Караханов Ашот Эдуардович: другие произведения.

Май 2005

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:

  МАЙ 2005
  
  Это корень истоков, истоков моих,
  Это корень мой врос в твоё сердце,
  Это стих мой стихийный тихо-тихо так стих...
  А хочешь махнём с тобой в Лейпциг.
  
  Уехать, уехать, куда бы ни будь,
  Уехать на остров сокровищ
  И проклята, проклята, судьба моя будь,
  В знаменьях смертельных полотнищ.
  01.05.05.
  
  Звонят, звонят колокола,
  Звонят под утро в нашем храме.
  Скажи, куда-то ты звала,
  А может быть отпустишь к маме.
  
  К моей любимой дорогой,
  Всегда в заботах моей маме,
  Ты извини, что я такой,
  К чужой она не пустит даме.
  01.05.05.
  
  В предрассветной талой дымке,
  В предрассветной тишине,
  Молоко прокисло в крынке
  Ну а я прокис во сне.
  
  Кисну, кисну, я в постели,
  С молока уже кефир,
  Сепаратные качели -
  Сепаратен этот мир.
  
  Сепаратен и абстрактен,
  Мир, который я проспал,
  Потому и был безбрачен,
  Брак коррозии метал.
  01.05.05.
  
  Как же, как же, как же быть,
  Как мне быть родная,
  У меня другая прыть,
  На начало мая.
  
  У меня весна другая,
  У меня другой полёт
  И всегда в начале мая,
  На меня любовь идёт.
  01.05.05.
  
  Я в лицах не тех, лицом я не тот,
  Не та на лице и культура,
  Поэтом не может быть Русским Ашот,
  Как там по Русски натура.
  
  Натура, натура, литер натура,
  Душевная грусть и тоска,
  Все ваши поэты сплошная халтура,
  А я вот не русский пока.
  
  Пока собираю по буквам и строкам
  Огромный конструктор из слов,
  По разным, по разным, по русским порокам,
  Кому-то наверно назло.
  
  На зло или зависть быть лучшим поэтом,
  Быть Русским, с не Русским лицом,
  Всегда оставаясь Великим Ашотом,
  Всей литнауки отцом.
  01.05.05.
  
  Я тот, которого не ждали,
  Вот я пришёл смотрите Я,
  Скорее, что меня не ждали,
  Скажу я честно вам, а зря.
  
  А зря, а зря, а зря не ждали,
  А зря не звали вы меня.
  Меня, меня, вы зря не звали,
  Но всё равно пришёл к вам Я.
  01.05.05.
  
  ... а Ельцина жида даже из гроба вытащить, но наказать, чтоб другим не повадно было.
  .3.05.05.
  
  Антисемитизм это обычная защитная реакция народа, а раньше я этого не понимал.
  03.05.05.
  
  Хороший правитель это царь, а не еврейский марионетка.
  04.05.05.
  
  Если царь не страдает манией величия, какой он тогда царь.
  04.05.05.
  
  Принцип империи это величье, вот вам и весь принцип.
  04.05.05.
  
  Стучат барабаны,
  тут, тука тук, тук, тука, тук
  и ритм, стучится в набат.
  Набат развлеченье от скуки,
  тук тука так, тук только так.
  Тук, тука так, тук только так,
  Так, только так, так, только в такт.
  Стучат барабаны по сердцу, по пульсу,
  Стучат барабаны вот так.
  Тук, только так, так и не как,
  тук, тука так, в такт, только в такт.
  
  Стучат перепонки ушные,
  Стучат словно дробный призыв,
  Эти звуки совсем ни кому не смешные,
  Это чей-то созыв.
  
  Стучали, стучали, судьбы барабаны,
  Каждой дробиною в дробь,
  Не может быть гостем каждый, не званный,
  Не званных гостей всегда Обь.
  
  За границу большого полярного круга,
  За границу всех, за полярную цепь,
  Где бушует, свистит, завихвастая вьюга,
  Тундр суровых безмерная степь.
  
  Где сиянием северным освещается ночь,
  Где восток озаряется редко,
  О, равнина великая севера дочь.
  Растелись на глобусе сеткой.
  
  Растелись тропинками новых дорог,
  Чтоб пути все сходились на север,
  Так где же явление Русское Бог,
  Усох на равнинах уж клевер.
  
  Усохли и реки - кисель берега,
  Усохли моря океаны,
  Скучает по спинам где-то розга,
  Свои зализав давно раны.
  
  Свои зализав отреченья ошибок,
  Без всякой обиды за всех,
  Кочка вот лопнула в барабане: шик-пок!
  Но звук в барабане не стих.
  
  Не стих, не стихают стихийные реки,
  По цвету белей молока,
  Когда же усопших откроются веки,
  От стали холодной у края виска.
  
  Отстали упавшие, от звуков вдруг встали,
  От звука - децибельный набат.
  Так кто говорите, свободу украли,
  Так где говорите и сталь на прокат.
  
  Так где же развязка и узел дорог,
  Так кушать силос кому или клевер,
  Так где же и кто Русский царь, Русский Бог,
  Кого говорите загнали на север?
  
  Давайте узнаем кто солнце похитил,
  Какой проглотил крокодил,
  Дорог разорвал широкие сети,
  Неужто вам царь такой мил.
  04.05.05.
  
  Руку сунул я в чердак
  Прям в гнездо кукушки,
  Гусеничный нашёл тракт
  И ядро от пушки.
  
  И ещё нашел зеркальце
  И бриллиантов россыпь,
  Ткнул чуть-чуть я глубже пальцем
  И пошла по коже, посыпь.
  
  Побежали и мурашки,
  Гусеницы поползли
  И стрекозы и букашки,
  Ну давай кукушка зли...
  
  Зли меня хитрая птаха,
  Прячь особое яйцо,
  Я ведь доктор, я и знахарь,
  Я особое лицо.
  
  Я особое созданье,
  Механизм твоих часов
  И сломал чердак, не зданье,
  Просто старый снял покров.
  
  Верхний пик у пирамиды,
  Я рукой своей рассёк,
  У меня весы Фемиды,
  В перевесе мотылёк.
  
  Перевес в одну букашку,
  Перевес в балансе гирь,
  Перевес в одну какашку,
  В чердаке твоём сортир.
  
  В чердачке не те игрушки
  И не тот в нём механизм,
  Почему ядро без пушки
  И душевный онанизм.
  
  Зеркала ещё без рамок,
  Рамки тоже без зеркал,
  Почему в гнезде огарок,
  От свечи огарок мал.
  
  Почему подсвечник тоже,
  Без свечи в углу стоит,
  Как такое в доме может,
  В доме собранном из плит.
  
  В доме дорого так время,
  Время в доме ведь не спит,
  Наковальней прямо в стремя,
  Чердак дома не из плит.
  
  Из верёвок разных, тряпок,
  Из соломы то гнездо,
  Я сломал его без встрясок,
  Встряски я сложил в ведро.
  
  Встряски я сложил на полке,
  Встрясок полная стена,
  Кто кукукнул мне на зорьке,
  Не твоя ль куку вина.
  
  Не твоя ль с утра работа,
  Кукушонка разбудить,
  Как посмела без Ашота,
  Дёрнуть гирь цепную нить.
  04.05.05.
  
  
  Откройте, откройте, откройте в стене,
  Откройте в стене ко мне двери,
  Откройте, откройте, хотя бы во сне,
  Снимите оковы и гири.
  
  Снимите, снимите, снимите с души,
  Столкните огромнейший камень,
  Чтоб даже мурашки и разные вши,
  Не встали во сне этом в равень.
  
  Не встали, а легли, легли на месте,
  На месте, чтоб вровень легли,
  Когда заржавели стволы на лафете,
  Приказа заждавшись на пли!!!
  04.05.05.
  
  Блужданье порочно, порочно блужданье,
  Порочно блужданье умов.
  Порочно заблудшим бывает и мненье,
  Порочным бывает улов.
  
  Порочным, по душам, по родственным душам,
  По разным заблудшим умам,
  По разным по разным заблудшим и ушам,
  Иль как там ещё, по ушам.
  
  По разным ещё по чувствительным нервам,
  По самым по нервным краям,
  По тактам по ритмам по разным там мерам,
  Ухабам по разным и ям.
  
  По кочкам, по кочкам ещё по вершинам,
  По разным ухабам в пути.
  Искусство большое - большая машина,
  Педаль успевай лишь крутить.
  
  Педали ножные ручной передачи,
  Когда за рулём инвалид,
  Желаю тебе инвалид я удачи,
  Ведь я ж в коридорах твой гид.
  
  Ведь я же и доктор, и брат медицинский,
  В пути я твоём рулевой
  И твой вдохновитель ещё многоликий,
  Ты вечен, но только второй.
  
  Ты будешь всегда под моей только тенью,
  Педали в подлодке крутить,
  Конечно по щучьему это хотенью,
  Не нужно педали, возьми лучше нить.
  
  Возьми в руки вожжи, да дёрни сильнее,
  Да так, чтобы пыль поднялась столбом,
  Давай же, давай же, давай же смелее,
  Ударься вот так же как я своим лбом.
  04.05.05.
  
  Страх крадётся постепенно,
  Страх в большой, большой режим,
  Где вопрос любой мгновенно,
  Разрешается в нажим.
  
  Разрешается в пространстве,
  Разрежает словно пыль.
  Почему растёт в коварстве,
  Сорняком в степи ковыль.
  
  Почему сорняк повсюду
  Свои корни распустил,
  Как найти того Иуду,
  Что душе моей не мил.
  
  И не милы дни погоды,
  А точнее непогод,
  Да какие к чёрту годы,
  Да какой там к чёрту брод.
  
  Да какие в зале стулья,
  Да какие номера.
  Где шальная пуля дура,
  Где и крик шальной ура!!!
  
  Где шальные и артисты,
  Каковы их номера,
  Где венок один тернистый
  И венки все веера.
  
  Где все зрители не в зале,
  Где на сцене нет игры.
  Где-то может на Урале,
  Тот театр у горы.
  
  Тот театр, тот, что малый,
  Но не тот, что не большой,
  Он ещё немного алый
  И в глазах слегка косой.
  
  И во взгляде тоже косый,
  Косит в сторону не ту.
  Он сплетает нити в косы,
  Как искусство в красоту.
  
  Он плетёт венки с ромашек
  И с других плетёт цветов.
  Спрыгнул в шахматы он с шашек,
  Нарубил ферзей как дров.
  
  Нарубил он все фигуры
  В поле шахматной доски,
  От какой такой культуры
  Летят шахматы с башки.
  
  От каких таких приличий
  Завербован гражданин,
  Ведь король всегда не битый,
  Ведь король тот армянин.
  
