Кобрина Евгения: другие произведения.

Охота на триаду

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 8.00*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Все молча расступались, пропуская её вперед. На вытоптанной земле безвольной массой лежало тело волка, сломанное под странным углом. У Ронат больше не было мужа. Девушка разжала холодные пальца и медленно прикоснулась к лицу волка, закрывая веки, прощаясь и провожая Агро в последний путь. Джодок беззвучно преображался из волка в человека. Он не хотел убивать противника, но тот не оставил ему выбора, когда решил идти до конца. Джодок был сыном Альфы и сильным бойцом и еще никому никогда не проигрывал, если не считать своего старшего брата Бренуса. Мужчина уже развернулся, чтобы уйти с места схватки, но один из волков удержал его за плечо: "У него была волчица". По старинному волчьему закону, оборотень имел право на вдову убитого им волка. Мужчине не нужна была жена, но совесть не позволяла ему уйти, оставляя женщину, которая по его вине овдовела. Джодок протянул свою руку Ронат и произнес слова древней клятвы: "Я убил твоего мужа в честном бою, а значит, имею на тебя права. Ты войдешь в мой дом и станешь моей самкой, моей женой. Дай свою руку, чтобы все видели, что наш союз свершен"... Предупреждение: М+Ж+М.

Охота на триаду

 []

Annotation

     Все молча расступались, пропуская её вперед. На вытоптанной земле безвольной массой лежало тело волка, сломанное под странным углом. У Ронат больше не было мужа. Девушка разжала холодные пальца и медленно прикоснулась к лицу волка, закрывая веки, прощаясь и провожая Агро в последний путь.
     Джодок беззвучно преображался из волка в человека. Он не хотел убивать противника,  но тот не оставил ему выбора, когда решил идти до конца. Джодок был сыном Альфы и сильным бойцом и еще никому никогда не проигрывал, если не считать своего старшего брата Бренуса. Мужчина уже развернулся, чтобы уйти с места схватки, но один из волков удержал его за плечо: «У него была волчица». По старинному волчьему закону, оборотень имел право на вдову убитого им волка. Мужчине не нужна была жена, но совесть не позволяла ему уйти, оставляя женщину, которая по его вине овдовела.
     Джодок протянул свою руку Ронат и произнес слова древней клятвы: «Я убил твоего мужа в честном бою, а значит, имею на тебя права. Ты войдешь в мой дом и станешь моей самкой, моей женой. Дай свою руку, чтобы все видели, что наш союз свершен»…
     Предупреждение: М+Ж+М.


Евгения Кобрина
Охота на триаду

                                             Посвящается девушке, которая часто фантазирует о запретном...




     Пролог
     Все молча расступались, пропуская её вперед. Она чувствовала знакомый терпкий  запах, запах крови. Крови её мужа.
     Агро был очень вспыльчивым оборотнем, волчьи бои и поединки были его любимым занятием, поэтому Ронат часто видела мужа в ссадинах и синяках, с поломанными костями, которые, благодаря волчьим генам, быстро срастались. Иногда ей и самой крепко доставалось от него, но в последнее время не часто, Агро как будто стыдился того, что сделал с женой однажды в сильном порыве злости. После того вечера Ронат не появлялась на людях без капюшона, который прикрывал её лицо. Вот и сейчас, она шла вперед, засунув руки в карманы своей любимой байки, главным достоинством которой был большой капюшон, скрывающий от посторонних глаз её боль.
     Сейчас запах крови Агро был другим, не таким, как обычно, в нем не хватало каких-то знакомых ноток, но Ронат никак не могла понять, каких именно. Женщина, наконец, вышла из круга людей, что молча взирали на неё и остановилась. На вытоптанной земле безвольной массой лежало тело волка, сломанное под странным углом. Тело её мужа. Агро был мертв, поэтому его запах был не до конца узнаваем.
     У Ронат больше не было мужа. 
     Она сильнее стиснула кулаки и подошла ближе. На знакомом теле и на земле возле него почти не было крови, а значит оборотень, что убил Агро, был мастерским воином. Только точный захват клыков в область шеи, что приносит безболезненную и мгновенную смерть, не позволял крови вытекать из перекушенной артерии. Все оборотни знали это и она тоже. Даже Агро пару раз хвастался ей, что убил противника именно так – мгновенно и бескровно.
      Ронат медленно встала на колени у тела покойного мужа и аккуратно потянула его за плечо, переворачивая на спину. Его глаза были распахнуты и уже успели покрыться черной дымкой, что говорило о скорой смерти. Её долгом, как его самки, было закрыть мужу глаза перед тем, как его тело сожгут на погребальном костре. Ронат разжала холодные пальцы и медленно прикоснулась к лицу волка, закрывая веки, прощаясь и провожая Агро в последний путь.

     ГЛАВА 1.
     Джодок беззвучно преображался из волка в человека, но кровоточащая рана на плече замедляла обратную трансформацию. Обернувшись полностью, мужчина встал с земли и повел рукой, разминая мышцы. Кто-то из его стаи молча подал ему джинсы, чтобы мужчина прикрыл свою наготу.
     Джодок не хотел убивать противника, он ненавидел убивать напрасно: в мирное время, просто ради забавы, как делали некоторые оборотни. Но соперник не оставил ему выбора, когда решил идти до конца, а не до первой крови, пролития которой было достаточно для удовлетворения вопросов волчьей чести. По правде, Джодок даже не понял, как был втянут в этот глупый поединок, который ему навязали вчера ночью. А сегодня утром противник не захотел примириться и пошел на смертный бой, в котором и погиб. Джодок не любил убивать, но он был сыном Альфы и сильным бойцом и еще никому никогда не проигрывал, если не считать своего брата.
     Мужчина утер кровь с глаз, чего не мог сделать, будучи в обличье волка и посмотрел на членов своей стаи. Все они готовы были вступить в смертный бой, если стая проигравшего оборотня вдруг вздумает взбунтовать, обвиняя Джодока в нечестном поединке и подлом убийстве. Но оборотни молчали, а, значит, соглашались с честностью волчьего поединка. Все кончено: противник повержен, бой закончен, честь сохранена. Мужчина уже развернулся, чтобы уйти, но Гран, один из мужчин его стаи, удержал Джодока за здоровое плечо:
     - У него была волчица.
      Джодок резко обернулся к другу, в глазах которого стояла неловкость за то, что принес неприятную весть. Мужчина перевел взгляд туда, где лежало тело убитого им оборотня, но люди заступали ему обзор. Тогда он быстро прошел вперед, стараясь рассмотреть что-то за их спинами и, наконец, увидел женскую фигуру, что склонилась возле убитого им волка. Джодок выругался про себя, еще раз проклиная вчерашнюю ночь и несдержанность оборотня, что втянул его в неприятности, бросив вызов.
     - Пойдем, - сказал Гран,– Они сами разберутся.
     Джодок сердито глянул на друга, читая в его глазах совсем не то, что тот говорил. Мужчина и сам хотел бы уйти, оставляя женщину на попечение Альфы  её стаи, но не мог. По старинному волчьему закону, он имел право на вдову убитого им волка, если поединок был честным с двух сторон. Ему не нужна была женщина, но совесть не позволяла Джодоку уйти, не позволяла отвернуться от волчицы, которая стала одинокой, а значит беззащитной по его вине.
     Мужчина прошел вперед, подходя к Альфе, что присутствовал на поединке. Тот сурово посмотрел на него и громко, так чтобы слышали все присутствующие, сказал:
     - Бой был честным. У меня нет претензий к тебе. Ты можешь идти.
     - А женщина? – спросил Джодок, указывая на девушку, что уже вставала с земли.
     - Я позабочусь о ней, - ответил Альфа и перевел взгляд на вдову.
     Джодок снова посмотрел на девушку: она была невысокой и стройной, и, наверное, еще юной, судя по тому, что её муж был молодым мужчиной. Волки редко брали в жены волчиц старше себя. Но сказать наверняка мешал капюшон, что скрывал её лицо. Он непроизвольно принюхался и уловил её приятный свежий аромат, с горьковатым налетом страха.
     Джодок не должен был делать этого, или наоборот должен был сделать, но совсем не хотел. В любом случае ничто не поменяло принятого им решения:
     - Я сам позабочусь о ней.
     Альфа резко оторвал взгляд от девушки и посмотрел на молодого волка, что стоял перед ним. Он храбро и честно бился в бою, отстаивая свою честь и честь своей стаи. Он и сейчас не уронил её, поступая по совести. Сидмон, его старинный друг, может гордиться своим сыном.
     - Её зовут Ронат, ей двадцать пять лет.
     Джодок ничего не ответил и только кивнул мужчине, собираясь пойти за девушкой, но тот удержал его взглядом:
     - Отец может гордиться тобой, - озвучил Альфа свои мысли.
     Джодок молча принял похвалу и направился к девушке, что уже отходила от тела умершего мужа. Пока он догонял её, у него еще было пару мгновений, возможность передумать, изменить принятое решение. Он мог вверить заботу о ней холостому волку из своей стаи, его друзья не отказали бы в такой услуге. Но Джодок не мог так поступить, ведь это он убил её мужа, а значит, забота о девушке только его долг.
     - Ронат, - окликнул он её.
     Девушка медленно остановилась, а её спина напряглась, но она не спешила оборачиваться. Джодоку это не понравилось: он не привык, чтобы его игнорировали, а приказы не выполнялись, но мужчина подавил в себе раздражение и промолчал, подходя ближе. Она почувствовала его приближение и все-таки неспешно обернулась. Джодок посмотрел на неё, стараясь разглядеть лицо, но из-за опущенной головы и нелепого капюшона, надвинутого на глаза, был виден только плавный изгиб подбородка, чуть полноватые, чувственные губы и часть небольшого ровного носа. Возможно, она скрывает под капюшоном какое-то несовершенство лица, или даже уродство, но это уже не имело значения. Ничто не остановит его и не заставит изменить принятого решения.
     Джодок неторопливо протянул вперед левую руку ладонью вверх, девушка проследила за его жестом, но головы не подняла.
     - Я убил твоего мужа в честном бою, а значит, имею на тебя права. Ты войдешь в мой дом и станешь моей самкой, моей женой. Дай свою руку, чтобы все видели, что наш союз свершен, - сказал Джодок, цитируя старые волчьи клятвы, что были уместны в древние века, когда самок было мало, и самцы бросали друг другу смертельные вызовы, чтобы заполучить в свой дом женщину. Сейчас был двадцать первый век и все поменялось, женщин-оборотней было в достатке, а, значит, волк мог выбрать себе приглянувшуюся, а не хватать ту, у которой муж был послабей. Но люди поменялись мало и их любимое занятие все еще было «почесать языками». Поэтому девушке, мужа которой убили, а саму не захотели забрать, будет не сладко. Все станут шептаться у неё за спиной, называя нежеланной, показывать пальцами и воротить взгляд, как от испорченной вещи. Никто из самцов больше не захочет ввести её в свой дом: кому нужна жена, которую не захотел другой? Значит, женщина останется без мужа, собственного дома и защиты.
     Нравы оборотней жестоки, а сами волки жестоки вдвойне, они не терпят проявления слабости, а одинокая самка – слаба. 
     Девушка продолжала молчать, а её руки все еще находились в карманах мешковатой серой байки. Первое, что он сделает, став её мужем – сожжет этот элемент её гардероба!
     - Твою руку, - повторил Джодок тихо, но в его голосе слышалась сталь и закипающая ярость. Он чувствовал неимоверную усталость: мужчина плохо спал ночью, ожидая утреннего поединка, был измотан в сложном бою, да и раненое плечо все еще болело. Единственное, чего он хотел, это поскорее убраться отсюда в тень своей палатки и отдохнуть, а не торчать здесь под любопытными волчьими взглядами в ожидании пока самка, в конце концов, соизволит ему ответить.
     Наконец, девушка медленно достала свою руку из кармана и вложила в его распахнутую ладонь. Джодок крепко сжал холодные пальцы и поднял их руки вверх, завершая обряд: он признавал в ней жену, а она в нем мужа. В обычной ситуации они бы услышали радостные крики членов стаи, что стали свидетелями их брачного союза, но сейчас все молчали, время для радости было не подходящее.
     К ним подошел Альфа и во всеуслышание объявил:
     - Да будет так. Теперь вы муж и жена.
     Джодок опустил их руки, обряд был закончен, но пальцы он не разжал. Мужчина повел свою юную жену за собой в большую Охотничью палатку, что стояла на краю волчьего лагеря.
     Два раза в год оборотни со всех территорий их части света собирались на Общую Охоту. Волки выслеживали диких зверей, боролись в состязаниях на силу, скорость и ловкость, общались друг с другом, вкусно ели, много пили и веселились от души. Но главной целью Общей Охоты было заключения различных выгодных альянсов и поддержания мира среди волчьих стай. Охота продолжалась не больше недели, после которой оборотни разъезжались по домам, уверенные, что до следующей встречи беды не случится – ни одна из стай не пойдет на другую с войной, не опозорит себя нарушением волчьего слова. Клан Джодока всегда присутствовал на Общей Охоте, они были сильной стаей, но никогда не начинали распрей первыми. В этом году его отец не смог поехать и Джодок представлял здесь Альфу, своим присутствием уверяя всех и каждого, что их стая и дальше намерена придерживаться выбранного мирного пути.
     Конец Общей Охоты омрачил нелепый поединок, в котором мужчине пришлось стать убийцей. Не возьми он на себя ответственность за девушку, некоторые оборотни из других кланов могли бы усомниться не только в его порядочности, но и в честности всей его стаи. Ведь волки всегда смотрят на Альфу и его поступки, судят по главе клана обо всех оборотнях. Эта была еще одна причина, по которой Джодок не мог поступить иначе и отказаться от девушки.
     Эти мысли не покидали его голову, пока он вел за собой молчаливую новую жену, крепко сжимая её небольшую холодную ладонь в руке. Он вел её в свою Охотничью палатку, которая сейчас символизировала его дом.
     Дом, в котором уже была жена.

     ГЛАВА 2.
     - У тебя кровь?! Откуда кровь? – воскликнула Кинния, быстро вставая с кровати.
     Джодок хмуро глянул на нее и прошел вперед, открывая Ронат, что неуверенно вошла за ним и остановилась у входа. Кинния удивленно подняла брови, рассматривая женщину, которую привел её муж. Она непонимающе перевела взгляд на него в ожидании объяснений.
     - Это Ронат, теперь она часть нашей семьи, - коротко ответил мужчина. – Это Кинния, моя жена.
     Ронат, наконец, оторвала взгляд от пола и быстро оглядела красивую юную девушку. Да имя ей подходит (примечание автора: кельтское имя Кинния имеет значение «красота»). Кинния с удивлением смотрела на мужа и Ронат тоже посмотрела на мужчину. Он что сумасшедший? Зачем он привел её в свой дом, когда у него уже есть жена, тем более такая красивая?! Похоже, этот вопрос мучил не только Ронат, но и Киннию, которая, оторвав взгляд от мужа, растерянно рассматривала соперницу.
     - Я убил её мужа, я ответственен за это. И за неё. Теперь она часть нашей семьи, так же как и ты, - ответил Джодок, начиная раздражаться, от непонимающих взглядов женщин. Его новая жена пока еще не освоилась, но Кинния должна знать, что его решения не обсуждаются. 
     - Убил? Когда?! – спросила Кинния, не сдержав негодования, за что и получила в ответ суровый мужской взгляд. Девушка потупила взор, признавая главенство своего мужа, таков удел всех самок, повиноваться самцу и помалкивать, хотя иногда это совсем не просто.
     Однако надо отдать ей должное, Кинния быстро взяла себя в руки и неспешно подошла к мужчине:
     - Ты ранен, надо промыть раны, - примирительно тихо сказала она.
     - Пустяки. Это чужая кровь, - ответил Джодок и осекся, быстро глянув на Ронат, которая молча продолжала стоять у входа. Сердце Ронат не задели его слова: она горевала по мужу, как все члены их стаи, как по еще одному волку, ушедшему в небытие, ни больше ни меньше. Она не любила Агро, когда становилась его женой и не полюбила потом, за те два года, что они были вместе.
     Ронат не знала, куда себя деть под пристальным мужским взглядом. Когда Кинния чуть отвлекла Джодока, начав промывать его раны, девушка отошла от двери и села на стул, незаметно наблюдая за ними. Кинния проявляла заботливую осторожность, помогая Джодоку смывать с тела кровь, её прикосновения были ласковыми, а в глазах читалась нежность. Наверное, это и есть любовь, грустно подумала Ронат. Она не хотела здесь быть, не хотела входить в семью, в которой ей не рады, тем более становится третьей лишней в паре, где живут настоящие чувства. Но ей, как и Киннии, не оставили ни выбора ни права голоса.
     Джодок обтер тело сухим полотенцем и посмотрел на Ронат, что тихо сидела у входа. С момента их встречи он не слышал от неё ни одного слова. Может она немая, с раздражением подумал мужчина:
     - Мы уедем сразу же, как соберемся и сложим палатку. Ронат, ты можешь пойти собрать свои вещи.
     Девушка сразу встала, кивнула и, не говоря ни слова, быстро вышла, как будто только и ждала момента, чтобы сбежать из палатки. Джодок вздохнул и сел на кровать, вытирая лицо, усталость навалилась на него с новой силой. Кинния, как будто почувствовав это, стала подле и нежно провела руками по его волосам. Возможно, Джодок должен был что-то ей сказать, объяснить причину своего поступка, но он молчал: у него не было, ни слов, ни сил, на этот разговор. Кинния медленно отвела руки мужа от лица и села к нему на колени, она потянулась к Джодоку и несмело поцеловала в губы. Это была её игра и её роль, которую девушка выучила наизусть: она всегда была скромно-нежной и всегда была рядом, когда это было необходимо. И Джодок всегда принимал её игру. Он обнял жену и углубил поцелуй, а потом резко повалил девушку на кровать. Сейчас он не нуждался в нежности, сейчас ему необходимо было выплеснуть эмоции, что кипели в нем после смертельного поединка. Кинния знала это, знала какую бурю страсти он обрушит на неё, читала это в его глазах. Она прикрыла веки и выгнула тело дугой, поощряя мужа делать то, что он захочет. Мужчина быстро расправился с её одеждой и в одно мгновения уже был внутри податливого тела. Быстрое яростное соитие и скорая мощная разрядка. Кинния любила нежно и медленно, но всегда уступала мужу, он ведь самец, а самец всегда имеет право на то, что хочет.

     Ронат неспешно собирала свои вещи. Она не мучилась ностальгией, задерживаясь в палатке мужа, бывшего мужа, поправила она себя, просто ей надо было немного времени, чтобы прийти в себя и обо всем подумать.
     Её жизнь никогда не принадлежала ей и девушка уже привыкла к этому. Сначала строгий отец, затем безразличный брат, потом вспыльчивый Агро и теперь этот незнакомый мужчина. А ведь она даже не знала его имени, не знает имени своего нового мужа. Но, все равно, Ронат была ему очень благодарна, он ведь взял её к себе в дом. Не сделай он этого, её судьба была бы незавидной. Она и так будет незавидной, поправила себя Ронат, жизнь второй жены не сахарная. Но это лучше чем жизнь приживалки в доме брата. А может все и к лучшему, ей никогда особо не нравились прикосновения и страсть Агро, так что если новый муж не станет обращать на неё внимания, имея под боком красивую юную Киннию, будет лучше всего. Прекрасная Кинния будет его женой в постели и за её пределами, а незаметная Ронат будет женой лишь номинально. Крыша над головой, хорошая еда и мягкая постель, что еще нужно для её счастливой жизни? Добавим: книги, кино, прогулки на воздухе, отсутствие побоев – и вот, жизнь удалась! Ах да, еще возможность побегать ночью в облике волка и тогда она точно будет безмерно счастлива. Может этот её новый муж не будет против всего вышеперечисленного, учитывая, что у него уже есть женщина, которую можно поучать, которой можно командовать и всегда держать рядом для удобства. Да, все складывается как нельзя лучше, решила Ронат, застегивая свой походный рюкзак.
     Она огляделась. Кругом были знакомые вещи из её прошлой жизни, которую она с легким сердцем оставит позади. Настало время идти в новую жизнь и пусть она будет чуточку лучше прежней.
     Девушка вышла из палатки и посмотрела на Альфу стаи Агро, он ждал её у входа. Она приветствовала мужчину, как полагалось всем членам стаи, легким кивком головы. Он оглядел её и сказал:
     - Джодок благородный волк, я знаю его отца. Будь ему хорошей женой.
     Значит, его зовут Джодок, красивое имя, подумала Ронат, надеясь, что он будет для неё справедливым повелителем (примечание автора: кельтское имя Джодок имеет значение «повелитель»). Ронат кивнула:
     - Да, Альфа.
     - Как приеду домой скажу жене, чтоб собрала твои вещи в доме Агро. Потом пришлем их тебе.
     - Спасибо.
     Мужчина внимательнее присмотрелся к девушке и спросил:
     - Боишься?
     - Немного, - не стала врать Ронат.
     - Это нормально, все невесты боятся, - сказал он, а потом задумчиво добавил. – Даже невесты поневоле.
     Девушка ничего не ответила на это и, попрощавшись, как того требовал обычай, пошла к палатке своего нового мужа. Альфа был сильным и справедливым вожаком, все в стае уважали его за честность и несгибаемую волю, она тоже уважала его. Даже после того, как он закрыл глаза на то, что с ней сделал Агро, она не винила Альфу – в дела волчьей супружеской пары не мог вмешиваться даже он.
     Но далеко от палатки Ронат отойти не успела – две знакомые женщины из стаи увязались следом за ней.
     - Тебе повезло, Ронат, - начала разговор одна из них. – Такого мужа себе отхватила. Ты знала, что он сын Альфы богатой и сильной стаи? Нет? Будешь жить, как у бога за пазухой и ни в чем не нуждаться.
     - Ага, ни в чем? – ехидно улыбнувшись, подхватила другая женщина. – Только во внимании своего мужа. У него ведь уже есть жена. Ты знала это? Нет? Вот так, Ронат будет второй. А второй женой всегда быть не просто.
     - Это да, тем более соперничать с такой красавицей. Я видела его жену, хорошенькая и молодая. Ты и раньше ей соперницей не была бы, а уж теперь… - женщина осеклась, видно осознав, что сказала бестактность.
     Ронат продолжала идти, её уже почти не задевали разговоры, в которых обсуждалась её внешность. В самом начале ей было горько и больно, от того, что люди шепчутся за её спиной, а в глаза жалеют, как убогую, но сейчас боли уже нет, она привыкла и просто не обращает внимания на это. Уже год прошел с того случая, и она свыклась и с «шепотом» и с жалостью.
     Женщины чуть отстали, но потом снова её догнали:
     - А внешность это еще не все, добрым характером мужчину тоже привязать можно, - попыталась исправить оплошность подруги другая женщин.
     - Да, - поддержала вторая. – Счастья тебе, Ронат.
     - Спасибо, - ответила девушка и продолжила путь одна.
     Она пришла к палатке мужа вовремя, мужчины уже заканчивали её собирать. Кинния стояла, прислонившись к серому джипу: пышные золотые волосы, в которых блестели солнечные лучи, трепал весенний ветер, так же как и подол бордового платья, что открывал колени. Стройные ноги в коротких модных сапожках на платформе обтягивали черные колготки, того же цвета коротенькая кожаная курточка была накинута на плечи. Она была модной и очень красивой, молодость и сексуальность так и лучились из неё. Ронат не смогла подавить горькой усмешки: хорошая они парочка жен – прямо красавица и чудовище. Теперь она будет постоянно оттенять красоту Киннии. В своих потертых джинсах, удобных ботинках и бесформенной байке она и сейчас уже смотрелась монстром рядом с этой красивой девушкой, которая походила на куклу Барби.
     Кинния заметила её и помахала рукой, как будто Ронат могла её не узнать.
     - Это все твои вещи? – спросила Кинния.
     Ронат кивнула и, сняв рюкзак с плеч, поставила его на землю, прислоняя к колесу машины. Кинния неловко потопталась на месте, а потом все же сказала:
     - Я, конечно, не танцую от радости, что теперь ты часть нашей семьи, но и биться в истерике не буду. Не очень приятно делить мужа, но таково решение Джодока, а он всегда прав. Надеюсь только, что мы будем жить мирно, я не буду солить тебе, а ты мне. Джодок заслуживает мира и радости в своем доме и я намерена их сохранить.
     Ронат посмотрела на Киннию и тихо ответила:
     - Не собираюсь тебе в этом мешать.
     - Вот и славно, - улыбнулась Кинния и добавила. – Лучше худой мир, чем хорошая война.
     Ронат промолчала, осознавая, что когда-то тоже была такой же молодой, юной и беззаботной. Как давно это было? Три, четыре года назад? Или только год? Не важно, сейчас она другая.
     К ним подошел один из мужчин, высокий и широкоплечий молодой волк, что помогал со сбором палатки и поздоровался.
     - Это Гран, - представила Кинния. – Друг Джодока.
     Ронат кивнула. Мужчина кивнул в ответ и посмотрел на её рюкзак:
     - Положу в багажник.
     Ронат посторонилась и мужчина взял её вещи, унося их за машину.
     - Он милый, - продолжила Кинния. – Но не многословный, как и ты.
     Ронат пожала плечами и обернулась на голос мужа:
     - Ты уже здесь. Все собрала?
     Она кивнула, отвечая на его вопрос. Он почему-то нахмурился и обратился к Киннии, открывая ей дверь джипа:
     - Мне нужно попрощаться с альфами стай. Садитесь в машину, не стойте на ветру.
     - Хорошо, - ответила девушка и забралась в джип.
     Ронат обошла машину и уже начала открывать дверь джипа, когда её руку накрыла рука мужа, захлопнувшего приоткрытую дверь. Девушка испугалась от неожиданности его поступка и быстро выдернула свою руку из его пальцев, но не обернулась.
     - Ты немая? – с тихой ярость спросил Джодок, придвигаясь к ней ближе и прижимая к машине. – Не умеешь говорить?
     - Умею, - ответила Ронат, стараясь подавить приступ паники.
     - Да, теперь слышу. А то уж подумал, что у тебя нет голоса. Мне нравится получать ответы в виде слов на свои вопросы, а не в виде кивания головы в этом жутком капюшоне.
     - Я запомню, - тихо ответила она, боясь дышать.
     - Уж не сочти за труд, - прорычал мужчина и, немного помолчав, спокойно добавил: - Я не хотел убивать твоего мужа, он сам решил свою судьбу, когда не удовлетворился первой кровью. Я не варвар и дам тебе время свыкнуться с мыслью, что твоего мужа больше нет, а его убийца, занял его место. Но я требую уважения к себе. Бой был честным, а значит, ты моя по праву. Надеюсь, ты понимаешь это?
     - Понимаю.
     - Хорошо, - сказал Джодок и отодвинулся. Он открыл дверь машины: - Садись, не мерзни.
     Ронат чуть перевела дух и медленно села в машину. Мужчина закрыл дверь джипа и ушел. Кинния не смотрела на неё, а  напряженно уставилась перед собой. Она, конечно, слышала все, о чем они говорили, слух оборотня это позволял. Девушки долго молчали, пока Кинния не нарушила тишину:
     - Не зли его. Ни тебе, ни мне это ни к чему.
     - Сложно не злить человека, когда не знаешь, что его раздражает, - прошептала Ронат, глядя в окно. Страх из груди уходил медленно, оставляя после себя тревожную пустоту.
     Кинния нахмурилась:
     - Проявлять уважение и быть послушной – вот качества хорошей жены. Разве твой первый муж не требовал от тебя этого?
     Ронат неопределенно кивнула головой: её первый муж требовал от неё не только этого.
     - И еще этот твой капюшон. Меня он тоже раздражает. Зачем он?
     Ронат быстро повернула к ней голову и стянула капюшон. Кинния резко вдохнула и подалась назад. Ронат накинула капюшон обратно на голову, прикрывая лицо, и откинулась на сидении.
     - Кто это сделал? – прошептала Кинния через пару мгновений.
     - Я не сразу разобралась, что раздражает моего первого мужа, - ответила девушка и посмотрела на Киннию. – Не волнуйся, со вторым научусь быстрее.
     - Он ведь это не специально?
     - Я не намерена это обсуждать.
     В машине снова стало тихо.

     ГЛАВА 3.
     Дорога до её нового дома не заняла много времени и уже к вечеру они были на месте. Теперь домом Ронат было большое загородное имение с трехэтажным особняком, окруженное тенистым лесом. Девушка даже обрадовалась в душе, когда увидела вековые деревья, растущие на мили вокруг. Может за то, что она была паинькой в машине и на все вопросы мужа отвечала в голос, он разрешит ей немного побегать в сумраке вечера?
     А вопросов было не мало, он, похоже, решил сразу узнать о ней всю подноготную. Где родилась, жила, кто её родители, члены семьи и где они живут. Где она училась и когда вышла замуж. Правда потом вопросы ненадолго прекратились, видно он решил, что не вежливо расспрашивать её о жизни с первым мужем, которого он сам же и убил этим утром. Но через полчаса допрос продолжился.
     - Что ты любишь делать в свободное время?
     - Читать.
     - А гулять на воздухе?
     - Да.
     - Твое обращение в волка проходит безболезненно?
     Ронат не сразу осознала к чему этот вопрос, но почувствовав напряжение со стороны Киннии, поняла, что, наверное, у неё не все гладко по этой части.
     - Теперь уже да, - ответила Ронат.
     И сразу услышала от Киннии:
     - А раньше было больно?
     - Да. Только пару лет как, перестала чувствовать боль.
     - А сколько тебе лет? – спросила девушка, но сразу осеклась. – Ой, прости. Это бестактно.
     - Двадцать пять.
     Кинния кивнула и немного улыбнулась, видно посчитала, что ей недолго осталось терпеть боль при обращении.
     - Ты все переносишь из еды? – продолжил Джодок.
     - Да.
     - А я не терплю молоко, у меня аллергия на него, - поделилась Кинния. – А что ты любишь больше всего? – решила и она включится в игру «Сто вопросов к Ронат».
     - Яблоки и апельсины.
     - А я очень люблю шоколад, - сказала Кинния и хотела уже задать следующий вопрос.
      Но от этого Ронат спас Гран, что все это время, молча, вел машину:
     - Подъезжаем.
     Новый дом встретил девушку невысоким каменным крыльцом с широкими ступенями, массивной дубовой дверью на чугунных петлях, большим светлым холлом с множеством окон и широкой деревянной лестницей, соединяющей первый и второй этаж. Ронат рассматривала красивый паркетный пол из множества мелких дощечек, когда услышала мужской властный голос:
     - С приездом.
     По одному только голосу девушка сразу поняла, что это Альфа её новой стаи, а оторвав взгляд от пола и, посмотрев на приближающегося к ним мужчину, сразу признала в нем отца Джодока. Они были очень похожи: та же уверенная походка, крепкое мускулистое тело и цепкий взгляд, который пронзал её насквозь, пытаясь вытащить на свет все секреты её души. Мужчина приблизился и все поклонились вожаку стаи, как того требовал обычай. Ронат рассмотрела его получше. Он был в возрасте, но еще полон сил, красивый и статный, с легкой сединой. Вместе с Альфой к ним подошла миловидная женщина лет сорока и, остановившись чуть позади мужчины, начала внимательно её рассматривать.
     - Ронат, - обратился к ней Джодок, - познакомься, это Альфа твоей новой стаи Сидмон и его жена Инноджен.
     - Рада быть частью вашей стаи и вашей семьи - сказала девушка, как того требовал обычай.
     - А мы-то как рады! – услышала она восклицание и обернулась к лестнице.
     По ней, чуть прихрамывая, спускался молодой статный мужчина, который так же походил на Сидмона и, наверное, приходился братом Джодоку. Подходя к ним, он широко улыбался и не отрывал взгляда от Ронат, внимательно рассматривая девушку:
     - Брат, ты мой кумир. Уехал с одной женой, а вернулся с двумя.
     - Здравствуй, Бренус, - ответил Джодок. – Тебя уже отпустили из клиники?
     - Ха! Разве они могли меня там удержать? Как видишь – я уже на ногах.
     Мужчины приветственно похлопали друг друга по плечам и Джодок улыбнулся:
     - Вижу. Как нога? Уже лучше?
     - Какая нога? Ах, эта! – и он несильно похлопал по ноге, на которую прихрамывал когда шел: - Уже и забыл, что с ней что-то было. Мог бы спокойно поехать с вами на Охоту, если бы кто-то не поднял шумиху, - сказал мужчина и посмотрел на Инноджен.
     - Если бы кто-то не поднял шумиху, ты мог остаться хромым на всю жизнь, - строго сказала женщина.
     - Да ладно тебе, мама, шрамы только красят мужчину, - улыбнулся Бренус.
     После этого восклицания Кинния как-то нервно поправила волосы и придвинулась ближе к Ронат:
     - Ронат, наверное, устала с дороги, я покажу ей её комнату? Куда мы её поселим, Инноджен?
     - Как куда? – улыбаясь, спросил Бренус, и снова начал разглядывать Ронат: – Ко мне, конечно, куда же еще.
     После этих слов в воздухе повисло напряженное молчание, и, кажется, только Ронат не понимала его значения. Почему она должна жить в комнате брата своего мужа? 
     -Я думаю, спешить не стоит, - протянул Альфа, как-то сочувственно посмотрев на Ронат. – Но это уже не мое дело, дальше разбирайтесь без нас. Пойдем Инноджен, дети снова начали делить игрушки.
     Альфа взял за руку свою жену и повел её наверх:
     - Всем спокойной ночи.
     - Спокойной ночи, - ответили молодые люди.
     Когда Альфа с женой скрылись из виду, Кинния неуверенно посмотрела на Джодока и тихо предложила:
     - Поселим Ронат в комнате, что напротив нашей? - и почему-то ближе придвинувшись к нему, как будто ища защиты.
     - Нет, - твердо сказал Бренус и перестал улыбаться. – Она будет жить со мной.
     Джодок устало посмотрел на брата:
     - Бренус, отец прав, не будем спешить. Не сейчас.
     - Сейчас. Это будет справедливо, - ответил Бренус, без улыбки его лицо сразу стало старше. – Одна жена живет с тобой, другая со мной.
     Услышав это нелепое заявление, Ронат напряглась, но не решилась на вопрос. Зато её напряжение почувствовала Кинния:
     - Вы её пугаете, - сказала она, дрожащим от слез голосом.
     Бренус быстро глянул на девушку:
     - Иди к себе, Кинния. Сейчас же!
     Ронат очень удивилась, что мужчина осмелился говорить с женой брата в приказном тоне. Но она еще больше удивилась, когда Кинния сорвалась с места и быстро побежала наверх, подчиняясь приказу. Джодок хмуро посмотрел на брата:
     - Обязательно так с ней говорить?
     - Я буду говорить с ней так, как посчитаю нужным, - прорычал тот в ответ.
     Атмосфера накалялась и Ронат это пугало, она знала, как опасно находиться рядом с разъяренными самцами. Девушка незаметно сделала шаг назад, а потом второй, но это не осталось незамеченным, две пары грозных глаз уставились на неё. Все внутри перевернулось, она знала такой взгляд, и знала, что может за ним последовать, но учитывая её жизненный опыт, Ронат знала, что делать дальше. Она отошла еще немного и медленно села на первую ступеньку лестницы: если ты становишься меньше и незаметнее, хищник может посчитать ниже своего достоинства обращать на тебя внимание, не говоря уже о том, что бы напасть.
     Гнев в смотревших на неё глазах сменился удивлением, а Бренус даже чуть улыбнулся:
     - Ты что, действительно так устала, что и стоять уже не можешь?
     Ронат неопределенно пожала плечами. Джодок вздохнул:
     - У неё ужасная привычка не отвечать на вопросы вслух и носить этот жуткий капюшон.
     - Никто не идеален, - ответил Бренус и направился к Ронат. Она напряглась и застыла как изваяние: если хищник все же обратил на тебя внимание, нужно оставаться неподвижным, чтобы он не решил, что ты собираешься напасть, или спасаться бегством. Никогда не беги от хищника, охота заводит его еще больше и жажда крови увеличивается стократ.
     Бренус подошел совсем близко и присел перед Ронат на корточки:
     - Мы напугали тебя?
     Ронат не удержалась и чуть подалась назад, потому что сейчас, так близко, он пугал её ещё больше. Нужно что-то ответить, иначе будет еще хуже:
     - Я просто не совсем вас поняла, - тихо сказала девушка.
     - Ах, это, - вздохнул Бренус. – Все просто. Ты, наверное, знаешь, что у пары оборотней очень редко рождаются два волчонка-самца с альфа-геном, иначе они просто поубивают друг друга за первенство. И природа страхуется на этот счет. Ты слышала о таком?
     Ронат сглотнула. Она слышала об этом, но это было очень редко, почти не встречалось. Но если она правильно его понимает…
     - Мы с Джодоком братья, но у нас разные матери, и мы оба альфа-самцы, - продолжил он. – Понимаешь, к чему я веду?
     Ронат кивнула и сделала предположение, в которое сама пока не верила:
     - Триада?
     - Да, - улыбнулся Бренус и обернулся к брату. – Ты привез в наш дом умную жену, - а потом снова посмотрел на неё: - Мы с братом чувствуем потребность делить одну самку на двоих, создать триаду.
     - Значит Кинния…
     Бренус не дал ей договорить и резко поднялся:
     - Все сложно. Теперь ты понимаешь, что будет справедливо, если ты будешь жить со мной, в моей комнате, потому что Кинния живет с Джодоком.
     Бренус примирительно улыбнулся и протянул девушке руку. Ронат сделала вид, что не заметила этого и поднялась на ноги сама, избегая прикосновений незнакомого мужчины. Она все еще осознавала услышанное:
     - Значит теперь ты мой муж? – спросила Ронат, переводя взгляд с одного мужчины на другого.
     Как быстро она меняет мужей.
     - Нет, я твой муж, - ответил молчавший до этого Джодок и подошел к ним.
     Бренус посмотрел на брата:
     - Уже ревнуешь?
     - Прекрати, Бренус. Это все не игра. Ронат, твой муж я. Но ты с таким же уважением должна относиться и к Бреносу. Это тебе понятно?
     - Обязательно так с ней говорить? – спросил Бренус, копируя брата.
     - Я буду говорить с ней так, как считаю нужным, - строго сказал Джодок, а потом улыбнулся, принимая шутку брата. - Все, хватит болтовни. Ронат устала с дороги и, наверное, очень проголодалась.
     - Да, правильно. Тогда ты иди утешать мою жену, а я накормлю твою, - сказал Бренус и подхватил вещи Ронат. – Идем, милая.
     Девушка растерялась, теперь она понимала еще меньше чем раньше, но быстро взяла себя в руки. Ей ничего не осталось, как пойти за мужчинами, которые уже начали подниматься по лестнице.
      Джодок дошел до второго этажа и остановился:
     - Я думаю, Кинния права, поселим Ронат в комнате напротив моей спальни.
     - Иди к черту, брат, вместе с Киннией и её советами, - ответил Бренус и быстро оттеснил Ронат к лестнице на третий этаж. – Она будет жить со мной. Точка.
     - Не начинай, - предупредил Джодок и нахмурился.
     - Это ты не начинай, - ответил Бренус и еще больше оттеснил Ронат. Девушке пришлось подняться на ступени, что вели на третий этаж, чтобы не упасть.
     - Ей нужно время, - предупредил Джодок брата.
     - В моей комнате его сколько угодно, - ответил Бренус и начал подниматься по лестнице. Ронат ничего не оставалось, как идти перед ним, ведь лучше не стоять на пути у скалы.
     Джодок  медлил, провожая взглядом новоявленную жену и брата, спорить с которым, если тот решил что-то, было бесполезно. Тем более не стоило делать этого при Ронат – их разборки, только их дело. Мужчина медленно развернулся и пошел по коридору, он доверял брату, как себе, Бренус не обидит девушку. Лучше подумать о Киннии, которая наверняка ждет его в их спальне вся в слезах, она всегда очень болезненно переносила стычки с Бренусом.

