Дёмина Карина: другие произведения.

Глава 38. Перекрестья

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 8.33*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Раньше эта глава была 37... возможно, вернется на свое место. События идут параллельно, и я еще буду думать, как скомпоновать главы, чтобы избежать временных петель, вроде той, что здесь возникает.


Глава 38. Перекрестья

  
   Из двух зол чаще выбирают то, которое привычнее.
   ...резюме доклада статистической палаты.
  
   Когда конь пошел тряской рысью, Меррон все-таки вырвало. Но как ни странно, стало легче. Настолько, насколько это вообще возможно. Нет, голова еще гудела, перед глазами плясали красные пятна, из носа текло, а лука седла при каждом шаге лошади впивалась в бок. И руки, за спину вывернутые, успели онеметь. Впрочем, несмотря на онемение, Меррон чувствовала веревки.
   Но вот лошадь остановилась, и Меррон сбросили на землю. К счастью, земля была довольно мягкой, с толстой шубой прошлогодней листвы и влажноватой моховой подушкой. Меррон испытала огромное желание в листву закопаться, но порыв остановила - вытащат.
   - Вставай, красавец... ну или красавица, но все равно вставай, - раздался такой до омерзения знакомый голос. Просьбу подкрепили пинком, и Меррон подумала, что как-то слишком уж часто ее пинают. И за что, спрашивается?
   Но подняться она поднялась.
   Ноги не держат, а падать мордой в грязь жуть до чего неохота.
   Рассвело почти... сквозь переплетение ветвей небо видно, синее, чистое. Солнце зябко кутается в шаль из облаков, которые наверняка к полудню рассеются. Будет жарко и душно. Разве что лес защитит... обыкновенный такой лес. Дубы и сосны с красноватой корой, в трещинах которой проблескивают смоляные слезы. Длинные хлысты лещины кренятся под собственной тяжестью. Раскинулись метелки волчеягодника... и ручеек имеется, пробивается сквозь жирную землю, скользит по черным, гнилым листьям.
   - Любуешься? - поинтересовался Терлак, расседлывая лошадку.
   А крепко ей досталось, в мыле вся, дышит-задыхается, если ляжет, то и не встанет. Ей бы остыть дать да растереть хорошенько. Терлак же, бестолочь, трензеля отстегнул, повод на ветку бросил и все...
   - Знаешь, а я всегда думал, что в жизни есть справедливость...
   ...есть, только какая-то она несправедливая.
   - ...и все, что не делается, оно к лучшему, - Терлак пристроил седло меж корнями, а потник аккуратно разослал на земле. Сам сел, скрестивши ноги, молот свой рядышком положил, и смотрит, рассматривает даже.
   Было бы чего рассматривать... грязная. В крови какой-то, в полугнилых листьях. И наряд еще этот дурацкий...
   - А я вот все гадал, откуда в тебе эта бабскость... не подумай, что в упрек, я - человек широких взглядов...
   ...в центре поляны - черное кострище. Две рогатины вбиты в землю, и на длинной подкопченной палке котелок висит, старый, заросший грязью. Недалеко - хвороста вязанки, дрова, тюки какие-то...
   По самому краю земля разрыта, трава истоптана.
   Стоянка, значит.
   - Гадаешь, как я на тебя вышел? - Терлак хлопнул по бедрам, звук получился звонкий, хлесткий. - А никак! Нужен ты мне был... или нужна?
   - В-ф... - били по темечку, а ноет челюсть, все у нее, как не у людей. - В разбойников играешь?
   - Ага, - радостно подтвердил Терлак. - Скучно там стало! Вот не поверишь, как ты ушла, так сразу и заскучал! Места себе найти не мог, думал, чем же это я старого друга обидел? Я ведь к нему со всей душой, а он взял и сбежал.
   - Ис-звини.
   - Вот скажи, - Терлак подпер подбородок кулаком. - Разве отказал я тебе хоть раз? Чем мог, помогал... закон порой нарушая...