  Ведь король сильнейший в мире
  Это шахматный король,
  Настрелял фигуры в тире,
  А одну уж мне позволь.
  
  Ту фигуру, что в вуали
  Пешки прячущей лицо,
  Я смотрю в большие дали,
  Я смотрю ему в лицо.
  
  Я смотрю ещё под доску,
  Вижу склад других фигур,
  Кто-то пьяный ходит в доску,
  Без приличья и культур.
  
  Без замены в игре правил
  И без смен судей в судах,
  Короля корона славит,
  А не там какой-то страх.
  
  А не там где мат позиций,
  Без позиций сплошной мат,
  Из двоих один двуликий,
  Кто сильнее во сто крат.
  04.05.05.
  
  Бывает сам не понимаю,
  Зачем стихи свои пишу.
  В апреле их писал я к маю,
  А в мае я в июнь пишу.
  
  Ещё пишу одну поэму,
  Поэму лучшую свою,
  Я подключил вторую клемму,
  Я новый ряд воздвиг в строю.
  
  Воздвиг в рядах большую крепость,
  Ряды я крепко те воздвиг,
  Чуть-чуть в стихи добавив терпкость,
  Чтоб громче слышать женский визг.
  04.05.05.
  
  Какой задует ветер с мая,
  С каких гулять начнёт полей.
  А может с северного края,
  А может ветер сам Борей.
  
  А может быть Гольфстрим теченье,
  Или прилив большой волны,
  Когда нуждаешься в леченье,
  В моменты пик большой Луны.
  
  Когда на поле мокрый коврик
  Не пробуждает уж от сна,
  Когда ещё твой день не вторник,
  Когда с луной пришла весна.
  
  Когда пролилась в душе ливнем,
  Смыв часть с души благих дорог,
  Когда нуждался отец в сыне,
  Который был для сына бог.
  
  Который был всегда на небе,
  Который видел сверху всё.
  Отец в другом нуждался хлебе,
  Хотя нужд не было во всём.
  04.05.05.
  
  ЭХ, ПО-РУССКИ ТВОЮ МАТЬ!!!
  Вот пришла моя весна -
  Праздник первомайский,
  Хоть нора моя тесна,
  Начал май я с пасхи.
  
  Начал с крашеным яйцом
  Первый день недели,
  Со своим вторым лицом,
  Пасху вместе ели.
  
  И запили всё вином
  Цвета чей-то крови,
  Между делом, между сном,
  Без чинов, сословий.
  
  И без всяких на то слов
  И без всех протестов,
  Потолок мой без полов
  И полов он вместо.
  
  Вместо стен совсем не стены
  И полы не потолок,
  Кто же в кубе этом пленный,
  Кто даёт кому урок.
  
  Кто даёт кому культуру,
  Показал кто всем язык,
  Кто играет партитуру,
  У кого слова в навык.
  
  У кого слова на выкат
  Или даже на обкат,
  Лучший метод, метод тыка,
  Когда тыкаешь стыка.
  
  Когда втык самоуверен,
  Когда тыкаешь в слова,
  Если сам в себе уверен,
  Если куш ты свой сорвал.
  
  Если прыгнул выше планки
  С двумя вёдрами в руках,
  Если вывернут с изнанки,
  Если вывернут в стихах.
  
  Всё в стихах и стены тоже,
  Если стены из стихов,
  Потолок быть полом может,
  Плен не может без полов.
  
  Плен не может без свободы,
  Плен не может без стены,
  Плен не дни, плен это годы,
  Что томятся без вины.
  
  Что томятся дням в угоду
  По желанию творца,
  На свободу еду, еду...
  Едет профиль без лица.
  
  Едет тот, кто быстро ездит,
  Едет тот, кто быстрей всех,
  Стихотворно даже бредит,
  Бредит так красиво, Эх...
  
  Эх, по-русски, эх по душам,
  Эх, по самой по душе,
  Эх, родимая по сушам,
  Эх, твою на букву Ше...
  
  Эх, один бы на дорогу,
  Эх, коня бы мне в пути,
  И на нём к вершине, к Богу,
  Не хочу пешком идти.
  
  Не хочу ползти к вершине,
  Пусть к вершине ползёт змей,
  Чтоб не конь, а я был в пене,
  Чтоб пришпорил коня злей.
  
  Чтоб не только конь при крыльях,
  Чтобы сам был при крылах,
  В разных, разных, конных стилях,
  На вершину, на парах.
  
  На парах больших и клубов,
  Клубов разных небольших,
  От дворцов роскошных срубов,
  Эх, по-русски от души.
  
  Эх, не стоптаны дороги,
  Эх, подымайся в степи пыль.
  Ну, давай же шпорьте ноги,
  Шпорьте ноги конский стиль.
  
  Шпорьте, шпорьте, хоть галопом
  Или рысью по степи,
  Эх, кнутом в пути и хлопом,
  Эх, мой конь, терпи, терпи...!!!
  
  По бокам тебя по самым...
  Эх, мой конь лети вперёд
  С одним всадником усатым,
  Сквозь тумана мутный бред.
  
  Сквозь болота и трясины,
  Подстегни коня в полёт,
  Покоряй и с ним вершины,
  Эх, по-русски твою гнёт.
  
  Эх, по-русски, как там лучше,
  Эх, по-русски твою мать,
  Эх, по-русски только лучше
  И по-русски только мать.
  04.05.05.
  
  В ночи небо плачет ливнем,
  Плачет ливневым дождём,
  Есть пейзаж в одной картине
  И портрет ещё с вождём.
  
  Есть ещё и натюрморты -
  Чеснок, репка, лук, редис
  И ещё есть перец тертый,
  На полу рассыпан рис.
  
  И банановая шкурка,
  Тоже на полу лежит,
  Поскользнулась на ней шутка,
  Шкурка это не инжир.
  
  Кожура от мандарина,
  Даже так не заскользит,
  Что за странная картина,
  Кто художник паразит.
  
  Кто же автор натюрморта,
  Кто же автор тех холстов,
  Где же грань сюжета стёрта,
  На процентов стёрта сто.
  
  Стёрто море, стёрты реки,
  Даже стёрты берега,
  Рисовали их ацтеки,
  Потом бросились в бега.
  
  Подались к другому богу,
  Идол их теперь другой,
  Взяв вождя с собой в дорогу,
  Прихватив с его бедой.
  
  Прихвати его и торбу,
  Взяв и камень алтаря
  И одежду взяли, обувь,
  Взяли я скажу не зря.
  04.05.05.
  
  Кружат, кружат, как снежинки,
  Мой стихийный хоровод,
  Словно белые рисинки
  Кружат, кружат круглый год.
  
  Кружат тихим хороводом,
  Кружат тихо на круги,
  Под небесным кружат сводом,
  Тихо кружат под мозги.
  
  Под мозги, под свод, под крышу,
  В черепной мозгов изъян,
  Ухом я одним не слышу,
  Молоточек без стремян.
  
  Нет и в ушке наковальни,
  Молоточка тоже нет,
  Слышу только то, что в спальни
  И то если включен свет.
  
  Если в комнате прожектор,
  Освещает всю постель,
  Если сам себе корректор,
  Под свою же песни трель.
  
  Под свою рубашку к телу,
  Под свою же и постель,
  Лучше ближе сразу к делу,
  Лучше все дела в портфель.
  
  Лучше сразу дела в папку,
  Или лучше в портмоне,
  Смял в постели простынь в тряпку,
  Тяжело без света мне.
  04.05.05.
  
  Гонит ветер, ветер гонит
  Стаи чёрных облаков,
  Заскучали в стойле кони,
  Застучали без подков.
  
  Роют кони, землю роют,
  Пар клубится из ноздрей,
  Заскучали за верстою
  В стойле тянущихся дней.
  
  В стойле тянущей тоскою,
  Ещё тянущих ночей.
  Всё скучают за верстою
  И зовут меня скорей...
  04.05.05.
  
  Шёл в пустыне караван,
  Цепь с семи верблюдов.
  Караванщик был Иван,
  Груз, вино сосудов.
  
  И с утра встречал восход,
  Жмурился на солнце.
  За спиною дни невзгод
  И полнейший конце-с.
  
  И верблюды в цепи связки,
  В связке и багажный воз
  И пески в пустыне вязки
  И жара стоит без гроз.
  
  И ещё круты барханы
  И в пути всегда мираж
  И в какие это страны
  Груз вина везут багаж.
  
  Почему не спит в дороге,
  Караванщик наш Иван,
  Может видит мираж в боге,
  Довести чтоб караван.
  
  Довести до точки пункта,
  С пункта А, до пункта Б,
  Чтоб верблюды без инсульта
  Довезли тяжёлый скарб.
  
  Чтоб в дороге не глоточка,
  Ведь жара с вином пьянит,
  А оазис третья точка,
  Пусть хоть игрек, пусть хоть икс.
  
  Пусть в ночи ещё прохладно,
  И верблюжья греет шерсть,
  Всё равно не спит он жадно,
  Верблюдам не нужна плеть.
  
  Плеть не нужна каравану,
  Не нужна в пустыне плеть,
  Не нужна и плеть Ивану,
  Не нужна Ивану плеть.
  
  Шёл в пустыне караван,
  Цепь с семи верблюдов,
  Задремал в пути Иван,
  Он глотнул с сосудов.
  04.05.05.
  
  Не спит в королевстве блаженный король,
  Не спит он в своём королевстве.
  Так давай же король сам себе соизволь,
  Удержаться с собою в соседстве.
  
  Удержаться с собою попробуй на троне
  Попробуй собою удержать и борьбу,
  Ведь дело не в троне всё дело в короне,
  Она должна быть с тобой и в гробу.
  04.05.05.
  
  Насколько я мысли твои растревожил,
  Насколько и в сердце вошёл я в твоё,
  Прости, что не я, а меня держат вожжи,
  Прости, если хочешь споём.
  
  Споём про весну песню нашего сада,
  Споём про любовь и еще, про цветы,
  Знаю, петь со мной будешь ты рада,
  Рада ведь будешь петь со мной ты.
  
  Песню, как нежно друг друга любили,
  Как целовали друг друга в уста,
  О том, как друг друга и вкусно испили,
  Любви, предаваясь в кустах.
  
  О том, как смородину после мы ели,
  Как бусинки пил твоих слёз.
  Как вкусно любил я тебя на постели,
  Иль в поле под тенью берёз.
  
  Иль даже в лесу на зелёной лужайке
  На травке на мягкой любил.
  Ещё в огороде весною на грядке,
  Любил, дорогая любил.
  
  Любил я везде, где любить только можно,
  Как будто бы первый и в последний свой раз,
  Любил я всегда тебя ласково нежно,
  Вкушая россу из прекраснейших глаз.
  
