Карпенко Наталья Валентиновна: другие произведения.

Мятеж в лирунне. Глава 4

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:


   Глава 4
  
   Негромкий стук дверь потревожил утренний сумрак кабинета королевского аркаррана. Граф Ксавьен, большую часть ночи посвятивший изучению протоколов допросов задержанных по делу о мятеже, уже перед самым рассветом позволил себе немного расслабиться. Поскольку дойти до стоявшего тут же в кабинете дивана сил не осталось, Еннарби устало опустил голову на сложенные на столе руки и забылся тревожным, неглубоким сном. Резкий звук заставил его вздрогнуть и резко выпрямиться. Пару секунд аркарран непонимающе смотрел в пространство, пытаясь сообразить, где находится. Стук повторился уже громче и настойчивее. Ен устало провел по лицу ладонью и уверено приказал: "Войдите!". Дверь распахнулась, и Эмилио Фертанго перешагнул через порог.
   - Доброе утро, ваша милость! - бодро отрапортовал адъютант. - Прошу прощения, но уже половина шестого утра, эскадра уходит через два часа. Вы просили напомнить.
   - Да. Точно, - граф неуверенно кивнул головой, судорожно вспоминая, что вчера вечером, уже после ухода Дерейры, он действительно приказал никого к себе не пускать, и разбудить себя в полпятого утра, чтобы успеть к отходу. Занятые разговором об обстановке, сложившейся в городе, аркарран и адмирал упустили один важный момент. Приказы об аресте офицеров флота так и остались лежать на столе графа Ксавьена, не подтвержденными подписью Шейна Дерейры. Вернее ситуация сложилась таким образом, что адмирал и правда забыл о бумагах, а граф решил дать ему время до утра подумать и решить, как поступать в сложившейся ситуации.
   - Милорд, - робко подал голос секретарь, снова возвращая Ксавьена к действительности. - Если позволите...
   - Да говорите же, - нетерпеливо буркнул граф, спешно собирая бумаги на столе и складывая их в аккуратную ровную стопку.
   - Милорд, вы неважно выглядите, - внимательно наблюдая за аркарраном, заметил лейтенант. - Видимо не спали всю ночь? Быть может я приготовлю постель в комнате отдыха, чтобы вы смогли отдохнуть, когда вернетесь?
   - Не до отдыха сейчас, - отмахнулся Еннарби, пряча сложенные документы в ящик стола, и запечатывая его королевским гербом на перстне. Теперь добраться до них можно было только с позволения самого аркаррана.
   - Не до отдыха, - повторил Ксавьен, окидывая кабинет изучающим взглядом. - Фертанго, я пока собираюсь, а вы прикажите подать мой экипаж и ...- Еннарби внезапно замолчал, словно задумавшись о чем-то.
   - И? - осторожно переспросил адъютант.
   - Прикажите сержанту Демерису взять трех солдат и сопровождать меня до военного порта, - закончил аркарран. - А еще, загляните к мэтру Шемину и попросите что-нибудь от головной боли. Череп раскалывается просто, - граф коснулся кончиками пальцев виска и болезненно поморщился.
   - Вам нужно хорошенько отдохнуть и выспаться, милорд, - уверенно заявил Фертанго. - Где это видано, не давать себе покоя четвертые сутки подряд.
   - Эмилио, - в голосе Ена скользнули нотки раздражения. - Вы сегодня на редкость разговорчивы и несвоевременно медлительны. Я, кажется, отдал вам приказ. Что-то непонятно? Чтобы через четверть часа у подъезда меня ожидал экипаж с сопровождением, а на столе флакон обезболивающего! В противном случае...
   - Разрешите выполнять, милорд? - адъютант вытянулся по стойке смирно.
   - Идите, - граф вернулся к столу и занялся сборами.
   Внимательно пересмотрев содержимое папки, он добавил к нему еще пару листов, еще оставшихся на столе, затем отложил папку в сторону, и подошел к распахнутому настежь окну. Розовый диск солнца робко выглянул из-за далеких горных пиков и, скользнув лучами по белым стенам просыпающегося города, растворился в глубокой синеве шелестящего приливом моря. Новый день медленно наполнял Лирунну первым гомоном приступающих к каждодневному ритуалу открытия лавок торговцев, на улицах там и тут появлялись первые разносчики, в двери городских домов стучались ранние молочницы и зеленщики, из квартала цеха хлебопеков потянуло свежей сдобой, а от расположенного неподалеку рынка - только что выловленной рыбой. Город оживал, неторопливо стряхивая с себя сонную истому. Уже городские смотрители достали из фонарей, всю ночь освещавших самые большие улицы Лирунны и набережную, световые кристаллы, чтобы вечером вернуть их обратно наполненными свежей порцией легкого беловатого света, создаваемого специальным заклятием, созданным магами лирунийского Ковена.
   В двери снова постучали. Граф, отвлекшись от созерцания оживающего после ночного отдыха города, повернулся на звук и коротко приказал: "Да!". Лейтенант Фертанго буквально просочился в комнату, а за ним в кабинете аркаррана появился немолодой высокий худощавый мужчина в темно-синей мантии с цеховым знаком - парящей чайкой сжимающей в клюве цветок радужника - на груди.
   - Фертанго, я просил взять у мэтра лекарство от головной боли, - недовольно поморщился граф. - Я не просил волочь ко мне его самого.
   - Доброе утро, ваша милость, - словно не замечая раздражения Ксавьена, поздоровался лекарь, уверенным движением отодвигая адъютанта в сторону, и проходя ближе к потенциальному пациенту.
   - Простите милорд, - виновато пожал плечами Фертанго. - Остановить мэтра не было никакой возможности. Он наотрез отказался выдавать вам зелье без личного осмотра. Карета и охрана ожидают вас у входа.
   - Это мы еще посмотрим, - с явным сомнением в голосе сообщил лекарь, внимательно разглядывая устало присевшего на подоконник Еннарби. - Судя по вашему виду, милорд, я бы сказал, что экипаж понадобится вам только для того, чтобы уехать в поместье и хорошенько там выспаться в тишине и покое, подальше от дел и всей этой городской суеты.
   - Благодарю за совет, мэтр, - выдохнул граф, прекрасно понимая, что доля правды в словах лекаря и адъютанта все же есть. Даже без зеркала, Ен прекрасно отдавал себе отчет, что четверо суток почти без сна, отдыха и нормальной еды, даже самого здорового человека способны превратить в мрачную тень с красными, воспаленными от недосыпания глазами, серыми тенями под ними, бледным лицом и всклокоченными волосами.
   - Благодарю, - повторил граф, уверенно вставая на ноги и подходя к столу. - Но уж позвольте мне самому решать, что делать. - Быстрый взгляд аркаррана обжег замершего у двери лейтенанта. Более всего в это мгновение Эмилио желал оказаться по ту сторону дверного полотна, но уйти без позволения не смел, а просить об этом было как-то не слишком своевременно. В кабинете Ксавьена назревала буря.
   - Милорд, я настаиваю на том, чтобы вы отдохнули. Здоровый сон залог долгой продуктивной жизни, - мэтр Шемин явно собирался произнести длинную поучительную речь о том, как важно следить за своим здоровьем, но граф нетерпеливо перебил его.
   - Мэтр, если в течение двух последующих дней мне удастся сохранить эту самую жизнь, я непременно последую вашему совету, а сейчас дайте мне этот треклятый эликсир и отойдите с дороги! Если я не успею к отходу "Звезды", клянусь, я заставлю вас в течении тритенка выносить судна в городском госпитале.
   - То есть как, сохранить жизнь? - удивленно повел головой лекарь, машинально раскрывая принесенный ларец и извлекая из него небольшой прозрачный флакон с зельем легкого голубоватого оттенка. Сообщение о том, что жизни аркаррана угрожает опасность, явно обеспокоило его гораздо больше, чем угроза заняться суднами в госпитале.
   - Не важно! - отмахнулся граф, нетерпеливо выхватывая из рук лекаря флакон и одним быстрым глотком выпивая его содержимое. - Все, я на пристани военного порта. Буду часа через два. Фертанго, когда вернусь, все протоколы ночных дознаний должны быть у меня на столе.
   С этими словам Ен подхватил с дивана шляпу и плащ, быстро перекинул через плечо перевязь со шпагой и уверенным твердым шагом вышел за дверь.
   - Лейтенант, - мэтр проводил удаляющегося аркаррана удивленным взглядом. - А что имел ввиду его милость, когда говорил о своей жизни? Что может ей угрожать в ближайшее время? Неужели слухи, которые распространяются по Замку со вчерашнего дня, имеют под собой основание?
   - Какие слухи, мэтр? - непонимающе покачал головой Фертанго, поправляя съехавшие на бок тома Лирунийского Кодекса на столе Ксавьена.
   - Поговаривают, что в городе идут повальные аресты, и что это связано с каким-то заговором против его величества. Меня сегодня ночью пять раз вызывали в сектор дознания. Причем арестанты, к которым меня вызывали, выглядели ужасно, но мастер Тимбольд требовал лишь привести их в сознание не более того. Кажется, я узнал двух офицеров эскадры, - речь лекаря была тороплива. Казалось, он хочет поскорее выдать всю имеющуюся информацию, чтобы побыстрее получить ответ на волнующий вопрос.
   - Слухи, как правило, преувеличивают масштабы происходящих событий, - флегматично заметил адъютант аркаррана, заканчивая укладывать Кодекс в аккуратную стопку и направляясь к двери.- Не стоит воспринимать их так буквально. - Губы лейтенанта растянулись в вежливой улыбке. Эмилио протянул руку, указывая лекарю на выход. - Прошу, мэтр. Его милость очень не любит, когда кто-то находится в его кабинете в его отсутствие. Если у вас есть еще вопросы, я готов обсудить их в приемной. Но право же, мне больше нечего вам сказать, кроме как, не верьте всему, что слышите от досужих сплетников.
   Лекарь подхватил свой ларец, пожал плечами и вышел из кабинета. Адъютант окинул помещение изучающим взглядом, словно пытаясь обнаружить в нем еще одного или нескольких неучтенных посетителей, хмыкнул и с грохотом закрыл дверь. В тоже мгновение в дверном проеме что-то щелкнуло, и заклинание надежно запечатало кабинет графа Ксавьена от проникновения посторонних.
  
   Свежий утренний близ, врываясь в окно, весело трепал бумаги, в полном беспорядке разбросанные на столе адмирала, словно играя с ними. Полный тревожных дум Шейн Дерейра нервно расхаживал по каюте в ожидании аркаррана. Адмирал решил непременно дождаться друга и не выходить в море, не поговорив с ним. Шейну обязательно надо было сообщить графу последние новости и скоординировать действия на ближайшие сутки, поэтому он сделал все, чтобы задержать выход эскадры, несмотря на недовольство столичных офицеров, присланных из Веннати в качестве наблюдателей от Королевского морского департамента. Эти двое не понравились Дерейре с первого же взгляда. Разодетые в новые с иголочки мундиры, шикарные шляпы с великолепными плюмажами, звеня королевскими орденами, капитан Флейнорт и лейтенант Рукрат явились на "Звезду Лирунны" как раз в то время, когда от ее борта отчалил последний бот с остатками роты "Черных крабов", передислоцирую­щей­ся на "Чайку". Подняв на ноги всю вахту, вновь прибывшие наблюдатели представились, потребовали адмирала Дерейру на палубу и категорически отказывались проходить к нему в каюту, мотивируя отказ необходимостью прямо сейчас произвести смотр экипажа флагмана Лирунийской эскадры, а затем и всех еще оставшихся на ближнем рейде кораблей. На робкие замечания вахтенного офицера, что провести смотр сейчас нет никакой возможности, поскольку корабли готовы выйти в море, и ходовые кристаллы уже активированы, капитан Флейнорт громко рассмеялся и приказал немедленно прекратить пререкания и выполнять приказы. Гвалт на палубе стоял такой, что Дерейра, только что получивший рапорт об успешном завершении операции "Переброска", счел необходимым лично выяснить в чем дело.
   Появление Шейна на мостике вызвало среди находящихся на палубе матросов и офицеров некоторое замешательство. Веннатицы требовали немедленного исполнения приказа, но вахта встала по стойке смирно ввиду присутствия старшего морского начальника. Наблюдатели продолжали громко возмущаться бестолковостью лирунийских остолопов, и лишь громкий окрик вахтенного офицера "Адмирал на мостике!", заставил их немного сбавить тон.
   - Что, три тысячи дохлых крабов вам в глотку, здесь происходит? - грозно поинтересовался Шейн, разглядывая разодетых как франты столичных офицеров.