   И послал тех четверых, которые препроводили бы Меррон в тихий подвал с толстыми стенами. А оттуда - или за город, или в больничку, чтобы к следующему "разговору" в сознание привели.
   - Все ждал, когда ж ты до беседы снизойдешь, нос воротить перестанешь. Болит?
   Нос болел. И губы тоже. Челюсть. Шея. Живот. И руки...
   - Удача - птица переменчивая... сегодня тебе, а завтра мне.
   Слабая надежда.
   - Убьешь? - Меррон знала ответ и, устав стоять, опустилась на землю, хотелось изящно, но получилось - мешком, и не удержалась, завалилась набок, и конечно под ворохом листьев обнаружилась коряжина, кожу на плече пропоровшая.
   Какая тут удача... у Меррон ее отродясь не было.
   - Убью, - согласился Терлак. Он не пошевелился: помогать не станет, но и от пинков воздержится. - Потом. Ты ж не торопишься?
   - Нет.
   - И я нет...
   ...а вот это - он зря. Меррон подозревала, что любезного Харшала нападение на его лагерь расстроит.
   - Мы сначала поговорим...
   - О чем?
   - О том интересном месте, из которого я тебя прибрал. Не люблю, знаешь ли, странностей. А тут уж странно донельзя вышло. Был хуторок и не стало хуторка. Куда домишко подевался? С двором, что характерно, с телегами... откуда шатры взялись? И эти... недолюдки.
   Вот значит как вышло: хутор на нож поднять решили. Небось, думали, что будет чем поживиться, если приграничный. Или просто веселья захотелось, а напоролись на мага. И тут другое странно, что Терлаку уйти позволили.
   Вовремя сообразил, что не по силам кусок хватанул? Чутье у Терлака всегда было хорошим.
   - Думаешь, не вернутся? - спросил он, вытаскивая из голенища нож. Клинок был коротким и узким, острым с виду.
   - Это смотря кого ты ждешь...
   Терлак медленно встал на колени, потом опустился на четвереньки, перенося вес тела на левую руку, правую же, с зажатым клинком, вытянул.
   - Веселишься?
   Куда уж веселей. С него же станется ударить просто, чтобы кровь пустить.
   - Боюсь, - честно созналась Меррон, отодвигаясь от клинка.
   - Правильно. Люди должны бояться. Страх - он дает возможность острее ощутить вкус жизни. Вот ты не боялась и жила себе, как жилось... не шевелись, а то хуже будет.
   Он дотянулся-таки острием до кончика носа, коснулся, позволяя ощутить холод железа.
   - А ты знаешь, что женщинам мужскую одежду носить - это позор?
   Лезвие плавно двинулось по щеке, очерчивая полукруг.
   Замереть. Не дышать даже.
   - Женщина должна знать свое место... быть покорной... послушной...
   Вкус железа на губах. И клинок с неприятным звуком царапает эмаль.
   - Знаешь, там, в Краухольде, меня обвинили в излишней жестокости. А разве я жесток? Я справедлив. Та шлюха сама ко мне пришла... а потом стала кричать о насилии... я отрезал ей губы. И кончик носа... очень чувствительное место, ты ведь должна это знать. Я лишил ее век... за ложь. Просто за ложь.
   И еще потому, что ему нравилось.
   Странная у Меррон все-таки жизнь. Хорошие люди уходят, а ненормальные - возвращаются.
   - А мне сказали - жестокость... на самом деле им плевать на шлюху. Они просто хотели избавиться от меня, вот и нашли повод. Злоупотребление положением... ложные доносы... невинные жертвы. Все в чем-то да виноваты.
   Он убрал нож, на котором блестели капельки крови.
   Все-таки порезал, сволочь этакая...
   И ведь дорежет, вопрос лишь в том, когда.
   Меррон попыталась утешить себя мыслью, что Терлак всяко лучше Харшала с его рассказами о нежити, он просто убьет, но получалось не очень.
   - И все-таки, - Терлак слизал кровь. - Что это за место было?