  И пил из грудей твоих вкусные соки,
  Любви твоей сладкий нектар.
  Ты знаешь, любовь это больше пороки,
  От Бога порочный нам дар.
  
  От Бога, от Бога, то чувство благое,
  От Бога исходит урок,
  Ведь тело красиво только нагое,
  Ведь тело нагое порок.
  04.05.05.
  
  Писать надо так, чтоб даже враги, читая, наслаждались.
  05.05.05.
  
  Тебя узнаю по глазам,
  Из тысяч, тысяч женских.
  О, виноградная лоза,
  Нектар любви кудесник.
  
  О, очи жгучий поцелуй,
  Душевный, не воздушный,
  Я вечный раб ваш и холуй,
  Я ваш и тоже вкусный.
  
  Я слаще мёда и халвы,
  Во рту я тоже сахар,
  А хочешь буду я на Вы,
  На Вы с тобой без страха.
  
  Вникать в твою и наготу,
  Не сразу и не смело,
  Вкус мёда ощущать во рту,
  Ласкать и нежно тело.
  
  И соки пить благие вина,
  Пьянеть душою от хмеля,
  Была в постели, чтоб невинна,
  С укусом страсти от шмеля.
  05.05.05.
  
  Ты знаешь, что разделяет один горизонт,
  Он две разделяет стихии.
  А знаешь, какой нам от этого понт,
  Интимный не очень и тихий.
  
  Не тихий, а бурный, не понт, а любовь,
  Морская любовь, не земная,
  Где море штормит от любви в игре слов,
  Жизнь, нашу с тобою листая.
  
  Жизнь нашу бросает морская волна,
  На гребень свою всё бросает
  И только большая благая Луна,
  Глаза открывает мне в мае.
  
  Любви открывает обильный исток
  И брызгает чувства фонтаном,
  Бог выдал мне чувства с запасом и впрок
  И он же назвал Караханом.
  05.05.05.
  
  Когда вдруг поздняя весна
  И оттепель в задержке,
  Когда ты встал с утра со сна,
  В какой-то странной спешке.
  
  Когда устала голова
  От сна в ночи томиться
  И к чёрту лишние слова,
  Когда запела птица.
  
  Когда запела под окном
  Созвучьем лёгким, близким,
  Когда ты чувствуешь нутром,
  Полёт со всем не низким.
  
  Когда ты чувствуешь подъём
  Себя в своей постели,
  Когда ты глух, когда и нем,
  Когда в душе метели.
  
  Когда в душе стоит пурга
  И счёт пурги недели,
  Какая же меня розга
  Подкинула с постели.
  
  Какая сила вдохновила
  И кто на цель выводит путь,
  Скажу любая ноша мила,
  Пусть даже в грузе будет ртуть.
  05.05.05.
  
  
  Я шмель, насекомое, овод кусачий,
  Тарантул, паук, скорпион.
  Я хладнокровный, бываю горячий,
  Бывает другой снится сон.
  
  Бывает что снится, когда пресмыкаюсь
  В пустыне, ползучей змеёй,
  В пустыне жара начинается к маю
  И тени все ищут проём.
  
  И жертву ночами всегда свою ищут,
  Когда ниспадает жара
  И каждый себе добывает сам пищу,
  Такая пустыни пора.
  
  Такие законы у земноводных
  И даже законы у рыб.
  То шифры кодов генетических сложных,
  Подобия твёрдости глыб.
  
  Подобие рифа в тропическом море,
  Подобие айсберга скрытая часть,
  Когда ты в искусстве своём паранойе,
  И это козырная масть.
  
  Пусть даже твои сумасбродные ночи,
  Глумились твоей сумасбродной тоской.
  Глумились, да так что не было мочи
  Прочувствовать сверх не покой.
  
  Чтоб силою страсти ударить и словом,
  Да так чтобы кровь вскипятить у людей,
  Чтоб в старом костюме гляделся как в новом,
  Который вчера ты надел.
  
  Надел полушубок овчинный вчерашний,
  С папахою влез на коня,
  Иль ты или образ твой несколько странный,
  Прости уж за правду меня.
  
  Прости и поверь своему отраженью,
  Прости и поверь в преломленье зеркал,
  Попробуй свой путь подведи к отраженью,
  Чтоб в этом пути заскочить и на бал.
  
  В пути отдохнуть возле жерла вулкана,
  В пути не упасть, не свалиться в него.
  Мысль подобная может быть странна,
  Скорей от неё и бегом.
  
  Бегом на другую площадку, платформу,
  Бегом на другой алгоритм,
  Ну, как по пути меняю я форму
  И формы в пути изменяю я ритм.
  
  Пока я пишу в идеальную рифму,
  Пока соблюдаю и слог,
  От чисто живого кидаюсь я к мифу,
  Где Аполлон мой поверженный бог.
  
  Где мой ваятель достойнейший скульптор,
  Где лавровый мой и венок,
  Конечно бывает, что бог и аматер,
  Искусства сготовивши в прок.
  
  Искусство плести веночные лавры,
  Искусно играя в слова,
  Пасущий стихов не стада, а отары,
  Ему ведь слова как дрова.
  
  Как щепки, как ветки, как стройматериалы,
  Ему как конструктор нужны,
  Какие уж к чёрту там брёвна и шпалы,
  Леса даже там не видны.
  
  В такие вот джунгли в такие вот дебри,
  Меня загоняют слова.
  Откройте, откройте быстрей свои двери
  И двери по сути дрова.
  
  По сути слова не всегда и в кармане,
  По сути, карман не большой,
  По сути бывает, что тонут и в ванне,
  И тонут бывает с душой.
  
  Бывает и море когда по колено,
  Бывает и мал небосвод,
  Ну это по типу как бы не тленно,
  Ну это скажу без угод.
  
  Угоды иль скромности, конечно же, лишней,
  Без ложного чувства на стыд.
  Сегодня давайте помолимся Кришне,
  Помолимся как бы навзрыд.
  
  А завтра помолимся богу другому
  И тоже помолимся также навзрыд,
  Допустим электрику главному Ому,
  Чтоб на коленях не в стыд.
  
  Чтобы рукою потрогать скульптуру,
  Ома, что где-то стоит,
  Он током ударит в большую культуру,
  Как напряженный артист.
  
  Такой изначальный подход скорпионный,
  По типу как жало в пути,
  Не важно и то что ты теплокровный,
  Не надо породы блюсти.
  
  Не надо законов джунглей и дебрей,
  Не нужен закон и тайги,
  Уж лучше быть с умным всё время в потере,
  Чем с глупым найти и мозги.
  
  Чем даже закончить стихи и не знаешь,
  А может продолжить не ровный свой текст,
  Смотрите, как быстро слетел с листов аист
  И полетел в дремучий свой лес.
  05.05.05.
  
  Тащился, тащился он с опер актива,
  Он опер активный был член,
  Тащился он, в общем-то, с аперитива,
  Тащился он в оперный плен.
  
  Тащился активно опер тащённый,
  Ведь опер артист, а не мент,
  Ну это вариант такой упрощённый,
  По типу разбавлен абсент.
  
  По типу разбавлен шотландские виски,
  По типу коктейля со льдом,
  Такие напитки не пьются из миски,
  Их покупают с ведром.
  
  Корытами пьют большими их в стойле
  И кони не пьют ведь с ведра,
  Ведь кони нуждаются в разбавленном пойле,
  Нуждаются кони с утра.
  
  Нуждаются вечером, нуждаются с ночи,
  Нуждаются кони всегда,
  Эт конюх коней так всё время порочит,
  Такая у конюха мзда.
  
  Такая действительность в конюшне живая,
  Тазами и правда коням,
  Конечно есть правда для них и вторая,
  Нужда по овёсным полям.
  
  Нужда по дорогам скакать с верховыми,
  Та правда тяжёлой узды,
  Когда первый не может идти со вторыми,
  Без всякой подачи и мзды.
  05.05.05.
  
  Белеет палата дворцового храма,
  Белеет себе потолком.
  Да что ж эт такое, да что ж это мама,
  Лежу я под ним на постели тайком.
  
  Тайком, но не тайно лежу я в палате,
  Под сводами храма дворца,
  Я сам себе доктор, я в белом халате,
  Я в роли больного творца.
  
  Я в роли какой-то дворцовой интриги,
  В палате смотрю в потолок,
  Не нужно мне тяпки, не нужно мотыги,
  Прошу удлините мой срок.
  
  Прошу мне продлите диагноз душевный,
  Продлите на жизнь бюллетень,
  Я сам себе доктор, больной я и нервный
  Я сам и дворцовая тень.
  05.05.05.
  
  Когда тщеславие не мутит
  Заблудший ум в твоём мозгу,
  От всякой разной жути-мути,
  Когда ты сам себе в долгу.
  
  Когда ты сам себе в управе,
  Когда ты раб и господин,
  Когда бываешь в разном нраве,
  Но лишь с собою на один.
  
  Когда с собой тебе не скучно,
  Когда ты сам себе король,
  Когда и творчество искусно,
  Когда с водою хлеб и соль.
  
  Когда и уксуса немного
  С щепоткой белой кислоты,
  Когда буль-буль вода бульдогом,
  Как пузырчатые понты.
  
  Понты химических реакций,
  Понты двуокись углерод.
  Понты и яйца без кастраций,
  Понты и души без борозд.
  
  Понты во всём, понты и в бреде,
  Понты всегда тебя едят.
  Какой же понт в таком обеде
  И понт грибов без лже опят.
  
  Без лже надуманной приставки
  Без лже по жизни патриот,
  Без лже игольчатой булавки,
  Без лже приставки ложный понт.
  
  Без всяких игр от рулетки,
  Без всяких там и казино,
  Без лже заманчивой конфетки,
  Без лже замоченным вином.
  
  Без лже замочных скважин, дырок,
  Без лже замочных и ключей,
  Без лже наводок и натырок,
  Без лже моргающих очей.
  
  Без лже раскрученных напёрстков,
  Без лже надуманных причин,
  На лже свалить быстрей бы остров,
  От мыслей тяжести кручин.
  
  От мыслей давящих сознанье,
  От мыслей давящих и жизнь,
  Когда гранёное стиранье
  В границах всех былых отчизн.
  
  Когда стиранье малых граней
  Стирают главную граню,
  Когда стирают на диване,
  Стирают старую гривню.
  
  Стирают так, что дыры видны,
  Стирают ведь они одни,
  Скорее грани те фригидны,
  А может месячные дни.
  
  А может что все в браке с годом,
  А может годы с веком в брак,
  Когда оценится абортом,
  Когда оценит не дурак.
  
  Когда оценит как оценщик,
  Намётно бросив первый взгляд,
  Вот он и есть мой первый сменщик,
  Вот он и примет души яд.
  