     Ронат шла перед мужем номер три к его спальне, что находилась на третьем этаже и думала, как же непредсказуема жизнь. Она-то решила, что будет ненужной женой одному мужчине, а оказалась, что теперь у неё будет целых два мужа. Правда, одному она будет все так же не нужна, а второй, увидев её лицо, тоже не захочет с ней остаться. Может, стоило показать Бреносу лицо внизу, чтобы не совершать это долгое восхождение на третий этаж к его спальне? Но пока она думала об этом, они пришли, и Ронат увидела его комнату изнутри. Здесь было просторно, и, наверное, днем много света, который лился из больших окон. Внушительных размеров кровать стояла у дальней стены, диван и удобные кресла напротив большого телевизора, а круглый стол со стульями у окна. Ей понравилось, особенно телевизор, по которому, как в кинотеатре можно смотреть различные фильмы.
     Бренус занес её рюкзак в гардеробную комнату, что находилась справа и улыбнулся:
     - Завтра соберу свои вещи, освобождая место для твоей одежды.
     Девушка кивнула и осмотрела ряды с хорошей одеждой, обувью и различными мужскими аксессуарами. Бренус проследил за её взглядом и посмотрел на рюкзак, что держал в руке
     - Это все твое приданное? – улыбнулся он.
     - Я не завидная невеста, - ответила Ронат.
     Бреносу не понравилась колкость в её голосе, его шутку она не приняла, но это не значит, что он перестанет шутить. Мужчина поставил рюкзак Ронат на полку для одежды и они вышли из гардеробной комнаты.
     За свою недолгую жизнь Ронат уже научилась разбираться в людях их настроении и интонации голоса. Она видела, что мужчина старается быть непринужденно-шутливым, тем самым пытаясь расположить её к себе. Девушка чувствовала его заинтересованность и это не нравилось ей. Он увидит её лицо, и интерес пройдет, уступив место безразличию или даже презрению, за которым может прийти его ярость и её боль.
     - Мои вещи обещали собрать и прислать сюда, - сказала она, чтобы заполнить неловкую паузу.
     Бренус кивнул, подводя девушку к ванной комнате, которая была по размеру, как вся детская в доме её родителей. Ронат неторопливо прошла вперед, оставляя мужчину позади, и остановилась у раковины. Она медленно подняла глаза и посмотрела в большое зеркало, ловя в нем взгляд Бренуса, что стоял у двери. Он внимательно смотрел на неё, как бы ожидая чего-то, и Ронат решила оправдать его ожидания. Время пришло, больше откладывать нет смысла.
     Она медленно стянула с головы капюшон, обнажая свое лицо и свою душу.
     Бренус ничуть не поменялся в лице, он как будто и не заметил длинного белого шрама, что тянулся по левой щеке, начинаясь у виска и заканчиваясь на шее. Если повернуть голову влево, то шрама и совсем не будет видно, а если вправо, то все лицо, кажется уродливо-искаженным. Девушка молча закатала рукава и открыла воду в кране, смывая с дрожащих рук дорожную пыль. Вот сейчас он разозлится, что привел в свою комнату уродину. Сейчас выйдет из себя, накричит, ударит, прогонит. Сейчас снова будет страх и боль. Но лучше они, чем слова издевки и пренебрежения. Вот сейчас, еще мгновение...
     Но мужчина все так же стоял за ней, безмолвно глядя в зеркало, что не скрывало её покалеченного лица. Нервы Ронат были на пределе. Она домыла руки, вытерла их полотенцем и повернулась к Бренусу, чтобы принять свою судьбу.
     - Я спрошу только одно? – тихо сказал он.
     Она кивнула, подавляя страх.
     - Скажи мне имя того, кто это сделал.
     - Агро, мой первый муж.
     Бренус сжал кулаки и прошептал:
     - Почему Джодоку всегда везет.
     - Везет? – тихо переспросила Ронат, не понимая, что происходит.
     - Я бы хотел сам его убить.
     Ронат прикрыла глаза и пошатнулась. Она скорее почувствовала, чем услышала, что мужчина подался  вперед, чтобы поддержать её. Девушка быстро обхватила плечи руками, защищаясь от нежеланной помощи, и оперлась спиной об раковину, чтобы восстановить равновесие. Бренус понял язык её тела и остановился, она еще не готова принять ни его помощь, ни его поддержку, но он сделает все, чтобы это вскоре изменилось.
     - Я обещал тебе еду. Сейчас принесу, - сказал он и стремительно вышел из ванной.
     Ронат распахнула глаза. Самое страшное позади. Он все видел, но не дал воли своей ярости и разочарованию, а значит, её муж номер три умеет держать свои чувства под контролем. Но радоваться этому не стоило, подумала Ронат, еще неизвестно что лучше – импульсивность и мгновенная реакция или скрытность и затаившаяся злость. Лучше открыто читать эмоции человека, с которым тебе придется жить, чтобы сразу знать, когда надвигается буря. Но, возможно, в нем совсем нет злости, он просто потерял к ней всякий интерес и когда вернётся, велит переселиться в другую комнату. С чего он должен злиться, что она уродлива, ведь у них с братом есть другая жена, милая и юная красавица. А значит, уже сегодня Бренус помирится с Киннией, а Ронат будет спать в другой комнате. Если так, то все складывается как нельзя лучше.
      В любом случае время все расставит на свои места.

     ГЛАВА 4.
       Они поужинали прямо в комнате, круглый стол здесь был специально для этого. Ронат не стала снова надевать капюшон, она не носила его в доме, только когда выходила на улицу, но села так, что бы Бренус не видел её раненую часть лица.
     Это не укрылось от мужчины.
     Бренус до сих пор помнил момент, когда Ронат сняла капюшон. Еще там, в холле, когда он увидел её, мужчина понял, что она что-то скрывает под ним. Но не ожидал, что это будет шрам, который не могло оставить не что иное, как волчьи когти. И судя по тому, что шрам был ровный, без рваных краев, волк не терзал её лицо в порыве ярости, а делал это аккуратно и методично, осознанно причиняя увечья и боль. Только готовность и выдержка удержали Бренуса от внешнего проявления бури чувств, что он ощутил внутри, когда увидел шрам и понял, как девушке было больно тогда и больно сейчас, всякий раз как она смотрит в зеркало.
     Ронат понравилась Бреносу сразу, еще на лестнице, когда он даже не видел её, а только ощущал её аромат. Мужчина знал, что Джодок везет в их дом жену, отец предупредил его об этом. Весь день он был в тревожно-радостном предвкушении, и интуиция не обманула его. Её аромат был свежим и приятным, как и её голос, девичья фигура, что угадывалась под бесформенной одеждой, тоже ему понравилась. Ронат показала характер и сдержанность, когда не ударилась в истерику, осознав, что вместо одного мужа получает сразу двоих. Сейчас, за столом, она тоже была сдержанна, они вели непринужденную беседу, в которой она была откровенна, но не многословна. С каждой минутой Ронат нравилась ему все больше. И она была красива, даже не смотря на шрам, который всяческий старалась скрыть. Девушка, наконец, сняла свою бесформенную байку, и Бренус увидел красивое, женственное тело. На протяжении всего ужина мужчина бросал тайные взгляды на женскую грудь, которая вырисовывалась за закрытой черной майкой.
     - Можно я прогуляюсь в лесу перед сном? – спросила Ронат, выводя его из задумчивости.
     - Сейчас?
     - Да.  
     - Ты хочешь обернуться?
     - Если можно.
     - Давай не сегодня, - сказал Бренус и увидел, как на её лицо набежала тень. – Одну я тебя отпустить не могу, уже поздно, а ты не знаешь местности. И с тобой пойти не могу, нога еще не до конца зажила, я пока не обращаюсь.
     - Что случилось с твоей ногой?
     - Неудачная пробежка, земля осыпалась у реки. Давай перенесем прогулку на завтра, хорошо? Вытащим Джодока из постели с утра пораньше и отправим показывать тебе окрестности.
     Ронат напряглась:
     - Не надо, не будем  его тревожить.
     - Он будет рад.
     Ронат сомневалась в этом, но вслух спорить не стала. Никто не получит удовольствия от их утренней прогулки – ни Джодок, ни она. Он будет злиться, что его разбудили и заставили делать то, что он не хочет, а Ронат будет переживать, что именно она является причиной его недовольства.
     Бренус улыбнулся:
     - Я бы и сейчас вытащил Джодока из спальни, чтобы он показал тебе ночной лес, но не хочу.
     - Правильно, не нужно их беспокоить.
     - Плевать мне на их беспокойство. У меня сугубо эгоистичная причина.
     Ронат пригубила из стакана сок, она совсем не хотела знать какая именно, но мужчина все равно ответил:
     - Ты моя причина, - пояснил он. – Не хочу, чтобы Джодок был с тобой наедине сейчас.
     Девушка опустила взгляд в тарелку, ковыряя ложечкой десерт. Ронат поняла, что он имел в виду, но это было смешно. Она очень сомневалась, что Джодок может думать о других женщинах, когда рядом с ним есть такая, как Кинния. Тем более думать о ней – нежеланной, уродливой жене. Сам Бренус возится с ней сейчас только из порядочности и совестливости, ему наверняка хочется к брату и их сексуальной триаде. Девушка медленно отложила ложку:
     -  Уже поздно. Был трудный день, надо ложиться спать, - сказала Ронат и замолчала, ожидая его слов о том, чтобы она отправлялась спать в другую комнату. Но Бренус только молча отложил салфетку. - Буду ложиться, - протянула Ронат, вставая. Она медленно прошла к ванной комнате, давая ему время сообразить, что сейчас самый момент, чтобы её отослать, но он не сообразил. На пороге ванной комнаты Ронат обернулась: - Я в душ. Спасибо за вкусный ужин. Спокойной ночи. До завтра, - и скрылась за дверью. Если он решил играть в благородство и подарить ей свою спальню на эту ночь, это его дело, подумала Ронат.
     Бренус беззвучно рассмеялся. Она что, гонит его из его же собственной спальни? Вот нахалка! Но какая же желанная нахалка.… Ну уж нет, никуда он не пойдет! Он останется с ней, в их спальне и сделает так, чтобы и ей тоже хотелось быть здесь с ним. Мужчина встал, потянулся и составил на поднос посуду, он быстро снес её вниз на кухню и вернулся в спальню. Ронат все ещё была в душе. Бренус переоделся для сна и лег, поправляя пижамные брюки и майку: он всегда спал обнаженным, но сегодня не хотел смущать Ронат.
     Она не торопилась выходить.
     Но вот вода в душе выключилась и через пару минут дверь тихо открылась. Ронат распаренная и обмотанная одним лишь полотенцем, быстро подошла к кровати и резко остановилась, увидев его. Бренус с жадностью разглядывал полуобнаженное красивое тело, в полумраке комнаты. Ронат была хорошо сложена: длинные стройные ноги, покатые бедра, изящные руки, красивая шея с чуть выступающими ключицами, небольшая грудь, которую обрисовывало влажное полотенце. Остального не было видно и Бренус очень жалел об этом.
      Он поднял глаза к её лицу.
      Ронат стояла у постели, сильно прижимая полотенце к груди, страх, удивление и растерянность сменяли друг друга в её взгляде.
     - Ты не ушел, - прошептала она, но Бренус не понял, это был вопрос или утверждение.
     - Нет, - решил он ответить.
     - Разве они не ждут тебя?
     Мужчина лишь через несколько мгновений понял, о ком она говорит, и сам удивился своему спокойствию, раньше эта тема всегда задевала его.
     Никто не ждал его, ни Джодок, ни тем более Кинния:
     - Это не имеет значения. Я хочу сейчас быть здесь с тобой.
     Она как будто хотела еще что-то спросить, но осеклась и, повернувшись, быстро направилась к гардеробу. Бренус мгновенно рассердился, то ли на её нерешительность, то ли на то, что она ушла. Но остыл, когда девушка вернулась к постели, одетая в длинную майку, в которой собиралась спать. Она медленно поправила волосы, как будто тянула время, не решаясь лечь к нему в постель, но помедлив еще мгновение, все же откинула одеяло и легла в кровать.
      Мужчина чувствовал её напряжение, вся комната вибрировала вместе с ней. Бренус не шевелился, боясь напугать её еще больше. Он бы не удивился, если бы Ронат в мгновения ока спрыгнула с кровати и умчалась прочь, как пугливая лань.
     - Ты боишься? – спросил он ласково об очевидном.
     - Я должна бояться?
     Бренус усмехнулся:
     - Нет. Совсем нет причин, тем более учитывая, что Джодок этажом ниже.
     - Причем тут он?
     - Я не могу быть с тобой без него.
     - Быть со мной? – переспросила она, а потом, поняв о чем он, покраснела от своей глупости и быстро добавила: - Я поняла.
     - Поняла? – спросил Бренус, но удержался от улыбки, чувствуя её неловкость 
     - Пока он не захочет меня, ты тоже не захочешь.
     - Желание не имеет к этому никакого отношения. Я хочу тебя сейчас, сильно, - резко сказал Бренус, но потом тихо, успокаивающе добавил, чувствуя, как Ронат отодвинулась от него: - Но мы не можем быть близки с тобой без Джодока, в первый раз по крайне мере.
     Девушка молчала и Бреносу казалось, что она даже дышать боится.
     - Прости, я был импульсивен. Я не хотел тебя пугать. Не бойся. Не хочу, чтобы ты меня боялась. Я не причиню тебе боли, не обижу, - он осекся, и устало потер глаза. – Я знаю, что для тебя сейчас это только слова, в твоем прошлом было совсем другое. Возможно, твой первый муж, так же как и я сейчас, уверял, что не обидит и будет заботиться, а потом причинил боль. Но со временем ты поймешь, что мои слова не разнятся с делом. Волки не похожи один на одного.
     Она ничего не ответила, но дышать стала свободнее. Бренус чуть повернулся к девушке, её глаза были открыты, она смотрела в потолок.
     - О чем ты думаешь сейчас? – тихо спросил он.
     Ронат прикрыла глаза, а потом опять их распахнула и ответила:
     - Я думаю о вас с братом. О триаде. Ты действительно так чувствуешь? Или вы делите женщину, потому что так положено законом?
     - Чувствую. Плевать бы мне было на правила.
     - Значит, если он никогда не захочет меня, ты тоже ко мне не прикоснешься? – тихо спросила она, после минутного молчания.
     - Захочет, - ответил  Бренус и добавил. – Не волнуйся об этом.
     - Я не волнуюсь, - сказала Ронат. – Я даже обрадовалась, узнав, что у моего мужа есть красивая и молодая жена. Значит, он не должен был мною интересоваться.
     Бренус вздохнул. Ронат не верила, что может быть счастливой с мужчиной, тот ублюдок все растоптал в её душе. Но все волки разные, и он постарается доказать ей это как можно скорее:
     - Спи, Ронат, у тебя был тяжелый день. Спи, не думай о плохом и ничего не бойся. Я буду охранять твой сон.
     - Спокойной ночи, - был её тихий ответ и она повернулась на бок, спиной к нему.

     Кинния медленно села в кровати, глядя на Джодока, что вытирал мокрое тело после душа. Он был сильным и красивым, она была рада быть его женой. Но теперь она не единственная и не надо об этом забывать.
     - Ты сейчас пойдешь к ним? – тихо спросила девушка.
     Джодок промокнул полотенцем волосы и ответил:
     - Нет.
     - Почему?
     - Она пока не готова к этому.
     Киннии стало обидно за себя:
     - Меня вы разделили сразу.
     Мужчина откинул полотенце на стул и надел домашние брюки:
     - Ты знала, что тебя ждет, она нет. К тому же Ронат утром потеряла мужа, не стоит её торопить.
     Кинния не стало выказывать обиду на то, что её в свое время никто не берег и только сказала:
     - Она не любила мужа.
     Джодок посмотрел на жену:
     - Откуда ты знаешь? Она тебе сама сказала?
     - Нет, она вообще мало говорит, если ты заметил. Но женщина не может любить мужчину, который наносит ей такие жуткие увечья.
     Джодок напрягся и подошел к кровати:
     - О чем ты говоришь?
     - О её лице. Не зря же она повсюду в капюшоне. Под ним скрыт ужасный шрам во всю щеку, и она сказала, что это сделал её первый муж.
     - Ты видела её лицо? Когда?
     - В машине, когда ты прощался с альфами стай, - сказала Кинния и решила уточнить: – Она сама мне показала. Бедняжка.
     Джодок ничего не ответил и, резко отвернувшись от кровати, направился к выходу.
     - Ты куда? – крикнула ему вдогонку Кинния, но муж уже вышел.
     Девушка раздраженно сжала кулаки. Зачем она вообще завела этот разговор? Ведь знает, что Джодок не любит, когда вмешиваются в его дела, но опять наступает на одни и те же грабли. Кинния легла и укрылась одеялом. Хотя, может все и к лучшему, когда он зол, всегда и страсть где-то рядом. Возможно, он поднимется к ним, и они с братом разделят Ронат, и тогда все станет на свои места: Ронат останется с Бренусом, а она с Джодоком, и все будет хорошо.
     Кинния повернулась на бок. Да, так будет лучше всего и ей больше не придется терпеть присутствие Бренуса рядом, хотя когда-то она хотела быть только с ним. Но он не оценил этого и сказал, что должен разделить её с братом, а девушка не желала быть «поделенной». Но назад пути не было, она хотела стать женой будущего Альфы и не важно, если для этого придется немного потерпеть. Они разделили её сразу после свадьбы, только Джодок был нежен и терпелив, а Бренус терпением не обладал, он как будто чего-то ждал от неё и, не дождавшись, разозлился. Они тогда сильно поругались с братом и Джодок вступился за неё. После этого Кинния решила, что теперь младший брат её герой, а старшего она потерпит. Хорошо, что терпеть приходилось не часто, Бренус бывал в их спальне еще пару раз, а потом и вовсе перестал приходить, чему Кинния очень радовалась. Сейчас она, как и хотела, принадлежала только одному мужчине, который заботился о ней, хоть и не был формально мужем.
     Девушка взбила подушку, устраиваясь удобнее. А теперь у Бренуса появится своя женщина и он перестанет на неё злиться и ходить с недовольным видом. Тогда и Джодок станет счастливее и все наладится. Каждому по одной жене и по одному мужу, как и должно быть, подумала Кинния, засыпая.  

     Ронат уже тоже засыпала, когда в комнате зажегся яркий свет. Она распахнула глаза и белые круги поплыли перед ними.
     - Что, не спится брат? – иронический заметил Бренус подходящему Джодоку. – Или Кинния выгнала тебя вон?
     - Заткнись, - бросил брату Джодок и навис над Ронат, внимательно оглядывая её лицо. Все было в порядке, на нем не было шрамов, девушка была красивой.
     - С другой стороны, если ты ищешь то, о чем я думаю, - тихо сказал Бренус.
     Ронат уже справилась с белыми кругами и в ужасе смотрела на мужчину, что стоял над ней. Ничего хорошего его взгляд не предвещал, и девушка непроизвольно подалась назад, когда он протянул руку к её лицу. Это не осталось им не замеченным, и Джодок резко убрал руку. Через пару секунд он извинился:
     - Прости.
     Ронат ничего не ответила и только кивнула, натягивая одеяло выше на груди. Бренус улыбнулся:
     - А со мной она разговаривает.
     - Заткнись, - снова огрызнулся Джодок и сел на постель возле девушки. – Ты мне покажешь?
     - У неё есть много чего показать и что однозначно тебя заинтересует, - развеселился Бренус. – Уточни конкретнее, о чем ты.
     Джодок хмуро глянул на брата:
     - Ты сегодня заткнешься или нет?
     Тот рассмеялся:
     - Не имею такого намерения.
     Джодок снова посмотрел  на Ронат и девушка медленно повернула голову, открывая его взору раненую часть лица. Мужчина сжал кулаки: жаль что он убил того ублюдка быстро и безболезненно.
     - Это сделал твой бывший муж? – спросил Джодок, девушка кивнула. - Было очень больно? – помолчав, спросил он и нежно коснулся щеки, проводя по шраму кончиками пальцев.
     Ронат вздрогнула, никто не касался его, никогда. Даже она сама. Девушка резко повернула голову и мужчина отнял руку. Ронат не терпела жалости в свой адрес, она быстро села в постели и посмотрела перед собой. Девушка прикрыла глаза, стараясь удержать слова, что хотели сорваться с губ, потому что если они выйдут наружу, будет беда. Но если она утаит свои чувства сейчас, то всегда будет натыкаться на их жалость, а это хуже любой ярости. Ронат заглушила предостерегающий голос страха и решилась высказать все, что было на сердце:
     - Мне не нужна ни ваша жалость, ни ваше сочувствие. Я знаю, как выгляжу, и что думают люди, видя меня. Так что не будем разыгрывать спектакль, в котором никто здесь не нуждается, - она посмотрела прямо на Джодока: – Я очень благодарна тебе, что ты забрал меня в свой дом, избавив от участи приживалки в доме родственников. Но тебе не нужна жена, у тебя она уже есть, а мне не нужен муж, хватило и первого, - Ронат повернулась к Бреносу и храбро встретила его взгляд: - Если ты хочешь с моей помощью вызвать ревность у Киннии, то у тебя это вряд ли получится, она не глупая и понимает, что я ей не соперница. Так что не будем молчать о том, о чем все тут думают: я не нужна здесь и понимаю это. Я буду стараться быть тихой и незаметной, чтобы всем казалось, что меня здесь и нет вовсе.
     Ронат закончила свою речь и откинулась на спинку кровати. Она прикрыла глаза. Все, отступление не возможно, сейчас все и решится: или будет всеобщее облегчение и мужчины уйдут к той, с кем действительно хотят быть, или разразится буря, в которой они заставят её пожалеть о сказанном и тоже уйдут, но чуть погодя, когда добьются её слез и криков боли. Вот она и узнает, есть в этих мужчинах сила и благородство или только мания величия и жестокость, что жили в ее первом муже.
     - Вот это речь! – присвистнув, сказал Бренус. – Девочка, теперь я не удивляюсь, что твой первый муж на тебе срывался. После такого и вправду можно здорово отхватить.
     - Бренус, - остановил его брат.
     - Нет, ну правда, Джодок. Только не говори, что тебя не впечатлило? Да говори она таким тоном с нашим Альфой, он бы не задумываясь посадил её в подвал на хлеб и воду.
     - Брат, ты её пугаешь.
     - Пугаю, я? Да ты посмотри на неё, она кажется тебе напуганной? Да ни в жизни! Девочка сейчас готова поднять кровавое восстание или бросить Альфе вызов за первенство в стае. Она сама кого хочешь запугает до смерти.
     Ронат распахнула глаза и с удивлением посмотрела на Бренуса, который улыбался ей во все тридцать два зуба. Девушка не понимала, что происходит, почему они не наказывают её за дерзость или просто не уходят, награждая за правду презрением?
     - Ой, правда, малыш, - протянул Бренус, - У тебя не получится быть тихой и не заметной, даже если ты будешь очень-очень стараться.
     Ронат не понимала, чему он улыбается, и перевела взгляд на Джодока, может хоть у него она увидит нормальную, ожидаемую реакцию. Мужчина смотрел на неё серьезно, как будто впервые увидел и оценивал как противника. Он пытался что-то разглядеть в её лице, а потом неожиданно подался вперед и его губы накрыли её. От неожиданности Ронат потеряла возможность двигаться и мыслить, и мужчина, воспользовавшись этим, придвинулся ближе и углубил поцелуй. Девушка пришла в себя через пару секунд и резко его оттолкнула, пытаясь вскочить с кровати. Но она запуталась в одеяле и повалилась на пол. Джодок наклонился, чтобы помочь ей, но Ронат быстро от него отползла к окну и оскалила зубы, готовясь к нападению.
     Две пары напряженных мужских глаз врезались в неё:
     - Все еще считаешь её напуганной? – серьезно спросил Бренус и потянул за края майки, в которой лег спать, он зачем-то стянул её через голову. Теперь двое мужчин были обнажены по пояс и это очень напугало Ронат, она не ожидала такого поворота.
     Девушка перестала что-либо понимать, особенно себя и панические мысли накрыли её с головой: что она творит, что с ней, откуда в её теле это сопротивление и бунтарство? И что она вытворяет сейчас, когда вытягивает руки вперед, опираясь ими на пол, чтобы в случае нападения, было удобнее превращаться в волка. Она сошла с ума, если задумала обращение в такой момент.
     - Даже не думай об этом, - тихо сказал Джодок со сталью в голосе.
     Эта «сталь» его властного тона, наконец, немного, привели девушку в чувства. Что она творит?! Он же её муж, они оба имеют на неё права. А она такое себе позволила, оттолкнула его, оскалилась и готовится обернуться, чтобы защищаться и атаковать. Что это с ней?! Да они порвут её в мгновение ока, если дойдет до боя, а если не дойдет, то жестоко накажут за непослушание. Она никогда не позволяла себе такого с Агро. Никогда! Он наказывал её и за меньшее, а за такое просто убил бы. Ронат подчинила свое взбунтовавшееся тело и медленно придвинула руки к себе, поднимая их ладонями вверх, что бы мужчины поняли, что она не намерена обращаться в волка и нападать.
     - Что, запал так быстро прошел? – спросил Бренус. – А жаль, я бы с удовольствием поохотился этой ночью, тем более, что приз такой сладкий. Ну, давай, волчонок, решайся, а мы дадим тебе немного форы.
     Ронат еще  выше подняла руки, чтобы не поддаться искушению, о котором он говорил, и о котором кричало её тело. Она любила охоту, вот только ей вряд ли понравится быть в качестве жертвы, а не охотника.
     - Успокойся, Ронат, никто не станет на тебя нападать, возвращайся в постель. Не подначивай её, Бренус, ты же видишь она на грани, - остановил брата Джодок. 
     - Да я вижу и чувствую это, - сказал старший брат и повел носом. – Как сладко пахнет… Она на грани и я очень хочу, что бы она эту грань перешла.
     - Это может закончиться бедой, - предостерег Джодок и тоже повел носом, улавливая аромат женского адреналина, который очень возбуждал и был слаще всего для самца. Теперь он уже сомневался, что хочет её спокойствия, теперь он хотел совсем другого.  
       - Это может закончиться сладким сексом, - возразил Бренус и хищно улыбнулся Ронат: - Хотя, это уже все равно закончится сладким сексом, побежит она или нет.
     И она побежала.

     ГЛАВА 5.
     Ронат сорвалась с места и метнулась к двери и только последние грани сознания удержали её от обращения. Если она обернется в волка, это будет катастрофа. Девушка резко распахнула дверь и побежала по коридору, все еще оставаясь человеком. Джодок пригнул голову и зарычал, вскакивая с места.
     - Мы обещали ей фору, - остановил его брат и медленно встал с кровати.
     Он сам еле удерживал себя от погони, а в его глазах бушевало такое пламя, что вырвись оно наружу, всё кругом сгорит дотла. Охота – что может быть лучше для хищника, а когда охота ведется на сладкую самку, больше и желать нечего.
     Ронат добежала до лестницы и помчалась вниз, цепляясь за перила, чтобы не запутаться в ногах и не упасть. Её мозг кричал ей, что надо остановиться, а адреналин и тело гнали вперед. Она сошла с ума, если сделала это! Когда Агро был не в духе, Ронат всегда старалась стать незаметной и тихой, забиться куда-нибудь, что бы он её не замечал. Она никогда не убегала, понимая, что это привлечет все его внимание. Самцы любили охоту, они жили ею, дышали ею, они бросали все, когда в поле зрения появлялась бегущая жертва. С Арго она даже не задумывалась о побеге. А сейчас несется со всех ног, пытаясь ускользнуть от малознакомых мужчин, что вдвое сильнее и быстрее её. Ронат не понимала себя, но осознание того, что они станут её преследовать, гнало её вперед. Что с ней такое? Она бежала к своей погибели, но никогда не чувствовала себя настолько живой.
     Но живой ей быть уже не долго. Главное – не обращаться в волка, останавливала себя девушка, сбегая на первый этаж. Если она обернется, то и они тоже. А с волками не договориться, их не остановить, они не услышат мольбы о пощаде, а значит, её смерть может быть долгой и мучительной. Но где-то в самом далеком уголке сознания билась невероятная мысль: её жизнь не закончится с этим «побегом», а наоборот только начнется.
     Ронат так погрузилась в переживания, что не заметила человека, выходившего из-за угла, она с размаху налетела на него и отскочила назад. Перед ней стояла Инноджен, жена Альфы и мать её преследователей. Женщина быстро окинула её напряженным взглядом, подмечая наличие нижнего белья и отсутствие обуви. А потом секунду всматривалась в глаза, пытаясь понять, что ее новая невестка делает здесь в таком виде. Где-то наверху тихо закрылась дверь и обе женщины вздрогнули, так зловеще громко это прозвучало в ночном доме. Волки двигались бесшумно и Ронат не могла их услышать, но она знала, что охота на неё началась. Девушка не поняла, услышала Инноджен что-то или почуяла, но женщина в мгновенье ока одарила её такой радостной улыбкой, что Ронат подумала, что та сошла с ума. А жена Альфы резко указала ей на дверь справа и прошептала:
     - Там кладовая и выход на улицу.
     Ронат секунду разглядывала ненормально-радостную женщину, решая, не она ли заразила Инноджен безумием, а потом, все же, метнулась к двери.
     Мать двух преследователей, еще пару секунд смотрела вслед девушке, что уже скрылась за дверью кладовой, все так же радостно улыбаясь. Она остро чувствовала адреналин Ронат, к которому примешивался еле уловимый адреналин её сыновей, который девушка принесла на своей коже. Инноджен моргнула, выходя из задумчивости и свернула в библиотеку, не желая сталкиваться с сыновьями, что ведут страстную охоту. Если они объединились в охоте на самку, может эта самка объединит их в жизни?
     Ронат чуть замешкалась, открывая дверь, и выбежала на улицу. Ночь встретила её свежей прохладой, и адреналин, который уже начал сдавать позиции разуму, что требовал одуматься и остановиться, взыграл с новой силой. Девушка метнулась вправо и пробежала по подъездной дорожке, шелестя мелкими камушками, что отскакивали от босых ступней. Она быстро перепрыгнула через клумбу с цветами. Дальше стелился подстриженный газон, а за ним уже виднелись вековые деревья, в тени которых будет проще скрыться от преследователей. Только еще надо успеть добежать до леса. Ронат припустила со всех ног и когда уже была на середине дистанции, услышала за спиной веселый крик:
     - В следующий раз, надевай черные трусики, малыш! Они не будут, словно маяк в темноте! – веселился Бренус.
     Ронат не удержалась и оглянулась. Братья стояли на подъездной дорожке и смотрели на нее. Девушка прибавила скорости.
     - Её тело, словно маяк в темноте, - тихо сказал брату Джодок, любуясь бегущей женой. – И она не обернулась в волка.
     - Я же говорил, умная девочка, - ответил Бренус и ступил на газон. – Мы и так дали ей достаточно форы, ты не находишь?
     Брат улыбнулся и последовал за ним:
     - Однозначно.
     Ронат забежала в тень леса, и адреналин подскочил еще сильнее, её преследователи наступали ей на пятки. Бежать по лесу было сложнее, особенно босиком, все тело зудело и требовало обращения, девушка держалась из последних сил. Она зацепилась за какую-то корягу, взмахнула руками и резко остановилась, но равновесие удержала. Вокруг была тишина. Ронат прислушалась, а потом присела на землю. Бренус прав – её белая майка, как маяк, хотя он, кажется, говорил совсем не о майке. Она подкралась к поваленному дереву и прислонилась к нему, всматриваясь вдаль – никого. Либо её преследователи пошли не в ту сторону, либо обернулись в волков и слились с лесом. Она немного отдышалась и начала бесшумно подниматься, чтобы продолжить бег. Но в этот момент справа хрустнула ветка и раздалось тихое шипение:
     - Ну ты и слон.
     А потом тихий смешок и какая-то возня. Ронат медленно попятилась назад, заходя за дерево, а потом рванула с места, и весь лес мгновенно ожил. Теперь она слышала своих преследователей, хруст листвы под ногами, завывание ветра и возмущенное щебетанье птиц, что проснулись от незваных гостей. Она припустила еще сильнее, петляя между деревьями, но её преследователи не отставали и вскоре она уже начала видеть одного из мужчин, он бежал справа от неё. Девушка свернула влево, стараясь уйти от погони и сразу отругала себя, вспоминая, что преследователей двое. Но было уже поздно. Бренус преградил ей дорогу, появляясь как будто из воздуха. Тогда Ронат свернула вправо, стараясь ускользнуть от него, и у неё это получилось, мужчина не успел её схватить. Но из-за своего резкого маневра она попала прямиком в открытые объятия Джодока. Он крепко обхватил её, прижимая к себе, но не удержал от падения. Они вместе повалились на землю, точнее Джодок упал на землю, а Ронат на его грудь. Ловушка захлопнулась.
     - Попалась, - прошептал мужчина и быстро перевернулся, подминая жену под себя.
     Ронат тяжело дышала, стараясь восстановить дыхание.  В голове промелькнула мысль попробовать бороться, но она отогнала её, надо уметь принимать поражение.
     Ронат давно не чувствовала себя настолько живой и настолько желанной. Очень желанной и от этого красивой, подтверждение чего она читала в горящих глазах Джодока. Она не понимала себя, но отринула мысли. Волки жили чувствами и эмоциями, доверяли им, а девушка не чувствовала страха, только предвкушение чего-то запретного и тревожного. Она ощущала силу мужчины, что почти лежал на ней, заключив в объятия, но не опасалась её. Ощущала его страсть, но та была ей приятна. Ронат не боялась этого самца, как боялась покойного мужа, хотя и должна была, потому что совсем его не знала. Её тело и чувства ожили, ночная охота пробудили их.
     Она услышала приближающиеся шаги и повернула голову, рядом остановился Бренус. Джодок медленно оперся руками о землю и нехотя встал с неё. Бренус протянул девушке руку, Ронат, поколебавшись несколько секунд, все-таки приняла его помощь и поднялась на ноги. И тут же оказалась в его крепких объятьях. Мужчина быстро поцеловал девушку в шею и немного прикусил горячую кожу. Одновременно с этим на спину Ронат легли сильные руки Джодока и медленно двинулись к шее. Он поцеловал её в плечо и придвинулся ближе.
     - Вот и ночная прогулка, о которой ты просила. Видишь, даже не пришлось вытаскивать Джодока из постели, он сам оттуда «вытащился», - сказал Бренус, заглядывая Ронат в глаза. Брат приподнял бровь в беззвучном вопросе. - Не бери в голову, - ответил ему Бренус, и погладил Ронат по рукам. – Ты быстро бегаешь, волчонок, но очень шумно.
     Девушка тихо заметила:
     - Вы тоже.
     - Мы? – улыбнулся Джодок. – Слышал, Брен, она сомневается в нашем мастерстве и силе. Она дразнит нас.
     - Дразнит? – спросил Бренус, и его рука нежно погладила девичью кожу. – Не опасаешься дразнить двух самцов ночью в безлюдном лесу?
     Руки Джодока сместились с шеи обратно на спину девушки и поползли еще ниже. Ронат прикрыла глаза, когда ощутила ласку на своих ягодицах. Руки Бренуса стали напряженнее:
     - Не знаю, что ты там делаешь, брат, но нашей девочке очень нравится.
     - Нравится? – переспросил Джодок и несильно хлопнул  Ронат по ягодицам. – А так ей тоже нравится?
     Ронат распахнула глаза и непроизвольно облизнула нижнюю губу. Глаза Бренуса зажглись еще сильнее, чем они пылали до этого:
     - А так, кажется, еще больше.
     Мужчина подался вперед и завладел губами женщины, его поцелуй был совсем не нежным. Ронат чуть обмякла в его руках, от той страсти, что он дарил, и ощутила твердый захват на своей шее. Через секунду ее голову повернули, и девушку уже целовал другой мужчина. Губы Джодока тоже дарили силу страсти, с которой ей не хотелось бороться. Мужчина чуть прикусил её нижнюю губу и поцелуй закончился. Джодок еще секунду внимательно смотрел на неё, а потом обхватил за талию. В следующую минуту Ронат уже лежала на его плече, а он шел по лесу в направление дома. Она попыталась воспротивиться, но ощутила увесистый шлепок по мягкому месту:
     - Спокойно, жена. Будь паинькой!
     - «Паинька» и Ронат, вещи не совместимые, - сказал Бренус и погладил её по бедрам.
     – Ты не поранила ступни? – спросил Джодок.
     Девушка прикусила губу, такая забота чувствовалась в его голосе, но, справившись с чувствами, ответила:
     - Нет.
     - О! Прогресс! – воскликнул Бренус, смеясь. – Теперь она отвечает и тебе!
     И тут же ощутил легкий толчок в плечо:
     - Заткнись.
     Они не понесли её в главный дом, это Ронат поняла, когда вместо газона и подъездной дорожки увидела песчаную тропинку, протоптанную в траве. А через минуту её внесли в какой-то строение со скрипучим деревянным полом. Зажегся свет и Ронат приподняла голову, стараясь оглядеться. Это, наверное, был охотничий домик, небольшой и уютный. Открылась следующая дверь и Джодок аккуратно положил её на кровать, застеленную стеганым одеялом.
     Ронат откинула волосы, что выбились из косы из-за бега, и тревожно посмотрела на мужчин, приподнимаясь на локтях. Они медленно рассматривали её, лаская взглядом от кончиков растрепанных волос до кончиков пальцев ног, к которым пристали сухие листочки и трава. Ронат выпрямила руки и придвинулась к спинке кровати, усаживаясь удобнее. Она быстро посмотрела кругом, отмечая, что ей нечем прикрыться, одеяло было под ней, а больше на кровати ничего не было. Хотя, наверное, уже поздно строить из себя скромность, подумала девушка и снова посмотрела ну мужчин. Джодок не отрывал от жены пристального взгляда:
     - Ты не должна бояться.
     Его взгляд пылал такой страстью, что Ронат нервно подобрала под себя ноги.
     - Она должна бояться, - сказал Бренус и оперся коленом о кровать. – Это нормально. Нормально бояться неизвестного.
     Он медленно пополз по кровати, подбираясь к девушке. Ронат не отрывала от него глаз, а когда он коснулся её колен, все же прикрыла их и чуть дернула ногой.
     - Не прячься от нас, - услышала она. – Мы хотим видеть твои глаза и читать в них хорошо тебе или нет.
     - А если мне будет не хорошо? – разлепив пересохшие губы, спросила Ронат.
     - Тогда мы увидим это и остановимся, - услышала она справа голос Джодока и почувствовала его теплые пальцы на своей щеке. Девушка распахнула глаза и посмотрела на него.
     - Неточность, - улыбнулся Бренус, поглаживая ее бедро. – Не остановимся, а сделаем так, что бы понравилось.
     Ронат посмотрела на его руку и увидела, как та двинулась вверх, но не успела её остановить, Джодок обхватил голову Ронат ладонями и страстно поцеловал. Больше они не намерены были тратить время на разговоры.
     Губы Джодока уговаривали её губы раскрыться, а когда она поддалась уговорам, его горячий язык страстно рванулся внутрь. Поцелуй длился не долго, он прервался, как только Бренус неспешно, потянул Ронат за ноги, укладывая на кровати, а потом навис над ней и стал целовать. Вскоре он уже целовал её шею и ключицы, а потом ухватился за майку и резко её разорвал. Мужчина впился взглядом в женскую грудь, от чего соски сжались в твердые камешки.
     - Весь вечер я хотел её увидеть, - прошептал он хриплым голосом, а потом  припал к груди в жарком поцелуе. Джодок уже целовал другой сосок, мучая его своим языком. Его нежные руки ласкали её живот, горячие пальцы рисовали на нем причудливые узоры. Бренус недолго баловал её грудь своей лаской и продолжил спускаться вниз, опаляя губами ребра и живот, а когда придвинулся к кромке трусиков, чуть прикусил нежную кожу.
     Ронат выгнулась дугой и вцепилась в одеяло, слишком чувственным были их прикосновения. Она давно не знала ласки в постели, а такой трепетной ласки не знала никогда. Резкий и быстрый оргазм накрыл её, когда пальцы Бренуса прикоснулись сквозь ткань к её клитору. В этот же момент, зубы Джодока чуть сдавили её чувствительный сосок. Они как будто беззвучно общались между собой, сговариваясь как сделать ей особенно приятно.
     Джодок наклонился над ней и прошептал в самые губы:
     - Ты так приятно пахнешь.
     Девушка чуть смутилась и своему несдержанному оргазму и его словам. Поэтому, когда она ощутила руку Джодока меж своих ног, быстро прикрыла его руку своей, отталкивая. Джодок убрал руку, но теснее прижался к её боку:
     - Что тебя тревожит?
     Что её тревожит? Да все! Она в незнакомом месте, с незнакомыми мужчинами в незнакомом теле, которое отзывается на ласки и совсем не слушает свою хозяйку. Она уже не знает, кто она и чего хочет, а чего нет. А вдруг в разгар страсти они из нежных, превратятся в грубых и требовательных. И как это вообще будет, их же двое? Она знает их всего пару часов, а уже готова отдаться без тени скромности и сомнения? Мысли не давали Ронат расслабиться, и девушка сильнее сжала обнаженные ноги, а руками прикрыла грудь, пытаясь стянуть края порванной майки.
     Бренус погладил её по плечам и поцеловал в волосы:
     - Я думаю, даже на другом конце леса слышно как кричат мысли в твоей голове. Не хочешь поделиться ими с ними?
     Ронат зажмурила глаза. Джодок вздохнул:
     - Мы не должны давить на неё, - он нежно погладил девушку по волосам. – Если хочешь, мы можем вернуться в дом.
     - Нет, - сказал Бренус чуть резче, чем требовалось. – Не можем.
     - Не порти все, - прошептал Джодок.
     Бренус в ярости вскочил с кровати и уставился на брата:
     - Не порти? Все испортил ты, когда заявился к нам посреди ночи! Не мог дотерпеть до утра в своем любопытстве? Откуда ты вообще узнал?
     - Кинния сказала.
     - Ах, ну конечно, кто же еще! – воскликнул Бренус, разводя руками. – Как же без неё! Но в этот раз все будет по-другому! Если ты хочешь идти в дом, иди! Мы с Ронат останемся здесь!
     - Ты её пугаешь, - зашипел Джодок и тоже встал.
     - Нет, не пугаю! Она не Кинния, что вечно льет слезы и прячется за твою спину! Ты можешь быть свободен. Здесь в твоих услугах благородного спасителя не нуждаются. Проваливай!
     - Если я уйду, то заберу её с собой, - прорычал Джодок.
     - Попробуй, - зловеще отозвался Бренус, и его тело напряглось, готовясь к схватке.
     Ронат сильнее сжала похолодевшие руки, осознавая, что все крики и угрозы из-за неё. Мужчины напряженно смотрели друг на друга, и, кажется, даже позабыли о ней. Она знала, что должна сделать, совесть кричала об этом, и переборов страх, Ронат сказала:
     - Не надо ссориться из-за меня, я не заслуживаю этого.
     Мужчины одновременно посмотрели на неё и ярости в их глазах поубавилось.
     - Заслуживаешь, - сказал Бренус и его тело чуть расслабилось.
     - Пойдем в дом Ронат, я не позволю Бреносу удерживать тебя здесь, - сказал Джодок и протянул ей руку.
     - Или останься, - сказал Бренус, - Джодок не сможет принудить тебя уйти, я не допущу этого.
     Они хотели, чтобы она сделала выбор между ними. Она и так стала причиной их разлада, не хватало что бы они еще больше ополчились друг против друга.  Девушка прикрыла глаза:
     - Меня пугает, что вас двое, и что мы мало знакомы. Я боюсь, что вы можете не справиться со страстью и причинить боль. Я ведь совсем вас не знаю, не знаю, чего ждать. Я только чувствую, что вы не причините мне зла, чувствую вашу заботу и нежность. Но ты прав, Бренус, мой мозг кричит так громко, что заглушает все чувства. А еще я не узнаю сама себя. Как могла я огрызаться и бежать от двух взрослых самцов? Случись это в моей прошлой жизни – мое тело уже бы мертвым грузом лежало где-нибудь у порога. Он бы не дал мне даже выбежать за дверь, напал бы со спины и растерзал, медленно и жестоко. Ему нравилось причинять боль, - сказала Ронат и прикусила губу.
     Теплые заботливые руки обняли её, с двух сторон, и Ронат не отстранилась, а отдалась их силе и ласке.
     - Все это в прошлом, девочка, - сказал Джодок. – Больше этого не будет в твоей жизни.
     - Никогда, никто, больше не причинит тебе боли. Никогда пока бьются наши с братом сердца.
     - Мне не нужна жалость, - сказала Ронат, запоздало осознавая, что сама же и напросилась на неё минуту назад. Как она ненавидела себя за эту слабость, и за то, что все-таки не удержала слез, они медленно закапали на мужские руки.
     Мужчины молча держали Ронат в объятьях, и она была благодарна им, что они не разуверяли её ни в чем и больше ничего не обещали. Постепенно беззвучные слезы закончились, и Ронат стало клонить в сон. Слишком долгим был этот насыщенный событиями день. Её заботливо уложили на постели, неведомо откуда появилось теплое одеяло, а под головой подушка. Объятия стали более невесомыми и вскоре девушка забылась крепким сном.
     Бренус посмотрел на брата:
     - Ты прав, не нужно спешить.
     - Нет, прав ты. Чем скорее она поймет, что в безопасности, тем лучше.
     Бренус усмехнулся:
     - Все равно спорим, не важно, по какому поводу.
     - Это же мы, - подтвердил Джодок. 