   - Эти вонючие жмурцы не выполняют приказ старшего офицера! - возмущенно фыркнул Флейнорт, в довольно развязной позе расположившись у грот-мачты.
   - Ну, вообще-то, старший офицер на этом корабле я, - Дерейра как бы между прочим смахнул с адмиральского эполета несуществующую пылинку. - И я никаких дополнительных приказов в последние полчаса не отдавал, а все предыдущие уже исполнены четко и в срок. Посему, уважаемый... - Шейн смерил капитана вопросительным взглядом, - Пока-Не-Знаю-Как-Вас-Звать, либо представьтесь, либо я прикажу команде привязать вас к мачте, спустить штаны и всыпать пару десятков розог по заднице за нарушение порядка на борту!
   Легкий шорох сдавленных смешков пронесся по выстроенным в ряд матросам. Начальник вахты - лейтенант Пален Васт и капитан "Звезды" Эдьен Аллеро благоразумно прикрыли лица полами шляп и дружно прокашлялись.
   Флейнорд заткнулся на полуслове, побагровел и, громко фыркнув, направился к капитанскому мостику. Его коллега лейтенант, благоразумно отступил к борту и замолчал, давая возможность старшему по званию самому разобраться в столь щекотливой ситуации. В несколько больших шагов преодолев расстояние от грот-мачты до лестницы на мостик, капитан уже схватился было за поручень, чтобы подняться, как вдруг громкий окрик за спиной заставил его остановиться.
   - Спустить трап правого борта! Принять королевского наблюдателя!
   Васт и Аллеро недоуменно переглянулись.
   - Еще один? - удивился капитан "Звезды".
   - Плодятся они в море, что ли? - недовольно фыркнул лейтенант. Получив одобрительный кивок адмирала, он дал знак матросам опустить злосчастный трап.
   Через минуту на палубу лирунийского флагмана вступил еще один офицер. Уже не молодой, но еще вполне крепкий мужчина лет пятидесяти, с покрытым морщинами лицом. Даже белые лайковые перчатки, не могли скрыть сильные, жилистые кисти, уверенно сжимающие эфес офицерской сабли. Тонкие, сухие, обветренные губы, пронзительный взгляд слегка прищуренных глаз, и, конечно же, уверенная стойка на слегка покачивающейся палубе корабля выдавали в нем старого морского волка. Мундир вновь прибывшего офицера был далеко не таким франтоватым, как у капитана и лейтенанта, да и ордена на груди блестели не столь ярко, видимо от длительного ношения. Но все это компенсировали эполеты авер-адмирала, блестевшие на плечах третьего наблюдателя.
   Легко коснувшись рукой края шляпы, отдавая честь вытянувшимся по струнке офицерам и матросам, он быстрым шагом миновал замершего у лестницы капитана Флейнорда и поднялся на капитанский мостик "Звезды Лирунны".
   - Авер-адмирал Грейк Исавен, - немного хрипловатым низким голосом отрекомендовался офицер, отдавая честь адмиралу. - Наблюдатель от Королевского морского совета. Вот наши сопроводительные бумаги, ваше превосходительство. Офицер достал из-за отворота обшлага конверт с красной королевской печатью и протянул его Дерейре.
   Шейн козырнул в ответ, взял конверт, сломал печать, извлек из него бумаги и пробежался по ним быстрым взглядом.
   - Адмирал Шейн Дерейра, к вашим услугам, ваше превосходительство, - удовлетворенно кивнул головой адмирал, и, повернувшись к стоящим на палубе наблюдателям, махнул им рукой. - Вы можете подняться на мостик, господа.
   Капитан и лейтенант быстро присоединились к уже стоящему на мостике авер-адмиралу и отдав честь Шейну, замерли немного позади Исавена.
   - Это мои ассистенты, ваше превосходительство, - Грейк кивнул головой назад. - Капитан Кейр Флейнорд и лейтенант Ольвин Рукарт. Я прошу прощения, мои коллеги прибыли на борт немного раньше. А рекомендательные бумаги все остались у меня. Они молоды и горячи, им не терпелось подняться на борт настоящего флагмана. А я старая морская развалина, - авер-адмирал ухмыльнулся в усы. - Мне на своем веку уже приходилось ходить в походы на кораблях вроде этого. Превосходный линкор, ваше превосходительство. Пятнадцать морских аллингов дает при хорошем ветре?
   - Восемнадцать, - гордо выдохнул Шейн, почувствовав в Исавене родную морскую душу.- И это не считая кристаллов хода. С ними все двадцать два выходят иногда. Благодарю вас, ваше превосходительство, за столь лестный отзыв о "Звезде". Это и правда гордость лирунийской эскадры. Я также приношу извинения вашим офицерам за столь грубое обращение. Если бы я знал, кто они...
   - Не стоит извинений, - авер-адмирад отрицательно покачал головой. - Вы были в своем праве. Мы прибыли в Лирунну вчера и, слишком устав в дороге, решили переночевать в гостинице. Нужно было хорошенько отдохнуть перед дальним походом. Но, видимо, "Янтарная слеза", которой хозяин угостил нас на ужин, была слишком крепкой, и выпито ее было чуть больше, чем следовало бы. Да еще этот пьянящий утренний бриз, - Грейк глубоко вздохнул и очень медленно выдохнул, словно смакуя морской воздух как дорогое вино. - Все это сыграло с моими офицерами дурную шутку, ударив в голову. Юность, неопытность, первый поход. Вы знаете, как это в первый раз увидеть море, человеку всю жизнь проведшему в глубине материка?
   - Нет, не думаю что мне известно это чувство. - Дерейра покачал головой. Рожденный у моря и всю сознательную жизнь проживший на его берегах, Шейн вообще не представлял, что может ощущать человек, впервые увидевший бескрайние синие просторы морских глубин.
   Тем более, что Айдиссен этим утром был особенно хорош. Легкий ветер с моря нагонял к берегу белые буруны небольших волн. Солнце, поднимающееся из-за далеких Ренонских гор, первыми лучами пробежав по воздушным пенным коронам, окрасило их в нежный розоватый цвет. Серые гранитные стены двух фортов, вынесенных на скальные выступы чуть дальше от города в море и защищающие его от нападения с моря, белые стены домов вдоль набережной, высокие синие шпили храмов, буйство зелени, еще не тронутой осенним увяданием, создавало вокруг восхитительно торжественную атмосферу спокойствия и благополучия, покоя и незыблемости.
   - Но, - Дерейра неуверенно повел плечами. - Разве ваши офицеры раньше никогда не видели моря? Как такое может быть? Они же служат в Королевском морском департаменте?
   - К сожалению, господин адмирал, большая часть офицеров, служащих там никогда не видели, а многие никогда и не увидят этих восхитительных просторов, - Исавен обвел рукой скрывающийся за горизонтом край моря. - Их воспитывают в столичной Морском Корпусе исключительно как штабных офицеров. К службе на море они не слишком готовы.
   - Странно, - пожал плечами Шейн. - Мне казалось, что командовать должен тот, кто понимает, что нужно делать.
   - Они понимают, - уверенно кивнул головой Исавен. - исключительно на бумаге. Его величеству и всем нам остается надеяться только на таких, как вы, отважных, смелых, верных короне морских волков, возмужавших в схватках и получивших опыт в дальних морских экспедициях.
   - По-моему, вы их недооцениваете, - адмирал слегка склонил голову и примирительно улыбнулся, видя, как напряглись и слегка покраснели стоящие за спиной авер-адмирала офицеры. - Во всяком случае, выглядят они браво и вполне уместно. Хотя... Простите господа, но вам придется переодеться.
   - Почему? - возмущенно фыркнул Флейнорд, поправляя орденский бант.
   - Потому что, если вас смоет волной за борт, - не давая Дерейре вставить ни слова, ответил Исавен, - все эти побрякушки и тряпки тут же потянут вас на дно. Мяукнуть не успеете. Немедленно переодеться и доложить! А мы пока с адмиралом обсудим некоторые подробности предстоящих маневров.
   - А как же смотр? - встрял в разговор лейтенант Рукарт
   - Адмирал Дерейра опытный морской офицер и он понимает смысл слова приказ, - отрезал Грейк. - Думаю, все распоряжения Его Величества насчет похода выполнены в точности. Не так ли, ваше превосходительство?
   - Безусловно, - кивнул головой Шейн.
   - Так не пора ли давать сигнал к отходу? - с улыбкой поинтересовался Исавен. - Мы можем пропустить прилив.
   - Нет, ваше превосходительство. - Шейн напрягся. Ему крайне необходимо было дождаться Ксавьена. - По решению Высокого Совета Лирунии, фарватер порта недавно был значительно углублен и немного расширен. Теперь мы можем выходить в море в любое время, не зависимо от прилива. Но, дело в том, что сейчас сезон дрейфа Сетей Вайлуна, это такие водоросли, - уточнил адмирал. - Приливом их могло прибить к выходу из бухты. Если корабль попадется в клубок "сетей" - все. На этом поход можно будет считать законченным. Руль оплетет намертво. Только магией можно освободить. Думаю, разумнее будет переждать часа два. Я выслал разведку в форты, они должны выяснить, свободен ли проход.
   Что говорить Дерейра придумывал прямо на ходу. Никаких скоплений водорослей на выходе из бухты нет, это ему доложили еще раньше. Да и не могло их там быть в это время года. Обычно скопления "сетей" наблюдались немного позже, когда в море начинались шторма, гнавшие большие волны на берег, а вместе с ними и огромные цепкие, крепкие как стальные канаты, водоросли.
   - Раз так, видимо у нас есть время еще отдохнуть. Привести себя в надлежащий вид и встретить Айдисенн как полагается, - авер-адмирал пожал плечами и согласно кивнул. - Мы не будем отвлекать ваших людей от подготовки. Но надеюсь, что через пару часов мы уже будем в море.
   - Будем, не сомневайтесь, ваше превосходительство, - Шейн довольно улыбнулся. У него есть еще два часа в запасе. Но где же все демоны Бездны носят графа?!
   Вахтенный офицер проводил королевских наблюдателей в отведенные им каюты, и команда вернулась к своим привычным занятиям.
   Прошло не менее получаса, прежде чем по камням пристани загрохотали колеса экипажа, и матрос доложил адмиралу, что милорд аркарран ждет его у трапа.
   - Наконец-то, - радостно хлопнул по столу Дерейра.
  
   Еннарби Ксавьен ожидал друга, присев на ступеньку кареты и прикрыв глаза в тщетной надежде выкроить хотя бы несколько минут отдыха. Головная боль, мучавшая его всю дорогу до порта, утихла, оставив после себя неприятное чувство тяжести и некоторой заторможенности.
   - Ты опоздал! - слегка недовольный голос адмирала вывел аркаррана из состояния полудремы.
   - И я тоже рад тебя видеть, Шейн, - улыбнулся граф и, поднявшись на ноги, подал Дерейре руку в приветствии. - Неужели чувство обиды за опоздание не позволяет тебе пригласить меня в каюту на "Звезде" чтобы мы не отсвечивали тут как два краба на белом песке Девичьего Пляжа.
   - Не надо нам в каюту, - буркнул Шейн, пожимая руку Ксавьену. - Давай в карете поговорим, а еще лучше прогуляемся по пристани. Тебе полезно будет свежим воздухом подышать. А то скоро совсем в зомби превратишься. Смотри, какие темные круги под глазами, и бледный что тот вампир. Ты хоть спал сегодня?
   - Не забивай мне голову своей заботой, - отрезал аркарран.- Что случилось? Почему мы не можем поговорить на борту?
   - Слишком много лишних ушей нынче выросло у "Звезды", - заговорщицки кивнул адмирал головой в сторону пришвартованного чуть дальше флагмана. - Того и гляди и языки лишние отрастут. А при нынешнем положении дел это может повлечь за собой крайне болезненные последствия. Для вас, милорд, в первую очередь.
   Подхватив друга под локоть, Дерейра почти насильно поволок его дальше от "Звезды Лирунны". Отойдя на довольно приличное расстояние, он повернулся к Еннарби и торопливо заговорил:
   - Ен, у меня была целая ночь подумать над тем, что ты мне сказал вчера вечером, - негромко сообщил Шейн.
   - Да? - удивленно ухмыляясь, приподнял бровь граф. - И к каким же выводам ты пришел в результате ночных раздумий?
   - Не надо иронии, милорд, - скривился адмирал. - Примите как данность, что некоторым вашим фигурам нужно время и место для осознания своего маневра. Особенно, если учесть, что ими пытаются манипулировать и другие игроки. Фигуре довольно трудно ориентироваться на доске, когда к ней тянут руки со всех сторон.
   - Ты это помнишь? - в голосе Ксавьена послышалось совершенно искреннее удивление. От притворного веселья не осталось и следа.
