Дёмина Карина: другие произведения.

Глава 6. Последствия

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


Глава 6. Последствия

  
   Не знаешь, что делать?- делай что-нибудь и ответы придут...
   Совет оптимиста.
  
   Комнатушка, больше похожая на камеру, и квадрат окна под потолком лишь усугубляет впечатление. Окно прорублено в камне и застеклено весьма символически.
   Камина нет.
   Холод такой, что дыхание видно.
   На стенах изморозь.
   Тисса за столом, что-то сосредоточенно выписывает из толстенной книги, лежащей по левую руку.
   - Ваша Светлость, - она откладывает перо и кланяется.
   Точно убью... не ее, конечно, ни один загул не стоит такого наказания. Но похоже разговору, который я откладывала до последнего, все-таки суждено состояться.
   - Идем, - я беру плащ, который протягивает Сержант, и набрасываю на плечи девочки. - Тебе надо согреться...
   А мне - успокоиться. Для начала.
   Леди Льялл не пытается остановить Нашу Светлость, и правильно делает. Я понимаю, что это - другой мир, и здесь свои порядки, что девушкам не положено бродить по ночам, а гувернанткам положено следить за моральным обликом подопечных, направляя их по жизненному пути твердой рукой. Что, возможно, по местным меркам Тисса вполне заслужила наказание. Но... это же садизм! Изощренный бытовой садизм.
   Я не позволю над ней издеваться.
   Постепенно остываю, благо, Сержант, понимая мое состояние, ведет нас кружным путем. И выводит отнюдь не к гостиной, где трудятся фрейлины. Мы идем сквозь Галерею Химер и оказываемся у дверей нашей с Кайя спальни.
   - Не думаю, - поясняет Сержант, открывая дверь, - что вам нужны вопросы.
   Не нужны. Он прав.
   Золотой человек.
   Но комнату проверяет с обычной тщательностью. Мне особенно нравится то, что он не забывает под кровать заглянуть: если там когда-то и жил бабайка, то давным-давно переселился. Подозреваю, что с Сержантом никакая нечисть связываться не захочет, и в чем-то я ее понимаю.
   Он деловито разводит огонь в камине, но тот разгорается медленно. И Тисса все еще дрожит. А в глазах такая обреченность, что мне становится страшно. От Нашей Светлости она тоже ничего хорошего не ждет.
   - Девушке следует поесть.
   Это я и без Сержанта знаю. Поесть. Согреться. И успокоиться.
   А мне - понять, как себя вести.
   - Пусть Майло сбегает на кухню. Куриный суп... любой суп, который есть. Если нет - пусть сварят. И чай горячий. Хорошо, если есть малиновое варенье. Садись.
   Я говорю это Тиссе. И она подчиняется.
   - И что за книгу ты переписывала?
   - "Наставления для юных леди".
   Вспомнив толщину книги, я порадовалась, что никак не юная леди и читать сей монументальный труд Нашей Светлости не придется.
   - И ты все должна была переписать?
   - Нет. Только главу, где... - она запнулась, но все-таки продолжила. - Где рассказывается о том, какая судьба ждет девушек, которые... которые слишком легкомысленны. И позволяют себя скомпрометировать.
   Подозреваю, что судьба их страшна. А Тисса, горбясь, продолжает:
   - Они совершают падение. И оказываются на улице, где вынуждены предаваться разврату... до самой смерти.
   А может, все-таки прочесть на досуге сию увлекательную книгу. И запретить во имя спасения невинных душ, которые в эту чушь верят. Только, вспоминая один подслушанный разговор, эта вера - лишь для избранных. Остальным же закон не писан, и леди Лоу вряд ли когда-нибудь окажется на улице. На ее долю и в Замке разврата хватит.
   - Тисса, что все-таки произошло? - я занимаю кресло, в котором обычно сидит Кайя, с трудом преодолев искушение забраться с ногами. Еще бы плед... даже в этой комнате, которую отапливают не только камин, но и спрятанные в стенах трубы с горячей водой, прохладно.
   На вопрос мой Тисса отвечать не спешит.
   Из страха? Неужели думает, что я ее выгнать собираюсь?
   Но что ей еще думать? Она знает правила игры и убеждена, что нарушать их нельзя, что за любой проступок последует наказание. А проступок ее столь ужасен, что и гром небесный будет заслуженной карой. И словами эту уверенность не переломить.