     ГЛАВА 6.
     Ронат почувствовала, что её бедро придавило что-то тяжелое. Она медленно выплыла из сна и пошевелилась, тяжесть на теле стала еще ощутимее. Девушка вздохнула, втянула носом чужой мужской запах и резко распахнула глаза. Прямо перед ней, в нескольких сантиметрах лежал мужчина, его глаза были закрыты, а дыхание было ровным. Джодок, вспомнила девушка и тут же почувствовала, как нога Бренуса придавила её бедро еще сильнее. Он как будто хотел впечатать ее в матрас, подмяв под себя. Ронат медленно пошевелилась, стараясь выползти из-под ноги Бренуса, но у неё не вышло. Чтобы освободится, ей надо сдвинуть его ногу, но это может разбудить мужчину, а будить его Ронат совсем не хотела. Она еще раз попробовала пошевелиться, но не добилась успеха, зато услышала, тихий голос Джодока:
     - Что, придавил тебя? Не бойся, оттолкни его, он очень крепко спит в рассветные часы.
     Ронат несмело глянула на Джодока, который все так же лежал с закрытыми глазами. Но через секунду мужчина медленно потянулся к ней и сам оттолкнул ногу брата:
     - Так лучше? – спросил он и улыбнулся, открывая глаза.
     Теперь Ронат уже была придавлена Джодоком, который прижимал её к себе и хитро улыбался. Девушка непроизвольно повернула голову так, чтобы не был виден шрам, Джодок заметил это, и улыбка сошла с его лица:
     - Не стыдись его, он свидетельствует только о твоей храбрости.
     - Как раз наоборот, - тихо заметила Ронат. – Если бы я была храброй, я бы боролась и не позволила этому случиться.
     - Я рад, что ты не боролась, тогда бы тебя уже не было в живых. В твоем покойном муже жила ярость и жестокость, я почувствовал это, когда мы сражались.
     - Могу я спросить?
     - Все, что захочешь.
     - Что стало причиной схватки?
     Джодок вздохнул и лег обратно на бок, перетягивая Ронат к себе:
     - Я сам плохо это понял. Мы столкнулись в баре, вечером перед схваткой. Мне показалось, он просто искал повод, с кем бы подраться. Он бросил вызов, я принял его. Наутро он не захотел примириться. И первая кровь его тоже не удовлетворила.
     Ронат внимательно смотрела на Джодока и заметила:
     - Потому что это была его кровь, не твоя, так?
     - Да.
     - Агро не умел проигрывать с честью.
     Джодок заглянул девушке в глаза:
     - Я не хотел его убивать, я против ненужных смертей. Но он решил идти до конца и не оставил мне выбора.
     Ронат прикрыла глаза и кивнула:
     - Я понимаю и не виню тебя.
     - Я рад, что мы выяснили это.
     - Тогда еще один вопрос, - тихо сказала Ронат, решаясь выяснить все до конца.
     Джодок знал, о чем она хочет спросить и опередил её:
     - Я забрал тебя, потому что это правильно. Так велела мне моя совесть. И я не жалею об этом, - серьезно добавил мужчина, а потом хитро улыбнулся: - Тем более сейчас, когда ты лежишь в моих объятьях.
     Ронат поняла, что он заигрывает с ней и не смогла скрыть смущения, её нагота стала ощутимее. Джодок легко поцеловал её в лоб и сильнее прижал к себе:
     - Твое смущение мне приятно. Поспи, еще очень рано.
     Ронат не стала спорить, хоть она всегда вставала с рассветом – в доме Агро у неё было много обязанностей. Девушка прикрыла глаза и погрузилась в мысли. Джодок кажется хорошим волком, он заботливый, нежный и поступает по совести, но в нем есть вспыльчивость и мужская сила, которая может выливаться в ярость. Она решила, что просто надо его злить и тогда все будет хорошо. Бренус, как и брат, тоже проявлял вспыльчивость, но он казался более беззаботным и шутливым. Ронат не обманула его бравада, внутри у волка жила скрытая печаль, которую он прятал за улыбкой. Главное – не наступать Бренусу на больной мозоль, чтобы не сталкиваться с его гневом. Ронат вздохнула. В объятиях Джодока было спокойно, она никогда не чувствовала себя так с Агро, даже в самом начале их недолгого брака. Но девушка запретила себе мечтать о счастливом будущем, чтобы потом жестоко не разочароваться. Жизнь научила её никогда не загадывать наперед, а быть в настоящем.
     Тело Ронат затекло, трудно было лежать неподвижно в объятиях Джодока, притворяясь спящей. Девушка немного пошевелилась, принимая удобную позу. Джодок вздохнул:
     - Что, совсем не спится?
     - Прости, не хотела тебя будить.
     - Ты не разбудила, я встаю рано, в отличие от Бренуса. Это он всегда спит до обеда.
     - Не всегда, - возразил Бренус, и прижался к спине Ронат. – А только тогда, когда меня никто не будит, - мужчина поцеловал девушку в плечо и пояснил: - Это не о тебе, девочка.
     Ронат поймала себя на мысли, что ей была приятна его ласка и его слова.
     - Значит, обо мне? – хмыкнул Джодок.
     - Ну, если только ты не считаешь себя девочкой, - хрипло рассмеялся Бренус со своей шутки.
     - Отлично, раз никто не спит, может будем вставать? – предложил Джодок.
     Бренус теснее прижался к Ронат и обнял её со спины, снова закидывая ногу ей на бедро:
     - Не-не-не. Мне и здесь хорошо. Уверен, что и Ронат тоже.
     Джодок рассмеялся и заметил:
     - Особенно когда ты закидываешь на неё свои конечности, не давая тем самым спать.
     Бренус заботливо поинтересовался:
     - Я тебя придавил ночью?
     - Ничего, - ответила девушка.
     - Прости, привык спать один. Но я с радостью отучусь.
     - Ты и не спишь и не встаешь, будешь валяться так целый день? – поинтересовался Джодок у брата.
     Бренус улыбнулся и зарылся носом в волосы Ронат:
     - Я бы с удовольствием. Но Ронат вчера хотела пробежаться по лесу. Я обращаться пока не могу, так что придется тебе. Давай, Джодок, вытаскивай свою задницу из теплой постельки и идти на улицу морозить хвост. А я пока досплю своё.
     Джодок откинул одеяло и встал, протягивая руку девушке:
     - С удовольствием составлю тебя компанию, люблю утренние пробежки.
     Девушка встала с кровати, принимая помощь Джодока, и быстро запахнула разорванную майку, которая еще была на ней.
     - Прекрасный вид мне открывается, - протянул Бренус, разглядывая ягодицы и бедра девушки. Ронат быстро оглянулась на него и сильнее стянула майку. – Только у меня условие. Если я не могу пока пойти с вами, пожалуйста, обернись здесь. Я хочу на тебя посмотреть.
     Девушка смущенно кивнула и отошла от кровати, став возле двери, где было больше маневра для обращения. Ронат медлила, но потом все же решилась и отпустила края майки. Девушка чуть повернулась боком к мужчинам, пока быстро стягивала с себя трусики, она не хотела их порвать при обращении. Ронат присела на корточки, воздух вокруг неё завибрировал, мгновенная пронзительная вспышка во всем теле, и она обернулась в волчицу.
     Бренус не отрывал взгляда от девушки, которая в мгновение стала красивой волчицей с лоснящейся серой шерстью. Она грациозно встала на четыре лапы и посмотрела на мужчин, как бы ожидая их одобрения.
     - Ты красива, - сказал Бренус и улыбнулся. – Особенно сейчас, в рассветной дымке.
     Джодок подошел к волчице и ласково провел рукой по её спине, чуть дотрагиваясь до мягкой шерсти:
     - Пойдем, Ронат, а то Бренус передумает спать и увяжется с нами.
     - Не соблазняй, - улыбнулся брату Бренус и проводил взглядом выходящую волчицу. Он откинулся на подушки и вздохнул: - Опять Джодоку везет, опять он первый! Хотя я старше! Не справедливо!
     - Я все слышу! – донесся веселый голос брата.

     Лес встретил их утренней прохладой и ледяной росой, что клеилась к  лапам. В волчий нос ударил свежий воздух, наполненный запахом травы и цветов, что уже начали раскрываться под утренним солнцем. Уши ловили щебетание птиц, которые проснулись вместе с рассветом, шелест листвы и жужжание насекомых, что начали свою каждодневную работу. Шерсть грелась в первых солнечных лучах, которые пробивались сквозь листву. Волчица неспешно бежала по лесу, ощущая рядом присутствие волка, она не видела его, но чувствовала его запах и мужскую силу, которая окутывала её терпким облаком. Она ускорила бег, волк не отставал, но все так же держался в стороне, как будто не хотел ей мешать, в утренней пробежке. Этот лес был нов для волчицы, все здесь было незнакомым и поэтому притягательно любопытным. Под старым деревом кроличья нора, жильцы которой боязливо трусят хвостиками, сотрясая воздух. Слева большой муравейник, в котором уже полным ходом кипит работа. Справа журчат ручейки, сбегаясь в один по мелким камешкам. А впереди большое озеро, от которого поднимается тягучий туман.
     Дальше лес становился непроходимым, напоминая сказочные заросли из страшных детских сказок. Волчица чуть замедлилась и настороженно принюхалась, всматриваясь вперед: что таили в себе непроглядные заросли? Она медленно ступала вглубь чащи, подмечая изменения природы. Больше не слышалось пения птиц и жужжание насекомых, их заменили какие-то шуршания и завывания ветра. Легкий цветочный аромат сменил тягучий и немного затхлый запах мха и плесени, а солнечный свет никак не мог пробиться сквозь густую растительность. Справа хрустнула ветка и послышались чьи-то удаляющиеся шаги, и тут же слева кто-то закопошился, видимо недовольный, что его потревожили. Волчица сначала ощутила напряжение волка, а потом увидела и его самого, он наконец-то нарушил незримую дистанцию и подошел к ней, готовый защитить в любой момент. Волчица остановилась и огляделась: таинственная лесная чаща манила её, но напряжение волка, останавливало от дальнейших исследований, она повернула назад и побежала обратно, туда, где было светло и приятно.
     Они еще час гуляли по утреннему лесу, пока волчица не почувствовала легкую усталость. Тогда она свернула к лесной хижине, в которой остался Бренус, определяя направление по запаху. До хижины оставалась пара минут, когда до неё донесся знакомый запах, пару мгновений и навстречу выбежала юная волчица, в которой узнавалась Кинния. Волчица оглядела Ронат и принюхалась, а потом в три прыжка настигла Джодока, что следовал за Ронат, и повалила его наземь. Она быстра начала лизать морду волка шершавым языком и тереться об него мокрым носом. Ронат отвела взгляд и продолжила путь к хижине, она не стала мешать встречи влюбленных.
     Добежав до дома, девушка тихо вошла внутрь и подкралась к спальне. Бренус спал, в этом не было никакого сомнения. Волчица оглядела спальню и бесшумно подошла к комоду, на котором оставила свое белье, может в нем найдется какая-нибудь одежда? Она присела на пол и обернулась в человека, потом быстро натянула трусики и глянула на Бренуса, он все так же спал. Ронат придержала ящик комода и медленно потянула его на себя, чтобы тот не скрипел. Девушке повезло, в шуфлядке лежали чистые мужские рубашки. Она уже потянулась за одной из них, когда услышала за своей спиной:
     - В дом пробрался воришка? – спросил Бренус и послышался шелест постельного белья.
     Ронат быстро выхватила рубашку и накинула на тело, скрывая наготу:
     - Не хотела тебя будить, - сказала девушка, быстро застегивая мелкие пуговицы. Справившись со всеми, она повернулась к мужчине.
      Тот полусидел в кровати, опираясь на спинку и закинув руки за голову. Он бесстыдно её рассматривал:
     - Где потеряла моего брата? Надеюсь, его не утащили в свою нору зайцы. Вот будет позорище!
     Ронат улыбнулась, таким милым он был сейчас с взлохмаченными волосами и еще сонными глазами, в которых уже плескалось лукавство:
     - Его перехватили, как раз на подходе к дому. Но это были не зайцы.
     Бренус секунду был в замешательстве, а потом понимающе кивнул:
     - Кинния.
     Девушка ничего не ответила и только нервно одернула рубашку, когда мужской взгляд задержался на её обнаженных ногах. Он поднял голову и посмотрел прямо в глаза, а потом тихо сказал:
     - Иди ко мне.
     Это был не приказ, просьба, и что-то в его голосе заставило Ронат неосознанно подойти. Мужчина протянул руку, и девушка медленно забралась на кровать. Бренус притянул её к себе и нежно обнял, укладывая на свою грудь. Девушка прикрыла глаза и вдохнула его мужской запах, который наполнил её грудь теплым трепетом. Он ничего не делал, просто нежно обнимал, чуть водя пальцами по рукам, скрытым под рубашкой, и Ронат пожалела, что надела её. Ей захотелось ощутить его прикосновения к своей коже.
     - Как ты погуляла?
     - Хорошо. Мне понравился ваш лес…
     - Наш лес, - поправил Бренус.
     - Наш… Особенно его темная часть.
     - Джодок позволил зайти так далеко? – удивился Бренус и все его тело напряглось.
     - Я сама не пошла дальше. Мне показалось, там может водиться что-то ужасное.
     - Там оно и водится, что-то ужасное. Обещай мне, что никогда не пойдешь туда одна.
     - Хорошо.
     Мужчина расслабился и снова начал поглаживать её руки.
     Ронат подумала, что его напряжение не может быть оправданным: что может водиться в их лесу такого, чего она должна опасаться?

     ГЛАВА 7.
     Завтракали они все вместе в большой столовой, правда место во главе стола пустовало.  Инноджен сказала, что у Альфы появилось срочное дело и он уехал с самого рассвета. Джодок тут же решил присоединиться к отцу, чтобы помочь, но мать остановила его, сказав, что это ни к чему, дело не сложное. Кинния рассказывала Инноджен новости и сплетни, что привезла с Охоты, Бренус подшучивал над её замечаниями. Ронат молча ела свой завтрак, а Джодок бросал на неё хмурые взгляды, его до сих пор мучила совесть, что он бросил её в лесу. Он знал, что до хижины совсем недалеко, но все равно не должен был оставлять Ронат. Только убедить в чем-то Киннию, когда она была в облике волка, было невозможно. Девушка редко обращалась в волка, так как все еще чувствовала боль при обращении, поэтому, когда это случалась, она требовала все его внимание. Джодок понимал, что Кинния сделала это намеренно, наверное, видела их с Ронат из окна спальни, но все равно не мог её оставить. Но въедливая мысль не давала Джодоку покоя: её он не мог оставить, а Ронат смог – это не справедливо. В будущем надо старательнее контролировать такие моменты, чтобы никого не обделять вниманием. Мужчина посмотрел на брата, который всё утро лучился от радости. Наверное, в хижине между ним и Ронат произошло что-то хорошее, от этой мысли он почему-то еще больше нахмурился. Что это с ним? Ревность?
     - Как тебе твой новый дом, Ронат? – спросила Инноджен, уловив паузу в рассказе Киннии. – Успела осмотреться?
     Ронат отвела взгляд от тарелки и посмотрела на женщину:
     - Еще не совсем.
     - Она больше осмотрелась в лесу, - заметила Кинния. – Они с Джодоком гуляли поутру.
     Инноджен улыбнулась:
     - Лес тебе понравился?
     - Да, он очень красивый.
     - Мне нравится летний лес, но зимой он еще прекрасней, - заметила Инноджен. – Я прельстилась им сразу, как только увидела, приехав сюда. Сидмон показал мне все тропы и заповедные места, это нас очень сблизило в первые месяцы брака.
     - Ну, отлично, мам, спасибо за совет, - хмыкнул Бренус. – Ты не забыла, что я пока не обращаюсь, и ты сейчас дала Джодоку все карты в руки?
     Инноджен с любовью посмотрела на сына, который был по факту приемным, а по сердцу родным:
     - Бренус, милый, ты как всегда надо мной подшучиваешь. Уверена, твой брат проявит галантность и дождется полного твоего выздоровления, не зря же я воспитывала вас истинными джентльменами, - сказала она притворно строго, а потом рассмеялась и обратилась к Ронат: - Я воспитывала их настоящими джентльменами, но выросли они отъявленными бандитами и хулиганами. Не забывай об этом.
     Ронат улыбнулась женщине:
     - Я учту.
     - Джодок, - сказала Кинния резче, чем ей хотелось бы: - На Охоте я купила сестрам подарки. Пожалуйста, помоги их отвезти.
     Бренус скептически посмотрел на девушку и спросил:
     - А ты что, разучилась водить машину?
     - Я помогу, - ответил за неё Джодок, - Мне не трудно.
     - Принц на белом коне спешит на помощь, -  хмыкнул Бренус.
     - На белом BMW, - уточнил Джодок, вставая из-за стола, и улыбнулся, стараясь разрядить атмосферу: - И, как минутой раньше заметила наша мама, принца из меня не вышло, только хулиган.
     - Уверен, такими темпами моя жена это скоро исправит, - заметил Бренус.
     Кинния раздраженно поджала губы и быстро вышла из столовой. Джодок хмуро посмотрел на брата, а потом обратился к Ронат:
     - Хочешь поехать с нами? Увидишь территорию твоей новой стаи.
     - Не хочет, - ответил за неё Бренус и добавил, подмигивая маме: - Нас и здесь неплохо кормят.
     Ронат посмотрела на Джодока, что все еще ждал её ответа:
     - Может в другой раз.
     - Хорошо, - сказал мужчина и вышел из столовой.
     - Наконец-то, тишина, - сказал Бренус и потянулся за хлебом. – Можно спокойно поесть, а то от голоса моей любимой жёнушки у меня несварение желудка.
     - Бренус, - одернула сына мать. – Мы не одни.
     - Что? – притворно удивился тот. – Ронат теперь часть нашей семьи, а значит должна знать обо всех скелетах в наших шкафах. И у нас их не мало, прошу заметить.
      - Шкафов или скелетов? – тихо спросила Ронат и улыбнулась.
     На лице Бренуса мгновенно расцвела искренняя улыбка:
     - Вот видишь! Наш человек! У неё есть чувство юмора!
     Инноджен тоже улыбнулась, радуясь за сына. Ронат ей нравилась, она была молчаливой, но умной и все подмечала. Она была красивой, даже не смотря на шрам, которого явно стеснялась. Она радовала её сыновей и это главное.
     - Так вот, - продолжил Бренус, - Самый главный скелет нашей семьи это Кинния. Жаль только, что её нельзя запереть в шкафу.
     - Я этого не слышала, - строго сказала Инноджен.
     - Хорошо, будем считать, у тебя развилась временная глухота, - улыбнулся Бренус и повернулся к Ронат: - Кинния по факту моя жена, именно мне она давала свадебные обещания и клятвы. Но в первую же брачную ночь решила, что Джодок ей больше подходит в качестве мужа. Ведь что бы ни говорила наша глуховатая мать, - сказал он, выделяя слово «глуховатая»: - Все же он джентльмен, хоть и с BMW вместо коня. Так что с тех пор все в нашем доме и в нашей стае упорно делают вид, что это в порядке вещей, что моя жена, считает моего брата своим законным мужем. Но, как показало время, мне это только на руку, верно? Теперь его законная жена, будет считаться моей. Вот тебе и поворот судьбы! – рассмеялся мужчина.
     - Это не поворот судьбы, а её превратность, - грустно протянула Инноджен: - У моих сыновей должна быть одна жена, что их объединит, их триада. А не две, которые еще больше их разобщат.
     - О чудо! – воскликнул Бренус. – Моя мать снова обрела слух! – и тут же получил от Инноджен салфеткой, которой она, не стесняясь, запустила в него через весь стол. Мужчина рассмеялся, ловя предмет сервировки на лету: - Мама, ты сама ведешь себя как хулиганка! Пользуешься тем, что здесь нет отца, который тебя приструнит. Вот смотри, Ронат, и запоминай, как не должна поступать хорошая воспитанная жена. Она не должна кидаться предметами за обеденным столом, даже если её мужа нет дома.
     Ронат уже не могла сдержать смех и рассмеялась в голос, так умилительно по-домашнему они вели себя. У неё в семье никогда такого не было, все всегда были подчеркнуто вежливыми и чопорными, сохраняя лицо и семейный статус.
     - Не слушай его, Ронат, - улыбнулась Инноджен. – Жена может кидаться, чем хочет, где хочет и когда хочет, и уж тем более может мать – в бестолкового сына.
     - Ты научишь её плохому, а пострадает Джодок, ведь формально она его жена, - улыбнулся Бренус и обратился к Ронат: - Если захочешь чем-то кидаться, вспоминай, что Джодок на бумаге твой муж, не я.
     - Хорошо, - ответила девушка.
     - Вот и отлично, теперь можно со спокойной совестью начать завтрак.
     - Начать? – воскликнула Инноджен.
     - А как же! – рассмеялся Бренус и женщины вместе с ним.
     День прошел в легкой, беззаботной атмосфере – Инноджен и Бренус показывали Ронат дом и окрестности. Они все так же подшучивали друг над другом, девушке это очень нравилось. Дом был большим и уютным, Инноджен во главе с тремя улыбчивыми помощницами поддерживала его в чистоте. За садом ухаживал старый волк, который ворчал и отказывался называть себя садовником, хотя и имел все необходимые атрибуты: пару тканевых перчаток, фартук с множеством карманов и шляпу с широкими полями, что защищала морщинистое лицо от летнего жгучего солнца. Девушке понравился её новый дом и люди, что его населяли, все были приветливыми и улыбчивыми.

     Перед ужином Ронат приняла душ, чтобы смыть усталость дня, а когда спустилась на первый этаж и направилась к столовой, знакомый запах привлек её внимание. Девушка быстро свернула за угол и побежала к входной двери. Обоняние её не подвело: Гаспар стоял на пороге её нового дома и что-то объяснял одной из женщин, что помогала Инноджен с хозяйством. Ронат быстро пробежала вперед и крепко обняла юношу, падая в его объятия.
     - Гаспар! Как я рада тебя видеть!
     - Привет, Ронат, – тихо сказал юноша и обнял её крепче. – Как ты?
     Девушка заглянула в родное лицо:
     - Все хорошо, - она пару минут рассматривала его, а потом сказала: - Прими мои соболезнования о твоем старшем брате.
     Юноша ничего не ответил, но девушка и так все читала в его глазах. Он ненавидел Агро еще больше её самой и не стал разыгрывать перед ней спектакль. Только не перед ней. Общий враг объединяет лучше всего, а они терпели боль и унижение от одного и того же человека слишком долго. Ронат еще раз обняла юношу, который стал за последние два года для неё роднее всех. Сколько раз он принимал на себя гнев Агро, уводя его от Ронат. Она старалась платить ему тем же, но становилось только хуже – получали оба. Но все это уже в прошлом благодаря нелепой случайности.
     - Отпусти её! – неожиданно услышали они громкий голос Джодока.
     Ронат разжала объятия и посмотрела на стремительно подходящего мужа, на лице которого читался первобытный гнев. Гаспар сделал то, что делал всегда, заслонил Ронат собой, задвигая себе за спину. От такой наглости Джодок резко остановился и, кажется, даже зарычал.
     - Это моя жена!
     - Я знаю, - ответил юноша, храбро поднимая подбородок. – Но это не значит, что ты можешь над ней издеваться. Я приехал сюда, чтобы бросить тебе вызов, и забрать её у тебя!
     - Что?! – ахнула Ронат, за спиной у Гаспара. – Нет!!!
     - Вызов? – тихо повторил Джодок, рассматривая соперника, который был еще слишком юн. – Сколько тебе лет?
     - Это не важно! Ты принимаешь вызов!?
     - Нет!!! – снова воскликнула Ронат и вырвалась из рук Гаспара, что все это время удерживал её за своей спиной. – Ты сошел сума! Он убьет тебя!
     - Это мы еще посмотрим, - сказал Гаспар, а потом нежно посмотрел на Ронат: - Я не мог бросить вызов брату, это вне закона. Но теперь мои руки развязаны, ты больше не будешь страдать.
     У Ронат защемило сердце от нежности в его глазах:
     - Гаспар, ты мне как младший брат…
     - Я знаю, это Ронат. Не бойся, я не стану тебя не к чему принуждать. Мы просто будем жить под одной крышей и ты будешь свободна.
     - Милый мой…
     - Милый!!! – услышала она за спиной рык Бренуса.
     Ронат резко повернулась и посмотрела на мужчину, что уже стоял рядом с братом, полыхая яростью.
     - Ты не правильно понял… - протянула она, но он перебил.
     - Ты называешь другого мужчину «милым», обнимаешь его! А я не правильно понял?!
     - Кто это? – хмуро спросил Гаспар, оценивая второго соперника.
     - Кто я?! Кто ты, наглый мальчишка?! – спросил Бренус и, резко протянув руку, схватил Ронат. Мгновение, и она уже стоит за его спиной: - С тобой позже поговорим.
     - Отпусти её! – зарычал Гаспар и оскалился.
     Бренус оскалился в ответ.
     - Нет! – снова крикнула Ронат. – Все не так, как вы думаете. Пусти меня! – старалась она вырваться из захвата Бренуса.
     Мужчина крепче сжал руку и зарычал:
     - Джодок, уведи её отсюда, запри наверху. А я разберусь с мальчишкой!
     - Это моё дело, я её муж - тихо ответил Джодок. – Ты уведи её, а я разберусь здесь.
     Бренус выругался и, подхватив Ронат на руки, быстро пошел к лестнице. Девушка не собиралась вести себя спокойно, она яростно сопротивлялась и брыкалась и Бреносу пришлось положить её себе на плечо, чтобы она не упала на пол и не расшиблась.
     - Нет! Пусти меня! – кричала Ронат. – Пусти! Джодок не трогай его! Он не хотел ничего плохого! Не трогай его! Джодок, пожалуйста! Пожалуйста! Бренус, пусти меня! Пусти! Джодок!
     Бренус быстро взлетел по лестнице, не замечая испуганную Киннию, что все это время наблюдала за ними с верхних ступеней. Ронат заметила девушку и начала просить уже её:
     - Кинния, пожалуйста, останови его! Пожалуйста! Не дай Джодоку ему навредить! Прошу тебя!
     От этих слов Бренус с яростью взглянул на Киннию и девушка еще сильнее вжалась в стену. Бренус преодолел еще один пролет с кричащей и брыкающейся Ронат на плече и ногой толкнул дверь в свою спальню. Он быстро подошел к кровати и, не церемонясь, бросил Ронат на матрас. Девичье тело по инерции чуть подпрыгнуло и утонуло в одеяле. Но через мгновение Ронат пришла в себя и быстро вскочила с кровати, она метнулась к двери, но Бренус преградил ей путь:
     - Не зли меня, - тихо предупредил он.
     Ронат вскинула голову:
     - А то что? Ударишь?
     Бренус пару секунд смотрел на неё, в ярости сжимая и разжимая кулаки, а потом резко подался вперед, заключая девушку в железные объятия. Ронат пришла в движение, сопротивляясь всем телом:
     - Пусти! Он убьет его!!!
     - Не убьет. Мы не воюем с детьми. Но отделает знатно. Будет мальчишке урок, как обнимать чужих жён.
     Ронат на мгновение замерла, ища в его глазах: правду он сказал или нет. А поняв, что мужчина не соврал, начала сопротивляться еще больше.
     - Да успокойся ты!
     - Он убьет его! Гаспар не остановится, пойдет до конца! И у Джодока не будет выхода! Пусти меня! – взмолилась она, а потом вдруг замерла в его руках и, заглянув в мужские глаза, быстро зашептала: - Бренус, он не хотел ничего плохого. Он просто хочет меня спасти. Он всегда спасал меня, вызывая гнев Агро на себя, чтобы мне меньше доставалось. Он хороший, он меня защищал от своего старшего брата и за это ему всегда попадало от Агро. Пожалуйста, Бренус, останови их. Прошу! Гаспар думает, что меня здесь тоже обижают, вот и решил меня спасти. Он совсем еще мальчишка! Бренус, прошу тебя! Пожалуйста!
     Мужчина моргнул:
     - Ты любишь его?
     - Он мне как младший брат. Прошу, спаси его!
     Гнев пропал из глаз Бренуса и он чуть ослабил железную хватку:
     - Хорошо. Я спущусь и остановлю их.
     - Спасибо!
     - А ты останешься здесь…
     - Но…
     - Никаких «но»! Или так или никак! Я доверяю тебе, ты доверяешь мне, по-другому это не работает.
     Девушка медленно кивнула:
     - Только, пожалуйста, возвращайся скорее, не заставляй меня мучиться в неизвестности.
     - Хорошо, - сказал Бренус и, разжав объятья, быстро вышел за дверь.
     Ронат осталась одна и начала нервно ходить по комнате: только бы Бренус успел!

