойный взгляд и сказала:
     - Я сделала так, как посчитала правильным. Закроем тему.
     - Твой поступок будет расценен Германом как предательство, - вспылила Николь, и встала из-за стола. – Он тебе этого никогда не простит! Можешь начинать паковать свои вещи, - не дождавшись реакции на сказанное, девушка быстро отошла от стола.
     Ксюша съела еще одну ложку мороженого, которое казалось ей сейчас безвкусным. Тимур заметил:
     - Николь вспыльчивая, но отходчивая. Не переживай.
     - А с чего ты решил, что я переживаю, - посмотрела на него Ксюша.
     Мужчина, молча, буравил её взглядом, а потом тихо сказал:
     - Тебе, и правда, не надо было с ней говорить. Герману это не понравится.
     Если бы он знал, с кем она еще говорила сегодня. Нервы были не к черту, Ксению уже трясло от нравоучений и предостережений:
     - А я не тульский пряник, чтобы всем нравится, - женщина встала из-за стола и полезла в сумочку за деньгами.
     Мужчина тоже поднялся и хмуро посмотрел на неё:
     - Не надо. Я заплачу.
     Ксения положила на стол деньги:
     - Я сама в состоянии заплатить за свое мороженое.
     - Ксения, не злись, просто…
     - Я не злюсь, Тимур, - перебила его женщина. – Просто устала, что все вокруг лучше меня знают, что мне делать, а что нет. Была рада встрече, - уже более спокойно сказала женщина и даже улыбнулась: - У тебя чудесные племянники. Уверена, Кирюша сегодня вечером заявит мне, что выйдет за одного из них замуж. Я уже поняла, что ей нравятся брюнеты.
     Тимур улыбнулся:
     - Я не против такой свояченицы, как твоя дочь. Она мне тоже очень понравилась.
     - Хорошего дня.
     - И тебе.
     Глава 13.
     Усадив детей в машину, Ксения обратилась к дочери:
     - Кира, пожалуйста, веди себя прилично и во всем слушайся старших. Хорошо?
     - А ты куда? – спросила девочка, потирая кулачками глазки, она устала и уже готова была устроить обеденный сон прямо в машине.
     - Мне нужно съездить по делам. Я вернусь к ужину.
     - Холошо.
     - Я за ней присмотрю, - пообещала Даша.
     Ксюша ей улыбнулась.
     - Спасибо тебе, милая.
     Женщина закрыла дверь машины и посмотрела на хмурого Влада. Он сказал:
     - Ксения Дмитриевна, я не могу отпустить вас одну.
     - Можете, Влад. Со мной все будет хорошо, я вернусь к ужину.
     - Герман Романович…
     - И с Германом Романовичем, тоже все будет хорошо, - перебила его женщина. – Уверена в этом.
     - И можно узнать, куда ты собралась? – спросила не разговаривающая с ней до этого Николь.
     - Можно, - холодно ответила Ксения. – По своим личным делам. Могу тебя заверить, они никак не связанны с вашей семьей, - Николь пристально посмотрела на неё, как будто не верила. Женщина безразлично пожала плечами: - Мне все равно - веришь ты мне или нет.
     - Ты сама копаешь себе яму, все глубже и глубже, - заметила Николь, и Ксении показалось, что она даже увидела в глазах девушки сочувствие.
     - Присмотришь за Кирой?
     - Присмотрю, - быстро ответила Николь и посмотрела на Влада, который все это время напряженно стоял возле Ксении, как будто ожидая и готовясь пресечь её побег. – Влад, пусть идет.
     - Николь Романовна…
     - Пусть идет, - повторила девушка. – Или что, будешь запихивать её в багажник посреди белого дня?
     Мужчина хмуро кивнул и сел в машину. Ксения помахала детям и пошла к метро.
     Через полчаса она была на месте. Женщина поправила шлейку сумки и постучала в дверь. Ей разрешили войти, и Ксения зашла в кабинет следователей по делу её мужа. Мужчины подняли на неё взгляды и тот, что был блондином, сказал:
     - Кого мы видим? Смолина К.Д. собственной персоной. Или вы уже не Смолина?
     Ксения нервно поправила сумку:
     - Смолина.
     Напарник следователя хмуро посмотрел на коллегу и встал:
     - Проходите, Ксения Дмитриевна. Присаживайтесь.
     Женщина прошла в кабинет и села на стул, который стоял между двух столов следователей.
     - Чем обязаны столь неожиданному визиту? – спросил тот, что вел себя хамовато.
     - Я хотела просить о свидании с мужем.
     - Бывшим мужем, - поправили её. – Насколько мы знаем, вы уже в разводе.
     - Да, - ответила женщина. – Но он приходится отцом моему ребенку, поэтому, думаю, я имею право на встречу.
     - А мы думаем, что не имеете. Или что хотите лично сообщить ему о том, что больше не являетесь его женой? Так вы не волнуйтесь, его уже обрадовали, - ответил блондин и усмехнулся.
     Ксения прямо посмотрела на него и спросила:
     - Могу я знать, чем вызвана ваша острая антипатия ко мне?
     Мужчина резко перестал улыбаться и весь подобрался:
     - Антипатия? Не много ли вы о себе возомнили, Смолина Ксения Дмитриевна? – она, молча, сверлила его взглядом. – Являетесь сюда без повестки и еще имеете наглость что-то требовать…
     - Я не требую, я прошу…
     - Просите, как же. Такие как вы не умеют просить. Окружите себя надменными адвокатами и ходите тут, как будто вам все можно.
     - Я пришла без адвоката, как видите.
     - Ах, да, где же он? Ведет аудиозапись нашего разговора под дверью?
     - Максим, перестань, - одернул коллегу второй следователь.
     - Что перестань, Глеб. Разве ты не видишь, она развлекается тут? Надоели spa-салоны и клубы, ищет новых ощущений. Слова-то какие, «антипатия»!
     Ксения стиснула ремешок сумки, пожалев в сотый раз, что пришла. Она смотрела прямо перед собой, когда произнесла:
     - Вы разрешите свидание или нет?
     - Нет.
     Ксения встала, но другой следователь, Глеб, сказал:
     - Ксения Дмитриевна, мой коллега погорячился.
     - Не смей извиняться перед ней, - предупредил его Максим.
     - Мне не нужны никакие извинения. Вы можете думать обо мне, все, что вам хочется, - сказала Ксюша, открыто смотря на Максима. – Я просто хочу поговорить с отцом своей дочери.
     Максим молчал под её взглядом, он решил, что самовыдержки и характера ей не занимать. Это немного подняло её в его глазах. Глеб нарушил тишину:
     - Ксения Дмитриевна, присядьте. Я сейчас выпишу вам пропуск на свидание.
     Ксения села, из последних сил сохраняя спокойствие:
     - Спасибо. Когда я смогу с ним увидеться?
     - Сейчас и сможете.
     - Сейчас? – удивилась она.
     - Что на маникюр опаздываете? – не сдержался Максим.
     Ксения не стала обращать на ехидство мужчины никакого внимания и спросила у Глеба:
     - Прямо сейчас. Он здесь?
     - Да, его держат под следствием здесь, - пояснил Глеб.
     - Не хотите, кстати, внести за благоверного залог? – спросил Максим в своей хамоватой манере.
     Ксения посмотрела на следователя. Она уже хотела спросить «сколько», но вовремя вспомнила слова Германа о том, что Артему будет безопаснее в тюрьме:
     - Нет, - просто ответила девушка.
     Глеб протянул ей пропуск и сказал, что проводит. Ксения встала и посмотрела на Максима:
     - Хорошего вам дня.
     - И вам, - буркнул он.
     Ксения и следователь Глеб вышли в коридор. Мужчина повел её вперед, а возле лестницы тронул за локоть. Женщина недоуменно подняла глаза.
     - Ксения Дмитриевна, пожалуйста, послушайте моего совета. Не вмешивайтесь в дело своего мужа. Вы ничем не сможете ему помочь. Подумайте лучше о себе и своей дочери, - женщина кивнула, и мужчина улыбнулся, извиняясь: - И на Максима не злитесь. Он честный следак, просто имеет зуб на красивых женщин.
     Ксения улыбнулась:
     - Я вас поняла. Спасибо вам.
     - За что?
     - За комплимент.
     Мужчина смутился и кивнул, и они продолжили путь.

     Железный замок звякнул и Ксения вздрогнула. Дверь открылась, и конвой ввел Артема, его глаза впились в её лицо, сканируя до самого сердца. Мужчина похудел и осунулся, небритость придавала ему еще более неприглядный вид. Конвой объяснил правила свидания и усадил Артема напротив Ксении, металлический стол разделял их.
     - Ксюша, милая, ты пришла. Как я рад видеть тебя.
     - Здравствуй, Артем. Как ты?
     Он грустно усмехнулся:
     - Как видишь. Но лучше скажи как ты, как Кира? Я думал, ты уехала к родителям. Адвокат сказал, нашу квартиру арестовали.
     - Да. Но мне позволили забрать личные вещи.
     - Хорошо, - сказал он и тихо спросил, косясь на охранника, который сидел в углу: - Деньги?
     Ксения отрицательно покачал головой и Артем нахмурился:
     - Ясно. Так Кира у твоих родителей?
     Ксения задумалась лишь на мгновение:
     - Нет, мы остались в городе. Живем у знакомых.
     Артем ближе придвинулся к ней:
     - Ксюша, вам надо уехать из города. На время. За меня не беспокойся, у меня хороший адвокат.
     - Я знаю.
     - Да, конечно, знаешь, - он помолчал, пристально рассматривая её, а потом сказал: - Ты верно сделала, что послушала адвоката и подала на развод. Я не сержусь на тебя.
     «Еще бы ты сердился!» – подумала Ксения, но сказала другое:
     - Я скажу Кире, что ты уехал работать в другую страну, что будешь ей писать и звонить, по возможности. Думаю, пока она еще маленькая, чтобы узнать правду.
     - Да, конечно, все правильно. Тем более еще не было суда, мне могут дать условно, - женщина только кивнула, Артем заглянул ей в глаза: - Ксюша, как я скучаю по вам, по тебе. Как хочу обнять, успокоить… - он прикрыл глаза. – Ну, ничего, мы будем сильными. Я выйду, и мы заживем как раньше. Ты, я и Кира.
     Больше Ксения не могла терпеть:
     - Нет, Артем. Не заживем.
     Он недовольно посмотрел на неё:
     - Ксюша, не поддавайся отчаянью. Я выйду, и все будет хорошо, надо только немного потерпеть, надо только…
     - Я все знаю, - перебила она Артема.
     Он испугался, она видела это, и ей вдруг стало неловко за него.
      - Что ты знаешь? – нерешительно спросил он.
     - Она красивая, Артем, я не осуждаю. Тебе ведь всегда нравились загорелые брюнетки, - его глаза забегали, и Ксюша резко захотела уйти отсюда, пока он не опустился в её глазах еще ниже, не стал врать и нелепо оправдываться: - Насчет Киры не переживай, ты её отец и всегда им останешься. Ты сможешь видеться с дочерью, когда тебя освободят. Я не стану препятствовать и очернять тебя в её глазах.
     - Ксюша, я…
     Ксения резко встала:
     - Мне пора, не хочу, чтобы Кира беспокоилась. Мы закончили, - посмотрела она на охранника, тот тоже поднялся и открыл дверь. Ксения посмотрела на мужа: - Удачи тебе, Артем. Я искренне желаю, чтобы для тебя все решилось наилучшим образом. А о Кире не беспокойся, я о ней позабочусь.
     Она кивнула ему и быстро вышла, сдерживая накатывающие слезы. Металлическая дверь закрылась, и её прошлое осталось за ней, в прямом и переносном смысле.