   Ладно, попробуем зайти с другой стороны.
   - Леди Льялл сказала, что ты ночью куда-то ушла, а вернулась под утро. Это правда?
   - Да, Ваша Светлость.
   - И где ты была?
   Пункт "непотребного вида" я решила опустить.
   - Я... я не могу сказать, Ваша Светлость.
   - Тисса, я не собираюсь тебя наказывать. Или осуждать. Я лишь хочу понять, что с тобой происходит.
   Молчание. Виновато опущенная голова. И выбора у меня не остается.
   - Как далеко зашел вас с Гийомом роман?
   - Гийом? А при чем здесь... - заминка. И удивление в глазах сменяется искреннейшей обидой. - Вы... вы не правильно подумали. Я бы никогда... я...
   Похоже, я действительно немного промахнулась.
   - Он... он писал мне письма. Но я не соглашалась встречаться! Я... я просила его оставить меня... трижды, - тихо добавила Тисса, кутаясь в плащ.
   А вот о письмах Наша Светлость впервые слышит. Вот же скотина улыбчивая... письма, значит. Любовные. Надо думать, душевные до умопомрачения. И Тисса не поддалась? Железная девочка.
   - Прости, пожалуйста. Мне казалось, что он тебе нравится.
   - Сначала - да, - девочка выдохнула с облегчением. Похоже, тайная переписка ее изрядно измучила. - Он был таким...
   - ...романтичным.
   - Да. Но это все равно было бы неправильно. Нехорошо.
   Да здравствует высокая мораль, аки естественная защита юных дев от коварных соблазнителей! Нет, книгу я все же прочту обязательно.
   - Я не отвечала ему, Ваша Светлость. Я думала, что он сам поймет. А он все писал и писал... и... - Тисса все-таки решилась протянуть руки к огню. - И я не знаю. Письма стали другими. Злыми. Там были не очень хорошие вещи про других людей.
   ...что не сочетается со светлым рыцарским образом, который постепенно самоликвидировался. Ладно, вопрос с перепиской замнем: у всякой приличной девушки должен быть свой маленький девичий секрет. Но тайна нынешней ночи осталась неразгаданной. Не сокровища же она искала в осеннем саду!
   Думай, Иза...
   Если не Гийом, то кто остается, сколь бы ни парадоксальной представлялась догадка?
   - Тисса, - я говорила, глядя ей в глаза. - Скажи, в твоем... отсутствии виноват Урфин?
   Угадала.
   По лицу вижу, что угадала.
   Вот же сволочь блондинистая. Я не знаю, в какую авантюру он втянул Тиссу, но должен был бы понимать, чем это приключение для нее обернется. Или в очередной раз подумать не успел?
   - Я обещала никому не говорить.
   - А ты и не сказала. Я сама догадалась.
   Подробности же выясним при личной встрече, которая состоится немного позже. Но будет теплой. Я бы сказала - горячей.
   Беседу прервал стук в дверь: принесли куриный бульон с солеными гренками, ягнячьи ребрышки под острым соусом, блинчики... в общем, много всего принесли. В двойной порции.
   Нет, Сержант - это чудо. Как он знал, что Наша Светлость тоже проголодаются?
   - Ешь, - с огромной охотой подаю личный пример, которому Тисса, однако, не спешит следовать. По глазам вижу - голодна, но держится.
   - Ваша Светлость, я наказана. И это справедливо.
   Да неужели?
   - Не важно, что было причиной моего поведения, оно недопустимо. И леди Льялл... она не такая строгая, как вы думаете.
   Строгая? Да эта Мэри Поппинс местного розлива меня в дрожь ввергает самим своим видом. С ней я тоже разберусь. Но позже.
   - ...прежде она никогда не применяла розги...
   ...не хватало еще...
   Стоп. Прежде?
   - ...я всецело заслужила сегодняшнее наказание. Видите ли... моя репутация и так находилась под угрозой, а после того, что произошло... леди Льялл не просто так появилась. Ей кто-то сказал. Кто-то видел, что я сделала. Всем расскажет.
   Она разом сникла и почти прошептала:
   - ...и если Их Сиятельство на мне не женятся, то...
   ...то это будет последнее, что Урфин не сделает в жизни.