  Вот он себе и сам подпишет
  Судьбы блаженный приговор,
  Скорее он напишет лучше,
  Перечеркнув мой жизни вздор.
  
  Перешагнув черту границы,
  Черту границы игры слов,
  Конечно вязью из под спицы,
  Ткань стихотворную слогов.
  
  Соткёт, соткёт большое поле,
  Большое поле из стихов,
  Соткёт по доброй своей воле
  И не смотря на сеть грехов.
  
  И не смотря на современность
  С её всегда вчерашним днём,
  Вот так вот ткут ковров не тленность
  И никогда не ткут вдвоём.
  05.05.05.
  
  Прошёл весны блаженный ливень,
  Прошёл он тёплою грозой
  И почему весной уверен
  И почему весной не злой.
  
  И почему весной активен
  И почему всегда с бузой,
  Скажи, пожалуйста, мне ливень,
  Зачем ворвался ты с грозой.
  
  Зачем гремишь раскатом грома,
  Зачем под ухом мне гремишь,
  Ведь я один стою у дома
  И жду тебя быть может лишь.
  05.05.05.
  
  Малюешь, малюешь, всё малюешь в ночи,
  Всё дни прожигаешь в печали,
  Всё не можешь поднять свою жопу с печи,
  Всё в какие-то смотришься дали.
  
  Всё какие-то прошлого мерещатся дни,
  Всё мерещатся дни те ночами,
  За избой нету леса, торчат только пни,
  Торчат по себе как-то сами.
  
  Торчат на опушке еловые шишки,
  Торчат вспоминая за ель,
  Так кто же играет в такие игрушки,
  Неужто весною метель.
  
  Неужто пургою деревья свалило,
  Неужто убрал их буран,
  А знаешь и так за окном очень мило,
  С печи и не встал Карахан.
  
  И пальцем не двинул и в ус не подул,
  А только встревожился мыслью: -
  Посмел кто войти в лесной мой аул,
  Не звано негаданно ночью.
  
  Так кто же посмел потревожить мой сон
  В избушке на ножке куриной,
  Ведь печь для меня это ложе и трон,
  Достался он мне легитивно.
  
  Достался ещё по наследству мне дом,
  Пускай и на лапе куриной,
  Вот так на печи и пишу я свой том,
  О жизни короткой не длиной.
  
  О жизни своей и всегда на печи,
  Как тело отдалось постели,
  Бывало, на ночь не хватало свечи,
  Бывало, и много горели.
  
  Бывало и днём заметало окно,
  Бывало и дом весь сугробом
  Всегда всё равно наслаждался я сном,
  За лень в благодарность пред Богом.
  
  За свой за ленивый в благодарность мне дар,
  Подаренной жизни на печки,
  Стоит стихотворный в избе перегар
  И огарок остался от свечки.
  
  И ещё белый мат за оконным стеклом
  И неслышно бушуют метели,
  Всё равно на печи наслаждаюсь я сном,
  Так и жизнь проведу всю в постели.
  05.05.05.
  
  Какой же кайф писать стихи,
  Писать стихи благие,
  Души красивые штрихи,
  Как дети дорогие.
  
  Как искра времени мгновенье,
  Как дуновение моё,
  Конечно это вдохновенье,
  Оно в стихах моих полёт.
  06.05.05.
  
  Он выжал себя как мякоть лимона,
  Он выжал себя через чай,
  К нему прилетела ночная ворона
  С кусочком во рту сургуча.
  06.05.05.
  
  Кто привёл параллель бесконечной прямой
  Обойдя на пути прямом призму,
  Не спеши параллель, если можешь постой,
  Не спеши это путь к коммунизму.
  
  Это путь к пирамидам - гробницам страны,
  Это путь через тернии к плитам,
  Управляют страной уж не те паханы
  И не все управляют по летам.
  
  И не все управляют, и не все паханы,
  Ведь пахан должность братских народов,
  Вот такие курьёзы у нашей страны,
  По причине моральных уродов.
  06.05.05.
  
  Группа товарищей группа бездельников
  У пивного стояла ларька,
  Счёт неделям идёт с понедельников,
  Жизнь товарищей очень горька.
  
  Счёт пятилеток идёт по кварталам,
  По четыре квартала на год,
  Счёт конечно ведётся по шпалам,
  По длине у железных дорог.
  
  По длине и прокладкам туннеля,
  По прокладкам конечно другим,
  Если спит на печи не Емеля,
  Если щучьи он чистит мозги.
  
  Если он промывает желудок
  И снимает с неё чешую,
  Что ж ты делаешь мерзкий ублюдок,
  Рыбу эту не тронь, я прошу...
  06.05.05.
  
  Один ничто ты не подымишь,
  Один не воин на полях,
  Конечно можно сделать имидж
  В степях своих родных краях.
  
  Конечно можно и скульптуру
  При жизни тоже заиметь,
  Но кто же сделает культуру,
  Стихов закинет невод сеть.
  
  Стихов огромную наживку,
  Стихов огромный аппетит,
  Как на гарнир плеснув подливку,
  Как не акула - рыба кит.
  06.05.05.
  
  В программе считаны секунды,
  В программе щит ещё завис
  И нет страховки от простуды,
  Один сплошной пробел - дефис.
  
  Одно тире - тире сплошное,
  Огромный прочерк без строки
   ---------------------
  Как русло путаной реки.
  06.05.06.
  
  Медкомиссия в военкомате.
  Доктор:
  - фамилия?
  Призывник:
  - Иванов.
  Доктор:
  - полукровка, что ли?
  06.05.05.
  ДЕМОН
  
  Души надменный осквернитель,
  Злой Демон над морем встаёт,
  Он с виду только обольститель,
  Надменен и его полёт.
  
  Надменен взмах крыла могучий,
  Ещё надменен его взгляд,
  Он может быть конечно лучший,
  Его полёт его обряд.
  
  Обряд его и злой души,
  О, Демон как ты беден,
  Постой в полёте не спеши,
  ...............................
  
  Постой, прозрей, открой глазницы,
  Останови и взмах крыла,
  Смотри, мои летят страницы,
  .....................................
  
  Смотри, как кружат в небе чайки,
  Смотри, как кружатся слова,
  По-моему ты, не понял таки,
  .....................................
  О Демон, давай же быстро снизойди...
  06.05.05.
  
  Стучит больная голова,
  Стучится лбом о стенку,
  Так кто ж из них качал права,
  Так кто ж пьяный в стельку.
  
  Так кто ж заклал за воротник,
  А может под манжетник,
  Кому ж из двух, кто проводник
  И кто кому же крестник.
  
  И кто кого в борьбе сильнее,
  Стена иль может голова,
  Конечно лоб всегда прочнее,
  Какие к чёрту здесь слова.
  
  Какое к чёрту здесь лекарство,
  Лекарство нужно для стены,
  Пусть даже стенка государство,
  Гранит какой-нибудь страны.
  
  Гранит плиты, гранит надгробия,
  Полов и даже потолка,
  Болезнь стены - болезнь фобия
  И толщена стены тонка.
  06.05.05.
  
  Не надо, не надо погоды тоску,
  Не надо мне мрачного неба,
  Ведь я же в постели всегда на боку,
  Сверкаю сиянием Феба.
  
  Сверкаю по зеркалу скользким лучом,
  Скучая без яркого света.
  Как пациент - отражение смотрит врагом,
  Без всякого в мыслях запрета.
  
  Без всякой надежды себя воплотить,
  В реальное чудо природы,
  Куда же ты тянешь зеркальная нить,
  Мои непреклонные годы.
  
  Куда же ты старость меня торопишь
  И спешка твоя так не скора,
  Уж солнечный зайчик сподобился в мышь
  И прячется где-то по норам.
  
  И прячется в щелях в ложбинах зеркал
  В стекле преломления - порах,
  Уж очень зеркальный мир узок и мал,
  Поэтому спешка не скора.
  06.05.05.
  
  Чук-чук, чук-чук...., стучат колёса в унисон....
  У-У-У-У-У... гудит презренно паровоз.
  Да что ж за странный снится сон,
  На коже выступил мороз.
  
  А поезд едет чук-чук-чук,
  Гудит и также громко,
  А машинист за ним паук,
  В трубу сам дует только.
  
  И нету топки в паровозе,
  В пути и нету тупика,
  Мой сон всегда в ночи в угрозе,
  Когда колёса не в стука.
  
  Когда не в ритме и не в такте,
  Колёса рельсовы стучат,
  Когда в таком сонливом акте
  Ударит в голову моча.
  
  Ударит даже в ночи сперма
  Струёй фонтана пузырьков,
  Какая к чёрту дальше тема
  Идёт под счёт колёс стуков.
  
  Идёт под счёт всем тактам ритма,
  Идёт ритмический подсчёт
  В одну десятую экстрима,
  А может автор просто гнёт.
  
  Гнёт сон словами мягко в рельсу,
  Гнёт шпалы в нежный поворот
  И гонит-гонит поезд к лесу,
  От самых станции ворот.
  
  От самой первою платформы
  С развязки самого пути
  Импровизацией от нормы
  Чуть в удаление уйти.
  
  Уйти, чтобы потом вернуться,
  Вернуться на круги своя,
  Под рифму слова, чтоб проснуться,
  О жизнь, блаженная моя.
  
  О дни и ночи о блаженны,
  Бежать не надо быстро так,
  От храпа уж трясутся стены,
  Трясутся ритмом чётким в такт
  
  Лишь машинист не спит в дороге,
  Всё дует, пыжится в трубу,
  Уж утро встало на дороге,
  А я раздул свою губу.
  
  Раздул под чук колёс тактичный,
  Я раскатал свою губу,
  Ведь паровоз и поезд личный,
  Вот я и дую сам в трубу.
  07.05.05.
  
  Кто в конце потерял, что в начале нашёл,
  Даже если нашёл с умным другом,
  Если рук и не прятал за игрою под стол
  И возле не ходил стола кругом.
  
  Не сидел просто так, не смотрел в потолок,
  Не глядел и бессмысленно в стены...
  О великий блаженный азарта порок,
  Как уйти от тебя мне в измены.
  07.05.05.
  
  Я бегу от дождя проливного весной,
  Я бегу от капризов природы,
  Только ты дорогая останься со мной
  На всю жизнь, на долгие годы.
  
  Я бегу от печали, от печали своей,
  Я бегу от дождя своей жизни,
  Я прошу, дорогая стань на веки моей,
  Мои чувства поверь не капризы.
  08.05.05.
  
  При семитской оккупации искусства и творчества в России, русскому человеку очень тяжело пробиться сквозь эту сплошную цепь заграждений, не пропустят жиды.
  Красивым русским девочкам чуть легче, их могут пропустить, но прежде их пустят по кругу, чрез свой мафиозный круг.
  08.05.05.
  