   - Я все помню, Ен, - уверенно заявил адмирал.
  
   Ничто хорошее не может длиться вечно. Дерейре было уже шестнадцать лет, когда эта простая истина ворвалась в его жизнь неумолимо и жестоко, как обычно врывается правда жизни в феерическое волшебство чуда. Уже целых шесть лет Шейн верой и правдой служил в доме Ксавьенов. Официально считаясь компаньоном молодого графа, на самом деле будучи ему единственным другом, и, пожалуй, самым близким человеком.
   После происшествия с Бураном, темная сторона Ена более не проявлялась с такой силой и ясностью. Бывали, конечно, периоды, когда Ксавьен становился мрачным и до крайности раздражительным, но усилиями мэтра Аньера и Шейна. Еннарби удавалось сдерживаться.
   Это был обычный, ничем не примечательный день на исходе лета. Шейн поднимался по одной из боковых лестниц горного тешшо, принадлежавшего Ксавьенам. С приснопамятного прорыва Зверя, мальчики и их наставник стали проводить здесь почти все время, лишь иногда спускаясь вниз в долину, где среди огромного парка располагался огромный фамильный графский замок. Мэтр Аньер справедливо полагал, что молодым людям куда удобнее и спокойнее жить вдали от суеты и соблазнов большого мира. Не то чтобы они находились в абсолютной изоляции. В силу происхождения и правил приличия, Еннарби, несмотря на юный возраст, должен был присутствовать в качестве хозяина на приемах, которые иногда устраивала его мать, по особо торжественным случаям. Но основное время Ен и Шейн жили в тешшо.
   Шейн уже почти поднялся на второй этаж, отведенный мальчикам, когда его довольно грубо остановили, схватив за плечо.
   - Ну что, щенок. Кончилась твоя сладкая жизнь? - раздался за спиной Дерейры злобный шепот.
   Юноша обернулся. Графский вассин Ласев с кривой ухмылкой на тонких губах сложив руки на груди мерил его презрительным взглядом. Годы, проведенные Шейном в компании графа, не прошли даром. В том числе он научился сдержанности и умению скрывать свои чувства. Почти всегда ему это удавалось. Вот и сейчас мальчик невинно улыбнулся и непонимающе покачал головой:
   - Не понимаю, о чем вы, господин Ласев.
   - Конечно, не понимаешь, - улыбка на губах вассина стала еще более презрительной. - С чего вдруг господам посвящать такое ничтожество как ты в свои планы.
   Шейн терялся в догадках. Нет, он конечно знал, что Унан не питает к нему трепетных чувств. С того самого дня, когда леди Даисити устроила вассину неслабую взбучку за жестокое обращение с Шейном. И Злопамятный Ласев использовал любую возможность чтобы поддеть мальчика, правда то того момента, пока это не увидел молодой граф. Случайно оказавшись свидетелем того, как Унан буквально сбил Шейна с ног, а затем презрительно высказывался о нем, пока Дерейра поднимался и отряхивался, Еннарби решительно подошел к вассину и в присутствии Шейна и дворовых слуг голосом, не терпящим возражений приказал с Ласеву сначала извиниться. Затем зарубить себе на носу, что Шейн Дерейра личный друг хозяина и обращаться к нему следует так к другу хозяина. То есть вежливо и почтительно, и если еще раз Ласев будет замечен в чем-то подобном, то Ену придется применить у вассину иные воспитательные меры, чтобы добиться повиновения и понимания. Молодому графу было на тот момент одиннадцать лет. Унан Ласев гораздо старше и выглядел без сомнения куда более внушительнее своего юного хозяина, но ни у кого из присутствующих не возникло даже минутного сомнения в том, что все приказы Ена должны быть исполнены. Невысокий хрупкий Ксавьен был настоящим Хозяином, и его право отдавать приказы не подлежало никакому сомнению. Тогда Шейн в который раз поразился тому, насколько сильны в Еннарби эта аристократическая властность и способность подчинять себе людей, не прикладывая к этому никаких особых усилий.
   - Молодой граф через две батенки уезжает в Лирунну. Учиться в академической школе. Он будет офицером, - Ласев сообщал новость с невыносимой радостью в голосе. Так, словно это он отправляется в столицу провинции, чтобы получить образование и офицерский патент. - А ты, вонючий выблядок морской жабы, вернешься к своим рваным сетям, гнилой лодке и тухлой рыбе. И уж я позабочусь, чтобы жизнь твоя была интересной и... недолгой.
   - Ен уезжает? - не веря собственным ушам, переспросил Шейн.
   - А то! - утвердительно кивнул вассин.
   - Благодарю вас за приятные новости, - Дерейра глубоко вздохнул, пытаясь унять волнение и не показать Унану всю глубину охвативших его чувств. - Господин Ласев, вы так трудились, поднимаясь в господские покои только для того, чтобы сообщить их мне? Я искренне вам благодарен. Думаю, моего молодого хозяина ждет в Лирунне блестящая карьера. Поспешу поздравить его со столь счастливым событием.
   И не дожидаясь, пока растерявшийся от такого поворота событий Унан придет в себя, Шейн перехватил покрепче большую миску спелых яблок, быстро преодолел оставшиеся несколько ступенек до балкона, и скрылся за дверью, ведущую в классную комнату, где его ждал Еннарби.
   - Ну, где ты бродишь?! - нетерпеливо воскликнул Ксавьен, когда за Дерейрой захлопнулась дверь.
   - Меня задержал Ласев, - спокойно сообщил юноша, ставя миску на стол, и подходя к окну. Менее всего Шейну хотелось, чтобы граф увидел, как он расстроен.
   Ксавьен уезжает в Лирунну и, следовательно, служба Дерейры в доме Ксавьенов закончена. Вассин без сомнения прав. Но не это так расстроило будущего адмирала. Ен, без сомнения, все знал, и ничего ему не сказал. И это друг?
   - Он снова приставал к тебе? - встревожено спросил Еннарби, подходя к Шейну и внимательно наблюдая за ним.
   - Нет, милорд, - Дерейра с шумом втянул воздух. - Господин Ласев был весьма любезен. Просто поделился последними новостями.
   - Так это новости Ласева вызвали на твоем лице такую вселенскую скорбь и глубочайшую обиду? - продолжал допытываться молодой граф.
   - Нет, милорд - Шейн держался из последних сил. - Я ударился об угол, когда торопился к вам с фруктами.
   - "Милорд"? "Вы"? - удивленно переспросил Ен, с силой хватая Дерйеру за плечи и разворачивая к себе лицом. - Что произошло такого, что ты снова обращаешься ко мне как к хозяину?
   - Почему вы не сказали, что уезжаете?! - юноша не выдержал, и слезы обиды брызнули из глаз. Шейн оттолкнул графа и перешел к другому окну, отвернувшись.
   - Так ты все знаешь уже? - ухмыльнулся вослед ему граф, не пытаясь остановить. - Ну что же, сюрприз испорчен. Хотя... Шейн, моя матушка и герцог ждут нас в кабинете. Они хотят поговорить с тобой, - голос Ксавьена звучал уверенно и спокойно. Но Дерейра не хотел ничего слушать. Тяжелая жестокая обида и безысходность поглотили все его мысли.
   - Вы мой господин, милорд. О том, что я уволен, вы можете сказать мне сами. Не стоит тревожить по такому малозначительному поводу его светлость и леди Даисити, - глухо буркнул Шейн, разглядывая расстилающийся за окном пейзаж.
   Высокие скалистые горы, кое-где покрытые зеленоватыми островками редколесья, возвышались прямо за границей небольшого парка, окружавшего тешшо со всех сторон. Еще выше у самой границы облаков вдалеке белели высокие пики Большого Ренона, укрытые вечными снегами.
   - И все же я настаиваю, чтобы ты прошел со мной в кабинет и хотя бы попрощался с моей матушкой, - властно приказал Ксавьен, не двигаясь с места. - Думаю, она заслужила хотя бы такое проявления уважения с вашей стороны, господин Дерейра.
   - Вам будет приятно увидеть счастливую улыбку вашего дяди, когда меня отправят домой? - едко поинтересовался Шейн, пытаясь совладать с обуревавшими чувствами.
   - Ну, за выражением лица герцога мне, безусловно, будет интересно понаблюдать, - согласно кивнул головой граф. - Однако то, что хочет тебе сказать матушка, меня волнует гораздо больше. Успокойся, возьми себя в руки и идем!
   - Я готов доставить вам, милорд, это последнее удовольствие, - голос Дерейры источал сарказм. - Вы желаете видеть всю глубину моего унижения? Вам непременно надо увидеть, как его светлость пнет меня коленом под зад? Он так давно этого хотел. Что ж, идемте!
   Юноша оправился, нацепил на лицо самую любезную из всех любезных улыбок, и быстрым шагом направился к двери, распахнул ее и сделал графу приглашающий жест:
   - Прошу, милорд. Леди Даисити и его светлость ждут. Нехорошо заставлять таких уважаемых господ тратить время на бессмысленное просиживание в кабинете.
   Ксавьен склонил голову, изучающее разглядывая компаньона, затем хмыкнул, подошел к распахнутой двери и, внезапно ткнув Дерейру в грудь, тихо проговорил:
   - Иногда, чтобы потешить свое самолюбие унижением ближнего, люди слишком торопятся, и, не получив всей информации, тут же предпринимают необдуманные шаги, которые позже приводят к весьма печальным последствиям. Никогда не надо торопиться, господин Дерейра. Жизнь непредсказуема. Карты Дайфора иногда раскидываются весьма причудливым образом. И вот когда кажется, что вы в такой большой заднице, что глубже некуда, потому что там уже желудок начинается, стоит только напрячься и попробовать думать в позитивном ключе. Мир любит победителей, господин Дерейра. Никогда не стоит опускать руки и отчаиваться, пока не использован последний шанс и не поставлена последняя точка на карте твоей жизни, - уверенно заявил граф, убирая палец от груди Шейна. - Идем, нас ждут уже слишком долго.
   С этими словами Еннарби уверенно вышел в коридор и направился к большой центральной лестнице. Остановившись у перил, Ен вдруг повернулся и злобно сообщил совершенно растерявшемуся и уже ничего не понимающему Шейну:
   - А Ласеву я вырву язык за болтливость и желание всунуть свой длинный нос в дела, его не касающиеся. Этот мстительный жмурц испортил мне сюрприз.
  
   И снова, как и в первый раз, когда он появился в Большом Доме, Шейн стоял перед сидящими в креслах леди Даисити Ксавьен и ее братом, всемогущим герцогом Анастардом. Чуть дальше, в глубине огромного хозяйского кабинета, у казавшегося бесконечным книжного шкафа стоял мэтр Аньер, и что-то внимательно изучал в старой потрепанной книге. Или делал вид что изучает, поскольку, как только слуга впустил в комнату юного графа и его компаньона, маг тут же захлопнул столь занимавший его всего мгновение назад том, и довольно сурово поинтересовался:
   - Почему вы заставляете себя ждать, молодые люди?
   - Простите, ваша светлость, - Еннарби виновато улыбнулся герцогу и стал буквально пропихивать упорно сопротивляющегося Шейна в центр комнаты. Дерейра упирался и больше всего в жизни хотел оказаться за тысячу аллингов от этого кабинета, от своего позора. - Матушка, мэтр, вы тоже простите нас за опоздание. Непредвиденные обстоятельства заставили нас задержаться.
   - Какие обстоятельства могли помешать вам, граф, выполнить просьбу матушки немедленно явиться сюда вместе со слугой? - герцог недовольно фыркнул и, поднявшись, отошел к окну, повернувшись к племяннику и его другу спиной. Всем своим видом Вильм Анастард пытался выразить свое неудовольствие столь неуместной задержкой.
   Оставив, наконец, упирающегося Шейна в покое, Ксавьен подошел к матери, коснулся губами ее протянутой руки и присел на стоящий рядом стул. Казалось, Ена совсем не беспокоит раздражение, сквозившее в гневной речи его дяди.
   - Дело в том, дядюшка, - Еннарби снова мило улыбнулся, - что ваш любимчик Ласев разболтал Шейну о том, что я уезжаю в Лирунну. И мой слишком стремительный друг решил, что на этом его служба в нашем доме закончена, а в качестве награды его ждет душевный пинок под зад и бесславное возвращение в родную деревню. Господин Дерейра, - граф повернулся в сторону Шейна и скривил губы в усмешке, - видимо ценит себя так мало и низко, что первый же намек на то, что он может оказаться ненужным в нашем доме, произвел на него весьма удручающее впечатление. Шейн уже начал паковать сундук, чтобы отбыть к матушке в деревню. Даже не попрощавшись. Мне стоило больших трудов уговорить его придти сюда.