   - Женится. Лично прослежу, - уверила я Тиссу, у которой перед глазами явно стояла улица, где отчаявшиеся девы вынуждены предаваться разврату до конца жизни.
   - Ешь.
   Приказа Тисса ослушаться не посмела. Ела она аккуратно, стараясь не глядеть на меня, словно стесняясь и собственного голода, и самого факта пребывания в спальне Наших Светлостей. Мне же следовало прояснить еще кое-что:
   - Как понимаю, Их Сиятельство, - чтоб им икалось сиятельнейшим образом, - тебя больше не пугают?
   Тисса кивнула, но как-то неуверенно. То есть еще сама не поняла, или пугают, но не так сильно, как прежде? Она разлила чай и, пригубив, поморщилась. Добавила сахара. И еще чая.
   - Горький какой-то.
   И пахнет весьма характерно. Принюхавшись, я поняла, что с легкой Сержантовой руки чай крепко сдобрили бренди или чем-то вроде. Скорее даже бренди разбавили чаем. Пожалуй, Наша Светлость воздержится. А Тисса пусть пьет.
   Ей для снятия стресса полезно.
   Тисса и пила. Молчала. Потом, наконец, призналась.
   - Он... не такой, как я думала.
   То есть не совсем, чтобы злое зло, тьма, смерть и разрушение? И проблески совести где-то на горизонте.
   - Но... Ваша Светлость, зачем я ему нужна? Раньше я думала, что у него нет выбора. Но Долэг сказала, что ей Гавин сказал, что его отец говорил старому лэрду, что имеет двоих дочерей и... и Деграсы - хороший род. Древний. Богатый. Породниться с ними - большая честь.
   Гавин - умница.
   Не знаю, насколько сказанное правда, и уж точно сомневаюсь, что сам Урфин в курсе чужих на него матримониальных планов, но сам факт наличия соперниц весьма способствует пробуждению здорового женского эгоцентризма. И кажется, неведомые мне дочери барона Деграса задели Тиссу куда сильней, чем она пытается показать.
   - Может, ты просто нравишься?
   - Ваша Светлость, - Тисса, позабыв про этикет, держала чашку в ладонях и, склонившись, вдыхала ароматный пар. Вот что алкоголь животворящий с людьми делает. Надо было сразу беседу с чая начинать. - Люди не женятся только потому, что кто-то кому-то нравится. Да и... он же все время надо мной смеется! Я сама знаю, что некрасивая. И что на клавесине играю плохо! У нас не было клавесина. И голоса у меня тоже нет... и манеры не такие, как здесь! Меня мама учила. Журналы выписывала... дорогие... хотела, чтобы я настоящей леди была. А у меня не получается.
   Так, пожалуй, с чаем пора завязывать. Нехорошо, конечно, несовершеннолетних спаивать. Вроде и доза небольшая, но после бессонной ночи да пережитого Тиссе и ложки бы хватило.
   Кружку отбираем.
   Ведем к кровати. Здоровый сон - лучшее лекарство от всего.
   Из платья Тисса выпутывается сама, и на кровать забирается без возражений, обнимает подушку и бормочет:
   - И... и я сдерживаюсь. Я маме обещала, что буду вести себя достойно. Но если бы вы знали, как мне иногда хочется его ударить... - она мечтательно зажмурилась.
   Мне тоже. Но я никому ничего не обещала, поэтому и сдерживать себя не буду.
  
   Магнус разглядывал клеймо долго. Трогать не стал, за что Урфин был премного ему благодарен.
   Болело. От макушки до пяток, и пятки, что характерно, тоже болели. Но клеймо ощущалось особо - дергающая огненная метка. И огонь продолжал вгрызаться в кожу, хотя Урфин знал, что такое невозможно. Хотелось содрать клеймо, не важно - со шкурой, с мясом, хоть бы до смерти, лишь бы насовсем.
   Магнус не позволит делать глупости.
   - Повезло, что не на лбу, - шутить не получается.
   И рука сама тянется к шее.
   Не трогать. Забыть. Столько всего забыть получалось, так неужели эту пакость из памяти не выкинуть? Подумаешь, еще один шрам.
   - Ерунда.
   - Не ерунда, - Магнуса не проведешь. - Ты и сам это знаешь. Себе нельзя врать, мальчик мой.