     ГЛАВА 8.
     Никого спасать не пришлось, Джодок был не глупым, умел усмирять свою ярость и умел слушать. Он быстро разобрался, в чем тут дело, а задав пару вопросов, уверился в своей правоте. Гаспар был отважным и честным юношей, а в будущем станет сильным и справедливым волком, не то, что его старший брат. Бренус нашел их в гостиной, беседующими, а не на улице, рвущими друг другу глотки. При виде его Гаспар вскочил со своего места и сказал:
     - Ронат не любит меня! Не наказывайте её!
     - Не любит? Тогда зачем она отправила меня сюда, спасать тебя? – спросил Бренус, прислоняясь к двери.
     Гаспар замялся и уточнил:
     - Я для неё как младший брат, она просто беспокоится.
     - Тогда, может, поднимешься наверх и успокоишь Ронат? – предложил Джодок.
     - Только скажи ей, что я спас тебя от клыков Джодока. Хочу быть в её глазах рыцарем в сияющих доспехах, - улыбнулся Бренус.
     Гаспар растерянно смотрел на него. Джодок поднялся:
     - Не обращай внимания на моего бестолкового брата. Идем.
     Они все вместе поднялись в спальню Бренуса, где Ронат вышагивала круги. Увидев на пороге комнаты Гаспара, она по инерции рванула к нему, но заметив за его спиной двух других мужчин, сдержала порыв обнять юношу. Ронат спросила, заглядывая в его лицо:
     - Все хорошо?
     - Да, мы во всем разобрались. Как ты?
     - Я волновалась.
     - Прости, не хотел тебя беспокоить, просто вспылил.
     - Ничего. Хорошо, что все прояснилось.
     - Вот и отлично, теперь может, наконец, поедим? – предложил Бренус. – Наверное, Инноджен сходит сума от беспокойства. Уверен, Кинния ей обо всем поведала, сгустив для эффекта краски.
     Ронат неуверенно посмотрела на Джодока, она не знала, имеет ли право пригласить Гаспара за их стол. Джодок как будто прочитал её мысли и сказал:
     - Гаспар, присоединишься к нам?
     - Спасибо, - сказал юноша, принимая ветку мира, и посмотрел на Ронат: - Я привез твои вещи.
     Ужин прошел спокойно, а после него Ронат даже смогла немного поговорить с Гаспаром, убеждая его, что здесь ей хорошо. Правда, беседа протекала в присутствие Бренуса, который упорно делал вид, что не слушает их, а читает газету. Через полчаса, мужчина отложил газету, которую ни разу так и не перевернул и сказал, что пора прощаться. Ронат попрощалась с Гаспаром, уверив того, что он всегда желанный гость в её новом доме. Бренус подтвердил слова девушки открытой улыбкой и согласным кивком. Гаспар уехал, а Бренус увел девушку наверх в их спальню.
      Бренус закрыл дверь и спросил:
     - Устала?
     - Перенервничала.
     - Хочешь, наберу тебе ванну?
     Ронат тронула его забота, и она нежно улыбнулась:
     - Я сама могу её набрать.
     - Я знаю, что можешь, - ответил мужчина и скрылся в ванной комнате, Ронат услышала, как потекла вода.
     Девушка зашла в гардеробную и достала из чемодана, что привез Гаспар, свой халат и ночную сорочку. Она и вправду перенервничала сегодня. Ей было страшно за жизнь Гаспара, страшно за свою жизнь. Она испугалась, что проявится жестокая сущность Бренуса и Джодока, что они, как истинные самцы, станут защищать свое с кровожадным рвением. Агро никогда не слушал её объяснений, он был скор на несправедливый приговор и безжалостную расправу. Она испугалась, что и эти мужчины поступят так же. Но они не поступили. Они другие. Бренус выслушал её и поверил её словам, а Джодок не поддался слепой ярости. Он проявил рассудительность и справедливость. Они кардинально отличались от её первого мужа, и чем больше Ронат узнавала их, тем больше видела различий.
     Она вернулась в комнату и прошла в ванную комнату. Бренус стоял к ней спиной и умывал лицо, он снял майку Мышцы перекатывались на его мощной спине. Ронат чуть смутилась, но выходить не стала, она должна привыкать к этому мужчине и к его наготе. Ронат расстегнула и сняла спортивный джемпер и осталась в одной майке и джинсах. Она попробовала рукой воду – горячая, как она любит. Девушка присела на край ванны и расстегнула джинсы, чтобы стянуть их с ног. Она отложила джинсы и посмотрела на Бренуса, что наблюдал за ней в зеркало. Он не отвел взгляда, как будто только что она не застала его за подглядыванием. Бренус медленно повернулся:
     - Мне уйти?
     - Нет, - тихо сказала Ронат и потянула за майку, снимая её через голову. На ней не было бра и обнаженную грудь овеял воздух, соски затвердели, то ли от прохлады комнаты, то ли от взгляда Бренуса. Девушка быстро стянула трусики и, перекинув ноги через бортик, погрузилась в горячую ванну. Бренус подошел ближе и перекрыл воду, он присел на бортик и спросил:
     - Не горячо?
     - В самый раз.
     Мужчина опустил руку в воду и проверил температуру:
     - Ты не сваришься? – спросил он, быстро выдергивая руку.
     - Нет, я люблю, когда горячо, - сказала Ронат и осеклась, это прозвучало слишком интимно.
     Бренус не упустил момента её подразнить:
     - Горячо? Мне бежать за Джодоком? Ты меня соблазняешь?
     Ронат прикрыла глаза и глубже погрузилась в воду:
     - Нет, не соблазняю.
     - Жаль, - протянул Бренус, а немного  помолчав, добавил: – Но если ты нет, то может мне попробовать.
     Мужчина нежно погладил девичье колено, что торчало из воды, и провел чуть вниз, по внутренней стороне бедра. Ронат закусила губу:
     - Бренус…
     - Что, милая?
     Его пальцы вырисовывали узоры на её бедре, что в сумме с горячей водой окончательно расслабило Ронат. Она непроизвольно чуть шире расставила ноги, чтобы ему было удобней, и его пальцы не заставили себя долго ждать, они тут же коснулись самого заветного места. Ронат вздрогнула, но ноги не свела. Мужчина, поощренный её бездействием, стал смелей ласкать её лоно, задевая самые чувствительные точки. Ронат было очень хорошо, тело все больше расслаблялось, напряжение и страх уходили из него. В какой-то момент Ронат уже не смогла терпеть и схватила его руку, останавливая.
     - Позволь мне.
     Девушка распахнула глаза и всмотрелась в лицо мужчины, оно светилось такой нежностью и заботой, что у Ронат защемило сердце. Было в его лице и что-то еще, какая-то затаенная боль, которую, как показалось Ронат, могли излечить нежность и доверие. Её нежность и её доверие. Ронат вздохнула, набираясь храбрости и приняла одно из самых важных решений в своей жизни:
     - Я хочу тебя, - сказала она правду.
     Бренус прикрыл глаза и отнял руку, девушка подалась за ним, и сжала его пальцы:
     - Я сказала, что-то не то? – забеспокоилась она.
     Мужчина открыл глаза:
     - Все то. Но ты же понимаешь, что нам нужно позвать Джодока?
     - Да, понимаю.
     - И ты готова к этому?
     Ронат кивнула.
     - Хорошо, - медленно протянул Бренус и поднялся. – Сейчас.
     - Нет, постой! – вдруг воскликнула Ронат, Бренус обернулся, в его глазах было беспокойство, что она передумала. – Только не здесь… Не в доме. Вернемся в ту хижину в лесу. Ладно?
     - Ладно.
     Он помог ей выйти из ванны, вытереть мокрое тело и одеться, они вместе, спустились на второй этаж к спальне Джодока. Бренус принюхался:
     - Он не в комнате.
     Мужчина повел Ронат вниз, крепко держа её за руку, как будто боясь, что она передумает и убежит. Пройдя пару коридоров, они оказались на кухне. Джодок был там, он держал в руке стакан с водой и, не моргая, смотрел в ночь за окном. Мужчина вздрогнул, почувствовав, что больше не один и медленно повернул голову в сторону пришедших.
     - Не спится? – спросил Бренус.
     - Нет, - серьезно ответил Джодок, рассматривая Ронат за спиной у брата.
     - Мы идем прогуляться. Ты с нами?
     Джодок молча их разглядывал, а потом спросил:
     - А я не помешаю?
     - Ну ты и мудак, - улыбнулся Бренус. – Сними уже с головы корону благородства и сделай, наконец, то, чего тебе на самом деле хочется!
     - Значит сделать?
     - Да!
     Джодок поставил стакан на стол и неспешно подошел к ним:
     - Уверен, что хочешь этого?
     - На сто процентов.
     Джодок перевел взгляд с брата на Ронат и, подняв руку, нежно погладил её лицо. Ронат прикрыла глаза, наслаждаясь лаской, и тут же ощутила на губах легкий поцелуй. Бренус усмехнулся:
     - Не уверен, что ты хочешь только этого. Но для начала сойдет. Идем.
     Он утянул Ронат с кухни и Джодок пошел за ними. Они бодрым шагом шли к хижине. Бренус не медлил, боясь, что Ронат передумает, Ронат тоже боялась этого, поэтому быстро шла за ним. Джодок замыкал процессию, теряясь в своих мыслях. После ужина он не мог оставаться в спальне вместе с Киннией, она дула губы и смотрела на него так, будто он был в чем-то виноват перед ней. Наконец, атмосфера напряженности его достала и он спросил прямо:
     - Что не так?
     Кинния присела на кровать и слезы закапали из её больших глаз:
     - Почему ты кричишь на меня? В чем я виновата?
     - Я не кричу.
     - Ты кричишь и злишься. Тебя разозлила Ронат, а срываешься ты на мне.
     - Не говори ерунды. Никто меня не разозлил.
     - Она обнималась с другим мужчиной, а потом вы посадили его за наш стол, я ничего не понимаю.
     - Тебе и не надо, - все-таки разозлился Джодок и слезы из глаз Киннии полились еще сильнее. – Ну все, успокойся. Это просто было недоразумение. Он её брат, понимаешь?
     - Брат?
     - Да, типа того.
     - Я что даже не заслуживаю объяснения?
     -  Заслуживаешь. Он брат её мужа, им вместе доставалось от него, вот они и сдружились.
     - Зачем он приехал?
     - Он привез её вещи.
     - Но я слышала, он вызывал тебя на схватку из-за неё.
     Джодок прикрыл глаза, меньше всего ему сейчас хотелось что-то ей объяснять:
     - Он хотел её спасти, думая, что здесь Ронат тоже обижают.
     - Он её любит?
     - Как брат.
     - А если это не просо братская любовь? Если она тоже его любит? – спросила Кинния, а потом тихо добавила: - Может надо дать им шанс быть вместе?
     Джодок резко посмотрел на неё, девушка поняла, что сказала лишнее и опустила глаза.
     - Ронат моя жена, я поклялся в этом перед сотней волков. Она будет моей женой, пока один из нас не умрет. Тебе ясно?
     - Да, прости.
     - Хорошо. Ложись спать.
     - А ты?
     Джодок не удостоил её ответом и вышел из спальни, она разозлила его. Он предполагал, что с её стороны проявится ревность, но её надо пресечь в самом зародыше. Джодок спустился на кухню и налил себе воды, чтобы хоть чем-то занять руки. Сейчас они так и чесались, чтобы разбить что-нибудь, или кого-нибудь обнять. Нет, уточнил он, не кого-нибудь, а определенного человека, который сейчас был наверху в заботливых руках его брата. Там ни для него, ни для его рук сейчас нет места. Джодок отпил воды и уставился в ночную темноту. Что с ним творится? Сначала он ревнует Ронат к брату, потом к этому мальчишке. Он испытал такую ярость, когда увидел, как они обнимаются, что еле удержал себя, чтобы не растерзать нахала на месте. «Моя! Руки прочь!» - кричало все внутри. Когда он успел так привязаться к ней? Или это что-то первобытное, ведь она его жена. Джодок не знал, что с ним, но очень хотел разобраться. Он всегда должен контролировать и свои чувства и свое тело. А потом он услышал её сладкий аромат, она была здесь, рядом и контроль сдал свои позиции. Он посмотрел на них, брат крепко держал её за руку, но это его больше не беспокоило. В её глазах, обращенных к нему, читалась нежность, которой там раньше не было. И он сделал, что хотел, как и советовал Бренус. 
     Сейчас он шел за ними, не отставая, в надежде, что когда они, наконец, придут, нежность в её глазах не исчезнет и не уступит место страху.
     Они тихо зашли в хижину и прошли в спальню.
     - Развести огонь? – спросил Бренус
     Ронат осмотрелась и кивнула. Джодок помог брату и вскоре дрова весело трещали в камине. Девушка нашла щепку и, подпалив её, зажгла свечи, что стояли повсюду.  Стало очень уютно. Она бросила щепку в огонь и протянула к камину руки.
     - Замерзла? – спросил Джодок, обнимая её сзади.
     Ронат покачала головой. Мужчина повернул её в своих руках и нежно поцеловал. Девушка закинула руки ему на плечи и теснее прижала к себе, его поцелуй из нежного мгновенно превратился в страстный. Он потянул её на себя и мягко толкнул на кровать, Ронат попала прямо в заботливые руки Бренуса, который мгновенно накрыл её губы своими, в страстном поцелуе. Джодок сел за её спиной и обнял за плечи, он быстро провел руками по ключицам и, найдя молнию, расстегнул её джемпер. Бренус не отрываясь от поцелуя, стал помогать брату, они быстро раздели её в четыре руки и уложили на кровать. В какой-то момент Ронат поняла, что с неё стягивают последнюю одежду, её трусики, и хотела воспротивиться, но ласковые руки Джодока, что творили чудеса с её обнаженной грудью, уговорили её подчиниться. Бренус прервал поцелуй и начал спускаться вниз, отмечая её кожу своими губами. Пальцы Джодока сместились с груди гораздо ниже и стали ласкать её лоно, которое уже не было прикрыто ничем. Его руки творили чудеса, потирая чувственное место, зажигая еще сильнее, заставляя увлажниться. Он нежно целовал её губы, пока Бренус покрывал поцелуями её бедра и ноги. Вскоре Ронат уже не могла лежать смирно, она выгибалась дугой и сжимала колени, стараясь уйти от терзающих её пальцев, что нашли особенно чувственную точку и натирали её с усиливающейся страстью.
     Сильный оргазм накрыл её неожиданно, заставляя биться в нежных мужских руках. Бренус лег рядом, завладел её губами и нежно сжал грудь, а потом тихо спросил:
     - Тебе хорошо?
     Ронат прикусила губу, все еще нежась в последних волнах удовольствия:
     - Зачем спрашивать об очевидном?
     - Мы хотим это слышать.
     Девушка повернулась к Бреносу и прикоснулась к его щеке:
     - Да, мне хорошо.
     Джодок запустил пальцы в ее волосы, перебирая пряди и Ронат повернулась к нему:
     - Очень хорошо, - сказала она и, подняв голову, поцеловала его в губы.
      Бренус погладил шею девушки и заметил:
     - На тебе нет волчьей метки.
     - Он не видел во мне пару.
     Мужчины переглянулись, так было сплошь и рядом, волки вступали в брак, но метки на своей жене не оставляли, трудно было встретить настоящую волчью пару. Кинния тоже не была отмечена ими, они не чувствовали в этом потребности, ведь она не была их волчьей триадой.
     Ронат о чем-то задумалась, а потом, посмотрев в потолок, тихо спросила:
     - Как это будет?
     Бренус посмотрел на брата и обратился к Ронат:
     - Ты спрашиваешь о том, о чем мы подумали?
     Девушка не отвела глаз от потолка:
     - Мне кажется, сейчас в этой комнате все думают об одном и том же.
     Джодок усмехнулся и нежно погладил её грудь:
     - А как хочешь ты?
     Ронат прикрыла глаза и попыталась прогнать неприятные воспоминания. В начале их брака с Агро, когда он еще был немного нежен и терпелив, ей нравилось по-разному, а вскоре не стало нравиться никак. Потом если не было боли, то она уже радовалась. Но с этими мужчинами боли не будет, неведомо откуда, но она знала это.
     - Хочу, чтобы было хорошо, - ответила она, отдаваясь в их заботливые руки.
     - Так и будет, - сказал Бренус и поцеловал её в губы.
     Своими страстными губами и нежными руками они снова довели Ронат до предела, но перед самой гранью остановились. Бренус медленно развел её ноги, устраиваясь между ними. Ронат вцепилась в одеяло в ожидании неизбежного, но ласковые поцелуи Джодока отвлекли её. Бренус медленно вошел в девушку, растягивая и заполняя, Ронат неосознанно подалась назад, пытаясь уйти от этого, но её не пустили. Мужчина сам немного отстранился, чтобы через секунду погрузиться еще глубже.
      От приятных ощущений Ронат прикусила губу и сильно сжала плечо Джодока, что лежал рядом. Мужчина ответил на её пожатие своим, и девушка схватила его за руку и притянула к губам. Она закрыла большой мужской ладонью лицо и поцеловала теплую кожу. Страсть бурлила в ней, как лава, а неспешные, осторожные толчки Бренуса подогревали её еще сильнее.
     Ей было очень хорошо, но что-то беспокоило, что-то было не так, чего-то не хватало. Девушка сильнее прижала ладонь Джодока к себе, стараясь перекрыть свет, что мерцал от камина и горящих свечей. Может он мешает забыться? Ронат услышала тихое страстное рычание Джодока и все поняла.
     Она перехватила его ладонь левой рукой, прижимая к лицу, а правую опустила вниз, находя источник его мужественности. Девушка обхватила член мужчины рукой и несильно сжала, проводя от основания к головке. Ладонь Джодока на её лице напряглась и он хрипло задышал. Ронат усилила захват и ускорила ласку, и мужчина прижался к её голове своей, вдыхая аромат её волос.
     Страсть и толчки Бренуса нарастали, из осторожных превращаясь в яростные. И беспокойство Ронат росло вместе с ними. Оно захватило её полностью, не давая расслабиться и погрузиться в удовольствие, и девушка извернулась, стараясь выскользнуть из-под мужчины. Но он сильнее прижал её к кровати:
     - Что не так? Тебе больно? – хрипло спросил обеспокоенный Бренус. Ронат отрицательно покачала головой и снова попыталась вывернуться. Мужчина остановился, но не отстранился: - Тогда что не так? В чем дело? Тебе неприятно?
     Девушка поддалась внутреннему порыву и, оторвав руку Джодока от своего лица, облизала его большой палец. Атмосфера в комнате сразу накалилась и Ронат прикусила палец губами, всасывая глубже. Джодок прикрыл глаза от силы страсти, что разгорелась в нем от её невинной ласки, а Бренус, наблюдая за этим, возбудился еще сильнее. Он быстро глянул на брата, а потом наклонился к Ронат и прошептал в самое ухо:
     - Ты хочешь так? Хочешь его в свой ротик?
     Ронат зажмурилась от стыда, что вдруг накатил на неё, но через мгновение одобрительно кивнула, признаваясь и им и себе в желании этого.
     Мужчины перестали дышать, боясь поверить в происходящее. Они делили Киннию пару раз, но никогда так, всегда одному приходилось ждать, пока другой наслаждался страстью. В первый раз, они не стали настаивать из-за её неопытности, а когда ночь закончилась, стало понятно, что ей вообще претит быть с ними двумя, так что о такой близости не могло быть и речи. А сейчас Ронат не просто соглашалась на это, она сама хотела и просила. И, кажется, даже нуждалось в этом.
     Бренус подался назад, и чуть вышел из неё, а Джодок, все еще не до конца осознавая услышанное, медленно сдвинулся к изголовью кровати. Он нежно повернул голову Ронат в сторону и провел пальцами по её губам. Девушка быстро лизнула его пальцы и увлажнила свои губы. Джодок прикрыл глаза, стараясь сдержать страсть, что бушевала в нем. Он придвинулся чуть ближе, подводя головку члена к её губам, и она с поспешностью приняла его в свой горячий рот, всасывая глубже.
     Это был рай. Рай для всех троих.
     Бренус ускорил движения в её жарком теле, что плотным кольцом обхватывало его. Джодок вцепился в спинку кровати до боли в пальцах, такую страсть зажигала в нем сладкая ласка Ронат. А девушка забыла, как надо дышать. Она ощущала такой огонь во всем теле, что на секунду подумала о жаркой смерти в этом огне. Пыл нарастал все больше, движения и толчки ускорялись, страсть съедала их. Первой взорвалась Ронат, она выгнулась дугой и начала биться в сладкой судороге. За ней последовал Джодок, он попытался достать член изо рта девушки, но она так крепко обхватило его, что мужчина не успел, и солоноватая струя ударила ей прямо в горло. Последним в оргазме потонул Бренус, наполняя тело Ронат своим семенем.
     Время остановилось, а волны экстаза продолжали накатывать на молодые тела одна за другой.

     ГЛАВА 9.
     Джодок медленно разжал пальцы Ронат на своих ягодицах и отстранился, ложась рядом с ней. Бренус вышел из девушки и, перенеся тяжесть тела на одну руку, лег с другого бока. Ронат не шевелилась. Она не могла найти сил даже для того, что бы повернуть голову, а ведь шея затекла от неудобной позы. Джодок как будто прочитал мысли девушки и нежно повернул её голову, укладывая прямо, Бренус провел рукой по женским ногам, выпрямляя их на кровати. Она была благодарна им за заботу, но даже на слова не было сил.
     Джодок приподнялся на локте и посмотрел на неё, проводя пальцами по девичьему животу:
     - Мы, кажется, её убили, – усмехнулся он.
     - Да, - протянул Бренус, ложась на бок и опираясь головой о руку. – Хорошо, что лес большой, есть где закопать.
     Ронат улыбнулась, силы возвращались к ней, девушка хрипло заметила:
     - Вас вычислят, мой запах повсюду и на вас его больше всего.
     - Да, она права. Закапывание отменяется.
     - Тогда что нам с ней делать? – хмыкнул Джодок и придвинулся ближе, закидывая свою ногу на бедро девушки.
     - Убивать дальше, - хитро улыбнулся Бренус и страстно поцеловал Ронат в губы.

     К середине ночи они, наконец, насытились друг другом. Ронат была без сил, но очень счастливой. В своей страсти мужчины были разными и непредсказуемыми: то Джодок загорался сверх меры, быстро и страстно толкаясь в её лоно, а Бренус медленно ласкал языком её грудь и живот, то наоборот, Бренус был несдержан, заполняя её рот своей горячей спермой, а Джодок до невозможности медлителен, лаская её набухший клитор. Она занималась с мужчинами любовью еще два раза, и каждый раз было только лучше. Но сейчас спать никому не хотелось. Ронат опять лежала между ними, Джодок медленно водил пальцами по её бедру, а Бренус неосознанно теребил её волосы. Девушка распахнула глаза, примеряясь с бессонницей:
     - Что это за дом?
     - Летний домик или Охотничий, кому как нравится.
     - Его не видно с главной дороги, - поддержал брата Джодок.
     - И не слышно, - улыбнулся Бренус и, наклонившись, прикусил девушку за мочку уха.
     Ронат рассмеялась и несильно толкнула его в грудь:
     - Ваше тайное убежище?
     - Ага, - согласился Джодок. – И не только наше. Пару раз отец вытаскивал от сюда за уши влюбленные парочки, что имели неосторожность резвиться под самым носом у Альфы.
     - А как часто страдали ваши уши? – спросила Ронат, улыбнувшись.
     - Ты о чем?
     - Ай да ладно тебе, - повернулась она к Джодоку. – Я о двух подростках, что водили сюда девчонок, пока отец-Альфа не видел.
     Мужчина улыбнулся и поцеловал её в нос, а на своих ягодицах Ронат ощутила легких шлепок от Бренуса:
     - Что за мысли, женщина. Никаких девчонок.
     Ронат обернулась к нему и в притворном удивлении распахнула глаза:
     - Совсем никаких. Как же тогда ты научился всему тому, что вытворял со мной сегодня? Из учебного видео?
     Бренус шлепнул её сильнее, и девушка чуть вскрикнула, а мужчина прижался к её спине:
     - Много болтаешь, жена. Найти для твоего язычка дело полезнее?
     - А я вообще-то не твоя жена, а его, - Ронат повернулась к Джодоку.
     Улыбка Джодока мгновенно превратилась в холодную маску, и девушка почувствовала, как Бренус отодвинулся от неё. Она резко повернулась и увидела, что мужчина встает с кровати. Ронат потянулась за ним и села:
     - Бренус, прости, я сказала глупость. Это шутка.
     Мужчина отыскал свои штаны и быстро их надел:
     - Все верно, ты его жена, а Кинния моя.
     Джодок тоже встал и начал одеваться:
     - Все это сложно.
     Ронат сразу почувствовала себя покинутой и натянула на обнаженное тело одеяло. Они как-то сразу стали чужими, и ее нагота чувствовалась неуместно. Девушка постаралась исправить сказанное:
     - А мне очень понравилась, хоть было и сложно.
     Её шутку оценил только Джодок, он немного ей улыбнулся. Бренус отыскал её одежду и подал девушке:
     - Одевайся.
     Ронат взяла вещи и сжала в руках, а потом перекинула волосы на левое плечо. Она всегда так делала, когда хотела прикрыть шрам. Девушка и забыла о его существовании этой ночью, но сейчас он будто горел, напоминая о её уродстве. Ронат быстро натянула одежду и посмотрела на мужчин, которые уже были готовы идти в главный дом. Но ей не хотелось туда, ей хотелось остаться здесь, а еще лучше вернуть те слова назад, чтобы не видеть этой холодности на лице Бренуса. Но время утеряно, а её легкость и состояния счастья прошли вместе с ним. Ронат снова стала второй, нежеланной женой, с обезображенным лицом:
     - Могу я остаться тут?
     - Зачем? – спросил Джодок.
     - Не выдумывай, идем в дом, - сказал Бренус и вышел из спальни.
     Ронат посмотрела на Джодока:
     - Можно я здесь переночую.
     - Я сказал нет, - услышала она голос Бренуса.
     Джодок подал ей руку, помогая встать. Ронат вышла за мужчиной из спальни. Бренус уже ждал их у открытой двери, глядя в ночь. Она решилась на последнюю попытку все исправить:
     - Переночуем здесь вместе?
     Бренус не удостоил её даже взглядом и только сказал:
     - Нет, меня дома ждет жена, - и вышел на воздух.
     Ронат прикусила губу, чтобы не дать воли чувствам и почему-то увернулась от успокаивающих рук Джодока. Она тоже вышла в ночь. Мужчина тяжело вздохнул и пошел за ними.

     На следующий день за обедом, наконец, присутствовала вся семья. Во главе стола сидел Сидмон, он вернулся вчера ночью, напротив него сидела Инноджен. По обе стороны от Альфы сидели его сыновья, а дальше Кинния и Ронат. Всеобщее настроение оставляло желать лучшего.
     Ронат плохо спала и поэтому чувствовала себя разбитой, всю ночь она старалась не шевелиться, что бы ни задеть Бренуса, который спал рядом. Мужчина тоже был не в духе, он все еще злился на себя и на Ронат, за те слова и свою реакцию на них. Джодок видя настроение брата, тоже не лучился от счастья, а еще его разозлила Кинния, что все утро, всем своим видом выказывала недовольство. Девушка была раздражена скорым уходом и долгим отсутствием мужчины прошлой ночью, а больше всего тем, что он не захотел с ней говорить об этом утром. Она то и дело бросала хмурые взгляды то на Ронат, то на Бренуса, виня их в случившимся. Инноджен тоже грустила, она была опечалена таким порядком вещей. Утром женщина была в приподнятом настроении, она слышала, как дети возвращались ночью втроем. Она рассчитывала увидеть радость на лицах сыновей, но увидела только раздражение и усталость. И даже Альфа, который всегда старался сохранять бодрость духа, растерял его, чувствуя всеобщее напряжение.
     К середине завтрака напряжение достигло своего апогея и вылилось в разбитый стакан, что выпал из рук растерянной Ронат:
     - Извините, - сказала девушка и, встав со стула, присела на корточки, собирая осколки.
     - Сейчас же оставь, ты порежешься, - раздраженно бросил Бренус, глядя на неё. Ронат ничего не ответила, но и не остановилась, лишь потянулась за салфеткой, чтобы в неё складывать осколки стекла: - Ты слышишь? Я сказал, оставь, - прорычал Бренус, еще больше распаляясь от её непослушания.
     Кинния вжалась в стул, зная этот его тон, и это не укрылось от мужчины, который зло сверкнул глазами в её сторону. Джодок положил руку на ладонь Киннии, что сидела возле него, и предостерегающе посмотрел на брата:
     - Ронат, Бренос прав, ты можешь порезаться, оставь.
     - Почти все, - было её ответом.
     Бренус сжал кулаки, его терпения было на исходе, и когда он уже думал, что взрыв неизбежен, голова Ронат показалась над столом, и она встала, закручивая в салфетке осколки:
     - Куда выбросить? – спросила она, обращаясь к Инноджен.
     Женщина нервно сжимала бокал, понимая, что лучше не вмешиваться в происходящее. Она не успела ответить, Бренус её опередил:
     - Положи на стол, - прорычал он.
     Его тон, наконец, подействовал на Ронат, и она медленно положила салфетку на стол, а потом посмотрела на Бренуса. Его приказ вызвал у неё яростное негодование, и она спросила:
     - Могу я сесть, Ваше Величество? (примечание автора: кельтское имя Бренус имеет значение «король»).
     Это стало последней каплей, и Бренус взорвался. Мужчина резко отодвинул стул от стола, намереваясь увести смутьянку в коридор и призвать к порядку, но его остановил тихий, но властный приказ отца:
     - Спокойно.
     Все сразу опустили головы, признавая в нем Альфу.
     - Садись, Ронат, - велел он тихо, и девушка подчинилась. – Инноджен, Кинния, оставьте нас.
     Они тоже не стали спорить и быстро вышли из столовой. Ронат очень испугалась, что ей велели остаться, и сжала лежащую рядом салфетку, что бы скрыть это. И конечно забыла, что в ней стекло, кровь брызнула на белую ткань.
     Мужчины вскинули головы в её сторону, почувствовав терпкий запах. Ронат быстро зажала руку в кулак и посмотрела на Альфу:
     - Царапина.
     Джодок мгновенно поднялся и обошёл стол. Мужчина взял её руку в свою и обмотал пораненную ладонь чистой салфеткой. Девушка благодарно ему улыбнулась.
     - Супружеская идиллия, - услышали они раздраженный голос Бренуса.  
     Джодок ничего не ответил и вернулся на свое место. Альфа обвел хмурым взглядом всю троицу и сказала:
     - По законам стаи Альфа не может вмешивать в дела семьи. Так что сейчас я перестаю быть Альфой и становлюсь просто вашим отцом. Что у вас происходит?
     - Разве не видно отец, тишь, гладь да божья благодать…
     - Бренус, - остановил сына Сидмон и перевел взгляд на Джодока. Но тот, молча, смотрел на брата, сложив руки на груди. Тогда Сидмон посмотрел на девушку, что тихо сидела за столом, сжимая пораненную руку: - Откуда у тебя шрам на лице?
     Ронат дернулась, как будто её ударили и тихо ответила:
     - От прошлого брака.
     - Как это случилось?
     Все были в ожидании, но девушка не хотела рассказывать, но и ослушаться Альфу не могла, хотя он и сказал, что сейчас просто отец:
     - Муж разозлился на меня и решил проучить, на будущее.
     Сидмон прищурил глаза. Он знал, что некоторые волки безмерно жестоки, а некоторые не имеют чести, и если два этих качество встречаются у одного самца, то жди беды. Но иногда и самки были хорошими провокаторами и, глядя сейчас на настроение своих сыновей, Сидмон решил выяснить все до конца:
     - На что он разозлился?
     - Может, прекратишь свой допрос? – прорычал Бренус, сейчас он переживал за Ронат и чувствовал её боль.
     - Нет, пусть все расскажет, - возразил Сидмон. – Ронат вошла в нашу семью, и я хочу знать, что она сделала, что бывший муж совершил такое. 
     - Он просто был ублюдком, - ответил Джодок. – Ублюдком, которого я слишком быстро убил.
     Сидмон хмуро посмотрел на сына, а потом снова обратился к девушке:
     - Отвечай, я хочу знать правду.
     Ронат прикрыла глаза, вспоминая тот день, год назад:
     - Я вернулась от подруги, у которой задержалась на полчаса. Агро это не понравилось, он обвинил меня в том, что я задержалась там из-за брата подруги, который, по мнению Агро, мне приглянулся. Я сказала Агро, что это не правда, что мой муж он и меня оскорбляют такие предположения. Тогда он ответил, что его оскорбляет мое поведение, то, что я флиртую с другими самцами. Я снова имела неосторожность сказать, что это не правда, что Агро это только кажется. Тогда он разозлился сверх меры и сказал, что исправит наше непонимание, и решит эту проблему раз и навсегда. Он напал, а я не успела обернуться, хотя может это и к лучшему, иначе он бы просто меня загрыз. Муж связал меня, чтобы я не смогла принять волчье обличье, а сам обратился в волка, - Ронат посмотрела в свою тарелку. – Он был предельно аккуратным, решая нашу проблему. И был прав, непонимания на этот счет больше не существовало в нашей семье.
     Джодок прикрыл глаза, перед которыми всплыла описанная ею жуткая картина: острый коготь волка медленно режет девушке лицо. Бренус сильнее сжал кулаки, злясь на отца, что тот заставил Ронат вспомнить о страшном прошлом. Сидмон молчал, вглядываясь в каменное лицо юной волчицы, которая пережила подобное, но не потеряла чувства собственного достоинства. Он уважал такую силу духа. Альфа посмотрел на сыновей, принимая решение:
     - Я найду ей достойного волка и выдам за него замуж. Так будет лучше для всех.
     - Нет! – услышал он от всех троих, но с разной интонацией. Ронат была напугана, Бренус в ярости, а Джодок возмутился такой несправедливостью, ведь Ронат его жена.
     Альфа посмотрел на сыновей:
     - Она и так натерпелась в жизни. Не хватало еще и ваших склок.
     - Меня все устраивает, - быстро сказала Ронат, решив разрядить обстановку, а потом замялась, когда на неё уставились три пары мужских глаз, но продолжила: - У вас тут хорошо, лес рядом и кормят отменно. Все добры ко мне, - несмело улыбнулась девушка, Джодок улыбнулся в ответ: - И ваши сыновья хорошие, только не всегда понимают шутки.
     Бренус сузил глаза:
     - Ты будешь об этом при отце?
     - Ну, может при нем, ты меня выслушаешь? – ответила Ронат, глядя на него. – Я просто пошутила вчера.
     - Не сейчас, - отрезал он.
     - А когда? Все было хорошо, а теперь ты злишься, всю ночь и все утро. А это просто была неудачная шутка.
     - Мы закончили завтрак? – спросил мужчина у отца, не слушая Ронат.
     - Нет, - ответил тот и встал. – Я закончил, а вы нет. Разберитесь во всем, иначе придется разбираться мне. А я уверен вам не понравятся моё решение.
     Сидмон вышел из столовой. Бренус проследил за ним раздраженным взглядом и откинулся на стуле. Ронат не нашла ничего лучшего, как поднять вилку и продолжить неожиданно прерванный завтрак. Джодок развеселился, видя это:
     - Проголодалась?
     Ронат вздохнула и улыбнулась:
     - Я всегда ем, когда нервничаю.
     - Я не мешаю вашей милой семейной беседе, может мне тоже уйти? – спросил Бренус.
     - Нет, не мешаешь, - махнула ему вилкой Ронат. – Присоединяйся. Не подашь мне хлеб?
     Бренус медленно отодвинул стул и встал, прихватив с собой корзинку с хлебом. Он подошел к девушке и остановился за её спиной. Ронат напряглась и положила вилку. Мужчина протянул руку и поставил перед ней корзинку, вторая его рука легла на девичье плечо.
     - Пожалуйста, милая.
     - Спасибо, - ответила девушка и из вежливости потянулась за хлебом, хотя её аппетит пропал также неожиданно, как и появился.
     Но она не успела его взять, Бренус резко развернул её стул и подхватил девушку на руки. В следующую минуту она уже сидела на столе, лицом к нему, а его тело, расположилось между её раздвинутых ног. Дыхание Ронат прервалось, и в голове появилась нелепая мысль облегчения: хорошо что он не усадил её в одно из блюд с едой, стоящих на столе.
     Бренус мгновение сверлил девушку яростным взглядом, а потом наклонился и завладел её губами в обжигающем поцелуе. Ронат подняла руки и обхватила его за шею, теснее прижимая к себе. Мужчина, не прерывая поцелуя, нащупал руками горло её майки и с треском её разорвал, оголяя тело. Девушка прикусила его губу и освободилась от властного поцелуя:
     - Так у меня вообще не останется одежды, - сказала она со сладкой улыбкой на губах, а потом добавила: - Столовая не лучшее место для этого, - и попыталась слезть со стола. Но мужчина её не пустил и теснее прижал к себе, а потом посмотрел на брата. Джодок все так же спокойно сидел на стуле, но в его взгляде было все, кроме спокойствия.
     - Будешь там сидеть? - спросил Бренус.
     - Мне и отсюда все хорошо видно, - ответил тот.
     - Так ты хочешь только смотреть? – приподнял бровь Бренус. – Ну как знаешь.
     Он завел руки за спину девушки и расстегнул её бра, спуская бретельки с плеч и оголяя грудь. Ронат в стеснительном жесте прикрыла грудь, соски мгновенно затвердели от прохладного воздуха. Одно дело отдаваться страсти ночью в отдаленном домике, и совсем другое утром, в семейной столовой, в которую может заглянуть кто угодно. Но, похоже, Бренуса это ничуть не волновало, он снял её с поверхности и резко повернул лицом к брату, придавливая бедрами к краю стола. А потом ласково провел пальцами по её плечам и рукам, которые прикрывали тело. Мужчина нежно, но настойчиво отвел руки девушки от груди и сдавил соски, наклонил голову и начал целовать покатое плечо.
     Ронат возбудилась. Все ушло на второй план, кроме ласк Бренуса и глаз Джодока, что все это время с пылающим жаром не отрывались от её тела,  которое томилось в руках брата. Сидеть Джодоку стало трудно, страсть уже завладело всем телом, а когда рука Бренуса погладила живот девушки и поползла ниже, просовываясь между её лобковой костью и столом, Джодок и вовсе потерял контроль. Он прикрыл глаза, удерживаясь на грани, а когда открыл их, увидел, как Бренус, держа Ронат за шею, медленно наклоняет её над столом, укладывая грудью на белую скатерть.
     - Как там у тебя обзор, все видно? – спросил Бренус у брата, медленно расстегивая застежку на джинсах Ронат.
     Джодок сглотнул, это было очень трудно, но он удержал себя на стуле:
     - Да.
     - Джодок, иди к нам, - тихо прошептала Ронат, растеряв последние капли неуверенности и стыдливости.
     - Он не хочет девочка, ему достаточно той ледышки, что живет в его спальне, - ответил Бренус.
     При напоминании о Киннии, Ронат сразу потеряла весь запал. Джодок вздохнул:
     - И долго еще это будет стоять между нами, то, что она выбрала меня?
     - Выбрала? – переспросил Бренус. – Она трусливо укрылась за твоим великим благородством. Не будь его, и моей жены уже давно не было бы в нашем доме, - Ронат оттолкнулась руками от стола, пытаясь подняться, но Бренус уложил её обратно, придерживая за шею: - Вот настоящая женщина, живая и горячая. А ты сидишь там и делаешь вид, что тебе безразлично.
     - Тогда мы квиты, вчера ты делал вид, что тебе безразлично, - ответил Джодок.
     Ронат надоела их перебранка, она решительно оттолкнулась от стола и быстро высвободилась из объятий Бренуса. Она отошла на пару шагов и стянула на груди разорванную майку:
     - Знаешь, Бренус, это не вежливо говорить об одной женщине, когда собираешься заняться любовью с другой. И твоя вчерашняя ревность тоже не уместна, - сказала она и посмотрела на Джодока: - Как и твой скучающий вид. Мне все равно, что там между вами и Киннией, но не надо переносить это на меня. Мне хорошо с вами двумя, хоть я и не думала, что это возможно. Я открыта в своих чувствах и желания, так что будьте и вы откровенны в своих. И я не буду выбирать кого-то одного, даже если вы и ждете этого от меня. Так что мой завтрак тоже окончен, а ваш продолжается, пока вы не договоритесь и не решите, чего действительно хотите. Доброго дня, - сказала девушка, и все так же прикрывая руками обнаженную грудь, с гордо поднятой головой направилась к выходу из столовой.
     - Быть этой хорошенькой попке сегодня битой, - услышала она в спину веселый голос Бренуса.
     - Да, в четыре руки, - согласился с ним Джодок.
     Ронат ускорила шаг и выскочила за дверь.    

      ГЛАВА 10.
     - Она права, надо что-то решать, - серьезно сказал Джодок брату, когда за Ронат закрылась дверь столовой.
     - И что ты предлагаешь? – спросил тот, усаживаясь на стул.
     - Во-первых, ты должен перестать ревновать её ко мне. Ты слышал её слова, Ронат хорошо с нами двумя. Даже если бы она этого и не сказала, это и так было понятно по вчерашней ночи. Так что закроем этот вопрос раз и навсегда.
     Бренус провел рукой по волосам и признался:
     - Я опасаюсь, что она сделает выбор, и он тоже будет не в мою пользу.
     - Она не Кинния, ты сам минуту назад это говорил.
     - Да, но возможно Ронат передумает быть с двумя мужчинами и тогда станет перед выбором. А я не хочу больше, что бы мои чувства топтали.
     Джодок прикрыл глаза, чувствуя боль брата, до этого Бренус хорошо её маскировал за напускной веселостью. Но сейчас был предельно откровенен. Кинния и её не желание быть с ним, ранило Бренуса, и только сейчас Джодок понял насколько сильно. Он пожалел девушку, когда стало понятно, что Кинния не хочет объединять их в триаду, и оставил при себе, хотя по волчьим законам девушка должна была покинуть их дом и семью.  И только сейчас Джодок понял, что не стояло этого делать, он посочувствовал Киннии, а стояло сочувствовать брату, который в одночасье лишился и жены и надежды на счастье. У Джодока как будто открылись глаза – он был добр к девушке, но тем самым предал своего родного брата.
     - Прости меня, брат, - тихо попросил Джодок.
     Бренус мгновения смотрел на него, а потом слегка улыбнулся:
     - Не стоит, я не в обиде. Ты же знаешь, я сам сначала потерял разум от этой куклы, так что не виню тебя.
     Джодок грустно улыбнулся в ответ:
     - Кинния не кукла, она хорошая волчица, просто не для нас. Ей нужен один мужчина, любовь двоих ей не по силам.
     Бренус, ухмыляясь, приподнял бровь, и Джодок понял, как двусмысленно прозвучали его слова. Он улыбнулся шире и сказал:
     - Ты понял, о чем я.
     Бренус рассмеялся и кивнул. Джодок тяжело вздохнул:
     - Надо было сделать это сразу, не стояло её жалеть. Сейчас будет сложнее.
     - Возможно, а возможно и нет. Кинния уже познала все привилегии, что дает её новый статус, и возможно решить, что все привилегии не стоят того, что бы терпеть в довесок и меня.
     Джодок покачал головой:
     - Ты не справедлив к ней. Просто Кинния еще совсем юная, она не понимала, на что шла.
     - Не понимала? Что не понятного было в слове «триада»? Или «жизнь с двумя мужчинами»?
     - Не будем об этом, Бренус, а то опять поссоримся.
     - С тобой сложно ссориться, ты стараешься видеть в людях хорошее, даже когда его там нет.
     Джодок не хотел продолжать этот разговор. Бренус был прав, Кинния знала, на что шла, но практика оказалась сложнее теории. Она должна была объединить их с братом, а не отдалять друг от друга. Кинния хорошая девушка веселая, добрая и покладистая, она будет хорошей женой любому волку, но не им. Совесть Джодока была против такого решения, но возможно это лучший выход, со временем все бы стало только хуже. Он бы отдалялся от девушки, принимая сторону старшего брата, недовольство и раздраженность Киннии бы росло, а Бренус бы злился на неё с каждым днем все больше, видя, как все это мучает младшего брата. Братья чувствовали потребность в триаде, сама природа взывала к этому, а волчий закон четко обуславливал подобное: если самка не объединяла самцов в триаду, она должна была оставить их семью, что бы волки нашли ту, которая сможет их объединить. Закон был суров, но справедлив, он защищал от трагедии, которая могла случиться в семье, где росли два альфа-самца. Брат не должен идти на брата – это противоестественно и ужасно. Такого не должно быть.
     Джодок сожалел сейчас только об одном, что не внял закону раньше, думая, что сможет обойти его. Он пожалел Киннию, которая со слезами просила не выгонять её, и сделал этим для всех только хуже. Не стояло идти против того, что проверенно веками.
     - Но спешить все же не будем. Сначала найдем волка, который станет ей хорошим мужем, - сказал Джодок.
     - Да, ты прав. Хоть она мне и не нравится, все же я в ответе за её будущее.
     - Мы в ответе, - поправил его брат.
     Бренус улыбнулся:
     - Мы? Хорошо звучит. Похоже, ночь с Ронат пошла нам на пользу.
     - С ней все тоже не так просто.
     - С ночью или с девушкой? – улыбнулся Бренус.
     Джодок закатил глаза:
     - Бренус, будь серьезным, хоть немного.
     - Ладно. Но если ты хочешь поговорить о Ронат, то сейчас не подходящее время. Сейчас я могу думать только о том, что она ходит где-то по дому в разорванной майке и…
     - Бренус! Пожалуйста!
     - Что?
     - Теперь и я думаю только об этом, - улыбнулся Джодок.
     - Тогда чего мы здесь сидим: хватит думать, пойдем, найдем её и… В общем идем!