   - А вы, мой юный друг, не пробовали приказать?- герцог резко повернулся и в упор уставился на сидящего возле матери племянника.
   Еннарби спокойно принял взгляд Анастарда. Пару минут граф и герцог буквально сверлили друг друга глазами. Наконец Вильм не выдержал и отвернулся. В последнее время старый аристократ все чаще ловил себя на мысли, что не может долго смотреть юному Ену в глаза. Эти бездонные черные омуты словно затягивали, не давая ни пошевелиться, ни сказать ни слова. И еще очень неприятное тревожное чувство какого-то подсознательного, древнего страха, таящегося где-то в самых глубинах души вызывал этот пронзительный, притягивающий взгляд.
   - Вам ли, дядюшка, - Ен довольно ухмылялся, - не знать, что кнут порою слишком малоэффективное средство стимуляции к действию. В некоторых случаях, слова могут гораздо больше.
   - Ты совсем распустил слуг, - недовольно буркнул герцог.
   - А вот тут вы, безусловно, правы, милорд, - граф согласно кивнул. - Некоторым моим слугам пора напомнить их место, и когда мы закончим с Шейном, я займусь этим лично.
   От этой простой казалось фразы, у тихо стоящего в стороне Дерейры мурашки побежали по спине. Ему вдруг на мгновение показалось, что вместо милого, спокойного, добродушного веселого четырнадцатилетнего мальчика Ена на стуле восседает тот самый Зверь, которого он видел несколько лет назад, и с которым ему больше сталкиваться не хотелось. В кабинете вдруг стало как-то неуютно, сыро и прохладно. Свежий ветер с гор ворвался в распахнутое окно и наполнил комнату леденящим духом далеких заснеженных вершин.
   Маг, до этого бесстрастно наблюдавший за перепалкой герцога и графа, вдруг резко оттолкнулся спиной от шкафа, в два шага преодолел расстояние, отделявшее его и Ена, и осторожно положил руку ему на плечо, слегка сжав.
   - Ваша милость, мы здесь собрались не просто так, - тихо напомнил мэтр, не убирая руку.
   - Да, конечно! - леди Даисити встала с кресла и, подойдя к Шейну, осторожно взяла его за подбородок, приподняв немного голову, так чтобы видеть его глаза. - Мой мальчик, неужели ты действительно думал, что мы можем так поступить с тобой? После всего, что ты для нас сделал? Шейн, ты конечно вправе иметь собственное мнение, но поверь, среди всех недостатков членов семьи Ксавьенов никогда не было черной неблагодарности.
   Голос графини звучал тихо, успокаивающе и немного обиженно. Юноше вдруг стало невыносимо стыдно. Этот мерзавец Ласев вывел его из равновесия, но где же были его собственные мозги? Неужели слово вассина значит для тебя, Шейн, больше чем многолетняя дружба с младшим графом и доброе отношение его матери?
   - Простите, миледи, - Дерейра со стыдом чувствовал, как пылают уши. - Я был расстроен и подумал Тхаур знает что.
   - Вот именно, - подтвердил Еннарби, уже совершенно спокойным тоном. Мэтр убрал руку с его плеча, но остался стоять за спинкой стула, на котором сидел Ксавьен.
   - Думаю, пора избавить тебя от мук неведения, - графиня ласково провела по плечу юноши и вернулась в кресло, прихватив со стола какие-то бумаги с красивыми синими печатями.
   - Дорогой брат, ты сообщишь Шейну новости, или мне это сделать? - поинтересовалась леди Даисити, слегка повернув голову в сторону герцога.
   - Это была ваша с Еннарби идея, сами и сообщайте, - безразлично кивнул Вильм.
   - Хорошо, - графиня Ксавьен снова повернулась к замершему в ожидании Шейну. - Господин Дерейра, - торжественно начала леди Ксавьен, - вы много лет верой и правдой служили нашему дому. Вы оказали нам неоценимые услуги, и были достойным компаньоном юного графа. Ваша преданность не может остаться невознагражденной. Мы долго думали, как воздать вам по заслугам, господин Дерейра. У вас острый пытливый ум, чистая душа и храброе сердце. Все это, позволит вам в будущем стать весьма достойным членом общества. И было бы большим расточительством не использовать ваши способности во благо, - графиня прижала руку к груди и сделала глубокий вдох. Напряженно замерший Шейн, наоборот даже дышать, кажется, перестал.
   - Всем известно как вы, мой мальчик, - Леди Ксавьен приветливо улыбнулась юноше, - любите море и корабли. Еннарби неоднократно рассказывал мне о том, как вы мечтаете о карьере капитана. Так вот, эта мечта может осуществиться прямо сегодня, молодой человек. Не знаю, известно ли вам, что несколько лет назад его величество своим указом позволил обучаться в академических офицерских школах курсантам неблагородного происхождения, при условии наличия согласия на то Высокого Совета провинции, успешной сдачи вступительных экзаменов, а также возможности оплатить обучение в полном объеме. Хотите ли вы поступить в Лирунийский морской корпус, господин Дерейра?
   Хочет ли он поступить в Корпус? Более глупый вопрос трудно было вообще представить. Шейн задохнулся в предчувствии свершения еще одного чуда. Последние два года Лирунийский морской корпус - академическая офицерская школа, занимающаяся подготовкой офицеров для службы на флоте Его Величества - снился Шейну как самая заветная и самая недостижимая мечта. Привыкший все мерить существующими реалиями жизни, юноша прекрасно понимал, что ему - сыну простого рыбака - путь в Корпус, куда принимали исключительно сыновей благородных родителей, закрыт и запечатан вечным заклятием.
   - Миледи, - хрипло выдохнул Дерйера, пряча взгляд, - разве я могу позволить себе мечтать о таком?
   - Скромняга, - хихикнул со стула Ен, но под осуждающим взглядом матери немедленно принял торжественный вид и замолчал.
   - Кто же, как не вы, молодой человек? - склонила голову графиня. - Так хотите или нет?
   - Хочу, - на более пространный ответ у Шейна уже не осталось ни душевных, ни физических сил.
   - Отлично! - улыбнулась миледи. - Тогда посмотрим на эти бумаги.
   С этими словами графиня начала аккуратно перекладывать документы, попутно зачитывая их содержание.
   - Сим актом засвидетельствовано, что, по рекомендации его светлости герцога Вильма Харвена Анастарда, его сиятельства графа Еннарби Элодвира Ксавьена и ее сиятельства графини Даисити Вильвии Ксавьен, Лирунийский Высокий Совет считает возможным позволить абнеру Шейну Наиру Дерейре получить условное дворянство и поступить на обучение в Лирунийский морской корпус, - мать Еннарби отложила первый документ на стол, а у Шейна все сжалось внутри.
   То, что сейчас происходило в этом большом, пронизанном духом старины и благородства тешшо было сродни восходу солнца на севере. Во всяком случае, Дерейра очень боялся, что сейчас проснется и этот кабинет, и люди в нем, растают в небытии. Графиня, между тем, продолжила и развернула следующий документ
   - Сим документом свидетельствуется, что абнер Шейн Наир Дерейра успешно сдал вступительные кандидатские экзамены в Лирунийский морской корпус. Решением выездного заседания приемной комиссии, проведенным 24 лармиона 2850 года от Исхода каунов в тешшо "Сверкающая долина", находящимся в единоличной собственности его светлости графа Еннарби Элодвира Ксавьена, абнер Дерейра рекомендован к зачислению на второй курс Лирунийского морского корпуса по направлению "Офицерское морское дело", - еще один документ лег на стол. Шейн непонимающе огляделся и пожал плечами.
   - Тебе что-то непонятно, мой мальчик? - голос графини звучал все также успокаивающе.
   - Простите, миледи, - выдавил из себя юноша. - Я что-то не припомню, когда сдавал экзамены комиссии.
   - Конечно сдавал! - снова подал голос Ен. - Помнишь, тритенк назад сюда приезжали несколько важных господ? Мэтр еще тогда задал нам с тобой уйму уроков? А потом эти важные господа еще почти два часа допрашивали тебя в этом кабинете.
   - Еннарби, - недовольно поморщилась графиня, - вы не могли бы более аккуратно выбирать выражения? Что значит "допрашивали"? Комиссии надо было получить наиболее полное представление о способностях Шейна. Их любопытство вполне оправдано.
   - Но на меня они потратили менее получаса! - заявил юный граф.
   - Когда имя Шейн Дерейра будут ассоциировать с дворянским гербом, воспитанием, достоинством, и прочими атрибутами благородного человека, - Вильм Анастард наконец счел возможным снова вступить в разговор, - мастерам Корпуса возможно и не надо будет тратить на знакомство с ним столько времени.
   - А я всегда считал, что благородство, воспитание и прочие атрибуты, как вы дядюшка их назвали, - Ксавьен лукаво прищурился, - вовсе не подразумевают безусловное наличие дворянского герба. Достойным человеком можно быть даже не имея длинной аристократической родословной и красивой картинки на дверцах кареты.
   - Друзья мои, - леди Даисити поспешила вмешаться и предотвратить очередную перепалку между братом и сыном, - давайте уже закончим с нашим делом и перестанем терзать Шейна неизвестностью.
   Герцог, недовольно поглядывая в сторону племянника, развел руками, предоставляя сестре слово. Ен же просто кивнул головой и приготовился слушать дальнейшую речь матери.
   - Вы, мой мальчик, успешно сдали экзамен, - заявила графиня, откладывая в сторону заверенный печатями экзаменационный лист Шейна. - Причем, ваши познания настолько впечатлили мастеров Корпуса, что они готовы принять вас сразу на второй курс. Итак, теперь, имея на руках согласие Высокого Совета и весьма успешный экзаменационный лист, вас отделяет от Корпуса всего самая малость - восемь тысяч экров за четыре года обучения, и еще пять на расходы.
   - Мне никогда не собрать таких денег! - отчаянно выдохнул Дерейра, понимая, как близко сейчас он стоит от самого главного события в своей жизни. - Это неподъемная сумма. Даже если моя мать продаст наш дом и баркас отца со всеми снастями.
   - Ничего продавать не надо, Шейн, - леди Ксавьен улыбнулась и протянула юноше две небольшие бумаги с красивыми виньетками по краям. - Это оплаченный расходный лист за твое обучение, и банковское извещение об открытии в Первом королевском банке счета на твое имя. Вчера на него поступило десять тысяч экров. Можешь распоряжаться ими как посчитаешь нужным. Мой мальчик, через две батенки вы оправитесь в Лирунну, чтобы поступить в Морской корпус и стать офицером.
   В кабинете воцарилась гробовая тишина. Герцог, Ксавьены и мэтр Аньер с нескрываемым любопытством наблюдали за реакцией Шейна. А бедный Дерейера лишь молча переводил недоверчивый взгляд с Анастарда, потом на Ена, потом на его мать и, наконец, на ухмыляющегося мага. Юноше казалось, что это все какой-то мираж, болезненный бред сумасшедшего. Он ждал, что вот сейчас Вильм расхохочется ему в лицо и заявит, что происходящее всего лишь шутка, и что он, Дерейра, конечно же, ни в каком Корпусе учиться не будет, поскольку не вышел родом. Что его удел - рыбацкий баркас, штопаные сети и унылая скромная жизнь в глухой затерянной среди скал деревушке. Но никто не смеялся. Наоборот, мэтр Аньер, видя, что растерянность юноши лишила его возможности адекватно воспринимать действительность, подошел к нему, одобряюще похлопал по плечу и с нескрываемой гордостью заметил:
   - Я всегда знал, что из вас, господин Дерейра, будет толк. Думаю, что со временем мы еще услышим о ваших беспримерных героических деяниях и сможем пожать руку адмиралу королевского флота.
   - Господину будущему адмиралу неплохо бы сейчас вспомнить правила приличия и поблагодарить своих благодетелей за оказанную ему небывалую честь, - недовольно фыркнул от окна герцог Аанастард.
   - Оставь, Вильм, - леди Даисити тоже подошла ближе к Шейну и бережно взяла его за руку. - Видишь, мальчик растерян и не понимает что происходит. Ему нужно время чтобы опомниться. Давай будем снисходительны. Не каждый же день у человека сбываются заветные мечты.
   - Некогда ждать, пока он опомнится, - герцог оторвался, наконец, от окна, возле которого простоял почти все время и, приблизившись к двери, заметил, - мне пора идти. Я и так потратил на вас, господин будущий адмирал, слишком много времени. Надеюсь, вы найдете возможность высказать мне свое почтение и благодарность при нашей следующей встрече. Сестра вынудила дать вам рекомендации, поэтому я считаю своим долгом проследить за тем, насколько вы сможете оправдать оказанное доверие. Я буду следить за вами, молодой человек. Исси, Еннарби - доброго дня вам. Мэтр, у вас есть еще время преподать мальчишке несколько уроков хороших манер. В обществе юношей из благородных семей эти познания будут ему не менее необходимы, чем сведения из математики, географии и прочих наук.