   И еще по голове погладил, отчего вовсе тошно стало.
   Не надо его жалеть!
   - Я лично его искать буду, - пообещал дядя, руку убирая. - А как найду, то долго говорить станем...
   Он мечтательно зажмурился, и от улыбки его, безумной, такой, которую Урфин давненько уже не видел, стало не по себе.
   А если сорвется?
   Тот, кто напал, - просто идиот. И потому, что напал. И потому, что живым выпустил. Ложная цель, на которую нельзя отвлекаться, как бы ни хотелось. Месть - местью, но позже. Да и не нужна Урфину помощь: сам управится.
   - Ты не прав, дорогой. Он не тебя обидел. Он семью обидел. Такое не спускают.
   Урфин и не собирался спускать. Опыта у него, конечно, поменьше, чем у дяди, и надо как-то упущенное наверстывать, раз уж случай подвернулся.
   - И если уж о семье речь, то ты когда решение примешь? - поинтересовался Магнус, разминая пальцы. Суставы похрустывали, именно из-за звука многие считали эту дядину привычку омерзительной.
   - Я просто не уверен, что в этом есть смысл...
   - Не уверен он. Ломаешься, как девка на сеновале, глядеть тошно. Ладно, Ушедший с тобой. Надумаешь - скажи. А сейчас закрывай глаза и вспоминай.
   Вспомнить Урфин был бы рад. Он и пытался. С того самого момента, когда, проснувшись, понял, что с трудом может пошевелиться. Вот только события последних дней перемешались.
   Он помнил пожар на складах. И казнь тоже, но как будто случившуюся одновременно с пожаром, хотя разум подсказывал, что между событиями прошло изрядно времени.
   Какой-то бордель, явно из дешевых.
   И нищего, который тянул руку. Руку помнил особенно четко - темную, мятую какую-то, с длинными желтыми когтями.
   - Глаза закрой, - дядя сел рядом.
   Закрыл. Свет все равно пробивается сквозь веки, отдаваясь чередой обжигающих вспышек в голове.
   - Давай с того момента, как очнулся. Подробно так. Как лежал?
   - На спине.
   - Точно?
   - Да.
   Он был холод, идущий снизу. И чтобы перевернуться на бок, пришлось повозиться.
   - Нехарактерная поза, - голос дяди теперь доносился словно бы издалека. - Синяки у тебя и спереди, и сзади. Значит, когда били, ты лежал на боку. Не морщись. Это тебе за дурость. Чтоб в следующий раз задницу прикрывал, когда в дерьмо лезешь. Руки и ноги чистые - защищаться не пытался. В отключке был? Наверное. Тогда потом перевернули. Убедиться, что живой?
   И поставить клеймо.
   Неужели этот удар по голове был настолько силен? Кожа содрана, но... череп цел. И если так, то Урфин должен был бы продержаться хоть сколько-то.
   - Запах, - из темноты проступила утраченная часть мозаики. - Я очнулся, потому что воняло.
   - Чем?
   Ответ был очевиден, хотя и странен.
   - Нюхательная соль.
   В этом Урфин совершенно уверен.
   - ...и сердце колотилось. Как никогда прежде. Меня вырвало. Там.
   Кислый вкус во рту. И подгибающиеся руки. Попытки встать на ноги. Кровь на пальцах. Долгая дорога... такая долгая, что Урфин был почти уверен - не дойдет.
   - ...за мной кто-то шел. Наверное. Я не уверен. Не было угрозы... просто шел.
   Знание сформировалось.
   - Присматривал.
   Кто и зачем?
   - Если не примерещилось, - добавил Урфин, поскольку тем своим ощущениям доверял с весьма большой натяжкой.
   - Не примерещилось, - дядино присутствие воспринималось четко. Урфин, пожалуй, мог бы и выражение лица вообразить до мельчайших подробностей. - Интересно получается...
   Он все-таки коснулся шеи, и Урфин заставил себя выдержать прикосновение.
   - Спокойно. Если бы тебя не подняли, был бы трупом. Пьяная драка. Ограбление. Одно из тех, которые случаются, когда кто-то лезет не туда, куда надо. Такие расследовать бессмысленно. Они так думают.
   Дядя бы не отступил. Уж он-то умеет по следу идти. Не важно, сколько на это уйдет времени и крови.