     Ронат не успела дойти до своей спальни, Кинния перехватила её на втором этаже и буквально силой затащила в свою комнату. И откуда в этой изящной девушке столько мощи? Кинния закрыла дверь и прислонилась к ней, как будто решила, что Ронат предпримет попытку к бегству. Девушки долго сверлили друг друга взглядами, пока Кинния не спросила:
     - Что с твоей одеждой?
     Ронат неопределенно пожала плечами вместо ответа.
     - Не стоило злить Бренуса, он не любит, когда его не слушают и перечат. Будь тихой и покладистой и тогда все у вас будет хорошо. Сегодня за завтраком ты вела себя глупо, надо быть хитрее.
     Ронат не сразу поняла, что эта девочка учит её жизни, учит как вести себя с мужчинами. Её? Учит Ронат? Да она сама может написать толстенную книгу под названием «1000 правил поведения для спокойной жизни с волком». Только почему-то с того момента, как попала в этот дом, нарушает их все, одно за другим. Ведет себя как несмышленый ребенок, а не как взрослая женщина, что пережила сложный брак. Просто мужчины, которых она оставила в столовой, и сами не следовали не одному волчьему правилу. Братья сильно отличались от всех самцов, которых она знала, и кардинально отличались от её первого мужа. Так что её «1000 правил…» можно выкинуть на помойку. С Бренусом и Джодоком ей вообще не хотелось следовать каким бы то ни было правилам и уловкам. Девушке хотелось делать так, как велят ей чувства и эмоции, которые в ней вызывали братья, и она, собственно говоря, так и делала. И сейчас эти самые эмоции велели послать Киннию и все её советы куда подальше и уйти в свою комнату, где можно все обдумать в одиночестве.
     Но Кинния стояла у двери как страж, загораживая выход, и тем самым мешая её планам. Ронат не была склонна проявлять насилие в решении своих проблем, и поэтому не стала оттаскивать девушку от двери за волосы, а просто кивнула:
     - Да, конечно. Я буду стараться.
     - И тебе надо одеваться для Бренуса как-то иначе. Более женственно, что ли. Если у тебя нет подходящих вещей, я помогу, можем вместе съездить в магазин и купить что-нибудь.
     Ронат решила, что Кинния хочет сделать из нее гламурную красотку, наподобие себя. Эта мысль рассмешила девушку: как мило будет смотреться открытое кружевное платье с её шрамом.
     - Спасибо, я подумаю над твоим предложением, - сказала Ронат и мысленно добавила:  - «Только отойди от двери и выпусти меня».
     - И еще, - продолжила Кинния: - Ты уже все знаешь, у них иногда появляется извращенная потребность делить женщину. Но не переживай на этот счет, это бывает не часто и всегда по инициативе Бренуса. Но думаю, получив тебя, он успокоиться и перестанет этого хотеть. Так что Бренус твой, а Джодок мой, - добавила Кинния серьезно: - Все по-честному.
     Ронат не понравились слова девушки об «извращении», она хотела обоих братьев и не чувствовала себя извращенной. И откуда в ней это? Раньше Ронат и помыслить о таком не могла. А сейчас… Но Кинния права, должна быть справедливость: две женщины и два мужчины – простая арифметика, хоть и ужасно не хочется это признавать. Наконец, «страж» решил, что сказал все и, сжалившись над «пленной», отошел от двери. Ронат не стала терять свой шанс и ринулась к выходу, пока Кинния не придумала, в чем еще хочет её поучать. Она быстро поднялась в свою спальню и переодела разорванную майку.
      Сквозь окошко пробивались солнечные лучи, и сидеть дома в такую погоду было просто преступно – решила Ронат. Да и её голове не мешало проветриться на воздухе, а то слишком много мыслей и переживаний за последнее время. Ронат выглянула в окно: до земли далековато, но если обернуться в волка прямо в комнате, то это не большая высота. Девушка могла спуститься по лестнице, но не хотела опять попасть в «плен» к Киннии или к кому похуже, кто обещал расправу в четыре руки. И даже перспектива встречи с миролюбивым волком, который мог стать нежеланным «гидом», не радовала. Сейчас ей хотелось побыть одной. Она отодвинула шторы и распахнула окно настежь. Ронат сняла одежду и аккуратно сложила на кровати, чтобы не порвать при обращении. Девушка уже присела на корточки, чтобы принять волчье тело, как звук открывающейся двери, отвлек её. Ронат резко повернула голову в сторону и наткнулась на удивленный взгляд Джодока, и тут же услышала Бренуса, который говорил с легкой усмешкой:
     - Я надеялся, что ты все еще разгуливаешь без майки, но ты превзошла все мои ожидания. Ты сняла все.
     Девушка смущенно опустила глаза и быстро встала, в поисках, чем прикрыть наготу. Она рванула к кровати за покрывалом, но была перехвачена Джодоком на подходе. Мужские руки обвились вокруг нее, заключая в нежный кокон. Джодок потерся носом о её шею, улавливая аромат легкого адреналина, и спросил:
     - Ты что, хотела обернуться в волчицу?
     Бренус весело хмыкнул:
     - Здесь, в спальне? Хотела отомстить мне и погрызть мои домашние туфли? Вот нехороший волчонок.
     От его шуточного предположения девушка нахмурилась и вывернулась из объятий Джодока. Она все же укрылась покрывалом и хмуро посмотрела на Бренуса. Улыбка на  мужском лице стала шире и он заметил:
     - Так я угадал? Тем более, есть за что тебя отшлепать по хорошенькой попке.
     Шторы на распахнутом окне подхватил летний ветер, и они с шумом начали колыхаться. Джодок медленно перевел взгляд на окно и нахмурился:
     - Зачем ты распахнула окно настежь?
     Ронат не ответила и только сильнее сжала края покрывала на груди. Бренус быстро глянул на окно, а потом перевел яростный взгляд на девушку, спрашивая о своей догадке:
     - Ты что хотела обернуться в волка и выпрыгнуть в окно? Третий этаж!
     Ронат неопределенно пожала плечами, мол «что такого». Это еще больше разозлила Бренуса. Он шагнул к ней, в ярости сжимая кулаки:
     -  Совсем с ума сошла! Ты могла покалечиться!
     - Ничего бы со мной не случилось. Там не высоко, - наконец, сказала в свою защиту Ронат, отходя подальше от разъяренного мужчины.
     Джодок удержал брата, что наступал на девушку:
     - Ронат, это не безопасно.
     - Не безопасно?! – разошелся Бренус. – Она могла свернуть себе шею!
     - Не драматизируй, - раздраженно буркнула девушка. – Я же не стеклянная. Я оборотень, если ты не забыл.
     Бренус полыхнул взглядом, и Ронат поняла, что, наверное, перегнула палку.
     - Я не забыл, - сказал он, чеканя каждое слово. – А вот ты, кажется, забыла.
     Девушка не поняла, что он имел в виду, но Джодок ей пояснил:
     - Ронат, ты женщина, самка. Ты должна себя беречь. Ты наша жена.
     Девушка не смогла сдержать колких слов:
     - У вас их две, так что не страшно.
     Вот теперь она и правда зашла слишком далеко. Джодок в ярости сузил глаза, и стал очень похож на старшего брата, что стоял рядом. Ронат запоздало подумала, что это было не целесообразно злить двух взрослых самцов, находясь с ними в замкнутом пространстве. Она не беспокоилась за свою жизнь и здоровье, почему-то была уверена, что они не причинят её боль. Но вот её нагое тело, что скрывалась под тонким покрывалом, беспокоило её. И даже слишком. Девушка нервно сглотнула, а потом через силу улыбнулась, стараясь сгладить сказанное:
     - Шутка.
     Её слово стало командой к действию. Бренус бросился к ней, и Ронат запоздало вскрикнула, метнувшись в сторону от его рук. Стараясь избежать захвата, она наступила на конец покрывала, и неуклюже взмахнула руками, пытаясь сохранить равновесие. От падения её спасли сильные руки Бренуса, он прижал девушку к себе:
     - Не стеклянная, говоришь? Сейчас и проверим, - тихо прорычал он.
     Остальное произошло слишком быстро, и Ронат даже не поняла, как оказалась на коленях у Бренуса, с задранной к верху обнаженной попкой. Мужская ладонь опустилась на её ягодицу, и девушка вскрикнула от возмущения:
     - Отпусти меня! Сейчас же!
     Ответом ей был второй удар. Она взвилась, стараясь встать, но мужчина быстро вернул её обратно, и хлопнул в третий раз. Звук громкого шлепка разнесся по всей комнате, отражаясь от стен. Ронат зажмурилась от стыда, весь дом может слышать это, и знать о её позоре. Ягодицы начали гореть. Но больше горели её щеки, заливаясь стыдливым румянцем. После четвертого несильного хлопка она буркнула:
     - Отпусти меня! Я уже не маленькая!
     - А ведешь себя именно так, - услышала она голос Джодока.
     - И ты, Брут? – обвинила девушка.
     Джодок усмехнулся:
     - И я.
     Ронат, опять попыталась вывернуться, но снова безрезультатно. Тогда она смирилась и расслабилась на коленях у Бренуса, примеряясь с неизбежным, и начала строить в мыслях планы о мести. Хлопки прекратились, и рука на её ягодицах стала поглаживающей, но Бренус все также её не отпускал:
     - Пообещай, что больше никогда не станешь такого делать.
     - А я и не успела ничего сделать, - буркнула девушка. – Так что и обещать ничего не стану!
     И снова ощутила хлопок, на этот раз сильнее:
     - Ронат!
     - Бренус! – повторила она его интонацию.
     Мгновение он молчал, а потом наклонился и несильно укусил девушку за ягодицу. Ронат от неожиданности снова вскрикнула, а мужчина рассмеялся:
     - Не могу на тебя долго злиться.
     - Зато я могу! - ответила та. – Не прощу тебе того, что ты меня шлепал, как маленькую! А тебе, Джодок, что позволил ему это!
     - Тогда, мы постараемся заслужить твое прощение, - улыбнулся Бренус, и его рука скользнула в развилку её бедер.
     Ронат сжала ноги, намереваясь не пустить его туда. Мужчина усмехнулся:
     - Даже так? Да? Ну что же, значит, это будет особенно интересно.
     Он быстро перевернул девушку на спину и навис над ней, заглядывая в глаза:
     - Хочешь поиграть?
     - Нет! Хочу, чтобы ты меня отпустил!
     - Ну, уж нет, маленький разбойник. Ты сама бросила нам вызов, так что теперь не удастся пойти на попятную. Джодок, подержи-ка нашу смутьянку, я сейчас.
     Мужчины поменялись местами, и теперь уже Джодок нависал над ней, удерживая. Младший брат всегда казался Ронат более разумным, и она попыталась с ним договориться:
     - Отпусти меня, Джодок. Пожалуйста.
     Мужчина нежно улыбнулся:
     - Нет, милая. Бренус прав, не время идти на попятную, - он наклонился и прикусил мочку её уха, а потом серьезно спросил: - Ты ведь на самом деле не думаешь так, как сказала в порыве чувств?
     Ронат вспомнила свои слова о том, что у них две жены и прикрыла глаза. Она не знала, что ему ответить. Джодок понял это:
     - Это плохие мысли. Гони их. Ты нужна нам. Нужна мне и Бреносу. Ты очень важна для нас.
     Девушка не успела ответить, Бренус уже вернулся:
     - Игра началась, - сказал он, а в его глазах зажглись такие чертики, что Ронат усомнилась, что ей понравиться эта игра.

     ГЛАВА 11.
     Через пару минут она уже точно знала, что ей определенно не нравится.
     Бренус с помощью Джодока привязал сопротивляющуюся девушку к кровати, своими шелковыми галстуками, которые принес из гардероба. Её руки он соединил над головой, а ноги широко развел в стороны. Теперь она была обездвижена и полностью раскрыта для их страстных взглядов и ласковых рук. Закончив работу, мужчины встали у кровати, с довольными улыбками рассматривая дело своих рук:
     - Очень красиво, - сказал Бренус.
     - Да, мне нравится, - подтвердил Джодок.
     - А мне нет! Сейчас же развяжите меня!
     - Может еще и ротик завязать? – предложил Джодок.
     - Нет, - хищно улыбнулся Бренус. – Ротик оставим так, он нам еще пригодится.
     Ронат нервно прикусила губу от обещания, что светилось в его глазах. Она поняла, что требовать освобождения бесполезно и поменяла стратегию. Девушка  сладко улыбнулась:
     - Я все поняла и осознала. Пожалуйста, развяжите меня.
     Улыбка Джодока стала такой же хищной как у брата:
     - Ну, ты и плутовка. Ты видишь, Бренус, она хочет нас обмануть.
     - Мне трудно видеть что-то еще, когда перед глазами такое красивое тело, - он медленно прошелся по обнаженной женской коже взглядом и заглянул Ронат в глаза: - Обмануть, значит?
     Девушка загорелась под ласкающим взглядом, и уже не знала, чего хочет больше: что бы мужчины её развязали, или что бы продолжили свою страстную игру. Она утонула  в темных глазах и непроизвольно качнула бедрами. Мужчины не стали терять время, принимая приглашение женского тела. Джодок накрыл её шею своими губами и начал нежно целовать и прикусывать кожу. Руки и губы Бренуса Ронат ощутила на пальчиках своих ног, он начал медленно ласкать ногу, поднимаясь выше. Их ласки были до невозможного медленными, и девушка прикусила губу, чтобы не просить их ускориться. Она медленно подходила к черте, вместе с тем, как их прикосновения смещались к её груди и женственности. Бренус накрыл губами её клитор, а Джодок каменный сосок, и тело Ронат сразу свела легкая судорога оргазма. Мужчины, казалось и не обратили на это внимания, они продолжили её ласкать. Через пару минут оргазм повторился и усилился, и Ронат взмолилась:
     - Пожалуйста!
     Джодок неспешно оторвал губы от её соска, который секунду назад втягивал в рот, и спросил:
     - О чем ты просишь?
     - Мне нужна передышка, - прошептала девушка.
     Бренус тоже оторвал свои губы и улыбнулся:
     - Значит, мы прощены?
     Ронат улыбнулась в ответ:
     - В данную минуту да.
     Бренус рассмеялся и лег рядом:
     - Хитришь?
     Девушка закусила губу и чуть потянула за путы, что удерживали  её руки:
     - Развяжите. Хочу вас коснуться.
     Джодок лег с другой стороны и погладил её запястья:
     - Ну что, Бренус, поверим? Или это очередной хитрый манёвр?
     - Я, пока, не наблюдаю в этих красивых глазах полного раскаяния. Думаю еще не время освобождать нашего пленника.
     Рона возмущенно посмотрела на него:
     - Бренус!
     - Ронат! – повторил он, и оба улыбнулись.
     Джодок придвинулся к девушке и опустил свою руку на её женственность. Она резко повернула к нему голову:
     - Джодок, нет!
     Тот хитро улыбнулся:
     - Ронат, да!
     Их игра продолжилась.
     Через некоторое время, Ронат опять взмолилась, но вместо того, чтобы остановиться, мужчины быстро разделись. При виде их возбуждения, оргазм девушки усилился. Она прикрыла глаза, и через секунду ощутила, как член Джодока проникает в её лоно. Ронат облизнула губы и приоткрыла их, чтобы всосать в рот возбужденность Бренуса. Они снова были едины в движениях и страсти. И снова вместе придвинулись к обрыву, прыжок с которого подарил сильное наслаждение.
     Они медленно приходили в себя, обессиленные и счастливые.
     - Вы прощены, - сказала девушка.
     Бренус нежно рассмеялся и погладил её грудь:
     - Вот и отлично.
     - Только это вовсе не значит, что мы тебя развяжем, - улыбнулся Джодок.
     - Джодок! – продолжила Ронат их недавнюю игру.
     - Ронат! – смеясь, отозвался тот.

     Ронат бесшумно ступала по паркету. Сейчас, в предрассветные часы, ей хотелось побыть одной. Подумать. А лучше всего это делается на свежем воздухе в волчьем теле. Поэтому она тихо выскользнула из спальни, не разбудив мужчин, что после ночи любви крепко спали. Девушка вышла на улицу и ускорилась. У сарая, где хранил инвентарь садовник, Ронат воровато осмотрелась и быстро разделась. Она присела на корточки и обернулась в волчицу, ощутив легкое покалывание, что всегда сопровождало её превращение. Через секунду светло-серая волчица уже бежала по прохладной земле, чуть приминая цветы, что росли на клумбах. А в следующую, её пушистый хвост скрылся в молодой листве кустарников – лес принял Ронат в свои нежные объятия.
     Все волчьи чувства обострились. Вековые  раскидистые деревья, молодой заросший кустарник, сочная трава, прошлогодние пожухлые листья, все имело свой, еще не совсем знакомый запах, запах с ароматами её новой стаи. Возле этих высоких елей ночью резвился молодняк, со свойственным ему пылом и нетерпением. Дальше терпкий запах крови, что остался от битвы двух самцов, должно быть просто тренировки, потому что крови было не много. У широкого ручья, который Ронат с легкостью перепрыгнула, с травы поднимался легкий аромат молодой волчицы, что, наверное, еще до рассвета качалась в прохладной росе. А чуть дальше, на небольшой поляне укрытой от посторонних глаз высокими зарослями орешника, чувствовался сладкий запах секса, им были пропитаны и трава, и листва и даже воздух.
     Ронат легко бежала вперед, не боясь заблудиться в малознакомой местности, с детства она хорошо ориентировалась. С востока всегда пахнет молодым солнцем и испарившейся росой, с севера –  мхом, сырой изморозью и снегом; с юга – жарким теплым песком и экзотическими цветами, с запада доносится аромат морского бриза и уходящего дня.
     А теперь ко всем прочим ароматом, примешался еще и новый аромат, запах её мужчин, терпкий и ели уловимый, что доносится со стороны дома. Аромат был еще не совсем привычным, но таким родным, что щемило сердце. Ронат никогда не чувствовала такого, ни когда была маленькой и жила с семьей, ни когда стала женой Агро. Она помнила радостные моменты из детства, когда её маленький волчий носик узнавал о приближении родителей, которые дарили ласку и защиту, они рано умерли, но приятные воспоминания остались с ней навсегда. Она помнила счастливые моменты юности, когда весело резвилась с другими самками, и все оживало вокруг, а в груди появлялся приятный трепет, когда ветер доносил до них запахи молодых волков. Ронат так же помнила тот радостный адреналин, когда войдя в период зрелости, начала чувствовать интерес со стороны взрослых самцом, а один вызывал в ней особое удовольствие. Агро был сильным и красивым, и его настойчивый интерес пробуждал в девушке счастливый восторг и чувство гордости. Смотрите мол, этот видный волк обратил на меня внимание, на обычную сироту без связей и родословной, он увлечен мною, потому что влюбился по уши. Только много позже Ронат поняла, как трудно быть волчицей-сиротой в браке с самовлюбленным самцом.
     В её недолгой жизни было много радостных моментов, много приятных эмоций и чувств. Но никогда не было такого. Это щемящее чувство, что вызывал аромат Джодока и Бренуса, дарило радость и тревогу одновременно. Их запах  успокаивал и волновал, безмерно манил, но и рождал неуверенность, он будоражил, усмирял, радовал и печалил. Запах нес в себе возбужденный экстаз, счастье и жизнь, во всей полноте своих проявлений. Он и был самой жизнью. Жизнью, которой был наполнен воздух вокруг. Жизнью, которая заставляла её тело бежать вперед. Жизнью, что поселилась в ритме её сердца. Сердце волчицы все также стучало, лапы несли вперед, а легкие продолжали глотать лесной воздух – она дышала как и раньше, но никогда не чувствовала себя настолько живой.
     Живой и счастливой.  
     Но внезапная мысль заставила тело остановиться – Ронат затормозила, упираясь передними лапами в твердую землю.
     «Так что Бренус твой, а Джодок мой. Все по-честному», - вчерашние слова Киннии прожгли грудь огнем. Ронат почувствовала, как они разорвали тело пополам, разрушая её счастья, останавливая жизнь, что мгновение назад бурлила в ней. Самка оскалилась, готовясь к яростной атаке, отстаивая свое право на счастье, но оскал тут же сошел с волчьей морды, как и внутренний запал, что родил его. О чем она думает? Хочет биться с Киннией что бы заполучить сразу двух мужчин? Убить соперницу? Нет! Это скверные мысли, от которых надо срочно избавиться. Долгие годы она сама смотрела на то, как все решается силой, силой и кровью, что лилась, не останавливаясь из врагов и жертв Агро. Врагам везло больше, они хотя бы могли обороняться, отстаивая свою честь. Жертвам не везло совсем - их уделом было унижение и боль. Она сама вкусила этот горький коктейль, и никому не желала его испробовать. И неважно кем станет для неё Кинния врагом или жертвой, Ронат не станет уподобляться своему первому мужу, решая все силой.
     Волчица легла на мягкую траву и опустила голову на лапы. Как недолговечны мечты. Еще недавно она мечтала, что бы её все оставили в покое, в особенности её первый муж; потом мечтала быть незаметной второй женой в доме незнакомого волка; затем, что бы Джодок и Бренус не таили в своих сердцах жестокости, что жила в сердце Агро. И вот теперь мечтает о том, как было бы хорошо заполучить сразу двоих мужчин, избавляясь от их первой жены. Но Кинния права «Все по-честному». Ронат не будет мечтать о несбыточном, а насладится реальностью, в которой она не ведает боли и страха, не знает унижения и обиды, не боится говорить, что думает и делать что хочется. Она больше не опасается смеяться и шутить, быть беззаботной и кокетливой, ей больше не нужно подавлять свои эмоции и чувства, скрывать мысли.
     Все кроме одной: желания быть любимой и любить сразу двух мужчин.

     ГЛАВА 12.
     От горьких раздумий девушку отвлек чужой запах, незнакомый самец приближался с севера. Волчица встала на лапы, готовясь к встрече с нежданным гостем, навострила уши и повела носом, определяя возраст и силу самца. Через несколько мгновений запах стал сильнее и от этого знакомым, Ронат узнала этого волка – Гран, кажется, так сказала Кинния. Это тот неразговорчивый друг Джодока, что вел машину, когда они ехали с Охоты. Ронат чуть расслабилась, но не до конца, никогда не знаешь что на уме у волка.
     Самец выскочил прямо на неё из-за зарослей кустарника. Большой и сильный сизо-черный волк, он возвышался над ней на две головы. Ронат чуть подалась назад, признавая его превосходство, это не укрылось от самца, и он так же сделал шаг назад, показывая, что не намерен нападать. Девушка еще немного постояла на месте, лучше разглядывая волка и привыкая к его запаху, а потом повела головой в сторону дома, показывая, что собирается уходить. Волк понял её жест и слегка кивнул, поощряя. Ронат медленно повернулась и легкой трусцой побежала назад, самец увязался следом, она чувствовала его запах, хотя он и держался позади. Девушка не стала возражать такому сопровождению, она и так уже собиралась домой.
     Неожиданно до волчицы донесся неприятный и очень опасный запах, но она не успела затормозить и выскочила к большому дереву, в корнях которого рыл землю огромный дикий кабан. Ронат затормозила, но было поздно, животное почуяло её и резко повернуло голову, мгновенно определяя в волчице опасность. Кабан издал резкий высокий рев и повернулся, готовясь атаковать. Волчица оскалилась, не в ее правилах было спасаться бегством.
     Но тут что-то врезалось в неё с боку и Ронат, пролетев пару метров, упала на землю. Она быстро подняла голову, и оскалилась уже на черного волка, что занял её место, готовясь принять бой с кабаном.
     Мужчины!!!
     Самка поднялась и, не обращая внимания на грозный предупреждающий рык волка, крадучись направилась к кабану. Это её бой! Кабан, кажется, растерялся, он быстро переводил взгляд с одного хищника на другого, резко мотая головой и решая на кого напасть, а кому подставить спину. Самец был крупнее, но самки всегда опаснее, так что выбор был не велик.
     Ронат уже приготовилась к прыжку, приседая на задние лапы, когда её острый взгляд заметил какое-то движение в листве у дерева, а потом и не громкие, но от этого не менее неприятные звуки. Маленькие коричневые поросята копошились в листве, даже не подозревая про драму, что сейчас разыграется.  Девушка растерялась и остановилась, а мгновение спустя прыгнула, только не на кабана, а на волка. Самец никак не ожидал такого и поэтому пропустил нежданное нападение. Волчица не сильно вцепилась в его шкуру повыше загривка и потянула за собой. Они кубарем полетели по траве. Самка продолжала несильно кусать, еще больше зля волка, а тот, надо отдать ему должное, ни разу не укусил её, только грозно рычал и клацал зубами, задевая разве что её шерсть. Ронат добилась своего, нападение оттеснила их от животного и его детенышей, и вскоре кабан и вовсе потерял из виду клубок из волчих тел. Похоже, он не стал терять времени, и Ронат в перерывах между нападениями, услышала кабаний визг, что удалялся на север. Девушка разжала зубы и отскочила от самца, заканчивая бой.
     Волк был взбешен, она видела это по его глазам, что горели яростью схватки. Ронат медленно легла на землю, а потом повернула шею на бок, признавая свое поражение, один верный захват острых клыков и она мертва. Гран прыгнул на неё, вцепляясь в шею, но его острые зубы едва коснулись кожи и отпустили. Условность была соблюдена: она приняла поражение, он одержал победу. Волк отошел от самки и помотал головой, как будто стряхивая с себя бой и его напряжение. Ронат медленно поднялась и заглянула самцу в глаза, она хотела знать, понял ли он причину её нападения.
     Глаза Грана больше не светились яростью, в них Ронат прочитала понимание её поступка, и девушке стало легче. Она повела головой в благодарном кивке и медленно продолжила путь домой, волк последовал за ней.
     Вскоре они выбежали к лужайке у особняка и потрусили к дому.
     Подбегая к крыльцу, Ронат чуть притормозила, переходя на шаг, на ступени вышел Бренус, а за ним в дверях показался Джодок.
     - Несанкционированная утренняя прогулка? – неспешно протянул Бренус, но его поза говорила о том, что он не доволен.
     Ронат медленно поднялась на крыльцо, но он перегородил вход в дом и посмотрел на Грана:
     - И где ты её встретил? Каталась по пыльной земле? – иронично спросил Бренус, замечая их потрепанный вид.
     - Это было так весело, что ты решил присоединиться? -  спросил вслед за братом Джодок.
     Ронат с тревогой оглянулась на Грана, мужчины могли подумать что-нибудь плохое про них. Но волк не волновался, только зевнул в ответ на расспросы и медленно пошел от дома. Ронат снова посмотрела на мужчин и попыталась пройти мимо Бренуса. Он её пустил, но когда она уже сунула нос в дом, неспешно погладил по спине, зарываясь пальцами в шерсть. Его тихий шепот был очень возбуждающим:
     - Доброе утро, девочка. Я расстроился, проснувшись и не найдя тебя в постели. Ты лишила меня утреннего сладкого секса.
     Если бы в волчьем обличи Ронат умела краснеть, её шерсть бы приобрела розовый отлив. Она протиснулась мимо Бренуса, но задела ногу Джодока, который тоже нежно погладил её по голове.
     - Можешь не спешить, милая, как бы быстро ты не умела перепрыгивать через ступеньки, не надейся, мы не опоздаем к твоему обращению.
     Ронат чуть понежилась его ласке и медленно пошла к лестнице. Она не стала даже пробовать их обогнать, а неспешно стала подниматься наверх, чуть покачивая пушистым хвостом.
     Это волчье кокетство не укрылось от мужчин. Они и так были на взводе: проснувшись, братья не нашли девушку в постели, её не оказалось в душе и гардеробе. Ронат не было в доме. Это мужчинам не понравилось, не то что бы Ронат была пленницей и ей не разрешалось гулять в одиночку, но девушка еще плохо знала лес, да и была им нужна утром. Очень нужна! Тогда они спустились вниз, что бы тоже обернуться и побежать на её поиски, но не пришлось. Из леса показалась их жена в сопровождении их друга, и вид у обоих был потрепанный. Братья дружили с Граном с детства и не сомневались в его порядочности, он бы никогда не опозорил себя, связавшись с чужой женщиной. Но что-то произошло между ними в лесу, и это не нравилось не Бреносу не Джодоку. Но ничего, эта нахалка, что так бессовестно вертит своим пушистым серым хвостиком перед их носами, все расскажет, как только они поднимутся в спальню. Хотя никогда лестница их дома не казалась такой длинной, как кажется сейчас в преддверии сладкого секса!
     Девушка неспешно толкнула лапой дверь спальни, но та не поддалась, но через секунду медленно открылась перед ней, а Джодок с легким поклоном произнес:
     - Входите, мадам.
     Ронат вошла в спальню и сразу направилась в ванную комнату, она всегда омывалась после обращения, тем более что ее шерсть была в пыли после схватки. Мужчины даже не подумали оставить её одну и вскоре все они стояли в ванной комнате. Ронат повернулась спиной и присела на задние лапы – мгновение и с пола уже вставала обнаженная девушка, медленно разминая мышцы.
     - Что было в лесу? – сразу начал свой допрос Бренус.
     Ронат посмотрела в зеркало и поправила волосы:
     - Деревья, кусты, бабочки, цветочки кое-где, - она глянула на мужчину через зеркало, проверяя его настроение на её шутку. – Лето же как-никак.
     Бренус, кажется, не заметил ответа, он рассматривал её тело. Джодок тоже лениво ласкал её взглядом.
     - Что произошло у вас с Граном? – спросил Бренус.
     - Ничего. Мы встретились в лесу и вместе вернулись домой.
     - На тебе земляная пыль, а в волосах сухие листья, - наконец, оторвался Бренус от созерцания её спины, а точнее того что было ниже спины. – Ты качалась в траве?
     Ронат поймала его взгляд в зеркале и спросила:
     - А что, это под запретом в вашем лесу?
     Бренус сузил глаза и шагнул к ней:
     - Ты снова дерзишь.
     - А ты допрашиваешь, - повторила она за ним яростным шепот.
     Бренус ухватил девушку за руку и развернул к себе:
     - Я просто спрашиваю. Я волновался.
     - Я же здесь, и ничего со мной не стало. И «друга» у моего уродства не появилась, - сказала девушка и специально повернулась к нему стороной лица, на которой был шрам, намекая на него.
     Бренус сильнее сжал её плечо:
     - Не смей больше никогда говорить это слово!
     - Какое слово? – спросила Ронат, вздергивая подбородок вверх.
     Мужчина долго смотрел в её глаза, пытаясь найти там ответ на только ему известный вопрос, а потом поднял руку и провел пальцами по шраму:
     - Ты красива.
     Ронат отшатнулась и от его руки и от его слов.
     - Мне не нужна жалость! Я уже говорила это!
     - Если ваш спор закончится так же, как закончился предыдущий, я не против, - протянул, молчавший до этого Джодок и подошел к ним. – Только давайте его уже заканчивать. Я потру тебе спинку, милая, она тоже испачкалась.
     - Я в состоянии помыться сама.
     - Ну, уж нет, - протянул Джодок. – Если хочешь ссориться с Бренусом, твое дело, а на меня рычать не надо, - он медленно погладил её плечо. – Пойдем в душ или хочешь принять ванну?
     Ронат хмуро на него посмотрела и ответила:
     - Я бы с удовольствием, но Бренус вцепился в меня словно сторожевой пес! - сказала девушка и дернула руку, которую продолжал удерживать мужчина.
     Бренус яростно зарычал, а Джодок заметил:
     - Твой язычок до добра тебя не доведет. Ты нечему не учишься.
     Бренус резко потянул девушку на себя и быстро завладел её губами, терзая и подчиняя. Ронат попыталась вырваться, но он сильнее сжал её в объятиях и углубил поцелуй. Тогда девушка начала яростно мотать головой, и мужчина  обхватил её за талию и оторвал от пола.
     - Поставь меня!
     - Перестань вырываться!
     - Отпусти меня!
     - Да перестань же ты, Ронат. Успокойся!
     Но в девушке, казалось, что-то «сломалось», она начала вырываться еще сильнее, с криками «Пусти!». Бренус быстро вынес её из ванной комнаты и положил на кровать, что бы она ненароком ничего себе не сломала. Получив свободу, Ронат мгновенно отскочила в дальний угол кровати и прижала к груди колени. Растерянные мужчины взволнованно смотрели на неё. Девушка резко отвернула от них голову и прикусила губу:
     - Пожалуйста, уйдите.
     - Что не так, скажи? – спросил Джодок.
     - Просто уйдите!
     Братья переглянулись, и Бренус шагнул к кровати:
     - Что произошло этим утром?
     Ронат зажмурилась. Все это началось гораздо раньше. Девушке с самого начало, не нужно было забывать, кто она, где, и что ждет её в будущем. Не стоило жить в мечтах, забывая о реальности! Ронат пронзила Бренуса взглядом, в котором уже стояли слезы:
     - Я не нуждаюсь в твоей жалости! Я не красива, и знаю это!
     - Ронат ты…
     - Просто уйди! – перебила она и отвернула лицо, скрывая слезы, что потекли по щекам. – Пожалуйста, оставьте меня!
     Но они не послушали и через минуту, после яростного сопротивления Ронат рыдала в объятиях Бренуса, а Джодок нежно гладил её по голове.

     ГЛАВА 13.
     - Ну, я и размазня, - протянул Ронат, наконец, успокаиваясь. – Только и делаю, что плачу сутки напролет.
     - Если ты будешь делать это в наших объятьях, мы не против, - улыбнулся Джодок.
     - Да, Джодоку не привыкать, в его руках вечно кто-то плачет, - хмыкнул Бренус.
     Брат недовольно посмотрел на Бренуса, но промолчал. Но Ронат поняла намек и напряглась, вспоминая вчерашний разговор с Киннией:
     - Тебе, наверное, надо идти, Джодок? Ты и так провел здесь ночь.
     Мужчина посмотрел на девушку и в недоумении приподнял бровь:
     - Прогоняешь?
     Ронат смутилась:
     - Нет, просто…
     Она замолчала, подбирая слова.
     - Просто что? – тихо спросил Джодок.
     - Просто Кинния права: каждому по одной жене … и по одному мужу. Так честно.
     Мужчины напряглись, и это не укрылось от девушки.
      - Без Киннии, конечно, не обошлось, - недовольно протянул Бренус.
     Ронат подняла глаза и заглянула в лицо Джодока, оно было суровым, муж, не мигая, смотрел на неё:
     - Значит честно?
     - Да, - тихо протянула она.
     - А вчера говорила, что не будешь выбирать, - заметил Бренус, его настроение тоже оставляло желать лучшего.
     Ронат растерялась:
     - Я не выбираю, просто так правильно
     - Ты этого хочешь? – серьезно спросил Бренус.
     - Я… Это правильно.
     Бренус резко развернул девушку к себе:
     - Я не спрашивал, правильно это или нет. Я спросил, чего хочешь ты.
     Ронат опустила глаза:
     - Какая разница, чего я хочу. В жизни не все так, как мы хотим.
     - Ты не ответила, – настаивал Джодок.
     Ронат рвалась на части: она знала, чего хочет, но её желание было эгоистичным, совесть не позволяла его озвучить. Она молчала.
     - Все бы отдал, чтобы сейчас читать твои мысли, - сказал Бренус.
     Джодок обхватил ладонями лицо Ронат и заглянул ей в глаза:
     - Скажи, чего хочешь ты. Прошу, будь честной и с нами и с собой.
     Девушка не могла оторвать взгляда от мужских глаз, что были наполнены и нежностью, и тревогой, и ожиданием её ответа. Она не могла врать, глядя в них:
     - Я хочу быть с вами. Вами двоими. Но это не правильно, ведь есть Кинния и…
     Джодок не дал ей договорить, его губы смяли её в поцелуе. Он услышал, что хотел, больше ему и не требовалось. Ронат подумала, что должна воспротивиться его ласке, оттолкнуть, закончить их разговор, но утонула в страсти, что дарили мужские губы. Она обязательно поговорит с ними, все объяснит и отправит Джодока к Киннии, но позже, не сейчас. Сейчас она примет все, что дарят горячие губы Джодока и настойчивые руки Бренуса, которые нежно мяли её грудь. Ронат приглушенно застонала, когда его смелые пальцы двинулись вниз, поглаживая мягкий живот, и скрываясь в складках её женственности. Джодок несильно прикусил девичью губу и углубил поцелуй, а Бренус тем временем настойчиво продолжал нежное вторжение. Вскоре Ронат почувствовала, что подступает к страстной черте и нетерпеливо заерзала в мужских руках. Бренус придвинулся еще плотнее к её спине и прошептал на самое ухо:
      - Да, вот так. Давай. Не сдерживай себя.
     Ронат послушала его, и её тело начало бить на волнах оргазма. Она попыталась оттолкнуть Джодока, чтобы получить больше пространства для себя, но  мужские объятия стали только крепче. Братья не давали ей отстраниться, и от этого её освобождение стало еще яростнее. Страстные волны набегали на женское тело одна за другой, и каждая становилась все острее и сильнее. В какой-то момент Ронат подумала, что не выдержит их неистовства, что её тело просто разлетится на куски, или утонет в жарком пламени. Ей не хватала воздуха, и она стала задыхаться, крепче цепляясь за Джодока руками. Мужчина, наконец, немного отстранился и взглянул в лицо свое жены. Она была такой красивой сейчас, в момент наивысшего наслаждения, такой ранимо-открытой и такой родной. У него защемило в груди от нежности и любви к ней:
     - Никому тебя не отдадим, - пообещал он и взглянул на брата.
     - Никому и не чему, - вторил ему Бренус.
     Их слова стали клятвой, которой Ронат поверила безоговорочно. Она закусила губу, продолжая сдерживать крики, и последняя самая яркая вспышка пронзила её тело.
     Девушка медленно приходила в себя, ощущая на теле нежные мужские руки, которые вырисовывали узоры на животе и груди. Ронат открыла глаза и наткнулась на ленивый взгляд Бренуса:
     - Ты боялась потревожить домочадцев, поэтому мы не услышали от тебя ни звука?
     Девушка сразу покраснела и ответила:
     - Не хотела их пугать.
     - Наша стеснительная Ронат, - улыбнулся Джодок и провел кончиками пальцев по девичьим губам.
     Девушка медленно втянула его палец в рот и немного прикусила зубами. Улыбка сошла с лица Джодока и он тяжело задышал.
     - Стеснительная? – переспросил Бренус, нависая над девушкой. – Ты уверен в этом, брат?
     - Я уже ни в чем не уверен, если дело касается Ронат.
     Девушка чуть улыбнулась и положила руку на грудь Бренуса, а потом немного толкнула, отстраняя от себя. Мужчина сел на колени, и Ронат придвинулась к нему, нежно целуя в губы. Её пальцы подцепили низ майки, что была на мужчине, и стянули через голову. Маленькие ладошки прижались к горячей коже, нежно исследуя мужскую грудь. Ронат медленно оторвала взгляд от Бренуса и повернула голову к Джодоку, что сидел рядом. Она подняла руку и, схватив в кулак его майку, притянула мужчину ближе. Девичьи губы накрыли мужские, а руки быстро стянули майку и с Джодока. Ронат прервала поцелуй и снова посмотрела на Бренуса, она прижала руки к горячей коже двух её мужчин и ощутила, как быстро бьются их сердца. Братья не шевелились, казалось, они боялись спугнуть осмелевшую жену. Девушка снова посмотрела на Джодока и улыбнулась:
     - И кто сейчас из нас стеснительный?
     Её вопрос прорвал плотину страсти, что все это время кипела в мужчинах. Бренус потянул Ронат на себя и завладел её губами, а Джодок обхватил талию девушки, и чуть потянул назад, вынуждая стать на колени. Ронат прогнула спину и чуть раздвинула ноги, движение её тела читались как приглашение. Джодок не стал терять времени и решил им воспользоваться, он быстро расстегнул джинсы и придвинулся к девушке, шире раздвигая её ноги. Ронат что-то промычала в губы Бренуса, и тот прервал поцелуй. Он мельком взглянул на брата и тоже поднялся, расстегивая джинсы. Девушка чуть подвинулась вперед, опираясь руками о самый край кровати, и еще больше прогнула спину. Мужчины были на грани, но сдержали пыл страсти, чтобы быть нежными с их женщиной. Джодок медленно толкнулся в жену, окунаясь в её огонь, Бренус ближе подошел к Ронат, и она приняла его страсть, охватывая губами напряженный член. Звуки любви наполнили комнату: тяжелое дыхание, движение тел, шелест простыней – соединились в одну страстную симфонию. Она длилась и длилась, пока не приблизилась к своей кульминации. Острая разрядка сначала настигла Ронат, потом к ней присоединился Бренус, а за ним и Джодок утонул в оргазме, даря жене свою жизнь.
      Прошла вечность, экстаз стал уступать место расслабленности. Ронат опустила голову на матрас, и почувствовала руку Бренуса на своей голове, он лег рядом, не прекращая поглаживать волосы женщины. Джодок неспешно вышел из жены и тоже лег рядом, помогая ей вытянуть ноги. Его руки ласкали её спину. Так они и лежали, не говоря не слова, и только легкое дыхание и запах недавней любви разносился по комнате. Они не заметили, как уснули.