     Глава 14.
     Ксения рассчиталась с таксистом и вышла из машины. Наличные, что были у неё, медленно, но верно таяли, а ведь они были гарантом какой-никакой финансовой свободы. Женщина открыла калитку и прошла по дорожке к дому. Она вошла и разулась. Не успела Ксения снять и повесить джинсовую куртку, как увидела Германа – сказать, что он был зол, значит ничего не сказать, он был просто в ярости:
     - Где, мать твою, ты была?
     - И тебе здравствуй, - ответила женщина. Она очень устала и совсем не хотела сейчас никаких разборок. Ксения попыталась пройти мимо него, но он перекрыл ей путь. – Герман, давай не сейчас. Отчитаешь меня позже, договорились?
     - Я спрашиваю, где ты была?
     - Если ты думаешь, что я тайком встречалась с твоей бывшей женой, то ты ошибаешься. Я ездила поговорить с Артемом.
     Взгляд мужчины вспыхнул, и Ксения подумала, что, наверное, лучше бы  она встречалась с его бывшей женой:
     - С кем поговорить? – прорычал он.
     - С Артемом. Не забыл, это мой муж, бывший.
     - Я-то не забыл, кто это, а вот ты, кажется, забыла…
     - Семейная ссора? – услышали они нахальный голос Николь.
     Ксения посмотрела на неё, а Герман даже не обернулся:
     - Ника, проваливай.
     - Ухожу, ухожу, - сказала она и начала подниматься на второй этаж. – Только когда начнете бить посуду, пожалуйста, не трогайте сервиз, который я привезла из Венеции. Это мое приданное, - девушка скрылась наверху.
     Ксения снова посмотрела на Германа, его настроение не улучшилось и на несколько пунктов:
     - Герман, я, правда, очень устала, давай позже поговорим об этом. Хорошо?
     - Нет, не хорошо, - сказал он и, взяв её за локоть, повел за собой.
     Мужчина отпустил Ксению только когда закрыл дверь тренажерного зала, который находился на первом этаже. Она отошла от него и опустилась на спортивную скамейку. Ксения вцепилась ладонями в сидение и устало сказала:
     - Ладно, давай поговорим, если отложить никак нельзя. Ты начнешь или я?
     - Ты? А что ты, собственно, можешь мне сказать? Не будешь же ты пытаться оправдать свое идиотское поведение? Потому что ему нет оправданий.
     Ксения приподняла брови, но спокойно сказала:
     - А я и не собиралась перед тобой оправдываться. Я сделала так, как считала нужным. Что бы ты ни думал про меня и ни говорил, я уже совершеннолетняя и имею право свободно передвигаться по городу. Без надзора твоей охраны, которая именуется «водитель», - сказала женщина и показала пальцами кавычки. -  Что касается моего разговора с твой бывшей женой: я не знала, что это она, а когда поняла - Влад нас прервал. И да, я взяла у неё куклу для Даши, потому что не смогла отказать матери, даже если все вокруг считают меня за это преступницей, - Ксения открыла сумку и достала игрушку. Она положила куклу рядом с собой на скамейку: - Я отдаю игрушку тебе, как и собиралась сделать. Так что сам решай, нужна твоей дочери кукла от её матери или нет, - Герман молчал и Ксения спросила: - Это все? Или я еще в чем-то виновата в твоих глазах?
     Мужчина пришел в движение, он подошел к Ксении и стащил её с лавки, удерживая за локоть:
     - Еще в чем-то? Ты себе хоть представляешь, какие мысли лезли мне в голову? Ты уехала непонятно куда, непонятно зачем, без денег, без телефона. С тобой что угодно могло случиться. Что угодно! А ты еще имеешь наглость спрашивать, в чем еще ты виновата?
     - У меня есть деньги, а телефон ты сам отобрал, - тихо заметила Ксения.
     Глаза Германа сузились, он быстро рванул её сумку и швырнул ту в угол комнаты:
     - Все, у тебя больше нет денег!
     - Герман, - возмутилась она.
     Он встряхнул её:
     - У тебя больше нет денег, нет телефона, не будет обуви и одежды, если потребуется. Ты поняла меня? Поняла?
     Возмущение уже давно клокотало в Ксюше, и она его с радостью выплеснула:
     - Чего еще у меня не будет? Свободы? Воздуха? Еды? Посадишь на хлеб и воду?    
     - Ксюша, не обостряй, я и так еле сдерживаю себя, - прорычал он.
     - Ну так давай, не сдерживайся! В чем дело? Давай, прояви себя в полной мере. Ну! Покажи мне уже, наконец, Ярого, о котором все вокруг говорят и боятся.
     Он сузил глаза и сжал пальцы на её плечах:
     - Тебе не понравится.
     - Понравится, нет, какая разница. Я хочу, наконец, увидеть, в руках какого страшного человека оказалась моя жизнь. Ну, давай!
     Это стало тумблером для него - Ярый вырвался наружу:
     - Вот именно, твоя жизнь в моих руках. Ты в моих руках. Ты моя! - прорычал он.
     Что последовала дальше, Ксюша запомнит на всю жизнь. Такого жесткого и вместе с тем головокружительного секса у неё никогда не было. Герман перестал походить на разумного мужчину, он превратился в обезумевшего самца. Самца, который наказывал свою непослушную самку, ведь она забыла кто в их паре главный.
     Мужчина впился в неё губы страстным поцелуем и за несколько секунд разорвал на ней платье. Дальше он толкнул её к стене и быстро освободил от белья грудь. Его руки тут же накрыли нежные холмики, сжимая совсем не нежно. Ксения вскрикнула и впилась в его плечи ногтями в отместку. Страстный взгляд опалил её, и мужчина отпустил грудь, быстро разобравшись с остатками белья. Ксения зажмурилась, ощущая горячи пальцы на своем обнаженном клиторе. Она попыталась сжать бедра, и за это получила увесистый шлепок по ягодице. Женщин резко распахнула глаза и замахнулась, чтобы ударить его в ответ, но он перехватил её руку и заломил за спину. Второй рукой Герман быстро расстегнул ремень на джинсах, а за ним пуговицу и молнию. Ксении не надо было смотреть вниз, чтобы понять, что мужчина уже в полной готовности, она и так ощущала его эрекцию своим животом. Герман снова накрыл её губы жалящим поцелуем, и сильно сжал грудь. Ксения совсем не нежно укусила его нижнюю губу, и мужчина отстранился. Он не ожидал этого от неё, и Ксения, зло прищурилась:
     - Что, не привык получать сдачи?
     Он не ответил, но быстро оторвал её от стены и толкнул вперед. Мгновение и Ксения уже стоит возле спортивной лавки, а мужчина надавливает на её спину, заставляя нагнуться и встать в нужное для него положение. Ксюша воспротивилась этому, за что получила очередной сильный шлепок по ягодицам. Она вскрикнула и попыталась оттолкнуть мужчину, но у неё не вышло – он был гораздо сильнее. Женщине пришлось подчиниться силе его рук и принять нужную для него позу. Она тут же почувствовала, как Герман входит в ней со спины. Такая позиция было особенно открытой и беззащитной для Ксении, и она заставила себя успокоиться, чтобы не испытать боли. Ксюша зажмурилась и, наконец, осознала, что никогда не чувствовала себя настолько возбужденной, настолько желанной и нужной кому-то. Никогда. Первый оргазм не заставил себя долго ждать, секунда – и она прикусила губу от его силы. Герман продолжил свое вторжение, он совсем не жалел её, входил резко и глубоко. Но Ксении было уже все равно, она вцепилась пальцами в опору, возле которой стояла, и начала отвечать мужчине, с жадностью принимая каждое его движение. Их секс был грубым, жестким и по-животному яростным, в нем не было не грамма нежности, только голая страсть и желание обладать. Наконец они приблизились к развязке и вместе кончили, сильно и громко. Белые пятна поплыли перед глазами, и Ксения безвольно опустила голову, боясь, что сейчас просто упадет. Герман долго не выходил из неё, продолжая удерживать, а когда вышел, Ксения медленно сползла на пол. Она опустила голову на руки, которые остались на лавке, и прикрыла глаза.
     Через минуту женщина почувствовала на своих волосах его теплую ладонь:
     - Я причинил боль? – тихо спросил он.
     Она отрицательно покачала головой. Герман несильно потянул её за волосы и поднял к себе женское лицо. Он стоял над ней, их взгляды встретились:
     - Ксюша, не делай так больше.
     - Как так? – медленно спросила она.
     - Не провоцируй меня на грубость.
     Ксения прикрыла глаза и облизала губы:
     - А если я скажу, что мне понравилось? - мужские пальцы зажали её подбородок, и Кения распахнула глаза. Он пытливо смотрел на неё. – Что, считаешь меня извращенной?
     Мужчина потянул её на себя, и она медленно встала. Он зажал женское лицо в своих ладонях и серьезно сказал:
     - Я считаю, что ты лучшая женщина в мире.
     - А ты что, знаком со всеми женщинами в мире? – устало улыбнулась она.
     - Ну вот как можно на тебя злиться? – задал он риторический и вопрос и крепко её обнял. – Когда я узнал, что ты пропала, я просто слетел с катушек. Думал, что задушу тебя собственными руками, когда ты вернешься.
     - Ну, ничего же не случилось…
     - А если бы случилось? – отстранил он женщину от себя и заглянул ей в глаза: - Чтобы я тогда делал?
     Она неопределенно пожала плечами, он ведь не знал, что ей уже ничего не грозит:
     - Я просто злилась. Я тоже умею слетать с катушек, не только ты.
     Герман подхватил её на руки и сел на лавку, усаживая к себе на колени:
     - На что ты злилась?
     - На Николь, на Тимура и даже на Влада. Надеюсь, ты не сильно его отчитал?
     - Я его уволил.
     - Что? Герман, он же не виноват.
     - Он получил от меня четкие указания и не выполнил их, - безапелляционно заявил мужчина.
     - Герман, он же не мог бросить Николь и детей, чтобы поехать со мной. К тому же твоя сестра сама сказала ему меня отпустить.
     - Влад работает не на мою сестру, а на меня.
     Ксения обняла мужчину за шею:
     - Герман, пожалуйста, верни его, - он молчал. - Вот интересно, если бы Влад заломил мне руки и запихнул в багажник, чтобы не отпустить. Ты бы выписал ему премию за старательность? 
     - Ксюша, не манипулируй мной.
     Женщина приблизила губы к уху и зашептала:
     - Герман, вот скажи мне, какой смысл в мужчине, если им нельзя хоть немного манипулировать в своих интересах? – она нежно прикусила мочку уха. – Хочешь, я попрошу более вежливо?
     Мужчина отстранил Ксению от себя и усмехнулся, замечая, как она недовольно надулась:
     - Я запомню, что ты умеешь просить «более вежливо».
     Она попыталась встать с его колен, но он не пустил.
     - Не хочу больше с тобой говорить, - с напускной холодностью сказала Ксения. – Ты поступил не справедливо, наказывая человека за мою провинность.
     - Значит, ты все-таки признаешь, что виновата?
     Ксения сложила на груди руки:
     - Нет. Если ты не признаешь, что поступил несправедливо, уволив Влада, то и я не признаю своей вины.
     Герман с улыбкой посмотрел на неё:
     - Ксюша, твоя повышенная заинтересованность в судьбе Влада, меня настораживает. Мне беспокоиться?
     Она удивленно взгляну на него, а потом поняла, о чем он говорит, и тихо ответила, снова его обнимая:
     - Тебе абсолютно не о чем беспокоиться. Я только с тобой.
     Мужчина кивнул:
     - Хорошо, а то я уже задумался, правильно ли сделал, что вернул Влада на работу, - Ксения радостно улыбнулась, а Герман рассмеялся: - Нет, не надейся, это не твои манипуляции подействовали. Я вернул его через пять минут, как уволил. Я отходчивый.
     Он рассмеялся еще громче, когда женщина возмущенно толкнула его в грудь:
     - Ты невозможен!
     - Прости, не мог устоять. Ты так очаровательно просила.
     Она вырвалась из его объятий и быстро подобрала разорванное платье. Им теперь никак нельзя было мало-мальски прилично прикрыть тело. Ксения посмотрела на Германа:
     - Ну и как я теперь отсюда выйду? - мужчина не обращал внимания на испорченную вещь в её руках, его интересовала женская обнаженная грудь, соски превратились в камешки и снова приманивали к себе. Ксения заметила, куда направлен его взгляд и быстро прикрыла грудь разорванным платьем: - Герман, ты меня слушаешь?
     - Слушаю.  Но был бы не против слушать и смотреть одновременно, - хитро улыбаясь, заметил он.
     - Ясно. От тебя никакой помощи, - буркнула Ксения и попыталась надеть платье и хоть как-то прикрыть наготу.
     Мужчина поднялся со своего места и отошел. Через пару минут он отобрал у Ксюши платье и дал ей черный легкий мужской халат, он иногда одевал его после тренировки и душа. Ксения быстро в него завернулась и затянула пояс. Герман накинул на голову девушки капюшон и улыбнулся, натягивая его еще и на глаза:
     - Теперь тебя никто не узнает, Маска Зорро.
     Женщина скинула его руки и сняла капюшон, не сдержав улыбки:
     - Вижу тебе весело?
      - А почему мне должно быть грустно? – спросил мужчина, обнимая Ксению. – Ты здесь со мной, и теперь никуда от меня не денешься, всегда будешь на месте. Я решил посадить тебя под домашний арест, на неопределенный срок.
     - Что?
     - Как тебе идея?
     - Не нравится, - нахмурилась Ксения.
     - Нет? А мне даже очень нравится.
     - Дурацкая идея.
     Герман сделал вид, что задумался над её словами, а потом изрек:
     - Не знаю, не знаю, я вижу в ней только плюсы.
     - А я вижу в ней одни минусы.
     Он притворно-грустно вздохнул и крепче её обнял:
     - Жаль, что наши взгляды не совпадают. Но все равно будет так, как я решил, - Ксения прищурилась. Герман усмехнулся: - Нравится тебе или нет, ты с этой минуты под домашним арестом. Любой выход за территорию участка без моего ведома будет расцениваться как попытка побега.
     - Ты сейчас серьезно?
     - Как никогда, Ксюша. И давай без проверок моей лояльности: я просто запру тебя в спальне, как принцессу в башне. Как там её звали, ну ту, что скидывала принцу свои волосы?
     - Рапунцель, - буркнула женщина.
     - Точно. Совершишь попытку побега, станешь нашей местной Рапунцель.
     Женщина вырвалась из мужских объятий:
     - Не много ли ты на себя берешь?
     - Нет, не много. Я отвечаю за тебя и твою безопасность. Если тебя что-то не устраивает, пиши заявление в Гаагский суд. Может, рассмотрят, - мужчина подошел к двери и открыл её, оборачиваясь к Ксении: - Ты идешь? Или собираешься забаррикадироваться здесь и объявить голодовку?
     - Не дождешься, - ответила Ксения и, забрав свои разбросанные вещи и куклу со скамейки, вышла из тренажерного зала.

     Глава 15.
     После ужина, на котором из-за детей все старались делать вид, что днем ничего не произошло, Николь увязалась за Германом в его кабинет. Ксения проводила их напряженным взглядом, а потом предложила девочкам заняться рисованием. Они с радостью согласились.
     Николь закрыла дверь и посмотрела на Германа:
     - Значит, ты её простил?
     - Если ты о том, что Ксения разговаривала с Миланой, то она просто не знала кто перед ней.
     - Ого, прогресс, ты уже называешь по имени свою бывшую. Помню, раньше ты величал её только яркими эпитетами.
     Герман хмуро посмотрел на сестру и сел за стол:
     - Ты хочешь об этом поговорить?
     Она прошла вперед и плюхнулась в кожаное кресло напротив, поджимая под себя ноги:
     - А ты не хочешь?
     - Нет.
     - Ладно, поговорим тогда о другом. Ты в курсе, что твоя нынешняя пассия взяла у Миланы игрушку для Даши?
     Герман открыл верхний ящик стола и положил перед сестрой куклу:
     - Полагаю эту?
     Николь гляну на игрушку и кивнула:
     - Понятно. Решила прийти с повинной, чтобы загладить вину.
     - Ника, давай начистоту. Тебе не нравится Ксюша?
     - А это разве имеет значение? Ведь главное, чтобы она нравилась тебе. Ты же с ней весело проводишь время? Развлекаешься в разных частях нашего дома.
     Герман строго посмотрел на сестру:
     - Не зарывайся.
     - А ты не теряй свои мозги! Они не должны менять место жительство и переезжать из головы в другое место.
     - Ника, ты переходишь черту, - тихо предупредил Герман.
     - А ты давно её перешел! – вскочила сестра. – Ты приводишь в дом постороннюю женщину, которую, как, оказывается, знаешь не больше недели. Ты знакомишь её со своей дочерью, которая и так живет с детской травмой на почве отсутствия полноценной семьи. Ты видел, как Даша на Ксению смотрит? Даша уже сильно привязалась к ней, скоро попросит разрешения, назвать её мамой.
     Герман спокойно заметил:
     - И что? Пусть называет.
     - Пусть называет?! Ты в своем уме? Что ты вообще знаешь об этой женщине, кроме того, что её муж преступник?
     - Я смотрю, ты слишком осведомлена для первого дня в городе. Тигр постарался? – спросил Герман, зная об их с Тимуром встрече в кафе.
     - Какая разница, кто мне сказал. Я бы все равно узнала, что эта твоя Ксюша темная личность, с неизвестным прошлым. Я была уверена, что прежде чем привести женщину в наш дом, ты все о ней узнаешь, сто раз подумаешь и взвесишь все за и против. Ты же всегда поступал разумно, Герман. Где теперь делся твой разум?
     - Ты все сказала? Разговор окончен, - жестко подвел он черту.
     Николь уставилась на брата так, как будто видела впервые:
     - Герман, мы же семья. Я люблю тебя и желаю только счастья. Я беспокоюсь за тебя.
     Мужчина сбавил обороты и устало потер лицо:
     - Я знаю, Ника, я тоже люблю тебя.
     - Тогда послушай…
     - Нет, хватит, Ника, я тебя услышал. Я понимаю, как это выглядит со стороны: я привел в дом женщину, чтобы было удобнее с ней спать, так сказать, не отходя от кассы. Да, Ксения нуждалась в помощи, и я помог ей, но не для того, чтобы воспользоваться её вынужденной благодарностью. Это не так.
     - А как?
     - Все гораздо проще, сестра… Я люблю эту женщину.
     Николь уставилась на Германа так, как будто у него выросла вторая голова:
     - Ты… что?
     Мужчина усмехнулся:
     - Не ожидала, что твой черствый брат способен на это светлое чувство? Если честно, я и сам не ожидал. Даже сразу и не разобрался, что это со мной такое происходит.
     Николь медленно села в кресло, она не верила своим ушам. Она никогда не слышала от Германа таких слов. Он влюбился? Неужели это, наконец, произошло? После стольких лет страдания и боли от предательства Миланы.
     - Ты уверен?
     - Да, Ника. На двести процентов.
     - Но ты ведь совсем её не знаешь…
     - Я знаю о ней все, что надо. Ксения честная и добрая, она хорошая мать и была верной женой тому ублюдку, который был её мужем. Она умная и улыбчивая, скромная и самокритичная. У Ксюши взрывной характер, но она отходчивая, совсем как я. Она слегка неуверенная в себе, поэтому ей сложно принимать от других помощь. А главное, у неё есть принципы и свои взгляды на жизнь. Но, Ника, разве все это имеет значение, когда ты просто любишь человека? Когда просто счастлив, что он рядом с тобой?
     Девушка покачала головой и спросила:
     - А она любит тебя?
     Герман внимательно посмотрел на сестру:
     - Я очень надеюсь, что она сможет меня полюбить. 