  Жид Ельцин отдал семитам всё, всё в буквальном смысле слова, он отдал им страну на растерзание, вот те и гноят всех, всех подряд, но больше всего от этого страдают Русские. С этим негативным явлением очень тяжело бороться, практически не возможно. Спасти страну может только чудо, если к высшей власти в России, придёт умный антисемит.
  08.05.05.
  
  Семитам не нравится, что о них говорят антисемиты, а тем должно нравится, что они вытворяют?
  08.05.05.
  
  Пусть семиты умышленно не путают антисемитизм с национальной рознью. Антисемитизм это защитная реакция любого уважающего себя народа, а национальная рознь скорее выгодна им самим.
  08.05.05.
  
  
  
  Сионизм не должен быть крепким, в крайнем случае, должен быть баланс сил, иначе - мировая катастрофа.
  08.05.05.
  
  Российская политика открытых дверей, есть благодатная почва для шпионов всех мастей. В принципе это умышленно кем-то сделано.
  08.05.05.
  
  Моя благодарность семитам, что они сделали меня антисемитом.
  08.05.05.
  
  Девочка недотрога
  В Киеве жила,
  Верила и в Бога
  И была мила.
  09.05.05.
  
  Экономический проигрыш, ведёт к политическому поражению.
  11.05.05.
  
  На мыло, на мыло, на мыло его,
  На мыло отправьте скорее,
  Наш путь параллелен хотя и кривой,
  Полотном трепещет на рее.
  
  Трепещет, трепещет, мой ласковый змей,
  Трепещет Горынычем Русским
  И каждый из нас чуть становится злей
  И оба со слогом не русским.
  11.05.05.
  
  Тишина сковала разум,
  Ночь в округе и покой,
  Ну сплошной, сплошной маразм
  И во сне я вскрикнул, ой...
  
  Ой, какое извращенье,
  Ой, тоски сплошной туман,
  Жанр - поэзии теченье,
  Стиль - поэзии обман.
  
  Ветры, ветры, где же ветры,
  Шквал стихии и буран
  И стихов благие метры,
  Тех, что пишет Карахан.
  
  Где пурги большой позывы,
  Где гнетущая метель,
  Гнутся, гнутся, в слезах ивы,
  Гнутся прям в мою постель.
  
  Гнутся тоже и берёзы,
  Гнутся тоже мне в постель,
  Видно гнутся от угрозы,
  А ещё согнул я ель.
  
  А ещё я гну словами,
  Гну словами я в стихи,
  Ведь деревья гнутся сами,
  Гнутся только без ольхи.
  
  Без орешника и дуба,
  Без каштана и сосны,
  Древесина их для клуба,
  Каждый раз такие сны.
  13.05.05.
  
  Подожди-ка дорогая,
  Подожди, не обессудь,
  До конца хотя бы мая,
  В путь мы двинем как-нибудь.
  
  Или после двинем мая,
  После всех моих невзгод,
  Жизнь у нас пойдёт другая,
  Пожди хотя бы год.
  
  Подожди меня у края,
  У обочины пути,
  Ты моя любовь вторая,
  Вместе нам с тобой идти.
  
  Вместе двинемся мы к цели,
  Что маячит впереди,
  Помнишь, как нам птички пели,
  Щебетали, жди, жди, жди...
  
  Помнишь, листья шелестели
  В том же самом же саду,
  Соловей сидел на ели
  Или вроде Какаду.
  
  Нет, сидела перепёлка,
  Соловей не попугай,
  Ведь в саду росла и ёлка,
  Ёлки-палки не ругай...
  14.05.05.
  
  Кто много читает, тот мало пишет.
  14.05.05.
  
  Шестирукая зараза
  Завлекла меня в постель,
  Кончил я на ней 2раза,
  С утра кончил на похмель.
  
  Спину мне ласкала нежно
  Парой первой своих рук,
  Нежно, нежно и прилежно,
  Учащая сердца стук.
  
  А другою парой попу,
  Нежно гладила мою,
  Третьей же держала стропу,
  Привязь к яйцам и ху...
  14.05.05.
  
  Семиты вступают в смешанный брак, чтоб очистить свою кровь, но они портят другую.
  14.05.05.
  
  Жужжала, жужжала, над ухом пчела,
  А может жужжала и муха,
  Так кто же из них мне особо мила
  И та и другая старуха.
  
  И та и другая отжили свой век
  Короткую жизнь сезона,
  А я совершаю спиральный свой трек,
  От трона, от трона, до трона.
  
  Ещё совершаю великий прыжок
  И тоже от трона до трона,
  Вот так вот мой милый и нежный дружок,
  Не просто даётся корона.
  
  Не просто вершатся в искусстве дела,
  А просто вершатся искусно.
  Не скромность конечно меня подвела,
  Но царственность это так вкусно.
  
  Так что же там муха и, причём здесь пчела,
  Жужжание чьё-то не повод,
  Скажу-ка я честно, так жизнь не мила,
  Конкретный реальный мой довод.
  
  Конкретный реальный действительный факт,
  Какое уж к чёрту там царство,
  Кусочек лишь маленький сцепления тракт,
  На время сцепленное в рабство.
  
  На время, на время, рассчитана жизнь,
  На мелкие доли секунды,
  Я слышал звоночек однажды, дзинь-дзинь,
  Какой-то холерно-простудный.
  
  Простудный, холерный звоночек иль звон,
  Не важно какого значенья,
  А важно, что плачет по мне большой трон,
  Больших обстоятельств стеченье.
  
  Больших обстоятельств, а может и нет,
  А может и нет обстоятельств,
  Ведь небо всего лишь огромный рулет,
  Без всяких на то обывательств.
  
  Без всяких причуд и случайных прогнозов,
  Без всяких течения лет,
  Без всяких проблем и душевных психозов,
  Мне выдан бесплатный билет.
  18.05.05.
  
  Не надо прошу я тебя, не буди
  Мою нерадивую душу,
  Моя благосклонность, любовь моя Ди
  И выйди из моря на сушу.
  
  И выйди из пены к моим берегам
  И выйди к подножию склона.
  Не надо поэта читать по слогам,
  Царя без наследного трона.
  
  Царя без страны, без величия власти,
  Без замка, без дворца и наследной казны.
  Царя утонувшего в собственной страсти,
  Царя, что способен прожить без жены.
  
  Царя, что способен прожить без богатства,
  Царя, без династий взявший престол.
  Царя, отказавшего даже от царства,
  Царя, написавшего стих этот в стол.
  19.05.05.
  
  Я мог бы постичь удовольствия жизни,
  В своём постижимом краю,
  Постичь привилегии бывшей отчизны,
  Не будучи даже в Раю.
  
  Не будучи там, где быть мне дано
  И быть не дано мне при жизни,
  Испить мне придётся вино,
  Отстоя начавшего с тризны.
  
  Отстоя со дня, как закрыт был подвал,
  Подвал или погреб землянки.
  Он тесен, он сыр, он мрачен и мал
  И сок уж отдали останки.
  20.05.05.
  
  Тропинкой шёл я тихой лесом,
  А может даже и тропой,
  Я гружен был тяжёлым весом
  И шёл на ощупь как слепой.
  
  А вдоль тропы стеной деревья,
  Иль деревянная стена,
  В округ древесные знаменья
  И деревянная страна.
  20.05.05.
  
  Сорок, сорок, сорок дней,
  Сорок дней могущих,
  Сила в них сильней, сильней,
  Сила слов имущих.
  
  Сила, сила, сила слов,
  Сила слов желаний,
  Без различия основ,
  Без зубов пираний.
  
  Без заветности мечты,
  Без воспоминаний,
  Знаешь, может быть и ты,
  Ждёшь моих воззваний.
  
  Может быть никто другой
  Лучше это знает,
  В этом шифре пароль мой,
  Ключ разгадке в мае.
  20.05.05.
  
  Дождь зачем-то, дождь зачем
  Вдруг полил средь ночи,
  Я для рук взял в руки крем,
  Руки сохнут к ночи.
  
  Сохнут мысли в голове,
  Сохнут ещё пятки,
  Я иду к своей вдове
  Не играть, чтоб в прятки.
  
  Ждёт давно уже вдова,
  Голодна по мужу,
  Не мои, её слова,
  Дождь накапал лужу.
  
  Дождь накапал океан,
  Дождь слезами капал,
  Жаль, паук вдовой был зван
  И пред нею плакал.
  21.05.05.
  
  Вот она, вот она полная Луна,
  Мучить будет снова, ночь мою без сна.
  
  Мучить будет нежно, мозг мой теребить,
  Путать, путать, путать, мысли моей нить.
  
  Строить мысли в рифму, строить по слогам,
  Развернёт дорожку светлую к ногам.
  
  Развернет, и душу, чтоб потом свернуть,
  Двинется со мною в неведомый путь.
  
  Двинется по кругу, циклу своему,
  Вправо иль налево только не пойму.
  
  Может мне не надо понимать её,
  О, Луна подруга, счастье ты моё.
  23.05.05.
  
  Ненависть порождает...
  Порождает любовь?
  Кровь, кровь, кровь.
  
  Любовь порождает...
  Порождает жалость?
  Малость, малость, малость.
  
  Жалость порождает...
  Порождает презренье?
  Мненье, мненье, мненье.
  
  Мненье порождает...
  Порождает свободу?
  Угоду, угоду, угоду.
  
  Угода порождает...
  Порождает лесть?
  Месть, месть, месть.
  
  Месть порождает...
  Порождает ненависть?
  Кровь.
  24.05.05.
  
  Ночная гостья заглянула,
  В моё открытое окно,
  Я встал с кровати не со стула,
  Хотя конечно всё равно.
  
  Хотя конечно безразлично,
  Я встал иль сел, иль даже лёг.
  Скажу я меж собою лично,
  Что коврик мокрый был у ног.
  
  Что коврик был такой холодный
  И я в холодном был поту
  И стих такой же сумасбродный,
  Загнул я в сторону не ту.
  24.05.05.
  
  Слава, Слава, Слава Великая,
  Светлому дню октября,
  Время тихонечко пикая,
  Двигала стрелочки зря.
  
  Двигало боем курантов могучих,
  Двигало стрелочки в пик,
  В песочных часах веками сыпучих,
  Где россыпь песка превращается в тик.
  
  И сыпет, сыпет, также тактом,
  2раза в день, сливаясь в грех,
  Я удивлён подобным фактом,
  Часы висели жопой вверх.
  25.05.05.
  