   С этими словами герцог вышел за дверь, оставив ошеломленного и все еще не пришедшего в себя Шейна в компании самых близких и, как впоследствии выяснилось, самых дорогих ему людей.
   Видя, что Дерейра все никак не придет в себя после столь ошеломительного поворота судьбы, леди Ксавьен взяла юношу под локоть, практически насильно подвела его к креслу, в котором сидела до этого сама и усадила в него растерянного Шейна.
   Еннарби подскочил к нему с боку и, схватив за плечо, сильно тряхнул.
   - Шейн! Дружище! Очнись! - радостно воскликнул граф, пытаясь привести Дерейру в чувство.
   Юноша повел невидящим взглядом по присутствующим в кабинете людям и вдруг медленно сполз с кресла на пол, встал на колени и принялся целовать подол платья графини. Когда же опешившая от такой резкой смены настроения Дерейры, леди Даисити вырвала подол из его рук, Шейн повернулся к стоящему рядом Ену и попытался было схватить его за колени. Ксавьен сделал широкий шаг назад, уклоняясь от объятий, и испуганно вскрикнул:
   - Мэтр! Он помешался на радостях!
   Аньер молча подошел к Шейну, подхватил подмышки, рывком поднял на ноги и, взяв со стола наполненный вином бокал, сунул его юноше под нос.
   - Пей! - не терпящим возражения тоном приказал маг, буквально заливая вино в рот вяло сопротивляющегося Дерейры.
   - Мэтр, это же "Пьянтрэ". Не слишком ли крепкий напиток для юного организма? - встревожено поинтересовалась графиня, наблюдая за тем, как Эрлитт осторожно усаживает уже слегка захмелевшего юношу назад в кресло.
   - Юный организм пережил сильное нервное потрясение, - возразил маг. - Несколько глотков крепкого вина с травами снимет напряжение и позволит немного расслабиться.
   - С ним все будет в порядке? - встревожено спросил Ен, подходя к Шейну и беря его за руку. - Гроза морей, ты как?
   - Нормально, - выдавил Дерейра. Пряное вино и небольшой успокоительный ментальный импульс, посланный магом, возымели целительное действие. Юноша уже вполне пришел в себя и оправился от так глубоко захлестнувшего его волнения. - Миледи! Ен! Мэтр! Простите, я не знаю что сказать. У меня нет слов, чтобы выразить всю глубину моей благодарности! Я обязательно верну вам все деньги...
   - Нет! - графиня резко оборвала пламенную речь Шейна. - Я ничего не хочу слышать ни о каких деньгах! Никакими материальными благами невозможно оценить твою помощь нам, мой мальчик. Благодаря тебе, в том числе, мой сын в здравом уме дожил до сегодняшнего дня. Что значат какие-то золотые кругляшки по сравнению с этим? Поэтому вопрос денег между нами больше никогда не поднимается. Ясно?
   Шейну оставалось лишь покорно кивнуть.
   - И вот еще, господин Дерейра, - голос графини стал напряженным и строгим. - Запомните отныне, что мужчина может встать на колени в весьма ограниченном перечне случаев. Что касается непосредственно вас, то, думаю, вы сделаете это трижды. Во-первых, когда будете целовать королевских драконов на флаге Корпуса и получать офицерскую шпагу, во-вторых, вы, несомненно, преклоните колено перед вашей избранницей, предлагая ей стать вашей женой, и, в-третьих... - леди Ксавьен на секунду замолчала, а затем закончила, - думаю, ваша матушка достойна того, чтобы вы встали на колено перед ней и поблагодарили за данную вам жизнь. И все. Более ни перед кем, и никогда. Вы поняли меня?
   - Да, миледи, - смущенно выдавил Дерейра, уже жалея о такой излишней эмоциональности.
   - Вот и славно, - графиня тепло улыбнулась засмущавшемуся юноше. - Учись сдерживаться, мой мальчик. Та взрослая жизнь, в которую ты окунешься совсем скоро, не терпит излишней чувственности. Спокойствие, рассудительность и уверенность - вот чему тебе придется учиться в самое ближайшее время. Но пока у тебя еще есть несколько дней, чтобы побыть в детстве. Проведи их с матушкой. Она так скучает по тебе, а вскорости вам предстоит долгая разлука. Я приказала отвезти тебя домой. Через матенку за тобой пришлют экипаж. Иди, собирайся.
   Шейну оставалось лишь покорно кивнуть и выполнить указание графини. Ен, сопровождавший друга до его комнаты и просидевший вместе с ним, все время пока Дерейра укладывал свои нехитрые пожитки, все уши ему прожужжал, мечтая о приключениях, которые несомненно ждут их в столице провинции. О бесконечном количестве возможностей, которые предоставляет самостоятельная жизнь, о том, как здорово, что они будут учиться, хоть и в разных школах, но зато в одном городе, и как хорошо будет иногда встречаться во время увольнительных. Ксавьен говорил, говорил, говорил, а у все еще растерянного и плохо соображающего Дерейры в голове крутилась лишь одна мысль - он будет капитаном, он увидит дальние моря, он будет стоять у штурвала и вести свой корабль к неизвестным берегам.
  
   Так началась новая страница жизни будущего адмирала королевского флота. В начале осени он вместе с графом Ксавьеном прибыли в Лирунну и начали обучение. Ен выбрал Академическую офицерскую школу при Департаменте королевских арранов. Что было вполне ожидаемо и предсказуемо. С самых ранних лет у молодого графа проявились способности к логическому мышлению, наблюдательности и прочим, весьма полезным для аррана качествам.
   В первое время Шейн очень скучал по матери, оставшейся в деревне, и по Ену, с которым ему так и не удалось повидаться в первые тритенки обучения. Но долго грустить не пришлось. Напряженный учебный график и сложности адаптации к новому окружению почти полностью поглотили юношу, не оставляя времени на тоску и сожаления об ушедших славных денечках. В общем и целом дела у него шли вполне успешно. Мастера Корпуса были довольны его сообразительностью, умом и огромным желанием учиться. Знаний, которые вложил в голову Шейна мэтр Аньер, вполне хватало Дерейре, чтобы чувствовать себя на занятиях вполне уверенно, несмотря на то, что его однокашники занимались в Корпусе уже второй год.
   И все бы было ничего, если бы не одно обстоятельство, значительно осложнявшее пребывание Шейна в стенах Корпуса. Если преподаватели и наставники школы имели о Дерейре весьма благоприятное впечатление, то отношения с однокурсниками у юноши не сложились сразу же. Курсанты из знатных семей не желали иметь ничего общего с безродным плебеем, недостойным не то что учиться, а даже находиться в одном с ними помещении. Те, кто победнее, к тому же жутко завидовали его финансовой независимости, и абсолютное большинство считало его самоуверенным выскочкой и подлизой.
   Открытому и общительному Шейну такое отношение сначала было непонятно. Привыкший к достаточно ровному, даже дружескому отношению со стороны Ксавьенов, юноша совершенно искренне надеялся, что и в Корпусе его примут если не как друга, то, минимум, как равного. Его ожидания не оправдались. Лишь несколько человек, в основном сыновья зажиточных горожан или обедневших дворян, сочли для себя возможным отнестись к нему более менее доброжелательно. Но этого было недостаточно. Бесконечные издевки, пинки, и прочие мелкие пакости со стороны завистников и недоброжелателей превратили некогда добродушного и открытого юношу в озлобленного настороженного волчонка. Оптимизма Шейну не добавил и визит герцога Анастрада, навестившего Корпус через тритенк после начала обучения там Дерейры. Как раз в этот день юноша был наказан пребыванием в карцере и внеочередным дежурством по классу из-за стычки, произошедшей между ним и виконтом Лловарэ днем ранее. Взбешенный оскорбительными выражениями, которыми виконт выразился о предках Шейна, Дерейра не сдержался, и в весьма грубой форме прошелся не только по самому виконту, но и по его многочисленной родне, которая, по словам сослуживцев Лловарэ и Дерейры, "дырку дыркой прикрывает, но нос до неба задирает". Слово за слово, словесная перепалка перешла в рукоприкладство, закончившееся быстро и больно. Шейну достаточно было сделать один сильный толчок, чтобы Лловарэ с проклятьями растянулся на полу. Лишь появление классного офицера предотвратило развитие конфликта, в результате которого Дерейра оказался в карцере.
   - Ты не оправдал доверия ее сиятельства и моего! - слова герцога Анастарда звучали тогда, как приговор. - Еще одна подобная выходка, и тебя вышвырнут из Корпуса! Даже заступничество Ксавьенов тебя не спасет! Ты понял?!
   Конечно, он все прекрасно понимал, но поделать ничего не мог. Тогда не мог. И все, конечно же, шло к безусловному исключению, несмотря на отличные показатели в учебе, терпеть своенравного курсанта, способного на оскорбление ответить рукоприкладством не взирая на чины и звания, никто не стал бы. И кончилось бы все печально, если бы не один разговор, произошедший прохладным осенним утром в одном из классов Корпуса.
   Это был обычный, ничем не примечательный день. Дерейра уныло махал метлой, сметая со школьного плаца опавшую листву, размышляя о том, как несправедлив мир, дающий одним много возможностей, но мало желания, а другим Мечту и минимум шансов на ее исполнение.
   Заметив появившихся из-за угла казармы Лловарэ с товарищами, Шейн поспешно отвернулся. Видеть эту компанию сейчас ему хотелось менее всего. Угроза исключения, нависшая над Дерейрой, сделала его более осторожным и тактичным. Изо всех сил он старался не обращать внимания на издевки со стороны виконта и его друзей, игнорируя его обидные замечания и бесконечные попытки развязать ссору. Одному Великому Страннику ведомо, каких душевных усилий стоили Шейну эта сдержанность и видимое безразличие.
   - Вот, наконец Рыбий Хвост занят привычной для плебея работой, - ехидный голос виконта раздался прямо за спиной Дерейры. - Метла и мусор, вот твое место и служба.
   Шейн нацепил на лицо самую любезную улыбку и, повернувшись к виконту, вежливо заметил:
   - А вы, виконт, я вижу, дышите свежим воздухом, наслаждаясь чудесным днем в свободное время? Конечно, моцион необходим для поддержания работоспособности и свежести восприятия. Книжная пыль в школьной библиотеке, она так губительна для легких и глаз. Мастер Корант конечно же должен понять это и более не приставать к вам с глупыми вопросами по навигации.
   Виконт побагровел. Подошедшие с ним курсанты, до этого поддерживавшие друга ухмылками и смешками, умолкли и с нескрываемым любопытством наблюдали за развивающимся конфликтом. Лловарэ шумно выдохнул и со злостью ударил кулаком по ладони. Буквально вчера на занятиях по навигации мастер школы Ритон Корант в довольно грубой форме высказался об умственных способностях виконта, так и не сумевшего ответить урок, несмотря на неоднократные подсказки мастера и других курсантов. Итогом его выступления была единица в журнале и настоятельная рекомендация вместо протирания штанов в курсантском клубе, проводить свободное время с пользой, изучая специальную литературу в библиотеке. Это замечание было еще более обидным на фоне того, что перед Лловаре Дерейра блестяще ответил на все вопросы мастера, заработав "отлично" и похвалу в курсантскую книжку.
   Ссора была неизбежна. Разъяренный виконт уже сделал шаг к улыбающемуся Шейну, но тут тишину осеннего утра разорвал звонкий цокот копыт и грохот окованных колес экипажа по брусчатке. Дежурные курсанты быстро распахнули ворота школы, и во дворе Корпуса сразу стало тесно. Большая карета, украшенная гербами дома Анастардов, запряженная четверкой великолепных гнедых лошадей, резво вкатилась на плац и замерла у крыльца дома начальника школы. Экипаж сопровождала пятерка всадников - четверо мужчин и невысокая миловидная русоволосая девушка - один взгляд на которых вызвал у собравшихся на плацу курсантов вздохи восхищения. "Нааги! Это нааги герцога Анастарда!".
   Шейн непроизвольно повернулся на шум. Не то чтобы ему были так интересны нааги. Пребывая в доме Ксавьенов, он видел их предостаточно. Даже один раз, когда аркнааг Анастарда Ниос давал юному графу урок владения клинком, Дерейра также имел возможность сделать пару выпадов в паре с главным телохранителем герцога.