   Причин молчать Меррон не видела, вот только голос ее предательски дрожал. И слова терялись. Неприятно рассказывать о чем-то, когда теряются слова.
   Или совсем заканчиваются.
   - Вот оно как... - крутанув нож на ладони, Терлак почти позволил ему выпасть, но в последний миг подхватил, зажав между пальцами. - Грустно.
   Меррон согласилась: очень даже грустно.
   Солнышко светит, птички поют... день хороший, замечательный просто-таки день. Неохота таким умирать.
   - Значит, мне лучше убраться отсюда и подальше...
   Терлак перевел взгляд с Меррон на лошадь и поморщился:
   - Двоих не выдержит. Извини.
   Клинок метнулся к глазам, и Меррон отпрянула, не удержала равновесия и завалилась на спину. А в следующий миг лошадь завизжала. И Терлак тоже. Громко. Страшно. Все кричал, кричал...
   Меррон перекатилась на живот, поднялась и... хорошо, что ее уже вырвало. Терлак был жив. Он лежал, неестественно вывернув руки, а на груди его уютно устроилось существо. Оно разодрало живот и теперь методично в нем ковырялось.
   ...жаль, что Меррон никак не леди. Упала бы в обморок. В обмороке как-то спокойней, что ли... и когда тебя жрут, наверное, не больно.
   А тварь, разом забыв о жертве - Терлак уже не кричал, но только повизгивал - повернулась к Меррон. Оно разглядывало ее секунд десять, а потом качнулось навстречу.
   - Знаешь, а давай ты меня как-нибудь не больно убьешь? - сказала Меррон, глядя в мертвые глаза.
   Существо протянуло руку и коснулось щеки, оставляя на ней липкий след.
   - Шею там сломаешь... или вот горло перегрызешь. Лучше горло, чем как вот его...
   Оно вздохнуло и тычком опрокинуло на бок. Зажмурившись, Меррон попросила себя лишиться чувств... Что-то мокрое коснулось запястий.
   Рывок. Ворчание.
   И свист...
   А веревки исчезли.
   Наверное, связанные люди в представлении карто выглядели не слишком аппетитно...
   Меррон перевернули на спину, усадили, пригладили волосы. Но когда тварь, дружелюбно оскалившись, протянула темный, еще кровящий шмат Терлаковой печени, сознание все-таки смилостивилось над Меррон...
  
   Я не люблю прощаний, ни долгих, ни коротких, а расставания и вовсе ненавижу всей душой. Снова кого-то терять, пусть и на время, но все же.
   Йен чувствует неладное и прячется под кроватью, где сворачивается калачиком и лежит, обняв несчастную запыленную шапку. Я уговариваю его выйти, чувствуя себя предателем, и когда слова заканчиваются, Кайя просто переворачивает кровать. Он успевает поймать Йена прежде, чем тот находит новое укрытие.
   - Тебе небезопасно здесь оставаться, - Кайя разговаривает с сыном так, словно тот уже достаточно взрослый, чтобы понять. А может и вправду взрослый. - Я не настолько доверяю этим людям. И с нами тебе нельзя.
   Йен не плачет, но смотрит так, что у меня сердце на куски разрывается. Я снова оставляю ребенка.
   - Когда станет можно, мы тебя заберем. Обещаю.
   Вздох. Кивок. И Йен прижимается к кожаной куртке.
   ...я не знаю, что ему еще сказать.
   ...скажи, что любишь и будешь скучать.
   Кайя повторяет шепотом, на ухо. Наверное, это нужные слова, потому что Йен успокаивается. Он позволяет себя одеть, потом деловито собирает шарики, все до одного, набивая ими честно отвоеванную шапку. Брайан хмурый. Он не собирается капризничать или плакать, но только предательски шмыгает распухшим носом. И шарик, протянутый Йеном, берет недоверчиво.
   Еще один достается мне. Третий, темно-синий, получает Кайя.
   Дальше - двор. Суета. Экипаж, запряженный четверкой массивных и спокойных лошадей. Уже знакомая мне дама в сером дорожном платье.
   На крышу грузят сундуки и коробки.