  Мне снился сон сегодня, как я открыл тебе дверь и ты переступила мой порог не толстая и не старая, в твоих руках была фотография твоего же лица. Я видел твои глаза раньше, а сейчас мой взгляд их очищает. И ты увидела меня из своего далёкого прошлого взглядом нынешнего дня. Взглянув, тот час же убежала туда, откуда и пришла.
  P.S.
  Да, забыл ещё спросить, вас тоже было двое?
  25.05.05.
  
  Когда тоскливы вечера
  Весенних дней прохлады,
  Когда такие как вчера
  Свершают вновь обряды.
  
  Когда свершаются прогнозы,
  Когда дождливы вечера,
  Когда и сахар без глюкозы
  И жизнь немножечко сыра.
  
  И жизнь немножечко прохладна
  И жизнь как лёгкий ветерок,
  Не может жертва жить без гада,
  Ведь гад всегда добра порок.
  
  Ведь гад всегда и тенью ходит,
  Бывает ходит и конём,
  Так кто кого первым замочит,
  В ночи замочит или днём.
  
  Иль может даже срок отсрочен,
  Иль цифра спутана в строках,
  Зато удар силён и точен,
  Удар силён всегда в строках.
  
  Удар силён не мёртвым словом,
  Удар силён всегда живым.
  Красивым ровным мудрым слогом
  И почерком слегка кривым.
  25.05.05.
  
  Смерти не ждут, она приходит.
  25.05.05.
  
  ЧУЖОЙ
  
  Пророка глас - порока факт
  Весенних дуновений,
  Не от жары вершит инфаркт,
  А от других деяний.
  
  Под действом правою руки,
  Когда тракт-тракт трактатом,
  Когда обрублены суки,
  Обширнейшим инфарктом.
  
  Ещё отрезаны ходы,
  Закрыты и лазейки,
  Когда вдруг с сердцем не лады,
  Когда суки не рейки.
  
  Когда проход всего в одно
  Игольчатое ушко,
  Когда могилы видно дно,
  Старуха ближе с кружкой.
  
  Старушка с кружкой просит денег
  На жизнь старую свою,
  А ты в ответ ей вместо денег,
  Жизнь с душой бросал мою.
  
  Бросал, бросал, волкам голодным,
  Под маской старческою лиц,
  Хотел представиться им родным,
  Как чужеродный в стаю птиц.
  26.05.05.
  
  
  ПАУК
  Бывают в мире совпаденья,
  Бывают в разности они,
  Бывает, совпадут и мненья,
  Бывает, совпадают сны.
  
  Бывают разные явленья,
  Бывают разными они,
  Когда отбросив все сомненья,
  Вхожу всегда я в ваши сны.
  
  Вхожу в нательной я рубахе,
  С большим крестом ещё в руках,
  Схожу я вниз к своей же плахе,
  На свой же риск, на свой же страх.
  
  Схожу к ступеням эшафота,
  Схожу, сходив уже не раз,
  Не было случая аборта
  В тех случаях ещё ни раз.
  
  Осечки нет и нет промаха,
  А попаданье точно в цель,
  Где нет всех чувств и нету страха
  Попасть в тех случаях на мель.
  
  Попасть на рифы, камни остры,
  Любым попасть на них бортом,
  Всё б обошлось тогда без ссоры,
  А может быть одним бортом.
  
  Бортом одним или абортом,
  А бортом, бортом хоть каким,
  Когда всё писано по нотам,
  По нотам разным и плохим.
  
  По нотам, ладам и по струнам,
  По кнопкам разных, клавишей.
  По полным букв корзинам, урнам -
  Фигурок мелких - гнидок вшей.
  
  И точек разных с запятыми
  И горы ворохи бумаг,
  Хотят ведь все побыть святыми,
  Но занял место лучший маг.
  
  Который плёл ночами сети,
  В морские крепкие узлы.
  И жертв паук всех зло приметит,
  Чтоб жертвы тоже были злы.
  26.05.05.
  
  Разделись дни, разделись и ночи,
  Сегодня разделись все предо мной,
  Явитесь стихи мои блудные дочи,
  Явитесь любою порой.
  
  Явитесь слогами и тактами в рифму,
  Явитесь нагими тот час
  Явленьем подобным по схожести к мифу,
  Создавшись внезапным в сейчас.
  
  Создавшим по буквам кирпичикам малым,
  По разным песчинкам - словам,
  Просчитаны были очками все балы
  И розданы всем по правам.
  
  И розданы всем, даже с левым уклоном
  И выданы даже пенсне,
  Вручались предметы в зале коронном,
  Вручались конечно во сне.
  
  Вручались вручную дрожащей рукою,
  Вручались меж ручно, сквозь пальцы в ладонь,
  Вручались и грустной бывало порою,
  Как будто бы об руку сон.
  
  Как будто бы под руку любое движенье,
  Любое движенье руки,
  Тогда-то и чувствуешь очень сильное жженье,
  Когда в цепи рвутся стыки.
  
  Когда разрываются стонами звенья
  И рушат всю цепь до конца,
  Какие уж к чёрту тут споры и пренья,
  Какие тут к чёрту словца.
  
  Какие тут игры, какие законы,
  Какие нюансы в ходах,
  Повсюду слышны лишь стаканные звоны
  И встряска и шум шан-та-рах.
  
  И пол весь в осколках стеклянных осыпан
  И ночи всегда босиком,
  Когда все и ты, стеклом битым утыкан,
  Пока ты прошёлся по com.
  
  Пока пробежал по углям ты горячим,
  Бежал как всегда босиком,
  Бывало на ощупь, бывало не зрячим,
  На ощупь бывало по com.
  
  Бывало кололо, бывало и в спину,
  Бывало и сердце кольнёт,
  Осколки наполнили даже корзину,
  В осколках и снится полёт.
  26.05.05.
  
  ФИЛИН
  Филин, Филин, в ночи Филин
  Своим взглядом лес блюдёт,
  Филин умный или в стили,
  Филин может и в полёт.
  
  Филин может и стихами,
  Клювом тоже не брезгнет,
  Филин брезгает дарами,
  Филин знает свой полёт.
  
  И ещё свой лес он знает,
  Филин видит в темноте,
  Знает Филин, то, что в мае,
  Будут дни ещё не те.
  
  Будут ночи не прохладны,
  Будут и стада мышей,
  Будет писк стоять не ладный,
  Без солидных барышей.
  
  Безыдейным будет стадо,
  С безыдейным королём.
  Может быть такое надо,
  Когда все в один проём.
  
  Когда щель в одну входную,
  Звено звеньям по цепи,
  Когда ищешь щель вторую,
  Сам сидящий на цепи.
  27.05.05.
  
  Я как-то встретил взгляд глубокий,
  Глубокий взгляд был старика,
  Ещё старик был одинокий,
  Видать считал старик века.
  
  Видать считал старик эпохи,
  Периоды - эры он считал,
  Ещё я слышал его вздохи,
  Он был горбат и ростом мал.
  
  Ещё в руках держал он клюку,
  Держал и выправку в словах,
  Ещё он знал одну науку,
  В людей вселяющая страх.
  
  Страх к дням ушедшие за спину,
  Страх к тем, что будут впереди,
  Старик ведь шёл к родному сыну,
  Старик сказал мне взглядом, жди...
  27.05.05.
  
  Нас двое, нас двое кричало оно,
  За дверью моей, за порогом.
  Стучало по com, мне оно уж давно,
  Стучалось всезнающим богом.
  
  Стучалось всезнающем око за зуб,
  Стучалось неврозом пульпита,
  Я не был с ней ласков, а с ним не был груб,
  Я в роли стоял Альболита.
  
  Я в роли стоял санитара в халате,
  Я в белом халате стоял,
  Когда-то в такой же и белой палате,
  Из нервов связал себе ял.
  
  Из нервов клубочков, из чувственных клеток,
  Нервозную сеточку сплёл,
  Без всяких наметок, без всяких пометок,
  Без всяких стандартности тел.
  
  Без всяких оргазмов, без всяких абортов,
  Без всяких иллюзий души,
  На всякий на случай какой-нибудь остров,
  По жизни по этой свершил.
  
  По этой по самой по самой по этой,
  Поэта по жизни свершил,
  По жизни по самой по самой по спетой,
  Где каждый, кому в кореши.
  
  Где каждый пахан слуга господина,
  Порядочек тёмный ведут,
  По типу как Джин в руках Алладина,
  По типу огромнейший спрут.
  
  По типу грибницы рождающей в спорах,
  По типу пыльцы с цветника,
  По типу гнездовья различные в норах,
  В сыпучее время песка.
  
  Сыпучие стрелки сыпучие цифры,
  Сыпучее время в часах,
  Сыпучей конечно бывает и рифма,
  В таких же сыпучих словах.
  27.05.05.
  
  
  Когда несбыточны мечты
  Сбываются проклятья,
  Когда ты с зеркалом на ты
  В одно мгновенье сжатья.
  
  В одно мгновение весны
  Всего в одно мгновенье,
  Что дни всего лишь жизни сны,
  Всего лишь дуновенье.
  
  Всего лишь страждущий момент
  В один отрезок жизни,
  Всего лишь действенный аспект,
  А факт отрезок жизни.
  27.05.05.
  
  Весны вечерняя прохлада.
  С приятным ветром, Абдула!
  Когда традиции обряда,
  Торчат стволом из подпола.
  
  Из подполов торчат халатов,
  Торчат всегда из подполов,
  Когда всегда без автоматов,
  Один не сядешь кушать плов.
  
  Когда не сядешь даже близко,
  Когда и некуда присесть,
  Когда всё время ужин с риском,
  Когда по следу ходит смерть.
  
  Когда с кустов ночами смотрит,
  Когда и видит всё в ночах,
  Когда всё видится и по три,
  Когда темно как при свечах.
  
  Когда на ужин мясо с риском,
  Когда из риса сделан плов,
  Когда присесть не можешь близко,
  Без осторожных в шепот слов.
  
  Без осторожных и движений,
  Без лишних шорохов в ночи,
  Без осторожных наблюдений,
  Когда в раздельности ключи.
  
  Когда не слышно даже мухи,
  Не слышно даже комара,
  Когда молчат любые слухи,
  Там молчаливая пора.
  27.05.05.
  
  Полёт просторами объятен -
  Объят просторами полёт,
  Без кочек всяких там без вмятен,
  Без калымаг там без карет.
  
  Без всяких там полозьев саней,
  Без тёртых саночных следов,
  Когда весной бывает ранней,
  Ждёшь в гости чёрных к себе вдов.
  27.05.05.
  
  Хорошие люди, как и плохие тоже везде есть.
  (Какая банальность, Ашот Эдуардович).
   27.05.05.
  
  ГЛАЗА НА ФОТО
  
  Она не зря ко мне пришла,
  Пришла ко мне однажды,
  Взмахнув лишь кончиком пера,
  Один раз, а не дважды.
  