   Шейн никогда не был особо искусным фехтовальщиком, ему гораздо ближе была простая рыбацкая драка, честная и беспощадная, но даже он смог оценить тогда мастерство Ниоса Таллара. Нааг был не просто хорош, он был практически идеален, насколько вообще может быть идеален воин и телохранитель. Стремительный и осторожный, сильный и расчетливый, он был опасным противником в бою, и едва обозначенной тенью господина в жизни. Впрочем, его соратники по наагвинте - специально собранной и отлаженной команде личных охранников, - были немногим хуже. Недаром пятерка телохранителей герцога Анастарда считалась одной из лучших. Еще бы, не часто удавалось собрать такую практически классическую наагвинту из трех воинов, мага и лекарки.
   Они были великолепны. Обычно нааги старались быть как можно более незаметными. Находясь неотлучно рядом с хозяевами, даже на светских приемах они умели быть неуловимыми и неосязаемыми. Оставаясь в непосредственной близости с господином, нааги были настолько естественны, что их присутствие среди блестящей благородной публики практически не ощущалось.
   Но не в этот раз. Наагвинта герцога сегодня блистала, как драгоценные камни в дорогих оправах. Роскошные вороные кони, куртки и плащи в цветах дома Анастардов, гербы на плечах, начищенная до блеска амуниция - сделали из телохранителей Вильма Анастарда настоящих ливрейных слуг.
   За спиной Шейна все еще летел шорох восхищенных вздохов, а он судорожно пытался догадаться, с чего вдруг герцогу понадобился такой пафосный въезд. Вышвырнуть его из школы Вильм вполне мог и без лишнего эпатажа.
   Лихо соскочив на землю, Ниос распахнул дверцу экипажа, и тут уже Дерейре пришлось радостно вздохнуть, потому что вслед за насупленным и чем-то явно недовольным Анастардом из кареты вышел Ен.
   Дерейра не видел друга два тритенка, и поразился, насколько он изменился за этот весьма короткий срок. Одетый в черную форму курсанта Школы арранов, граф уже не выглядел тем юным наивным четырнадцатилетним мальчиком, с которым Шейн расстался всего несколько батенок тому. В первое мгновение Дерейра решил что ошибся, и вместе с Анастаром приехал один из его троих сыновей. Впрочем, спутник герцога, заметив Шейна, радостно улыбнулся и приветственно махнул рукой, развеяв все сомнения. Это точно был граф Ксавьен, возмужавший и повзрослевший.
   К Вильму Анастарду быстро подошел начальник Корпуса полковник Лилен Тирок, и, приложив руку к шляпе, отдал ему честь. Герцог склонил голов в приветствии. Закончив с церемонией встречи, полковник и гость обменялись несколькими фразами, после чего начальник Корпуса повернулся и громко приказал:
   - Курсант Дерейра, ко мне! Бегом!
   Шейн не заставил повторять приказ дважды и через пару мгновений уже стоял перед собравшимися у экипажа герцога аристократами.
   - Курсант Дерейра, господин полковник! Вы вызывали! - бодро отрапортовал Шейн, буквально поедая стоящего чуть в стороне ухмыляющегося Ксавьена глазами.
   - Вижу, ты начал осваивать новый вид вооружения, - вместо приветствия заметил герцог, кивая на метлу, которую Дерейра все еще сжимал в руке.
   Замерший по стойке смирно Шейн лишь вежливо улыбнулся. Его просто распирало от желания поговорить с другом, но нарушить субординацию не смел, поэтому терпеливо ждал распоряжений начальника Корпуса.
   - Курсант Дерейра в последнее время слишком вспыльчив, а занятие на плацу с метлой способствуют воспитанию терпения и самоконтроля, - иронично заметил полковник, бросая на Шейна быстрый взгляд.
   - Вот как, - Анастард приподнял бровь. - И почему я не удивлен? Впрочем, - герцог недовольно выдохнул, - вопросы, связанные с этим курсантом я хотел бы осудить не на плацу, господин полковник. А пока, позвольте представить вам моего племянника. Еннарби, - Вильм повернулся к графу и махнул рукой, предлагая ему подойти ближе.
   - Граф Еннарби Элодвир Ксавьен, господин полковник, - с легкой ноткой торжественности сообщил герцог, когда Ен встал рядом с ним.
   - Милорд, - лицо начальник Корпуса озарила подобострастная улыбка. - Я так рад познакомиться с вами. Ваш дядя так много рассказывал о вас. Как жаль что для обучения вы выбрали не наш Корпус. Морская школа гордилась бы таким курсантом.
   - Мне тоже приятно познакомиться с вами, господин полковник, - граф склонил голову в вежливом поклоне, а Шейн еще раз поразился тем изменениям, которые произошли в его друге за столь короткое время. Еннарби Ксавьен - четырнадцатилетний курсант академической школы, общаясь с полковником совсем не выглядел младшим. Скорее наоборот. Слегка приглушенный голос, чуть снисходительный поклон, и доброжелательно-покровительственная улыбка... Нет, Ен прекрасно осознавал свое место и право. Полковник Тирок мог быть хоть триста раз старше его по званию и возрасту, но по праву рождения Ксавьен всегда был выше и главнее. Это уже не был тот бесшабашный, открытый, свободный в выражении эмоций и чувств мальчишка, когда-то столкнувшийся с Шейном в господском саду. Рядом с герцогом Анастардом стоял совершенно взрослый мужчина, благородный аристократ, представитель старинного знатного рода. Дерейра тихо вздохнул - ему таким не стать никогда.
   - К сожалению, господин полковник, - Еннарби мило улыбнулся и пожал протянутую Тироком ладонь. - У меня сложные отношения с кораблями и морем. В отличие от моего друга Шейна, - Ксавьен кивнул в сторону Шейна. - Уверен, что он ваш лучший курсант.
   - Ну, - полковник кинул быстрый взгляд на герцога. - Курсант Дерейра весьма способен к наукам.
   - Не сомневаюсь, - кивнул Ен. - Уверен, вы не хотите потерять такого талантливого ученика. Не так ли, господин Тирок?
   - Еннарби, вы, кажется, хотели пообщаться со своим... бывшим компаньоном, - герцог Анастард перебил уже открывшего рот для ответа полковника.
   - Другом, - поправил дядю Ксавьен. - Шейн Дерейра, господин полковник, не просто мой бывший компаньон и слуга. Он удостоил меня чести называться его другом. Поэтому я могу за него поручиться... если потребуется конечно. - Еннарби прищурился и слегка склонил голову, пряча за краем шляпы быстрый лукавый взгляд, брошенный на герцога.
   - Это еще большой вопрос кто кого чего удостоил, мой мальчик, - криво усмехнувшись возразил Анастард.- Впрочем, вы же так желали побеседовать с... другом, - Вильму явно потребовалось некоторое усилие над собой чтобы произнести слово "друг". - Не смею задерживать. У меня есть несколько неотложных дел к господину полковнику, у вас есть примерно час времени. Только прошу не отсвечивать на плацу вашим близким знакомством. Найдите для разговора более укромное место.
   - Конечно! - с готовностью кивнул Ен, - Мы пойдем в библиотеку. Я слыхал у вас много интересных старых книг в запасниках имеется, не так ли, господин Тирок?
   - Да, ваша светлость, - полковник радостно улыбнулся. - Мэтр Свероно, наш библиотекарь, собрал неплохую коллекцию книг по оружию, фортификации и морскому делу. Все фонды нашего книгохранилища к вашим услугам, милорд. Курсант Дерейра, вы освобождены от наряда, проводите его светлость в библиотеку Корпуса.
   - Да, господин полковник! - бодро отрапортовал Шейн, радости которого не было предела. Кроме счастливого предвкушения от несомненно захватывающей беседы с другом, Дерейру безмерно радовало выражение лиц виконта Лловарэ и его присных, издалека внимательно наблюдавших за происходящим. Виконт не мог поверить своим глазам. Рыбий Хвост - безродный сын рыбака - запросто общается в кругу столь благородной публики.
   События между тем развивались стремительно.
   - Отлично! - граф удовлетворенно улыбнулся. - Я непременно осмотрю ваше книгохранилище, господин полковник. Но есть одна проблема, - Ксавьен быстро выхватил из рук Шейна метлу и молниеносно всучил ее полковнику. - Не думаю, что уместно посещать библиотеку с этим агрегатом. Явиться в храм познания и мудрости с метлой в руках настоящее святотатство, вы согласны, господин полковник? Уверен, среди вон тех курсантов, - Ксавьен кивнул головой в сторону стоявших неподалеку виконта и его товарищей, - надеется герой, который подхватит упавшую метлу и завершит подвиг уборки плаца с достоинством и честью. А мы с Шейном не будем терять время. Нам тоже есть о чем побеседовать. Дядюшка, я жду вас здесь через час. Приятного дня, господа!
   Не дожидаясь ответа полковника и герцога, Еннарби схватил Дерейру за рукав форменной куртки и потащил в сторону от ошеломленных таким неистовым напором Анастарда и Тирока.
   Ен волок ничего не понимающего Шейна до самого крыльца здания, в котором располагалась библиотека. И лишь скрывшись от любопытных взглядов за ее толстыми дубовыми дверями, граф выпустил из цепких пальцев ткань рукава куртки Шейна, шумно выдохнул и расхохотался, искренне и весело, вновь став прежним Еном, таким, каким его помнил Дерейра.
   - Милорд? - Шейн не понимал причин такого бурного веселья. Но больше всего ему было интересно, как из пяти зданий окружавших плац Корпуса Ен безошибочно определил то, в котором находилось книгохранилище и читальный зал. Ксавьен между тем не думал успокаиваться. Его просто распирало от смеха.
   - Ваше сиятельство, с вами все в порядке? - обеспокоенно поинтересовался Шейн.
   Граф вдруг резко перестал хохотать, замолчал и очень серьезно посмотрел другу прямо в глаза.
   - Вы, господин Дерейра, за те два тритенка, что мы не виделись, резко потеряли память? Или курсанту Морского Корпуса не пристало иметь дело с ванком Ксавьеном, которого тошнит от одного вида покачивающегося на волнах корабля? Ванк, - повторил Ен словно смакуя каждую букву. - Какое, все же интересное слово. Именно так вы - морские волки - называете тех, кому не дано смело бороздить бескрайние просторы Айдиссена? Куда уж нам сухопутным...
   - Ен! Прекрати! - Шейн больше не мог выносить сарказм и едкую иронию, пронизавшую каждое слово, слетавшее с губ друга. - Вы... ты же прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь.
   - Нет, не знаю, - уверенно возразил Ксавьен. - С каких пор мы снова на "Вы", и с каких пор между нами снова в силе прочие светские условности? Разве здесь есть посторонние? - граф обвел рукой пустой холл библиотеки.
   - Нет, но... - Дерейра глубоко вздохнул и мрачно пробормотал, - ты так повзрослел за эти два тритенка. Совершенно другой человек. Я думал... Ай! - Шейн отчаянно махнул рукой. Вся нервозность последних дней, немыслимое напряжение воли, не дававшее ему сорваться, слились в этот один решительный жест. - Ты ничего не понимаешь!
   - Ну почему же, - Еннарби уже совершенно успокоился и теперь внимательно разглядывал друга, слегка склонив голову. - Я все прекрасно понимаю. Мало того, я даже знаю, как тебя неласково здесь приняли. Кроме того, я уверен, что мысленно ты снова пакуешь свои пожитки в уверенности, что мой всесильный дядюшка приехал только для того, чтобы вышвырнуть тебя вон из Корпуса, - граф лукаво улыбнулся
   - Ты все знаешь? - Дерейра удивленно вскинул брови. - Ах, да! Герцог! Наверное он с радостью поделился с тобой моими успехами.
   - Давай-ка для начала найдем более укромное место для разговора, - Ен осмотрелся и увидев лестницу, поинтересовался, - класс для игры в ву-такки на втором этаже, не так ли?
   - Откуда ты знаешь? - еще больше удивился Шейн. - И вообще, как ты понял, что библиотека находится в этом здании?
   - Наблюдательность и информация, Шейн, весьма полезные вещи. Незаменимые просто, - Ксавьен усмехнулся и уверенно направился к лестнице. - Не стой столбом, у нас крайне мало времени, а тебе еще нужно кое с кем познакомиться.
   - С кем познакомится? - не понял Дерейра, но послушно проследовал за графом.
   - Терпение, друг мой, терпение, - голос Еннарби раздавался уже с площадки второго этажа и Шейн ускорил шаг, чтобы догнать товарища.
   В большом помещении библиотеки отведенном под игровой зал было гулко и пустынно. Пространство, разделенное высокими дубовыми стеллажами с книгами, представляло из себя целую череду небольших уютных помещений, с большими столами и удобными стульями. Граф стремительно шел вдоль импровизированного коридора, заглядывая в каждый отсек игровой.
