Кобрина Евгения: другие произведения.

Их Луна

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    - Джорджия, это правда ты? - тихо спросил незнакомец из динамика телефона. Мне не хотелось давать ни ему ни себе ложной надежды: - Если честно, то я не знаю. Врачи поставили мне диагноз "амнезия". Я ничего не помню из своего прошлого. - Я узнаю твой голос, - ответил мне мужчина. Неужели я нашла свою семью? Я прикрыла глаза, не позволяя надежде окрепнуть: - Давайте я пришлю вам свое фото, и тогда вы точно скажете. - Хорошо. Жду. Телефон тут же отключили. На его телефон пришла фотография - это была Джорджия, никаких сомнений. Бета поморщился, вспоминая первые месяцы после исчезновения Луны. Вся стая ощутила на себе последствия - Альфы просто с цепи сорвались, зверея по любому поводу. Да это было и понятно: пропала их пара, их законная жена, их Луна. Это были самые ужасные полгода за все столетия существования их стаи. И вот, пожалуйста, Луна нашлась, но говорит, что ничего не помнит. Возможно это была уловка с её стороны, чтобы вернуться домой и не быть наказанной за то, что где-то шлялась полгода. Это было похоже на Джорджию, она всегда была эгоистичной, лживой и хитрой женщиной. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: +18, МЖМ, написано от первого лица.

Их Луна

 []

Annotation

     - Джорджия, это правда ты? - тихо спросил незнакомец из динамика телефона.
     Мне не хотелось давать ни ему ни себе ложной надежды:
     - Если честно, то я не знаю. Врачи поставили мне диагноз «амнезия». Я ничего не помню из своего прошлого.
     - Я узнаю твой голос, - ответил мне мужчина.
     Неужели я нашла свою семью? Я прикрыла глаза, не позволяя надежде окрепнуть:
     - Давайте я пришлю вам свое фото, и тогда вы точно скажете.
     - Хорошо. Жду.
     Телефон тут же отключили.

     На его телефон пришла фотография - это была Джорджия, никаких сомнений.
     Бета поморщился, вспоминая первые месяцы после исчезновения Луны. Вся стая ощутила на себе последствия – Альфы просто с цепи сорвались, зверея по любому поводу. Да это было и понятно: пропала их пара, их законная жена, их Луна. Это были самые ужасные полгода за все столетия существования их стаи.
     И вот, пожалуйста, Луна нашлась, но говорит, что ничего не помнит. Возможно это была уловка с её стороны, чтобы вернуться домой и не быть наказанной за то, что где-то шлялась полгода. Это было похоже на Джорджию, она всегда была эгоистичной, лживой и хитрой женщиной.
     ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: +18, МЖМ, написано от первого лица. 


Евгения Кобрина
Их Луна 



     Глава 1.
     - Добрый день, - поздоровался Рон по телефону и подмигнул мне.
     Я не ответила на его улыбку, потому что не ощущала ни радости, ни спокойствия.  Я была вся на иголках. Я сидела напротив и нервно теребила ручку своей сумки, которая вот-вот совсем оторвется.
     - Слушаю, - ответили из динамика мобильного телефона.
     Я вся обратилась в слух — голос был мужской.
     - Ваш номер телефона указан на объявлении о пропаже человека. Женщины. Здесь написано Джорджия. Все верно? – уточнил Рон, разглядывая сорванное объявление.
     На том конце связи пару мгновений молчали, а потом я услышала холодное:
     - Да.
     От этого «да» даже Рон смутился, его улыбка немного померкла. Я во все глаза смотрела на Рона, ожидая продолжения:
     - Мне кажется мы её нашли. Джорджию, - пояснил, наконец, мой парень.
     Вот оно – момент истины! Я затаила дыхание, но нам снова ответили тишиной. Рон начал волноваться, я сразу это поняла, слишком хорошо успела его узнать.
     Мы с Роном были знакомы только полгода, но за это время стали очень близки. Он помог мне в самое трудное время в моей жизни, и за это я была ему очень благодарна. С ним мне было спокойно и хорошо. Неделю назад Рон предложил съездить в небольшое путешествие, и я с радостью согласилась. Мы взяли машину на прокат и поехали на побережье, где еще было холодно и малолюдно, потому что был не сезон. Мы с Роном отлично отдохнули, и на обратном пути реши заехать в большой портовый город, посмотреть на торговые корабли и круизные лайнеры. Именно там на причале мы и увидели объявление о пропаже человека, которое взволновало нас безмерно. Особенно меня. Но возможно мы ошиблись, и эта Джорджия была вовсе не той женщиной.
     - Где вы её видели? – наконец, все так же холодно послышалось из динамика телефона.
     - Я вижу её сейчас, - снова улыбнулся мне Рон. – Она стоит прямо передо мной.
     Я нервно сжала похолодевшие руки: неужели мои молитвы услышаны, и я наконец-то обрету потерянную семью?
     - Дайте ей трубку, - скомандовали из динамика.
     Рон заколебался, но потом все же протянул мне телефон, который я чуть не уронила, так сильно от волнения у меня тряслись руки:
     - Да? Здравствуйте. Женщина на вашем объявлении очень похожа на меня. Конечно может это ошибка...
     Меня перебили:
     - Джорджия... это правда ты? - тихо спросил мужчина, но я остро почувствовала его напряжение.
     Мне не хотелось давать ни ему ни себе ложной надежды:
     - Если честно, то я не знаю. Просто я ничего не помню о своей старой жизни.
     - О чем ты говоришь?
     - Врачи поставили мне диагноз «амнезия», - горько усмехнулась я, потому что уже начала смиряться с тем что мое прошлое белый лист. – Я не помню ничего, что было до падения в океан. Врачи говорят это из-за удара головой или того, что я долго пробыла в холодной воде, - на том конце опять молчали и я снова занервничала: - Может ваша Джорджия просто на меня похожа. Или я на неё.
     - Я узнаю твой голос, - наконец, ответили мне.
     Я прикрыла глаза, не позволяя надежде окрепнуть:
     - Давайте я пришлю вам свое фото, и тогда вы точно скажите.
     - Хорошо. Жду.
     Телефон тут же отключили. Я передала мобильный Рону:
     - Сделаешь фото?
     - Конечно, милая, - Рон начал настраивать камеру: - Я так рад за тебя Синтия. Или уже звать тебя Джорджия?
     - Думаю, пока рана. Не будем надеяться раньше времени. Вдруг это все же не я.
     Я поправила волосы и улыбнулась на камеру, ощущая смятение. Я уже привыкла к своему новому имени, которое выбрала не случайно. Больница, в которой мне спасли жизнь, бала названа в честь святой Синтии. Я провела там пару недель, восстанавливая здоровье, после того как меня выловили из океана прибрежные рыбаки. И именно там я познакомилась с Роном, который, узнав мою историю, сразу предложил свою помощь.
     Рон сделал снимок и отправил его на нужный номер. Он убрал телефон в карман и нежно обнял меня:
     - Ни о чем не волнуйся, милая. Даже если это не ты, не страшно. Главное же, что мы вместе. Так.
     - Да, - улыбнулась я ему.
     Но все же я бы очень хотела узнать кто я такая, откуда родом, кто моя семья. И, если честно, мне бы хотелось быть именно этой Джорджией, которую кто-то ищет. Ищет уже полгода, не жалея средств – на объявлении за любую информацию обещалось солидное вознаграждение. И дело было вовсе не в деньгах, а в том, что я кому-то была нужна, кто-то беспокоился обо мне – это было приятно. Ведь нет ничего хуже, чем ощущать себя бездомной, никому не нужной дворнягой, без роду без племени – я знала это не понаслышке.
     На телефон Рона пришло сообщение, мы взглянули на экран: «Я все проверю и перезвоню вам в течение 15 минут».
     - Что он там собрался проверять? – снова заволновалась я.
     Рон прижал меня к себе:
     - Милая, не переживай. Ты же видишь какие деньги обещают за любую информацию об этой Джорджии. Думаю, охотники за легкими деньгами его уже замучили, вот он и перестраховывается.

     Логан действительно решил перестраховаться, хотя узнал женщину сразу, с первой секунды, в которую она заговорила с ним. Это была Джорджия – никаких сомнений. Но то, что она говорила не укладывалось у него в голове. Амнезия? Ничего не помнит? Что за бред? Прошло уже полгода с той роковой ночи, когда женщина пропала, просто взяла и исчезла из дома. Тогда их мир стал с ног на голову, все просто с ума сошли от беспокойства, кое-кто уж точно лишился рассудка.
     Логан поморщился, вспоминая первые месяцы после исчезновения Луны. Вся стая ощутила на себе последствия – Альфы просто с цепи сорвались, зверея по любому поводу. Да это было и понятно, пропала их пара, их законная жена, их Луна. Дарен и Рэдж места себе не находили ни днем, ни ночью, они искали жену повсюду, звали свою волчицу в полнолуние, но все было бес толку – Луна как сквозь землю провалилась. С каждым днем вероятность того, что она вернется, таяла на глазах – это были самые ужасные полгода за все столетия существования их стаи.
     И вот, пожалуйста, Луна звонит ему, Бете стаи, и как ни в чем не бывало заявляет, что нашлась и ничего не помнит. Возможно это была уловка с её стороны, чтобы вернуться домой и не быть наказанной за то, что где-то шлялась полгода. Это было на неё похоже, Джорджия всегда была эгоистичной и хитрой женщиной. Хотя сейчас главное, что Луна нашлась, а остальное они решат позже.
     Логан подошел к двери кабинета Альф и вздохнул, настраиваясь на непростой разговор. Очень непростой. Он вошел без стука, за что получил два суровых взгляда. Но к ним Бета был давно привычным:
     - Срочное дело.
     Дарен тут же кивнул:
     - Оставьте нас.
     Трое мужчин быстро вышли из кабинета, прикрыв за собой дверь.
     - Что у тебя? – холодно спросил Рэдж, не довольный что их прервали. Но если Бета говорит, что у него «срочное дело», значит это действительно так.
     - Мне только что звонили, - сказал Логан и добавил: - По объявлению о пропаже Луны.
     Дарен сломал карандаш, который держал в руке – опять! Сколько таких звонков они пережили за первые месяцы после того как дали объявление о пропаже жены. Все они несли надежду, которая рушилась как карточный домик на ветру. Полгода не принесли ничего кроме разочарования и злости.
     Рэдж зарычал:
     - И это сочное дело? Твою мать! Сказал же, больше к нам с этим не суйся! Сам разбирайся с охотниками за легкой наживой!
     Логан выдержал гневный взгляд своего Альфы и силу его раздражения, которая обрушилась на него, точно шторм, и тихо сказал:
     - Мне звонила сама Луна, - в комнате повисла оглушающая тишина, затишье перед смертельной бурей. Логан решил воспользоваться моментом: - Джоржия говорит, что у неё амнезия. Что она не помнит своего прошлого. Не помнит того, кто она такая.
     Рэдж и Дарен пронзали своего Бету пытливыми взглядами, не веря тому, что он говорит. Но мужчины знали Логана уже не одно столетие, у него не было привычки врать им. Тогда неужели это правда, неужели их жена нашлась? Возможно ли такое после стольких месяцев безнадёжных поисков и ожидания? Дарен первый отошел после услышанного:
     - Ты уверен?
     - Насчет того, что это Джорджия? Да. Она прислала свое фото, сейчас перешлю его вам, - Логан отправил фотографию и добавил: - Насчет того, что Луна потеряла память ничего сказать не могу.
     Но его уже не слушали, Альфы во все глаза смотрели на фото: вот она их жена, улыбается, как ни в чем не бывало! Джорджия изменилась за эти полгода. Она набрала в весе, и это, надо признаться, ей шло больше, нежели излишняя худоба, которую жена маниакально поддерживала модными диетами. Волосы, которые Джорджия всегда стильно и коротко стригла, сейчас сильно отросли и теперь лежали на груди мягкими рыжеватыми волнами. На лице почти не было макияжа, а на простой майке, какой-то несуразный принт. Их жена, которая всегда старалась выглядеть стильно и модно, чтобы соответствовать своему статусу Луны, сейчас походила на обычную девчонку, не сильно заботившуюся о том, как выглядит. Но это была она, их Джорджия. Только её волчьи глаза потухли.
     - Где она? – хрипло спросил Рэдж, не отрывая взгляда от экрана своего телефона.
     - Я пока не знаю, - ответил Логан, за что получил два яростных взгляда. – Я сказал, что перезвоню ей через пятнадцать минут.
     - Номер, - тут же велел Дарен.
     Бета открыто посмотрел на Альфу:
     - Я сам ей перезвоню. Так будет лучше. Нам ведь не нужно, чтобы вы напугали её до полусмерти своим рычанием?
     Дарен нехотя признал правоту их Беты и друга – сейчас они с Рэджем были не в том состоянии, чтобы вести спокойный разговор. А напугать жену, которая говорит, что ничего не помнит, и снова её потерять было бы непростительной ошибкой.
     - Звони, - велел Рэдж. – Поставь на громкую связь.
     Логан набрал нужный номер и включил динамик. После пары гудков ему ответил насмешливый мужской голос:
     - Ну, что дала ваша проверка?
     Рэдж и Дарен шагнули к Логану с яростным вопросом во взгляде. Это еще что за мужик?
     - Дайте, пожалуйста, телефон Джорджии, - холодно сказал Бета, одним взглядом останавливая своих Альф от глупостей.
     - Вы лучше мне все скажите, - возразил Рон. – Синтия очень волнуется. Переживает, что мы ошиблись, и она не та, кого вы ищите.
     - Синтия? – спросил Логан, скорее для своих Альф, которые вопросительно смотрели на него.
     - Да, она взяла себе это имя, после того как не смогла вспомнить свое.
     - Понятно, - протянул Логан и вздохнул, перед очень «опасным» вопросом: - Могу я узнать, кем вы приходитесь Джорджии?
     - Конечно, - рассмеялся Рон. – Можете. Я её парень. У нас серьёзные отношения и...
     - Перезвоню, - буркнул Логан и быстро отключил телефон. «Перезвоню если останусь в живых», - в следующее мгновение подумал Бета, естественно замечая у своих Альф взбешенный взгляд.

     Рон отключил телефон, и я тревожно взглянула на него:
     - Что там?
     - Сказал, что перезвонит, - ответил мужчина, глядя на экран. – Может что-то сорвалось?
     - Возможно.
     А возможно, я все же не эта Джорджия, и значит мои надежды обрести семью пойдут прахом. Рон обнял меня за плечи:
     - Ну, что ты милая, не грусти. Он перезвонил, и просил дать телефон Джорджии, значит это ты. Ты столько ждала, подождешь и еще немного. Верно?
     - Да, - обняла я Рона.
     Он прав, я полгода мучилась в неизвестности, думая, что не нужна своим близких, раз никто меня не ищет. Так что могу подождать еще пару минут. Мы прошли вдоль пристани и сели на скамеечку. Телефон зазвонил минут через пять. Рон победно мне улыбнулся, показывая номер и ответил на звонок:
     - Да.
     - Включи на громкую связь, - шепнула я, Рон так и сделал.
     - Скажите, пожалуйста, где вы находитесь, мы приедем за Джорджией.
     - Значит это все-таки я? – не удержала я вопроса.
     И тут же услышала другой мужской голос, с тихой хрипотцой:
     - Джорджия?
     Я немного смутилась, все же было как-то непривычно отзываться на это имя:
     - Да.
     - Ты правда ничего не помнишь?
     Вот странный какой-то. Если бы я что-то помнила, я бы вернулась домой, так? А не жила полгода на милости у других:
     - Нет. Совсем ничего не помню. Даже имени своего вспомнить не смогла.
     - Скажи где ты, мы приедем, и заберем тебя домой, - услышала я еще одного мужчину. Да сколько их там?
     Рон хмуро посмотрел на меня и решил вмешаться:
     - У Синтии уже есть дом. Мы сами приедем к вам. Погостить. На время. Скажите, где вы живете?
     Из динамика послышалась какая-то возня, а потом нам ответил мужчина, с которым мы разговаривали в первый раз:
     - Хорошо. Я скину вам адрес. Если нужна будет помощь с билетами или деньгами, звоните.
     Рон поджал губы и холодно отказался:
     - Не надо. Обойдемся.
     - До встречи, - успела попрощаться я, и Рон отключил телефон. Я его пожурила: - Это было грубо.
     - Их подачки мне не нужны. Ты моя девушка, я могу сам о тебе позаботится.
     - А они моя семья, - ответила я и только сейчас поняла, что не знаю этого наверняка. Я так разволновалась, что даже не спросила кем они мне приходятся. Кто меня ищет.
     На телефон Рона пришел адрес, и он сразу вбил его в навигаторе. Оказалось, что путь не близкий, два дня на машине по побережью, или часов шесть-восемь через пролив. К океану я теперь не подходила ближе чем на пару метров, поэтому придется добираться до неожиданно обретенных родных двое суток.
     Что же я делала полгода назад так далеко от дома?

     Глава 2.
     Следующие двое суток стали для стаи сущим кошмаром. Обнадеживало только то, что этот кошмар должен был скоро закончиться — Джорджия написала, что приедет через два дня. Но возможно начнется следующий кошмар? Альфы не стали делать тайну из того, что скоро Луна вернется домой, и эта новость распространилась со скоростью лесного пожара, и принесла такие же последствия. Члены стаи были взволнованны: скоро их Альфы, снова обретут свою пару, но что последует за этим? Ведь всё еще оставалось не ясным, как и куда пропала Луна полгода назад. А главное зачем? Её похитили, или... она сбежала из дома сама?
     Рэджа и Дарена в стае не только боялись, как сильных и суровых вожаков, но и уважали – они были справедливыми и заботливыми Альфами, при них стая уже много веков процветала. Когда в их дом вошла жена, а стая обрела свою Луну, все были рады, надеясь на счастливое будущее. Джорджия была красивой и молодой волчицей, но избалованной и эгоистичной. Она даже не попыталась заслужить авторитет и уважение в своей новой стае, считая, что всё должно прийти к ней само собой, просто по определению. Молодая Луна была высокомерна, привередлива и капризна, но ей это прощалось, ведь главной её задачей было делать счастливыми Рэджа и Дарена, а все остальное не имело значение. Первое время Альфы были счастливы с молодой женой, казалось мужчины даже не замечали негативные черты её характера. Правда, со временем с мужских глаз все же спали розовые очки, и семейная жизнь стала не такой приятной. Но Джорджия была их парой, их женой, пока смерть не разлучит их. В семьях оборотней не существовало ни измен, ни разводов – таков был древний уклад волков.
     Но семейные невзгоды и дрязги показались мелочью, когда полгода назад Луна неожиданно пропала и вся стая во главе со своими Альфами погрузилась в настоящий хаос.
     Рэдж посмотрел на Дарена, отгоняя от себя дурные воспоминания. Скоро их тревогам придет конец – Джорджия вернется домой и все будет как раньше. Он очень на это надеялся.
     - Что ты чувствуешь?
     Дарен посмотрел на друга, который стал ближе родного брата за все те столетия, что они знали друг друга, и усмехнулся:
     - Плечо ноет, похоже ты мне его вывихнул.
     Они только закончили утренние тренировку и наслаждались рассветом на берегу лесного озера. О том, чтобы уснуть хоть на минуту в эти двое суток ожидания не было и речи. Рэдж улыбнулся в ответ:
     - Это тебе за мое ушибленное колено.
     Дарен усмехнулся и ответил о том, о чем его в действительности спрашивал Рэдж:
     - Нетерпение. Хочу, наконец, увидеть её, почувствовать рядом.
     - А я хочу коснуться её, - прикрыл глаза Рэдж. – А потом сжать её шею и...
     - Мы ничего не знаем наверняка, - в сотый раз напомнил другу Дарен. – Может её похитили.
     - Похитили из нашего дома? Из самого сердца нашей волчьей территории? И никто ничего не видел. Ты сам в это веришь? – грустно усмехнулся Рэдж.
     - Я хочу верить в лучше. И прежде чем кого-то в чем-то обвинять нужно во всем разобраться и узнать правду.
     - Мы обязательно узнаем правду. Она приедет, и мы все узнаем, - Рэдж сжал кулаки, стараясь успокоиться. Он ничего не знал наверняка, но почему-то чувствовал, что полгода назад Луна сама сбежала из дома. Вот только зачем? Как же медленно течет время! Скорей бы полдень, увидеть её... Нужно срочно отвлечься! Рэдж спросил: - Как думаешь, Дарен, она и вправду ничего не помнит? Или просто выдумала эту амнезию?
     - Думаю и вправду ничего не помнит, - ответил друг. – Джорджия, конечно, могла соврать об амнезии, но она же не самоубийца, чтобы открыто признаваться в связи с другим мужчиной. «Парень» мать его!
     Лучше бы они не вспоминали об этом. Когда мужчины узнали, что у их Луны есть парень, им просто посрывало предохранители. Их кабинет подвергся срочному капитальному ремонту, после того, что Альфы устроили там, услышав об это. Логан пытался их вразумить, намекая, что «парень» – это еще не муж. Но мужчины быстро и доходчиво объяснили своему хладнокровному Бете, что его представления об отношениях между мужчиной и женщиной устарели лет так на сто. Джорджия приедет уже сегодня, и на их жене будет чужой запах – это станет самым большим испытанием для выдержки Альф. Другой мужчина коснулся их Луны, в обычных обстоятельствах он бы уже умирал очень долгой и очень мучительной смертью. Но в данном случае всё не так просто, и Альфы надеялись, что справятся с ревностью, а не оторвут голову её «парню» прямо в ту же секунду, как увидят. Логан постоянно напоминал им, что Джорджия ничего не помнит о прошлом, и точно не захочет, чтобы первые впечатления от вновь обретённого дома были кровавыми. Их Бета был прав, Рэдж и Дарен были ему благодарны за хладнокровие и трезвый ум.
     - Пойдем в дом, - поднялся Дарен. – Она скоро должна приехать.
     - Да, уже скоро.