   - Когда придет осень, - Кайя садит Йена на плечо, - и тебе исполнится два года, то ты откроешь вон ту коробку. Вот ключ. Не потеряй.
   Глянцевый сундук заперт на четыре замка.
   Я знаю, что в нем - полный рыцарский доспех в сине-белых цветах дома Дохерти. Тяжеловатая игрушка, а наличие меча, топора и шипастой булавы я вовсе не одобрила. Как и топазовый гарнитур для Настасьи. Маловаты дети для таких игрушек.
   Только разве ж послушают...
   ...а если все-таки потеряет?
   ...Урфин передаст запасные.
   - А это, чтобы мы знали, где ты находишься, - знакомый серый браслет опоясывает руку Йена.
   Гайяр выходит в сопровождении десятка рыцарей. Эскорт, от которого Урфин не отказывается, да и мне спокойней как-то... я знаю, что здесь безопасно, куда безопасней, чем по ту сторону вала, но... все равно, спокойней.
   Йен обнимает меня на прощанье, всхлипывает все-таки и уточняет:
   - Скоро?
   - Настолько скоро, насколько получится.
   Поцеловать в щеку. Поправить берет. Убедится, что в карете есть специальные кресла для детей, что кроме кресел имеются и подушки, и одеяла, и знаю, что Урфин не позволит им замерзнуть, а серой даме - обидеть Йена, но...
   ...ненавижу расставания.
   Мы тоже уезжаем. И двигаться придется быстро, потому что случилось что-то непредвиденное, не плохое, но требующее присутствия Кайя.
   На мне - мужской дорожный костюм. И перчатки из кожи тончайшей выделки - хороший подарок. Гайар пытается навязать сопровождение и нам, но Кайя отказывается. Он поднимает меня в седло, не желая верить, что я способна ехать самостоятельно.
   Синяки и те почти прошли.
   - В ближайшие две недели, возможно, случится затмение, - Кайя говорит так, что слышат все. - Оно продлится несколько дней...
   ...это что-то новое в астрономии, я в ней, конечно, не сильна, но вот затяжное затмение выглядит крайне подозрительно.
   - ...и я надеюсь, что в городе паники не возникнет.
   ...возникнет, но Гайяр справится.
   ...предупреждения разослали. Люди будут готовы.
   К затмению, которое продлится несколько дней?
   ...ничего сказать не хочешь?
   Ворота. Мост над пропастью. И как-то спокойно оттого, что Кайя меня держит.
   ...закрытие - это не столько оболочка, сколько нарушение частоты мира. Он выпадет... сместится... и пока формируется оболочка, будет недоступен. А потом все восстановится.
   Как-то неуверенно он это произнес.
   ...мне Ллойд объяснял, но моей базы не хватает. Слишком много пробелов, я пытался их зарастить. Читал. И теорию изложить могу. Но беда в том, что я ее не понимаю!
   ...тебе это сильно мешает?
   ...я знаю, что и когда должен делать. Ничего непривычного или сложного, но это как... вот раздавить жабу, чтобы вызвать дождь. Смерть земноводного может запустить длинную цепочку событий, которые закончатся формированием тучи. Но я бы предпочел осознавать и контролировать каждый этап в этой цепочке. Хотя аналогия более чем отдаленная.
   Снизу Кверро недосягаем, серая корона на вершине холма. Поля всех оттенков желтого. Ветер. Солнце. Ехать долго, но... пожалуй, где-то я рада, что мы остались вдвоем.
   Вчетвером было бы лучше.
   ...я не могу их заменить.
   ...не можешь. А они не заменят тебя. И друг друга тоже.
   Чара, пепельной масти кобыла внушительных размеров, идет мягко. Ей, кажется, в радость этот мир и бег, дорога, что ложится под копыта, собственная тень, которая норовит обогнать. Сзади, пока налегке, держится сменная Вакса, она и вправду черна и страшновата с виду.
   Гнев староват для таких поездок.