   - Ен, кого мы ищем, в конце концов? - Дерейре уже опротивела эта бесконечная беготня по залу. Его мучили сомнения, неизвестность и невыносимое желание схватить Ксавьена за плечи и вытрясти все, что коварный граф так и не договорил ему внизу.
   - Терпение, - снова повторил Ксавьен, заглядывая за угол очередного стеллажа. - О! Наконец-то! Милорд Акрир, приветствую! Вас очень трудно отыскать в этом дубово-книжном лабиритнте.
   - И я рад вас видеть, граф! - раздался из-за стеллажа незнакомый Шейну приятный низкий голос.
   Дерейра присоединился к Еннарби и увидел стоящего у стола высокого стройного юношу в курсантской куртке, рукава которой украшали нашивки четвертого, последнего, курса.
   За спиной молодого человека на столе была разложена большая доска, на которой были расставлены разноцветные фигуры для игры в ву-такки. Рядом лежала большая раскрытая книга, на страницах которой была нарисована точно такая же доска с фигурами.
   - Какими ветрами вас занесло в этот пропахший книжной пылью зал, Еннарби? - юноша улыбнулся, и протянул Ену руку для приветствия.
   - Попутными, Иллен, попутными! - Ксавьен пожал протянутую руку и сделал шаг в сторону, позволяя собеседнику разглядеть Дерейру.
   - Помните, батенку назад, на приеме в элатто, мы с вами обсуждали умственные способности выходцев из неаристократических сословий и их возможность подняться из низов до вершин социальной лестницы. Я обещал вас познакомить с одним весьма способным абнером? - Ксавьен нетерпеливо дернул плечом.
   - Да-да, - согласно закивал Акрир внимательно рассматривая Шейна. - Вы говорили что какой-то ваш слуга обладает прямо таки феноменальными для простолюдина достоинствами.
   - Я не говорил что он феноменален, - поправил собеседника граф. - Он просто умен, начитан, воспитан и совершенно не похож на простолюдина. Впрочем, судите сами. Граф Акрир, позвольте представить вам моего друга абнера Шейна Наира Дерейру. Гсподин Дерейра, это граф Иллен Несто Акрир, старший сын герцога Сильванте Акрира.
   С этими словами Ен сделал жест руками приглашая Шейна и Иллена познакомиться ближе.
   - Анбер Дерейра? - с сомнением в голосе переспросил Акрир пожимая Шейну руку. - Его милость граф Ксавьен не счел для себя зазорным и батенку назад на светском приеме, посвятил вам весь вечер, расписывая ваши достоинства. Право же, после его рассказа я засомневался в вашей реальности. Вы правда настолько хороши как утверждает его милость? - граф лукаво приподнял бровь. Его большие слегка раскосые зеленые глаза словно два оружейных дула впились в залившегося краской смущения Шейна.
   - Я не знаю, что говорил обо мне милорд Ксавьен, - пробормотал Шейн, кидая в сторону друга возмущенный взгляд. - Но ему свойственно преувеличивать мои возможности и незамечать недостатки.
   - Недостатки? - граф Акрир усмехнулся. - Неужели они у вас есть? Судя по словам Еннарби, вы просто само совершенство.
   - Мне не хотелось бы быть идеалом, ваша милость, - покачал головой Шейн. - Они скучны и мало интересны. Им не к чему стремиться.
   - Вот как? - удивился Иллен. - Ну, по крайней мере, насчет вашей скромности граф был прав. А вот насчет ума... Играете ли вы в ву-такки, господин Дерейра? Что скажете об этой партии? Кажется, красные уже могут торжествовать победу, - Акрир отступил, открывая Шейну обзор доски с расставленными на ней фигурами красного, зеленого и синего цветов.
   - Я знаю правила, милорд, - задумчиво произнес Дерейра, пододвигаясь ближе, - но пока не имел возможности поиграть. А насчет этой партии...- Шейн несколько секунд помолчал, внимательно разглядывая доску, а затем медленно закончил, - Не думаю что у красных все так радужно, ваша милость.
   - Но их больше, и они контролируют значительную часть поля! - оживленно возразил Иллен, тоже подходя к столу и становясь напротив Дерейры. Ксавьен с лукавой улыбкой остался наблюдать в стороне.
   - Да, их больше, - согласился Шейн. - Но небеса не всегда сопутствуют тем кого больше, рука Дайфора простилается над теми, кто лучше. Красные рассыпаны по полю, как горох в сарае. Если зеленые и синие договорятся, они разобьют красных.
   - Шейн, в этой игре может быть только один победитель, - нетерпеливо возразил Акрир.
   - Сначала синие с зелеными убирают красных, а потом, потом выигрывает тот, кто будет быстрее, смелее и упрямее. У синих много больших фигур, но зеленые могут задавить их количеством. Впрочем, я бы ставил все же на синих.
   - Однако же! - восхищенно воскликнул Иллен, дружески похлопывая Шейна по плечу. - Вы, и, правда, умны, господин Дерейра. Перед нами классическая партия итин "Желтая змея". Синие и зеленые убирают красных, а затем синие разбираются с зелеными в тринадцать ходов. Блестяще!
   - Возможно, - кивнул Дерейра. - Хотя, если бы я играл за зеленых, я бы выиграл.
   - Да-а-а?! - радостно и вместе с тем удивленно протянул граф. - Видимо в перечень ваших недостатков следует включить самоуверенность. Но...- Иллен задумчиво почесал висок. - Господин Дерейра, если у вас будет желание и возможность, я жду вас сегодня вечером здесь. Попробуем разыграть этот итин. Один мой знакомый, виконт Рикор - большой любитель ву-такки, - составит нам компанию и сыграет третьим.
   - У него будет и то и другое, - уверенно заявил Ксавьен из-за спины Шейна. - Ведь вы не откажете графу в удовольствии сыграть с вами, господин Дерейра?
   Шейну оставалось лишь согласно кивнуть. С момента знакомства с графом Акриром его не покидало странное чувство, что события развиваются по какому-то странному, кем-то написанному сценарию. И это чувство ему очень не нравилось. Быть куклой в чьих-то руках Дерейре совершенно не хотелось. Смутные подозрения, что кукловод стоит рядом и мило улыбается ему в лицо окончательно испортили и без того не слишком радостное настроение Шейна.
   - Тогда я жду вас здесь после вечерних классов. Думаю, у нас получится чудесная игра! - с этими словами Иллен подхватил со стола книгу, и направился к выходу, но прежде чем выйти он повернулся, покачал головой и с улыбкой заметил:
   - Я вам должен, милорд Ксавьен. Я это не забуду. Впрочем, сдается мой долг не будет столь уж обременительным, как оказалось.
   Дверь спиной графа Акрира еще только закрывалась, а взбешенный до крайности Шейн уже дал выход своему гневу. Он схватил Ена за плечи и начал трясти что есть силы.
   - Что это было, Тхаур тебя побери Ен?! Что за споры обо мне?! Я что тебе игрушка, или породистый пудель, что ты демонстрируешь меня своим высокородным друзьям как какую-то диковину?!
   Граф не сопротивлялся, молча он терпел тряску пару минут, а потом, потом он вдруг резко повел плечами, сделал один шаг в сторону и к немалому удивлению Дерейры буквально выскользнул из его стальной хватки. Никогда раньше Ену не удавалось освободиться так быстро. Обычно они с Шейном возились несколько минут, и, как правило, Дерйере удавалось помять под себя более слабого и менее изворотливого графа.
   - Успокойся и сядь, - Ксаввьен уверенно одернул полы курсантского мундира, провел рукой по растрепавшимся волосам, приводя их в хотя бы относительный порядок и властно повторил, - сядь и выслушай меня!
   Ошарашенному и совершенно растерянному Шейну пришлось подчиниться. Что-то непонятное произошло с ним за то время, пока они не виделись. Что-то такое неуловимое и очень настораживающее. Немного успокоившись, юноша счел самым разумным не сопротивляться, и выслушать друга. Громко фыркнув, он дернул плечом и сел на один из расставленных вокруг стола стульев. Граф закончил приводить себя в порядок и занял стул напротив через стол, на котором все еще лежала доска с расставленными фигурами.
   - Выслушай меня очень внимательно, Шейн, и постарайся прежде чем бросаться на меня с кулаками очень хорошо подумать над тем, что я тебе сейчас скажу, - Еннарби был так серьезен и сосредоточен, что Шейн не счел нужным отвечать, а лишь кивнул в знак согласия.
   - Так вот, друг мой Шейн, - увидев, что Дерейра успокоился и готов слушать, граф продолжил. - Да, я признаю, что был вынужден поступить не очень красиво в отношении тебя, и заключить пари, что ты произведешь на графа Акрира незабываемое впечатление. И я рад, что ты дал мне возможность выиграть. Цена моего спора... Иллен теперь будет твоим ведущим курсантом. Он познакомит тебя со своими сокурсниками, окажет поддержку и помощь в учебе, и в жизни здесь в Корпусе. Виконт и его свора уже не смогут доставать тебя. Ты сможешь спокойно учиться, и получить свой патент. Кроме того, граф сын очень влиятельного человека. Его отец секретарь Лирунийского Высокого Совета, герцог Акрир. У него масса знакомых из самых благородный лирунийских семей.
   - Зачем мне такой влиятельный покровитель, - с солидной долей горечи в голосе поинтересовался Шейн, - если завтра меня вытурят из Корпуса по приказу твоего дяди?
   - Насчет моего дяди и твоего пребывания здесь, - граф вальяжно откинулся на спинку стула и слегка склонил голову. - Да будет тебе известно, мой друг, что герцог Анастард никогда и ничего не делает просто так. Я и моя матушка могли станцевать перед ним журдесскую юггу или пасть на колени слезно вымаливая рекомендации для тебя. Результат был бы один. Если бы герцог не был в тебе заинтересован, он бы и пальцем не пошевелил, чтобы помочь тебе попасть в Корпус. У моего дяди на тебя очень большие планы, думаю. Нет, не думаю, уверен. Ты ему нужен. Здесь и сейчас.
   - Ен, - Дерейра отрицательно покачал головой. - Ты слышишь что говоришь? Зачем я вдруг так понадобился твоему дяде, если за все время нашего знакомства он кроме как к грязи на своих сапогах ко мне не относился?
   - Он хороший актер. Пренебрежительный высокомерный аристократ его любимая роль, - усмехнулся Еннарби. - Можешь не сомневаться. У него точно для тебя есть свой план. Я не знаю, что он приготовил на будущее, но конкретно сейчас ты был ему нужен для шантажа.
   - Шантажа? - не понял Шейн.
   - Ну да, - подтвердил граф, задумчиво разглядывая что-то за окном. - Зная, что я ни в коем разе не могу допустить твоего исключения, он сначала создал условия, при которых тебя бы непременно исключили. А потом предложил мне выбор. Или я соглашаюсь на его условия, и ты продолжаешь учебу. Или твой провал будет полностью на моей совести.
   - И какова цена моего обучения? - судорожно сглотнув поинтересовался Дерейра, внезапно понимая в сферу чьих интересов он вдруг попал, и чем в конце концов это может закончиться. Исключение из Корпуса вдруг перестало казаться ему таким уж большим горем.
   - Не волнуйся, - Ксавьен успокаивающе поднял руки. - Ничего смертельного и страшного. Я просто должен подумать о женитьбе.
   - Женитьбе? - не поверил собственным ушам Шейн. - Но тебе всего четырнадцать лет!
   - Ну не сейчас, в будущем, - граф совершенно не выглядел ни удрученным, ни расстроенным, и вовсе не походил на человека, подвергшегося шантажу. - Пока мне предоставлены на выбор три юных прелестницы из самых благородных домов Лирунии. Я должен подумать и остановить свой выбор на одной из них. Свадьба состоится после того, как я закончу школу.
   - И кто они? - мрачно поинтересовался Дерейра. Перспектива стать разменной монетой между графом и герцогом не вызвала у него большого восторга.
   - Сейчас это не важно, и не о них сейчас речь, - отрицательно махнул рукой Еннарби. - Главное, я согласился подумать. За это герцог позволит тебе закончить обучение и получить офицерский патент. Думаю, и в дальнейшем он тебя не оставит вниманием. Не знаю, радоваться тебе или грустить, но теперь ты в круге интересов самого могущественного человека в провинции, а может и во всем королевстве.
   - Я лучше застрелюсь, - отчаянно выдохнул Шейн. - Ен, я не хочу, чтобы из-за меня у тебя были проблемы!