     Я всю дорогу не могла дождаться той минуты, когда попаду в свой дом, которого не помню. Каким он будет? Как меня встретят? Какие они, члены моей семьи? А когда до дома осталась всего пять минут пути вдруг резко расхотела туда ехать:
     - Рон, давай не поедим?
     Мужчина сжал мою руку и улыбнулся:
     - Все будет хорошо, я же с тобой.
     - Обещаешь?
     - Обещаю, - улыбнулся он, подъезжая к кованным воротам с пунктом охраны. – Хм, я думал твои родственники сельские жители, раз живут в глуши посреди леса, а они похоже богатеи.
     Я была удивлена не меньше, особенно когда миновав ворота и подъездную дорогу Рон припарковал машину у большого трехэтажного особняка, который явно был построен пару столетий назад. Мы медленно вышли из машины и огляделись: ухоженный сад и цветник, отреставрированный фасад здания, каменные дорожки. Мне показалось странным, что нас никто не встречает. Но как только я об этом подумала, на крыльцо вышла молодая красивая женщина в модном спортивном костюме и солнечных очках, хотя сегодня было пасмурно.
     Плохие предчувствия зазвенели первым тревожным звоночком, и я приблизилась к Рону:
     - Давай уедем.
     Мужчина удивленно посмотрел на меня и отмахнулся, а потом улыбнулся подошедшей женщине:
     - Здравствуйте.
     - С приездом, - ответила она с улыбкой, которая показалась мне холодной. – Идемте, я провожу вас на террасу. Вас уже ждут.
     Почему на террасу, почему не в дом? – вертелось в моей голове, пока мы с Роном безропотно шли за женщиной в обход дома. Я теснее прижалась к мужчине, ища у Рона защиты, потому что всеми фибрами души чувствовала, что защита мне понадобиться. Мы обошли большой дом, поднялись вслед за женщиной на открытую террасу, увитую диким виноградом и завернули за угол.
     Я резко остановилась и вцепилась в руку Рона, ощущая на себе пять пристальных, горящих серебром, мужских взглядов.
     Не человеческих взглядов.
     Что? Оборотни! Время остановилось, пока я осознавала увиденное: они все были оборотнями. Все до единого. Люди уже давно знали о существовании сильных мира сего, но старались иметь с ними как можно меньше дел – целее будешь. И вот мы с Роном добровольно приехали во владения оборотней, стоим на террасе их дома и не знаем, что сказать. А что ту скажешь?
     И это моя семья?
     Первым пришел в себя Рон, он нервно поправил ветровку и изобразил на лице подобие вежливой улыбки:
     - Добрый день. Наверное, мы ошиблись адресом. Навигатор сбился и...
     - Вы не ошиблись. Адресом, - холодно ответил ему блондин, который стоял к нам ближе всего. – Я Логан, это мне вы звонили.
     Я перевела взгляд на Логана и нервно прикусила губу. Что здесь происходит? Что я натворила? Зачем меня разыскивали оборотни, назначив за любую информацию обо мне огромные деньги. Может это были деньги за мою голову? Как в старых вестернах: «Разыскивается живым или мертвым!».
     - Зачем вы искали меня? – тихо спросила я. - Я думала меня ищет моя семья?
     - Все верно, - спокойно ответил Логан, но нервно повел плечами, как будто его кто-то ударил в спину. – Мы твоя семья.
     Я удивленно распахнула глаза – моя семья? Оборотни? Я никогда не слышала о том, чтобы оборотни брали на усыновление человека. Но возможно:
     - Я сирота? Вы меня удочерили? – спросила я, глядя на Логана и только на него. На других оборотней смотреть было страшно, от них исходила откровенная враждебность. Особенно от двоих широкоплечих мужчин, которые пристально рассматривали нас с Роном, сидя в плетеных креслах. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять – они здесь главные.
     - Нет, - ответил Логан. – Почему ты так подумала?
     - Ну как же, - протянула я и мельком глянула на остальных, - вы же... вы... оборотни. А я человек.
     После моего замечания и так недружелюбная атмосфера мгновенно стала какой-то зловещей. Один из сидящих в кресле мужчин тихо спросил:
     - С чего ты это решила?
     Я нервно сглотнула и замялась. Зачем спрашивать об очевидном?
     - Ну... у вас глаза светятся.
     Мужчина медленно наклонил голову, рассматривая меня, как будто я сказала какую-то глупость, а потом вдруг улыбнулся. Его суровое лицо тут же преобразилось. Эта мягкая улыбка должна была меня успокоить, но она произвела противоположный эффект – я заволновалась еще больше и отвела от мужчины взгляд. Он спросил:
     - С чего ты решила, что ты человек?
     Что! Что значит с чего решила? Я же не совсем «того», чтобы не заметить, как обрастаю шерстью в полнолуние. И глаза у меня, кстати, совсем обычные, человеческие глаза. Не светятся серебром, как у некоторых здесь присутствующих.
     - Ну... потому что я человек, - только и ответила я, и не нашла ничего лучшего, как посмотреть на Рона и взять его за руку: - Рон, скажи им, что я обычный человек, - Рон внимательно посмотрел на меня, как будто уже стал в этом сомневаться. Мне нравилось здесь все меньше и меньше: - Вы явно ошиблись, я не та, кого вы ищите. Я не Джорджия. Так что мы с Роном уходим. Извините, что...
     Договорить я не успела, в секунду все пришли в движение. Я слышала, что оборотни невероятно быстрые, но не настолько же! Их силуэты стали размытыми, и в следующее мгновение я уже была в объятиях одного из незнакомых мне мужчин на одном краю террасы, а Рона удерживали двое других на другом конце. Я вмиг забыла, как дышать, ощущая на себе незнакомые стальные объятия и горящий каким-то внутренним голодом взгляд. Я сипло прошептала:
     - Что вы делаете?
     - Синтия! – крикнул Рон, пытаясь вырваться из захвата двух оборотней, которые априори были в десять раз его сильнее. – Пустите её!
     - Это не Синтия, - прорычал мужчина, который до этого тоже сидел в кресле, как и тот, что меня сейчас удерживал. – Это Джорджия. Наша. Жена.
     Меня как булыжником по голове ударили! Это еще что за новости? Что значит «наша жена»? Мысли понеслись в бешеный галоп: «жена», «оборотни», «Джорджия», «наша» - все это было просто нереальным и безумно пугало. И неизвестно что пугало больше «жена» или «наша». «Наша» – это на сколько человек, а точнее оборотней? Я воззрилась на говорившего мужчину, как на полоумного:
     - Что? Что значит «ваша жена»? Я же человек.
     Мне ответил другой, тот который умел тепло улыбаться, теснее прижимая к себе:
     - Ты оборотень, Джорджия, такой же, как и мы. Ты наша пара и Луна нашей стаи.
     Все финиш, гасите свет! Они совсем «того», а еще и меня хотят в этом убедить, что я тоже «того». Как я могла за полгода не понять, что я не человек, а кто-то совсем другой, когтистый и мохнатый? Я повернула голову к мужчине, который удерживал меня, и попыталась его вразумить:
     - Вы ошибаетесь. Вы думаете я бы не заметила, что каждый месяц... И глаза у меня не светятся. Разве не видите?
     Мужчина разглядывал меня пару мгновений, пытаясь найти в моем взгляде ответ на только ему известный вопрос, и я смутилась от такого пристально внимания со стороны незнакомца. Я попыталась отстраниться, высвободиться из его объятий, но он не позволил, теснее прижимая к себе. Мужчина пояснил мне, точно говорил с малым ребенком:
     - Ты была вдалеке от своих Альф, от своей стаи, поэтому твоя волчица и затаилась. Поэтому твои глаза не светятся, Джорджия. Поэтому ты не обращалась все это время.
     - Нет, причина в том, что вы что-то напутали, - возразила я и снова постаралась отстраниться. Но меня снова не пустили. – Ну, правда, я бы наверняка, что-то почувствовала. Разве нет? – попыталась я найти себе соратников, оглядывая каждого присутствующего. – Я просто похоже на эту вашу Джорджию. Но я не она. Это точно.
     - Ты она, - шагнул ко мне другой мужчина, впиваясь пристальным взглядом в мое лицо. – Ты наша пара и наша жена.
     - Я не могу ею быть. Нет. Я...
     - Да, - перебил мужчина и подступил совсем близко. - Ты Джорджия. Ты ничего не помнишь, ты изменилась, но мы узнали тебя. И твой запах прежний, - прошептал он, и протянул руку, чтобы коснуться моей щеки. Но не коснулся, а злостно прорычал: - Станет прежним, когда от тебя перестанет разить человеком.
     Мужчина резко указал на Рона. Он сказал это так, как будто Рон был какой-то шелудивой дворнягой в питомнике породистых собак. Мне стало обидно за своего парня, который сделал для меня так много, и я ощетинилась:
     - От меня разит человеком, потому что я человек!
     Глаза оборотня недобро сверкнули, совсем недобро. Я вмиг испугалась и неосознанно подалась назад, в поисках защиты у незнакомца, который держал меня в своих объятиях все это время. И он вступился за меня:
     - Рэдж, - это прозвучало как предупреждение.
     Тот, кто был Рэджем, на мгновение прикрыл глаза, видно стараясь успокоится, и у него это отлично получилось:
     - Ты оборотень, Джорджия, и скоро сама убедишься в этом. Полнолуние через десять дней, - сказал он спокойно и все же коснулся моей щеки.
     Меня точно током ударило, так остро я почувствовала мужское прикосновение и горящий взгляд. Но нельзя было терять присутствие духа, показывать, как я напугана всем происходящим:
     - Хорошо, - ответила я сдержанно, не хотела больше провоцировать «вспыльчивого Рэджа»: - Значит у меня в запасе десять дней. Тогда и проверим ваши слова. А сейчас, пожалуйста, отпустите нас. Мы с Роном...
     Горячие пальцы со щеки вмиг переместились на шею и сжались. Не больно, но ощутимо. А захват на моей талии стал железным:
     - Еще раз скажешь «мы с Роном», и я оторву ему голову, - сказал мужчина, который удерживал меня.
     Оказывается, этот, «с мягкой улыбкой», тоже умеет рычать, и не хуже «вспыльчивого Рэджа». Я сразу поняла, что это не просто угроза, с такой тихой решимостью это было сказано. Я облизнула вмиг пересохшие губы, и взгляд Рэджа тут же остановился на них. Это был очень голодный и не сулящий мне ничего хорошего взгляд! Оборотня надо срочно чем-то отвлечь. Я обхватила его запястье, пытаясь отцепить ладонь от моей шеи:
     - Не надо... никому отрывать голову. Пожалуйста. Если бы не Рон даже не знаю, чтобы со мной стало за эти полгода. Он помог мне, заботился обо мне. Рон...
     Я затихла, когда меня снова опалили гневным взглядом. А по какому собственно праву? Что я не так сказала? Если бы рядом не было Рона, я могла бы уже давно гнить в какой-нибудь сточной канаве. Ведь полгода назад я была совсем одна, без родных и друзей, без денег и жилья, без работы и связей. Без памяти. Рон помог мне, и за это я была ему безмерно благодарна.
     - Логан, расплатись с человеком, - не глядя на мужчину велел Рэдж и все же убрал руку от моей шеи. - И чтобы через минуту его не было на нашей земле,
     Что? Нет! Я резко подалась вперед, решительно пытаясь освободиться из нежеланных объятий и увидеть единственного человека, которого знала:
     - Нет, пожалуйста! Рон!
     - Мне не нужны ваши деньги! – крикнул Рон, которого двое оборотней совсем не вежливо потащили с террасы.
     - Нет! Пустите меня! – рвалась я из незнакомых рук. – Я пойду с ним!
     - Ты специально нас злишь? – прорычал Рэдж, хватая меня за плечи.
     Это в миг меня отрезвило. Я замерла и заглянула в серебристые глаза, пытаясь достучаться до мужского сердца, если оно конечно у него было:
     - Пожалуйста, позвольте мне уехать с ним. Я хочу остаться с ним. Пожалуйста. Его я знаю, а вас нет. Прошу.
     - Нет, - было мне ответом. – Теперь ты дома, и останешься со своей семьей.
     - Но я не помню никого из вас, - взволнованно продолжила я просить, чувствуя, как меня накрывает паника. Слезы страха перед неизвестностью подступили к глазам: – Прошу, позвольте мне уехать. На время. Мне нужно время что все осознать. Чтобы принять это.
     Рэдж снова медленно притронулся к моей коже, и мое сердце ухнуло вниз. Мужчина нежно смахнул сбежавшую по щеке слезу, но его слова разнились с действием:
     - Твои слезы не трогают меня, Джорджия. Больше не трогают.
     - Пожалуйста, на время, - не сдавалась я.
     - Нет, - ответил мне Дарен, сильнее прижимая к своей груди. – Эти полгода были сущим кошмаром. Больше ты ни на день не покинешь стаю. Ни на день, ни на час.
     Я прикрыла глаза, понимая, что просить дальше бесполезно. Но взять и просто сдаться я сейчас не могла, поэтому решила попробовать последний аргумент, после которого мне либо свернут шею, либо отпустят:
     - Я люблю его.
     Взгляд Рэджа почернел, а Дарен яростно прошептал:
     - Тебе не долго осталось его любить, Джорджия. Через тридцать-сорок лет человек умрет, а ты проживешь столетия. Столетия с нами. Но если хочешь мы можем ускорить смерть человека. Только скажи.
     - Нет, - испуганно прошептала я, хотя, наверное, от меня не ждали ответа.
     Пару мгновений мужчины молчали, и я тоже затаилась: не решалась больше просить, а тем более требовать или протестовать. Не хотела злить оборотней, которые способны на мгновенную и безжалостную расправу. Я дождусь полнолуния, докажу мужчинам что я не та, за кого они меня принимают и уеду. И тогда мы с Роном снова будем вместе. Думать о том, что оборотни, возможно, говорят правду и я их Луна у меня сейчас просто не было сил.
     Рэдж медленно поднял руку и снова притронулся к моей щеке. Я неосознанно дернулась, но мужчина, слава небу, никак на это не отреагировал и тихо спросил:
     - Ты вправду, совсем ничего не помнишь?
     - Совсем, - выдохнула я почти беззвучно.
     - Мы поможем тебе все вспомнить, - прошептал мне на ухо Дарен.
     Я не удержала горький ответ:
     - Не хочу ничего вспоминать.
     Взгляд Рэджа снова почернел, когда до него дошел скрытый смысл моих слов, но отреагировать мужчина не успел. Мы услышали тихое и встревоженное «Мама?» и одновременно повернули головы. На пороге двери, которая вела с террасы в дом стояла красивая девушка лет пятнадцати, оборотень, и пристально рассматривала меня.
     Безумство этого дня когда-нибудь закончится? Я во все глаза смотрела на девушку, которая явно не могла быть моим ребенком, ведь мне только... а сколько мне лет, кстати?
     Рэдж велел:
     - Викки, иди в дом.
     Девушка не обратила на его слова никакого внимания и шагнула ближе, взволнованно рассматривая меня:
     - Ты правда не помнишь нас?
     Конечно не помню! Но если бы у меня была дочь, я бы это чувствовала верно? Так ведь? Я отрицательно мотнула головой, не нужно давать ребенку пустые надежды. Викки вопросительно посмотрела на Рэджа.
     - Нет, Викки. Все эти полгода Луна даже не знала, что оборотень.
     - Я и сейчас этого не знаю, - зачем-то вставила я свои пять центов, чем снова привлекла к себе всеобщее внимание.
     - Но ты оборотень, Луна нашей стаи и моя мать, - сказа Викки, подходя еще ближе. – Ты немного изменилась, но пахнешь по-прежнему. Только, - девушка замялась и быстро глянула на отца.
     Ясно! Еще от меня «разит человеком». Мне каждый встречный оборотень будет об этом сообщать?
     - Викки, так? – настороженно улыбнулась я, и девушка кивнула. – Я действительно ничего не помню из своего прошлого. Просто чистый лист. Но уверена, если бы у меня была дочь, я бы это знала или чувствовала. А я.., - я покачала головой вместо слов. - Так что не уверена, что я твоя мать. Прости.
     Викки горько усмехнулась:
     - Это как раз очень на тебя похоже.
     - Викки, - предупредил её Дарен. – Не сейчас.
     Девушка только кивнула. А я поняла, что у этой Джорджии были совсем непростые отношения с дочерью.
     Да что же за наказание такое? Почему я ничего не помню? Не помню свою семью, дочь? Черт, кто же я все-таки такая? Неужели оборотень Джорджия? Или они жестоко ошибаются? Хоть бы второе!

     Глава 3.
     Меня ухватили за локоть и повели в дом, я не стала упираться и противиться, силы были не равны. Интерьер в доме был современный и дорогой – у этих оборотней явно водились деньги и не малые. Мы прошли коридор и стали подниматься на второй этаж по широкой лестнице, пока не услышали:
     - Альфа? Вещи Луны.
     Я обернулась и увидела в руках у женщины, которая встречала нас, свою дорожную сумку. Её взгляд тоже горел серебром. Теперь мне стало ясно, зачем женщина прятала свои глаза под солнечными очками – чтобы не спугнуть нас с Роном раньше времени. Рэдж холодно велел:
     - Сожги.
     - Что? Это мои вещи, - возмутилась я.
     - Твои вещи ждут тебя в твоей комнате, - ответили мне и потащили дальше по лестнице.
     Злость смешалась со страхом – что еще меня ждет «в моей комнате»? Мы поднялись на третий этаж, и Викки открыла дверь в просторную, светлую спальню, которая просто кричала новомодным ремонтом. Интерьер в силе неоклассицизм со множеством бесполезных мелочей мне не понравился, как-то слишком пафосно на мой вкус. Ха, еще одно доказательство, что я не Джорджия.
     Я посмотрела на Викки и улыбнулась:
     - Уютно. Значит это моя комната до полнолуния?
     - До полнолуния? – переспросила Викки.
     - Луна не верит, что она оборотень. И думает, что после полнолуния уйдёт от нас, - сказал Дарен. Викки хмуро посмотрела на меня, а мужчина успокоил дочь: - Мама больше никуда не уедет, милая. Не волнуйся об этом.
     Девушка кивнула, принимая слова отца, а я пронзила Дарена недовольным взглядом – зачем давать ребенку ложные обещания? Рэдж обратился ко мне:
     - Здесь твои вещи, переоденься. Но жить ты в этой комнате не будешь.
     - А где я буду жить?
     - В нашей общей спальне, - ответил он.
     Я нервно сглотнула:
     - Нет! – громче, чем следовало бы сказала я, а потом добавила уже спокойнее: - Я бы хотела остаться здесь.
     - Нет.
     - Не хочу показаться привередливым постояльцем, но я бы хотела остановиться в отдельном номере, - не сдавалась я, решив перевести все в шутку.
     Три слегка удивленных взгляда пронзили меня своим серебром. А что я такого сказала?
     - Ты не постоялец, - ответил, наконец, Рэдж. – Ты наша жена. И жить будешь с нами.
     - Но...
     - Не обсуждается, - перебил он меня и посмотрел на дочь: - Викки, покажи Луне её вещи, и через полчаса спускайтесь к обеду.
     - Ты, наверное, голодная, – предположил Дарен.
     Я ничего не ела с самого утра, но как сейчас вообще можно думать о еде?
     - Начни экскурсию с ванной комнаты, - обронил Рэдж.
     Я сразу поняла, что мужчина хотел этим сказать, как и все остальные. Я разозлилась, но промолчала, и быстро глянула на Викки, она была смущена. Мужчины, не дожидаясь моего ответа, вышли из спальни.
     Викки посмотрела на меня:
     - Не обращай внимания, он не хотел быть грубым.
     - Думаю, хотел.
     - Нет, просто... Ну, просто для них это сложно. Понимаешь? - я отрицательно мотнула головой и сняла с себя куртку, в доме было тепло. Викки взяла у меня куртку и усмехнулась: - Ну да, ты же ничего не помнишь, и не чувствуешь, как раньше. Верно?
     - А что я должна чувствовать? – спросила я, садясь в удобное кресло.
     - Эти ощущения сложно объяснить, я же родилась с ними, - ответила Викки садясь на кровать. - Но говорят, что оборотни чувствует все острее, чем люди. Запахи, вкусы, звуки, даже цвета видят по-другому. Вот ты сейчас чувствуешь мой запах?
     - Нет.
     - А я твой чувствую, даже на расстоянии. Он такой же, как и прежде, только... с легким неприятным оттенком.
     - От меня «разит человеком»?
     Викки замялась:
     - Ты пахнешь им, другим мужчиной. И это злит меня, злит других членов стаи. Поэтому даже не представляю, что творится с Альфами.
     - Почему это злит тебя?
     - Потому, что ты, не только моя мать, но и Луна нашей стаи. Ни один другой мужчина не смеет к тебе прикасаться, только твои Альфы. Но ты была с другим, - тихо заметила Викки, - и тем самым оскорбила моих отцов и моих Альф. Предала их. Получается ты предала всю нашу стаю. Ты позволила другому мужчине касаться тебя... - Викки резко замолчала, видимо решила, что наговорила лишнего. – Но ты ничего не помнила, когда сделала это. Не помнила кто ты. Поэтому никто в стае не станет тебя осуждать, - объяснила Викки, а потом пронзила меня пытливым взглядом: - Ты же ничего не помнила, да?
     Я отрицательно мотнула головой. И тихо спросила:
     - Ты злишься, потому что думаешь, что твоя мать изменила твоим отцам?
     Викки взволнованна встала с кровати:
     - Да. Именно так. Потому что тем самым ты предала их, - девушка снова осеклась, подавляя в себе бурю чувств: - Но ты ведь ничего не знала, не помнила. Если бы ты помнила кто ты, ты бы никогда этого не сделала. Правда?
     - Я знаю себя только полгода, но не думаю, что способна на предательство или измену, - тихо заметила я. Девушка молчала, и я тихо спросила: - Джорджия была не очень хорошей матерью и женой. Так?
     - Не говори о себе в третьем лице! – разозлилась Викки. – Моя мать ТЫ.
     - Возможно... а возможно и нет.
     - Сейчас, - сказала Викки и достала из кармана свой телефон.
     Через пару мгновений она протянула мне телефон. Один взгляд на женщину на фото, и мой мир стал с ног на голову второй раз за полгода! Женщина на фото имела короткую модную стрижку, хороший макияж и была гораздо худее меня. Её глаза светились серебром, но это определенно была я. Вот и все, отпираться теперь бесполезно и глупо. Мое имя Джорджия, я оборотень и Луна для двух Альф. Теперь это моя жизнь и моя реальность. Но как с этим смирится? И как с этим жить?
     Викки села рядом:
     - Убедилась?
     Я посмотрела на внезапно обретенную дочь и грустно улыбнулась:
     - Разве можно так сразу, у меня могло и сердце не выдержать.
     Девушка нахмурилась, а потом спросила:
     - Это ты сейчас пошутила?
     - А что, шутки в этом доме под запретом?
     - Нет. Просто странно слышать их от тебя.
     - Так я еще была и снобом без чувства юмора? Да, не веселое у меня прошлое, может потому я его и забыла?
     Викки улыбнулась:
     - Возможно. Хотя в твоем прошлом не было ничего плохого. У тебя была чудо что за жизнь! Каждый в стае всегда был готов тебе услужить, любое твое желание тут же выполнялось. Тебя слушались абсолютно все.
     - Думаю теперь все изменится.
     - Глупости, - отмахнулась Викки. – Никто не посмеет тебе и слова сказать. Кому хочется расстаться с головой? А ведь именно так и случится, если кто-то тебя обидит. Ты Луна, огорчить Луну, это значит огорчить Альф.
     Я видела, что Викки говорит искренне и тем самым, сама того не зная, девушка открыла мне неприглядную правду – в своей прошлой жизни я была никем, никем без Альф. Меня самой по себе как бы и не было вовсе. Я существовала только как дополнение к Альфам, как их собственность их имущество. И все в стае так ко мне и относились: улыбались, дружили, слушались – все только из-за Альф. Оборотни боялись их расстроить или разозлить. От осознания этого стало гадко. Я почувствовала себя полным ничтожеством: безразличная мать, плохая жена, эгоистичная женщина. Кем же ты была Джорджия?
     Викки почувствовала неладное:
     - Что случилось? Чем я огорчила тебя?
     Я отмахнулась и изобразила на лице улыбку:
     - Все хорошо. Просто очень много информации, на мою бедную голову.
     Викки не повелась на мою ложь и взяла меня за руку:
     - Прошу, скажи мне. Я ведь чувствую, что что-то не так.
     Я пожала её ладонь и улыбнулась уже искренне:
     - Конечно не так, мой мир стал с ног на голову. Оборотни, мужья, стая, взрослая дочь. Как я могу тебя не помнить?
     - У тебя еще и сын есть, - хитро улыбнулась девушка.
     - Сын?
     - Да, Тод. Но он сейчас в отъезде.
     Я отложила телефон и воззрилась на неожиданно обретенную дочь:
     - Еще и сын. Он младше тебя?
     - Старше на три года.
     Я нервно повела плечами, боясь спросить о важном, поэтому пошла обходным путем:
     - А сколько тебе лет, Викки?
     - Пятнадцать.
     - Понятно. Значит мне...
     - Тридцать восемь.
     - Тридцать восемь? – слегка удивилась я. В амбулаторной карте больницы мне поставили возраст 22-24 года, который соответствовал всем проведенным анализам.
     - Мама, - рассмеялась девушка, замечая мое удивление, - мы же оборотни. После совершеннолетия наше взросление и старение очень сильно замедляется. Ты и в сто лет будешь выглядеть как сейчас.
     Я прикрыла глаза, не веря в то, что все это происходит со мной. Конечно люди знали, что оборотни живут дольше их, но не знали насколько дольше. Викки продолжила меня шокировать:
     - Ты еще очень юная, по меркам волков. Вот отцы...
     Я её перебила, быстро вставая с кровати:
     - Не хочу знать сколько им лет.
     - Точно не хочешь?
     - Точно.
     - Ну, как знаешь, - усмехнулась Викки.
     Все это не укладывалось в моей голове, как такое возможно? Как я могу напрочь забыть мою странную волчью жизнь? Викки тоже поднялась и взглянула на часы
     - Иди прими душ и будем спускаться к обеду. Альфы не любят ждать.
     Чего еще не любят эти оборотни, которые являются моими мужьями? Думать об этом не хотелось, потому что было страшно. Будем решать проблемы по мере их поступления.
     Я приняла горячий душ, смывая с себя часть напряжения, завернулась в банный халат и промокнула волосы полотенцем. А потом нахмурилась – вся моя одежда чудным образом исчезла. Вместо неё на стуле лежало кружевное черное белье, короткое открытое платье с африканским принтом, а рядом стояли модные туфли на танкетке. Я даже не притронулась к чужим вещам и решительно вышла в спальню:
     - Викки, где моя одежда?
     Девушка вскинула на меня приторно-невинный взгляд:
     - Я избавилась от неё.
     - Что значит избавилась?
     - Сожгла, - ответила она как ни в чем не бывало, а потом быстро сменила тему разговора: - Тебе не понравилось выбранное мной платье? Можешь выбрать сама.
     Я начала злиться:
     - Викки нельзя так легкомысленно относиться к вещам.
     - Можно, - улыбнулась девушка. – Когда у тебя ОЧЕНЬ много денег и ОЧЕНЬ много времени, чтобы их потратить. Но давай подискутируем на эту тему позже. Одевайся, мама, не будем опаздывать к обеду.
     Я подавила раздражение и промолчала. На этот раз. Викки проводила меня в гардеробную комнату, которая напоминала бутик модной одежды и по размеру помещения, и по количеству вещей. Похоже я была шопоголиком, учитывая сколько тут одежды, обуви и женских аксессуаров. Я прошлась вдоль ряда коротких платьев, вешалок с джинсами и брюками маломерками, притронулась к открытым блузам и рубашкам и залюбовалась игрой света на драгоценных камнях вечерних нарядов. И что из этого я должна надеть? Я посмотрела на Викки:
     - А нет здесь чего-нибудь попроще, и побольше размером?
     Девушка задумалась, а потом прошла вперед и открыла шкаф, где на полках лежали модные спортивные костюмы. То, что надо! Я выбрала один, самый объемный и быстро переоделась, не забывая про белье, которое было не совсем по размеру, но за неимением другого сгодится. Викки придирчиво оглядела меня и вынесла приговор:
     - Мне не нравится, как-то мешковато сидит. А значит им наверняка не понравится. Может все же наденешь выбранное мною платье?
     Я не стала спрашивать кому «им», и так было ясно. Я застегнула молнию мастерки до самого горла, и оглядела себя – брюки свободно сидели и ничего не обтягивали, а мастерка скрывала живот и грудь:
     - А мне очень даже нравится.
     Викки недовольно поджала губы, но спорить больше не стала. Я надела модные кроссовки и начала закручивать еще влажные волосы в низкий пучок. Тут девушка не сдержалась:
     - Мама, оставь волосы распущенными.
     - Мне так неудобно.
     Викки подошла ко мне и быстро распустила мою прическу, нежно расчесывая пряди пальцами:
     - Зато красиво. Никогда раньше не видела тебя с длинными волосами. Теперь мы очень похожи.
     На меня вмиг нахлынули чувства, и я порывисто обняла Викки:
     - Прости, что была плохой матерью.
     - Не извиняйся за то, чего не помнишь.
     - Наверное мне дали второй шанс... чтобы все исправить.
     - Наверное, - протянула Викки отстраняясь. Я заметила в глазах девушки слезы, но она улыбалась: - Ну, все. Хватит женских обнимашек. Пора идти в столовую, а то за нами придут сюда.
     Я только кивнула.