     Ксения читала девочкам сказку перед сном, когда дверь в детскую открылась и вошла Николь. Она прошла и села на кровать. Даша положила ладошку на руку Ксюши, в которой та держала книжку, тем самым останавливая чтение:
     - Ника, о чем ты сейчас говорила с папой? – серьезно спросила Даша. Она хоть и была еще маленькой, но уже все понимала. Она видела и слышала, что происходило в доме, когда папа узнал, что они вернулись из города без Ксюши. Он волновался за Ксюшу и начал ругать Влада, когда думал, что дочь его не слышит.
     Николь улыбнулась:
     - Все тебе расскажи.
     - Да, расскажи. Я уже взрослая и имею право знать, что происходит в нашем доме.
     - Откуда этот тон, чика? – притворно удивилась Николь, понимая, что девочка копирует её саму.
     Даша сложила на груди руки и заявила:
     - Я такой же член нашей семьи, как и все остальные. Чика.
     Кирюша, которая, в последнее время, во всем подражала своей старшей подружке, тоже сложила ручки на груди и сказала:
     - И я. Чика.
     Ксения глянула на дочь и расцепила той руки:
     - Кира, не будь повторяшкой. Сейчас это не актуально.
     - Почему? – спросила девочка, а Николь удивилась, что ребенок в трехлетнем возрасте знает, что такое «не актуально».
     - Я потом тебе все объясню.
     - Объясни сейчас, - сказал ребенок и нахмурился, опять складывая руки.
     - Так, похоже, это заразно, - протянула Ксения. – Кто нам только утром обещал, что не будет капризничать?
     - А мы и не капризничаем, - ответила ей Даша. – Просто хотим, чтобы к нам не относились как к маленьким. Правда, Кирюша?
     - Плавда, - подтвердила та и смешно закивала головой.
     - Ну, хорошо, - ответила Николь. – Ты хочешь знать, о чем мы говорили с папой?
     - Да.
     - Хорошо. Мы говорили о Ксении.
     Глаза девочки расширились, и она испуганно глянула на смутившуюся Ксюшу, а потом снова посмотрела на Николь:
     - И что он сказал? Он сердится на неё?
     - Селдится? – спросила Кира и теснее придвинулась к маме. – Мама, за что Гелман селдится на тебя?
     - Он не сердится, милая. Герман просто беспокоился обо мне, когда я не вернулась домой с вами, - сказала Ксения и предупредительно посмотрела на Николь, которая буравила её внимательным взглядом: - Правда, Николь?
     - Да, - медленно протянула Ника, - он беспокоился.
     - Мама, а почему ты не сказала ему куда пойдешь, что бы он не бесплакоился, - спросила Кира, коверкая сложное для неё слово. – Ты ведь всегда мне говоришь, что нельзя уходить не пледупледив тебя.
      Ксения погладила дочь по голове:
     - Да, Кирюша, все правильно, нельзя уходить, не сказав, куда ты идешь. Я поступила не хорошо, не правильно, так нельзя было поступать. И Герман отругал меня за это.
     - Он поставил тебя в угол? – возбужденно спросила девочка, как будто её мама, стоящая в углу, был самый веселый аттракцион на свете.
     Ксения улыбнулась такой реакции дочери:
     - Нет, Кира, не поставил.
     - Ну как сказать, - тихо заметила Николь, и все посмотрели на неё. Она хмыкнула и добавила: - Но он очень ругался и грозил пальцем.
     Даша придвинулась к Ксении и взяла ту за руку:
     - Ксюша, ты больше так не делай, чтобы папа не ругал тебя. Хорошо?
     - Хорошо, милая, я так больше не буду делать, - заверила её Ксения.
     Даша серьезно кивнула и указала на книжку. Ксения подняла её, собираясь начать читать.
     - Минуточку, - остановила их Николь. – Мы забыли о Кире. Как насчет того, чтобы объяснить ребенку, почему «повторять сейчас не актуально»?
     Ксения хмуро посмотрела на Николь, понимая, к чему та клонит. Её дочь уже и забыла о том разговоре, зачем вспоминать?
     - Кирюша, - обратилась мать к дочери. – Николь и Даша тетя и племянница, они одна семья, понимаешь? - девочка кивнула. – А мы с тобой тоже семья, только другая семья.
     - Длугая, - повторила Кира.
     - Да. Другая семья. Две разные семьи, они и мы. Поэтому ты не можешь повторять за Дашей, что ты член их семьи. Понимаешь?
     Девочка нахмурилась:
     - А я хочу быть с ними в семье.
     Ксения вздохнула:
     - А со мной не хочешь?
     - И с тобой хочу, - ответил ребенок, а потом улыбнулся: – Мама, я плидумала, давай мы вместе будем их семьей! Давай?
     Ксения не успела ответить, как Даша заглянула ей в глаза:
     - Ксюша, если Кира очень хочет, давайте вы будете нашей семьей? Пожалуйста.
     - Пожалуйста, - вторила подружке Кира, и утренняя сцена двух щенячьих взглядов повторилась.
     Женщина посмотрела на Николь, мол «ну что, довольна?». Та сложила ручки вместе, копируя детей и протянула:
     - Пожалуйста.
     Девочкам очень понравилось, что Николь включилась в их игру. Она окружили Ксению с трех сторон:
     - Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста.
     В этот момент дверь открылась, и на пороге появился Герман. Он обвел всех улыбчивым взглядом и спросил:
     - И о чем тебя просят три хитрые лисички?
     - Папа, - вскочила с кровати Даша, и мужчина взял дочь на руки. – Можно, Кирюша и Ксюша будут нашей семьей? Нам с Кирой этого бы очень хотелось. Мы бы тогда стали сестрами. Кирюша, ты хочешь быть сестрами?
     - Да! – воскликнула девочка. – Мама, можно мы будем сестлами? Пожалуйста.
     Мини-спектакль «Пожалуйста» повторился. Ксении было очень неудобно перед мужчиной, она посмотрела на Германа, но сказать ничего не успела. Он присел вместе с Дашей на кровать и объявил:
     - Конечно, можно. Теперь вы сестры.
     - Ура! - закричали девочки и обнялись, их радости не было предела.
     - Ксюша, - обернулась к ней Даша и обняла, - теперь вы наша семья.
     Женщина ничего не ответила и только крепко обняла ребенка. Она посмотрела на Германа и тот по-доброму ей улыбнулся. Ксения не сдержала ответной улыбки, хотя понимала, что не все так просто. Николь потянулась к Кире и обняла ту со спины:
     - Так, так, значит, теперь у меня есть еще одна маленькая, хорошенькая племяшка. Девочка ты вкусная или нет? – спросила Николь и начала играть с ребенком, чмокая ту в живот.
     - Нет! Нет! Я не вкусная! – смеясь, кричала Кира. – Не вкусная!
     - А мне, кажется, вкусная, - призадумалась Николь и посмотрела на брата. -  Герман а ты как думаешь?
     Смеющаяся Кирюша перекачивала из рук в руки, и Герман пощекотал носом детскую шею:
     - Да, очень вкусная девочка, - авторитетно заявил он.
     - Нет, я не вкусная! Не вкусная! А вот Даша вкусная, я знаю! – весело закричала Кира указывая на подружку-сестру пальцем.
     - Да? – удивилась Ксения. – Сейчас проверим, - Даша рассмеялась, когда Ксюша начала играть в эту игру и с ней.
     Взрослые и дети баловались еще минут пять, пока Ксения не сказала:
     - Так, все. Пора заканчивать этот хаос. Кому-то уже давным-давно пора спать.  
     - Не нам! Не нам!- воскликнули дети.
     - Конечно, не вам, - усмехнулась Николь. – Пора спать Герману. Смотрите, он сейчас заснет прямо на ходу.
     Девочки рассмеялись, когда мужчина изобразил мгновенный сон. Ксения усмехнулась и уложила детей в кровать. Взрослые поцеловали девочек на ночь и оставили с ними Николь, которая сама вызвалась побыть с мелкими, пока те не уснут.

     Глава 16.
     Ксения вошла в свою спальню и обернулась к Герману, стоящему в дверном проеме. Мужчин заметил:
     - Если вы с Кирой теперь стали нашей семьей, может тебе самое время переехать в мою комнату?
     - Мы же с тобой не стали сестЛами, как Кира и Даша, - улыбнулась Ксения.
     Мужчина усмехнулся и вошел, закрывая за собой дверь:
     - Полагаю, это твое «нет».
     - Полагаю, именно оно.
     Герман обнял Ксюшу со спины и спросил:
     - Устала?
     - Немного.
     - Хочешь, примем вместе ванну?
     - Не думала, что ты романтик, - усмехнулась женщина.
     - Ты еще много обо мне не знаешь.
     Герман набрал ванну и даже добавил в неё ароматической соли, что еще больше удивило Ксению. Они вместе устроились в горячей воде, и Ксюша, откинув голову на мужское плечо, закрыла глаза:
     - Блаженство.
     Герман положил свои руки на бортик ванной и кивнул:
     - Согласен.
     Пару минут они, молча, наслаждались горячей водой и отдыхом. Герман нарушил молчание первым:
     - Зачем ты ездила к Артему?
     Ксения вздохнула, удобнее устраиваясь на груди мужчины:
     - Хотела с ним поговорить. Расставить все точки над «и».
     - Расставила?
     - Да. Сказала ему, что знаю о его измене, - ответила Ксюша и добавила: -  И что не стану препятствовать его общению с дочерью, когда он выйдет.
     - И что он? Оправдывался?
     - Я сразу ушла, не хотела слушать его объяснений. Это неприятно.
     Герман обнял Ксению за плечи:
     - Сказала ему, что ты теперь со мной?
     Женщина распахнула глаза:
     - Нет.
     - Почему?
     - Решила, что эта информация для него лишняя. Ему должно быть все равно, с кем я сейчас. Главное, что уже не с ним.
     Герману не понравилось, то, что Ксюша, встречаясь с бывшим мужем, не сказала о нем, но мужчина не стал заострять на этом внимание. Он перевел тему:
     - Расскажи о вашей встрече с Миланой.
     Ксюша сразу поняла, о ком идет речь:
     - Она подошла ко мне в торговом центре, когда я была одна. Видимо видела меня вместе с Николь и Дашей. Сказала, что она Дашина крестная, что хочет её повидать. Просила вывести девочку к ней, на минутку, - руки Германа на плечах у Ксении гневно сжались. – Я ответила, что не сделаю этого, что ей лучше обратиться с такой просьбой к Николь. Она ответила, что в ссоре с твоей сестрой, - Ксения решила опустить момент, где её пытались подкупить и закончила: - Потом появился Влад и прервал наш разговор. Милана попросила передать Даше куклу, я не смогла ей в этом отказать, в её глазах стояли искренние слёзы.
     - В этой женщине нет ничего искреннего, Ксюша.
     Ксения помолчала пару минут, отговаривая себя от дальнейших расспросов, но потом все-таки не удержалась – женщина есть женщина, существо, по сути, очень любопытное:
     - Из-за чего вы расстались. Если не хочешь, не отвечай, просто сменим тему и…
     - Она изменила мне, - ответил мужчина, – и я не простил. Я не прощаю лжи и предательства, а измена это и то и другое одновременно.
     - Как давно вы расстались?
     - Даше было три года.
     - И ты решил, что дочь останется жить с тобой?
     - Другой вариант я даже не рассматривал, - ответил Герман. - Сначала, я разрешал им видеться, но Милана стала настраивать дочь против меня, и тогда я резко прекратил их общение. Даше и так не просто, не хватало еще, чтобы она думала, что папа, с которым она живет, плохой и злой.
     - Как давно они не виделись?
     - Два года.
     - Даша, наверное, сильно скучает по маме? – предположила Ксения, вспоминая, как девочка переживала, что Кира сломает мамин подарок. Да и какой ребенок не будет скучать по матери?
     - Сначала скучала. Сейчас уже не так сильно, - сказал мужчина и, помолчав, спросил: - Осуждаешь меня?
     Кения погладила Германа по рукам:
     - Нет. Ты делаешь так, потому что считаешь, что это будет лучше для твоей дочери. Я не осуждаю тебя.
     Герман усмехнулся:
     - Не осуждаешь, но сама бы так не поступила.
     - Если бы Артем настраивал Киру против меня? Не знаю, чтобы я сделала. Может, попробовала бы с ним поговорить, объяснить все.
     - Ты миротворец, я – нет, - холодно отрезал Герман.
     Ксения хитро улыбнулась и обернулась к нему:
     - Вот и хорошо, что нет. Два миротворца рядом, это как-то слишком приторно. Ты не находишь? А как показал сегодняшний случай в тренажерном зале, оказывается «приторно» не мой любимый вкус.
     Взгляд мужчины опасно блекнул, и он опустил руки в воду, поглаживая женские бедра:
     - Это приглашение?
     Ксения отвернулась и снова улеглась на мужскую грудь:
     - Не знаю, не знаю. Может да, может – нет. Решай сам.
     С решение Герман не заставил себя долго ждать. Он медленно, но твердо развел женские бедра и начал поглаживать клитор, который сразу ожил под его прикосновением. Ксения вцепилась пальцами в края ванны и зажмурилась. Мужчина ускорил свой натиск, и через пару мгновений Ксюша судорожно свела бедра, легкий оргазм охватил тело. Она погрузила руки в воду и вцепилась пальцами в мужское запястье, останавливая Германа от продолжения. Ей нужна была передышка.
     - Ты же сама развязала мне руки? Сказала «решай сам», - усмехнулся он и снова начал интимные поглаживания.
     Ксения сдалась. Женщина закинула вверх руку и обхватила мужскую шею, массируя пальцами затылок. Её тело при этом соблазнительно выгнулось, и Герману стало лучше видна женская грудь с сосками-камешками. Он тут же накрыл грудь рукой и несильно сжал, перекатывая сосок в пальцах. Ксения снова напряглась, второй оргазм был уже близко. Она извернулась и посмотрела на мужчину. Он, казалось, только этого и ждал, чтобы тут же жарко поцеловать в губы. Через мгновение Ксюша разорвала поцелуй – ей нужен был воздух – она снова ступила за край наслаждения.
     Герман не стал дожидаться, когда она окончательно придет в себя. Он быстро поднялся и вышел из ванны. Мужчина обернулся, чтобы забрать из воды и Ксению, но та оттолкнула его руки и придвинулась к бортику ванны. По её взгляду, направленному на его возбужденный член, Герман сразу понял, что она задумала.
     - Ксюша, не сейчас.
     - Сейчас, - ответила Ксения и сжала член ладонью. Женская рука медленно скользнула туда-сюда, а потом Ксюша приблизилась и обхватила член губами.
     Герман прикрыл глаза, опуская руку на женскую голову. Он сдерживал себя из последних сил, чтобы не вцепиться Ксюше в волосы и не задать свой собственный темп. Но он не хотел её напугать, поэтому  принимал неспешные движения губ и дразнящие прикосновения языка. Но долго он так не продержится. То, что она делала, было для него нежным раем, но сейчас мужчина нуждался совсем не в этом. Герман крепче ухватил женщину за волосы и оторвал от себя. Он быстро достал Ксению из воды и понес в спальню.
     - Не понравилось? – спросила она тихо.
     - Понравилось, - ответил он, укладывая Ксюшу на кровать. – Но сейчас я слишком возбужден. Хочу всю тебя, целиком.
     Мужчина лег сверху, и Ксения обхватила его ногами. Он медленно вошел в неё, растягивая и наполняя. Его неторопливые размеренные точки через мгновения стали быстрыми и хаотичными. Ксения вцепилась в мужские плечи, она начинала задыхаться, страсть поглотила её без остатка. Герман, не отрывая глаз, смотрел на женщину, которая сейчас в своем возбуждении казалась ему особенно красивой. В какой-то момент их взгляды встретились, сцепились и стали неразлучными, как и их тела. Мужчина и женщина вместе пришли к всепоглощающей кульминации, так и не отрывая друг от друга взгляда.
     Слова сейчас были не нужны, все было понятно без слов. Два тела, два взгляда, две души – одно чувство…
     Герман медленно скатился с Ксении, и прижал её к себе. Она невесомо коснулась пальцами мужских губ, а потом нежно поцеловала:
     - Мне нравится, когда ты решаешь. И как решаешь, тоже нравится, - улыбнулась женщина, имея в виду их разговор в ванной комнате.
     Мужчина усмехнулся:
     - А мне нравится, что ты позволяешь мне решать, - он тесней прижал её к себе. – Вот бы так было всегда, а не только в нашей постели.
     Женщина легко рассмеялась и заметила:
     - Мечтать не вредно.
     Герман рассмеялся в ответ. Они, долго, лежали, обнявшись, пока мужчина не сказал:
     - Ксюша, я записал тебя на завтра к доктору, - женщина удивленно посмотрела на него, и он пояснил: - К гинекологу. Обсудишь с ним альтернативные способы контрацепции.
     Она нахмурилась:
     - Меня устраивает мой врач.
     - А меня нет.
     - И почему, позволь спросить?
     - Потому что он позволил тебе пить таблетки, которые вредны для женского здоровья.
     - Герман, они безопасные ….
     Он не стал её слушать и быстро поцеловал:
     - Ксюша, пожалуйста, давай не будем спорить. Просто сходи завтра к врачу, поговори. Он хороший специалист, один из лучших в городе.
     Ксения усмехнулась:
     - Боюсь даже подумать, откуда ты об этом знаешь.
     - Вот и не думай, просто сделай, как я сказал. Ладно?
     Ксюша игриво прищурилась:
     - Мало похоже на просьбу…
     - Пожалуйста, - сказал мужчина, спародировав девочек. – Пожалуйста.
     Ксения рассмеялась и шутливо толкнула его в грудь:
     - Это не честный прием.
     - Я знаю, - улыбнулся он в ответ.
     - Ладно, - картинно вздохнула Ксюша, - я схожу к твоему врачу.
     - Спасибо.
     - Вот бы и ты выполнял мои просьбы с такой же регулярностью, как я твои.
     Мужчина подложил под голову руку и посмотрел на неё:
     - Ладно, баш на баш. Давай свою просьбу.
     Женщина сразу оживилась:
     - Вернешь мне телефон?
     - Нет.
     - Герман, так не честно. Ты должен вернуть мне телефон. Хотя бы ради того, чтобы сам мог на него звонить.
     - Зачем мне тебе звонить, ты под домашним арестом. Не забыла?
     - Нет, - буркнула Ксюша и отвернулась от него.
     Герман обнял её со спины и тихо сказал:
     - Давай другую просьбу.
     - Другую не хочу.
     - Ксюша, тебе пока не нужно никому звонить. Это еще небезопасно, понимаешь?
     Женщина прикрыла глаза, успокаиваясь, чтобы не взболтнуть лишнего. Она подыграла ему:
     - Герман, я все понимаю, и не собираюсь никому звонить.
     - Ну и зачем тогда тебе телефон? – спросил мужчина, разворачивая её к себе и укладывая на спину.
     - Потому что могут позвонить мне. Обо мне могут беспокоиться.
     - Родители?
     - Да, - ответила она и прикрыла глаза. – Мы редко созваниваемся… но все же я не хочу, чтобы они волновались.
     Герман думал пару секунд, а потом вздохнул, сдаваясь:
     - Ладно, - Ксюша радостно распахнула глаза. Мужчина предупредил: - Только, Ксения, никаких звонков болтливым подружкам и знакомым Артема, - она быстро и согласно кивнула. – А лучше вообще никаких звонков.
     - Герман, обещаю, я никому не буду звонить. Отвечу только на звонок родителей, если они меня наберут.
     - Надеюсь, я не пожалею о своем решении, - вздохнул он.
     - Обещаю, не пожалеешь, - ответила Ксюша и, приподнявшись, поцеловала его в губы.