   - Это не Тень. Он умнее. Он бы тебя аккуратней убрал. - Магнус повторял собственные мысли Урфина. - Работорговцы? За "Красотку" и "Золотой берег"? Оттого и клеймо?
   - Поставили бы на видном месте. Да и эти меня скорее распяли бы. Или убрали без следов.
   В Протекторате много шахт, озер и провалов. Море опять же. Камень к ногам и прощай, будущий Лорд-Дознаватель. Или как вариант - медленная смерть в корабельном трюме, такая, чтобы хватило сил над ошибками подумать.
   Но тогда кто?
   И главное, как так получилось, что его настолько чисто взяли?
   - Это... личное, - клеймо на шее самый верный признак того, - и дурное. Личное и дурное...
   Робкий стук в дверь оборвал нить мыслей.
   - Там... - Гавин глядел исключительно на пол, словно чувствовал за собой вину, хотя он-то был не при чем. - Их Светлость вас желают видеть.
   А ей кто донес-то?
  
   В гостях у Урфина бывать мне не доводилось. И следовало признать, что устроились Их Сиятельство с комфортом.
   Неброско. Уютно. Один камин в полстены чего только стоит. А вот растения в каменных кадках полить следовало бы. Интересно, эти кусты ему часом не Кайя приволок? Если так, то заревную... впрочем, одного взгляда на Урфина хватило, чтобы, во-первых, проникнуться жалостью, которая зело мешает воспитательному процессу. Во-вторых, осознать - романтикой в ночных похождениях и не пахло, что было довольно-таки обидно: если уж получать, то за дело. В-третьих, призадуматься - не является ли нынешнее плачевное состояние для Их Сиятельства нормой. Это какой патологической невезучестью или неуемной жаждой приключений обладать надо, чтобы за последние месяцы столько раз вляпываться?
   - Ну? - поинтересовалась я, давя в себе змею сочувствия. - Что на этот раз?
   - Ничего, - неправдоподобно соврал Урфин, заворачиваясь в меховое одеяло. - Отдыхаю.
   А зелень под глазами, стало быть, от переизбытка здорового сна.
   Сержант хмыкнул, соглашаясь с моими выводами.
   - Иза, а давай в другой раз поговорим?
   Предложение мне не понравилось, и я выдвинула встречное:
   - Признавайся сам. Не то хуже будет.
   - В чем?
   - Во всем.
   - Во всем - будет долго, муторно и мрачно.
   Ничего, Наша Светлость потерпят. Они в последнее время только и делают, что терпение тренируют. Но Урфин определенно не собирался сдаваться по-хорошему. Я оглянулась на Сержанта, на сей раз решившего с местностью не сливаться, но занять кресло у камина; перевела взгляд на дядюшку Магнуса, который наблюдал за мной с восторгом энтомолога-любителя, узревшего крайне редкий экземпляр уховертки; и снова на Урфина. План действий самозародился, верно, на тлеющих остатках других планов, более революционного характера.
   Сдернуть одеяло совсем не получилось - Урфин вовремя успел среагировать, а хватка у Их Сиятельства оказалась бульдожья - но и увиденного было достаточно. Его грудь, плечи, живот - одна сплошная гематома. Сизо-лиловая, с красноватыми прожилками, с прорывающейся желтизной, которая обозначала условные границы перехода одного синяка в другой.
   Слой мази - резкий запах ее был неприятен - лишь усугублял общее впечатление.
   - Иза, ты замужняя женщина... - пробурчал Урфин, возвращая отобранное одеяло на прежние позиции. - Это неприлично.
   Кто бы тут о приличиях думал.
   И голова разбита. На затылке выделяется полоса стриженых волос и аккуратный шов.
   - Садись, ласточка моя, - Магнус уступил стул. - И не вздумай волноваться. Это не опасно.
   Ну да... сине-красно-лиловый окрас вообще естественен для Их Сиятельства.
   - Кости целы.
   Действительно, что может быть важнее целостности костей?
   - Кто тебя так? - сесть я все-таки села.
   - Не помню.
   - Тошнит? Голова кружится? - не хватало еще сотрясения мозга для полного комплекта. Ну вот как можно так с собой обращаться? Он себя, как Кайя, неубиваемым вообразил?