     Глава 4.
     Мы спустились вниз и вошли в большую светлую столовую из которой доносились приятные ароматы – я поняла, что очень проголодалась. Но мой аппетит тут же пропал стояло мне увидеть мужчин. Рэдж и Дарен – мои мужья, застучала в голове тревожная мысль! Я взглянула на них по-новому: надо отдать должное, мужчины были привлекательными, даже слишком. Высокие, сильные, спортивного телосложения – просто образцы мужской красоты. Не знаю сколько им в действительности лет, и не хочу знать, но выглядели они в районе 35-40 человеческих лет.
     Викки сразу с порога радостно заявила:
     - Я показала Луне её фотографии, и она признала в них себя. Так ведь, мама? – обернулась она ко мне.
     - Да, - ответила я тихо.
     Мужчины пронзили меня пытливым взглядом, под которым я смутилась, а потом медленно оглядели с ног до головы. Я поняла, что дочь очень хорошо знает своих отцов – то что Альфы видели им не нравилось, мужчины нахмурились. Викки тут же за меня вступилась, беря под руку:
     - Луна изменилась, за те полгода, которые её не было дома. Завтра поедим с ней по магазинам, нужно обновить её гардероб.
     Альфы согласно кивнули и отодвинули для нас стулья. Мы сели за небольшой круглый стол, который стоял у окна, и я нервно поправила волосы, ощущая на себе два пристальных взгляда. Незнакомая молодая женщина разлила нам красное вино, и я сразу схватилась за свой бокал, чтобы занять руки. Я не любила спиртное, но все же пригубила немного, из вежливости. Вино оказалось терпким и немного горчило, я медленно отставила бокал и тут же услышала:
     - Тебе не понравилось вино? Это твоя любимая марка.
     Я быстро взглянула на Дарена:
     - Я не очень люблю спиртное. По крайне мере сейчас.
     - Грета, налей Луне воды.
     Передо мной тут же поставили пустой бокал и стали наливать в него воду. Я улыбнулась Грете:
     - Спасибо. Давайте я сама.
     Я потянулась к графину, рука женщины дрогнула, стекло звякнуло, и вода пролилась на скатерть, а потом мне на колени. Я быстро встала с места, отряхивая воду. Грета буквально отскочила от меня, в её взгляде появился настоящий ужас:
     - Простите меня, Луна! Я не специально! Простите, Луна!
     - Ничего страшного, - ответила я и взяла со стола салфетку. Я промокнула ткань штанов и улыбнулась испуганной женщине: - Это же всего лишь вода, даже пятна не останется.
     Грета смотрела на меня всё с тем же ужасом, как будто я сейчас обернусь драконом и спалю её дотла прямо на этом месте. Похоже я была еще той «стервозой», или Грета просто боится реакции своих Альф. От этих мыслей я снова почувствовала себя гадко. Есть расхотелось от слова «совсем». Я взглянула на мужчин, ощущая на себе их хмурые взгляды – похоже Викки забыла уточнить, что оборотни отлично чувствуют не только запахи, но и эмоции.
     Дочь встала со своего места и взяла у Греты кувшин:
     - Если Луна говорит, что ничего страшного, значит ничего страшного. Принеси обед, я сама налью воды.
     Грету как ветром сдуло, а я благодарно кивнула Викки:
     - Пойду переоденусь.
     - Я провожу тебя, - тут же вызвался Дарен и поднялся со своего места.
     - Спасибо, но я сама найду дорогу до своей комнаты.
     Повисла гнетущая тишина, и я сразу осознала – в этом доме с Альфами не спорят. Ни говоря больше не слова я вышла из столовой и пошла наверх, все время ощущая спиной, горящий взгляд Дарена, который молча шел следом. В гардеробной комнате я выбрала другие спортивные штаны и неуверенно посмотрела на мужчину – он выйдет, или мне переодеваться при нем? По лицу Дарена невозможно было понять его мыслей, поэтому я тихо спросила:
     - Я могу переодеться одна?
     Мужчина прислонился к косяку двери и скрестил на груди руки. Его задумчивый взгляд лениво скользил по моему лицу:
     - Ты же сказала, что признала себя Джорджией, нашей женой.
     - Да, признала, - ответила я, стараясь удержать раздражение, которое начало закипать во мне. - Но я до сих пор ничего не помню, и вы для меня все ещё остаётесь незнакомцами. Чужими людьми.
     - Это легко исправить, - тихо ответил Дарен. Я сразу поняла, как мужчина хочет это исправить, и испугалась, что он захочет все исправлять прямо здесь и сейчас. Похоже эмоции на моем лице были для него как открытая книга: - Ты наша жена, и наша пара. Ты единственная женщина, с которой мы можем быть. А тебя не было рядом долгих полгода, - сказал Дарен и замолчал, чтобы я могла сама додумать продолжение.
     И мое воображение понеслось вскачь. Я притормозила его, прикрыла глаза и почти беззвучно прошептала:
     - Мне нужно время, чтобы ко всему привыкнуть.
     - Боюсь, у тебя не будет этого времени, - ответил он. Я неосознанно шагнула назад, понимая, что Дарен подошел совсем близко, вторгаясь в мое личное пространство. – Если бы мы час назад не ощущали от тебя запаха другого мужчины, ты бы уже лежала в нашей постели.
     Я уперлась спиной в стену и распахнула глаза, Дарен как ангел мщения нависал надо мной. Но даже у приговоренного на смерть, есть право последнего слова:
     - Я ничего не помню, так же, как и полгода назад. Я была с Роном, потому что...
     Мою шею совсем не нежно сжали:
     - Никогда больше не произноси его имени. Не смей о нем говорить. Даже думать о нем не смей. Это ясно? – прорычал он. Я только кивнула, боясь даже дышать. Но этого мужчине было мало: - Ясно?
     - Ясно.
     Ладонь на моей шее расслабилась, и горячие пальцы приласкали кожу:
     - Ты наша жена, Джорджия, наша Луна. Не нужно бояться близости. Нам будет очень хорошо вместе, поверь. Уверен твое тело все вспомнит.
     Мое тело отказывалось что-либо вспоминать, оно вжалось в стену, пытаясь слиться с ней, или просочиться сквозь неё. Дарен нежно обвел мои скулы горячими пальцами, и я не удержала жалкой просьбы, замечая, как его взгляд загорается страстью:
     - Пожалуйста, не надо.
     Мне ответили жарким поцелуем, сминая и терзая губы. Я привалилась к стене, чувствуя себе полу придушенной мухой, которая попалась в липкую паутину – какой смысл бороться, это лишь ускорит твою печальную участь. Приняв отсутствие сопротивления за поощрение, Дарен подхватил меня на руки и, не прерывая поцелуя, вынес из гардеробной комнаты. Мужчина сел на кровать и усадил меня к себе на колени, а потом мгновенно расстегнул мастерку и отбросил её на пол. Послышался треск ткани, и моя майка тоже полетела на пол. Обнаженную грудь, которая не поместилась в маленький бра (поэтому я его и не надела), тут же овеял холодный воздух. Я попробовала прикрыться, но не успела – мою грудь обожгла горячая ладонь.
     Всё это было слишком! Слишком много для меня. Слишком много шокирующих событий для одного дня. Какой-то безумный день! Я толкнула мужчину в грудь и отвернула голову, прерывая поцелуй:
     - Нет, пожалуйста. Не надо. Пусти меня, - взмолилась я.
     Он и не подумал отпустить. Дарен ухватил меня за волосы и настойчиво потянул. Мне пришлось запрокинуть голову назад, и шею тут же опалили мужские губы:
     - Наконец-то ты рядом. Эти полгода без возможности коснуться тебя были сущим кошмаром. Такая сладкая, такая желанная, - шептал мужчина, кажется даже не замечая моего сопротивления.
     Я ухватилась за его ладонь, пытаясь отцепить пальцы от моих волос:
     - Пожалуйста, Дарен, пусти. Не надо!
     В следующее мгновение меня резко отпустили, и я, не удержав равновесие, начала заваливаться назад. Но мне не дали упасть – Рэдж, который неизвестно как появился в комнате, прижал меня к себе, удерживая над полом, точно я была тряпичная кукла. Его глаза горели яростной страстью:
     - Пустить? Нет. Ты наша. И теперь настало время тебе ответить, Джорджия, за все те полгода, которые мы провели в агонии, - озвучил Рэдж мой приговор на ближайшие пару недель и припечатал его жарким поцелуем.
     Я попыталась оттолкнуть мужчину, понимая, что это ни к чему не приведет. Но я должна была хоть что-то сделать, хоть как-то выразить свой протест и нежелание. Рэдж углубил поцелуй, буквально насилуя мой рот, и я взмолилась всем богам, чтобы случилось чудо и меня спасли. Чуда не произошло и через пару мгновений я оказалась на кровати, а Рэдж устроился сверху, удерживая мои руки над головой. Его губы стали яростно целовать шею и обнаженную грудь, я зажмурилась, и непрошеные слезы начали резать глаза. Еще утром я проснулась в нежных объятиях Рона, я была спокойна и счастлива. А сейчас не ощущаю ничего кроме ужаса и безысходности.
     Горячие пальцы проделали путь по мокрым дорожкам от моих слез и зарылись в волосы. Дарен зашептал, придвигаясь ко мне:
     - Нет, Джорджия, не смей. Не терзай ни себя ни нас. Открой глаза, посмотри на меня, - мужчина поцеловал меня в висок, собирая губами соленую влагу. Я распахнула глаза и Дарен тут же заглянул в них, гипнотизируя своим горящим взглядом: - Все хорошо, не надо бояться. Мы никогда не причиним тебе ни зла, ни боли. Ты наша жена, наша Луна. Просто подчинись, это в твоей крови. Как же сильно мы хотим тебя. Позволь показать тебе силу нашей страсти. Позволь нам любить тебя.
     - Это не любовь, - прошептала я почти беззвучно, но меня услышали.
     С каким-то утробным рыком Рэдж оторвал губы от моей груди, которую до это жарко терзал, и впился в меня яростным взглядом. Такой же яростью пылал и взгляд Дарена. Рэдж прошептал:
     - Не смей говорить о любви! Что ты можешь знать о ней?
     Я понимала, что возможно, не проживу и пары мгновений, если сейчас же не прикушу язык. Но не прикусила:
     - Всё.
     Взгляд Рэджа почернел, а его руки с такой силой сжали мои запястья, что те, казалось, затрещали.
     - Рэдж, - услышала я тихое предупреждение от Дарена.
     Мужчина разжал мои запястья и резко поднялся с кровати:
     - Ему не жить.
     Ну почему я такая глупая! Почему с первого раза не поняла, что вся сила их гнева обрушится не на меня, а на Рона. Синтия, то есть Джорджия, когда ты уже угомонишься! Ведь от твоей строптивости может пострадать близкий тебе человек. Ни в чем не повинный человек. Человек, который дорог тебе. Человек, которого ты больше никогда не увидишь. Я потянулась за Рэджем и села на кровати, неосознанно прикрывая обнаженную грудь:
     - Нет, пожалуйста. Не надо! Прости меня. Он тут не причем. Я больше не буду о нем говорить, обещаю.
     - Ты обещала даже не думать о нем, Луна, - напомнил Дарен и сел ближе.
     Мужчина откинул мои волосы с груди на спину, обнажая плечи и шею. Его ладонь заскользила по коже. Я прикрыла глаза: я ничего такого не обещала, просто сказала «ясно». Но спорить не стала, не в том я положении, чтобы спорить. Я смущенно взглянула на Дарена, слишком близко он сидел, и слишком откровенными стали мужские прикосновения:
     - Я постараюсь, - я перевела встревоженный взгляд на Рэдж, и сразу стушевалась от его пристального внимания: - Я ничего не помню, совсем не знаю вас, и мне сложно. Но я буду стараться, правда. Взамен я ничего не прошу, только немного терпения.
     - Как раз терпением мы и не отличаемся, - ответил Рэдж напряженно.
     Дарен притронулся к моей шее и повел горячими пальцами вдоль ключиц:
     - Ты даже представить себе не можешь, Луна, насколько ты желанна для нас. А полугодовая разлука делает это желание еще и очень болезненным.
     Я прикрыла глаза, не желая примеряться с судьбой. Но теперь эта моя реальность и в ней надо как-то жить. Эти двое незнакомых, пугающих меня мужчин, мои мужья, с которыми мне придется провести не одно столетие. И никто не сможет меня спасти от этой участи. Никто и ничто.
     Я отвела от груди руки, опуская их на покрывало – мужчины все поняли, слова были не нужны. Дарен медленно потянул меня за шею и уложил на кровать. Мужчина стал нежно, почти невесомо целовать мои закрытые веки, щеки, губы и шею, а его руки скользили по моей груди, выписывая на ней жаркие узоры:
     - Нам будет очень хорошо вместе, Луна. Обещаю.
     Рэдж потянул за спортивные штаны, снимая их с меня. Неимоверным усилием воли я заставила свое тело лежать спокойно, не протестовать против происходящего. В след за штанами с меня сняли и трусики. Здесь выдержка меня подвела – я прикусила губу и резко сжала бедра. Одно дело принять решение, и совсем другое следовать ему. Горячие руки прошлись от моих лодыжек к бедрам и нежно, но настойчиво их развели.
     - Все хорошо, Джорджия. Доверься нам. Не надо бояться, - услышала я тихий голос Дарена.
     Мне захотелось его послать, далеко и надолго, но я сдержалась. Пальцы Рэджа тут же коснулись самого сокровенного, и я вся выгнулась, в неосознанном порыве стыда и нежелания. Дарен удержал меня на кровати, и припал к губам в глубоком поцелуе.
     Я постаралась отключиться от всего происходящего, и это немного помогло. Я как будто со стороны наблюдала, как ласки мужчин становились более настойчивыми и порывистыми, и вскоре привели к логичному продолжению. Рэдж удержал мои руки у меня над головой, прижимая запястья к кровати, а Дарен шире развел мои бёдра и медленно вошел. Он был большим, очень большим – я прикусила губу и тут же услышал его тихие и настойчивые слова:
     - Джорджия, милая моя, расслабься. Я твой муж, хоть ты этого и не помнишь. Я твой Альфа, а ты моя Луна. Доверься мне и подчинись. Я никогда не обижу тебя, не причиню боли. Будь сейчас со мной, - Дарен притронулся к моим закрытым векам, продолжая свое медленно вторжение. – Открой глаза. Будь со мной в нашей страсти.
     Я мотнула головой, отказываясь подчиняться. Пусть мое тело принадлежит им, но моя душа принадлежит только мне. Только мне! Толчки стали настойчивее и ко мне неожиданно стало подступать легкое удовольствие. Нет-нет, только не это! Пожалуйста, только не удовольствие! Но мое тело, казалось, жило своей собственной жизнью, оно перестало слушать свою хозяйку и начало зажигаться страстными огнями. Я выгнулась навстречу незнакомому мужчине всем телом с желанием получить разрядку. И тут же забилась в легкой судороге, на что Дарен тихо зарычал и через несколько мгновений жарко излился в меня.
     Время остановилось.
     Но постепенно страсть начала отступать, и меня тут же накрыло осознанием от произошедшего. Какой стыд! Я получила удовольствие в объятиях мужчины, которого совсем не знаю, не помню. Который...
     Моего лица коснулись горячие пальцы, и Дарен зашептал в самые губы:
     - Твое тело все помнит, Луна, а значит и ты скоро все вспомнишь, - он нежно поцеловал меня в губы и отстранился.
     Рэдж отпустил мои запястья и уже через мгновение лежал рядом. Он принялся нежно поглаживать кожу живота и груди. Я спрятала лицо в сгибе локтя, стараясь хоть так закрыться от того, что только что произошло. Мужчина поцеловал меня в висок и зашептал в волосы:
     - Не смей стыдиться своей страсти, Джорджия. Мы вместе уже двадцать лет и не было ни одного дня, чтобы ты не зажигалась в наших объятиях. Это в твоей волчьей крови, в твоей природе. Ты наша пара, наша Луна, по-другому быть не может. Не борись с этим.
     Если бы я только могла бороться, я бы боролась! Но как бороться со своим собственным телом? Со своим 38-летним телом оборотня?
     Пока я думала об этом Рэдж лег на меня и стремительно вошел. Я задохнулась и выгнулась ему на встречу, тут же ощущая болезненное удовольствие. Рэдж был совсем иным любовником, чем Дарен, он был порывистым и не сдержанным. Мои руки сейчас никто не удерживал, и я вцепилась пальцами в матрац, только бы не обхватить Рэджа за плечи, еще теснее прижимая к себе. Такого позора из-за своей несдержанности я не переживу! Мужчина как будто прочитал мои мысли и накрыл запястья своей ладонью, прижимая к матрасу. Мы почти одновременно пришли к разрядке – я к намеренно-тихой он к бурной.
     Рэдж поцеловал меня в плечо и лег рядом. Дарен заботливо укрыл одеялом и лег с другой стороны.
     То, что сейчас произошло было не правильным, стыдным и поспешным – я точно знала это. Но мое тело чувствовало что-то другое – оно как будто только что обрело долгожданный дом. Мне не хотелось сейчас разбирать ни в своих мыслях, ни в своих чувствах. Мне хотелось забыться глубоким сном, что я благополучно и сделала, потому что морально измоталась за этот безумный день, который еще даже не закончился.

     Дарен убрал прядь волос с лица жены, и она вздохнула, поворачивая голову, но не проснулась. В его душе был мир, а волк внутри на время успокоился, заполучив свою пару. Но только на время, очень короткое время. Дарен посмотрел на Рэджа, который с такой же нежностью взирал на их Луну и тихо сказал:
     - Она другая. Не похожа на себя. И не только внешне, внутри тоже изменилась.
     Рэдж погладил Джорджию по щеке:
     - Да. Раньше Луна была другой. Уже не уверен, что хочу, чтобы она все вспомнила, - грустно усмехнулся мужчинам и взглянул на друга: - Возможно нам дали второй шанс.
     - Возможно, - кивнул Дарен.
     Сейчас жена была другой, совсем непохожей на себя прежнюю. Но возможно это только очередная маска, под которой Джорджия все та же эгоистичная и самовлюбленная девчонка, не желающая взрослеть и меняться. Только время все расставит на свои места. Только время.

     Глава 5.
     Я медленно просыпалась, ощущая на обнаженной коже легкие нежные прикосновения. Я неосознанно улыбнулась – Рон. Я распахнула глаза и повернулась к мужчине и тут же наткнулась на незнакомый взгляд. Осознание где я и кто передо мною пришли раньше, чем крик страха, поэтому я только натянула одеяло на обнаженную грудь. Но Рэдж все прочитал по моему лицу, и его взгляд вспыхнул гневом. Я неосознанно просканировала спальню в поисках «спокойного мужа №2», который умел успокаивать «вспыльчивого мужа №1» – но Дарена в комнате не было. Эта вселила в меня еще больше паники.
     - Чего ты боишься? – тихо, но со сталью в голосе спросил Рэдж.
     Лучше спроси, чего я не боюсь! Я посмотрела на мужчину, теснее прижимая к себе одеяло:
     - Когда ты злишься, твой взгляд чернеет, - призналась я. – И сейчас ты очень зол.
     Рэдж прикрыл глаза, а через секунду его зрачки снова стали обычными, если к серебряным зрачкам подходит слово «обычные»:
     - Я больше не злюсь.
     Я нервно поправила волосы:
     - А где Дарен?
     - Появилось неотложное дело. Кому-то из нас нужно было уйти, - объяснил мужчина, а потом спросил: - Ты бы хотела, чтобы ушел я, а он остался?
     Я смутилась, так быстро он разгадал мои эмоции. Но чему я удивляюсь, это же оборотень, к тому же Альфа – сильнейший оборотень в стае. Я пожала плечами:
     - Нет.
     Рэдж приподнял мой подбородок и заглянул в глаза:
     - Я всегда чувствую ложь. Никогда не ври мне, Луна. Это оскорбляет меня.
     - Ладно, - прошептала я.
     - Дарен тебе понравился больше? Скажи мне. Мы с Дареном бок о бок уже несколько столетий, ревность не сможет стать между нами.
     - Просто он показался мне более спокойным и сдержанным.
     Рэдж рассмеялся и погладил меня по щеке:
     - Его спокойствие обманчиво, Луна. Я загораюсь быстро, но также быстро и успокаиваюсь. О Дарене такого не скажешь. Если он вспыхнет, этот пожар будет трудно затушить.
     - Спасибо, что предупредил, - ответила я с легкой улыбкой, чтобы как-то сгладить неловкость.
     Моя улыбка возымела абсолютно противоположный эффект – взгляд Рэджа загорелся страстью, и мужчина вмиг придвинулся ко мне. Он в секунду опрокинул меня на кровать, нависая сверху. Внутри у меня все ухнуло вниз, и паника накрыла с новой силой. Рэдж усмехнулся:
     - Снова боишься меня, Луна? Ты словно маленький крольчонок, а не взрослая волчица.
     Я нервно прикусила губу:
     - Викки сказала, что я еще юная волчица, - зачем-то ляпнула я.
     Рэдж притронулся к моей щеке и кивнул:
     - Да, юная и неразумная. Но ты никогда не была пугливой, - мужчина наклонился к моим губам, и я прикрыла глаза. И тут же услышала: - Ты даже представить себе не можешь, что ты делаешь со мной, Джорджия.
     - Я ничего не делаю.
     - Делаешь. Твой сладкий запах, твои огромные испуганные глаза, твоя нежная улыбка. Все это сносит мне крышу.
     Я сжала пальцами мужские плечи и попыталась его вразумить:
     - Мне сложно это понять. Я ничего такого не чувствую. Я...
     - Скоро ты все вспомнишь, и будешь чувствовать так же остро, как и мы.
     Я распахнула глаза:
     - А если не вспомню? Если никогда вас не вспомню?
     Рэдж почти коснулся моих губ:
     - Значит ты узнаешь нас заново, - его губы накрыли мои.
     Мужчина целовал меня долго и жарко, а я лишь цеплялась за его плечи то ли с желанием оттолкнуть, то ли прижать к себе. Вдруг, совсем не вовремя, я вспомнила о Роне и о его поцелуях, таких нежных...
     Я резко отвернула голову.
     - Что случилось? – встревожился Рэдж.
     - Не могу. Пусти меня, не могу, - зашептала я и начала его отталкивать. – Не могу!
     - Джорджия.
     - Пусти, пусти! Пусти меня! – уже кричала я, с силой отталкивая мужчину от себя.
     Меня накрыла истерика. Мужчина перехватил мои руки и прижал к матрасу над головой, наваливаясь на меня всем телом:
     - Успокойся. Слышишь меня, Джорджия. Все хорошо. Успокойся.
     - Нет не хорошо! Пусти! Пусти меня!
     Я изогнулась в мужских руках дугой, всем телом отторгая его заботу, а потом разрыдалась в голос. Рэдж мгновенно перекатился на бок и притянул меня к своей груди. Я не хотела его утешений и объятий, но мне не дали возможность выбирать. Я боролась с мужчиной пока не поняла, что это глупо – Рэдж был гораздо сильнее меня. Не знаю сколько мы так пролежали, я, заливаясь слезами и всхлипами, а он, обнимая меня и гладя по спине и голове. Все это время Рэдж молчал, и я была ему за это благодарна.
     Постепенно я успокоилась и заерзала в мужских объятиях:
     - Мне нужно в ванную комнату. Пусти, пожалуйста.
     Не говоря ни слова, мужчина поднял меня на руки и отнес в уборную. Рэдж усадил меня на столешницу умывальника:
     - Я наберу тебя ванну.
     Я не стала спорить и только кивнула, кутаясь в одеяло. Через пару минут огромная ванна наполнилась водой и Рэдж подошел ко мне. Мужчина снял меня со столешницы и поставил на пол:
     - Мне не хочется тебя оставлять, Джорджия, особенно когда ты в таком состоянии. Но я понимаю, что тебе сейчас нужно немного уединения.
     - Спасибо за понимание.
     Рэдж кивнул, нежно притронулся к моей щеке и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Зачем-то выждав пару мгновений, я скинула с себя одеяло и улеглась в теплую ванну, надеясь, что она немного успокоить мои нервы. Я прикрыла глаза, запрещая себе думать о прошлом и будущем. Я буду жить в настоящем, а там посмотрим.