   ...не жаба, скорее... омела. Паразит, который цепляется к хозяину и выкачивает из него энергию. Хаот уже проделывал это с другими мирами. К нашему они присосаться не могли. Мы создаем своего рода поле. Полог. Система регулирует его плотность и натяжение, ко всему формирует линию внешней защиты. Урфин должен ее отключить. Это даст Хаоту шанс.
   ...они придут сюда?
   ...в каком-то роде. Их обычная схема - прорыв и сеть, которая вплетается в ткань мира. На начальном этапе для развития она использует энергию Хаота, но когда достигает некой величины, уже сама способна выкачивать и эту энергию передавать в хранилища. Чем больше сеть, тем прочнее соединены миры. Растет она быстро.
   Клонятся к дороге спелые колосья. Шелестит ветер, поторапливая.
   Такой дорогой совсем не думается о войне.
   ...причем, чем больше энергии, тем выше скорость роста. С некоего момента процесс Единения становится необратимым. Обычно - сутки или чуть больше.
   ...но?
   ...Хаот решил ускорить процесс. Они подбросили подарок, который должен отключить Ллойда и Биссота, оставив их живыми. Скажем так, в полупереваренном состоянии.
   Пригодном для потребления.
   ...именно. Иза, мы знаем, что они хотят делать. Где. И почти знаем, когда. Мы позволим им это сделать... до некоторой степени.
   Не уверена, что хочу знать, до какой именно.
   ...их подарок даже полезен в нынешних обстоятельствах. Мы просто сольем энергию, помнишь, я уже так делал? В Городе. Когда в меня стреляли? Я просто перенаправил волну. И точно также сделаю снова. А потом мы немного откорректируем план Хаота.
   Верю. Что еще мне остается делать?
   ...иначе они от нас не отстанут.
   ...я понимаю.
   Но понимание и вера от страха не избавляют.
   Мы останавливаемся лишь в сумерках. Кайя возится с лошадьми, я пытаюсь размять ноги. Отвыкнуть успели Наша Светлость от этаких марш-бросков и ноне осознают важнейшей частью организма копчик. Потом был костер. И холодное мясо с хлебом, козий сыр, вкусный, если не обращать внимания на специфический запах, рыба и вино, правда, без бокалов. Но из фляги пить даже удобнее.
   Кайя нанизывает хлеб на прутья и опаливает над огнем.
   Вкусно.
   И замечательно. Только вот не спится. Знаю, что выедем с рассветом, но...
   ...Иза, расскажи мне, пожалуйста, каково тебе было.
   Когда - уточнять не надо.
   ...зачем?
   Мне неприятно вспоминать. А ему неприятно будет слушать. Только Кайя не отступит. Он собирает себя по осколкам, и меня тоже. Чем целее мы станем, тем больше шансов выжить.
   ...я... сначала безумно испугалась, когда осталась там, в Храме.
   Память разворачивается. И наверное, правильно поделиться ею, если на двоих, то не так больно.
   ...Сержант говорил, что ты не умер, что если бы ты умер, я бы услышала. И я верила, только... все равно сомневалась. А потом появился Оракул... и надежда.
   Закончилась она ночью, когда время замерло.
   ...я убил этого мага. Он предлагал тебя вернуть, а заодно сделать тебя счастливой, раз и навсегда.
   А Кайя отказался. Интересно, почему к его идеальному отцу маги не пришли с подобным предложением? Уж он точно обрадовался бы замечательной возможности сделать любимую счастливой путем небольшой лоботомии. Вариант, вероятно, устроил бы всех.
   Но я рассказываю.
   ...потом была дорога и остров. Юго предлагал сбежать, а Сержант сказал, что это - неразумно.
   ...он был прав. Уйти вам бы не позволили. А случиться могло всякое.
   ...я ждала, что ты нас спасешь. Знала, что такое невозможно, что даже если получится отыскать, то добраться точно не успеешь, что тебе не оставят времени и выбора. И все равно ждала... а прибыл Ллойд. Он рассказал мне про договор и... со мной случилась истерика. То есть, случилась бы, если бы не Ллойд. А потом все равно была, только тихая такая, растянутая, когда слезы по любому поводу... или это гормоны шалили?