   - Перестань истерить и слушай дальше! - отрезал граф, вскакивая со стула. - Да, твоя доля не завидна, но все не так плохо как может показаться на первый взгляд. Во-первых, ты не единственное слабое место, через которое меня можно прижать. В этот раз ты просто оказался ближе всего. Во-вторых... - Еннарби замолчал, внимательно изучая игральную доску. - Во-вторых, сегодня я слегка вывел тебя из сферы влияния моего дяди. Герцог Акрир не слишком жалует Вильма Анастарда. Его покровительство может помочь тебе освободиться от опеки моего вездесущего дядюшки. Но даже не это главное!
   - А что тогда? - Шейн уже вообще ничего не понимал. Все эти закулисные и подковерные игры вызывали в его светлой чистой душе резкое неприятие и отчуждение.
   - Вот смотри, - Ен указал рукой на расставленные на доске фигуры. - Представь, что эта доска - жизнь, в которой мы все играем свои роли. Некоторые из нас фигуры первой линии, слагги, - граф схватил с доски небольшую резную фигурку, немного повертел ее в руках и поставил на место. - Это самые мелкие и незначительные фигуры. Те, кто ничего не решает, и очень быстро уходит ради высших интересов, или просто за ненадобностью. Таким слаггом был Шейн Дерейра до того как попал в мой дом. Мелкая ничего не значащая сошка. Потом ты стал моим компаньоном и другом. Это несколько подвинуло тебя в партии и сделало фигурой второй линии - менром, - Еннарби схватил еще одну фигурку побольше, и показал ее Шейну. - Ты уже что-то из себя представлял, хотя и не слишком много. У тебя появились перспективы вырваться в большие фигуры - лейры - и встать на линию завершения. Ты прекрасно справлялся со своей ролью и мог бы проиграть до конца своих дней в среднем классе, так и не использовав и половины своих возможностей. Поступив в Корпус ты, безусловно, усилил свою позицию как менра, но не более. А вот сегодня... Сегодня, Шейн, познакомив с Илленом Акриром, я поставил тебя в ряд лейров - самых значимых и важных фигур.
   - Я мог бы и сам туда добраться, - едко заметил Дерейра. - И тогда бы меня уважали и ценили за то кем я есть, а не за то что я чей-то там знакомец.
   - Мог бы, - согласно кивнул Ен, возвращая на место фигурку менра и беря большую синюю фигуру с золотым ободком по верхнему краю. - Но это было бы очень долго, а мне некогда дожидаться тебя наверху. Поэтому я просто поставил тебя на доску, на линию завершения в свою партию. Да, я сделал это не очень красиво и не слишком достойно, но мне некогда ждать, - повторил Еннарби. - Я грубо и бесцеремонно вырвал тебя из ларца моего дядюшки и определил тебе место на доске жизни в своей шеренге больших фигур.
   - А куда ты так торопишься? - удивленно повел плечом Дерейра. - Неужели в четырнадцать лет тебе больше не о чем думать, как о каких-то партиях и фигурах, которые могут пригодиться в дальнейшем? И, право же, я не понимаю, как я могу сыграть за тебя, если вообще плохо понимаю, что происходит.
   - Мне нужно торопиться, дружище, - грустно заметил граф, разглядывая фигурку. - Проживу я, скорее всего, недолго, а сделать хочу много. Поэтому мне очень важно сразу собрать на линии завершения как можно больше правильных и нужных больших фигур. Чтобы потом было на кого опереться.
   - С чего такие фатальные мысли вдруг? - Обеспокоенно поинтересовался Дерейра, тоже подхватывая с доски большую фигуру. - И вообще, где здесь ты, если я - большая фигура?
   - А меня здесь нет, - иронично усмехнулся Ен. - Понимаешь, Шейн, по праву рождения я принадлежу к тому весьма ограниченному классу, который с младенчества определяет партии, расставляет фигуры, и двигает их в нужном направлении. Я из Игроков, Шейн. Это большая власть, но и большая ответственность. Когда-нибудь ты тоже будешь в наших рядах. И тогда ты это поймешь. А пока... пока тебе предстоит играть со мной и за меня.
   - Но ты же тоже бываешь фигурой в чьих-то партиях? - На Дерейру вдруг снизошло просветление и вся глубинная суть происходящего вдруг открылась ему в совершенно новом свете.
   - Конечно! - согласился Ксавьен. - Мы все, и короли, и нищие, когда-то бываем фигурами в чьих-то партиях. Просто некоторые выходят за рамки поля и начинают свою игру, а некоторые так до конца и бегают бессмысленно по доске, напрасно растрачивая жизнь. Я хочу играть, Шейн. И хочу, чтобы ты был рядом, ну, по крайней мере, пока не сможешь начать свою партию.
   - Это хорошо, что ты понимаешь, что не всегда будешь Игроком, - мрачно заметил Дерйера, возвращая фигурку на доску и внимательно изучая расположение остальных. - И то что ты заранее готовишься тоже в общем хорошо. Плохо только одно.
   - Что именно? - поинтересовался граф, пододвигаясь ближе.
   - То, что ты даже не подумал меня спросить, а хочу ли я вообще играть с тобой, - Шейн слегка наклонил голову и исподлобья бросил угрюмый взгляд в сторону друга. - Ты решил мою судьбу, даже не поинтересовавшись, а хочу ли я чтобы ты вмешивался.
   Ксавьен несколько секунд молчал, а затем очень медленно ответил:
   - Хорошо, если дело обстоит таким образом, я прошу у тебя прощения за то, что не спросил тебя о твоем желании быть рядом со мной. Мне казалось, что став однажды друзьями мы решили этот вопрос однозначно. Так ты хочешь этого?
   В большом зале воцарилась мертвая тишина. Слышно было, как где-то во дворе кто-то распекает конюха за нечищеные стойла. Предполуденное солнце щедро изливало остатки осеннего тепла, проникая в зал сквозь большие стрельчатые окна и наполняя его теплым ярким светом. Воздух библиотеки, пропитанный пылью и запахом старой бумаги, казалось сейчас просто вспыхнет от того напряжения, которое вдруг возникло между двумя юношами сидящими за одним столом друг против друга. Дерейра молчал долго. Медленно перебирая расставленные на доске фигуры, он мысленно боролся с двумя чувствами. Ему категорически не нравилось, что благородные аристократы так увлеклись устройством его дел, что вообще забыли о нем самом и его желаниях. Дерейре не нравилось быть безвольным болванчиком, которого перекидывают из рук в руки, чтобы изменить ход событий в свою пользу. Ему не нравилось зависеть от воли и желаний других людей. И все это не нравилось ему настолько, что он готов был прямо сейчас плюнуть на все и пойти написать рапорт об увольнении из Корпуса, став свободным и независимым, но навсегда расставшись с надеждой получить офицерский патент, проведя остаток своих дней в унынии и бедности среди сетей, баркасов и рыбы, так и оставшись мелким ничего не значащим слаггом. А вот этого Шейну не хотелось совсем. Он прекрасно понимал, что, не смотря на всю свою бесцеремонность, высокомерность, и торопливость, Ксавьен тысячу раз прав. Можно конечно сейчас гордо вскинуть голову и одним рапортом перечеркнуть все его старания по возвышению Дерейры до уровня менра. Нет, Шейн не питал напрасных иллюзий. Даже вмешательство Ена не могло сделать его равным среди высших, но, Тхаур и все его демоны, оно приоткрыло ему ворота к дороге в место где решаются судьбы мира. И было бы большой глупостью упустить такой шанс. Гордость хороша там, где она имеет финансовую и моральную поддержку, или там, где уже нечего терять. Шейну есть что терять. Второго такого шанса ему никто не даст. Поэтому гордости сейчас придется немного унять свой непокорный нрав, уступив место расчетливости и покладистости.
   - Обещай, что больше никогда не будешь решать за меня мою, судьбу, Ен, - наконец проговорил Шейн внимательно глядя другу в глаза.
   - Я обещаю, что в следующий раз, прежде чем вмешаться, я непременно поставлю тебя в известность, - очень серьезно ответил ему Ксавьен не отводя взор.
   - И если я скажу "нет", ты?.. - Дерейра невольно замер в ожидании ответа.
   - Я учту твое мнение, но оставляю за собой право принимать решения в зависимости от обстоятельств, - в голосе графа зазвучал металл. Шейну на мгновение показалось, что из-за темно-карих глаз Еннарби на него смотрит старый знакомец - повзрослевший, поумневший, возмужавший, но все еще такой жестокий и коварный Зверь.
   - Ну так мы сыграем, ваша милость, - усмехнулся Шейн, встал и протянул графу руку.
   - Сыграем, господин будущий адмирал, - Ен тоже усмехнулся, поднялся и пожал протянутую руку друга.
  
  
   - Господин адмирал! - голос вахтенного матроса, подбежавшего к стоящим на пирсе Ксавьену и Дерейре со стороны покачивающейся на волнах "Звезды", отвлек Шейна от воспоминаний. - Господин адмирал, - повторил запыхавшийся матрос, - авер-адмирал Исавен интересуется на когда назначен отход.
   - Передайте его превосходительству, что через полчаса мы отходим. Команде приготовиться к выходу в море, - четко приказал Дерейра, и нетерпеливо повернулся к другу. - Ен, я буду говорить очень быстро поэтому не перебивай. Если что-то будет непонятно, я потом объясню. - Получив в ответ утвердительный кивок, Дерейра продолжил. - Ен, не все мои люди уходят из города. Если начнется мятеж тебе надо будет только продержаться до вечера. Часам к восьми девяти в Лирунну вернутся две роты "крабов". Это конечно не вся эскадра, но "крабы" - опытные бойцы, сам знаешь. Они будут вам неплохим подспорьем. Кроме того, у тебя будет поддержка от гильдии "Длинной руки". Чуть позже гранд-мастер заглянет к тебе в замок. Я попросил его кое-что узнать. Думаю он принесет тебе важные новости. Ну и о подарке мэтра Аньера я тоже не забыл. Как только у вас тут начнется большая свалка, дай знать. Я пошлю все эти маневры к Тахуру в задницу и вернусь.
   Внимательно выслушав быструю речь адмирала, аркарран несколько секунд помолчал, потом покачал головой и растерянно заметил:
   - Дерейра, я знаю тебя одному Страннику известно сколько лет, но ты все еще способен меня удивить.
   - Сейчас я удивлю тебя еще больше, - довольно улыбнулся Шейн.- Давай сюда приказы об аресте, что показывал мне вчера. Во всей этой суматохе мы вообще забыли о самом важном. Ведь бумажка порой значит больше чем честное слово.
   - Почему ты решил что я взял их с собой? - удивился граф.
   - Ты сам только что сказал, что мы знаем друг друга Тхаурову Бездну лет. Мой старинный знакомец Еннарби Ксавьен никогда ничего не забывает, все всегда доводит до конца.
   - Шейн, - Еннарби слегка замялся, подбирая нужные слова, - мне бы не хотелось, чтобы ты подписывал эти бумаги только по дружбе. Если тебя все еще что-то смущает, я не буду настаивать. В конце концов речь идет о серьезных преступлениях, и даже самая маленькая ошибка в этом деле может стоить не только эполет, но и головы.
   - Еннарби Ксавьен! - взъярился адмирал, бросая быстрые взгляды в сторону "Звезды" на палубе которой несколько минут назад появился Исавен, и начал пристально разглядывать беседующих Ена и Шейна. - Давай сюда эти трижды проклятые всеми богами бумаги! Уже два часа как я должен был выйти в море и присоединиться к эскадре, и каждая минута промедления может вызвать у этих веннатийских соглядатаев лишние вопросы и подозрения. Бумаги, Тхаур тебя подери!
   Ен молча развел руками, кивнул, и вернувшись к экипажу извлек из его недр большую черную папку и походный письменный прибор.
   - Ну вот и славно, - удовлетворенно хмыкнул адмирал несколько минут спустя посыпая песком свою подпись на последнем приказе. - Давайте-ка, ваша милость, покажем этим китовым белаххам, как умеют воевать лирунийские волки. Додави их, Ен, ты можешь. Только... Пожалуйста будь осторожен и не дай себя убить. У нас еще есть несколько незавершенных партий. И кстати о партиях, а точнее о фигурах, - Дерейра с громким хлопком закрыл папку и вернул ее Ксавьену. - Одна из них, весьма и весьма недурственная сейчас приближается к нам и, по-моему, она готова растерзать вас прямо на этом пирсе, ваша милость. Клянусь, эта угроза посущественнее всяких мятежников и нивай! - Шейн кивнул головой куда-то за спину графа.
   Еннарби обернулся и тут же довольно громко и разочарованно вздохнул:
   - Ну, нет! Не сейчас! Не здесь!
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"