     После принятия ванны мне действительно полегчало, настолько, что я решила не прятаться ото всех в спальне, а спуститься вниз и, наконец, что-нибудь поесть. В коридоре и на лестнице мне никто не встретился, поэтому спустившись на первый этаж, пришлось самой искать кухню. После пары неудачных попыток я, наконец, нашла нужное помещение.
     - Здравствуйте, - поздоровалась я с двумя молодыми женщинами, которые встревоженно смотрели на меня, оторвавшись от кулинарных дел. Я их уже видела, одна встречала нас с Роном утром, а вторая, Грета, пролила на меня воду в столовой. Я улыбнулась: - Простите, что отрываю вас от дел. Но могу я чего-нибудь поесть? Что-то ужасно проголодалась.
     - Конечно, Луна, - быстро ответила Грета. – Мы сейчас накроем для вас в столовой.
     - О, не надо в столовой, Грета, - остановила я её и посмотрела на холодильник. – Лишние хлопоты, я и здесь могу поесть.
     - Но ведь...
     - Если Луна хочет поесть здесь, значит она поест здесь. Её желание закон, - быстро перебила Грету другая женщина и представилась: - Я Берта.
     - Приятно познакомиться.
     - Да, конечно. Что бы вы хотели съесть? - испуганно спросила Грета.
     Мне стало не по себе: чего она меня так боится?
     - Я посмотрю, что есть в холодильнике, если вы не против, - они явно были не против, потому что искренне удивились моей фразе. Я подошла к холодильнику и открыла его, с намерением как можно скорее покинуть кухню. Выбрав немного еды и уложив её на тарелку, я улыбнулась женщинам: - Спасибо. Поем у себя.
     Женщины кивнули, но я заметила, что с явным облегчением, от того что я ухожу. Я вышла из кухни и пошла к лестнице, чтобы поесть у себя в спальне, но не удержалась и на ходу откусила большой кусок пиццы. И тут же им чуть не подавилась, услышав:
     - Джорджи.
     Я обернулась к Дарену и начала быстро проглатывать еду. Мужчина стоял в дверях кабинета и внимательно смотрел на меня, как будто пытаясь прочитать мои мысли и эмоции. Справившись с куском пиццей, я смущенно улыбнулась:
     - Привет.
     - Вижу мы совсем заморили тебя голодом, - на его лице появилась легкая улыбка.
     - Немного.
     - Нужно было сказать, для тебя накрыли бы обед в столовой.
     - Грета и Берта предложили мне это, - тут же ответила я, чтобы не подставлять женщин, а то мало ли какие здесь порядки. – Но я решила так, по-простому.
     Дарен понимающе кивнул и шагнул в сторону, открывая для меня путь в свой кабинет:
     - Не откажешься от компании. Я скажу, чтобы нам принесли чай.
     Я хотела отказаться, но почему-то не решилась, и вошла в кабинет. Дарен закрыл за нами дверь и проводил меня к креслу у окна. Я поставила свою тарелку на столик рядом и села в кресло, рассматривая комнату. Интерьер кабинета был чисто мужской, но мне понравилось. Дарен сел в соседнее кресло и улыбнулся:
     - Ешь, Джорджия. А то я слышу, как от голода бурчит у тебя в животе.
     - Не правда, ничего не бурчит, - картинно нахмурилась я и откусила кусок пиццы. – Это твой кабинет?
     - Наш общий с Рэджем. Все в доме наше общее.
     И даже я.
     - И это не раздражает?
     - Мы с ним вместе руководим стаей уже не одно столетие. Даже не помню, что когда-то Рэджа не было рядом. Он как часть меня, а я часть его. Это в нашей крови, - я кивнула, хотя понять это было не просто. Дарен улыбнулся: - А когда в нашей жизни появилась ты, все стало еще проще. Теперь ничто не может нас разлучить.
     Я задумалась, стоит ли говорить откровенно, но все же решилась, так по-домашнему уютно и спокойно Дарен сейчас выглядел в кресле напротив:
     - Насколько я успела понять, я была не самой лучшей матерью для Викки. Да и премию «Жена года» вряд ли бы выиграла.
     На лицо мужчины набежала тень, и я сразу пожалела, что заговорила об этом.
     - В нашей жизни всякое было, - неопределенно ответил он.
     Только я этого не помню. Я решила оставить эту тему и всецело заняться едой. В дверь постучали – это Берта принесла чай. Женщина поставила поднос на столик и тихо вышла. Я удивленно воззрилась на Дарена:
     - Как она узнала про чай? Ты же ничего ей не говорил?
     Мужчина усмехнулся:
     - Слух оборотня очень острый. Берта слышала наш разговор.
     - Это тревожит, - улыбнулась я и сделала глоток горячего чая. – Теперь буду больше помалкивать.
     - Не волнуйся, все комнаты специально изолированные. В них нас никто не услышит.
     - Понятно, значит нужно хранить молчание только в коридорах.
     - Тебе не нужно беспокоиться об этом. Ты дома и можешь делать что хочешь.
     - Я думала в этом доме живет вся стая.
     - Нет. Это дом Альфы, здесь живет только наша семья. Остальные оборотни живут в своих домах.
     - Зачем нам одним такой большой дом? – удивилась я.
     Дарен тоже сделал глоток чая:
     - Статус обязывает. К тому же у нас часто бывают гости и деловые партнёры. Оборотни из других стай и... - Дарен не договорил и глянул на закрытую дверь.
     Я проследила за его взглядом, немного взволновавшись:
     - Что? Ты что-то слышишь?
     Дарен не ответил, отставил чашку с чаем и встал с кресла. Но дойти до двери не успел, она резко распахнулась и на пороге кабинета появился молодой мужчина, красивый и рослый, с взволнованным выражением на лице. Незнакомец быстро наклонил голову, приветствуя как должно своего Альфу, и в два шага подлетел ко мне. Я не успела и пискнуть, как меня подняли из кресла сильные руки, а пытливые серебряные глаза вгляделись в самую душу:
     - Ты вернулась. Где ты была?
     - Тод, - предупредил Дарен, - она ничего не помнит. Я же говорил тебе.
     - Как это может быть? - обернулся Тод к Дарену, пока я осознавала, что передо мною мой старший сын. Тод снова посмотрел на меня и сильнее сжал мои плечи: - Как ты могла сбежать? Почему?
     - Я...
     Дарен подошел к нам и отстранил сына от меня:
     - Тод, хватит. Луна ничего не помнит. Не мучай её.
     - Не мучай? - взгляд молодого мужчины почернел. – Это я её мучаю? А она разве не мучила нас все эти полгода, отец? Она...
     - Она ничего не помнит, - с тихой силой сказал Дарен, и даже я почувствовала его власть Альфы.
     Тод шагнул назад, подчиняясь своему отцу и Альфе:
     - Ничего не помнит. Ты уверен в этом?
     - Уверен, - ответил Дарен и усадил меня обратно в кресло. – Ешь, Луна.
     Ага, сейчас! Да мне кусок в горло не полезет, таким обвинением горел взгляд моего взрослого сына. И самое ужасное в том, что я не была уверена, что не виновна перед ним. Дарен снова обратился к сыну:
     - Ты развил в себе способность передвигаться со скоростью света? Мы не ждали тебя домой так рано.
     - Когда я узнал, что она нашлась, - Тод быстро глянул на меня, и я смутилась, - я тут же поспешил вернуться. Один ваш звонок, и я уже был на полпути домой, - Тод снова посмотрел на меня: - Она другая, изменилась.
     - У твоей матери амнезия, она уже полгода не помнит ни себя ни своей прошлой жизни.
     Я, наконец, решила вмешаться:
     - Врачи сказали, это от долгого пребывания в холодной воде. Или от того, что я ударилась головой, когда падала в океан. Я очнулась уже в больнице, после недельной комы с огромной шишкой на затылке. А в голове ни одного воспоминания. Даже имени своего не могла вспомнить.
     - И все эти полгода ты не знала кто ты? – недоверчиво спросил Тод.
     - Нет. Я училась жить заново. Придумала себе новое имя, завела новые знакомства, - я быстро глянула на Дарена, проверяя его реакцию на моё «новые знакомства». – А потом увидела объявление о пропаже человека и узнала в женщине себя.
     - Но почему твоя волчица, не отзывалась в полнолуние, почему... - сам себя оборвал Тод и хмуро добавил, замечая очевидное: - Твои глаза не горят внутренним волком.
     Дарен положил руку на плечо сыну:
     - Скоро полнолуние. Теперь Луна дома, она услышит наш зов и станет прежней.
     - И все вспомнит? Ведь мы должны узнать, что случилось, почему она сбе... пропала.
     - Мы обязательно это узнаем, Тод, - ответил Дарен. – Но сейчас самое главное, что Луна вернулась домой. Что теперь она со своей семьей. Остальное второстепенно. Джорджия, ешь, пожалуйста, а то мы своим расспросами тебя отвлекаем.
     - Я пойду, - сказал сын Дарену. - Я не ел и не спал трое суток.
     Тод стремительно вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. Я с тревогой посмотрела на Дарена, который снова сел в кресло напротив:
     - Он ненавидит меня.
     Мужчина коснулся моей руки и сжал ладонь:
     - Это не так. Он просто переживал за тебя, как и все мы. Тод очень болезненно воспринял твое исчезновение. Винил во всем себя, что не усмотрел, не уследил. Все эти полгода Тод ездил по миру, искал тебя, - Дарен замолчал, а потом тихо добавил: - Сыну не нужно знать, что у тебя был другой мужчина. Он еще слишком юн, страсти бушуют в нем. Может наделать глупостей.
     «Наделать глупостей» - это значит убить Рона? Я не стала спрашивать об очевидном и только тихо заметила:
     - Кто-то из стаи может рассказать ему.
     - Нет. В стаи никто не посмеет говорить об этом, - холодно ответил Дарен. – Эта тема под запретом.
     - Всем людям рты не закроешь, - заметила я.
     - Оборотни не люди, - парировал мужчина. – Если я сказал, что никто не будет говорить об этом, значит никто не будет.
     Слово Альфы закон – а не то что? Смерть, мучительная и ужасна?
     - Я ничего Тоду не скажу, - ответила я и освободила свою ладонь из нежного мужского захвата. – Тод обвинил меня в том, что я сама сбежала из дома. У него есть основания думать так?
     Дарен внимательнее пригляделся ко мне:
     - Есть. Перед самым твоим исчезновением мы немного повздорили. Ты хотела лететь отдыхать на острова, но ни я ни Рэдж не могли поехать с тобой. У нас были неотложные дела.
     - Почему я не могла поехать сама?
     - Так не принять у оборотней. Женщина может покинуть территорию своей стаи только в сопровождении родственного мужчины. Отца, брата, мужа или сына. Ты просила Тода поехать с тобой, но и он отказал.
     - А потом я пропала, и вы решили, что я ослушалась и одна улетела на отдых?
     - Да. Так мы и подумали в первую очередь. Но на островах тебя не оказалось.
     Некоторое время мы молчали, пока я тихо не спросила:
     - Скажи, что будет со мной, если выяснится, что я действительно сама уехала из дома? Сбежала от вас.
     Лицо Дарена стало каменным:
     - Ты что-то вспомнила?
     - Нет, - правдиво ответила я.
     Мужчина заглянул мне в глаза:
     - Ты же сразу скажешь нам, когда что-то вспомнишь? Так, Джорджия?
     - Ты не ответил на мой вопрос.
     Пару мгновений он молчал:
     - Ты наша Луна. Мы никогда не причиним тебе боли. Ты всегда должна помнить об этом.
     - Даже если узнаете, что я предала вас. Ведь побег из стаи, от своих Альф, это предательство. Так?
     Дарен нахмурился:
     - Зачем мы говорим об этом? Мне не приятен этот разговор.
     - Тогда закончим его, - согласилась я.

     Глава 6.
     Этот безумный день, наконец, подошел к концу, но это не принесло мне спокойствия – ведь впереди меня ждала ночь. После семейного ужина, атмосфера на котором была напряженная, я увязалась вслед за Викки в её комнату. Спальня девушки походила на спальню обычного подростка – модно, современно и захламлено. Мы удобно расположились на её кровати и начали болтать о разном. Она спросила, как я жила эти полгода – и я поведала ей историю человека без памяти и прошлого, которому повезло встретить не безразличных людей. В конце моего рассказа Викки прикусила губу и тихо спросила:
     - Значит этот мужчина помог тебе?
     - Да. Не знаю, что со мной бы было, если бы не он, - Викки только кивнула, явно не желая продолжать эту тему. Я удобнее устроилась у неё на кровати и спросила: - А теперь расскажи мне о своей жизни. Чем ты занимаешь? Ходишь в школу или уже в колледж?
     - Я обучаюсь на первом курсе колледжа онлайн, это удобно для оборотней, - усмехнулась Викки. – Я учусь на графического редактора. У меня уже есть полноценные заказы с реальной оплатой. Хотя сама понимаешь, с такой семьей деньги мне не нужны.
     - Карманные деньги никогда не помешают.
     - Наверное. Только мне они не к чему, все что нужно оплачивают отцы. Я решила пустить заработанные деньги на помощь детям-сиротам.
     - Благородное решение, - кивнула я и спросила: - Но что будет, когда ты достигнешь совершеннолетия? Ты уедешь из стаи, или у оборотней это не принято?
     - Я покину дом только в одном случае, если найду свою пару в другой стае. Но мне бы этого не хотелось. Было бы хорошо, если бы моя пара нашлась в нашей стае, и я могла остаться дома. Не хочу разлучаться ни с кем из вас.
     - А я из другой стаи, или тоже родилась здесь?
     - Из другой. Твоя родная стая живет далеко от нас. Но ты никогда не ездила туда после замужества. И вообще не любила говорить о своем детстве.
     - Почему? – спросила я.
     Викки пожала плечами:
     - Тебя растил один отец, и как я поняла из твоих немногочисленных рассказов, он был суров. Наверное, детство у тебя было не сахар.
     - Наверное, - вздохнула я.
     В комнате повисло молчание, каждый думал о своем, пока Викки не усмехнулась:
     - Мама, ты решила спрятаться на эту ночь от мужей у меня?
     Я воззрилась на неё в притворном удивлении:
     - Конечно нет.
     - Нет?
     - Нет.
     Викки рассмеялась:
     - Луна, ты не умеешь врать. Если ты не хочешь, чтобы один из Альф пришел за тобой сюда с минуты на минуту, и унес на плече, как пещерный человек, то тебе лучше вернуться в их спальню самой.
     Я медленно поднялась с кровати и заметила:
     - Я просто хотела с тобой поболтать, и не собиралась ни от кого прятаться.
     - Это ты будешь объяснять им, не мне, - улыбнулась Викки: - Спокойной ночи. Хотя вряд ли она у тебя будет спокойной
     Я возмутилась:
     - Викки!
     - Мы же оборотни, Луна, помнишь? - напомнила Викки с веселой улыбкой. – Для нас нет закрытых тем.
     - Значит будут, - строго сказала я. – Спокойной ночи.
     Я вышла из комнаты дочери и прикрыла за собой дверь. Ну и порядочки у этих оборотней!
     Я поднялась на третий этаж и вошла в нашу общую спальню. Дарен, который читал что-то в своем телефоне, сидя в кресле у окна, тут же пронзил меня внимательным взглядом:
     - Уже хотел идти на твои поиски. Думал ты заблудилась.
     - Мы болтали с Викки. Где Рэдж?
     - Соскучилась? – тут же услышала я и повернулась к «мужу №2».
     Рэдж стоял на пороге ванной комнаты, а единственным элементом одежды на нем было короткое полотенце, которое слегка прикрывало бедра. Я нервно сглотнула: загорелая кожа с блестящими каплями воды, накаченный торс и манящая улыбка – не мужчина, а женская мечта.
     Я быстро отвела взгляд:
     - Просто спросила.
     - Луна, да ты смутилась, - не отстал от меня Рэдж.
     Я прошла к окну и поправила шторы, чтобы хоть чем-то себя занять. И быстро сменила тему:
     - Я подумала, что раз днем мы... ну в общем... то эту ночь я могу провести в своей спальне, - я повернулась к мужчинам ожидая их реакцию.
     Улыбка пропала с лица Рэджа, а Дарен отложил телефон и поднялся:
     - Нет.
     - Но...
     - Даже не обсуждается, - рыкнул Рэдж.
     - Нет, так нет, - пожала я плечами, изображая безразличие, и прошла в ванную комнату.
     Еще никогда принятия душа не занимала у меня так много времени – я тянула его, как могла. Но все же пришлось выйти, вытереться полотенцем и надеть ночную рубашку, самую свободную, длинную и закрытую из тех, которые я нашла в своем старом гардеробе. Я вышла из ванной комнаты и прошла к постели. Края огромной кровати были заняты моими мужьями, которые лежали с закрытыми глазами, но явно не спали. Поэтому мне пришлось ложиться по центру. Я тщательно взбила подушку, укрылась одеялом и будничным тоном пожелала:
     - Спокойной ночи.
     - Она не будет спокойной, - тут же услышала я рык Рэджа, который в мгновение сорвал с меня одеяло и откинул то на пол.
     - Рэдж! – возмутилась я.
     Мужчина навис сверху с мстительной улыбкой на губах:
     - Ты решила проверить нашу стойкость, Луна? Мы думали ты утонула в этом чертовом душе!
     - Я устала и хочу спать.
     - Ай-я-яй, как не хорошо врать, - покачал головой Рэдж, а потом вмиг разорвал мою ночную рубашку от горла до бедер.
     В мужчину как будто дьявол вселился. Мужские руки и поцелуи жгли тело, а иногда Рэдж даже прикусывал мою кожу, от чего я каждый раз вздрагивала и шипела. Я не знала, как прекратить это безумство и неосознанно потянулась к Дарену, который лежал рядом и с горящим взглядом наблюдал за нами.
     - Дарен, пожалуйста...
     Рэдж вскинул голову и оскалился:
     - Ты просишь спасения там, где его нет.
     - И быть не может, - подтвердил Дарен.
     Я прикрыла глаза и взмолилась, пытаясь оттолкнуть Рэджа:
     - Пожалуйста, хватит! Все это слишком остро, слишком быстро, слишком много для меня. Прошу, остановитесь!
     - Не проси о том, чего мы не можем тебе дать, - прошептал мне в волосы Дарен, а потом завладел моими губами в страстном поцелуе.
     Это было настоящее безумие!
     Но я ошиблась – безумие началось позже. Рэдж настойчиво раздвинул мои бёдра и потянул на себя. А потом его губы коснулись самого сокровенного, и меня словно током ударило. С Роном я всегда избегала таких ласк, стыдилась их. Мне было приятно самой ласкать его ртом, но, когда Рон предлагал сделать то же самое для меня, я всегда отказывалась, и он не настаивал.
     Рэдж был другим, он даже не спрашивал, просто брал и делал. Я попыталась оттолкнуть его голову, но мои руки удержал Дарен. Я взмолилась:
     - Пожалуйста, не надо так! Я не хочу! Пустите!
     - Все хорошо, Луна. Не бойся, прими свою страсть. Впусти её в себя, - шептал Дарен на ухо.
     Я качнула головой и до крови прикусила губу, только бы не кричать от оргазма, который взрывался во мне от того, что делал Рэдж. Это было невероятно, крыше сносно и до боли приятно. Мне казалось, что я забыла, как надо дышать, и сейчас просто умру от нехватки кислорода. Но умереть мне не дали – Рэдж подхватил меня под поясницу, и они с Дареном быстро перевернул меня на живот. Рэдж ухватил меня за бёдра и потянул назад, ставя в нужную ему позу, и тут же резко вошел во всю длину, вынуждая прогнуться в спине. Я вцепилась пальцами в одеяло, удерживая себя от падения. Дарен прижал мою голову к матрасу, вынуждая еще сильнее прогнуться, а вторая его рука коснулась воспалённого недавней лаской клитора. И тут я не сдержала ни сладких судорог тела и глухого крика оргазма – меня накрыло резко и мощно. Мне показалось, что на время я даже потеряла сознание, а когда снова вернулась в реальность, услышала глухой стон, с которым Рэдж излился в меня.
     У меня не осталось сил даже на то, чтобы удобно лечь. С этим мне помог Дарен – он уложил меня на бок и откинул с лица волосы.
     - Ты была прекрасна в своей страсти, - сказал мужчина и поцеловал меня в висок.
     Я прикрыла глаза, никак больше не реагируя на его слова. Самой себе я не казалась прекрасной, скорее необузданной и дикой. Но может для оборотней это и есть категория прекрасного? Я ни стала об этом думать, ни о чем не стала и быстро нырнула в спасительный сон.

     Посреди ночи я резко проснулась, обрывок сна засел в памяти. Маленькая девочка протягивала ко мне ручки и весело улыбалась. Во сне я знала, что это моя дочь. Неужели я вспомнила Викки?
     - Луна, все хорошо? – спросил Дарен, и я поняла, что он гладит меня по голове, нежно перебирая волосы.
     - Да. Просто сон.
     - Расскажешь?
     - Уже не помню, - соврала я, надеясь, что в темноте мужчина этого не заметит.
     Он заметил:
     - Не хочешь рассказывать, не рассказывай. Но не нужно мне врать.
     - Прости. Никак не привыкну, что вы читаете меня как открытую книгу.
     - Что в этом плохого? Разве в семье не должно быть честности?
     - Но это работает только в одну сторону. Я же не могу так же читать вас.
     Дарен улыбнулся и поцеловал меня в волосы:
     - Тебе и не нужно. Ты всегда можешь спросить, о чем угодно. Ни я, ни Рэдж, ни наши дети никто из стаи никогда тебе не солжет.
     - Ладно, - вздохнула я и повернулась к Дарену. – Мне приснилась Викки, совсем маленькая. Она улыбалась.
     - Может ты начинаешь что-то вспоминать?
     - Может быть. Только не знаю, хочу ли я этого. Хочу ли вспоминать себя прежнюю.
     Дарен притянул меня к себе и уложил мою голову себе на грудь:
     - Ни о чем не беспокойся. Пусть все идет своим чередом. А мы будем рядом.
     Его руки нежно обняли меня, а потом начали ласкать обнаженную кожу. Я медленно подняла голову и заглянула мужу в глаза — слова были не нужны, я одним взглядом согласилась на то, в чем он нуждался сейчас. Дарен нежно поцеловал меня, приподнял и усадил сверху. Я обхватила его бедрами и почувствовала нежное, но настойчивое вторжение. Он ухватил меня за талию, удерживая и самолично задавая ритм. Моей груди коснулись руки Рэджа, и я повернула к нему голову, прогибаясь в спине. Рэдж страстно меня поцеловал, а его пальцы поползли вниз, к открытому клитору. Я перехватила его руку и прервала поцелуй:
     - Не надо, очень остро.
     Рэдж молча отстранил мою руку и все-таки коснулся клитора, но нежно и почти невесомо. Я прикусила губу и отдалась умелым мужским рукам и нежному наслаждению, которое они дарили. Мы с Дареном почти одновременно пришли к разрядке, бурной, но тихой. Я упала ему на его грудь и сразу беззаботно уснула, зная, что обо мне позаботятся.

     Глава 7.
     Утром, сразу после завтрака Викки вознамерилась обновить мой гардероб. Я не стала сильно сопротивляться, хотя меня и устраивало ходить в спортивных костюмах, который на меня налезали. Но когда у крыльца дома я увидела два тонированных внедорожника и пять сильных мужчин-оборотней, среди которых был и Логан, желание ехать в город резко пропало. Они что собираются нас сопровождать за покупками? Я придержала дочь за руку:
     - Они что поедут с нами?
     - Да.
     - Зачем?
     - Для нашей охраны.
     - А нам что-то угрожает? – насторожилась я.
     - Нет, Луна, тебе ничего не угрожает. Не нужно волноваться, - ответил мне Рэдж, внезапно появляясь на крыльце дома и обнимая меня за талию.
     Я немного смутилась его ласке, которую он проявил прилюдно, но не воспротивилась:
     - Тогда зачем столько людей?
     - Вы с Викки самое дорогое, что есть у нас, - сказал Рэдж и не добавил больше ни слова, как будто его фраза должна была все объяснить. Я не находила логики. Или нам, «самому дорогому», ничего не угрожает, тогда зачем столько охраны? Или все же угрожает, и Альфы перестраховываются. Я уже хотела задать вопрос, по Рэдж быстро поцеловал меня в губы: - Не спорь. Это не обсуждается.
     Я отстранилась от мужа и только кивнула, на его коронную фразу. Как будто с ним было возможно спорить? Я посмотрела на Викки:
     - Давай закажем одежду из интернета.
     - И лишим себя удовольствия? Ну уж нет, - ответила дочь и потянула меня за руку к машинам.
     Для меня это было сомнительное удовольствие – совершать покупки одежды под пристальным внимание незнакомых мужчин. Мое настроение еще больше ухудшилось, когда к нашей машине подошел Тод, на лице которого при виде меня всегда появлялось какое-то враждебное выражение. Мужчина явно собирался ехать с нами. Он проверил надежно ли застегнут ремень безопасности Викки под её раздраженное:
     - Я уже не маленькая.
     Тод ничего не ответил сестре и, обойдя машину, отрыл мою дверь. Я безропотно подняла руки, чтобы он проверил и мой ремень безопасности. Мужчина подергал за него пару раз, а потом пристально посмотрел мне в глаза:
     - Ты всегда должна быть в поле моего зрения, Луна. И без фокусов.
     - Даже кролика из шляпы достать нельзя? – пошутила я, чтобы хоть как-то сгладить его враждебность.
     Тод пару секунд смотрел на меня так, как будто я и была тем самым кроликом из шляпы, а потом холодно ответил:
     - Нет.
     Он закрыл дверь, сел на переднее место рядом Логаном, и мы поехали. Викки не упустила шанса поддеть брата:
     - А когда Луна будет примерять нижнее бельё, она тоже должна быть у тебя на виду?
     - Викки, - возмутилась я.
     - Не умничай, мелкая, - ответил Тод, но намного теплее, чем отвечал мне. – А то высадим тебя из машины.
     - Высаживай. Меня подберет вторая машина, - усмехнулась Викки.
     Тод обернулся к сестре с теплой улыбкой:
     - Так это твой план, мелкая? Чтобы попасть в машину, где едет Алан?
     Викки ощетинилась:
     - Пошел ты!
     - Дети, не ссорьтесь, - усмехнулся Логан.
     - А чего он начинает? – пожаловалась Викки.
     - Вообще-то, начала ты, - ответил ей Логан.
     Викки картинно сложила на груди руки и отвернулась к окну. В машине установилась тишина, которую вскоре рассеяла легкая музыка из динамиков стерео системы. Я быстро глянула на дочь: интересно, что это за Алан такой? Но спрашивать у Викки напрямую было бы неправильно, в таком возрасте девочка-подросток очень ранимая. Если захочет сама мне все расскажет.
     Мы быстро доехали до города, и Логан припарковал машину у большого торгового центра. Прежде чем выйти из машины оборотни одели солнечные очки, скрывая свои горящие глаза. Но наблюдая за нашей процессией со стороны, думаю ни у кого не возник вопрос, кто мы такие – шесть огромным, накаченных мужчин в темных очках, которые внимательно оглядывали и сканировали пространство вокруг двух женщин. Через двадцать минут я уже привыкла к такому сопровождению и увлеклась выбором покупок, тем более что со мной был такой опытный шопоголик, как Викки. Она точно знала в какие магазины заходить, а в какие нет, какую одежду примерять, а на какую даже не обращать внимание. Когда покупок, по моему мнению, было уже достаточно, я попыталась остановить дочь, но не тут-то было. Викки смерила меня удивленным взглядом и спросила:
     - Ты считаешь, что пара джинсов, две блузы и три платья тебе будет достаточно?
     - Думаю, да.
     Викки картинно закатила глаза:
     - Мама, ну перестань. Мы только начали.
     Когда через три часа мы выходили из торгового центра, мне казалось, что смертельно замучилась только я. Ни Викки, ни мужчины не выглядели даже немного усталыми. Я улыбнулась дочери:
     - Теперь домой?
     - Какое домой? Впереди еще один торговый центр.
     - Нет, Викки, пожалуйста. Я больше не могу, - взмолилась я.
     - Но мы почти ничего не купили из того, что я запланировала купить сегодня.
     За меня неожиданно вступился Тод:
     - Мелкая, угомонись. Ты что не видишь, что Луна устала? Перекусим и едем домой, - скомандовал он и все стали рассаживаться по машинам.
     - Спасибо, - одними губами поблагодарила я Тода, когда он проверял мой ремень безопасности.
     Мужчина кивнул, и в первый раз не смотрел на меня так враждебно. Мы остановились пообедать в одном уютном ресторанчике, где никто не предал большого значения, что их посетители оборотни. Викки села за большой стол с мужчинами из нашей охраны, наверное, чтобы быть поближе к Алану. Логан и Тод присоединился ко мне. За соседним столом было шумно и весело, а за нашим совсем тихо. Я судорожно подбирала тему для разговора, которая никак не находилась. Неловкое молчание прервал Тод:
     - Чем ты занималась все эти полгода? Где жила?
     Я вскинула на него тревожный взгляд, и быстро глянула на Логана. Мужчина продолжал, как ни в чем ни бывало поглощать свой обед.
     - Я устроилась официанткой к кафе возле больницы. А врачи, которые спасли мне жизнь, помогли со съемом жилья, - упустила я тот факт, что один конкретный врач мне помог.
     - Ты работала официанткой, - фыркнул Тод, как будто я сказала какую-то несусветную глупость. – Ни за что в это не поверю.
     - Но это правда, - смутилась я и добавила: - Работа не сложная и туда взяли без документов об образовании.
     Тод смерил меня презрительным взглядом:
     - Хочешь сказать, что «твое величество» опустилось до того, чтобы разносить людям еду?
     - Тод, - тихо предупредил Логан.
     - Когда тебе ничего есть и негде спать, можно опуститься и не до такого, - тихо ответила я с металлом в голосе. Что этот сопляк с золотой ложкой во рту знает о настоящей жизни, чтобы разговаривать со мной в таком тоне?
     За соседним столом стало очень тихо, похоже к нашему разговору прислушивались все. Глаза Тода почернели, и он с силой сжал в руке прибор:
     - Ты, и только ты виновата в этом. Так что нечего нам тут плакаться.
     Атмосфера накалялась, даже я без волчьего нюха это чувствовала, но остановиться уже не могла:
     - Ты разве видишь слезы на моем лице? – холодно спросила я.
     - Луна, - тихо позвал Логан, наверное, предупреждая меня что надо остановиться.
     - Все в порядке, - улыбнулась я Логану. – Тоду нужно высказаться, дадим ему такую возможность.
     - Как это благородно с твоей стороны, - гневно прошептал Тод.
     Он молча отложил приборы и встал из-за стола. Через минуту его уже не было в кафе. Логан посмотрел на меня:
     - Не сердись на него, Луна. Он еще слишком юн.
     - Мне не за что на него сердиться. А ему на меня, похоже есть за что.
     Логан промолчал и снова занялся едой. Я тоже продолжила обед, хотя аппетит пропал. Через пару минут я решилась тихо спросить:
     - Скажи, пожалуйста, с Роном ведь все в порядке? - Логан вскинул на меня хмурый взгляд, но ничего не ответил. – Я просто хочу...
     - Если ты хочешь что-то знать, тебе лучше спросить об этом у Альф, - холодно ответил мужчина.
     - Не уверена, что у них следует об этом спрашивать, - усомнилась я.
     - А у меня значит следует?
     - Ты мне кажешься более спокойным и рациональным. К тому же я не прошу многого, только «да» или «нет».
     Логан выдержал паузу пронзая меня своим серебряным взглядом, а потом:
     - Да.
     - Спасибо, - благодарно кивнула я.
     И тут же вся краска сбежала с моего лица – возле нас, как из-под земли появился Тод с гневом во взгляде и, конечно, спросил:
     - Кто такой Рон? - я прикусила губу и с тревогой посмотрела на Логана. Тот пронзил меня обвинительным взглядом, но тоже промолчал. Тод повторил: - Я задал вопрос.
     Из-за соседнего стола повставали другие оборотни, видно чувствовали то, чего не чувствовала я. Ко мне быстро подошла Викки и посмотрела на брата:
     - Тод, пожалуйста, успокойся.
     - Мне кто-нибудь ответит, - стоял он на своем.
     Я тоже медленно встала и шагнула к нему, но Викки меня не пустила:
     - Не сейчас.
     - Ну, не убьет же он меня, - ответила я девушке и посмотрела на Тода. – Я все тебе объясню. Только давай выйдем на улицу.
     Тод посторонился, пропуская меня вперед, я посмотрела на Викки:
     - Меня не надо сопровождать.
     - Мама...
     - Не надо, - вложила я в голос всю власть и силу, на которую была способа.
     Меня услышали, и мы с Тодом одни вышли на улицу. Правда на крыльце ресторана все же появился Логан, но близко не подходил, наблюдая из далека. Я прислонилась спиной к внедорожнику на парковке и открыто посмотрела на сына:
     - В больнице, в которой я очнулась после падения, был один врач. Он проявил сердечность и помог мне в моей ситуации.
     - Помог?
     - Да, с квартирой и работай. С деньгами на первое время. Без его помощи я бы осталась на улице.
     Тод ели сдерживал свою ярость:
     - И до чего ты «опустилась» в своей благодарности за помощь? – с презрением спросил он.
     Я не выдержала и залепила ему звонкую пощечину, а потом холодно сказала:
     - Ты не имеешь никакого права так со мной разговаривать. Ты ничего обо мне не знаешь. Ничего не знаешь о мой жизни.
     Тод перехватил мою руку и сжал. Его шепот был наполнен гневом, который сочился из него, точно яд:
     - Я все о тебе знаю. Все. Ты лживая, подлая, эгоистичная сука, которая ни о чем не заботится кроме своего собственного «я». В тебе нет ничего светлого и доброго, никаких искренних чувств ни к кому из твоей семьи. Ни к твоим мужьям, ни к твоим детям. Будь у тебя возможность ты вообще бы нас не рожала ни меня, ни Викки.
     Теперь я видела его насквозь – маленького обделенного материнской любовью мальчика, который и сейчас тянулся к ней хоть за крохами ласки. Мое сердце дрогнуло, и я попыталась коснуться его щеки:
     - Прости...
     Тод отшвырнул мою руку, точно та была змеёй:
     - Хватит. Я не верю ни одному твоему слову. Все твои «прости» фальшивые насквозь.
     Я схватила его ладонь и прижала к центру своей груди, там, где билось мое сердце, истекая болью и сожалением:
     - Тогда не слушай слова, слушай мое сердце. Слышишь, как оно болит от того, кем я была, - сын попытался отдернуть руку, но я не пустила: - Ты же оборотень, ты слышишь чувства других. Так услышь мои!
     Пару мгновений ничего не происходило, а потом Тод все-же отстранил свою руку и шагнул от меня. Через мгновение его уже не было на парковке. Я устало прислонилась к машине, и тут же услышала голос Логана:
     - Это было смело, но глупо. Он мог поранить тебя в приступе гнева.
     - Он мой сын. Он не мог.
     Логан помог мне сесть в машину и пристегнул ремень безопасности:
     - Думаю, Тод уже давно не считает тебя своей матерью.
     - Это не правда, - ответила я. – И ты знаешь это. Или какой ты тогда Бета стаи?
     Мужчина усмехнулся и закрыл дверь машины.