     Глава 17.
     События улеглись, и дни потекли своим чередом.
     Ксения съездила к врачу, который сразу ей понравился, они обсудили все варианты и пришли к самому оптимальному решению. Выходя от доктора, женщина позвонила Герману, как они и договорились, и все рассказала. Мужчина выслушал её и еще раз пожалел, что из-за срочных дел не смог поехать с ней. А Ксения еще раз пошутила, что он сам нарушает свои собственные правила её домашнего ареста.
     - А сейчас живо домой, - велел он, усмехнувшись. – Без остановок в булочную или туалет.
     - Ладно, - ответила она в трубку, смеясь. – Только заеду по тройке-другой личных дел, и сразу домой. К вечеру точно буду.
     - Тогда к вечеру получишь ремня.
     Ксения улыбнулась:
     -  Вот Кира обрадуется. Она вчера очень расстроилась, что не увидела, как ты ставишь меня в угол. Спектакль «Мама получает ремня», должен её заинтересовать.
     - Ксюша, это будет спектакль для взрослых, 18+, - тихо объяснил Герман. – Только ты, я и ремень.
     Женщина прикусила губу, сразу возбуждаясь от его намеков и голоса:
     - Обещаешь?
     Стало тихо, а потом Герман напряженно спросил:
     - Ты далеко от моего офиса?
     Ксения хитро улыбнулась:
     - Я на другом конце города. И нужно ехать прямо домой, мне нельзя нарушать условия моего «домашнего ареста». У меня очень строгий конвоир. Так что до вечера.
     - У тебя нет сердца.
     - Зато у меня есть телефон. Так что звони, если ЧТО, - она отключила звонок и, посмеиваясь, подошла к Владу, перед которым еще утром извинилась за вчерашнее: - Едем домой.
     Следующий день Ксения провела с детьми. Погода была отличная, и они решили устроить настоящий пикник. Сначала нарезали и сложили продукты в корзину, потом собрали все необходимые вещи в рюкзаки и тепло оделись.
     - А вдруг что-то случится и нам придется заночевать в лесу, - авторитетно заявила Даша, помогая Кире застегнуть дождевик. – Надо все предусмотреть.
     - Мама, мы будем ночевать в лесу? – то ли восторженно, то ли испуганно спросила Кира. Девочка пока не определилась, ночевка в лесу её больше радует или пугает.
     Учитывая что, лес, в который они собирались, был ничем иным, как местным фруктовым садом, на территории участка дома – вопрос был встречен с улыбкой. Ксения посмотрела на дочь:
     - Я надеюсь, что нет. Но Даша права, путешественник должен все предусмотреть.
     - Вот именно, - сказала Даша и взяла в руки большой зонт-трость, который был размером с неё саму.
     Ксения не стала заострять внимание на том, что на улице светит солнце и ничего не предвещает дождя. Она взяла в руки корзину с продуктами, и они отправились в «долгий» путь. Пройдя оживленный город (дорожку под окном), миновав скалистый склон (каменная беседка), перебравшись сквозь бушующую реку (песчаный ручей) и преодолев засушливую пустыню (детская песочница), путешественники, наконец, вышли к океану (зеленый газон).
     Кира хитро улыбнулась и посмотрела на Дашу, которая вела в голове подсчеты, как им перебраться через «огромный океан»:
     - А лазве океан бывает зеленый?
     - Конечно, бывает, - ответила Даша. – Если в нем много водорослей он зеленого цвета. Да, Ксюша?
     - Да, - подтвердила женщина. – Даже бывает красное и розовое море, из-за кораллов и красного песка.
     - А я не была на моле, - вдруг вспомнила Кира и грустно вздохнула.
     Даша взяла её за руку и улыбнулась:
     - Не грусти, мы скоро поедем на настоящее море. Мы всегда с папой летом ездим на море. Ксюша, вы ведь поедете с нами?
     - Мама? Поедем с ними? – оживилась Кира
     - Посмотрим, - ответила женщина и быстро предупредила: - И даже не вздумайте завести свою излюбленную песенку-попрошайку  «Пожалуйста».
     Девочки хитро улыбнулись.
     Даша оказалась скрытым синоптиком, потому что к вечеру пошел дождь, и туристам пришло сворачивать свой пикник. Кира все-таки расстроилась, когда поняла, что они не останутся ночевать в «лесу».
     Мелкий дождик не перестал моросить и на следующий день, поэтому дому пришлось превратиться в настоящий остров сокровищ. Смелая покорительница морей, пиратка Николь Бесстрашная, спрятала на острове сундук со сладкими сокровищами. Но так как она была уже очень старый моряк, она напрочь забыла, где их закопала. Отважный матрос Даша и юнга Кира отправились на поиски. Они крутили карту острова во все стороны, внимательно рассматривая, но потом решили оставить это бесполезное занятие и положиться на свой пиратский нюх. Правда их нюх иногда давал сбой, и приводил пиратов на кухню. Добросердечный кок Мария давала им хорошенько подкрепиться пиратским ромом перед очередными поисками. Через три часа, сокровище было найдено, но владельцу не возвращено. Половина конфет была съедена, а половина припрятана в детской на черный день.
     Ксения стирала с детских лиц усы, нарисованные подводкой для глаз, когда в ванную зашел Герман.
     - Папа! – крикнула Даша. Она соскочила со стола умывальника, на который Ксюша усадила девочек, и бросилась его обнимать. – Мы играли сегодня в пиратов!
     - Правда?
     - Да, плавда. Мы пили пилатский лом! – улыбнулась Кира, весело болтая ножками.
     Герман улыбнулся и поднял брови, глядя на Ксению:
     - Пиратский ром?
     - Ага, с клубничным вкусом, - ответила она и умыла Кире лицо.
     - А еще мы попали в кораблекрушение, наткнувшись на настоящие рифы, - сказала Даша и изобразила, как это было.
     - Надеюсь, вы плавали в нейтральных водах, и кораблекрушение не произошло у меня в кабинете? – спросил мужчина
     - Нет, - ответила Даша, - в твой кабинет мы не заплывали. Ксюша сказала, что там находится логово морского дракона, и тот надерет нам уши, если мы туда сунемся со своими поисками сокровищ.
     - Вот Ксюша молодец, уберегла ваши маленькие хорошенькие ушки, - улыбнулся Герман и потеребил дочь за уши.
     Кира начала ерзать на месте, и Ксения спустила её на пол. Девочка тут же подбежала к мужчине, за своей порцией ласки. Герман потеребил за уши и Киру и девочка весело рассмеялась. Она хитро посмотрела на мужчину:
     - А молской длакон это ты, да?
     - Конечно, я. Испугалась? – спросил он и поднял руки вверх, шевеля пальцами. Кирюша рассмеялась пуще прежнего и быстро спряталась за маму. - А ты, храбрый пират, боишься меня? – спросил мужчина, поворачиваясь к дочери, все так же двигая пальцами, точно щупальцами.
      Даша тоже рассмеялась и подбежала к Ксении и Кире:
     - Не бойтесь! Я знаю, как победить морского дракона. Его надо защекотать!
     Пираты с радостными криками отчаянно ринулись в бой.

     Вечером дети не успели коснуться головами подушек, как уже спали без задних ног. Пиратские приключения и опасные сражения их изрядно утомили. Ксения спустилась вниз выпить с Марией чай ­- это стало их доброй традицией.
     - Как ловко у вас получается обращаться с девочками, - заметила Мария. – Даша теперь только о вас и говорит: «Ксюша сказала то, Ксюша сделала это».
     Ксения смущенно улыбнулась:
     - Она мне очень помогает с Кирой. Та стала взрослее прямо на глазах. Даша подает Кирюше хороший пример.
     - Ой, Кира у вас и так золотой ребенок. Всегда вежливая и послушная.
     - Спасибо вам за добрые слова. И за то, что смотрите за ней, когда меня не бывает дома, - поблагодарила Ксения.
     - Не благодарите. За Кирой смотреть одно удовольствие.
     В дверях кухни появилась Николь:
     - Что, кумушки, вечерние посиделки? Сплетничаем? Кого на этот раз обсуждаем, надеюсь меня? - Николь, улыбаясь, прошла к столу и села.
     Мария налила ей чай:
     - Мы вообще никого не обсуждаем, а уж тебя бы обсуждали в последнюю очередь.
     - Что, такая я неинтересная личность? – рассмеялась девушка.
     Мария улыбнулась и посмотрела на Ксюшу:
     - Не обращайте внимания, Ксения. Ника у нас еще в куклы Дашины играет, когда никто не видит.
     Ксюша улыбнулась и промолчала. Ника сделал глоток чая и сказала:
     - А что, у неё классные куклы. В нашем детстве таких игрушек не было. Правда, Ксюша?
     - В моем, точно не было, - ответила женщина.
     Николь улыбнулась:
     - Ой, ладно, «в моем», как будто ты настолько старше меня. Сколько тебе лет?
     - Двадцать семь.
     Николь удивилась:
     - Хорошо сохранилась, я думала тебе меньше. Думала, ты родила Киру лет в восемнадцать и поэтому так рано выскочила замуж. По залету.
     Мария строго посмотрела на Николь:
     - Ника, следи за языком.
     - Ну а что здесь такого? - изумилась девушка. – Лучше ведь по залету выйти замуж, чем сделать аборт. Разве нет?
     Ксения опустила взгляд к кружке с чаем, надеясь, что этот вопрос предназначался не ей. Мария поджала губы и строго сказала:
     - Женщина вообще не должна вступать в отношения с мужчиной, если они не женаты, - Николь усмехнулась, и посмотрела на Ксению, которая сразу покраснела. Мария, понимая, что сказала что-то не то, добавила: - Молодая женщина, которая еще не знает жизни.
     - Мария, что не слово то косяк, лучше сменим тему, - улыбнулась Николь. – Кстати, чего я пришла на ваши старушечьи, как выяснилось, посиделки. Ксюша завтра вечером идем в клуб, я устраиваю вечеринку по поводу моего возвращения из Индии. Прости, Мария, тебя не приглашаю, знаю ты не любитель праздников такого формата, да и с детьми должен кто-то остаться.
     Ксения посмотрела на девушку:
     - Я вообще-то тоже не фанат клубных вечеринок…
     - Ни слова больше, отказы не принимаются, - перебила её Николь. – Ты идешь и точка. Так я убью одним выстрелом двух зайцев, Герман тоже не сможет отказаться, зная, что ты пойдешь, - она пригубила чай и добавила: - А еще я записала нас завтра в салон красоты. Тут тоже без вариантов, - предупредила девушка Ксению, замечая, что та хочет возразить.
     - Николь, это слишком. Я не пойду в салон, - ответила женщина, понимая, что у неё просто нет денег, Герман их отобрал. Да и тех наличных, что у неё были, вряд ли бы хватило на дорогой салон. Женщина внутренне сжалась, представляя, что может попросить денег у Германа. Они и так с Кирой жили полностью за его счет, не хватало еще просить у него деньги на себя красивую. Это было неприятно и даже мерзко, чем она тогда будет отличаться от содержанки? Ничем.
     - Пойдешь, - сказала Николь.
     - Нет.
     - Почему нет?
     - Не хочу, потому что.
     - «Не хочу», это  не ответ, - настаивала Николь, чувствуя, что в отказе женщины скрыта какая-то глубокая причина.
     - Ника, не настаивай, - вступилась за Ксению Мария. – Это не вежливо.
     - Ой, да ладно, как будто тут у кого-то еще сохранилась иллюзия о моём культурном воспитании, - махнула рукой Ника и снова посмотрела на Ксению. -  Ксюша, я настаиваю.
     Женщина подняла на неё взгляд, который до этого прятала:
     - А ты можешь хоть раз не настаивать, уступить. Или у вас это семейное?
     - Точно, семейное, - рассмеялась Николь. – Да, братик?
     Ксения быстро обернулась, замечая, как в кухню входит Герман. Мужчина подошел к столу:
     - Что у нас семейное?
     - Упрямство и настойчивость.
     Мария встала из-за стола, извинившись:
     - Поздно уже, пойду спать. Всем спокойной ночи.
     Ей ответили и она ушла. Ника усмехнулась:
     - Ты её спугнул.
     - Её спугнул не я, а твой болтливый язык, - ответил Герман, усаживаясь за стол.
     - Чай? – спросила у него Ксения.
     Он отрицательно махнул головой и посмотрел на сестру:
     - Слышал, у тебя завтра намечается вечеринка.
     - Кто меня сдал?
     - Тигр, твой подельник. Брата собиралась позвать или у вас там ограничение по возрасту?
     Ника усмехнулась:
     - Собиралась. Приглашаю. Придешь? – и тут же добавила. – Ксюша будет.
     Мужчина посмотрел на Ксению и нежно улыбнулся:
     - Ну, тогда у меня нет выбора. Не могу же я отпустить её одну, на твой дьявольский шабаш.
     Николь кивнула и добавила:
     - Но у нас нарисовалась проблема. Ксюша не хочет идти со мной завтра в салон красоты, всеми четырьмя лапами упирается.
     - Николь, - попыталась остановить её Ксения.
     - Ну, а что, может хоть он на тебя повлияет.
     Герман посмотрел на сестру:
     - Не хочет, пусть не идет. В чем проблема?
     - Герман, ну ты прямо как маленький, - заметила Ника. – Где ты видел женщину, которая не хочет идти в салон красоты? Где, покажи? Нет, здесь другая причина, но никак не пойму какая.
     Герман посмотрел на Ксению, замечая, как сильно сжались её пальцы на чашке с чаем. Он заглянул ей в лицо, выражение которого нельзя было прочитать – она надела на себя каменную маску. И тут мужчина все понял и сразу отчитал себя за упущение. Он взял Ксюшу за ладонь, и она быстро на него посмотрела.
     - Она, пойдет с тобою, Ника. Я её уговорю.
     Ксения попыталась вырвать руку, но он не пустил. Николь приподняла брови, наблюдая за этой сценой:
     - Надеюсь, Герман, ты не станешь применять уговоры в виде пыток?
     - Нет, мы договоримся мирно.
     - Ладно, верю тебе на слово, - ответила Ника и встала из-за стола. – Значит завтра в три часа в салон, а в десять в клуб. Спокойной ночи, голубки.
     Она вышла из кухни, терзаемая любопытством: что за одну секунду понял Герман, чего она не смогла понять за весь их разговор?
     Герман дождался, когда сестра уйдет и сказал Ксении:
     - Я дам тебе денежную карту.
     - Вернешь мою? – холодно спросила она.
     - Нет, дам другую карту.
     - Мне не нужны твои деньги.
     Герман улыбнулся:
     - А я все ждал, когда же ты мне это предъявишь.
     - Что, надеялся, это произойдет раньше?
     - Надеялся, что это вообще не произойдет, - Ксения снова попыталась вырвать свои пальцы из его ладоней. – Ксюша, не веди себя, как маленькая.
     Она возразила:
     - Я не веду себя, как маленькая. Я веду себя очень даже по-взрослому. Ты и так полностью обеспечиваешь нас с Кирой. Не знаю, как буду с тобой за это рассчитываться…
     - Ты хочешь поссориться? Потому что если ты не закроешь эту тему раз и навсегда, мы поссоримся, - зловеще тихо сказал мужчина и заметил. - Или тебе понравилось наше примирение после ссоры? Тогда давай не будем ссориться, а сразу мириться.
     Он погладил женскую ладонь, которая все еще была в его руках. Ксения посмотрела на их руки, а потом вскину взгляд на мужчину:
     - Герман, мы должны обсудить это.
     - Наше примирение? – спросил он, и его пальцы погладили её запястье и внутреннюю часть предплечья.
     - Нет. Наши с тобой финансовые отношения.
     Он оторвал взгляд от её руки и посмотрел в глаза:
     - У нас с тобой нет финансовых отношений. Так что и обсуждать тут нечего.
     - Герман…
     - Если ты настаиваешь, я объясню тебе элементарные вещи, хотя мне казалось это и так понятно, - Герман сильнее сжал её ладонь. – Ксюша, я твой мужчина. А это значит, я защищаю тебя, забочусь о тебе и обеспечиваю всем, что тебе нужно, - она открыла рот, чтобы сказать, что ей столько не нужно, но он перебил: - А ты моя женщина и, значит, позволяешь мне это делать. По-другому наши отношения строиться не будут. Только так.
     - Герман я…
     Он снова не дал ей договорить:
     - Ксюша, мы не будем спорить об этом или что-то обсуждать. Ты просто примешь это как данность, и мы не станем к этому больше возвращаться. Никогда.  Договорились?
     Она грустно улыбнулась:
     - А разве ты оставил мне выбор?
     Он потянул её за руку, и через мгновение она уже сидела у него на коленях:
     - Если ты хочешь намекнуть мне на то, что я неисправимый домашний тиран, я знаю об этом и без тебя, - усмехнулся Герман и обнял её. – Просто я мужчина, Ксюша, так позволь мне им быть.  
     Женщина обняла его за шею и нежно поцеловала:
     - Хорошо, я возьму у тебя твою карту. Но только до того времени, пока ты не вернешь мне мои, - она приложила палец к мужским губам, чтобы остановить его возмущения. – Герман, пожалуйста, оставь мне хоть немного финансовой свободы. Мне это просто необходимо, чтобы не чувствовать себя полностью зависимой. Я хочу иметь возможность сама купить девочкам мороженое или рассчитаться за маникюр. На большее, поверь, у меня все равно денег не хватит, - усмехнулась Ксения.
     Он неохотно кивнул, соглашаясь с ней, притянул женщину к себе и поцеловал в губы.