   Рука в руке. И это - опора. Кайя рядом.
   Он слушает и... ноющая глухая боль в груди уходит. Я не замечала ее, привыкла или спрятала, отказалась принимать во внимание. Но теперь, когда она уходит, чувствую, насколько легче мне стало.
   ...ты меня ненавидела?
   ...иногда.
   Хорошо, что я не могу соврать. От вранья останется шрам, а под ним - чайная ложка боли, которая будет разъедать душу, пока не выжрет совсем.
   ...и проклинала тоже. Мне теперь стыдно за те слова. Ллойд... сделал так, что я почти не вспоминала, но когда все-таки вспоминала... так, как будто надвое разламывали. Я знала, что тебе плохо, хуже чем мне, но в то же время ревновала тебя жутко и ничего не могла с собой поделать. Злилась. На тебя. И на себя за то, что такая дура и вообще... она ведь красива. И еще ребенок. Детей нельзя ненавидеть, но порой мне начинало казаться, что именно он все сломал. Что ты, даже если ее не любишь, от ребенка не откажешься. И выходит, что мы с Настей лишние, лучше бы нам исчезнуть... или мы уже исчезли? От тебя ведь ничего. Ни слова. Ни записки даже. Когда Настя родилась, меня задарили. Цветы. Открытки. Поздравления от людей, которых я знать не знала. А от тебя ничего, как будто тебе плевать...
   ...я...
   ...я знаю, что тебе не сказали. Теперь знаю.
   И не только про это. Я вижу то, что творится с ним, насколько он выгорел, и теперь стыжусь той, прошлой, себя.
   ...ты же не все рассказала?
   Кайя целует пальцы.
   Не все, но вряд ли ему будет приятно слышать остальное.
   ...пожалуйста, сердце мое. Так надо. Нам обоим.
   ...в какой-то момент я начала думать, что лучше всего будет о тебе забыть.
   Какой нелепой выглядит сейчас эта мысль.
   Но был Ллойд с его незримой помощью, и накопившиеся обиды, как свечной нагар, который сдираю только сейчас.
   ...выбрать кого-нибудь достойного, выйти замуж... у Насти был бы отец. У меня - семья, хоть какая-то, но семья.
   Не такая, которая есть сейчас. И хочется верить, что Ллойд не позволил бы мне совершить глупость.
   ...я не изменяла тебе.
   ...знаю.
   ...но я всерьез рассматривала эту идею. И теперь, честно говоря, страшно: а если бы все-таки решилась?
   Кайя отпускает руку и сгребает меня в охапку.
   ...тогда мне пришлось бы убить твоего мужа. Иза, ты действительно имела полное право выйти замуж. Ты - свободная женщина. Была. И красивая женщина...
   ...была?
   ...осталась. Замечательная. И естественно, что ты вызвала интерес...
   Ревность похожа на шары репейника, только желтые. Я выдуваю их прочь.
   ...и что тебе поступали предложения о замужестве. Но я рад, что ты отказалась.
   Вижу.
   ...ни раньше, ни сейчас, ни в будущем я не готов уступить тебя кому бы то ни было.
   Всецело разделяю эту точку зрения.
   Ехать далеко. И пожалуй, впервые мы остаемся действительно наедине друг с другом. Это время на двоих, помноженное на лиги пути.
   Я вижу Кайя более настоящим, чем когда-либо прежде, вне правил, забот, обязанностей. И я сама выпала из дворцового круга, в котором нужно держать лицо. Оказывается, к этому тоже привыкаешь.
   Мы разговариваем. По очереди или вместе, обо всем, часто - о совершеннейших пустяках, о которых прежде и не вспомнилось бы. Я рассказываю про Новый год и елку, стеклянные шары, доставшиеся от бабушки, конфеты на нитках и костюм Снежинки из маминого платья, расшитого дождиком. О передвижном зоопарке с грустным львом, что высовывал лапы меж прутьями и лежал, глядя на людей желтыми глазами, почти такими же, как у Кайя... у Кайя - ярче.