  Она вспорхнула один раз,
  Взметнувшись ввысь со мною,
  Я видел фото её глаз,
  Той старою порою.
  
  Где подпись вовсе не нужна
  О дате дня рожденья,
  Увы, мне жаль, что не жена,
  Мне жаль мои сужденья.
  27.05.05.
  
  Люблю, прости, мой милый, дорогой...
  (всё это бабская лирика)
  27.05.05.
  
  Кругом, кругом, кругом столы,
  Подстольны и поэты
  И потому на мир так злы
  И потому раздеты.
  
  Раздеты телом и душой,
  Вывернуты в изнанку,
  С душой такой большой, большой,
  С спросонья спозаранку.
  
  С спросонья все под лень тоски,
  По лень тоски по самой,
  Когда подглазные мешки,
  Висят от жизни тайной.
  
  Ещё когда висят заборы,
  Иль на заборах что висит,
  Висят одни и те же споры
  И выгод это не сулит.
  
  И не сулит не только выгод,
  Не только пользу не сулит -
  Чреду плененья длинных иго
  И броне дней большой лимит.
  27.05.05.
  
  Они читали шифрограммы,
  Они входили без ключа,
  Благие дни сменяют драмы,
  Под звуки клавишей стуча.
  
  Под букв дробь в наборе слова,
  По фразам ковким золотым -
  Литературу начал снова
  По жизни длинные листы.
  
  По жизни длинные рулоны -
  Дорог бумажных череда,
  Облеплены повсюду склоны
  Вершины пика "Дань" и "Мзда".
  
  Вершина лишь виновник чуда,
  Вершина - главный мира пик,
  Дороги нет назад оттуда,
  Без доказательства улик.
  
  Без доказательства науки
  И вход в неё же запрещён,
  А я стихи пишу от скуки,
  В плену ночном тоскливом стен.
  
  Пишу, страдаю, не могу,
  Пишу под тусклым светом,
  Ведь я же времени в долгу
  С рождения поэтом.
  27.05.05.
  
  ЮМОР
  
  Собрал грибов одну корзину
  Лисичек, белых и опят,
  Свернул с тропинки я в трясину,
  Под вечер, где-то часов в пять.
  
  Не помню, может даже больше
  Часов натикало в часах,
  В болоте вязко идти с ношей
  И тяжко в мыслях нести страх.
  
  И тяжко тело - груз грибы
  И тяжек сход с тропы благой,
  Когда в пути плывут гробы,
  Спешат как будто за простой.
  
  Плывут кресты, плывут надгробья,
  Плывут могильников холмы,
  С портретов смотрят исподлобья,
  Такие люди, как и мы.
  
  Такие точно дубликаты,
  Такие точно муляжи,
  Им не нужны уж адвокаты,
  Они же хлама тиражи.
  
  Они же все излом продукций,
  Они же все сданы на лом,
  Так думал даже и Конфуций,
  В китайском времени былом.
  27.05.05.
  
  Когда много пишешь, - затрагиваешь все темы.
  27.05.05.
  
  У одних мозг работает на восприятия, у других на воспроизведение.
  27.05.05.
  
  Я спустил свой взгляд в низину
  С пика самого горы,
  Как когда-то на вершину
  С детства юности поры.
  
  Как когда-то у подножья
  Я смотрел на пик горы,
  Сила слова - сила божья,
  Слуха славные дары.
  
  Всегда труден путь к вершине,
  Пика снизу не видать,
  Если есть надежда в сыне,
  Если сын имеет мать.
  
  Если сын имеет детство,
  Детство - юности пору,
  Так зачем идти в агентство,
  Если легче взять гору.
  
  Если легче взять вершину,
  Взять вершину головой,
  Отлежать немного спину
  И без жизни половой.
  
  Без куска большого сыра
  Иль обрезков от краёв,
  Без излишества без пира,
  Рыбам бросил корм на клёв.
  
  Рыбам тысячи кусочков,
  Буквы, фразы и слова,
  Я крошил их каждой ночкой,
  Если ночь была клева.
  28.05.05.
  
  Конькобежец пал на льду,
  К верху пал коньками,
  Страховался он за мзду,
  Мзду он брал деньгами.
  
  Брад он мзду ещё за горло,
  Брал ещё он из души,
  У вулкана кратер жерло,
  Изверженье не туши.
  
  Не туши пожаром пламя,
  Не держи вулкан в узде,
  Пусть пылает огня знамя,
  Пусть горит огонь везде.
  28.05.05.
  
  ТАМ
  Там крадётся исподнизу,
  Там крадётся из углов,
  Там имеет везде визу,
  Понимает Там без слов
  
  Понимает там без жестов,
  Понимает Там игру,
  Там имеет одно место,
  Там идёт всегда в гору.
  
  Там идёт всегда к вершине,
  Там на пик идёт горы,
  Там идёт всегда в пустыне,
  Мокрый прячась от жары.
  
  Мокрый в белом покрывале,
  Там укутан от жары,
  Там бывает в идеале,
  Там на пике у горы.
  
  Там за облачной вершиной,
  Там где шапка ледника,
  Там всегда сидит за ширмой,
  Там следит всегда рука.
  
  Там следит всегда и взгляды,
  Там всё видит свысока,
  Там внизу всегда парады,
  Там даёт всегда рука.
  
  Там рука даёт не деньги,
  Там рука даёт товар,
  Там в цене кольцо и серьги,
  Там царит всегда навар.
  
  Там царят всегда товарки,
  Там царит всегда народ,
  Люди Там на деньги падки,
  Там чрез реку ищет брод.
  
  Там забыл своё рожденье,
  Там сошёл ещё с ума,
  Там испортил настроенье,
  Там и дом его тюрьма.
  
  Там родные его стены,
  Там и вся его родня,
  Там сидит всё время пленный,
  Там всё время ночь без дня.
  
  Там всё время тихий сумрак,
  Там всё время в тишине,
  Там конечно полудурок
  Топит жизнь свою в вине.
  28.05.05.
  
  Тихонько музыка играла,
  В скрипичном кажется ключе
  И от Европы до Урала
  На территории ничьей.
  
  Ничье свободного пространства
  Давно ни чьей уже страны,
  Без гама шума и без пьянства,
  Бес совесть мучащей вины.
  
  Живут такие же как прежде,
  Но только в обществе другом,
  Живут давно в другой одежде,
  Но шлют всех просто на потом.
  
  Потом, как вместо русский на хуй,
  Потом как в смысле твою мать,
  Потом бездарно, лучше на хуй,
  По-русски прямо так послать.
  
  По-русски в красною рубахе,
  По-русски чисто босиком,
  Где слово ценится в отмахе
  И без замены на потом.
  
  И без замены косых взглядов,
  Татар-немецкого-монгол,
  Без русских признаков нарядов,
  Когда по-русски чистый гол.
  
  Когда и гол стоит в воротах,
  Когда нет пропусков мяча,
  Все пчёлы тихо сидят в сотах,
  На всех на пчёл одна свеча.
  
  Одна свеча, один подсолнух
  И мысль одна у них на всех,
  Когда хранитель матки евнух,
  Такой красивый, жалко эх...
  
  Такой в рассвете самой силы,
  В такой осаночки прямой,
  Жаль ночи для него не милы,
  Любой сезонною порой.
  
  Любой сезонною погодой,
  Страдает евнух без узды,
  О страсть разбавленная одой,
  По-русски как там без ....
  
  По-русски, как там на жаргоне,
  По-русски чисто твою мать,
  О, сколько слов в одном вагоне,
  Хотя б одно из них поймать.
  
  И мысль одну во всём вагоне
  Поймать в углу на сеновал.
  Поймать нагую, но в короне,
  Хоть на крючок, хотя б на трал.
  
  Надрал словечко чистой водкой,
  По-русски чисто стаканом,
  Гоня коней санями тройкой
  К границе моря на паром.
  
  Кричит ямщик, коней торопит,
  Вещей в дорогу взял на спех,
  Так где же русский наш субтропик,
  Кто сдал его курям на смех.
  
  И кто пошёл верблюдом к ушку,
  Чтоб сквозь него потом пролезть,
  И кто включил мою кукушку,
  Чтобы кукукала не лесть.
  
  Чтобы кукукала по счёту,
  И раз, и два, и три, и пять.
  Я ей задал на счёты квоту,
  По типу главной стала блять.
  
  По типу королевой бала,
  Как бы министр не в посту,
  Хотя б родная не устала,
  Хотя б не сбилась на счету.
  28.05.05.
  
  Я шёл в лесу, я шёл по роще,
  А может быть я шёл в бору,
  Сказать бы это как-то проще,
  Ну в общем я искал гору.
  
  Ну в общем я искал вершину,
  Чтобы держать небесный свод,
  Не в пафос сказано, причину,
  Без всяких там на то угод.
  
  Без всяких титулов и званий,
  Пренебрегая короля,
  Ведь бог предел понятий крайний
  И он стоит же у руля.
  
  И он в ночи всегда не дремлет,
  Не дремлет он всегда и днём,
  Такой как все, он тоже в теле
  И слово у него приём.
  
  Приём игра иль просто хобби,
  Нам мысли бога не понять,
  Какие к богу могут лобби,
  Возникнуть против воли - спять.
  
  Возникнуть против игры слова,
  Возникнуть против сил его
  И сеть всегда полна улова,
  Полна до края с головой.
  
  Полна всегда его корзина,
  Полна до края и с горой,
  Слова бывают как резина,
  Резиной мягкой иль тугой.
  
  Ещё бывают твёрже камня,
  Бывают даже как вода,
  Слова бывают и воззванья,
  Слова духовная еда.
  
  Слова вибрация потока,
  Слова живое вещество,
  Слова бывают от пророка,
  Не важно кто, то существо.
  
  Не важно кто их извергает,
  А важно как их извергнёт,
  В каком живёт тот изверг крае
  И как в пике ушёл в полёт.
  
  Когда успел он сдвинуть камень,
  Когда успел раздвинуть свод,
  Низверг слова, как будто пламень,
  На стол низверг и даже под.
  
  И даже в самое сознанье
  И даже под него само,
  Не нужно богу и воззванье,
  То самое, что ни на есть само.
  
  Не нужно богу ваши души,
  Не нужна богу ваша мать,
  Бог просто мысли в стихах тушит,
  Такая бога всегда страсть.
  
  Такой причуд его желаний,
  Такой закон его игры,
  Ведь выше бога нету званий,
  С самой божественной поры.
  28.05.05.
  
  Не знаю,
  сколько лет я шёл в пустыне белой,
  Я шёл на ощупь сквозь пески
  С неадекватной мыслью смелой,
  Что гряды горные близки.
  