     Глава 18.
     Все утро, пока дети были заняты строительством мира для кукол, Ксения решила заняться строительством своего нового мира. Она взяла у Даши её планшет, который ребенку уже купили для школы и разрешали играть час в день, и занялась поиском работы. Вакансий по ее специальности было много, и Ксения отправила заявки на десять самых   подходящих, по её мнению. Она оставила контактным свой телефон, надеясь, что Герман его снова не отберет. Герман. Ксения почему-то на 99,9 процентов была уверена, что ему не понравится то, чем она занималась все утро. Именно поэтому Ксения взяла планшет у Даши, а не  воспользовалась ноутбуком в кабинете. То, о чем он не узнает, его не разозлит. А когда она устроится на работу, будет уже поздно злиться, придется смириться с тем, что есть. Ксения отринула от себя мысли о том, что «смириться» - это совсем не в стиле Германа и решила пока об этом не думать.
     Она положила планшет обратно в ящик детского письменного стола:
     - Спасибо, Даша, за планшет.
     Девочка ей улыбнулась:
     - Пожалуйста, Ксюша.
     Если не скрываться и не делать из этого тайны, ребенок не проявит никакого интереса, и не станет об этом болтать.
     - Ну, как ваши успехи в строительстве города?
     - Смотри, тут кинотеатр. А дальше больница.
     - И лестолан, - сказала Кира, как всегда выбирая слово с буквой «р», которую не выговаривала.
     - Да, ресторан и салон красоты.
     - Салон красоты, - повторила Ксения и посмотрела на часы. Еще есть время. Она села на ковер рядом с девочками: – Интересно, а здесь у вас что?
     - Мама, акулатно! Ты лаздавишь пляж!
     - Ой, прости, милая, я не заметила. Это пляж, да?
     - Да, - рассмеялась Даша, вытаскивая из-под Ксении лист желтой бумаги: - Это был пляж, - она помахала листом бумаги перед Ксенией и передала его Кире: - Кирюша, положи пляж там, возле аквапарка.
     - Холошо.
     - Какие вы умницы, столько всего придумали и построили.
     Стройку прервала Мария, позвав всех обедать. А потом строительство снова отложилось, потому что одному из строителей нужен был дневной сон. Его напарник решил не оставлять друга в беде и разделил с ним эту мучительную долю.
     Дети уснули, и Ксения быстро собралась. Николь уже ждала её внизу. Они сели в машину, и Ника назвала Стасу адрес.
     - Значит, все-таки уговорил? - улыбнулась Ника, глядя на Ксению.
     - Как видишь.
     - Пытки не применял?
     Ксения улыбнулась:
     - Ну как сказать…
     - Ой, только без интимных подробностей, - перебила Ника. – А то всю ночь не буду спать.
     - Мне казалось ты и так не собираешься спать этой ночью.
     Девушка рассмеялась:
     - Точно.
     Они весело доехали до салона красоты и через минуту уже открывали двери в женский рай. Целых три часа релаксации, тишины и спокойствия.
     Герман же открывал совсем другую дверь, дверь детской комнаты из которой слышался плач. Мария сидела на кровати возле Киры, которая не давала взять себя на руки и громко плакала. Даша пыталась успокоить подружку по-своему, она рылась в коробке с игрушками, выискивая там что-то конкретного. Наконец, найдя нужного мишку, Даша подбежала к девочке:
     - Вот! Вот он, нашелся! Смотри Кирюша, он здесь!
     Девочка на мгновение перестала плакать, и протянула за игрушкой ручки, а когда медвежонок оказался у неё в объятиях, снова зарыдала.
     - Что случилось? – спросил Герман, наконец, обращая на себя внимание.
     - Папа, - обернулась к нему взволнованная Даша. – Кирюша плачет.
     - Это я вижу, - сказал он и подошел к кровати. – А почему она плачет?
     Ответила Мария:
     - Я не знаю. Я услышала детский плач и пришла наверх. Может, позвоним Ксении?
     - Не надо. Попробуем сами разобраться, - ответил мужчина и присел возле Киры на кровать: - Кирюша, что случилось. У тебя что-то болит? - она отрицательно покачала головой, не переставая плакать. – Мария, принесите, пожалуйста, воды.
     Женщина быстро вышла. Герман посмотрел на Дашу:
     - Что случилось?
     - Папа, мы проснулись, играли в кровати, а потом она начала плакать, потому что испугалась, что её медведь потерялся. Но он же уже нашелся. Кирюша, он нашелся. Чего ты плачешь?
     Девочка теснее прижала к себе медвежонка, но плакать не перестала. Герман потянулся и взял ребенка на руки. Она обняла его маленькими ручками за шею и намочила слезами рубашку:
     - Кирюша, милая, не надо больше плакать. Медвежонок нашелся и никуда не денется. Он с тобой и больше не потеряется, - уговаривал мужчина, поглаживая девочку по спине.
     - Кирюша, не плачь, - вторила ему Даша. – Все хорошо, не плачь.
     - Я хочу к маме, - вдруг сказала Кира, и Герман понял, что они ступают на очень опасную территорию.   
     - Мама скоро приедет. А пока мы побудем с тобой, я и Даша. Поиграем во что-нибудь. Хорошо?
     Девочка закивала и потерла кулачками глаза:
     - А когда мама плиедит?
     - Скоро, - ответила Даша. – Они уехали с Никой делать себе красивые прически. Вот такие! - улыбнулась Даша и сделала у себя на голове кавардак из распушенных волос.
     Кира рассмеялась сквозь слезы. А потом посмотрела на Германа и спросила:
     - А папа мой когда плиедит? - Герман задержал дыхание, что он мог ответить ребенку? Он посмотрел на Дашу, которая с такой же настороженностью во взгляде ждала его ответа. И как быть? Врать двум маленьким людям, которые дороги тебе, которые доверяют тебе? - Мама сказала он на лаботе, в длугом голоде, - сама себе ответила Кира вытирая слезы. – Она сказала - он не сколо к нам плиедит.
     - Ты о нем скучаешь? – тихо спросила Даша, такая же жертва обстоятельств и ошибок взрослых.
     - Да, - ответила Кира, а потом посмотрела на Дашу так, как будто была уже совсем взрослой. – Может он в том же голоде где и твоя мама?
     Даша резко вскинула взгляд на отца, как будто боялась, что он их заругает за этот разговор. Герман притянул дочь к себе. Он обнимал двух девочек, которых сроднили не только веселые игры, но и детские потери. Что он мог сейчас сказать им? Что пообещать? Пообещать и не выполнить?
     - Нет, Кира, твой папа совсем в другом городе, - ответил, наконец, мужчина.
     - Значит он сколо велнется?
     - Я этого не знаю, милая. Не знаю, когда он вернется.
     Кира заглянула мужчине в глаза:
     - А Дашина мама? Она когда к ней плиедит? Ты знаешь?
     Герман прикрыл глаза и притянул детей ближе к себе. Что ему ответить на этот вопрос?
     - Даша, ты скучаешь о маме? – спросил он, не глядя на дочь и зная ответ.
     - Немножко, - тихо ответила Даша и сильнее прижалась к отцу. А потом добавила, как будто все понимала: – Я очень люблю тебя, папа.
     - Я тоже люблю тебя детка.
     - И я тебя люблю, - сказала Кирюша.
     Герман улыбнулся:
     - А я люблю тебя.
     Кирюша посмотрела на подружку:
     - И тебя Даша люблю, сильно-сильно.
     - И я тебя, сильно-сильно, - ответила Даша и обняла Киру.
     - А меня кто-нибудь здесь любит? – спросила Мария с порога.
     Дети вскочили с кровати и побежали к ней с радостными криками:
     - Я! Я! Я тебя люблю! – они обняли женщину, и та выше подняла стакан с водой, чтобы не пролить.

     «Скоро вечер, блеск огней, платье выберу скорей, тут оборка там волан будет Принц мой без ума», - вспомнила Ксения строки из детской сказки, рассматривая себя в зеркало. У неё в гардеробе уже давно числилось это легкомысленно-взбалмошное платье, но женщина никак не  решалась его надеть – Артем бы удостоил её хмурым взглядом или даже велел бы переодеться.  Короткое платье сидело как влитое и смотрелось по-молодежному, а в дополнении с туфлями на модном квадратном каблуке образ стал завершенным и стильным. Ксюше нравилось её отражение в зеркале, она вспомнила свои студенческие годы, и решила, что сегодняшнюю ночь проведет именно в таком ключе. Женщина положила необходимые мелочи в модную маленькую сумочку и повернулась к девочкам, которые все это время наблюдали за её сборами из постели. Сегодня они решили ночевать у неё в комнате.
     Ксения покружилась на месте, и подол платья чуть взметнулся вверх:
     - Ну как я вам?
     - Ксюша, - восторженно смотрела на неё Даша, - ты настоящая принцесса!
     - Тебе нужна калона! Возьми мою, с лозовыми блестками.
     Женщина улыбнулась и подошла к девочкам:
     - Кирюша, я её обязательно одену, но в другой раз. Хорошо?
      Девочка кивнула и, быстро откинув одеяло, вскочила на ножки. Ксения раскрыла объятия и подхватила дочь, когда та побежала к ней, пружиня по матрацу. Девочка крепко обняла маму, и женщина погладила её по голове.
      - Я буду скучать, - сказала Кира.
     Ксения посмотрела на дочь:
     - Я тоже буду скучать. Но ты сейчас ляжешь спать, а когда проснешься утром, я уже буду дома. Договорились?
     Девочка кивнула и сказала:
     - Я люблю тебя, мамочка.
     - Я тоже люблю тебя, девочка моя, - Ксения посмотрела на Дашу, которая настороженно наблюдала за ними: - Иди сюда, Даша, - ребенок тут же вскочил, и подбежал к ним. Ксения обняла и её: - И ты моя девочка.
     - Правда? – спросила Даша, глядя на неё.
     - Конечно, вы ведь с Кирой сестры, - усмехнулась Ксения. – Две мои девочки и я вас очень сильно люблю, - Ксюша крепче обняла детей. – А теперь ложитесь в кровать.
     Дети послушно легли и укрылись общим одеялом. Ксения их поцеловала и пожелала спокойной ночи. Она вышла и оставила дверь приоткрытой – сейчас к ним должна была прийти Мария и побыть с детьми пока те не уснут. Ксюша спустилась на первый этаж. Николь красила губы перед большим зеркалом, а когда закончила макияж, посмотрела на Ксению. Ника улыбнулась и присвистнула:
     - Ого! Вот тебе и мамочка-скромница.
     Ксюша рассмеялась:
     - Я может быть и мамочка, но кто тебе сказал, что я скромница?
     - Каждый раз ты открываешься для меня с новой стороны. И это прикольно, - усмехнулась Николь, а потом спросила, обводя в воздухе её фигуру пальцем: - А Герман уже видел все это безобразие? - Ксения еще раз посмотрела на себя в зеркало, может и правда это слишком? Она неуверенно поправила юбку и Ника рассмеялась: - Ты отлично выглядишь, Ксю, на десять баллов. Просто мой ревнивый брат может думать по-другому. А! Вот сейчас и узнаем.
     Женщины посмотрели на лестницу, по которой спускался Герман. Мужчина увидел их и улыбнулся. А потом внимательнее присмотрелся к Ксении, которая задержала дыхание, боясь услышать его оценку. Взгляд мужчины скользнул по ней, опаляя кожу и зажегся сам. Герман посмотрел Ксении в глаза.
     - Момент истины, барабанная дробь, - прошептала Николь.
     - Вы отлично выглядите. Я буду сегодня в окружении самых красивых женщин, - улыбнулся мужчина, подходя ближе.
     Ника рассмеялась:
     - Уверена, ты даже не заметил что надето на мне.
     Он посмотрел на сестру:
     - Заметил. Такое же неприлично короткое платье, как и на Ксюше. Но я убедил себя, что вы нарядились так только чтобы порадовать мой глаз, - мужчина перевел взгляд на Ксюшу и взял её за руку: - Верно?
     Ксения сжала его пальцы и нежно улыбнулась. Николь усмехнулась:
     - Ага, как же! Но ты можешь и дальше убеждать себя в этом. Ладно, голубки, хватит ворковать, нам пора ехать, - скомандовала Ника, и они вышли из дома.