   Но тошнить Урфина не тошнило. Головокружения, звона в ушах, мошкары перед глазами тоже не наблюдалось. Или врал он убедительно.
   - Да нормально все...
   Я вижу.
   - Гавин, подай-ка чаю, - велел Магнус, потирая руки. Вид у него был донельзя довольный, счастливый даже. Кажется, мысленно добрый дядюшка уже беседует с теми нехорошими людьми, на которых Урфин имел несчастье наткнуться.
   - Просто чаю! - уточнила я.
   Сержант снова хмыкнул и плечами пожал: мол, он как лучше хотел. Так ведь я и не в претензии, но в этом дурдоме хотелось бы сохранить относительную трезвость мировоззрения.
   - Иза... - Урфин скрестил руки на груди, точно подозревал меня в повторном покушении на его одеяло. - Пожалуйста, не рассказывай Кайя.
   Совсем не рассказать не выйдет. Пусть бы эту историю и удастся замять для широкой общественности, но Кайя увидит, что я что-то от него скрываю.
   И Урфин понял.
   - Хотя бы без подробностей. Я сам.
   - Хорошо.
   - Ты и вправду не переживай, ласточка моя, - Магнус забрал у Гавина поднос с чашками. - Случалось и похуже... завтра уже встанет.
   Чтобы новое приключение на задницу примерить?
   - ...послезавтра, - уточнил Урфин.
   Ему чай подали отдельно, травяной и, судя по тому, как Их Сиятельство скривились, крайне мерзкого вкуса. И правильно. Будет знать, как ночами не спать, по злачным местам шляться и фрейлин юных с пути истинного сбивать.
   - Урфин, - я заговорила ласково-ласково, как только могла, и он дернулся, явно подозревая неладное. - Скажи, ты случайно не в курсе, куда это Тисса ходила ночью?
   - В курсе. Сюда.
   Чистосердечное признание облегчает душу и работу следователя.
   - Я чего-то не знаю? - оживился Магнус, добавляя в чай сахар. Кусок за куском. И щипцы серебряные напрочь игнорируя. Действительно, пальцами удобней - я сама так делаю, когда никто не видит. - Нет, теперь знаю. И все складывается... чудеснейшим образом все складывается.
   Мне бы его оптимизма.
   - И что она тут делала? - Нашу Светлость сбить с цели не выйдет.
   - Мне помогала.
   Исчерпывающий ответ.
   - Иза, если ты думаешь, что я вчера к ней приставал, то ты меня серьезно переоцениваешь. Мне нужна была помощь. Точнее я отключился. И Гавин привел девочку.
   - Почему?
   - Она леди, - тихо ответил Гавин. - Все леди умеют лечить.
   Да? Тогда я - несчастливое исключение.
   - На Севере, малыш, - Магнус размешал чай пальцем. - Там издревле повелось, что женщины лечат мужчин. Не так, как местные доктора, но умеют и шить, и кровь остановить, и жар сбить... всего понемногу. И нам повезло, что у этой птички мама - северянка.
   А вот ей - так не очень.
   - Вы не подумали о девушке, - голос Сержанта был равнодушен. Ну вот почему он продолжает притворяться железным? - О ее репутации.
   Еще не понимает?
   Для Урфина репутация - это нечто очень отвлеченное от реальности. И наверное, когда настолько плохо, как ему сейчас, чужие проблемы выглядят мелочью.
   Подумаешь, слухи... он-то знает, сколько в них правды.
   Ничего. Попробуем объяснить иначе. Главное, голос не повышать.
   - Даже в моем мире за такую прогулку родители по головке не погладят. А теперь подумай и скажи, как поступит гувернантка, вроде леди Льялл, если девушка заявится под утро в... неподобающем виде. И наотрез откажется говорить, где была. Вот что она должна будет сделать?
   Доходит. Медленно, но доходит. По глазам вижу. Из синих они становятся серыми, потом чернеют.
   - Где Тисса?
   О какой выразительный голос стал!
   - У меня. Спит. И у меня же останется до возвращения Кайя. Это на случай, если тебе вновь понадобится помощь в неурочный час. Долэг я тоже заберу...
   Кровать большая. Все поместимся. Наедине с леди Льялл я точно их не оставлю.
   - Гм... - Магнус отставил чашку с нетронутым чаем. - Возможно, это лучший вариант. Для всех. Гавин, малыш, в следующий раз зови меня. Я не леди, конечно, но тоже кое-что умею.