     Глава 8.
     По приезду домой я сразу отправилась на поиски Дарена, чтобы просить его о помощи. Он нашелся на террасе, беседуя с каким-то оборотнем.
     - Здравствуйте. Простите, не хотела вам мешать. Позже поговорим.
     Дарен протянул ко мне руку, и я шагнула к нему:
     - Что ты хотела, Луна?
     Я быстро глянула на незнакомого оборотня:
     - Это личное.
     - Тогда оставлю вас, - тут же поднялся мужчина.
     - Нет. Не нужно. Это терпит. Я позже поговорю с мужем.
     Оборотень усмехнулся:
     - Мы закончили. К тому не уверен, что теперь Альфа сможет думать о чем-то кроме своей Луны и вашего предстоящего разговора.
     Мужчина ушел, а Дарен усадил меня к себе на колени. Он заправил волосы мне за ухо и улыбнулся:
     - О чем ты хотела поговорить?
     - О Тоде.
     Дарен нахмурился:
     - Что он сделал? Что сказал тебе?
     - Он знает, - призналась я.
     Дарен сразу понял, о чем узнал его сын и ссадил меня со своих колен в кресло напротив:
     - Как это случилось? – холодно спросил он.
     - Я говорила с Логаном, а Тод услышал...
     - Зачем ты говорила с Логаном об этом? – все сильнее хмурился мужчина.
     - Я хотела знать... Просто все ли с ним в порядке, - я встала со своего кресла и быстро прошлась по террасе. – Просто узнать. А Тод услышал наш разговор и все понял.
     - Сядь, - велел мне Дарен.
     Я обернулась к нему:
     - Ты сердишься на меня?
     - Сержусь, - признался муж. – Ты не должна была говорить об этом ни с кем. Тем более за нашей спиной.
     - Я не за вашей спиной.
     - Луна...
     - Дарен, правда. Я спросила об этом у Логана, потому что он провожал Рона в тот день. Вот и все, - я конечно немного лукавила и решила сразу признаться в этом, пока на мое лукавство не указал муж. – И к тому же спрашивать у вас мне не хотелось. Не хотелось снова поднимать эту тему.
     - Я, кажется, велел тебе забыть о нем.
     Я взмахнула руками, чувствуя, что разговариваю со стенкой:
     - Дарен, ну хватит! Ну, застрели меня за то, что я волнуюсь о человеке, который в свое время мне очень сильно помог. Можно сказать, спас мою жизнь.
     - Ты волнуешься о нем не поэтому, - холодно отчеканим муж.
     Я обреченно вздохнула:
     - Как же я устала. Что ты хочешь от меня? Что? Я же сто раз говорила, что ничего не помню. Не помню вас, нашу жизнь, наших детей. Единственный человек, которого я помню, это Рон. И все что я хотела знать, это не покалечили ли его оборотни, когда выводили отсюда. Неужели это так много?
     - Да это много, - тихо признался Дарен. - Ты думаешь, сложно одной тебе? Нет, Джорджия. Нам во сто раз сложнее. Когда я возвращаюсь к мысли, что ты была с другим, мне хочется тут же разыскать этого человека и рвать его плоть на куски, долго, сантиметр за сантиметром. Смотреть, как его тело корчится от жуткой боли и страха, как сочится его теплая кровь. Я мечтаю увидеть его кровь на своих руках. Я мечтаю забрать его жизнь. Ничего я так сильно не хотел, как этого за все столетия моей долгой жизни.
     - Дарен, - услышав такое все внутри у меня заледенело от ужаса и страха.
     - Но я сдерживаю это желание, потому что знаю, это причинит тебе боль. Я каждый раз напоминаю себе, что ни ты, ни человек ни виноваты в том, что случилось. Что виноваты только мы с Рэджем, только мы сами. Потому что не уследили за тобой и допустили все это.
     Я не знала, что ему ответить, что сказать. А что я могла сказать, когда Дарен открыл мне свое сердце, только:
     - Мне очень жаль.
     Мужчина поднялся из кресла и обнял меня:
     - С человеком все хорошо и будет все хорошо. Я поговорю с Тодом, он ничего ему не сделает. Пожалуйста, Луна, больше никогда и ни с кем не говори об этом.
     - Хорошо, - ответила я.
     - Обещаешь? – муж заглянул мне в глаза.
     - Обещаю.
     Дарен наклонился и нежно меня поцеловал, а потом взял на руки и сел вместе со мной в кресло:
     - Расскажи, почему вы так рано вернулись? Обычно если Викки уезжает за покупками это до позднего вечера.
     Я улыбнулась:
     - Наша дочь просто шопоголик-маньяк. Я выдохлась уже после третьего магазина, а у неё усталости не было ни в одном глазу.
     - Раньше ты не уступала ей в выдержке, когда ходила за покупками.
     - Раньше возможно, но не сейчас. Сейчас я вообще не понимаю зачем одному человеку столько одежды. Куда её носить?
     Дарен улыбнулся:
     - Одевай её для нас. Мы будем тобой любоваться.
     Я нежно притронулась к мужской щеке:
     - Хорошо. Но не ждите от меня слишком много. За полгода я привыкла к простой и удобной одежде.
     - Так отвыкай, - ответил Дарен и притянул меня еще ближе.
     Он накрыл мои губы своими в страстном поцелуе, а его руки начали забираться под футболку. Мне было неловко целоваться с ним здесь, когда любой мог нас увидеть. Я только надеялась, что приближение кого-то из оборотней Альфа почувствует заранее. Так и случилось – Дарен прервал поцелуй и оторвал руки от моей груди. Он усадил меня в соседнее кресло и вовремя – на террасу стремительно входил Рэдж, а за ним Тод. Оба были разгневанными, и я точно знала, чем.
     - Значит вы знали, - тут же обвинил отцов Тод. – Знали и ничего не предприняли!
     - Зачем ты рассказала ему? – гневно спросил у меня Рэдж.
     - Луна ничего не рассказывала. Просто забыла, что теперь живет с оборотнями, которые отличаются отменным слухом, - ответил ему Дарен.
     - Мы должны решить, что сделаем с человеком. Как он умрет, - вынес вердикт Тод.
     - Мы ничего не будем с ним делать, - ответил ему Дарен, проявляя свою власть Альфы.
     Я неосознанно вжалась в кресло, а Тод впился гневным взглядом в отца:
     - Ты простишь человеку что он касался твоей жены?
     - Я не прошу ему этого. Но делать с ним ничего не буду.
     - Тогда я сам...
     - Нет, - тут же прервал сына Дарен. – Ты тоже ничего не будешь делать.
     - Человек обесчестил всех нас! Он был с Луной нашей стаи! И ты хочешь все оставить как есть? – распалялся Тод.
     - Если уж, на-то пошло, то это я обесчестила вас всех, - сказала я достаточно громко, чтобы меня услышали. – Так что если с кем-то что-то и делать, то только со мной.
     Три гневных взгляда остановились на мне:
     - Не вмешивайся в это, - велел Рэдж.
     Не вмешивайся в это? От возмущения я встала со своего места:
     - Не указывай мне что делать! - гневные взгляды стали удивленными. Что никто не ожидал, что я тоже могу злиться и спорить? Спорить с их "величествами Альфами". Я открыто посмотрела на Тода: - Ты хочешь мести и крови? Так давай. Вот она я, предавшая тебя, твоих отцов и всю стаю. Человек, спасший мне жизнь здесь не причем. Рон не знал, что, помогая мне, покушается на чужое.
     - Луна, иди в дом, - холодно велел Дарен.
     Я пронзила его гневным взглядом:
     - «Не указывай мне что делать» относилось и к тебе тоже.
     Похоже я добилась невозможного, они потеряли дар речи. Вот просто стояли, смотрели на меня, как на седьмое чудо света и молчали. Но порадоваться своей маленькой победе я не успела – Рэдж пришел в движение и быстро подхватил меня на руки, закидывая себе на плечо.
     - Поставь меня!
     Мужчина не послушал, внес меня в дом и в мгновение, перейдя на скорость оборотня, взлетел по лестнице. Рэдж ногой толкнул дверь моей личной спальни, и она с грохотом ударилась об стену. Мужчина буквально швырнул меня на кровать и навис сверх. Его взгляд горел черным огнем:
     - Не смей так разговаривать с нами.
     - А ты мне запрети, - парировала я, растеряв остатки страха и чувства самосохранения.
     Рэдж прищурился и пообещал:
     - Ты пожалеешь об этом, Джорджия. Сильно пожалеешь о том, что была дерзкой и непослушной.
     - Я жалею только о том, что сразу не была такой. Что позволила вам командовать и принимать за меня решения!
     Рэдж ничего на это не ответил. Он быстро встал с кровати и прошел к выходу. У двери мужчина остановился и обернулся ко мне:
     - Ты наша жена и наша Луна. И должна вести себя соответственно. Если ты не хочешь сама этого понять, мы тебе поможем это усвоить.
     Я схватила подушку и запустила в уже закрывающуюся дверь:
     - Да пошел ты!
     Гнев просто бурлил во мне. Никогда, никогда в своей жизнь я не чувствовала себя настолько злой! Хотя и помнила только полгода своей жизни. Я схватила вторую подушку и запустила ей в стену, а потом громко закричала. Ничего кроме «а-а-а», никто так и не услышал, хотя мне хотелось ругаться и материться как последний матрос.
     Гнев пропал так же быстро, как и появился. Я полностью остыла, когда приняла прохладный душ. Выйдя из ванной комнаты, я заметила в спальне гостя – Викки разбирала покупки. Она быстро глянула на меня и неуверенно улыбнулась:
     - Решила тебе помочь.
     - Спасибо, - кивнула я, а потом спросила: - Кто еще знает?
     Викки не стала разыгрывать непонимание:
     - О том, что ты спорила с Альфами? Берта. Она видела, как разгневанный отец нес тебя в спальню.
     - Ясно.
     - Мама.
     - Что?
     - Тебе не стояло этого делать. У оборотней так не принято.
     - Вот знаешь, - сказала я, копаясь в пакете с новым бельем, - мне сейчас абсолютно и глубоко плевать на то, что у оборотней принято, а что нет. Веришь?
     - Верю, - как-то боязливо ответила Викки, глядя на меня как на полоумную. – Ты как себя чувствуешь?
     - Нормально, - огрызнулась я и ушла в ванную комнату переодеться.

     Глава 9.
     Мне ужасно не хотелось идти на общий обед, от слова «совсем». Но я решила, что мое отсутствие могут принять за обычную трусость. А этого в данных обстоятельствах я не могла себе позволить. Я надела новые джинсы, блузу с кружевными рукавами, и модные кроссовки, а волосы закрутила в низкий узел – на зло врагам! Я спустилась в низ и прошла в столовую с гордо поднятой головой. Меня встретили совсем недружелюбно, наверное, ожидали увидеть раскаявшуюся и извинявшуюся скромницу – не дождутся! Я села за стол и тщательно разложила на коленях салфетку. Первым не выдержал Рэдж:
     - Ничего не хочешь сказать?
     Я посмотрела на него и улыбнулась:
     - Хочу. Я жутко проголодалась. Где наш обед?
     Атмосфера в столовой резко накалилась. Это почувствовала Грета, которая вносила еду — тарелки на её подносе звякнули. Но женщина взяла себя в руки и принялась разливать напитки. Когда очередь дошла до меня, Грета взяла кувшин с водой.
     - Сегодня я буду пить вино. Только белое. У нас есть белое вино? – как ни в чем не бывало спросила я у Дарена.
     Он кивнул Грете, и та быстро ушла. Вскоре мне принесли вино, и мы начали ужин в полной тишине. Я старалась не замечать гнетущую атмосферу в столовой, которая просто обрушилась на меня, придавив бетонной плитой. Но это было сложно. Поэтому, кое-как расправившись с первым блюдом, я отложила приборы:
     - Я думаю нам стоит поговорить, о том, что произошло. А то у меня от ваших взглядов случится несварение желудка, - я посмотрела на Дарена и Рэджа: - Викки просветила меня, что у оборотней порядки как в средневековье. Женщина должна молчать, быть покорной и во всем соглашаться со своим мужем. Даже если он не прав.
     Взгляд Дарена стал холодным, а Рэдж, кажется даже скрипнул зубами. Викки тут же решила вмешаться:
     - Я ничего не говорила про средневековье.
     Я похлопала её по руке:
     - Не волнуйся, они это знают. Так вот, я со всей ответственностью заявляю, что не намерена так жить. Может меня «прошлую», до амнезии, такой порядок вещей и устраивал. Но меня «настоящую» - нет. Я не собираюсь молчать, когда мне есть что сказать, и не собираюсь быть покорной там, где не согласна с вами. Я такой же член семьи как все остальные и имею право на свое мнение, личные желания и пространство. Я готова прислушиваться к вашему мнению, и могу признавать свои ошибки. Я открыта к конструктивному диалогу, но закрыта для безапелляционных требований, суть которых оскорбляют меня как личность. А если вас что-то в моем поведении не устраивает, это уже не мои проблемы.
     Я закончила свой высоконаучный монолог и отпила из бокала вино, ожидая реакции слушательской аудитории. И она незамедлительно последовала, Тод почти прорычал:
     - И вы будете это терпеть?
     Я посмотрела на сына:
     - А что, собственно говоря, «такого» им нужно терпеть? Я говорю всего на всего об обычном уважении. Разве это что-то сверхъестественное?
     - Уважении? А ты уважаешь их?
     - Тод, - вмешал Дарен.
     Сын посмотрел на отца:
     - Нет, правда! Ну сколько можно ей всё спускать с рук? Я понимаю, что она ваша Луна, но ведь всему должен быть предел. Будь она моей женой, давно бы уже присмирела.
     - Интересно узнать, как? – спросила я холодно. – Ты бы меня бил?
     - Да, - ответил он даже не задумываясь. – Я бы быстро выбил из тебя всю заносчивость, лживость и лицемерие.
     - Понятно, - кивнула я и сделала глоток вина, из последних сил сохраняя хладнокровие: - Хорошо, что я не твоя жена, наша совместная жизнь долго бы не продлилась. Я бы просто сбежала от такого семейного «счастья».
     Тод резко поднялся, откидывая от себя стул. Он с грохотом врезался в стену:
     - Ты и так сбежала из дома, хотя твои мужья и пальцем тебя не тронули!
     - Хватит, - прорычал Рэдж с силой Альфы. Он посмотрел на сына: - Мы ничего не знаем наверняка.
     - Что ту знать, отец? Ты разве не видишь, она нисколько не изменилась.
     - По-моему, напротив. Изменилась и сильно, - протянул Дарен, не сводя с меня тяжелого взгляда. – «Прошлая Джорджия» никогда бы не пошла на открытый конфликт. Она бы юлила, заискивала и плакала, чтобы добиться своего. Она никогда не проявляла свое несогласие открыто, слишком трусливой была для этого.
     Я отсалютовала Дарену бокалом:
     - Подлая, лживая, эгоистичная. Теперь еще и трусливая. Как это мило. Все больше и больше узнаю о себе интересного.
     - Мама, пожалуйста, остановись, - с мольбой прошептала Викки, схватив меня за руку.
     Я отпила вино и грустно улыбнулась дочери:
     - Девочка моя, в жизни есть моменты, когда надо идти до конца, иначе перестанешь уважать сам себя. Сейчас как раз такой момент. Я либо добьюсь к себе уважения, либо навсегда останусь под их мужским гнетом. Пойми это, я просто не могу отступить, - на глаза Викки вмиг набежали слезы, и я отставила бокал, а потом обняла дочь: - Ну, что ты, моя хорошая, не плачь. Ничего страшного не произошло. Обычная семейная ссора, такое нередко бывает в супружеской жизни. Мы немного побранимся, а потом обязательно помиримся.
     Викки вскинула на меня взгляд:
     - Правда?
     - Ну, конечно, - улыбнулась я ей и посмотрела на Дарена с Рэджем, не двусмысленно давая понять, чего жду от них сейчас.
     На лицах мужчин читалось неприкрытое удивление, но они сразу отреагировали на мой взгляд:
     - Конечно, помиримся, Викки, - ответил Дарен.
     - Непременно, - поддержал его Рэдж.
     - Вот видишь, все хорошо, - сказала я дочери, гладя её по голове. – Не нужно расстраиваться.
     - Ладно, - Викки утерла слезы, и я подала ей стакан воды.
     Я посмотрела на Тода, который взирал так, как будто у меня выросли рога:
     - Я не помню кем была раньше, поэтому не могу ничего тебе ответить за себя «прошлую». Но я знаю, кто я сейчас и чего хочу.
     - И чего же? – спросил он тихо.
     - Чтобы ты сел за стол, и мы продолжили ужин, как обычная семья. Оставим все склоки на потом, ладно?
     Тод думал над моими словами некоторое время, потом кивнул, сходил за своим стулом, который валялся у стены, и сел за стол. И мы продолжили ужин, как обычная семья, которой не являлись. После ужина все разошлись по своим делам, или просто каждый хотел побыть в одиночестве и подумать о важном. Я укрылась в темном углу террасы, если от оборотней с их супер-нюхом, вообще можно укрыться. Мне составила компанию начатая бутылка белого вина, которая постепенно пустела.
     Но, конечно, долго побыть в приятной компании мне не удалось. На террасу вышел Рэдж и безошибочно отыскал меня в темном углу:
     - Решила напиться?
     - А что мне терять, - отсалютовала я ему бокалом с вином.
     Мужчина подошёл ко мне и стал у перил террасы. Он сложил на груди руки и усмехнулся:
     - Да, терять уже точно нечего.
     Я сделал большой глоток вина и отставила пустой бокал:
     - Что натворила я сегодня дел, на свою пятую точку?
     - Тебя бы хорошенько по этой пятой точке отходить ремнем, чтобы не повадно было в следующий раз.
     - Домашнее насилие невыход из запутанной семейной ситуации.
     - Что-то ты сегодня больно много умничаешь.
     - Учитывая, что ты знаешь «меня новую» только второй день, - заметила я, - твое утверждение спорно.
     Рэдж присел возле моего кресла на корточки и взял мои уже порядком заледенелые ладони в свои, большие и теплые:
     - Если «ты новая» такого натворила уже во второй день, чего же нам ждать дальше?
     Я пожала плечами:
     - Не имею ни малейшего понятия. Но лучше быть готовым ко всему.
     Рэдж нежно улыбнулся и потянул меня к себе. Я слезла с кресла и уселась прямо на деревянный пол в его крепкие объятия:
     - С тобой, похоже, не соскучишься, Луна.
     - Похоже.
     Некоторое время мы сидели в тишине, пока не услышали голос Дарена:
     - Спасибо за Викки. Ты была добра с ней сегодня.
     Я подняла лицо к мужчине:
     - Я же её мать.
     Дарен подошел к нам и сел в кресло:
     - Ты всегда была её матерью, но не всегда была к ней добра.
     Я мотнула головой:
     - Всё! Не хочу сегодня больше слышать, какой стервой я была. Лучше поговорим о том, какой стервой я собираюсь стать, - коварно улыбнулась я.
     - А ты собираешься? – усмехнулся Дарен.
     - Конечно, - ответила я и понежилась в объятия Рэджа. – Вот, например, сегодня ночью я решила отказать вам в близости.
     Рэдж сильнее прижал меня к себе:
     - Вот так взяла и решила?
     - Да, вот так. Как вам такое коварство?
     - Ужасное.
     - Мне тоже так кажется, - улыбнулась я и зевнула. Дарен медленно встал и Рэдж передал меня из рук в руки. Дарен понес меня в дом, нежно прижимая к себе. Я прикрыла глаза, кладя голову ему на грудь: - В том, что твой муж оборотень есть и свои плюсы.
     - Да, и какие же?
     - Он может носить тебя на руках, а ты не волноваться о лишних килограммах.
     - А ты о них раньше волновалась? – спросил Дарен, поднимаясь в нашу спальню.
     - Немного. Но не слишком сильно.
     - И правильно. Ты очень красивая, Луна, и все в тебе гармонично.
     Дарен уложил меня на постель и помог снять обувь. Когда он потянулся к застежке на джинсах, я шутливо ударила его по рукам:
     - Нет. Сказала же, никакой близости этой ночью.
     - Ты жестокая, - услышала я с порога голос Рэджа.
     - Да, я такая, - ответила я и медленно встала с кровати. – Я переоденусь и спать. Просто спать.
     Я величественно выплыла из спальни в гардеробную комнату и быстро переоделась в футболку и спортивные штаны.  Вернувшись в комнату, я откинула одеяла и улеглась в постель, прямо в спортивных штанах и футболке.
     Рэдж усмехнулся:
     - Луна, ты что теперь спишь в одежде?
     - Да. Мне так удобно.
     Я не стала говорить о то что в комнате холодно. Потому что, во-первых, это было не правда, а во-вторых – не хотела получить логичный ответ, что меня вмиг согреют. Дарен потянул за свою майку и быстро снял её, откидывая в сторону, за майкой последовали джинсы, и, наверное, что-то еще, но я уже не смотрела. Я повернулась на бок, лицом к окну и закрыла глаза. Мужчины потушили свет и матрас за моей спиной прогнулся, а потом меня обхватили сильные руки Дарена и потянули назад, на центр кровати. Передо мною лег обнаженный Рэдж, забираясь под одеяло. Я повернулась на спину и сложила на груди руки и тут же услышала тихое:
     - Изображаешь из себя соляной столб?
     - Нет, покойника, - ответила я.
     Мужчины негромко рассмеялись:
     - У тебя плохо получается, - Рэдж коснулся моих волос, убирая те с лица, и нежно поцеловал в губы.
     Я несильно толкнула его рукой в грудь:
     - Нет. Я хочу, чтобы вы уважали мое решение.
     - Твое решение отказать нам этой ночью в близости?
     - Да, именно его, - кивнула я.
     Мгновение они молчали, а потом Дарен со вздохом произнес:
     - Хорошо. Мы его принимаем и уважаем. Но только на эту ночь.
     Я победоносно улыбнулась:
     - Спасибо вам. Это очень важно для меня. Добрых вам снов.
     - И тебе доброй ночи, - ответил Рэдж.
     Моего виска коснулись губы Дарена:
     - Сладких снов.
     - Взаимно.
     Спальня погрузилась в тишину. Проходили минута за минутой, но никто из нас не спал, я точно это знала. Мои нервы, возбужденные сегодняшним днем и вином, были взбудоражены. И, конечно, в штанах и майке, да еще под одеялом, было очень жарко, но я стойка терпела и старалась даже не двигаться. Скоро тело затекло, а кожа покрылась испариной. Мои мучения прекратил Дарен: он откинул одеяло, быстро ухватил за пояс моих штанов и ловко снял их:
     - Мы оценили стойкость твоего духа, Джорджия.
     - И тела, - усмехнулся Рэдж, снимая с меня влажную майку. Я не успела воспротивиться, обнаженную грудь тут же укрыли одеялом. – Спи, Луна. Никто тебя не тронет.
     - Спи, - вторил ему Дарен.
     Не прошло и пяти минут, как я уснула.
     Но перед самым рассветом меня разбудили горячие поцелуи, которые страстно покрывали все тело. Я неосознанно потянулась, нежась под ними, и тут же ощутила легкий укус на груди:
     - Ай!
     - Наконец проснулась, - усмехнулся Рэдж.
     Не успела я окончательно прийти в себя после сна, как ощутила медленный и глубокий толчок, от которого все тело пронзила приятная судорога. Я вскинула руки и ухватилась за плечи мужа, который неспешно покачивался на мне:
     - Рэдж, - толи протест, то ли хрип страсти вырвался из моего горла.
     - Я здесь, моя милая. С тобой. Все хорошо.
     - Вы же обещали.
     - Мы и не трогали тебя, всю эту ночь. Не знаю, как я продержался так долго. Но уже утро, - заметил он ускоряясь.
     Я прикусила губу, и сильнее сжала его плечи, страсть раскручивалась во мне тугой пружиной. Вскоре пружина лопнула, и я не сдержала крика страсти, который слился с глухим рыком Рэджа. Не знаю сколько мы были с ним единым целым, но, когда мужчина, наконец, скатился с меня, моя страсть еще не до конца прошла. Рэдж притянул меня к себе и зашептал в волосы:
     - Спи, Луна. Еще слишком рано.
     - А где Дарен? - почему-то спросила я, ощущая его отсутствие.
     - Он ушел на утреннюю пробежку. Как и я не мог уснуть всю ночь.
     Я закрыла глаза и снова погрузилась в царство Морфея.
     Второй раз я проснулась уже утром, когда через шторы пробивался солнечный свет. В спальне никого не было. Я немного понежилась в постели и, откинув одеяло, встала с кровати. Голова гудела после вчерашнего вина — бодрящий душ, вот что мне сейчас надо.
     Я уже смывала гель с тела, когда дверь в ванную комнату распахнулась и на пороге, сквозь стеклянные двери душевой кабины, я увидела Дарена. Мужчина был в одних спортивных штанах, и явно только что закончил пробежку. Он в мгновение очертил мое обнаженное тело страстным взглядом, под которым я смутилась, а потом быстро снял штаны и зашел ко мне в душевую кабину. Я придвинулась к стене, Дарен занял собой все пространство, и не потому, что кабина была маленькой, а потому что от него исходила истинная мужская сила и страсть. Дарен придвинулся ко мне и забрал из рук мочалку. Не отрывая от меня пристального взгляда, он налил на мочалку ароматный гель, вспенил, и начал медленно водить по своей груди и рукам. Я прикрыла глаза – от этого эротического зрелища страсть вспыхнула во мне, как в зажжённой спичке. Это поняла не только я, потому что через долю секунды Дарен подхватил меня под ягодицы, и приподнял над полом, прислоняя к стене. Я, подчиняясь инстинкту, обхватила ногами его бедра и ухватилась руками за шею. И тут же на мои губы обрушились его, страстные и нетерпеливые. Слова были не нужны, нами завладел древний, как сам мир инстинкт. Он вошел в меня стремительно и глубоко, и я застонала – так остро это чувствовалось:
     - Больше не делай так, Луна, - прорычал Дарен. – Целую ночь быть рядом с тобой, и не иметь возможности коснуться. Это жестоко. Ты жестокая.
     Я хотела что-то ответить, но сил на это не осталось. Я сильнее ухватилась за мужские плечи и прогнулась в спине – и тут же ощутила острый оргазм, который взорвался во мне миллионом искр. Время остановилось, и я потеряла связь с реальностью.
     Пришла в себя я только спустя пару минут, когда Дарен заботливо укладывал меня на кровать. Я притронулась к его щеке и прошептал:
     - Я больше не буду жестокой.
     Мужчина тепло улыбнулся:
     - А мы больше не будем давать глупых обещаний. Поспи.
     - Побудь со мной. Или у тебя дела? – тут же устыдилась я своей просьбы.
     - Главное мое дело, это ты. И только ты, - ответил Дарен, укладываясь рядом.
     Я закрыла глаза, нежась в его объятиях. Мне было хорошо и спокойно, здесь и сейчас. И возможно я устыжусь своих чувств и желаний позже, но сейчас я не буду об этом думать.