     ГЛАВА 14.
     Их сон нарушил резкий стук в дверь, Бренус зарычал, а Джодок поднял голову и принюхался:
     - Пусть это будет что-то срочное, Гран. Или уходи.
     - Прости, Джодок, я не хотел мешать, - ответил голос из-за двери. – Но, думаю, это срочное.
     Джодок нехотя поднялся и натянул на себя джинсы, он с нескрываемой завистью посмотрел на сонную Ронат, которую кутал в простынях Бренус.
     - Я постараюсь быстро вернуться, - сказал Джодок.
     - Не спеши, мы найдем, чем скоротать время, - ответил Бренус и поцеловал девушку в волосы.
     Джодок нахмурился:
     - Не сомневаюсь.
     Он нехотя пошел к двери и открыл её. Гран смотрел на друга, не пытаясь заглянуть в комнату:
     - Думаю, Бренус тоже должен быть.
     - Не слишком ли много ты думаешь в последнее время, - раздраженно заворчал Бренус, но поднялся. Он не стал одеваться, а как был нагим, прошествовал к двери: - Может, ты думаешь, что и наша жена должна вытащить свою хорошенькую голенькую попку из кровати и тоже быть?
     - Бренус! – возмущенно зашипела Ронат.
     Мужчина повернулся и подмигнул девушке:
     - Она у тебя хорошенькая, даже не спорь.
     Девушка смущенно покраснела, но не сдержала довольной улыбки.
     - Что случилось? – спросил Бренус.
     - Кинния пропала, - ответил Гран.
     - День начинается с хорошей новости, - ответил Бренус и получил в ответ хмурый взгляд от Джодока.
     - Что значит, пропала? – спросил тот, обращаясь к Грану.
     - Её нигде нет. Инноджен подняла тревогу.
     - Может она просто поехала в город опустошать кредитку, - предположил Бренус.
     - Все машины на месте, кроме той на которой утром уехал Альфа.
     - Отца нет?
     - Нет, - ответил Гран. – Иначе я бы не отрывал вас… от дел.
     - От приятных дел, прошу заметить, - сказал Бренус и, вернувшись к кровати, начал натягивать джинсы. Он улыбнулся Ронат: - Прости, придется и мне тебя покинуть.
     - Может и моя помощь пригодится? – спросила девушка.
     Бренус хмыкнул:
     - Что все-таки хочешь покрасоваться своей хорошенькой попкой перед всеми? Даже не вздумай мне! – притворно строго сказал Бренус и помахал пальцем: - Она только для наших с Джодоком глаз.
     - Пойдем уже, - протянул Джодок и улыбнулся Ронат: - Не скучай, мы постараемся быстро вернуться.
     Бренус ухватил жену за подбородок и приподнял его вверх. Он быстро поцеловал девушку в мягкие губы и вышел из комнаты. Ронат откинулась на подушках и провела пальцами по губам, что еще хранили запах Бренуса. Девушка не смогла сдержать теплой улыбки, которая озарила её лицо.

     ГЛАВА 15.
     Инноджен сидела в кресле под пристальным взглядом сыновей и Грана, что вели свой допрос:
     - И почему ты беспокоишься, мама. Может, она просто пошла погулять.
     - Я видела её перед завтраком, на который вы не пришли. Она была не в духе. Я спросила её: куда она идет? А она ответила, что какая разница, ведь про неё уже все забыли, что теперь Ронат главная тема. Я заверила её, что это не так, но она только отмахнулась и ушла. Её нет уже три часа. Кинния никогда не гуляла так долго.
     - Куда она пошла, когда вышла из дома? – спросил Джодок.
     - Я не видела, - ответила Инноджен и добавила: - Надо её найти. Девочке сейчас не просто.
     - Поэтому она решила и другим подпортить жизнь, - хмыкнул Бренус. – Мол: беспокойтесь за меня, бросайте свои дела и ищите, хочу быть снова в центре внимания. Типично для Киннии.
     - Бренус, ты не справедлив к жене, - сказала Инноджен и осеклась, увидев его яростный взгляд.
     - Она мне не жена, - тихо прорычал мужчина и отвернулся.
     Женщина перевела взволнованный взгляд на другого сына и тот сказал:
     - Конечно, мы найдем её, мама. Не тревожься, все будет хорошо. Я пойду на восток, а ты Гран на запад. Прочешем лес и встретимся на севере у озера. Ты Бренус поезжай в пригород, может она отправилась туда, навестить сестер.
     - Вряд ли она решилась на столь дальнее путешествие пешком, - сказал Бренус и добавил: - Тем более на своих каблуках.
     - Она могла обернуться в волка, - предположил Джодок
     - Обернуться? Без зрителей? Ты сейчас точно про Киннию говоришь? – уточнил Бренус.
     Джодок нахмурился:
     - Ладно, хватит болтовни. Надо её найти. Может она просто гуляет, а может и попала в беду.
     - И верный принц в сияющих доспехах спешит на помощь! – продолжил иронизировать Бренус
     - Может, ты будешь её принцам, может, ты её найдешь первым, - ответил Джодок, выходя из комнаты. Остальные шли за ним.
     - Ну конечно, поэтому ты и отправляешь меня в пригород. Туда, где она может быть в последнюю очередь. Знаешь ведь, что если её найду я, тогда ей точно понадобиться спаситель. Я её просто придушу на месте, и дело с концом.
     - Сначала найди, - ответил Джодок и, кивнув Грану, побежал к лесу.
     Мужчина отправился за ним, а Бренус пошел к гаражу:
     - Вот и найду! А потом придушу голыми руками, чтобы больше неповадно было устраивать спектакли с исчезновением.
     Проходя мимо окон своей спальни, Бренус поднял глаза в надежде увидеть в открытом окне Ронат, но её там не было. Тогда он остановился и крикнул:
     - Рапунцель! Спусти свои волосы!
     Через пару секунд девушка появилась в окне и улыбнулась:
      - Боюсь, длины моих волос не хватит, - она куталась в простыни и щурилась на солнце: - Что с Киннией?
     - Как всегда много шума из ничего.
     - Может, все же, я тоже помогу в поисках?
     - Ну, уж нет! Не хватало еще и тебе бегать из-за её капризов. Отдыхай, - Бренус махнул девушке рукой и продолжил путь к гаражу.
     Ронат проводила его взглядом и скрылась в спальне. Она неспешно приняла душ, потом оделась и спустилась вниз. Девушка нашла Инноджен в гостиной, та выглядывала что-то в окне.
     - Новостей нет?
     Женщина обернулась и улыбнулась Ронат:
     - Пока нет. Но Джодок её найдет.
     - Конечно. Может она просто гуляет, и потеряла счет времени.
     - Может, - ответила Инноджен и села в кресло, Ронат присела напротив. – Но скорей всего прав Бренус и это просто её капризы.
     - Кинния ведь уже не ребенок, чтобы так себя вести.
     - Ронат, милая, Киннии уже двадцать два года, но иногда мне кажется, что ей нет и тринадцати.
     Девушка опустила глаза:
     - Ну, иногда все женщины позволяют себе немного покапризничать. Это в нашей природе.
     Инноджен улыбнулась:
     - Конечно. Только из-за этого не должны страдать другие, - она немного помолчала, а потом спросила: - Как ты? Обживаешься в новом доме?
     - Да. У вас очень уютно и спокойно. Мне здесь хорошо.
     - Мальчишки тебя не обижают?
     Ронат чуть покраснела от смущения, но не сдержала улыбки, услышав «мальчишки»:
     - Они у вас хорошие. Вы вырастили их настоящими мужчинами. Добрыми и справедливыми.
     - У меня, - протянула Инноджен, внимательно рассматривая девушку. – Думаю теперь правильнее говорить у тебя.
     Ронат еще больше покраснела и отвела взгляд, придумывая другую тему для разговора.
     - Сидмон рассказал мне, что ты росла без родителей. Это трудно жить, не зная материнской ласки, - Инноджен немного помолчала, а потом продолжила: - Он так же обмолвился о том, что случилось с тобой в первом браке. У каждой женщины должен быть мужчина, который может её защитить. У тебя ведь есть старший брат, почему он не вступился за тебя?
     Ронат неопределенно повела плечами:
     - У него были более интересные дела, чем жизнь младшей сестры. Я не виню его за это, он растил меня, как умел, когда умерли наши родители. А потом выдал замуж за сильного волка. Дальше моя судьба стала не его заботой. Таков устой и жизнь волков.
     Инноджен покачала головой:
     - У нас с Сидмоном нет дочери, но если бы она была, муж бы не раздумывая, перегрыз горло любому, кто посмел бы её обидеть. А Бренус и Джодок были бы еще более свирепыми мстителями, вступаясь за сестру. Мы семья, а семья не должна бросать своих в беде. Таков устой и жизнь волков.
     Девушка внимательно смотрела на женщину и верила её словам. Да, они семья, семья которой у Ронат никогда не было.
     Инноджен чуть улыбнулась и сказала:
     - Теперь ты часть нашей семьи. Теперь у тебя есть не один, а целых три мужчины, готовых вступиться за тебя и перегрызть горло любому, кто посмеет тебя обидеть. Ты должна знать это.
     Ронат медленно кивнула, принимая слова женщины, а Инноджен вздохнула:
     - Жаль только, что ты не появилась у нас на полгода раньше.
     Девушка вопросительно посмотрела на женщину, и та ответила на не заданный вопрос:
     - Тогда бы Бренус не женился на Киннии.
     Ронат отвела глаза, она не хотела это обсуждать, это было не её делом. Но женщина продолжила:
     - Кинния хорошая девочка, она добрая и послушная. Правда, немного избалованная. Она была самой завидной невестой в нашей стае, самцы так и вились вокруг нее, очарованные красотой, грацией и легким характером. Такая желанная самка, мечта любого мужчины. Бренус с Джодоком тоже влюбились, хотя, наверное, это была скорее мимолетная страсть, чем любовь. И конечно волчье эго – обладать тем, что все хотят. Я надеялась, что Кинния та самая, кто объединит моих сыновей в триаду, все надеялись на это. Но как видим, чудо не произошло, женитьба разъединила их еще больше. Бренус скрыл разочарование за вечным сарказмом, а Джодок с головой погрузился в дела, помогая отцу. Они стали меньше общаться и все больше отдаляться друг от друга. Я беспокоилась о своих детях, боялась, что может случиться самое страшное, то, от чего и оберегает триада. Я пыталась поговорить с Сидмоном, чтобы он повлиял на сыновей, но муж сказал, что наши дети уже взрослые и сами разберутся со своей жизнью. Мужчины, - улыбнулась Инноджен: – Они всегда правы и знают что делать, хотя иногда делают совсем не то, что надо. Но Небо упаси женщину сказать им об этом… А потом появилась ты. Я приняла новость о твоем приезде, как надежду, второй шанс для моих сыновей и для всей нашей стаи, - женщина замолчала и внимательно посмотрела на Ронат: - Кинния хорошая девочка, но она не их триада…
     - А Ронат значит их триада!
     Женщины резко повернулись к двери, в которой стояла разгневанная Кинния и взирала на них. Инноджен начала подниматься с кресла:
     - Кинния, мы волновались. Где ты была?
     - Волновались? – взвилась девушка. – Ну конечно! Поэтому преспокойно сидите здесь и ведете задушевные беседы.
     Ронат тоже встала:
     - Мужчины пошли тебя искать.
     - О, как благородно с их стороны: пойти искать жену, которая никому не нужна!
     - Кинния тебе надо успокоиться, - сказала Инноджен.
     - Не хочу я успокаиваться! Не буду! «Хорошая девочка» Кинния, больше не будет послушной и милой! Я-то думала, что смогу завоевать вашу любовь, если буду во всем слушаться и поступать правильно. Но нет! Куда мне! Появляется эта... эта… эта приживалка! Бедная вдовушка и сиротка, с жалостливой историей! И все мои старания идут прахом! И никто не видит что у самозванки черная душа, что она хочет присвоить себе все. Все что принадлежит мне! Я жена Бренуса, а он старше, значит я главнее её! – Кинния начала наступать на Ронат: - Ты что, думаешь, я отдам тебе все без боя? Ты что, думала, повертишь перед ними хвостом и все твоё? Ничего подобного! Ты можешь сколько угодно ложиться под них, поощряя их извращения, но это ничего не изменит! Я тоже могу потерпеть их ненормальную страсть! Но в отличие от тебя я жена старшего брата, будущего Альфы, я моложе, я красивее. Я отдала им свою невинность, а не досталась после другого мужчины! Похоже, только твой покойный муж и видел твою черную душу, только он её и разглядел! Вот и оставил на твоем лице предостережение для всех! Уродина!!!
     Кинния подошла совсем близко, так что Ронат пришлось отступить, иначе бы девушка кричала ей оскорбления прямо в лицо. Ронат видела, что Кинния не в себе, что ею владеет гнев и ярость, а еще жгучая ревность и страх все потерять. Ронат было жаль девушку, ведь в глазах Киннии все так и выглядело: Ронат была корыстной захватчицей и уродливой соперницей.
     Инноджен первая обрела дар речи после тирады Киннии:
     - Сейчас же извинись! Слышишь!
     - Перед кем? Перед ней! Да я лучше умру, чем сделаю это!
     - Тогда немедленно убирайся вон! Выйди из комнаты! - продолжила Инноджен.
     Кинния обернулась к женщине, безумие сверкало в её глазах:
     - Ну, конечно, одна самозванка защищает другую. Ты мне не напомнишь, Инноджен, что стало с первой женой нашего Альфы? Что стало с матерью Бренуса?
     Женщина поменялась в лице, а потом резко подскочила к Киннии и ударила ту по щеке, награждая звонкой пощечиной:
     - Сейчас же выйди из комнаты!  Или, клянусь своими предками, я обернусь и перегрызу тебе горло, и ты захлебнешься в собственной желчи и крови, - тихо сказала Инноджен, но даже у Ронат от силы ярости, что звучала в голосе женщины, от страха волоски на коже стали дыбом.
     Кинния тоже ощутила реальность угрозы и схватилась за скулу, что горела от пощечины. Она резко выбежала из комнаты. Инноджен медленно села на диван и сжала кулаки, успокаивая гнев. Ронат так и осталась стоять, боясь даже пошевелиться. Через насколько минут женщина подняла на Ронат глаза и тихо спросила:
     - Испугалась?
     Девушка утвердительно кивнула, а женщина чуть улыбнулась:
     - Надеюсь меня, а не эту нахалку?
     - Определенно вас. Запомню, что вас лучше не злить.
     - Поживи с моё рядом с Альфой большой стаи, и не такому научишься, - устало улыбнулась женщина и добавила. – Надо позвонить сыновьям, сказать, что «драгоценная» пропажа нашлась.

     ГЛАВА 16.
     За ужином присутствовала вся семья, во главе с Альфой. Все вели непринужденную беседу, и только Кинния беззвучно сидела на своем месте. О скандале, что разразился в гостиной Ронат и Инноджен, не сговариваясь, решили никому не рассказывать. Но Кинния об этом не знала, и поэтому каждую минуту ожидала расправы со стороны Альфы или его сыновей. К концу ужина она, кажется, поняла, что её непристойное поведение не вышло за рамки гостиной и, потому, позволила себе даже вставить пару реплик в общий разговор.
     - Ты сегодня молчаливая, Кинния. У тебя все хорошо? – все же поинтересовался Сидмон.
     Все напряглись, а девушка больше всех:
     - Да, все хорошо, спасибо.
     - Она просто сегодня устала, - заметил Бренус. – Долго гуляла на воздухе.
     Джодок пронзил брата раздраженным взглядом. Сидмон приподнял брови:
     - Я чего-то не знаю?
     - Ты знаешь все, что нужно знать главе нашей стаи и нашей семьи, - улыбнулась Инноджен мужу. – Поверь мне.
     - Понятно, - улыбнулся он жене и пригубил бокал с водой: - А остальное не твое волчье дело.
     - У тебя и так хватает забот, и без мелких семейных дрязг, что утрясутся сами собой, - ответила Инноджен. 
     - Другими словами: «Не суй свой большой нос в наши мелкие дела», - хмыкнул Сидмон.
     Инноджен улыбнулась мужу и тоже пригубила воды. Альфа закончил ужин и поднялся из-за стола:
     - Ронат, пожалуйста, удели мне пару минут.
     Девушка резко вскину голову и медленно поднялась с места. Вместе с ней Бренус отодвинул свой стул, собираясь встать, а Джодок положил салфетку на стол.
     - Только Ронат, - уточнил Альфа, останавливая сыновей. – Спокойно, я её не покусаю.
     Бренус улыбнулся:
     - Обещаешь?
     - Обещаю. Даже рычать не буду, - вернул шутку Сидмон и вышел из столовой, Ронат пошла следом.
     Она еще не была в кабинете у Альфы, и поэтому с интересом рассматривала многочисленные толстые книги, что стояли на полках вдоль всей северной стены. Большой письменный стол из темного дерева с резными ножками и удобное старое кресло с чуть потертыми подлокотниками стояли у окна. Девушка села на кожаный диван, а Альфа расположился в кресле напротив. Он минуту изучал её, пока Ронат изучала комнату, а потом спросил:
     - Вы помирились?
     Девушка не сразу поняла, о чем он спрашивает, столько всего произошло с вчерашнего утра. Она медленно кивнула:
     - Да, мы во всем разобрались.
     Сидмон улыбнулся, и эта теплая улыбка смягчила суровые черты его лица:
     - Уверен, что разобрались, не уверен, что во всем. Даже мы с Инноджен, еще не во всем разобрались, хотя живем вместе больше четверти века. Но главное, что вы помирились. Как ты находишь свой новый дом? Новую семью?
     - Мне всё нравиться, все приветливы со мной. Проявляют заботу.
     - Так уж и все?
     Ронат смутилась, а Сидмон, снова, улыбнулся:
     - Женская ревность обычное дело. Главное, чтобы не была нарушена черта разумности. Я не должен вмешиваться в ваши отношения, но вы моя семья. Я беспокоюсь, чтобы все было ладно в моей семье. Ты меня понимаешь?
     Ронат кивнула и подумала, что не той жене он читаем лекцию о разумности. Похоже, это отразилось на её лице, потому что Альфа заметил:
      - Кинния еще совсем юная и импульсивная, она плохо знает жизнь. Ты не на много старше по возрасту, но намного умнее по жизненному опыту. Ты взрослая не по годам. Поэтому я говорю с тобой, не с ней.
     - Я поняла.
     - Вот и хорошо, - улыбнулся он и вздохнул. – А теперь скажи, что ты хочешь в подарок в честь свадьбы и вступления в новую стаю?
     Ронат удивленно воззрилась на него. Она и забыла, что у оборотней был такой обычай, Альфа всегда дарил новому члену стаи подарок.
     - Чего бы тебе хотелось?
     Ронат смущенно опустила глаза:
     - Даже не знаю.
     - Уверен, что знаешь. Давай признавайся.
     Она смутилась еще больше, осознавая, что хотела бы получить в дар:
     - Это глупо.
     - Отлично, люблю глупости.
     - Я бы хотела платье, красивое платье, - наконец, ответила девушка и подняла глаза.
     - Платье? – переспросил Сидмон, рассматривая юную волчицу, что сидела перед ним.
     - Я же говорю, глупо…
     - И ничего не глупо, - воскликнул Сидмон. – Будет тебе платье, самое красивое. Я, правда, не уверен, что наши вкусы о красоте совпадают, но придется тебе мне довериться.
     Ронат с удивлением смотрела на Альфу и не верила своим ушам:
     - Вам довериться? Вы что сами будете его покупать?
     Девушка была уверена, что мужчина просто даст ей денег, ведь у него явно есть более важные дела, чем такой пустяк, как выбор подарка для неё.
     - Конечно сам. Не доверю же я это важное дело, кому попало, - авторитетно заявил он, а потом спросил: - Какой у тебя размер?
     - «M».
     - Хорошо. Завтра же и куплю. А вечером за ужином порадуешь мой взгляд, - он на секунду задумался: - Хотя нет, не только мой. Устроим небольшой праздник, в честь вашей с Джодоком свадьбы. Ты не против?
     Ронат медленно покачала головой, все еще не веря в происходящее. Для неё будет выбирать платье сам Альфа, и он же решил устроить праздник, тоже для неё.
     - Ну, все тогда иди. А то Бренус и правда подумает, что я тебя проглотил и примчится тебя спасать.
     Ронат поднялась с дивана:
     - Спасибо вам.
     - Пока не за что, - улыбнулся мужчина: - Может мой стариковский вкус тебе и не понравится вовсе.
     - Понравится, обязательно. Спокойной ночи.
     - Доброй ночи.
     Девушка вышла из кабинета, тихо притворив за собой дверь, а Сидмон так и остался сидеть в своем любимом кресле. На лице мужчины сейчас можно было прочитать все мысли, что крутились в его голове. Она попросила платье? Ни машину, ни драгоценности, даже не кредитную карту, чтобы накупить себе много нарядов. А просто платье, нет, красивое платье… Он купит ей его, самое лучшее, что сможет найти. Купит платье для этой девочки, что мечтает быть красивой в глазах других.
     Платье…
     Сидмон поднялся и резко прикоснулся к уголку глаза. В комнате никого не было, он был один. Но даже перед самим собой, он не хотел признаваться, что её просьба тронула его до глубины души, и вызвала неуместную для его статуса и возраста слезу.
     Платье… Красивое платье…
     Чего еще была лишена это девочка, что просит о такой малости?

      ГЛАВА 17.
     Ронат нежилась в ванне, хотя вода была и намного прохладнее, чем она любила. Но Бренус сказал, что может свариться в той температуре, что она выбрала. А так как он настоял принимать ванну вместе с ней, пришлось уступить. Голова девушки опиралась о мужскую грудь, а его нежные руки поглаживали кожу её живота. На душе у неё было спокойно и хорошо, а пар, что заполнил комнату, сделал свое дело – Ронат совсем расслабилась. Бренус невесомо поцеловал женщину в волосы, что были собраны на затылке в пучок и спросил:
     - О чем вы говори с отцом?
     - Спрашивал, не обижаете ли вы меня. Сказал, если что, жаловаться ему, и он надерет вам уши.
     Бренус прикусил плечо девушки и рассмеялся:
     - Врунишка.
     - Нет, правда, - рассмеялась Ронат в ответ. – Не вру, ни капли! Ну, может самую малость.
     - Самую малость, да? – спросил Бренус и начал её щекотать: - Самую малость?
     Ронат попыталась увернуться от его рук, но когда у неё этого не получилось, взмолилась о пощаде. Бренус снова нежно обнял девушку, и она опять положила голову ему на плечо. Они недолго сидели, молча, пока Ронат тихо не спросила:
     - Что случилось с твоей матерью?
     Бренус чуть напрягся и сильнее обхватил её руками:
     - А что тебе сказали другие?
     - Я ни у кого не спрашивала. Но если ты не хочешь говорить об этом, я пойму.
     - Тут не о чем говорить. Она сошла сума, после того как родила меня.
     Ронат встрепенулась, а Бренус продолжил:
     - От чего не знаю, никто не знает. Она сошла с ума и ушла в лес, оставив меня и отца.
     - В лес?
     - Да. Мне говорили, отец пытался её вернуть. Он пошел за ней, но когда возвратился через три дня один, сказал своей стае, что у него больше нет жены. Через пару месяцев в нашем доме появилась Инноджен. Она моя настоящая мать, та которую я знаю и люблю.
     Ронат кивнула:
     - Инноджен очень любит вас с Джодоком, это видно не вооруженным взглядом. Она волнуется за вас. Её печалит, что вы отдаляетесь друг от друга.
     - Мы еще никогда не были так близки, как сейчас, - протянул Джодок, и Ронат обернулась.
     Мужчина стоял у двери, опираясь плечом о косяк. Он с нежностью рассматривал её. Девушка чуть наклонила голову и прошлась ленивым взглядом по его телу, он был красив, как и его брат, что обнимал её сейчас. На сердце у Ронат стало очень хорошо, от того что они оба здесь, рядом с ней. Но неожиданно неприятные мысли пришли в голову и все испортили. Её взгляд стал печальным, и это не укрылось от Джодока:
     - Что тревожит тебя?
     - Кинния.
     - Нет, - перебил её Бренус и сильнее сжал в объятьях. – Не смей даже заикаться о ней. Хвать с нас сегодня её персоны.
     - Она переживает и мучается неизвестностью. Может вам стоит с ней поговорить, и объяснить, что для неё ничего не изменится.
     - А с чего ты решила, что ничего не изменится? – тихо спросил Джодок.
     Ронат внимательно посмотрела на него и протянула:
     - Она не виновата, что теперь не единственная жена.
     - Да в этом она не виновата, - согласился Джодок, но дальше развивать свою мысль о том, что она виновата во много другом, не стал. Он улыбнулся девушке: - Не думай об этом. Мы все решим.
     Ронат согласно кивнула и чуть потянулась, прикрыв глаза. Тело Джодока отреагировало мгновенно: его взгляд прищурился, а тело вытянулось, словно струна, готовое к прыжку в любой момент. Состояние брата не укрылось от Бренуса и он улыбнулся:
     - Тебе еще повезло, Джодок, ты только пришел. А я сижу в этой чертовой ванне уже четверть часа.
     Ронат распахнула глаза и повернула голову, вопросительно глядя на Бренуса:
     - Почему ты не сказал, что больше не хочешь принимать ванну со мной?
     - Я хочу делать с тобой кое-что другое.
     Ронат мгновенно поняла, о чем он говорит, и сразу ощутила доказательство правоты своих мыслей, которое уперлось ей в поясницу. Она чуть улыбнулась:
     - Почему сразу не сказал?
     - Ты так разнежилась в воде, что мне было жаль прерывать твое блаженство.
     - Блаженство, говоришь, - протянула девушка  и облизнула нижнюю губу.
     Бренус проследил за её языком и зарычал, потянувшись к женщине. Но та мгновенно вывернулась из его рук и вскочила на ноги, благодаря быстрой помощи Джодока. Через секунду она уже была в объятьях мужа, намочив его одежду мокрым телам. Ронат повернула голову к слегка растерянному Бреносу, который еще не успел понять, как у девушки получилось так быстро сбежать из его рук. Она сладко улыбнулась:
     - Мое блаженство это быть в ваших объятьях.
     Ронат встала на цыпочки и, ухватив Джодока за шею руками, нежно поцеловала в губы. И тут же ощутила, как к её спине прижалось разгоряченное тело Бренуса. Он обхватил её талию, лаская живот, а потом его руки сместились на её ягодицы и бедра. Бренус приподнял Ронат над полом, и она мгновенно подчинилась его воле, обхватывая талию Джодока своими ногами. Тот углубил поцелуй, поддерживая её под ягодицы, а руки Бренуса прошлись по её нежным складочкам, что сейчас стали открыты для его ласки. Ронат подавила стон и несильно прикусила губу Джодока, когда пальцы Бренуса коснулись особенно чувственного места и стали его натирать. Она прогнула спину, стараясь уйти от обжигающих прикосновений, но у неё не получилось, и легкий экстаз накрыл все тело. Ронат теснее прижалась к Джодоку, который быстро вынес её из ванной комнаты и сел на кровать, все так же продолжая удерживать. Ронат начала покрывать мелкими поцелуями лицо Джодока, а её рука крепко ухватила руку Бренуса, что гладил её шею. Тот наклонился ближе и прошептал:
     - Хочу тебя. Всю.
     Ронат повернула к нему лицо, чтобы поцеловать, но не успела. Её, словно она была невесомой, быстро подняли в воздух и снова усадили на колени Джодока, только теперь к нему спиной. Сильный руки мужчины нежно развели её бедра еще шире, открывая взгляду Бренуса полный доступ. Ронат чуть смутилась и обхватила ладони Джодока своими, пытаясь сдвинуть ноги. Но он не позволил и, перехватив её одной рукой через грудь, прижал женские руки к телу. Взгляд Бренуса устремился к развилке её ног и потемнел от страсти. Он будто поджег тело Ронат своим огнем, и она ощутила, что начала плавится лишь от одного взгляда.
     - Какая ты красивая, - прорычал Бренус и шагнул ближе, а потом стал на колени у её раскрытых ног.
     Ронат втянула воздух сквозь сжатые зубы и зажмурилась, от предвкушения того, что обещал его взгляд. Она резко дернулась, когда Бренус нежно коснулся пальцами внутренней стороны её бедра, а потом чуть подул на влажные складки её женственности. Девушка снова попыталась свести ноги, но услышала рычание Бренуса, а его руки на её бедрах усилили захват.
     - Обхвати руками мою шею, - велел Джодок, и Ронат подчинилась, сводя пальцы в замок.
     Джодок начал нежно мять руками её грудь, что подалась вперед, а Бренус снова подул. Ронат зажмурилась и крепче сцепила пальцы:
     - Бренус, пожалуйста!
     - О чем ты просишь, девочка?
     - Это слишком остро.
     - Нет, не слишком, - сказал мужчина, улыбаясь, а потом показал, что значит «слишком».
     Он резко подался вперед и накрыл её женственность своими жадными губами. Девушка вскрикнула и попыталась воспротивиться, но мужские руки, что удерживали её словно в стальных оковах, не позволили этого. Оргазм накрыл Ронат мгновенно, а затем еще один и еще. Она, казалось, не выплывала из него, мужчины не давали ей передышки, сводя сума своими губами и руками. В какой-то момент девушке показалось, что она потеряет сознание от силы страсти, что взрывала её тело яростными спазмами. Но этого не произошло, Бренус, наконец, сжалился над ней, и встал с колен. Оргазм пошел на убыль. Ронат ощущала лишь поглаживающие руки Джодока и его нежные поцелуи. Он уложил её на простыни и начал медленно раздеваться. Девушка повернула голову, ища глазами Бренуса. Тот стоял у края кровати и смотрел на неё. Она подняла руку, протягивая её мужчине, Бренус сжал её пальцы и сел рядом на постели.
     - Я добился твоего блаженства? – спросил Бренус.
     Ронат прикрыла глаза:
     - Думаю, больше я такого не переживу.
     - Переживешь и не такое, - улыбнулся Бренус и поцеловал её в шею, а потом тихо спросил: - У тебя был анальный секс?
     Девушка прикрыла глаза и кивнула, вспоминая не очень приятный опыт с первым мужем. Бренус притронулся пальцами к её лицу:
     - Было больно?
     Ронат кивнула, а потом распахнула глаза, глядя на мужчину:
     - Но с вами я не боюсь.
     Бренус улыбнулся ей:
     - Храбрая девочка.
     Джодок лег рядом с женой и поцеловал её в волосы:
     - Если ты не хочешь, то ничего не будет.
     - Я хочу, - сказала Ронат, а потом быстро перевернулась и оседлала Джодока. – С вами хочу.
     Она наклонилась и поцеловала мужа, призывно прогнув спину. Джодок нежно провел пальцами по её клитору, снова, возбуждая. Бренус придвинулся к ней и несильно хлопнул по ягодицам. Своими страстными прикосновениями они снова подвели её к оргазму, и девушка выгнулась в мужских руках. Она ощутила прикосновения Бренуса между своих ягодиц, он втирали в кожу прохладную смазку. А Джодок все также продолжал ласкать её клитор. Бренус не спешил, он сначала растянул её пальцами, и только потом подвел к входу член. Джодок обхватил девушку за талию, вынуждая прогнуться в спине еще сильнее. Ронат прикрыла глаза, почувствовав неспешное, но твердое вторжение.
     - Открой глаза, смотри на меня, - сказал Джодок. – Я хочу видеть твои эмоции.
     Ронат распахнула глаза, в которых плескалась страсть, от нежных толчков Бренуса.
     - Тебе хорошо? – спросил Бренус рычащим голосом.
     Ронат не была способна ответить, она только кивнула. За неё ответил Джодок:
     - Ей хорошо. Я бы сказал даже очень.
     Бренус принял это как команду к действию и ускорил проникновения. Ронат вскрикнула, так остро он ощущался внутри.
     - Больно? – тут же замер мужчина.
     Она лишь отрицательно закачала головой и все-таки зажмурила глаза, не справляясь с эмоциями. Бренус продолжил толчки, и руки Джодока тоже ускорились. Через мгновения Ронат не сдержала крика, что сказал мужчинам о её сильном оргазме. Бренус стал несдержанным и через пару резких толчков присоединился к девушке, с глубоким стоном. Он вышел из неё и упал на кровать.
     Джодок всмотрелся в глаза жены, что еще были затянуты дымкой страсти и чуть её приподнял. Он усадил девушку на свой возбужденный член и несильно толкнулся. Её лоно крепко его обхватила. Ронат тут же сфокусировала на муже взгляд и, поощряя, улыбнулась. Джодок ускорил толчки, и девушка вцепилась пальцами в плечи мужчины. Скоро он с тихим стоном излил в неё свою жизнь.
     Ронат упала на Джодока не в состоянии пошевелиться. Все её тело было в сладкой истоме. Никогда она еще не чувствовала себя так хорошо. Все что раньше было больно и стыдно, с этими мужчинами стало приятно и правильно.