   Мне тогда было жаль льва...
   ...о том, как ревела, когда мама отказалась купить платье по моде. Теперь я понимаю, насколько оно было ужасно, но в тот момент моя жизнь рушилась без этого платья... про первую любовь из параллельного класса... и первую же ревность - он выбрал не меня. Казалось, что именно из-за платья.
   ...и про бабушкину тихую смерть.
   Кайя - о том, как боялся темноты. И в первый раз, не ощущая новой, обретенной силы, сломал Урфину руку и пару ребер, когда просто оттолкнул. Он уже не помнит из-за чего та ссора случилась, но как хрустнула кость - распрекрасно. Их потом было много, случайных переломов, даже когда он пытался себя контролировать.
   Не выходило.
   О ночной рыбалке. И первой встрече с паладином, после которой осталось чувство пустоты.
   О войне, затянувшейся на годы, где дни сливались с днями... и пирогах с красной калиной, которые Урфин выпрашивал на кухне, а может и не выпрашивал, но воровал. Главное, тогда есть хотелось постоянно в нарушение всех существующих правил.
   Те пироги спасали.
   Мы делились памятью, тем самым пытаясь прочнее привязаться друг к другу. Получалось. Не могло не получиться, потому что связь - это не только способность слышать его, или быть рядом. Все намного проще: без Кайя меня не будет.
   А без меня - не будет его.
   Что может быть естественней?
  
   Дар научился различать три своих состояния: плохо, отвратительно и третье, для которого у него не нашлось подходящего термина. В этом, третьем, он и пребывал большую часть времени. Сознание расслаивалось.
   ...он слышал, как сухие стебли травы касаются друг друга, издавая мерзкий скрежещущий звук. Как с шелестом раздвигаются надкрылья бронзовки. Как вода стирает камень...
   ...ветер доносил слишком много запахов, и Дар задыхался.
   ...а солнечный свет пробивался сквозь веки, выжигая глаза.
   Дар пытался накрыть лицо рубашкой, но ткань была чересчур тонкой, да и собственный запах оказался невыносим. У воды был вкус железа и плесени, пленка которой покрывало камни. А земля хранила следы многих существ.
   В такие моменты ему хотелось или сдохнуть, или хотя бы отключиться, что иногда получалось. Правда, ненадолго. Так Ллойд говорил, сам Дар совершенно потерялся во времени.
   ...потом восстановится. Терпи.
   Терпит. Рассматривает бледные нити существа, которое все еще пыталось прорасти внутрь. Оно пускало корни, но те отмирали, сжигаемые черной кровью. И огорченный анемон подбирал щупальца, сворачивался тугим шаром, но ненадолго.
   Он был по-своему красив.
   И когда Дар уже не мог разговаривать, но находился еще более-менее в сознании, он просто любовался существом. А то, чуя интерес, раскрывало лепесток за лепестком, дрожащие, полупрозрачные.
   Постепенно продолжительность приступов сокращалась, а периоды ясного мышления становились длиннее. И тогда Ллойд заводил свои разговоры.
   Поначалу они Дара злили.
   Ну какое Ллойду дело до его предыдущей жизни? Была. Прошла. Забыта. Сейчас другая. А если все когда-нибудь закончится, то будет третья.
   ...будет. Не спеши.
   Анемон чувствует близость цели, и тянется к ней, кренится, распутывая гриву лепестков, только все равно не дотягивается. А изнутри вновь накатывает.
   ...детскими болезнями лучше болеть в детстве. Легче переносится.
   Дар переворачивается на живот. Впервые за все время ему хочется есть, причем голод настолько силен, что заставляет жевать траву. Дар никогда не думал, что сможет на вкус отличить клевер от люцерны, хотя и то, и другое всяк лучше жесткой осоки.
   Вкуснее всего - соцветия. Мягкие. Молодые листья липы тоже ничего. У самого пруда попадается куст волчеягодника с красными, почти вызревшими ягодами. Инстинкт подсказывает сожрать их, здравый смысл предлагает воздержаться.