     Глава 10.
     В последующие дни мужья со всех сторон окружили меня искренней заботой и вниманием. Все свое свободное время они проводили со мной. Мы часто и долго гуляли по лесу, ездили в город, в рестораны и кино, ходили на пикники. И, конечно, занимались любовью. Я и не предполагала, что этим можно заниматься так часто, так долго и везде, где только можно. С каждым днем я все больше привязывалась к ним, они становились ближе и роднее.
     Много времени я проводила с Викки. Девушка начала рассказывать мне свои секреты и я, наконец, узнала кто такой Алан.
     - Вон он, - указала Викки на высокого молодого мужчину, который, как и другие, играли в футбол на газоне за домом, - в синей майке.
     - И давно он тебе нравится?
     - Уже и не помню. Он красивый, правда?
     - Да, красивый, - подтвердила я, но все же не удержалась от: - Не слишком ли он взрослый?
     Викки рассмеялась:
     - Конечно, он взрослый, мама. Ему 85 лет.
     - Что? – я внимательнее пригляделась к мужчине, который выглядел лет на 25-27.
     - А что ты хотела, мы же оборотни. Логану, например, - кивнула Викки на Бету, который тоже гонял мяч: - 230 или немного больше.
     - Нет, этого не может быть.
     - Может. К двадцати годам мы достигаем своего полно развития, как и люди. А потом останавливаемся в старении. Ну или очень сильно замедляемся. К примеру Альфам...
     - Нет, - быстро перебила я дочь. – Давай закроем эту тему.
     Викки рассмеялась:
     - Что не хочется знать с какими древними старцами ты живешь?
     - Да, совсем не хочется.
     - Ладно. Захочешь, спросишь, - улыбнулась Викки и продолжила следить за импровизированным футбольным матчем.
     Я задумалась: какого это прожить 230 лет? И сколько проживу я? Нет, лучше об этом и вовсе не думать, а то с ума сойти можно. Мои размышления прервал Тод, он незаметно подошел к нам:
     - Я могу с тобой поговорить, Луна? Наедине.
     Викки быстро глянула на брата, а потом на меня, ожидая моего решения.
     - Да, конечно.
     - Тогда пойдем на террасу.
     Мы поднялись на крыльцо и скрылись на террасе дома. Глядя на лес, который было хорошо видно отсюда, Тод сказал:
     - Я должен извиниться перед тобой за грубость.
     - Думаю это я должна извиниться за то, что была никудышной матерью.
     Мужчина резко повернулся ко мне:
     - Не извиняйся за то, чего не помнишь.
     - Ладно, - улыбнулась я, - как вспомню, сразу начну извиняться.
     Тод снова посмотрел на лес:
     - Может, будет лучше, если ты никогда ничего не вспомнишь.
     Я встала рядом с ним и тоже посмотрела вдаль:
     - Опасаешься, что я могу стать прежней стервой? - он молчал, но ответ был очевиден. Я раздумывала лишь пару мгновений, а потом притронулась к его ладони, которая лежала на перилах террасы. Сын вздрогнул, но руки не убрал. Я тихо сказала: - Может ты найдешь в себе силы дать мне второй шанс? Я бы очень хотела им воспользоваться, - Тод молчал, и это было хорошим знаком. Поэтому я решилась на следующий шаг: - Я хотела просить тебя о небольшом одолжении.
     - Каком? – посмотрел на меня Тод.
     - Я бы хотела восстановить умения водить машину. Я же водила машину?
     - Да.
     - Ну вот. Раньше у меня не было ни времени, ни возможности. А сейчас появилось и то, и другое, - улыбнулась я. – Но мне нужен инструктор.
     - Почему просишь меня?
     - Ну, а кого мне просить? Викки еще самой надо учиться. А у Альф и без того много забот, - Тод нахмурился и убрал свою руку, и я сразу добавила: - Я прошу тебя, потому что общее дело может помочь нам наладить отношения. Ты так не думаешь?
     Я видела, что Тод сомневался, но потом все же кивнул:
     - Хорошо. Я помогу тебе с этим.
     Я искренне улыбнулась:
     - Отлично. Когда начнем?
     - Может прямо сейчас, если у тебя нет других дел.
     - Я полностью свободна, - ответила я и пошла вслед за сыном.
     Мы спустились в гараж, который по размерам напоминал ангар для самолета и Тод зажег свет. Я бы присвистнула если бы умела. Здесь было много дорогих и самых разных машин: огромные внедорожники, представительные машины люкс-класса, спортивные новинки. Тод подошел к двухместной машине с откидным верхом кричащего красного цвета:
     - Обычно ты ездила на ней.
     Я усмехнулась:
     - Кто бы сомневался.
     - На какой машине будем тренироваться?
     Я быстро осмотрелась и выбрала небольшой джип черного цвета:
     - Эта. Она кажется надежной.
     - Хорошо.
     Мы выехали из гаража и отъехали от дома, на безлюдную часть дороги. Я заняла водительское место и под четким руководством сына завела машину. В первый раз у меня получилось лишь дернуться с места. Во второй – я сразу заглохла. А вот в третий:
     - Я еду! Смотри! Еду!
     - Едешь-едешь, - улыбнулся Тод, придерживая руль.
     Через несколько метров, я конечно заглохла, но моей радости не было предела:
     - Ты видел, видел? Я ехала. Ехала сама!
     - Я видел, мама, - ответил Тод, заражаясь моим восторгом. Он впервые назвал меня «мамой», но я не стала акцентировать на этом внимание, чтобы «не спугнуть»: - Еще раз?
     Я вцепилась в руль и улыбнулась:
     - Нет, на сегодня хватит. И так не усну всю ночь, - мы вышли из машины, чтобы поменяться местами и увидели Грету, которая шла по дороге к дому. Я улыбнулась женщине: - Привет. Ты к нам?
     - Да, Луна.
     - Садись мы тебя подвезем.
     - Нет, не нужно я сама дойду.
     Я взяла её под локоть и потащила к машине:
     - Садись говорю.
     - Нет, это не удобно. Не хочу вам мешать, - отговаривалась она.
     - Глупости, - отмахнулась я и буквально запихнула женщину на заднее сидение машины, усаживаясь рядом: - Чем ты нам помешаешь, мы же едим домой. К тому же за рулем будет Тод, а не я. Так что ты в полной безопасности.
     Тод тронулся с места, а я посмотрела на Грету:
     - Ты далеко живешь?
     - Нет, Луна, в паре километрах отсюда.
     - Пара километров? – удивилась я. – И это называется «недалеко». И ты что каждый день ходишь пешком туда и назад?
     - Ну, да, - смутилась женщина.
     - Луна, - вмешался Тод, видя мое замешательство, - для оборотня пара километров, это пустяки.
     - А, ну да, - улыбнулась я, - постоянно забываю, что вы сверх-супер-сильные и сверх-супер-выносливые.
     - Мы, - поправил меня сын, - ты тоже оборотень.
     Я кивнула:
     - Да, «мы». Хотя пока я никакой супер-силы в себе не ощущаю.
     - Твоя сила вернется после полнолуния вместе с внутренней волчицей, - успокоил Тод.
     Я улыбнулась ему, благодаря за поддержку и спросила у притихшей Греты:
     - А обращаться в волка, это больно?
     - Нет. Совсем нет, Луна. Даже приятно, - улыбнулась женщина. – Особенно потом, когда бежишь по лесу на четырех лапах, а над тобой светит полная луна. Это восторг, который не описать словами. Его можно только почувствовать.
     Я прикрыла глаза и попробовала себе это представить, но у меня получилось плохо: холодная грязь под ногами, бьющие по телу ветки и кусачие блохи. Б-р-р! Почему я вообще подумала о блохах? Я распахнула глаза и увидела в зеркале заднего виду веселую улыбку Тода:
     - Что не понравилось?
     - Пока нет, - честно призналась я.
     Мы припарковались у дома. Грета улыбнулась:
     - Спасибо, что подвезли меня, Луна.
     - Подвозила не я, Тод, - улыбнулась я в ответ.
     - Спасибо, - смущенно поблагодарила Грета мужчину и вышла из машины.
     Я подождала пока женщина скроется в доме и с любопытством посмотрел на сына:
     - Грета не хотела ехать с нами из-за меня или из-за тебя?
     Тод усмехнулся:
     - Ты хочешь спросить о чем-то конкретном?
     - Да, именно об этом! – улыбнулась я.
     Тод помог мне выйти из машины:
     - Много будешь знать, скоро состаришься.
     - Ой, не состарюсь! Я же оборотень.
     Мы вместе вошли в дом и встретили в прихожей Логана, и я тут же ему похвасталась:
     - А я ездила на машине!
     - Одна, - насторожился Бета.
     - Нет, с самым лучшим в мире инструктором, - улыбнулась я и взяла сына под руку.
     Тод усмехнулся и сказал Логану:
     - Луна проехала всего пару метров, а радуется так, как будто поучаствовала в ралли «Париж-Дакар».
     - Злые вы. Уйду от вас, - картинно обиделась я. – Пойду найду того, кто за меня порадуется.

     Мы занимались с Тодом вождением каждый день, и через три дня я уже могла самостоятельно водить машину, но, конечно, мне никто не разрешал. Я решила не останавливаться на достигнутом и заняться восстановлением и других своих навыков. Следующей в очереди стояла готовка. Нет, сварить пасту или пожарить мясо я умела и так, но вот сделать что-нибудь сложное, например, торт, я пока не пробовала. А мне очень этого хотелось.
     Когда Викки узнала о моем желании, дочь очень удивилась:
     - Ты и готовка? Мам, ты серьезно? Я никогда не видела тебя у плиты.
     - Вот и увидишь. Хочу попробовать, - ответила я, утаскивая Викки на кухню.
     - Ну, пробуй себе на здоровье. А я здесь причем?
     - А ты разве не хочешь научиться готовить?
     - Нет.
     - Ну, давай, это же так интересно.
     - Сомневаюсь.
     Но Викки все же осталась со мной на кухне, наверное, только для того, чтобы сказать «я же говорила», когда у меня ничего не получится. Грета и Берта тоже были удивлены нашим неожиданным вторжением на их территорию, но отнеслись к моему желанию с большим энтузиазмом. Женщины во всем помогали мне, советом и делом, и через некоторое время мы так увлеклись, что даже не заметили, как и Викки присоединилась к нам. Через три часа мы все были уставшие, но счастливые – торт получился красивым, хоть немного и не ровным. Теперь осталось только найти дегустаторов, мнение которых будет не предвзятым (но может немного).
     Я постучала в кабинет к мужьям и, услышав разрешение войти, открыла дверь. Отлично – на меня взирало семь оборотней, один Бета и два Альфы. То, что надо!
     - Простите, что помешала.
     - Что ты хотела, Луна? – тепло улыбнулся мне Дарен.
     - А у вас важное совещание, да?
     - Что-то типа того, - усмехнулся Рэдж.
     - Отлично. Тогда предлагаю сделать небольшую сладкую паузу.
     - Какую паузу? – не понял Рэдж.
     - Сладкую, милый, - улыбнулась я мужу и шире открыла дверь. – Викки завози наш шедевр.
     Дочка тут же вкатила в кабинет столовую тележку на которой величественно стоял наш торт. Улыбка Викки сразу стала смущенной, когда в одном из сидящих в кабинете мужчин она узнала Алана. Я подошла к ней и взяла нож.
     - Это что? – спросил Дарен с легким удивлением.
     - Это торт. Ты что торта никогда раньше не видел? – подмигнула я Дарену и принялась резать сладкий шедевр. – Викки подай, пожалуйста, тарелки.
     Дочка тут же стала укладывать куски торта на тарелки. Первые две порции она отнесла Дарену и Рэджу, и я услышала её тихий шепот:
     - Мама делала торт три часа, так что должно быть вкусно, - предупредила Викки отцов.
     - Викки, я все слышу, - пожурила я дочь за мошенничество. – Наши дегустаторы должны быть беспристрастными и неподкупными.
     - Луна, его что и правда ты испекла? - удивленно спросил Рэдж переводя взгляд с меня на тарелку у себя в руках.
     - Мы вместе с Викки, под четким руководством Берты и Греты, - ответила я, раздавая порции торта другим мужчинам в кабинете. Когда у каждого в руках было по тарелке, я улыбнулась: - Ну, что попробовать решимся, или будем поедать его только глазами? Кто самый смелый?
     Дарен взял ложку, отломил кусочек торта и совсем не уверенно положил его в рот. От такой осторожности я не сдержала веселой улыбки. Муж быстро взглянул на меня, и на его лице разлилось удовольствие:
     - Вкусно. Очень вкусно, - вынес Дарен свой вердикт и отправил очередной кусок торта, уже побольше, себе в рот.
     После такой оценки и другие стали пробовать наш шедевр, восторгаться и хвалить поваров-кондитеров. Рэдж первым съел свою порцию и подошел ко мне:
     - У тебя талант, Луна! Никогда не ел ничего вкуснее, - муж быстро поцеловал меня в губы и протянул тарелку Викки: - Мне добавки, пожалуйста.
     - И мне, и мне, - услышали мы других мужчин.
     Я обернулась к Викки на лице которой сияла радостная улыбка:
     - Вторые порции режь поменьше. Нам еще надо угостить Берту, Грету и Тода. Да и самим не мешало бы попробовать.
     - Жадина, - шепнул мне на ухо Рэдж.

     Глава 11.
     Чем меньше дней оставалось до полнолуния, тем счастливее я становилась. Я чувствовала, что, наконец-то, обрела любящую семью, завела друзей в стае оборотней и нашла свой дом. А точнее вернулась в него.
     Накануне полнолуния мужья устроили для меня романтический вечер, только для нас троих. Они отвели меня в лесной домик, где приветливо горел камин, а на полу были разбросаны яркие одеяла и подушки. Меня усадили в эту гору подушек и принялись доставать еду и напитки из корзины для пикника.
     - Что у нас сегодня за праздник? – спросила я.
     - У нас каждый день праздник, когда ты рядом, - ответил Рэдж, укрывая меня одеялом. – Тебе не холодно?
     - Конечно нет, - улыбнулась я. – Я же оборотень. А завтра и вовсе обрасту шерстью.
     - Волнуешься?
     - Что? О чем тут волноваться, - картинно отмахнулась я, принимая от Дарена бокал с шампанским. – Обрасту шерстью, отращу когти и хвост, и буду как сумасшедшая носиться по лесу и выть на луну. Подумаешь, делов-то.
     Рэдж притянул меня к себе, и я уютно устроилась в его объятиях. Он поцеловал меня в волосы:
     - Не о чем не беспокойся, мы будем рядом.
     - Будем вместе носиться по лесу и выть на луну, - усмехнулся Дарен.
     - Такой кампании я буду очень рада, - улыбнулась я и сделала глоток шампанского. – Только надеюсь вы не станете ко мне приставать в волчьем обличии?
     - Не станем. Хотя ты с пушистым хвостиком очень привлекательная.
     Я повернулась к Рэджу, и он тут же меня поцеловал. Похоже романтический ужин не на долго откладывается.
     Позже, намного позже, когда мы насытились страстью и друг другом мы вернулись к еде.
     - Джорджия, расскажи, как ты жила эти полгода, - неожиданно спросил Дарен.
     - Только без подробностей, - предупредил Рэдж.
     Я понимала его, Рэджу не хотелось слушать о том, как я проводила время с другим мужчиной:
     - Мне повезло еще в больнице, я встретила не равнодушных людей. Они помогли мне с жильем и работой. По начало было трудно смириться с тем, что ты ничего не помнишь о себе, но постепенно у меня появлялись новые воспоминания, и стало легче. Работа мне нравилась, я знакомилась и общалась с новыми людьми.
     - Кем ты работала?
     - Официанткой, - усмехнулась я. – Как выразился Тод «моё величество опустилось до того, чтобы разносить людям еду».
     - Думаю, он не хотел тебя обидеть, - вступился за сына Дарен.
     - Я знаю. Тоду просто не хватает материнского внимания. Я уже поняла, что была никчёмной матерью для своих детей.
     - Все это в прошлом, - обнял меня Рэдж. – Теперь они с Викки только и делают, что говорят о тебе. «Мама то, мама сё».
     Я была благодарна мужу за поддержку. Я улыбнулась:
     - Жаль, что нельзя вернуть время назад и все исправить.
     - У тебя впереди еще много столетий, Джорджия, чтобы все исправить, - заметил Дарен. – Но ты уже и так много сделала за эту неделю.
     Дарен был прав – не нужно жалеть о прошлом, нужно жить в настоящем и строить своё будущее.

     Глава 12.
     Утро в день полнолуния началось как обычно – я вышла на утреннюю прогулку, сегодня меня сопровождал Тод. Это стало моим ежедневным правилом, гулять по утрам, ради поддержания хорошего самочувствия и общения с семьей.
     На крыльце дома я поздоровалась с кем-то из молодых мужчин, я еще не всех знала, и пошла по дорожке к лесу. Тод на пару минут задержался на крыльце, перекинуться с другом несколькими словами. Я выбрала именно этот самый момент, когда никого не было рядом, чтобы поскользнуться на мокрой от утренней росы траве. Я совсем не грациозно взмахнула руками, не удержала равновесия и негромко ойкнула, заваливаясь на спину. В голове от соприкосновения с землей затрещало и надо мною ровными кругами полетели «разноцветные звездочки», прямо как в детских мультиках. «Звездочки» через секунду-другую рассеялись, и я увидела лицо сына, во взгляде которого застыл настоящий ужас:
     - Луна! Ты в порядке?
     - Все хорошо, - успокоила я Тода, медленно садясь на землю. Голова еще немного кружилась, но в общем состояние было сносным. – Моя гордость пострадала больше чем моя пятая точка.
     - Это я виноват.
     - Нет, - улыбнулась я сыну. – Ты же не виноват в том, что твоя мать неуклюжий бегемотик.
     Тод помог мне подняться и, аккуратно поддерживая за руку, повел к дому:
     - Для тебя нужно вызвать врача.
     - Не нужно, отделаюсь небольшой шишкой и все. Давай не будем никому говорить о моей утренней неуклюжести. А то Альфы раздуют из этого целую трагедию.
     Сын сомневался:
     - И все же тебе нужен врач.
     - Зачем, маме, врач? – услышали мы голос Викки, которая с тревогой на лице подходила к нам.
     - Чтобы научил её ходить, - улыбнулась я дочери.
     - Что случилась?
     - Ничего страшного. Я просто упала. Пострадала только моя гордость.
     Викки и Тод проводили меня в спальню и уложили в постель:
     - Я принесу тебе холодный компресс, - сказала Викки.
     - Я пока не умираю, - с усмешкой заметила я, ощущая, что голова начинает кружиться сильнее. – Просто немного полежу и все пройдет.
     - Я быстро, - сказала Викки, не слушая, и вышла из комнаты.
     Тод с тревогой смотрел на меня:
     - Я вызову врача.
     - Не надо.
     - Не обсуждается, - сказал сын и отошел к окну позвонить.
     Я устало прикрыла глаза, борясь с подступившей тошнотой. Вот в этот самый момент меня и накрыло. В голове точно молния стрельнула, и я все вспомнила: кто я, откуда, кто моя семья. Я вспомнила всю свою прошлую жизнь в одно мгновение. Раз – и я снова я. Я очень обрадовалась, наконец-то, я так долго этого ждала! А потом...
     Я распахнула глаза и посмотрела на Тода, который говорил с врачом. Меня тут же накрыла волна паники, разочарования и боли. Мужчина почувствовал это и быстро глянул на меня, а я прикрыла глаза, утаивая от него накатившие эмоции. Тод закончил разговор и подошел к кровати:
     - Что с тобой, Луна?
     - Я не Луна, - прошептала я горькую правду, так и не решаясь открыть глаза. – И не твоя мать.
     - О чем ты?
     - Тод...
     Я посмотрела на сына, который им не был. На лицо Тода набежала тень, а глаза почернели, совсем как у Рэджа:
     - Хватит, - оборвал он, не желая меня слушать. – Тебе нужен покой. Доктор скоро приедет.
     - Мне не нужен доктор, - устало отмахнулась я. – Позови, пожалуйста Дарена.
     Тод сомневался, он не хотел оставлять меня одну. Мужчина вышел только через пару минут, когда вернулась Викки с компрессом. Девушка села рядом со мной, провожая брата тревожным взглядом. Она явно почувствовала его гнев:
     - Что у вас тут случилось, пока меня не было?
     - Я все вспомнила, - честно призналась я, отстраняя руку Викки с компрессом от своего лба.
     Викки вмиг замерла, точно превратилась в каменную статую. В её взгляде появилась паника:
     - Ты все вспомнила?
     - Да.
     Викки боялась задать следующий вопрос, и я её понимала: вдруг эгоистичная мать вернулась? Но Джорджия уже не вернется. Никогда. Я взяла девушку за руку и нежно сжала:
     - Я все вспомнила, милая. Я не твоя мать. Не Луна стаи и вообще не оборотень.
     Мгновения, в которые до Викки доходил смысл сказанных мною слов, девушка молчала. А потом резко выдернула свою руку из моей и вскочила с кровати:
     - Это невозможно! Зачем ты врешь? Зачем!
     Я попыталась её успокоить:
     - Викки...
     - Нет, замолчи! Это все лож! Ты просто хочешь скрыть свой побег из стаи, потому говоришь так! Да? Ты сбежала от нас полгода назад? Верно? Ну, признавайся! – допрашивала она меня.
     - Твоя мать не сбегала из дома. Она уехала на встречу со мной. Джорджия, она...
     Викки резко развернулась к двери, в которую через мгновение вошел Дарен, хмурый и встревоженный:
     - Тод сказал ты упала, - мужчина сразу подошел ко мне. – Он вызвал врача, тот скоро будет. Что у тебя болит, Луна?
     - Со мной все в порядке.
     - Она ударилась головой и несет какой-то бред, - вставила свои гневные пять центов Викки. – Говорит, что все вспомнила. Говорит, что не Луна, не оборотень и не моя мать.
     Дарен пронзил меня тяжелым взглядом, под которым я только вздохнула:
     - Эта правда, я все вспомнила. И если мне дадут спокойно все объяснить...
     - Нет! – взвилась Викки. – Тебе нужен врач. Отдых и лечение! А потом ты все объяснишь, - девушка посмотрела на отца: - Я думаю этим враньем Луна пытается скрыть свой побег из дома.
     Дарен пристально смотрел на меня, а потом обратился к дочери:
     - Викки, оставь нас, пожалуйста.
     - Нет! Я не уйду.
     - Викки, - повторил мужчина с силой убеждения Альфы. Девушка вся вытянулась в струнку, кивнула и быстро вышла. Дарен сел возле меня на постель и взял за руку: - У тебя болит голова?
     Я высвободила свою ладонь и отрицательно мотнула головой, которая отозвалась легким головокружением:
     - Нет. Немного кружится и все. Но это никак не влияет на то, что я говорю. Я все вспомнила.
     - Хорошо, - примирительно кивнул Дарен и снова взял меня за руку: - Пожалуйста, успокойся. Мы во всем разберемся. Расскажи мне, что ты вспомнила. И ничего не бойся, я не буду сейчас на тебя злиться, что бы ты не сделала в прошлом.
     - Тебя не за что на меня злиться. Мы с тобой даже не были знакомы в прошлом.
     - Луна, - прервал меня Дарен, предупреждая тем самым, что его терпение не безгранично.
     - Хорошо, - кивнула я и начала свой рассказ: - Меня зовут Алексия, мне 38 лет, и я человек. Хотя, наверное, не совсем, - задумалась я. - В общем полгода назад мне позвонила Джорджия и сказала, что она моя сестра, двойняшка, что нас разлучили в самом детстве. Джорджия хотела встретиться. Я тут же спросила у своей матери, правда ли это. И мама призналась, что это так, что она в молодости сглупила, связалась с оборотнем и забеременела. Через девять месяцев на свет появились мы. Джорджии передались все гены отца, она родилась истинным оборотнем, а мне досталось все от матери, я обычный человек. Тогда родители решили разделить нас, отец забрал Джорджию в свою стаю, а я осталась с матерью. Родители поклялись никому и никогда не рассказывать об этом. Даже не знаю, как Джорджия узнала о моем существовании.
     Дарен, который все это время внимательно слушал меня, спросил:
     - Если все это правда, тогда почему Джорджия не сказала нам о своей сестре?
     - В этом-то и суть. Джорджия не хотела, чтобы кто-то узнал о её родстве со мной, - горько усмехнулась я. – Ведь она была Луной большой стаи, и кровная связь с матерью-человеком не то чем можно гордиться сильному оборотню.
     - Ты сказала, была? – напряженно спросил Дарен.
     Я посмотрела мужчине прямо в глаза:
     - Да. Джорджия погибла, - ответила я, вспоминая тот роковой день. - Мы встретились на прогулочном лайнере. Она и вправду была как две капли воды похожа на меня, только глаза светились серебром. Мы не успели о многом поговорить, я сразу почувствовала, что сестра враждебно настроена, но подумала, что это от волнения. Я ошиблась. Но поняла это слишком поздно... Джорджия толкнула меня за борт, - я прикрыла глаза, вспоминая свой ужас в те минуты. – Она прыгнула следом, чтобы... В общем, не хочу вспоминать, как сестра топила меня. Помню только, что кое-как её оттолкнула, Джорджия ударилась головой о борт лайнера, а я выплыла. А потом... Потом я помню плохо... Помню, что по воде стала растекаться кроваво-красная лужа... Я потеряла сознание, - я на несколько минут замолчала, а потом открыла глаза. Дарен неподвижно сидел рядом, а по его взгляду невозможно было понять, о чем он думает. – Уже в больнице, когда очнулась, я услышала историю о неопознанной женщине, которая попала под лопасти винтов прогулочного лайнера. Помню Рон тогда сказал, что мне еще повезло что я жива, хоть ничего и не помню, ведь та женщина умерла страшной смертью, - закончила я свой рассказ.
     Дарен молчал пару мгновений, а потом медленно встал и отошел к окну. Я тоже молчала – я понимала, что мужчине нужно пару минут, чтобы примериться с ужасной смертью жены. Наконец, Дарен вздохнул и повернулся ко мне, в его взгляде стоял гнев. Он что винит меня в случившимся? Я же все ему объяснила! Или мужчина мне не поверил? Я уже набрала дыхания, чтобы начать оправдываться там, где была не виновата, но не успела. Дарен заговорил первым:
     - Как долго ты сочиняла эту историю, Джорджия? Всю ту неделю, что жила здесь.
     - Дарен...
     - И главное зачем? Хочешь вернуться к своему человеку?
     - Что? – услышали мы с порога гневный рык Рэджа, а потом ужасный грохот, это он захлопнул дверь. Как же он не вовремя! – Куда она хочет вернуться?
     - Рэдж, все не так! - воскликнула я, опасаясь, что, не разобравшись, Рэдж устроит мне сейчас ад и пламя. – Я вспомнила о своем прошлом и...
     - Сочинила трагическую историю о сестре-близняшке и матери-человеке, - прервал меня Дарен и посмотрел на Рэджа: - А в конце истории описала свою страшную и кровавую смерть. Только не могу понять, на что ты рассчитывала, Джорджия? Что мы поверим в этот бред и сразу отпустим тебя. Даже не дождавшись сегодняшнего полнолуния?
     Рэдж гневно сжал кулаки и шагнул ко мне, но я, почему-то совсем не испугалась. Больше я не была ни его женой, ни Луной их стаи. И от осознания того, что мужчины теперь не имеют надо мной никакой власти, страх пропал. Я холодно заметила:
     - Ну зачем же так просто верить в «этот бред»? Дождемся полнолуния, тем более не долго осталось, я не обернусь в волка, и тогда все сразу проясниться.
     - Зачем ты так с нами, Луна? – тихо спросил Рэдж, пронзая меня пытливым взглядом.
     - Потому что я не Луна. Я все объяснила Дарену, но он...
     - Если хочешь, ты тоже можешь послушать эту кровавую историю, Рэдж. Но не советую, история не из приятных. Насквозь лживая, как и наша жена, - холодно бросил Дарен и указал на меня.
     Я посмотрела на Дарена и предупредила:
     - Уже вечером ты пожалеешь о своих словах. Тебе станет стыдно, что ты...
     Мужчина в мгновение был возле меня, он совсем не ласково сжал мою шею. Взгляд Дарена пылал яростью:
     - Уже вечером ты обернешься в волка. Потом, наконец-то, расскажешь нам правду, почему сбежала полгода назад. А после я накажу тебя за ложь, которую только что услышал, накажу по всей строгости закона стаи.
     - А говорил, что никогда не причинишь боли и зла, - прошептала я.
     Дарен еще мгновение смотрел на меня, пытаясь проникнуть в мою душу, а потом стремительно вышел из спальни, хлопнув напоследок дверью. Я прикрыла глаза, одинокая слеза скатилась по щеке:
     - Не стояло тебе его злить, - тихо заметил Рэдж. – Дарен слов на ветер не бросает. И не терпит лжи, как и я.
     Я не хотела продолжать этот бессмысленный разговор, вся правда выйдет наружу уже этим вечером, тогда и поговорим:
     - Я устала и хочу спать.
     Рэдж сел на край постели:
     - С минуты на минуту придет врач.
     - Хорошо.
     Мужчина коснулся моих волос:
     - Джорджия, прошу сказать мне правду. Ничего не бойся.
     - Я уже сказа всю правду, - отвернулась я от мужчины и легла на бок. – Я не Джорджия. Моё имя Алексия.