     Глава 19.
     Клуб был стильно-модно-молодежным и дорогим, он располагался в тусовочной части города. Похоже, Николь, была здесь частым гостем, потому что охранники вежливо с ней поздоровались. Ксения окунулась в атмосферу гламурных мажоров и в сотый раз похвалила себя за выбор платья и образа на сегодняшний вечер. Герман, одетый в джинсы, модную майку и нестрогий пиджак, тоже хорошо вписался в толпу клубных завсегдатаев. Николь же и вписываться никуда не пришлось, она была частью этой субкультуры.
     Девушка направо и налево принимала восторженные приветствия и поздравления с возвращением, пока они шли к своему столику.
     - Она что, каждого человека здесь знает? – спросила Ксения у Германа.
     Он усмехнулся:
     - Конечно, нет. Но каждый здесь знает её, - ответил мужчина - Это её клуб.
     Ксюша удивленно распахнула глаза:
     - В смысле её? Она тут работает?
     - Надеюсь, что и работает тоже. Она владелица клуба. Когда Нике пришло время определяться с занятием по жизни, я решил, что лучшее, что я могу сделать, это не усмирять её буйный характер и фантазию, а поместить их в благоприятную среду. Если ей что-то запрещаешь, она делает все в точности наоборот. Так что лучше разрешить и помогать, чем запретить и контролировать.
     Ксения кивнула, принимая его объяснения. Они расположились на удобных диванах, и вежливый официант предложил выбор напитков. Вскоре к ним присоединился Тимур с Эльвирой и другие друзья Николь, с которыми Ксюша вскоре познакомилась. Модная тусовка, членами которой в основном были люди 25-, проходила в веселой дружелюбной атмосфере. Николь, рассказывала про Индию, шутила и смеялась – в общем, роль Звезды вечера ей удавалась на славу. Официанты сменяли алкогольные напитки один за другим, но Ксения, зная, что быстро хмелеет, не выпускала свой первый бокал с коктейлем из рук. Она с легкой улыбкой слушала общий разговор, иногда, правда, отвлекаясь на Германа, который то и дело поглаживал её по оголенному колену. Мужчина был расслаблен и весел: он шутил, подкалывал сестру, обнимал Ксению и неспешно пил виски.
     Ника, вдруг, замолчала на полуслове и с криком:
     - Моя любимая песня! – быстро поставила стакан на столик.
      Она схватила за руку первого попавшегося и потащила его на танц-пол. Этой «жертвой» оказалась Ксения, которой пришлось почти бежать за Николь на каблуках. Они влились в толпу танцующих людей, и Ксюша неуверенно осмотрелась. Ника уже вовсю отплясывала, подпевая строки песни за исполнителем. Ксения посмотрела на неё и вспомнила свои 22 года. Она улыбнулась и решила последовать своему же собственному решению – «оторваться» как в студенческие годы. Женщина отдалась музыке, надеясь, что тело само вспомнит, что надо делать. И оно вспомнило – выпитый алкоголь этому поспособствовал. К ним присоединились другие друзья Николь, в основном девушки, и компания танцующих увеличилась. Ксения заметила, что Эльвира, которая весь вечер делал вид, что они не знакомы, тоже здесь – девушка хорошо двигалась, даже слишком. От её танца, да и от неё самой так и веяло сексуальной энергией. Это заметила не только Ксения, какой-то незнакомый мужчина, молодой мажор, присоединился к Эльвире, обнимая за талию. Эльвира медленно к нему развернулась, оценивая, и соблазнительно улыбнулась. Их совместный танец-флирт был на грани приличия, поэтому Ксения отвела от них взгляд и продолжила танцевать. Николь придвинулась ближе к Ксюше и спросила, наклоняясь, иначе из-за музыки было просто не слышно:
     - Ну, что, мамочка-тусовщица, как тебе вечеринка?
     - Отличная. Мне очень нравится. Герман сказал - это твой клуб. Тут очень уютно.
     Ника рассмеялась:
     - Ага. Только я делаю все для того, чтобы здесь было не уютно, а отпадно! Понимаешь?
     Ксения усмехнулась:
     - Тогда здесь очень отпадно!
     - Другое дело! – ответила Ника и продолжила танцевать.
     Ритмичная музыкальная композиция сменилась на медленную, и Ксения почувствовала на своей талии мужские руки. Она быстро обернулась и встретилась взглядом с незнакомым мужчиной. Он притянул её к себе, соблазнительно улыбаясь. Ксюша отодвинулась, с легкой улыбкой качая головой. Мужчина наклонился к ней и зашептал на ухо:
     - Только танец. Ничего больше.
     Она неуверенно кивнула и положила руку ему на плечо. Они танцевали молча пару секунд, пока мужчина снова не заговорил:
     - Ты здесь с Никой? На её вечеринке?
     - Да, - ответила Ксения.
     Мужчина улыбнулся:
     - Вы подружки? Или ты не такая взбалмошная, как она?
     - Надеюсь, что нет, - рассмеялась Ксения.
     Мужчина ближе притянул женщину к себе:
     - Надеешься? Значит, не уверена? Значит, у меня есть шанс на дальнейшее общение?
     Ксения не успела ответить, к ним наклонилась Николь, которая в этот момент танцевала с высоким парнем. Она хитро улыбнулась, обращаясь к мужчине:
     - Дэн, аккуратней, следи за своими руками. У неё очень ревнивый мужчина.
     - Мужчина не стенка, подвинется, - усмехнулся Дэн, с которым танцевала Ксения, и посмотрел на неё: - Правда?
     Ника кивнула:
     - Ну, да. Я так брату и передам, - ответила она и отошла от них, продолжая танцевать.
     Дэн быстро глянул на Николь, а потом внимательнее посмотрел на Ксению:
     - Ты с Ярым?
     - Да.
     Мужчина медленно улыбнулся и, притягивая Ксюшу ближе, продолжил танцевать, а потом наклонился и прошептал на ухо:
     - Всегда знал, что у него хороший вкус, - Ксения никак не прокомментировала его высказывания и Дэн спросил: - Давно вы вместе?
     Ксюша улыбнулась:
     - Мы будем говорить о нем?
     - Правильно, не будем. К черту его, - рассмеялся Дэн. – Только ему этого не передавай.
     - Договорились, - пообещала мужчине Ксения.
     До конца танца они перекинулись еще парой-тройкой незначащих фраз, а потом разошлись, как в море корабли. Ксюша пробралась сквозь толпу танцующих и вышла в коридор. Она нашла более-менее тихое место, чтобы позвонить Марии. С детьми было все хорошо – они уже давно и крепко спали. Ксения отключила телефон и только сейчас заметила, что в полуосвещенном коридоре больше не одна. Перед ней стоял тот самый мажор, который недавно танцевал с Эльвирой. Его наглая, оценивающая улыбка не предвещала ничего хорошего. Ксения попыталась его обойти, но он преградил ей путь. Она отступила:
     - Я могу пройти?
     - Куда мы так спешим? - спросил он и придвинулся ближе. – Мне сказали, ты ищешь компанию на сегодняшний вечер.
     Не надо быть сыщиком, чтобы понять, кто ему это сказал:
     - Вас ввели в заблуждение.
     Мужчина вторгся в её личное пространство, и Ксения отступила к стене. Он преградил ей путь к бегству, прислоняя к стене руку:
     - Меня предупредили, что ты любишь игры? Я не против, давай поиграем, - он нахально оскалился, а потом быстро схватил её за талию. Женщина резко отвернула голову, поэтому мужские губы скользнули по щеке. Сильная рука сжала талию, удерживая, а вторая забралась под подол платье.
     Ксения вцепилась в его руку, пытаясь оторвать ту от своей ягодицы:
     - Пустите меня! - мужчина не ответил, продолжая навязывать свое общество. Его губы уже прижигали кожу на женской шее и плечах. Ксения уперлась двумя ладонями в мужскую грудь, но у неё не хватило сил, даже для того, чтобы отодвинуть его от себя и на сантиметр. – Да, пустите же меня! Мне не нужна компания! – сопротивлялась она. - «Вот, черт! Из-за ревностной соплячки, я подверглась настоящему насилию», - промелькнула в голове у Ксении. Мужское колено втиснулось между женских бедер, и Ксения поняла, что игры закончились. Она начала яростно вырываться, чем только подогрела его интерес, - Нет! Пусти! Пусти меня!
     Он сильно сжал её бедро, пытаясь поднять его, для своего удобства:
     - Давай кричи, мне так нравится.
     Ксюша почувствовала жесткие пальцы на своих трусиках, и ей стало по-настоящему страшно. А когда мужская ладонь стиснула её грудь, она размахнулась и ударила мужчину по лицу. Ладонь обожгло болью, но это его остановило. Мужчина замер, а потом его взгляд зажегся такой злобой, что Ксения поняла, вот сейчас и начнется настоящее насилие, а до этого были так, детские приставалки. Незнакомец резко схватил её за волосы и развернул лицом к стене, заламывая за спиной руку:
     - Это ты зря сделала, сучка, - он больно ударил её по ягодицам, а потом просунул между ног руку: - Любишь по-взрослому, так бы сразу и сказала.
     Ксения зажмурилась, понимая, что полностью беззащитна перед ним в этом безлюдном коридоре. Но она не сдалась и решила дать жесткий отпор, даже если от этого станет только хуже. Женщина согнула локоть, чтобы ударить его в бок, как вдруг её резко дернули за волосы. Она сразу не поняла, что произошло и только через мгновение её мозг успел догнать реальность. Насильника оторвал от неё Герман, потому тот по инерции и дернул Ксению за волосы. Герман схватил Ксюшу за руку и потянул, отодвигая себе за спину, а в следующую секунду он ударил мужчину в лицо. Удар был профессиональным и точно рассчитанным – несостоявшийся насильник взвыл и схватился за кровоточащий нос:
     - Ты мне нос сломал!
     Герман не ответил и ударил еще раз, но уже в живот. Мужчина согнулся пополам и, не удержав равновесие, упал на пол. Герман наклонился над ним и зарычал:
     - Я тебе сейчас и руки сломаю, которыми ты посмел её трогать. Вставай! - мажор решил не подниматься, он только запрокинул вверх голову, чтобы не залить весь пол своей кровью. Герман прорычал: - Вставай, сказал!
     Ксения решила вмешаться. Не то, чтобы ей было жалко мажора, но все же он тоже в некотором роде жертва. Жертва хитрого плана одной эгоистичной идиотки:
     - Герман, оставь его. Не надо, - тихо сказала Ксюша, и тронула мужчину за плечо.
     Герман резко повернулся к ней, в его взгляде пылала такая ярость, что Ксения сделал шаг назад и вся подобралась:
     - Не лезь! – рявкнул Герман на неё и снова посмотрел на насильника: - Ты сам встанешь или тебе помочь?
     - Мужик, я все понял. Просто мне сказали, что она ищет быстрый секс, я же не знал, что девушка с тобой, - ответил мажор, зажимая нос.
     - Кто сказал?
     - Её подруга. Сказала, что девушка рассталась с парнем и нуждается в утешении.
     - Подруга? – Герман снова посмотрел на Ксению, та молчала. Не получив от Ксюши ответ он снова повернулся к мажору: - Николь?
     - Я не знаю её имени. Эффектная брюнетка в коротком красном платье, - пояснил несостоявшийся насильник.
     Герман сжал кулаки. Ясно. Он шагнул к мажору и тот весь подобрался. Герман прорычал:
     - А её «нет» тебе ни о чем не сказало?
     - Да кто их сейчас поймет, этих женщин. Насмотрелись всякого, и через одну подавай им грубый секс, - ответил мажор, а потом добавил: -  Мужик, мой нос уже, кажется, рассчитался за мою ошибку.
     Герман секунду думал над его словами, а потом кивнул:
     - Живи пока.
     Он развернулся, чтобы увести Ксению, но её в коридоре уже не было. Герман выругался и пошел по следу. Охранник направил его в нужном направлении и через минуту мужчина догнал Ксюшу на улице, возле служебного выхода. Он схватил женщину за руку, но та выдернула её и быстро развернулась:
     - Не трогай меня!
     - Ксюша, это я.
     Ксения обхватила себя руками и отошла. Герман попытался её обнять, но она снова не дала ему этого сделать:
     - Я сказала, не трогай меня!
     Мужчина оттеснил её к стене и тихо спросил:
     - Ну, что ты Ксюша, девочка моя. Испугалась?
     В её глазах стояли слезы:
     - Да, Герман, я испугалась.
     - Никто тебя больше не тронет, я…
     - Не его, Герман. Тебя. Я испугалась тебя, Герман.
     Он нахмурился:
     - Ты полезла под горячую руку. Никогда больше не вмешивайся в мужской разговор, - пояснил он свои грубые слова в коридоре.
     Ксения прикрыла глаза:
     - У тебя был такой взгляд, как будто ты хотел его убить.
     Мужчина придвинулся к ней:
     - А я и хотел его убить, когда увидел, что он с тобой делает, - Герман протянул руки и привлек женщину к себе, обнимая: - Любой, кто тронет тебя, поплатится за это, - Ксения не приняла его объятий и начала вырываться, но Герман её не пустил, сильнее прижимая к себе. – Все хорошо, Ксюша. Все закончилось. Я здесь, с тобой. Успокойся, моя девочка. Все закончилось, - шептал он. Она постепенно затихла, и мужчина почувствовал слезы на своей майке: - Все закончилось, Ксюша. Все уже позади. Ты просто испугалась, и вот ответная реакция. Скоро пройдет.
     Ксения, наконец, обняла его в ответ и прошептала сквозь слезы:
     - Никогда я не была так рада видеть никого… как тебя в том коридоре.
     - Не скажу, что и я был рад видеть тебя, в том коридоре, - усмехнулся Герман. – Но я был очень рад, что оказался там вовремя.
     - Как ты узнал, что я там?
     - Ника вернулась без тебя, и я пошел на твои поиски. Как оказалось не зря.
     - Николь ему ничего не говорила…
     - Я знаю, Ксюша, - перебил он её и погладил по голове. А потом пообещал: - Я с этим разберусь.
     Она подняла голову и заглянула ему в глаза:
     - Разберешься?
     - Да, - ответил он, и вытер её слезы. Ксения кивнула, а Герман, не услышав встречный вопрос, заподозрил неладное и спросил: - Ты, случайно, ничего не хочешь мне рассказать?
     - Нет, - ответила женщина и снова его обняла, пряча глаза.
     - Нет? - Герман приподнял женское лицо, пристально, рассматривая: - Ты знаешь, что это была Эльвира? Это уже не в первый раз? Да?
     - Не понимаю о чем ты.
     - Ты не умеешь врать, Ксюша, - отрезал он. - Так что даже не начинай.
     Она вздохнула, примиряясь с поражением:
     - Не в первый, но я не хочу об этом говорить.
     - А я хочу знать, что еще вытворила эта мелкая дрянь.
     - Не хочу о ней говорить, - стояла на своем Ксения и Герман уступил.
     Он обнял её и вздохнул:
     - Ладно. Хочешь, поедем домой?
     Ксюша усмехнулась:
     - Чтобы за нами уже точно закрепилось звание «беглецов»?
     Герман усмехнулся в ответ:
     - Это да, Тигр не упустит такого шанса.
     - Нет, вернемся к остальным. Не хочу, лишних вопросов.
     - Ты мой миротворец, - усмехнулся Герман и нежно поцеловал Ксению в губы.
     Она ответила на поцелуй, а потом спросила:
     - Мне показалось, или ты дрался профессионально?
     - Это была не драка, так, игра в одни ворота.
     - Научишь меня?
     Мужчина нахмурился:
     - Что за глупости. Тебе это не к чему.
     - Я хочу уметь постоять за себя. Пожалуйста, Герман.
     - Не выдумывай, - он нежно погладил женщину по щеке: - Со мной тебе ничего не угрожает.
     - Но ты не всегда бываешь рядом, - заметила она.
     - Не беспокойся. Влад и Стас тоже сумеют тебя защитить, они профессионалы в этом. Я лично их проверял.
     Ксения вздохнула:
     - Значит все-таки «охрана», а не «водители».
     Он усмехнулся:
     - Два в одном.
     - Это значит, что я теперь никогда не смогу выходить из дома одна?
     Герман заглянул ей в глаза и серьезно сказал:
     - Это значит, что ты теперь под моей защитой. Ты теперь со мной. Всегда.
     - Всегда, - повторила она за ним и нежно улыбнулась.

     Глава 20.
     После того как Ксения поправила макияж, они вернулись к остальным, как ни в чем не бывало. Герман оставил Ксюшу подле Николь, а сам отправился на поиски мелкой интриганки. Она обнаружилась возле бара – Герман ухватил Эльвиру за локоть и совсем не нежно потащил за собой. Он открыл дверь подсобки и втолкнул девушку внутрь, закрывая за ними дверь. Та восприняла его действия по-своему и эротично улыбнулась:
     - Герман что мы здесь будем делать?
     Мужчина наградил Эльвиру холодным взглядом, и улыбка сползла с ее лица.
     - Я буду говорить, а ты слушать, - тихо велел Герман. - Я скажу только один раз, а ты запомнишь. Ксения моя женщина, а значит, любое слово или действие по отношению к ней  я воспринимаю на свой личный счет. Если ты еще раз позволишь себе хотя бы недоброжелательный взгляд, в её строну, я приму жесткие ответные меры. И я не сделаю скидку на то, что ты сестра моего друга. Ты меня поняла?
     Взгляд Эльвиры испуганно расширились, но девушка попыталась оправдаться:
     - Герман, все, что она сказала, это не правда. Я…
     Он приблизился к ней и перебил:
     - Ты меня поняла?
     - Герман, я…
     - Поняла?
     - Да, - быстро ответила Эльвира.
     Герман отступил и холодно заметил:
     - Тебе уже пора повзрослеть. Тигр не будет вечно оберегать тебя, и подтирать за тобой дерьмо.
     Он развернулся и вышел, закрыв дверь. Эльвира тупо уставилась на неё, хватая ртом воздух. Ей никогда не было так страшно, как сейчас, и девушка не сдержала навернувшихся слез. Она и представить себе не могла, что Герман, лучший друг её брата, может так жестко с ней разговаривать. Эльвира никогда не видела его в ярости, она осознала, что Герман угрожал ей вполне серьезно. Девушка оперлась спиной о стену и не сдержала судорожных рыданий.
     Герман остановился возле стойки бара и заказал себе виски, чтобы окончательно успокоиться. До этого он успокаивал Ксению, уверяя её, что все позади, хотя самого еще трясло от гнева. Мужчина прикрыл глаза и устало потер их. Он, наверное, никогда не сможет стереть из памяти ту картину, которая предстала пред ним сегодня. Его нежная, беззащитная Ксюша, стояла лицом к стене, а какой-то урод, прижимался к ней всем телом, пытаясь раздвинуть её ноги. Но Герман видел, что она не сдалась, а пытается дать отпор насильнику. В нем за секунду пронеслась такая лавина эмоций, что мужчина не понял и половину из них -  но на первое место вышла чистая ярость. Ксюша была права, он хотел убить ублюдка, и, возможно, попытался бы сделать это, если бы её не было рядом. Но Ксения была возле него и даже хотела его остановить, осознание этого заставило взять эмоции под контроль – она не должна видеть меня таким. Она не должна меня бояться.  
     От мыслей Германа отвлек Тимур. Друг присел рядом за стойку бара и усмехнулся:
     - Ярый, мне сказали, ты мастерски подправил кому-то нос? Лучше пластического хирурга. Чем тебе не угодил чужой нос, формой или длиной?
     Герман принял стакан от бармена и отпил жгучий напиток, даже не взглянув на друга:
     - Спроси у своей сестры.
     Тигр сразу стал серьезным:
     - Где она?
     - В подсобке.
     - Не понял? Какого лешего она там забыла?
     - Это я не понял, какого лешего она творит? – воззрился на Тимура Герман.
     Тигр нахмурился:
     - Ярый, ты, наконец, скажешь толком что случилось? Или так и будешь изъясняться одними намеками?
     - Я скажу тебе, что случилось. Только что я стал свидетелем того, как мою женщину чуть не изнасиловал в безлюдном коридоре какой-то ублюдок. Он пристал к ней по наводке твоей сестры, она сказала ему, что Ксюша хочет быстрый и жесткий секс с незнакомцем. Я подправил ублюдку нос, а твоей сестре мозги. Первый уехал в больницу, вторая рыдает в подсобке, - Герман снова отпил из своего стакана. – Так достаточно понятно?
     Тигр гневно выругался и тоже заказал себе спиртное:
     - Как Ксения?
     - Нормально. Или делает вид, что нормально, - Герман снова отпил виски и усмехнулся. – Просила научить её драться.
     Тимур отпил из своего стакана и кивнул:
     - У твоей женщины есть характер, - он немного помолчал, а потом спросил: - Как сам?
     - Хочется кого-нибудь убить. Вот сижу, решаю кого.
     Тигр усмехнулся:
     - Какие варианты?
     Герман посмотрел на друга:
     - А какие тут варианты? Можно придушить твою сестру, но я не связываюсь с малолетними дурами. Можно поехать в больницу и закончить правку носа, но неохота тратить время на придурка. Так что остается только один вариант, ты.
     - Согласен, - кивнул Тигр и отпил из стакана. – Будем стреляться или на шпагах?
     - Хватит с тебя и обычного мордобоя. А то «на шпагах», тоже мне граф нашелся, - усмехнулся Герман и Тимур усмехнулся вместе с ним.
     Они какое-то время молчали, а потом Тигр сказал:  
      - Я решу вопрос с Эльвирой. Если надо будет - возьмусь, наконец, за ремень.
     Герман посмотрел на друга:
     - Поздно спохватился, раньше надо было её пороть. Просто намекни ей, что не станешь в следующий раз защищать её от меня. Думаю, этого будет достаточно.
     Тигр кивнул:
     - Так и сделаю, - он отставил стакан и встал: - Так во сколько наша мордобойная дуэль?
     - Я пришлю тебе секундантов, - улыбнулся Герман и хлопнул друга по плечу.
     Тимур ответил ему тем же и ушел на поиски сестры.
     Герман отставил пустой стакан и вернулся к остальным, Ксения встретила его обеспокоенным взглядом. Он сел возле неё и ободряюще сжал ладонь.
     - Все хорошо? – тихо спросила она.
     - Все хорошо, - ответил Герман и включился в общий разговор.
     Вечеринка продолжилась, но Ксения больше ни на шаг не отходила от Германа, и мужчина был этому только рад. После двух ночи они засобирались домой, но утянуть с праздника жизни Николь не получилось. Она обняла брата и, пьяно улыбнувшись, сказала:
     - Герман, ты езжай отдыхать, ты у нас уже старенький. Но оставь мне Ксюшу, на неё клеятся крутые парни. Может и мне чего перепадет.
     - Ника, давай как-нибудь сама, - усмехнулся мужчина и взял Ксению за руку. – Ксюша тебе не супер клей.
     - Ревнуешь, да? – улыбнулась Николь.
     - Я жадный. Кому как не моей младшей сестре лучше всего об это знать.
     Ника рассмеялась и обняла их двоих:
     - Ну, тогда летите в свое теплое гнездышко, голубки.
     Они отправились домой, а Николь осталась веселиться дальше.
     В машине Ксюша уютно устроилась в объятиях Германа, который думал о чем-то своем. Вскоре они были дома. Ксения проверила детей в своей спальне и, закрыв дверь, посмотрела на мужчину. Он улыбнулся:
     - Ну что, момент истины: где будешь ночевать в детской или в моей спальне?
     Женщина приблизилась к мужчине и обняла его за пояс:
     - Где ты, там и я.
     Он обнял её и повел в свою спальню, в которой Ксении еще не доводилось бывать. Тут все было ему под стать, стильно и лаконично. Особенно Ксюше понравилась большая кровать, которая стояла у окна. Девушка посмотрела на Германа:
     - Впечатляет.
     Он усмехнулся:
     - Рад, что тебе понравилось, - мужчина подошел ближе и обнял её. – Но для полноты впечатлений тебе надо на неё прилечь.
     Герман поднял женщину на руки и уложил на кровать, накрывая своим телом. Она теснее прижалась к нему, обнимая за плечи:
     - Да, действительно, очень удобная кровать, - улыбнулась женщина и заметила, как будто раздумывая вслух: - Наверное, стоит переехать в эту спальню. Решено, завтра же перенесу сюда свои вещи.
     - Надеюсь, ты не выгонишь из комнаты меня?
     - А ты будешь хорошим соседом? Не будешь шуметь после одиннадцати вечера и приглашать в гости кого попало?
     Герман сделал притворно серьезное лицо:
     - Обещаю, буду паинькой. Я идеальный сосед.
     - Ну, тогда оставайся. Так и быть.
     Мужчина поцеловал Ксюшу в кончик носа:
     - Спасибо. Ты сама доброта.