     ГЛАВА 18.
     Ронат нетерпеливо вышагивала по комнате, кутаясь в махровый халат Бренуса. Она то и дело кусала губы, и прикасалась к своим волосам, которые полчаса назад ей помогла уложить Инноджен. Женщина так же чуть подвела глаза девушки косметикой, от чего они стали выразительнее. Ронат остановилась и в десятый раз сжала в кармане халата тюбик губной помады, который для неё оставила Инноджен с наставлением накраситься перед выходом.
     Праздник должен был вот-вот начаться, волки стаи уже собирались на лужайке перед домом, приветствуя друг друга. На траве были выставлены столы с различными угощениями и напитками и небольшие удобные скамейки с мягкими подушками. На ветвях деревьев висели уличные фонари, что осветят лужайку, когда зайдет солнце. Приятная музыка играла из больших колонок, что стояли на крыльце.  Все было готово, все были на месте. Ожидали только приезда Альфы стаи, и Ронат ждала его больше всех. Он должен был привезти её платье, иначе девушке придется спускаться к гостям в старых джинсах и байке. Все, решила Ронат, если Сидмон не появиться она остаться здесь. Лучше вовсе не выходить, чем позориться перед всеми в нелепой одежде.
      Ронат взглянула в зеркало и закусила губу, Инноджен постаралась на славу: локоны, что нежной волной падали на плечи, почти скрывали её шрам. Она была красива, как раньше, до того вечера. Девушка быстро заморгала, прогоняя непрошеные слезы, и резко обернулась, услышав звук, открывающийся двери. Ронат сильнее стянула полы халата, натыкаясь на восхищенный взгляд Джодока:
     - Привет, - сказал он, разглядывая её лицо. – Красивая прическа.
     - Инноджен сделала.
     Мужчина подошел ближе и дотронулся до локона, что скрывал шрам. Он отвел его в сторону, заправляя за ухо, и нежно коснулся губами раненой щеки. Ронат прикрыла глаза.
     - Тебе не нужно ничего прятать. Ты совершенна.
     Девушка распахнула глаза и посмотрела на Джодока. Он говорил правду, она читала это в его взгляде:
     - Спасибо.
     - За правду не благодарят, - улыбнулся мужчина и поцеловал её в губы. – Пойдем вниз, пора познакомиться с твоей новой стаей. Не бойся, мы с Бренусом всегда будем рядом с тобой. 
     - Я не боюсь. Просто не идти же мне в халате, - сказала Ронат, чуть отстраняясь.
     - Я помогу тебе переодеться. Где твое платье? – спросил Джодок и оглядел комнату.
     Ронат закусила губу и отвернулась, а предательская слеза все же сбежала по щеке. Мужчина ощутил её беспокойство и обнял за плечи:
     - В чем дело? Что тебя расстроило?
     - Платья нет. Сидмон должен был его привезти.
     - Не страшно. Поверь, что бы ты ни надела, ты все равно будешь красивее всех. Достанем одно из твоих.
     Ронат резко повела плечами, вырываясь из его объятий, и повернулась:
     - Я же говорю, нет платья. Совсем.
     Джодок, кажется, осознал, что она пытается ему сказать и чуть нахмурился. Что значит совсем? Ронат прочитала вопрос в его глазах и сказала:
     - Платья не носят с таким шрамом, как у меня. Весь мой гардероб джинсы и байки с капюшонами, что скрывают лицо. Не надену же я их?
     - Почему бы и нет? – улыбнулся Джодок.
     - Прекрати. Я никуда не пойду, останусь здесь. Никто не расстроится.
     - Только мама, что так старалась и готовила весь этот праздник для тебя. И Бренус, что ненавидит рубашки и брюки, но одел их, чтобы выглядеть прилично, тоже ради тебя. Он кстати сейчас ведет светские беседы, развлекая гостей, пока ты не спустишься. А пустую болтовню, он ненавидит еще больше… И я очень расстроюсь, Ронат. Хочу, чтобы сегодня ты была рядом, и стая познакомилась с  моей женой, - Джодок притянул девушку к себе: - И неважно во что ты будешь при этом одета.
      Ронат обняла мужа и вздохнула:
     - Тебе, может, и не важно. А мне да. Я вступаю в новую стаю и не хочу, как и в старой ловить на себе взгляды жалости. Я хочу быть красивой. Ради вас, ради себя. Ты понимаешь?
     - Понимаю. Давай тогда я возьму для тебя что-нибудь из гардероба Киннии.
     Ронат возмущенно посмотрела на мужа:
     - Что бы она во всеуслышание заявила: «Снимай мое платье, воровка!»
     - Она такого не скажет, не посмеет.
     - Но подумает. Нет, спасибо, лучше я пойду в халате, чем в её платье.
     Джодок улыбнулся и осмотрел Ронат:
     - А что халат тоже ничего. Только, боюсь, теперь уже Бренус может закричать «Снимай мой халат, воровка!». И не из жадности, а что бы увидеть тебя без него, - мужчина поцеловал шею жены и чуть прикусил нежную кожу: - У тебя же под халатом совсем ничего нет, так?
     Ронат несильно хлопнула Джодока по рукам:
     - Ты не о том думаешь сейчас!
     - Я могу думать только об одном, когда ты так близко.
     - Руки прочь от жены, и марш вниз, развлекать гостей! – услышали они с порога командный голос Сидмона.
     Ронат и Джодок резко повернулись и посмотрели на Альфу, что стоял в дверях и держал в руках непрозрачный чехол для одежды. За ним маячила улыбающаяся Инноджен.
     - Я помогу Ронат одеться, - предложил Джодок.
     - Нет, Инноджен ей поможет. А то твоя помощь может растянуться часа на два. Иди вниз, пока Бренус не передушил половину гостей, что забросали его вопросами о погоде и природе.
     Джодок улыбнулся жене:
     - Жду тебя внизу, - он быстро поцеловал Ронат в щеку и вышел.
     Сидмон положил чехол на кровать:
     - Прости за задержку. В нашем городе не нашлось подходящего для тебя платья, пришлось заказывать частным рейсом из столицы. Надеюсь, подойдет, - сказал мужчина и нежно поцеловал удивленную девушку в лоб.
     Сидмон вышел за дверь, а Инноджен смахнула навернувшиеся на глаза слезы. Теперь у них с Сидмоном появился еще один ребенок, красивая девочка, их дочка. И Иннолжен даже не пришлось мучиться в родах. Женщина быстро подошла к Ронат и крепко обняла:
     - Как долго я тебя ждала…

     ГЛАВА 19.
     Девушка медленно спускалась по ступеням, боясь даже дышать. Платье, что было на ней, было невероятным: легкий светло-зеленый шелк с блестящими нитями обхватывал грудь и талию, и, темнея до оттенка бутылочного стекла, струился к полу, полупрозрачными складками.  Ронат была похожа на сказочную принцессу эльфов, она была такой же таинственной и необычайно красивой.
      Преодолевая последний пролет лестницы, она чуть было не столкнулась с Бренусом, который взлетал по ступеням. Мужчина неимоверно устал от светской болтовни, и шел за Ронат, чтобы, наконец, привести её вниз, даже если придется нести ту на плече. Он вовремя затормозил, и обхватил девушку руками, чтобы та не упала. Секунду он рассматривал её, а потом отпустил:
     - Простите, не хотел вас сбивать с ног. Я иду за Ронат, - мужчина медленно обошел её и стал подниматься по лестнице.
     Девушка повернулась за ним:
     - Бренус, не смешно!
     Тот остановился и резко повернулся, пряча улыбку:
     - Откуда мне знаком ваш голос?
     - Подойди ближе и узнаешь.
     Бренус спустился к ней и, наклонил голову, рассматривая Ронат:
     - Мы встречались?
     - Бренус, хватит. Я и так на грани истерики.
     Мужчина быстро обнял девушку и зарылся лицом в её волосы:
     - Я скучал по тебе.
     - Мы расстались час назад.
     - Это слишком долго, - он чуть отстранился и получше её рассмотрел: – Твое платье мне не нравится и прическа тоже.
     Ронат удивленно распахнула глаза:
     - Зачем ты накрасила глаза?
     - Чтобы быть красивой.
     - Ты красивая без этого. Пойдем наверх и все вернем, как было, - Бренус потянул её за руку.
      Ронат потянула его назад:
     - Нет.
     - Не спорь. Не хочу, чтобы ты так спускалась.
     - Почему?
     - Потому что ты наша Ронат. Ронат, что собирает волосы в хвост и разгуливает в джинсах. Наша Ронат настоящая она не боится быть сама собой. Она бегает по лесу в одном белье и ходит по дому в разорванной майке. Она больше не прячет лицо, - сказал Бренус и заправил прядь волос за ухо, открывая шрам.
     Девушка коснулась его лица ладонью, и Бренус быстро прижал к ней губы. Женское сердце наполняла безграничная нежность к этому мужчине.
     - Наша Ронат, - повторила она его слова.
     - Да. Наша.
     - Ваша, - сказала девушка и, помолчав, добавила: - Я все та же, несмотря на платье и прическу. Праздник закончится, и я снова буду бегать в белье. А сейчас идем вниз, будь рядом со мной. Пусть люди видят, что ты принимаешь меня всякую, в платье и без него.
     Бренус залихватский улыбнулся:
     - Без него мне больше нравиться!
     - И мне, - сказал Джодок, и Ронат обернулась на звук его голоса. Он стоял на ступенях внизу и протягивал ей руку. Девушка приняла её, а вторую вложила в сильную ладонь Бренуса.
     Ронат вышла к своей новой стае с легким сердцем, счастливой улыбкой и, не пряча лица, не за капюшоном, не за уложенными волосами. Она больше не боялась жалостливых взглядов. Не опасалась услышать слов сочувствия. Её не тревожили возможные сплетни и пересуды. Все это было позади и больше не пугало. Никто не посмеет теперь её жалеть, никто не станет сочувствовать, не будет больше разговоров о её тяжелой судьбе. Ведь она счастливая женщина, рядом с ней Бренус и Джодок – её мужчины.
     Теперь ей могут только завидовать!
     Члены новой стаи приняли Ронат с улыбками и добрыми взглядами. Все были приветливы и поздравляли её от чистого сердца. Даже семья Киннии её сестры и отец не проявили враждебности. Ронат решила, что возможно это из опасения разозлить мужчин её новой семьи или самого Альфу стаи, но думать об этом не стала. Главное никто не посмел её жалеть, а если кто-то и шептался за спиной, то, только обсуждая её красивое платье и мужчин, что не отходили от девушки ни на шаг. Если одного из них, отвлекал кто-то из гостей, то второй непременно был рядом. В какой-то момент Ронат даже устала от этого, и тихо прошептала на ухо, стоящему рядом Джодоку:
     - Со мной ничего не случиться, если вы оставите меня без вашего внимания. Я уже взрослая девочка.
     Мужчина посмотрел на жену и сжал в своей ладони хрупкие пальцы:
     - Уже устала от нас? Гонишь мужа прочь?
     - Уверена, у тебя есть с кем поговорить, пообщаться. Ты не должен весь вечер меня опекать. Ни ты не Бренус.
     Джодок нежно улыбнулся ей и поцеловал женскую ладонь:
     - Хорошо, дам тебе немного свободы. Но только немного. Не исчезай из поля моего зрения. Не хочу, чтобы особо прыткий волк утащил мою красавицу жену в тень леса.
     Ронат хмыкнула и картинно закатила глаза. Муж оставил её одну, возле стола с напитками и отошел к друзьям. Тут же, как по команде, к девушке подошли две молодые волчицы и приветливо улыбнулись:
     - Привет. Я Катарин, а это Ларен, мы дружим с самого детства. Еще в пять лет мы решили, что выйдем замуж за Бренуса и Джодока.
     - Да, - рассмеялась Ларен: - Только никак не могли решить, кто за кого.
     - Да, помнишь, даже тянули карты. Мы утащили их у моего брата из набора для покера. Ну и влетело мне тогда от него.
     Девушки дружно рассмеялись, и Ронат улыбнулась их искренности.
     - Да. Мы делали все возможное, чтобы Бренус и Джодок нас заметили. Даже однажды лет в четырнадцать, помнишь, покрасили волосы в красный цвет.
     - Ага, - смеялась Катарин. – Потом целых две недели мама заставляла меня носить на голове шарф, потому что отец приходил в ярость каждый раз, когда видел мои волосы. Хорошо, что краска быстро смылась.
     - Чего мы только не творили. Но Бренус на десять лет старше и для него с братом мы всегда были только детьми.
     - А тебе, сколько лет? – спросила Катарин.
     - Двадцать пять, - ответила Ронат.
     Девушки переглянулись и придвинулись ближе к ней:
     - Говорят, ты была замужем.
     - И Джодок вызвал твоего мужа на бой, потому что влюбился в тебя с первого взгляда.
     - И только так мог тебя заполучить.
     Ронат грустно улыбнулась:
     - Все было совсем не так.
     Девушки в предвкушении уставились на неё, ожидая продолжения. Но когда она ничего не сказала, заговорили сами:
     - Он видел, как муж обижает тебя и вступился, да?
     - Да, Джодок такой, благородный. Он не терпит несправедливости.
     - Еще, будучи мальчишкой, он всегда вступался за девчонок, которых задевали другие.
      - Да, ведь за Киннию он тоже вступился.
     Ронат обвела взглядом толпу, она совсем не хотела слушать местные сплетни. Похоже, девушки поняли это и Ларен сказала:
     - Мы, наверное, совсем тебя заболтали. Но, правда, мы рады познакомиться.
     - Ты кажешься хорошей, и совсем не задираешь нос. Не то что некоторые, - сказала Катарин и Ронат поняла, о ком она говорят, но промолчала: - Кинния всегда была задавакой, даже в школе. А уж когда вышла замуж за Бренуса и совсем перестала замечать «простых смертных».
     - Хватит, Катарин, видишь Ронат это не интересно. Прости нас, - улыбнулась Ларен. – Мы много болтаем. Мы просто хотели поздравить тебя со свадьбой и пожелать счастья.
     - Мы рады, что ты стала женой Джодока и теперь будешь рядом с ним… вместо этой выскочки, - все-таки не удержалась Катарин за что получила от подруги толчок локтем. – Ай! Ты чего?
     - Ты просто до сих пор не можешь простить Киннии, что она привлекла внимание  Бренуса, а не ты. Что её он сделал своей женой, а не тебя. Вот и бесишься.
     - Неправда! Просто Кинния мне не нравится, и никогда не нравилась и Бренус тут не причем. Ведь, о Ронат я ничего такого не говорю, а она жена Джодока.
     Ронат подумала, что про неё забыли, и решила воспользоваться моментом. Она медленно поставила пустой бокал на стол и попыталась незаметно уйти, но к ней снова обратилась Ларен:
     - Прости. Мы, наверное, и тебе кажемся детьми. Мы хоть и лучшие подруги, но постоянно ссоримся.
     - А у тебя есть лучшая подруга?
     - Нет, - ответила Ронат.
     Девушки переглянулись и снова придвинулись к ней для секретной информации:
     - Главное не доверяй свои секреты Киннии, - сказала Катарин. – Иначе они перестанут быть секретами.
     - Если захочешь поговорить, мы к твоим услугам.
     - Поверь, лучше две глупые девчонки, чем "Она".
     Ронат кивнула, и они улыбнулись, а Ларен сказала:
     - Ты согласилась с тем, что мы лучшее неё? Или с тем, что мы глупые?
     Они весело рассмеялись со своей шутки и Ронат, тоже не сдержала улыбки. Они понравились ей – человек, что умеет смеяться над собой, не может быть плохим.
     - У тебя очень красивое платье, - сказала Катарин.
     - Спасибо. Мне подарил его Альфа в честь свадьбы.
     Ларен улыбнулась:
     - Ну вот, пять минут нашей болтовни, и мы уже выведали из тебя кое-какую личную информацию. Может, если простоим здесь еще час, узнаем все-таки, как ты стала женой Джодока.
     - Мы никому не скажем, - пообещала Катарин и добавила: - Просто очень любим романтические истории.
     - В моей истории нет ничего романтического.
     Девушки перестали улыбаться, и Ронат поняла, что сказала это чересчур печально, выдавая свои эмоции. Она немного улыбнулась:
     - Хотя, наверное, все же есть. Джодок и, правда, спас меня, иначе бы я осталась без дома.
     - Совсем?
     - Нет, конечно, меня бы приютили родственники, но я бы не была там желанной гостьей.
     - И ты влюбилась в Джодока с первого взгляда? – спросила Катарин. 
     Ронат смотрела то на одну девушку, то на другую: они были совсем молодыми и еще верили в сказки. Ларен возмущенно посмотрела на подругу:
     - Конечно, нет. Он победил её мужа, и, сначала, она его ненавидела, а потом Джодок завоевал её любовь.
     Ронат не сдержала улыбки, услышав, что её жизнь похожа на мелодраматический сериал. Две пары глаз уставились на неё, желая услышать подтверждения высказанной теории. Девушка задумалась, а и, правда, что она ощущала тогда и что теперь? Какие чувства наполняют её сердце? Что она чувствует к Джодоку и Бреносу? Но разобраться в этом сейчас не дал знакомый голос, который Ронат хотела слышать меньше всего:
     - Что, заводишь новых друзей? – спросила Кинния, подходя к ним. – Достойный тебя выбор.
     Ронат обернулась к ней, и та прищурилась, разглядывая её лицо. Ларен улыбнулась во все тридцать два зуба и сказала:
     - Привет, Кинния. Красивый праздник, правда?
     Кинния посмотрела на девушку и пожала плечами:
     - Простенький, с моей свадьбой не сравнится.
     - Никто и не сравнивает, - ответила Катарин. – Твоя свадьба готовилась три месяца, а о сегодняшнем празднике мы узнали утром. Но нам здесь нравится.
     - Какая невеста такой и праздник, - протянула Кинния, и снова посмотрела на Ронат. – Милое платье. Достала из своего скудного приданого?
     Она явно рассчитывает затеять ссору, устроить скандал, подумала Ронат. Провоцирует меня. Но не на ту напала!
     - Это подарок Альфы, - ответила Ларен вместо Ронат.
     Кинния победоносно улыбнулась:
     - Мне он подарил бриллиантовое ожерелье и Ferrari Portofino.
     - Ух, ты! – воскликнула Катарин: - Покатаешь?
     Кинния глянула на неё и усмехнулась:
     - Может быть, - она, похоже, не поняла, что девушка шутит над ней: - Когда-нибудь.
     - Здорово! – воскликнула Катарин и радостно захлопала в ладоши.
     Ларен не сдержалась и прыснула со смеха, а за ней и Катарин. Ронат улыбалась их детской шалости. Кинния, наконец-то, поняла, что над ней просто подшучивают, и сузила глаза:
     - Дурочки! Компания как раз для тебя, - прошипела она Ронат и быстро ушла.
     - Так, когда покатаешь? – вдогонку крикнула Катарин, и они рассмеялись пуще прежнего. Когда смех утих, девушка сказала Ронат: – Я же говорю, задавака. Зато над ней можно шутить.
     - Ты когда-нибудь дошутишься. Доведешь её, и она тебя покусает, - сказала улыбающаяся Ларен.
     - Еще кто кого покусает! – воскликнула Катарин и игриво оскалилась.
     - Кто кого собрался кусать? – услышали они веселый голос Бренуса, а через секунду Ронат почувствовала его руки на своем животе, мужчина обнял её со спины.
     Катарин сразу перестала улыбаться, и даже немного покраснела. Она быстро взглянула на руки Бренуса, что по-хозяйски обнимали Ронат. Девушке стало не по себе от её взгляда, и Ронат попыталась уйти от объятий Бренуса, но от этого мужчина еще сильнее притянул её к себе. Теперь уже и Ларен бросала на них любопытные взгляды.
     - Так кого ты собралась кусать, Катарин? Надеюсь не нашу Ронат?
     - Нет, - тихо ответила девушка, и снова опустила взгляд на мужские руки. – Не «нашу Ронат».
     Мужчина усмехнулся и спросил, наклоняясь к Ронат:
     - Я не вовремя, испортил веселье?
     - У нас был женский разговор, - ответила она.
     - Сплетничали про мужчин? Я их знаю?
     Ронат не сдержала улыбки:
     - Знаешь, и очень хорошо.
     Катарин и Ларен переглянулись и тоже улыбнулись.
     - Да, - протянул Бренус с загадочной улыбкой. – Очень хорошо говоришь? И кто они?
     - Секрет, - ответила Ронат и все-таки вывернулась из его объятий: - Много будешь знать, скоро состаришься. Хотя ты и так уже не молодой.
     Бренус непонимающе уставился на Ронат, а та заговорщицки подмигнула девушкам. Ларен улыбнулась и кивнула:
     - Совсем не молодой.
     - Просто старик, - поддержала подругу Катарин.
     И все трое рассмеялись. Бренус изобразил на лице гнев:
     - Смеётесь надо мною? Ну, я вам! – он наигранно зарычал, а девушки рассмеялись пуще прежнего, и Катарин с Ларен кинулись наутек.
     Бренус притянул Ронат к себе:
     - Они тебя утомили?
     - Нет, они милые, хоть иногда и болтают глупости.
     - Хочешь, отведу тебя наверх, немного отдохнешь?
     Девушка придвинулась к Бреносу:
     - Думаю, ты хочешь отвести меня наверх совсем с другой целью.
     - Как ты проницательна, - улыбнулся мужчина. – Пойдем?
     - Мы не можем бросить гостей.
     - Ничего с ними не станет. Пойдем, - сказал Бренус и придвинулся к ней до неприличного близко.
     Ронат отступила и покачала головой:
     - Нет, это не дело. Придется потерпеть.
     - Хочешь меня помучить?
     - Не хочу давать повода для сплетен.
     - Мне плевать.
     - А мне нет.
     Бренус серьезно посмотрел на неё и тоже отступил:
     - Не хочешь, чтобы нас видели вместе?
     - Причем тут это?
     - Ты ведь жена Джодока, не моя. И это праздник в честь вашей свадьбы.
     - Бренус. Пожалуйста, не начинай…
     - Все понятно. Веселись. Больше не буду отвлекать.
     - Бренус…
     Но он не дослушал, а развернулся и быстро ушел прочь, скрываясь в толпе. Ронат устало вздохнула, когда он, наконец, поймет, что так же важен для неё, как и Джодок? А потом неожиданна мысль заставила её замереть: возможно, тогда, когда она скажет ему об этом.
     Девушка медленно улыбнулась сама себе, принимая решение. Она отправилась на поиски Бренуса, чтобы не струсить и свершить задуманное.

     ГЛАВА 20.
     Но она смогла освободиться только через полчаса. Сначала её перехватила Инноджен и познакомила со своими подругами, и пришлось минут пятнадцать вежливо отвечать на их вопросы. Потом Сидмон пригласил Ронат на танец, и она, конечно, не смогла отказать. А затем ей пришлось танцевать еще с семью кавалерами, каждый из которых не доставал ей и до талии. А последнего она и вовсе взяла на руки, потому что так был проще, чем наклоняться к нему. Это был еще один волчий обычай, невеста танцевала с волчатами, будущими мужчинами.
     Наконец, Ронат удалось скрыться в тени дома, где она уловила запах Бренуса. Девушка ускорила шаг, чтобы увидеть его и уже заворачивала за угол дома, когда еще один знакомый аромат заставил её резко остановиться. Ронат припала к стене и замерла.
     - Я думала, ты скучал? – спросила Кинния капризным голосом, и Ронат представила, как она жмется к Бреносу.
     - Нет, - был его ответ.
     - Все веселятся, и я вспомнила нашу свадьбу. Радостное ожидание, приготовления, наши клятвы. Ты помнишь?
     Бренус не ответил ей, но и не уходил. Ронат закусила губу.
     - А я помню, - прошептала Кинния, и это прозвучало очень интимно. – Твои слова, улыбку. Твой поцелуй. Твою любовь.
     Ронат скорее ощутила дрогнувшим сердцем, чем услышала звук их поцелуя. Она зажмурила глаза и оторвалась от стены: время уходить, подслушивание в темноте не делает ей чести.
     - Ты злишься. Я понимаю. Просто пойми, я хотела быть только с тобой, любить только тебя. А ты… Мне нужно было время привыкнуть, - продолжила Кинния, и Ронат задержалась еще на миг, чтобы лишь услышать его ответ.
     - У тебя было время.
     - Да. И я приняла решение. Я буду с вами двоими. Буду вашей триадой. Буду любить вас двоих. Его и тебя, как прежде. Навсегда вместе…
     Дальше Ронат не стала слушать. Она подобрала платье и беззвучно ушла прочь. Сейчас она радовалась тому, что её задержали, и она не успела ничего сказать Бреносу. Не открыла свое сердце для боли и разочарования.
     Она уже подходила к боковому входу в дом, когда увидела Джодока, он направился к ней, а подойдя, спросил с радостным волнением:
     - Ты не видела Киннию? Она нужна мне.
     Хорошо, что здесь было темно, все освещение перевесили на поляну, для праздника. В глазах, что девушка подняла к мужчине, было столько боли, что он бы отшатнулся, увидев её. Они как будто обвиняли его в предательстве. Но в темноте Джодок не заметил, как одинокая слеза обожгла белый шрам на щеке.
     - Она за домом, с Бренусом.
     - Да? Они вместе? Это очень хорошо. Спасибо, - сказал мужчина и, чуть сжав её похолодевшие пальцы, быстро пошел прочь.
     Она почувствовала радостное нетерпение, с которым Джодок пошел к ним, и сжала кулаки, пытаясь не пустить в свою голову образы, что рвались туда. Но они прорывали её мысленную блокаду и уже стали формироваться в знакомые лица и тела, что улыбались и целовали… не её. Был лишь один шанс укрыться от мысленных картин, где Джодок и Бренус страстно любили Киннию, и Ронат воспользовалась им. Страх и боль наполнил сознание и перед ней всплыли жуткие волчьи глаза, налитые злобой и жаждой мщения. Агро снова был здесь, снова нависал над ней, она снова была связана, снова в свете лампы сверкнули его смертоносные когти. И Ронат опять зажмурилась, как тогда, сдерживая крик ужаса. Сейчас будет боль, много боли, её не избежать, от неё не скрыться. Не спастись. Она не может убежать, потому что связана…
     Девушка распахнула глаза, когда в лицо ударил свежий ночной воздух.
     Нет! Она больше не связана…
     Она свободна!
     И Ронат рванула с места, убегая от страшного прошлого, мучительного настоящего и безрадостного будущего. Уносясь, прочь, как северный ветер. От своих мыслей. От своих чувств.

     Джодок растерянно замер, увидев, как Бренус и Кинния целуются, прижавшись к стене дома. «Я его придушу!!!», подумал он и шагнул вперед. И тут же увидел, как Бренус отталкивает Киннию от себя, скидывая её руки со своей шеи:
     - Ты что, оглохла? – зарычал Бренус. – Я сказал, нет.
     - Ну, любимый, - протянула Кинния и снова прижалась к нему, обхватывая руками.
     Бренус резко вывернулся и отошел от стены, возле которой был, застигнут Киннией врасплох. Он отер губы ладонью:
     - Еще раз коснешься меня, и я вырву твои руки. Клянусь.
     Она имела наглость кокетливо улыбнуться:
     - Хочешь поиграть в недотрогу, давай. Я с радостью поиграю…
     - Ты что свихнулась? – спросил Бренус, еле сдерживая ярость: - Ты не нужна мне. Точка.
     - Нужна. Я вам двоим, нужна: тебе и Джодоку. Я ваша триада.
     Бренус закатил глаза и двинулся прочь, но тут же наткнулся взглядом на Джодока, что стоял в тени. Кинния потянулась за Бренусом, хватая его за руку, и тоже увидела мужчину:
     - Джодок, - нежно протянула она и двинулась в его сторону с манящей улыбкой на губах.
     - Слава Небу, - сказал Бренус. – Забирай свою прилипалу.
     - Вообще-то она твоя жена, - ответил Джодок, отводя руки Киннии от своего лица.
     - Ты ревнуешь? – спросила девушка и обернулась к Бреносу: - Мальчики не ссорьтесь. Надо уметь делиться.
     Бренус уставился на брата, и кривая усмешка накрыла его губы:
     - И как будем делить? Предлагаю обмен женами.
     - Нет, - сказал Джодок. – Меня все устраивает.
     Кинния посмотрела на него и сложила губки, она всегда так делала, когда намеревалась слезами добиться своего:
     - А меня нет. Я люблю вас двоих и хочу…
     - И давно ты это поняла?
     - Что?
     - Что любишь нас двоих?
     Кинния моргнула:
     - Я всегда это знала, я просто…
     - Давайте уже заканчивать этот фарс, - прервал её Бренус и подошел к ним. – Ты любишь только себя, никого больше.
     - Неправда! – взвилась Кинния и посмотрела на Джодока: - Милый скажи ему, я…
     - Согласен с братом. Только себя.
     - Ты не справедлив, я была с тобой, я любила тебя, я…
     - Чтобы оставаться в доме Альфы, - продолжил за неё Джодок. – Ты была со мной, чтобы оставаться в семье Альфы и пользоваться всеми привилегиями. Ты не стала нашей триадой, Кинния, и если бы ты думала хоть о ком-то кроме себя, ты бы ушла.
     - Ушла? Зачем? Что бы это доказало? – злясь, спросила девушка.
     - Твою любовь к нам, к одному из нас. Твою любовь хоть к одному из твоей стаи, к твоей семье, к сестрам, отцу.
     Кинния, прищурившись, смотрела на Джодока и тот продолжил:
     - Отец ведь говорил с тобой об этом, просил уйти из нашего дома. Он ведь даже нашел тебе мужа в другой стае.
     - Это глупо! Глупая идея старого дурака, - огрызнулась Кинния. – Он что сказал тебе?
     - Да.
     - Я никуда не поеду! Я не хочу уходить от вас, я люблю вас, тебя и Бренуса, я…
     - Так любишь, что готова, одним из нас пожертвовать? – спросил Джодок. – Пожертвовать миром в нашей стае, спокойствием своей семьи? Ты ведь знаешь, не будь у нас триады и рано или поздно мы с Бренусом ополчимся друг против друга. А это значит война внутри стаи. Кровь и смерть многих оборотней. Ты так сильно любишь нас, что готова нести кровь и смерть?
     Кинния замотала головой и вцепилась в плечи Джодока:
     - Нет, нет. Не будет войны. Я буду с вами, буду вашей триадой, я буду…
     - Терпеть нас в постели? Наши прикосновения? – спросил Бренус и обнял её со спины.
     Джодок вскинул руки и обнял Киннию за шею, всматриваясь в глаза. От мужчины не укрылась искра презрения, которую девушка спрятала за опущенными ресницами. Бренус задышал ей в волосы, и она не смогла подавить вздрагивания тела, что противилось против его прикосновений.
     - Ты пахнешь страхом, страхом и отвращением, - прошептал Бренус и отошел от неё.
     Джодок опустил руки и сделал шаг назад:
     - Ты не наша триада, и не станешь ей никогда. И ты лучше всех знаешь это.
     Кинния закусила губу, и искренняя слеза скатилась по её щеке:
     - Я старалась, я так старалась…
     - Я знаю, - ответил Джодок.
     - Я просто хотела… - девушка не сдержала рыданий и, закрыв лицо руками, бросилась к дому.
     Джодок посмотрел ей в след: это жестоко, но справедливо, надо было давно это сделать. Он повернулся к брату, Бренус улыбнулся ему:
     - Свобода?
     - Свобода, - вздохнул Джодок.
     Улыбка Бренуса стала еще шире, и Джодок нахмурился:
     - Что, не капли сочувствия?
     - Это ты мне говоришь? А кто минуту назад вещал про кровь и смерть? Ты что, правда, думал, что мы начнем войну друг с другом?
     - А ты нет? Никогда не думал об этом?
     - Война? – усмехнулся Бренус. -  О чем ты говоришь? Одна минута твоего позора и я Альфа!
     - Уверен?
     - Хочешь проверить? – загорелся Бренус, он давно уже не боролся с братом, хотя в юности они мерились силами, чуть ли не каждый день.
     Джодок расстегнул пиджак и поднял руки, сжимая пальцы в кулаках, радостная улыбка озарила его лицо:
     - Джиу-джитсу? Айкидо? Каратэ?
     - Пижон! – воскликнул Бренус и бросился на брата: - Бой без правил!
     Остановила их потасовку Инноджен, которая пошла искать молодых, настало время разрезать торт. Первые секунды она не поверила своим глазам и очень испугалась, когда увидела, как Джодок и Бренус качаются по земле, награждая друг друга тумаками. Но вот Джодок оказался сверху и уселся на брата. Он победоносно рассмеялся:
     - Значит моего позора?
     - Твоего, - подтвердил Бренус и через секунду смеялся уже он, восседая на брате.
     Тогда Инноджен поняла, что стала свидетелем не кровавой бойни, а братской шалости. Она подбоченилась и громко сказала:
     - Взрослые мужчины, а хуже детей.
     Братья резко повернули головы в её сторону и быстро ответили, указывая друг на друга:
     - Он первый начал.
     - Совсем как в детстве, - рассмеялась Инноджен. – Что опять лишить вас сладкого?
     Бренус встал с брата и протянул тому руку:
     - Нет, только не сладкого, я видел торт, он божественен.
     - Да, удивляюсь еще, как ты не слизал с него весь крем, - рассмеялся Джодок.
     Бренус повернулся к нему:
     - Это было один раз, и мне было шесть лет. Ты долго будешь еще это вспоминать?
     - Это был мой именинный торт, - рассмеялся Джодок. – Никогда тебя не прощу!
     Инноджен подошла к сыновьям и стряхнула с пиджака Джодока прилипшую траву. Она повернулась к Бреносу и поправила его волосы:
     - Ну, вот как теперь вы появитесь перед людьми? Все перепачкались…
     Сыновья нежно обняли мать, и та блаженно вздохнула, обнимая их. Она не сдержала слез радости:
     - Я очень счастлива за вас. За вас и Ронат.
     - Спасибо мама.
     - Спасибо.
     - Ну, все-все, - чуть оттолкнула их Инноджен и смахнула слезы: - Еще и мое платье изомнете. И Сидмон решит, что я качалась по траве вместе с вами.
     - Будет ворчать?
     - Нет, станет завидовать, - улыбнулась Инноджен. – Пора резать торт. Где Ронат?
     Джодок и Бренус переглянулись:
     - Она разве не на поляне с гостями?
     - Я никого из вас не увидела там, вот и пошла искать. Но она, наверное, уже на поляне, мы просто разминулись. Идемте.

     ГЛАВА 21.
     Волчица неслась вперед, не замечая, что лес становится все более непроходимым. Она не думала о том, что может заблудиться. С того момента, как она быстро сняла платье и оставила его висеть на ветке дерева на окраине леса, она вообще мало думала. Теперь только волчьи инстинкты владели её телом и разумом. Ночной лес всегда манил оборотней, а незнакомый ночной лес еще и гнал по венам сладкий адреналин. Волчица неслась вперед не думая куда бежит и зачем, а главное не чувствуя ничего кроме прохлады ночного ветра. Волчица убегала все дальше и дальше, в какой-то радостной лихорадке от того, что может бежать, что её никто не связал, что её никто не мучает, что она свободна. Ей даже стало казаться, что еще немного и волчьи лапы оторвутся от земли, и она взлетит, и тогда уже ничто не будет над ней властно.
     Секунда, и волчица и правда взлетела в воздухе, только не полетела над лесом, а неуклюже повисла в веревочном силке, что раскачивал её тело в метрах от земли. Свобода закончилась так же быстро, как и началась, её снова связали и опустили на грешную землю. А точнее подвесили над ней.
     Ронат встряхнула головой, возвращаясь в тело человека, и огляделась. Она болталась на толстом суку большой сосны, а грубая веревка, из которой были сделаны силки, больно врезалась в обнаженное тело. Девушка попробовала выбраться, подтягиваясь на руках, но у неё ничего не получилось, веревочный мешок, в который она попалась, был сделан на славу. Ронат обреченно вздохнула, стараясь принять максимально удобное положение, и ощущая себя пойманной в сети рыбой. Звать на помощь было бесполезно, она слишком далеко убежала от дома, и все оборотни сейчас на празднике. Одна надежда на то, что её хватятся и станут искать. От этой мысли Ронат снова предприняла яростную попытку выбраться. Она не хотела, чтобы Джодока и Бренуса снова доставали из постели одной жены на поиски другой. Эти мысли словно яд проникли под кожу и стали отравлять её тело, поэтому девушка решила отвлечься в новой попытке выбраться. Но все было тщетно, силки были очень крепкими и хорошо сконструированы. Ронат только стерла руки и колени о грубую веревку.
     Девушка прикрыла глаза и постаралась отвлечься на звуки, что заполняли ночной лес. Но в её ушах звучали лишь страстные слова Бренуса и Джодока, которые они шептали другой женщине, а в глазах их тела, что обнимали не её…
      Ронат распахнула глаза, и горькие слезы стали жечь лицо. Лучше бы Джодок оставил её там, на поле, у тела Агро! Лучше бы она пошла жить к брату! Лучше бы не знала ни их заботы, ни их страсти! Лучше бы не знала любви…
     Девушка подняла лицо к небу, в надежде увидеть за густыми ветками полную луну:
     - За что ты так со мной?! Зачем показала счастье, чтобы отобрать? Чтобы было больнее?! – кричала Ронат, невидимому белому диску. – Ненавижу тебя за жестокость! Ненавижу себя за слабость! Ненавижу их за надежду…
     С каждым разом её слова были все тише, а в конце и совсем стали беззвучны, как и рыдания. У Ронат не было свидетелей её слез, кроме ночных птиц и высоких деревьев, но даже перед ними, она не хотела проявлять слабость.
     Больше нет. Никогда.
     Только, в последний раз. В последний! Последняя слеза, что заставит вспомнить их улыбки и слова, их нежность. Слеза, что смоет горечь потери. Слеза, что оставит после себя лишь хорошие воспоминания. Слеза, что не позволит жалеть, о том, что она была счастливой, пусть и недолго…
     Ронат снова подняла лицо к небу:
     - Спасибо… спасибо… спасибо, - шептала она, а слезы все капали и капали, омывая глаза и душу, пока не ушла вся боль, пока не осталась лишь светлая грусть. – Спасибо за любовь…
     Девушка не могла сказать, сколько времени прошло, но её тело изрядно затекло, а ночная прохлада стала забираться под кожу. Она снова неуклюже сменила позу и обхватила себя руками, чтобы хоть немного согреться. А потом, вдруг, поняла, что больше не одна. Ронат всмотрелась в темноту, но ничего не увидела, но она чувствовала чье-то присутствие рядом. Кто-то беззвучно рассматривал её, сквозь лесные заросли. Это было жутко, и поэтому Ронат громко сказала:
     - Вы поможете мне? Кто-то расставил силки и я попалась. Я совсем замерзла. Пожалуйста, помогите мне выбраться, или сходите за помощью.
     В ответ не было ни звука, и Ронат поежилась. Она решилась на еще одну попытку:
     - Меня зовут Ронат. Я недавно в этих краях и стае. Я заблудилась в лесу. Пожалуйста, помогите мне.
     Наконец, она услышала, как зашумела трава под ногами, идущего к ней человека, и вскоре рассмотрела небольшую фигуру в темном плаще. Девушка сильнее сжала кулаки, чтобы не закричать, так зловеще эта мрачная фигуры смотрелась в ночном лесу. Но, не доходя до Ронат, человек затерялся за деревьями и девушка даже обрадовалась, что он уходит, лучше совсем без помощи, чем с такой. Но тут же услышала, звук ножа о веревку. Ронат не успела вскрикнуть, как её тело упало на землю, и она больно ударилась левым боком. Девушка не стала терять время и быстро выбралась из силков, пока не вернулся ночной гость. Она присела на четвереньки, чтобы быстро обернуться в случае нападения. Темная фигура показалась из-за дерева и остановилась, увидев её стойку. Голова в плаще наклонилась, рассматривая её, а потом в руке, что была затянута в кожаную перчатку, блеснул нож. Ронат вся подтянулась, готовясь к прыжку: ей нужна секунда, чтобы обернуться, и еще секунда, чтобы напасть или убежать.
     Но проходили минуты, а она все также оставалась на месте в человечьем теле и не понимала сама себя. Как тогда, в первую ночь в новом доме, когда она убегала от Джодока и Бренуса – ум кричал остановиться, а тело несло вперед. Только сейчас все было наоборот: ум кричал, что надо бежать, а тело замерло как каменное. Человек в плаще сильнее сжал нож и снова наклонил голову, а потом резко поднял руку с ножом вперед, угрожая. Ронат только моргнула, на эту угрозу, и больше ни как не отреагировала. Её тело, что и правда превратилась в камень?!
     Человек в плаще медленно опустил нож:
     - Почему не обращаешься? – спросил хриплый женский голос, и Ронат удивленно распахнула глаза.
     - Почему не нападаешь? – спросила она в ответ.
     Женщина подняла руку и стянула с головы капюшон. Она была среднего возраста с привлекательным лицом, а в прищуре её глаз, было что-то знакомое. Ронат от удивления привстала на колени, поняв, с кем разговаривает:
     - Вы мать Бренуса?
     - Не я его мать.
     Ронат увидела на лице женщины печаль, которую та быстро скрыла за безразличием. Мать Бренуса спросила:
     - Тебе разве не говорили, что в эту часть леса ходить нельзя?
     - Вроде говорили, - припомнила Ронат, разговор с Бренусом. – Это из-за силков, да?
     - Это из-за меня, - сказала женщина и, накинув капюшон обратно, развернулась, чтобы уйти. Но она медлила, а Ронат воспользовавшись моментом, встала на ноги. Женщина, не оборачиваясь, тихо спросила: - У него все хорошо?
     Девушка сжала кулаки, понимая, о ком она спрашивает:
     - Да… Он женился.
     Плечи в плаще ссутулились, и незнакомка прислонилась к дереву:
     - Значит, он счастлив.
     - Значит, счастлив.
     Мать Бренуса медленно обернулась и внимательно посмотрела на Ронат:
     - Тебя печалит это?
     Ронат отрицательно мотнула головой, и обхватила себя руками:
     - Вы не подскажите, в каком направлении мне идти?
     - Тебе туда, дом Альфы и поселок на юге.
     - Да, понятно. Спасибо, - сказала Ронат и чуть прихрамывая пошла на север.
     Женщина не стала говорить, что девушка идет не в ту сторону, но пошла за ней следом. Ронат бы с удовольствием обернулась в волка, чтобы ускориться, но у неё могут быть повреждены ребра, от падения. А значит обращаться не безопасно, травма может усилиться. Так они шли минут пять, пока женщина не сказала:
     - Если свернешь на права, там мой дом. Могу дать тебе одежду и обувь.
     Ронат хотела отказаться, её не очень-то радовала перспектива заходить в гости к лесной отшельнице и сумасшедшей. Но было холодно, а мать Бренуса пока вела себя адекватно, и Ронат свернула. Дом и, правда, был невдалеке, он был небольшим и современным, хотя Ронат ожидала увидеть что-то вроде лесной землянки. Внутри тоже было уютно, и даже было электричество, чему Ронат снова удивилась. Женщина сняла плащ и повесила на вешалку у двери, она прошла в дом и сказала:
     - Можешь умыться в ванной, а я сейчас принесу одежду.
     Ронат воспользовалась гостеприимством и вскоре уже натягивала на себя спортивный костюм и удобные мокасины. Женщина включила электрочайник, и девушка приняла это за молчаливое приглашение на чаепитие. Ронат еще раз осмотрела дом и спросила:
     - Откуда у вас электричество?
     - Почему ты убежала из стаи?
     Ронат обернулась и наткнулась на внимательный женский взгляд.
     - Лучше не быть там, где тебе не рады, - ответила она.
     - От тебя пахнет мужчинами. Один из запахов мне смутно знаком. Это запах Бренуса?
     Ронат кивнула. Женщина наклонила голову, рассматривая её внимательнее:
     - Он твой любовник? Ты же сказала, что он женился.
     - Все сложно.
     - Объясни! - резко сказала мать Бренуса, и Ронат отшатнулась от силы эмоций, что стояли за этим словом.
     «Вот будешь знать, как заходить в гости на чай к сумасшедшей», отругала себя Ронат. Но потом отринула эти мысли: в глазах у женщины не было безумства, только сильная тревога и растерянность.
     - Да, он женился, полгода назад. Её зовут Кинния. А недавно его брат Джодок, у него есть младший брат, - пояснила Ронат, и женщина нетерпеливо кивнула, что знает об этом: - Так вот Джодок вынужден был жениться на мне…
     - Вынужден?
     - Да. Был честный бой, в котором он убил моего мужа. А потом, пожалел и взял меня в жены.
     - Пожалел? – переспросила женщина с какой-то яростью.
     - Да.
     - Как он мог! Ведь у него с братом уже была жена, их триада!
     Глаза женщины наполнились такой яростью, что Ронат и вправду испугалась. Она непроизвольно сделала шаг назад.
     - Что было дальше? – спросила женщина, пронзая Ронат таким взглядом, как будто только одна девушка была виновата во всех грехах мира.
     - Ничего. Я немного пожила в их доме, а когда поняла, что к чему убежала. И вот я здесь.
     - Что к чему? Ты соблазняла их на измену?
     - Измену?
     - Да! Изменить их триаде! От тебя пахнет ими!
     - Никого я не соблазняла, они…
     - Замолчи! Это подло и низко! У них есть триада, зачем ты мешала?!
     - Я, я… - Ронат не знала что сказать, так обвиняющее звучали слова матери Бренуса. – Я, наверное, пойду. Ладно?
     - К ним?! Снова соблазнять! Снова рушить их счастье!?
     - Может вы не заметили, но я иду в другом направлении! – не сдержала негодования Ронат. – Может вы не заметили, но я убежала от них! И не собираюсь возвращаться и кого-то там соблазнять! Хватит с меня мужей! Их жен! И их матерей! Надоели, вы все!!!
     Ронат развернулась и уже направилась к двери, но женщина её опередила и загородила выход собою:
     - Значит, ты не вернешься к ним?
     - Сказала же нет!
     - Обещай!
     - Обещаю, - устало произнесла Ронат больше для себя, чем для женщины.
     - Это хорошо, не нужно мешать. Не нужно. Хочешь, можешь жить у меня. Будем вместе жить… Две ненужных жены, - вдруг улыбнулась женщина, но в её улыбке была лишь горечь.
     - Вы были нужны…
     - Нет, нет, молчи, - замотала она головой. – Ты ничего не знаешь. Ничего… Пойдем, выпьем чаю.
     Ронат не хотела оставаться и минуты в этом доме, но подумала, что лучше согласиться, от греха подальше. Женщина отошла от двери, только когда девушка села за стол. Она разлила чай и подала Ронат:
     - Пей.
     - Надеюсь там не яд, - пошутила Ронат и заглянула в кружку.
     - Нет, я не способна на убийство, - ответила женщина и опустила взгляд в свою кружку. – Хотя, возможно, это был бы лучший выход, убить тебя, чтобы Джодок не искал. Ведь если он в отца, то будет искать, и может заставить вернуться, - женщина подняла глаза на удивленную её словами Ронат: - Но ты не возвращайся, ты обещала. Помнишь?
     - Помню.
     - Да. Не нарушай слово. Если что, мы тебя спрячем. Я знаю лес очень хорошо, никто не найдет.
     - Он не сможет меня заставить, - тихо прошептала Ронат и пригубила чай.
     - Да. Сидмон тоже не смог. Три дня просил, а я ни в какую, уставилась в одну точку и молчу. Он подумал, сошла с ума, и ушел.
     - А вы не сошли? – тихо спросила Ронат.
     Женщина подняла на неё глаза:
     - Иногда мне кажется, что сошла. А ты как думаешь?
     Ронат улыбнулась:
     - Я думаю немного.
     Женщина улыбнулась в ответ:
     - Ты добрая. Откуда у тебя порез?
     - От первого мужа.
     - Тогда хорошо, что Джодок его убил. Плохо, что взял в жены, но что убил – хорошо.
     Ронат пригубила чай. Женщина тоже сделала два глотка, а потом тихо спросила:
     - Зачем легла с ними?
     Ронат сжала кружку и сделала еще глоток. Женщина продолжила:
     - Вижу ведь, что хорошая ты. Так зачем? Ведь они в триаде, зачем мешать?
     - Они говорили, что не видят в Киннии триады.
     Женщина резко поставила кружку на стол:
     - Кто говорил?
     - Бренус. Она жила с Джодоком, а Бренус был один.
     - Как один?! Она ведь его жена?
     - Я не знаю, ничего не знаю. Главное сейчас они во всем разобрались и вместе.
     Ронат замолчала и стала пить чай. Женщина тоже подняла кружку, но снова её поставила:
     - Ты говорила, он женился полгода назад, а разобрались только сейчас?
     Ронат раздраженно посмотрела на женщину:
     - Я говорю, что не знаю. Хотите узнать больше идите и спросите у них сами.
     Женщина молчала с минуту, а потом снова спросила, заглядывая Ронат в глаза:
     - Любишь его?
     Ронат поставила чашку:
     - Слишком много вопросов. Нет, мы с вами не уживемся, простите. Спасибо за чай, я пойду.
     Девушка встала, и женщина тоже поднялась. Она чуть отступила, давая Ронат пройти, а когда та была уже у двери, снова преградила путь:
     - Прости, - сказала женщина и начала снимать кожаные перчатки, что все это время были на ней.
     - За что? – спросила Ронат.
     - За боль, - ответила женщина и взяла девушку за руку, прикасаясь к обнаженной коже нежными пальцами.
     Ронат ощутила сильный болевой спазм во всем теле, и потеряла сознание.