     Глава 13.
     Врач внимательно осмотрел меня и задал тысячу и один вопрос. Он прописал отдых и постельный режим, как будто без него мы бы не догадались об этом. До вечера в моей комнате установили дежурство. Не знаю точно, чего Альфы опасались, наверное, того что я сбегу. Я, конечно, не собиралась никуда бежать, ни видела в этом никакого смысла – ведь через каких-то пару-тройку часов оборотни сами выставят меня за дверь.  Но говорить об этом никому не стала – хотят дежурить, пусть дежурят.
     Первым со мной остался Рэдж, все его дежурство я проспала, ощущая на волосах нежные прикосновения. Потом отца сменил Тод, который ходил из угла в угол, то и дело бросая на меня хмурые взгляды:
     - Как ты себя чувствуешь после сна?
     - Спасибо, хорошо.
     - Сейчас Грета принесет для тебя обед.
     - Есть совсем не хочется.
     - Тебе надо поесть, - с нажимом сказал Тод, как будто только и искал повод к ссоре.
     Я улыбнулась ему:
     - Хорошо, я поем.
     Мужчина тут же сел рядом на постель и взял меня за руку:
     - Все будет хорошо, Луна. Вот увидишь.
     - Я знаю это, Тод.
     Он только кивнул. Развивать тему мы не стали, чтобы не нарушить шаткий мир, который и так дался нас с трудом.
     После брата до самого вечера за мной смотрела Викки. Девушка полностью игнорировала тот факт, что я все вспомнила, и вела себя со мной как ни в чем ни бывало: болтала о чем-то неважном, рассказывала истории из детства, делилась сплетнями стаи. Я поддерживала её «игру», понимая, что так ей легче.
     После ужина, который мне снова принесла в комнату молчаливая Грета, на улицу, наконец, опустились сумерки. Викки вошла ко мне в спальню в белой длинной рубахе и протянула такую же.
     Я с удивлением посмотрела на это рубище и улыбнулась:
     - Ты серьёзно?
     - Да. Таков обычай. К тому же рубаху не жалко, когда она порвется.
     - А она порвется? – спросила я, натягивая на тело мягкую ткань.
     - Конечно, когда будешь обращаться в волка. Белье тоже лучше снять, - заметила Викки. – Чтобы не испортить.
     - Ничего порчу белья, если что, я как-нибудь переживу.
     Я заметила, что Викки была босиком, но все-таки надела кроссовки. Девушка проследила за этим недовольным взглядом, но промолчала. Мы спустились вниз и вышли во двор. Нас ждал только Тод, одетый лишь в одни холщовые штаны – прямо средневековье какое-то.
     - Ты готова? – спросил он.
     Я улыбнулась:
     - Ты обещаешь, что меня не съедят?
     - Никто тебя не тронет, - ответил он с легкой улыбкой.
     - Тогда готова.
     Мы прошли сквозь лес к большой поляне, на которой я, наконец, увидела всю стаю. Оборотней было много, около пятидесяти-семидесяти человек, молодые мужчины и женщины, подростки и дети. И не одного старика, то ли оборотни не доживают до старости, то ли вообще не стареют. В центре поляны около большого плоского валуна стояли Альфы. Мы подошли ближе и остановились в первом ряду людей. На поляне стало тихо, и Дарен громко объявил:
     - Сегодня, в ночь Полной луны, у нас в стае большая радость. После долгого отсутствия к нам вернулась наша Луна, - сказал мужчина и протянул мне руку. – Иди сюда.
     Я подавила в себе желание устроить небольшую сцену и шагнула к нему. Дарен взял меня за одну руку, а Рэдж за другую и сказал:
     - Луна вынесла много испытаний, но это в прошлом. Главное, что теперь она вновь дома. В своей семье и в своей стае.
     - Теперь все будет как раньше, - сказал Дарен.
     Мужчина отпустил мою руку и с легкостью запрыгнул на высокий валун. Рэдж последовал за ним, а я шагнула обратно к Викки и Тоду. Рэдж радостно выкрикнул:
     - Приветствуем тебя, Полная луна!
     - Приветствуем тебя, Полная луна! – вторили ему все оборотни.
     - Будь благосклонна к каждому члену нашей стаи! – крикнул Дарен.
     - Будь благосклонна к каждому члену нашей стаи! – повторили оборотни. А потом тихое: - Время пришло.
     Первыми обернулись Альфы. Мгновение, и на валуне уже стоят два огромным и красивых волка. Я не успела осознать увиденное, как волки подняли головы и громко завыли на луну. Им вторили другие волки, мгновенно превращаясь прямо на месте. Вскоре на поляне не осталось ни одного человека.
     Не одного, кроме меня.
     Я сжала кулаки и вскинула голову, не пряча взгляда от двух горящих серебром волчьих глаз. Альфы оскалились, а потом вновь протяжно завыли на Полную луну. И было в этом столько надежды и тоски, что мое сердце болезненно сжалось:
     - Мне очень жаль, - прошептала я мужчинам. А потом шагнула вперед и обернулась к стае волков, которая напряженно следила за мной: - Мне очень жаль, что я ввела всех вас в заблуждение. Но я не ваша Луна, и даже не оборотень. Я сама не знала этого, до недавнего времени, - я сбилась с дыхания, так волновалась. - Я похожа на неё, потому что мы родные сестры. Остальное объяснят вам ваши Альфы. Простите, - я не знала, что еще сказать, поэтому развернулась и быстро пошла с поляны.
     В след мне донесся протяжный тоскливый вой всей стаи. Я ускорила шаг, отговаривая себя от глупого детского желания заткнуть уши, но быстро перешла на бег, чтобы скорее добраться до дома. В голове вертелись лишь две мысли: только бы не заблудиться в лесу, и только бы никто не увязался следом.
     Через пару минут я облегченно вбежала на крыльцо дома и быстро поднялась в свою спальню. Не мою спальню. Я скоро переоделась в джинсы и толстовку, а потом потянулась к рюкзаку, не зная, что из чужих вещей решусь взять. Я положила в рюкзак самое необходимое: сменное белье и одежду, зубную щетку и расческу, вторую пару кроссовок. От осознания, что ни денег, ни паспорта у меня нет, на меня навалилась смертная тоска. Придется либо дождаться кого-то из оборотней и попросить денег в долг, либо пойти на воровство. Я приняла решение, что лучше сворую немного денег, чем увижу кого-то из тех, кого всю неделю считала своей семьёй.
     Я спустилась в общую спальню и зашла в гардероб. Но обшарить карманы Дарена и Рэджа не успела, они появились на пороге как по мановению волшебной палочки. Очень вредной волшебной палочки!
     Рэдж смерил меня хмурым взглядом:
     - Что ты делаешь?
     Я смутилась, но решила признаться:
     - Я хотела, взять у вас в долг немного денег, на билет до дома. Я все верну.
     Дарен устало потер глаза:
     - Джорджия, - он оборвал сам себя и замолчал.
     Я подсказала:
     - Алексия. Можно просто Алекс.
     - Ты никуда не поедешь, - закончил свою мысль Дарен.
     Я грустно улыбнулась:
     - Мне нет никакого смысла оставаться здесь. Теперь вы знаете, что я не ваша жена. Я должна вернуться домой.
     Рэдж гневно прищурился:
     - Домой, к мужу?
     Мне хотелось солгать, нужно было солгать, но я не смогла:
     - У меня нет мужа. Мы давно расстались.
     Лицо Рэджа сразу прояснилось:
     - Хорошо, что нет. Иначе бы долго он не прожить.
     - Рэдж, - вздохнула я. – То, что у меня нет мужа, не значит, что я останусь здесь.
     - Ты никуда не поедешь, - повторил Дарен с металлом в голосе.
     Я начала злиться. Я сжала кулаки, стараясь успокоиться:
     - Поеду. И вы не сможете меня остановить. Я не ваша жена, не член вашей стаи, даже не оборотень. Вы не имеете права меня удерживать здесь или что-то приказывать, - я шагнула к выходу, но Рэдж взял меня за запястье, удерживая. Я пронзила его холодным взглядом: - Пусти меня.
     Мужчина сильнее сжал запястье. Я потянула руку на себя, и его взгляд вспыхнул черным.
     - Рэдж, - тихо предупредил его Дарен, пытаясь успокоить.
     - Нет, зачем? Не нужно его останавливать. Пусть сломает мне руку, - горько усмехнулась я. – Вы же обещали не причинять боли только своей жене. А я не ваша жена.
     Рэдж буравил меня взглядом пару мгновений, а потом отпустил запястье. Я быстро вышла из гардеробной комнаты, но дойти до двери спальни не успела – Дарен преградил мне путь:
     - Сейчас ночь, ну куда ты пойдешь? Не веди себя как ребенок, Алексия, - это «Алексия» далось ему с трудом. - Дождемся утра и обо всем спокойно поговорим.
     Его «как ребенок» меня задело, поэтому я холодно ответила:
     - Нам не о чем говорить.
     - Не о чем? - услышала я ярость в голосе Рэджа, который стоял позади. – Мы больше недели жили как семья, делили постель. И ты говоришь, нам не о чем говорить?
     Я прикрыла глаза, признавая его правоту в душе, но признаться в слух не хотела:
     - А о чем здесь говорить? Мне стыдно за это. Но нас оправдывает то, что мы не знали правды.
     Дарен ухватил меня за плечи и легко встряхнул:
     - Стыдно?
     - Да. Мне стыдно, что я спала с мужьями своей сестры.
     Мужчина всматривался в меня мгновение, а потом тихо признался:
     - А мне не стыдно ни за одну минуту, которую мы провели вместе. Потому что между нами все было по-настоящему.
     - Нет, - попыталась я возразить, но меня прервали.
     - Да, Алексия. И не смей это отрицать.
     Я ощутила спиной обнаженную грудь Рэджа, который прошептал мне в волосы:
     - Теперь ты наша. Наша Луна. И не важно, как тебя зовут.
     Мое сердце вмиг отдалось сладким теплом, услышав это. Но потом пришло горькое осознание — это неправильно, его слова неправильные. Теперь я должна бороться и с мужчинами, и со своим глупым сердцем. Я толкнула Дарена в грудь и отошла:
     - Нет! Я не ваша Луна. Вы что, правда не понимаете, что произошло? Ваша жена мертва. Я не она.
     - Мы понимаем это, - ответил Рэдж.
     - Как-то не похоже, - съязвила я.
     В комнате повисла гнетущая тишина, во время которой каждый думал о своем. Прервал тишину Дарен:
     - Мы захороним останки Джорджии по нашему обычаю, чтобы её душа успокоилась.
     Я только кивнула.
     - А теперь ложись спать, Алексия. Утром мы решим, как быть дальше. А сейчас ночь, и ты никуда не поедешь.
     - Я...
     И, конечно, тут же прозвучало коронное Рэджа:
     - Не обсуждается.
     Мужчины не стали больше слушать моих аргументов и развернулись к двери, с намерением покинуть спальню. Я могла устроить сцену или скандал, но зачем? Какой в этом смысл, за эту неделю я хорошо узнала этих мужчин – они непрошибаемые!
     - Я могу позвонить? – попросила я.
     - Кому? – обернулся ко мне Рэдж с гневным подозрением во взгляде.
     - Не тому, о ком ты подумал, - ощетинилась я.
     - Скажи кому, - повторил свой вопрос Рэдж.
     - Домой.
     - Твой дом здесь.
     Ну как с ним вообще можно спокойно разговаривать! Я посмотрела на Дарена:
     - Я хочу позвонить домой, матери. Я могу позвонить матери? Или нет? – спросила я у Рэджа.
     Тот нахмурился, а Дарен кивнул. Мужчина достал с полки свой мобильный телефон, разблокировал и протянул мне:
     - Звони.
     - Спасибо.
     Я отошла к окну и быстро набрала мамин номер, который помнила наизусть. Пока шли гудки, дверь в спальне закрылась, и я поняла, что осталась одна.
     - Да, - услышала я сонный, но такой родной голос.
     - Мама, это я Алексия.
     - Детка...
     Слезы побежали по моим щекам:
     - Мамочка, со мной все хорошо. Правда. Как вы?
     - Мы в порядке, только очень тоскуем по тебе. Где ты? Что с тобой случилось?
     - Я все расскажу тебе при встрече. Главное, что я скоро приеду, через день или два.
     - Да-да, конечно. Алексия?
     - Да.
     - Ты виделась с ней? Это она виновата в том, что ты пропала?
     - Мама, давай не сейчас...
     - Ладно. Расскажешь все потом. Приезжай скорее детка, мы тебя очень ждем и любим.
     - Я тоже люблю вас, мама. До встречи.
     - До встречи, милая.

     Глава 14.
     Эту ночь я провела одна и была очень благодарна мужчинам за это. А как только проснулась, сделала второй телефонный звонок, пока у меня был телефон:
     - Рон, привет. Это Синтия.
     - Синтия, - услышала я взволнованный голос, а потом молчание и тихое: – Как ты?
     - Со мной все в порядке. Скажи, как ты?
     - Нормально.
     Я сразу осознала, что нам не о чем больше говорить:
     - Прости, что втянула тебя во все это. Мне очень жаль.
     - Ты все еще там? С ними?
     - Да, - соврала я.
     И снова молчание:
     - Но с тобой все хорошо?
     - Да, все хорошо.
     - Тогда ладно.
     - Ладно, - повторила я и через паузу: - Спасибо тебе за все, что ты для меня сделал, Рон. Удачи тебе.
     - И тебе.
     Я отключила звонок и вздохнула: вернуться к Рону я не могла, слишком многое теперь стояло между нами. Я решительно откинула одеяло, умылась, оделась, взяла рюкзак, который собрала вчера, и спустилась вниз. Грета и Берта, как обычно, трудились на кухне, увидев меня они сразу замолчали. Я улыбнулась женщинам:
     - Доброе утро.
     - Доброе утро.
     - Давайте без неловких взглядов и слов. Все случилось как, случилось, и изменить мы ничего не можем.
     - Правильно, - ответила Берта с облегченной улыбкой. – Что будешь завтракать?
     - Как всегда, сама что-нибудь найду в холодильнике. Можно мне листок и ручку?
     - Да, сейчас, - кивнула Грета и подала мне блокнот и ручку.
     Я вырвала листок из блокнота и пока завтракала, написала название города, прогулочного лайнера и больницы, чтобы оборотням проще было найти остатки своей Луны. Сложив листок и отправив тарелку в посудомоечную машину, я надела рюкзак на плечо и улыбнулась женщинам:
     - Не люблю долгие проводы. Так что, всего хорошего.
     На их лица набежало удивление:
     - Ты уезжаешь?
     - Да, пора и честь знать.
     - Но Альфы вчера, - начала было Грета, но Берта оборвала подругу хмурым взглядом «мол не лезь ни в свое дело».
     - Собрать тебе еды в дорогу, - спросила Берта.
     - Нет, спасибо. Тогда, до свидания.
     - До свидания, - попрощались женщины, и я вышла из кухни.
     Я нашла всю свою несостоявшеюся семью в кабинете Альф. Когда я стучала и входила, стояла абсолютная тишина, но я сразу поняла, что до этого в кабинете велись жаркие споры:
     - Доброе утро, - поздоровалась я и прошла к столу, за которым сидел Дарен.
     Я положила листок бумаги перед ним.
     - Что это?
     - Название города и лайнера, на котором... все произошло. Думаю, так вам будет проще найти останки Джорджии.
     - Спасибо.
     - Могу я одолжить у тебя немного денег на билет? Я потом переведу тебе на карту.
     Дарен молчал, но Викки не смолчала:
     - Не терпится избавиться от нас?
     - Викки...
     - Нет! Не надо! – прервала девушка меня. – Не надо разыгрывать здесь сожаление и вселенскую печаль. Хочешь, уезжай! Никому ты здесь не нужна! – выкрикнула Викки и выбежала из комнаты.
     Я шагнула за ней, но меня остановил Тод:
     - Бесполезно, Викки не станет сейчас тебя слушать. Ей надо остыть.
     - Ладно.
     Тод тихо заметил:
     - Сестра не права, ты не можешь вот так взять и уехать.
     - Тод, я должна увидеться с семьей. Они полгода не знали, что со мной, жива ли я. Уж кто-кто, а ты должен меня понять.
     Тод встал из кресла:
     - Так давай я за ними съезжу, и привезу сюда. Теперь мы все одна большая семья, - я молчала, и он нахмурился: - Или ты так не думаешь?
     - Я не знаю, что думать, - честно призналась я. - Я только вчера вспомнила себя. Мне нужно во всем разобраться, понимаешь? Мне нужно время.
     - Нет, не понимаю. Ты либо считаешь нас своей семьей, либо нет, - отрезал Тод.
     Я шагнула к нему:
     - Конечно, вы моя семья. Как же иначе? Пусть я не ваша мать, но я ваша тетя, как ни как.
     - Тогда почему ты хочешь уехать?
     - Я просто...
     - Тод, - окликнул сына Дарен. – Алексия хочет уехать не от вас с Викки, а от нас с Рэджем, - я резко обернулась к Дарену и пронзила его недовольным взглядом. Он вскинул брови: - А разве это не так?
     - Зачем впутывать в это ребенка? – спросила я.
     - Я не ребенок, - взвился Тод.
     Я обернулась к Тоду с теплой улыбкой:
     - Конечно, нет. Просто мои отношения с твоими отцами, не должны тебя касаться. Это неправильно.
     - Не правильно то, что ты хочешь уехать, - прервал меня Тод. – Это неправильно! - сказал он и вслед за Викки стремительно покинул библиотеку.
     Я посмотрела на Дарена с обвинением:
     - Ты доволен?
     - И чем я должен быть доволен, по твоему мнению?
     Мне совсем не хотелось ссориться и выяснять отношения, поэтому я просто отмахнулась:
     - Не важно. Так ты дашь мне денег на билет или нет?
     - Нет.
     Я нервно поправила на плече рюкзак и посмотрела на Рэджа:
     - Я так понимаю, у тебя тоже нет никакого смысла просить взаймы?
     - Ни у кого в стае нет смысла просить взаймы, - усмехнулся Рэдж. – Никто не даст тебе денег. Никто не захочет, чтобы наша Луна уехала.
     - Я не ваша Луна! – почти прорычала я.
     - Теперь ты Луна нашей стаи, Алексия. Вчера оборотни приняли тебя.
     Я резко повернулась к Дарену, не веря в то, что слышу:
     - Что значит приняли меня?
     - Очень просто. Вчера было голосование, решение приняли единогласно.
     - Без моего согласия «меня женили»?
     - Точнее выдали замуж, - улыбнулся Рэдж и подошел ко мне. Мужчина попытался меня обнять, но я воспротивилась. – Так что теперь мы, вроде как, молодожены.
     - Вроде как? Вы что здесь совсем с ума сошли. Всей стаей одновременно?
     Дарен тоже поднялся из своего кресла, и мужчины вместе стали медленно теснить меня в угол кабинета:
     - Если и сошли с ума, то только от тебя.
     - Хватит, - уперлась я спиной в стену и вытянула вперед руки. – Я хочу уехать. Вы не имеете права меня здесь удерживать!
     - Алексия, - шепнул мне Рэдж, нависая сверху, - открою тебе одну большую тайну. Мы оборотни, мы имеем право делать все, что нам захочется.
     - А хочется нам тебя, - вторил ему Дарен.
     Меня быстро подняли над полом, и через мгновение я уже сидела на большом рабочем столе Дарена. Яркие воспоминания о том, чем мы занимались на этом самом столе всего тремя днями ранее, нахлынули мгновенно. Но я отодвинула воспоминания в сторону и уперлась руками в грудь Дарена, который уже расстегивал мою мастерку:
     - Нет! Я сказала нет! – я увернулась от поцелуя Рэджа и попыталась отползти, но меня быстро вернули на место. – Я не хочу!
     - Хочешь, - тут же прохрипел Дарен, наконец, расправляясь с моей мастерской и с майкой заодно.
     Когда он потянул лямки бра, я вцепилась в них, точно от этого зависела моя жизнь:
     - Нет! Это неправильно! Прошу, остановитесь!
     Рэдж поцеловал меня в обнаженное плечо:
     - Ну чего ты хочешь, Алекс? Большую красивую свадьбу и пышное белое платье? Мы все это устроим, обещаю. Только чуть позже.
     Я резко повела плечом:
     - Какое к чёрту белое платье, Рэдж! Я хочу, чтобы вы меня отпустили! А не домогались на этом проклятом столе!
     - А в прошлый раз тебе понравилось, - заметил Дарен, отцепляя мои пальцы по одному от лямок бра.
     Я захлебнулась от возмущения:
     - В прошлый раз, я считала, что мы женаты!
     - Мы и сейчас женаты, - напомнил Рэдж, покрывая мою спину нежными поцелуями.
     - Мы не женаты! Ваше голосование оборотней ничего для меня не значит, потому что я человек! Человек, слышите!
     - У нас отлично со слухом, Луна. Не нужно так кричать.
     - Если у вас отлично со слухом, - толкнула я Дарена в грудь, - так услышьте меня, наконец! Я человек, вы оборотни, ну какое у нас будущее?
     Мужчины вмиг прекратили свои поползновения в мою сторону:
     - Тебя волнует только это, Алексия? – серьёзно спросил Дарен.
     - Это, и еще миллион другого, - ответила я и поправила на груди бра, воспользовавшись небольшим затишьем.
     - Не думай об этом, Луна, - тепло улыбнулся мне Рэдж и нежно погладил по щеке.
     - Тебе легко сказать «не думай», - хмыкнула я. – Через десять-пятнадцать лет мое человеческое тело станет для вас, вечно-молодых оборотней, уже не привлекательным. И вы быстро выкинете меня на помойку жизни.
     - Не смей говорить так, - разозлился Дарен. – Мы будем с тобой до конца.
     - Даже когда я стану морщинистой и старой?
     Мужчины быстро переглянулись, как будто умели говорить мысленно, а потом опять посмотрели на меня. Рэдж усмехнулся:
     - Даже тогда.
     Я попыталась слезть со стола, но Дарен преградил мне путь и усадил обратно. Я нахмурилась:
     - А меня это не устраивает, быть старой женой при молодых мужьях.
     - Алексия, в тебе течет кровь оборотня. Пусть очень мало, но все же. Поэтому ты не состаришься как обычный человек. Поверь. Ты и сейчас не выглядишь на свой человеческий возраст.
     В словах Дарена был смысл, но все же... Я снова попробовала слезть со стола, но снова неудачно:
     - Обо всем об этом надо подумать. А я не могу думать, когда вы... когда, - я не могла найти подходящего слова и только ударила Рэджа по рукам, когда он снова попытался расстегнуть мой бра. Мужчина рассмеялся и вмиг просто порвал застежку. – Рэдж!
     - Я здесь, рядом, моя милая. И всегда буду рядом.
     Время разговоров прошло.
     Дарен накрыл мои губы жарким поцелуем. Я старалась в нем не раствориться, но не смогла. Вдвоем Альфы мгновенно избавили меня от одежды. Горячие мужские ладони быстро высекли из моего привыкшего к ним тела страсть, и вскоре я уже пылала в ней. Дарен придвинул меня к самому краю стола и шире раздвинул бёдра. Нежно удерживая за шею, он уложил меня спиной на столешницу и медленно вошел. Я вцепилась в руку Дарена и прогнулась в спине – так хорошо это было. На моей груди тут же заскользили умелые пальцы Рэджа, высекая из тела еще больше страсть. Я зажмурилась, отдаваясь страсти полностью и до конца. Пусть я пожалею об этом позже, но сейчас, я не буду об этом думать. Дарен излился в меня бурно и громко, и мое тело приняло это с ярким оргазмом.
     Прийти в себя мне не дали – Рэдж аккуратно повернул меня, укладывая животом на столешницу и тут же резко вошел со спины. Я вскинула голову и прикусила губу, чтобы удержать сладкий крик. Рэдж ухватил меня за волосы и потянул на себя:
     - Кричи. Кричи для меня, Луна. Я хочу слышать твою страсть.
     И я не смогла ему отказать.
     Когда все закончилось меня нежно завернули в уютный плед и унесли в спальню, где все началось заново, только гораздо медленней и основательней.
     В этот день я так и не уехала домой, потому что уже была дома.