  Что близок пик родной вершины,
  Миражем и в пути стоит
  Без потребительской корзины,
  Когда в костях периостит.
  
  И за бронёю лобной кости
  За остфранталиус кости.
  Ещё в руках без важной трости,
  Без никакой вообще трости.
  
  Без всяких там забав и музык,
  Без всяких мыслей там не всех,
  Когда всегда в объятьях Музы,
  Без игр любовных и потех.
  
  Потех, утех, любовных ласок,
  У тех у самых у стихов,
  Когда не можешь жить без масок,
  Когда не можешь жить без слов.
  
  Когда живёшь по разным жизням,
  Когда живёшь всегда в другой,
  Когда меняешь их по тризнам,
  Не быть, чтоб съеденным вдовой.
  
  Вдовою чёрной, черней ночи,
  Паучьей чёрною вдовой,
  Когда вдова сперва порочит,
  Твоей прикинувшись рабой.
  
  Твоей, прикинувшись рабыней
  Самою даже госпожой,
  Тогда уж точно не остынет,
  Любовный аппетит большой.
  
  Она тебя в ночи разденет
  И выпьет соки все твои,
  Блаженна смерть в подобном плене -
  Предположения мои.
  
  Она вдова сама же просит,
  Отдаться ей в последний раз,
  Ведь яд её в любовной смеси,
  Сказал мне смысл её глаз.
  
  Сказала мимикой - движенья,
  Любовным длинным языком,
  Приятны были эти жженья,
  Без всякой мысли о плохом.
  29.05.05.
  
  Они все библию по разному трактуют, а суть понять не могут.
  29.05.05.
  
  Ушла любовь, завяли помидоры
  И отцвела сирень давно в моём саду,
  Утихли плодоовощные споры
  На грядках разных, но в одном ряду.
  
  В одном саду в родном участке
  В одном отрезочке земли
  Плоды и овощи на грядке,
  Беседу мирную вели.
  
  Вели спокойно без предметно,
  Предмета не было в цели,
  Текли беседы беспросветно
  И не куда их не вели.
  29.05.05.
  
  Куда-куда, кудахтала несунья,
  Большая клушка на гнезде,
  Она не курица - колдунья,
  Нести ей яйца хоть бы где.
  
  Нести скорлупок белых зёрна,
  Взрастить до осени цыплят,
  Скосить на корм запасы дёрна,
  Пока цыплят не обвинят.
  
  Не обвинят их в весе лишним,
  Не обвинят на суп с жарким,
  Ведь приговор всегда неслышим,
  И не мерещится глухим.
  
  И не мерещится он дважды
  И не мерещится он днём,
  Ко всем приходит он однажды,
  Кого бы только не возьмем.
  
  Возьмём хоть старость золотую
  Иль день трагический возьмём.
  Открыл я истину простую,
  Открыл не ночью, открыл днём.
  
  Открыл, лишь щёлкнув большим пальцем,
  Но всё же росчерком пера,
  Как будто сталь прошла под вальцем,
  Стали прокатные ура.
  
  Когда прокатят и леса
  В игольчатое ушко,
  Когда низвергнут небеса,
  Свою грозу под ручкой.
  
  Когда низвергнет с неба гнев,
  Строкой низвергнет с неба,
  Когда вдруг лев уже не лев,
  Без мяса, как без хлеба.
  
  Когда и слон слоном не ходит,
  Когда и конь стоит в ряду,
  Когда фигуры просто люди,
  Движенья делают на льду.
  
  Движенья - типа просчитали
  С начала до конца игры.
  Считали в клеточные дали
  С какой-то клеточной поры.
  
  С какой-то клеточной постели,
  С такой же точно простыни,
  Лежат не русские Емели
  И Им такие же сродни.
  
  Лежат играя в передвижки,
  Каких-то образных фигур,
  Когда игра идёт на фишки,
  Пречудно сделанных скульптур.
  
  Пречудно сделанных фигурок
  В цену всего одну кости,
  Когда сыграет даже турок
  В игру, прозванную "прости".
  
  В игру размерами не в ушко,
  Игру размером в стадион,
  Когда открылся счёт не пушкой
  И ни с каких ещё сторон.
  
  И ни с каких уроков жизни,
  Ни даже с шахматной поры,
  Обрушат своды тяжкой тризны,
  С одной великою горы.
  30.05.05.
  
  Кто строит козни, того наказывает Бог.
  30.05.05.
  
  Ведро ли полно иль корыто,
  Иль полон может быть стакан
  И пьёт ли с них верблюд открыто
  И был ли он на пойло зван.
  
  Была ль вода в его горбах
  И кораблём ли был в пустыне,
  Его б использовать в горах,
  Дойти на нём верхом к вершине.
  
  На нём на самом на гору,
  Верхом на третьем горбе,
  По типу как не в том миру,
  По типу мир как в торбе.
  
  По типу вьючная скотина,
  Тропой идущей только вверх,
  Когда горб жёсткий все ж перина,
  А торба полная орех.
  
  Орехи леса с крепкой шкуркой,
  Орех по типу как фундук,
  Погонщик их грызёт под скукой,
  Помногу тысяч за день штук.
  
  Сидит, грызёт, за борт швыряет
  Остатки твёрдой скорлупы,
  В чужом погонщик идёт крае,
  Верблюды все его слепы.
  
  Слепы верблюды от рожденья,
  Слепы верблюды с верблюжат,
  Верблюды это просто звенья,
  А звенья ведь всегда дрожат.
  
  В гору тянулись эти звенья,
  В гору тянулись со степи
  И потому возникли тренья,
  На стыке замкнутой цепи.
  
  На стыке двух скрещенных точек,
  На стыке пика всех дорог,
  Находишь жизни уголочек
  И отдых для уставших ног.
  
  Туда, туда ведут верблюды,
  Держась в пути в одной цепи,
  Разделен путь тот на периоды,
  Один период пройдён в степи.
  
  Другой период прошёл на склоне,
  Витком верблюжиной тропы,
  Мираж всё грезился в короне
  И трон большой в кругу толпы.
  
  В кругу большой и пёстрой свиты,
  На центре круга во свету,
  В кругу не фуги, а центристы,
  Закрутят в сторону не ту.
  
  Когда всё против, против стрелки
  Компаса или часовой,
  Когда один с одной тарелки,
  В пути обедать не в первой.
  
  Пути на тысячи тарелок,
  Но всё равно всегда с одной,
  Уж очень путь подобный терпок
  И цели нет в пути другой.
  
  И нет в пути больших привалов,
  Коротких тоже по чуть-чуть
  И остановок очень мало
  И труден очень этот путь.
  
  И труден путь в гору к вершине
  И в связке меньше верблюдов,
  Ведь степь была мираж мгновений,
  Двух трёх томительных годов.
  
  Двух трёх томительных мгновений,
  Двух трёх годичности витков,
  Когда вся цепь сомкнувших звений,
  Расцепит все замки оков.
  30.05.05.
  
  Когда трещат хрящи в суставах
  И старость груза на плечах,
  Когда вся жизнь прошла на нарах,
  Когда не ведом чувствам страх.
  
  Когда не ведомо таинство,
  Таинство дня - последний стих,
  Когда сплошное иезуитство,
  А иезуит не тихий псих.
  
  В ночи он стих спокойно, тихо,
  В которой тихо жил всегда,
  Он автор и стихо-
  творенья, в плену сидящий без суда.
  
  В плену трещат стыки каркаса,
  В плену их нечем разогнуть,
  Подачи нет в игре без паса,
  Без паса плена длинный путь.
  
  Без паса нет в игре отхода,
  За пас в срока идут года,
  Не важно, сколько дней у года,
  Когда томишься без суда.
  
  Когда томишься в Ватикане,
  Когда постишь свои года,
  Когда не ты, а жизнь в обмане,
  Всё приговора ждёт суда.
  31.05.05.
  
  Теченье бурное речное
  Берёт пороги - путь реки,
  В любое время и в ночное
  Водой ломаются стыки.
  
  Стыки плотин - подводный камень,
  Стыки преград любых плотин,
  Когда порог воде коварен,
  Когда порог большой трамплин.
  
  Когда порог - реки пороги,
  Когда пороки не порог,
  Когда в реке не те истоки,
  Когда теченье сбилось с ног.
  
  Когда теченье сбилось с ритма,
  Когда всё с красною строки,
  Когда скользит красиво рифма,
  Когда не сушатся портки.
  
  Когда портки давно пропиты,
  Когда пропиты сапоги,
  Зато все в баньке парной сыты,
  У них пропарены мозги.
  
  У них пропарены и души,
  У них запарена душа,
  Им бесполезно кричать в уши,
  Они не слышат не шиша.
  
  Они себе и в ус не дуют,
  Они не дуют и в усы,
  Идею б им сейчас любую,
  Резинкой затянуть в трусы.
  
  Резинкой крепкой безразмерной,
  Что королева всех идей,
  А то заправлены поддельной,
  Их заправлял чужой злодей.
  
  Их заправлял злодей от скуки,
  Их заправлял не без тоски,
  Горазд на все злодей тот руки,
  Горазд ещё из под руки.
  
  Горазд на все злодей деянья,
  Горазд на чёрные дела,
  Идея та злодея манья,
  В мешке оставлена игла.
  
  Игла иль может даже шило,
  Что дно мешка в себе таит,
  Не то не это там не мило,
  Смотря с чего мешочек сшит.
  
  Смотря, какая ткань мешочка,
  Какого сорта тот брезент,
  Какая в шве мешочка строчка
  И кто ту ткань вручил в презент.
  
  Кто мастер ткани этой кройки,
  Кто мастер кройки и шитья
  И чьи же щипы больше колки,
  Ну в общем марка стали чья.
  
  Какого года стали ковка,
  Какого года знак литья,
  Когда достаточно осколка,
  Когда достаточно шитья.
  
  Когда достаточно трёх строчек,
  Когда не колит из мешка,
  Когда сшиваешь ткань без точек,
  Когда сшивается кишка.
  
  Когда сшивается на узел
  И дно кишечного мешка,
  Пока хирург не опаскудел,
  В момент последнего стяжка.
  
  Стяжка последнего удела,
  Открытой тайною мешка,
  Что шила даже не узрела,
  Большого мощного колка.
  31.05.05.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) Л.Савченко, "Последняя черта"(Антиутопия) М.Олав "Охота на инфанту "(Боевое фэнтези) К.Корр "Бестия в академии Ангелов"(Любовное фэнтези) Л.Огненная "Академия Шепота 2"(Любовное фэнтези) И.Головань "Десять тысяч стилей"(Уся (Wuxia)) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) А.Тополян "Механист"(Боевик) А.Эванс "Дракон не отдаст свое сокровище"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала! или Жена для тирана"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"