     ГЛАВА 22.
     Девушка медленно приходила в себя. Тело ощущалась ватным, голова кружилась. Ронат попыталась встать, но её нежно уложили снова на пол:
     - Лежи, скоро должно пройти.
     - Вы все-таки что-то подмешали мне в чай?
     - Нет, - засмеялась женщина, и убрала прядь волос со лба Ронат. – Чай совсем обычный. А вот я не совсем.
     - Это я уже поняла.
     - У меня есть дар, он же мое проклятье. Он открылся, когда я первый раз взяла Бренуса на руки. Я читаю судьбу человека, к которому прикасаюсь первый раз. Тогда я прочитала судьбу Бренуса, вот и ушла, оставила его, чтобы он был счастлив.
     - Разве ребенок может быть счастлив без матери?
     - А он не был без матери. Разве вторая жена Сидмона не его мать? Разве она его не любит? Разве с ней он не счастлив?
     - А с вами, что не был бы счастлив?
     - Ты не веришь мне, вот и Сидмон не поверил. Поэтому я притворилась сумасшедшей, что бы он оставил меня в покое. Я ушла ради Бренуса, чтобы у него родился сводный брат, чтобы они нашли свою триаду. Только так он мог стать счастливым. Только так. Понимаешь?
     - А как же вы?
     - А что я? Я привыкла здесь одна. Здесь в лесу мне хорошо. Я всегда была одиночкой, это моя судьба и мое счастье.
     Ронат молчала, думая над словами женщины. Мать Бренуса либо сумасшедшая, либо святая, она пожертвовала всем, ради счастья сына. Смогла бы так Ронат? Девушка вздохнула:
     - Значит, вы только что прочитали мою судьбу, да?
     - Да.
     - И что там интересного?
     Мать Бренуса рассмеялась:
     - Нет, я не рассказываю никому его судьбу. Человек не должен её знать. Это неправильно.
     - Ну, может, хоть намекнете, куда идти, в какую сторону?
     - Нет, не могу даже намекнуть. К тому же ты все равно никуда идти пока не сможешь. Так действует мое прикосновение. Лежи себе здесь спокойно и отдыхай. Я бы перетащила тебя на диван, но не буду надрываться: пол чистый, я подметала утром.
     Ронат рассмеялась и прикрыла глаза, ощущая усталость дня:
     - Скажите хоть ваше имя.
     - Мирта, меня зовут Мирта. Засыпай дочка.
     Через пару секунд девушка уже спала.

     Нежные руки прошлись по лбу, и Ронат нехотя открыла глаза. Лицо Мирты с улыбкой нависала над ней:
     - Прости, что разбудила.
     - Уже утро?
     - Еще нет. Просто тебе надо отодвинуться от двери.
     - Зачем? – спросила Ронат, снова закрывая сонные глаза. – Мне и здесь хорошо.
     - Давай, немного, - сказала женщина и чуть оттащила её от двери.
     Ронат помогла ей, отталкиваясь руками, и снова улеглась. Тело все еще было ватным. Женщина присела возле девушки и положила её голову себе на колени,
     - А вы, что, не будете ложиться спать? – спросила Ронат.
     - Мне не до сна, этой ночью, - улыбнулась женщина, поглаживая волосы Ронат.
     Девушка уже стала снова проваливаться в сон, как услышала резкий стук двери и порыв ночного воздуха. Она распахнула глаза и увидела в дверях красивого черного волка, что угрожающе рычал на них с Миртой. Ронат повела носом и прикрыла глаза.
     Бренус.
     Мужчина принял человеческое тело и прорычал с порога:
     - Что ты сделала с ней!?
     - Я так полагаю вопрос не ко мне? – спросила Ронат, не открывая глаз.
     Мужчина сделал шаг вперед и заботливо спросил:
     - Ты в порядке? – а потом снова прорычал: - Отойди от неё!
     - Не рычи, ты больше не волк. Со мной все хорошо. Мирта не может отойти, она держит мою голову.
     - Почему ты лежишь на полу? – спросил Бренус и медленно присел возле Ронат. – Ты поранилась? Где болит?
     - Я устала, - ответила она, все так же, не открывая глаз.
     - Посмотри на меня.
     - Зачем. Я сплю.
     - Спишь? Почему здесь? Почему не в нашей спальне?
     - Я думаю понятия «наша спальня» больше не существует.
     - Почему?
     - Вопросы, это у вас семейное, - хмыкнула Ронат и, наконец, открыла глаза.
     Бренус сидел возле неё на корточках, очень близко. Ронат зацепилась рукой за тело Мирты и отодвинулась от него, прижимаясь к ней. Это не укрылось от Бренуса и он удивленно вскинул брови:
     - Ты знаешь кто это?
     - Да.
     - Дай мне руку, пойдем отсюда, - сказал мужчина, не глядя на Мирту.
     - Мне и здесь хорошо.
     Бренус нахмурился:
     - Ронат мы битый час ищем тебя повсюду, а тебе и здесь хорошо?
     - Прости, что принесла столько хлопот, - сказала девушка, прикрыв глаза, а потом снова их распахнула, найдя мужество смотреть на Бренуса: - Я поддалась порыву, а должна была оставить записку, что со мной все хорошо, и будет все хорошо. Правда, Бренус, все в порядке, я все понимаю. И, пожалуйста, передай Джодоку, что он мне ничего не должен. Спасибо за все, и можешь идти.
     - Можешь идти! – взревел Бренус, вскакивая на ноги. – Спасибо за все! Ты что сошла сума! Это что заразно?
     - Твоя мать не сумасшедшая! – резко ответила Ронат, а потом с улыбкой добавила: - Может только немного.
     - Она мне не мать.
     - Как знаешь.
     Бренус наклонился к девушке, чтобы поднять. Та резко отшатнулась от него, теснее прижимаясь к Мирте:
     - Не трогай меня! 
     Бренус сделал шаг назад, в его глазах стояло недоумение:
     - Да что с тобой?!
     - Со мной все хорошо, я же сказала. Просто уходи. Говорю в третий раз, жалость мне не нужна, - Ронат прикрыла глаза и уткнулась лицом в колени Мирты. Она так устала: - Просто уйди Бренус. Просто уйди.
     - Я никуда не уйду без тебя, - сказал мужчина, но ответа не последовало, тогда он,  наконец, посмотрев на Мирту: - Что с ней?
     - Она думает, что твоя жена, ваша триада, - ответила женщина, поглаживая волосы Ронат и не глядя на сына.
     - Что за бред?! Откуда она это взяла?
     Мирта пожала плечами, продолжая гладить Ронат по голове. Бренус снова присел возле девушки:
     - Ронат, девочка моя, Кинния ничего для нас не значит, слышишь. И уже завтра она уедет. Её отец нашел для неё нового мужа.
     Но Ронат не отвечала. Бренус нежно коснулся её плеча.
     - Она спит, - сказала Мирта. – Очень устала.
     - Я заберу её домой.
     - Утром. Сейчас дай ей немного отдохнуть.
     - Откуда такая забота о чужом человеке? – огрызнулся Бренус.
     Мирта подняла глаза на Бренуса, впервые глядя на сына за столько лет:
     - Она не чужая мне. Она ведь твоя триада.
     Мужчина долго смотрел на женщину, решая, что той ответить. Но потом передумал вообще говорить что-либо и встал. Он поднялся и ушел в тень комнаты, усаживаясь в кресло. Долгое время Бренус моча рассматривал Мирту, которая нежно с заботой гладила Ронат по волосам, а потом спросил:
     - Как она здесь оказалась?
     - Она попалась в мои силки, когда бежала на северо-восток.
     - Почему она вообще оказалась так далеко от дома?
     - Я не знаю. Ронат только сказала, что лучше не быть там, где ей не рады.
     - Ясно. От тебя можно позвонить?
     Мирта указала на телефон и прикрыла глаза, когда её сын поднялся. Он был здесь, совсем рядом, она снова чувствовала его тепло и родной запах. Её сын вырос, возмужал и стал настоящим мужчиной. Он был сильным и красивым – весь в отца, и вспыльчивым, совсем как она. И он презирал её и даже ненавидел – все как женщина и предвидела. Мирта снова погладила волосы девушки. Ну, ничего, главное Ронат здесь, главное он нашел её. Теперь все изменится, его триада все изменит. Она всем принесет счастье и душевный покой.
     Бренус позвонил домой, и сообщил, что Ронат нашлась. Уже через пятнадцать минут в дом вошел хмурый Сидмон и протянул сыну джинсы. С минуту он внимательно рассматривал бывшую жену и невестку, что доверчиво к ней прильнула. Мирта не отрывала взгляда от спящей девушки.
     - Что с ней? – спросил Сидмон.
     - Она спит, - ответил Бренус, натягивая штаны.
     - Почему здесь?
     - Ронат попалась в её силки.
     Сидмон резко повернул голову и посмотрел на сына:
     - Почему Ронат до сих пор спит здесь?
     - Она сказала её не будить, дать отдохнуть до утра.
     - Сказала? – переспросил Сидмон и посмотрел на Мирту: – Снова говоришь? Или ты говоришь со всеми кроме меня?
     Мирта молчала, продолжая теребить волосы Ронат.
     - Понятно. Ну что же, подождем до утра, - сказал Сидмон и по-хозяйски уселся на диван.
     В комнате установилась тишина, но она была звенящей, такое напряжение стояло в воздухе. Через двадцать минут дверь снова открылась, и на пороге появился Джодок, его грудь резко вздымалась и опускалась, от быстрой пробежки в теле человека. Он сразу шагнул к Ронат, всматриваясь в тело жены. Сидмон остановил его:
     - С ней все в порядке. Она просто спит. Ронат попалась в силки Мирты, это её и задержало.
     - Задержало? – переспросил Джодок.
     Сидмон перевел суровый взгляд с одного сына на другого:
     - Ну не гуляла же она одна ночью так далеко от дома? Я сказал вам разобраться во всем, или вмешаюсь я. И что я вижу? Дошло до того, что девочка убегает из дома. Все-таки мне придется найти для Ронат другого мужа, от которого ей не захочется убегать.
     - Ты не посмеешь! - зашипела Мирта, глядя прямо на Сидмона. – Она их триада!
     - Ты обрела голос? – спросил Сидмон с сарказмом.
     - Ты не посмеешь! – повторила женщина.
     - Ты мне указываешь?
     - Не посмеешь! Не для того я оставила тебя и сына, чтобы ты все разрушил в самый важный момент!
     - А для чего ты нас оставила? – тихо спросил Бренус, глядя на мать.
     Мирта посмотрела на него и улыбнулась, снова, опуская взгляд на спящую Ронат:
     - Чтобы в твою жизнь вошла она.

     ГЛАВА 23.
     Ронат чувствовала себя хорошо, тело было отдохнувшим, а голова ясной. Она лениво потянулась и раскрыла глаза, радуясь солнцу, что пробивалось сквозь окна. И тут же наткнулась на три пары мужских глаз, что, прищурившись, внимательно следили за ней. Девушке сразу стало не по себе, и все тело сковало напряжение.
     - Доброе утро, - услышала Ронат, нежный голос Мирты над собой.
     Ронат посмотрела на женщину, ища у неё защиты от мужчин, что были в комнате:
     - Я долго спала?
     - Всю ночь, - ответил за Мирту Бренус.
     - И утро, - сказал Джодок.
     - И большую часть дня, - добавил Сидмон.
     - Но теперь ведь тебе лучше? – спросила Мирта, улыбнувшись.
     - Да, я выспалась, - ответила девушка и начала подниматься, избегая взглядов мужчин.
     Мирта помогла ей встать и сказала:
     - Иди, умойся, а я поставлю чайник.
     Ронат кивнула и быстро скрылась в ванной комнате. Бренус с Джодоком двинулись было за ней, но их остановил Сидмон:
     - Оставьте её, - он поднялся с дивана и прошел на кухню, вслед за Миртой. – Надеюсь, нам чай тоже полагается.
     Женщина ничего не ответила и только выставила на стол пять чашек. Сидмон сел на стул и потянулся к сахарнице, он любил сладкий чай.  Джодок недоуменно посмотрел на отца: он, что и вправду собрался завтракать здесь? Бренус подошел к Сидмону:
     - Может, объяснишь, почему мы все еще тут? Ведь Ронат уже проснулась, забираем её и уходим.
     - Она же не мешок с мукой, не взвалишь же её на плечо? - сказал Сидмон, насыпая в свою кружку чай.
     - Почему бы и нет, - фыркнул Бренус.
     - Чтобы она снова убежала, как появится возможность? – спросил отец, глянув на сына. – Нет, надо во всем разобраться. Здесь и сейчас, - он пододвинул свою кружку к Мирте, чтобы та налила кипяток. – Спасибо.
     - Что с тобой, отец?! – взвился Бренус. – Что мы вообще делаем в этом доме? Ты же не собираешься пить её чай?
     - Её зовут Мирта, - заметил Сидмон. – Ты не будешь называть её матерью, потому что твоя мать Инноджен. Но женщину, что дала тебе жизнь, прояви уважение, называй по имени.
     Бренус глянул на Мирту, что выставляла на стол хлеб и масло для завтрака и нахмурился:
     - Уважение, к той, что бросила своего ребенка?
     Женщина поставила на стол джем и спокойно заметила:
     - Я не бросила тебя, а оставила на твою мать, на Инноджен.
     Бренус сжал кулаки от нелепости такого замечания:
     - Оставила на Инноджен?! Да её тогда и на горизонте не было! Она появилась в доме только через долгие месяцы.
     - Ну, если верить Мирте, та знала, что Инноджен появиться и воспитает тебя как сына, проявляя материнскую любовь и заботу, - протянул Сидмон, глотнув чая.
     Бренус перевел раздраженный взгляд на отца:
     - И ты веришь во весь этот бред?
     - Учитывая, что Мирта и этот день предсказала, склонен поверить.
     - И что она предсказала? – спросил, молчавший до этого Джодок.
     - Что в один прекрасный день ваша триада объединит всю нашу семью. А Бренус простит и примет женщину, что его родила.
     - Никогда этого не будет! – прорычал Бренус. – Никогда!
     - Снова рычишь? – раздался за его спиной голос Ронат и она, как не чем не бывало, вошла на кухню. – Мирта, чем тебе помочь?
     - Пригласи, пожалуйста, на завтрак Джодока и Бренуса. Думаю, мое приглашение они проигнорируют, - ответила женщина.
     Ронат взяла со стола кусок хлеба и откусила немного, исподлобья разглядывая братьев:
     - Думаю, они не голодные, - протянула Ронат. – А если что, могут поесть и у себя дома. Их жена их обязательно покормит.
     Джодок отодвинул стул и сел за стол, не отрывая взгляда от Ронат:
     - Да, ЖЕНА, налей мне, пожалуйста, чай. Я немного проголодался.
     Ронат ответила ему невозмутимым взглядом:
     - Я больше не жена тебе. Я решила аннулировать наш брак.
     - Да, очень интересно? И на каком же основании? – спросил Джодок, складывая руки на груди.
     - На основании ненужности. Я освобождаю тебя от себя.
     - Освобождаешь, значит? Ладно, - протянул Джодок и сам налил себе чай, – Тогда будем считать, что наш брак аннулирован.
     Ронат сглотнула и прикрыла глаза, но сразу взяла себя в руки и улыбнулась для «зрителей»:
     - Вот и отлично.
     Джодок налил еще одну кружку чаю и протянул Бреносу:
     - Можешь меня поздравить, брат, теперь я тоже свободный мужчина, как и ты, - и они ударили кружками с чаем, словно бокалами с шампанским.
     Ронат не сразу поняла, о чем говорит Джодок, и вопросительно посмотрела на Бренуса, который тоже сел за стол:
     - Да, милая. Если бы вчера тебя не сморил сон, ты бы узнала, что сегодня Кинния уезжает в другую стаю, чтобы выйти замуж. Так что теперь я свободный мужчина.
     - Как уезжает?! Она ведь ваша триада?
     - Не знаю с чего ты взяла это в свою голову, но это полный бред, - ответил Бренус.
     Ронат посмотрела на Джодока, и тот кивнул, подтверждая слова брата. Тогда девушка перевела взгляд на Сидмона, ища ответов у него. Мужчина, молча, изучал её, а потом спросил:
     - Почему ты вчера сбежала из дома?
     Ронат потупила взгляд и тихо сказала:
     - Я поддалась эмоциям. Не хотела быть ненужной женой и мешать Киннии и вашим сыновьям.
     Бренус резко опустил свою кружку на стол, намереваясь в очередной раз выяснить, с чего девушка это взяла, но отец остановил его суровым взглядом и спросил сам:
     - С чего ты решила, что не нужна им?
     - Я слышала, как Кинния говорила Бреносу, что согласна быть их триадой.
     - А ты не слышала, что я сказал ей в ответ? – злясь, спросил Бренус.
     Ронат неопределенно пожала плечами, избегая смотреть на него:
     - Она молодая и красивая. Кинния твоя жена, ты сам выбрал её, а значит любишь. Твой ответ был мне очевиден.
     - Очевиден?! – не сдержался Бренус и вскочил со стула. – Очевиден?! А все, что было между нами эти дни? Это как же? Что с этим? Это не было для тебя очевидным? Ты это списала со счетов?!
     - Это была лишь страсть, благодаря которой ты добился, чего хотел, вернул расположение любимой жены. Страсть, ничего больше.
     - Ничего больше, - повторил Бренус и шагнул к ней. Он сжал в ладонях её плечи, заглядывая в глаза, но пытаясь увидеть её душу: - Скажи это еще раз, глядя мне в глаза. Повтори свою ложь.
     Ронат прикрыла глаза не в силах выдержать его взгляд. Мужчина встряхнул её:
     - Ну, повтори!
     - Бренус, - остановил брата Джодок.
     Тот обернулся к мужчине:
     - Ты слышишь, что она говорит? Слышишь?! Она хочет очернить все-то светлое, что было между нами тремя! Я ей не позволю! - он снова обернулся к Ронат: - Ты слышишь, я не позволю тебе лгать. Скажи правду! Ну! Правду, почему ты сбежала! Говори!
     Ронат отрицательно закачала головой, тогда мужчина встряхнул её сильнее:
     - Говори! Сейчас же! Говори правду!
     - Потому что люблю вас! – вскрикнула Ронат и зажмурила глаза. – Я не могла остаться и смотреть, как вы счастливы с другой, - добавила она тихо.
     Бренус прижал девушку к себе и нежно обнял:
     - Я люблю тебя Ронат.
     Другое мужское тело придвинулось со спины, и крепкие руки обняли её:
     - Я люблю тебя Ронат, - повторил Джодок за братом. - Ты наша триада.
     Ронат не сдержала слез и в который раз, разрыдалась в их объятьях. Кажется, у неё вошло это в привычку. 

     ГЛАВА 24.
     Она не поняла, как оказалась на диване, и только запоздало подумала, что Сидмон и Мирта станут свидетелями её наготы: Джодок стянул с Ронат мастерку, под которой у неё ничего не было. Девушка попробовала возражать, но поцелуи Бренуса, заглушили слова протеста, а руки Джодока усмирили тело. А вскоре, когда пальцы Бренуса нежно погладили её женственность, которую уже не прикрывали спортивные брюки, девушка и вовсе растеряла все мысли. Остались только чувства, эмоции и ощущения, что разгорались в ней, точно лесной пожар, угрожая спалить дотла. Они были здесь. Они были с ней. Они любили её. Только это сейчас имело значение, а об остальном она подумает после.
     Джодок уложил Ронат на себя, и начал страстно целовать, удерживая за талию.  Девушка прогнулась в спине, подчиняясь его настойчивым рукам. Бренус придвинулся сзади, нежно массирую женские плечи, его руки медленно двинулись по спине к ягодицам. Джодок чуть приподнял девушку, неспешно наполняя её лоно, и Ронат еще сильнее прогнулась в спине, чтобы Бреносу было удобнее проникнуть между её ягодиц. Вскоре она ощутила их страсть внутри своего тела, она заполнила её до краев. Мужчины двигались в ней неспешными глубокими толчками, и Ронат не могла понять, как им удается сдерживаться. Девушка вцепилась пальцами в тело перед собою, оставляя на мужской коже борозды от ногтей, и стон оргазма слетел с её губ. Как по команде мужчины отбросили сдержанность и Ронат, наконец, ощутила всю силу их страсти. Она приняла её с радостью, её тело снова начало закручиваться в пружину удовольствия, которая обещало скорую и сильную разрядку. Ронат уже была на самой грани, но что-то не давало эту грань переступить. Она сильнее зажмурила глаза, приближая свое удовольствие, как вдруг ощутила на своей ключице захват зубов Джодока. Он укусил девушку, оставляя на ней свою брачную метку. Ронат пронзила вспышка сладкой острой боли, а за ней еще одна, когда свою метку, рядом с укусом брата оставил Бренус. Боль, наконец, унесла девушку за грань, и её тело взорвалось мощным оргазмом. Бренус и Джодок присоединились к ней через мгновения, высвобождая свою страсть.
     Свет померк, время остановилось, все вокруг исчезло. Во всей Вселенной остались лишь они: три молодых тела, три волчьих сердца, три любящих души. Они дышали единой страстью, видели одни и те же звезды, их сердца бились в унисон.
     Они были триадой.
      Ронат неспешно приходила в себя, на душе было хорошо и спокойно. Она притронулась пальцами к брачной метке на ключице и улыбнулась. Её руку отвели пальцы Бренуса и он поцеловал пульсирующие ранки:
     - Тебе идет наша метка.
     Девушка хитро улыбнулась и прикрыла глаза, сжимая руку Бренуса в своей:
     - Правда?
     - Правда, - ответил за Бренуса брат и приподнялся, чтобы лучше  рассмотреть укус. – Очень красиво.
      Девушка умиротворенно вздохнула и растянулась на теле Джодока.
     - Теперь придется сменить весь твой гардероб. Выкинуть все твои байки. Хочу, чтобы каждый видел нашу метку, и знал, чья ты жена, - сказал Бренус.
     - А я вообще не жена, ведь Джодок согласился на аннулирование нашего брака. Так что теперь я свободная женщина, - улыбнулась Ронат.
     - Свободная значит, да? – протянул Джодок. – Хорошо, так и быть насладись своей свободой час-другой.
     - Час-другой? – картинно удивилась Ронат.
     - Да, - ответил Бренус. – Потому что как только мы вернемся в наш дом, сразу произнесем брачные клятвы перед Альфой и всей стаей.
     Девушка сладко вздохнула:
     - Тогда моя свобода продлиться больше двух часов. Думаю, после вчерашнего праздника стая так быстро не соберется. Целые часы свободы! Здорово!
     - Если твоя свобода и продлится дольше, то только благодаря нам, - с улыбкой заметил Бренус. – Будем удерживать тебя здесь, пока не насытимся тобой.
     Ронат картинно нахмурилась:
     - Мужчина, что за слова в присутствии малознакомой женщины. Следите за своим языком.
     - Тебе не кажется, Бренус, что кто-то тут совсем потерял страх? – спросил Джодок у брата.
     - Кажется. Кто-то забыл, кто в доме главный.
     - Думаю, надо кому-то это напомнить, - сказал Джодок и не сильно хлопнул Ронат по ягодице.
     Та вскрикнула и посмотрела на него:
     - Мужчина, вы забываетесь. Не распускайте руки. Я свободная женщина, а значит…
     Договорить Ронат не успела, твердые губы накрыли её в страстном поцелуе. И мужчины, снова, на деле показали, кому она принадлежит. Девушка была совсем не против этого.

     Мирта ломала в руках прутья малинового куста, чтобы чем-то занять их. Они с Сидмоном сразу вышли из дома, как только Джодок поднял Ронат на руки и понес к дивану. Чтобы не стать невольными свидетелями страсти своих детей, Сидмон с бывшей женой углубились в лес. Женщина немного нервничала, она не видела бывшего мужа уже долгие годы, и сейчас, когда пришло время вернуть его доброе отношение, не знала что сказать. Мужчина тоже молчал, прислонившись к дереву. Он рассматривал Мирту, замечая изменение её тела, она, конечно, постарела, как и он, но осталась все такой же красивой. Раньше он думал, что влюблен в эту женщину, но когда позже в его жизнь вошла Инноджен, понял, что с Миртой была лишь юношеская страсть, ничего больше. Сейчас он смотрел на женщину и чувствовал огромную благодарность, за то, что когда-то Мирта приняла смелое решение и отказалась от своей семьи для их с Бренусом счастья.
     - Как ты жила все эти годы?
     Женщина сломала в руках очередную ветку и слабо улыбнулась, не глядя на Сидмона:
     - Ты же знаешь, что хорошо. Ты все сделал для этого.
     И в правду, мужчина сделал все, чтобы его первая жена ни в чем не нуждалась, живя отшельницей в лесу. Не в чем, кроме общения.
      - Ты была одинока. Это я не смог изменить.
     - Я хотела быть одна, - сказала она, поднимая на него глаза. – Это было моим решением.
     - Это было твоей жертвой ради меня и Бренуса.
     - Да я пожертвовала радостью видеть, как растет мой сын. Но его счастье стоило этого. А больше я ничем не жертвовала, я всегда любила природу и одиночество.
     Сидмон согласно кивнул. Мирта всегда была немного отшельницей, даже когда жила с ним. Мужчина догадывался, что бывшая жена не питала к нему нежных чувств, но хорошо скрывала это, пока они были вместе. Мужчина спросил:
     - Ты вернешься домой?
     - Мой дом, этот лес.
     - Разве сейчас, когда все решилось, ты не захочешь видеть своего сына, своих внуков?
     Мирта посмотрела в сторону своего лестного дома, в которой они оставили страстную троицу, и улыбнулась:
     - Да, думаю, внуки в скором времени появятся.
     Сидмон внимательнее присмотрелся к женщине, ожидая её ответа. Та вернула взгляд:
     - Я буду их навещать, а когда они подрастут, станут сами приходить в гости к сумасшедшей бабке, - рассмеялась она.
     - Двери нашего дома, всегда открыты для тебя. Он и твой дом тоже.
     - Спасибо, Сидмон. Я знаю это.
     Он хотел что-то сказать, но резко повернул голову на юг. Мирта тоже почуяла, а вскоре и услышала приближение другого оборотня. Вскоре, на поляну, где они стояли, нерешительно вышла Инноджен, и остановилась чуть вдалеке, не решаясь подойти ближе:
     - Знаю, ты сказал остаться дома. Но я волновалась, прости, - сказала женщина мужу, не решаясь глядеть на Мирту.
     Сидмон кивнул, и Инноджен подошла ближе, видя, что он не злится:
     - Как Ронат? С ней все хорошо?
     - Когда мы уходили полчаса назад, было все хорошо, - хмыкнул Сидмон. – А сейчас даже не знаю.
     Инноджен непонимающе посмотрела на него. Тот улыбнулся:
      - Твои сыновья решили не затягивать с продолжением рода. Они были решительно настроены, даже не дождались, пока мы с Миртой выйдем из дома. Так спешили заделать нам внуков.
     - Сидмон, - смутилась Инноджен и чуть покраснела.
     Тот рассмеялся и взял жену за руку:
     - Они нашли свою триаду. А, значит, мы вскоре и вправду будем нянчить малышей. Наших внуков.
     - Это хорошо, - вздохнула Инноджен и, наконец, посмотрела на Мирту: - Спасибо тебе за все, Мирта
     - Я же говорила, Инноджен, что все будет хорошо, - улыбнулась та.
     Сидмон удивленно посмотрел на жену:
     - Вы что, знакомы? Я же запретил тебе.
     Инноджен виновато улыбнулась:
     - Я нарушила твой запрет.
     - И думаю не один, - хмуро протянул Сидмон.
     - Не хочешь пригласить меня на чай, Сидмон? - беззаботно спросила Мирта, отвлекая мужчину. – А то я не успела позавтракать. А моя кухня, думаю, будет занят до обеда, а может даже и до ужина.
     - Зная наших сыновей, как бы тебе не пришлось с нами заночевать, - хмыкнул Сидмон.
     - Идемте, - улыбнулась Инноджен. – Расскажите мне за завтраком, все, что я пропустила.
     - Мы и сами пропустили самое интересное, - сказал Сидмон и рассмеялся, получая от Инноджен и Мирты одинаковые взгляды полный негодования.

     ЭПИЛОГ
     Ронат тихо кралась по лестнице. В рассветные часы, как обычно, ей хотелось немного прогуляться по лесу в обличье волка. Она уже почти торжествовала победу, потому что остался последний пролет лестницы, а её еще никто не обнаружил. Девушка уже бесшумно ступила на паркет прихожей, невдалеке маячила заветная дверь, когда громкий голос заставил её замереть на месте:
     - Доброе утро, Ронат, - поздоровалась Инноджен.
     Девушка обернулась к женщине с обманчиво спокойной улыбкой:
     - Доброе утро Инноджен. Вы так рано встали, не спится?
     Женщина подошла ближе, рассматривая невестку:
     - Тебе вижу тоже.
     Ронат замялась, но решила сразу не сознаваться в задуманном:
     - Да, очень захотелось яблочного сока.
     Инноджен приподняла брови, разгадывая её враньё, и заметила:
     - Ты что, все ёще не ориентируешься в доме, дочка? Кухня в другой стороне.
     Ронат решила больше не выкручиваться, а честно сознаться:
     - Я хотела погулять.
     - Погулять, значит. Одна?
     - Да, иногда не хватает уединения.
     - Уединения, или прогулок на четырех лапах? – спросила Инноджен, обвиняя.
     Ронат повинно улыбнулась:
     - Их тоже.
     - Ронат, милая, ты же знаешь, что сейчас это для тебя не безопасно.
     - Но со мной все хорошо. Я чувствую себя отлично. Я могу обращаться.
     Инноджен подошла ближе и взяла девушку за руку:
     - Я рада, что ты чувствуешь себя хорошо. Пусть так и остается, не будем рисковать.
     - Инноджен, вы должны меня понять, вы сами были в моем положении.
     Женщина вздохнула:
     - Была и знаю, как тебе не хватает обращений.
     - Тогда сделаем вид, что вы меня не видели, - попросила Ронат.
     - А потом Бренус с Джодоком оторвут мне голову и сделают вид, что так и было, - усмехнулась Инноджен. – Они беспокоятся о тебе.
     Ронат сложила руки на груди и гневно вздохнула:
     - Они думают, что я стеклянная. Была б их воля, я бы сама и не ходила, повсюду бы носили меня на руках.
     - А что, хорошая идея, - услышали женщины голос Джодока с верхней ступеньки лестницы. Мужчина в одних домашних брюках и с всклокоченными волосами спускался к ним: - Доброе утро мам, - поздоровался он с женщиной и посмотрел на жену: - Коварный побег?
     Ронат ничего не ответила и еще больше насупилась, от осознания того, что её план провалился. Мужчина подошел к девушке и поцеловал ту в нахмуренный лоб, а потом притронулся рукой к её выступающему животу, и обратился к их еще не рожденному ребенку:
     - Доброе утро, малыш. Что наша мама опять шалит? И никого не слушает?
     - Наша мама, просто хочет прогуляться, - буркнула в ответ Ронат, но ближе придвинулась к мужчине, поощряя его ласку на своем животе. – Я чувствую себя хорошо и могу обращаться. Срок беременности еще позволяет. Ты же слышал, что сказал врач. Он разрешил.
     - Он не запретил, - уточнил Джодок, продолжая поглаживать живот Ронат. – Но ты не его жена, а наша, и это не его ребенка ты носишь, а нашего. Уверен, будь на твоем месте его жена, он бы сказал совсем другое.
     - Ну, Джодок, ну один разочек. И под твоим присмотром, - хитро улыбнулась Ронат, ластясь к мужу. – Если что, ты мне поможешь.
     - Помогу с чем? Принять преждевременные роды или избежать ярости Бренуса? Кстати, нам лучше вернуться в спальню, пока он не проснулся и не заметил твоего раннего исчезновения из нашей постели. Ты знаешь, он будет бесноваться, если узнает о твоей секретной вылазке.
     - А мы ему не скажем, - улыбнулась Ронат.
     - Скажем, не скажем, он все равно узнает. Ты же знаешь у него чуйка на твои хитрости.
     И как в лучших традициях немого кино, после этой фразы на верхней ступеньке показался хмурый Бренус, тоже в одних домашних брюках. Он пристально посмотрел на Ронат, и та не говоря ни слова, а лишь обреченно вздохнув, поплелась обратно к лестнице. Джодок прощаясь, кивнул матери, и пошел за женой, что уже поднималась наверх. Девушка прошла мимо хмурого Бренуса, который отступил, пропуская её. Она поднялась в спальню, чувствуя на себе взгляд мужчин. Тихо закрылась дверь и Ронат, пройдя в комнату села на кровать, а потом откинулась на спину, расставляя в сторону руки:
     - И зачем я отказалась от жизни свободной женщины. Ведь был шанс избежать жесткой тирании и угнетенного положения.
     - Никакого шанса, - тихо сказал Бренус и лег рядом с женой, а его рука по-хозяйски устроилась на её животе, чуть поглаживая.
     - Не единого, - подержал брата Джодок и лег с другой стороны, нежно теребя женские локоны.
     - Я была свободна целых пятнадцать часов, а потом вы, пользуясь своим положение, вытащили всех членов стаи из их постелей. А ведь было три часа ночи, - вздохнула Ронат. – Не могли потерпеть до утра? До сих пор краснею, как вспоминаю взгляды, что на меня бросали люди, догадываясь о причинах такой поспешности.   
     - Краснеешь? Да? – протянул Бренус и приподнялся над женой, разглядывая её с хитрой улыбкой. – Не видно, когда на тебе вся эта одежда.
     - Даже не думай! – хмыкнула Ронат и скрестила руки на груди. – Ты не пустил меня гулять, так что и не мечтай.
     - А я все-таки помечтаю, - протянул Бренус и притронулся к волчьей метке, что украшала ключицу его жены. Его руки поглаживали, чуть спускаясь к полноватой груди. – Не хочешь помечтать со мной, Джодок, раз нас так бесцеремонно разбудили с утра пораньше.
     - Определенно хочу, Бренус, - ответил тот и стал поглаживать женское бедро.
     Ронат решительно отвела их руки:
     - Так не пойдет. Раз мне нельзя обращаться, по вашему мнению, значит и ЭТОГО тоже нельзя.
     - Чего «этого»? Уточните? – улыбнулся Бренус.
     - Да, чего? Мы ведь только мечтаем, - сказал Джодок со всей невинностью, сдерживая смех.
     - Знаю, как вы мечтаете. После ваших мечтаний, мне ходить с животом, - сказала Ронат и указала на свой живот.
     - Очень красивым животиком, прошу заметить, - поправил её Бренус.
     - Красивым и соблазнительным, - уточнил Джодок.
     Ронат прикрыла глаза, стараясь скрыть от мужчин, как ей приятны их слова. Пусть не обольщаются, пусть не думают, что им удастся её задобрить:
     - Ты слышишь, малыш, как хитрят твои папы? Так поступать с мамой не честно, - сказала Ронат, положив руки на свой живот.
     - Нашу маму надо любить, - улыбнулся Бренус, накрывая одну руку жены своей.
     - Любить, - повторил Джодок, переплетая свои пальцы с пальцами другой руки Ронат. – Она сделала нас счастливыми. Она наша триада.
     - Слушай, что говорят папы, малыш, они плохого не посоветуют, - улыбнулась Ронат. – Уверена, ты будешь любить их так же сильно, как любит их твоя мама.

     КОНЕЦ КНИГИ

     P.S.: Заранее благодарю за комментарии к книге.











Оценка: 8.00*6  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"