     Глава 15.
     Но на утро я «решительно» решила уехать, о чем открыто заявила Альфам. На что получила два недовольных взгляда:
     - Ты опять?
     - Да, опять, - ответила я, усаживаясь в постели и кутая обнаженное тело в одеяло. – Я же сказала, мне нужно обо все подумать. В одиночестве.
     - О чем здесь думать, Алексия, - ответил Рэдж, одеваясь. – Ты наша жена. Наша Луна. Точка.
     - А для меня не точка.
     - Вот тебе обязательно спорить с самого утра? – хмуро спросил он.
     - Хорошо, я могу спорить не с самого утра. Могу подождать часик-другой. Тебя это устроит?
     - Устроит, - усмехнулся Рэдж.
     - Только что это изменит?
     - Многое, - улыбнулся Дарен и нежно поцеловал меня в губы, придерживая за подбородок. – Обещай, что будешь сегодня хорошо себя вести?
     - Я всегда хорошо себя веду.
     - В последнее время с этим можно поспорить, - хмыкнул Рэдж.
     - Тебя не спросили, – прищурилась я.
     Дарен снова привлек мое внимание:
     - Сегодня нам с Рэджем надо уехать на пол дня. Нам очень не хочется оставлять тебя в таком состоянии, но дело срочное, - в моей голове тут же начал зреть коварный план, который Дарен вмиг раскусил: - Даже не пытайся сбежать из дома. Тод присмотрит за тобой.
     - Присмотрит, это значит будет моим тюремщиком?
     - Присмотрит, это значит, присмотрит, - ответил Дарен и поцеловал меня в губы.
     Мужчина отошел от кровати, к которой тут же придвинулся Рэдж. Я картинно сложила на груди руки. Он усмехнулся:
     - Значит целовать любимого мужа на прощание не намерена?
     - Нет. Подожду часик-другой.
     - Вредина.
     - Вся в тебя.
     Рэдж в одно мгновение завалил меня на кровать и впился в губы страстным поцелуем, а уже в следующее был у двери:
     - Хорошего тебя дня, Луна. Не скучай.
     Дверь закрылась, и я услышала... Нет! Не может быть! Я вскочила с кровати, понеслась к двери и дернула ручку. Закрыто! Что?
     - Сейчас же открой дверь, Рэдж! Сейчас же! – заколотила я в дверь.
     Из-за двери не донеслось ни звука, и я тут же вспомнила, что все комнаты в доме изолированы от шума. Я еще раз подергала за ручку, но, конечно, безрезультатно. Как он мог меня закрыть? Как! Я фурией бросилась в ванную комнату, надеясь, что прохладный душ остудит мой гнев. Через полчаса я была кристально чистой, но не спокойной – зато в голове уже был готов безумный план.
     Как говориться с волками жить по волчьи выть.
     Я распахнула окно и выбросила из него связанные простыни, ощущая себя героиней какого-нибудь мелодраматического исторического романа. Я еще раз подергала за импровизированную лестницу, проверяя её на надежность и посмотрела вниз: третий этаж, высоковато, конечно, но не смертельно. Я поправила на плечах рюкзак, уселась на подоконник и тут же услышала:
     - Луна, ты что серьёзно? - Тод стоял под самым окном, взирая на меня с легкой усмешкой.
     - Серьёзно, как никогда! И ты не сможешь меня остановить! – погрозила я ему пальцем.
     - Ты, конечно, можешь совершить этот сомнительный спуск, я не в праве тебе запретить, - улыбнулся он. - Но ты же понимаешь, что как только достигнешь земли, я тут же отведу тебя обратно в спальню?
     - Получится у тебя это или нет, это еще вопрос, - ответила я и взялась за простыни.
     Спуск дался мне легко, учитывая, что в юности я занималась скалолазанием. Я спрыгнула на землю и улыбнулась Тоду, он улыбнулся в ответ:
     - Опасался, что придется тебя ловить, но ты отлично справилась.
     - А то, - я поправила рюкзак и вмиг стала серьёзной. – Тод, мне надо уехать. На время. Моя семья беспокоиться обо мне, я должна повидать близких. Ты ведь понимаешь, правда?
     Он тоже стал серьёзным:
     - Почему ты не хочешь, чтобы я привез их сюда?
     - Они люди, Тод. Среди оборотней им будет неуютно. К тому же моя мать... Ну, у неё особое отношение к оборотням, - мужчина молчал, и я взяла его за руку: - С Альфами говорить бесполезно, поэтому я прошу тебя. Пожалуйста, позволь мне уехать. Я дам тебе номер телефона, ты сможешь мне звонить...
     - Ты сказала «на время», - заметил Тод тихо. – Это значит, что ты планируешь вернуться? Или говоришь так, только чтобы я тебя отпустил?
     Я сжала мужскую ладонь:
     - Тод, вы стали моей семьёй, и этого ничто не изменит. Даже если я не останусь жить в стае...
     - Но ты наша Луна, - перебил он. – Ты должна жить здесь.
     - Тод. Ты же понимаешь, что я должна сама захотеть остаться. Сама решить так. А что бы что-то решить, нужно иметь выбор, а не его отсутствие.
     - Это все только слова, - бросил Тод и попытался убрать свою ладонь из моей.
     Я крепче сжала его руку:
     - Вы очень дороги мне, правда. Ты же оборотень и сам чувствуешь, что я не вру сейчас. Но и моя семья мне тоже дорога. Я должна их увидеть. Пожалуйста, Тод. Можно я возьму одну из машин?
     Он молчал пару мгновений, наверное, прислушивался к чувствам внутри меня, а потом кивнул:
     - Я сам тебя отвезу.
     - Не нужно, я...
     - Или так, или никак.
     Я улыбнулась, сейчас Тод был очень похож на Рэджа, не хватало только коронного «Не обсуждается»:
     - Хорошо, - согласилась я.
     Мы спустились в гараж и выбрали одну из спортивных моделей:
     - Так будет быстрее, - объяснил Тод. – Только тебе придется лечь на пол, чтобы мы смогли проехать пункт охраны. Альфы дали четкие указания насчет тебя.
     - Я согласна на всё, - улыбнулась я и улеглась на пол.
     Тод ввел в навигатор мой адрес, и машина выехала из гаража. Мы поехали по подъездной дороге. У пункта охраны Тод лишь немного сбавил скорость – его тут же пропустили, и мы выехали за территорию. Я смогла сесть рядом с мужчиной только через пару километров, когда мы покинули земли стаи. Тод улыбнулся мне:
     - Ну, что, наш побег прошел как по маслу?
     - И сильно тебе влетит за это? – спросила я.
     - Переживу, - отмахнулся Тод и прибавил скорости, когда мы выехали на трассу. – Часов через шесть будем на месте.
     - Если не убьемся раньше.
     - Не убьемся, Луна. Я хорошо вожу машину.
     Я постаралась успокоиться и доверится опыту водителя. Я даже не на долго уснула, пока не услышала телефонный звонок. Я быстро распахнула глаза и посмотрела на Тода, который и не собирался отвечать на входящий вызов на своем мобильнике.
     - Это Альфы, да?
     - Рэдж.
     - Может лучше ответить?
     - Крику будет на всю машину.
     - И все же я отвечу, - я взяла телефон Тода и приняла вызов.
     И тут же услышала рык Рэджа:
     - Тебя где носит, черт тебя дери?
     - Если ты спрашиваешь о Тоде, то он со мной.
     Повисло секундное молчание, а потом:
     - Вы где?
     Я посмотрела в окно:
     - Проезжаем очень живописный лес.
     - Луна, не беси меня! Сейчас же возвращайтесь домой!
     - Рэдж, пожалуйста, сбавь обороты, не нужно так злиться.
     - Я еще и не начал злиться, - гневно прошептал мужчина. – Дай трубку Тоду.
     - Тод за рулем, не нужно отвлекать водителя. Если ты хочешь что-то ему сказать, говори мне, а я передам.
     - Ты что совсем страх потеряла? – донеслось из динамика.
     - А я никогда тебя и не боялась, милый.
     - Милый значит? Ну я тебе не покажусь таким милым, когда мы увидимся.
     - С нетерпением жду нашей встречи, - сладко пропела я, а потом добавила, уже серьёзней: - Рэдж, не нужно злиться, вы с Дареном сами виноваты, не оставили мне выбора. Я обязана повидать своих родных. Тод меня понял и помог.
     - С ним я позже разберусь.
     - Ты не будешь ни с кем разбираться, - строго велела я. – Оставь ребенка в покое. Если кого и хочешь винить, то вини только меня. Ясно?
     Из динамика пару мгновений не доносилось ни звука, а потом:
     - Я тоже с нетерпением жду нашей встречи, - прозвучало это как угроза.
     Рэдж отключил звонок. Я положил телефон Тода и неуверенно улыбнулась ему:
     - Мы, кажется, нажили себе большие неприятности.
     - Он быстро остынет, - подбодрил меня Тод. – Главное, что Дарен пока не звонил, - и тут же, как в кино, экран телефона Тода засветился и выдал надпись: «Дарен». Я потянулась к трубке, но Тод меня опередил: - Теперь лучше я поговорю.
     Мужчина припарковался на обочине, взял телефон и вышел из машины. Он о чем-то тихо говорил с отцом пару минут, а потом, открыл мою дверь и протянул мне трубку. Я взяла телефон:
     - Да?
     - Следи за тем, чтобы Тод не гнал машину.
     - Хорошо, - неуверенно ответила я, потому что ожидала услышать что угодно, но только не это.
     - И, Алексия...
     - Да?
     - Ты же понимаешь, что тебе сильно влетит, когда мы встретимся?
     Я прикусила губу:
     - Я все же буду надеяться на ваше понимание и доброту.
     - А я бы на это не надеялся. Хорошей дороги.
     - Спасибо.
     Вот и поговорили.

     Глава 16.
     Я запрещала Тоду гнать машину, поэтому мы были на месте только через восемь часов. Тод припарковался у скромного дома с небольшой лужайкой и цветником и посмотрел на меня:
     - Волнуешься?
     - Немного. Пойдешь со мной?
     Мужчина явно был тронут моей просьбой, поэтому только кивнул. Тод надел солнечные очки, чтобы не привлекать внимание к своим серебристым глазам, и мы вышли из машины. Но до входа в дом мы дойти не успели, дверь распахнулась и нам навстречу выбежала София, с радостными криками:
     - Мама! Мама! Моя мама вернулась!
     Я подхватила свою четырехлетнюю дочь на руки и прижала к груди:
     - Милая моя, как же ты выросла! - слезы подступили к глазам.
     Маленькие ручки крепко обняли меня за шею. Моя София, моя дочка, мое счастье. Как я могла забыть о ней? На пороге появилась моя мать, а за ней человек, который заменил мне отца. Секунду и я уже была в их любящих объятиях.
     - Алексия, - сквозь слезы шептала мама, гладя меня по волосам. – Моя Алексия. Наконец-то ты дома. С нами.
     - Мама, папа, я так сильно скучала.
     - Мы тоже скучали по тебе, детка, - ответил отец.
     София прижалась ко мне еще сильнее, а потом тихо спросила:
     - А кто этот дядя?
     Я обернулась к Тоду, который явно чувствовал себя сейчас лишним, и улыбнулась:
     - А это твой брат, милая.
     - Мой брат? – удивилась София.
     - Да. Помнишь ты всегда хотела себе братика? И вот теперь он у тебя есть, - я подошла к мужчине: - Знакомься, София, это Тод, твой брат.
     - Здравствуй, София, - поздоровался Тод в легком удивлении.
     - Привет, - смущенно улыбнулась дочка, а потом с сомнением спросила: - А как ты поместился у мамы в животике?
     Я рассмеялась, а Тод улыбнулся:
     - Я когда-то был таким же маленьким, как и ты, - ответил он.
     - Правда? – сомневалась София.
     - Правда.
     - Алексия, - окликнула меня мама, - можно тебя на пару слов?
     - София, побудешь с братом, пока я поговорю с бабушкой? - дочка только кивнула, и я передала ребенка в надежные мужские руки. Я обратилась к отцу: - Папа, это Тод. Тод, это мой отец Брюс, - мужчины приветствовали друг друга крепким рукопожатием. – Пап, покажешь Тоду свой авторитет? Тод хорошо разбирается в машинах и уверена оценит его по достоинству.
     Мой отец усмехнулся:
     - Ты хотела сказать мою авто-рухлядь?
     Я нежно ему улыбнулась и погладила по плечу:
     - Ты сам это сказал.
     Отец кивнул Тоду:
     - Пойдем, покажу тебе свою дорогую сердцу машину. А то женщины ничего в них не понимают.
     - Это точно, - улыбнулся Тод.
     Мужчина понес Софию, которая начала что-то с радостью рассказывать новоявленному брату, за моим отцом в гараж. Я подошла к матери, и мы молча вошли в дом. Мама была не в настроении:
     - Он оборотень да? – обвинила она.
     - Да.
     - Как ты могла привести оборотня в наш дом? Ты же знаешь какие они.
     - Мама, Тод не такой.
     - Откуда такая уверенность?
     - Ты думаешь я бы оставила Софию с ним хоть на минуту, если бы не была уверена? Тод хороший человек, поверь.
     - Он не человек, - отрезала мама и быстро глянула в окно, проверяя как там её муж и внучка.
     Я обняла её за плечи и положила голову на плечо:
     - Мама, он правда другой, не такой как...
     - Не смей говорить о нем в моем доме, - предупредила мама, но нежно погладила меня по голове. Я знала, что говорить о моем генетическом отце-оборотне с мамой не стояло. Она ненавидела его, а из-за него и всех оборотней. Мама повернулась ко мне: - Ты все эти полгода жила у них, у оборотней? Они удерживали тебя силой?
     - Нет. Полгода назад я ударилась головой и потеряла память. Я совсем ничего не могла вспомнить. Я жила в небольшом городишке и звала себя Синтией. Я только десять дней назад попала в стаю оборотней, где раньше жила Джорджия. Они приняли меня за неё.
     - Как это возможно? – ахнула мама.
     - Всё это сложно, - грустно улыбнулась я и вкратце рассказала маме свою удивительную историю. Я конечно упустила тот факт, что родная сестра пыталась меня убить, а также, что делила постель с её мужьями.
     Мама изумленно покачала головой:
     - Это просто невероятно.
     - Я тоже так думаю.
     Мама на пару мгновений замолчала, а потом тихо спросила:
     - Теперь ты считаешь их своей семьей?
     - Да, - честно призналась я. – Они стали для меня родными.
     - У тебя слишком доброе сердце, Алексия.
     Я улыбнулась матери:
     - Ты сама меня такой воспитала.
     Мы не сговариваясь потянулись друг к другу и крепко обнялись:
     - Я очень сильно люблю тебя, Алексия.
     - И я люблю тебя, мама. Очень сильно.
     Мать утерла слезы и спросила, стараясь изобразить в голосе холодность:
     - Я надеюсь он не собирается остаться на ночь? Или постелить ему в гостиной?
     - Посмотрим, - улыбнулась я и встала. – Пойду посмотрю, как они там.
     Я вышла во двор и, обойдя дом, прошла в гараж. София сидела на капоте папиной машины и весело болтала ножками, а мужчины с интересом рассматривали машину с разных сторон. Я улыбнулась такой идиллии. Заметив меня София помахала ручкой:
     - Мама, мы здесь.
     - Как вы тут?
     - Хорошо, - улыбнулась София и посмотрела на Тода. – Тод обещал покатать меня на своей крутой машине.
     - Отличная новость.
     Папа подошел ко мне и шепнул на ухо:
     - Как она?
     Я сразу поняла, что он спрашивает о матери и тихо ответила:
     - Не очень.
     - Пойду к ней, - шепнул отец, а потом громко сказал: - Ужин будет через полчаса.
     Папа скрылся в доме, а Тод подошел ко мне:
     - У тебя очень хороший отец.
     - Я знаю.
     Тод вдруг нахмурился и выглянул на улицу, я проследила за его взглядом и тут же увидела, как за машиной Тода паркуется другая машина. Мгновение и из неё уже выходит разгневанный Рэдж. Я недоуменно посмотрела на Тода, который, кажется не был сильно удивлен. Коварный план созрел в моей голове мгновенно: я быстро подхватила Софию на руки и вышла во двор. Рэдж уже собирался что-то сказать, а скорее всего начать на нас орать, но не успел. Я буквально сунула мужчине дочку в руки и это в миг охладило его. София и Рэдж изумленно взирали друг на друга. Мужчина перевел на меня взгляд первым:
     - Кто это?
     - Твоя дочь, милый. Ты что не узнаешь свою дочь?
     Рэдж снова посмотрел на ребенка, который теперь разглядывал его с большим интересом:
     - Это мой папа?
     - Да, София. Это твой папа Рэдж. Но у тебя есть еще один папа. Папа Дарен.
     - Еще один? – удивилась София, которая до этого времени не имела ни одного отца, а тут на тебе, сразу два.
     - Да, у тебя теперь два папы, доченька, - я улыбнулась Рэджу, - Думаю Дарен тоже в скором времени появиться?
     И, конечно, у дома сразу припарковалась третья машина из которой вышли Дарен и Викки. Рэдж повыше перехватил ребенка и, дождавшись пока Дарен подойдет к нам, передавая тому Софию:
     - Знакомься, это София, наша дочь. Только учти, «папа номер один» я, а ты «папа номер два», - усмехнулся Рэдж.
     Дарен пару мгновений изумленно смотрел на Софию, а потом тепло улыбнулся ребенку:
     - Привет, милая.
     - Привет, - засмущалась София.
     Дарен посмотрел на меня:
     - Почему ты сразу не сказала про дочь?
     - Хотела, чтобы вы узнали о ней при личной встрече.
     - А у меня и брат теперь есть, - похвасталась София, указывая на Тода.
     - И не только брат, - улыбнулась я и посмотрела на Викки: - Еще и сестра Викки.
     София обернулась к девушке и прищурилась:
     - Ты моя сестра Викки?
     Та картинно прищурилась в ответ:
     - А ты моя сестра София?
     - Да, - улыбнулся ребенок, принимая игру старшей сестры.
     Викки посмотрела на меня, а потом порывисто обняла:
     - Я думала, ты нас бросила, - прошептала она.
     Я погладила старшую дочь по голове:
     - Конечно нет, милая. Теперь вы моя семья.
     Викки только кивнула, отстраняясь от меня – в её глазах стояли слезы.
     - Хочешь я покажу тебе своих кукол? – спросила София у вновь-обретенной сестры.
     - Очень хочу, -улыбнулась Викки.
     София быстро слезла с рук Дарена и взяла Викки за ладонь.
     - Тод тоже хочет посмотреть на куклы, София, - заметила Дарен.
     Сын хмуро уставился на отца.
     - Очень хочет, - усмехнулся Рэдж.
     Тод, Викки и София отправились в дом, а я осталась наедине с мужчинами. Дарен тут же придвинулся ко мне и обхватил за плечи:
     - Никогда больше так не делай, Алексия. Обещай нам.
     - Если Рэдж пообещает, что никогда больше не будет меня запирать.
     Рэдж придвинулся ко мне со спины и нежно обнял:
     - Я намерен запереть тебя на всю оставшуюся жизнь, Луна. В нашей спальне.
     - Тогда, - протянула я, - вам придется остаться со мной, чтобы убедиться, что я никуда не денусь из нашей спальни.
     - Согласны, - хором ответили Альфы.
     Я сладко улыбнулась.
     - Ладно, хватит маячить на улице, пошли в дом. Мы и так дали соседям огромный повод для сплетен. Незамужняя старая дева, которая живет с родителями и нагуляла ребенка неизвестно от кого, где-то пропадала полгода. И вот на тебе появляется, как снег на голову, да еще имеет наглость обниматься с двумя самыми лучшими мужчинами в мире.
     - Хочешь, Луна, мы снимем очки, - усмехаясь предложил Дарен. – И тогда повода для сплетен станет еще больше.
     - Пожалуй не стоит, - улыбнулась я. – Дай соседям переварить хотя бы часть информации. Не нужно обрушивать на них все сразу.
     Рэдж и Дарен рассмеялись, и мы вместе пошли в дом.

     Эпилог.
     Этот день настал, день которого я ждала так же сильно, как и боялась. Дарен нежно провел рукой по внутренней стороне моего бедра и сказал:
     - Я укушу тебя здесь.
     - А я здесь, - вторил ему Рэдж, притрагиваясь к внутренней части моего плеча. – Наша слюна тут же попадёт в твою кровь и обращение будет быстрым.
     Я поежилась и натянула на себя одеяло. Одно дело согласиться на это безумство в теории, и совсем другое испытать все на практике. Я полгода не могла решиться на то, о чем меня просили мужья. Они сказали, что так как во мне есть гены оборотня, я тоже могу им стать, но для этого меня должен укусить оборотень в ночь полнолуния. Большой настоящий волк должен укусить меня своими большими настоящими зубами – страшно до жути. Так еще и не один волк, а сразу два, так чтобы уж наверняка. Не спасала даже мысль, что это будут мои горячо-любимые Дарен и Рэдж, мои мужья, мои Альфы.
     - Ничего не бойся, - обнял меня Дарен. – Больно будет лишь первое мгновение, а потом мы залижем ранки и боль тут же пройдет.
     - Если до этого вы не откусите от меня пару фунтом.
     Рэдж усмехнулся:
     - Нет, твои пару фунтов нравятся нам там, где они есть сейчас, - он быстро залез рукой под одеяло и сжал мое бедро.
     Я улыбнулась мужу:
     - Поверю вам на слово.
     Дарен погладил меня по плечу:
     - Алексия, ты станешь такой же, как мы. Разве не здорово, что мы проведем вместе многие столетия?
     Это конечно было здорово. А вот обрастать каждый месяц шерстью не казалось таким же привлекательным, как долго жить и не стареть. Но я готова была пойти на это ради своих любимых мужчин и детей. Дарен и Рэдж заверили меня, что, если София со временем тоже захочет стать оборотнем, они вмиг это устроят, потому что в ней тоже есть волчья кровь, хоть и совсем мало. Но я решила, что сначала младшей дочери нужно вырасти и повзрослеть, а уж потом решать, чего она хочет от жизни – стать оборотнем или остаться человеком.
     От мыслей о будущем меня отвлекли руки Рэджа, которые ласкали уже совсем не бедро. Я сладко потянулась и откинулась на подушки:
     - Многие столетия вместе говоришь?
     - М-м-м, да, - поцеловал меня в плечо Дарен.
     - Звучит очень заманчиво.
     - Значит решено, - подвел итог Рэдж. – Сегодня ночью ты станешь оборотнем.
     Я томно улыбнулась мужу:
     - Думаю, меня нужно еще немного поуговаривать. А то я что-то стала сомневаться.
     Рэдж утробно зарычал и повалил меня на постель, нависая сверху:
     - Это всегда пожалуйста, Луна. Я просто мастер уговоров.
     Я подняла руку и притронулась к его щеке:
     - Люблю тебя.
     - Люблю тебя, - было мне ответом.
     Я посмотрела на Дарена, к которому испытывала такие же сильные чувства:
     - Люблю тебя.
     - Люблю тебя, - ответил Дарен и придвинулся ко мне. – И буду любить вечно.
     - Вечно, - вторил ему Рэдж.
     - Вечно, - улыбнулась я.

     КОНЕЦ КНИГИ
     P.S.: Заранее благодарю за комментарии к книге.











 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"