     Глава 21.
     Её сердце пропустило удар. Ксюша прижалась к стене, боясь даже дышать. Точно ночной кошмар ожил и стал явью. Эта женщина, та с фото, была здесь – роскошная брюнетка, любовница Артема была здесь в офисе Германа. Что она здесь делает? Почему пришла? Они знакомы с Германом? Мысли крутились точно торнадо, пытаясь найти этому разумное объяснение. Ксения уже сто раз успела пожалеть, что приехала к Герману в офис. Она хотела сделать ему приятный сюрприз. Сюрприз удался, только неприятный и для неё, а не для мужчины.
     Ксения прикрыла глаза, когда услышала голос Германа:
     - Мы же договорились, что ты не будешь сюда приходить.
     - Я была в нетерпении. Хотела тебя видеть.
     Ксения сильно закусила щеку, чтобы не закричать. Разумное объяснение сразу нашлось, и оно причинило острую боль – Герман ей изменил. Не может быть! Это какой-то рок: одна и та же женщина и второй небезразличный Ксении мужчина. Брюнетка что, специально это делает? Ксюша не хотела больше слушать их разговор, но у неё не было выбора, она была в тупике коридора. Она была в западне.
      Герман ответил:
     - Ты рискуешь.
     - Я люблю риск, как, впрочем, и ты, - услышала Ксения голос брюнетки и представила, как та эротично улыбается. – Но не будем отвлекаться, давай о деле. Мне нужна вторая часть денег. Я все сделала, как мы и договорились, он поверил мне и остался доволен нашими встречами. Сказал, что жалеет, что мы не вместе. Сказал, что его жена просто блеклая моль по сравнению со мной.
     - Да уж, не сомневаюсь, - холодно ответил Герман.
     Нет! Ксения захотела на время потерять слух, чтобы не слышать всего того, что слышала. Или на время потерять логику, чтобы услышанные слова не обретали страшный смысл: Герман заплатил этой женщине, чтобы она соблазнила Артема. Зачем? Обжигающие слезы потекли по щекам. Почему все это происходит с ней? За что? Зачем Герман появился в их жизни? Зачем разрушил её? Что она ему сделала? Что сделал ему Артем? Что ему сделала Кира? Зачем он разрушил их семью?
     Было очень больно. Ксения не могла сдержать крика сердца, её любящего сердца, которое вырывали с корнем. Она осознала, что полюбила Германа, а он всего лишь играл с ней, жестоко развлекался по неведомой ей причине. И от этого стало еще больнее.
     Герман ответил брюнетке:
     - Хорошо, поедем в кабине, я отдам тебе остальную часть денег.
     - Мне нравится вести с тобой дела Герман. И не только дела.
     Ксения услышала звуки удаляющихся шагов, и тело подвело её. Она сползла по стене и уселась прямо на пол. Её голова упала на согнутые колени.
     Почему?
     Ответа не было, и Ксюша решила, что ответ и не нужен. Какое ей дело, почему этот мужчина с ней так поступил. Разве если найдется достойное оправдание такой жестокости, Ксении станет легче? Нет, не станет. Можно сидеть здесь и жалеть себя, а можно встать и идти дальше. Она должна встать и идти дальше, должна и не только ради себя. Кирюша – вот её маяк.
     Ксения решительно поднялась на ноги и отерла слезы. Она надела солнечные очки, чтобы никто не увидел её боли.
     На парковке у здания ждал Стас. Ксения сразу ответила на не заданный вопрос:
     - У Германа важная встреча.
     - Будете ждать?
     - Нет. Это не срочно. Поехали домой.
     Они сели в машину и через полчаса были на месте. Ксения быстро вошла в дом и поднялась в их спальню. Нет, больше это не её спальня. Здесь ничего не принадлежит ей. Но не нужно сейчас на этом зацикливаться. Ксюша достала чемодан и стала закидывать в него свои вещи, не беспокоясь, что те помнутся.  Не было ни желания, ни времени, ни сил проявлять щепетильную аккуратность.
     Она была поглощена делом, поэтому не заметила, как в спальню вошла Николь. Девушка застыла на месте:
     - Ксюша, ты что делаешь?
     - А ты что, не видишь, - резко ответила женщина, продолжая бросать в чемодан вещи, как попало.
     - Я вижу, - медленно ответила Ника. – А зачем ты это делаешь?
     - Мы с Кирой уезжаем.
     - Что? - Ксения обернулась на Николь, на лице которой читалось непонимание: - Что значит уезжаете?
     Ксения пояснила:
     - Очень просто. Пора и честь знать.
     Николь нахмурилась:
     - Герман знает?
     - Узнает, - безразлично пожала плечами Ксения и продолжила собирать чемодан.
     Ника сразу поняла, что её сдержанное безразличие, это бравада. Она ближе подступила к Ксении и доверительно спросила:
     - Между вами что-то произошло?
     Женщина замерла и прикрыла глаза: а что собственно между ними произошло? Он предал её? Обманул? Но ведь нельзя предать того, кого совсем не знаешь. А ведь когда Герман нанимал брюнетку, чтобы та спала с Артемом, Герман Ксюшу совсем не знал, а она не знала его. Значит это не предательство. Тогда что?
     Ника притронулась к плечу Ксении:
     - Ксюша?
     Та распахнула глаза и посмотрела на девушку:
     - Между нами ничего нет, Ника. Все закончилось.
     - Так не бывает.
     - Бывает, Ника, все в жизни бывает. Теперь я точно это знаю.
     Ксения наклонилась к чемодану и застегнула его. Ника отступила:
     - Ксюша, позвони ему. Вам надо поговорить. Или хочешь, я ему позвоню?
     - Я звонить не буду, нам не о чем с ним говорить. А ты как хочешь, мне все равно, - она прошла мимо молчащей Николь.
     У самого порога её остановил тихий вопрос:
     - А как же Даша?
     Ксения зажмурилась. Этот вопрос рвал ей сердце уже полчаса:
     - Ника, я…
     - Как же Даша, Ксюша? Как же она? С ней тебе тоже не о чем говорить?
     Женщина прислонилась лбом к двери:
     - Я не смогу, просто не смогу посмотреть ей в глаза.
     - Ну, конечно, поэтому проще всего взять и сбежать. Была Ксения, и нет Ксении. Может Даша даже и не заметит её исчезновения.
     Женщина тихо прошептала:
     - Что мне делать, Ника? - она обернулась к девушке: - Что мне делать?
     - Остаться.
     - Я не могу остаться.
     - Можешь, - шагнула к ней Николь. – Можешь, Ксюша. Ты останешься, поговоришь с Германом, вы все решите. Не надо пороть горячку.
     Ксения покачала головой:
     - Это только оттянет неизбежное. Я не смогу остаться.
     - Почему? – не сдержала эмоций Ника. – Ну почему, Ксюша, что он сделал? Что?
     - Он изменил мне, - тихо ответила женщина.
     Ника отшатнулась:
     - Он не мог.
     Ксения прикрыла глаза:
     - Может и не мог. Я не знаю. Я уже ничего не знаю. Я запуталась во всей этой лжи.
     - Расскажи мне все, вместе мы разберемся, - тихо предложила Николь, подходя к женщине.
     - Я… Я сегодня ездила к нему на работу. Герман не знал, что я приеду. Я встретила в коридоре женщину, с которой спал Артем, мой бывший муж. Эта женщина знакома с твоим братом и по её словам я поняла, что они очень близко знакомы. А еще Герман заплатил этой женщине, чтобы она соблазнила Артема.
     - Чего?! Ты сума сошла?
     - Поверь, в тот момент мне хотелось быть сумасшедшей, а не правой. Но я сама слышала их разговор.
     - Ты не так поняла…
     - Ника, там сложно было не так понять, - девушка во все глаза смотрела на Ксению, а потом в её взгляде появилось что-то такое, что Ксюшу насторожило: - Ты что-то знаешь.
     Николь прикрыла глаза, пряча свои мысли и чувства:
     - Только то, что он любит тебя.
     - Ника!
     - Ксюша, он любит тебя. Любит, понимаешь, - разнервничалась Николь. – Все, что он делает, он… Да, может быть где-то это слишком резко или не правильно, но он любит тебя. Он готов бороться за тебя. Понимаешь?
     - Бороться? О чем ты говоришь?
     - Ксюша, послушай, - подступила к ней Ника и обхватила за плечи. – Дай ему шанс все объяснить. Пожалуйста, дай ему шанс. Я же вижу, каким мой брат становится рядом с тобой, как светятся его глаза. Герман снова начал жить. Понимаешь, снова начал жить. Он счастлив с тобой. Прошу, дай ему шанс.
     Ксения пытливо вгляделась в Николь, она не совсем понимала, о чем та говорит:
     - Ты оправдываешь то, что он сделал?
     - Нет, конечно, нет. Но Герман просто боролся за тебя, понимаешь, боролся за вас.
     Ксения удивилась, неужели она правильно поняла Николь:
     - Что значит, боролся за нас? Мы же с ним были едва знакомы. Мы же… - она читала в глазах Ники правду, - Он… нет, не может этого быть.
     - Да, Ксюша, он сказал мне, что ты понравилась ему почти сразу, как он с тобой познакомился. Что он проникся к тебе искренними чувствами. Я не оправдываю его методы, не оправдываю того, что он разрушил твою семью. Но я понимаю его мотивы. Я бы тоже на многое пошла ради любви.
     Ксения отказывалась в это верить. Герман он… Теперь ей стали понятны его слова и поступки, теперь многое стало на место. Очень многое. Но это не меняло того, что он сделал.
     - Нет, Ника, всему есть предел. Прости, я не могу остаться. И дело даже не в том, что твой брат разрушил мою семью, она и так дышала на ладан. Дело не в этом. Просто… просто это выше моих сил, быть с ним, зная правду. Прости, - женщина открыла дверь и вышла. Она обернулась на Николь: - Если бы я могла забрать Дашу с собой, я бы забрала её. Но это невозможно. Мне очень жаль.
     Ксения спустила чемодан  на первый этаж, оделась и вынесла его на улицу. Нужно было снова пойти наверх, собрать вещи Кирюши, но у неё не осталось на это ни физических, ни моральных сил. Ксения устало прислонилась к двери: нужно забрать Киру и уезжать, они с Дашей играли за домом. Но пойти и забрать дочь, сил тоже не было. Как она будет смотреть Даше в глаза?
     Как будто кто-то там, на небе, сжалился над ней, и Кирюша показалась из-за дома. Женщина подозвала её к себе рукой, девочка подбежала к матери:
     - Мама ты плиехала?
     - Да, милая, - она присела возле дочери.
     - Пойдем, поиглаешь с нами.
     Ксения остановила дочь, которая уже тянула её за руку:
     - Кирюша, знаешь что? Я решила, что мы с тобой поедим в гости к бабушке и дедушке. Мы ведь давно у них не гостили. Как тебе идея? Здорово, правда?
     Кира улыбнулась:
     - Плавда! А когда, мы поедем?
     - Сейчас, прямо сейчас и поедем.
     - Сейчас? Но мы с Дашей иглаем в магазин. Мамочка, давай после иглы поедем, холошо?
     Ксения прикрыла глаза, её сердце рвалось на части, и одинокая слеза скатилась по щеке:
     - Милая, но надо ехать сейчас. Потом будет поздно. Понимаешь?
     - Мама, почему ты глустишь? – её трехлетний ребенок все понимал. Девочка подняла маленькую ладошку и вытерла её слезу. – Не плачь.
     Ксения утерла ненужные сейчас слезы и улыбнулась дочери:
     - Нет, милая, все хорошо, я не плачу. Но нам пора ехать.
     - Ладно, я только Даше скажу, - кивнула Кира, а потом, сообразив что-то, спросила: - Мама, а давай Дашу возьмем с собой к бабашке?
     Ксения взяла себя в руки:
     - Кирюша, мы не можем её взять.
     - Почему?
     Как все это объяснить трехлетнему ребенку:
     - Ну, ты же знаешь, у бабушки маленькая квартира. Даше негде будет спать. Так что мы не можем взять её с собой, - Кирюша нахмурилась, Ксения знала этот взгляд, ребенка срочно надо было чем-то отвлечь. Она улыбнулась: - Скорее беги наверх и положи в свой рюкзачек с принцессами только самые любимые игрушки. Покажешь их бабушке.
     - Мама, но туда все не поместятся, - возразила девочка.
     - Милая, мы не можем увезти с собой все твои игрушки. Так что выбери самые-самые любимые. Ладно?
     Кирюша неохотно кивнула, но пошла в дом.
     Ксения спустила чемодан с крыльца и откатила его в сторону, чтобы он не сразу бросался в глаза. Она хотела избежать ненужных вопросов, если кто-то пройдет мимо. Женщина достала телефон, собираясь вызвать такси, но так и застыла с ним в руках.
     К ней шел Герман. Женщина вдруг почувствовала облегчение, сейчас он все ей объяснит, оправдается или просто прикажет остаться - запрет в башне, как Рапунцель. И эта мысль её нисколько не пугала, даже наоборот. Но Ксения приказала себе не быть безвольной тряпкой и чуть вскинула подбородок, встречая его взгляд. Мужчина сразу заметил её чемодан, плохо она тот спрятала, Герман медленно остановился в полутора метрах от нее. На его лицо вмиг набежала тень, мужчина пытливо вгляделся в Ксению и напряженно спросил:
     - Уезжаешь?
     - Да.
     Его глаза прищурились, а кулаки сжались. Нехороший знак - он в ярости.
     - Могу узнать причину? – от его тихого вопроса, холод пробежал по телу Ксюши.
     - Я решила уехать, так будет лучше, - ответила женщина. Она не хотела клеить разборки, только не здесь и только не сейчас. Эмоции могли её подвести.
     Герман резко шагнул к ней:
     - Я что, даже не услышу твоих жалких объяснений?
     - Я думаю, это ни к чему. Я все решила.
     - Ах, ты все решила… Ну, конечно, мы же уже взрослые. Все ясно, - презрительно сказал он. - Ну, да, в защитнике ты же больше не нуждаешься, меня сегодня просветили на этот счет. Значит, и оставаться у тебя нет причин. Можно, наконец, снять ненавистную тобой маску и закончить «игру в любовь». Ну, что же, Ксения, хорошей тебе дороги. Вали с миром  - сказал он и прошел мимо неё.
     Ксения во все глаза смотрела на удаляющегося мужчину. Он что сейчас во всем обвинил её? Её! Она, конечно, знала, что лучшая защита, это нападение, а наглость – второе счастье. Но не до такой же степени! Надо было сдержаться, но у Ксюши не получилось:
     - Ты охренел?
     Герман остановился, и медленно повернулся к ней. Его лицо было не читаемым, но кулаки то сжимались, то разжимались, что свидетельствовало о его гневе:
     - Прости? - переспросил Герман, хотя её «охренел» было охренительно слышно.
     Ксения шагнула к нему:
     - Я спросила, ты, что совсем охренел?
     - Перестань ругаться, - резко выговорил он ей.
     Он точно охренел!
     - Да пошел ты!
     - Ксюша, - предупредил он.
     - Что, Ксюша? Хочу и буду ругаться. Тебя не спросила! - его взгляд не предвещал ничего хорошего, но женщине было плевать. – Не надо стоять здесь с видом оскорбленного достоинства. Если кто-то сегодня и показал свое истинное лицо, так это ты. А я всегда была с тобой искренней.
     - Искренней? – Герман шагнул к ней. – Искренней значит? Почему тогда ты не рассказала мне о разговоре, который у тебя состоялся с Бравским? А, искренняя наша Ксюша?
     Женщина не поняла его:
     - Что? Ты вообще о чем?
     - О чем? Только не надо делать такой удивленный вид. Бравский сегодня сообщил мне, что у тебя был с ним очень интересный разговор в торговом центре. Что, уже забыла?  
     Теперь Ксения поняла, что Герман имеет в виду и кто такой Бравский. Она чуть сбавила обороты:
     - Он просил тебе не говорить. Очень убедительно просил.
     - Ты всё равно должна была мне рассказать, – жестко отчеканил он.
     Ах так! Ксюша снова вспылила:
     - Должна была? А ты ничего  не должен был мне рассказать? Нет?
     Теперь настала очередь Германа непонимающе хмуриться:
     - Говори яснее.
     - Яснее. Хорошо я буду говорить яснее. Я видела вас сегодня в твоем офисе, тебя и секс-брюнетку. Слышала, о чем вы говорили. Я все знаю, Герман, - обвинительно сказала она и добавила: - Так тебе стало яснее? - мужчина, молча, смотрел на её, и под его взглядом Ксения не сдержала своей боли. Она прорвалась наружу в виде соленых слез. Герман сразу шагнул к ней, в порыве утешить, но Ксюша отступила: - Не трогай меня.
     - Ксюша, я…
     - Ничего не говори! Не смей ничего говорить! Это гадко, слушать нелепые оправдания, когда все очевидно. Я не слушала оправдания Артема, не буду слушать и твои.
     Слова о бывшем муже произвели эффект разорвавшийся бомбы. Ярый стал Ярым. Он резко схватил её за плечи и встряхнул:
     - Не смей нас сравнивать. Слышишь, не смей!
     Ксения впилась в него гневным взглядом:
     - Ну почему же, у вас много общего. Например, вам нравится один и тот же тип женщин. Я бы даже сказала одна и та же женщина, одна и та же секс-брюнетка. Только вот не пойму, неужели тебе не противно спать с теми же женщинами, с которыми спал мой бывший? Это как-то странно, ты не находишь?
     Он сильно сжал плечи Ксении, а его глаза яростно блеснули:
     - Остановись…
     - Не хочу. Ты обвинил меня в том, что я была не искренней с тобой. Но я не «играла в любовь», играл только ты, в игру, одному тебе понятную. И я не понимаю зачем. Объясни мне, Герман, зачем? Зачем столько усилий? Зачем такая хитроумная схема? Зачем неразумная трата денег? Зачем все это? Ради чего?
     Он молчал, на его лице одна за другой сменялись эмоции. Он, кажется, перестал понимать её слова, но остро чувствовал её боль. Ксюше было больно, очень больно, но Герман не понимал, чем вызвана эта боль. Он ведь хотел как лучше, почему она его обвиняет:
     - Я хотел помочь Кире.
     - Кире? – Ксения уставилась на него как на восьмое чудо света и медленно выговорила: - Ты хотел помочь моей дочери, посадив её отца в тюрьму?    
     Теперь уже Герман смотрел на неё, как на чудо света:
     - Чего? Ты что несешь?
     - Это я что несу? Это ты что несешь! Ты заплатил той женщине, чтобы она переспала с моим мужем, чтобы Артема упрятали в тюрьмы, а мы с дочерью оказались на улице. И ты говоришь, что все это ради Киры?
     Герман пару мгновений всматривался в неё, а потом вдруг сделал невозможное – он улыбнулся. Он взял и улыбнулся, мать его, широко и радостно. Ксения потеряла дар речи от такой наглости.
     - Ксюша, подслушивать это не твоё. Ты слышала слова, но не поняла их смысл.
     Ксения толкнула его в грудь:
     - Не поняла их смысл! Не поняла? Там все было предельно ясно. Ты спишь с ней!
     На сердце у Германа вдруг стало спокойно и хорошо. Его любимая Ксюша стоит тут, сыплет страшными обвинениями направо и налево, но все что действительно её волнует, это то, что он мог изменить ей с другой женщиной. Она ревнует его, банально ревнует. Как же это приятно. Герман нежно на неё посмотрел:
     - Ксюша я не сплю с ней. Я люблю тебя и другие женщины мне не нужны. Зачем, ведь у меня есть ты.
     - Больше нет! Больше мы не в месте,- сказала она, а потом осеклась, осознавая услышанное: - Ты что?
     - Я люблю тебя, глупая. Повторить еще раз? Люблю тебя.
     - Я не глупая, - тихо сказала Ксения, не зная как реагировать на его признание.
     Герман воспользовался временным затишьем и обнял смущенную женщину:
     - Нет, глупая. Как ты могла подумать, что я могу поступить с тобой так жестоко?
     - Но я же слышала…
     - Ты слышала, но все не так поняла. Я заплатил ей не за то, чтобы она спала с Артемом, я заплатил ей, что бы она поговорила с бывшим мужем. Чтобы убедила Бравского, что финансовая махинация была её идеей, что она просто хотела по-женски отомстить за развод. Что Артем был только пешкой в её игре, средством к достижению цели. Если Бравский будет думать так, он оставит Артема в покое и у того будет шанс выйти на свободу раньше. Я сделал это, потому что Кира скучает по отцу. Но бывшая жена Бравского увлеклась с убеждениями, у них с Бравским все закончилось в постели. Теперь тебе стал понятнее подслушанный разговор?
     Ксения прокрутила в голове услышанное утром и покраснела, как школьница, пойманная за списыванием. Она заглянула Герману в глаза:
     - Значит, ты не спал с ней?
     - Нет, Ксюша, я никогда с ней не спал.
     Женщина спрятала свою голову на мужской груди. Как же хорошо от осознания, что она все поняла не верно. Какое облегчение, что Герман все объяснил. Что он ни в чем не виновен. Что она может и дальше ему верить. Может его любить.
     Ксения вздохнула:
     - Я глупая.
      Герман усмехнулся:
     - Сегодня я не буду с этим спорить.
     Ксюша теснее прижалась к мужчине. Как здорово, когда он рядом, и что у неё нет повода от него уходить:
     - Герман, я хотела уехать не потому, что больше не нуждаюсь в твоей защите. Я хотела уехать, потому что думала…
     - Я понял, Ксюша. Я же не глупый.
     - Не глупый. Но зазнайка.
     - Ну, что есть, то есть
     Ксения заглянула Герману в глаза:
     - Герман, я люблю тебя, - просто сказала она то, что было у неё на сердце.
     Он хитро улыбнулся:
     - Ну, наконец-то, я уж думал, что никогда это не услышу, - а потом нежно добавил: - Люблю тебя.
     Они стояли, обнявшись, пока не услышали:
     - Мама.
     Взрослые обернулись к крыльцу дома, на котором стояли девочки, взявшись за руки.
     - Да, милая?
     - Мама, я лешила, давай все-таки возьмем Дашу с собой к бабушке. Она будет спать со мной на  клесле.
     - Мы поместимся, Ксюша, - кивнула Даша и девочки сошли к ним с крыльца.
     Ксения улыбнулась, представляя, как они ютятся на узком раскладном кресле.
     - Да, мамочка, мы поместимся. Вот смотри, все наши иглушки поместились в мой люкзак, как ты и хотела. Там две мои иглушки и две Дашины. Я поделилась с ней люкзаком и клеслом поделюсь, - Кирюша протягивала маме рюкзак на инспекцию. – Давай возьмем Дашу с собой. Ладно?
     - Пожалуйста, Ксюша, я не буду вам мешать. Правда, - вторила подружке Даша.
     - Плавда, мама. Она не будет мешать.
     Женщина нежно улыбнулась, она была очень рада, что девочки так сдружились.  Герман заметил:
     - Мне кто-нибудь объяснит, о чем идет речь?
     - Папа, они собираются поехать к Кириным бабушке и дедушке. Можно я поеду с ними? Можно, папа?
     - Можно, Гелман?
     Мужчина посмотрел на Ксению:
     - Если Ксюша разрешит.
      Та улыбнулась:
     - Конечно, - ответила женщина и посмотрела на детей: - Тем более что Герман поедет с нами.
     - Гелман? – удивилась Кирюша и посмотрела на мужчину: - А где ты будет спать? С мамой на полу?
     - Да, Ксюша, где я буду спать? С тобой на полу? – притворно-серьезно спросил Герман.
     Женщина хитро ему улыбнулась и теснее обняла:
     - Ну, если ты поместишься. И не будешь мешать. И можно взять с собой только две игрушки.
     Даша потянула Киру за руку:
     - Пойдем, Кира, не будем мешать им обниматься.
     Кирюша согласно кивнула, и девочки снова направились к крыльцу. Кира с любопытством обернулась на взрослых и спросила у подружки:
     - Даша, а когда уже будет свадьба и большой торт? Ты говолила сколо.
     - Тише, - одернула её Даша и быстро увела в дом.
     Ксения удивленно улыбнулась и посмотрела на Германа. Он заметил:
     - Без нас, нас женили.
     - Похоже на то.
     Он привлек её к себе и обнял:
     - А, знаешь, я не против свадьбы и особенно не против большого торта. Люблю сладкое.
     - Я тоже, - ответила женщина и нежно его поцеловала. – Тоже иногда люблю сладкое.