   ...можешь есть. Вреда не будет.
   На вкус ягоды кислые, вяжущие.
   ...как долго?
   ...десять дней.
   Ему представлялось, что по крайней мере вдвое дольше. Или меньше.
   ...и да, Гарт вернулся. К сожалению, один. Его опередили люди. Разбойники. А может, кто-то из местных, но ушли на территорию.
   Жива. Дар знает, что жива.
   ...сиди. Гарт нашел, кого за ней послать.
   Карто? Немертвую тварь, которая...
   ...не привязана к нейтральной полосе. Сунешься на территорию Дохерти, он примет вызов. А мне меньше всего надо, чтобы вы двое сейчас сцепились. Карто - хороший вариант, он или издохнет, или приказ выполнит. К тому же ты просто не успеешь. Маяк ожил.
   Ллойд прав, но...
   ...успокойся. Она где-то рядом. Во всяком случае, должна быть на нейтралке. Поэтому слушай себя. Сосредоточься на том, кого хочешь найти. Слушай.
   Меррон жива.
   В безопасности.
   Близко. По ощущениям - дня два пути. И да, на нейтралке.
   ...не сейчас. В любой момент начнут прорыв. Поэтому помнишь, о чем мы говорили?
   Разве такое забудешь?
   ...Дохерти?
   ...здесь. Не отвлекайся.
   Меррон злится. Очень сильно злится. И наверное, на него. Дар еще никогда в жизни не был счастлив оттого, что на него злились. Поэтому и пропустил момент, когда анемон вновь ожил.
   Прозрачные лепестки коснулись лица. Легли невидимым грузом на плечи, обвили шею...
   ...попытайся ее дозваться. Сосредоточься. Ты должен увидеть нить.
   Видит. Визуализация - это иллюзия, которая создается разумом по требованию Дара, но сейчас он действительно видит нить.
   ...вот и молодец. Держись за нее.
   Анемон раскрылся и, качнувшись, потянулся навстречу к кому-то... кому-то очень близкому.
   ...держись крепче.
   Щупальца коснулись цели, замерли... и красная волна накрыла Сержанта с головой. Он опять тонул, захлебывался в огне, пил, пытаясь выпить все, и снова его не хватало.
   Мамин шарф выскальзывал из пальцев...
   ...нить.
   ...держаться. Тонкая. Прочная...
   ...горячая ткань. Скользкая.
   ...струна, которая срезает кожу с ладоней. Если не выпустить - останешься без пальцев. И Сержант крепче сжимает ее. Пальцы - это мелочь.
   На откате он все-таки почти гаснет, но выплывает. Отплевывается.
   ...хорошо...
   Ллойд переполнен багрянцем.
   ...а теперь держи, пока я не скажу.
   Чужое, мутное, дурное внутри рвется, требуя свободы. И Дар вот-вот сгорит, если не выплеснет мерзость, которую сам же выпил.
   ...еще рано. Держись.
   Это не Ллойд. Другой. Дохерти. Рядом. Слишком близко, чтобы чувствовать себя спокойно. Но мир вдруг дает трещину, в которую устремляются белые щупальца.
   ...вовремя они.
   Дар уже не понимает, кто именно говорит, но сам вид этих щупалец приводит в ярость.
   ...еще рано. Пусть раскроется.
   Белая сеть расползается, стремясь захватить как можно больший кусок пространства, изменяя его под собственные нужды. Кружево корней растет, питаемое энергией Хаота.
   И Дар, преодолев брезгливость, протягивает руку, позволяя белесым корням коснуться ладони.
   Прочные.
   Скользкие.
   Живые. И голодные... Хаот не способен прокормить их, а вот новый мир - вполне.
   Хотите есть? Пожалуйста. Не дожидаясь подсказки, Дар пускает по нити алую волну, которая где-то там, выше, сливается с другой, и третьей, и четвертой...

Оценка: 8.33*5  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"