   Вот и замечательно. Совесть разбудили. В вопросы воспитания ясность внесли... ну почти. Сейчас довнесем и вернемся к иным, мирным делам.
   - Могу я уволить гувернантку? - надеюсь, что могу. Но если нет, то отпишу Кайя, и пусть только попробует не согласиться с моим решением.
   - Можешь, - ответил Магнус. - Но лучше давай-ка я с ней побеседую. Сама уедет.
   И подмигнул мне сначала левым, потом правым глазом.
   Чудеснейший человек, наш дядюшка. Широкой души и невообразимого спектра умений. Искренне его люблю, хотя бы за то, что избавляет меня от радости очередной встречи с леди Льялл.
   - Иза, она сильно меня ненавидит? - Урфину удалось сесть, и об одеяле забыл, герой несчастный. Куда это он собрался? Каяться? Ну уж нет, обещал два дня лежать - вот пусть и лежит.
   С совестью общается.
   Это полезно.
   Магнус придерживался того же мнения. А Сержант просто поднялся, подошел, толкнул в плечо и заботливо - вот окружают меня добрые люди - укрыл. Даже края одеяла подоткнул. По виду его понимаю, что фиксацию пациента к кровати он счел бы нелишним проявлением заботы.
   Ладно. Наша Светлость почти успокоились, поэтому ответят честно:
   - Она тебя не ненавидит. А если бы ты еще поменьше ее высмеивал...
   Уходила я с чувством выполненного долга. Магнус, во что бы то ни стало решивший проводить Нашу Светлость, выбрал какой-то очень уж запутанный и кружной путь. Он раскланивался с каждым встречным, спеша сказать, что погода ныне чудесная, а дамы в этом году и вовсе уродились, чем заставлял людей нервничать. Подозреваю, что во всем этом был какой-то скрытый смысл.
   Приглашение мое Магнус отверг, сказав, что в другой раз всенепременно заглянет и на ужин, и на беседу, сейчас же спешит по иному делу...
   - Вы не поняли, - констатировал Сержант, когда дядюшка все же удалился.
   - Не поняла чего?
   - Он показывал всем, что неотлучно был при вас. Леди, которая наносит визит мужчине в отсутствие мужа, вызывает некоторые подозрения.
   А раньше предупредить не мог?
   Господи, это я сейчас с разгона повторила подвиг Тиссы? Только днем? Нагло. Открыто. Бессовестно с точки зрения местной морали.
   - Леди не стоит волноваться. Вас уже давно считают любовниками.
   Спасибо за откровенность. Очень успокаивает. Я и ответить-то не в состоянии.
   То есть я и Урфин...
   И как давно?
   Наверное, с самого начала... логично, если подумать.
   - Магнус просто воспользовался случаем и показал, что это не так. И... - Сержант скрестил руки на груди. - Рано или поздно, но до вас дойдет, что я тоже в списке.
   Каком? Ах да, любовников... конечно, такая безнравственная особа, как Наша Светлость, не удовлетвориться одним Урфином. Да и разнообразие личной жизни на пользу.
   - Большой список? - я нервно хихикнула, представив свиток полуметровой толщины.
   - Увы, но вам есть еще над чем работать.
   Он тоже умеет шутить, и от этого на душе становится легче. Похоже, Нашей Светлости пора открывать профсоюз падших женщин имени Нашей Светлости.
   ...плевать на слухи. Кайя им не поверит...
   - Не поверит, - подтвердил Сержант. - Зависимость всегда двусторонняя, иначе не было бы равновесия. Вы так же не сможете принять другого мужчину, как он - другую женщину.
   - Откуда ты...
   Сержант коснулся герба на груди. Он больше не скрывал, кем является.
   - Единственно, я не уверен, что ваш муж знает об этом нюансе. Если я не успел выучиться, то ему, не позволили. И я думаю, что семьи не раз пожалеют о своем невмешательстве.
   Пожалуй, это был самый длинный и самый странный наш диалог, наверное, поэтому я и осмелилась задать еще один вопрос:
   - А ты? Ты был женат?
   - Нет, леди. Мне не повезло встретить женщину, к которой я мог бы привязаться... или повезло не встретить. Бывает и такое.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"