     Эпилог.
     Свадьба состоялась скоро. Ника предлагала устроить фееричную пирушку у неё в клубе, но Ксюша настояла на маленьком празднике. Герман её поддержал – присутствовали  только самые близкие люди. Со стороны Ксении были её родители, которые медленно, но верно привыкали к новому выбору дочери. Недавно им пришлось неожиданно принимать в своей маленькой двухкомнатной квартире незваных гостей. Даша очаровала их прямо с порога, как только они открыли дверь девочка, улыбаясь, заявила:
     - Бабушка, дедушка, здравствуйте. Я Даша. Я буду спать с Кирюшей на кресле. Не волнуйтесь, мы поместимся. А это мой папа, он будет спать на полу, он привез с собой надувной матрац.
     Герман тоже понравился родителем Ксении, она видела это. Но они старались не проявлять восторженных эмоций - боялись сглазить счастье дочери.
     Со стороны Германа на свадьбе было больше гостей.
     Ксения близко сдружилась с Николь, у них нашлись общие интересы, не все из которых нравились Герману. Но ему оставалось только недовольно ворчать – выходить победителем в спорах с двумя женщинами было практически невозможно. Это еще раз подтвердилось, когда мужчина, наконец, узнал, что Ксюша нашла работу. Герман очень разозлился и не хотел даже слышать об этом:
     - Я что недостаточно тебя обеспечиваю?
     - Герман, разве в этом дело?
     - А в чем тогда дело? Зачем тебе работать?
     - Братишка, сбавь обороты, тебя и на улице слышно, - бесцеремонно вмешалась Николь в их разговор, входя в кабинет.
     - Ника, выйди отсюда. Это не твое дело, - велел ей Герман.
     - И не подумаю, - девушка уселась в кресло. – Не хочу, чтобы вы друг друга поубивали, я уже купила платье на вашу свадьбу. Так что успокоились, оба. И поговорили как любящие друг друга люди.
     Через пятнадцать минут жарких споров Герман, скрипя зубами, дал свое царское разрешение – Ксюша могла пойти работать. Но она должна устроиться на не полную рабочую неделю, и только после того, как Герман тщательно проверит её работодателей. Это был компромисс, на который женщина с улыбкой согласилась, она нежно поцеловала Германа в благодарность. Ники сразу и след простыл.
     На свадьбе не обошлось без улыбчивого Тимура, который весь вечер сыпал остротами и воспоминаниями о бандитском детстве и бурной молодости своего друга. Ксения была очень рада видеть Тимура, его одного, без Эльвиры. Мария, Стас и Влад, также присутствовали на свадьбе. Хоть они теоретически были наемными рабочими, но практически тоже вошли в список «самых близких».
     И, конечно, не обошлось без двух свадебных ангелочков. На выбор их нарядных платьев, причесок и детских украшений ушло больше времени, чем на подготовку невесты. Кира и Даша с нетерпением ждали свадьбы и радовались празднику даже больше чем жених с невестой. Особенно их восхитил большой торт, который был красиво украшен сахарными фигурками и живыми цветами. Поняв, что цветы живые, Кирюша безапелляционно заявила, что не станет их есть:
     - Я же не колова, - нахмурилась она.
     Даша рассмеялась и успокоила её:
     - Не переживай, никто не будет есть цветы. Они просто для украшения.
     Когда торт был съеден, а гости разошлись на ночь по своим комнатам, молодожены, наконец, остались одни. Ксения со смехом стряхнула с покрывала лепестки роз, которыми было выложено сердце на их кровати:
     - Интересно, чья это была идея?
     - Не знаю, - ответил Герман, расстегивая жилет. Он усмехнулся: – Но вчера я застал Нику и девчонок в гараже, когда они потрошили цветы.
     Ксения усмехнулась и присела на кровать:
     - Представляю, через что тебе пришлось пройти и что пообещать, чтобы выйти из гаража живым. Ты дал клятву на крови, что не расскажешь мне про их сюрприз?
     - Это был настоящий кровавый ритуал, - улыбнулся Герман и сел рядом с женой. – Устала?
     Ксения тут же придвинулась к мужу и оказалась в его нежных объятьях:
     - Смотря для чего? – хитро улыбнулась она. – Если ты о нашей первой брачной ночи, то я полна сил.
     - Это хорошо, потому что я именно о ней, - усмехнулся Герман и страстно поцеловал жену. Но потом он нехотя отстранился: - Но, думаю, нам нужно с этим повременить. Уверен, кое-кто не сможет сегодня заснуть, пока не узнает, понравился ли тебе сюЛприз. Так что ждем незваных гостей, - Герман притянул к себе Ксюшу, и удобно устроил на своём плече: - Я хотел с тобой поговорить.
     - О чем?
     - Я решил разрешить Даше увидеться с матерью. Решил дать Милане второй шанс.
     Ксения заглянула мужу в глаза, она была рада слышать такую новость:
     - Я полностью тебя поддерживаю в этом.
     - Я хотел тебя просить, не могла бы ты присутствовать при их встречах? Боюсь ни я, ни тем более Ника, не сможем пока проявить эмоциональную сдержанность.
     - Да, конечно. Думаю, это хорошая идея.
     - Спасибо, моя жена.
     Ксения нежно обняла мужчину:
     - Не за что, мой муж.
     Через пару мгновений, как Герман и предполагал, в дверь громко постучали. Мужчина усмехнулся и громко разрешил войти. Даша и Кирюша тут же открыли дверь и, улыбаясь, вошли в комнату. Девочки в ожидании замерли у кровати, и Ксения сжалилась над ними:
     - Нам кто-то устроил настоящий сюрприз. Представляете, на кровати лежало огромное сердце из лепестков роз. Интересно, кто бы это мог сделать? Я спросила у Германа, но он сказал, что не знает.
     Даша хитро улыбнулась, а Кира сразу призналась:
     - Это мы! Это мы сделали, мама. Тебе понлавилось?
     - Да, очень, - сказала Ксения и распахнула объятия. Девочки тут же быстро забрались на постель и обняли женщину: - Вы у меня такие умницы.
     - Даша сказала, что тепель мы настоящие сестлы. Это плавда, мама?
     - Конечно. Конечно, правда, милая.
     Кирюша улыбнулась:
     - Это холошо. Значит, теперь Даша может называть тебя «мамой».
     Ксения открыто посмотрела на Дашу, которая после слов Кирюши смутилась:
     - Даша, у тебя есть твоя родная мама. Но если ты когда-нибудь захочешь и меня называть мамой, я буду этому очень рада.
     - Правда? – тихо спросила девочка.
     - Конечно.
     Даша взгляну на папу, он ободряюще улыбнулся дочке. Девочка несмело обняла Ксюшу и прошептала:
     - Тогда я буду называть тебя «мама».
     Ксения прикрыла глаза и крепче обняла свою старшую дочь. Кирюша радостно захлопала в ладоши и присоединилась к их объятиям. Герман тоже не остался в стороне, Кирюша захихикала, когда он сильнее сжал объятия:
     - Ты нас задушишь!
     - Просто я очень сильно вас люблю, - ответил мужчина и решил, что вот оно настоящее счастье.

     КОНЕЦ КНИГИ

     P.S.: Заранее благодарю за комментарии к книге.











 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"